Рерайтер Захария: другие произведения.

Путешествие по кругу

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Весь текст романа, кроме первой главы, которые размещена отдельно. Старался писать по всем канонам фэнтези, насколько это вышло не знаю.

  Глава 2
  Лоэлин находился в замке колдуна ненамного дольше Долина. Но для второго демона-охотника он всё-таки стал неким учителем. Тем более Долин никак не хотел смириться с происходящим и страдал изо дня в день не меньше, чем страдала Анна. Тёмные эксперименты над девушкой продолжались, а заколдованный племянник мельника невольно помогал в этом колдуну.
  Лоэлин, когда впервые увидел своего нового соседа-чудовище, не сразу смог довериться ему. Слишком уж страшен был Долин. Лоэлин понимал, что сам он выглядит не лучше, да только бывший студент, несмотря ни на какие ухищрения колдуна, воспринимал себя таким, каким он был у себя в памяти. Он старался отстраниться от своей новой внешности, как будто это была одежда, а не плоть. В замке имелись зеркала, хоть и не всюду, колдун поставил их специально для своих слуг, чтобы они никогда не забывали кто они теперь такие. Сам он в них никогда не смотрел. Лоэлин до появления Долина тоже не особо заглядывал туда, опасаясь зрелища прячущегося там.
  Но вот рядом с ним на бревне-насесте появился сосед. Он походил на огромную ожившую горгулью, крылатое чудовище, с шипами и когтями чуть ли не полуметрового размера. Только пасть его больше напоминала пасть летучей мыши, чем змеи или какой-нибудь другой гадости, да и шкура у этого соседа выглядела как большое количество омертвевших складок кожи, почти каменных на ощупь. Это точно не был родственник дракона с его чешуей. Лоэлин не смог сразу перебороть себя, увидев всё это.
  А ведь он сам выглядел почти также, лишь челюсти у него оказались другими. Небольшое различие, обусловленное практическим подходом Чёрного. Новый сосед, похоже, обладал неиссякаемым источником кислоты, потому и челюсти у него были узкими, как у крокодила-гавиала. Пасть же бывшего студента теперь походила на постоянно тлеющий костёр. Соответственно и смотрелась совсем по-другому. Это Лоэлин узнал, когда всё-таки решился заглянуть в одно из замковых зеркал. Оттуда на него взглянуло чудовище, не менее страшное, чем его новый сосед, отличающееся лишь более широкой, с красноватым свечением мордой, на которой почему-то змеились странные шрамы. Может, колдун это так задумал, а может, это вышло у него случайно, но красивее от жутких украшений Лоэлин не стал. Тут было дело вкуса, решить кто же из них страшнее, Долин или он сам.
  Однако ко всему привыкаешь, и вскоре Лоэлин заставил себя общаться с товарищем по несчастью. Умом он понимал, что это тоже превращенный человек, и всё же он поразился, когда выяснил правоту собственного разума. Долин ещё не так давно был человеком, молодым и очень наивным парнем. Почти таким же, как и он сам, так подумалось Лоэлину, когда он узнал причину, из-за которой попал сюда его сосед. Узнал он, и над кем именно они помогают измываться Чёрному колдуну. Хоть сам Лоэлин к своим двадцати годам пережил немало любовных приключений, и не очень верил во все эти прелести, он всё-таки посочувствовал Долину. Первая любовь, несмотря на всю свою наивность, и чаще всего безответность, всё же не заслуживает того, что сейчас происходило с первой любовью Долина.
  И они оба ничего не могли поделать с этим. Ни помочь Анне сбежать, ни даже просто убить, чтобы прервать её муки. Правда, вслух о смерти этой девушки Лоэлин ничего не говорил. Он попробовал сделать это сам, но существовал приказ колдуна беречь его жертву. Демоны-охотники просто физически не могли противиться приказам хозяина. У Лоэлина ничего не вышло, да он и не особо старался, пытаясь сделать это скорее из долга, чем из чувства. Ведь, несмотря на весь облик демона-охотника, на его счету пока ещё не было ни одной жизни. Колдун почему-то до сих пор ничего такого не требовал. Хотя, конечно, приказ мог случиться в любой момент. И тут произошло чудо.
  Анна потеряла счёт дням. Кошмар тянулся бесконечно долго, так долго, что она даже начала забывать о той, другой жизни. Каждый день колдун приказывал своим ужасным слугам привести пленницу к нему в лабораторию, каждый день он придумывал нечто новое, всегда страшное, всегда несущее боль. Но к боли можно притерпеться, тем более колдун оказался на редкость чистоплотным экспериментатором. Он, заканчивая свой рабочий день, всегда восстанавливал всё разрушенное во время работы, в том числе и Анну. Сделав это, он уходил, а слуги колдуна хватали девушку и несли её в темницу, туда, где она уже привыкла находиться, туда, где с ней разговаривали призраки.
  Гости с того света не стремились напугать пленницу или навредить ей, более того вскоре привидения стали для неё единственными нормальными собеседниками в этом замке. Только с ними можно было говорить, не опасаясь удара в ответ, издевательств или крика. Хотя призраки тоже не отличались особой уравновешенностью, но их можно было понять, они вынуждены были находиться в замке не в силах покинуть его много много лет, обреченные томиться здесь даже после смерти. Анна разговаривала с ними, и темница становилась единственным местом, где она чувствовала хоть какое-то спокойствие. Иногда чувствовала.
  Ведь и тут, в подземелье, имелся свой страх. Тут властвовал Маргоб, тёмная тень, страшное существо, не выносящее прямого света. Он был тюремщиком в подвалах. Как узнала Анна от призраков, он был людоедом, колдун всегда отдавал ему те свои жертвы, эксперименты над которыми считал законченными. Услышав об этом, Анна стала бояться теней прячущихся по замшелым углам каменного брюха замка Одинокий Шпиль. Ведь из этих теней и любил подглядывать сгорбленный тюремщик. Пока он ничего не говорил Анне, он лишь смотрел из тени сквозь решетки, смотрел своими белёсыми глазами, ожидая часа пиршества. И Анна, привыкая к боли, никак не могла привыкнуть к этому ожидающему в тени страху.
  Однажды, может через неделю, а может через вечность, к Анне в очередной раз спустился один из чудовищных слуг колдуна и понёс на столь же очередные пытки. Как всегда они взлетели к Одинокому Шпилю, влетели в лабораторию, но там происходило нечто непонятное. Чёрный колдун ничего не подготовил для новых экспериментов, он стоял и разговаривал с каким-то странным сгустком темноты, который вращался около его головы. Говорил только Чёрный, и говорил отрывисто, не вдаваясь в подробности, ответных слов из странной темноты не было слышно. Анна, положенная на пол, ничего не могла понять из странного диалога, кроме одного. Чёрный колдун отчитывался как мальчишка перед воспитателями. И с каждым новым словом он всё больше и больше темнел лицом, становясь почти таким же чёрным, как его собственное имя.
  Потом сгусток темноты исчез и Чёрный повернулся к ожидающим его слугам. Он молча поглядел на них, перевёл взгляд на лежащую недалеко Аню. Она, несмотря на идущий от каменного пола холод, не осмеливалась пошевелиться, завороженная жутким взглядом.
  - А почему бы и нет. - Вполголоса сказал Черный, он как будто продолжал разговор, теперь с самим собой.
  Снова появился летающий сгусток тьмы, сейчас это произошло уже по воле Чёрного колдуна. Последовал новый диалог, похоже, теперь с кем-то другим. Колдун говорил о старых долгах, а его собеседник оставался неслышим и невидим. На сей раз всё шло точно, как хотел колдун. Появился мерцающий свет и разросся в магическое окно. Колдун протянул руку, и к нему на ладонь оттуда вдруг выпало ожерелье. Ухмыльнувшись, Чёрный снова повернулся к слугам.
  - Эй, ты! - Крикнул он демону стоящему не так далеко от Анны, из пасти последнего сочилась слюна, она капала на пол и с шипением разъедала там цветастые узоры. - Как тебя там. Долин что ли. Хватай эту девку и кидай в портал. И пошевеливайся.
  Анна, слушая это, даже не сразу поняла, что речь идет о ней, о её судьбе. Изумлённая, она повторила про себя имя слуги-демона - Долин. Впервые при ней колдун назвал чудовище по имени. За прошедшее время девушка не один раз вспоминала парнишку-мельника, который попал в лапы колдуну вместе с ней самой. Он был пленником в обозе, как и Анна, однако потом он куда-то пропал. Его не пытали, его не было в темницах. И вдруг теперь колдун его именем назвал мерзкую тварь, своего помощника.
  Девушка летела в искрящуюся пропасть портала, в неизвестность. В отчаянии она пыталась зацепиться хоть за что-нибудь и с мольбой смотрела наверх, туда, откуда на неё в ответ глядела клыкастая морда слуги колдуна. Его немигающие глаза, не отрываясь, провожали девушку вплоть до того самого момента, когда портал закрылся и она выпала лицом вниз на жёсткий деревянный пол, который еле заметно покачивался. Рядом с хрипотцой в голосе и с чудовищным акцентом кто-то зачитывал достоинства новой рабыни. А чуть дальше тоскливым фоном были слышны визгливые крики чаек. Замок Одинокий Шпиль остался далеко позади, как и его хозяин, и страшный слуга. И глаза последнего всё стояли у Анны перед внутренним взглядом.
  
  Чёрный колдун телепортировал Анну, а потом засобирался в дорогу и сам. Он так спешил, что забыл о своих слугах, демонах-охотниках. И тем оставалось лишь растерянно смотреть на все сборы хозяина. Через час колдун отбыл через такой же портал, каким отправил и Анну. Охотники остались сами на себя, ведь никаких приказов колдун им не дал. Может, Чёрный и правда забыл об этом в спешке, а может даже впопыхах остался верен своей натуре. Ведь так интересно будет потом изучать через магические кристаллы все потуги занять себя существ, чьи цепи находятся в их же крови. Как бы то ни было, у охотников настало время раздолья, если, конечно, такое свободное слово подходит к их нынешнему существованию.
  - Он выкинул её, выкинул! - страдал Долин. - Куда он её выбросил?! Где она теперь? А вдруг её убили?
  Теперь, когда колдуна не было, все тревоги и терзания охотников, все их воспоминания вдруг усилились. Долина особенно тревожила судьба Анны.
  - Это был портал, магический портал. - Лоэлин, в отличие от товарища, к исчезнувшей девушке ничего не испытывал и потому туманные флеры романтики обходили его логику стороной. - Колдун просто обменял её на ожерелье. И, если рассуждать здраво, там, где она сейчас, вряд ли ей хуже, чем было здесь. Я не верю, что в мире есть место ужаснее Одинокого Шпиля и его лаборатории.
  - Наверное, ты прав, - согласился Долин. - И всё же теперь мне никогда не доведётся её увидеть. Так и останусь в этом замке поедателем помоев, ни жизнь, ни смерть.
  Лоэлин нечего было сказать на такое. Оба замолчали. Они сидели и смотрели вдаль, на горизонт, из своей ниши в замковой стене.
  - А почему мы должны умирать здесь? - Наконец бывший студент заговорил. - Колдун ушёл, почему бы теперь не уйти и нам? Кто нас держит?
  - Сбежать? - Долин поразился. - Но как?
  Лоэлин засмеялся и помахал тяжелыми крыльями.
  - А это тебе на что? Колдун ничего не приказал нам напоследок. Значит, мы можем заниматься тем, чем захочется. А нам хочется сбежать!
  Они не стали размышлять над серьёзным планом побега, не стали задумываться, куда именно им бежать. Просто взяли и полетели. Тем более в замке не было никого, кто мог бы их остановить. Ну или если быть точнее, они никогда не видели здесь существ равных им по силам. Они вообще в замке никого особо не замечали, поскольку бывали только в темнице, да в лаборатории колдуна.
  Они летели вверх. Набор высоты давался им с трудом, их чёрные кожистые крылья, столь внушительные и мощные, если рассматривать их вблизи оказались больше видом, чем делом. И всё же скоро замок внизу превратился в небольшую монетку, приткнутую между излучиной реки с одной стороны и бескрайним лесом с другой. На этой высоте они стали ощущать странную усталость и это было не просто утомление от непривычного полета. Воздух под ними как будто стал проваливаться. Они не сдавались и летели дальше, хотя с каждым мигом полёт давался всё труднее. Первым не выдержал Лоэлин. Запыхавшийся, он нашел всё-таки в себе силы спросить:
  - Ты не замечаешь ничего странного?
  Долин говорить не мог, он лишь мотнул головой.
  - Мне кажется, мы не летим, а стоим на месте... - Лоэлин с трудом договорил длинную тираду.
  Долин молчал, слишком уставший для размышлений вслух. Лоэлин, не дождавшись ответа, приотстал от друга, оглядываясь. И через пару секунд раздался его отчаянный испуганный крик. Нотки слабости странно звучали в исполнении столь немаленького летучего демона, однако это действительно был страх. Долин устало спланировав чуть ниже, тоже обернулся, и здесь ему пришлось изрядно поработать крыльями, чтобы не хлопнуться от удивления на землю камнем. Прямо за их спинами летел огромный чёрный глаз, изредка помаргивающий и бесстрастно рассматривающий обоих летящих демонов. Обнаружив, что его заметили, глаз исчез, и невидимая сила тут же потянула охотников к земле.
  Они почти падали и лишь непонятным чудом они ещё не кувыркались в воздухе как брошенные ребёнком-проказником камни. С гудением, пикирующими планёрами охотники рассекали пространство, с ужасом наблюдая за нарастающей впереди землёй. Но падали они не по вертикали. Хотя их скорость и была высокой, движение шло скорее по диагонали, обменивая высоту над замком на расстояние до него. С воем они пронеслись над какой-то маленькой деревенькой, распугав кур по дворам и всполошив собак. Затем чуть не врезались в стену местного скотного двора, разворотили хлипкую жердяную изгородь и, наконец, повисли над землёй. Падение закончилось. Они висели мордами к земле, чуть ли не касаясь ноздрями подсохшей желтоватой травы на заброшенном поле, когда-то любовно ухоженном и засеянном, а сейчас производящем один бурьян. Было слышно, как что-то кричат встревоженные люди неподалёку.
  - Разорённая земля, - не ко времени заметил Лоэлин.
  - Да-а-а, - Долин согласился и со словами бывшего студента и с собственными горестными мыслями о странности их нынешнего положения.
  И в этот момент их опять потянуло обратно, к замку Одинокий Шпиль. Тянуло, не считаясь ни с чем, прямо сквозь кусты и лес. Бронированные туши охотников пробивали широкие просеки в зарослях колючих кустарников, распугивая невинных куропаток и медведей. Один раз Долину не повезло, на его пути оказался молодой вяз. Бывший мельник все равно не слишком отстал от Лоэлина. Встреча с деревом закончилась в его пользу. Охотник отделался вывихнутым плечом, а вот вяз теперь годился разве только на дрова. Вскоре основательно потрепанные беглецы свалились прямо у ворот парадного входа колдовского замка, где и пролежали до самого вечера не в силах подняться или просто пошевелиться. Побег без плана оказался слишком утомителен.
  Лишь ночью они вернулись на свой насест в замковой стене. Оба были в подавленном настроении, которое, впрочем, внешне никак не выражалось. Их нынешние толстошкурые сущности почти не умели выражать эмоции. Охотники не разговаривали, просто сидели, смотрели в темноту и ждали. Чего? Они сами не знали. К полуночи, ко времени, когда стареющая луна выглянула на небеса, Долин таки уснул, оставив все мысли о неудавшемся побеге на завтра.
  Утро началось для бывшего мельника громким и назойливым писком. Был час самой ранней зари и, конечно, Долин совсем не выспался. Да и плечо ещё не забыло о вчерашнем "поцелуе" с вязом. У охотника всё болело. С трудом открыв глаза, он с раздражением обернулся в поисках источника шума. И очень удивился, когда увидел залезшего в дальний конец их ниши Лоэлина. Тот держал за хвосты сразу двоих ящероподобных пожирателей мусора, по очереди подпаливая то одного, то другого. Естественно оба мусорщика при этом пищали и визжали, хотя весь их шум им помочь ничем не мог. Шкуры у обоих дымились и приобрели палевый оттенок.
  - Это твой завтрак? - Только и нашёл, что спросить Долин.
  Лоэлин лишь покачал своей устрашающей головой, то ли говоря "нет" на вопрос Долина, то ли вообще не одобряя такие вопросы в наше серьёзное время. Долин замолчал, не зная, стоит ли продолжать разговор в подобной обстановке. Ведь того и гляди, Лоэлин бросит мусорщиков и возьмётся за него. Вдруг студент сошёл с ума от неудачного побега?
  Прошло несколько минут стенаний и визгов, когда Лоэлин, наконец, отпустил своих пленников и повернулся к Долину:
  - Они не хотели говорить. Но я всё-таки уговорил их раскрыться.
  Долин молчал, не понимая о чём речь. Происходящее настораживало и более того пугало.
  - Да, - снова покачал головой Лоэлин. - Совсем не хотели говорить. Такие мелкие и слабые, уже давным-давно ничего не значащие. Но все равно чего-то хотят, даже мечтают. Знаешь, о чём просили меня эти двое?
  - Отпустить? - робко предположил Долин.
  Лоэлин закашлялся, услышав это. Струйки дыма и огня колеблющейся аурой возникли вокруг него.
  - Ты за кого меня принимаешь?! За Чёрного колдуна что ли? Между прочим, пока ты спал, я всё узнал.
  - Всё?
  - Именно. Для того я и поймал этих падальщиков. А ты думал, я так развлекаюсь?! Мог бы и сам догадаться. Ведь они все превращённые бывшие слуги замка. Кто лучше них может знать все секреты замка?
  - Но они же безумные.
  - Да. И всё же кое-что могут рассказать. Особенно когда шкура дымится. Они рассказали мне, кто это возник рядом с нами в воздухе вчера, и рассказали где его тут можно найти.
  
  Время наверху тянулось бесконечно. Здесь, под самым Одиноким Шпилем имелась небольшая площадка, где лишь несколько колонн служили стенами. Место, где всегда дул ветер, где почти не было теней и где жил охранник замка Одинокий Шпиль. Здесь никогда ничего не менялось. Всё происходящее внизу, здесь никак не отражалось и казалось с этой высоты лишь возней муравьев. Страж Высоты - так Чёрный колдун называл существо, живущее наверху, поставленное им следить за окрестностями замка. Страж мог останавливать врагов и мог предотвращать побеги. Только никто в замке не называл его столь помпезно. Глаз и ничего более. Он и сам себя называл Глазом, поскольку это имя ему нравилось больше, чем двухсоставное Страж Высоты, а других имен он и не знал.
  Глаз много размышлял о сути своего имени. Тягучая, медленная мысль-жвачка, любимая мысль которой он предавался, когда был в благодушном настроении. А когда приходило время депрессии, тоски, страж начинал вспоминать о своём происхождении. Эта мысль тоже имела отношение к именам, только в такие дни это было просто мрачное перебирание пустых скорлупок, за которыми ни желаний, ни даже названий. Глаз, как ни старался, не мог вспомнить своё прошлое до замка Одинокий Шпиль. Больше же Глаза ничего не волновало. Свои обязанности стража он выполнял почти не замечая этого. Такова была его природа. Он всегда видел всё, даже если и не хотел смотреть.
  И сегодня Глаз следил за окрестностями замка, при этом снова думая только об одном - кем же он был ещё несколько лет назад? И тут вдруг у него на площадке появились гости. Многие годы здесь никто не показывался, если не считать Чёрного колдуна. Потому Глаз даже не сразу отреагировал на странное вторжение. Он привык видеть и действовать издалека, и теперь просто не знал, как поступить. Он лишь молча покачивался из стороны в сторону, как будто вокруг ничего не происходило.
  
  Долину не хотелось идти против совести. Ведь поступая так, они уравновешивали себя со своим тираном, с Чёрным колдуном. Но доводы Лоэлина об уничтожении Стража звучали действительно разумно. Ведь пока этот Страж сидит наверху, под Одиноким Шпилем, им никак не улететь отсюда. И всё же Долин сомневался. А когда они нашли эту площадку, его сомнения переросли почти в уверенность.
  Настоящий Глаз выглядел ещё страшнее, чем его магический двойник, который преследовал их в воздухе. Это было массивное чёрное существо, круглое и слизистое, окаймленное бахромой непонятных странных нитей. Оно парило посреди своей площадки и, хотя внешне оно действительно походило на чудовищный зрачок, было совершенно непонятно, как же именно смотрит эта тварь. У него не имелось никаких намеков на возможное присутствие лица. Впервые в жизни Долин повстречал настолько пронизанное магией существо. Прочие слуги замка, несмотря на свою чужеродность, были всё же как-то приспособлены, чем-то схожи с животными этого мира. Но Страж Высоты был не таким. Это было нечто совершенно далёкое. И этот монстр, похоже, совсем не боялся внушительных размеров охотников, когтей и даже простого численного превосходства. Глаз покачивался на месте, не двигаясь, безмолвный, чуждый и страшный.
  Лоэлин, похоже, испытывал те же сомнения, что и Долин. Они оба замерли на месте, разглядывая Стража.
  - И что с ним надо делать? - спросил, наконец, Долин. - Это точно Страж Высоты? Он вообще живой?
  Лоэлин молчал, те же вопросы крутились и у него в голове. А поскольку вся затея была его идей, ему и было решать, как поступить дальше. Бывший студент просто подошёл ближе к этому странному слизистому шару и дотронулся до него. Попытался дотронуться. Глаз как будто бы качнулся, и рука Лоэлина схватила лишь воздух. Но Глаз на самом деле оставался на месте, всё такой же массивный и всё такой же молчаливый. Раздраженный охотник снова и снова повторил свои попытки. Третий раз это уже был удар, а не касание. И снова неуловимое движение и Лоэлин ударил лишь воздух. Инерция удара оказалась столь велика, что он не удержался и растянулся на каменном полу этой промозглой площадки.
  Долин не видевший сути из-за спины друга, решил, что на того напал Глаз. Он поспешил на помощь, больше не размышляя о природе странного существа. Его удары оказались не успешнее чем у Лоэлина, вскоре он оказался там же, где находился и первый охотник - на полу.
  
  Когда нежданные гости начали его бить, Глаз не сильно удивился. Даже когда в ход пошли кислота и огонь, Глаз оставался спокоен. Ни то, ни другое не действовало на него, ведь он находился под защитой заклинаний Чёрного колдуна. И он воспринимал поведение охотников как должное. В конце концов, до этого к Глазу приходил только сам Чёрный колдун. И всякий раз он его бил. Почему другие гости должны вести себя иначе? Пусть даже это у них и не очень получается. Тем более, сейчас Глаз узнал своих гостей. Демоны-охотники, существа с агрессивным и непредсказуемым нравом, колдун создает их для самой чёрной работы, для убийств и пыток. Они почти всегда лишены разума, неспособны ни на что кроме различных жестокостей. Хотя иногда они ещё бывают странными.
  Вчера Глаз остановил этих охотников, когда они почему-то полетели прочь из замка. У них не имелось метки колдуна разрешающей такой шаг, и Глаз не мог не остановить их. Тем более, ведь охотники скорее всего хотели поразвлечься в одной из близлежащих к замку деревень. Воспользовались отсутствием хозяина. Глаз был рад, что остановил этих злобных существ. И без того крестьяне в окружающих деревнях жили не очень счастливо, их жизнь была монотонной и скучной. Самой сильной их эмоцией был постоянный страх перед Чёрным колдуном. Но наблюдения за жизнью селян были единственным развлечением скучающего на башне Глаза. Смерти деревенских жителей не радовали невидимого наблюдателя. С каждым умершим крестьянином он терял некоторую долю своего невинного развлечения, и тогда его снова настигали тягостные мысли о своём собственном происхождении.
  
  - Ничего не получается! Это какой-то мираж, а не живое существо, - где-то через полчаса Лоэлин сдался.
  Долин уже давно думал так, последние десять минут он тихо сидел в стороне, безучастно наблюдая за тщетными попытками студента доказать свою силу. Сам Долин это уже доказал, когда промазал по Глазу особенно сильно и попал в каменную колонну, поддерживающую замковый шпиль над ними. Удар получился внушительным, но колонна всё-таки устояла. После такого "подвига" Долин решил немного отдохнуть, ведь покалеченная рука сильно болела, несмотря на всё его демоническое здоровье. Лоэлин прекратил свои попытки после того, как поджёг самого себя. И хотя он был к огню достаточно устойчив, это казалось уже чрезмерным.
  - Ты прав, - согласился Лоэлин. - Сколько мы его тут пытаемся убить, а он ведёт себя, будто нас нет. Зверюга не может быть живой. Наверное, он нечто вроде зримого воплощения заклинаний Чёрного колдуна...
  - Я тоже думал так вначале. Но потом решил, что это не совсем так.
  - С чего это ты взял... - и тут Лоэлин вдруг осознал, что отвечал ему вовсе не Долин. Второй охотник всё ещё сидел на краю площадки и баюкал покалеченную руку, да и тембр голоса у него был совсем иным. А эта фраза была произнесена низким, почти гудящим голосом. Он слышался сразу везде, будто единомоментно возникая в воздухе вокруг, а не в чей-то глотке.
  - Вряд ли я чистое заклинание, - продолжал между тем странный голос. - Если бы это было так, тогда Чёрному колдуну не потребовалось бы создавать все эти контрольные барьеры вокруг меня. Логика подсказывает, что я всё же нечто большее, чем просто магия. Хотя, не спорю, волшебства во мне очень много. Для вас, охотники, Чёрный так не старался, обошёлся скальпелями да немного грубой механической магии.
  Лоэлин ничего не мог сказать на такое. Удивлённый, испуганный он потихоньку отходил к краю площадки, туда, где уже сидел Долин. А Глаз перестал покачиваться, он повернулся и, хотя у него не было лица, можно было с уверенностью утверждать, что Страж Высоты смотрит на Лоэлина.
  Кап... Кап... Кап... Темная слизь капала на каменный пол, Глаз потихоньку сдвинулся в сторону охотника.
  - Мне трудно двигаться из-за этих барьеров, - снова раздался его низкий голос. - Это стоит мне многих усилий, это даже немного вредит мне. Вряд ли я просто заклинание.
  - Теперь я тоже так думаю. - Осторожно, медленно, подбирая слова, ответил ему Лоэлин, а за его спиной поднялся на ноги Долин, забывший о своей руке и готовящийся или бежать, или снова сражаться. Правда, последний вариант был равносилен выкопанной могиле, слишком уж могущественным оказался Страж Высоты.
  - Но у вас не получилось ударить меня. А у колдуна получалось. - После этих слов Глаз ещё немного сдвинулся в сторону охотников, его нитчатая бахрома заколыхалась. Лоэлин с опаской смотрел на это приближение, улетать казалось рано, и всё же...
  - Да мы особо и не пытались тебя бить. - Лоэлин словно оправдывался.
  - Я вижу. - Просто и грустно ответил Глаз. - Вы какие-то ненастоящие охотники. Я не всё в вас понимаю.
  - Это хорошо. - Вместо сконфуженного Лоэлина вперёд выступил Долин.- В нас нет ничего особого. Мы не хотели тебя тревожить. Мы уже уходим.
  - Обычно охотники у колдуна злобные убийцы. Вы не такие. Вы какие-то неполноценные. - Глаз как будто не слышал его. - У вас не получилось ударить меня. Зачем вы вообще пришли сюда?
  Охотники не отвечали, они просто развернулись и как по команде хором расправили крылья, но взлететь у них не получилось. Глаз медленно подплыл к ним сзади, и они оба застыли парализованные.
  - Я не заклинание, вы не правы. Но спасибо, что помогли мне разобраться. Я долго размышлял над этим, и теперь этот вариант я могу окончательно отбросить.
  Охотники, застывшие с неработающими крыльями над пропастью, даже если бы хотели ответить, не смогли бы сделать это. Только когда их медленно затянуло обратно на площадку, они смогли пошевелиться.
  - Не зачем нас благодарить, - повернулся Лоэлин. - Мы здесь оказались случайно, мы оба слишком недавно стали охотниками, вот и вышел такой конфуз. Ты уж прости нас, Страж.
  - Зачем прощать? За что прощать? Нет, вы не так меня поняли. - Глаз вдруг стал больше, его чёрное тело раздулось, он снова качнулся и оказался ещё ближе к ним. Оба охотника почувствовали себя мышами, с которыми играет кошка. Не понятно чего хочет от них это странное существо, ясно только как опасен Страж, и неважно чистая магия здесь или не совсем.
  - Вы помогли мне в моих размышлениях. И теперь я лучше вижу вас. Вижу кто вы такие. Вы ведь сами показали мне это, а я был слеп. Побег, вот в чём заключены все ваши желания. Я завидую вам. У меня нет ваших возможностей, мне никогда не сбежать отсюда. Но... Но зато я могу помочь вам сделать это.
  - Ты пропустишь нас?!
  - Нет, такое не в моих силах. Барьеры ставил хозяин, я лишь помогаю управлять ими. Но ведь сбежать можно не только по воздуху. В замке есть и подземелья. Я видел их, хоть и не полностью. Там, под землёй мои двойники значительно слабеют и быстро исчезают, как я ни стараюсь их поддержать. Но я знаю, как обширны подземелья. Там должен быть другой выход.
  Охотники переглянулись, не понимая странной доброжелательности Стража. Они не сделали ему ничего хорошего, лишь попытались убить, и все равно он был им за что-то благодарен.
  - Спасибо Глаз за твой совет, - первым, как более умудрённый жизнью заговорил Лоэлин. - Спасибо, мы запомним твои слова.
  - Не благодари. Я не знаю, но мне кажется я не единственный Страж Одинокого Шпиля. Возможно, вы наткнетесь и на других. Будьте осторожнее.
  Только после этого они смогли покинуть сторожевую площадку. День подходил к концу.
  
  Пустынен вечером внутренний двор замка. Никого нет. Лишь в небольшой сторожевой башенке у ворот тлеет огонёк. Там жмутся, боясь и нос высунуть на улицу почти единственные люди во всём замке. Трое солдат Чёрного колдуна. Они охраняют массивный механизм запора центральных ворот. Другие ворота в замке не охраняются, у них и нет таких запоров, за что солдаты уже не раз благодарили своих богов. Западные и восточные ворота всегда закрыты и ни один солдат носа туда не кажет. Ведь творящиеся там ужасы отбивают всякую охоту к излишнему любопытству.
  За всё время службы здесь солдаты с трудом приучили себя к общению с уродливыми слугами, повседневно снующими во дворе. Но бывает из недр замка появляются и куда более страшные существа. Особенного страха, как рассказывали друг другу солдаты, натерпелась вчерашняя смена. Два огромных крылатых демона почему-то весь день нежились во дворе на солнышке. Из-за этого солдаты шагу не осмелились ступить из своей караулки. Так и просидели весь день взаперти. Когда колдун дома эти твари себе такого никогда не позволяли. Хотя когда хозяин дома, всегда существует риск стать объектом его внимания, а ничего хуже солдаты представить не могли. При разговоре о колдуне они все приумолкли, нервно оглядываясь по сторонам. Пусто. Кажется пусто. Какие-то черные тени мелькнули во дворе замка. И, кажется, эти тени двигались к воротам.
   - Они никогда не посмеют, - испуганно сказал старший. - Чёрный заколдовал башню. Демоны не могут попасть к нам, а значит, и открыть ворота... - Застыв в напряжении, с мечами во вспотевших ладонях, солдаты ждали.
  Снаружи донесся свистящий шёпот:
  - Здесь всё заколдовано, как и в тех воротах. К тому же охрана...
  - Какая это охрана, с одного удара хребты поломаются. - Ещё один шёпот похожий на свист, люди так не умеют.
  Все трое солдат заметно побледнели. Даже красноватый свет факелов не скрыл это.
  - Эй, вы, внутри, - теперь уже говорили с солдатами. - Откройте двери.
  Один из охранников робко потянулся к запору.
  - Не сходи с ума, - успел его перехватить главный. - Сиди тихо, пока мы внутри, они ничего не могут нам сделать.
  - Эй, да вы что. Мы не собираемся вам ничего делать, мы хотим только поговорить. У нас есть кое-что, вам это должно понравиться, - снаружи замолчали, ожидая ответа.
  Солдаты как мыши затихли, никак не реагируя на крики снаружи.
  - Солдаты, вы хотите золото? Мы сделаем вас богатыми, только откройте двери.
  Солдаты переглянулись, но с места не сдвинулись.
  - Вы не верите, что мы дадим золото? - У входной двери звонко звякнул тяжёлый металл, так могут звенеть лишь полновесные монеты. - Откройте дверь. Прямо за ней лежит золото!
  Солдаты молчали, алчность хоть и начала потихоньку закрадываться в их головы, да только страх перед ночью был куда более велик. Лишь к полуночи всё затихло. Но солдаты так и сидели до утра, сбившись в группку, не решаясь даже подойти к двери. Дрожащие и жалкие, они боялись тишины снаружи, боялись всего того, что поручил им охранять колдун.
  
  
  
  
  
  Глава 3
  Охотникам не хотелось сразу идти в подземелье замка, как советовал им Глаз. Но попытка уйти через главные ворота, через единственное место, которое не контролировалось невидимыми колдовскими барьерами, не удалась. Солдаты, эти здоровенные наемники в чёрной броне оказались на редкость трусливыми и суеверными людьми. Похоже, они годились только на то, чтобы разорять деревни. Или же колдун сумел воспитать в них должную верность. Как бы то ни было, теперь охотникам надо было спускаться вниз, в эти тёмные и непонятные туннели. Они знали, где находится вход туда, и на этом их знания о лабиринте под замком Одинокий Шпиль заканчивались.
  Несмотря на всё это настроение у них не испортилось. Друзей скорее развеселила неудавшаяся попытка у ворот, ведь они с самого начала не возлагали на неё больших надежд. Зато теперь Долин смеялся над Лоэлином и называл его не иначе как демоническим искусителем.
  - Никакой я не искуситель, - оправдывался Лоэлин. - У нас ведь правда есть золото, я действительно поделился бы с ними.
  - С твоей-то демонической натурой... - лишь посмеивался в ответ Долин.
  Они на самом деле взяли с собой немного золота, столько, сколько поместилось в их кожаные пояса, единственный предмет амуниции, выданный им колдуном. Другая одежда им все равно не требовалась.
  Днём, сразу после разговора с Глазом, они обокрали одну из личных комнат Чёрного, его будуар. Воспользовавшись крыльями, они через окна проникли в спальные покои колдуна, выкинули оттуда мелких крысоподобных прислужников, вскрыли сундуки и основательно утяжелили их содержимым свои пояса. Долин также прихватил золотой кинжал со стены украшенный драгоценными камнями. Его привлекла рукоятка с набалдашником в виде девичьей головы. Изящная работа неизвестного ювелира напомнила бывшему мельнику о сгинувшей в магической бездне Анне. Он прицепил кинжал на место выброшенных пыточных инструментов и с того момента всё поглядывал на него, снова и снова любуясь загадочным золотым лицом.
  После грабежа беглецы покинули покои колдуна и отправились к солдатам у главных ворот. Там Лоэлин и опробовал впервые в жизни на себе роль демона-искусителя. Оба так спешили, что даже не заметили следящего за ними демона-карлика. Тот, пока охотники грабили будуар колдуна, прятался в тайной нише в стене. Снаружи она была занавешена ковром, в самой нише имелось несколько лазов, и карлик мог спокойно переходить по ним от одной комнаты к другой, от одной тайной ниши к другой. Он видел всё, в руках он сжимал мощный арбалет, но почему-то так его и не использовал. Карлик, даже когда охотники ушли, остался сидеть на месте, разглядывая опустевшие покои и сжимая арбалет. Он что-то шептал, только никто не слышал его слов.
  
  В темноте кинжал начал светиться. Охотники не сразу заметили это. Оба прекрасно видели в темноте, почти не отличая свет от тьмы, потому и не обратили внимания на необычное свойство кинжала. Даже Долин, который поминутно рассматривал свой трофей не увидел этот свет, так тот был слаб и неназойлив. Первым свет кинжала заметил тюремщик Маргоб. Единственный вход, который охотники знали в подземелья, находился в темницах. Это была старая деревянная дверь, изъеденная временем, влагой и червями. Они не раз проходили мимо неё, когда шли за Анной и когда возвращались назад. Тогда они спрашивали у Маргоба, что это за дверь. Тот в ответ лишь смеялся, приговаривая невразумительные слова о блаженной тьме подземелий, где нет факелов и где одна сплошная тень. Маргоб попался им и на этот раз.
  Горбатый тюремщик прятался в закутке между пустыми камерами. Сейчас в тюрьме находилась лишь одна заключённая, но колдун пока наложил на неё защиту. Маргобу остались лишь одни привидения и потому горбатый людоед скучал. Духи его не забавляли, пустые крикуны в которых не осталось ничего съедобного. Он издалека услышал грузные шаги демонов-охотников, эти звуки он ни с чем не мог спутать. Маргоб зашевелился, появление охотников могло означать появление нового заключённого, а новый заключённый это много много хорошего развлечения для тюремщика. Тихо, держась теней, избегая слабого света факелов, Маргоб вышел навстречу охотникам и тут же упал ослеплённый.
  Долин с удивлением разглядывал лежащего перед ним Маргоба. Тот появился как будто из ниоткуда, а появившись, сразу свалился, весь белёсый и склизкий, он закрывал своим жабьими руками глаза, а его кривые ноги тщетно сучили по каменному полу не сдвигая ни на сантиметр грузное тело. Ведь шипы на спине Маргоба уперлись прямо в стену, царапая её.
  - Свет, свет!!! Мерзкий свет! - кричал Маргоб. - Уберите этот мерзкий свет! Зачем вы пришли сюда с этим отвратительным светом! - Он выл и причитал, он извивался как червь. - Свет, свет!
  Долин замер на месте, не зная как обойти неожиданное препятствие. Лоэлин, который прошёл вперёд раньше, лишь усмехнулся, увидев творящееся позади себя.
  - Я, может быть, и демонический искуситель. Но и ты у нас, похоже, яркая личность. Смотри, как ты на него действуешь.
  Долину было не до смеха. Маргоб, по-прежнему зажимая глаза, начал потихоньку подниматься с пола и отступать в свою любимую тень. На поясе у горбатого тюремщика болталась связка ключей. Скорее всего, среди этих ключей прятался ключ и от старой двери ведущей в подземелье. А открывать в колдовском замке двери без ключей не самое лучшее дело, этому Долина уже не надо было учить. Он бросился на Маргоба, пытаясь схватить склизкое существо. Но тот вырвался и кинулся убегать, уже без всякого скольжения по теням, просто убегать, звучно шлёпая ногами по сырым камням. Долин поспешил за ним, успев крикнуть лишь что-то невнятное про ключ. И Лоэлин остался один с замершей на устах новой шуткой о взаимной привязанности охотника и тюремщика. Бывший студент растерянно смотрел вслед быстро удаляющейся парочке, не понимая бежать ли ему следом или же оставаться ждать тут.
  Маргоб, дезориентированный волшебным светом кинжала, совершенно не ориентировался в родных ему темницах. И хотя Долин, с его большими крыльями был не лучший бегун, тем более в столь тесных пространствах, в конце концов, он всё-таки догнал тюремщика. Тот забежал в тупик, где и упал, продолжая кричать о свете донимающем его. Но в тупике света как раз и не было. Подставка для факелов была пуста, ближайший огонь горел далеко за углом коридора, его отсвет был почти незаметен отсюда.
  - Хватит орать! - Раздраженный и запыхавшийся Долин схватил Маргоба, пытаясь сорвать ключи с его пояса.
  - Всё, всё сделаю для тебя, - кричал Маргоб. - Только спрячь волшебный свет.
  - Да какой ещё свет?!
  Маргоб отвернулся и дрожащей лапой дотронулся до кинжала на поясе охотника, и затем сразу отдёрнул её будто обожженный этим золотом. Приглядевшись, удивлённый Долин понял, что так оно и есть. Кинжал обжёг тюремщика, на его склизкой плоти появились заметные волдыри. Долин осторожно дотронулся до своей золотой вещицы, но та казалась прохладной.
  - Волшебный кинжал. - Долин снова дотронулся до него. - Однако... - Только сейчас он понял, как был глуп. Действительно, а каким ещё мог быть кинжал в спальне колдуна?
  Теперь, внимательно разглядывая эту вещь, Долин заметил, что она действительно начала светиться, хотя наверху, в спальнях, она казалась вполне обычной, разве только очень изящной работы. Он зажал кинжал в ладони, чтобы хоть немного успокоить сумасшедшего Маргоба. Свечение хоть и ослабло, но все равно пробивалось между пальцев, и даже прямо сквозь ладонь. Долин, зачарованный, рассматривал непонятное чудо и тут появился запыхавшийся Лоэлин.
  - Зачем тебе этот людоед? - Без всяких предисловий начал бывший студент. - И что это вообще с тобой? Ты весь светишься!
  Лоэлин замер там, где стоял, не понимая происходящего. Долин осмотрелся и действительно, сейчас светилась не только его ладонь. Начал светиться и он сам, хоть и немного слабее, чем светился кинжал сам по себе. Стал светиться и Маргоб которого Долин всё ещё прижимал к полу. Это, похоже, окончательно добило тюремщика, он весь обмяк, правда продолжая что-то бормотать, тихо тихо, почти не слышно. Долин отпустил его и встал, продолжая зажимать кинжал в ладони.
  - Я ничего не понимаю, - признался он. - Это всё кинжал. Я забрал его из спальни колдуна.
  - Из спальни колдуна?! Ты с ума сошёл. Я же говорил брать только монеты. В замке только они не заколдованы! Безумец!
  Долин хоть и понимал правоту друга, но не мог не ответить. Слишком резко звучали слова второго охотника.
  - Ты говорил?! Когда?! Да мы просто пошли и ограбили эти спальни. Не помню, чтобы кто-то что-то мне говорил!
  Лоэлин не нашелся, как ответить. Он действительно не помнил, предупреждал ли он Долина про опасные магические вещи или же только думал про это.
  Они смотрели друг на друга, оба не зная как поступить дальше. Долину не хотелось выбрасывать кинжал, и в то же время он боялся его. Лоэлин вообще ничего не понимал в происходящем, но ему не хотелось признаваться в этом. Ведь до сих пор в их паре он был за старшего, почти командир.
  Тут очнулся Маргоб. Слабый свет, исходящий от Долина действовал на него слабее, чем прямой волшебный свет от кинжала.
  - Охотники, зачем вы пришли ко мне? Зачем вы пытаете меня? Разве я провинился? Я всё делаю, как приказал хозяин. Я охраняю узников, я пугаю их, я их ем. В чём я провинился? - Он немного помолчал, ожидая ответа, да только охотники по-прежнему молчали. - Или это всё из-за новой узницы?
  - Какая ещё узница? - удивился Долин, он думал, что после Анны в темницах не осталось пленников.
  - Белая, белая. Такая вкусная на вид. Но я ничего не могу с ней сделать. Колдун приказал не трогать её. Или, может, он передумал? Давайте вместе попробуем её. Я давно не ел таких. От прошлой я лишь немного откусил в последний день, а после колдун куда-то её отправил. Так жаль...
  После этих слов Долин забыл все свои мысли о колдовских кинжалах. Он схватил Маргоба и пару раз что есть сил ударил тюремщика головой об потолок. Долин понял, про какую такую последнюю узницу говорил Маргоб. Конечно же, эта была Анна.
  В ответ Маргоб завопил:
  - Свет! Этот свет! - Удары на него большого впечатления не произвели, а вот магический свет, который опять шел напрямую от кинжала, мучил невыносимо.
  Долин поспешил зажать кинжал, снова приглушив свечение.
  - Говори, что ты сделал с Анной? Куда отправил её колдун? - Лоэлин недоумённо смотрел на него, но молчал, не вмешивался.
  - Какой ещё Анной? Кого отправил? - Маргоб как тряпка повис у Долина в руках и лишь изредка помаргивал, притворяясь невинностью, что у такого каннибала выглядело ещё омерзительней, чем истинная личина. Тогда Долин снова достал кинжал и поднес его прямо к лицу Маргоба.
  - Свет! Уберите свет! Я ничего не знаю! - На бледной морде Маргоба появились волдыри, кожа начала темнеть и дымиться, изо рта потекла слюна и кровь.
  - Ложь! Ложь! - мелодичный голос опроверг слова Маргоба.
  Долин повернулся к Лоэлину:
  - Ты тоже так думаешь?
  - Да, только я ничего не говорил.
  - А кто же тогда говорил?!
  В минуту опасности демоны-охотники всегда раскрывают крылья. Чисто инстинктивный рефлекс в подземелье оказался не очень кстати. Во-первых, они оба ушибли свои крылья, во-вторых, поднялся такой переполох, что Маргоб выскользнул и чуть не убежал. Долин успел схватить его за ногу в последнюю минуту. Так, вверх тормашками, и поднял опять к потолку.
  - Выпустите меня, я всё скажу, - умолял тот.
  - Ложь! Ложь! - В очередной раз мелодичный голос не поверил Маргобу.
  На этот раз Долин расслышал источник звука. Он шёл прямо из его руки. Раскрыв ладонь охотник в недоумении посмотрел на кинжал. Женская голова с изящной рукоятки, улыбаясь, посмотрела на него в ответ.
  - Это кинжал. - Долин протянул магическую вещицу Лоэлину, и лицо на рукоятке тут же недовольно нахмурилась и застыла, снова став всего лишь декоративным украшением.
  - Похоже, ты его активизировал, - Лоэлин повертел потухшую золотую капризницу в руке и вернул Долину, у бывшего мельника кинжал опять стал светиться. - И работать он желает только у тебя.
  Действительно, вернувшись к Долину, кинжал доброжелательно улыбнулся, явственно показывая, кто здесь его новый хозяин.
  - Да уберите же свет!!! - Визгом, переходящим в хрип напомнил о себе так и висевший вниз головой Маргоб. Долин с нехорошей усмешкой обернулся к пленнику в своих руках, поднял того ещё выше. Их головы оказались на одном уровне. Охотник прошептал прямо в лицо повизгивающему каннибалу:
  - Хорошо, мы его уберем. Но взамен ты расскажешь нам всё, что мы у тебя спросим. И только попробуй сказать неправду. Кинжал будет рядом, и я с удовольствием посмотрю, как с тебя будет слазить кожа от его света.
  Маргоб рассказал им всё. Когда он врал, кинжал сразу же разоблачал его. И тюремщику пришлось быть правдивым. Как оказалось, про Анну он действительно знал немного. Зато он знал, куда отправился колдун. Откуда у него такие сведения было непонятно, Маргоб хоть и отвечал на их вопросы, но делал это подобно заправскому шпиону. Вроде бы говорит, а вроде и нет. Всё, о чём он мог умолчать Маргоб оставлял в тени. Приходилось многое домысливать и уже после такой логики задавать новые вопросы, от ответа на которые Маргобу было не отвертеться.
  Как выяснилось, Чёрный Колдун слишком увлёкся опытами и совершенно забыл обо всех других делах, в том числе про Великий съезд. Что для любого колдуна в стране Гооб совершенно непростительно. Пришлось ему срочно собираться. Из-за возникшей суматохи произошла небольшая неразбериха с Анной, чем и не преминул воспользоваться Маргоб. Он отведал вкус крови молодой узницы и последнее не осталось незамеченным колдуном. Хозяин пришел в ярость.
  В этом месте рассказ Маргоба прервали. Долин, хоть и знал раньше данную историю, не смог удержаться и снова порвал каннибалу шкуру в нескольких местах. Кинжал на время наказания держал Лоэлин и потому тюремщик не сильно пострадал, светом его на сей раз не жгли.
  После экзекуции Маргоб продолжил свою историю. Колдун также был очень зол, он наказал Маргоба, приковав того цепями на целый день в одном полуподвальном помещении. Туда попадало столько солнечного света. Даже заросшие паутиной окна не помогали. После случая с Маргобом хозяин и решил убрать Анну подальше от замка и решил сделать это с пользой. Последовал тот обмен, в котором участвовали и охотники. Это было всё, что знал тюремщик о прошлой пленнице. Ни куда её отправил колдун, ни как найти её Маргоб сказать не мог.
  Зато он много чего мог рассказать о подземелье, и это быстро выяснилось, когда речь зашла о дальнейшем пути охотников. Маргоб не скупился на подробности. Он стал даже слишком словоохотлив и любезен. Более того, он согласился открыть им дверь в подземелье, на тут случай если там есть какое-нибудь сторожевое заклятие. Долину неожиданное дружелюбие казалось подозрительным, но кинжал молчал, и они пошли вслед за горбатым тюремщиком.
  Любитель темноты, несмотря на все свои хитрости, всё же немного просчитался. Они шли к старой двери мимо тюремных камер, как вдруг Лоэлин что-то услышал. Его острый слух охотника мог отличить звуки тюремной живности от звуков, производимых человеком. Кто-то тихонько дышал в одной из камер. Лоэлин остановил их странный караван. Маргоба невольная остановка заметно раздражала, но каннибал предпочёл смолчать. Над ним и так ангелом мести нависал Долин, жаждущий любого повода для очередного кровавого урока. Охотник всё не мог простить старому каннибалу крови Анны.
  Лоэлин ничего не мог разглядеть сквозь решетки камеры. Кто-то действительно дышал там, внутри. Но этот кто-то заметил их гораздо раньше, чем они услышали его. Он забился в самый тёмный уголок, невидимый и очень тихий. Тут Лоэлин вдруг понял, кто там прячется. Ведь когда они только спустились сюда, Маргоб что-то упоминал о новой узнице. Больше в темницах никого и не оставалось. Её нельзя оставлять тут, решил Лоэлин, Маргоб проживет и без дополнительной порции человечинки на обед. Хлипкая дверь камеры слетела с одного удара. Бывший студент без всяких церемоний схватил лежавшую там, на полу девушку, положил её на плечо, и уже вместе они продолжили путь. Объяснить ей что-либо им не пришлось. Она была без сознания. Так к их команде прибавился ещё один спутник.
  
  Крысюк никак не хотел понимать, чего от него хотят. Он метался по мастерской, ворчал и ругался, один раз даже опрокинул верстак. И, похоже, больше он ничего не умел. Мастер Яс желтел от злости, но поделать ничего не мог. Как только Чёрный колдун покинул Одинокий Шпиль, все крысюки в замке стали почти неуправляемые, все как один безумные, ничего не понимающие и не хотящие ничего понимать. К мастерской Яса было приставлено несколько таких слуг, сам он бы не смог управиться со всеми делами. Да только теперь и дел никаких не было и не могло быть. Крысюки ухитрились испортить все начинания Яса.
  В раздражении мастер прогнал прочь большую часть из них. Оставил лишь одного, вроде бы самого сообразительного. Но вскоре и последний подмастерье испортился. Мастеру оставалось лишь разводить руками и мечтать о том времени, когда вернётся хозяин и всё станет на свои места. Уж тогда Яс отыграется на всех кто пользуясь незавидными размерами кузнеца, так или иначе, притесняет его.
  Хотя под Одиноким Шпилем иначе и не бывает. Таково уж здешнее подземелье. Тут вечно идет война, так изначально задумал Чёрный нуждаясь в неком полигоне для своих экспериментов. И единственное место, которое колдун защитил, были мастерские, где главным назначен великий мастер - Яс. Кузнец делал колдуну большую часть его артефактов, он ковал оружие для его солдат, он же помогал хозяину проводить те его опыты, в которых требовалось мастерство кузнеца. Только такую работу знал, умел и помнил Яс, другой жизни он не знал. И только это интересовало его.
  Яс почти не покидал подвалов и лишь понаслышке знал о замке наверху, о той стране, в которой есть Солнце. Яс считал, что у него неплохая жизнь, и особенно его утверждали в такой мысли судьбы других существ обитающих в подземелье. Те же крысюки, несмотря на всю свою подлость и леность, эти мерзкие существа, жили куда хуже, чем кузнец и немало завидовали ему, а он принимал эту зависть как должное. Умели б работать, считал Яс, жили бы лучше. Но кроме крысюков в подземелье встречались и другие существа. Их Яс не понимал вообще и большую часть из них старался избегать. Тем более многие из них голодали, и перекусить мастером-кузнецом для них было бы неплохим полдником. Даже слово колдуна этим отощавшим хищникам не указ, ведь чудовища попросту не понимали слов.
  Однако были у Яса в подземелье и друзья. Кузнец иногда ходил к ним в гости, пусть это и сопряжено с немалым риском. Обратный вариант к сожалению был невозможен, ни один из них не мог покинуть свои каменные закутки, даже ради безопасных мастерских. Как подозревал Яс, здесь не обошлось без заклятий Чёрного колдуна, но кузнец никогда не спрашивал об этом. Ему не хотелось думать плохо о столь великом существе как Чёрный колдун. Вот уж кто действительно был мастером и мог сделать действительно всё.
  Яс, наблюдая за работой хозяина, просто не мог думать о нём плохо. Но сейчас Чёрного колдуна не осталось, и вся деятельность буквально замерла с его уходом. Яс злился, ругался, но поделать ничего не мог, даже с теми же крысюками. Ведь он был ненамного крупнее их, и у него не росло таких острых зубов. Правда, зато кузнец выглядел симпатичнее, чем эти уродливые твари, только в поединках красота мало помогала. Крысюки в красоте ничего не понимали. Даже чудесная зелёная, шелковистая кожа Яса не казалась им шедевром колдовского искусства.
  А ведь колдун немало хвалил в своё время облик Яса, называя его вершиной своего мастерства. Никто другой в замке не был даже близок к подобному идеалу. Так считал Яс. При этом его нисколько не смущал тот факт, что, по словам колдуна, он был создан, а некоторые твари в замке были рождены. Для Яса слова "рождение" и "создание" казались синонимами. Например, некоторых крысюков Яс помогал делать сам, а некоторые рождались уже тут в подземельях. И никакой разницы между ними не было. Все они как один бестолковые, сварливые, жадные воры. Вот и сейчас, стоило только Ясу задуматься, его помощник, как будто понимая, что ему не долго осталось пробыть в этой должности, схватил один из медных тазиков сваленных в кучу не так далеко от двери и бросился наутек. Яс с первым попавшимся под руку оружием поспешил следом. Если каждый крысюк будет тащить что-нибудь из его мастерских, то тут скоро совсем ничего не останется.
  Первым попавшимся под руку оказался увесистый молот. Оружие не располагало к быстрому бегу, и кузнец запыхался, едва перевалив за порог мастерской. Догнать шустрого крысюка, пусть даже у того медный тазик под мышкой, не так просто. К счастью этого уже не требовалось, крысюка догнали и без участия мастера-кузнеца. Догонять было поздно и не из-за чего. Крысюк без чувств лежал в пыли у стенки, тазик валялся неподалеку, раздавленный увесистой ногой. Эти ноги стояли тут же рядом, целых четыре штуки и принадлежали двум большим крылатым чудовищам, шкура которых походила на иссохший и сморщенный пергамент, а головы этих чудовищ украшали огромные челюсти с рядами ровных пилообразных зубов. Яс никогда не видел в подземелье подобных существ. Встречались здесь конечно обитатели и страшнее, но, как правило, они не подходили близко к мастерским кузнеца. А эти подошли. Единственное, что успокаивало Яса, так это то, что на плече у одного из странных гостей находился подопытный материал.
  - Вас прислали сюда для работы? - несмело поинтересовался Яс, молот он при этом выдвинул немного вперед, хоть и сомневаясь в надежности подобной защиты. - Что колдун приказал сделать с этим материалом?
  Чудовища молча переглянулись. Яс снова, уже в который раз за день начал чувствовать, как в нём нарастает напряжение. Сегодня его никто не хотел понимать как надо. Эти два чудовища, похоже, оказались не умнее, чем крысюк, которого они приложили о стенку. Или, может, у них не предусмотрена такая вещь, как умение говорить? Ведь если судить по их виду эти монстры предназначались для довольно грубой физической работы.
  - Вы можете говорить? - Не долго думая, спросил Яс. - Если нет, то кивните, и пошли со мной в мастерскую. Надо подготовить этот ваш материал к работе.
  - Какой ещё материал? - чудовища, оказывается, всё же умели разговаривать, но это ещё ничего не говорило об их мозгах. Первые слова незваных гостей звучали довольно глупо. Как будто здесь всё вокруг завалено подопытным материалом.
  - Какой, какой. - Яс еле удержался, чтобы не выругаться. - Ну, человек, тот который у вас на плече. Других я что-то здесь не вижу! Хватит дурацких вопросов, идите за мной.
  И Яс, больше не задерживаясь и даже не оглядываясь, прошагал в мастерскую. К этому его подвигло не только собственное раздражение. Он услышал как недалеко, в соседнем туннеле, проснулся Грызун. Так обитатели подземелий прозвали одного из местных Стражей. Очень грузное существо и очень немаленьких размеров. И характер у Грызуна был очень плохой. Он даже когда не грыз стены или врагов колдуна, всегда был готов ненароком растоптать кого-нибудь из слуг, пусть даже те прилежны и послушны. Шаги Грызуна сотрясали стены, и Яс решил не задерживаться в коридоре из-за каких-то глупых чудовищ. Которые, впрочем, тоже обладали неплохим слухом, они влетели в мастерскую, едва не опрокинув её хозяина, и сразу же захлопнули дверь. Яс успокоил их:
  - В мастерскую Грызун не сунется, не его территория. Хозяин специально для него установил тут отличную ловушку. Грызуна уже пару раз трясло здесь, и он хорошо запомнил, куда ему не следует соваться.
  - Вот и отлично! - Сказало то из чудовищ, которое было ближе к Ясу, его отличала короткая морда, смахивающая на морду летучей мыши. - Значит теперь можно и поговорить.
  Яс не сразу понял, что это сказали именно ему. После выдачи справки о Грызуне он приступил к отладке рабочего места, чтобы лучше использовать столь редкий сейчас в его мастерской подопытный материал.
  - Эй, как там тебя. Ты слышал, что тебя сказали? - В разговор вступило второе чудовище, у этого была более узкая морда, вечно раскрытая, со слюной, которая так и норовила вытечь оттуда. И пара капель, как заметил Яс, действительно вытекла. С шипением они выели в каменном полу некое подобие узоров.
  - Всё я слышал! - Раздражённо заметил кузнец, ему не терпелось приступить к работе. - Но какие к черту разговоры? О чём тут болтать?! Кладите материал на место, которое я подготовил. - Тут он немного замялся. - Или колдун хотел, чтобы я подготовил для этого материала нечто особое? Нужно вживить ей перед работой механического жука? Или достаточно воткнуть несколько щупов в пятки?
  Яс знал, о чём говорил. Жук отлично подготавливает материал в том случае, если его собираются подвергнуть полному перерождению. Щупы же использовались в том случае, когда надо было сохранить отдельные части материала, для последующей переработки в различные артефакты.
  - Да-а-а... - протянуло то чудовище, на плече которого всё ещё лежал подопытный материал.
  - Что, да? - Не понимая, спросил кузнец. - Так жук или щупы? Или надо нечто более специфическое?
  - Наверное, специфическое, - снова ответ чудовища звучал как-то странно, кроме того Яса насторожило поведение второго чудища. Пока первое говорило, второе тихо обошло верстак и отрезало тем самым кузнецу путь к отступлению. Яс невольно снова нащупал молот, который уже было отложил в сторону.
  - Я не делаю, что попало, - вполголоса, заикаясь, заявил Яс. - Я мастер. Я был одним из тех, кто работал над барельефом Скомса...
  Он замолчал, понимая, что говорит не то. Его странные гости вряд ли когда либо слышали о барельефе Скомса, да и вряд ли хотели слышать.
  - Нам нужно совсем немного, - полушёпотом, наклонившись, сказало чудовище с узкой мордой. - Совсем немного. - При этих словах оно приблизилось почти вплотную к Ясу.
  Кузнец с тоской осознал, что последняя преграда между ними молот, и она кажется хлипкой, очень хлипкой.
  - Барельефы, жуки, щупы - хороший выбор, но нам нужно немножко другое...
  Возникла пауза. Все трое застыли на месте, ожидая каждый чего-то своего. Испуганный кузнец пояснений, охотники же просто удобного момента.
  - А была не была, - решилось чудовище с узкой мордой и шагнуло на кузнеца, чуть не раздавив его при этом. Яс отпрянул, пытаясь втиснуться между стеной и кузнечным горном.
  - Что ещё за "была, не была"? - Он попытался спрятаться за молотом. - Какие-то вы не такие, вы мне не нравитесь.
  И тут чудовище прыгнуло на него. Яс чудом увернулся, упал и змейкой пролез между ног чудовища, где затем, вскочив, бросился убегать. Однако у дверей его встречал второй монстр. Мастер повернулся, попытался отмахнуться молотом от набегающего врага. Последовал шипящий плевок, струя кислоты на глазах превратила прочное железо в изъеденную коррозией труху.
  - Чего вы хотите?! - С ужасом закричал кузнец. Бесполезное оружие со звоном упало вниз. - Здесь нельзя никого есть! На помощь!
  Его не слушали, мощная рука схватила Яса за горло и приподняла к потолку.
  - Вот ты и попался. Теперь ты нам всё расскажешь!
  Яс, полупридушенный этой мертвой хваткой, не сразу понял смысл этих слов. Чудовищу пришлось повторить свою торжествующую фразу.
  - Расскажу?! - Наконец сообразил Яс. - О чём расскажу?
  - Всё, что ты знаешь о подземельях!
  - О подземельях? Но зачем? - Яс никак не мог понять, для чего такое бесполезное знание нужно странным чудовищам.
  - Нам нужен выход из этого лабиринта, и выход не в замок, а наружу, за стены.
  - Выход? Из подземелья? А тогда зачем вам этот подопытный материал?
  Хватка усилилась, и Яс закашлялся задыхаясь.
  - Запомни несчастный упырь. Если здесь и есть подопытный материал, то разве только ты сам. Никогда не видел более подходящего материала для опытов! И мы проведем эти опыты, если ты не расскажешь нам, где выход!
  Яс хотел было сказать, что колдун уже провел с ним все опыты, в которых имелся хоть какой-то магический интерес, но решил смолчать. Эти монстры вряд ли бы поняли его.
  - А зачем вы сломали мне молот? Если вам всего лишь нужен выход, надо было просто спросить и я бы показал. Я знаю, где дверь, ведущая не в замок.
  Яс совсем не лукавил. Он действительно знал такой выход. Кузнец часто туда наведывался, ведь как раз там жила одна из его хороших знакомых. Из тех самых, что почему-то постоянно сидят в своём каменном закутке и никуда не выходят. Мастер даже согласился проводить туда назойливых гостей. Все равно в кузнице делать нечего, а так прогуляется в безопасности, поболтает.
  Вскоре Яс узнал всё об этих странных существах. Звали их очень похоже, он даже не сразу запомнил кто из них кто. Чудовище с короткой мордой было Лоэлином, с узкой - Долином. А подопытный материал, с которым не желал расставаться Лоэлин, оказывается, ещё недавно был узницей, и эти чудовища её спасали. Яс не совсем понял хитросплетённой истории, но решил оставить вопросы на потом. Тем более на самом деле куда больше его заинтересовало тот факт, зачем вообще слугам Чёрного был нужен выход из подземелья. Оказывается они совершали побег из замка.
  - Вы хотите сбежать?! - Всё допытывался с недоверием кузнец. - Удивительно, я впервые участвую в настоящем побеге. А ведь я уже столько лет живу в подземельях. Да ещё чтобы сбегали демоны-охотники. - Яс теперь знал про специализацию чудовищ, он и раньше слышал о таких слугах колдуна, просто до сегодняшнего дня он никогда не видел их, потому и не узнал сразу.
  - Обычно, насколько я знаю, охотники ловят беглецов. А вот чтобы наоборот... Нет, никогда не слышал.
  - А ты вообще много знаешь о таких как мы? - Поинтересовалось одно из чудовищ, кажется Долин.
  - Не очень, - кузнец пожал плечами. - Знаю лишь, что демонов-охотников Чёрный колдун делает несколько штук в год. Слишком уж вы быстро изнашиваетесь ребята на его работе. Как правило, с ума вы съезжаете уже на второй неделе. И как хозяин не старается результат всегда один. Становитесь злобными, затем и вовсе теряете чувство меры. Приходиться ему переделывать охотников в крысюков. Среди них немало ваших предшественников. Но лично я никогда вами не занимался, вот и не узнал вас сразу. Я, конечно, восхищаюсь хозяином, но всё же с вами я выбрал бы другую методу.
  - Какую ещё такую методу? Щупы в пятки?
  Яс замялся, они почти угадали его мысли. Совсем неинтересные собеседники, всё им не то, всё им не так. Одно слово - охотники.
  - Ты лучше расскажи нам другое. Слышал ли ты когда-нибудь про успешные побеги?
  Вопрос заставлял задуматься. Яс никогда особо этим не интересовался. И тут он кое-что вспомнил.
  - Вообще-то побеги бывают. Но это всё очень скучно. Беглецов ловят, наказывают, всё однотипно, никакого искусства. Пытки, уничтожение. Я этим не интересуюсь...
  - Неужели всё время так неудачно? - один из охотников перебил Яса.
  Мастер скорчил недовольную мину, он только как раз подводил разговор к блестящему переходу в новую фазу, а нетерпеливые охотники всё испортили. Да-а-а, видно хозяин спешил, когда работал с этими двумя, ни терпения в них, ни умения.
  - Почему же неудачно. Один раз побег удался. Из-за этого был большой шум. А закончилось всё очень забавно. Просто уморительно. Жил один парень и Чёрный превратил его в демона-червя. Такие, как правило, занимаются разработками под землей. Но да не суть важно. Так вот, червь оказался очень недоволен выпавшей ему долей. А хитрости ему было не занимать. В первую же неделю он спланировал побег. Вы знаете, эти демоны в шахтах быстро тупеют, ведь всех делов у них лишь землю грызть в нужных местах. Как нагрызётся то наверх, ему там пузо вскрывают и всю добытую руду достают. Довольно монотонная работа. Но этот червяк сумел обмануть несколько похожих тупиц работавших неподалеку. Он внушил им, что основной пласт руды находится сверху. Они все и устремились сюда, в подземелье. Тут такое началось. Эти огромные твари выползали из-под земли и ломали всё вокруг. И были довольны. Железа здесь у нас хватает. Вся магическая охрана хозяина была вынуждена умиротворять их. А сам колдун в то время как сейчас находился в отъезде. Парень во время поднявшейся суматохи обманул охрану и ушёл, а точнее уполз из Одинокого Шпиля.
  - А что он снизу он не сделал проход? Зачем столько сложностей?
  - Снизу эти черви пройти не могут, заклятье колдуна мешает, а здесь, в подземелье, заклятье не действует, потому и нужна магическая охрана.
  - И чем же смешна эта история?
  - Смех в том, что выползти парень выполз, да далеко он не уполз. В первой же деревне как заметили его, так подняли страшный переполох, туда прислали солдат и демона-червя в кусочки порубили. Разве не смешно?
  Оба охотники не выглядели весёлыми. Яс выругался про себя. Стараешься разрядить обстановку, стараешься, а толку никакого. Наверное, охотники насквозь сумасшедшие, потому и бегут. С ними разговаривать как со стенками. Ничего не понимают.
  Дикий, ужасный, волнами идущий крик остановил их на полпути. Пронзительный, он, казалось, шёл сквозь стены, а не отражался от них. И он никак не прекращался. Связанная по рукам и ногам пленница забилась на плече у Лоэлина, напуганная этим воплем.
  - Похоже, сегодня у неё плохое настроение. - Яс сам удивился своему стоическому спокойствию. Как будто самого кузнеца этот крик не касается.
  - У кого?!
  - Недалеко от входа живет одна моя знакомая. - Яс говорил, но не забывал при этом потихоньку отходить назад. - Довольно неплохое чудовище.
  Крик повторился. От низкого, гудящего он переходил в тонкий, проникающий во все поры тела звук и обратно. Он заставлял дрожать камни в стенах и раздирал уши невольным слушателям.
  - Хоть и не всегда. - Поправился Яс, огляделся и, заметив, что охотники не смотрят на него, бросился бежать, так, как совсем недавно бежал от него крысюк.
  
  Долин заметил побег их мелкого проводника, когда было уже поздно. Кузнец скрылся за углом, а гоняться за местным жителем по неизвестным туннелям могло оказаться опасным. И так этот безумный мастер завел их невесть куда.
  - Ничего. - Успокоил друга Лоэлин. - Здесь дорогу мы и сами найдем. В конце концов, этот упырь-кузнец говорил нам только правду. Кинжал ведь молчал. И значит выход где-то тут. Найдем и без этого зелёного лизоблюда. Пусть бежит.
  - Пусть. - Согласился Долин. - Но мне совсем не нравится, как кричит знакомец этого кузнеца.
  - Это не знакомец, это знакомая. - Поправил его бывший студент.- А уж с женщиной, я полагаю, мы найдем общий язык.
  Долин не нашелся, как ответить на такое. Если говорить честно, то он считал, что всё как раз наоборот. И тут снова раздался крик. Теперь он звучал ещё сильнее. Даже у охотников, несмотря на их толстокожесть, побежали мурашки по телу. А сверху посыпалась серая пыль и камни в стенах заворочались, словно желая спрятаться. Кто бы ни прятался в этих туннелях, этот кто-то приближался.
  - Да что же это такое? - Спросил Лоэлин, весь напряженный, он полураспахнул крылья и немного присел, будто готовясь к прыжку. Он оглядывался по сторонам, забыв обо всём своём апломбе по отношению к женщинам.
  - Кто бы это ни был, он или она, знает о нас!
  
  Красивый демон. Лицом и стройной фигурой она походила на прекрасную женщину. Только её черты были слишком бесстрастны, слишком застывши, даже когда она издавала свой яростный вопль. Долин, готовившийся к бою с небывалым по злобе и силе демоном, невольно расслабился. Хотя немного настораживали тонкие острые рапиры, которые подземная певица угрожающе продемонстрировала нарушителям.
  - Вам нельзя здесь находиться! Немедленно вернитесь в замок, и я пощажу вас!
  - А кто ты такая, чтобы останавливать нас? - удивился Долин, эта женщина казалась слишком слабой для настоящего Стража.
  - Я Страж и Палач. Я верная слуга Чёрного Колдуна! И вы будете наказаны если посмеется сделать ещё хоть шаг, - резко взмахнув гибкими клинками, она резанула прямо по каменной плите под собой. Гранит поддался лезвиям, две тонких и глубоких линии границей отделили Стража от противников.
  - Ты не правильно оцениваешь ситуацию женщина... - теперь заговорил Лоэлин. Уже надоевшею ему узницу он осторожно положил около стены, надеясь не растоптать её, если начнётся бой. Страж хмуро и холодно смотрела на его действия, рапиры оставались направленными в пол.
  - Во-первых, нас здесь двое, а ты одна, - продолжал Лоэлин, - во-вторых, мы не какие-нибудь там червяки, которых ты ловила здесь до нас. Раскрой глаза. Колдун сделал нас демонами-охотниками. Ты понимаешь, что это значит?
  - Не понимаю и не хочу понимать! Я вас предупредила. Если не уйдете сейчас же, вас ждёт жестокая смерть! - последняя фраза прозвучала с пафосом, но в Одиноком Шпиле любая патетика при ближайшем рассмотрении оказывалась правдой.
  Запугать не получилось, понял Долин. Оба охотника, переглянувшись, разошлись чуть в стороны, настолько, сколько позволяла ширина туннеля. И замерли, ожидая первого хода со стороны палача. Ведь, как никак, несмотря на своё громкое название демонов-охотников, их опыт сражений и схваток находился на уровне близком к нулевому. Оба просто хором раскрыли пасти и как борцы раскинули руки, ожидая нападения Стража.
  Она не заставила себя ждать. Стремительно, практически сливаясь в одно движущееся пятно, палач устремилась к ним. Самое страшное, что при этом не прекращался её ужасный вопль. Сейчас, во время боя, он стал даже сильнее. Крик дезориентировал и пугал, запутывал охотников подобно невидимой паутине. Страж двигалась всё быстрее и быстрее. Лоэлин попытался остановить её своим иссушающим дыханием и лишь подпалил плесень на каменной кладке стены. А палач в это же время испробовала своими лезвиями его шкуру на прочность. Но колдун немало работал над броней своих охотников. Тугая, прочная, это тебе не простой гранит под ногами. Поранить Страж поранила, но неглубоко. Это только разозлило Лоэлина.
  - Надо заблокировать её! - Крикнул он Долину. - Около стенки, в углу она не сможет быть такой подвижной.
  - Как заблокировать?! - Кричал в ответ Долин, отбиваясь от Стража всеми конечностями. - Она ж нам крылья на полоски раскромсает ...
   Тут Страж показала новый прием. Раскрутившись в воздухе, она носочком изящно ударила Долина по подбородку. Долин в ответ некрасиво и грузно осел на пол.
  - Схвати её, схвати, - как сквозь туман он слышал крики Лоэлина и, протянув руки, он что-то действительно схватил. Он пытался удержать это нечто. И не мог. Всем своим весом он не мог повлиять на движения палача. Она по-прежнему стремительно двигалась вокруг оставшегося на ногах Лоэлина. Долин лишь бесполезно бился о стенки мёртвым якорем.
  К их счастью запас сил у палача был не бесконечен. Прошло некоторое время и Долин уже не стелился по полу бесполезной тряпкой. Ему, наконец, удалось встать и опрокинуть палача. Точнее ему показалось, что он её опрокинул. Теперь она просто с огромной скоростью двигалась у пола, по-прежнему неразличимая и неуловимая. Они же, чувствуя себя некими неуклюжими мастодонтами, топтались и прыгали, стараясь её задеть. Сеть кровоточащих ран на их шкурах к этому времени заметно расширилась. И вдруг всё закончилось. Лишь пыль тонкими вихрями всё ещё струилась в воздухе, медленно возвращаясь на свое вековечное ложе. Замолк бесконечный вопль Стража, освободив, наконец, блаженную тишину.
  - Ну как, не раздумали вернуться в замок? - Палач, спокойно улыбаясь, спокойно стояла в нескольких метрах от них, по-прежнему поигрывая своими рапирами. Насколько мог судить Долин, особых повреждений они ей не нанесли.
  - Ни за что, - грузно дыша, заявил Лоэлин. - Ты же не думаешь, что мы идиоты?
  - Именно так и думаю. Вы только что убедились, насколько я превосхожу вас и все равно готовы лезть на рожон.
  - Это только слова и всё. Как ты поступишь, если просто пройдем мимо?! Твои колючки не доказали свою эффективность.
  - Так ли это? - Иронично заметила палач. - А, по-моему, ты из-за этих самых колючек уже истекаешь кровью.
  - Ха-ха-ха, насмешила. Я демон-охотник. Уж ты то понимаешь, что для таких, как я, подобная смерть трудноосуществима. И вообще, разве ты бы разговаривала с нами, если бы могла победить?
  - Ты сомневаешься в моей силе?
  - Нет, конечно. - Чуть передохнув в их спор вмешался Долин. - Ни в чём он не сомневается. Ты сильна. По своему. Но нас ты убить не в силах.
  - Зато я запросто могу лишить вас вашей соблазнительной ноши, и вы не сможете меня остановить. Вдобавок, здесь впереди находится магическая ловушка. И знаете, где находится ключ от неё?
  - У тебя, - Долин загрустил.
  - Почти угадал. Он у меня, он во мне! - Довольная Страж захохотала своим диким воплем, от которого опасно шевелились камни в кладке стены.
  - Ладно. Допустим это так, - опять заговорил Лоэлин. - Допустим впереди ловушка. Возникает сразу два вопроса. Во-первых, зачем ты здесь, если там впереди ловушка, во-вторых, зачем ты рассказала нам про неё, ведь известная ловушка, это уже не ловушка.
  - Ай, слова. И только о ловушке. Пленница тебя, похоже, не очень волнует?
  - Зато ты на неё глаз положила. - Лоэлин притворялся безразличным к спасаемой ими пленнице, собственно почти так оно и было. Ведь они решили спасать эту несчастную женщину лишь в ходе собственного побега, и большую роль здесь сыграли кулинарные предпочтения Маргоба. Пусть уж лучше ест мокриц проклятый каннибал.
  - Мы в патовой ситуации, - продолжал Лоэлин. - Ты явно не можешь нас победить...
  - Не будь в этом так уверен.
  - ... И мы не можем победить тебя. Вдобавок впереди эта гипотетическая ловушка. - Бывший студент от волнения стал чересчур зануден, но палач пока его понимала, а то, что Долин смотрел на него круглыми глазами, было сейчас не важно. Главное у Долина хватило ума смолчать в этот важный момент.
  - Посмотрю я на тебя в этой "гипотетической" ловушке.
  - Что же ты тогда просто не отошла в сторону, предоставив нам шанс побарахтаться там, поумирать мучительной смертью?
  Страж молчала.
  - Знаешь, что Долин, - Лоэлин повернулся к другу. - Похоже, там действительно ловушка. Только она не так уж незаметная, это раз, и вдобавок её можно сломать, это два.
  - Какие умные стали попадаться охотники. Кажется передо мной шедевры магического искусства хозяина. - Палач захлопала в ладоши. - Браво. Вы видите меня насквозь. Ну что ж, признаюсь, ловушка настроена на внешнее проникновение. Поэтому и нужен страж, чтобы её не сняли изнутри. Тем не менее, вам это ничего не даёт. Ведь я всё ещё здесь.
  - Не дает? А вот это как раз неизвестно. - Раны на Лоэлине уже затянулись, остались только бурые шрамы и это вдохновляло его. - А мы все равно попробуем пройти! Мне думается, что пленницу ты трогать не будешь. Тебе будет не до неё.
  И несколько минут Стражу действительно было не до тихой и смирной пленницы, почти незаметной в своём углу. Состоялся ещё один бой. От внушительных ударов трещали стены, от вопля палача осыпалась земля с потолка. Когда, наконец, всё остановилось у Долина с Лоэлином прибавилось свежих ранений, а у Стража появилось несколько синяков, но она все равно выглядела по-прежнему бодро.
  - Положение не изменилось, - заметила палач.
  - И почему ты такая упрямая? - В сердцах сказал Лоэлин. - Трудно отойти в сторонку, притвориться, что не заметила нас ...
  - Не заметить я вас и так не заметила, а вот не услышать я вас не могла.
  От ваших шагов здесь земля ходуном ходит.
  - А давай повторим. Отвернись, и мы будем тихие, очень тихие, - с затаённой надеждой спросил Лоэлин.
  - Не могу. - Страж виновато пожала плечами. - Заклятье здесь лежит на всём. Ни один демон из замка не может уйти этим путем пока здесь находится Страж.
  - Как ты сказала? Ни один демон? А как насчёт не демона? - в разговор вдруг вступила та, о которой они забыли в пылу схватки.
  Женщина из темниц, оказывается, вовсе не лежала без чувств, как они думали. Хоть и связанная, измученная, она вполне могла слушать, а в её взгляде проглядывало нечто холодное. Долин только сейчас впервые задумался, а кем же была эта женщина, до того как попала в темницы Чёрного колдуна. И он, и Лоэлин молчали, поражённые странным поворотом разговора.
  - Причём здесь не демоны? - Страж тоже не сразу поняла, кто с ней разговаривает. - Насчёт этого ничего не знаю. В заклятье говорится только о чудовищах, о демонах.
  Палач замолчала, оценивающе взглянула на узницу. Две женщины были почти одного роста, обе тонкие, изящные и, казалось бы, такие хрупкие. Страж медленно качнула головой:
  - Ты можешь попробовать пройти мимо меня. Я думаю, может получиться.
  - Может? А если нет?! - Вмешался Долин. - Что тогда? Достаточно лёгкого удара и её не станет.
  - Мы можем рассуждать об этом хоть до вечера, - в голосе пленницы появились жёсткие нотки. - Чем спорить, лучше снимите с меня верёвки. Я попробую, все равно у меня нет другого выхода.
  Её слова звучали как команда и охотники, почти не задумываясь, освободили пленницу.
  - Попробуй. - Тяжело вздохнув, сказала Страж. - Если у тебя получится, то дальше я смогу даже помочь тебе. Но если нет...
  - Если нет... - Долин всё ещё сомневался, но пока он говорил, пленница встала и уже через мгновение преодолела те метры, что отделяли её от Стража. Ничего не произошло. Рапиры палача остались опущены.
  - Значит, я помогу тебе! - В голосе Стража был слышен восторг, это так странно звучало у существа, чей безумный крик недавно заставлял дрожать стены. - Но вас я все равно не пропущу! - Она не забыла об охотниках и быстро повернулась к ним.
  А те уже смирились с поражением.
  - Но хоть что-то у нас вышло в этих подземельях. - Вполголоса прошептал Лоэлин. - И, похоже, это всё. Пошли отсюда. Мимо неё нам не пройти.
  - Пошли, - уныло согласился Долин. Не прощаясь, они развернулись и побрели вглубь подземелья.
  Вслед им смотрели две женщины, Пленница и Страж. Они смотрели и смотрели. И даже когда охотники скрылись в темноте, женщины ещё некоторое время стояли не шевелясь, как будто ожидая, что те сейчас вернутся.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 4
  Наступил новый день. Тихое и мирное утро. Свет сплошным потоком медленно разливался по окружающим замок землям. Сначала осветились верхушки самых высоких деревьев, а затем свет начал проникать в поля и деревни, и только лишь замок оставался неприступным для нового дня. Из ниши охотников было прекрасно видно как, несмотря на всё более набирающее силу солцне, в Одиноком Шпиле, под его стенами во дворе по-прежнему царила темнота. Ночь укрепилась в вечных здесь тенях.
  Оба охотника в молчании наблюдали за борьбой ночи и дня. Хотя они сильно устали от битвы в подземелье и вообще от всего блуждания там, они не спали. Сон в замке Одинокий Шпиль был уделом счастливых. А охотники, терзаемые мыслями о неудавшемся побеге, просто не могли заснуть. Они оба вполне понимали, что скрыть от колдуна их побег не удаться. Даже если неудачников не выдадут Стражи, они сами, скорее всего, не смогут скрыть своей тайны. Хозяину достаточно лишь спросить их, чем они занимались в его отсутствие, и это будет их конец. Они слуги колдуна и потому не могут ему лгать, таково заклятие лежащее на них. Несмотря на свою ненависть к колдуну они безгранично преданы ему, и если он прикажет, они будут готовы убить друг друга или же заняться самоистязанием. Всё зависит от настроения колдуна. Понимая свою зависимость, охотники не могли быть спокойными. Они боялись. И любая мелочь вокруг напоминающая им о времени удваивала в них этот страх. Потому новое утро для них было совсем не радостным. Страх жил в них, страх парализовал их волю и мысли. Охотникам не хотелось говорить, не хотелось двигаться, им ничего не хотелось, кроме одного - чтобы этот страх закончился.
  Желая хоть как-то отвлечься, Долин достал золотой кинжал, снова и снова любуясь волшебным ликом на рукояти. Он так напоминал ему об Анне. Неизвестный маг-ювелир создал настоящий шедевр, и даже бывший подмастерье мельника, ничего не понимающий ни в оружии, ни в украшениях, не мог не признать этого. Женское лицо на рукоятке кинжала жило своей жизнью. С того момента как Долин нечаянно, сам не зная как, активизировал магию кинжала, это лицо жило, оно улыбалось, если Долин смотрел на него, и оно хмурилось, когда видело мрачное отчаяние охотника. Долин опять и опять смотрел на кинжал, только в его магической красоте находя небольшее утешение. А когда вернётся Чёрный колдун у него и этого не останется. Колдун...
  - Да, скоро вернется колдун, - Долин сам того не заметив, заговорил вслух. Он говорил и при этом не отводил взгляда от кинжала.
  - Наверное, - уныло согласился с ним Лоэлин. Бывший студент с тоской разглядывал горизонт, как будто пытаясь там углядеть приближающегося хозяина.
  - Колдун вернётся через три дня, - возвестил звонкий голосок.
  В их медленный разговор вдруг вступил новый собеседник. Золотому кинжалу словно надоело просто смотреть вокруг, на своего нового хозяина, на его друга и он заговорил.
  - Откуда ты знаешь? - удивился Лоэлин, за своим унынием он и забыл о других волшебных свойствах кинжала, помимо магического света и живой рукоятки.
  Волшебная вещь молчала, такие вопросы слишком наивны, чтобы их замечать.
  - Знает и всё! - вступился за свой кинжал Долин, более серьёзный, чем надо бы в подобных случаях.
  - Я же у неё спрашиваю, - чуть не обиделся Лоэлин, но вовремя спохватился. - Мне интересно. Эта вещь то молчит, а то вдруг начинает помогать. Что именно заставляет её делать так?
  - А почему именно заставляет? Может, кинжал и не вещь вовсе.
  - То есть?
  - Если Чёрный делает из людей чудовищ, то почему бы ему не делать из них и волшебные вещи? Как их там, "артефакты". - Долин знал, о чём говорил. Страшные легенды о похожих случаях бывало, рассказывал ему наставник-знахарь в детстве, ещё тогда, когда в деревню не вернулся дядя, с его более приземлёнными и кровавыми сагами. Долин помнил, как он ребёнком смаковал это странное слово "артефакт", представляя нечто очень большое, исполненное невероятной силы. Позже, конечно, он понял своё заблуждение, и всё же нечто из детства в нём осталось и сейчас. Сказав вслух таинственное слово Долин ощутил как внутри него словно что-то просыпается. Этот кинжал артефакт, магический артефакт и значит, до конца познать его силу очень трудно. Но вслух все чувства он выразить не мог и потому обошёлся простой логикой. Действительно, колдун много чего делал из живых существ, и, почему бы, ему не использовать нечто живое и для своих магических предметов. Долин глядел на женское лицо на рукоятке, и с каждой секундой росла его уверенность в том, что перед ним не просто украшение.
  - Ну не знаю, - Лоэлин был смущен такими выводами. - Если ты прав, то значит колдун уже совсем не человек. Так использовать живых людей...
  Лоэлин запнулся. Что он хотел сказать? Он и сам не знал. Колдун сделал из них чудовищ, и всё же даже такую бездушность можно было объяснить с позиции различных человеческих чувств и мыслей. Но делать из людей вещи, это казалось уже совсем иным. Здесь крылось нечто надчеловеческое или просто нечеловеческое. И страх с удвоенной силой проснулся в Лоэлине, теперь он ещё больше боялся предстоящего возвращения ненавистного хозяина.
  - Нам надо по-другому разговаривать с кинжалом. - Продолжал между тем Долин. - Она нам скорее друг, чем слуга и вещь. Так давай разговаривать с ним как с другом. - Долин поглядел на кинжал, золотое женское лицо улыбнулось ему. - Я прав, кинжал? Или мне называть тебя иначе? У тебя есть имя?
  - Ты задал три вопроса, не один. На какой мне отвечать? - последовал ответ.
  Долин задумался.
  - Для начала, пожалуй, надо узнать имя. Скажи, как тебя называют?
  Лицо на рукоятке стало мрачным.
  - Меня давно никак не называют. Долгие годы я пылилась в сундуках колдуна, не видя света, не зная жизни. Когда я не нужна, то я замираю в ожидании, время становится бесконечным и всё забывается. Называй меня так, как нравится тебе.
  Долин смутился. Он уже давно про себя называл кинжал только одним именем, и ничего другого ему не шло в голову.
  - Анна, тебя нравится имя "Анна"?
  - Если оно нравится тебе, оно нравится и мне. С этого момента я Анна.
  Это было так странно слушать разговор чудовища и кинжала в его руках. Лоэлин, смотревший на их беседу со стороны, заворожено замер на месте. Он забыл обо всём. В оцепенении, в гипнозе он смотрел, как вещь обретает имя, обретает личность. После такого и сам бывший студент уже не мог смотреть на золотой кинжал как на всего лишь вещь. Теперь перед ними была Анна, пусть и не та, которая исчезла в неизвестной магической пропасти. Эта тоже была Анна, но другая, не та.
  - Я могу теперь спрашивать у тебя Анна? - после минутного молчания заговорил Долин.
  - Ты всегда мог спрашивать у меня. А теперь, когда у меня есть имя, я готова помогать тебя во всём. Что ты хотел узнать Долин? - Впервые кинжал назвала его по имени, вроде бы так просто и всё же. Долин даже не сразу нашелся со своим новым вопросом. Его замешательством воспользовался Лоэлин.
  - Анечка, раз ты хочешь нам помочь, то скажи нам, пожалуйста, сколько выходов существует из этого проклятого замка? Как нам лучше сбежать отсюда?
  Долин замер с раскрытым ртом, немного обескураженный подобным вмешательством. Но, в конце концов, этот вопрос интересовал и его.
  - Из замка Одинокий Шпиль, - женское лицо на рукоятке лукаво посмотрела на Долина, - ведёт четыре выхода. Первый - его облюбовали птицы. Второй - достоин разве, что червей. Третий - главный он, хоть и всегда с запором. Четвёртый - то магический туннель, есть слово-ключ к нему, оно у колдуна.
  - Первый, это по воздуху, - рассуждал вслух Лоэлин, - второй это подземелье, третий это центральные ворота. Мы их все попробовали, и ничего не вышло.
  - А с четвёртым и подавно ничего не получится, - закончил за него Долин.
  - Выхода нет!
  Долин в отчаянии смотрел на золотое лицо Анны.
  - Как нам спастись, как нам обмануть колдуна?
  Чудесный лик молчал. Охотнику уже решили, что ответа не будет, как Анна заговорила:
  - Вы можете обмануть колдуна. Ни один Страж ничего не скажет о ваших побегах. А самодовольный хозяин Одинокого Шпиля слишком заносчив, давно не интересуется ничем подобным. Выдать вас может только разграбление спален. Восстановите всё, как было и Чёрный колдун никогда ничего не узнает!
  - Восстановить? - переспросил обескураженный Долин. - Как это восстановить? Я не помню, как там было до нас.
  - Вам не надо помнить, я всё помню за вас! - ответила Анна. - Я расскажу, как и что надо делать.
  В охотниках проснулась надежда. Магический кинжал говорила всегда правду и раз она утверждает, что может помочь, значит, так оно и есть. Обрадованные демоны-охотники устремились в разграбленные спальни хозяина наводить порядок. И никто из них даже не задумался, а почему кинжал помогает им и как охотникам поступить с самой Анной. Ведь она тоже часть украденных сокровищ.
  Только когда вошли в последнюю комнату, в ту комнату, где они взяли кинжал, Долин остановился.
  - Анна, ты говоришь, мы должны восстановить всё, как было?
  - Да, Долин. Иначе колдун раскроет ваш побег и тогда вы позавидуете крысюкам. Они всего лишь едят помои и спят в вонючих норах. С вами колдун поступит куда хуже.
  - Но... - Долин не знал, как выразить мучащие его мысли. - Если мы должны восстановить всё, как было, то тогда мы должны вернуть и тебя! Положить туда, где ты была до нашего появления здесь!
  Анна молчала.
  - Скажи мне, это действительно так?!
  - Да, иначе ничего не получится, - нехотя ответила она.
  - Но почему?! Поступи мы так и ты снова впадешь в забвение! У тебя снова не будет имени!
  - Потеря имени мелочь по сравнению с тем, как обойдётся с вами Чёрный колдун. Вам нужно сделать это.
  Теперь молчал Долин, он глядел то на кинжал, то на стену, где ещё недавно висело это оружие. Затем он покачал головой и повернулся, чтобы идти прочь. Но он ничего не смог сделать. За его спиной стоял Лоэлин, его друг. Он тоже молчал, он лишь не двигаясь, глядел на Долина.
  - У тебя нет выхода! - заговорил волшебный лик на рукояти.
  - Неужели ты действительно хочешь это?
  Она молчала. Долин скривился, с трудом борясь с желанием броситься на стены, с желанием начать крушить здесь всё. Кислота в его пасти бурлила, просясь наружу.
  - Я ненавижу Чёрного колдуна, - наконец заговорил он. - Когда же он умрёт! Неужели он вечен?! - Племенник мельника снова терял, терял и ничего не мог поделать с этим. - С каким удовольствием я бы посмотрел на его смерть, на его труп!
  - А ещё лучше бы сам убил, да? - Лоэлин положил ему руку на плечо. - Не спеши, всё впереди. Сейчас нам важно его обмануть. А вот позже, позже... - Лоэлин не договорил, хотя и без всяких намёков было ясно его заветное желание.
  Они восстановили всё, как было. Золотой кинжал с новым именем Анна вернулся на своё место, а они полетели в свою нишу в замковой стене. Теперь можно было ждать возвращения колдуна.
  Долин горевал, а Лоэлин боялся. Он не так как Долин переживал расставание с кинжалом, и потому в нём снова проснулись прежние страхи. А вдруг кинжал показал им не всё? Что тогда? Трепеща он провёл оставшееся время до возвращения колдуна.
  
  А через пару дней ранним утром хозяин вернулся в Одинокий Шпиль. Всё началось с землетрясения. Лоэлин и Долин проснулись от могучих толчков грозящих сокрушить казавшиеся раньше незыблемыми стены. Кое-где уж треснула вековая каменная кладка, с потолка сыпалась пыль. И над всем этим хаосом властвовал непреодолимым беззвучный зов хозяина. Колдун требовал их к себе. Не способные противостоять этому зову, оба демона-охотника подчинились. Они поднялись в покои колдуна, и хотя они не понимали происходящего, их страх почему-то исчез. Они влетели в широкие окна спальни колдуна, здесь царил хаос. Бархатные занавеси оборваны, повсюду пыль, пахло гарью. Они даже не сразу увидели колдуна. Ведь балдахин, который высился над кроватью, обрушился, его остатки закрывали хозяина замка. Тот стоял среди этих деревянных руин, стоял и звал своих слуг беззвучным магическим приказом.
  - Предатели, - закричал колдун, когда увидел охотников. - Жалкие завистники. Как, как могло произойти такое?!
  Чёрный колдун поднимал руки к небу, он смотрел на охотников остекленевшими глазами, смотрел сквозь них, не замечая своих рабов. Он злился не них.
  - Вы пришли. Она пришла. - Голос колдуна слабел с каждым мигом. - Всё заканчивается. - Колдун закашлялся. - Но не для всех!
  Охотники стояли на месте, они не знали, слушать ли колдуна или быстрее бежать отсюда. Ведь Чёрный колдун хоть и стоял перед ними, уже не был живым. Никто не может выжить, если ему по самую рукоятку воткнут в грудь кинжал. И всё же колдун стоял, говорил. Он опять повернулся к охотникам.
  - Подлые твари. Где вы были так долго?! - Он опять закашлялся. - Так долго, так неожиданно... - колдун путался в словах, он разговаривал не только с ними. - Ничего не успел. Так долго и так... Охотники, пришло ваше время! Вы должны охотиться. Я приказываю вам...
  Только колдовская сила, по каплям истекающая из Чёрного, поддерживала в нём этот огонь жизни. Но с каждой секундой он слабел всё больше и больше.
  -...? - охотники не знали о чём говорить и что делать, они лишь заворожено смотрели на процесс творящейся перед ними смерти.
  - Я накладываю на вас заклятье подлые твари. Вам не будет покоя... Не будет покоя пока вы не найдёте моих убийц. Пусть даже поиск продлится вечность! - Колдун согнулся пополам, кровь струйкой потекла у него изо рта, последние слова он говорил уже шёпотом, тихо, очень тихо, но охотники слышали каждое слово. Даже если бы они заткнули уши, они все равно бы услышали всё до самого конца. - А когда вы найдете их, вы отправите негодяев вслед за мной! Только тогда закончится моё заклятие, и только тогда вы обретёте свободу...
  Колдун не договорил последние слова. Он упал посреди пыльного шёлка и бархата. Прямо на глазах тело его чернело, а одежда тлела. Через пару мгновений перед охотниками лежал полусгнивший труп, и только блестел кинжал в его груди. Смерть закончила свой спектакль. Но слова начатого колдуном заклинания не затихли. Они зазвучали вновь, и сила их с каждым мгновением увеличивалась, пульсирующим громом колдовские слова сотрясали дрожащие стены замка. Каждая буква огненными знаками врезалась в умы обоих сжавшихся от страха демонов.
  Ярко светило солнце сквозь бреши в потолке. Теперь комната колдуна выглядела изрядно порушенной. Почти ничего в ней не осталось целым. Были разрушены стены, вся мебель превратилась в щепки. Более того, больше не существовало башни сверху, той самой башни, где обитал воздушный страж замка Глаз. И только уродливый труп колдуна всё так же лежал посреди комнаты, магия больше не будила в нём жизнь.
  - Что произошло?! - Долин никак не мог поверить в происходящее. - Что это?!
  - Я не знаю. - Лоэлин тоже ничего не мог понять. - Он мёртв. Или мне кажется?
  Медленно, очень медленно он подошел к трупу, осторожно прикоснулся. Ничего не произошло. Труп лежал, и уже почти ничего в нём не напоминало могущественного Чёрного колдуна.
  - Он действительно мёртв.
  - Как это? - Племенник мельника вместо радости ощущал страх. Колдун был мёртв, но произошедшее казалось слишком странным. Эта смерть, это заклятие. - Кто его убил?
  Лоэлин присел рядом с трупом и дотронулся до кинжала.
  - Я не знаю, - повторился он. - Зато я знаю, чем его убили. - Бывший студент повернулся к Долину, в его глазах чудовища пряталось странное напряжение, он не хотел говорить.
  А Долин в застывшем ожидании ожидал страшного слова.
  - Его убили кинжалом. - Лоэлин говорил медленно, каждое слово давалось ему с трудом. - Золотым кинжалом.
  Долин как будто не хотел понимать:
  - Золотым кинжалом? И что?
  - Тем самым золотым кинжалом. У него в груди наш кинжал. Тот, который ты назвал Анной.
  - Анна? Что она говорит? Почему это произошло?
  Вместо ответа Лоэлин протянул Долину кинжал. Тот лишь издалека выглядел блестящим. Кровь колдуна проела в нём сотни мелких червоточин, лезвие было уничтожено больше чем наполовину. Лицо на рукоятки застыло, теперь это было просто украшение. Исчез магический свет, исчезла вся магия кинжала. Кровь колдуна убила волшебство. Кинжал по имени Анна был мёртв. Долин ничего не сказал. Он просто молча смотрел на этот кинжал, смотрел и молчал. Он вертел в ладонях угасший кинжал, смотрел на рукоятку, поворачивал, и снова поворачивал, сжимал и разжимал мёртвый кинжал.
  - Но зато им убили колдуна. - Попытался утешить его Лоэлин, неловко, неумело, так как мог. - Я бы тоже согласился на такую смерть, если бы платой мне служила гибель Чёрного колдуна.
  Долин посмотрел на него:
  - Ты прав. Это хорошая смерть. Но... - он снова посмотрел на покорёженное золото в своей руке. - Почему именно этим кинжалом?!
  Лоэлин не знал, как ответить. Он и не успел ответить. Пол под охотниками задрожал, стена напротив окна треснула, стала расползаться щербатым тёмным ртом с кирпичами вместо зубов. Сверху посыпалась деревянная труха, там разрушались потолочные балки.
  - Замок разрушается! Надо уходить отсюда.
  Они подошли к окну. Снаружи царил хаос. Замок действительно разрушался, и все его обитатели, все те, кто служил Чёрному колдуну, бежали отсюда. Ведь уже не было никаких заклятий запрещающих делать это, не было Стражей, не было ничего. Чудовища бежали из замка Одинокий Шпиль. Внизу, во дворе суетились сотни растерянных монстров. Некоторые из них бросались друг на друга, другие просто бродили по кругу, совершенно не зная, что делать. Сторожевая башня оказалась разрушена. В её руинах сидел огромный паукообразный толстый монстр. Долину стало жалко солдат. Не понятно почему, но ему хотелось верить, что солдаты успели сбежать оттуда, пока колдун ещё был жив. Раньше он не замечал в себе такой жалости. Смерть колдуна избавила их от необходимости злиться и значит, они действительно стали свободны. Почти. Долин нахмурился, вспомнив о предсмертном заклятье колдуна.
  - А куда идти нам? Ты помнишь, что говорил колдун, когда умирал?
  - Он сковал нас заклятьем... Но он умирал. Может, оно не обрело силу? Может оно не действует?
  Лоэлин сам не верил в свои слова. Магия никогда не подводила Чёрного колдуна, все его заклятие действовали так, как он хотел.
  - Нам надо искать убийц. Но как? Если они такие могущественные, что отправили в ад самого сильного колдуна в стране, нам не победить. Да я и не хочу побеждать.
  - Я тоже.
  Они смотрели на покидающих замок чудовищ. Ящерицеподобные слизистые слуги целыми вереницами уходили за ворота, в леса. Убегали крысюки и другие, более экзотические и более страшные существа. В небо взлетали сотни мелких монстров, имеющих птичьи крылья, но птицами не являющимися даже близко. Пронзительными криками и хохотом они оглашали воздух, собираясь в тучеподобную стаю. При жизни колдуна Лоэлин не видел ни одного подобного существа. Откуда же взялось столь великое множество? Безумие Чёрного накопило в подземельях замка немалое количество зла. Его смерть вскрыла гнойник и теперь потоки нечисти изливались из умирающего замка, грозя уничтожить всю жизнь в близлежащих окрестностях. Спешили гороподобные монстры, снося вековые деревья на своем пути, под землёй узнали о гибели колдуна черви, и уже колебалась земная поверхность от их бесчисленных движений. Разбегались и разлетались злобные твари, давно забывшие о своей человеческой сущности, ища только лишь развлечений в нежданно открывшемся перед ними мире.
  - Пора и нам уходить, - тихо сказал Лоэлин. - Кто знает, как долго простоят ещё эти стены. Ведь их уже не поддерживает демоническая сила хозяина.
  - Ты прав. Но Анну я возьму с собой.
  Лоэлин молча покачал головой, но вслух возражать не стал. В конце концов, пусть даже кинжал и лишился магии, он все равно был уликой. Если заклятие колдуна действует, оно вынудит их искать убийц. И тогда каждый след, каждый намёк будет для них очень важен.
  Долин аккуратно, словно в руках у него был хрусталь, завернул кинжал в обрывок парчи с балдахина и после положил в мешочек на поясе. И только затем они полетели. А вслед улетающим охотникам смотрело одно небольшое существо. Скорее карлик, чем человек, с зелёной кожей, с арбалетом в руках.
  
  Карлика звали Трог. Он и раньше знал и видел охотников, а вот они его никогда не замечали. Ему нравилось скрываться и наблюдать, это много лучше чем быть на виду и ничего не видеть. Однако сейчас он жалел, что не подошёл к охотникам. Трог так и не смог перебороть себя, своё недоверие к этим летающим убийцам. Когда-то давным-давно именно демоны-охотники схватили его и приволокли связанного к Чёрному колдуну. И пусть те враги уже давно лежали в могилах, карлик так и не смог переубедить себя, слишком похожи были для него все охотники Чёрного.
  И теперь Трог умрёт в этих разрушающихся стенах, ведь для него нет отсюда выхода. Он никогда не сможет спуститься вниз, поскольку осталась только одна лестница, и где-то на её ступеньках прятался враг. Второй хранитель. А Трог был первым. Полное звание у них звучало как Хранители ценностей и сокровищ. Трог знал все золотые тайны замка, здесь он мог найти даже мельчайшую драгоценную безделушку с закрытыми глазами. Его заклятие позволяло ему чуять любую ценность, к которой хоть раз прикасался Чёрный колдун. Но все таланты Хранителя сейчас были бесполезны. Ему следовало просить помощи у охотников, да только гордость не дала ему это сделать. Зелёный карлик сжимал в руках бесполезный арбалет, не зная как поступить. Второй Хранитель, Агнарир, ненавидел Трога. И, к сожалению, ни одна стрела ничего не могла сделать ему. Агнарир был комом слизи, подвижной, тугой. Он предпочитал душить своих противников. Его же самого убить было почти невозможно. По крайне мере не в силах Трога.
  Когда колдун умирал, первый Хранитель был совсем недалеко. Ведь в покоях Чёрного хранилась щедрая часть его сокровищ. Не всё лежало в тайниках, и, значит, Хранителям не требовалось всё время сидеть в этих душных камерах.
  Трог не очень-то ревностно соблюдал свои обязанности. Чёрный колдун хоть и создал из него хранителя, не всё сделал так, как задумывал. Трог не стал бездумной машиной, охраняющей золото. Иногда у него получалось контролировать себя, не подчиняться заклятию. Особенно легко ему это давалось, когда хозяин по тем или иным причинам покидал замок. Потому-то в своё время карлик не стрелял в охотников, хотя их действия иначе, чем разграблением трудно было назвать. Хранитель был рад, что колдуна грабят, а он не мешает этому. Пусть даже ворами стали охотники, существа столь ненавистные ему. Он готов был даже помогать им, да только они прекрасно справлялись с делом разрушения и без него.
  Отбросив арбалет в сторону, Трог побрёл вниз. Если уж умирать, так умирать в бою. Кто знает, может ему удастся хоть немного повредить второго хранителя. И тут в комнату вплыло, именно вплыло, а не влетело, странное существо. За всё время пребывания в Одиноком Шпиле, Трог ни разу не видел его. Но он все равно узнал кто это, другого подобного чудовища в замке просто не было. Необычное существо, несомненно, являлось Стражем Высоты.
  - Куда-то спешишь? - Странно было слышать, как говорит этот чёрный летающий шар.
  Трог застыл на месте. Зачем Глаз явился сюда?
  - Даже если так, то тебе какое дело? - с вызовом Хранитель повернулся к Стражу Высоты. Трог не знал, каким оружием обладает подобное существо, да только его это не особо волновало. Оружие дело вторичное, главное сила духа. - Какое тебе дело?! Ведь ты Страж высоты, а не этих полуруин.
  Глаз медленно подплыл чуть ли не вплотную к Трогу. Карлик слегка побледнел при виде надвигающейся массы, Страж был в несколько раз больше Хранителя. Но с места упрямец не сдвинулся, лишь сжал ладони в кулаки.
  - Я тебе не враг, - наконец сказал Глаз. - Почему ты хочешь со мной враждовать?
  Трог опешил, если кто здесь и враждовал, так это сам Страж.
  - Мне всего лишь нужен совет, - продолжал между тем Глаз. Говорил он немного странно, чувствовалось, как нечасто ему приходилось раньше с кем-то беседовать. - Ты был ближайшим живым существом ко мне. Я не умею выбирать, и потому решил спросить именно у того, кто будет ближе всех ко мне. Это и был ты. Плохо, что рядом труп хозяина, но его дух сейчас занят другими делами. Значит, пока у меня есть время поговорить с тобой.
  Трог чуть не зарычал, услышав такие речи.
  - А с чего ты взял, что время есть у меня?!
  - Я же говорю. Дух колдуна пока занят. Как занят и твой враг Агнарир на лестнице. Свободного времени хватит, чтобы поговорить...
  - Свободного времени? А потом?
  - А потом, думаю, на тебя нападут. И мне придётся искать другой разум, другую жизнь, чтобы получить нужный совет.
  Трудно сохранять хладнокровие в подобной ситуации, а уж Трог вообще никогда не отличался спокойствием духа. В прошлом он обычно после таких слов начинал драку, ведь оскорбление нельзя оставлять незамеченным. Но сейчас Трог замер на месте.
  - Ладно, спрашивай свой совет, - решился он, сегодня его и без этого ждёт слишком много драк, надо экономить силы.
  - На самом деле я хотел посоветоваться с охотниками, - Глаз, как будто нарочно, продолжал оскорблять хранителя сокровищницы. Пока Трог терпел. - Они получили некую силу от умиравшего хозяина. Они как-то связаны с умершим. И если спрашивать о секретах колдуна, то лучше, конечно, у них.
  - О чём вообще ты говоришь?! - Трог не мог вникнуть в разглагольствования Глаза, этот Страж на словах был таким же непонятным, как и с виду. - Какие ещё секреты, какая сила?! Я видел, как умирал колдун, охотники просто стояли рядом и ничего не делали. Здесь ничего не было, кроме смерти этого проклятого колдуна. - Трог для пущей убедительности пнул кости колдуна и в тот же момент замок снова содрогнулся, словно колдун злился на кощунство.
  Глаз стал медленно отплывать к окну:
  - Скоро это место разрушится, - безо всяких эмоций заметил он. - Я вижу, как уходит магия, скрепляющая стены вокруг.
  Трог зло вздохнул:
  - И?!
  - А нам всё ещё надо поговорить. Охотники слишком быстрые, мне не догнать их.
  - И?! - Трог почувствовал, как в нём просыпается надежда. Ему не хотелось выдавать свои чувства. Он весь напыжился, нахмурился, стараясь держаться как можно более строго и не подозревая, что так все кипящие внутри него страсти проявляются даже ещё лучше, чем раньше.
  - Если хочешь, я помогу тебе спастись.
  - Как?
  Глаз не спешил отвечать и нервничающий Трог с невольным страхом кинул быстрый взгляд вокруг. В стенах рядом пошли новые трещины, а сверху с пронзительным скрипом лопнула одна из потолочных балок. Карлик пригнулся, закрываясь рукой от посыпавшейся пыли. Потолок вот-вот должен был рухнуть. Да и вся башня в целом доживала последние минуты. Глаз думал.
  - Ну как?! Как?! - Трог не мог больше стоять спокойно, пол накренился и всё в комнате покатилось к окну, которое, правда, уже было скорее было дырой, чем окном. - Как?! - Трог зацепился за небольшую выбоину в полу.
  А Глаз молчал, его, парившего в воздухе, всё происходящее почти не трогало. Лишь немного известки появилось на его чёрной шкуре.
  - Я не люблю этого, но другого выхода не вижу. - Страж Высоты, наконец, принял решение. - Моя магия для тебя бесполезна и, значит, поступим проще. Цепляйся за мои щупальца, я вынесу тебя наружу. Только осторожнее, они у меня очень чувствительные.
  Трогу было все равно. Его озадачивало другое. Хранитель не видел у Глаза щупалец. Имелась только шевелящаяся бахрома, густой каймой она обрамляла массивное туловище Глаза по всему периметру.
  - Ну же, быстрее! - Поторопил его Глаз. - В башне новая трещина, это последняя, сейчас башня упадет.
  Трог вцепился в бахрому и Глаз с трудом понёс своего пассажира к спасению. А пол позади них вздыбился, разломился, раскололся гранитными черепками-плитами, а затем всё это крошево рухнуло вниз. Через мгновение за ним последовали остатки стен и потолка. Знаменитого Одинокого Шпиля больше не существовало.
  Трог повис над пропастью, цепляясь за мелкие щупальца Глаза, мелкие и скользкие. Долго он так провисеть не мог, уже сейчас Трог потихоньку соскальзывал. Хранитель с тоской разглядывал пустоту под собой, там, где-то далеко внизу, копошились другие слуги замка. Он перевёл взгляд наверх, Глаз над ним странно раздулся, его чёрная кожа стала полупрозрачной, и стало видно кровь, та стремительным потоком бежала по артериям Стража Высоты. Пульсирующие артерии стали последним, что запомнил Трог из своёго недолгого полёта. В следующую секунду его спаситель стал стремительно терять высоту, и у карлика закружилась голова. Он пытался удержаться, но не смог, его пальцы разжались, и он с криком полетел к земле.
  Очнулся бывший хранитель сокровищницы в лесу. Он лежал в траве, на маленькой полянке. Вокруг рос чертополох и полынь, за их колышущимися границами виднелись верхушки деревьев. Трог ощущал боль во всём теле, но то были просто ушибы. Присев он ощупал себя, вроде бы никаких переломов. Он уцелел, но почему-то оказался не на руинах замка, а в каком-то лесу, на природе. В таких местах Трог не бывал уже лет десять, все те десять лет, которые он провёл карликом-хранителем в замке Одинокий Шпиль.
  А совсем недалёко, за спиной, кто-то кричал:
  - Нет никаких заклятий! Сдохли они, как и колдун. Даже если бы я и хотел кого-нибудь задержать, у меня бы ничего не вышло... - похоже шёл ожесточённый спор и, кажется, эти голоса были знакомы Трогу.
  - Заклятия есть, ты сам это видел, - хрипел оппонент крикуна. - Не всё умерло вместе с колдуном... - речь сбилась на невнятный кашель.
  Трог не мог разобрать слов, да и не хотел. Его совершено не трогал спор о магии, ему хотелось быстрее разобраться, где он находится, и выяснить, как далеко отсюда расположен Кадораф, родина Трога. Магия бывшему Хранителю за прошедшие десять лет более чем надоела. Теперь он наделся не видеть ничего волшебного как минимум такие же десять лет, а может и вообще до самой... До чего именно, Трог не успел додумать, к нему подошло несколько существ.
  Один вид на них мог вогнать в ступор любого неопытного человека. Только Трог давно не был человеком и опыта ему было не занимать. Он лишь немного удивился. В группу входило два крысюка с ножами, уже сам по себе удивительный факт. Следующей шла желеобразная тварь, она с трудом держалась на своих псевдоножках. И замыкало отряд существо к описанию которого как нельзя лучше подходило слово "нечто". Оно вроде стояло на ногах, и вроде бы парило в воздухе. Оно имело тело, но его руки просвечивали, а плоть казалось эфемерной, словно из газа. Монстр походил на призрака, только он явственно оставлял следы, и от него сильно пахло чем-то отвратительным.
  Только запахи в данной ситуации для Трога были самой безобидной вещью. Из всех четверых Трога насторожило желеобразное существо, эта ходячая медуза. Её звали Агнарир, оно не имело пола и вообще ничего не имело кроме имени и тела, состоящего из сплошного желе. Оно могла выращивать из этого желе почти всё, оно не чувствовало ударов, обволакивая жертву оно переваривало её и оно было смертельно опасно для Трога. Ведь Агнарир был вторым Хранителем сокровищ в замке, и оно почему-то сильно невзлюбило Трога с самого появления того в роли Хранителя.
  Мерзкая слизь тоже успела выбраться из гибнущего Одинокого Шпиля, для Трога подобное означало большие неприятности. Удивляло только та быстрота, с которой Агнарир нашёл его и то, почему второй Хранитель пришёл не один. И зачем здесь находятся эти крысюки и дурно пахнущий призрак?
  - Говорят, ты видел, как умирал колдун? - Булькнула псевдомедуза. - Это так?
  Голос твари дрожал и почти срывался. Агнарир, несмотря на все свои возможности, почти не умел говорить. Он занимался этим только в случае очень большой надобности. Трог приободрился, значит не всё так плохо, как ему подумалось вначале.
  - Даже если и так, тебе-то оно к чему? - Трог поднялся на ноги, и с вызовом выпятив челюсть, оглядел стоявших перед ним существ.
  Медуза булькнула, одна из ножек всосалась в тело, вместо неё выросло сразу несколько щупалец. Агнарир нервничал.
  - Надо тебя съесть, - снова забулькал он. - Ты не можешь нам пригодиться. Такие как ты никогда ничего не знают...
  Он почти расплылся в лужу, пока выговорил всё. Одно из его щупалец дотронулось до Трога. Карлик стоял как каменный. Если бы его хотели убить, то бывший Хранитель проснулся бы в брюхе Агнарира, а не на мирной полянке. А пока его пытаются испугать. Трог усмехнулся про себя, могли бы придумать что-нибудь интереснее. И тут из-за кустов появилось нечто похожее размерами и формой на грязно-бурый холм. Только это было живое, и у него был столь же немаленький, как и всё остальное рот.
  - Новый хозяин зовёт вас! - Прохрипело новое чудовище. - Быстрее кончайте вашу болтовню. Я не хочу больше терпеть свою жажду!
  Пока чудовище говорило, оба крысюка с ножами, такие важные до этого, вдруг стали маленькие и незаметные. Они почти исчезли, настолько испугались большого чудовища. Они явно знали кто это. Трог же видел эту ходячую гору впервые, но даже его впечатлила мощь скрытая в этой массе мускулов. И Трог понял, что совсем не хочет знать какую жажду чувствует это чудовище. Здесь имелась в виду явно не вода.
  - Пошли! - Агнарир потянул Трога за собой, в его бульканье слышалось разочарование.
  Лес оказался заполнен чудовищами сбежавшими из Одинокого Шпиля. Среди деревьев располагался целый импровизированный лагерь беженцев из замка. Страшное холмоподобное чудовище стало для бывшего Хранителя сегодня не единственным новым "приятелем". Везде и всюду тут находилось и занималось непонятной деятельностью множество странных тварей, и лишь часть из них Трог мог опознать.
  Идти, как оказалось, было совсем недалеко, они просто отошли туда, где крона деревьев становилась гуще, туда, где сгущалась тень. Там, в самой темноте, среди корней деревьев кто-то прятался. Бледное существо, со слизистой кожей и с шипами вдоль горба. А наверху среди ветвей совсем недалеко парил неудачливый спаситель Трога, Глаз.
  - Да, это он, свидетель, - раздался потусторонний голос Стража Высоты. - Он может нам пригодиться.
  - Привет и тебе шарик. - Трог сохранял спокойствие. - Советы тебе, я смотрю, уже без надобности.
  - Да - согласился Глаз. - Я уже принял решение.
  - Стать новым хозяином?
  - Нет. Совсем другое. Но оно связано с новым хозяином.
  - И кто же этот неведомый новый хозяин?
  - Я, - послышалось из тени, бледная фигура зашевелилась и немного приблизилась к Трогу. - Новый хозяин это я!
  Трог вгляделся, в темноте прятался кто-то смутно знакомый. И вдруг Трог понял кто это. Там был Маргоб, тюремщик замка Одинокий Шпиль, с ним Трог был вынужден немного общаться поначалу своего пребывания в плену.
  - Маргоб? - Трог не мог скрыть своего удивления. - Ты новый хозяин?! С чего это вдруг?
  Маргоб не стал доказывать свою силу пустыми словами. Просто земля у ног Трога вдруг оплавилась, задымилась жухлая трава. Трог подскочил, ведь у него чуть не загорелись пятки. Магия, снова магия. Но как Маргоб обрел силу? А между тем новый хозяин начал говорить.
  - Говорят, ты видел смерть колдуна?!
  - Да, - Трогу надоели эти вопросы, но и отпираться сейчас было бы некстати. В воздухе всё ещё пахло гарью. - Я наблюдал из щели тайного хода, Чёрный умирал долго. Но я ничего не слышал. С колдуном разговаривали охотники.
  - Значит действительно охотники. Снова охотники. Они везде успели, - зашипел Маргоб. - Плохо. Ты ведь хранитель Трог? Что же ты так плохо хранишь? Ведь охотники не улетели сразу после разговора с колдуном. Они побывали и в одной из сокровищниц. Они ограбили её, и никто их не остановил. Ведь Агнарир был вынужден следить за тобой. А теперь замок разрушен, и нам не узнать, что именно они взяли оттуда.
  - Я видел, как хозяин передал им что-то. - Вмешался в разговор Глаз. - Охотники улетели отсюда не просто так. С ними связана тайна. И за ограблением сокровищницы тоже стоят невидимые цели.
  Маргоб раздражённо фыркнул:
  - Да знаю я всё это. Ты уже не первый раз говоришь. Лучше скажи, где их теперь искать?
  - А зачем вообще их искать? - Трог сегодня не мог удержаться от лишних вопросов, но пока его терпели.
  Маргоб снисходительно посмотрел на него:
  - Ты ещё ничего не понял Хранитель? Я твой новый хозяин. Все слуги Чёрного колдуна мои слуги. А охотники, как и ты, связаны с умершим колдуном. Когда я найду их, ты поможешь мне определить их магическую связь с покойным. И только тогда я смогу окончательно стать наследником Чёрного колдуна!
  - Да как же мы их найдем? - На Трога громкие слова не действовали. - У них крылья и они очень быстрые и выносливые демоны.
  - Найдём, не беспокойся, мы их найдём. Но сначала... - Маргоб поглядел в сторону, туда, где за деревьями заходило солнце, и погладил какой-то непонятный талисман на груди. - Но сначала нам нужна небольшая подготовка.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 5
  Охотников больше ничего не удерживало в разрушающемся замке. Но перед отлётом они уже почти по привычке решили немного пограбить сокровищницы колдуна. Однако не только золото и драгоценности интересовали их. Долину хотелось забрать оттуда памятное золотое ожерелье, то ожерелье, которое колдун выменял через портал на Анну.
  - Оно ничего тебе не даст, - скептически заметил Лоэлин, когда услышал об этом. - И вообще, теперь, когда мы больше не рабы Одинокого Шпиля, мог бы называть свою любовь и как-нибудь более ласково.
  Долин, услышав такое, обиженно приостановил все поиски:
  - Ты о чём? Как более ласково? Хочешь сказать, я выражаюсь грубо?!
  На Лоэлина вставший в позу Долин впечатления не произвёл. Бывший студент даже не увидел этого, поскольку как раз возился с одним особо упрямым замком на большом сундуке в углу.
  - Разве не ясно? Всякий раз, как ты говоришь об этой девушке, ты называешь её Анна. Видно, что ты совсем не общался с этим народом. - Тут Лоэлин, кряхтя, поломал-таки упрямый механизм. Раздался звук разбитого стекла, во все стороны брызнула едкая жидкость. Запорное устройство прятало в себе ловушку, но к счастью охотники устойчивы к таким сюрпризам. Лоэлин лишь флегматично потёр чуть задымившуюся кожу и затем оглядел улов. Сундук прятал настоящую груду золота.
  - Каким ещё народом? - Долина не взволновали злоключения друга, он так и стоял, застыв на месте, с одной рукой прячущей в карман на поясе золотые монеты и с другой рукой давящей в прах какую-то несчастную расписную урну. Раньше там хранился странный пепел, теперь он свободно парил в воздухе и смешивался с пылью сокровищницы и крошевом бывшей керамики.
  - С каким каким. С женщинами. - Лоэлин усмехнулся. Он никогда не и думал, что будет учителем в такой сфере. Его успехи в деле обольщений и романтики тоже не достигали больших высот. Но из них двоих, он как бывший горожанин и студент знал о женщинах явно более чем подмастерье мельника.
  - Ты всё время называешь её Анна. Говоря так, ты словно подчёркиваешь недоступность этой девушки. А я видел её...
  - И что?!
  - Она хорошая девушка. - Лоэлин решил не нагнетать ситуацию, - даже очень хорошая девушка. Но она вовсе не снежная королева, чтобы говорить "Анна".
  Долин молчал. Лишь тихое рычание донеслось с его стороны. Инстинкты демона-охотника давали о себе знать. И понимая это Долин взял себя в руки. Со злостью сплюнув в сторону, он вернулся к поискам. А на ни в чём не повинной двери кислота с шипением разъедала приличную дыру.
  Долину совсем не нравился этот разговор, он лишь бередил ему душу, заставляя лишний раз думать о судьбе, о любви, об Анне. Вот когда он найдет её... Вот тогда можно будет и говорить об этом. А чтобы найти Анну нужно золотое ожерелье. Долин удвоил свои усилия по разрушению ящиков, сундуков и ваз вокруг. Он знал, ожерелье где-то в этой комнате, надо только найти его.
  - Если бы у меня была девушка Анна, - Лоэлин же продолжал говорить, опять не замечая ворчания друга. - Я бы называл ее Аней, или Анечкей. А ещё лучше Анютой. Послушай, как красиво звучит - Анюта.
  Долин застыл на месте, услышав такое. Ему и в голову никогда не приходило называть Анну Анютой. Хоть и действительно звучало очень ласково.
  - Анюта, - невольно вполголоса повторил он. - Анюта. Нет, это хоть и красиво, но не то.
  - Почему?
  - Анюта, когда говоришь так, в мыслях возникает цветущий весенний луг. Много полевых цветов. Анюта это нечто нежное, это цветы.
  - И что?
  - Анне такое не подходит. Она именно Анна и никто другой!
  Когда говорят подобным тоном, лучше не спорить. Лоэлин замолчал. Просвещением Долина можно заняться и позже, тогда когда у них будет больше времени. А сейчас времени почти не оставалось. Замок трещал по всем швам. Ещё немного и сокровищница рухнет, погребя в руинах пресловутое ожерелье.
  Лоэлин окунул обе руки в золотую мешанину внутри сундука. Сверху здесь в основном находилась всякая мелочь - монеты, кольца, перстни. На глубине прятались более крупные вещи. Лоэлин волной сгрёб мешающую драгоценную мишуру, один раз, другой. И тут он увидел нечто знакомое. Осторожно, как будто там был хрусталь, он выудил из-под груды безделушек золотое ожерелье, то самое ожерелье.
  - Я нашёл! Оно у меня! Смотри Долин, вот оно!
  Долин заворожено наблюдал, как играют отблески факелов на изящных изгибах ожерелья в руке друга. Это действительно было искомое сокровище, возможно единственный ключ к исчезнувшей девушке.
  - Вот теперь нам точно пора. - Лоэлин не дал другу любоваться найденным. Без всяких церемоний он бросил ожерелье в мешочек и приторочил тот к поясу, туда, где уже красовалось ещё несколько таких же.
  - Вперёд, вперёд, - он подтолкнул Долина к двери. - Надо спешить. А то эти камни, - бывший студент показал на внушительные каменные потолочные балки над ними, - скоро окажутся внизу. Нам же не хочется смотреть на это? - он усмехнулся.
  
  Сначала они хотели лететь к Арону. Это был родной город Лоэлина, у него там оставалось много друзей и просто знакомых. Без сомнений хоть кто-то из них мог помочь охотникам. В городе полным-полно магов, знахарей, учёных. Всё-таки Арон не зря назывался столицей всей страны колдунов - Гооб.
  Но едва было принято такое решение, едва только они взяли курс на восток, туда, где находился Арон, случилось то, чего они боялись. Заклятие колдуна дало о себе знать.
  Крылья охотников ослабли, кожа стала горячей, невидимый огонь терзал шкуры неверных слуг, а их головы напротив словно окунулись в ледяное облако. Чёрный предусмотрел всё! Охотников не спасли магические способности. Вымотавшись, несчастные летуны с трудом достигли поверхности земли, где тут же и упали, вконец обессиленные нежданным испытанием.
  Очнулись они только на другой день, ближе к утру.
  - Похоже, нам не обмануть заклятие, - первым пришел в себя Лоэлин.
   Как ни странно, но они оба чувствовали себя хорошо. Заклятие лишь попугало их, никак не повредив физически.
  - Да, не обмануть. Пока.
  - И, значит, нам действительно нужно искать убийц. С чего думаешь начать?
  Странно было слышать подобное от Лоэлина. До сегодняшнего дня скорее бывший студент принимал общие решения. Но на деле Лоэлин хитрил. Ему хотелось услышать мнение Долина, все возможные варианты, а лишь потом высказать своё. Ведь всегда сначала лучше выслушать. А дальнейшее уже подскажет логика. Когда-то подобному Лоэлина учили профессора в университете. Тогда он не очень слушал старых мудрецов, потому и попал в замок Одинокий Шпиль. Зато сейчас эти их афоризмы вдруг начали просыпаться в его памяти. И теперь недоучившийся студент верил в них.
  Но Долин ничего не понимал в сыскном деле. Он пожал плечами, совершенно не представляя как надо начинать поиск убийц.
  - У нас есть только один след, - робко сказал он, - золотой кинжал.
  Ему не хотелось говорить об этом, но как ни странно бывший мельник продолжал испытывать некую привязанность к этой вещи. Даже сейчас, когда в кинжале не оставалось магии, он думал о нём как о живом.
  - И что это нам даёт?
  Долин достал их единственную улику. Кровь колдуна действительно разъела золото, и теперь, по прошествию нескольких часов, поблёк даже остаточный блеск драгоценного металла. Волшебное оружие потускнело, с его рукояти смотрело статичное лицо мертвеца. Долин пожалел, что достал кинжал. Ему хотелось помнить свою вторую Анну такой, какой она была до гибели. Отвернувшись, он протянул кинжал Лоэлину:
  - Скажи сам, что это нам даёт.
  Лоэлин в отличие от Долина имел настрой куда более прагматичный. Он деловито осмотрел кинжал со всех сторон, даже лизнул его, пытаясь понять какие запахи сохранились у мёртвого золота. Кинжал пах лишь пылью, Чёрным колдуном, и всё тем же жёлтым металлом. Здесь не осталось никаких других запахов. Конечно, кровь колдуна могла уничтожить следы. Но скорее убийцы просто не оставили их, или оставили, но у Лоэлина не хватает сил найти, почувствовать требуемое.
  - Думаю, заклятие не заклятие, а без помощи нам не обойтись. - Решил он, наконец.
  - И где мы возьмём эту помощь?
  - У колдунов, конечно же. Думаю, в их интересах, чтобы убийцы Чёрного были найдены. Ведь мертвец занимал не последнее место в их Совете... - Лоэлин запнулся и добавил спустя секунду. - Если только они сами не сделали это.
  - Или не сделал кто-то один из них. Думаю, он не будет рад узнать о нашем розыске, - мысль Долина не была лишена правдивости.
  Действительно, если кто-то из Совета колдунов совершил это убийство, то значит, сейчас он или она должны пробовать замести следы.
  - Для нас такое значит лишь одно, - заметил в ответ Лоэлин. - Нам нельзя спешить. А иначе мы узнаем, кто убийцы как раз в тот момент, когда их ножи будут торчать уже из наших спин.
  Долин не мог перебороть в себе скептицизм, он пожал плечами:
  - Не знаю, позволит ли заклятие. Какое-то оно прямолинейное. Делайте и всё тут! Если оно ненароком заподозрит нас в промедлении, как бы оно не заставило нас атаковать любого, кто хоть чуток связан с последним днём Чёрного. Даже если это будет смерти подобно для нас.
  - Может быть. Но да что толку говорить об этом сейчас. Давай лучше решим, к какому колдуну обратимся за помощью.
  - А что здесь думать, - махнул рукой Долин. - Я ни одного колдуна не знаю, а ты?
  - Я тоже, - признался Лоэлин. - Тогда поступим проще. В днях трёх пути отсюда начинаются владения соседа Чёрного колдуна. Я не помню его имени, но на месте мы всё узнаем. Полетели к нему.
  - Он сосед! - Попытался отговорить Лоэлина Долин. - Он явно входит в число тех, кому могло быть выгодна смерть Чёрного колдуна.
  - Ну и что. Начинать же нам все равно надо. А к нему лететь ближе всего. Я чувствую, если мы не сделаем так, то скоро мы по-новому испытаем всё вчерашнее "блаженство", - ответил Лоэлин, намекая на ту головомойку, которую устроило им заклятие поиска убийц.
  Долин сдался:
  - Ладно. Но давай по дороге залетим в какую-нибудь деревню. Запасёмся на дорожку, - Долин многозначительно потёр свой отощавший живот демона-охотника. - И подкрепившись, полетим уже без остановок. А то охотиться тут по бурелому на вшивую дичь меня не прельщает.
  На самом деле Долин просто хотел взглянуть на живых людей. Ведь он так давно никого не видел. Солдаты Чёрного колдуна были не в счёт. С ног до головы закованные в доспехи, они порой казались ещё более нелюдями, чем другие слуги Одинокого Шпиля.
  Лоэлин согласился, хотя и усмехнулся, представив, как он зайдёт в деревенскую лавку купить припасов. Вот шум поднимется.
  
  Б-у-у-м. Звуковая волна ударила по ушам, заставила пригнуться всех свидетелей взрыва. Дом проседал сам в себя. Вековые брёвна из которых были сложены стены разломились тростинками, вспыхнули, задымились. А пудовые камни фундамента рассыпались в стороны лесными орешками, покатились, завертелись, словно здесь забавлялась неведомая белочка-камнеедка. До взрыва дом был деревенской кузницей.
  - Очень неплохо, - заметил один из крысюков. - Так грохотнуло, даже уши заложило.
  Трог с презрением посмотрел на своего помощника. Ну и денщик ему достался. Лучше бы вообще никого не давали, чем такого. Но теперь бывшему Хранителю по статусу полагался личный слуга. Трог служил отныне офицером в новой армии, организованной Маргобом. Бледный каннибал из подземелий оказался на редкость предприимчивым новым хозяином. С помощью неведомо откуда полученной силы он сумел сплотить вокруг себя немало чудовищ из погибшего замка. А целью этой армии было создание нового мира, мира чудовищ.
  Сейчас же они просто готовились к охоте за охотниками. Трог усмехнулся собственному каламбуру. Вот уж никогда не думал, что доживет до подобного. Стать офицером в армии чудовищ и начать охотиться за чудовищами. Но пока у него не было выбора. Всё время не так далеко от Трога крутился Агнарир, существо, не нуждающееся во сне и жаждущее поймать бывшего хранителя сокровищницы хоть на чём-нибудь. Слизняк тоже получил ранг офицера, но не боевого, а офицера безопасности. И это у него получалось очень даже неплохо.
  Трогу "посчастливилось" наблюдать, как Агнарир съел одного особого глупого крысюка. После того случая дисциплина в их маленькой армии заметно выросла. Маргобу пока даже не требовалось кого-нибудь сжигать своим странным огнём. Впрочем, их новому хозяину сейчас все равно было лишних развлечений. Маргоб ужинал, ведь не зря они пришли в эту деревню.
  Армия чудовищ пришла сюда за припасами, а также, чтобы утолить голод и жажду. И сейчас перед изголодавшимися монстрами находилось всё то, чего они так долго не видели, находясь в катакомбах Одинокого Шпиля. Здесь Трог увидел, какую жажду хотело удовлетворить холмоподобное существо встреченное им в лесу. У монстра было имя, странное имя для такого большого существа, его прозывали Грызун. И жажда у Грызуна была странной. Грызун пил огонь и не просто огонь, а тот который сжигал живые тела. Впрочем, голод остальных чудовищ был ненамного лучшим. Они бешеной ордой ворвались в несчастную деревеньку, и уже через час тут не осталась ни людей, ни живности. Только нескольких крестьян "пощадили", оставили дожидаться своей участи в специальных клетках. Это были припасы для Нового Хозяина, не зря ведь Маргоб славился своими каннибальскими наклонностями.
  Да, пока эта толпа мало напоминала армию. Трог сплюнул в раздражение при мыслях вспоминая сегодняшние "подвиги" монстров-новобранцев. С другой стороны, не дай им того, чего они хотят, с утра можно проснуться, недосчитавшись пары конечностей. Какой-нибудь костегрыз устроит себе ночной перекус.
  Трог заставил себя задуматься о другом. Маргоб немного немало планировал поход к Арону. Это казалось безумием. Поход на столицу колдунов, на оплот волшебства и алхимии. Там из их банды быстро нафаршируют экспонаты для музеев. Правда, Маргоб прислушался к советам новых офицеров. После некоторых раздумий каннибал заговорил о маскировке, хоть и не поясняя ничего толком.
  Но, шанс в таком случае всё же был. Гооб раздирали междоусобные войны колдунов, да и соседи, несмотря на название вассалов, тоже не упускали возможности поживиться. Кроме того, насколько знал Трог, ещё имелись Сциины. Эти всегда кого-нибудь убивали и разоряли, колдуны ли им противостоят или нет. Такой уж у них был образ жизни. Можно воспользоваться очередной братоубийственной резней колдунов и баронов. А там, под шумок, действительно пробраться к столице.
  Трог вздохнул, всё казалось слишком зыбким, слишком опасным. И во что только втянул его Глаз. Найти бы скорей охотников. А там Маргоб проведёт свой обряд инициации, окончательно станет наследником и после бывший хранитель будет уже не так нужен. Вот тогда он постарается оказаться как можно дальше от безумных планов людоеда с отрядами чудовищ.
  Трог искоса поглядел на парящего не так далеко Глаза. Наблюдатель чёрной шаром парил над горящим коровником, гордостью ныне съеденного деревенского старосты. Дым шёл очень густой и тёмный, похоже, там горела не только солома и дерево. Глаз висел в самом облаке, будто получая наслаждение от дыма. Что он там вообще видит? Трог погладил свой арбалет. Он с удовольствием отправил бы пару арбалетных болтов в подлого Стража Высоты. А каким невинным казался в башне. Совет ему нужен. Трог так и не понял, чего хотел от него Глаз. В поднявшейся суматохе с организацией армии у них пока толком и не выпало времени поговорить. Да и наблюдатель, похоже, сознательно избегал встреч с Трогом, видимо чувствовал опасность.
  - Как он крутится на месте, я так никогда не умел. - Снова крысюк-денщик с его неуместными замечаниями.
  - Да ты вообще никогда ничего не умел, - заметил Трог. - Ну да ладно. Я тебя жизни научу. - И про себя добавил, что если не жизни так смерти точно научит.
  Крысюк иронии не понял и беззаботно продолжал:
  - Наблюдатель какого-то видит. Уж я точно говорю, ведь столько времени мусор убирал на его площадке. Я его манеры назубок знаю.
  - Какие ещё манеры, какая площадка?
  Крысюк пояснил:
  - Я следил за верхней площадкой, за уборкой, ремонтом. С одной стороны легко, Глаз почти не гадит, с другой такая высота, аж голова кружится. Нет нет, кто-нибудь оттуда да слетал. Вот была потеха, летит такой крысюк, лапками махает, как будто прощается, пищит что-то. - Денщик Трога даже мечтательно закрыл глаза, рассказывая это, он, похоже, действительно считал свою историю забавной.
  - Ты лучше давай, дальше про Глаза расскажи. - Трог прервал поток ностальгических воспоминаний помощника. - Что ты ещё про него знаешь?
  - Настроение могу определять, могу увидеть, когда он ничего не делает, а когда "наблюдает".
  - И сейчас он наблюдает?
  - Конечно! И не просто наблюдает. Он создал магического двойника.
  - А это ты как определил? - Трог не мог больше сохранять спокойствие, против ожидания крысюк-помощник был хоть и безумен, но не так уж и плох.
  - У него тень меняется, начинает колебаться. Даже сейчас, когда он специально в дым залетел, все равно видно.
  - Значит, он не просто так в дыму летает? - Трог покачал головой, ну Глаз, ну хорош. Какую бяку на этот раз готовит наблюдатель? Решив не тянуть с этим Трог не долго думая, запустил в него арбалетный болт. Не то чтобы в самого Глаза, но и не так уж и далеко от него. Произошло нечто неожиданное. Раздался хлопок едва различимый в творящемся вокруг шуме грабежа и Глаз исчез.
  - А вот такое я первый раз вижу... - протянул озадаченный денщик. - Раньше он ничего похожего не делал.
  Его офицер задумался. Может быть, так выглядела смерть наблюдателя? Вдруг, он случайно промазал из-за дыма, попал в этот шар, а Глаз оказался не так уж массивен. Бах и лопнул пустотелый шарик.
  - Ты вместо того, что бы рассуждать - видел, не видел, иди лучше проверь, нет ли там ошмётков от Глаза, - пихнул Трог крысюка. Тот неохотно побрёл к пожарищу, там ещё не всюду погас огонь, некоторые бревна тлели, в полу появились дыры, остатки стен грозили упасть. Но делать нечего, крысюк полез исполнять приказ. Новоявленный офицер с безопасного расстояния следил за ним.
  - Ты мог бы и не стрелять. Я и так тебя прекрасно слышал и видел. - Раздался позади Трога знакомый потусторонний голос. - Незачем привлекать моё внимание стрелами.
  Трог вздохнул. Значит, наблюдатель жив. Что же это тогда было? Он повернулся, действительно позади него парил Глаз.
  - Насколько я понял, ты многое не договариваешь. - Трог решил не тянуть. - Крысюк заявляет, что ты за чем-то или кем-то наблюдаешь. Однако нам об этот не говоришь.
  - Это действительно так? - В разговор вступило третье лицо, булькающие интонации которого трудно было с чем-либо перепутать. - Ты видишь и молчишь Глаз? Забыл уговор?
  Наблюдатель в молчание парил над землей.
  - Ну? Или мы тоже можем забыть об уговоре?
  - Хорошо. - Согласился Глаз. - Я не видел ничего особого, ничего такого из-за чего следует поднимать шум. Но раз вы этого хотите...
  - Хотим! - рявкнул Трог, в нём нарастало нетерпение.
  - Совсем недалеко от деревни пролетали демоны-охотники. Они даже немного посмотрели на нас со стороны. А я посмотрел на них. Ничего особого.
  Если бы не новые способности Глаза к телепортации в минуту опасности, то, пожалуй, сегодня наблюдатель прекратил бы своё бренное существование. Трог совсем не старался сдерживать свои эмоции, не лучше вел себя и Агнарир, а уж гнев Магроба, когда тот узнал о случившемся, вообще не имел границ. И, несмотря на уверения Глаза в том, что охотники давно улетели, был создан специальный отряд, тот отправили прочесывать местность вокруг деревни. Отряд возглавил бывший хранитель сокровищницы, который с удовольствием воспользовался возможностью покинуть деревенское пепелище.
  К его сожалению в отряд включили и Глаза. Да ещё Трогу надели на руку странную повязку, Маргоб назвал её залогом верности. Из сумбурных объяснений Трог не понял, как именно она действует. Но в этот день такие повязки появились на многих чудовищах и некоторые тут же испытали новый магический артефакт. Теперь эти неверующие валялись на центральной деревенской площади, отходя от последствий жесткого урока.
  Они начали свою облаву с небольшого озера, которое располагалось не так далеко от погибшей деревни. В той стороне пролетали охотники, Маргоб надеялся, что где-нибудь рядом они расположились на ночлег.
  Трога немного насторожил факт, что в сторону озера не вело ни одной тропинки. Деревенские жители будто и не знали о водоёме. А место было красивое и тихое. На берегах росли бёрезки, ясени, в воде плавали кувшинки. Среди камышей прятались уютные заводи, наверняка облюбованные карпом и карасем. Но ни следа рыбаков. Подобное походило на табу. Только размышлять над такими странностями у Трога не было времени. Та толпа, которую доверил ему Маргоб, и которую нарекли громким именем поисковый отряд, почти ничего не могла и не умела. Крысюки были слишком безумны, чтобы хорошо служить, слизистые ящерицы и подавно не годились к роли солдат. Более же крупные существа не хотели слушать Трога просто потому, что он был для них всего лишь зелёным карликом, а не настоящим командиром. С горем пополам их отряд добрался до этого озера. И там их поисковый рейд неожиданно прервали.
  
  Кузнец Яс никогда раньше не покидал Одинокий Шпиль. По крайне мере он не помнил этого, да и не хотел помнить. В его мастерстве нуждались и тут его признавали мастером, им восхищались. Другой жизни Яс не хотел. Но однажды вдруг стены подземелья затряслись. То, что казалось вековечным, стало разрушаться. Потрясенный Яс узнал о гибели колдуна от пробегавших мимо крысюков. Это было так невероятно, что он даже не сразу осознал это. Кому могло понадобиться убивать столь великого мастера как Чёрный колдун? У кого поднялась рука совершить такое кощунство?
  Но вскоре Ясу стало не до вопросов. Подземелье разрушалось, впрочем, как и весь замок. Времени на раздумья и прочие вещи не оставалось. Надо было бежать, и Яс побежал как безумный вслед за всеми, туда, где могло быть спасение. Но многие крысюки просто метались по этим щелям, их топтали другие, более крупные чудовища. Выхода не было.
  И тут Яс вспомнил, ведь его друг, Страж Подземелья, она же Палач, совсем не зря имела все эти звания, они действительно что-то там охраняла. Не так давно она даже прогнала наверх двух чудовищ из замка. Она точно знала путь к спасению. Яс больше не метался, стараясь сохранять спокойствие, он пробрался в туннели, ведущие к логову Палача. Подземелье пока ещё держалось, несмотря на всю эту тряску, время ещё оставалось. Как ни странно, чем ближе мастер был к логову, тем меньше существ попадалось ему по дороге. Похоже, большая часть населения подземелий пыталась бежать через верхние выходы, через замок.
  Яс был доволен своей предусмотрительностью, уж теперь ему никто не помешает спастись. Долго гордиться ему не пришлось. Прямо на полушаге, его вдруг кто-то схватил за шкирку и с огромной скоростью понес куда-то. Как Яс ни старался, он так и не понял кто этот бесцеремонный хам, осмелившийся так грубо поступить с кузнецом. Затем впереди вдруг показался какой-то странный свет. Это не был привычный свет факелов, но это не было и дневным светом. Яс мог утверждать это с уверенностью. В его мастерской имелось несколько колб, в которых хранился свет солнца. Порой, для некоторых артефактов, нужен был и такой экзотический ингредиент. Свечение впереди совсем не походило на свет дня, но, тем не менее, виделось в нём нечто знакомое.
  Последовало ещё немного тряски, и неведомый чужак вынес Яса в коридор со странным светом. И с ужасом Яс узнал его источник. В коридоре медленно летел никто иной, как Эйрик, самый могущественный инструмент Чёрного колдуна, самый могущественный и самый опасный. Яс никогда не встречал его за пределами центральной лаборатории замка. Как это существо оказалось в подземелье? Кузнец задёргался, задрыгал ногами, пытаясь вырваться или хотя бы замедлить неутомимый бег своего похитителя. Но тот как будто ничего и не почувствовал. Через пару мгновения они стояли рядом с Эйриком, электрический свет, которого сполохами отражался на стенах. Яс знал возможности этого света. А сейчас, без контроля, любая из таких молний могла испепелить и Яса, и безумца который его похитил. Кузнец закрылся руками, и это было последнее, что он сделал в подземельях замка Одинокий Шпиль.
  Поверхность земли против ожидания оказалась не так уж плоха. Хоть здесь и не имелось уютных закутков подземелья, не горели тёплым пламенем факелы, но солнце грело не хуже, а ветер пока можно было и потерпеть. Яс очнулся на берегу какого-то озера. Ему и раньше доводилось видеть столько воды в одном месте, но то были подземные водоёмы под замком. Яс и не подозревал, что такие скопления воды есть и наверху. И как только она держится тут, не протекает под землю, невольно задумался мастер, разглядывая озеро.
  - Очнулся? Наконец-то, - недалеко послышался знакомый голос. - Или ты надеешься, что тебя всё время будут на руках носить?
  Яс оглянулся, рядом стояла, улыбаясь, Палач.
  - Так это ты несла меня за шкирку?
  - Ну а кто же ещё? Ты столь неспешно крался по коридорам, словно секрет бессмертия у тебя давно за пазухой.
  Кузнец смутился:
  - Я всего лишь был осторожен. Там и без меня бегало слишком много чудовищ.
  - С твоей осторожностью ты вполне мог бы остаться в той каменной могиле. И уж тогда бы тебе точно никуда не надо было бы спешить. Ну да ладно. Забудем.
  Яс вздохнул с облегчением. Он не очень любил, когда замечали его ошибки. Всё-таки он мастер, нельзя так просто отказываться от этого.
  А Палач действительно больше не вспоминала об этом. Она заговорила совсем о другом:
  - Мы тебя ждали, ведь в портал нельзя проносить бесчувственные тела. Это может плохо закончиться. А ты всё отдыхал и отдыхал. Хорошо здесь, рядом с выходом, спокойное место и никто пока не тревожил.
  - Я не отдых... - чуть не начал было оправдываться Яс, но тут же спохватился и сделал серьёзное лицо. - О каком портале ты говоришь? Я думал, в замке не осталось порталов. Все они были связаны с Хозяином, и все они должны были разрушиться после его смерти. Здесь нет сомнений! Уж кому знать как не мне, сам ведь помогал налаживать некоторые из них.
  - Даже если в руинах замка и остался бы портал, я не стала бы возвращаться в это проклятое место. Портал создал Эйрик.
  Яс упал там, где стоял. Значит, он действительно видел Эйрика в туннелях.
  Палач засмеялась:
  - Какой ты всё-таки чувствительный, Яс. Одно слово и ты уже падаешь. Вот уж не думала, что наш кузнец так боится Эйрика.
  Яс нахмурился, мастер не должен быть смешон. Как можно быстрее он подогнул под себя ноги, сел по-турецки.
  - А я не падал, я просто присел. Ты говоришь серьёзные вещи, стоя такое не обсуждают. Садись и ты Палач, - он показал на траву рядом с собой.
  Страж присела, её лицо теперь тоже было пасмурным:
  - Знаешь что, - сказала она после недолгого раздумья. - Чёрный колдун мёртв...
  - Ещё бы не знать. И?
  - И я больше не собираюсь заниматься тем, чем он мне приказывал заниматься. Отныне я не Палач и потому не зови меня так.
  Яс удивился.
  - Почему? Кто же ты теперь?
  - Пока я чудовище. Но надеюсь ненадолго. С помощью Эйрика я смогу снова стать человеком.
  Яс решил не обсуждать это спорное заявление. Несомненно Эйрик был мощным инструментом, но мечты стать с его помощью человеком... Это уже скорее фантазия, чем объективные желания.
  - Как же теперь тебя называть? - поинтересовался кузнец.
  - Зови меня Коэсса.
  - Почему так?
  Она не стала объяснять.
  - Потому что я так хочу.
  В её голосе слышался холодок, и Яс не стал спорить. Когда таким тоном говорит существо, в чьих руках волшебные лезвия, разрубающие даже камень, значит, возражения неуместны. Хочет быть Коэссой, пусть будет Коэссой. Хотя кузнецу больше нравилось Палач, прозвище связанное с мастерством, с опытом, здесь и уважение, и почтение. Коэсса же это слишком расплывчато. Но желание есть желание. Так Палач стала Коэссой.
  - А куда будет вести портал Эйрика? - Яс перевёл разговор на прежнюю тему.
  - В Арон, куда же ещё. Там множество колдунов. Уж с каким-нибудь из них мы да найдём общий язык.
  Яс скептически пожал плечами. Чёрный колдун порой разговаривал с ним о других колдунах, показывал их работы. Ничего особого кузнец в чужих артефактах не усмотрел. Простые вещи, без изюминки. Найти такого мастера, каким был Чёрный колдун, пусть даже и в Ароне, может оказаться нелегко. Тем более, настоящие мастера не любят шумные и беспокойные города.
  В этот момент появился Эйрик:
  - Как ваши дела? - Электрический демон разговаривал на удивление спокойным и вполне человеческим голосом. - Всё хорошо?
  - Всё отлично, - ответила за них обоих Коэсса. - Можно начинать.
  - Тогда готовьтесь. Я перенастроил ловушку колдуна, остались небольшие детали, потому желательно, чтобы вы не отходили далеко. Если что-то пойдет не так, то портал быстро разрушится, и вы не успеете пройти. А одному мне в Ароне делать нечего.
  - Не беспокойся, куда нам уходить... - бывшая палач ещё говорила это, как в кустах неподалеку послышался шум, все трое посмотрели в ту сторону. Из зарослей на них глядела узкая мордочка крысюка.
  - Я нашёл! Я нашёл! - Запищал крысюк.- Сюда! Сюда!
  Послышался шелест лезвий, в руках Коэссы блеснули её волшебные мечи готовые к кровавой работе. Кого бы ни звал крысюк, для бывшего палача это были враги.
  - Отходите к озеру. Эйрик заканчивай работу с порталом, Яс помоги ему. А я разберусь с этими гостями.
  Яс не стал смотреть, как она улаживает проблему, он поспешил следом за Эйриком, тот электрической тенью заскользил к воде. Там, на самом берегу, на небольшой песчаной отмели красовалась какая-то непонятная конструкция. Даже Яс, уж насколько мастер в подобных делах, не сразу понял все принципы этой самоделки.
  - Немножко громоздко, но делать нечего. Нужных материалов под рукой все равно нет, - как будто извиняясь, пояснил Эйрик. - Пришлось использовать эту старую ловушку. Колдун, наверное, не проверял её лет сто.
  Яс понял, что перед ним. Остатки одной из охранных ловушек замка. Такие когда-то ему приходилось делать в своей кузнице, но то было давно, ещё в те времена, когда на замок Одинокий Шпиль осмеливались совершать набеги соседи. С тех пор и остались вокруг замка такие ловушки, они самоподзаряжались от случайных жертв, от тех излишков магической энергии, которых было много вокруг замка. Данная ловушка, похоже, была связана с озером, довольно хитрое устройство, рассчитанное на случай осады замка. Ведь для армии осмелившейся подойти к Одинокому Шпилю, была бы нужна вода, а это озеро так привлекательно смотрелось. Хитро, хоть и немного устарело. На сегодняшний бы день кузнец использовал другие коэффициенты для расчёта полезного действия ловушки. Какие именно Яс не додумал. Послышался жуткий крик, от которого задрожала листва на деревьях. Коэсса вступила в битву. Надо было спешить.
  Мелочи, которые требовалось доделать, теперь не казались мелочами. Требовалось закончить конструкцию поддержки портала. Громоздкая механическая система, ничего сложного, лишь одно Но - узловые стыки этой решётки должны быть чистыми. Это легко сделать, когда никуда не спешишь и когда ничего не боишься.
  А Яс боялся, боялся до потери пульса. Он чуть ли не падал, у него дрожали руки. Ведь крик Коэссы не прекращался. Там, за небольшим холмиком, на полянке шла битва. Оглядываясь, Яс видел, как там клубится пыль, а один раз на берег вылетала случайная стрела. Яс не знал, боится ли Эйрик, а по внешнему виду нового товарища ничего нельзя было сказать с точностью, шаровая молния, да и только. Как можно у неё определить настроение?
  Всё выяснилось, когда к ним, скользя поверх воды у побережья, выскочило странное существо. Ростом тварь была примерно с человека, от него шел жуткий запах, и оно выглядело каким-то полупрозрачным. Почти призрак, хоть и не совсем. Яс знал, как должны выглядеть призраки, ему порой приходилось использовать в работе эктоплазму привидений. Это существо лишь походило на призрака, хоть и умело летать. Благодаря оно обошло Коэссу и теперь угрожало им. Яс заверещал, отбросил в сторону палочки, что тщетно пытался приладить друг к другу последние минуты и завертелся на месте в поисках выхода и спасения. Бежать было некуда. Позади кипела битва, а с других сторон была вода, а Яс не умел плавать. В подземелье это умение было ему совсем не к чему, откуда он мог знать, что это так подведет его в будущем. А Эйрик рядом, как ни в чем не бывало, продолжал конструировать портал.
  - Ты сошёл с ума! - закричал Яс. - Смотри! Он летит сюда, он всё поломает, он нас убьёт! - Голос кузнеца сорвался на тонкий и смешной фальцет и мастер тут же замолчал, зажал рот руками, оглянулся, выискивая путь к спасению.
  Псевдопризрак действительно неспешно приближался, как будто понимая, что его жертвам бежать некуда.
  - Сначала закончим работу, а потом придет время и для следующего дела, - спокойно, без всякой истерики ответил Эйрик. - Но если ты хочешь, я попробую с ним сразиться. Ведь Коэсса, наверное, занята и не успеет подойти сюда.
  - Попробуешь?! - Взвизгнул Яс, услышав это. - Останови его, останови немедленно!
  - Как хочешь. Можно и не сражаться. Можно и остановить...
  Небольшая молния ударила в ухмыляющегося псевдопризрака и тот обратился в лёд. Он медленно осел на воду и поплыл по ней, как странная сильно пахнущая льдина, плывущая неизвестно куда. Её двигал ветер, сам псевдопризрак уже не годился для самостоятельного передвижения.
  - А сейчас давай закончим портал, - спокойно продолжил Эйрик. - Надо спешить, Коэсса отступает, нападающих слишком много.
  Теперь, когда непосредственная угроза миновала, Яс работал споро и эффективно. Через минуту портал был закончен.
  - Я открываю портал, - объявил Эйрик. - Будет лучше, если ты прыгнешь в него раньше нас. Коэссу я уже позвал, когда она придет, я одновременно с ней войду в портал, после чего тот разрушится.
  Яс кивнул, ему не нужно было объяснять такие детали. Вот вспыхнул магический свет, забурлила вода в озере, это разряжалась магическая ловушка. Яс оглянулся в последний раз и тут у его ног воткнулся в песок тяжёлый арбалетный болт. На пригорке неподалёку стоял что-то бешено кричащий зелёный карлик, болт был его подарком. И он готовил ещё один такой.
  Кузнец прыгнул в портал, споткнулся и как был, боком ввалился в магическое окно. Так боком он и выпал на каменную мостовую, а через мгновение на него упала Коэсса, своими мечами она чуть не разрезала кузнеца. Лишь Эйрик вошел в портал спокойно.
  - Портал разрушился, - объявил он. - Наши преследователи сейчас пытаются выбраться из воды, а та после заклинания стала довольно густой. Они барахтаются на берегу как мухи в киселе.
  Эйрик кажется, пытался шутить. Но ни Коэсса, вся потрепанная, израненная, ни Яс, оглушенный и придавленный бывшим Палачом, его юмора не оценили. Будучи существами из плоти, они не умели быстро восстанавливать свою работоспособность как это делал Эйрик. Ясу только одна мысль пришла в голову, когда он лежал, чуть ли не целуясь с булыжниками грязной мостовой. А от кого вообще они убегали?
  
  Трог сидел на небольшом пригорке поросшем жухлой травой. Справа была вода, слева была вода, везде вокруг была студенистая, клейкая вода. И в этом потопе торчал весь его горе-отряд, начиная с денщика, тот как-то ухитрился уцелеть в битве, и кончая Агнариром. Слизняк на деле почти не сражался, но в волшебную воду влипнуть смог и теперь лишь беспомощно шипел, не в силах сдвинуться с места. Даже способность к изменению формы не спасла Агнарира, вода тоже ведь меняла форму, но при этом оставалась всё такой же липкой и опасной.
  Только сам командир и сумел избежать этого горя. Трог пытался с высоты хоть как-то управлять тем странным боем, в который ввязался его отряд. А всё случилось из-за крысюка-разведчика. Шустрый, но безмозглый. Они-то искали охотников, другие чудовища их не особо интересовали, по крайне мере Трога. Нашли же Палача. Разведчик поднял шум и первый же нарвался на волшебные лезвия, а дальше пошло по нарастающей.
  Трог задумчиво огляделся. Где-то в середине озера плавал Держатель, так, оказывается, прозывали вонючих псевдопризраков. В Одиноком Шпиле они выполняли роли защитников стен при осаде. Странно, что они до сих пор сохранились там, ведь враги к замку не приближались уже добрую сотню лет. На этого Держателя Трог возлагал большие надежды. И все его чаяния сейчас плавали жёлто-серой льдиной посреди озера, замёрзший кусок крема поверх всего этого студня. Сколько будет крику, когда они вернутся в лагерь. Маргобу вряд ли понравится такой исход их боевой операции.
  А хотя Трогу было все равно, как и о чём там будет исходить слюнями Маргоб. Сейчас то все равно можно отдохнуть. Подумав так, зелёный карлик растянулся на своём пригорке. Сверху пригревало солнце, в роще неподалеку пели птички. Так хорошо, если бы только ещё не стоны застрявших в клейкой воде крысюков. Но тут ничего не поделаешь. Трог при этой мысли покосился на лежащий рядом арбалет, задумался, покачал головой. Нет, так всего не решишь, стрел на всех не хватит. Командир застрявшего отряда закрыл глаза и попытался заснуть. Времени, судя по всему, у него теперь много.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 6
  Охотники быстро покинули область, где царил хаос от падения замка Чёрного колдуна. Быстрее чем им хотелось. Прогулка в близлежащую деревню за припасами получилась экскурсией по разорённым землям. Кто мог подумать, что чудовища из Одинокого Шпиля так деловито и сноровисто разорят все окрестные деревни.
  С ужасом охотники смотрели, как горят селения, как монстры убивают и пожирают местных жителей. Отпор смогли дать немногие. В одном месте пролетавшие друзья видели крестьян, которые заняли усадьбу-невеличку местного сеньора, бывшего вассала Чёрного. Бывшего потому что сеньора висел на яблоне во дворе, на редкость спокойный и умиротворённый. Совсем иначе выглядели селяне, распоряжавшиеся в его доме. Они баррикадировали окна и двери, точили топоры и вилы, распределяли те небольшие запасы оружия, что раньше принадлежали господину, висящему в саду. Эти люди не были готовы продавать припасы, им и самим многого не хватало.
  Впрочем, чудовища разоряющие деревню неподалёку тоже не занимались торговлей. И хуже того, в их числе охотники заметили Стража Высоты, Глаза. Факт, означавший лишь одно - если они его увидели, то, значит, он за ними смотрит уже не меньше часа. Не раздумывая, охотники тут же взяли курс на Арон, быстро улетая как можно дальше от гиблых земель. Им не хотелось сражаться с отрядами бесчинствующих чудовищ. Они отправились прочь отсюда, напряжённые, постоянно ожидающие нападения. Оба чувствовали, как Глаз наблюдает за ними. А чуть позже, когда друзья уже достигли земель дальних вассалов, охотники увидели летящего за ними двойника Стража Высоты. Непонятное создание просто молча следовало за ними, а потом вдруг исчезло в никуда. Был двойник Глаза, и вот теперь его нет. Тем не менее, охотники, не останавливаясь, летели до самого вечера, не желая, чтобы ночью на них напали какие-нибудь чудовища, вызванные этим странным существом.
  Тут начались земли, казалось бы, не тронутые никакими заклятьями, заклинаниями и вообще не знающие магии. Внизу расстилались мирные поля, паслись коровы и овцы, а кое-где скот уже гнали домой, ведь солнце приближалось к горизонту, освещая уставшие луга красноватым светом заката. На земле внизу быстро росли тени, просыпались цикады и прочая ночная живность. Пора было задуматься о ночлеге и охотникам.
  Сейчас, наблюдая все эти мирные картины вокруг, они немного забыли о кровавых событиях утра, сказывался долгий и утомительный полёт. Первым сдался Долин:
  - Я больше не могу. У меня уже крылья отваливаются. Мне хочется есть, пить и главное спать. - Тяжело дыша, действительно с трудом махая крыльями, он повернул голову к другу. - Надо искать безопасное место для ночлега.
  Лоэлин ничего не ответил, он лишь плавно кружа начал опускаться вниз. Ему не хотелось говорить просто потому, что бывший студент боялся не выдержать и упасть камнем на землю. У него внутри всё горело, магическая жажда, заложенная в него колдуном, сейчас вдвойне усилилась. Лоэлин ощущал себя так, будто он высыхает подобно осенним листьям. А охотники уже вылетели за обжитых территорий. Не было видно никаких людей, их домов, не виднелось дорог и вообще ничего связанного с человеком. Там простирался зелёным покрывалом лес, и пряталась среди листвы небольшая речушка, запах воды из которой Лоэлин ощущал даже на высоте нескольких сотен метров.
  Долин, увидев манёвры друга, поспешил вслед за ним, сложив крылья. Крутым виражом он скользнул к земле, где упал и растянулся в изнеможении. Он лежал и слушал, как фыркает Лоэлин в речушке неподалеку. "Я и не знал что он такой чистюля, - подумал Долин. - Полез купаться, надо же...". Посередине этой мысли он заснул.
  Когда несостоявшийся мельник открыл глаза, вокруг царила ночь. Неподалеку тихо потрескивал костёр, где рядом сидел Лоэлин, поджаривая рыбу наколотую на ветку. Он медленно поворачивал её то одним боком, то другим, задумчивый и тихий как никогда. Долин подошел к другу и уселся около него.
  - Улов? - Кивком головы он показал на рыбку.
  - Да, попалась тут в речке пара штучек, - сказав это Лоэлин чуть подвинулся и Долин увидел небольшую серебристую грудку рыбы рядом с ним. Похоже, Лоэлин особо не утруждал себя чисткой и прочей подготовкой рыбы. Он просто насаживал их на веточки, обжаривал и глотал, почти не разжёвывая. Долин несколько минут поглядел на это и почувствовал, как и в нём разгорается аппетит.
  - Можно? - спросонья он разговаривал односложными фразами. И даже не дождавшись ответа, потянулся к одной из рыбок. Лоэлин, впрочем, и не думал его останавливать.
  - Бери, если кончатся, ещё наловим.
  Долин не спрашивал, как именно они наловят, и как уже наловил рыбы Лоэлин. Сейчас, когда карась пойманный Лоэлином находился у него в руках, он засомневался, а действительно ли он способен съесть сырую рыбу в чешуе. Хотя в замке их баланда была куда хуже. Вспомнив свои завтраки в замке, Долин отбросил все сомнения и, не раздумывая, проглотил карася. Против ожидания ничего отвратительного на вкус он не почувствовал. Только голод ещё сильнее заявил о себе, лишь раззадоренный мелкой подачкой.
  - Жареные лучше, - заметил между тем Лоэлин, - почти деликатес.
  Долин никогда в своей ничем не выделяющейся жизни не видел и тем более не ел деликатесов. Потому и на всю последующую жизнь он запомнил свои первые деликатесы как нечищеных и непотрошёных жареных карасей. Это была действительно восхитительная еда. Конечно, после харча в Одиноком Шпиле ему, наверное, была бы любая еда хороша, и всё же он запомнил именно эту ночь с тихо потрескивающим костром и жареными карасями.
  Костёр догорал. Друзья, задумавшись, сидели неподалеку, оба неподвижные, больше похожие на тени, чем на живых существ. В слабеющем свете пламени кожа охотников казалась почти бледной, с красноватым оттенком. Застывшими птицами, сложив крылья, они сидели, рассматривая угасающее пламя, обоим почему-то не спалось. Долин хорошо выспался на вечерней зорьке, а Лоэлин после своего купанья вообще не чувствовал усталости, лишь умиротворение. Ведь в кое-то веки охотник смотрел на тихий костёр перед собой, а не чувствовал его внутри себя.
  Вдруг недалёко хрустнула ветка. Сейчас, в середине ночи, когда даже сверчки немного утихли, стояла почти полная тишина, лишь немного нарушаемая костром и собственным дыханием охотников. Только одинокая сова гукала неподалёку. И вдруг хруст. Лоэлин встрепенулся. Они не зря звались охотниками, оба чётко различали любые подозрительные звуки. Кто-то не так далеко от них наступил на ветку и замер, надеясь, что его не услышали.
  - К нам идут гости, - послышался шёпот Долина. - Это не звери, те ступают мягче.
  В этот момент кусты с другой стороны костра зашевелились и оттуда медленно, опасливо оглядываясь, высунулась косматая голова. Долин даже не сразу понял человек там или же зверь. Спустя мгновение у головы появились товарищи, такие же косматые морды, одна за другой возникшие из темноты. Они оглядывали поляну, смотрели друг на друга, смотрели на сидящих за костром охотников. Те сидели неподвижно, как статуи, ничем не выдавая своего напряжения. Оба были наготове, но всё-таки, несмотря на весь свой демонический облик, они никогда не были воинами. Им не хотелось сражаться. Ведь кто знает, может, эти странные ночные посетители не несут зла, зачем же сразу обнажать когти.
  Человече, - раздался боязливый, готовый вот вот замолкнуть голос. -Добрые путники простите меня, - из кустов медленно вышел одетый в истрепанные тряпки человек. - Я не хотел тревожить вас, - он приподнял руки. - У меня нет оружия, я не хочу с вами драться.
  Долин хмыкнул:
  - Где ты здесь увидел "человече"? - в этих его словах скользнула нотка горечи, ему тяжело было так говорить о себе, но ему не хотелось попусту лишний раз пугать людей. - Ты, наверное, плохо видишь в темноте?
  - Мне незачем видеть слишком хорошо, когда я не хочу этого. Все мы человече, все мы люд, разбросанный по дорогам, - странный человек и отвечал он странно.
  Гость медленно присел за костром:
  - Зачем смотреть только на внешность?
  - Кто ты? О чём ты говоришь?
  - Разве же не ясно о чём я говорю, - вздохнул гость. - Я вижу людей, там, где есть люди.
  Долин замер не находя слов. Уже, казалось, целую бесконечность его никто не считал человеком. Он вспомнил как жил на мельнице, как беспечно проводил дни, не подозревая, что совсем скоро всё закончится. И вот теперь его назвал человеком странный гость из ночи. Если бы глаза охотника умели плакать у Долина сейчас бы потекли слезы. Но плакать в своем нынешнем состоянии он не мог и потому просто сидел, пытаясь смотреть в костёр, а не на косматого путника.
  - И всё-таки ты не сказал кто ты сам, ночной гость. - Теперь заговорил Лоэлин. - Ты не обычный человек, раз не боишься нас. Кто ты?
  Гость покачал своей заросшей головой.
  - Я простой человек, и я боюсь, - вполголоса признался он. - Я боюсь и сильно боюсь. Все мы люди, у всех нас есть свои страсти. А большие люди имеют сильные страсти. Вы сейчас сильны, и я не могу не бояться.
  - Тогда зачем ты пришел к нам? - Лоэлин почувствовал, как его охватывает раздражение, странный косматый человек ничего не говорил прямо.
  - Добрый путник, я не хотел ничего дурного, - послышался ответ. - Просто сейчас такие холодные ночи, а мы уже столько дней пробираемся через лес, прячась от слуг Пустотника. Некоторые из нас болеют, а некоторые уже умерли. Нам хочется тепла, лишь немного погреться.
  - Разве же сейчас холодно? По мне так вполне тепло, - обескураженный Лоэлин только такую нелепицу и смог выдать в ответ. Охотнику холод действительно нисколько не мешал. С его пламенным нутром он даже в горных снегах вряд ли бы заметил мороз. Но сейчас вся эта правда звучала не к месту.
  - Тому, кто провёл в лесу много дней, питаясь одними сырыми кореньями холодно. Кроме того, не все из нас мужчины. Несколько семей скрывается в этом лесу.
  - И чего же вы хотите от нас? - Лоэлин никак не мог поверить
  в то, что кто-то по виду обычный человек, хочет от заколдованного демона помощи.
  - Мы увидели ваш костёр. Здесь слишком дикое место, для слуг Пустотника или ещё кого-нибудь из его прихвостней. Они побаиваются сюда заходить, ведь не все люди смирились с ними. Некоторые ещё осмеливаются сражаться с ними.
  - И наверно ты и твои люди как раз из таких храбрецов?
  - Хотелось бы, но пока нет. Мы лишь шли к ним, мы хотим присоединиться, вместе выживать всегда легче. Но огонь оказался вашим, добрые путники. Наверное, другие люди бы побоялись подходить. Но не я.
  - Почему?
  - Я общался с Пустотником, я знавал манеры колдунов и их слуг. Ты не слишком похож на слугу Пустотника и на разбойника не сильно смахиваешь. А мы свою очередь тоже не хотим никакого зла. Просто дай нам погреться, посидеть рядом с твоим мирным костёрком, поговорить. Кто знает, может, и вы получите пользу от этого. Ведь вы не просто так появились в этих лесах?
  С каждой секундой этого странного разговора Лоэлин всё более и более терялся, Долин видел, что ещё немного и бывший студент вообще потеряет дар речи.
  - Не просто так. - Долин решил поддержать друга и тоже вступил в разговор. - Совсем не просто так. Но да ладно об этом. Подходите к нашему огоньку, все подходите. И если хочешь, мы ещё разожжём. Только угощение у нас небогатое, вода, вот, пожалуй, и всё. - Рыбы после ужина у них не осталось, так она пришлась Долину по вкусу.
  - Было бы неплохо и водицы испить, - смирёно заметил гость. - Совсем неплохо. А к воде может, и у нас чего-нибудь да найдётся.
  Лоэлину с его огненными свойствами было совсем нетрудно сделать обещанное Долином. Вскоре на полянке горело ещё три костра, а потом из темноты к огоньку стали подтягиваться и гости. У некоторых из них имелись наготове луки с вложенными стрелами. Не такие уж и беззащитные были эти ночные странники, но всё же они и не являлись разбойниками, раз не напали первыми. Теперь на лесной поляне образовался настоящий лагерь, со своей жизнью и со своими обитателями. Из зарослей действительно выбралось сразу несколько семей, все грязные и обросшие, все как один замерзшие. Они тут же начали хозяйничать у огней, обсушиваясь, готовя еду, или просто разговаривая. Лишь их предводитель остался у старого костёрка с охотниками, молча поглядывая на своих людей.
  - Одно я не пойму, - задумался вслух Долин. - А почему вы сами не развели костры? И почему вы не захотели переночевать в деревне, здесь есть одна, не так уж и далеко отсюда. Я видел её сверху...
  - Всё потому же, что и вынудило нас вообще уйти в леса. В деревне не все люди действительно люди, там глаза и уши Пустотника. И огонь мы сами разводить не можем. Пустотник чует, если мы разводим огонь. А ваш огонь его не интересует, он, конечно, давно его ощущает. Но лес пуст и значит пока ему все равно.
  Это была интригующая новость. За охотниками опять наблюдают. Первым опомнился Лоэлин:
  - Интересные вещи ты говоришь, странник. Или ты хочешь, что бы мы называли тебя по-другому?
  - Зовите странником, все мы здесь странники, нет в этом ничего зазорного.
  - Ладно, странник. Прости нам нашу неграмотность, но не мог ты сказать кто такой этот самый Пустотник, как он может ощущать огонь на расстоянии?
  - Все мы чего-нибудь да ощущаем, - гость казалось, не мог говорить напрямую, Лоэлин вдруг поймал себя на мысли, что этот косматый ночной бродяга напоминает ему некоторых университетских философов. Такие же речи, схожие взгляды. Только те, конечно, выглядели чище. Но кто знает, может ночной гость даже мудрее столичных пустословов. Ведь он свою мудрость испытал на деле, а профессура только говорит умно и при этом носа не кажет с университетского двора.
  - Вы ведь тоже много чего ощущаете, - продолжал рассказывать гость. - Вы учуяли меня тогда, когда ни один человек ещё бы и ухом не повел. И будь это не я, а какой-нибудь дикий зверь, его судьба могла оказаться незавидной. Вообще расплодилось зверья в последнее время тьма немереная. Кабаны поля топчут, волки стада разоряют, прямо напасть какая-то.
  - О, если бы мне правда попался хоть один бы кабан, - мечтательно в ответ произнес Долин. - Давненько я не ел свинины.
  На другой стороне костра немного помолчали, послышался шорох разворачиваемых котомок.
  - Не обессудь добрый человек, небогаты мы и гонимы. Но возьми вот немного сала, кое-какие запасы нам удалось всё-таки сберечь от слуг Пустотника.
  Немного помолчали, Долин пережевывал сало. Лоэлин с завистью глядел на него, ему пока ещё ничего не предложили, но тут последовал второй кусок и теперь челюсти были заняты у обоих охотников.
  - Хорошо засолили, - прожевав свой кусок, одобрил угощение Долин.
  - Давний рецепт, сейчас уже не так солят. Нечего, да и негде.
  - Из-за Пустотника?
  - Из-за него, душегуба! - В первый раз гость позволил своим эмоциям вырваться. Долин воспринял это как знак к тому, что можно возобновить свои распросы.
  - Так кто же такой этот Пустотник? Что вы с ним не поделили?
  Гость вздохнул, по всему видно было как нелегка для него эта тема. Долин даже забеспокоился, не сказал ли он чего лишнего.
  - Наверное, издалека вы путешествуете добрые путники, если не знаете, кто такой Пустотник, - заговорил гость, его голос теперь почему-то изменился, стал какой-то надтреснутый, с хрипотцой, старческим. Лоэлин при этом снова вспомнил преподавателей-философов. Среди тех не было молодых, видимо и странный гость не так бодр и молод, каким показался сначала. Всё эти тени, блики костра, длинные, спутанные волосы гостя.
  - Пустотник местный повелитель. Один из колдунов Совета Гооб. Мне казалось, все про него знают. Откуда же вы, если не тайна добрые путники?
  Охотники призадумались. Место, откуда они шли, уже не существовало, но все равно не стоило упоминать о нем, слишком уж зловещим был замок Одинокий Шпиль.
  - Мы летим с запада, от самых гор, - после минутной паузы ответил за них обоих Лоэлин.
  - Неужто с самых горных княжеств? - удивился гость, голос его снова вдруг помолодел, не осталось и следа неожиданной старческой хрипоты.
  - Ну да, - неохотно подтвердил Долин. - Почти оттуда.
  - С горных княжеств, - продолжал говорить странный гость. - Да это же вам пришлось пройти через край Единого колдуна. Наверное, и его замок Одинокий Шпиль повидали?
  Если бы не название замка, то охотники вряд ли бы поняли, о чём идёт речь. Они оба, Долин у себя в селе, а Лоэлин в Ароне, никогда не слышали, чтобы Чёрного колдуна называли Единым. Хотя Лоэлин в общем и мог, но университет в Ароне отличался свободолюбивыми нравами. Студенты не слишком много контактировали с колдунами, а если приходилось, то называли их по-своему, так как хотелось им, а не колдунам.
  - Единого колдуна?! - Удивился Долин. - Да какой же он Единый. У нас его иначе как Чёрным и не кличут. Тот ещё зверь был, единого в нём, пожалуй, только то, что зверство со злобой объединились, ничего больше в нём единого не знаю. Хорошо теперь земля от него избавилась, плохо, что не до конца. - Долин вспомнил о заклятие колдуна, и зачем именно они прилетели в эти края. Ведь выходит, раз Пустотник местный повелитель и колдун, значит, он и есть тот, к кому они должны наведаться.
  Гость, услышав о смерти колдуна, не смог скрыть своего удивления:
  - Умер? Единый колдун умер? - переспросил он. - Но как же так! И почему злобный? Я помню, в учении... - тут гость запнулся, закашлялся, голос у него снова стал старческий, прерывистый. - Такой светлый ум. Его край считается самым богатым в Гооб, нигде нет людей богаче. Разве только в самом Ароне... - он снова запнулся, понимая, что говорит лишнее.
  Охотники молчали, не желая обсуждать бывшего хозяина.
  - И что же теперь будет, как Гооб будет жить без Единого колдуна? - Не сдержался гость. - Кто теперь удержит Совет в рамках?
  - Да умер, умер ваш Единый колдун, - рявкнул Долин и взволнованное бормотанье за костром прекратилось. - И ничего хорошего в нём не было. Тоже мне край богатый. Он просто из тех был, кто любит скотинку пожирней, зачем ему исхудавшие бараны?
  - Прав ты добрый путник, - примирительно сказал старец. - Ты там был, ты это видел, выходит, и в тех местах людям счастья не было. И что за страна у нас, если даже Единый колдун, тот который поддерживал мир в нашей стране, оказывается на поверку изувером. А мы шли к границе края, бежали от Пустотника. Куда же нам теперь идти?
  - Ну уж точно не туда, - ответил Лоэлин, вспомнив легионы сумасшедших слуг Чёрного колдуна, которые разбегались из гибнущего замка.
  - Там сейчас не самое лучшее место. Кровь там льётся уже не ручейками - речками, - добавил Лоэлин.
  - Наверное, потому вы и летите оттуда добрые путники. Тоже бежите, как и мы. А ведь там, впереди, стоит замок "Смотрящий из пустоты" - обиталище Пустотника. Как бы вы добрые путники не попали из огня да в полымя. Не знаю, как зверствовал Единый колдун, но Пустотник недаром так зовется. Пусто его сердце и пусты глаза. И заполняет он свою пустоту из года в год людской кровью. Мерзкий неясыть, никак не может напитать себя. Вокруг замка уже нет ни одной деревни, всё извел он. Там всё быльем поросло, и только одна дорога там в порядке, чистая и ухоженная. Дорога к замку "Смотрящий из пустоты"! И стоят на этой дороге слуги Пустотника, высматривают добычу, и гонят по этой дороге людей к замку. Плачут и стенают те, но слуги не слушают их. Да и как они могут слушать. Ведь нелюди они.
  - Нелюди? - насторожился Лоэлин, а Долин, встревоженный, чуть не вскочил с места. - Нелюди? Такие как мы?
  - Нет. Вы люди, человеки, пусть и снаружи выглядите иначе. А слуги Пустотника, часто наоборот, совсем люди с виду. Но суть у них нечеловеческая, страшные существа. Ничего в них нет.
  - Так кто же они тогда? Демоны? - Последний вопрос Лоэлин задал почти вполголоса, с неохотой, но тот словно сам рвался наружу.
  - Может кто-нибудь назовет этих чудовищ демонами. Но в основе своей это вообще не существа как мы из плоти и крови. Они слуги Пустотника. И они сами кусочки той же чудовищной пустоты, что клубится в его сердце. Некоторые из них уже лишились тела, издалека их можно спутать с клочком тумана. Говорят, призраки чем-то похожи на слуг Пустотника, но его рабы вовсе не призраки. Они руки пустоты!
  Лоэлин, слишком удивленный чтобы говорить, молча смотрел на землю под собой, пальцы же его, будто живя отдельной жизнью, ломали сучья и подбрасывали их в огонь. Жутко было в его мыслях, не думал он, что может быть на этой земле зло, рядом с которым вся ненависть Чёрного колдуна не больше чем лёгкое извращение. И Долин тоже молчал, смотрел вдаль, в темноту ночи. Один вопрос крутился в его голове, как им теперь быть? Не могут же они действительно в открытую идти к замку Пустотника. А с другой стороны, если хозяин здешних земель уже знает об их прибытии из-за костра, то может наоборот надо поспешить, не ждать пока колдун сам решит навестить их.
  - Страшен ваш враг. Понимаю, почему вы бежите от него, - наконец заговорил Лоэлин. - Но вы говорили, люди здесь в лесах объединяются и борются с этим мерзким колдуном, как они побеждают слуг Пустотника? Разве на подобных тварей действует обычное оружие?
  - Обычное нет, - ответил гость, - но заговоренное оружие может их отогнать. А если приложить чары посильнее, то можно такого слугу и рассеять. На смерть это их исчезновение не очень походит.
  - И что за чары вы используете?
  - Сейчас никакие. Не осталось у нас оружия, потому и прячемся тут, в лесу как дикие звери. Но некоторые знахари умеют составлять такие чары, - гость запнулся. - Только не просто это. Для правильного заговора нужен огонь, а Пустотник чует огонь, чует издалека.
  - Как он может чуять огонь, может он видит дым?
  Гость покачал головой:
  - Нет, нет. Он чует огонь, любой огонь. Даже тот, что скрыт, - сказав это, странный гость посмотрел на Лоэлина, и охотник в смятение понурил голову, вспоминая, зажигал ли он костры дыханием или нет? И действительно ли Пустотник может почувствовать волшебное пламя внутри охотника?
  - Вся надежда наша в этих чарах. Да ещё в ночи, - вздохнул гость и повторился - В ночи. Эти слуги, да и сам колдун, почему-то не очень жалуют ночь, почти не появляются они, когда на небе царствует луна. Но так они делают только вдалеке от замка. Рядом же со "Смотрящим из пустоты" нет спасения никому ни днем, ни ночью. Некоторые люди рассказывают, что там дня и ночи вовсе нет, один только серый сумрак, без света и без тьмы.
  - Неужели кому-то удалось побывать там и уйти? - Удивился Лоэлин, уж слишком подробно рассказывал все это гость. - Как они это сделали?
  - Поначалу Пустотник, когда только только пришел в эти края, не был таким кровожадным. Бывший хозяин "Смотрящего из пустоты" перед смертью оставил завещание. И видимо вначале оно как-то сдерживало Пустотника. Однако шло время, серый полумрак вокруг замка рос. Стали пропадать люди, стала меняться погода. Ни дождей, ни снега, один туман. А потом слуги Пустотника уже нисколько не стесняясь, стали приходить в деревни за новыми налогами, новой данью. По этому закону в уплату шли только люди. Из наших семей забрали многих. Видите как нас мало, - гость повёл рукой, показывая на самодельный лагерь за своей спиной, там уже большинство людей спало, и только двое мужчин с луками сидели у самого дальнего костра. - Раньше наши семьи насчитывали до пятидесяти человек...
  - И где же ваши дети?
  Ответом Лоэлину стало молчание. Только потрескивал, живя своей отдельной жизнью костёр, и взлетали высоко в безветренное небо искры.
  - Трудно вам пришлось. - Бывшему студенту было неловко, он хотел как-то сгладить допущенную неловкость. - Но вы не забыли о доброте, поделились с неизвестными путниками последними припасами. Я хочу отблагодарить вас за это. У меня нет еды, но у меня найдется кое-что другое.
  С этими словами Лоэлин полез в один из кожаных кошелей, из тех, которые он и Долин набивали золотом в сокровищнице Чёрного колдуна.
  - Мы делились, но как же без этого. Ты пустил нас к огню, а огонь сейчас для нас главное сокровище. Пока не спохватился Пустотник, мы успеем сделать с его помощью защитные чары. Ведь вы не против?
  - Конечно, делайте, но и золото наше тоже возьмите, лишним оно не бывает. Возьмите! - Категорически, тоном не терпящим отказа, заявил Лоэлин и протянул несколько монет через костёр. Гость молча смотрел на протянутое золото. Лоэлин выбрал золотые монеты, поскольку только про них мог сказать, что они безопасны. Чёрный колдун редко зачаровывал монеты, разве только в каких-нибудь магических ловушках. Но эти монеты взяты из сундуков колдуна, чистые и блестящие, без малейшей примеси магии.
  - Это золото, - пояснил Лоэлин, как будто и так не было видно. - Оно пригодится вам, может не сейчас, а когда-нибудь потом, но обязательно пригодится. Берите, - и, видя продолжающиеся сомнения, добавил. - На нём нет крови. С самых давних пор как отчеканили эти монеты, они лежали в тяжёлых сундуках, и почти никто не видел их.
  - Хорошо, - вздохнул гость и взял протянутые монеты. - Давно я не видел столько золота. Не хотел его видеть. Но ты говоришь, оно чисто, и поможет нам. Верю тебе добрый путник, верю и большое тебе спасибо. Спасибо за то, что не оставил нас ночевать в сыром лесу, спасибо за твою помощь. Если бы я мог как-то ещё отблагодарить тебя...
  - Ты можешь сделать это. Расскажи мне больше о Пустотнике, о его жизни, его замке, о целях этого колдуна.
  - А зачем тебе это добрый путник? - Удивился гость. - Ты так много хочешь знать об этой нежити, а ведь про неё лучше совсем ничего не знать.
  - Почему?
  - Знание связывает людей. Не знаю, как объяснить лучше. Ты вот хочешь много знать о Пустотнике. Я могу рассказать, но это опасное знание. Оно может тебя погубить...
  - Не только, может и спасти.
  Гость закашлялся, встал, зачем-то прошёл взад вперёд около костра.
  - Ты прав, - он вздохнул, - может и спасти. Но только если ты хочешь идти в пасть этому колдуну, тебе все равно лучше знать меньше, чем больше. Такова особенность Пустотника, он чует подобные вещи, их очень трудно скрыть от него. Я расскажу тебе о нём, но не обессудь, если это тебе не поможет. Слушай. Замок его, как я уже рассказывал, находиться отсюда на запад. Его никак не пропустишь. Если не ты найдешь замок, так он найдет тебя. Путники обычно стараются обходить замок с севера или с юга. На севере начинаются болотистые леса, там много там всякого зверья и птицы. Кажется будто край благодатный. Но люди его избегают. Ведь кроме дичи там гнездится и лихорадка. А всё потому, что граница, за ней идут земли уже другого колдуна из Совета. Тот не сильно любит Пустотника, он и расплодил эти болезни. Говорят, солдаты того колдуна следят за замком Пустотника день и ночь, всё ждут чего-то.
  - А что на юге?
  - На юге были раньше богатые селенья, ходили купеческие обозы, ведь там пролегает торговый тракт. Однако и в тех местах сейчас уже не так как прежде. В запустенье приходит и юг. А почему не могу сказать. Мало людей приходит с юга.
  - Ладно, не идут, так не идут. - Лоэлин не очень интересовался странным опустошением юга, над охотником самим висело заклятье и пока его ничего кроме избавления не интересовало. - Расскажи лучше про Пустотника.
  - Нетерпелив ты, - покачал головой гость, - зачем тебе этот колдун? Тут ведь в самом названии всё заложено. Пустотник он не просто так прозывается. Связался колдун с великой пустотой.
  - Что ещё за великая пустота?
  Гость молча указал головой на тёмное небо над собой.
  - С той, которая прячется за звёздами.
  Теперь покачал головой Лоэлин, не понимая, о чём идет речь. Какая ещё пустота за звездами, за этими ночными огоньками. Хотя, тут бывший студент опять вспомнил университет, в некоторых трактатах древних ученых, что хранились в университетской библиотеке, о звёздах говорилось как о далеких чужих мирах. Довольно спорный факт. У звёзд никто не бывал, а вот чужие миры некоторые маги посещали, это не были какие-то чужие звёзды. Маги просто создавали магические порталы, те и выводили своих создателей в чужие миры. Маги считали, что попасть можно в любой мир, всё зависит от свойств портала. В некоторых мирах даже не всегда и звёзды есть. Потому и подвергалось сомнением древнее утверждение о привязанности миров к небесным светилам. Вспоминая всё это, Лоэлин почувствовал, как у него закружилась голова. Нет, старые бесконечные споры сейчас его не интересовали.
  - Ладно, с пустотой, так с пустотой. - Лоэлин немного призадумался, и тут его осенило. - Ты говоришь, Пустотник не очень ладит со своими соседями колдунами?
  - Не ладит это мягко сказано. Пустотник враждует с большей частью своих соседей, будь то колдуны или просто князья.
  - И в чём выражается его вражда?
  - Здесь он не особо отличается от обычных людей. Набеги, провокации, интриги в Совете колдунов и прочие вещи, о которых простые люди мало знают.
  - А в последнее время Пустотник ничем особым не занимался?
  Вопрос Лоэлина озадачил даже их премудрого гостя.
  - Каверзные у тебя вопросы добрый путник. Не занимался чем-либо особым великий колдун. Трудно, трудно на такое ответить.
  Лоэлин понял свою ошибку.
  - Ладно, давай спрошу по-другому. Не выезжал ли колдун из своего замка куда-нибудь в последнее время?
  - Да откуда же мне знать добрый путник. Он перед нами не отчитывается. Разве только... - гость немного замялся, - разве только ходят слухи, недавно собирался Совет колдунов. Пустотник наверняка был там. Вот, пожалуй, и всё, что я знаю об его поездках.
  После этого как Лоэлин не старался разговорить Странника, тот больше ничего не смог рассказать им Пустотнике. Уже близилось утро, и ночной гость решил заняться своими чарами. Он начал свои странные обряды, когда первые лучи зари осветили тёмное небо. Оба охотника смотрели, как ворожит их ночной гость, как из их огня он достает странную энергию, силу и тут же вкладывает её в стрелы и оружие своих людей. Вроде бы это длилось не так уж долго, но охотники, наблюдая, как колдует их гость, будто впали в оцепенение, нечто древнее звучало в шаманских чарах. Нечто древнее, бесконечное и никогда не стареющее. Их гость действительно был не так прост, каким показался вначале.
  Когда небо стало синеть, обряды закончились. Гость повернулся к охотникам. Даже сейчас они все равно не могли толком разглядеть его лицо, оно скрывалось за густыми лохмами волос, пряталось в тени капюшона, который гость накинул перед ворожбой.
  - Вы хотите идти к Пустотнику. Я знаю, мне вас не отговорить. Но кое-что я всё-таки могу сделать. Если хотите, я могу дать немного силы против его магии пустоты, силы из тех же чар, которые я вкладывал в оружие.
  Охотники переглянулись. После всего услышанного о Пустотнике, было бы действительно неплохо приобрести хоть небольшую защиту от его колдовства.
  - Но ведь костёр уже погас, - заметил Долин. - Откуда ты возьмёшь силу для своих чар?
  - Костёр погас да не весь, подойдите ко мне.
  Охотники, чувствуя странную робость, медленно подошли к шаману. Оба они значительно превосходили его ростом, силой, живучестью и все равно за этим человеком ощущалась нечто более могущественно, чем все их качества чудовищ. Шаман, когда они подошли, нагнулся и прямо голой рукой зачерпнул ещё не остывший пепел из кострища.
  - Дай мне свою левую руку, - приказал он Долину и охотник подчинился. Шаман растер пепел в его ладони, что-то пришептывая, приговаривая. Затем он тоже самое сделал с Лоэлином.
  - Это немного поможет вам, если судьба заставит вас схватиться с Пустотником. Но не следует сильно надеяться на мои чары. Уже через неделю они рассеются, потому не тяните со своим посещением колдуна. Поспешите.
  Закончив, ночной гость повернулся и на непонятном языке что-то прокричал своим людям, те забегали по лагерю, собираясь.
  - А теперь нам пора уходить. Надо спрятаться глубже в лес. Кто знает, может, счастье нам улыбнётся, и мы найдем других людей, вместе нам будет легче выживать.
  - Удачи вам, - тихо, почти себе под нос сказал Долин, ему почему-то не хотелось прощаться с этими людьми, хотя за всю ночь он так толком и не разглядел их лиц, лишь слышал их голоса и видел их тени.
  Они услышали его.
  - И тебе удачи в дороге, добрый путник. И тебе и твоему другу. Удачи вам кто бы вы ни были, - сказал ночной гость и вслед за своими людьми скрылся в окружающих лагерь зарослях.
  - Какой странный человек. Он совсем нас не боялся, - сказал Долин. - Интересно, кто он такой на самом деле?
  - Он маг, или же бывший маг. Слишком многое знает и ещё большее понимает. Правду ли он рассказывал нам о Пустотнике? Ведь маги друг друга не любят.
  - А чего тут гадать, полетели на запад, к "Смотрящему из пустоты". Там мы сами всё увидим.
  
  Быстро убрав остатки лагеря, охотники отправились в путь. Оба не очень хотели лететь в гости к Пустотнику, и оба просто не могли не сделать это. Заклятие убитого колдуна пробуждалось при одной мысли о том, как бы избежать нежеланного знакомства. Стоило Долину или Лоэлину лишь подумать, что они могут обойтись без посещения замка Пустотника, и проклятое волшебство тут же скручивало их внутренности в комок. Один раз Долин даже чуть не разбился, поскольку от боли парализовало крылья. В тот момент он как раз переживал особенно сильный приступ сомнений в необходимости нынешнего визита. Заклятие размышлять не умело, но зато безошибочно чувствовало намерения охотников изменить собственные планы поиска убийц и не давало им сделать это.
  Совсем скоро друзья увидели ту самую пустоту, о которой столь красочно рассказывал ночной гость. Она походила на некий серый туман, но ни капли воды не было в его серости. Замок отдельными башнями возвышался из бесцветной мглы, но главная его часть находилась внизу, в глубине, почти невидимая, почти растворившаяся.
  С каждым взмахом крыльев путешественники приближались к этому зловещему месту. Невольно и Лоэлин и Долин стали потихоньку снижать скорость и вскоре они уже парили, а не летели, стараясь ещё при этом держаться как можно ближе к земле. Тут как им казалось более безопасно, чем в небесном просторе, который столь открыт перед взглядом из замка.
  А местность вокруг становилась даже не пустыней, а чем-то еще более омертвлённым. Зелёная трава сменилась на редкие пожухлые перекати-поле, земля же, почва стала пылью, в которой тонули камни и последние деревья. В случае надобности здесь охотникам было бы негде укрыться. И Долину с каждой минутой это нравилось всё меньше и меньше. Он посмотрел на Лоэлина, чтобы поделиться своими сомнениями и обомлел. Бывший студент вёл себя как-то странно. Казалось, он наслаждается чем-то неведомым, наслаждается как какой-то внезапно получивший крылья ребенок, резвясь в небе подобно разыгравшемуся голубю.
  - Лоэлин, что с тобой? Прекрати! Что ты делаешь?
  - Не знаю почему, но мне давно не было так хорошо, - закончив свой очередной кульбит, признался его друг. - Мне совсем не хочется пить, а ведь я уже и забыл как это - не испытывать жажду.
  - Неужели исчезло проклятие?! - Долин удивился признанию Лоэлина, в его вопросе звучала надежда, вдруг это правда и мерзкие чары всё-таки слабеют со временем. Ведь со дня смерти Чёрного уже немало воды утекло.
  - Не знаю, - беззаботно ответил Лоэлин и тут же свечей взмыл к
  небу.
  Долин попытался прислушаться к внутренним ощущениям и тут же пожалел об этом. Все те вредности, какие заложил в своё колдовство Чёрный колдун, как будто проснулись. Долин чуть не рухнул на землю, почувствовав, как перекручено его тело. А кислота в его пасти, к которой он почти привык, снова ожгла ему десны, и Долин закричал, закашлялся, тщетно пытаясь избавиться от неё. Нет, это нельзя было назвать ослабшим заклятием. Долин вспомнил рассказы ночного гостя о том, как Пустотник чует огонь и как он гасит его. Может дело в этом?
  - Перестань кувыркаться, - с трудом догнав Лоэлина, всё ещё прокашливаясь, попросил Долин. - Лучше попробуй дыхнуть огнем. Попробуй!
  - Зачем? Давно не видел огня? - сказав это, Лоэлин заложил крылья за спину и скользнул на очередной пируэт, нечто вроде зигзага по небу. Долину опять пришлось догонять его.
  - Попробуй! - Потребовал он.
  Лоэлин раздраженно поглядел на Долина.
  - Ну раз тебе так хочется. Гляди, - с этими словами Лоэлин вдохнул побольше воздуха, и, открыв пасть, дунул из-за всех сил. Лишь слабый дым был результатом его усилий.
  - Действительно, огня нет. - Долин сам удивился этому подтверждению собственной догадки. - Но если это так, значит мы в опасности. Чары этого замка уже довлеют над нами. Кто знает, как оно повернётся дальше...
  Оба посмотрели в сторону "Смотрящего из пустоты". Охотники некоторые время почти не приближались к нему, в основном паря кругами. Но сейчас им вдруг показалось, что замок вырос, стал ближе и стал куда более осязаемым. Замок Пустотника ждал их и не просто ждал. Они уже находились в его власти.
  - Но раз так, тогда поспешим. Незачем дожидаться следующих сюрпризов. - Решился Лоэлин и, набирая скорость, устремился в сторону замка. Долину ничего не оставалось, как сделать то же самое. Пустотник ждал их.
  
  
  
  
  
  Глава 7
  Утро. Лагерь просыпался. Трог, проснувшийся одним из первых, тщетно пытался самостоятельно натянуть на себя клёпанные кожаные доспехи. Теперь эта броня была одним из непременных элементов его амуниции, она подчеркивала офицерский статус Трога. В конце концов, далеко не у всех солдат армии Маргоба имелась броня, впрочем, как и оружие.
  Другое дело, что не все из этих солдат нуждались в подобных вещах. Тот же Грызун был страшен сам по себе, безо всяких там мечей и арбалетов. Таким же был и Паук, ужасное существо, которое вдруг надумало присоединиться к ним. Трог не знал, какими обещаниями Маргоб завербовал Паука и надеялся не знать про это как можно дольше, поскольку подозревал, что такое знание будет очень неприятным. И действительно, ну что может быть нужно огромному злобному чудовищу размером с большой добротный дом, источающему яд, и, кроме того, имеющему массу помощников, более мелких пауков. Все так же обладатели ядовитых жвал и не менее ядовитого нрава.
  Трогу совсем не хотелось походить на своих сотоварищей по армии, когда он видел всё это. И такое его желание было одной из причин понудивших его к утренним мучениям, попыткам влезть в кожаную броню. К сожалению, сейчас ему не очень помогали даже длинные руки. Эта броня, сделанная в своё время для людей, для новоявленного командира чудовищ из-за мелкого роста была целой горой неудобных застежек, зацепок и прочей ерунды. Как Трог ни изворачивался, он не мог всё это толком свести вместе.
  Без денщика ему это никогда не удастся, понял, наконец, Трог и вздохнул. А ведь было время, когда ещё до попадания в проклятый Одинокий Шпиль Трог подобную кожаную броню и вовсе не считал за доспехи, так одежка для детей. Тогда он носил рыцарскую броню, и вот для неё действительно требовались слуги. Они помогали надевать доспехи, ухаживали за ними, ремонтировали. "А сейчас..." - Трог не стал думать дальше об этом и горестно взмахнув рукой, отправился поднимать своего денщика-крысюка. Куски не притороченной на место брони волочились по земле вслед за Трогом, только подчеркивая этим его маленький рост и непомерно длинные руки.
  Денщик, несмотря на общий подъем, сладко спал подле офицерской палатки, даже и не думая просыпаться. За палаткой спал не только слуга Трога, там же развалилось ещё несколько крысюков, также там спал и один держатель. Все тоже чьи-то слуги-денщики. Запах тут царил необыкновенный. И виноват был не только этот вонючий псевдопризрак. Крысюки, похоже, тоже в последний раз мылись как раз перед тем, как колдун сделал их.
  Сморщившись и зажав одной рукой нос, Трог схватил ближайшего к нему соню и поспешил прочь. Кто только додумался взять себе в слуги держателя-вонючку? Крысюк оказался не совсем тот, которого искал Трог, но отказаться помочь офицеру после нескольких подзатыльников он не посмел и броня, наконец, воцарилась на своём положенном месте. Теперь, когда уже никто не мог сомневаться в его офицерском статусе, Трог решил приняться и за более серьёзные дела.
  Подумав, он направился к центру лагеря, туда где, судя по всему, располагался их штаб, резиденция Нового Хозяина. Вчера ночью армия разбивала лагерь как попало, не пользуясь никакими схемами и планами. И вот сегодня бывшему хранителю сокровищницы, как ему было ни противно, приходилось здесь ориентироваться, используя собственное чутье. Он никогда, никому, ни за что бы, ни признался в том, что может делать так.
  Трог неспешно, как будто знает всё и обо всём, шагал по лагерю, стараясь при этом в буквальном смысле разнюхать, где что находится. Чёрный колдун в своё время наделил хранителей сокровищницы феноменальным чутьем, просто потому, так было выгодно и полезно. Никто не мог спрятаться от хранителей, и тем сохраннее были сокровища Одинокого Шпиля. И Чёрного только забавляла реакция Трога на свои новоявленные способности. За прошедшие годы Трог нисколько не изменился, это входило в проклятие колдуна, Хранитель не менялся и ничего не забывал. Он помнил своё блестящее прошлое в Кадорафе, и тем унизительнее для него стало положение сторожевой собачки в замке Одинокий Шпиль. И смерть колдуна ничего не изменила. Трог считал, что это не офицерское дело бродить, вынюхивая по лагерю, но как по-другому быстро найти штаб, он не представлял. Потому он с надменным лицом медленно шагал по лагерю в своей чрезмерно большой броне, даже не замечая как позади него выстроились в шеренгу несколько крысюков, шаг в шаг передразнивающих все движения гордого офицера.
  Так ничего и не заметив Трог вскоре, наконец, почуял искомое. Впереди находилась палатка Маргоба. Она впрочем, только называлась палаткой, на деле это было нечто трудноописуемое. Маргоб ухитрился где-то достать волшебный шатер, из тех самых, что в закрытом положении напоминают сумку, а открытом это почти дом, у которого лишь немного колышутся стены. В шатре имелись даже окна, но Маргоб, конечно же, никогда их не открывал. Внутри его резиденции находилось царство мрака, поддерживаемое специальным волшебством.
  Когда Трог зашёл внутрь, он с удивлением заметил, что хотя полог шатра приоткрыт, свет почти не проникает сюда, у входа повисла некая сумрачная пелена. Маргоб, похоже, с удовольствием пользовался своей новоявленной силой, не собираясь отказывать ни от каких своих привычек. Пусть даже ради этого нужно будет устроить ночь средь бела дня. Трог оказавшись в полумраке со света не сразу смог оглядеться здесь, но ему ничего такого и не требовалось. Он всё чуял. Сейчас кроме него в шатре никого не было. Странно, ведь Маргоб будучи Новым Хозяином не очень-то старался подниматься в самую рань. Но в шатре оказалось пусто, по крайне мере в той части шатра, где находился Трог.
  Когда его глаза немного привыкли к темноте, Трог увидел, что находится в подобии прихожей, из которой в глубину этого безразмерного шатра ведут две двери, обе густо расписанные странными вьющимися узорами. В них угадывались магические символы, и даже Трог с его неграмотностью в отношении волшебства понял это. Он потоптался на месте, не решаясь прикоснуться к зачарованным дверям, и уже собирался уходить, как вдруг что-то почувствовал.
  Оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться в отсутствии рядом случайных наблюдателей, Трог встал на колени и медленно, качая головой из стороны в сторону, пополз в поисках источника странного запаха. Вскоре он уткнулся носом в ковёр, который украшал внутреннюю стену шатра. Запах шёл оттуда, а точнее из небольшой дыры, почти над самым полом. Пахло из внутренних комнат шатра. Трог как мог, расширил дыру, а затем, извиваясь червём, подполз ближе и попытался заглянуть туда. Как он и ожидал, там царила темнота, почти непроглядная тьма. Кто-то шевелился там, и странное дело, это не был Маргоб. А запах исходил от небольшой курильницы, она располагалась на подставке, рядом с дверью и как раз недалеко от дыры, в которую подглядывал Трог.
  - Привычки, привычки, - раздался вдруг чей-то негромкий голос. - Медленно учимся, а ведь рядом, совсем рядом такая сила.
  Голос не принадлежал человеку. Живое горло было не способно издавать подобные звуки. Голос скорее походил на гудение металла, в котором вдруг начали отслеживаться слова. Но Трога подобная мелочь ни удивила. Действительно, а какой ещё может быть голос в шатре предводителя армии чудовищ? Было бы намного более странно, если бы там шептался человек. И всё же кто мог находиться внутри тёмной комнаты? Такой голос бывший хранитель не мог припомнить ни у кого в лагере.
  - Вернись сюда, - Тьма снова загудела непонятной фразой. - Когда я войду в плоть, почувствую кровь, всё будет гораздо яснее.
  Трог поморщился, услышав слово "кровь". Неужели Маргоб себе завёл друга-каннибала? "Нет, надо уходить отсюда, пока меня никто не увидел, - подумалось Трогу, - а с этими странными голосами можно разобраться и потом. В конце концов, мало ли кто там что бормочет. Меня это не касается. Вот разберёмся с охотниками и только меня здесь видели, в этой самодельной бестолковой армии". Он встал, и, стараясь ничем не выдать своего волнения, вышел из шатра в суматоху расположившегося вокруг лагеря.
  Растерянный Трог бродил между палаток и кострищ, чувствуя себя неприкаянным в царящем вокруг буйстве. Вот неподалёку несколько крысюков кормили Грызуна. Огромное чудище устроило себе лежбище в овражке, где протекал ручеек. Теперь, правда, там ничего не протекало, а образовалась огромная грязевая ванна, где и развалился Грызун, блаженствуя и не собираясь никуда выходить. А поскольку есть он все равно хотел, его обслуживали крысюки из тех, которые имели несчастье оказаться поблизости. Отказать Грызуну они не могли, Маргоб прямо заявил, чтобы все солдаты его армии следили за должным уходом за их основной боевой силой, как он представил Грызуна.
  Интересно, чтобы сказал Паук, услышав всё это, ведь он, пожалуй, был не менее силен и опасен, чем этот бегающий холм. Но Паук ничего знать не знал про все приказы. Сейчас король всех восьмипалых отдыхал в паутинном логове, которое ему смастерили в бывшей березовой роще остальные паучки. Там, в паутине болтались и остатки ужина Паука, несколько человек сейчас больше похожих на сморщенные старые тряпки. Паук впрыскивал в жертв пищеварительные соки и через некоторое время с наслаждением высасывал получившийся коктейль.
  Трог, ненароком слишком близко подошедший к роще, с отвращением сморщился, наткнувшись на несколько таких бывших людей. Их оболочки Паук отдал меньшим паукам, и те устроили там нечто вроде колыбелей для нового потомства. Бывший хранитель сокровищницы увидел как такой паучек, размером с кота, не больше, проворно шмыгнул в один из этих самодельных коконов при приближении длиннорукого офицера. Сморщенная кожа зашевелилась, будто человек ожил и пытается выбраться из паутины. Трог почувствовал, как от мумии пахнет желчью, не выдержав, он чуть ли не бегом развернулся и снова оказался у овражка с Грызуном.
  Группа крысюков как раз сжигали остатки недавно убитой коровы перед тупоносой мордой сонного чудовища. Один из крысюков, может более наглый, чем остальные, а может просто более сумасшедший, даже схватил горящую коровью ногу и поднес её вплотную к пасти Грызуна. Огонь лизнул бугристую коричневую кожу полуспящего лентяя. Взмах, шлепок, куча брызг и там, где стоял неосторожный крысюк, образовалась мутная грязная лужа, в центре которой странным надгробием торчала обугленная коровья кость.
  Трог почесал голову, да кормежка находилась в полном разгаре. Насмотревшись всего этого, он даже немного и забыл об услышанном в шатре Маргоба. Сплюнув, он пошагал к офицерской палатке, где намеревался провести весь остаток сегодняшнего бестолкового дня. Но по пути ему пришлось сделать небольшой крюк, за овражком Грызуна располагалось стойбище держателей, их поселили немного на отшибе от основного лагеря. Псевдопризраки не ставили никаких палаток, ни разводили костров, они просто нарыли кучу ям, в которых и ночевали. Из-за беспорядочных ям теперь через их часть лагеря никто кроме них и пройти не мог. Даже бойкие крысюки, как заметил новоиспеченный офицер оббегали стойбище держателей. Хотя, тут было дело, конечно, не только в ямах. Аромат держателей перебивал все остальные запахи, включая запах палёного мяса, которым несло со стороны овражка Грызуна.
  Обходя стойбище, Трог наткнулся на длинный шест, украшенный несколькими потрепанными флажками. Где только их взяли, до этого в лагере вообще не было ничего подобного. У шеста парил давний знакомец, Глаз. Не известно почему, но бывший Страж Высоты предпочитал обитать именно рядом с чем-нибудь длинным и высоким. Зачем это нужно, наблюдатель не пояснял, хотя на деле никто и не спрашивал. Хочет висеть рядом с шестами, пусть висит. Легче будет найти если надо. Только вот Трогу как раз не хотелось встречаться с Глазом. Но сейчас он уже стоял рядом с шестом, а сверху, почти над головой парил Страж Высоты.
  - Приветствую тебя, Трог, - заговорил наблюдатель. - Ты осматривал лагерь?
  Может быть, если бы Глаз позволил себе какую-нибудь грубость или просто вольность Трог позволил бы себе проигнорировать предателя и пошагал бы себе дальше к офицерской палатке. Но вежливость и главное нежелание давать лишних поводов для сплетен вынудили его остановиться.
  - Привет наблюдатель. Всё наблюдаешь? Шпионил, где я хожу по лагерю?
  На Глаза подобные выпады не действовали, он лишь немного сдвинулся вверх, параллельно шесту, видимо заранее готовясь к возможной агрессии от Трога.
  - Я всегда наблюдаю, это моя жизнь. Как же мне не видеть тебя в лагере, если ты виден?
  Трог немного забеспокоился. Если Глаз действительно всегда наблюдает, и видел все перемещения Трога, то, может быть, он заметил, чем занимался Трог в шатре Маргоба? Конечно, подглядывание и подслушивание не такая уж страшная провинность. Крысюки день и ночь подобным занимаются, и ничего им за это не бывает, иногда не бывает. Но кто знает, как отреагирует Маргоб на такие действия одного из офицеров. Слишком много стал о себе воображать новоявленный Хозяин, может и силу показать. А Глазу доверять нельзя, странный он, да и действительно предатель. Ведь из-за него бывший Хранитель попал во всю эту катавасию с Новым Хозяином. Факт собственного спасения Глазом из Одинокого шпиля, Трог теперь предпочитал задвигать на самые задворки разума. Как истинному солдату ему не нравилась двойственность в суждениях. Подлец значит подлец и никаких лишних спасибо.
  - Ты меня всё время видел? - Решил уточнить бывший хранитель. - Без единого перерыва?
  - Я всегда вижу всё время. Но не всех. Сейчас я ни вижу Хозяина Маргоба, его шатер закрывает мне взор. Сквозь волшебный полог трудно что-либо разглядеть.
  У Трога как камень с сердца упал, когда он услышал это. Значит, наблюдатель ничего не видел.
  - Не такой уж ты и всевидящий выходит, - небрежно обронил Трог и повернулся, собираясь уходить. - Видать Чёрный с тобой не доработал.
  - А он не работал со мной. - Глаз облетел вокруг шеста и снова оказался перед лицом Трога. Круглое тело наблюдателя немного пульсировало, несколько странных потёков образовалось на его плоти. Назойливые мухи роями вились над этим чёрным шаром, будто тут было тухлое мясо, а не живое существо. Но Глаз не вонял. Трог вдруг отчётливо понял, что не ощущает запаха наблюдателя. У того вообще не имелось запахов. Трог, не поверив себе, принюхался, даже немного вытянул шею в сторону Глаза и все равно ничего.
  - Чёрный колдун никогда не работал со мной, - говорил между тем Глаз. - Сколько себя помню, я жил на башне Одинокого Шпиля. Хотя сначала я был меньше, чем сейчас. Колдун часто поднимался ко мне, проверял, как он говорил.
  - Что проверял? - Трога заинтересовала исповедь Глаза, и бывший Хранитель даже немного забыл о своих обидах.
  - Проверял как я росту, как я живу.
  - Зачем это проверять? - всё никак не мог понять Трог.
  - До меня у него никогда не было детёнышей Наблюдателей. Вот он и заботился, не хотел потерять меня.
  Услышанное заставило Трога обомлеть. Дети Наблюдателей?! Кто такие вообще Наблюдатели? О чём это рассказывает Глаз?
  - Ты же помнишь, как я просил твоего совета? - продолжал говорить Глаз. - Как раз об этом я и надеялся с тобой посоветоваться.
  - Посоветоваться о чём? - Мозги у Троги сегодня были удивительно неподатливы, и он никак не хотел понимать рассказанного Глазом. Именно не хотел.
  - О том, где могут жить такие как я. Мне хотелось совета, помощи в поиске других Наблюдателей. Но когда ты не удержался и упал, мне пришлось спрашивать совета у других. И Маргоб знал больше остальных, потому я к нему и присоединился.
  - А что такого знал Маргоб?
  - Он многое утаивает. И пока я слышал лишь намёки. Но я знаю, я вижу, что некое знание у него всё-таки есть. И его знание может помочь мне найти других Наблюдателей.
  - Да каких таких Наблюдателей?! - Трог не выдержал и сорвался почти на крик. - О чём ты толкуешь? Каких Наблюдателей?!
  - Таких как я. - А в словах Глаза по-прежнему царило спокойствие.
  Как не хотелось Трогу в это верить, но иного ему не оставалось. Глаз утверждал, что он не превращённый человек, а настоящее чудовище от рождения. Представитель другой расы. Нет, не может быть. Трог даже схватился за голову, думая над этим. Наверняка здесь извращённые хитрости Чёрного колдуна. Проклятый колдун любил всяческие хитроумные шутки, в таких случаях его заклятия достигали большего эффекта. Глаз же ничего не помнит, и всё рассказывает со слов бывшего хозяина. Подумав так, Трог успокоился. Вывод прост, Глаз всего лишь немного более безумен, чем все остальные. А значит, ничего страшного нет.
  - Я, таких как ты, никогда не видел. И вот мой совет - не нужны тебе никакие наблюдатели. Радуйся что ты такой, какой есть, и что из тебя не сделали подобие этих крысюков вокруг. - Трог повёл рукой, действительно, сейчас вокруг шныряла масса крысюков, больше чем их было ещё несколько минут назад. В лагере что-то происходило.
  - Что это они делают? - удивился Трог и остановил ближайшего солдата. - В чём дело?
  - Лагерь сворачивается, приказ Нового Хозяина. Через час должны быть на марше. - Писклявым голоском отрапортовал крысюк.
  Услышанное заставило Трога бегом сорваться с места и забыть о разговоре с безумным наблюдателем. Бывший Хранитель поспешил к офицерской палатке, там его уже ждал денщик, а также одна из слизистых ящериц, служащая теперь посыльным. У Трога появилось новое назначение, Маргоб приказал ему командовать авангардом их армии.
  К полудню армия чудовищ в хорошем походном темпе достигла новых земель, находящихся уже за пределами влияния Одинокого Шпиля. Тут начинались холмистые луга, сплошь заросшие низкорослым кустарником. Впрочем, когда Трог пригляделся лучше, стало понятно, что раньше здесь находились какие-то плантации. Кустарник лишь с первого взгляда походил на дикие заросли. Раньше за ним ухаживали, он рос в правильном геометрическом порядке, пусть за прошедшее время всё основательно и заросло сорняками.
  Разведчики рассмотрели кустарник ближе. Никто не мог сказать, что это такое. Странное растение с небольшими, почти треугольными листьями, лозы на которых эти листья крепятся и мощные узловатые основные стебли, которые держат всё вместе взятое. Но здесь не имелось ни плодов, ни даже каких либо намеков на них. Тропинки, по которым когда-то ходили ухаживающие за плантацией люди были в мусоре и неухожены. В одном месте разведчики Трога даже спугнули небольшого барсука, что нашел здесь себе приют.
  - Слишком спокойное место. Подозрительно. - Высказал вслух общее мнение Трог. - Место заброшено, но не совсем. Нет, не нравится мне это.
  Разговаривал Трог с Глазом, наблюдатель тоже находился в авангарде. К своему удивлению Трог обнаружил, что только с Глазом и можно спокойно беседовать. Все остальные члены его отряда не годились даже для этого. Сплошные хихикающие крысюки и слизистые ящерицы, а у тех на уме одни помои. Также в отряде включили немного держателей. Про них Трог мог сказать только одно - он ещё ни разу не слышал, как они разговаривают. Вот и приходилось ему общаться с наблюдателем, да ещё и радоваться хоть такому собеседнику.
  - Вполне возможно, место и правда заброшено, - заговорил Глаз. - Хоть я и не понимаю, когда. Вижу следы деятельности, вижу следы запустения. И то, и то перемешано, словно и запустение и порядок здесь едины. Действительно странно.
  Трог нагнулся рассмотреть поближе непонятные растения. Сорвал один из листиков, помял его, попробовал на вкус. Эта трава что-то ему напоминала, что-то из очень далекого прошлого. Подняв руку, он остановил отряд. Его бойцы моментально разбрелись по кустам, кто просто спать, а кто немного перекусить, чем бог пошлет. Две слизистые ящерицы неподалеку от Трога с удовольствием стали закусывать муравьями прямо на муравейнике и запивать всё это мутной бражкой из деревянной фляжки, та болталась у одной из ящериц на поясе. Трог, поморщившись, посмотрел на их анархию, вздохнул и вернулся к изучению заинтересовавшего его кустарника.
  - Интересно. Кажется, раньше это было виноградом.
  - Как это раньше? - не понял его Глаз.
  - Я вспомнил, где мне попадалось такое, - пояснил Трог. - Перед нами трава Сциинов. Плохо, очень плохо.
  - Ты же сказал это виноград...
  - Был виноград. А теперь это трава Сциинов. Без сомнений. - Он снова сорвал один из листочков. - Все признаки травы Сциинов. Был виноград, но его заразили, и он стал травой Сциинов. Они всегда так делают, перед тем как прийти.
  - Кто делает? Как делает?
  - Сциины. Заражают урожаи, поля. Их трава заменяет собой любую растительность. Было хлебное поле - стала трава Сциинов, был виноградник - и опять трава Сциинов. Да, я помню это.
  Трог замолчал и пошел куда-то вглубь зарослей, иногда наклоняясь, будто высматривая или вынюхивая какие-то следы. Низкорослый и зеленокожий он быстро затерялся среди кустарника.
  - Необычная трава, никогда не слышал о такой, - задумался вслух Глаз, но быстро опомнился, заметив, что Трог уже не слышит его и продолжает углубляться в стройные ряды непонятных кустарников.
  Глазу не хотелось оставаться на дороге в компании со слизистыми ящерицами, и он полетел вслед за карликом. Полетел он на той же высоте, на какой парил над дорогой, это не было особенно легко. Его круглое тело почему-то плохо проходило между стеблями этой травы, бахрома щупалец наблюдателя постоянно цеплялась почти за каждый листик внизу.
  И всё же Глазу не хотелось взлетать выше, нехорошее предчувствие томило его. А в случае с бывшим Стражем Высоты предчувствия почти всегда сбывались, на то он и Страж. С самой юности Глаз обладал магическим инстинктом. В Одиноком Шпиле тайное чувство помогало ему вылавливать беглецов, видеть приближающихся врагов даже тогда, когда сам наблюдатель внимательно занимался чем-либо иным. Сейчас, после разрушения замка, чутьё удивительным образом переросло в нечто большее. Теперь колдовские чувства не только предупреждали наблюдателя, при случае они действовали за него.
  Глаз вспомнил как не так давно при опасности он просто телепортировался, чего с ним никогда не происходило на башне Одинокого Шпиля. Как позже решил Глаз, наверное, таково свойство всех свободных наблюдателей. А в рабстве у Чёрного колдуна волшебный инстинкт Глаза был искажён специальными заклятиями. Сейчас же колдуна нет, как и нет шпиля, к которому был магически привязан Глаз. Вот спрятанные чувства и магические свойства стали просыпаться. Ещё бы избавиться от последних рабских привычек. Глаз не мог перебороть в себе страсть находится у чего-то длинного и высокого. Наблюдатель понимал, что это слабость, но пока поделать ничего не мог.
  Вот так размышляя о самом себе Глаз, и медленно пробирался вслед за Трогом сквозь волшебную траву Сциинов, как вдруг обнаружил, что не наблюдает командира авангарда. Впрочем, как не наблюдает вообще никого. Ни следа какого-либо разума вокруг. Глаз хоть и слегка приподнялся над травой Сциинов. Действительно пространство вокруг было тихо, много жизни, но вся сплошь неразумная.
  Куда же делся отряд чудовищ? Глаз закрутился на месте, будто это могло помочь ему, ведь и без вращения он видел сразу во все стороны. Тишина, пустота и только с помощью магического взора наблюдатель заметил несколько странных проколов в пространстве. Подобное не могло произойти само собой и это не могли сделать остальные члены отряда. Ведь Маргоб не выделил в авангард ни одного существа хоть немного знакомого с магией, кроме разве что самого Глаза. Странные проколы, обнаруженные Глазом имели необычные магические эффекты, они вообще ни на что не походили. Никогда раньше наблюдателю не приходилось встречаться с таким. Здесь работала магия основанная на совсем других принципах чем колдовство в стране Гооб.
  Глаз задумался. Он не боялся, ведь его защищала собственная магия. И, тем не менее, основания для волнений были. Вокруг простирались сплошные заросли травы Сциинов, чьи листья слегка шевелись от еле заметного ветерка. И ни зелёного ворчливого карлика Трога, ни его солдат. Это было более чем странно, ведь ещё несколько минут назад Глаз слышал ворчания и ругательства Трога, слышал, как шумят крысюки на дороге. Сейчас же тишина вокруг напоминала о времени полуденного зноя, когда почти всё живое спит и слышно только стрекот редких кузнечиков да шелест травы. Глаз взлетел ещё выше. Холмы, поросшие травой Сциинов со всех сторон. И лишь вдалеке у горизонта снова начинались простые луга, рощицы, блестит синяя лента реки. Ни одного намёка на авангард армии чудовищ.
  - Это магия, это не может быть ничем кроме магии, - сам для себя прошептал Глаз. - Но где же её следы?
  Глаз, обладая необыкновенно острыми чувствами, не без оснований полагал, что любая магия, несмотря на всю свою нереальность, оставляет в этом мире какие-нибудь, может быть маленькие, но всё же вполне отчетливые следы. Существовали виды ворожбы, суть действия которой могли видеть даже простые люди. Но профессиональное колдовство значительно более хитро. Создаются некие невидимые "нити", они опутывают объект волшебства, меняя его свойства, впитываясь в основу, в подложку из грубой материи. Заметить их могут только такие наблюдатели как Глаз, то есть существа способные узреть скрытое. Но встречается ещё более замаскированная магия, рассчитанная на живой разум. Она подкрадывается к жертве, она может даже стать частью жертвы, а потом наступает конец. И, похоже, сейчас Глаз окружала как раз такая хитрая магия.
   Может быть, окружает, задумался Глаз. Ведь возможно и другое. Спутников наблюдателя поглотил неизвестный пространственный портал, и сейчас следы магии затягивались туда же, куда ушла живая материя. Но такой вариант событий был ещё более сомнителен, чем скрытое колдовство. Слишком больших усилий требовала подобная магия, её появление всегда походило на некую вспышку, не заметить которую могло только абсолютно слепое существо.
  - След, нужен след, - взволновано бормотал Глаз, бороздя
  из стороны в сторону странные заросли травы Сциин. - Здесь должен быть след!
  - Какой ещё след? - Вдруг ветер, откуда-то со стороны принёс вопрос
  голосом Трога. - О чём ты толкуешь... - ветер так же неожиданно как появился, успокоился, и опять стало тихо.
  Вокруг пусто и спокойно. Глаз совершенно растерялся. Магии не видно, спутников не видно. Явно наваждение, но как с ним бороться? Кто знает, сколько ещё Глаз пытался бы разгадать вставшую перед ним загадку, но вдруг его что-то стукнуло и наблюдатель, даже не успев ничего подумать моментально телепортировался на безопасное расстояние. Это произошло так быстро, что на землю не успел упасть тот камень, которым Трог запустил в неудачливого демона-наблюдателя. Отброшенный собственным магическим прыжком на небольшое расстояние Глаз быстро опомнился, огляделся и увидел всех своих спутников. Те находились почти там же, где он видел их в последний раз. И всё так же вокруг них шумела листьями трава Сциинов.
  - Вовремя я тебя подбил, - донёсся до Глаза довольный голос Трога. - Чего-то мне кажется, ты не в ту сторону смотрел. Бормочешь о чём-то сам с собой. Ты с ума то сходи, но отряд не разлагай. Когда будешь офицером, тогда хоть заговорись сам с собой. А сейчас не устраивай цирк для крысюков, они без того всё время смеются.
  Глаз, пытаясь сохранять достоинство, неспешно подлетел ближе к сумрачно поглядывающему на него карлику.
  - А я не смеялся, - тут откуда-то сбоку выскочил денщик Трога, на голове у него теперь красовалась шапочка неопределенного цвета и происхождения, призванная видимо отличать его от собратьев по разуму. - Совсем совсем не смеялся...
  Трог не дал ему договорить, своей длинной лапой он просто задвинул денщика за спину, вернув тем самым того в компанию слизистых ящериц. Те, расположившись на небольшом бугорке с голой и плоской вершиной, играли в кости.
  - Мне кажется, ты не всё рассказываешь, - сказал Глаз, когда настырный денщик был убран подальше. - Эта трава вызывает у меня опасения. Может быть, если ты расскажешь мне всё, что знаешь о ней, нам будет легче понять природу скрытой здесь опасности.
  Трог хмыкнул, услышав предложение наблюдателя. Неужели Глаз говорит всерьёз? Он считает себя способным предотвратить опасность? Да он же исчезнет, стоит лишь появиться чем-то страшному.
  - Расскажи ты всё раньше, и тогда камней не понадобилось бы. - Глаз видел, что Трог почему-то ему не доверяет и усилил нажим. - А я со своей стороны могу подтвердить. Вся трава вокруг волшебная и будет лучше, если мы быстрее выберемся из этого места и прекратим устраивать тут привал.
  Теперь Трог разозлился. Глаз ещё и поучать его вздумал.
  - Про то, что трава волшебная, я и без тебя знаю. Как-никак Сциины на то и Сциины, без магии жить не могут. Уж я помню, кто они такие. И лучше всякого наблюдателя знаю, где устраивать привал, а где нет.
  На самом деле Трог уже хотел и сам приказать быстрее собираться и уходить отсюда, как и сказал Глаз. Но теперь в бывшем Хранителе проснулось чувство противоречия. Тем более, они уже довольно долго находились на этом перерождённом винограднике, и пока ещё ничего страшного не произошло.
  - И кто же такие Сциины?
  Глаз не мог выражать вслух свои эмоции, как это делали люди и большая часть чудовищ из армии Маргоба, и, тем не менее, Трог услышал в его вопросе насмешку, намёк на бахвальство командира авангарда. Кровь ударила Трогу в голову, лишь осознания собственного офицерского статуса заставило его сдержаться от размахивания кулаками, не хватало ещё подавать лишний пример крысюкам. Тяжело вздохнув, Трог ответил:
  - Для тех, кто никогда не носа не казал со двора, поясняю. Сциины это соседи Гооб с юго-восточной стороны. Я жил в Кадорафе, когда встречался с ними. Уж Кадораф ты знаешь, где находится?
  - Нет, - просто, без всякого намека на издёвку сказал Глаз.
  Трог чуть всё-таки не забыл, что он офицер. Но сдержался и сквозь зубы пояснил:
  - Кадораф сейчас это княжество к югу отсюда. Раньше Кадорафом называлась вся эта страна. Тогда ещё не было колдунов. Кадораф это бывшая столица Гооб.
  - А Сциины?
  - Сцинны это древние враги как Кадорафа, так теперь и Гооб. Иначе бы здесь не было их травы!
  - И?
  Это было выше всяких сил, Трог скрипя зубами, загрёб пыль на дороге своими длинными руками, пытаясь успокоиться. Но Глаз не замечал плохого настроения бывшего Хранителя.
  - И? - повторил наблюдатель.
  - Объясняю один раз. Сциины неразрывно связаны со своей травой. Она их крепость, она их укрытие. Перед тем как воевать, Сциины заражают чужие земли своей травой, она портит обычные растения, затем начинает губить людей, а ещё позже она становится коридором, по которому приходят к врагам Сциины. Там же они обороняются в случае надобности, трава становится их временными крепостями, которые ой как трудно взять. - Трог говорил знающим голосом, не допуская ни тени сомнения в своей правоте. - Теперь всё понятно?!
  - Почти. Кроме одного. Если это их крепость, то почему мы всё ещё здесь? Я хочу сказать одно, - только что магия Сциинов блокировала мои способности наблюдателя, я ничего не вижу сквозь эту траву.
  - А обычно, что ли видишь?
  - Всегда вижу. Всё вижу! Но не сейчас.
  Только теперь Трог начал понимать, почему Глаз стал вдруг настолько настырным. Если наблюдатель говорит правду, то значит трава Сциинов, далеко не старая как решил сам Трог, немного исследовав ее. Значит, она ещё действует и значит...
  Последние выводы он сделать не успел. Его ударила какая-то палка, и Трог кубарём скатился на обочину. Тут же раздался хлопок и Глаз исчез, оставив после себя на дороге лишь лёгкие завихрения пыли. Держась за бок, Трог посмотрел на лежащую рядом палку. Древко из красного дерева, острие из рыбьего зуба. Метательный дротик, его используют налётчики Сциинов. Видно даже их метку ближе к середине древка. Трог перевёл взгляд на свой бок. Броня, которую он с таким трудом сегодня натянул на себя, была в одном месте порвана, не спасли даже металлические кругляши, густо нашитые там. Сейчас пара таких мятых кругляшей мирно лежала рядом с Трогом.
  - Надо же, - покачал головой Трог и пощупал бок, вроде бы ничего не повреждено, - броня спасла. - Он недоумевающее посмотрел по сторонам, всё ещё не в силах поверить, что остался цел.
  Как ни странно, но первым, кого он увидел рядом, был Маргоб. Новый Хозяин сидел на чёрном коне, ещё утром этого скакуна не было, завернувшись в чёрный плащ. Тот послушно облегал горбатого каннибала, повторяя в точности все его формы, на спине даже виднелись шипы, проткнувшие плащ насквозь. Из рукава торчала бледная когтистая рука Маргоба придерживающая поводья. Помимо плаща Маргоба окружала странная тёмная дымка, и как Трог не вглядывался, он не мог понять, что это такое.
  - Ты чего валяешься?! - Визгливым голосом заговорил Новый Хозяин. - Устроили тут привал! Всё нужно проверять самому. Так и знал, ничего толкового от тебя и твоего сброда не добиться.
  - Он никогда ничего толком не умел, - подтвердил знакомый булькающий голос. Трог перевёл взгляд и увидел Агнарира. Слизняку лошадь не досталась. Похоже, он приехал на крупе хозяйского скакуна и только сейчас слез, чтобы ближе подползти к Трогу. Оценив обстановку командир авангарда протянул дротик Сциинов Маргобу.
  - Что за палка? Зачем ты мне её показываешь? Хочешь избавиться от наказания? Нет, так просто тебе это не пройдёт. Сегодня я научу тебя уважать мои знаки. Сегодня ты узнаешь, для чего ты носишь мою повязку на своём плече...
  Может быть, Маргоб ещё долго ругался и может быть, он действительно осуществил бы свою угрозу, но он ничего не успел. Целые рои дротиков взвились из зарослей травы Сциинов, взвились сразу со всех сторон. Некоторые из них горели, обмотанные пучками жухлой соломы и щедро политые смолой. Один такой дротик даже воткнулся рядом с Трогом, чуть не проткнув ему пятку. Густой дым сразу заволок собой небо, Трог закашлялся, закрыл лицо руками, тщетно пытаясь спасти глаза. Не лучше положение было и у всех его солдат. Некоторые уже вообще ничего не чувствовали, проткнутые сразу парой-тройкой дротиков, другие просто метались в панике из стороны в сторону, пытаясь спастись.
  Трог, не обращая внимания на слезящиеся глаза, на коленях пополз туда, где недавно упал его арбалет. Через мгновение он нащупал деревянный приклад, поднял оружие, готовясь стрелять в ответ. Тут рядом раздалось жуткое ржание, грохот, кто-то сильно пихнул Трога по спине, да так что бывший Хранитель не удержался, упал, лицом пропахав землю. Жмурясь от боли, он обернулся. Оказывается, рухнул, дёргаясь в агонии, скакун Маргоба. В шее у коня торчала стрела. Увидев так близко с собой смерть, пусть даже и животного, Трог опомнился, ведь, в конце концов, он все ещё командир авангарда.
  - К оружию... - попытался закричать он, да только наглотался дыма, вместо призыва получился хриплый стон. - Отползайте с дороги... - Трог не хотел так легко сдаваться, но, похоже, все его команды в воцарившемся аду слышал только он сам.
  Тут, наконец, он увидел и Сциинов. Сквозь дым были различимы три фигуры. У них были руки, ноги как у обычных людей, однако Трог не мог понять, что находится у них на голове или вместо головы. Это не походило на шлем от доспехов, но если называть подобную вещь головой, то тогда следовало бы признать, что Сциины такие же нелюди, как и чудовища из Одинокого Шпиля.
  - Ну сейчас вы получите, - процедил Трог сквозь зубы, поднял арбалет, прицелился и обнаружил лопнувшую тетиву. Убитый конь Маргоба при падении зацепил и арбалет, удар копытом пришелся прямо по взводному механизму. Порвалась и взведённая тетива, в щепки превратился и станок под ней. Выругавшись, Трог отбросил бесполезное оружие в сторону, и уже не размышляя, никем не командуя, бросился с голыми руками на Сциинов.
  Вблизи стало понятно, что у Сциинов обычные человеческие головы. Просто шлемами для их солдат служили черепа непонятного клыкастого животного, и кость эта почему-то имела зеленоватый оттенок. Трог, слабо, почти не замахиваясь, ударил по одной из клыкастых голов и Сциин исчез где-то сбоку, было слышен его короткий вскрик. А тут спереди возник новый Сциин с копьём, оно, не задерживаясь ни на секунду, устремилось к груди Трога. Бывший Хранитель, застыв, смотрел на острое жало, как оно медленно приближается к нему. Почувствовал тупой удар в грудь, его откинуло назад. Отшатнувшись Трог смог захватить копьё, рванул вместе с обидчиком на себя. Щелчок и древко треснуло, Сциин выпустил оружие и повернулся, чтобы убежать. Чёрный дым скрыл беглеца и тщетно Трог бил поломанным копьём в пустоту. Врага рядом уже не было.
  Трог, тяжело дыша, попытался собраться с силами. Вспомнил о первом ударе копья, поглядел на свою грудь. Его снова спасла кожаная броня, но, похоже, в последний раз. Лезвие разворотило доспех и немного поранило самого Трога. "Удачно выкрутился, - мелькнула мысль, - но что теперь?". Он огляделся, вокруг только дым, сквозь который доносится шум, скрежет мечей, гулкие удары о щиты, визг, крики, стоны. Трог волчком вращался на месте, пытаясь разобраться в царящем хаосе. Воняло палёным мясом, кожей, мочой, кровью, пахло ещё-то кислым. Тут дым немного рассеялся и Трог увидел, как к нему приближаются сразу три держателя. Запах псевдопризраков мгновенно перебил все остальные ароматы поля боя. Бывший Хранитель пошёл было к своим солдатам навстречу, как обо что-то споткнулся. Оказалось, у его ног валяется один из шлемов Сциинов. Враги бежали, уже не думая об амуниции.
  - Командир Трог, - Держатели, оказывается, все-таки умели говорить, хотя голос у них был не лучше запаха, скрипучий, очень высокого тембра, от которого у Трога сразу заныли зубы. - Мы отогнали врага, но, кажется, они захватили Хозяина.
  - То есть, как захватили? Какого хозяина... - Трог не мог так быстро отойти от боя, он вертел в руках шлем-череп Сциинов, пытаясь понять, а где же тот Сциин с которого сбили этот шлем.
  - Хозяина Маргоба и его помощника Агнарира, - пояснил ближайший из держателей.
  Трог продолжал оценивать вражеский доспех:
  - Крепкая штука этот их шлем. Пожалуй, мощнее будет обычных воинских шлемов. Интересно, где водится такая зверюга? - Почти с любовной нежностью он погладил череп, пальцем проверил остроту клыков. - Действительно отличная вещь.
  - Так что нам делать командир Трог? - напомнили о своём присутствии держатели.
  Трог посмотрел на них. Полупрозрачные грязно-зелёные фигуры, откуда-то из глубины головы выглядывает нечто чёрное, кажется, это и есть глаза держателей, точно Трог не помнил. Маргоб и Агнарир похищены. Вот это да! Трог чуть не подпрыгнул на месте от радости. Всё, всё закончилось. Чего хотят эти держатели? Трог не знал, какие райские кущи обещал им Маргоб и решил быть осторожнее.
  - Значит, говорите похищены?
  Один из держателей кивнул.
  - Тогда слушайте мой приказ. Летите, соберите в одном месте весь отряд, всех кто остался. Подсчитайте, сколько погибло, сколько ранено. Когда закончите, возвращайтесь ко мне с отчётом.
  Держатели неспешно полетели исполнять приказ. Трог задумчиво посмотрел на их спины, повернулся и уже хотел уходить, чтобы никогда больше не встречаться со всеми этими чудовищами, как вдруг наткнулся на Глаза. Наблюдатель вернулся и, значит, опасности действительно не оставалось.
  - Надеюсь, ты не собираешься меня останавливать? - с угрозой спросил Трог.
  - Зачем? Я просто смотрю.
  - Вот и смотри дальше, - Трог попробовал сделать шаг и вдруг замер, его правая рука онемела от боли. Там напомнила о себе повязка, о которой бывший Хранитель и забыл в пылу боя. Повязка верности, эта она сейчас стянула его руку так, что та одеревенела. Упрямо Трог шагнул ещё, повязка сжалась сильнее, одежда под ней вдруг задымилась, ткань расползалась, обнажая кожу. И здесь повязка стала срастаться с плотью непослушного вояки. Весь процесс сопровождался жуткой болью. Не выдержав, Трог упал на колени, тщетно пытаясь свободной рукой содрать свою мучительницу.
  - Просто вернись назад, и всё пройдет, - услышал он совет Глаза.
  Может быть, Трог и поспорил бы с наблюдателем, но боль с каждой секундой усиливалась. Бывшему Хранителю пришлось повернуть назад и действительно всё стало как было. Только теперь повязка была одета на голую руку, поскольку одежда под ней истлела.
  А на дороге рядом между тем собирались остатки потрепанного авангарда.
  - Но как же так?! - Сплюнув в пыль, скривился Трог. - Что же это такое?! Мне их теперь ещё и спасать придётся?!
  - Другого пути сейчас не наблюдается, - философски заметил Глаз. - Придётся спасать. А затем продолжать поиски охотников. Если только...
  - Если только что?
  - Если только мы не увидим другой путь.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 8
  Раздался странный звук, похожий на хлопок. Долин обернулся. Действительно позади него образовалось серая дымка, почти туман, только без единой капли воды.
  - Они преследуют нас! - предупредил он Лоэлина. Бывший студент к этому времени расслабился, думая, что они оторвались от слуг Пустотника.
  Предупреждение не помогло, раздался новый хлопок и Лоэлин от удара отлетел немного в сторону, отчаянно загребая крыльями воздух. Приглядевшись, Долин с ужасом увидел, что серое нечто вгрызается в бок его друга. Оно разворотило естественную броню охотника, обнажило мясо и кровь, и продолжало, ворочаясь серым сгустком тумана, вгрызаться глубже.
  - Достань это из меня или я сейчас упаду! - Закричал Лоэлин, он действительно уже почти не летел, скорее парил, теряя силы с каждой секундой.
  - Как?! На лету?! - Долин ничего не мог сделать вот так, с ходу, со странными снарядами Пустотника. - Приземляйся! Я помогу тебе!
  Лоэлина не надо было просить дважды, он, уже почти не планируя, соскользнул к земле, тяжёлым камнем врезался в заросли бузины, разворотил их, вспахал землю подобно плугу и замер у кромки небольшого обрыва. Там начиналась речная долина, и лежащий Лоэлин тяжело дыша, смотрел как внизу, почти спрятавшись за камышами, призывно блестит чистая вода. Он не мог пошевелиться, лишь в тоске смотрел на воду, чувствуя в то же время, как нечто разгрызает ему бок, разъедает его плоть. Рядом послышался шорох и хруст веток, это к Лоэлину присоединился Долин.
  - Сейчас, сейчас. Я тебе помогу, - полушепотом приговаривал бывший подмастерье мельника, теперь же охотник и врач по совместительству. Лоэлин лежал очень неудобно, почти на ране, но Долин не решался его шевелить. Он стал разгребать землю, мусор из веток и листьев, пытаясь так увидеть пораненный бок Лоэлина. Вот стало видно и рану, вся в грязи и пыли. Странная рана, почему-то она практически не кровоточила. Долин нагнулся, чтобы лучше рассмотреть повреждение. Да, в глубине, почти незаметное, шевелилось серое нечто. Вздохнув Долин, посмотрел на свою правую руку. По словам шамана, туда наложены чары, помогающие в борьбе с Пустотником. Уже прошла пара дней, шаман же говорил, что они продержатся с неделю. Но пока охотники ещё ни разу не проверяли действенность подаренного волшебства.
  После ночного разговора с беглецом-шаманом, они не сразу полетели к замку Пустотника. Почти день они кружили вокруг, потом же к ним явился сам колдун. Он действительно давно знал об их присутствие. Так они стали гостями в замке Смотрящий из Пустоты. Там нет дня и ночи, там вообще почти ничего нет. Это даже трудно назвать замком. Когда-то Смотрящий из Пустоты был обычной княжеской резиденцией, в нём имелись стены, башни, много хозяйственных пристроек. Теперь он казался странным сочетанием камня и серого тумана, сквозь который ничего не проглядывало. Лестницы, повисшие в пустоте, небольшие куски стен и пола, без всякой логики, сохранившиеся в самых нелепых местах, то ли внизу, то ли вверху. Уже через пару часов охотники перестали понимать, где здесь этот самый верх или низ.
  Пустотник разместил их в комнате, от неё остался потолок и часть пола, именно часть. Раньше тут был настелен паркет, теперь же весь пол и был паркет, деревянные дощечки, старые, потемневшие от времени, повисшие в сером тумане. Один раз Долин неосторожно наступил и продавил пару дощечек, они соскользнули куда-то в туман и повисли там. Присмотревшись, Долин увидел, как они медленно превращаются в бесцветную дымку. С того момента они очень осторожно ходили по замку Смотрящий из Пустоты.
  А на следующий день они вообще бежали оттуда, и бежали, как теперь выясняется неудачно, слуги Пустотники преследовали охотников. Пустотник для чего-то хотел использовать своих неожиданных гостей, и не сдавался так легко, как они надеялись. Они бежали от него, после того как выяснилось, что до их появления Пустотник вообще не знал о смерти Чёрного колдуна. Сначала он просто принял их за посланников своего эксцентричного соседа. Когда же он услышал о его кончине, Пустотник повёл себя странно. В замке начался небольшой переполох, если так можно назвать начавшееся движение. Слуги Пустотника, его рабы, бывшие люди, состоящие наполовину из пустоты, начали готовить некий обряд. Об этом догадался Лоэлин, более образованный, чем Долин, он немного разбирался в подобных делах. Пустотник готовил обряд, связанный с наследием Чёрного колдуна и в этом обряде охотникам отводилась не последняя роль. Как единственные свидетели конца Чёрного колдуна, они были связаны с ним, с его силой, с его магией. Пустотник готовил их к роли жертв. К счастью он недооценил охотников, до этого ему приходилось иметь в основном с людьми. Охотники сбежали, но всё было не так просто. Слуги Пустотника преследовали беглецов и вот теперь догнали.
  Долин больше не колеблясь, воткнул руку в бок Лоэлину. Страшный вопль огласил небо вокруг, задымился камыш у реки, у Лоэлина началась рвота огнём. Долин, стараясь не слушать и не смотреть, просто заводил руку всё глубже и глубже, потом он свёл пальцы в кулак, надеясь, что схватил серое ничто в ране. Он ничего не ощущал, лишь горячую и влажную плоть Лоэлина. Замерев на секунду, он достал руку. Вся в крови, почти огненной крови, та превращалась в пар прямо на руке у Долина. Он разжал ладонь, серая пустота маленьким сгустком тумана шевелилась между его пальцев, с каждым мигом становясь меньше и меньше.
  - Я достал это! - Долин сам не мог поверить своей удаче, выходит, шаман говорил правду, чары действуют.
  Долго радоваться ему не дали. Появились слуги Пустотника. Их было немного, не больше семи, точнее Долин сказать не мог. Слишком расплывались в тумане их фигуры, они приближались к охотникам каждую секунду меняясь, порой они даже сливались друг с другом. Вот один из преследователей поднял руку и Долин понял, что сейчас в него метнут серый сгусток, такой же, какой он вытащил из Лоэлина. Не дожидаясь, пригнувшись, Долин бросился в бой.
  Снаряд пустоты промазал, сгусток поразил чахлую иву позади охотников. В ответ последовала струя кислоты, то самой кислоты, которой так много скопилось у Долина в пасти. Один из слуг пустоты взвыл, распадаясь на части, пораженный едкой жидкостью. Но оставшиеся никак не реагировали на участь товарища, они без единой эмоции готовили новые снаряды. Отчаянным броском Долин метнулся к ним, сражаясь всем, чем наделил его в своё время Чёрный колдун. В ход пошли когти, зубы, та же кислота. Один за другим слуги Пустотника начинали распадаться, их серая плоть осыпалась пылью на землю. Как заметил Долин, лучше всего на них действовала именно кислота. Ещё помогали удары, которые он наносил ладонью правой руки которую шаман усилил своими чарами. Остальное - когти, зубы не вредили слугам Пустоты. Они пытались сопротивляться, но оказались слишком медленными для разъяренного охотника. Последовало лишь ещё несколько снарядов пустоты, все ушедшие в ту же пустоту. Вскоре бой закончился. Долин стоял один посреди вытоптанного кустарника, лишь немного пыли у его ног и покалеченная ива за спиной напоминали о слугах Пустоты.
  - Нам надо спешить, скоро их будет ещё больше, - с земли с трудом поднялся Лоэлин, он пролежал всё сражение не в силах помочь Долину. Но сейчас ему стало немного лучше, организм охотников был очень устойчив к ранениям. Не зря Чёрный колдун немало магии вкладывал именно в их регенерацию. Убить охотника можно, только если разрубить его на множество мелких частей - так говорил когда-то колдун, но никто не проверял истинность его слов. Мало кто бросал вызов Чёрному и его слугам. Охотники, как правило, заканчивали свою жизнь там же, где их создавали, в лаборатории безумного хозяина.
  - А ты сможешь лететь?
  - Наверное, смогу, - с трудом проговорил Лоэлин, и сам, услышав слабость в своём голосе, в раздражение мотнул головой. - Не "наверное". Я смогу!
  С трудом бывший студент поднялся в воздух. Долин старался держаться чуть позади, чтобы всё время видеть друга. Если тот начнёт падать, надо попытаться поймать его.
  Удивительно было то, что Лоэлин вообще летел. Его рана не казалась зажившей. В боку охотника пульсировала огромная, кровавая дыра, доставляющая неимоверные страдания. Лоэлин постоянно сбивался с ритма, переходил на планирование, но при этом почти не замедлял их полет. С каждым взмахом крыльев они всё дальше и дальше улетали от замка Смотрящий из Пустоты. Остановились они лишь поздно ночью, когда стало ясно, что больше погони не за ними нет.
  На следующее утро Лоэлин немного оправился. Он уже мог связно говорить и нормально летать. У них состоялось небольшое совещание. Ведь заклятие колдуна никуда не исчезло, им нужно искать убийц Чёрного, но где? Пока их поиски ничего не дали. Они лишь отбросили версию о причастности к убийству Пустотника. Насколько охотники знали, это был единственный сосед Чёрного колдуна равный ему по силам, горные княжества никогда не смогли бы подослать убийц в Одинокий Шпиль. Таким образом, охотники снова стояли у начальной точки. Из улик у них имелся золотой кинжал, а из версий смерти колдуна у них оставалось ровно ничего. Соседи отпадали, что теперь?
  - Наверное, нам всё-таки надо лететь к Арону, - осторожно, прислушиваясь к собственным ощущениям, предложил Лоэлин. Заклятье вроде бы себя ничем не проявило. Лоэлин решил пояснить:
  - В Ароне собирается Совет колдунов Гооб. А ведь именно с Совета вернулся Чёрный перед смертью. Если не виноваты соседи, то, скорее всего, замешен кто-нибудь из Совета. Или кто-то так или иначе связанный с Советом колдунов. Например, первосвященники Арона.
  - Какие такие первосвященники? - не понял Долин, он плохо разбирался в городской жизни, и многое вообще не представлял, слова Лоэлина казались ему таинственной грамотой.
  - Обычные первосвященники. Ничего выдающегося, возглавляют некоторые культы в Ароне. Там они довольно влиятельны, а вот на окраинах про них часто и не слыхали. - Лоэлин хотел усмехнуться, но тут рана в боку дала о себе знать, и он наоборот скривился, чуть не согнувшись пополам от боли.
  Долин понял всё по-своему:
  - Хорошо, хорошо. Первосвященники, так первосвященники. Значит надо лететь в Арон, там всё будет ясно.... Надеясь, что будет ясно.
  Проклятие никак не проявляло себя, даже когда они стали воплощать свое решение в жизнь. В Лоэлине проснулась надежда. Может быть в Ароне, под видом поиска убийц им удастся найти отца Лоэлина, и через него уже попробовать найти опытных заклинателей. А те избавят охотников от заклятия, и если получится, превратят их обратно в людей. Так думал Лоэлин, но никак не делился своими надеждами с другом, опасаясь, что выскажи он это вслух, заклятие колдуна разрушит все его планы.
  Больше часа они летели к югу и то тут, то там видели столбы дыма. Там горели деревни. Кое-где на дорогах лежали мертвая скотина, разбитые телеги. Нигде не было живых людей, в разорённых селах не осталось даже собак.
  - Что здесь происходит? - не мог понять Долин. - Почему такая разруха?
  - Помнишь, шаман говорил, что юг разорен. Похоже, это и есть то самое запустение.
  Они полетели чуть ниже, невольно заинтересовавшись картиной разрушения. В увиденном проглядывала одна странность, противоречащая рассказам шамана - многое казалось разоренным совсем недавно. В одном селе, над которым пролетали охотники, до сих пор горели дома, сараи, курятники. Там валялись мёртвые собаки, у верных охранников даже кровь ещё толком не запеклась. Не осталось только трупов людей. Или налётчики обладали определённой сентиментальностью и всех похоронили, или же практичностью и всех угнали в рабство.
  - А я, кажется, знаю, чья это работа, - вдруг сказал Лоэлин. - Я узнаю знаки, которые они оставили. Мы изучали геральдику в университете.
  - И чья же это работа?
  - Сциины, здесь побывали Сциины. Южные соседи Гооб. Но как далеко они забрались! Ведь отсюда уже и до Арона рукой подать. Колдуны что-то совсем не смотрят за своими землями.
  Они медленно полетели дальше, теперь зная, кого им следует опасаться.
  Вскоре охотники вылетели на небольшую равнину, спрятанную среди холмов с реденьким лесочком на вершинах. Тут протекала маленькая речка, местами перестающая в перламутровые озёрца. Как нить жемчуга водоёмы пролегали через всю равнину, разделяя собой зелёные поля и яблоневые рощицы. Ещё недавно здесь росли мирные сады, теперь же тут шла война. Происходящее поразило даже охотников, а ведь они за последние дни пережили немало различных страстей.
  Вся равнина была поделена на две части, у озёр располагался крупный военный лагерь, где сейчас царила суматоха. Там находились Сциины. А к озёрам подступали враги Сциинов, сразу несколько крупных отрядов чудовищ из замка Одинокий Шпиль. Штаб чудовищ, похоже, находился в небольших развалинах древнего храма, над которыми и оказались сейчас охотники. Хорошо, все чудовища заняты боем, и никто из них не думал оглядываться. Охотникам пришлось срочно приземляться и прятаться тут же, среди валунов, которые украшали вершину холма над развалинами.
  В этот момент в лагере Сциинов затрубили трубы, там готовились к контратаке. По остаткам храма ударило несколько крупных камней, выпущенных метательными машинами. Перед озёрами выстроилась фаланга Сциинов, все в своих характерных шлемах-черепах. Прикрывшись большими щитами, они начали медленно двигаться в сторону руин. За спинами пехоты расположилось ещё несколько Сциинов, которые беспрерывно обстреливали из коротких луков отряды чудовищ перед собой.
  В развалинах засуетились. Предводитель чудовищ, полуголый карлик с зелёным оттенком кожи, выскочил на открытое пространство, не обращая внимания на стрелы Сциинов. Он что-то кричал, охотники не могли с такого расстояния разобрать его слова, но смысл и так был очевиден. Все помощники зелёного разом начали перестраиваться, готовясь к ответным действиям. Отряды чудовищ внизу до сих пор бесцельно топтавшиеся в бывших яблоневых рощах разворачивались шеренгами, готовясь встречать контратакующих Сциинов. Кроме того, с холмов спустилось новое чудище, огромное, размером почти с тот же холм, за которым оно пряталось. Коричневая туша, с множеством коротких тупых ножек по бокам и огромной пастью впереди, над которой подобно жуткому украшению болталось сразу несколько хоботоподобных носов.
  Гигант не стал ждать особых приказов карлика. Завидев врагов, он, взревев, устремился в бой. Карлик ожидал этого, сразу последовал новый приказ, сопровождаемый дикой руганью, и поучениями с помощью кулаков. С другой стороны долины показалось второе чудище, больше всего напоминающее паука, только почему-то выросшего размером с немаленький дом. Новый монстр не был так дик, как первый, он не ревел, и не стремился в бой. Ему не нравились стрелы Сциинов, что целым потоком устремились к нему. Паук отступил в небольшую низину, прикрытую яблоневой рощей. Там, пригибаясь, делаясь почти в два раза меньше, чем он был на самом деле, Паук начал обходить отряд Сциинов. Вот теперь последовала очередь остальных отрядов чудовищ. Подобно воде они растекались перед наступающими врагами, чтобы затем снова собраться вместе, чуть дальше, на пустыре перед развалинами. Туда же поспешил их главарь-карлик, а за ним и весь его штаб.
  Первые ряды фаланги Сциинов приняли лживое отступление чудовищ за свою победу, их строй рассыпался, они спешили добить противника. Сциины-стрелки и Сциины оставшиеся в лагере поняли ошибку своих товарищей, они что-то кричали, тщетно пытаясь остановить увлеченных боем копьеносцев. В этот момент холмоподобное коричневое чудище преодолело перелесок, что отделял его от врагов. Сциины, наконец, поняли, чей громоподобный рев слышали они все последние минуты сражения. В панике они разбегались, но было уже поздно, в бой снова вступили перестроившиеся отряды чудовищ, состоящие в основном из крысюков, слизистых ящериц и странных призрачных существ, тех самых которых охотники мельком видели в лагере чудовищ, когда улетали из Одинокого Шпиля.
  Контратака Сциинов окончательно захлебнулась, они бежали в лагерь, где оставшиеся солдаты пытались создать баррикады, хлипкие сооружения из первых попавшихся под руку материалов. Собственного заградительного вала вокруг лагеря не имелось, Сциины, похоже, слишком понадеялись на свою естественную магию, а она им сейчас никак не помогала, рассчитанная больше на людей, чем на чудовищ. Последовало несколько выстрелов баллист, они не достали Грызуна, главную ударную силу атакующих, а потери среди крысюков не принимались командованием в расчет. Кроме того, к лагерю подкрался забытый в суматохе боя Паук. Он быстро доказал всю ошибочность подобного невнимания, ударив в спины Сциинам, тщетно пытавшимся организовать оборону. Паук был не один, с ним ворвалась и масса меньших пауков, те сразу же разбежались по всему пространству между палаток, усиливая царящую там панику и неразбериху.
  - Надо улетать, - тихо, как будто кто-то мог его подслушать, прошептал Лоэлин. - Пока они заняты взаимной резней. Сейчас нас никто и не заметит. А если и заметит, ничего страшного. Им не до нас.
  - Как они организованы, - тоже вполголоса заговорил Долин. - Так мало времени прошло, а у них уже настоящая армия. Вот где действительно задумаешься...
  - Да какое нам дело до них, а им, если уж на то пошло, до нас. Полетели отсюда, их войны не наша забота.
  Они взлетели, снова взяв курс к Арону. Облетать долину казалось лишней тратой времени, потому положившись на удачу, охотники полетели прямо, только может немного выше, чем обычно. Не хотелось получить в брюхо шальную стрелу. Внизу кипело сражение. Сциинов потихоньку вырезали, лишь немногие пытались обороняться в самом центре лагеря, там, где находились знамена Сциинов. Там же находились какие-то клетки, пролетающие охотники лишь мельком заметили внутри одной из них нечто тёмное. Друзья быстро набирали скорость, и вскоре битва осталась позади, никто их не заметил и не пытался стрелять. И все равно обоих не оставляло ощущение, что за ними наблюдают. Чтобы избавиться от этого чувства они полетели быстрее, так быстро, как это позволяла плохо зажившая рана Лоэлина.
  На следующий день они ещё раз видели Сциинов. Эти солдаты, похоже, ничего не знали о судьбе сотоварищей из другого отряда. Охотники пролетали над их лагерем рано утром, когда ещё не полностью рассеялся туман, характерный для начала дня в этих краях. Он скрадывал все звуки и движения, рассеивал свет в неясные беловатые тени. Охотники покинули место ночлега и медленно, тяжело хлопая крыльями, полетели над самыми деревьями, опасаясь подниматься выше, в ватную пелерину тумана. Там, без ориентиров легко можно было и заблудиться.
  Они не разваривали, лишь летели и слушали тишину вокруг. Туман то открывал часть скрытых далей, то снова всё прятал, показывая лишь ветки редких деревьев, траву, клочок земли. А порой внизу мелькала вода, то ли лужа посреди луга, то ли озеро или небольшой речной заливчик, ничего не было ясно в царящей вокруг влажной полумгле. Видно лишь воду и берег с мокрой грязью и истоптанной травой. На таких участках пахло сыростью, тиной, просто мокрой землёй, но взмах крыльев и всё пропадало, снова взмах крыльев и опять начиналась новая вода. Край вокруг нельзя было назвать пустыней.
  Взмах, взмах - опять вода и как ни странно запах дыма. Охотники на всякий случай полетели медленнее. И не зря, впереди, совсем рядом, даже не за деревьями, а тут, за вуалью тумана, послышался крик. Кричал человек, кричал лениво, без всякого страха и угрозы, но всё же это не походило на ленивое перекрикивание пастухов по утрам, когда животные медленно разбредаются по лугам, а их пастыри, ёжась от остатков ночной прохлады, разговаривают друг с другом.
  Снова взмах крыльев, туман клочьями порвался сразу в нескольких местах, и показалось открытое, песчаное место, довольно сухое. Ни утренняя роса, ни господин-туман не оставили здесь своего влажного следа. Кусты защищали это место от ветра, а костёр от сырости. Здесь был сооружён небольшой навес из свежесрезанных веток, некоторые из них ещё красовались зелёными побегами и отлично маскировали тех, кто прятался под ними. Неподалёку мирно горел костёр с перекинутым черев него вертелом. Большой кусок какого-то розоватого мяса жарился там, а рядом сидел и повар, тот, кто готовил себе этот завтрак. Даже сейчас, ранним утром Сциин был в шлеме. Он о чем-то говорил с другим Сциином, почти незаметным в тумане и в дыме костра. Рядом находился третий налётчик, он отрезал приличный кусок мяса от огромной розовой туши, она даже не вся поместилась на эту поляну, часть её пряталась в тени кустарников неподалеку.
  Не сразу Долин признал в ней червя. Он никогда не видал подобных существ, но слышал рассказы о них. Это был чудовищный червь, один из тех, что когда-то трудился на благо замка Одинокий Шпиль. Как это существо могло оказаться так далеко, и зачем вообще оно сюда ползло? Теперь оно было мертво, но не вызывало отвращения у своих падальщиков. Долину вспомнилось, что все эти монстры в замке Чёрного колдуна были людьми, так или иначе попавшие в кабалу к чернокнижнику. Сциины, может быть, об этом и не знали, но через мгновение Долин понял, что это не так. Налетел лёгкий ветерок, туман стал реже, расплываясь и прячась по самым сырым уголкам леса. И стало видно, куда именно вынес охотников утренний туманный час. Песчаная площадка, где трое Сциинов безмятежно жарили червя, была лишь началом большого лагеря из десятков зелёных навесов и грязных палаток, здесь горело ещё не меньше пяти костров, рядом с каждым сидели, стояли, или спали Сциины, очень много Сциинов.
  - Вот это да! - Очень негромко сказал Долин и остаток тумана, как будто пожелав услужить напоследок, пронёс его возглас от уха к уху. Сциины у костра повернулись. Двое из них были в шлемах, просто солдаты ничем неотличимые от тех Сциинов, которых охотники видели днём ранее. Но третий стоял с непокрытой головой. Обычный человек, разве только черты лица более тонкие, чем обычно.
  - К нам гости - также тихо, как и Долин произнес Сциин без шлема и достал свое оружие, короткий меч. Но пока вокруг все ещё было тихо.
  - Ещё демоны, - тихим голосом добавил Сциин. - Много же вас расплодилось после падения Одинокого Шпиля. Надеюсь, вы такие же вкусные, как и этот, - он указал на тушу червя.
  Охотники не стали ждать продолжения его речи. Они полетели через лагерь, движимые то ли чувством отвращения, то ли гневом. Ведь они могли просто взлететь вверх, туда, где нет никаких Сциинов, а есть лишь небо и солнце. Но они полетели через лагерь, и последнее стало неожиданностью для Сциинов, и спасением для охотников. Ведь на самом деле, взлети они сейчас чуть выше, они оказались бы мишенью не меньше, чем для десятка лучников.
  Происходящее походило на некий чудовищный аттракцион, бесконечное падение в зелёно-грязном колодце, где носится множество мерзкой живности, чьи крылья поминутно хлопают в лицо падающему, но не помогают ему, а лишь добавляют отвращения от падения. Охотники пролетели через весь лагерь, опрокидывая хлипкие навесы, сшибая с ног Сциинов размахивающих мечами. Теперь друзья понимали и даже сочувствовали тем чудовищам, сражение с чьим участием они видели вчера. Сциины действительно не заслуживали ничего лучшего. По пути охотникам попался загон для рабов, там находилось множество людей, облаченных в серые обноски. Рядом с загоном лежали груда трупов тех, кто не пережил плен. "Вот почему в разорённых деревнях не попадаются мертвецы" - ещё подумалось Долину при виде этого. Но он летел дальше, они не могли останавливаться, слишком много врагов было вокруг.
  Через пару дней друзья достигли стен Арона. Долин никогда не бывавший в больших городах, был восхищён. Пусть даже они смотрели на Арон с расстояния, не решаясь влетать в город днём, все равно, даже отсюда увиденного хватало для восторга Долина.
  - Столько людей живет в одном месте, - поразился он. - Я не вижу другого края города, не вижу даже когда взлетаю высоко-высоко.
  Лоэлин лишь хмыкнул, услышав подобную оценку Арона. Конечно, Лоэлин любил родной город и восхищался им, но никак не за большие размеры. Как раз в этом он ничего хорошего не находил. Когда он был студентом, многолюдность столицы доставляла ему больше проблем, чем радости. Окраинные районы города принадлежали тем сословиями, с которыми студенчество традиционно враждовало. То были бедные районы, где дома строились, чуть ли не на друг друге, где крыша одного дома часто могла служить двором другому. Сама земля на тех улицах являлась остатками старых домов, того мусора, который жители из века в век сбрасывали тут же, рядом с заборами, нисколько не заботясь о чистоте. На бедных улицах люди рождались и умирали, часто и не знаю о мире, который находился за стенами родного квартала.
  В городе имелось несколько линий небольших стен, в мирное время выполняющих скорее полицейские функции. У окраин эти защитные укрепления сливались, перерастая в главные стены самого Арона. Там начинались огромные, многометровые фортификации, построенные из кирпича. Они великой крепостью огораживали Арон, и были настоящей границей мира для его большинства его жителей. Для большинства, но не для всех, напомнил сам себе Лоэлин. Университет, хоть и находился внутри Арона, никогда не ограничивал себя его стенами. Было время, когда ректор даже хотел перенести университет за границы города, он мечтал выстроить нечто вроде самостоятельного университетского города, со своими законами и правилами. Но пока всё оставалось лишь в мечтах, слишком уж трудна была постройка отдельной цитадели, которая могла бы надежно защитить всех учащихся. А без неё строить было нельзя, слишком неспокойное время.
  - Невероятно, - не мог успокоиться Долин. - А где находится дворец Совета колдунов? Его можно увидеть отсюда?
  Долин спрашивал не просто так, ведь именно ради Совета Колдунов они явились в Арон.
  - Ты сам посмотри. Дворец видно из любой точки Арона, видно и отсюда.
  Долин пригляделся. Город был огромен, и дворцы высились, казалось повсюду. Возносили к небу гордые шпили многочисленные башни, блестели цветные витражи узорчатых окон. Трудно было так сразу сказать, где среди этого архитектурного изобилия прячется нужный дворец. Хотя... Долин присмотрелся. Действительно, чуть дальше от него, чем остальные здания высилось нечто непонятное. Поначалу он даже и не принял это за дворец. Оно больше походило на белоснежную скалу, вокруг которой и разросся город.
  - Дворец Совета это белая скала?- неуверенно спросил он.
  Лоэлин рассмеялся.
  - А почему так робко? Ты прав. Та белая скала действительно Дворец Совета Колдунов. Он называется Зимнее Солнце.
  - Зимнее Солнце? - переспросил Долин.
  - Да, именно так. Всё потому, что его великолепие сияет, как сияет наше Солнце. Но не ослепляет, и потому дворец прозвали Зимним Солнцем. Ведь зимой наше светило не так жестоко как бывает летнее солнце.
  Долин ещё раз присмотрелся вдаль. Белая скала действительно поблескивала.
  - Но почему он похож на скалу?
  - Дворец и есть частично скала. То была древняя скала, рядом с которой и был основан Арон. Она всегда служила хранителем города, и вот сейчас колдуны сделали из неё свой дворец. Так они хотели подчеркнуть свою власть над Ароном и всей Гооб.
  В голосе Лоэлина, когда он это рассказывал, не слышалось благоговения, почтения или просто уважение. Скорее наоборот, в его словах звучала насмешка над колдунами - тоже мне додумались делать из скалы дворец. Оставили бы всё как прежде, может, жители Арона даже больше бы вас уважали. И хотя ничего такого Лоэлин не говорил вслух, его чувства проглядывали сквозь его слова.
  - И нам обязательно лететь к этой скале? - спросил Долин.
  Лоэлин пожал плечами.
  - Я не знаю. Конечно, можно попробовать связаться с колдунами Совета по-другому. У каждого из них есть свои отдельные дворцы в городе, кстати, у Чёрного тоже такой был. Правда, неизвестно бывал ли он в этом дворце хоть раз. Большая часть колдунов лишь ненадолго прибывают в Арон, только на Совет, а потом разбегаются по своим уделам. Они не любят Арон, хоть это их столица. Понимают, что здесь их власть не так безгранична, как в родных замках. Но в любом случае, нам нужно сначала побывать в городском дворце Чёрного колдуна, вдруг найдём что-нибудь. А потом все равно придется лететь к Зимнему Солнцу. Хоть я и не представляю, как мы попадем внутрь, и согласится ли там хоть кто-нибудь поговорить с нами.
  План Лоэлина вызывал много вопросов и порождал ещё больше сомнений. Но ничего своего Долин предложить не мог. Теперь, когда первое восхищение столицей у него прошло, он начал побаиваться города. Сейчас он мог только слепо лететь за Лоэлином и выполнять все его указания.
  Только сначала нужно было дождаться вечера. Слишком неосмотрительно лететь в Арон днём. Люди там хоть и привыкли к магии, её чудесам, появление в небе двух летающих чудовищ все равно могли не так правильно понять. Как будто только сражения с городской стражей не хватало сейчас охотникам. И потому, когда Долин закончил своё обзорное знакомство с городом, друзья отправились отдыхать.
  Лоэлин уже давно присмотрел неподалёку ручеёк с прохладной кристально чистой водицей, прямо там он и улегся, в кои-то веки заглушив вечный огонь внутри себя, которым наградил его колдун. Долину не так хотелось купаться. Вообще в шкуре охотника грязь почти не ощущалась, у них не заводилось паразитов и прочей гадости. Разве что когда корка грязи становилась слишком весомой, она начинала влиять на аэродинамические способности, полёт становился тяжеловат. Но сегодня Долин был ещё вполне чист, потому он лишь скептически поглядел на фыркающего в своей луже Лоэлина и отправился немного погулять по лесочку, который они выбрали для своей временной стоянки. Здесь раскинулся сосновый бор, хвойный оазис в краю, где царили бук, граб и клён. После нескольких попыток неудачной охоты на зайцев, те иногда попадались Долину на глаза, он утомился, и улёгся спать не так далеко от ручья Лоэлина, прямо под соснами. Благо высохшие иглы и шишки его нисколько не тревожили. Так он и уснул на этом пружинистом матрасе, ощущая вокруг только восхитительные ароматы хвои и янтарной смолы. Давно Долину не спалось так хорошо.
  Но вот настал вечер. Время претворять план в жизнь. Оба охотника не хотели покидать гостеприимный бор, друзья слишком хорошо запомнили последнюю встречу с волшебниками. Рана Лоэлина "подаренная" рабами Пустотника хоть и зажила, но шрам остался, наглядный пример колдовских нравов. И потому совсем не хотелось лететь в город, в неизвестность, туда, откуда может быть охотникам живыми не вернуться. Другие колдуны могут оказаться не лучше безумного Пустотника. Друзей ждала смертельная игра, в которой шансы охотников очень малы. Хотя Лоэлин старался при этом не забывать о своей собственной игре, той, которая должна была привести его и Долина к спасению. Это придавало ему силы, а вот Долин ничего не знающий о тайных намерениях друга, испытывал большой страх, такой какой, он ощущал только в Одиноком Шпиле. Он готов был отказаться от всего этого, да только проклятие ощущало его робость. Когда они летели в город, Долин был почти полностью под властью страшных чар, он не управлял собственным телом, словно был всего лишь наблюдателем, равнодушно следящий за происходящим со стороны.
  Они, несмотря на темноту, не решились открыто лететь над городом. Тем более Лоэлин не помнил, где именно находится дворец Чёрного колдуна. Ночью, сверху, он не мог найти тех ориентиров, на которые опирался, живя в городе. Были времена, когда студенты специально ходили в богатые районы города, к дворцам колдунов. Молодость не давала им понять, какой опасности они подвергаются, вот так запросто являясь к стенам жилищ сильных мира сего и не просто являясь, а занимаясь вандализмом. Когда-то Лоэлин лично сломал одну мраморную статую в саду дворца Чёрного колдуна и, хотя тогда колдун ничего не узнал, позже расплата пришла к студенту. Но такого риска требовали обряды посвящения в студенческих обществах, и можно было только представить, как раздражают подобные университетские традиции колдунов. Пока, насколько знал Лоэлин, дело обходилось исчезновением пары-тройки самых наглых и настырных студентов в год. Таких, как он сам.
  Они решили сориентироваться в городе с помощью коротких перелётов. Конечно, так возникала угроза лишних свидетелей, охотников могли заметить случайные прохожие или караульщики Арона, но по-другому Лоэлин не мог найти дорогу. И говоря честно, как раз ночные сторожа охотников почти не волновали. Патрули ходили только по центральным улицам, слишком малочисленные, чтобы представлять собой серьёзную угрозу. А солдаты городского гарнизона ночью вообще спали.
  Охотники, когда подлетели к городской стене, обнаружили картину запустения. Лес рос вплотную к основной защите столицы, скрывая все подступы надёжным пологом. Сама стена во многих местах треснула, а кое-где и осыпалась, открыв щели, густо заросшие крапивой и вьюном. Кирпичи зеленели множеством различных мхов и лишайников. Если бы к Арону подошла действительно решительно настроенная армия она без труда преодолела бы эти трухлявые форты. Тем более на стенах не было ни одного стражника, и даже погасли огни караульной башни у восточных ворот. Давно, слишком давно враги не показывались у стен города. Впрочем, охотникам подобная безалаберность была только на руку.
  Жгучие дебри крапивы не были страшны охотникам, они продрались сквозь её заросли и к своему удивлению обнаружили в стене настоящую дыру, почти скрытую зарослями той же крапивы перемешавшейся с мятой и коноплей. Трехмётровые стебли травы вставали здесь новой живой стеной. Поглядев вверх, Долин увидел шаткий мостик из досок, который выложили себе стражники над этим проломом. На небе как раз взошла луна, тусклый свет высвечивал стену и пролом, придавая всему ощущение неживой картины, где есть только тёмные силуэты и намеки на движение.
  - Думаю, я знаю, куда надо идти дальше. - Долин услышал шёпот Лоэлина. - Я бывал здесь.
  Бывший студент перебрался через дыру, и находился уже внутри Арона. Долин видел лишь его крылья, те готическими силуэтами вырисовывались на ночном небе.
  - Нам надо лишь немного пролететь отсюда. Впереди будет один из городских каналов, - продолжал размышлять вслух Лоэлин, - если двигаться вдоль него, можно будет добраться до Сада Водяных.
  - Каких ещё водяных? - переспросил Долин, ему совсем не хотелось идти в место, где встречаются магические существа. - Нам обязательно идти к ним?
  - Ты о чём? - Лоэлин, сбитый с толку, повернулся к другу. - К кому ты не хочешь идти?
  - К водяным. - Долин немного замялся, в детстве он немало наслушался историй о жителях болот и водных глубин, которые губят неосторожных путников. - Зачем нам лишние приключения? И без водяных обойдёмся.
  Лоэлин зажал себе рот, чуть не рассмеявшись. Нельзя слишком шуметь, вдруг стража не так сонлива, как им думается.
  - Прости, я не подумал об этом, - пояснил он, после того как успокоился. - Я даю тебе названия как привык. Тебе же наши городские прозвища могут показаться странными. Вот и Сад Водяных... Хотя, где ты слышал, чтобы водяные жили в садах?
  Долин теперь и сам понял свою ошибку и только лишь развёл руками в ответ. Лоэлин все равно счёл нужным пояснить:
  - Сад называется так из-за базилики в его центре. Там стоят статуи различных магических существ, и почему-то большая часть из них водяные и русалки. Создатель базилики был явно не равнодушен к стихии воды. Ну да ладно. Главное, что сад находится почти рядом с дворцом Чёрного колдуна. Уж там, думаю, я найду дорогу.
  Ночными тенями они скользили по пути обнаруженному Лоэлином. Осталась позади полуосыпавшаяся городская стена, затем они пробрались под сторожевым бастионом, деревянные двери которого были раскрыты. Там тихо горел факел, стояла прислоненная к стене алебарда, и не было ни одной живой души. Прячась в тени вязов, они обогнули старый колодец за крепостью, и выбрались к каналу. Здесь был водяной тупик, канал начинался с реки Ар, незамкнутой дугой проходил через город и заканчивался недалеко от восточных ворот. Когда-то канал был широк и глубок, в него могли заходить речные суда. Сейчас он зарос камышом, тиной, обмелел, и лишь гранитные набережные указывали, насколько больше был этот водяной путь. На небольшой площади перед каналом стояла потрескавшаяся от времени древняя статуя одного из основателей города.
  Лоэлин был доволен, пока он ни метр не ошибся в своём выборе пути. Дальше начинались городские улицы. Они полетели над каналом, тот ближе к центру становился всё шире и чище. Вдоль набережных появились парки и скверы, кое-где встречались небольшие пристани, там качались оставленные на ночь длинные лодки, принадлежавшие городским перевозчикам грузов. Как пояснил Лоэлин, аристократия, живущая в центре города, не очень любила большие повозки, и тягловый скот который обычно использовали торговцы для своих грузов. В Ароне все грузы перевозились по воде, и эти лодки почти не раздражали впечатлительное дворянство. Сейчас всё было пусто и тихо. Только раз охотники видели людей, те ничего не поняли, когда рядом с ними проскользнули крылатые тени, лишь поёжились немного, сильнее закутались в плащи и поспешили дальше по своим ночным делам. Вскоре охотники достигли Сада Водяных. Они не стали задерживаться тут и рассматривать знаменитую базилику, хотя у Долина и возникло такое искушение. Они лишь немного покружили над садом, почти задевая крыльями верхушки деревьев, и полетели дальше, к дворцу Чёрного колдуна.
  Как выяснилось, городской дворец колдуна был не так уж и велик. Он хоть и находился в центре города, был почти невидим, закрытый со всех сторон другими зданиями, различными храмами, резиденциями аристократии. К дворцу вели две дороги. Главная походила на аллею, поскольку пролегала через дворцовый сад. А недалеко прятался ещё один путь. Он шёл сбоку, через маленький проулок, лежащий между высокими стенами соседних домов и в самом своём тупике приводящий к двери, она и была запасным входом во дворец. Именно туда и прилетели охотники. Лоэлин не стал утруждать себя поиском ключей и прочей чепухи, старая дверь все равно не заслуживала подобного внимания. Её давно никто не открывал, даже мостовая рядом с ней уже была почти незаметна, скрытая мусором и сорной травой. Здесь давно никто не ходил. Лоэлин одним ударом сломал дверь, и охотники вошли внутрь. Они оказались во флигеле садовника, пристройки к дворцу, которая соединялась узким и темным переходом с главной частью. Сам флигель был пуст, только немного обломков старой мебели валялось недалеко от двери. Охотники не стали задерживаться тут и поспешили через переход к основным залам.
  - Я не спорю, колдун никогда особо не обращал внимания на удобства, - говорил Долин, - но вряд ли он мог довести дело до такого. - При этих словах Долин дотронулся до лепного рельефа рядом с собой. Когда-то тут красовалась сцена неведомого сражения, сейчас же почти всё осыпалось, прикосновение Долина лишь усилило этот урон.
  - Наверное, ты прав, - Лоэлин ещё раз осмотрелся вокруг. Они стояли в главном зале дворца колдуна, он был пуст, здесь господствовал тлен и разруха. Даже стены тут уже разрушались, остаток мраморного пилястра лежал у ног друзей. В нишах, где когда-то сидели статуи мудрецов, теперь валялись лишь жалкие осколки. Это не походило на разрушение временем. Просто когда-то отсюда вывезли всё ценное.
  - Вряд ли Чёрный останавливался здесь во время Совета Колдунов, - продолжал свою мысль Долин. - Дворец заброшен, и никто не следит за ним. Люди сюда не приходят. Здесь вообще нет никаких следов, никаких намёков на жизнь.
  Охотники умели если надо выискивать такие вещи как следы, будь то отпечаток на пыльном полу, или же нечто вроде давнего прикосновения, мимолётного, почти незаметного, уловимого только для тех, кто умеет искать. Здесь ничего такого не было. Колдун не посещал свой дворец и очень давно.
  - Значит, остаётся только дворец Совета, Зимнее Солнце, - сделал вывод Лоэлин, - но.... Но думаю, здесь не всё так просто. Наверное, нам стоит ненадолго разделиться. Ты уже знаешь, где дворец Совета, ты сможешь найти его сам. Я же хочу немного поискать в городе. Там есть ещё места, где могут знать о Чёрном колдуне.
   Долину подобное разделение их сил не казалось разумным, однако ему пришлось согласиться. Время идёт и чем дальше, тем труднее будет найти убийц. А для охотников неудача в поиске означало вечное проклятие, потому им нельзя было терять ни единого шанса. Разделившись, они ускорят поиски.
  Лоэлин же решил, что пришло время для посещения отца. Пока у охотника получалось обманывать заклятие колдуна, и он надеялся, что так будет продолжаться и впредь, до того самого времени, когда он избавится от него.
  
  Глава 9
  Уже несколько дней они находились в Ароне. Днём Яс и Коэсса уходили в город, Эйрик же прятался, стараясь не появляться за пределами старого форта. Они выбрали эту полуразрушенную крепость для своего временного лагеря, да так и остались в ней, поскольку ничего более удобного для них не нашлось.
  Поначалу они прятались на окраине города в большом заброшенном сарае. Там их выбросило из портала созданного Эйриком. Место оказалось не слишком хорошим, рядом находилась сторожевая башня Арона, там постоянно околачивались разные люди, стражники и не только. Сначала беглецов чуть не нашли контрабандисты которые, оказывается, складывали в облюбованном ими сарае свои товары. Ведь как выяснилось, все стражники здесь были подкуплены и через небольшие ворота сторожевой башни ежедневно проходили целые караваны товаров.
  Яс, подглядывая через щель, просто от скуки считал, сколько грузов прошло за те полдня, что они находились в сарае. Вышло почти двадцать обозов. Почти, потому, что Яс разок сбился со счета, когда один слишком жадный и несговорчивый купец поссорился со стражниками. Те его быстро привели в чувство, подвесив за ноги к требушету. Метательная машина находилась во дворе башне и, похоже, давно использовалась не совсем по назначению. Армии врага к Арону не приходили, и теперь требушет играл другую роль. С его помощью взяточники-стражники отправляли далеко в лес за пределами города всех своих врагов и несговорчивых купцов. Остаток дня жадный торговец провесил на требушете, а вечером, когда чуть стемнело, его отправили в далекий полет в назидание всем остальным купцам. Впрочем, это было уже лишним, один вид несчастного у метательной машины отбивал всякую охоту спорить у остальных купцов. Так по крайне мере решил Яс, оценивая качество всего происходящего. Не слишком хорошо работали стражники, топорно и грубо, никакого мастерства. Чёрный колдун так никогда не делал.
  И вот, ближе к вечеру беглецов чуть не раскрыли. В общем-то, и Яс, и Коэсса были достаточно человекоподобны с виду, но Эйрику никакая маскировка не могла помочь. Прятаться Ясу с Коэссой тоже было легче, а Эйрик же светился, был летуч, и солома упорно не хотело ложиться на его электрическое тело. Больше того, Яс опасался, как бы она вообще не загорелось от столь опасного соседа. Потому Эйрик прятался под самой крышей сарая. К счастью всё сооружение оказалось довольно велико, раньше, наверное, здесь располагались конюшни стражи. Внутри эти развалины разделялись на два яруса, и сверху даже было прилеплено нечто вроде чердака. Там и спрятался Эйрик. К несчастью, к вечеру он стал более заметен, ведь он светился. А торговцы, которые подоспели к сторожевой башне в это позднее время, уже не отправлялись сразу в город, они стали складывать свои товары в сарае.
  Сначала они укладывали свои тюки рядом с входом, в старые развалившиеся телеги оставшиеся там со времён конюшни. Но потом, когда стражники уже собирались закрывать ворота, появился ещё один запоздавший купец, с полным возом различного добра. Конечно, он тоже решил спрятать товар в сарае. В городе, как понял Яс, вечером и ночью торговцам нельзя было появляться. Большая телега с трудом пролезла сквозь не слишком широкие ворота сарая, там её откатили к противоположной стенке, где ещё оставалось немного свободного места. Когда купец и стражники уже хотели выходить, глазастый торговец вдруг заметил странный голубоватый свет наверху, под самой крышей сарая. Он показал его стражникам, те посмотрели, почесали затылки и почему-то решили не выяснить источник непонятного света. Вполне разумно, если размышлять по существу. Стражники просто вытолкали купца из сарая, закрыли двери, а после и сами заперлись в своей башне.
  Один раз им повезло, но в следующий раз стражники могут оказаться решительнее. И беглецы решили подыскать новое убежище. Им понравился старый форт не далеко от речного порта Арона, который нашёл Эйрик. Он начал искать сразу, как только Коэсса заявила о ненадежности их нынешнего укрытия, и нашёл форт удивительно быстро. Эйрик как будто специально полетел именно в нужную сторону, всё разведал и после пригласил своих друзей переселиться в форт. Ясу такая оперативность в незнакомом городе показалось странной, но, подумав, он решил и это списать на улыбку фортуны. Ведь форт оказался идеальным укрытием, он даже напоминал Ясу его любимые подземелья, такие же сырые и тёмные коридоры, без ветра и шума. Тихое, тихое подземелье.
  С тех пор прошло несколько дней. Яс был недоволен. Зачем вообще они так стремились в этот беспорядочный город? Коэсса говорила о магах, о том, как она мечтает избавиться от заклятий колдуна, как хочет снова стать человеком. Яс не слишком понимал её. Коэсса, по его мнению, была совершенством. Хозяин немало работал над ней, и не просто работал. Коэсса была шедевром Чёрного колдуна. Ни до, ни после неё колдун не создавал существ настолько великолепных. Коэсса сочетала в себе смерть и красоту. Трудно было понять, почему ей всё это не нравится.
  Насколько знал Яс, в Стража даже не было заложено тех свойств, которые колдун любил вкладывать в свои творения для того, чтобы те так сказать "не расслаблялись". У большинства существ из замка Одинокий Шпиль присутствовали такие качества, как, например нескончаемая боль в спине, зудящая кожа или ещё что-нибудь в подобном духе. Простор для фантазии был бесконечен. Но в Коэссу Чёрный не вложил ничего подобного, он не стал добавлять к своему шедевру лишние штрихи. И значит Коэсса не испытывала никаких физических мук, она была красива, быстра и смертоносна, она была способна на невозможное для обычных людей. Гений Чёрного колдуна проявился в ней в полную силу, а она хотела всё это погубить и снова стать человеком, сырой матрицей, глиной, не содержащей в себе по глубокому убеждению Яса, никакого гения.
  А теперь мастеру-кузнецу приходилось помогать Коэссе, хотя его и коробило при мысли о гибели такого шедевра. Но Коэсса была его другом, она спасла его из гибнущего замка, и он не мог спорить с ней. Только она не должна была ожидать от него особого рвения. Яс бродил по городу, выискивал магов, но делал свою долю работы без энтузиазма. Страж, напротив, занималась разведкой очень рьяно. Но, несмотря на это, результаты её поисков не отличались от результатов кузнеца. Оба ничего не достигли за эти дни. Маг, способный помочь Коэссе может быть, и существовал, но найти его они не могли. А ведь тут скрывалась ещё одна проблема, они не обсуждали её и даже и не упоминали о ней. Но мысль эта не давала покоя кузнецу. Даже если они найдут мага, то чем они ему заплатят? У них не было денег, золота, не было никаких ценностей. Пока вопрос оплаты замалчивался, однако так не могло продолжаться вечно.
  Сегодня утром Яс как обычно надел монашеский балахон, укороченный специально для него и даже не дожидаясь Коэссу, отправился в город. Балахон он мог, в общем, и не носить, Яс был не так уродлив, как большинство чудовищ из Одинокого Шпиля, подводили его лишь рост и кожа. Рост немного маловат для нормального человека, а кожа чересчур бледная, сказывалась долгая жизнь в подземелье. Но все равно мастер-кузнец выглядел почти как человек. Так считал он сам, стараясь не обращать внимания на замечания Коэссы насчёт его рук. Да, руки у Яса имели пару лишних суставов, это помогало замечательно выгибать их в случае надобности. Такие же, как и руки у него были пальцы, длинные с четырьмя суставами. Ведь Яс не всегда махал молотом, более тонкая работа требовала и более хороших инструментов. Небольшие отличия в анатомии, как считал Яс, вряд ли кто заметит их, ведь люди редко присматриваются к рукам. А даже если случайный зевака и увидит нечто необычное, то всё отнесут к банальному уродству, какое вполне возможно у карлика. Несмотря на такие доводы кузнеца, ему все равно пришлось смириться с балахоном и его длинными рукавами, хоть мастер и не любил одежду, сковывающую движения. Он надел балахон после того, как увидел одежду Коэссы. Страж вырядилась как простушка-крестьянка в мешковатое платье и платок. Большая жертва, если учесть, красоту Коэссы.
  Отправился Яс на припортовый рынок, тот располагался почти на речных сваях. Они издавна были вбиты в реку Ар и обозначали собой начало речного Порта Арона, что простирался от рынка почти до границы города. Сотни кораблей швартовались в этом порту и среди них были не только речные суда, приходили сюда и морские корабли, большие и пузатые, одним своим видом показывающие, сколько в них добра. Река Ар, очень полноводная и вдобавок поддерживаемая магией некоторых колдунов, позволяла морским судам совершать такие подвиги. Правда оставалась ещё опасная пойма реки Ар, но то был совсем отдельный вопрос, эти вещи Яса не интересовали.
  Он пошёл через город к портовому рынку надеясь там, в толпе разношерстных людей лучше разузнать о магах в городе, их привычках, их способностях и, конечно же, об их ценах. Яс в предыдущие дни успел побывать на других рынках, на Овощном у Восточных ворот, и на Кузнечном у Северных ворот. Там крутилось много купцов, покупателей, все чем-то занимались, и никто толком не мог рассказать Ясу о магах. Один раз его провели к гадалке, другой раз показали, где можно найти ясновидящего. Всё это было не то. Теперь оставался только портовый рынок. Хоть и там Яс не надеялся добиться особого успеха. Настоящие маги, какие нужны беглецам, не сидят на рынках, и вообще вряд ли много о себе рассказывают. Их работа слишком темна, требует уединения. Найти подобного мага можно только через знающих людей. А вот где найти таких людей?
  Перед портовым рынком, несмотря на довольно раннее утро, собралось большое количество народа. Толпа гудела, и что-то оживленно обсуждала. Яс, пользуясь своим низким ростом, с лёгкостью пробрался через скопление людей, и увидел действие, заинтересовавшее стольких зевак. Толпа рассматривала целую процессию, важно вышагивающую по набережной. В основном тут были солдаты, правда не такие, как у ворот Арона, а настоящие бойцы, с твёрдыми лицами и в тяжёлых доспехах. Зачем они в защищенном городе шли в столь громоздкой амуниции, поначалу казалось непонятным. Но уже через секунду стало ясно всё. Люди в толпе не то что бы очень неприветливо рассматривали шагающих солдат, однако и особого дружелюбия они тоже не проявляли. Откровенный интерес простолюдинов походил на интерес детей к самым большим и зубастым зверям в зоопарке. Дети смотрят на них, тычут пальцами. А если родители не видят, то могут кинуть и огрызок яблока, чтобы посмотреть, как зверь распахнёт свою полную клыков пасть. Но только он немного дёрнется в сторону прутьев, как дети ревут во весь голос и мамы быстрее уводят их от злобных тварей в клетках.
  Так и сейчас толпа отпускала язвительные шуточки в сторону идущих, ворчала, но стоило солдатам присмотреться к кому-нибудь внимательней, как человек замолкал и, стушевавшись, отступал на шаг назад, как будто опасаясь удара. Яс прислушался к разговорам в толпе. Большая часть людей болтали о всякой чуши, вроде обсуждения размеров щитов у шагающих солдат. Только двое толстяков неподалеку, оба в фартуках запачканных кровью, обсуждали, как изменятся цены на мясо теперь, когда Гооб снова подружилась с Союзом общинных княжеств. Яс очень смутно помнил, что такое общинные княжества. Вроде бы они находятся к западу от Гооб, и вроде бы у них никогда не было никакого Союза. А здесь шли представители всех трёх княжеств, довольно небывалая вещь раньше. "Они объединились" - подумал Яс - "Удивительно, общинные княжества, здесь, в Ароне, ещё и вместе".
  Солдаты шагали мимо. Когда они подошли совсем близко, Яс рискнул отодвинуть капюшон, чтобы взглянуть в глаза марширующим воинам. Его завораживало это зрелище, странное дело, он видел в них нечто большее, чем просто солдат. Яс смотрел на их тяжёлый марш, вот железный сапог одного из воинов опустился на мокрые камни мостовой рядом с ним, плащ воина заляпан грязью, тёмные ножны меча исцарапаны и тусклы. А затем серостальной шлем чуть повёрнулся в сторону Яса и кузнец увидел глаза воина, молодые, очень молодые глаза, готовые к бою и знающие, что бой будет. Воин в свою очередь заметил лицо Яса и вздрогнул, чуть сбавил шаг и немного отстал от соратников. Он быстро опомнился и, ничего не сказав, поспешил дальше. Яс хмуро смотрел ему вслед.
  - Что, не очень ты ему понравился коротышка? - Раздался рядом грубый голос, кто-то в толпе заметил заминку солдата. - Ха-ха-ха, не унывай, у тебя ещё будет время доказать им какой ты красавец!
  Яс проворно развернулся, рядом находилось всё те же два мясника, чуть дальше женщина с большой корзиной в руках, рядом с ней весь в тряпье, но довольно чистый парень, в задумчивости что-то медленно жующий. Кто из них заговорил с ним?
  - Может я и не красив, да только вам какое дело? - Сам себя удивив собственным хриплым голосом ответил Яс.
  Мясники даже не услышали его, и только женщина с корзиной обратила на мастера внимание:
  - А чего это ты монашек заговорил о своей красоте? - спросила она, голос у неё был высокий, почти писклявый. - По мне так ты ещё не дорос говорить об этом. - Она усмехнулась, за её тонкими губами прятались кривые и чёрные зубы.
  - Мал, да удал, - голос Яса стал ещё ниже и хриплее, разозлившись, он отвернулся.
  Такое несовершенство, собранное в одном месте, а ещё делает замечания. Чтобы утешиться, он представил, как он поработал бы над этой женщиной в лаборатории Одинокого Шпиля. По крайне мере зубы у неё там стали бы заметно лучше, красивые блестящие клыки - это почти идеально. Яс вздохнул, одни мечты, остались только мечты. Вообще, надо уходить отсюда, он же не просто так сюда пришёл. Толкнув напоследок женщину, Яс шагнул было прочь, как споткнулся о небольшое каменное возвышение, нечто вроде бордюра, в котором скрывалась проржавевшая решетка. Наверное, так здесь выглядели водостоки. Водоросли, мох и грязь обрамляли эту дыру. Заинтересовавшись, Яс наклонился и вдруг увидел весело смотрящие на него снизу глаза. Обычные человеческие глаза, правда, украшали они немного чумазое лицо.
  - Да, да. Это я вижу твою красоту, - подтвердило чумазое лицо. - И грубость тоже вижу. Зачем бабу толкнул?
  Яс, может быть, и ответил, только в этот момент, женщина с корзиной эффектно пихнула его носом прямо в решётку. Затем, гордо подняв голову, не спеша, покачивая бёдрами, удалилась, представление с посольством общинников было закончено.
  - Какая женщина, - восхитился чумазый, - отползи стонать чуть в сторону, дай мне на неё поглядеть.
  Яс, держась за нос, послушно посторонился, не совсем понимая, чем он вообще тут занимается лёжа на мостовой.
  - Ах, не успел, ушла. Побольше бы таких баб у нас в городе, глядишь, и жить лучше стали бы.
  Яс как представил, что в замке Зимнее Солнце сидят вот такие женщины, с кривыми зубами и чересчур пышными формами, ничего не понимающие в тонком мастерстве настоящей политики, так сразу забыл о ноющем носе и засмеялся.
  - Ну да ладно, - чумазый смирился со своей долей. - Я и без того столько сегодня увидел. Один ты чего стоишь.
  - А что во мне такого? - Яс насторожился, чересчур глазастым оказался его подземный собеседник.
  - Ну, ты ведь не человек? - просто, без всяких особых эмоций спросил чумазый. - Не каждый день по припортовому рынку шатаются субчики подобные тебе. Уж кого я только тут не видал, а вот коротышек-нелюдей днём, на улице города, я пока не встречал. Или, может быть, сегодня утром я перебрал бражки? - Само себя задумчиво спросило чумазое лицо. - Нет, сегодня бражка была плохая, вся выдохлась с ночи. А тут ещё эти солдаты. Ты, наверное, появился ради общинников? Чем они тебе так интересны? - Лицо явно спрашивало о посольстве общинных княжеств.
  - А кто сказал, что они мне интересны? - Ясу не хотелось всё рассказывать вот так, как на духу, какому-то странному подземному интернационалисту. Тем более на этот раз обитатель водостока был не прав. Яс смотрел на посольство только из любопытства.
  - Ты на них не ворчал, да и слюни не текли у тебя от детского любопытства. Такие как ты в нашем городе появляются не ради развлечений. Им всегда что-то нужно. Колдуны никогда ничего не делают просто так. И если ты смотрел на общинников, значит, они имеют отношения к твоему делу.
  - Может и имеют. Впрочем, думаю, к этому делу имеешь отношение и ты! - новая неожиданная мысль пришла Ясу в голову, взгляд мастера стал ищущим и напряжённым. Осмотревшись по сторонам, он шагнул ближе к ржавой решётке. Люди на рынке даже не поглядели в сторону странного монашка, хочет лезть под землю, пусть лезет.
   Лицо с интересом смотрело на его приближение.
  - Люблю иметь к чему-нибудь отношение. Каково а? Удачное у меня утро, вышел, выпил, глянул и уже имею отношение.
  - Действительно каково - задумчиво произнес Яс и присел рядом. Мягко, почти не напрягаясь, он попробовал решетку на прочность. Та была закреплена, но старые камни уже почти не держали её. При желании Яс мог с легкостью выломать ржавые упоры. Всё-таки он, несмотря на свою слабость по сравнению с другими чудовищами Чёрного колдуна, на самом деле был сильнее любого нормального человека.
  - Да ты что ли ко мне хочешь? Только не трогай добро, если каждый будет тут решетки ломать, то ведь от воров потом не спасёшься. Рядом нормальный вход есть. Просто отойди подальше от этой толпы. Недалеко от берега есть каменная горка, из неё ещё старая свая торчит. Уж не знаю, какой идиот её туда вбил. В общем, там дверка, сейчас она открыта, заходи не хочу. Вот ты и заходи, будешь гостем. Только одна вещь. Там крысюк сидит, ты его стукни от меня хорошенько, нечего расхолаживаться, когда вокруг столько жирных кошельков рты пораскрывали.
  - Крысюк? - не понял Яс.
  - Да крысюк - подтвердило чумазое лицо. - Посвящение проходит, ты сразу узнаешь, ни с кем не спутаешь. Вот и стукнешь по ходу дела.
  - Стукну, стукну - поворчал немного Яс и стал протискиваться сквозь толпу в указанном направлении. Действительно вскоре он увидел каменный холмик с одиноко торчащей железной сваей. Ветер и время покорежили её, но вода ни следа не оставила на ней. Ясно, тут не обошлось без волшебства. Яс пошагал к холмику, размышляя про себя: "Посвящение, крысюки. И что за город, всё какие-то обычаи, странности. Откуда они взяли крысюка для этого своего посвящения?". Вскоре Яс нашел обещанную дверь, и действительно она оказалась открыта. Не долго думая, Яс распахнул её и шагнул внутрь. Там оказалось обширное и довольно тёмное пространство, правда, мастера последнее не особо волновало, ведь он любил темноту.
  Здесь откуда-то несло гнилью, пахло речной водой и рыбой, и было слышно, как кто-то скребётся далеко-далеко. Судя по тому, насколько далеко, там скреблась совсем не крыса, а какая-нибудь гадость размером с лошадь. Вблизи же Яс учуял кого-то живого поменьше. Странный запах, совсем нечеловеческий, но очень знакомый Ясу. Поначалу его это знакомство смутило, и тут догадка заставила мастера встряхнуться. Старые воспоминания влезли в его мысли, старые воспоминания, и старый голос Чёрного колдуна создающего очередного раба: "Безмозглая тварюшка. Ну ладно, полы драить и такой сойдёт".
  Тут, рядом в полумраке действительно стоял крысюк из Одинокого Шпиля. Чумазый из подземелья вовсе ничего не привирал и не ругал кого-то. Крысюк он и в Ароне крысюк. Яс не мог понять, как добралось сюда подобное существо, как ей хватило разума и воли совершить столь длинное путешествие. И, тем не менее, рядом с кузнецом стоял крысюк. Видно тот самый, который проходил посвящение и которого просил немного попинать чумазый из подземелья.
  - И кого это несёт? - Писклявый голосок развеял последние сомнения. - Мало нам тут своих уродов, ещё и чужие приперлись...
  Дальше крысюк тему развить не успел, поскольку Яс его пнул, пусть и не без отвращения, но всё же пнул. И испытал при этом чувство похожее на то, когда давишь жирного переевшего помоев таракана. Крысюк крякнул, а потом заговорил снова, теперь приветливее. Впрочем, Яса этому не удивился. Слуги-крысы в замке Одинокий Шпиль всегда отличались понятливостью к тяжёлым аргументам.
  - Всё я понял, не дурак. Уже иду... - даже не договорив, крысюк поспешил на улицу, да ещё с такой скоростью, что чуть не сбил мастера-кузнеца с ног.
  - Спеши, спеши - пробурчал ему вслед Яс и сам поспешил, только не на улицу, а вглубь странного подземелья. Оно оказалось не так темно, как ему подумалось сначала. Здесь были сотни дыр, через которые пробивался солнечный свет, повсюду текли ручьи из отбросов и гнилой воды, а где-то дальше чувствовалась и более свежая вода. Река под землёй была значительно шире, чем она казалась с набережной.
  Яс спешил, теперь у него накопилось вдвое больше вопросов, и он опасался, что странный обладатель чумазого лица не станет его ждать, убежит, или просто уйдёт, проявив нетерпение. Кто его знает, чумазого.
  - Смотри не споткнись, - знакомый грубый голос развеял страхи-сомнения Яса. - Так бежишь, что того и гляди, растянешься на полу, попробуешь на вкус нашу местную слизь. Её много тут накопилось за последние годы.
  Действительно, на всех камнях вокруг растекалась жирным потёками блёклая слизь, она пахла почти неуловимым запахом моря и соли. Откуда она здесь взялась, задумался мастер, и тут же чуть не растянулся на полу, как и предсказывал чумазый. В монашеской робе попытки удержаться на ногах похоже выглядели особенно смешно. Подземный собеседник долго смеялся, выдавая на каждый скользящий финт Яса прибаутки своим хриплым голосом. Сам обитатель городских подземелий сидел на каменной полке, она и позволяла ему без особых усилий рассматривать через зарешеченную дыру рыночную площадь снаружи. Полка была единственным относительно чистым местом в этих катакомбах. На ней даже камень блестел отполированный многочисленными штанами, что просиживались здесь.
  - Поздновато ты меня предупредил добрый человек о скользких полах. - Яс, наконец, сумел обрести равновесие. - Но и на том спасибо. - Ему, несмотря на все насмешки, пока не хотелось устраивать ссоры, чумазый человек, мог быть тем самым знающим человеком, который видит и слышит всё и обо всех, в том числе о нужных беглецам заклинателях. - Теперь мы можем поговорить нормально.
  - Нормально? - Ухмыльнулся чумазый. - А до этого мы как говорили?
  Яс чуть не разозлился. Чуть, но не зря он считал себя вполне уравновешенным существом, с другим характером он никогда не стал бы мастером. Вместо ругательств, он просто вздохнул, собрался с силами и снова заговорил.
  - Ты же сам говорил, что тебе не нравится разговор через решетку.
  - Да, не нравится, - чумазый человек закивал, - ой, как не нравится. В своё время столько наговорился через решетки, мне теперь тех бесед до конца жизни хватит.
  - Ну вот, значит сейчас, когда я внизу, разговор у нас более нормальный. И для тебя нет особых неудобств, и для меня тоже, - при последней фразе Яс невольно поглядел под ноги, там призывно поблескивал солёная слизь. Даже стоя на месте, не двигаясь, он ощущал насколько всё тут скользко.
  - Ты прав. Но время идёт. И теперь, когда мы уже поговорили, посмотрели друг на друга, пожалуй, пора и заканчивать. - Чумазый зашевелился, видимо собираясь сползать со своей полки.
  Яс фыркнул, похоже, обитатель подземелья его ни во что не ставил. Не удивительно, раз он общался с крысюками, то теперь его чудовищами не напугаешь. Кстати насчёт крысюка...
  - Постой. Не спеши. А откуда этот твой крысюк взялся, что посвящение проходит? - Яс не хотел задавать этот вопрос, ведь он искал совсем другое, но в нём проснулось любопытство. - Разве эти мелкорослые недоумки способны что-либо проходить?
  - О, - чумазый застыл, так и не поднявшись с полки, - я вижу, ты знаешь о подобных тварях. А я то думал тебя удивить.
   Яс понял, что действительно зря задал свой вопрос. Зачем раньше времени раскрывать все свои карты.?
  - Значит, ты бывалый. И хочешь задавать вопросы, - начал размышлять вслух чумазый. - Вопросы это хорошо. Знания сила. Но нам всё это надо уравновесить. Чем ты заплатишь мне за ответы?
  Яс вспомнил о своих пустых карманах, вспомнил, как ещё утром думал о золоте. Предчувствие, не иначе. Чумазый человек посмотрел, как Яс отводит глаза, вздохнул:
  - Ну что ж, тогда решим по-другому. Мне тоже нужны знания, вдруг что-нибудь да пригодится. Давай так. Я тебе вопрос, ты мне ответ. Ты мне вопрос - я тебе ответ. Честно и взаимовыгодно. Согласен?
  Яс не знал, какие такие ответы может с него потребовать чумазый бродяга, но мастеру все равно нечего было скрывать.
  - По рукам, - протянул он вверх, с места где стоял, свою ладонь для рукопожатия.
  Чумазый впервые увидел истинную длину и гибкость рук Яса, бродяга даже присвистнул от удивления.
  - Руки у тебя гуттаперчевые, вытягиваются сами по себе что ли? Но была не была, сам предложил. По рукам. А теперь вопрос. Много ли ещё таких, как ты в городе или же за его стенами?
  И снова Ясу пришлось чесать затылок. Но каков вопрос, таков ответ:
  - Ни одного не видел - вполне честно и вполне удовлетворительно, по правде говоря, таких, как Яс, Чёрный колдун вообще не делал, оно и понятно, делай не делай, а мастерами они от этого не станут. - Теперь мой вопрос. Ты выглядишь как знающий человек. Наверное, в Ароне другого такого и нет.
  Чумазый человек улыбнулся.
  - Спасибо за столь щедрую оценку, но в чём вопрос-то?
  Яс не хотелось открыто признаваться, что он ищет магов-заклинателей, и не простых любителей, а действительно серьёзных специалистов. Подземные любитель знаний слишком хорошо умел сопоставлять факты, и кто знает, с кем бродяга будет разговаривать на следующий день. Незачем лишним людям знать о Ясе и его поисках. Но как спросить, не выдавая интереса?
  - В Ароне, наверное, много интересных мест...
  - И?
  - Ты же сам видишь, я не местный. - Бродяга, услышав такое, ухмыльнулся, мастер же продолжал. - Я первый раз в столице. И столько слышал о здешних магах. А мне колдовское дело всегда интересно. Каковы же на деле маги Арона?
  Чумазый человек приподнял брови.
  - Хитёр. Вот это вопрос. Прийти в Арон и спрашивать о его магах. Что, колдуны за городом заинтересовались магическими гильдиями?
  Яс сделал безмятежное лицо, рассматривая, как по стене рядом с ним ползёт мокрица.
  - Ладно, ты прав, - чумазый не обиделся. - Уговор дороже денег. Сначала ответ, а потом уже вопрос. Значит, каковы на деле маги Арона? Это, смотря с кем сравнивать. Маги друг на друга не похожи. Один может одно, другой другое. Всё зависит от интересов. Если бы ты не таился, и рассказал бы мне подробнее о своих интересах, я, может быть, рассказал бы тебе больше.
  Чумазый, приподняв брови и улыбнувшись, посмотрел на Яса, а тот всё никак не мог отвлечься от созерцания мокрой стены перед собой.
  - Может, ты приехал в Арон изучать его канализацию? Об этом я тоже много могу рассказать. Какие именно моменты тебя интересуют?
  Яс больше не мог, он умоляюще поднял руки. Ведь бродяга, похоже, на самом деле собирался начать ему повествование долгой истории существования городских акведуков, каменных трубопроводов, не останавливаясь перед техническими сложностями подобного описания.
  - Хорошо, хорошо. Я спрошу более подробно. Не знаешь ли ты где можно найти в Ароне магов-заклинателей, и о том, какими заклятиями они занимаются, сколько берут за свою работу, и...
  - Постой, "и" спросишь потом. Ты задал три вопроса, да забыл при этом выслушать три моих.
  - Согласен, однако, и ты мне пока ничего толкового не рассказал.
  - Пат. Но я начинаю говорить. Ты слушай и запоминай, ведь переспрашивать у нас нельзя. То будут уже новые вопросы по новому счёту.
  Чумазый говорил много, его обильное словоизвержение было переполнено лишними подробностями, вроде описания того, как иной незадачливый маг вместо толкового снятия заклятий, переносил его на себя, и какой смех из всего этого получался. Вообще, по словам обитателя водопровода, в Ароне и вовсе не встречалось толковых магов. Все они, так или иначе, страдали от различных недостатков, просто иногда на их изъяны можно было не обращать внимания, иногда же требовалось прямое вмешательство Совета колдунов, а ничего хуже в этом городе и представить себе не могли.
  В целом Яс понял одно. В городе живет немало магов и ко всем, как и думал Яс, попасть можно только через специальных людей, поскольку маги не занимались открытой коммерцией. Торгашества не поощряли как их собственные гильдии, так и Совет Колдунов, не желающий излишнего распространения магии в этом и без того переполненном колдовством городе. Маги ничего не могли поделать с Советом, в своё время они уже проиграли одну войну колдунам, после второй они могли бы вообще исчезнуть с лица земли. Потому и появились новые правила в уставах магических гильдий и с тех пор маги старались как можно меньше иметь дело с тем, что могло касаться колдунов.
  Услышав последнее, Яс задумался, всё-таки Коэсса создана Чёрным колдуном. И хотя сейчас он мёртв, остаётся вопрос, решатся ли маги взяться за дело связанное со столь могущественным колдуном. Но вслух Яс ничего не сказал и лишь внимательно выслушал один адрес, который дал ему чумазый, адрес и нужные слова, пароль. Без них знакомый маг чумазого бродяги вряд ли согласится общаться с чужими, и неважно кто они - чудовища или люди. А брал за свою работу маг, когда как, всё зависело от того, насколько интересен был клиент и его особый случай. Единственное, что мог прояснить подземный всезнайка, маг ВСЕГДА брал свою плату, будь то золото или же некие услуги. На этой ободряющей ноте чумазый закончил свой рассказ. Теперь наступила его очередь задавать вопросы.
  - Поймал ты меня на первом вопросе, - признался чумазый, - а я ведь всего лишь хотел себя да товарищей подстраховать. Ну, делать нечего, спрошу теперь по-другому. Вот мой первый вопрос. - Чумазый немного помолчал, звучно поскрёб себе грудь, чуть не разорвав свой гнилой кафтан, а затем спросил. - Скажи-ка мне монашек, каково жить в тех краях, откуда ты пришел?
  - Вот так спросил, - крякнул Яс, а чумазый от удовольствия захихикал. - Каково... Сказал бы я каково, да только я там больше ни живу. Да и по мне там уже никто не живет. Думаю сейчас там жить ну очень нехорошо. Больно много всякой твари бегает. А вообще мне там жилось также как и тебе здесь. Тоже подземелье, ну только, наверное, несколько чище. Без слизи, - при последнем слове Яс брезгливо поглядел под ноги. - Заканчивая, могу сказать, люди там больше не живут. Это ты мне поверь, - последнее Яс мог бы и не говорить, но зачем зря таится, ведь бродяга был с ним довольно честен. - Гибнут люди, исчезают деревни, сплошное разорение, и не думаю, что Арон сможет долго оставаться в стороне. Вот и весь мой ответ.
  Чумазый, выслушав Яса, задумался, похоже, обитатель подземелий не ожидал подобного.
  - Значит, говоришь, приближаются тяжёлые времена. Да-а-а... Хотя, наверное, мог бы и сам догадаться. Ведь не зря в городе появились крысюки. Просто так подобные вещи не случаются. Хорошо, буду иметь в виду. Теперь мой второй вопрос. А в чём состоит твой интерес к посольству общинников, что ты о них знаешь?
  - Ты тоже хитришь, сразу два вопроса в одном, да ещё каких вопроса.
  Пришлось и чумазому сегодня разводить руками.
  - Виноват. Согласен. Давай решим так. Отвечай мне на эти вопросы и всё, мы в расчёте. Я полагаю, на сегодня ты уже удовлетворил свою жажду знаний, новых вопросов не будет. И значит, ты сейчас отвечаешь, и мы оба довольные расходимся, никто не в обиде, никто не замышляет зла. Идиллия. Тебе нравится моя мысль?
  В размышлениях бродяги был свой резон. До этого Яс и не думал, а как они будут расходиться после разговора. Вроде бы мелочь, но если задуматься поворачиваться-то придётся спиной. А чумазый оказывается осторожен, впрочем, на его месте Яс был бы таким же. Всё-таки когда разговариваешь с нечеловеком трудно всё предсказать заранее.
  - Отличная мысль, - согласился мастер, - а теперь к вопросу насчет общинников. Зря ты думаешь узнать чего-нибудь от меня. Я в делах политики полный ноль. Ты уж сразу бы спрашивал у колдунов. Они-то наверняка знают, зачем общинники прислали посольство.
  - А если более прямо?
  - Более прямо всё просто. Мне интересно посольство, но если ты слышал о магической интуиции, то можешь считать, что мой интерес связан именно с предчувствием. Не больше и не меньше. А о княжествах я знаю столько же, как и ты, лишь общие слухи. В тех краях, где я жил последние годы, общинники мало известны и неинтересны. Там всегда существовали более насущные проблемы, чем проблемы политики, - сказав это, Яс вспомнил, свою жизнь в мастерской, свою работу. Странно, сейчас воспоминания уже не вызывали в нём такой тоски, как это было поначалу. Нынче, поглядев на мир вокруг, Яс понял, что у жизни в подземелье имелись свои изъяны. Хотя разве можно считать недостаток недостатком, если не знаешь о нём?
  - Значит магическое предчувствие. Тоже неплохо. Может и правду говорит молва. - Бродягу нисколько не расстроило незнание Яса, скорее наоборот, это как будто дало ему пищу для размышления.
  - Какая молва? - ненароком спросил Яс, и тут же осекся, ведь они договаривались, что вопросов больше не будет.
  Но видимо область слухов не относилась к сокровенным знаниям. Чумазый охотно поделился жвачкой для мозгов.
  - Говорят, общинники сговорились с кем-то в городе и не хотят больше жить вместе с Гооб. И то и другое звучит очень странно. Кто мог сговориться с столь непонятными людьми как общинники, и как вообще княжества могли додуматься об отделении от Гооб. Может, их на это смерть Единого колдуна подвигла? - Чумазый хитро взглянул на Яса, но тот как стоял, невозмутимо слушая, так и остался таким же невозмутимым, даже чересчур невозмутимым, бродяга лишь удовлетворительно хмыкнул. - Хочешь ещё слухов? Второй слух - скоро всем общинникам придёт конец, вот они и собираются вместе, волнуются, да только если Совет решит, кто же его остановит?
  - Как это конец? - опять не сдержался Яс.
  - А вот об этом даже шептаться опасно. Лучше и нам помолчать, если не хочешь узнать каковы заплечных дел мастера в Зимнем Солнце. - Бродяга усмехнулся и жестом показал петлю у шеи. - Вообще, заговорились мы с тобой, пора и честь знать, меня дела ждут. Да и тебе лучше лишний раз не показываться в городе. Может для кого ты и похож на человека, но опытный глаз всегда разберётся, что к чему. Ты лучше не ходи где попало, хорошо я сегодня тебя увидел, а вот попался бы ты тем, которые к северу от порта обретаются, те бы так легко тебя не отпустили. Они на днях уже прирезали пару крысюков, когда те сюда полезли с реки.
  - С реки полезли? Они же плавать не умеют.
  - Всякий научится плавать, если прижмёт, а их, похоже, прижало. Вот и полезли. Ты все равно мой совет не забывай, не все в Ароне такие добрые какими кажутся. А теперь прощай. Поговорили мы и славно, пойдём же каждый в свою сторону, - закончив говорить, чумазый спрыгнул с полки и оказался рядом с Ясом. Рост его чуть ли не вдвое превышал рост Яса, да только страшно худой он был, кости выпирали, ключица, ребра были заметны даже будучи скрыты под его рваниной. Яс поглядел на возможного противника, хмыкнул и отошёл в сторону, уступая дорогу. Бродяга улыбнулся, немного поклонился и убежал. Яс ещё некоторое время слышал шлепанье его ног по лужам подземелья, а потом всё стихло. Наверное, чумазый поднялся через одну из тех дверей, про которые он упоминал в начале разговора.
  Яс вернулся в старый форт раньше, чем думал. Больше не оставалось нужды в бесцельном блуждании по городу, нужно было искать подход к магу-заклинателю, и если тот хотя бы вполовину так капризен, как описал чумазый всезнайка, то беглецам придётся нелегко. А в крепости творились непонятные вещи. Вместо тишины и пыльного спокойствия кузнеца встретила странная деятельность, которую вдруг начал развивать оставшийся дома Эйрик. Электрический демон был столь занят своим непонятным и шумным делом, что даже не сразу заметил появления мастера-кузнеца. Яса заметила Страж, она тоже вернулась в форт и теперь занималась тем, что рассматривала, как метает свои молнии Эйрик.
  - Чем он занимается? - тихо, вполголоса спросил Яс у Коэссы. Он сам не знал, почему шепчет, деятельность Эйрика вселяла в него робость.
  - Я сама не могу понять. Я вернулась ещё в полдень, - Коэсса тоже шептала, будто настроение кузнеца передалось и ей, - меня чуть не раскрыла охрана, когда я рискнула подойти ближе к особнякам в центре города. Мне пришлось бежать, я вернулась в форт и спросила у Эйрика совета. Он же вдруг начал что-то конструировать, нечто магическое, способное помочь нам. С тех пор это всё и продолжается, а я лишь зрительница, сижу и рассматриваю, как он работает.
  - Но нас же так могут увидеть, не всякий день с заброшенного форта вылетают молнии! Да и не нужны нам никакие магические инструменты, я уже узнал всё необходимое. - На самом деле мастер сначала сомневался в том стоит ли рассказывать Коэссе о том, где и как можно найти нужного им мага. Да теперь отмалчиваться было поздно. Стараясь особо не вдаваться в подробности, мастер рассказал Коэссе о своём разговоре в канализации Арона. А, закончив, Яс вдруг обнаружил рядом тихо парящего Эйрика. Электрический демон прекратил всю свою деятельность и тоже внимательно слушал кузнеца.
  - Это отличная новость! - обрадовалась Коэсса. - Надо немедленно идти к магу.
  Она действительно чуть не сорвалась с места, но Яс успел схватить её за руку.
  - Постой, куда ты пойдёшь, ведь на дворе ночь. Маг вряд ли обрадуется нежданному визиту в темноте. И даже пароль тут не поможет. Да и, кроме того, нам же нечем ему заплатить! - Высказав, наконец, то, о чем он размышлял в последние дни, Яс почувствовал облегчение. И почему он не заговорил об этом раньше?
  Коэссе не хотелось разговаривать о золоте, но она не могла не признать правоту Яса. Выход предложил Эйрик.
  - Завтра вы все равно отправляйтесь к этому магу. Вдруг выйдет толк, и договоритесь без денег. Но, а я пока все равно, на всякий случай буду создавать то, о чём просила меня Коэсса. Если маг откажется помочь, то моё устройство можно будет использовать для нового поиска. И затем, при должной доработке и для ещё более серьёзных вещей
  - А что ты создаешь Эйрик? - не удержался кузнец от вопроса, но Эйрик не слышал его. Электрический демон медленно плыл по воздуху прочь, продолжать работу, начатую днём.
  - Разве название важно, Яс? - Вступилась за Эйрика Коэсса, - главное это может помочь нам. И всё. Обойдёмся без лишних имён.
  Яс молча посмотрел на неё. Для него названия всегда были важны, не зря же он звался мастер-кузнец. Но пока он решил потерпеть, Эйрик не сможет долго отмалчиваться, такова природа электрического демона. Чёрный колдун не любил, когда его инструменты имеют собственную силу воли. Сейчас, после смерти колдуна, Эйрик несомненно стал более защищен, но даже так вряд ли он сможет долго сопротивляться вопросам Яса. Которые кузнец начнёт задавать завтра, так уж и быть, именно завтра. Сейчас же настает ночь и нужно отдыхать. Завтра у них будет очень напряженный день.
  
  Глава 10
  Трог в задумчивости теребил повязку верности на руке. Эта грязная тряпочка была для него загадкой. С виду совершенно неказистая, а на деле серьёзный повод для верности Маргобу. Как бывшая тюремная крыса смогла создать подобное, да ещё и в таком количестве? Каннибал наделил повязками верности почти всех в своей армии. Лишь Глаз да ещё парочка чудовищ не имели повязок. Трог вздохнул. Жаль, он не в числе этих счастливцев. Разве бы он сидел сейчас здесь, посреди безумной армии чудовищ, перед которой стоит не менее безумная цель - Арон. Именно туда стремился Маргоб и его, похоже, совершенно не волновало, что у жителей Арона может быть своё мнение на сей счёт. Трог снова вздохнул. Он не видел выхода, город колдунов пугал его, но пути назад не было. И не с кем даже поговорить об этом. Почти не с кем.
  Трог посмотрел, как недалеко, у небольшой искривлённой сосны, парит Глаз. Как ни странно, но Трог понял, что за прошедшее время сдружился с этим странным существом, хотя Глаз и был самым непонятным солдатом в их армии. Чего стоили одни только его размышления о собственном происхождении. Трог уже почти научился слушать их, но все жё порой срывался, не выдерживая нечеловеческой логики Глаза, его странных рассуждений, где даже слова не всегда означали то, что должны были бы значить. Но стоило только Трогу хоть чуть чуть проявить злость, как всё прекращалось. Глаз обладал самой лучшей интуицией в их армии, не зря он всегда, с железным успехом, пропадал перед боем. Ещё ни одна опасность не застала его врасплох, пусть даже она заключалась в ворчание зелёного карлика Трога.
  - И зачем ты летишь с нами? - снова, почти по привычке, спросил Трог у наблюдателя. - Маргобу тебя не удержать. Ему ещё далеко до Чёрного колдуна. Тебе стоит лишь захотеть уйти, и ты свободен.
  - Часть его облика уже такая же. - Глаз снова говорил непонятное. При этом он продолжал вращаться на полянке, рядом с больной сосенкой, а его голос, как всегда возникал сам по себе, то громкий, то тихий, звучащий словно из ниоткуда. - Я смотрел на Нового Хозяина. Он выглядит правдивым. Если кто и сможет показать мне моих сородичей, то лишь он.
  А Трог и не ожидал услышать что-нибудь другое. Наблюдатель предсказуем. Так же как и новое оружие бывшего Хранителя. Удар и смерть. Отличная вещь. Трог поднял лежащий рядом топор. Его трофей после сражения со Сциинами. Не очень большой, удобный. И в отличие от своих собратьев военных топоров давал не только тяжесть удара, сохранялась и скорость, смертоносное сочетание.
  У Сциинов вообще оказалось неплохое вооружение и боевые навыки. Если бы они не поддались на уловку Трога, кто знает, может сейчас голова Хранителя служила бы какому-нибудь Сциину трофеем. У этих черепоголовых вообще наблюдалась страсть к отрубленным головам, а когда эти головы столь экзотические как у чудовищ из армии Маргоба, страсть вырастала просто до исполинских размеров. Некоторые Сциины, когда считали, что побеждают, стали отрубать головы врагов, ещё не оправившись от боя. Они сильно удивились, когда среди них вдруг возник Грызун. Огромное чудовище растоптало замешкавшуюся пехоту Сциинов, лишь некоторые успели бежать в лагерь. А там их приветствовал Паук. Это был полный разгром. Трог даже сейчас вспоминая все детали, чувствовал, как его распирает от гордости. Давно ему не приходилось так сражаться, и давно Трог не одерживал настоящие победы. Пусть даже он сделал это для безумца-Маргоба, но зато как сделал. Трог улыбнулся, настроение у него вдруг улучшилось, он забыл о повязке верности на руке. Наступал новый день, и ему предстояло много работы. Их ждал Арон. Трог взмахнул трофейным топором. Свист, дряхлый пень рядом разлетелся в щепы. Славное оружие.
  - Мне надо как-то назвать его. Скверно если у одного из командиров армии оружие не имеет собственного имени. Особенно когда оружие настолько хорошо, - задумался вслух Трог, с улыбкой разглядывая, как играют блики на остром лезвии топора.
  - Он уже пережил немало имён. - Глаз подлетел ближе. - Его лезвие многое видело.
  - Тебе-то откуда про это знать? - Задал Трог вопрос, ответ на который он и так знал заранее. Видит, что здесь может быть нового. И точно:
  - Вижу, - Глаз действительно так предсказуем. - Как ты его не назовешь, имя у него все равно будет своё.
  - Это ещё почему? - всё-таки Трог не смог сдержать удивления.
  - В нём есть нечто, мне трудно разглядеть суть, поскольку оно связано со Сциинами, с их магией. Ясно лишь одно. Враги твой топор всегда будут называть его собственным именем, и не важно какая кличка ему прилеплена хозяином.
  - Да? - Трог с уважением посмотрел на топор, надо же, оружие с характером. - Но тогда подождём боя. Когда я услышу крики врагов, я буду знать его имя.
  Боя не пришлось ждать долго.
  Маргоб пытался подобраться к Арону со стороны реки, там, где давно всё поросло пойменными лесами. Раскинувшиеся там полутопи были почти непроходимы, здесь деревья росли друг на друге. Старые коряги, принесенные сюда весенними наводнениями, были покрыты молодой древесной порослью. Всё это переплеталось между собой, и порой трудно было разобраться, где же здесь верх, а где низ, где жизнь, а где труха.
  Поход чудовищ здесь начался с того, что пара крысюков ползая среди зарослей, случайно вызвали небольшой обвал. Берег реки вокруг больше походил на обрыв. Всюду торчали корни деревьев, а далеко внизу виднелось множество полузатопленных древесных остатков. Когда-то они спокойно росли на берегу, позже река смыла их, стала шире и медленнее, как и следует порядочной большой реке. Крысюки не видели обрыва, они выползли почти на самый край, когда земля вдруг поползла. Оба оказались в воде, даже не успев толком пикнуть. Крысюки не умели плавать, а спасать их было некому. Все остальные ещё только ползли сквозь заросли. Да и не хотел здесь никто никого спасать. Так их армия понесла свои первые потери около великого Арона. Трог тоже находился в том злосчастном авангарде и странное дело. Когда шедшие впереди крысюки упали в воду, он хотел было помочь им, как вдруг он увидел нечто непонятное. Там, на середине реки плыло большое бревно. И оно не пустовало. На нём сидело двое крысюков. Пока Трог размышлял, галлюцинация у него или нет, всё закончилось. Упавшие утонули, а плывшие скрылись за поворотом реки. Трогу не с кем было обсудить увиденное, Глаз сейчас находился в центре их растянувшегося отряда, а разговаривать с крысюками или со слизистыми ящерицами было бесполезно. Эти существа могли только хихикать, когда с ними разговаривали не слишком строго, и шипеть, когда наоборот.
  После того происшествия дела у них пошли немного лучше. Все потихоньку входили во вкус ползанья по грязным кустам, разве только страдали Держатели. Эти псевдопризраки на то и были псевдо, они плохо просачивались сквозь материальные предметы, и совсем не могли так юрко ползать, как ящерицы и крысюки. Из-за этого они потихоньку все оказались в хвосте их армии, там, где плелся переевший накануне Грызун. Держатели большим вонючим хвостом колебались позади чудовища, которое буквально на глазах создавало себе дорогу, не особо страдая, если на пути попадались большие деревья. За Грызуном оставалась широкая просека, настоящая дорога по которой струились сплошным потоком Держатели, Паук со своими прихвостнями и высшее командование их армии Маргоб с Агнариром. Трог понял ошибочность подобного марша, когда начался бой. Все самые боеспособные солдаты их армии находились далеко позади, а ему, вместе с жалким авангардом из крысюков грозило форменное истребление.
  Они как раз вышли к одной поляне, нежданно вдруг возникшей посреди этого бесконечного леса. Если конечно можно называть поляной то, что открылось перед ними. Трава здесь достигала трёхметровой высоты, и её заросли сплетались не хуже, чем те джунгли из молодых деревьев которые остались позади. И большая часть травы являлась крапивой. В растерянности Трог разглядывал возникшее перед отрядом препятствие, как вдруг из травы вылетело короткое копье. Оно воткнулось над самой головой Трога, в том самом месте, где у него было бы сердце, будь Трог нормального человеческого роста. Вслед за копье появился и его обладатель, дюжего роста мужчина, одетый в калейдоскопную смесь разноцветных шкурок. В его костюм входили почти все лесные обитатели, начиная с белки и кончая крысами. С рёвом охотник бросился было в бой, как вдруг увидел тех, на кого напал. Похоже, до этого он ориентировался только по звукам, и копьё тоже кидал на звук. В глазах нападающего читалось удивление. Трог был не так обескуражен, в конце концов, ведь они шли сражаться, и значит не страшно, если бой начнется немного раньше. Так ему подумалось вначале.
  Потом, когда бывший хранитель обнаружил, что на поляне гораздо больше врагов, чем ему показалось вначале, он призадумался. Трог начинал уставать от сражения. Вокруг него оставалось всё меньше и меньше крысюков, какие убиты, а какие просто бежали, не выдержав натиска неожиданных врагов. Только Трог и сражался сейчас. Он сам не помнил, сколько осталось позади него трупов, он вообще почти ничего не помнил, лишь только махал и махал своим новым топором, будто уже не он управлял своим оружием, а оно им. Топор вёл его в самую гущу боя, туда, где можно выпить больше крови. Смертоносное лезвие больше не блестело, оно почернело от вражеской крови. В какой момент один из нападавших упал перед Трогом, карлик с рёвом бросился вперёд, его не остановила беспомощность врага.
  - Кровопийца, кровопийца, - завопил тот, закрываясь руками от неминуемого удара. И Трог остановился, опомнился. С удивлением он посмотрел на лежащего, потом на свой топор.
  - Так вот как тебя зовут, - тихо прошептал он, и бой вокруг словно затих, не слышно было даже упавшего рядом врага. - Кровопийца. - И лезвие из-под корки запекшейся крови подмигнуло хозяину солнечным бликом. - Кровопийца! - повторил Трог громче, его руки крепче сжали рукоять, и он снова посмотрел на лежащего перед собой человека.
  Странно, тот уже не шевелился. На мертвеце не было ран, просто труп в лоскутной меховой одежде. Трог посмотрел вокруг, пытаясь понять, оценить ситуацию. Враги бежали, но не маргобовские солдаты гнали их прочь. Нападающие разбегались как тараканы без всяких видимых причин.
  Трог устало опустил топор. Бывший Хранитель по сути готовился к смерти, ведь их побеждали. Что происходит? Трогу показалось, как нечто мелькнуло в небе, нечто радужное, он пригляделся, но так и ничего не разглядел. А бой между тем закончился. И первым признаком окончания стало появление Глаза. Наблюдатель медленно влетел на основательно вытоптанную поляну и остановился рядом с Трогом.
  - Они забыли о преграде. Увлеклись боем и забыли посмотреть вперёд.
  - Куда вперёд? Кто "они"? - с Глазом никогда ничего нельзя было понять с первого раза.
  - Я не вижу кто они такие на самом деле. Я лишь вижу, как давно они здесь. Настолько давно, что колдуны в городе про них всё знают. Вокруг Арона преграда и она ловит как раз таких, как они.
  - Преграда? - Трог посмотрел по сторонам. - Какая преграда? И как она может ловить?
  - С давних пор её можно повстречать здесь. Значит и они, - Глаз качнулся в сторону поверженных врагов, - тут с тех же времён. Странная Жизнь и ловушка видящая только лишь её, ничего более.
  Трог лишь пожал плечами. Ничего так ничего. Главное на чудовищ невидимая преграда никак не действовала. Иначе их здесь уже не было бы.
  Послышался грохот. Ужасный рев сотряс всё вокруг. Похоже, спешила помощь с Грызуном во главе. На всякий случай Трог предпочёл отойти немного в сторону. Мало ли что придет в голову безумному слоноподобному чудищу. И вот сломав последние деревья, на поляне появился Грызун. Недолго думая, гигант схватил ближайший к нему труп сразу двумя своими хоботами, разорвал его, запустил кровавые ошмётки далеко в стороны. Вслед за Грызуном появилась и целая орда Держателей. Отвратительно пахнущие псевдопризраки сплошной грязной рекой вливались на остатки поляны, на те рытвины, которые оставил за собой Грызун. А тот, подрастеряв за отсутствием врагов весь свой воинственный настрой, спокойно выкопал себе небольшую яму неподалёку и улёгся туда. После недавнего кровавого боя игрушек для Грызуна тут набралось предостаточно. Вслед за Держателями возник и командир их армии, Маргоб.
  Трог скривился, всей душой желая оказаться где-нибудь подальше. Снова выслушивать бездарные поучения много чего о себе возомнившего каннибала, это было выше его сил. Но Маргоб, как ни странно ничего не сказал. Он лишь молча огляделся вокруг, осмотрел некоторых из мертвецов, те тела, которые оказались к нему ближе, и дал знак продолжать поход. Маргоб даже не дал сказать слова Агнариру. Слизняк как всегда пытался что-то шипеть на Трога, но Новый Хозяин быстро успокоил его. Трог поразился. Вот чего чего, а такого он точно не ожидал. Маргоб действительно становился похожим на Чёрного колдуна. В нём чувствовалась сила. Откуда? Неужели он действительно наследник? Трог помахал головой, чтобы развеять тревожные мысли. Он и по дереву постучал бы, да только слишком много крутилось рядом свидетелей-доносчиков, надо держать свои эмоции в узде.
  Ближе к ночи их авангард подошёл к стене Арона, к тому месту, где эта стена когда-то была. Сейчас река всё размыла, оставив только намеки на некогда существовавшие укрепления. Вокруг всё поросло лесом, и лишь у самой реки оставалась сторожевая башня с небольшим караулом внутри. Со стражей довольно быстро разобрался Паук, как именно, Трог старался не думать. У бывшего Хранителя имелось множество других дел. В первую очередь нельзя было допустить, чтобы глупые крысюки начали разграблять город. Всё-таки, несмотря на свои успехи, чудовища вряд ли смогут тягаться в бою с колдунами из Совета. Тем более Маргоб, наконец, дал прямые указания о том, что именно они ищут в Ароне. Это был старый заброшенный форт. Зачем он им Маргоб не пояснил и никто не решился спрашивать у него подробности. Старый форт, значит старый форт.
  
  Эта ночь была очень тёмной. Луна пряталась где-то за облаками, там же сияли серебряным светом и звезды. В Ароне господствовала темнота и те слабые масляные фонари, что горели на улицах и на площади перед замком Совета не могли заменить собой ночного светила.
  - Сегодня наше время, - сказал Долин, когда охотники приземлились на полурасыпавшийся парапет стены старого форта. Здесь открывалась площадка, в ней зияло несколько дыр, валялись листья, и просто какой-то мусор, чуть дальше виднелась дверь, ведущая вглубь крепости. Её полукруглый проем был тёмен даже в сплошной ночной мгле. Раньше здесь было что-то вроде решётки, остатки литой зашиты ещё виднелись по краям двери. Короткие, обломанные, почти незаметные прутья, проржавевшие от времени.
  - И надеюсь, это нужное место, - Лоэлину тоже понравилось увиденное. - Надеюсь, маг не обманул нас.
  - Он сказал, придет сюда ближе к полуночи. И тут нам никто не помешает. - Долин огляделся. - Как пустынно... Интересно, когда тут в последний раз появлялись люди?
  Лоэлин не ответил ему. Он неспешно прошёлся к краю площадки и заглянул во внутренний двор форта. Там, в темноте чуть шелестели на слабом ветру деревья. Ночное зрение охотника помогло ему разглядеть их. Во дворе за время разрухи выросла небольшая берёзовая роща. Сейчас листва немного облетела, берёзы готовились к приближающейся зиме. Полог из опавших листьев укрыл старые камни и статуи во дворе форта, спрятал, замаскировал старые скульптуры. Более-менее ясно различим был только старый фонтан, фигура человека лившего воду, с гранитным кольцом вокруг. Ещё во дворе валялись каменные ядра. Их шары были везде, наверное, эти снаряды и разрушали когда-то форт. Может быть...
  Слишком уж смутно знал Лоэлин историю родного города. Колдуны не поощряли лишние интересы, и потому граждане столицы старались не пересекать невидимые границы колдовских табу. Старались забывать о неправильном. Подумав так, Лоэлин невольно вздохнул. Власть колдунов не только лишила его тела, превратив в страшное чудовище. Теперь оказалось, что она лишила его и семьи. Ему не удалось найти отца, хотя, казалось бы, такой именитый клан, каким был его родной клан Ргев не мог просто пропасть в никуда. И всё же это было так. Поиски Лоэлина ничего не дали ему. Охотник лишь потерял время. Клан отныне исчез, будто никогда и не существовало подобной семьи.
  Лоэлин не мог произвести более тщательные поиски, он не мог расспрашивать людей. Но зато он рискнул проникнуть в дом, где некогда жила большая часть людей из клана. Охотник влез в дом, он даже поймал там одного из жильцов, пожилого горожанина. Запуганный мужчина ничего толком не объяснил ему, стало ясно лишь немногое - клан Ргев скрывается, для него настали не лучшие времена. Совет колдунов вообще подумывает полностью уничтожить весь клан. Почему уничтожить и зачем горожанин объяснить не смог, он лишь бессвязно лепетал о своей непричастности к клану, о своей верности колдунам. Похоже, мужчина принял Лоэлина за посланника колдунов. Впрочем, а что несчастный ещё мог подумать, когда среди ночи в его спальню, в его дом врывается вдруг чудовище и начинает допрашивать о бывших хозяевах дома.
  А пока Лоэлин занимался своими поисками, Долин попытался проникнуть в Зимнее Солнце. Точнее он просто посмотрел, какая там защита. В отличие от городских стен, дворец Совета колдунов охранялся очень тщательно, повсюду находились стражники, и это была только видимая часть охраны. Ведь без сомнения существовали и магические стражи, ловушки, запоры. Долин не решился напрямую лететь во дворец, слишком рискованным представлялось такое мероприятие.
  В конце концов, Долин, рассудив логически, решил связаться с одним из колдунов через его слуг. Все колдуны Совета имели собственные знаки, знамёна, и у всех у них были резиденции в городе. Охотник не знал, какой из колдунов может помочь им, и решил действовать почти наугад, опираясь только на неполноценные логические выводы из того знания о колдунах, что у него имелось. Он знал второе имя Чёрного колдуна - Единый, это значило, что в Совете колдун занимал центральную позицию, скорее всего, выступая за единство Гооб. Следовательно, врагами его могли выступать колдуны-единоличники, те колдуны, которых больше интересует собственное могущество, а не могущество Совета колдунов. И выходит, Долину подходил любой колдун, молва о котором гласила бы обратное. Незамкнутый, без неприятных тенденций загребать всё под себя и который тоже бы провозглашал единую и неделимую Гооб.
  Трудно было найти колдуна, отвечающего всем требованиям. Долину пришлось для начала поймать нескольких горожан, чтобы провести тщательный опрос на тему слухов о колдунах. Если бы он знал, что Лоэлин в это время занимается тем же самым. Испуганные люди не могли ничего толком рассказать чудовищу. Лишь с большим трудом Долин стал представлять картину характеров заседающих в Совете колдунов.
  И затем он выбрал нужного, Стерегущего моря. Про данного колдуна почти не ходило дурных слухов, и он явно выступал за единство Гооб. Стерегущий море мог стать хорошим союзником в поисках убийц Чёрного колдуна. Уже вдвоем с Лоэлином они сумели договориться о встрече с одним из помощников Стерегущего море. То был маг, похоже, предавший интересы магических гильдий и ныне служивший колдуну. Через слуг в резиденции колдуна маг назначил им ночную встречу в старом заброшенном форте, у излучины реки Ар. Почему помощник не захотел встретиться с ними в резиденции колдуна, и почему он вообще выбрал столь отдаленное место, было не совсем понятно. Но выбора у охотников не оставалось, им пришлось согласиться на все условия капризного посредника.
  - Неплохой форт, - Долин тоже осмотрел сверху старую крепость. - Удобно стоит, возвышается над портом и излучиной реки. Всякий корабль, что приплывёт с моря, виден отсюда, как на ладони. Почему колдуны забросили это место?
  - Забросили и ладно, нам же лучше. Да и кто сейчас рискнёт приплыть сюда с моря? - ответил ему Лоэлин. - Насколько я помню, там и государств особых-то нет. Жалкие княжества, да несколько баронов-пиратов. Даже и не знаю, есть ли они ещё на белом свете или колдуны их давно к ногтю прижали.
  Долин не стал спорить с другом, разговор не клеился. Слишком велико было напряжение. Оба сами не слушали, о чём говорят, зато их уши ловили каждый звук, каждый шорох в темноте за стенами форта. Охотники не могли дождаться появления помощника колдуна. Вполне возможно сегодня у них решающий день. От нынешней встречи зависело многое, в том числе и то, как может сложиться вся их дальнейшая судьба. Может быть, они обречены скитаться с проклятием Чёрного колдуна, а может завтра оно исчезнет, и они снова станут людьми.
  Вскоре Долин не выдержал, он устал бесцельно ждать на крыше старого форта.
  - Я пойду, огляжусь внутри, - сказал он Лоэлину, тот лишь легонько кивнул в ответ, наверное и не поняв о чём идёт речь.
  Охотник не стал входить через старую дверь с поломанной решеткой. Здесь имелся ещё один вход, деревянный, прогнивший от времени люк. Он был достаточно широк, чтобы протиснуться сквозь него и Долин решил спуститься там. Под люком оказалась гнутая винтовая лестница, впрочем, вполне ещё целая. Она вывела Долина в узкий коридор без единого окошка. В стенах кое-где виднелись выбоины. Наверное, раньше там крепились подставки для факелов. А теперь тут царила беспроглядная темнота. Даже Долин, с его ночным зрением охотника плохо различал все детали.
  Медленно, стараясь не оступиться в какую-нибудь дыру в полу, Долин пошёл по коридору. Было абсолютно тихо, он различал лишь звуки собственных шагов. Вскоре он заметил нечто вроде проема в стене. Заглянув туда, он обнаружил лишь квадратную комнату и небольшую груду трухи на полу. Вода и черви давно уничтожили всё, находившееся здесь. Может, тут стояла кровать, а может, какая-нибудь другая мебель. Кто его знает, все равно всё обратилось в пыль. В углу Долин заметил груду глиняных осколков, наверное, когда-то они составляли собой горшок. Сейчас черепки были здесь самыми узнаваемыми вещами. Охотник направился дальше. Тёмный коридор закончился, когда он прошел шесть таких заброшенных комнат парно расположенных напротив друг друга. Путь дальше преграждала стена, почему-то кирпичная в отличие от каменных стен самого коридора. Наверняка здесь, когда-то находился проход, и позже по неизвестным причинам его замуровали. Долин решил пока не ломать нежданную преграду. Конечно, может там за старыми кирпичами, скрывался клад, но в чём охотник сейчас точно не нуждался так это в сокровищах. Долин постоял у старой стены, подумал и решил вернуться наверх, к Лоэлину. Вдруг маг уже появился. Охотник ушёл, а в самом углу, в пыли, кто-то зашевелился, зашипел и поспешил вниз, в подвалы старого форта. Там уже давно ждали отчёта разведчика.
  В коридоре прятался не только разведчик-ящерица. Туда поднялся и Глаз, пока он не чуял особой опасности, хотя в крепости появились охотники. Они его не видели, и вообще оставалось непонятным, зачем они сюда прилетели. Можно было только подивиться растущей силе Маргоба, который угадал их появление. Наблюдатель неспешно летел следом за охотником, в отличие от Долина он здесь всё прекрасно видел. Глаз вообще день и ночь различал лишь по оттенкам цветов, совсем не замечая свойств темноты скрывать детали под собой. Вот и в коридоре Глаз увидел много больше чем Долин.
  Стены здесь когда-то были покрыты росписью, сейчас краски осыпались, но там, тем не менее, остались следы, слабые, порой почти уничтоженные. Глаз видел, как по стене тянулись нити золота, там когда-то было нарисовано солнце, по другой стене растерта синева, она символизировала реку Ар. Только здесь её название звучало по-другому, больше всего это походило на язык Сциинов, тех самых странных существ, которые так легко могли прятаться от всевидящего ока Глаза. И, тем не менее, рисунки вряд ли рисовали Сциины. Имелось сходство, не более.
  Глаз рассматривал непонятные рисунки ритуалов и жертвоприношений. Вот немного батальных сцен, а вот ещё часть стены просто отдана под какие-то надписи. Причем многие годы назад надписи были скрыты от людей, что ходили по этому коридору, раньше деревянная панель закрывала большую часть стены. Удивительный коридор, здесь находилось нечто больше чем старые спальни. Наблюдатель окончательно запутался, рассматривая рисунки, он даже чуть не забылся и не полетел наверх, туда, где стояли охотники. У самой лестницы он спохватился и повернул обратно. Наверняка, Трог, по приказу Маргоба уже подготовил штурмовые отряды. Скоро начнется бой, ведь вряд ли охотники сдадутся просто так. А там где сражение, наблюдателю не место.
  
  Яс не понимал, что происходит. Эйрик действительно создал нечто, но его творение, скорее пугало мастера, чем успокаивало. Странное магическое сооружение, Эйрик установил его в центральном зале форта, единственном зале, где оно могло поместиться. Громоздко большая и довольно нелепая конструкция и все равно в ней ощущалась сила. Тут был не просто набор магических символов.
  Эйрик сделал машину, даже не смотря на то, что Яс уже нашёл нужного мага. А Коэсса, несмотря на это, почему-то приняла сторону электрического демона, доверяя ему больше, чем неизвестному магу. И нынешней ночью, Эйрик включил своё детище. Все трое в нужный момент находились рядом и потому, когда машина создала магическое поле вокруг себя, они все оказались внутри. Сначала Яс испугался, он пытался выбраться наружу, а магия машины не выпускала кузнеца. Эйрик оставался спокоен и пояснил, что поле само исчезнет, когда машина закончит работу. Им же оставалось только ждать.
  Поле доходило до самых стен зала, и Яс сквозь узкие стрельчатые окна зала мог видеть, происходящее снаружи. Каково же было удивление мастера, когда он разглядел охотников. Зачем они прилетели сюда? И странное дело, они не видели света исходящего от машины, хотя его было немало и более того, машина работала вовсе не бесшумно. А охотники вели себя так, будто они находились в крепости одни. Яс понял, что поле, закрывшее беглецов, тем самым и спрятало их. Это немного успокаивало.
  - Коэсса, посмотри сюда, - позвал он Стража, - у нас гости.
  Та нехотя подошла к окну, сегодня она находилась немного не в духе, постоянные споры с кузнецом не пошли на пользу их дружбе.
  - Откуда здесь крысюки? - удивилась она. - Неужели шли за нами?
  - Какие крысюки? Здесь охотники, а не... - дальше Яс не договорил, он тоже заметил крысюков. Целая свора мерзких созданий кралась по двору к стене, которая могла привести их к крыше с охотниками.
  - Что происходит? Откуда они взялись? - Яс отказывался верить в увиденное, слишком невероятное совпадение. Случайность не могла свести вместе выходцев из Одинокого Шпиля. Здесь чувствовался злой умысел. Кузнец повернулся, подозрение грызло его изнутри. А Эйрик спокойно что-то монтировал возле своей машины, электрический демон будто и не слышал о появлении чудовищ. Яс пытался понять, виновата ли машина Эйрика в происходящем или сам электрический демон, однако мысли мастера смешались. Страхи и опасения не давали сосредоточиться, тем более там, за стеной, назревало нечто действительно грозное.
  
  - Что происходит? - Спросил Долин. - Что-то не так. Что происходит?!
   Лоэлин молча поднял руку, призывая друга молчать. Вокруг действительно было не всё в порядке, царило странное наползающее со всех сторон затишье. Почти физически чувствовалась непонятная угроза. Лоэлин озирался по сторонам похожий на гончую собаку готовую вот вот взять след. Опасностью буквально пахло, и если бы Лоэлин был способен шутить, он сказал бы, что старый форт смердит опасностью, смердит со всех сторон. Даже тихое ночное небо не обещало спасения.
  - Нам надо бежать! Здесь нет никакого мага. Я чую ловушку! - Долин не мог молчать и стоять просто так.
  Недолго думая, он взлетел, Лоэлину лишь осталось смотреть ему вслед. Полёт Долина продолжался очень недолго. Уже на высоте нескольких метров охотник врезался в невидимую преграду, удар был не очень чувствительный, Долина лишь немного тряхнуло и отбросило назад. Лоэлин увидев столкновение, невольно расправил крылья, будто это он сейчас падал на старую крышу форта.
  - Тро-о-о-ог! - послышалось шипение, откуда и кто это шипит, нельзя было понять. - Троо-о-ог! Начинай! - Шипение чуть стихло, а потом приблизилось, зазвучало сильнее - Впе-е-рёд!
  Лоэлин не выдержал. Кто тут не шипел, от него нельзя было ждать хорошего. Лоэлин тоже взлетел, почти не размышляя, что он делает. Раньше, будучи человеком, он мог бы побежать. Сейчас, когда у него прижились инстинкты демона-охотника, он полетел, хищно осматриваясь вокруг, выискивая любого возможного врага. Атаковать, сжечь, разорвать когтями. А рядом, почти над крышей, не забывая о невидимой преграде, кружил и Долин, хрипло рыча, как никогда похожий на чудовище, которое пытался вылепить из него Чёрный колдун.
  Как только взлетел второй охотник тут же из двери, что вела в темный коридор, послышалось:
  - Вперёд, вперёд, вперёд!
  Долин смутно видел фигуру, которая раздавала приказания, и чем больше он всматривался, тем страшнее ему становилось. Фигура в темноте казалась Чёрным колдуном.
  Вверх поднялась зелёная нить, в секунду она обмотала крылья Долина и повлекла его вниз. С трудом ему удалось избежать неконтролируемого падения и спланировать на крышу форта, где он покатился, стараясь избавиться от жгущей крылья нити. Лоэлин, между тем пытался остановить поток хлынувших наверх существ, большая часть из которых были никто иные как крысюки, а возглавлял их достопамятный охотникам зелёный карлик. Сегодня карлик обладал большим боевым топором и являлся самым опасным среди нападавших. Впрочем, не очень долго, через минуту к нему присоединились новые чудовища, страшные, похожие на привидений существа. В темноте же двора внизу Лоэлин к своему ужасу заметил некое движение. Казалось, сама темнота зашевелилась там.
  Лоэлину пришлось приземлиться рядом с другом. Странные зелёные нити, одна из которых сбила Долина, продолжали мелькать в воздухе, их в беспорядке испускала всё та же тёмная фигура, таинственный колдун словно не конца контролировал собственное волшебство. Некоторые нити даже хватали беспорядочно мечущихся крысюков. Под напором врагов Лоэлин отступил к самому краю стены, охотников разделили. А здесь стало понятно и происходящее внизу, там господствовал огромный паукообразный демон, тот самый которого охотники видели в день всеобщего исхода из замка Одинокий Шпиль. Тогда Паук съел солдат Чёрного колдуна, сегодня ему хотелось отведать нечто более специфическое.
  Между тем Долин после удара волшебной нитью не мог толком собраться, он лишь с трудом поднялся на ноги, кое-как отбиваясь от наседающих на него крысюков. Охотник вообще почти ничего не понимал из происходящего. Инстинктивно, вслепую, Долин выпустил струю кислоты. Послышались жалобные крики обожженных крысюков, часть из них посыпалась с крыши, но место павших заняли новые чудовища. Среди них мало было похожих, единственное, что их объединяло - уродливость и безумность.
  Последовали новые атаки, вот до ошеломленного Долина добрался и Трог. На самом деле бывшему Хранителю не особо нравилось происходящее, бой с колдовством начинал походить на избиение. Потребовалось совсем немного сил, чтобы свалить охотника на пол, где его живым ковром приковали к камням крысюки с ящерицами. Трог не стал ждать. Один милосердный удар по голове и на крыше стало на одного боеспособного охотника меньше. Долин лежал без чувств.
  Лоэлин видел поражение друга, но ничего поделать не мог. Держатели окружили его, а ведь они были и крупнее и сильнее крысюков. Лоэлин отплёвывался огнём, создавая вокруг настоящий огненный щит. Уже полыхали деревянные балки крыши, начали шипеть и дымиться перекрытия, поддерживающие каменные стены и потолок форта. Разгорающаяся стихия спасла охотника ненадолго.
  Такие же зелёные нити, как и та, что свалила Долина, устремились и ко второму охотнику. Часть из них двигалась над самой землей, часть летала сверху, но все они шли из тёмного коридора. Пара нитей по пути проткнуло атакующих демонов, но те будто не заметили этого и продолжали бросаться в атаку, правда, теперь кособочась и скривившись. Зелёные нити ударили в шею Лоэлину, но не пробили пергаментную шкуру охотника. Нити лишь опутали Лоэлина, увлекли его вниз, на пол, замедляя движения и не давая ему использовать огонь. Лоэлин все равно отбивался, и Трог не мог подобраться к нему близко, чтобы поступить с ним, так же как и с его другом Долином.
  И тут по стене, наконец, поднялся Паук, хотя конечно от настоящего паука в нём мало что было. Даже лап у него было десять, а не восемь как у нормальных безобидных и полезных паучков. Лоэлин, завидев новую опасность, сумел невероятным усилием подняться на ноги и, хотя нити всё ещё сдерживали его, он спустился с покатой крыши форта вниз, на сторожевую площадку над входом форта. Более маленькая и тесная она могла лучше защитить спину Лоэлина, теперь, когда он остался в одиночестве. На ходу охотник даже успел испытать прочность зелёной нити огнем. Отступая, он смог рассмотреть её ближе. Какое-то странно скрученное растение. Кажется, живое, поскольку, когда огонь попал на него, оно, вдруг задымившись, немного отпрянуло в сторону.
  На большее Лоэлину враги не дали времени. Держатели, для которых было все равно как двигаться, по горизонтали или по вертикали преследовали охотника по пятам. Остальные чудовища, включая Паука, спускались к площадке по старой узкой каменной лестнице. Паук при этом совершенно не считался с остальными, по ходу дела его лапы с хитиновыми шипами на концах проткнули нескольких крысюков, хотя общее их количество от этого все равно не уменьшилось. Лоэлину было не до этой картины апокалипсиса. Он, тщетно пытаясь избавиться от жгучей хватки зелёной нити, прыгнул дальше, вниз, со сторожевой площадки во двор, уже не думая ни о какой стратегии боя. Охотник грузно шлёпнулся о старые камни двора. Ещё один рывок и тут нить наконец-то лопнула.
  Внизу в ноги Лоэлину кинулось сразу двое слизистых существ, даже не крысюков, нечто более мелкое и противное. Он не смог толком рассмотреть их, так стремителен был бросок. Оба вцепились в охотника, напоминая злобных бультерьеров, но не прокусить шкуру Лоэлина, не просто поцарапать они не смогли. Лоэлин немного растерялся от такой странной шутовской агрессии. Он вертелся на месте, пытаясь оторвать мелких чудовищ, теряя драгоценное время. А тут нечто большое мягко спустилось на землю рядом с охотником. И мир застыл для бывшего студента. Медленно, очень медленно Лоэлин поднял голову и посмотрел прямо в фасеточные глаза Паука.
  - Не убивать его! - Послышался гулкий крик откуда-то сверху. - Приказ Хозяина!
  Затем Паук прыгнул вперёд и для Лоэлина наступила темнота.
  
  Узкое окно центрального зала не давало хорошо рассмотреть все детали начавшегося боя. Ясно было одно. Охотники выступали против всех остальных чудовищ наводнивших форт. Двое против многих - на улице разыгрался неравный бой. Яс и Коэсса, застыв, наблюдали за трагедией схватки, зрелище притягивало и пугало. Когда пал первый охотник, Коэсса не выдержала.
  - Надо помочь им. Это несправедливо.
  - Как ты поможешь? Ты хочешь погибнуть вместе с ними? - Яс старался не поддаваться эмоциям. - Да и вспомни. Ты сама сражалась с этими охотниками. Ты не можешь знать, из-за чего всё началось. Нам лучше оставаться в стороне и наше счастье, что нас не видят.
  Коэсса молчала. Она понимала правоту мастеру и одновременно не могла принять её. Тем более в происходящем крылось нечто большее, чем сражение взбесившихся чудовищ. Беглецы из Одинокого Шпиля тоже связаны с происходящим, но как именно Страж пока не понимала. И потому она молчала. А снаружи второй охотник проявлял чудеса воинской доблести. Невольные свидетели смотрели за его боем до того момента, пока охотник не упал куда-то за стену, туда, куда они не могли заглянуть из своего окна.
  - Кому они служат? - спросил Коэссу Яс. - Почему бывшие рабы Чёрного здесь, зачем они напали на охотников?
  Вместо ответа Коэсса опять молчала. Она смотрела наверх. Там, на крыше, где лежал упавший первым охотник, показалась странная фигура полностью закрытая тёмным плащом.
  - Вы мои слуги! - Заговорил появившийся, несмотря на расстояние и толстые стены, было слышно каждое его слово. - Ваша роль подчиняться. Отдайте силу своего служения мне.
  - С кем он говорит? - кузнеца голос фигуры привел в трепет. Казалось, будто звучит одновременно два голоса, и один из них был голосом Чёрного колдуна. - С кем он говорит?! - Почти взвизгнул Яс.
  Но особых пояснений не требовалось. Фигура указала прямо на окно, откуда выглядывал Яс. И все слуги странного существа разом посмотрели в эту же сторону.
  - Они увидели нас, - констатировала Коэсса, в отличие от Яса в её голосе не звучало ни одной нотки страха, к неё вообще не осталось эмоций, одни бездушные слова, констатация факта.
  Действительно, невидимая преграда, которая до сих пор надежно закрывала беглецов от посторонних глаз, похоже, исчезла.
  В панике Яс повернулся назад, к Эйрику, тот продолжал безмятежно заниматься своей машиной.
  - Что ты делаешь?! - Закричал Яс. - Куда делось поле?
  - О чём ты говоришь? Я не понимаю. - Эйрик решил, наконец, отвлечься от своей машины, он даже подлетел ближе к Ясу.
  - Невидимое поле. Оно прятало нас! - Яс не мог найти слов, чтобы толком объяснить всё. Тем более он слышал, как там за стеной нарастает шум, толпа чудовищ, похоже, готовилась к штурму центрального зала форта.
  - Невидимое поле? - Странно, в голосе электрического демона прозвучало удивление. До этого Яс не замечал, чтобы у Эйрика так открыто проявлялись эмоции. - А зачем оно вам?
  Яс схватился за голову. Кто-то тут сходил с ума. Ну не мог же быть этим "кто-то" он сам.
  - Поле, которое прятало нас от чудовищ! - почти завопил мастер-кузнец и повернулся к Коэссе, ища поддержки. А та стояла с отрешённым взглядом, и Яс заметил, как в её руках появились длинные узкие клинки. Ей оставалось совсем немного, чтобы окончательно стать Стражем, быстрым и смертоносным демоном. Яс, побледнев, отступил чуть в сторону. Он знал, что когда Коэсса становится Стражем рядом с ней лучше не находиться.
  - Но такое поле не нужно для создания противозаклинания. - Эйрик продолжал разговор. - Откуда оно появилось? И что вообще происходит?
  - Ты же сам создал его! Почему ты спрашиваешь у меня?! - Яс не мог понять недоумения Эйрика. Впрочем, кузнец уже и не хотел ничего понимать, он лихорадочно оглядывался по сторонам. Наверное, лучше всего укрыться рядом с одной из старых колонн, может, хоть там его не заметят нападавшие монстры.
  - Я готовил машину для создания противозаклинания. Вы же сами просили меня. И здесь, в Ароне, я смог подходящие материалы для этого. Но что происходит?
  А Яс не слушал, он больше не мог терпеть надвигающегося страха. Мастер бросился бежать, на ходу выискивая место, чтобы спрятаться. С грохотом распахнулись створки большой двери в зал, деревянный засов не выдержал таранных ударов снаружи. Сразу же дикий крик, режущий уши наполнил зал. Страж начала свой бой. И все равно Яс на бегу услышал, шёпот Эйрика:
  - Поле не должно было появиться. Это совсем другое заклинание. Это Воскрешение...
  
  
  
  Глава 11
  Одним из первых в зал ворвался большой ком слизи, странное существо, в нём Яс признал одного из хранителей сокровищницы Чёрного колдуна. Когда-то кузнецу приходилось иметь дело с ними, и было ясно, почему именно это существо первым напало на Коэссу. Страж, несмотря на всю свою силу, не могла даже поранить Агнарира. А пока она сражалась занятая склизким чудовищем, в зал пробрались и другие нападающие. Всё происходило очень быстро и очень точно. Яс в растерянности замер, его окружили сразу несколько крысюков. Мастеру оставалось лишь поднять руки, ведь сражаться против такого количества врагов он не мог. И на этом битва закончилось. Коэсса рухнула на пол, полупридушенная Агнариром, а Эйрик вообще не сражался, электрический демон вёл себя, как простой зритель, словно происходящее не имело к нему никакого отношения.
  Затем в зале появился и тот, кто командовал нападавшими, тёмная фигура в плаще. Яс, к этому моменту лежал связанным на полу, сверху кузнеца оседлали двое крысюков, мастер не мог и головы толком повернуть. Потому он никак не мог понять кто же главарь чужаков. Голос у фигуры был гулкий и низкий, со странной примесью шёпота, хриплого полуголоса, вторящего на фоне основного. Фигура походила и не походила, на Чёрного колдуна. И даже намёк на сходство приводил мастера в трепет. Вслед за предводителем вошёл конвой крысюков, они внесли охотников. Оказывается, те оба остались живы, просто немного помяты и обездвижены.
  Командовал конвоем Трог, недовольный и злой, но не решающийся вслух проявлять своё недовольство. Маргоб с каждым днём набирал силу, в такой ситуации ворчание могло стать для Трога смертельным. Бывший Хранитель приказал положить охотников возле непонятной машины в центре зала. Закончив с этим, он подошёл осмотреть других пленных - Стража, кузнеца и электрического демона, тот впрочем, не выглядел пленным, просто висел себе посреди зала и никто не решался к нему подходить. Трог тоже решил не рисковать и обошёлся проверкой связанных кузнеца и Стража. Если у последней даже рот залепили, то кузнеца обездвижили скорее для проформы. Ведь итак было ясно, что мастер никуда не денется. Трог прошелся около пленников, даже наклонился немного, дескать, проверяя путы. На самом деле он просто старался хоть как-то занять себя, происходящее пугало его не меньше чем пойманных беглецов и только проклятая повязка верности удерживала его в рядах армии Нового Хозяина.
  - Мы можем начинать! - Маргоб поднял руки к потолку, он походил на жреца начинающего молитву неизвестным богам. - Всё собрано, всё готово!
  Он скинул свой балахон и остался стоять в одной набедренной повязке, бледный и уродливый. Всмотревшись, Трог заметил странное вздутие под шеей, на ключице каннибала. Раньше, вроде бы, Маргоб никаких опухолей не имел.
  - Давайте сюда охотников. - Приказал Маргоб. - И ты, мой инструмент, - повернулся он к Эйрику. - Запусти снова свою машину. Я не хочу терять время.
  Эйрик без всяких вопросов, словно ожидал подобного приказа, повернулся к механизму позади себя. Колдовская машина, временно остановленная при нападении, снова включилась.
  - А теперь мастер! - провозгласил Маргоб.
  Странная команда, но Трог знал, о чём идет речь. Недаром, накануне, перед Ароном, Маргоб объяснил, чего именно хочет от каждого из своих офицеров. И после было особо указано - непослушание будет стоить очень дорого. Потому Трог не стал медлить, ему не хотелось проверять на себя новые колдовские способности Маргоба. Хранитель схватил за шкирку лежащего перед ним кузнеца и поволок к машине Эйрика. Трог не знал, зачем Маргобу понадобился кузнец, и к чему готовится Новый Хозяин. Трог, не задумываясь, просто выполнял приказ, надеясь, что скоро всё закончится.
  Яс почти не сопротивлялся Трогу, слишком ошеломленный происходящим. Его тащили по полу, а он вяло ворочал ногами как некий чудовищный младенец. У машины Трог развязал кузнеца и подпихнул того ближе к Эйрику. Насколько Трог понимал, на этом его роль в сегодняшнем спектакле заканчивалась. Теперь Хранителю оставалось лишь следить, чтобы никто извне случайно не помешал колдовству Маргоба. В охране ему должен был помочь Глаз.
  Наблюдатель уже некоторое время находился в зале, подтверждая одним своим присутствием, что бой на сегодня пока действительно закончился. Трог махнул ему и поспешил на улицу, не желая лишний раз быть замеченным обезумевшим Маргобом. Наблюдатель медленно поплыл следом, и никто не обратил на него внимания. А ведь Глаз мог видеть всё из любой точки зала, в том числе и происходящее снаружи. Ему для наблюдения было вовсе необязательно находиться рядом с Трогом. Однако никто не заметил странности поведения Глаза, даже сам бывший страж сокровищницы. Сегодняшний день утомил Трога и пока он лишь хотел отдохнуть, искренне надеясь, что никаких чужих там, во дворе не окажется.
  Яс не понимал, зачем его вытащили к машине. Оторвали воротник, чуть не сломали шею, зёленый карлик, выполняя приказ хозяина, не отличался мягкостью отношения. И теперь кузнеца оставили один на один с Эйриком в центре зала. А после сегодняшних событий мастер не доверял электрическому демону, слишком много странностей было в поведение того. Всё говорили о предательстве электрического демона. Бывшие беглецы вдвоём молчали у колдовской машины, словно не замечая друг друга, отделенные от прочего мира волшебным синеватым сиянием, исходящим от механизма. Все остальные находились за кругом света, в том числе и Маргоб. Тот по-прежнему стоял полуголый, читая вслух непонятные заклинания. Раньше Ясу не приходилось слышать ничего подобного. И вдруг Маргоб остановился, огляделся, сквозь его глаза проглядывала тёмная пустота. Казалось, там вообще нет глаз, один лишь дыры, и оттуда, из тьмы, что-то выглядывает.
  - Поднесите охотников! - раздался новый приказ Маргоба.
  Несколько Держателей поспешно выполнили желание своего хозяина, охотники были подтащены поближе к колдовской машине, оба по-прежнему спутанные зелёными нитями. Долин уже пришел в себя и оглядывался по сторонам, пытаясь разобраться в происходящем. Лоэлин, изрядно помятый Пауком, пока лежал без сознания.
  Затем ближе к машине подошёл и Маргоб. Он наклонился к испуганному мастеру:
  - Знаешь, зачем ты понадобился мне?
  Глаза-дыры жутко смотрелись на бледном лице каннибала, в них не осталось даже безумия, просто пустота. Отпрянув, не решаясь бежать, кузнец смотрел на страшное лицо. Мастер не знал, как ответить каннибалу, и не понимал, нужно ли вообще отвечать. А Маргоб повернулся к Эйрику:
  - Инструмент, переключи свою машину на Мастера. Сейчас мне понадобиться его искусство, одной мощи становится мало.
  Когда каннибал отвернулся спиной, кузнец лучше рассмотрел его опухоль. Там, под белой кожей, темнел странный предмет, из-за него нижняя часть шеи людоеда распухла и пульсировала. Но сам Маргоб, похоже, не обращал на это внимания. Тут Эйрик перенастроил свою машину.
  Яс вздрогнул. В один момент у него вдруг добавилось несколько новых чувств, не обычных человеческих, а нечто более потустороннее. И в такой перестройке восприятия таилось нечто знакомое, Яс вспомнил, как он когда-то в замке Одинокий Шпиль работал с чем-то похожим. Это было тогда, когда Чёрный колдун пытался экспериментировать с некоторыми особыми заклинаниями и материалами. Немного мёртвыми материалами. Яс улыбнулся, то была интересная работа. Но для чего она нужна безумному каннибалу? А тот будто прочитал мысли кузнеца.
  - Сегодня, - Маргоб выпрямился во весь рост и оглядел зал, где десятки чудовищ в напряжение смотрели на него, - закончится то, что началось при падении Одинокого Шпиля. Сегодня я окончательно стану Новым Хозяином! Сегодня вся сила Чёрного колдуна станет моей!
  Яс поразился. Подключенный к колдовской машине он воспринимал всё происходящее через призму магии, он даже почти перестал бояться. Странный ритуал начинал походить на работу в мастерской, а когда есть интересная работа, разве можно бояться. Но и сейчас кузнец все равно не мог понять Маргоба. Тот говорил о своем праве наследия на силу умершего колдуна. Само по себе довольно абсурдное заявление. Сила не артефакт, её почти нельзя унаследовать. Кроме того, даже для попытки подобного нужна совсем другая подготовка и заклинания. И значит, либо Маргоб обманывал всех вокруг, либо же он обманывался сам. Ведь машины созданные для некромантии редко работают так, как мечтают включившие их безумцы.
  Но вслух Яс ничего не сказал. Чувство самосохранения ещё оставалось в нём. Пусть каннибал делает всё, что хочет. А пока за действиями Маргоба явственно угадывалась другая рука, искусная рука, рука настоящего Мастера. Яс, осознав последнее, не выдержал и захохотал. Его тонкий смех эхом разнёсся по примолкшему залу, но никто, даже сам Маргоб ничего не сказали кузнецу. Каннибал лишь молча посмотрел в лицо Ясу, а затем отвернулся.
  Наступило время заняться охотниками. Теперь уже оба пришли в себя, и Долин даже успел понять, что именно происходит вокруг. Кажется, их готовили к роли жертвы. Но почему именно их, чем они так не приглянулись старому каннибалу Маргобу, Долин понять не мог. Тихонько, стараясь не привлекать лишнего внимания, охотник попытался избавиться от живых зелёных пут. Но те лишь туже сворачивались в ответ на все его действия, разрывая своим противодействием бронированную шкуру охотника. Маргоб знал, чем сковывать своих врагов. Долин хотел попробовать и кислоту, но сейчас, лежа на полу, да ещё со связанной мордой, вся кислота лишь текла ему в желудок, причиняя лишние страдания и без того измученному охотнику. В последний раз Долин ощущал себя настолько беспомощным только в лаборатории Чёрного колдуна. Не думал он, что после смерти проклятого злодея, снова окажется в подобном состоянии. Долин бы заплакал, да только его тело не умело быть слабым. И охотнику оставалось лишь смотреть, как Маргоб готовит своих помощников к тёмному ритуалу.
  Вот засмеялся кузнец, Долин узнал маленького сумасшедшего мастера из подземелья. Выходит он тоже с Маргобом, подобный союз не сулил охотникам ничего хорошего. Долин был наслышан о том, какую роль играл кузнец в некоторых экспериментах Чёрного колдуна.
  - Ты готов?! - Маргоб наклонился к Долину. - Ну, смотри, веди себя хорошо, и всё пройдёт быстро и безболезненно.
  Зелёные путы, связывающие челюсти Долина, исчезли, осыпались сухой пыльцой.
  - Отвечай на все мои вопросы, и тогда тебе не будет больно.
  Долин рад был бы ответить, но пока собственный рот не слушался хозяина, язык опух, дёсны горели. Охотник лишь промычал нечто невнятное в ответ, сам не понимая, о чём говорит. А Маргоб и не слушал его, он занимался Лоэлином, проделав со вторым охотником ту же процедуру.
  - Вот теперь можно начинать! - Маргоб повернулся к Ясу. - Создай поле взаимодействия.
  Яс кивнул, он ожидал такого приказа. Немного магии волшебной машины и поле создано. Великое колдовство началось.
  
  А снаружи всё было тихо. Трог получил под своё командование несколько чудовищ, в том числе и Паука. Второй из их главных чудовищ не был доволен подобным назначением. Потому как только Маргоб отвлёкся от своей армии, Паук просто-напросто уполз прочь, куда-то в глубины форта, в те заброшенные подземелья, через которые их армия пришла в эту крепость. Трог несильно протестовал, все равно, Паук всегда оставался себе на уме, и находиться слишком близко с этим кровососом было не очень безопасно. Конечно, Паук более разумен, чем Грызун, и всё же иногда и он съедал тех, кто панибратски начинал относиться к нему.
  Трог посмотрел, как Паук со своей свитой уползает в тёмную дыру в глубине двора, посмотрел и решил подняться на крышу, ближе к звездам, дальше от чудовищ под землей. Да и оттуда при случае будет легче заметить чужих людей, осмелившихся ночью появиться в заброшенном форту. "Хорошо, - подумал Трог, - ещё Грызуна не взяли с собой. Этот бы так просто не уполз". Грызуну нынешний бой не показался бы достаточным и многотонное чудище, могло ещё чего доброго, пожелать проведать окрестности форта в поисках заспавшихся местных жителей. Даже Маргоб понимал природу своего воинственного любимца и потому сейчас Грызун отдыхал глубоко под землей в карстовой пещёре. Таких пустот под Ароном оказалось очень много. Оставалось только удивляться, как город не проваливается под землю.
  На крыше к Трогу присоединился наблюдатель. Глаз бесшумно, будто он тень, а не живое существо подплыл к сидящему Трогу и повис рядом. Бывший Хранитель же давно мог привыкнуть к подобным повадкам наблюдателя, тем более, сейчас он знал, что Глаз летит следом. И все равно Трог вздрогнул, когда Глаз материализовался рядом.
  - Я вижу, ты устал. - Глаз заговорил первым. - Я тоже начинаю уставать от всего этого.
  - А разве такие как ты устают? - Трог равнодушно посмотрел в сторону наблюдателя. Большое чёрное тело, почти сливающиеся с ночным небом, и лишь кое-где видно отблески на матовой коже Глаза, там, где выступила слизь, защищающая наблюдателя от холодного ночного ветра.
  - Я всегда устаю, и особенно, когда не вижу, того чего мне хочется увидеть.
  - И чего ты не видишь сейчас?
  - Я ошибался, последовав за Маргобом.
  - Вот как?! - удивился Трог.
  - Старый тюремщик глуп и слеп. С ним мы никогда ничего не увидим.
  - Ты имеешь в виду, что никогда не найдешь своих сородичей?
  - И это тоже. Ведь Чёрный колдун не хотел отпускать меня, когда был жив, с чего он станет лучше, когда воскреснет личем?
  Сначала Трогу показалось, что он ослышался, так чудовищно прозвучали слова наблюдателя.
  - Кто воскреснет личем?
  - Чёрный колдун.
  - Когда?!
  - Скоро, уже скоро. Если конечно мы будем продолжать помогать Маргобу.
  - А у нас есть выход?
  - Есть. Давай, как и Маргоб станем ненадолго слепыми.
  - Слепыми?
  - Да. Надо не заметить чужих, которые ползут вон там, на противоположной стене. Они всего лишь разведчики, но даже они смогут помешать Маргобу. Белый Дворец в центре Арона встревожен.
  - В Совете колдунов знают о нас? Здесь их лазутчики?! - Трог вскочил на ноги, оглядываясь. - Как нам быть?
  - Просто быть слепыми, - спокойно ответил Глаз.
  - Но это же предательство. Повязка верности съест меня заживо. - Трог посмотрел на свою руку, повязка, потемневшая от грязи, находилась там, но пока ничем не выказывала своего недовольства.
  - Сейчас вокруг слишком много магии. Повязка ослабла, ведь Маргоб занят другим. И, кроме того, у этих, ползущих по стене, что-то есть с собой. Я не вижу, но чувствую, оно гасит мой взор.
  - Что-то нейтрализующее магию. - Трог забыл о своей усталости. - Нейтрализующее магию, - он бы закричал от радости, да побоялся насторожить разведчиков Совета.
  Один рывок и повязка была сорвана, никак не сопротивляясь ему.
  - У меня новое предложение, - стараясь сдерживаться, прошептал Трог, всё-таки разведчики Совета находились слишком близко. - Предлагаю нам быть не только слепыми. Предлагаю, чтобы нас вообще здесь не было.
  - А почему нет, - согласился Глаз. - Все равно ничего лучшего я пока не вижу.
  - Тогда вперед, нам незачем ждать развязки.
  Оба тихо покинули крышу старого форта, старательно обойдя разведчиков из Совета колдунов. Никто не остановил их, ни крысюки, которые дремали во дворе, ни остальные охранники. Эти твари ещё ничего не знали о предстоящем катаклизме.
  
  - Кто убийца?! - закричал Маргоб.
  Охотники ничем не могли его порадовать. Ведь они не успели найти убийц. Маргоб был вне себя. Зачем ему требовалось знать убийц Чёрного колдуна, как он хотел использовать эту информацию, было непонятно. Но разве бы охотники стали скрывать, если бы знали. Так думал Долин, тщетно пытаясь увернуться от пинков, которыми Маргоб щедро награждал в приступе ярости обоих охотников. Большая часть ударов доставалась Долину, ведь он лежал ближе, потому ему и приходилось больше всего оправдываться.
  - Мы не успели найти убийц, - он пытался объяснить Маргобу, как обстояло дело. - Мы и прилетели сюда как раз для этого...
  Маргоб ничего не хотел слушать, лишь ярился всё больше и больше. Опухоль под его шеей пульсировала, она приобрела красноватый оттенок и росла прямо на глазах, как будто нечто пыталось вырваться из плоти Маргоба. Но бывший тюремщик по-прежнему не замечал уродливый нарост. Сейчас Новый Хозяин был занят только лишь охотниками, забыв обо всём вокруг. И вдруг он весь скривился, схватился обеими руками за свою непонятную опухоль и тут же снова выпрямился. Ни следа ярости не осталось на его лице.
  - Хорошо, тогда немного изменим процедуру. Я все равно стану наследником Чёрного колдуна! Нужно лишь немного больше крови. - И своими пустыми глазами-дырами он оглядел зал.
  Долину не понравились слова о дополнительной крови, слишком зловеще они прозвучали. Пока Маргоб отвернулся, охотник, в который раз попытался избавиться от зелёных пут. Теперь он мог использовать и кислоту.
  - Нам нужна дополнительная жертва, - голос Маргоба звучал бесстрастно, ледяной логический вывод, словно минуту назад им и не владело бесноватое безумство. - Требуется нечто уникальное.
  И Маргоб посмотрел на Коэссу. Та лежала все спеленатая зелёными нитями, её связали лучше, чем охотников.
  - Твое служение хозяину завершено. Ты сделала всё, что требовалось.
  Коэсса застонала, взгляд Маргоба причинял ей боль. Она не понимала, о чём речь, о каком служении, ведь колдун давно мёртв.
  - Инструмент и Мастер больше не нуждаются в твоей защите, теперь они со мной, - говорил Маргоб. - А ты должна отдать свой последний долг. ТЫ будешь дополнительной жертвой!
  Яс, всё это время внимательно слушавший Маргоба, содрогнулся. Каннибал действительно безумен. Как он мог вообще такое говорить? И какой защите шла речь? Яс, понимал, говоря об Инструменте и мастере, Маргоб имеет в виду его и Эйрика. Но в словах Маргобах звучало нечто большее, чем просто объяснение. Слова каннибала заставляли по-новому взглянуть на всё происходившее с беглецами с момента смерти Чёрного колдуна. Всё запланировано. Только так можно было понять царящий вокруг бред.
  Яс оглянулся, оценивая происходящее с позиции своей догадки. Он сам сидит в колдовской машине, лишь он один знает, как работать с такими механизмами. Рядом Эйрик, единственный кто способен создавать столь мощные артефакты. Они Мастер и Инструмент. Рядом лежат охотники, свидетели последних минут жизни Чёрного колдуна. Они искали убийц, и теперь они тоже в старой крепости. Почему они оказались тут? Это не совпадение, здесь действительно крылось нечто большее. Но убийцы не найдены.
  Яс покачал головой, все эти мысли буквально разрывали его изнутри. Он не мог, просто не мог принять их. Машина некромантии, инструменты, жертвы... А что прячется внутри Маргоба, не мог же каннибал сам осуществить столь сложную цепочку интриг?
  - Мастер, подготовь место Смерти.
  Яс подчинился, не в силах противостоять приказу. Маргоб нарушал все законы, все правила, готовясь к своему обряду, но Яс ничего не мог поделать. В словах Маргоба звучали нотки голоса Чёрного колдуна, а спорить и противостоять приказам Чёрного не мог никто. Используя машину, Яс в центре зала обозначил круг, его границами стали трещины, которыми вдруг покрылись древние камни.
  - Внесите в круг охотников и Стража. Они должны умереть. Сначала она, чтобы обозначить дорогу, затем охотники, чтобы увидеть силу. Ты понял мастер?!
  Яс кивнул, его руки дрожали, но он опять ничего не мог поделать с собой. Крысюки втащили в круг Коэссу, та беспомощно извивалась, стараясь избавиться от их мерзких прикосновений. Такая совершенная и такая бессильная. Никогда Яс не думал, что увидит её в подобном положении. Разрушение шедевра и он, кузнец, пособник начинающегося кощунства. Яс зажмурился, стараясь не смотреть на Стража. Он знал, что в этот самый момент Коэсса взглядом молит друга о помощи, не понимая, почему тот помогает убийце. А Яс не чувствовал в себе воли сопротивляться приказам Маргоба. Отвратительная работа. Пусть Маргоб всего лишь марионетка, но происходящее от этого не становилось привлекательнее. Чёрный колдун стремился воскреснуть и, похоже, мертвецу было совершенно все равно, как это произойдёт, и какие жертвы нужно принести для этого. Ни следа былого искусства колдуна. Смерть испортила великого мастера...
  Маргоб тоже вступил в круг и наклонился над лежащей Коэссой.
  - Ты должна умирать медленно, только так не будет ошибок. Ты поняла меня, ты поняла мой приказ?
  И Коэсса, связанная жертва кивнула ему. Маргоб медленно растянул губы в подобии улыбки, дотронулся до лба Стража, откинул спутанные волосы с её лица в сторону. Затем он вышел из круга и повернулся к Ясу. Мастер знал, каким будет следующий приказ. В зале воцарилась тишина, даже не способные усидеть на одном месте крысюки замерли, боясь привлечь внимания Хозяина. И тут сверху послышался шорох. Маргоб посмотрел туда, но ничего не успел сказать. Большая каменная плита в потолке, точно над колдовской машиной вдруг задрожала. Яс, проследил за взглядом Маргоба, и тоже увидел разрушающийся потолок. Кузнец смотрел на плиту казалось вечность, а потом она полетела вниз, медленно приближаясь ближе и ближе, будто там летел древесный лист, а не огромная каменная плита.
  Она ударила точно в центр колдовской машины, туда, где сводились стержни скрепляющие сооружение, и как только камень соприкоснулся с деревом, Яс почувствовал, что он больше не связан с машиной. Дальше он уже ничего не думал, а просто прыгнул в сторону, стараясь оказаться как можно дальше отсюда.
  - Что это?! - Закричал Маргоб. - Почему?!
  В узком оконце сверху, почти у самой крыши показалась человеческая фигурка, она казалась маленькой и слабой с такого расстояния.
  - Не хорошо приходить в гости без предупреждения, - заговорил человек, голос его, мягкий тенор, звучал почти дружелюбно, так должны звучать голоса учителей в школе. - И не хорошо нарушать собственные обязательства и собственные законы.
  - Я наследник Чёрного колдуна. И меня не надо учить! - Маргоб выкрикнул свой ответ, и все равно голос каннибала казался менее убедительным и менее значительным, чем голос человека стоящего сверху.
  - А я не с тобой разговариваю, кукла. Я разговариваю с Чёрным колдуном. Да, да. Именно с тобой дух. Лучше отправляйся отдыхать, туда, куда уходят все мертвые. Ты же сам подписывал этот закон. Даже если ты воскреснешь, никто из Совета не смирится с этим. Если умер, то умер навсегда. Нам не нужны некроманты. Убирайся в загробный мир дух.
  - ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ?! - зарычал Маргоб. - Ты сам кукла своего жалкого совета. Я делаю то, что мне надо! Убейте его!
  Все чудовища, находившиеся в зале, разом посмотрели наверх.
  - Ну что ж, - философски сказал человек. - Я предупредил. Дальше уже не моё дело. - И он скрылся туда, откуда пришел.
  Тут Долин, наконец, сумел кислотой пережечь колдовские зелёные нити, пусть не свои, а те которые удерживали Лоэлина. Охотник, получив свободу и видя, что творится вокруг, решил особо не церемониться. Щедрая порция пламени изрядно попортила шкуру Долина, но также избавила его от плена. Оба охотника были свободны, но никто даже не смотрел в их сторону. Ведь теперь начался разрушаться весь потолок старого зала. Настоящий камнепад обрушился на стоящих внизу чудовищ, крысюки и ящерицы в панике бросились бежать и даже крики Маргоба не могли удержать их. Горбатый каннибал так и стоял полуобнаженный, со злостью разглядывая происходящее вокруг, но ничего не мог поделать с начинающимся хаосом.
  Разведчики Совета выбрали удачную методику. Всё Маргобово воинство оказалось дезориентировано. Маргоб начал было выкрикивать слова непонятного заклинания, но Лоэлин не дал ему долго заниматься чародейством. Всего лишь один хороший удар по затылку успокоил незаконченного колдуна, Маргоб упал, скрючился и замер. Лишь странная опухоль под его шеей продолжала пульсировать, словно порываясь жить отдельно от своего слабого хозяина. Лоэлин не стал проверять, убил ли он Маргоба или только поранил, времени оставалось всё меньше. Форт грозил вот вот обрушиться. Охотники бросились бежать. Теперь после выхода из игры Маргоба никто из присутствующих в зале не мог остановить крылатых демонов. Впрочем, никто и не пытался, даже Держатели, почти не страдающие от падающих камней, лишь бесцельно летали вверх-вниз по залу, не зная как реагировать на подобное.
  Яс пытался вытащить беспомощную Коэссу, про которую все забыли. Он не мог пережечь её путы, подобно сбежавшим охотникам, не мог и разорвать, волшебные живые нити только крепче опутывали свою жертву. Когда-то Яс немного работал с подобными вещами, то было рутинное задание Чёрного колдуна. Ничего интересного и может, поэтому Яс не слишком хорошо помнил конкретную природу заклятья волшебных уз. Да он и не старался вспомнить, как никак потолок грозил навеки завалить всех под собой. Тужась, напрягаясь из-за всех сил, Яс потащил Коэссу прочь из круга Смерти. Это место, несмотря на разрушенную машину некромантии, все равно пока оставалось опасным. Если падающие камни сильно поранят кузнеца или Коэссу внутри круга, то может случиться серьёзная неприятность. Они умрут даже от слабых ранений и умрут не очень быстро. И после смерти, скорее всего, станут чем-нибудь наподобие упырей. Ясу не хотелось после жизни, которую он прожил чудищем, ещё и после смерти вдруг стать упырём.
  Потому он, пыхтя, почти надрываясь, тащил Коэссу прочь. Пока ни один камень не задел их. Старый потолок пока держался, только отдельные его плиты скособочились, но можно было не сомневаться, такое долго не продлится. Вдруг одна из живых нитей опутавших Стража зацепилась за трещину в полу, за ту самую трещину, которая обозначала границу круга Смерти. Безмозглая нить поняла это как попытку разорвать её, она сжалась и Коэсса застонала от боли. Растение давило на узницу со всех сторон, оно въелось в одежду Коэссы и теперь пыталось разорвать кожу Стража. И более того, оно ещё и выросло, часть, попавшая в трещину, стала врастать в камень. Яс понял, что это конец. Он не сможет разорвать волшебные путы за то короткое время, которое у него оставалось до окончательного разрушения зала. В отчаяние он огляделся вокруг, ища хоть что-нибудь способное помочь. Он не мог бросить Коэссу тут, особенно после того, как самолично чуть не принес её в жертву. Электрический всполох заставил его вздрогнуть. Рядом с ними парил Эйрик. "Что ему надо? - Яс всё ещё воспринимал Эйрика предателем, забыв, что и сам слушался Маргоба, ничуть не переча ему. - Чего он хочет?!"
  - Скоро это место разрушиться, - сказал Эйрик. - И, кроме того, снаружи начался бой. Совет колдунов подводит свои войска к старому форту.
  - Зачем ты мне это говоришь? - Закричал Яс. - Зачем?!
  - Я хочу знать, что делать дальше.
  Яс обескуражено молчал, он даже отпустил Коэссу, не пытаясь больше тащить её прочь.
  - Скажи мне, что делать дальше!!! - Странно, слова Эйрика звучали скорее как приказ, чем как просьба. В голосе Эйрика слышалась странная тревога, мольба. Яс никогда не думал, что у электрического существа может быть столько эмоций.
  - Спаси нас, - сказал кузнец первое пришедшее в голову. - Освободи Стража и помоги нам выбраться отсюда.
  Эйрик видимо как раз этого и ждал. Электрический заряд в один момент испепелил живую зелёную нить. Коэсса была свободна.
  - Лучший выход через подземные ходы. Там опасно, но другого пути для нас нет. Мы же не умеем летать. Скорее за мной.
  Эйрик умел летать, однако Яс не стал с ним спорить. Сейчас было не до пререканий. Не мешкая, Яс и Коэсса поспешили вслед за Эйриком. Страж ещё не совсем пришла в себя, её шатало, но вслух она никак не жаловалась. Более того, магические лезвия снова возникли у неё в руках. Страж была готова остановить любого врага осмелившегося встать у них на пути.
  К счастью бежать требовалось совсем недалеко. Уже за одной из больших колонн, из тех, что полукругом выстроились в центре зала, находилась небольшая дверка, сейчас открытая настежь. Прямо перед Эйриком туда прошмыгнула целая банда крысюков, они кричали, верещали. Воинство Маргоба было охвачено паникой, они прятались в тёмные ходы подземелья, в единственное место которое представлялось им безопасным. Туда же отправились и беглецы. Выбираться на поверхность казалось неразумным. Вряд ли солдаты Совета колдунов, стали бы отличать одних чудовищ от других. Все демоны связаны с Маргобом и значит, всем им грозит смерть.
  
  Когда охотники выбрались из разрушающегося зала, они оказались на широком дворе старого форта. Приближалось утро, небо на востоке окрасилось в красноватые тона зари. Такой же оттёнок приобрела и мощёная камнями площадка перед главным входом. Здесь кипело сражение. В основном тут находились Держатели из того караула, который должен был беречь спокойствие Маргоба во время проведения колдовского обряда. Физиология Держателей обходилась без крови, зато кровь имелась у солдат Совета. Целый взвод, похоже, пытался с ходу взять центральные двери форта. Или их не предупредили о возможном противнике, или же они тем самым пытались просто задержать разбегающихся чудовищ. Скорее второе.
  Подняв голову Долин увидел как в небе стаями кружат странные, сотканные из одних углов, существа, и с каждым мгновением их становится всё больше и больше. Вот одно из них резко пошло на снижение и ударило в Держателя который пытался подняться на стену форта. Вонючий псевдопризрак отлетел от удара далеко вниз, туда, где раньше была рощица в центре двора. Сейчас там оставалась лишь яма, края которой кишели чудовищами Маргоба. Но Долина не интересовала судьба Держателя. Он пригляделся к его противнику. Странная тварь. Кажется, она вовсе не была живой.
  - Это же машины! - удивился он вслух.
  - Действительно, они из дерева и металла, - согласился с ним Лоэлин. - Машины или нет, но как быть нам? Мы не можем улететь, их здесь слишком много. Они просто порвут нас.
  Долин снова огляделся. Выхода действительно не было. Возвращаться назад казалось самоубийством, взлетать, когда в небе столько врагов, тоже не лучшая перспектива.
  - Похоже, нам туда, - охотник указал на дыру в центре двора. - Туда, куда бегут крысюки. Если они надеются там спастись, то и мы сможем.
  А времени оставалось очень мало. Пока Держатели не обращали на охотников внимания, но это не могло длиться вечность. Да и у дальней стены показалась группа новых солдат Совета колдунов. Закованные в панцири алебардщики пытались закрепиться внутри форта. Оценив обстановку, Лоэлин взлетел и устремился прямо к огромной дыре, не долго думая, за ним поспешил и Долин.
  Они как будто влетели во врата Ада. Дыра оказалась огромной скважиной в земле, её края поддерживались обломанными стволами деревьев, из тех, что ещё недавно росли во дворе, а глубже, там, где беспорядочной бахромой торчали корни, дыра выходила в бывшие подвалы форта. Древние погреба были разворочены, лишь каменная кладка, да остатки деревянных стоек по углам ещё напоминали о недавно существовавших тут помещениях.
  По корням сплошными потоками передвигались вверх и вниз крысюки с ящерицами, попадались и пауки, из тех, которые составляли свиту одного, самого неповторимого, самого Главного Паука. Все эти существа живым морем обрамляли дыру, порой срываясь и падая, все они визжали и выли. И посреди этого живого Апокалипсиса охотники стали медленно спускаться вниз, они опасались врезаться во что-нибудь, но чем дальше, тем больше становилась дыра, словно охотники спускались в огромный подземный мир.
  - Когда они успели всё это сделать? - поразился вслух Долин, но его никто не услышал. Крики множества чудовищ вокруг заглушали всё, в том числе и бой наверху, который, похоже, с каждой минутой разгорался сильнее и сильнее. Вот мимо Лоэлина, едва не задев охотника, пролетел проткнутый сразу несколькими арбалетными стрелами Держатель, а почти сразу вслед за ним полетела сломанная алебарда. Она глухо стукнулась об кусок торчащей каменной балки, отлетела и чуть не поранила не заметившего её Долина, а после отправилась дальше, в глубины открытой бездны.
  Охотники, поначалу замешкавшиеся, ускорили свой полет. Слишком опасно было летать у входа. Они пролетели уровень бывшего подвала, и попали в какую-то огромную пещеру, тут уже было тише, чем снаружи, пахло плесенью и водой. Не решаясь опускаться ниже, они приземлились в небольшую нишу неподалёку. Та при рассмотрении вблизи оказалась входом в старую каменную трубу довольно больших размеров, когда-то её строили для целой речки. Друзья не знали, куда лететь дальше, крысюки с прочими тварями разбегались по темноте кто куда, ничем не проясняя, где же может находиться выход из этого подземного мира. Охотники стояли, оглядываясь, и все же не заметили, как позади них появился и создатель входа-дыры, тот самый Паук. Всеми десятью лапами цепляясь за стенки старой канализации, Паук пополз к охотникам, он не спешил, полагаясь скорее на неожиданность, чем на грубую силу. И он был почти готов к броску, как вдруг Долин обернулся.
  - Это опять ты? - сам удивляясь собственному спокойствию спросил охотник.
  Паук лишь зашипел в ответ, его пасть раскрылась и показала целый набор желтоватых игл находящихся там. С каждой такой иглы капала слизь, возможно яд, помогающий Пауку обездвиживать своих жертв. Но Долин не стал проверять боевые возможности врага. Он атаковал первым, струя кислоты попала Пауку прямо в голову, точно над глазами чудовища. Вообще-то охотник хотел попасть именно в глаза, но и так получилось неплохо. Кислота почти мгновенно разъела слой хитиновой брони Паука и принялась за то, что находилось внутри. Чудовище взвыло, метнулось в сторону и чуть не сломало старые стены канализации, там образовалась внушительная вмятина от удара. Тут в бой вступил и огонь Лоэлина. Бывшему студенту было приятно поквитаться с врагом, который ещё недавно чуть не съел его. От пламени вспыхнули щетинки, ими была густо усыпана вся броня Паука. Ожогов чудовище уже не могло вынести, быстро перебирая лапами, оно бросилось прочь.
  - Если это туннель то, я думаю, там и находится наш выход. - Сказал Долин, разглядывая ход, освобожденный Пауком.
  - Наверное. - Согласился Лоэлин. - Главное чтобы вёл в нужную нам сторону.
  - Это в какую такую сторону?
  - Та, которая уведет нас подальше от всего этого, - и Лоэлин театральным жестом показал бездну позади себя, где роились и сражались толпы чудовищ. Летающие механические существа с поверхности тоже пробрались в подземелье и сразу начали охоту за разбегающимися чудовищами. Охотники не стали ждать, дальнейших событий. Друзья поспешили прочь по старому туннелю.
  
  Глава 12
  Трог пытался быть "слепым" как говорил Глаз. Они пропустили разведчиков Совета колдунов и направились прочь из Арона. После недолгого совещания было решено двигаться к югу. Оба имели веские причины для такого выбора. Кадораф, родина Трога, находился к югу от Арона, а Глаз думал направиться к югу, потому что здесь, в Гооб, он не увидел ни единого следа существования похожих на него существ.
  На севере Гооб находились плохо исследованные области, но Глаз сомневался в возможности пребывания там своих сородичей. Наблюдатель не любил холод, хоть и мог терпеть различные погодные неприятности, такие как ветер, дождь и даже снег, который бывало, выпадал в краю, где стоял Одинокий Шпиль. В подобные дни Глаз, как правило, чувствовал себя не очень хорошо, его способность наблюдать ухудшались, лишь солнце и возможность создания двойников спасали его от замерзания. Чёрный колдун хоть и знал о такой особенности своего наблюдателя, ничем не помогал ему, наверное, получая от мук Стража Высоты удовольствие. А двойники создаваемые Глазом могли не только наблюдать, но и чувствовать. И лишь это помогало выжить наблюдателю в сильные холода. Его двойники в то время парили где-нибудь в тепле, в замке, у печных труб и каминов. Относительная защита, она лишь немного уменьшала страдания замерзающего Глаза. Потому наблюдатель и сомневался в своей принадлежности к северным расам. И он поддержал желание Трога идти к югу. Может быть там, за пределами Гооб, будет легче искать неведомых сородичей.
  Они направились вдоль реки, той самой дорогой, по которой армия Маргоба проникла в Арон. И уже совсем скоро Трог понял ошибочность подобного выбора пути. Совет колдунов разведал, как проникли в город непрошенные гости. На реке появилось несколько кораблей, большие трехуровневые галеры, их сопровождали парусные боты. А на самом берегу, там, где ещё сохранились остатки старой дороги, расхаживали патрули. Сам Трог их не видел, все-таки ещё было темно, да и вообще он не отличался хорошим зрением. Даже большие галеры, не заметить которые трудно, ведь у них вдоль бортов горели масляные фонари, Трог различал лишь как мутные светящиеся пятна вдалеке. Зато Трог чуял, сколько людей прошло здесь за то время, пока они находились внутри форта. Кажется, старую крепость пытались окружить, и по поверхности уйти отсюда было невозможно.
  - Ты знаешь какой-нибудь путь отсюда? - спросил бывший Хранитель у Глаза, тот медленно покачивался рядом, ничем не выдавая своей реакции на нежданно возникшее препятствие.
  - Совет колдунов многое предвидел. Может быть, нам стоит спрятаться в городе и переждать трудности...
  - Переждать? - это было не совсем то, чего хотел Трог. Прятаться в городе, в столице всех колдовских мерзостей, только этого ему ещё не хватало. Но тут в нём заговорил тактик, в конце концов, не зря Маргоб выбрал его своим офицером. Если надо Трог умел утихомирить собственное нетерпение.
  - Пожалуй ты прав. Слишком много солдат вокруг. Но куда нам пойти? Я совсем не знаю Арона, я лишь немного читал о нём в книгах. Где здесь можно укрыться и остаться незамеченным колдунами Совета?
  - Я знаю об Ароне столько же, сколько и ты. Я ведь вообще не помню себя нигде кроме как на башне в Одиноком Шпиле. Скажи мне, лучше какое место может быть надежнее всего, и я попробую увидеть его.
  Трог задумался. Сейчас, если Совет колдунов действительно встревожен, они будут обыскивать в городе любое подозрительное место, любое место, где может укрыться чудовище. С другой стороны, Арон очень большой город и здесь свои традиции, своя жизнь, не такая как в Гооб. Колдуны не посмеют слишком тревожить горожан и особенно тех граждан города, которые имеют тут хоть какой-то вес. Однако у высших классов, как правило, собственная охрана, и она может быть недовольна, если вдруг заметит нечто подозрительное. Но особого выбора все равно не было. Трог слышал, как недалеко кто-то ходит, судя по тяжёлым шагам, эти кто-то были одеты в доспехи, а значит, у беглецов оставалось совсем мало времени.
  - Нам нужен район, где есть сады, обширные поместья. И желательно чтобы туда можно было попасть без выхода на открытые пространства. - Трог, наконец, решился. - Это почти наверняка будет район, где живут зажиточные купцы, располагаются различные гильдии. Но нам нужны не дворцы, это слишком опасно...
  - Всё понятно, - прервал его наблюдатель, довольно удивительное поведение для обычного терпеливого Глаза, но сейчас он сам на себе не походил, даже начал заметно дрожать, будто сдерживался. Заметив недоумение Трога, наблюдатель пояснил:
  - Я пытаюсь перебороть собственную магию, мне хочется исчезнуть. Скоро здесь будет очень опасно. Потому к делу. Я полетел, а ты следуй за мной, я постараюсь вывести нас к месту, похожему на твоё описание. - Последние слова Глаз говорил в уже движении, он полетел вдоль берега почти обратно к старому форту.
  Трог хотел остановить его, ведь теперь опасны не только солдаты Совета, бывшие соратники по армии Маргоба тоже стали для них врагами. А с другой стороны, уже на бегу размышлял Трог, кто из этих безмозглых чудовищ может знать об их бегстве? Даже если они встретят кого-нибудь, всегда можно будет придумать отговорку. Если только отговорки понадобятся. Чем ближе они приближались к форту, тем тревожнее ощущал себя Трог. Тут пахло опасностью, и тут находились не только солдаты Совета. Нечто иное присутствовало здесь, нечто отдающее железом и деревом, но от этого не менее живое и опасное.
  К счастью тут Глаз изменил направление, он решил таки обойти форт. Они свернули в какой-то заброшенный яблоневый сад. Дорожки его поросли одичавшей сливой, колючие кусты густо переплелись друг с другом, и почти совсем скрывали немногие ещё растущие яблони. Даже наблюдатель, несмотря на своё природное свойство избегать колючих неприятностей, не мог сейчас выбрать приемлемую дорогу. Это было плохо, но с другой стороны, "джунгли" отлично укрыли их от всякой опасности со стороны солдат и оставшихся в живых чудовищ.
  И пришлось Трогу ползти через шипастые сплетения сливы и терновника. Бегство на брюхе, в котором нашлись и свои плюсы. Бывший Хранитель не удержался от искушения набить свои карманы и живот яблоками, те, пусть и не зрелые, для голодного Трога оказались вполне съедобны. Он даже подумывал снять с себя кафтан и соорудить из него нечто вроде мешка для яблок, но не оставалось времени. Да и тогда пришлось бы расстаться с топором. Тащить одновременно оружие и груз ползком для малорослого Трога было невозможным.
  На ходу беглец попробовал и сливы, дички оказались ещё более неспелыми, чем яблоки. Отплёвываясь от кислятины, Трог даже чуть не потерялся, отстав от наблюдателя. Глаз, в отличие от товарища, ничего не ел и потому нисколько не задерживался в своём движении. Разве только колючки сливы мешали ему больше, чем низкорослому Трогу. В конце концов, Трог нашел наблюдателя по запаху. Ведь теперь бывший Хранитель почти всегда ориентировался носом, хоть и не признавался в этом никому, даже самому себе. Ещё бы, воин Чести, а дорогу вынюхивает подобно собаке.
  Но вот старый сад закончился. Трог чуял остановившегося впереди наблюдателя. Может быть, тот уже достиг нужного места? Ведь если впереди возникла опасность, Глаз бы просто исчез, не может же он вечно перебарывать свой инстинкт. А наблюдатель всего лишь остановился и значит там спокойно.
  Трог поспешил следом и вскоре тоже выбрался на открытое место. Там его ждали. Впереди оказалось вовсе не укрытие в виде укромного места недалеко от жилища зажиточного горожанина. Здесь развернулся глинистыми обрывами овраг, образовавшийся во время одного из последних разливов реки Ар. Когда-то тут находился бедняцкий посёлок, в нём жили те, кто ухаживал и следил за садом. Нынче дома были разрушены и развалины почти утонули в том болоте, которое потихоньку разрасталось на дне оврага.
  Сейчас кроме руин в болоте лежал Грызун, несколько крысюков бегало вокруг и брызгало на него грязью, а само чудовище лишь самодовольно фыркало, наслаждаясь купанием. А там, где вылезли из заброшенного сада Трог и Глаз, стоял Агнарир, рядом с ним несколько Держателей, и тут же лежал на самодельном ложе из тростника немного помятый Маргоб. Сейчас он уже пришёл в себя, но вставать не собирался. Он лишь что-то шептал и постоянно тер себе распухшее предплечье. Маргоб, похоже, разговаривал с собственными костями. Трог стоял в растерянности, не зная о чём говорить, и стоит ли вообще разговаривать. Может быть, надо готовиться к бою? Он сжал покрепче рукоятку Кровопийцы. Тут Маргоб повернулся к нему:
  - А, Трог, - прохрипел он. - Долго же ты сюда добирался...
  
  Эйрик не повел беглецов далеко. Пройдя небольшую анфиладу тёмных и пыльных комнат, они выбрались в сторожевую галерею форта. Этот коридор тянулся через всё здание, вдоль одной его стены находилось множество бойниц, вдоль другой только редкие двери. Когда-то тут располагались караулы лучников.
  - И куда теперь? - спросил Яс, он всё время оглядывался назад, ожидая погони. Пока было относительно тихо, чудовища сражались с солдатами Совета и думать не думали никого преследовать.
  Эйрик молчал, его электрические сполохи стали теперь менее яркими, более редкими. Он медленно качнулся вперёд, остановился, вернулся обратно.
  - Так, где выход? - Яс опять начал чувствовать страх. Вряд ли они смогут вечность прятаться в сторожевом коридоре. - Куда бежать? - кузнец посмотрел на Коэссу, ища у нее поддержки, но бывший Страж пока ещё не пришла в себе. Она еле стояла на ногах, не способная даже толком разговаривать. Но лезвия в её руках были наготове. Яс невольно залюбовался ей. Какая сила воли. Он мог быть уверен, уже к вечеру сегодняшнего дня Коэсса будет как новая, даже может сильнее, чем была. Так задумывался её организм, Страж умела преодолевать препятствия.
  - Нам некуда бежать, - высказался, наконец, Эйрик. - Теперь и подземелье недоступно для нас. Спускаться туда нельзя. Бой сейчас идёт и там.
  - Так что же делать?
  - Единственный выход магический портал. Но здесь недостаточно материалов для него. И более того, он будет слишком нестойким и ненадежным. Для его поддержки мне придется использовать энергию, а где мне её взять? Собственной мне не хватит.
  - Возьми нашу, - сказала Коэсса, её голос звучал глухо, но в нём уже не слышалось боли. - Возьми сколько надо. Возьми больше чем надо. Если хочешь, убей меня, главное чтобы я снова не попала в руки к колдунам, к любым колдунам. Ни к безумцу Маргобу, ни к Совету колдунов. Заседающие там нисколько не лучше.
  - Не надо никого убивать, - возразил Яс. - Я думаю, нашей объединённой энергии должны хватить для портала.
  - Может быть, - ответил Эйрик. - Но он все равно будет ненадёжен и очень недолговечен. Кроме того, я ощущаю в воздухе магию. Кажется, Совет колдунов творит какое-то заклинание. Оно тоже может помешать...
  - Тогда поспешим. Надо выбрать место для портала, - высказав это, Яс заглянул в одну из ближайших тёмных дверей. Там оказалась средних размеров комната, вдоль стен тянулись стойки, где раньше крепилось оружие. А у дальней стены валялись остатки деревянных ящиков, в них, наверное, когда-то хранились боеприпасы.
  - Похоже бывшая оружейная комната. У неё только один вход и она вполне подходит для размещёния портала. - Яс деловито оценил увиденное. - Смотри, тут даже есть кое-какое гнильё, может нам удаться смастерить нечто вроде поддерживающей рамки.
  Они не стали тратить время на лишние слова. Уже через полчаса было создано некое подобие нужной конструкции. Хлипкое сооружение почти не держалось, оно могло развалиться от любого неосторожного движения. И самое плохое было в том, что её узловые стыки чистыми назвать можно было только с очень большой натяжкой. Но выбора у беглецов не было.
  Встав все трое рядом с рамкой, они начали готовиться к созданию портала. Эйрик спешил, он чувствовал, что заклинания Совета колдунов связано именно с магическими способностями чудовищ, колдуны хотели заблокировать их, наложив заклятие. У электрического демона почти не оставалось времени. Сосредоточившись, он начал творить волшебство.
  С первого же мгновения Яс почувствовал, как холод охватывает его. Мастер стал слабеть, он уже почти не держался на ногах, а его руки онемели. Тоже самое происходило и с Коэссой.
  - Я закончил, - донёсся откуда-то издалека голос Эйрика, - шагайте вперёд и вы пройдёте через портал. Поспешите, мне трудно его поддерживать.
  Яс, почти ничего не понимая, шагнул сквозь темноту и упал. Он куда-то летел. Затем последовал удар, Яс почувствовал, как пахнет прелыми листьями вокруг, затем кто-то упал рядом с ним. Кузнец попытался отползти, но не смог, лишь слегка сдвинулся с места и замер не в силах пошевелиться. "Кажется, мы прошли портал. - Подумалось мастеру. - Где мы?". Обессиленный он потерял сознание.
  
  В Ароне начинался большой пожар. Бой чудовищ и солдат Совета не прошёл бесследно. Когда форт был разрушен, огонь горел сразу в нескольких точках. Потом пламя стало потихоньку захватывать соседние постройки, такие как заброшенные склады, дома бедняков, просто руины, а также по ходу и деревья с кустарником. Подсохшая за лето трава бодро переправляла огонь на большие расстояния, где тот снова и снова находил себе пищу. Охотники почуяли дым, когда попытались выбраться на поверхность, большая каменная труба по которой они спаслись из форта, вскоре закончилась. Они некоторое время прятались там, не решаясь выйти на поверхность, но потом труба заполнилась дымом, будто это была не канализация, а дымоход. Оказавшись в безвыходной ситуации, охотники были вынуждены покинуть свое временное убежище. И только снаружи они поняли, кто теперь стал настоящим повелителем Арона. Со всех сторон всё затянуло дымом. Повсюду царили пожары, в их зареве почти невозможно было сориентироваться. Где дворец Зимнее Солнце, где город, а где окраина? Разгулявшаяся огненная стихия всё спрятала дымным занавесом. И в этом имелся и положительный эффект. Как заметил Долин, кажется, вверху не осталось ни одного из тех странных механических существ, что недавно тучами атаковали заброшенный форт.
  - Похоже, дорога открыта. Мы можем улетать, - заметил Долин.
  - Улетать? Куда ты улетишь? - в голосе Лоэлина слышалось отчаяние. - Или ты забыл о заклятии? Маргоб тебе все мозги выбил?!
  Долин разозлился. Чего Лоэлин раскричался? И если уж говорить о том, кому больше мозгов повыбивали, бывший студент здесь, пожалуй, куда как опередил Долина. Даром что ли мешком валялся в этом проклятом форту, когда надо было действовать. Но вслух Долин ничего не сказал, он лишь сдержанно спросил:
  - И что ты предлагаешь?
  - Ничего я не предлагаю! - закричал Лоэлин. - Ничего я не знаю! Куда нам лететь?!
  Больше сдерживаться Долин не мог.
  - Чего ты разорался?! Я тебе не Маргоб. На него надо было кричать! Неужели ты думаешь, посланник Стерегущего море придет на встречу с нами? После всего этого?! - Он провёл рукой, показывая на пожары вокруг. - Нам нечего делать в Ароне. Ни один человек здесь не согласится на встречу с демонами после сегодняшнего дня. Да и колдуны в Совете больше не будут так расслаблены. Как бы нам всё это боком не вышло.
  Лоэлин застонал. Он понимал правоту Долина, но ничего не мог поделать с собой. Улететь из Арона, значило поставить крест на мечте найти отца и, следовательно... Лоэлину не хотелось даже думать о дальнейшем. Он пытался найти нужные слова, чтобы объяснить Долину свои тревоги, но не успел.
  Послышался конский топот. Сквозь дым было видно нескольких всадников, все вооруженные, хоть и беспорядочно. Скачущий впереди даже был одет в ночную рубаху поверх которой красовался медный нагрудник. Не став больше тратить времени на бесполезные разговоры, охотники взлетели, ведь чего им сейчас точно не было нужно, так ещё одного сражения. А всадники и не заметили крылатых демонов. Люди спешили дальше, туда, где горел стоящий немного на отшибе большой трёхэтажный дом.
  Это не был бедняцкий дом, здесь проживало несколько купеческих семей, каждая их которых занимала один из подъездов в доме. Сейчас все жильцы находились на улице, с горечью рассматривая, как горит их добро. Потушить разбушевавшийся пожар оказалось не в их силах. Всадники, оказавшись рядом с погорельцами, громко кричали какие-то слова, размахивали руками, к чему-то призывая пострадавших горожан. А охотники кружили над всем этим и не спешили улетать. Долин просто потому, что не видел особой опасности вокруг, а Лоэлин медлил в надежде на неожиданный поворот, событие, чудо которое вынудит их остаться в Ароне. Пока же охотники просто наблюдали за взволнованными людьми внизу.
  Те же никого не замечали, дым и злость не давали людям лишний раз посмотреть по сторонам. Долин, рассматривая толпу, ощущал себя неким духом, парящим в высоте. Потихоньку он стал снижаться. Лоэлин, радующийся любой задержке, не останавливал друга.
  Охотник приземлился на небольшой пустырь не очень далеко от горящего дома. Крик спора и жалоб почему-то привлекали его. Тут кто-то из людей, наконец, обернулся и замер, видимо размышляя, причудливая ли тень перед ним в дыму, или там находится что-то реальное. Но тут повернулся и его сосед и тоже застыл с раскрытым ртом, а дальше внимание обратил и один из всадников. Разгоряченный близостью бушующего пожара и собственными пропагандистскими речами, наездник, заметив странную фигуру на пустыре, не придумал ничего лучшего, как подъехать ближе, чтобы лучше рассмотреть диковинное зрелище. Лошадь его была животным опытным и как могла сопротивлялась, чуя враждебный дух исходящий от тёмной фигуры. Но всадник был сильнее и волей обладал несгибаемой. Он заставил подъехать своё несчастное животное ближе.
  Долин сидел, как прикованный к земле, а человек находился уже рядом. Стало отчетливо видно его круглые от удивления глаза, его одежду, потёртую и довольно старую, тонкогубый рот с будто приклеенной усмешкой. Она сильно не вязалась с его одеждой. Этот всадник явно пытался выдавать себя за того, кем он не являлся. Охотник резко распахнул крылья, как для взлёта. Испуганная лошадь отшатнулась в сторону, пытаясь спастись от странного врага, и наездник не удержался в седле, полетел на землю, мигом растеряв своё чрезмерное любопытство. Там он покатился, отчаянно пытаясь остаться целым и замер. К лежащему неспешным шагом подошел Долин. Сверху, из дыма донесся крик Лоэлина:
  - Что ты делаешь! Взлетай же, пока они не опомнились!
  Но Долин смотрел на лежащего, а тот на крылатого демона.
  - А-а-ам! - рявкнул Долин в лицо упавшему всаднику, капли кислоты сорвались с его клыков и с шипением вонзились в песок совсем недалеко от человека. И только затем охотник взлетел, с трудом заставив себя оторваться от зрелища поверженного и испуганного врага. Наездник же без чувств растянулся на земле.
  - Убили! Демоны! Кровь... - кричали люди неподалёку. На их крики собирались всё новые и новые горожане, но никто из них пока не решался подойти к лежащему на песке безлошадному всаднику.
  - Что на тебя нашло, - между тем высоко вверху, в задымлённом утреннем небе возмущался Лоэлин. - Зачем ты сделал это, зачем ты пугал его?
  Долин никак не оправдывался. Он ведь и сам не знал, почему вёл себя так. Просто, ему вдруг захотелось посмотреть, как этот самоуверенный человек будет бояться. Охотнику надоел сегодняшний день, все эти прятки, битвы и страхи.
  - Полетели отсюда, - коротко вместо объяснений буркнул Долин. - Нам здесь делать нечего.
  Охотники полетели прочь, туда, куда не дотягивался дым стынущего пожара, и где не было никаких врагов. Они покидали Арон, и даже Лоэлин больше не спорил с этим решением.
  А люди внизу собрались в огромную толпу. Их было множество, они появлялись отовсюду. Многоголосой ордой они сгрудились вокруг поверженного всадника и подняли его на руки. Тот уже пришел в себя и крутил головой, видимо не слишком понимая происходящего. Было слышно, как толпа скандирует: "Смерть, смерть!" Люди выстроились в колонну и двинулись вдоль прогоревших пепелищ вглубь города. По пути к ним пристраивались всё новые и новые участники.
  - Общинники... Смерть... Посольство... - кричала толпа. Не зря общинные княжества прислали в Арон только солдат, закалённых в битвах, готовых к любым неприятностям. Князья знали, каковы настроения в столице Гооб. Беснующийся люд все свои неприятности свалил на появление в городе общинников, даже демоны которые летали по городу, теперь тоже казались насланными общинниками. О колдунах никто и не вспоминал. Огромная толпа быстро покинула старый припортовый район и, многоглавой змеёй пробравшись сквозь узкие улочки купеческого квартала, выбралась к центру города. Там Совет колдунов и поместил посольство общинных княжеств. С каждой минутой ярость людей всё увеличивалась. Росла и сама толпа, в неё вливались даже те охранники порядка, что до этого редкими дозорами проходили по утренним улицам. Теперь караульщики шагали вместе со всеми, громко выкрикивая лозунги смерти и разрушения.
  Охотники, которые не очень хорошо ориентировались в дыму, невольно снова оказались над толпой. Они словно специально сопровождали погромщиков. Кроме караульщиков на пути распалённых людей попадались и стражники городского гарнизона, но солдаты ничего не делали, лишь молча смотрели на происходящее, оставаясь в стороне. С ними договаривались всадники, те самые, одного из которых и напугал Долин. Странные конники выделялись в толпе подобно бородавкам на теле невиданного многоного чудовища. Они выкрикивали лозунги, а люди, бредущие вслед за ними, повторяли жестокие слова. Эти же всадники и следили за движением толпы именно в нужном направлении. Лоэлин видел, как один из верховых остановил группу отделившихся было от толпы припортовых оборванцев. Те, видимо, под шумок хотели немного заняться грабежом. Когда ведь ещё выпадет случай оказаться в центре города при столь благоприятных обстоятельствах. Но всадники не пустили оборванцев, тем пришлось вернуться в общий строй и больше не помышлять о грабеже.
  Вскоре толпа плавно перетекла на центральную улицу, от неё до дипломатического переулка оставались считанные шаги. Тут погромщиков ждала готовая ко всему дружина общинников, охранявшая посольство. Их было немного, всего около двадцати человек, но они встали поперёк улицы, щит к щиту, сплошной, хоть и тонкой стеной преградив доступ к посольству. А за их спинами метались остальные общинники, лихорадочно собирая вещи, документы, готовясь бежать. Но они явно не успевали, толпа пришла слишком рано. Люди, шагающие в первых рядах, немного притормозили. Их живое знамя спустился на землю, огляделся и с безумным фанатизмом бросился прямо на мечи. Толпе волей неволе пришлось устремиться вслед за ним. Началась резня.
   Лоэлин, поражённый увиденным, взлетел выше, ему не хотелось даже в роли наблюдателя быть причастным к подобному, но его остановил Долин:
  - А ведь это наш шанс.
  - Шанс для чего? - не понял его Лоэлин.
  - Для того чтобы всё окончательно выяснить. Посмотри вокруг. Где мы находимся?
  Лоэлин огляделся, охотники кружили над переулком, где шёел бой, сюда ещё не добрались пожары, да и вряд ли доберутся. Всё-таки в этом районе располагаются резиденции колдунов из Совета. И тут Лоэлин понял, о чём толкует Долин.
  - Ты предлагаешь воспользоваться беспорядками и пробраться прямиком в резиденцию Стерегущего море?
  - А другого случая может и не быть. Когда всё закончится, здесь соберётся множество полно солдат и нам тогда уже ничего не добиться. Сейчас же никто не смотрит по сторонам и даже если что-нибудь пойдет не так, люди всё спишут на погромщиков.
  - Или на общинников, - довольно кислым тоном заметил Лоэлин.
  - Не знаю, чем Арону досадили общинники, но только это нас не касается. Даже если мы и захотим помочь общинникам, то как?! С нашим заклятием не до благих дел!
  Грустно звучал такой вывод, но Лоэлин не мог не согласиться с логикой Долина. Действительно, кто для них общинники? Охотники ищут убийц колдуна, чтобы избавиться от проклятия, и пока они не сделают это, им не найти покоя.
  Они полетели за здание посольства общинных княжеств. Там располагался сквер призванный, по всей видимости, прикрывать уродливость бедной части города от глаз дипломатов. Сейчас на старых аллеях собрались люди, они грузили различные тюки, бумаги, золото, и прочую дребедень не очень нужную в столь ответственный момент, когда в любую секунду до них могут добраться погромщики. И действительно отдельные группки, ведомые теми же странными всадниками, уже обошли посольство неизвестными ходами, и окружали убегающих дипломатов. В этот момент Лоэлин всё-таки не сдержался. Пока Долин кружил где-то спереди, выискивая нужный им дом, Лоэлин решил немного помочь ни в чём неповинным общинникам. Струя пламени совершенно нежданно для погромщиков вдруг обрушилась на них. Лоэлин стремительной ракетой пролетел над головами людей, сея огонь и панику. А затем, не задерживаясь, полетел прочь, надеясь, что его выходка дала хоть немного времени общинникам.
  Дом Стерегущего моря был не очень большим. Сейчас, после шумных погромов в дипломатическом переулке, его двор казался тихим, даже слишком тихим. Тут не было даже птиц. Охотники приземлись на крыше небольшого флигеля перед домом, раньше там жил привратник колдуна. Однако флигель был пуст, а его двери раскрыты. Привратник или сбежал напуганный происходящим по соседству, или же присоединился к погромщикам в поисках лёгкой наживы.
  - Как ты думаешь, помощник колдуна ещё здесь? - спросил Долин.
  - Не знаю, - честно признался Лоэлин. - Этот маг слишком склизок, вряд ли он пойдет вместе с толпой, не его стиль. И дом он не должен покидать. Его хозяин-колдун будет не доволен, если с имуществом что-нибудь ненароком приключится. Я бы на месте мага сидел дома.
  - Но ты не он. Как и я. Будем надеяться, что маг размышляет как нормальные люди, - последние слова так странно прозвучали в устах большего крылатого чудовища, что Лоэлин невольно засмеялся. Долин в недоумение посмотрел на друга, а потом и сам понял, что сказал и усмехнулся.
  - Да уж. Нормальные люди... - не договорив, он спланировал на ступеньки, которые вели к дверям центрального дома колдовской резиденции.
  Лоэлин смотрел ему вслед. Он задумался. Ведь Долин для него всегда был крылатым демоном. А себя он всегда воспринимал человеком. Как странно.
  Они никогда до этого не были в доме Стерегущего моря. Все встречи с нужными людьми происходили далеко отсюда, в районах, где дурно пахнет, и нет природных видов. Дом оказался не таким уж богатым, пустынная прихожая с голыми стенами, лишь в углу красуются ржавые доспехи, а за ней коридор, где все окна занавешены пыльными тёмными шторами.
  - И где здесь живёт помощник колдуна? - только и спросил Лоэлин.
  - У меня ощущение, что здесь вообще никто не живет, - ответил Долин.- Традиция что ли у колдунов такая, иметь резиденции в городе и не жить в них.
  Лоэлин потрогал штору на одном окне, за ней пряталось мутное стекло, сквозь которое почти ничего не проглядывалось. Вздохнув, Лоэлин заметил:
  - У нас нет времени. Мы не может весь день ходить здесь в поисках помощника.
  - Тогда хватит проверять пыль на шторах. Пошли дальше. Надеюсь, тут нет колдовских ловушек.
  Остальная часть дома оказалась такой же пустой, как и его прихожая. Лишь кое-где попадались слабые следы существования людей. Выглядели они так, будто человек появился, например, в небольшой спаленке у южной стороны дома, переночевал, а на утро исчез, не выходя за дверь опочивальни. Ведь толстый слой пыли за порогом остался реликтово нетронутым, даже мыши появлялись здесь с полгода назад.
  Охотники бродили по дому, натыкаясь на такие странные следы присутствия жизни, самих же людей не видели. К счастью не встречались им и чародейские ловушки. Может потому, что друзья не стремились разведывать сундуки со шкафами, а может, ловушки умели отличать воров от просто гостей. Вообще, дом изнутри оказался несколько больше, чем он выглядел снаружи. Всего лишь заглядывая в комнаты, охотники потратили немало времени, прежде чем добрели до гостиной. Это был большой зал, довольно светлый в отличие от остального дома. Тут даже имелась кое-какая мебель. В центре зала красовался банкетный прямоугольный стол, с несколькими медными подсвечниками на нём. А у дальнего конца стола находилось единственное кресло в этой комнате, и там лежала небольшая бумага. Лоэлин подошёл к ней.
  - Что там? - спросил его Долин, ему хотелось идти дальше, продолжать поиски. Любопытство бывшего студента его раздражало.
  - Странно. Это старый язык.
  - И что?
  - Да и написано давно. Бумага пожелтела, чернила выглядят не лучше.
  - И что?! - в нетерпение повторил Долин.
  - А то, что написано это для нас.
  - Как для нас? - заинтересовавшись, Долин тоже заглянул в непонятный документ, но как подмастерье мельника со старым языком он никогда не сталкивался, надпись ему ничего не говорила. - Тут упоминаются наши имена?
  - Нет. Я оговорился. Скорее это написано для таких как мы. Для тех, кто приходит сюда искать Стерегущего море.
  - Как это так?
  - Тут написано приглашение в замок колдуна Стерегущего море.
  - И почему ты решил, что оно для нас?
  - Потому что тут так написано. "Всех кто сумел добраться до Гостиной моего дома, я приглашаю в свой замок "Оплот Побережья". Там мы сможем обсудить все интересующие вас проблемы". А дальше какой-то трудно читаемый текст, насчёт гостеприимства хозяина.
  Долин огляделся. Ему совсем не понравился намёк о том, что до Гостиной этого дома не так легко добраться. Что-то было не так. Но вокруг по-прежнему царила тишина. Даже если опасность и пряталась в этих стенах, охотников она почему-то предпочитала не тревожить.
  - Значит, нам надо лететь в его замок, - медленно, чётко выговаривая каждое слово, констатировал Долин. - И кто знает, может быть, Стерегущий море поддержит нас...
  - И мы, наконец, узнаем, кто же убил Чёрного колдуна, - договорил за него Лоэлин. - Проклятие исчезнет, и мы станем свободными, - он вздохнул.
  - Ты не веришь в это? - спросил у него Долин.
  - Не верю.
  - Почему?
  - Теперь не верю, - пояснил Лоэлин. - После ночных событий я не верю в обещания Чёрного колдуна. Слишком много странных совпадений.
  - Каких именно?
  - Ну, во-первых, то, как Маргоб отыскал нас. Его странная потребность в нас, как свидетелях последних минут жизни Чёрного. Во-вторых, его требование имён убийц. Ему явно нужны убийцы, знания об убийцах чтобы сотворить свой обряд.
  - Да Маргоб всего лишь безумец. Хотел получить силу умершего колдуна.
  - Здесь всё не так просто. Ты же слышал, что кричали люди посланные Советом колдунов?
  Долин покачал головой.
  - Нет, я не расслышал. Я как раз пытался избавиться от волшебных верёвок. Кажется, разведчики Совета кричали о каких-то старых уговорах.
  - Почти. Они разговаривали с духом умершего Чёрного колдуна.
  - Разговаривали с духом? - не поверил Долин. - Если дух колдуна ещё и есть на этой земле, то он должен находиться где-нибудь на руинах Одинокого Шпиля, а не в Ароне. Ты именно так всё слышал?
  - Кажется. - Лоэлин не мог утверждать однозначно, всё-таки тогда его изрядно помяли враги. - Может быть, я и ошибаюсь.
  - Надеюсь на это.
  - Я тоже надеюсь.
  Долин молча покачал головой и пошёл прочь. Чтобы ни говорил Лоэлин, встреча со Стерегущим море необходима. Другого выхода у охотников пока не было.
  
  Портал, несмотря на то, что высосал почти все жизненные силы беглецов, все равно оказался не очень сильным. Эйрик даже не смог выбирать, куда должны открыться магические врата. Туннель был создан по принципу наименьшего сопротивления, и портал открылся в небольшой лесок рядом с Ароном, там, где когда-то находилось святилище, посвящённое древесным тотемам. Сейчас от старинного места силы почти ничего не оставалось. Лишь поляна и кольцо дубов рядом, все очень старые и могучие деревья. Тут некогда проводились различные обряды и жертвоприношения и, похоже, воздействие древней магии до сих пор поддерживало здесь нечто вроде прокола в обычной реальности. Потому магический туннель и открылся сюда, наиболее близкое и относительно безопасное место.
  Яс и Коэсса пролежали почти полдня, приходя в себя после бегства. Эйрик же пострадал меньше, да и ему было легче восстановить себя. Он просто взял немного той волшебной энергии, которая пряталась у корней древних дубов. И пока его друзья лежали на поляне, Эйрик исследовал место, куда их забросило. Никто не узнал об этом, а ведь для Эйрика исследование стало настоящим подвигом, и не потому, что лес был очень опасен. Нет, рядом с бывшим святилищем самыми грозными существами оказались зайцы. Просто электрический демон, впервые, после того как покинул Одинокий Шпиль, сделал что-то по собственной воле.
  После кошмарной ночи, когда Маргоб снова приказал ему быть инструментом, Эйрик будто получил встряску и собрался с силами. До сегодняшнего дня он только лишь летел вслед за Коэссой и Ясом, делая то же, что и они, помогая им, если они попросят. И ещё, как выяснилось, он продолжал выполнять волю покойного Чёрного колдуна. Объяснить по-другому факт создания машины некромантии было нельзя, ведь на самом деле Эйрик собирался сделать всего лишь магический ориентир для облегчения поисков нужного мага. Непосвящённый мог бы обвинить электрического демона в недостатке знаний, в глупости. Эйрику же подобное объяснение стало бы настоящим бальзамом на раны.
  Но как самый совершенный Инструмент Чёрного, он всегда знал, как делать и что. И значит, только волей погибшего колдуна можно было объяснить случившееся. Чёрный колдун мечтал воскреснуть и Эйрик по-прежнему оставался его Инструментом, могущественным существом с невероятными возможностями и без собственной воли. Значит, всё то время, пока беглецы путешествовали в Арон и жили в городе, они оставались марионетками в руках Хозяина. Как, наверное, было смешно духу проклятого колдуна, когда он смотрел на их тщетные поиски магов. На самом деле беглецы просто готовили алтарь для воскрешения колдуна и ждали, когда в городе появятся другие участники тайного обряда - охотники и Маргоб с его безумными амбициями. Только вмешательство Совета колдунов с их непонятными речами о договоре остановило Маргоба.
  Но даже поражение каннибала ничего не значило. Скорее всего, беглецы до сих пор куклы в руках мёртвого колдуна. Эйрик, подумав об этом, осмотрелся вокруг. Было тихо, неподалёку стрекотала сорока, жужжали мухи. Тихий и безмятежный день, без единого следа чужой магии. Конечно, по-другому и не могло быть, ведь проклятие колдуна внутри беглецов, в их разуме, в их плоти. Так просто его не обнаружить.
  Эйрик вспомнил, о чём кричал Маргоб. Нужен мастер, нужен инструмент, и нужны свидетели. Которыми, похоже, являлись охотники, не зря же Маргоб выпытывал у них имена убийц колдуна. Неужели Чёрный изначально задумывал всё именно так? И даже Коэсса оказалась рядом с ними не просто так. Она защищала слабого телом Яса и слабого духом Эйрика. Как колдун мог всё продумать заранее? Или это было решено уже после смерти? Вопросы возникали один за другим, и Эйрик не видел ответа на них. Ясным оставалась одно - нельзя больше полагаться на судьбу. Эйрик должен сопротивляться, должен анализировать всё вызывающее хоть малейшие сомнения. Ведь почти наверняка, даже если Маргоб погиб, возникнет новый безумец. И очередной некто будет искать компоненты обряда, необходимые для воскрешения Чёрного колдуна - мастера, инструмент и свидетелей.
  - Эйрик, чего ты повис возле меня? - Вдруг раздался недовольный голос Яса. - Твои молнии мне все волосы спалил. Нельзя же так.
  - Какие волосы Яс? Ты же всегда был лысым, - в разговор вступила Коэсса.
  - Ну и что? Все равно эти молнии такие колючие.
  Эйрик ничего не ответил Ясу. Он знал, что его электрические сполохи обычное живое существо не в состоянии почувствовать, если того не хочет сам Эйрик. Но он молчал. Если бы электрический демон был человеком, то тогда на его лице появилась бы улыбка. Всё хорошо. Яс ворчит, а Коэсса защищает. И значит, пока у них ещё есть надежда.
  
  Глава 13
  Униженной и разбитой армии Маргоба не удалось покинуть Арон в этот же день. Отдельными отрядами, группками, просто одиночками, чудовища оставляли растревоженный город. Пожары сыграли в их отступлении положительную роль. Огонь дал возможность уйти самым боеспособным воинам из армии Маргоба, потери же среди крысюков и ящериц никого не волновали. Все равно эти твари неумеренно размножались, похоже, окончательно забыв о своём человеческом происхождении.
  Трог вышел из Арона вместе с Маргобом, Агнариром и прочими оставшимися в живых из свиты хозяина. Глаз тоже находился тут, спокойный, почти безмятежный. Ничто в наблюдателе не выдавало ещё недавние разговоры о бегстве и о поисках на юге. Они шли вслед за Грызуном, никто не остановил их, даже у южных ворот охрана разбежалась вместо того, что сражаться и удерживать врага в городе. Совет колдунов почему-то вслед за тем как разбил Маргоба в заброшенной крепости, больше никак не проявлял свою власть, а городская стража оказалась не в состоянии биться с чудовищами. Ведь у неё возникло множество дел в самом городе. Там после пожаров начались волнения, насколько Трог понял, из того, что успел увидеть по пути, люди бунтовали, повсюду творились погромы и мародёрство. Арон оказался настоящей пороховой бочкой, всего лишь несколько искр и он загорелся. Колдунам было о чём беспокоиться кроме убегающих чудовищ, и Маргоб отлично воспользовался их затруднением. Он уходил из Арона, где ему было нечего делать, ведь оттуда сбежали все, ради кого он привёл сюда армию.
  Трог снова стал офицером. О его недавнем бегстве и об уничтожении повязки верности не было сказано ни слова. Маргоб сделал лишь одну вещь, и теперь у Трога вместо повязки верности появилось нечто новое. Пока они отлёживались в овраге у реки Ар, Маргоб, так, мимоходом, нанес на плечо бывшего Хранителя татуировку. Он просто провёл там ногтем, и Трог увидел возникающий на коже рисунок, небольшой зазубренный треугольник. "Это твой новый залог верности мне, - пояснил каннибал недоумевающему офицеру. - Смотри. Боль, которую причиняла тебя повязка ничто, в сравнении с болью которую может создать твоя новая татуировка. Не забывай об этом, и всё будет хорошо". С наблюдателем Маргоб же просто поговорил, Трог видел их разговор, но не решился подойти ближе, чтобы подслушать. После той беседы Глаз снова стал выполнять обязанности главного следопыта в их армии. Всё вернулось на свои места. Трогу бы радоваться за своего странного друга, ведь наблюдателю все проступки обошлись, похоже, очень даже дешево, но Трог не мог. Он завидовал. Вся эта суматоха вокруг, непонятная гонка, ненужные сражения, всё это что-то сделало с ним. В армии Маргоба Трог ощущал себя ещё хуже, чем когда был просто хранителем сокровищницы в Одиноком Шпиле. Тогда по крайне мере он был один, общество Агнарира не в счёт. Ему не приходилось подслушивать, предавать, и завидовать.
  "Я же помню себя, - размышлял Трог. - Я никогда не был таким. Не битвы же меня изменили. Я Воин Чести, я должен помнить это!". Подумав так, он огляделся. Колонна брела по грязной лощине. Неподалёку от бывшего Хранителя в луже увязла повозка с продовольствием, крысюки "одолжили" её у местных крестьян. Теперь крысюков с повозки выгнали Держатели, оседлала хлипкую телегу целой толпой. И фермерская лошадка не утащила столь увеличенный груз. Она и её пассажиры теперь возились в грязи, вонючие, потные и злые.
  "И вот с такими соратниками я должен быть Воином Чести?! - скривился Трог. - Я должен служить безумному Маргобу и помнить о чести?!".
  Он бы заплакал, да только в обществе крысюков его слёзы не вызвали бы ничего кроме безудержного веселья. Трог помотал головой, отгоняя ненужные мысли. Пока он будет делать всё как надо, другого выхода у него все равно нет. Пока. Рано или поздно наступит момент, когда Маргоб снова оступится, и конечно каннибал при этом будет очень далек от понятий чести и воинской доблести. И вот тогда наступит время решений. А сейчас Трогу лишь оставалось брести вместе с остальными по слякоти, оставшейся после недавно прошедших здесь дождей, брести и набираться терпения.
  К вечеру они снова выбрались на берег реки Ар. Великая река крутилась по равнине Гооб чуть ли не кольцами, порой протекая по два раза у какой-нибудь забытой богом деревеньки. Разбитая армия как раз достигла одного из подобных хуторков, состоявшего из пары домишек с соломенной крышей и несколькими загонами для скота, где уныло ходило несколько тощих коров. Дело у здешних фермеров не процветало. Огороды возле домов выглядели так, будто их долго вытаптывали. Здесь росли, вперемешку с сорняками, несколько огуречных лоз и под ними, закусывая этими же огурцами, уже лежали крысюки из авангарда их армии. А те, кто не поместился рядом с огурцами, тоскливо бродили взад-вперёд по единственной улице деревеньки. Они следили, чтобы ненароком не разбежались те жители, которых появление чудовищ застало врасплох.
  После авангарда в деревню вошёл Маргоб с сопровождающей его свитой, именно вошёл, поскольку ни одна лошадь не соглашалась везти каннибала на своей спине, а ездить в телеге Маргоб счёл ниже собственного достоинства. Ни один дом Маргоб не посчитал достойным принять его колдовское величество, и несколько ящериц тут же были отряжены сооружать для него шатер на окраине деревне, там, где не так пахло навозом, и где было поменьше комаров. Эти кровососы тучами роились у заболоченных берегов реки Ар и они кусали всех без разбору, не важно человек ты или нет, главное чтобы кожа прокусывалась. Трога же Новый Хозяин отрядил размещать их потрепанные войска. Раньше подобными коммунальными вопросами Трог не занимался, его делом всё больше были сражения. Но Трог сказал сам себе - если воюешь, значит должен уметь заниматься всем, вплоть до организации сортиров для солдат. Последнее кстати не помешало бы их армии, нечистоплотные крысюки сильно портили окрестности в те времена, когда их отряды стояли лагерем перед Ароном.
  В помощь Трогу Маргоб отрядил некого Рина. Странное существо, имеющее родство с Держателями, но не настолько сильно пахнущее как они, да и вообще более призрачное, почти настоящее привидение. Со своим новым помощником Трог и отправился осматривать деревню, для выяснения хозяйственных вопросов.
  Тук-тук. Они не стали ломать двери, хотя двери у местных домиков еле держались на своих петлях, они вежливо постучали. К их удивлению дверь открылась. Оттуда выглянул старик, не выспавшийся, с всклоченными волосами и слезящимися глазами.
  - Ты кто? - спросил старик у стоящего ближе Трога.
  - Капитан Трог. - представился тот в ответ, почти не преувеличивая своё звание. На деле Маргоб ещё не додумался присваивать звания своим офицерам, но раз уж Трог занимался такими вопросами как организация лагеря, звание у него точно было не меньше капитанского.
  - А когда вы приплыли? - удивился старик. - Рано ведь ещё.
  Озадаченный Трог почесал голову. То ли старик совсем ничего не видел на старости лет, то ли просто немало выпил накануне.
  - Мы не приплыли, мы пришли.
  - Какой же ты тогда капитан? Чего ты голову морочишь старому человеку? - После этих слов дедок просто-напросто закрыл дверь, оставив Трога снаружи рассматривать окрестности.
  - Что прикажешь командир? - обратилось к офицеру странное существо Рин.
  Новоявленный капитан ничего не успел ответить. К нему подбежала целая процессия, возглавляемая небывало крупным крысюком, тварь выросла размером почти с самого Трога, только при этом ещё и толстая. Довольный крысюк улыбался во всю свою крысиную пасть, показывая великолепные белые зубы способные перекусить руку взрослого человека.
  - Командир, - наперебой закричали новоприбывшие. - Нам сказали, все спорные вопросы в лагере решаете вы. У нас есть спорные вопросы, - они скакали и прыгали, только большой крысюк оставался спокойным. - У нас много много спорных вопросов.
  Трог собрался с силами. Вот чего он не ожидал, так это роли судьи между крысюками.
  - Какие ещё спорные вопросы?! - Рявкнул он как можно строже. - Все вопросы потом. А пока... - он огляделся, силясь придумать, что "пока". Недалеко, справа от дома странного старика находилась поляна, с двух сторон огороженная плотными зарослями ивняка.
  - А пока, - решил Трог. - Все марш на ту поляну, и копайте нужники для нашей армии. Приказ понятен?!
  Все спорщики, включая большого крысюка, состроили недовольные морды, но оспаривать распоряжение не решились, они знали насколько тяжела рука у Трога. Медленно повернувшись, "добровольцы" побрели на указанную поляну, не захватив с собой никаких инструментов. Они, впрочем, в них и не нуждались. Когти отлично заменяли крысюкам все человеческие приспособления для работы. Теперь новоявленному капитану можно было вернуться к разборке с местным населением.
  - Так какие указания, командир? - повторило свой вопрос Рин.
  Трог с сомнением посмотрел на привидение. Чего оно хочет от него? Приказ ему нужен. Ладно, пусть будет приказ.
  - Поговори со стариком, объясни, что сейчас в его деревне вооруженные отряды нашей армии, нам нужно осмотреть его дом, для того чтобы определить - подходит ли он для размещения наших войск или же нет. Всё понятно?
  - Понятно, - прошипело Рин и направилось к двери.
  - Только вот ещё одно. - Остановил его Трог. - Без крови. Смотри, я за тобой наблюдаю.
  Рин лишь покачало своими призрачными плечами в ответ и снова повернулось к двери. Трог, нисколько не преувеличив, наблюдал за ним. Ему было действительно интересно, а на что способно это странное существо выделенное ему в помощники. Привидение не стало стучать в дверь, оно просто раскрыло её, так будто там и не было большого увесистого запора. Ни треска, ни шума, просто мгновение и дверь раскрыта. Новоявленному капитану только и оставалось качать головой. Интересный трюк, здесь наверняка не обошлось без магии.
  - Кто, кто ломает мне дверь? - послышался возмущенный старческий голос. Рин не отвечая, влетело в дом.
  - Да я ничего, я не против. - Через пару секунд старик уже лебезил. Трог поспешил войти, вдруг Рин нарушит его приказ, а им сейчас только лишней крови не хватало.
  В доме было темно, маленькие закопчённые оконца почти не давали света. В центре горницы стоял хозяин дома, старик, одетый в простую домотканую длинную рубаху и подпоясанный обычной веревкой. Судя по тому, какой здесь царил беспорядок, дедок жил один. Ведь разве позволила бы настоящая хозяйка разбирать заднюю стену дома и объединять его с сараем, где почти всё место занимали рыбацкие сети.
  - Я готов принять на постой ваших бравых солдат, - сказал старик вошедшему Трогу. - Я совсем не против, капитан. Только вот одно... - при этих словах дед боязливо покосился на Рин, оно висело рядом, этакий клок тумана. - Мне кормить их совсем нечем. Уж не обессудьте, простите старика, стар я и слаб.
  - Тебе незачем их кормить. Мы ненадолго, а с едой как-нибудь обойдёмся. Более того, чтобы ты не думал о нас плохо, будто мы разбойники или людоеды какие, - говоря об этом, Трог невольно скрестил пальцы за спиной, - мы тебе заплатим за постой. Всё будет отлично. Только не гуляй слишком много, пока мы в деревне. А то некоторые из нас не совсем, как бы объяснить...
  - Ничего, ничего. Я всё понял капитан. На улицу ни ногой.
  - Отлично.
  После столь успешного начала переговоров с представителем местного населения рейтинг Рин в глазах Трога сильно возрос. Он даже доверил привидению обход оставшихся домов в деревне. А сам капитан занялся собственно солдатами, разбредшимися по всей округе крысюками, слизистыми ящерицами, и прочей нечистью.
  Труднее всего пришлось с Грызуном и Пауком. Ни тот, ни другой не желали слушать капитана, и только прямой приказ Маргоба заставил их подчиниться новому офицеру. В размещение Грызуна Трогу пригодились те ямы, которые успели накопать спорщики-крысюки до того, как он о них вспомнил. Вместо мирной поляны там уже располагался настоящий карьер, очень удобное лежбище для Грызуна. Тем более что крысюки успели ещё и основательно изгадить все свежесозданные ямы. Ведь для того они и предназначались. А Грызуну чем грязнее, тем лучше.
  Паука же пришлось селить за деревней, его членистоногая свита совершенно не обладала собственными мозгами, они так и норовили что-нибудь утащить или кого-нибудь съесть. Потому Трог определил место Пауку в пойменном лесочке неподалеку. Там же проходила и единственная дорога к деревне, и Паук мог следить за всеми посторонними, которые вдруг надумали бы явиться в лагерь Маргоба. Там, в лесочке, десятипалый сразу и залёг. Ему требовалось залечить свои раны. Трог видел, что кто-то основательно потрепал их чудище, но разговаривать на тему сражений Паук категорически не желал, не помогали даже властные полномочия нового капитана.
  Сам Трог решил разместиться в доме у старого рыбака, а крысюки могли ночевать и на открытом небе. Тем более для них, похоже, не существовало особой разницы. Что дом, что луг, всё одно хихикают.
  Старик действительно оказался рыбаком. Выяснилось также, почему он всё выспрашивал Трога насчет его корабля. Эта деревенька оказалась не так проста. Здесь действительно останавливаются корабли. И не только речные, заходят и морские купеческие.
  - Зачем? - удивился Трог, узнав об этом. Дело происходило вечером, когда все хлопоты с лагерем закончились, и можно было отдохнуть. Они сидели за столом, который престарелый домохозяин, несмотря на отсутствие еды, сумел прилично обставить. На столе присутствовала даже брага, довольно неплохая и пили её только Трог и сам дедок. Рин ничего не пило, просто висело рядом со столом и, похоже, оставалось вполне довольным. Больше в доме никого не было. Трог немного злоупотребил своими капитанскими полномочиями, и разместился очень свободно, и с кроватью и хорошим ужином.
  - Зачем кораблям приплывать в вашу деревню? - спрашивал Трог. - За навозом что ли?
  - О, капитан. Сразу видно, к торговле вы никаким боком не повёрнуты. У нас здесь не всегда деревня. Два раза в год ярмарка проводится. Многие сюда съезжаются, вот и корабли тоже заходят.
  - А, вот оно в чём соль. Так как же они заходят? Как я посмотрю, у вас сплошное болото вдоль берега. Ни один корабль не пройдёт.
  - Так болото только с одной стороны. А река же у нас кольцом вьётся. Пройди чуток и вот тебе и порт.
  - Прямо таки порт?
  - Порт, точно как городской. И причалы есть, и дно специальное для кораблей подготовлено.
  - И кто же всё это делал?
  - Я не знаю. Всегда так было. А мы только немного следим, ремонтируем, да корабли встречаем.
  Трог призадумался. Интересный факт, он мог пригодиться для всей армии.
  - А когда у вас следующая ярмарка?
  - Как всегда, ближе к началу осени.
  - Значит, сейчас никаких кораблей нет?
  - Нет. - Тут рыбак призадумался. - Ну, кроме разве что одного баркаса. Старый такой, почти как я. Мы его теперь и не используем совсем, а раньше бывало, плавали даже в Арон. Рыбой торговали, у нас тут в низовья порой заходят осетры, деликатес. У них такого уже нет, туда почему-то крупная рыба не ходит... - старик увлёкся воспоминаниями, похоже рыбацкие истории были обеспечены Трогу на весь вечер. Впрочем, капитан чудовищ и не сильно возражал. Такое общение куда лучше, чем вечные споры крысюков и слизистых ящериц.
  За разговором прошло немало времени. Около полуночи старик немного осоловел, выпитая брага и позднее время сделали своё дело. А Трог будучи более крепким от своей колдовской природы, мог бы ещё долго сидеть, пить, разговаривать, пусть даже старик на ходу засыпает. И вот где-то на середине довольно несвязного повествования, о том, как старик в свои молодые годы вместе со всей деревней пытался загарпунить белугу, в дверь постучали.
  - Я открою, - рядом со столом возникло непонятное существо Рин, капитан и забыл за время застолья о присутствии денщика рядом.
  - Хорошо, - лениво развалившись на своём бревнышке, согласился Трог. У старика в доме не имелось стульев и кресел. Сам хозяин сейчас пытался не свалиться с небольшого пенька, а гостю досталось место получше, там даже можно было спать.
  За дверью оказалось сразу трое новых гостей, всех троих Трог меньше всего ожидал увидеть в столь позднее время. Впереди стоял Маргоб, закутывавшийся с ног до головы в тёмный плащ, за ним бесформенной кляксой растёкся Агнарир, а ещё дальше, лишь смутным силуэтом различимый на фоне звёзд, парил Глаз. Увидев всю процессию, Трог попытался вскочить, но оказалось весь алкоголь, что не ударил ему в голову, находился в ногах. Бравый капитан чуть не растянулся на грязном полу прямо перед своим главнокомандующим. Пришлось бывшему Хранителю сесть, и пытаться сохранять на лице печать серьёзного внимания.
  Маргоб словно и не заметил всей клоунады. Медленно пройдя внутрь, Новый Хозяин огляделся, кивнул Рин, и только потом подошёл к своему капитану. Чуть ли не по пятам за Маргоб протёк и Агнарир, эта тварь никому не кивала, лишь бесформенно пузырилась, оказавшись сегодня просто на редкость несформированной личностью. Влетел в дом и Глаз, только он остался висеть у порога, словно стесняясь лететь дальше.
  - Неплохо устроился, - Маргоб был сегодня ночью на редкость сдержан и вежлив. Ведь даже перед тем как зайти в дом он постучался. С его колдовскими амбициями подобное поведение казалось странным вдвойне.
  Трог лишь сглотнул в ответ на замечание командующего, в голове капитан сейчас не оставалось слов и мыслей, одно лишь испуганное недоумение. Тщетно пытался он взглядом хоть что-то выяснить у наблюдателя, тот вёл себя на редкость отрешенно. А от Агнарира ждать поддержки было лишней тратой времени. Слизняк по-прежнему ненавидел Трога, и с удовольствием попробовал бы новоявленного капитана на вкус, но пока был вынужден терпеть.
  - Хорошее место, - продолжал свою странную речь Маргоб, - и даже угощение на столе.
  - Да, да, на столе, - это попытался проснуться старик.
  - Ну да ладно. - Маргоб потеснил Трога и присел рядом. Каннибал понюхал брагу, попробовал на вкус копчёную рыбу и скривился. Ему не нравилась такая еда.
  - В общем, к делу. У нас небольшое совещание. Ты теперь Трог мой старший офицер и нехорошо с твоей стороны уклоняться от своих обязанностей.
  Старший офицер только и раскрыл рот в ответ. Он не понимал о чём идёт речь. Его ни о каком собрании не предупреждали.
  - Может, стоит тебе напомнить, для чего красуются на твоем плече татуировка? Ты ведь кажется, ещё ни разу не проверял её действенность?
  Трог отрицательно покачал головой.
  - Я тоже. Эксперименты на крысюках не в счет. Слишком они примитивны. - Маргоб помолчал, не объясняя, кто примитивен, крысюки, или же те эксперименты, которые он ставил на них. - Давай попробуем на тебе?
  Вопрос был задан на редкость дружелюбным тоном, как будто Маргоб спрашивал какой-нибудь кулинарный совет в кружке домохозяек.
  - Это конечно интересно, - Трог, наконец, смог заговорить, в нём проснулось чувство самосохранения, оно не позволило ему молчать дальше. - Но дело в том, что такой эксперимент, - он с трудом выговорил сложное слово, брага, несмотря на стрессовую ситуацию, не желала выветриваться у него из головы. - Такой эксперимент не будет полноценным.
  - Почему? - удивился Маргоб.
  - Я ведь не по собственной воле пропустил совещание, меня просто не предупредили. Значит, по моей воле нарушения нет, и значит, действие татуировки верности окажется не совсем чистым. Не таким... Каким оно было бы... Если бы я по собственной воле что-нибудь замышлял. - Трог замолчал, сам, пытаясь понять, что же сказал, молчали и остальные, даже Агнарир перестал шипеть, видимо тоже размышляя над логикой Трога.
  - Молодец, - наконец сказал Маргоб. - Я не зря сделал тебя своим капитаном. Ты один из самых достойных в моей армии на этот пост. Но в том то и дело, что "один из". Тебе понятен мой намёк?
  Трог лишь кивал в ответ.
  - Действительно молодец. Тогда перейдём к делу. Примерно к утру недалеко от этой деревни к Арону будет проплывать большой купеческий корабль, затем ещё через час, другой. Всё понятно?
  Хотя Трогу ничего не было понятно, ему пришлось казаться очень понимающим, ему не хотелось никаких лишних экспериментов на своей шкуре. Он и без того был слишком близок к столь нежелательному финалу.
  - Проблема состоит в том, что нам нужны эти корабли. - Говоря это, Маргоб с сомнением посмотрел на прикорнувшего рядом рыбака. - Может стоить его съесть? Зачем нам лишние уши.
  - Он ничего не слышит, - поспешил успокоить командующего Трог. - Старый, глухой как пень, да ещё и напился. Он не составит нам проблемы.
  - Ладно, оставляю на твоё усмотрение, ты же у нас отвечаешь за общение с местными жителями.
  Это прозвучало для Трога новостью, ему казалось, что он отвечает только за размещение войск в деревне.
  - Вернёмся к нашим кораблям... - сказал Маргоб и вдруг скривился, одной рукой цепляясь за стол, а другой держась за шею. Трог хотел было помочь ему, как его остановил Агнарир:
  - Ничего не происхо-о-дит. Оставайся на месте.
  И действительно Маргоб через мгновение снова выпрямился:
  - Значит корабли. Твоя задача Трог - захватить их.
  Нынешняя ночь не переставала доставлять новому капитану сюрпризы.
  - Захватить?! - переспросил он, забыв даже об угрозе эксперимента.
  - Именно. Корабли надо захватить. И не надо спрашивать меня зачем. Это моё дело. Мне нужны корабли, а обеспечить их мне должен ты!
  На подобное утверждение уже ничего нельзя было сказать. Надо так надо. Только вот как?
  - Не думай, что я просто взваливаю всё на тебя. Ты не зря мой старший офицер. Говори мне, что и как. Я обеспечу всё необходимое. И к утру эти корабли должны стоять у берега готовые к погрузке наших бравых солдат. - При последних словах Маргоб зло щёлкнул зубами, невольно давая понять, как разобрался с некоторыми особо "бравыми".
  Трог призадумался.
  - Может быть это и возможно.
  - Не "может быть", - с угрожающим намёком в голосе поправил его Маргоб.
  - Конечно возможно! В общем, здесь есть старый баркас, надо срочно проверить его на плавучесть.
  - Не беда, хоть и временно, баркас да будет плавать.
  - Используя баркас, можно захватить корабль. Они же приплывут примерно к рассвету?
  - Примерно да.
  - Значит, основная задача в том, чтобы не насторожить людей на корабле раньше времени. Ведь у нас почти никто не умеет передвигаться по воде, если корабль попытается уйти, нам будет трудно его остановить...
  Их совещание продлилось ещё полчаса, как раз столько, чтобы обсудить все детали предстоящего пиратства. Под конец Трог даже немного забыл об угрозах эксперимента, Маргоб был на удивление дружелюбен и снисходителен. Он охотно выслушивал все замечания Трога, и лишь иногда зачем-то поворачивался к парящему за спиной Глазу, тот ничего не говорил, но при этом словно все равно имел влияние на Хозяина. Трогу стало любопытно, в чём же дело, но пока он решил приберечь свой интерес на потом, ведь сейчас предстояло решить действительно сложную задачу.
  
  Охотники не слишком хорошо разбирались в географии Гооб. Даже Лоэлин, несмотря на своё звание бывшего студента, плохо разбирался во всех тонкостях рельефа великой равнины Гооб, он знал здесь только несколько наиболее крупных городов и всё. О том, где находятся замки властителей-колдунов, оба охотника не имели ни малейшего представления. В этом не таилось государственных секретов и запретов, просто подобное знание избегалось обычными людьми. Ведь оказаться в любом из центров власти колдунов могло означать для простого человека судьбу хуже смерти. А дальше правило суеверие, народ не хотел даже и слышать, где находятся страшные замки, сплёвывая при одном их названии.
  Об "Оплоте Побережья" было известно только то, что он находится к северу-востоку от Арона и как видно из названия, он располагается недалеко от моря. Конечно, точные координаты известны в "Зимнем Солнце", но лететь туда казалось большим безумием. Оказавшись в столь затруднительной ситуации, охотники даже подумывали, а не бросить ли вообще всю затею с посещёниями колдунов. И достаточно было появиться одной такой мысли, чтобы заклятие Чёрного колдуна не замедлило напомнить о себе. Переболев с часок, незадачливые детективы снова взялись за дело, теперь без всяких промедлений.
  Они вылетели из Арона, приземлились на дороге ведущей к северу, спрятались за ближайшим удобным поворотом и стали отлавливать всех людей похожих на купцов. Ведь торговцы не городские обыватели, выгода заставляет их бывать везде и всюду, и если кто может знать, где колдовские замки, так это купцы. Охота оказалась делом непростым. Негоцианты не ездили по одиночке, их сопровождали охранники, с ними часто ехали и другие путешественники, направляющиеся по своим собственным не торговым делам.
  Охотникам повезло где-то ближе к обеду. На дороге показалась одинокая повозка, её возница, хмурый человек в поношенной одежде больше походил на крестьянина, чем на купца. Может быть, поэтому он и ехал один. Долин легко остановил еле ползущую телегу, просто встав на дороге перед ней. Испуганная лошадь крестьянина была слишком стара, чтобы быстро бегать. Она просто метнулась в одну сторону, в другую, а затем смирилась со своей судьбой и встала, видимо, готовясь отойти в иной мир.
  - Хорошая лошадка, - ласково похлопал её по голове когтистой лапой Долин. - Не стоит так дрожать, я сегодня уже обедал.
  Он говорил чистую правду, им удалось не так давно перекусить небольшой хрюшкой, они нашли её на хуторе не так далеко от Арона. Свинья отправилась в желудки охотников, а взамен в загоне осталось несколько золотых монет, ведь ремни-сумки были по-прежнему набиты деньгами.
  Пока Долин разговаривал с лошадью, незадачливый торговец попытался сбежать, но не успел, позади телеги вылез на дорогу Лоэлин, он был мрачен, ему обед из сырой свинины не пошёл на пользу и его немного мутило. Крестьянин замер на месте, парализованный от ужаса.
  - Привет, - поздоровался Долин, подойдя ближе. - Не бойся ты так. Ты же слышал, что я сказал твоей милой лошадке. Мы сегодня уже обедали, так что бояться нечего.
  Бедняга в ответ лишь моргал, рассматривая страшные челюсти говорящего чудовища.
  - Мы хотим просто поговорить с тобой. Ты скажешь нам всё необходимое, и мы тебя отпустим. Если окажешься полезен, даже заплатим. - Долин продемонстрировал золотую монету, повертел так, чтобы она блеснула на солнце, и положил на передок телеги. - Ты же хочешь иметь эту монету?
  В крестьянине начал потихоньку оживать торговец. Искоса он поглядел на лежащее рядом золото, потом на чудовище с пергаментной кожей перед собой и снова на золото. Видимо он пытался вспомнить местные легенды о схожих происшествиях.
  - Ты же едешь с севера? - спросил его Долин. - Твоя деревня далеко отсюда?
  Лоэлин услышав его вопросы, только застонал. И чего эта бестолочь тянет время, нет, чтобы спросить напрямую, все равно крестьянин ничего толком не понимает. А человек уже принял решение, он подумал, что возникшие перед ним чудовища относятся к искусителям, подобные демоны порой попадаются в Гооб, есть много сказок о похожих случаях. И все рассказчики советуют здесь одно, - надо думать, прежде чем отвечать на вопросы демонов. Если всё делать правильно, то тебя отпустят, и, может, даже наградят. А если нет, то тогда сам виноват, нельзя расслабляться, когда общаешься с демонами-искусителями.
  - Деревня совсем близко, два часа езды отсюда, - ответил крестьянин, слишком лёгкий первый вопрос его сильно насторожил, он ожидал подвоха, но пока не мог понять, где же он.
  Долин скорчил разочарованную мину, не в силах скрыть своего недовольства. Этот торговец жил слишком близко от Арона, вдруг он ничего не знает об "Оплоте Побережья"?
  - А ты хорошо знаешь окрестности своей деревни? - почему-то охотник всё никак не решался спросить напрямую, слишком давно ему не приходилось общаться с людьми лицом к лицу.
  "Может быть, хитрость в этом вопросе? - Подумал торговец. - Ответишь хорошо, и они спросят чего-нибудь такое о деревне, чего я знать не знаю. А затем съедят за то, что соврал. А отвечу плохо, начнут спрашивать почему. И ведь ничего не придумаешь, тоже съедят. У-хх, демоны!".
  - Кое-что знаю, а кое-что нет, - решился он, наконец, ответить.
  Долин недоумевающее поглядел на крестьянина, шутить тот, что ли вздумал над ними. Знает, не знает... Так дело не пойдёт.
  А Лоэлин вообще места себе не находил. Разве можно вести себя столь глупо, их дело ждёт, а Долин знай себе болтает о чём попало. В любую минуту на дороге могут появиться другие повозки, что тогда делать? Продолжать распугивать местных жителей?
  - Ладно, ладно. Тогда давай так, - у Долина кончилось терпение. - Скажи мне, знаешь ли ты где находиться замок "Оплот побережья"? Ответь и ты получишь эту монету, - длинным пальцем с кривым когтём он показал на мирно лежащее на передке телеги золото.
  Вот теперь крестьянин не сомневался, что ему задали тот самый вопрос. Ответишь неправильно и тебе конец. Ответишь правильно и останешься жив, даже немного разбогатеешь. А почему именно такой вопрос? Неужели господин решил проверять своих людей? К чему такие вопросы? Бедный сельский коммерсант даже немного вспотел от всех роящихся в голове вопросов. А ведь чудовище ждёт ответа, и у него, похоже, кончается терпение. Больше тянуть нельзя, надо отвечать. Совсем растерявшись, побледнев от страха, торговец сказал первое, что ему пришло на ум.
  - Знаю, - признался он, решив быть честным. Сказав, он замер, закрыл глаза и втянул голову в плечи, ожидая удара в любой момент.
  - Знаешь, так расскажи.
  Крестьянин открыл удивлённые глаза, понял, что ещё жив, и рассказал. После, даже когда монета уже лежала в его потной ладони, он всё ещё не мог поверить, что выжил, и просто сидел на своей телеге посреди дороги, не решаясь двигаться дальше.
  
  Охотники летели к "Оплоту Побережья". Как оказалось, Стерегущий море владел всеми землями вокруг них, а замок его располагался вовсе не на берегу моря, а у реки Ар, несколько севернее от Арона. Найти его было совсем нетрудно, надо всего лишь лететь над рекой и рано или поздно они увидят замок.
  Через час непрерывного полета Лоэлину стало плохо. Сырая свинина рвалась наружу, желудок охотника, обычно казавшийся лужёным, был сегодня, наверное, проклят. Впрочем, эта догадка могла быть правдой, проклятие колдуна иногда проявлялось и так, странными побочными эффектами. Им пришлось искать место для отдыха. Выбрав небольшую песчаную отмель, они спланировали туда, намереваясь немного побыть там, привести желудок Лоэлина в порядок и отправляться дальше.
  На земле Лоэлин сразу окунулся в прохладную речную воду, да так и залёг там, видимо отмокая на все последующие дни.
  Долин от нечего делать просто гулял по высокому отложистому берегу, рассматривая реку и заросли вокруг, один раз он даже попробовал ежевику, которая в изобилии росла здесь. Конечно, ягода была съедобна, но Долин вдруг понял, что давно не любит растительную пищу. Заклятие колдуна сделало его охотником не только на словах, он и на деле теперь предпочитал мясо. У него в отличие от Лоэлина сейчас не имелось никаких проблем с желудком и более того, он обнаружил, что не прочь опять перекусить. Обед был уже забыт и требовался полдник. Раньше Долин не обнаруживал за собой подобной прожорливости.
  Охотник огляделся, посмотрел на Лоэлина плескавшегося подобно ребенку в воде, посмотрел на лес перед собой, размышляя, а сможет ли он что-нибудь поймать, там пока его друг приходит в себя. И тут прямо перед ним вспыхнул огонь, сырая лесная трава занялась в один миг, словно здесь был пересохший от жары луг, а не влажный туманный лес. Долин невольно отшатнулся, задел какую-то корягу позади себя и покатился вниз, на песок, отчаянно пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь. А затем появились те, кто напустили этот огонь.
  С виду они выглядели как обычные люди, солдаты в кольчугах, с различным набором колючего и режущего вооружения. Откуда они взялись и почему напали, они не объясняли. Они возникали один за другим из горящего леса, все в железе и серебре. Стремительные, собранные, они не дали времени упавшему охотнику прийти в себя. Люди в кольчугах в один миг спеленали лежащего Долина. Он оказался закутан в прочную сеть, в рот же охотнику затолкали аморфную клейкую массу. Больше всего она походила по вкусу на сырое тесто, только она не прожёвывалась, и как Долин не старался, у него не получалось выплюнуть её. Охотник лишь лежал с забитым ртом на боку, слишком ошеломленный происходящим, чтобы толком сопротивляться.
  Он видел, как люди подбежали к Лоэлину. Тот пытался остановить их своим огнём, но после долгого остужающего купания собственное пламя его не очень слушалось, скорее тлело, чем горело. Да и нападающие сами выбежали из огня, похоже, они не слишком боялись обжигающей стихии. Правда, лес уже не горел, он стал таким же, как и раньше, тёмный и сырой. Лоэлин ненадолго сумел остановить бегущих впереди людей и готовился взлететь, но вода рядом с ним вдруг взметнулась вверх гибким щупальцем. Лоэлин рухнул, так и не успев расправить крылья. Тут же его окутала вторая сеть, а в рот кляпом заткнуло псевдотесто, собрата которого сейчас пытался прожевать Долин.
  Потом к берегу подошла большая лодка, куда и положили обоих пленников, совершенно ничего не понимающих. Сегодня они пережили самое позорное сражение в своём обличии охотников. Никто до сегодняшнего дня не побеждал их с такой лёгкостью.
  Им не пришлось слишком долго рассматривать высокие некрашеные борта лодки. Вскоре лодка куда-то причалила, охотников небрежно выволокли на берег, на каменную пристань, по которой и поволокли. Как Долин не старался рассмотреть место, куда их привезли, у него ничего не получалось, сеть почему-то всё время норовила скрутиться так, что он оказывался носом к полу. Он мог лишь считать повороты и ступеньки, каждая из которых существенным ударом отмечала свое существование на голове охотника.
  Вся процессия остановилось в темном помещёнии, из обстановки Долин смог только отметить красивые отполированные мраморные полы.
  - Освободите их, - послышался негромкий голос. Охотников вытряхнули как рыбу из сетей, а их странные кляпы исчезли сами, псевдотесто растворилось, растаяло как снег, оставив после себя лишь неприятный кисло-горький привкус.
  Смущённые, испуганные охотники встали на ноги, пытаясь понять, куда же их занесло. Пол здесь действительно был выложен мрамором, и здесь действительно царил сумрак. Всего лишь два узких окна украшали этот большой прямоугольный зал, и оба находились слишком далеко, свет оттуда не мог доставал до дальних уголков. Охотники находились почти у самого входа, от которого по обеим стенам тянулся длинный ряд мраморных колонн, украшенных зеркалами. Возле одной из таких колонн и стоял человек, чей голос они слышали. Кроме него и охотников сейчас никого не оставалось в пустынном зале.
  - Подойдите ко мне, - сказал человек, голос его эхом разнесся в пустоте вокруг.
  Охотники медленно, осторожно оглядываясь по сторонам, подошли ближе. Перед ними стоял большой мужчина с некрасивым хоть и выразительным лицом и одетый так, что не оставалось никаких сомнений в роде занятий этого человека. Несомненно, он являлся одним из членов Совета колдунов страны Гооб. Иначе бы символ Совета смотрелся бы на его мантии совсем неуместно. Никто, кроме самих колдунов, не осмеливался использовать этот знак, и опасность крылась даже не в наказании, которое предполагалось за подобную наглость. Дело было в самом символе, тот очень не любил самозванцев. Ведь символом служило живое существо, правда, со способностью временно превращаться в знак, в нечто, вне реального мира олицетворенное символом. Это был СТЭД - в живом воплощении похожий на полузмейку-полукрысу, а в состоянии знака выглядевший как витая спираль, украшенная еле заметными значками. СТЭД уничтожал врагов колдунов, а также всех кто осмеливался дотронуться до него. У Чёрного колдуна Долин видел этот символ всего лишь раз, но запомнил его навсегда. Чёрный не особенно любил свой живой знак членства в Совете. Здешний колдун был человеком совсем с другим характером.
  - Добро пожаловать в замок "Оплот Побережья" охотники, - сказал колдун и улыбнулся, СТЭД на его плече повернулся к гостям. Глаза бусинки диковинного зверя казалось, заглядывают к ним внутрь, в голову читая все их сокровенные тайны.
  Да, перед ними находился Стерегущий море. Колдун, встречи с которым они так долго искали.
  
  Глава 14
  Интересные бывают купцы на свете. Многие из них, несмотря на досужие слухи, очень даже храбрые люди, умеющие рисковать. Купец с корабля "Нештран" был именно таким человеком. Его совершенно не смутила странная природа его новых пассажиров. Он подобрал эту троицу, когда уже выплыл из Арона и по дороге остановился закупить продуктов в одной из прибрежных деревень. Многие купцы так поступали, ведь в городе продовольствие стоило дороже, да ещё и могли налогами обложить. Окрестные деревни давно промышляли снабжением проходящих мимо купеческих кораблей всем необходимым. А иногда там попадались и другие вещи, люди продавали товары, которые по различным причинам не могли завезти в Арон, там же можно было взять и пассажиров. На сей раз "Нештрану" достались очень необычные путешественники. Можно было понять, почему они захотели сесть на корабль здесь, а не в Ароне.
  Купец на "Нештране" одновременно был и капитаном своего старого корабля. Настолько старого, что даже сам торговец не знал, откуда у корабля такое имя. Но плавала посудина хорошо, даже лучше новых, а менять имя, когда всё идёт хорошо, плохая примета, вот и плавали моряки под странным названием "Нештран". Купец сам принимал все свои решения, потому он согласился взять странную троицу на борт, несмотря даже на то, что не вся команда поддерживала это его решение.
  Встретил купец своих пассажиров, когда решил немного прогуляться вдоль песчаного бережка. Дела свои он уже уладил, а с погрузкой мог справиться и старший помощник. И вот так гуляя, купец вдруг встретился со странной женщиной. С виду в ней не таилось ничего устрашающего, если не бояться, конечно, её небывалой красоты. Но стоило ему немного поговорить с ней, посмотреть ей в глаза, как купец осознал непростую природу собеседницы. Впрочем, это было понятно с самого начала. Такие красавицы не гуляют по деревенькам-невеличкам, где самая большая достопримечательность причал. Уже через совсем короткое время стало ясно, что она связана с магами или даже сама владеет волшебством. А когда она представила ему своих слуг, небольшого уродливого человечка и летающий клубок молний, все сомнения в этом отпали. Троица хотела попасть на борт "Нештрана", они знали конечный порт назначения корабля, Фудаур, а откуда они это проведали, капитан предпочёл не спрашивать. У них имелись деньги, кроме того, они обещали в случае чего оказать магическую помощь, если таковая потребуется. И капитан решил взять их, правда, руководствуясь при этом скорее любопытством, чем жаждой наживы. Так Коэсса, Яс и Эйрик оказались на борту "Нештрана".
  Новых пассажиров разместили в каютах на корме, не так далеко от собственной каюты капитана. Так уже получилась, сейчас эти каюты пустовали, а обычно в них перевозили всякий хлам, пользующийся спросом в Ароне. В Фудауре на подобные вещи покупателей не было, старые каюты остались пустыми, зато теперь для них нашлись пассажиры. Куда чаще своих гостей капитан размещал в трюме, там, где спала большая часть команды. Но поступить так с магэссой и её слугами казалось неприличным и опасным. Да и команда вряд ли бы смогла делить сон с существами подобными Эйрику. А так электрическое чудовище большую часть времени проводило в каюте, на палубе появлялся лишь Яс. Даже Коэсса не сильно разгуливала по кораблю и приходила только на общие обеды с капитаном.
  К Ясу моряки быстро привыкли, уже на второй день они стали с ним на "ты". Кузнец бродил по палубе, заглядывал в трюмы, с интересом изучая необычное судно. Мастер и раньше плавал на кораблях, ещё в те времена, когда Чёрный колдун не сильно ограничивал его в свободе передвижения, и брал кузнеца с собой в различные поездки. Обычно это были путешествия за необходимыми для очередного эксперимента материалами. Тогда Яс немного попутешествовал, то были пузатые купеческие судна ничем особым не выделяющиеся. Немного довелось странствовать и на галерах и даже на небольших яхтах, но те плавания относились к увеселительным поездам Хозяина, и там мастеру приходилось очень немало работать.
  Кузнец интересовался, когда у него выпадала такая возможность кораблестроением, а Чёрный обычно только поощрял этот интерес. Видимо в будущем надеялся как-то использовать. Прошлый опыт позволял мастеру увидеть то, что "Нештран" выделялся из ряда обычных судов не только названием. Даже дерево, из которого построен корабль, не росло в Гооб, мастер никогда не видел подобную древесину. Она была слегка красноватая на вид, её волокна переплетались, создавая прочную основу, и при этом она была довольно легкая. Многие переборки в "Нештране" оказались тоньше, чем на тех же галерах, которые охраняли Арон, но даже несмотря на свой приличный возраст, они сохраняли прочность и оставались по-прежнему надежными.
  - Хорошая у вас лошадка, капитан, - похвалил корабль Яс, он и купец медленно прогуливались по палубе, разговаривая обо всём понемножку. Сейчас они проплывали довольно спокойный участок реки, тут было довольно глубоко и течение почти не ощущалось.
  - Да, но не все замечают это, - ответил капитан. - Многие люди сначала смотрят на то, как корабль выглядит издалека, его форму, краски, белоснежные паруса, - при последних словах капитан кивнул в сторону работающих недалеко матросов, те как раз раскатывали по палубе один из парусов весь потемневший от времени и воды.
  - Я не стремлюсь, чтобы мой корабль выглядел нарядным, - продолжал капитан, - я ведь в первую очередь купец, а потом уже моряк. Для меня даже лучше, что мой корабль не могут сразу оценить, это путает моих торговых компаньонов и даёт мне преимущества. Да и другие люди бывают, обманываются. Мой корабль выглядит на первый взгляд невзрачно, да только ход у него лучше, чем у фрегатов Фудаура. Здесь, на реке, конечно, это трудно доказать, но клянусь бородой морского бога это так.
  - А где вы взяли такой корабль? - Яс не стал спорить с капитаном, хотя тот, похоже, был не против пари. - Я даже не могу понять, из какого дерева его построили. Судя по некоторым признакам, "Нештрану" уже очень много лет, тем не менее, он плавает, и будет плавать ещё очень долго.
  Капитан, который вроде бы уже разговорился, вдруг нахмурился и затих. Он лишь внимательно посмотрел на кузнеца, а потом отвернулся и пошагал прочь. Мастер удивленно смотрел ему вслед, не понимая, что он сказал не так и почему капитан так болезненно отреагировал на его слова.
  - Не обращай на него внимания. - Вдруг с кузнецом заговорил стоявший рядом моряк, - он всегда такой, когда заходит речь о долголетии "Нештрана".
  - А почему?
  - Суеверный очень. Верит, что разговоры о долголетии корабля приносят несчастье.
  - Странно, первый раз слышу о таком.
  Моряк пренебрежительно посмотрел на Яса:
  - Конечно в первый раз. Вот поплавал бы с моё и не такое услышал бы.
  - А почему ты не веришь в приметы капитана?
  - Кто сказал, что я не верю? Конечно, верю, но только не в эту.
  Яс нахмурился, пытаясь понять логику матроса. Тот лишь ухмыльнулся в ответ.
  - Что особенного в этой примете? - кузнец решил спросить напрямую.
  - Да ничего. Верит в неё только капитан, - матрос рассмеялся. - Тут такая история с этим связана. Понимаешь, довелось ему как-то связаться с одной портовой шлюхой, это было ещё, когда мы плавали на юг. Такой небольшой городишко, кажется, назывался Виш. А может и не так. У местных был дурацкий выговор, почти никто не понимал чего они там лопочут.
  Странно, Яс вдруг понял, что когда-то название "Виш" ему попадалось. Но кузнец не помнил, бывал ли он в этом городе или просто читал о нём.
  - Только капитан и понимал их, ведь без этого он не один товар толком бы не продал, - продолжал между тем свой рассказ чрезмерно разговорчивый моряк. Он уже был не один, рядом возникло ещё двое членов команды, оба весело улыбались. Разговоры о похождениях капитана были на "Нештране" одним из главных развлечений.
  - И вот как-то приходит капитан, а с ним женщина, странная такая женщина. Совсем не похожа на местных, но говорит также как они, по нашему ни слова не понимает. А капитан вокруг неё так и вьётся. Видит наш старпом, что крах нашей торговле в этих краях, капитан так увлёкся своей шлюхой, что обо всех делах забыл. Так ведь и прогореть можно.
  Яс уже знал, о существующей на "Нештране" системе паёв. Каждый член команды имел долю в торговле корабля, и потому мастеру было понятно, о каком разорении толкует моряк.
  - А как поговорить начистоту с капитаном, мы не знаем. Он у нас человек хоть и добрый, но лишние слова тоже не любит. Может и с корабля выкинуть, если что не так. Не хотел он нас тогда слушать. Совсем не хотел, - при этой фразе все трое моряков снова засмеялись, с удовольствием вспоминая давнишние приключения. - И пришлось нам придумывать план. Убивать гадину мы не могли, капитан быстро бы раскусил, что к чему, кто-нибудь из нас и сам головы бы лишился. А подружиться с ней, вразумить её, у нас поначалу тоже не получалось. Ничего не хотела понимать, только лопотала о чём-то своём. И вот стоим мы уже чуть ли не месяц в этом порту. Деньги уходят, товар гниёт, а капитан как прилепился к своей шлюхе, так обо всём на свете забыл. Надо что-то делать, а что? И вот тогда, уж не помню кто из нас его придумал, но появился хороший план - надо чтобы капитан увидел свою пассию в истинном свете, такой, какая она есть на самом деле.
  - Это как?
  - Да ничего особого. В общем двум из нас удалось таки с ней сойтись, подружились немного. Вот они всё и сделали. В один прекрасный день они её здорово напоили, потом отвезли в один домик недалеко от порта, и туда же отправили нескольких местных, готовых за деньги на что угодно. А потом, как будто бы случайно, туда же сумели отправить и капитана. Он как увидел, что там творится, так за голову схватился. Наши здорово всё отрепетировали, такой разгул устроили. Сразу после тех событий капитан приказал собирать "Нештран" к плаванию.
  - И всё на этом закончилось?
  - Да нет, конечно. Самое главное случилось потом. Перед отплытием она прибежала к кораблю. Капитан приказал не пускать её на борт. Она что-то кричала, к этому времени она могла немного говорить по-нашему. А капитан просто молча смотрел и слушал её. Она кричала и кричала. Все слова перемешала, лично я почти ничего не понял. Только что-то о долголетие. Потом корабль отплыл, и больше мы в Виш никогда не плавали. И вот после этого капитан стал очень верить в плохую примету насчет разговоров о долголетии корабля. Мы решили, что та гадина напоследок кричала какое-то своё местное проклятие, вот капитан и стал таким суеверным.
  Яс много мог бы рассказать им о проклятиях и том, как они действуют. В случае капитана, может быть, действительно существовало некое проклятие, а других оно не касалось просто потому, что подобные чары требуют хоть какой-то веры. Это означало, что если с капитаном говорить о долголетие, какая-нибудь неприятность и может произойти, а с другими моряками всё останется лишь словами, ничем более.
  После столь обстоятельного разговора Яс вернулся в каюту к друзьям. Коэсса, Страж сильно тосковала, после того как они покинули Арон. С ней был Эйрик, но кузнец не считал электрического демона достаточно хорошим утешителем. Тем более, сейчас Эйрик только об одном и говорил - о духе Чёрного колдуна. Яс понимал, что нечто действительно влияет на них, но так прямо говорить о влиянии мертвеца на их жизнь, было слишком наивно. Кузнец мало понимал в некромантии, но одно мог сказать точно, дух не может столь обстоятельно планировать действия живых существ. Хотя, конечно, во всяком правиле существуют исключения, но сейчас Яс не хотел об этом думать. Пока всё шло хорошо, враги остались далеко позади, их троица плыла в Фудаур, великий морской порт, новое место, где Коэсса надеялась найти избавление от своей сущности Стража.
  Была глубокая ночь, как вдруг Яса разбудил странный шум. Это не походило на обычные корабельные шумы, когда скрипит оснастка и плещётся вода о борт судна. Кто-то тихо скрёбся о стены корабля. Конечно, на борту имелись крысы, но слышалось в непонятном звуке нечто знакомое. Яс, услышав шум сквозь сон, немедленно проснулся, так он встревожился. Мастер спал в отдельном закутке, не вместе с Коэссой. Каморка рядом с большими каютами. Одевшись, кузнец осторожно выглянул в коридор, пытаясь понять, откуда идёт звук. Настораживало то, что поскрёбывание раздаётся уже сразу с нескольких сторон. Кузнец колебался, идти ли дальше, он начинал бояться. Тут из каюты выглянула и Коэсса.
  - Ты тоже слышишь это? - спросила она.
  - Да, - признался мастер. - Но не могу понять, откуда идёт звук и кто его создаёт.
  - Мне кажется, догадываюсь кто это. Только не понимаю, как они оказались здесь. Они не могли догнать нас!
  Ясу слова Коэссы показались загадкой. О ком она говорит? Хотя, по сути, ему просто не хотелось понимать Стража. Ведь ответ здесь был один, тот который Ясу не хотелось слышать. Лёгкий скрежет и в руках Коэссы появились её клинки.
  - Надо всё проверить, - она повернулась к мастеру, даже в полумраке было видно, как блестят её глаза. - Ты иди к трюмам, посмотри там, а я поднимусь наверх.
  - Хорошо, - безо всяких споров согласился кузнец.
  Однако идти вниз он не спешил. Скребущихся звуков стало сейчас ещё больше. И казалось, они совсем близко, тут, за переборками. Вооружившись какой-то палкой, Яс медленно медленно вышел к лестнице, которая вела вглубь корабля, на среднюю палубу. Там царила темнота и тишина, как будто корабль был брошен, и ни одного моряка не оставалось на нём. Яс боялся спускаться. Он в нерешительности стоял, рассматривая темноту. И вдруг рядом с ним раздался тихий скрип, словно кто-то крался к мастеру, но случайно наступил на скрипучую половицу и замер, выжидая время. Яс резко повернулся. За спиной никого не было. Неподалёку имелся ещё один закуток, похожий на тот в котором недавно спал кузнец. Если кто-то и прятался на корабле, подкрадываясь к мастеру, то сейчас лазутчик мог быть только там. Покрепче сжав свою палку, Яс заглянул в каморку.
  Там сидел крысюк. Меленькие острые зубки, довольная улыбка, лазутчик радостно смотрел на ошеломленного Яса.
  - Привет мастер, - улыбка крысюка растянулась до внушительного оскала.
  Кузнец увидел, как крысюк пытается открыть сундучок, находящийся здесь. Когти скребли большой медный замок, но пока без результата.
  - Откуда ты взялся? - Яс замер, не зная как поступить, спросил первое пришедшее в голову.
  Крысюк проигнорировал вопрос, упрямый замок занимал незваного гостя куда больше.
  - Откуда ты взялся?! - повторил Яс и подошёл ближе.
  - Глупый, глупый мастер, - маленькое чудовище повернулось к нему. - Откуда же я могу быть? Ха-ха-ха. С берега! Ха-ха-ха.
  И после этого он бросился на Яса. Тварь была немного слабее мастера, но безумство прибавляло ей сил. Палка оказалась лишней в этом бою. Яс даже не успел толком взмахнуть ей, как крысюк уже опрокинул его на пол, его когти разодрали кафтан кузнеца и поранили ему живот. А зубами тварь пыталась достать до шеи мастера. Яс тщетно пытался остановить бешеный натиск, но с каждой секундой белые зубы монстра были всё ближе и ближе к сонной артерии мастера. Кузнец закрыл глаза, уже прощаясь с жизнью, как вдруг почувствовал сильный толчок, крысюк с визгом отлетел в сторону.
  - То что, плохо понимаешь команды?! - Послышался чей-то гневный крик. - Мастер нам нужен живым и невредимым. - Тут голос немножко смягчился. - Ну, почти невредимым.
  Это "почти" звучало очень угрожающее. Яс хотел запротестовать, но не успел. Сильный удар по голове лишил его сознания.
  
  - Корабль наш, господин, - это были первые слова, которые услышал Яс, когда пришел в себя.
  - Отлично, - послышался чей-то голос. - Даже вижу, вот валяется мастер. А где Инструмент?
  В ответ последовало молчание. Яс, у которого в голове всё шумело, попытался приоткрыть глаза. Перед ним всё было затянуто сплошной пеленой, где двигалось несколько больших тёмных пятен. Застонав, мастер попытался приподнять голову. Потихоньку он пытался понять, что же произошло вокруг.
  - Кажется, кузнец приходит в себя. Надеюсь, у него ничего из мозгов не пропало, пока он тут валялся, - сейчас заговорил кто-то другой, его голос был более низким и хриплым, чем у первого собеседника.
  Яс хотел было сказать какую-нибудь ответную любезность, но у него всё ещё крутились в глазах искры и сильно ныл затылок. Он промолчал, только лишь попытался сесть. Оказывается, он так и валялся в корабельном коридоре, возле того закутка, из которого на него набросился крысюк.
  - Ладно, позаботьтесь о нём, - выдал приказ хриплый голос, сейчас мастер, наконец, рассмотрел его обладателя, это был уже знакомый ему по стычке в заброшённой крепости зелёный карлик. - И смотрите, никаких больше оплошностей. По голове больше не бейте.
  - А если будет сопротивляться? - заговорило странное существо, если на свете и бывают привидения, то одно из них сейчас находилось рядом с кузнецом.
  - Ну ладно, - согласился карлик, - если будет сопротивляться, то ладно. Можете немного помять его. Но только без ударов по голове. Это ясно?!
  - Конечно, капитан! - привидение оказалось очень понятливым.
  Капитан? Яс недоумевающе посмотрел на карлика, который между тем уже забыл о пленнике. Мастера связали и поволокли в ближайшую каюту. А карлик повернулся к стоявшим за его спиной крысюкам.
  
  - Так что там насчёт Инструмента? - повторился вопрос, о котором все уже немного подзабыли.
  Или надеялись подзабыть. Крысюки смущёно молчали, все как один уныло потупив головы.
  - Уж с ним-то какие могли быть проблемы? - не понимал их молчания Трог.
  - Он не хочет нас слушать, - наконец один из крысюков решился ответить.
  - То есть, как это не хочет?
  - Мы сказали ему лететь на палубу, чтобы встретиться с господином. Но Инструмент отказался, вместо этого он полетел в трюм, туда, куда сбежала Страж с остатками команды.
  Трог призадумался. Он со своей стратегией и битвами немного запамятовал, что Инструмент они только с лёгкой руки Маргоба называют инструментом. Скорее всего, электрическое существо было таким же превращённым человеком, как и все они. Почти как все, тут Трогу вспомнился наблюдатель. Но в любом случае Чёрный колдун в свое время полностью лишил силы воли своего неизвестного пленника и создал из него магический Инструмент. По крайне мере так представлял себе происшедшее Трог.
  Электрический демон, несмотря на своё могущество, был полностью лишён инициативы. Он подчинялся всякому, кто проявлял хоть какое-то упорство в выдаче ему приказов. Так было до последнего времени. Может быть, внутри электрического демона началась какая-то борьба? Трог мог понять произошедшее. Он на самом деле сочувствовал всем бывшим пленникам Чёрного колдуна, их борьбе против Маргоба. Если бы он имел такую свободу как они. Трог вздохнул, татуировка на плече лишала его последних надежд, ему оставалось только лишь жить и стараться не вспоминать ничего лишнего.
  В общем, если не отвлекаться, то, скорее всего Инструмент не подчинился крысюкам по той простой причине, что кто-то с более сильной волей, чем у мелких тварей, сумел перехватить командование над электрическим демоном.
  - Страж не пыталась прорваться к каюте с Инструментом? - решил он уточнить у крысюков.
  - Нет, капитан. Никто не появлялся здесь, кроме наших.
  Странно, неужели действительно Инструмент начинает проявлять какую-то собственную волю? Капитан воинства чудовищ усмехнулся при этой мысли. Если это так, то Маргоба в будущем могут ждать интересные сюрпризы. И тут же Трог снова нахмурился. Ведь пока все сюрпризы доставались ему. Как ему теперь выковырять из трюма засевших там моряков и Стража, если рядом с ними ещё и непокорный Инструмент?
  От всей команды оставалось около двадцати человек. Это было чуть меньше половины. Уцелел и капитан корабля. Его спасла Страж в тот самый момент, когда капитан собрался умирать в зубах ворвавшихся на корабль чудовищ. А оставшиеся моряки бежали в трюм, поскольку не могли сражаться с монстрами, среди которых особенно опасны были Держатели. Коэсса, хоть и немного сдержала натиск нападающих на корабль врагов, тоже не могла сражаться в одиночку, по ней попытались ударить магией. Страж обычно была достаточно устойчива к подобным атакам, но сейчас оказалась немного неготовой. Зелёные нити почти лишили её подвижности, с трудом отбиваясь от наседающих Держателей одной рукой, она буквально скатилась вниз, где её подобрали отступающие моряки. Внизу, как это ни странно, был и Эйрик. Он, даже не спрашивая приказа, освободил Коэссу от колдовских пут.
  - А где Яс? - освободившись, поинтересовалась Страж.
  - Остался лежать в коридоре. Я не мог его взять. Там было слишком много врагов, и все они хотели, чтобы мастер остался лежать на полу.
  - Он хоть живой?
  - Вполне, только лишь немного шишек на голове и царапин на животе.
  - Хорошо.
  Коэсса замолчала. Кузнец был жив, но в плену. Вокруг были враги. Корабль никуда не плыл. Все поменялось в один миг.
  - Как? Как они нас догнали?! - почти застонав, она спросила у Эйрика свой главный вопрос.
  - Ничего необычного. Река Ар кружит по равнине, там, где мы плыли день, они шли полдня.
  - Но откуда они узнали о нас?!
  Этот вопрос был лишним. Маргоб всегда откуда-то всегда знал, где находятся беглецы. Нашел же он их в Ароне. И вот теперь, он снова рядом с ними. Они слишком легко расслабились.
  - Эй! - вдруг послышался чей-то крик.
  Все кто прятался в трюме, как один подняли головы. Кричали из люка, которые моряки наспех забаррикадировали ящиками.
  - Эй, вы там внизу. - Продолжать кто-то кричать. - Мы хотим провести переговоры. Мы не будем ломать люк. Просто пусть кто-нибудь подойдёт ближе. Надо поговорить.
  - Это ловушка, ловушка. Нельзя верить им, это же чудовища! - быстро, почти захлебываясь заговорил моряк рядом с Коэссой, он был одним из тех, кто вытаскивал её.
  - Как будто здесь мы уже не в ловушке, - ответил ему капитан, голос его звучал тихо и слабо, но все равно все кто находился в трюме, услышали его. - Делать нечего, я подойду, послушаю, что они хотят нам сказать.
  - Я подойду с вами, - решилась Коэсса, она чувствовала вину перед этими людьми, ведь если бы не беглецы, на корабль никогда не напали бы чудовища.
  - Как хотите, - пожал плечами капитан и медленно побрёл к люку.
  - Мы здесь. - Сообщил капитан, подойдя ближе. - Чего вы хотите?
  - Ничего особого. Вот наши условия, - теперь существо за люком не кричало, но все равно каждое его слово звучало очень отчетливо. - Если Страж и её помощник сдадутся нам без боя, мы тогда не будем трогать оставшихся в живых матросов и капитана. Более того, мы отпустим их.
  - Страж это вы? - капитан повернулся к Коэссе, та молча кивнула ему в ответ. - А он полагаю, - капитан показал на Эйрика, - тот самый помощник. Эх. Они вас побаиваются. Э-э-э-х. Что ответите на их условия?
  Коэсса рады была бы смолчать, но теперь всё зависело от неё.
  - Я не хочу, чтобы ваши люди умирали. Я бы сражалась с ними, - она кивнула в сторону люка, - но там есть маги, есть чудовища, которых не убить даже мне, - при этих словах она вспомнила Агнарира, пока она ещё не видела этого слизняка, но, несомненно, второй хранитель сокровищницы находился где-то рядом.
  Теперь хотелось молчать капитану, он понял, что Коэсса согласна сдаться ради них.
  - А как вы нам докажете правдивость ваших слов? Как мы можем вам верить, вам напавшим из темноты и перерезавших моих дозорных как щенят?
  - У вас все равно нет выбора. Но даю слово Чести. Всё будет так, как я сказал. Не будь я здесь капитаном!
  - Тоже мне капитан, - усмехнулся вполголоса теперь уже бывший владелец "Нештрана". - Но что Страж? Стоит нам сдаваться?
  Коэсса вздохнула. Ни Эйрику, ни Ясу плен чудовищ ничем не грозил. А ей... Неважно, что будет ей самой.
  - Выхода нет. Придётся поверить им на слово. Давайте сдаваться, - решение было принято.
  
  Стерегущему море больше бы подошел мрачный готический замок с высокими башнями где-нибудь на суровом морском утесе. Но колдун предпочёл жить в симпатичном буковом лесу, со старыми и много повидавшими на своём веку деревьями, где полянки прятались среди деревьев, давая прибежище лесным оленям и прочей живности. Сам замок хоть и назывался "Оплот побережья" на крепость мало походил. Если данный оплот когда-то и подвергался штурмам, то видимо все войны происходило очень давно. У замка не осталось как таковых даже стен, обязательного атрибута настоящего оплота. Не имелось и рва с водой, не было ворот, с бессменно бдительной стражей с оружием наперевес.
  Возможно, всё это здесь заменяла магия. Но магию Долин не умел видеть, потому замок показался ему неким дворцом. Племянник мельника мало путешествовал, и он впервые видел подобную архитектуру. Изящные постройки, где ажурные башенки украшены почти неуловимыми узорами и соединены между собой тонкими мостами, которые поросли плющем и цветущими растениями, как будто некий садовник вдруг решил выращивать все свои цветы в воздухе, чтобы окружающие лучше видели их красоту. Зал Зеркал, место, где их встретил Стерегущий море, оказался самым мрачным и тёмным местом в замке, и чуть ли не единственным таковым во всём Оплоте. Как позже пояснил им колдун, зал был дверью для всех гостей Оплота побережья. Никто не мог попасть внутрь, не проходя через колдовской зал. Это было странно, ведь снаружи, казалось, что замок-дворец открыт всем, здесь имелось множество дверей и огромные окна. Но Зал Зеркал все равно оставался единственным входом во внутренние покои.
  Сам Стерегущий сначала почти не общался с охотниками. Он лишь поприветствовал их, ничем не объяснив бессмысленное нападение. Ведь охотники сами летели в замок, незачем было их скручивать сетями. Однако Стерегущий море был не слишком многословен. Сразу, после того как они прошли Зал Зеркал, он расстался с ними. Охотники остались с его дворецким, пожилым человеком с совершенно бесстрастным лицом. Дворецкий отвел гостей в специально подготовленные для охотников комнаты. Для каждого из них была отведена собственная комната, где вместо кроватей и шкафов посередине располагалось вычурно украшенное бревно-насест. Стены украшали картины с пасторальными пейзажами. Комнаты располагались недалеко друг от друга, потому Долин немедленно решил навестить друга, посмотреть, а что же висит у того на стенах. Странно, у Лоэлина были не только картины, в комнате у бывшего студента имелись ещё книжные полки, между которыми стояло несколько мраморных статуй. Лоэлин уже читал одну из книг, которые столь любезно ему предоставил хозяин.
  - Что ты читаешь? - поинтересовался Долин.
  Лоэлин будто не услышал его, он внимательно изучал страницы большой книги. У неё был кожаный переплет, тисненный золотом и серебром. Долин не обиделся, иногда Лоэлин вёл себя так, ничего странного в этом не было, вполне возможно бывший студент ещё сам не разобрался в открытой им книге. Долин подошел ближе и наклонился, чтобы прочитать название. "История Гооб". Здесь не присутствовало имени автора, только эти два слова. Лишь сами буквы немного рассказывали о книге. Это был новый шрифт, иначе бы Долин просто не смог бы его понять. И значит, возраст книги не больше тридцати лет. Насколько помнилось бывшему подмастерью, именно тогда, в последние годы королевской власти в Ароне было принято решение о новом алфавите. Что-то такое рассказывал ему священник в детстве.
  - Интересно, - Лоэлин, наконец, заговорил. - Откуда здесь всё это?
  - Что это?
  - Тут история до самых последних дней. До сегодняшнего дня.
  - И о чём там пишут?
  Лоэлин ответил не сразу, он внимательно изучал книгу, причем одну страницу. Он вновь и вновь читал одно и тоже.
  - Странно, - бывший студент не верил собственным глазам. - Тут есть и про нас.
  - Как это про нас? - вот уж о чём Долин даже не думал, так о подобной возможности.
  Оба переглянулись, пытаясь понять происходящее. Ни тот, ни другой охотник не были сильны в магии, а странная книга, несомненно, являлась порождением волшебства.
  - Тут сказано о нашем поиске убийц Чёрного, сказано так, как обычно говорят уже в легендах.
  - А там не говорится случаем о том, кто эти убийцы? - заволновавшись, Долин даже немного запнулся.
  - Я же говорю, здесь только по сегодняшний день. Про убийц ничего не написано.
  - Подожди. Тогда давай иначе. Что там вообще написано о смерти Чёрного колдуна?
  Лоэлину понравилась идея друга, он лихорадочно быстро стал перелистывать назад уже просмотренные листы книги. Вскоре он нашел нужное место, вчитался и замер.
  - В чём дело? - спросил его Долин.
  - Странно. Ничего не понимаю.
  - Так в чём же дело? - всё допытывался Долин.
  - "В тот день Чёрный колдун, называемый ещё Единым, начал свой путь к смерти". - Лоэлин вместо ответа прочитал цитату из волшебной книги.
  - Написано поэтом. А кроме этого ничего?
  - Пишут о деятельности колдунов, об интригах в Совете колдунов. Но об убийцах ничего не сказано.
  - Ладно, - Долин с вздохом сдался. - Нет, так нет. Было бы слишком просто прочитать об этом в книге, пусть даже и волшебной. Забрось ты её куда-нибудь подальше, чтобы зря не искушала.
  Лоэлин хотел было возразить ему, но не успел. В комнату степенным шагом вошёл дворецкий.
  - Вас приглашает к себе хозяин. Следуйте за мной в Гостиный зал, - объявил он, и, даже не ожидая ответа, повернувшись, ушёл.
  Охотникам ничего не оставалось, как поспешить следом. Забытая "История Гооб" осталась пылиться на подоконнике, там, куда её в спешке забросил Лоэлин.
  Гостиный зал более всего походил на смесь цветущего сада с небольшими остатками каких-то строений. Выглядело так, словно древние архитекторы начинали строить здесь, но что-то не дало им закончить работу. Над головой ясно проглядывалось голубое небо, а сквозь большие проемы в стенах, которые, наверное, представляли собой окна, можно было увидеть пейзаж, открывающийся из замка "Оплот побережья". В основном там рос всё тот же буковый лес, и лишь вдалеке вставали тёмные волны более старого леса, настоящие чащобы, не пропускающие свет к своим глубинам.
  Зал был пустым, лишь у дальнего окна задумчиво глядел вдаль Стерегущий море. На его плече по-прежнему красовался СТЭД, правда, сейчас волшебный символ пребывал в знаковом, неподвижном, абстрактном состоянии. В таком виде символ казался более отчужденным и вызывал меньше беспокойства. Охотники застыли у входа, ожидая внимания колдуна. Сами они не решались даже пошевелиться, а дворецкий ушел сразу, как только привёл их сюда. Стерегущий стоял и смотрел в окно, охотники же набравшись терпения ждали. У них даже в мыслях не было побеспокоить колдуна, оба прекрасно понимали, чем может закончиться не слишком удачное общение с любым из властителей Гооб. Пусть даже он с виду такой невинный как Стерегущий море.
  - Ещё раз приветствую вас в моем замке. - Колдун повернулся к ним.
  Охотники в ответ молча поклонились, так их научил дворецкий и, хотя в исполнение чудовищ поклон вряд ли смотрелся эстетично, Стерегущий море со снисходительной улыбкой принял знак уважения.
  - Надеюсь, у вас не возникло никаких проблем с вашими покоями?
  Вопрос был задан так, что не оставалось возможных вариантов ответа, кроме положительного. Хотя Лоэлину хотелось бы спросить колдуна насчёт книг в своей комнате.
  - Нам всё очень понравились, господин. - Ответил он вместо желанного вопроса.
  - Вам не обязательно называть меня господин, - поправил его колдун. - Так выражаются простолюдины, ничего не понимающие в нашей с вами жизни. Столь посвящённые существа как вы могут называть меня просто по имени.
  Охотники снова поклонились, молча соглашаясь с решением хозяина замка.
  - Отлично. Раз мы уладили все формальности, то тогда можно перейти к делу. - Стерегущий море сложил ладони вместе, задумчиво поднес их к губам, и замолчал в молитвенной позе, даже не глядя на гостей.
  Друзья переглянулись. Непонятное молчание Стерегущего настораживало. Наверное, он ждал теперь рассказа охотников. Но как начать нужный разговор? Не говорить же сразу об убийцах Чёрного колдуна. С другой стороны они все равно до сих пор выступали как посланники умершего колдуна, его воля довлеет над ними. Потому если они сделают что-то не так, их неловкость всегда можно будет списать на бывшего Хозяина. "А может быть и не бывшего, - задумался Долин. - Если вспомнить происшедшее в Ароне, то выходит...". Что выходит, он не успел подумать. Лоэлин не стал дожидаться своего замедленного товарища и заговорил:
  - Многоуважаемому хозяину, наверное, известно, зачем мы летели в его замок... - очень издалека и туманно начал Лоэлин, при этих его словах, СТЭД на плече колдуна вдруг трансформировался. Маленькая голова зверька повернулась в сторону гостей, и Лоэлин невольно запнулся, взгляд магического символа завораживал.
  - Может быть известно, а может быть и нет. Вы ведь могли пролететь и мимо. - Теперь заговорил колдун. - Слишком сильна рядом с вами воля хаоса.
  Ни Лоэлин, ни Долин не имели понятия, что колдун подразумевает под "волей хаоса", но переспрашивать они не осмелились. А колдун между тем и сам пояснил:
  - Воля хаоса. Это мои личные исследования, они мало известны в окружающем мире. Но здесь не кроется ничего необычного. Просто рядом с вами действует сразу несколько враждебных магических сил и потому возникает эффект хаоса, который я и назвал Волей Хаоса.
  Слова о враждебных магических силах не казались приятными. Впрочем, а разве с охотниками было как-то иначе после того, как они оказались в руках Чёрного?
  - Ну да ладно, - махнул рукой колдун, - забудем о тонкостях терминологии. Вы ведь охотники, вы не за этим прилетели. Лучше расскажите мне немного о себе, о том кто вы такие, чем занимались до вашей трансформации, - похоже, колдун имел в виду превращения в демонов-охотников. - В общем, расскажите мне всё то, что кажется вам интересным. Когда умирают владыки, нельзя оставлять без внимания любую мелочь, всё может оказаться важным.
  Впервые Стерегущий море упомянул о смерти Чёрного колдуна и о деле, из-за которого охотники оказались в Оплоте Побережья. И хотя слова хозяина замка звучали безразлично, холодно, будто его не слишком интересовал рассказ гостей, чувствовалось в его просьбе и жёсткость, нечеловеческая воля, противиться которой было невозможно. И потому сначала Лоэлин, а за ним и Долин рассказали колдуну, всё, что помнили, включая и время до своего пленения, о том, чем они тогда занимались и о чём мечтали. Долин даже поведал о своей любви к давно потерянной Анне. К девушке чьё лицо он почти забыл, за всеми битвами да розысками убийц.
  Стерегущему море понравились речи Долина, он попросил охотника рассказать подробнее о последнем эксперименте Чёрного, о том, как Анна была спроважена в неизвестные земли и том ожерелье, которое умерший получил вместо девушки. А после ожерелья речь сама собой перешла и к кинжалу, единственной улике, которая могла как-то раскрыть момент смерти Чёрного колдуна.
  - У вас с собой этот кинжал? - спросил у них Стерегущий.
  - Да.
  - Хорошо. Очень хорошо. След смерти, подобное сохраняется надолго. Покажите мне кинжал, и я скажу, что могу сделать для вас охотники. Может быть, сегодня мы увидим лица убийц. - Стерегущий сделал паузу, она придала его словам театральный оттенок. - Хм, интересно, как отреагируют в Совете, когда узнают об этом.
  Затем колдун отправил охотников в их комнаты, а сам направился подготовить нужные материалы для готовящегося опыта. По крайне мере так он сказал, проверять же его слова у охотников не было возможности. Им оставалось ждать вечера и непонятного эксперимента, после которого, возможно, проклятие Чёрного колдуна спадёт с них.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 15
  Трог спустился в трюм, туда, где находились пленники. Теперь, когда оба корабля медленно сплавлялись вниз по течению, и сражений больше не намечалось, можно было немного отдохнуть. Управлять кораблями взялся сам Маргоб, он использовал для этого магию. Несколько подвернувшихся под руку крысюков превратили в живые придатки к рулевым колесам обоих кораблей. Дальнейшую процедуру Трог решил не смотреть, главное корабли плывут, и сесть на мель они уже не могут. И на этом спасибо.
  Вообще всё складывалось довольно неплохо. После "Нештрана" захват второго корабля оказался совершенно незначительным делом, Трогу даже не пришлось особо координировать действия своих солдат. Тот корабль назывался "Крот" и во многом был подобен подземному червелюбу. Его моряки не видели ничего до самого последнего момента, да и после ничего не успели заметить, как оказались в воде. Туда же последовал и груз корабля, ведь "Крот" в отличие от "Нештрана" направлялся в Арон и был загружен до самого верха. Маргобу не требовались бесполезные для него ткани, потому чудовищам пришлось быстро очистить второй корабль, ведь именно туда позже погрузили Грызуна с Пауком.
  Хотя, как заметил Трог, некоторые тюки с тканями все-таки остались, они очень понравились чудовищам, Паук даже начал мастерить из них некое подобие гнезда. И тут, на "Нештране", Трог вскоре обнаружил обрывки тканей. Те крысюки, которым поручили следить за пленниками, выменяли понравившуюся им материю и теперь устроили на бочках перед закрытым трюмом азартное соревнование, где деньгами служили остатки этой самой ткани. Трог лишь покачал головой, завидев это. На сегодня он уже устал воспитывать своих бойцов, пусть пока делают что хотят. В конце концов, если они что-нибудь сотворят не так, страдать от этого придется им и Маргобу. Завидев капитана, один из стражников вскочил и попытался отдать честь, у крысюка это выглядело комично. Трог лишь поджал губы, пытаясь понять, издевается ли над ним маленькое чудовище или оно действительно настолько глупое?
  - Отойди, - приказал он крысюку, но тот остался стоять на дороге, не давая Трогу пройти к люку.
  - Никому нельзя, - на удивление чётко сказал стражник. - Сам Хозяин отдал приказ.
  Трог удивился. Когда Маргоб успел сюда наведаться? По сведениям зеленокожего капитана каннибал отправился отсыпаться в самую лучшую каюту, сразу после того как закончил с магической настройкой управления кораблём.
  - Мне можно, - Трог просто отодвинул крысюка в сторону и шагнул к люку.
  - Можно так можно, - пожал плечами тот и вернулся к игре.
  Трог на всякий случай проверил топор Кровопийцу за спиной, легко ли достать в случае надобности. Полированная рукоять так и просилась в ладонь, оружие скучало без дела. И лишь затем Трог открыл люк.
  Внизу оказалось на удивление светло. Мягкий зеленоватый свет даже немного слепил Трога, не ожидавшего ничего подобного. Быстро оправившись, он спустился внутрь. Здесь все стены оказались покрыты магической зелёной нитью, той самой которую Маргоб научился столь умело пускать в ход при любой удобной возможности. Значит Хозяин, как назвали его крысюки, действительно приходил сюда. Наверное, каннибал опасался, как бы его пленники опять не сбежали.
  Все трое находились тут. Никто и не посмотрел в сторону спускающегося по лестнице гостя. Эйрик неподвижно висел в дальнем углу от входа, Яс лежал на полу, кажется, кузнец спал. Коэсса сидела рядом с мастером, на руках у неё красовались татуировки похожие на ту, что сдерживала Трога. Маргоб действительно не терял времени зря. Страж уже проверила надежность магических уз, её кожа, руки казались разрисованными сетью царапин. Кровь медленно стекала на пол, в лужу воды, что красовалась посреди трюма. А Коэсса словно не замечала ран, просто сидела и задумчиво смотрела на зелёные стены перед собой. Если не считать этих последствий колдовского урока, то пленники были в порядке. Но бывший Хранитель не мог уйти, хотя и сам не очень понимал, зачем спустился сюда. Ему хотелось поговорить с пленниками, но как и с чего начать? Нерешительно, даже с опаской, он подошел к ним ближе.
  - Привет, - сказал Трог.
  Страж ничего ему не ответила. Она продолжала рассматривать стену перед собой. Трог невольно покосился на её окровавленные руки, он знал, с какой лёгкостью появляются оттуда знаменитые лезвия Стража. Маргоб не зря наложил свои заклятия, по-другому он не мог лишить Коэссу её мечей. Ведь те появлялись и исчезали, послушные только одному существу - ей самой. Возможно, не будь татуировок, Трог уже лежал бы мертвым, в одиночку одолеть Стража он не смог бы. "Однако, не будь татуировок верности, меня вообще здесь не было бы" - напомнил он сам себе, не желая даже в мыслях лишний раз преклоняться перед Маргобом.
  Наблюдая безучастность Коэссы, Трог растерялся. Снова возник вопрос - для чего он здесь?
  - Я офицер, - решил представиться он. - Капитан. Я хотел посмотреть, как вас устроили.
  Все слова уходили в пустоту. Трог разговаривал сам с собой.
  - Если вам что-то нужно, скажите мне. Я попытаюсь по мере сил помочь вам.
  Поднял голову лежащий кузнец. Он уже не спал.
  - Можете достать нормальную постель? На полу слишком сыро, так можно все внутренности простудить.
  "Ну, наконец" - обрадовался Трог. Хоть кто-то заговорил.
  - Хорошо, достанем. С этим проблем нет.
  - А с чем есть? - спросил мастер.
  Трог замешкался. Действительно, с чем есть проблемы? Да со всем, одни проблемы и ничего больше.
  - Ладно, я пойду, - Трог немного замялся. - Найду вам постели. Если возникнут какие-нибудь неурядицы, то постучитесь в люк. Кликнете капитана Трога, это я. Крысюки мне передадут ваши просьбы.
  - Ладно, - согласился кузнец, в его голосе слышалась усталость. - Хорошо. Будем знать.
  Сказав это, Яс повернулся и снова заснул, как будто Трог уже ушел. Капитану воинства чудовищ не оставалось ничего другого как покинуть трюм. Разговор не получился, а ведь Трог надеялся узнать от пленников хоть чуть-чуть о планах Маргоба, все те детали, которые он со своим незнанием магических законов не очень улавливал, даже присутствуя рядом. А впереди долгое плавание. Каннибал не пояснил, куда они плывут, имелись лишь некоторые зацепки. Ходили слухи о пойме реке Ар, о том месте, где не имел власти ни один из колдунов Гооб. Для чего и зачем Маргоб хотел туда попасть, оставалось неясным. Хотя скоро загадка так и так прояснится, ведь до поймы оставалось всего несколько дней пути.
  
  Как только зелёный карлик вышел, Яс встал, мастер не мог долго притворяться. Недовольный он стал ходить взад-вперёд по трюму, в который раз за сегодня измеряя шагами размеры их новоявленной темницы.
  - Он ещё называет себя капитаном, - недовольно пробурчал мастер вполголоса.
  - А почему нет? - отозвалась Коэсса, она тоже была не такой безучастной, какой казалась недавно. - Настоящего капитана спихнули на берег, теперь любая тварь на этом корабле может называть себя капитаном.
  Яс ничего не сказал в ответ, лишь искоса поглядел на Стража и отвернулся. Её ожесточение не улучшало ему настроение, ведь если злится она, то выходит, у них действительно нет выхода. Остаётся только ждать когда придет Маргоб со своими безумными планами о наследовании силы умершего колдуна. Остаётся только ждать...
  
  Вскоре "Нештран" и "Крот" достигли границы поймы реки Ар. Тут начинались почти бесконечные заросли камышей, осоки. Здесь чистая вода чередовалась с мрачными глубокими омутами, в которых жило множество различных существ. И не все из них являлись лягушками. Ни один из колдунов так и не смог добиться контроля над этой территорией, хотя именно тут приходилось проплывать всем кораблям, которые торговали с Ароном. Вместе колдуны, может быть, и смогли бы одержать вверх над вольнолюбивыми обитателями поймы, владыки Гооб никак не могли договориться между собой. Ведь только двое из них имели реальный доступ к пойме. Для остальных подобная война была просто невыгодна, ведь их соперники в Совете усилились бы, а они остались такими же, как и раньше. А существование независимой поймы под боком у тех же соперников наоборот было выгодно большой части Совета. Потому это место оставалось неизменным уже много много лет. И только капитаны торговых судов иногда поднимали вопрос о безвластии в пойме, о людях засевших там. Ведь так купцам приходилось платить дань дважды, а подобное было плохо как для них, так и для тех, кто покупал их товары в великом городе. Предприниматели не могли позволить себе убытки. Все налоги отражались на их ценах, но пока люди терпели. Приходилось терпеть и владельцам торговых судов.
  Маргоб иногда останавливал корабли. Два его главных чудовища, Паук и Грызун, плохо переносили воду. Приходилось давать для них хоть немного отдыха на земле. Таким же отсутствием мореходных качеств отличались и остальные солдаты Маргоба, дисциплина падала, а воинские качества чудовищ долгое плавание и вовсе сводило на ноль. Потому, уже через два дня путешествия корабли на ночь стали останавливать и организовывать временные лагеря на суше.
  В пойме же трудно найти подходящее место для такого лагеря, здесь суша почти не отличалась от воды. Поиски были поручены наблюдателю, и, в конце концов, Глаз оправдал своё название. Он сумел найти подходящее место и даже определить подход к нему. Не всегда у Глаза получалось работать столь эффективно. Чаще те, кто окружал его, просто не понимали, о чём втолковывает им наблюдатель. А Трог, выполняя свои новые капитанские обязанности, был и так перегружен сверх всякой меры, он не мог каждый раз бегать к наблюдателю, чтобы истолковать его слова. Трог вообще в последнее время не часто виделся со своим непонятным другом. Бывший Хранитель даже так толком и не поговорил с наблюдателем о новых планах Маргоба, хотя и не сомневался, что Глаз может кое-что рассказать об этом.
  В пойме имелись не только вода да камыш. Росли тут и лесочки, хоть и сплошь заболоченные, встречались и небольшие скалы. Возможно, когда-то далеко в древности тут возвышалась гора, но сейчас время и вода почти сточили её вершину, оставив лишь небольшие каменистые холмы. Скала, которую нашёл Глаз, знала в своей истории немало эпох, но всё же она ещё возвышалась над водой. Та омывала её со всех сторон подобно крепостному рву. Это было хорошо для Маргоба сразу по двум причинам. Никто не мог неожиданно потревожить их временную стоянку, и никто из лагеря не мог без ведома офицеров бегать по округе, вызывая тем самым ненужные слухи среди людей, живущих в пойме.
  Время и ветер создали тут, наверху, небольшую земляную площадку, на которой нашли убежище различные травы, из тех, чьи семена переносятся ветром. Здесь рос и невысокий кустарничек, он подобно барьеру огораживал верхушку скалы. Корабли встали на якорь неподалёку от естественного убежища, потом большая часть армии высадилась на берег. На кораблях осталось лишь немного стражи, в которой, впрочем, особой надобности не наблюдалась. Корабли защищала магия Маргоба, так объявил Новый Хозяин своим офицерам на небольшом собрании перед высадкой.
  Пленников поначалу хотели оставить в трюме, но позже Маргоб передумал и приказал всех троих также перевезти на берег. Теперь, когда на Страже лежали татуировки-печати, это уже не было так опасно, как могло бы быть. Хотя все равно размещать пленников на берегу, следить за их поведением оставалось достаточно хлопотным делом. Для троицы был создан специальный загон, как для зверей, по периметру которого лежала все та же вездесущая живая зелёная нить Маргоба. Наблюдатель тоже парил неподалеку от пленников, как полагало большинство чудовищ, он находился там для большей надежности. Однако Трог понимал, Глаз с любого места из их лагеря мог следить за пленниками. И значит, дело было совсем в другом. Трог хотел поговорить с наблюдателем, но пока ему удалось уладить все дела с размещёнием солдат по лагерю, подошло время ужина. Приближалась ночь.
  Вскоре, все кто нуждался во сне, уже спали. Недремлющими оставались немногие, в их числе были Глаз и Трог. Наблюдатель никогда не спал, а бывшего Хранителя волновали слишком многие вопросы, чтобы он мог спокойно заснуть. Да и днём, на корабле, он успел достаточно вздремнуть. Там было нечего делать, разве только лишь смотреть, как медленно плывут рядом берега. Не спал также Эйрик, странное электрическое существо неспешно летало вдоль стены, как будто измеряя её. Трог опасался Эйрика, тот звался Инструментом лишь в безумных и непонятных планах Маргоба, но у электрического демона явно имелись собственные желания и думы, и о чём они знали лишь боги да сам Эйрик.
  Когда последние лучи солнца исчезли с горизонта, Трог нашел наблюдателя. Капитан не знал с чего начать трудный разговор, а Глаз молча парил рядом, не давая никаких зацепок.
  - Я во многом сомневаюсь... - решился, наконец, Трог, но сбился, закашлялся и замолчал.
  - В чём ты видишь сомнения? - переспросил его Глаз.
  - Дело в том... - и тут Трог снова сбился, хотя теперь не по собственной воле. Его перебил наблюдатель:
  - Странно, - сказал Глаз. - Вроде бы всё вокруг пусто. Но ещё недавно было не так. Сейчас слишком пусто. Что-то не так.
  Трог не зря звался капитаном, офицер тут же проснулся в нём. Он огляделся, пытаясь понять наблюдателя.
  - Что именно не так?
  - Кажется, рядом с островом находятся не только наши корабли.
  - Как это кажется?! - вылетело у Трога и, не дожидаясь ответа, он бросился к возвышенности неподалеку. Небольшой холм с голой вершиной, там никого не было, ни один солдат армии Маргоба не согласился спать на высоте. У большинства чудовищ из Одинокого Шпиля господствовала тяга к тесным и тёмным подземельям. Зато у самого пригорка было не пройти. Трогу пришлось пробежаться по головам недовольно ворчащих и пытающихся кусаться крысюков. Только поднявшись наверх, Трог вдруг осознал комичность ситуации. Его заставили сюда бежать старые инстинкты, те которые он когда-то приобрёл на службе Кадорафу. А ведь сейчас он хоть с высоты, хоть с любого другого места видел одинаково плохо.
  Трог стоял, озираясь, пытаясь разобраться в окружающей его кромешной тьме. Куда больше информации, чем зрение ему доставлял слух. Было слышно, как возятся внизу крысюки, как ругаются неподалеку слизистые ящерицы, а чуть дальше шумел, шелестел ветер в камышах. Ощущались и неприятные ароматы всего лагеря чудовищ вокруг, запахи грязи, пота, прочей мерзости, они смешивались с запахами деревьев, трав, болотной воды, и железа. Действительно, Трог не ошибался, он чуял железо, не руду, а именно простое железо. С его обостренным чутьем он и раньше ощущал подобные запахи, хотя конечно железо нельзя назвать очень пахучим металлом. Но здесь пахло именно ржавчиной. Вот послышался шум, он доносился со стороны, где стояли на якорях их корабли. Звуки какой-то возни доносились с "Нештрана", Трог пытался разобраться, прислушаться, но шумящие снизу солдаты Маргоба не давали ему это сделать.
  - Тише вы! - прикрикнул он.
  Ненадолго, всего лишь на мгновения солдаты замолкли. На кораблях, оказывается, творилась настоящая чехарда, и бег, и удары, и стоны умирающих. Капитан хотел бить тревогу. Открыл рот и замер в сомнениях. На самом деле ведь он совсем не хотел предупреждать Маргоба. Кто бы там ни угонял корабли, они лишь помогали этим распаду всего этого сборища вокруг под названием армия. Ночная диверсия могла испортить все планы Маргоба, и даже может быть дать Трогу шансы на свободу.
  - Тревога! - послышался крик. - Все к кораблям!
  Бывший Хранитель не смог узнать голос кричащего. Где-то ему приходилось слышать его, но кто именно подал тревогу, Трог всё же понять не мог. А лагерь вокруг всполошился. Запищали, забегали крысюки, заревел надсадным рёвом Грызун. Сотни различных шумов заполнили душную ночь, взлетели в небо, пробуждая всех, даже самых засонь. Теперь Трог не мог оставаться в стороне, ведь если Маргоб узнает о его бездействии, всё может закончиться очень плохо. Тем более, уже сейчас неверный офицер ощущал жжение на своём правом плече. То подавала свой знак татуировка верности. Не раздумывая, Трог бросился бежать вниз, в сторону кораблей.
  Пленники в своём временном загоне посреди лагеря не спали. Эйрик пересказывал Ясу происходящее вокруг. Электрический демон давно заметил беспокойство наблюдателя неподалеку и ту лёгкую суматоху, которую произвёл свой беготней Трог. Эйрик никогда не спал, ведь он не был органическим существом, сон ему заменяло другое состояние, нечто вроде сплошной самопроверки и самолечения. Для подобного трудно подобрать одно слово. И такой "сон" случался у Эйрика не чаще одного раза в месяц. Сейчас же он не спал. Ему не доставало труда проверить причины беспокойства вокруг. Действительно, к лагерю их врагов сейчас подкрадывались другие люди, они умело пользовались непонятными волшебными амулетами, что, похоже, немного блокировало способности наблюдателя. А Эйрик же наоборот увидел их благодаря этим амулетам. Раньше он никому бы не рассказал о своих наблюдениях, ведь его никто не просил об этом. Но сейчас он уже был не такой как раньше. После недолгого раздумья он разбудил Ясу и Коэссу и всё поведал им.
  - Это же хорошо! - обрадовалась Коэсса. - Когда начнется суматоха, мы сможем освободиться и бежать!
  - Да, но люди не собираются нападать на лагерь, они хотят лишь украсть корабли.
  - Как это возможно?! Корабли же не лошади, - удивилась Коэсса.
  - Раз хотят, значит, возможно. - Яс оказался на удивление спокоен и трезвомыслящ. - Чем это может закончиться для нас? - Спросил он и тут же сам ответил. - Маргоб будет неистовствовать, чудовища озлятся. Безумец, скорее всего, попробует провести свои обряды раньше.
  - И?
  - И тогда нам может прийтись очень плохо. Неправильно проведенные обряды некромантии, часто оборачиваются против тех, кто начал их. Кроме того, - Яс немного помолчал, - ведь ты, Коэсса, не нужна ему для обряда. В случае спешки я не знаю, как он поступит с лишними свидетелями.
  - Не надо беспокоиться обо мне, я сама вполне способна за себя постоять, - гордо ответила Коэсса, но в душе признала правоту Яса. Пока на ней чародейские татуировки, она слишком слаба.
  - В любом случае у нас не остается выбора. Надо предупредить этих засонь вокруг нас, - сделал вывод Яс. - Нам важно выиграть время. Пока нас не трогают, и кто знает, каким выпадет расклад на следующий день. Может быть, после ночной битвы нам будет легче сбежать.
  Коэссе трудно было согласиться с мастером, она хотела спорить, но не единого аргумента не шло ей на ум. Яс говорил правду, и ей пришлось согласиться с ним. И тогда кузнец поднял тревогу.
  
  Охотникам не пришлось долго собираться. Кинжал необходимый для опытов Стерегущего был спрятан в одной из их нательных сумок. Проверив его наличие, Долин уселся за стол, с нетерпением поджидая вечера. Он ничего не делал, просто смотрел на сумку с артефактом и считал, считал секунды. Лоэлину было проще, он со своими книгами тягостное ожидание переносил гораздо легче. И вечер, наконец, настал.
  Охотники наскоро перекусили непонятной едой, что принесли им прямо в комнаты и отправились в Гостиный зал, где, как они думали, находится Стерегущий. Оба уже знали путь туда, ползти по лестницам и переходам не хотелось, потому они полетели, решив немного сократить по улице. К своему удивлению, когда они влетели в окна Гостиного зала, они вдруг оказались в огромной прихожей замка "Оплот Побережья", в зале Зеркал. Пришлось им всё-таки подниматься по лестницам.
  Гостиный зал был пуст. Колдун запаздывал. Охотники в растерянности оглядывались по сторонам, пытаясь разобраться, куда же идти дальше, как поступить. Но тут в зал вошёл и сам колдун. Он без предисловий подошёл к Долину который держал сумку с артефактами.
  - Дай мне её, - Стерегущий протянул руку и Долин безо всяких сомнений отдал сумку.
  Колдун уселся за небольшой мраморный столик неподалёку и высыпал туда содержимое сумки. Там находился не только золотой кинжал. В сокровищнице Чёрного охотники брали много золота, всё, что не казалось им слишком опасным, всякие безделушки, украшенные драгоценными камнями. Стерегущего мелкие артефакты не очень заинтересовали. Он отложил их в сторону, проявляя, правда, при этом странное уважение, наверное, заметив в них нечто большее, чем простые безделушки. Долин лишь смущёно опустил голову, увидев такое отношение колдуна. Похоже, охотники таскали с собой больше чем два магических артефакта.
  А между тем Стерегущий море достал кинжал с женской головкой на рукояти и золотое ожерелье, оно всё это время лежало рядом с орудием убийства, ведь Долин никак не мог расстаться с мыслью о возможности поиска Анны. Хотя, конечно, пока на нём заклятие это невозможно. В виде демона, да ещё того самого, который мучил Анну, Долин не мог начинать поиски девушки. Стерегущий с интересом рассмотрел кинжал, а потом взялся и за ожерелье, хотя оно вроде бы никак не было связано со смертью Чёрного колдуна.
  - Магия в кинжале мертва, кровь Единого выела её буквально до самой сути волшебной вещи. Интересное заклятие наложил на себя наш старый друг, если в момент его смерти произошло такое... Вторая вещь не повреждена, но след в ней очень слаб. - Стерегущий разглядывая артефакты, размышлял вслух, а потом вдруг повернулся к Долину. - Значит, ваше проклятие заставляет вас искать убийц колдуна?
  Долин оцепенело кивнул в ответ. Всякий раз, когда Стерегущий обращался к охотникам, оба чувствовали странную слабость, желание молчать и подчиняться.
  - Хорошо. - Сам колдун был настроен вполне буднично. - Давай-ка, мы возьмем эти вещи и пройдём в мою маленькую лабораторию, - решил Стерегущий, и, не ожидая согласия охотников, повернулся и пошёл прочь, им же не оставалось ничего кроме как собрать артефакты и поспешить следом.
  Они прошли несколько коротких переходов, в некоторых местах здешние коридоры даже не имели крыши, тень давали растения, густо покрывавшие стены замка. Оплот Побережья иногда казался развалиной давно поросшей лесом и всё же, несмотря на это, замок был вполне жилым и даже уютным для своих обитателей.
  Вскоре они достигли лаборатории колдуна. Она находилась чуть ли не в центре замка, удобные проходы вели к ней со всех сторон. Даже незнакомый человек, сумей он пройти в замок через пугающий Зал Зеркал, скорее всего, рано или поздно выбрел бы сюда. По своим размерам помещёние вдвое уступало Гостевому залу. И здесь ничего не росло, наверное, это была единственная комната в замке без растений. Окон в лаборатории также не имелось, одни каменные стены, лишь немного украшенные мистическим орнаментом. Лаборатория Стерегущего оказалась довольно чистым и опрятным местом, она не могла похвастаться широким ассортиментом пыточных инструментов, на её стенах не виднелось кровавых разводов. Здесь не было ничего, что позволило бы сравнить эту лабораторию с тем местом, где Долин стал демоном. Тут всего лишь стояло несколько отмытых до блеска металлических столов, а по всем стенам крепились полки, заставленные доверху различными вещами. Походило на склад, но всё портили несколько странных картин, которые стояли на специальных треногах посреди комнаты. Долин отчётливо видел холст и рамы этих картин, но понять изображение не мог, там красовался лишь серый туман. Ни на одной картине не наблюдалось другого сюжета.
  В комнате находилось двое слуг Стерегущего, оба в одинаковой серой одежде, настолько будничной и незаметной, что, пожалуй, она делала их настоящими невидимками, будь то в замке или на городских улицах. Но в Лаборатории даже серый свет смотрелся ярко, странный эффект понять природу которого охотники не могли. К своему удивлению Долин заметил, что и одежда самого хозяина приобрела серый оттенок, хотя до этого казалась вполне нормальной, в духе времени, когда присутствует много цветов и различных ненужных рюшечек. Долин поглядел на себя. И с ужасом увидел, как его собственная кожа из нормальной тёмной, вдруг стала превращаться в серую, теряя цвет прямо на глазах.
  - Всё хорошо. - Стерегущий не забыл о своих гостях. - Так нужно. Вне лаборатории всё вернется на свои места. Цвет к цвету, смысл к смыслу.
  Было непонятно, о чём говорит Стерегущий, но оба охотника молчали, колдун и так казался подозрительно щедрым на объяснения.
  - Если есть вопросы, спрашивайте, - колдун или его зловещий знак СТЭД, который по-прежнему красовался на плече хозяина, прочитал мысли гостей. - Пока я разрешаю спрашивать.
  Охотники все равно молчали, слабые, безвольные, они не ощущали в себе силы говорить с настоящим владыкой. Рядом со Стерегущим они являлись лишь игрушками магии, примерно так же как это было с Чёрным.
  - Ладно. - Стерегущий приступил к делу. - Сейчас нам предстоит небольшая работа. Золотой кинжал мёртв и пуст, но кое-что он нам сможет рассказать. Мёртвые говорят, особенно если это волшебные мертвецы, - колдун рассмеялся собственной шутке. Долину же от его смеха на душе стало жутко.
  Пока Стерегущий смеялся, его слуги не стояли на месте. Они придвинули к одному из металлических столов две странные серые картины и достали с полок на стенах инструменты, ни один из которых не был знаком охотникам. А потом в комнате появилось ещё двое слуг колдуна. Они тащили под руки обездвиженного веревками человека в изодранной серой одежде. Но последнее нисколько не удивило Долина, в этой комнате или ты сер или тебя нет.
  - Ну что ж, - довольно заявил Стерегущий. - Вот готов и наш материал. Можно приступать к делу.
  Человека положили на подготовленный стол и тут же рядом выложили артефакты с инструментами. Изъеденный кровью Чёрного колдуна золотой кинжал слуги с особым старанием поместили точно на центр груди пленника. Ни Долин, ни Лоэлин не могли понять, зачем это нужно и чего добивается Стерегущий море. Хотя теперь, с появлением ещё одного "гостя" Оплота Побережья всё происходящее стало приобретать значительно более зловещий оттенок. Когда-то Долин уже видел нечто подобное.
  - Может быть, видел, а может, и нет. - Колдун по-прежнему с лёгкостью читал мысли Долина. - Это вовсе не гость замка, а вполне полноценный пленник. Пират, и поймали его совсем недавно. Пытался убежать в пойму, как будто речной люд его бы принял. Но не зря же я зовусь Стерегущим море, пираты это моя прямая обязанность. Кому же их ловить как не мне. И удобно и практично. Есть работа, есть и отдача от работы. Как, например тот же материал для колдовства, ведь на пустом месте особо не поколдуешь...
  Стерегущий говорил и говорил, но за словами и не забывал о самой работе. Пират на столе был подготовлен и процесс начался. Нет, колдун не превращал пирата в чудовище, чем бы, несомненно, занялся бы Чёрный колдун. Не приносил он его и в жертву. Слишком мало пойманный пират походил на девственную натуру. Стерегущий начал свою работу с измерений, он то оценивал кинжал с помощью принесенных слугами инструментов, то снова осматривал пирата.
  - Вспомни! - Вдруг закричал колдун, и пират на столе пришел в себя и начал оглядываться. Ужас мелькнул в глазах пленника.
  - Вспомни, - снова крикнул Стерегущий, на этот раз немного тише. - Вспомни и шагай.
  Пират медленно встал со стола, ведь он не был привязан и шагнул прямо в одну из картин, что были поставлены рядом слугами колдуна. Но не раздалось треска рвущейся материи, не было даже шороха. Пират шагнул и замер, находясь наполовину в картине, наполовину всё ещё в лаборатории.
  - Теперь можно сжимать, - в голосе Стерегущего море слышалось удовлетворение от хорошо начатой работы.
  Слуги тут же подскочили к замершему пирату и прямо на глазах изумленных охотников произошел чудовищный процесс. Пирата действительно сжали, он весь вдавился, впал сам в себя и уже через пару ударов сердца превратился в пыль на полу, которую впрочем, сразу собрали те же расторопные слуги. А Стерегущий снова приступил к измерениям, то картины, то кинжала, потом он стал работать с более сложными инструментами, он что-то делал, но охотники никогда не видевшие ничего подобного не могли понять его действий. Здесь уже не было эффектных сцен, как это было с пиратом, хотя порошок оставшийся от того активно использовался. Прошло совсем немного времени и вот Стерегущий удовлетворённо расслабился.
  - Готово. Что ж, кинжальчик теперь мы поговорим с тобой.
  Стерегущий создал некую вещь, похожую на небольшой браслет, частично он состоял из металлов, что дали Стерегущему слуги, а частично артефакт был составлен из останков злополучного пирата. Когда Долин подумал об этом, колдун с усмешкой поглядел на охотника:
  - Не злополучные останки, а вполне красивое и цельное Движение. Просто у пирата теперь новая работа. Часть его сути здесь, - Стерегущий потряс браслетом, - а часть, конечно же, умерла. Но всего лишь потому, что трудно существовать в этом мире с неполноценной сутью.
  Стерегущий снова засмеялся довольный собственным юмором. Охотники же в который раз смолчали.
  Они ещё много времени провели с колдуном, тот творил магию и заклятия вынуждая кинжал и ожерелье рассказать о себе. Оба охотника ничего не понимали в творимом колдовстве, да и после злосчастной судьбы пирата и не хотели понимать. А Стерегущий море с каждой минутой становился всё более и более раздраженным. У него не получалось то, ради чего он всё это и затеял, то ради чего в его замке оказались не очень человекоподобные гости. Его артефакт, созданный из пирата работал не так, как надо. Он не мог узнать убийц Чёрного колдуна, ни даже просто последние минуты жизни Чёрного. Во многом здесь был виновен сам убитый. Чёрный слишком хорошо защищал себя при жизни, никто не мог проникнуть за завесу созданную им. Никто не мог проникнуть туда и сейчас, хотя сегодня за совершенной защитой прятался лишь полусгнивший труп. Стерегущий в раздражении чуть ли не метал молнии. Но потом его взгляд упал на ожерелье.
  - Так говоришь, Единый получил ожерелье, перед тем, как поспешить на Совет? А после он вернулся и тут же был убит? - с интересом ищейки спросил Стерегущий.
  Долин кивнул, но колдун и так уже знал ответ, он даже не взглянул на охотника. Он снова начал творить свою магию, только теперь её объектом стал не мёртвый кинжал, а вполне целое, может даже с примесью магии ожерелье. Уже через совсем короткое время Стерегущий узнал тайну ожерелья. Тут не имелось никаких защит и прочего, мешающего добиться нужного результата. Видимо Чёрный колдун просто не успел заняться новой безделушкой. Когда ожерелье попало в его руки, он спешил на Совет, а когда он вернулся домой, ему уже было не до драгоценностей.
  - Всё просто, видно движение и руки. В самом ожерелье замечательно лишь то, где оно успело побывать до того, как попало к вашему Хозяину. А колдовства в его золоте лишь малая толика. Видимо Чёрный хотел позже напитать его силой. Ведь вещь с такой историей просто неоценима для магических экспериментов.
  Стерегущий опять размышлял вслух, даже не задумываясь о стоящих рядом охотниках.
  - Что интересно, - вполголоса пробормотал Стерегущий. - А ведь это ожерелье связано с поймой реки Ар. Там вполне могут прятаться люди желавшие смерти Чёрного колдуна. Подвернись им хорошая возможность, они бы сделали это без колебаний. В последнее время многое связано с поймой, нечто готовиться произойти...- тут Стерегущий море замолчал и посмотрел на охотников.
  - Понимаете, о чём я? - спросил он после недолгого молчания. - Если и есть где следы убийц Чёрного колдуна, то они в пойме. Туда сегодня ведут все пути. - Стерегущий усмехнулся. - Странно. Вижу здесь нечто большее, чем просто совпадение. Неужели у него получится? - Колдун снова говорид и говорил не с охотниками. - Ну да ладно, я никогда не был его врагом. Ладно... - Стерегущий поглядел на стоящих неподалеку охотников. - А почему вы всё ещё здесь? Пока можете отдохнуть, с остальным я справлюсь и без вас. Позже я дам вам нужные указания.
  И снова, в который раз за сегодняшний день, охотники лишь покорно кивнули. Сегодня они просто не могли поступать иначе.
  Охотники вернулись в свои комнаты. Там всё оставалось нетронутым. В комнате Лоэлина по-прежнему лежала на столе недочитанная "История Гооб", у Долина маняще красивые картины на стенах создавали впечатление окон в другие миры. Долин походил по комнате, посмотрел, и понял, что даже эти произведения искусства не могут отвлечь его от тревожных мыслей. Не выдержав размышления сам на сам, в конце концов, Долин перешел в комнату Лоэлина.
  Как раз настало время полдника. Дворецкий принёс большой поднос, где стоял графин с напитком, имеющим лазурный оттенок, а рядом на блюдцах были уложены различные угощения. Заметив в комнате второго охотника, дворецкий ничего не сказал, просто поклонился, вышел и вскоре вернулся со ещё одним подносом.
  - Как они за нами ухаживают, - не мог не заметить Долин. - Будто мы уже люди, а не чудовища.
  - Может, потому они за нами и ухаживают, что мы чудовища, - возразил ему Лоэлин, при этом он продолжал читать свою книгу, да ещё и ухитрялся пить лазурный напиток.
  - Интересно, каким образом ожерелье связано с поймой. Неужели нам придёться лететь туда? - Долин говорил с неохотой, сам не понимая, хочет ли он подобного поворота событий. Но на деле он осознавал, что только в пойме можно узнать о дальнейшей судьбе Анны.
  Лоэлин ничего не сказал в ответ, лишь внимательно посмотрел на друга, негромко усмехнулся и вернулся к чтению.
  Долину становилось скучно, хотя это и странно сочеталось с его общим состоянием тревожного ожидания. Он тоже взял одну из книг на полке. Интересно, тут не имелось названия, лишь чистая обложка, под которой прятались пустые листы, все пожелтевшие от времени, кое-где помятые и стертые. Долин отложил её в сторону и взял другую книгу. В ней также не оказалось ни единой буквы.
  - Какие-то странные книги, - он повернулся к Лоэлину. - Они почему-то пустые, - сказав так, он взял третью книгу и увидел там уже ожидаемый результат. - Неужели здесь ничего нет кроме колдовской истории Гооб?
  Лоэлин подошёл к нему и взял одну из просмотренных другом книг.
  - Ты видишь тут только пустые страницы? - спросил он.
  - Да.
  - Забавно. Для меня она выглядит как настоящая книга, здесь есть и название, и текст. Разве только книга немного старая.
  Они не успели обсудить странную библиотеку в комнате Лоэлина. В дверях появился сам хозяин Оплота Побережья.
  - Вам понравились мои книги? - он улыбнулся охотникам. - Это хорошие книги, они умеют отличать своих читателей друг от друга. Так умеют далеко не все книги. Но да ладно. - Стерегущий вошел в комнату, ещё раз огляделся и заметил графины на столе. Недолго думая, колдун налил напиток в хрустальный стакан и тут же запил им обширную порцию печенья, которую он впихнул себе в рот. Охотники лишь молча ждали дальнейших слов Стерегущего, понимая, что он пришёл сюда не угощаться.
  - Случились некоторые вещи друзья, - сказал колдун, прожевав своё печенье. - Совет колдунов в Ароне принял решение. К счастью я не обязан немедленно бросаться его выполнять. Могу вам сказать одно - в городе Ароне вам лучше не появляться. Впрочем, вам это и не нужно. Как показали нынешние опыты, след убийц уходит в пойму. Правда, здесь все очень туманно, действуют сразу многие силы, которые значительно мутят воду, но выбора у вас все равно нет. Вы должны лететь в пойму. Это раз. - После этих слов колдун вдруг замолчал, как будто "два", "три" и т.д. должен говорить не он.
  - В пойму и...? - Лоэлин вопросительно посмотрел на Стерегущего.
  - Там увидете знак. Вы должны понять его значение. И, кроме того, ничего не мешает вам попробовать кого-нибудь схватить, допросить, узнать любые возможные сведения о вашем ожерелье, о золотом кинжале, о Чёрном колдуне.
  - Мы попробуем! - поклонившись, сказал Лоэлин. - Нам можно лететь?
  Стерегущий море был в сомнениях. Скривив лицо, колдун скептически оглядел обоих охотников. Нахмурился, пошептался о чём-то с сидящем на плече знаком СТЭД, и только после этого сказал:
  - Да, можете лететь. Но сначала я сделаю ещё кое-что для вас. Слишком слаб след в пойме, вы можете и не почувствовать его. Идите за мной. - Стерегущий повернулся и пошёл прочь, охотники поспешили вслед за ним.
  Они прибыли в лабораторию колдуна, но теперь там не происходило никаких жертвоприношений. Всё прошло на удивление буднично и быстро, с помощью артефакта полученного из пирата, Стерегущий море дал охотникам новые способности. Теперь они могли ощущать след магического ожерелья, те места, с которыми это ожерелье так или иначе связано. То же самое было сделано и для золотого кинжала, хотя кинжал никак не отзывался на магию, и потому оставалось неясным получилось ли у колдуна то, что он задумывал. Само ожерелье Стерегущий сначала хотел оставить себе, но потом после некоторого раздумья почему-то вернул его Долину. Отдал, не говоря ни слова. Охотник, не задумываясь, с облегчением взял вещицу. Ведь только ожерелье и напоминало ему сейчас об Анне, о девушке, которая это украшение никогда не видела и никогда не держала в руках.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 16
  Охотники летели на северо-восток. Именно там располагалась пойма реки Ар, обширное пространство, сплошь покрытое чахлым леском и камышовыми полями. Ни одного селения не было в этой болотистой стране, ни одной деревни, ни одной дороги. Казалось, здесь царит дикая природа неподвластная человеку и колдунам.
  - И кого мы должны здесь искать? - Долин, сколько не осматривался, нигде не мог найти ничего хотя бы смутно напоминающее любой волшебный знак, любое странное явление, которое можно связать с убийством Чёрного колдуна.
  - Нам не обязательно искать. Мы всего лишь должны осмотреться и подождать. Я чувствую, здесь действительно есть нечто связанное со смертью Чёрного.
  Долин смущёно молчал. Он, вырвавшись на волю, немного забыл о своих новых способностях, теперь, когда Лоэлин напомнил об этом, Долин тоже прислушался к своей интуиции. Казалось, будто внутри него вдруг заговорил тихий голосок о чём-то шепчущий своему хозяину. Смутно, неясно, почти неразличимо, внутреннее чувство говорило с охотником, скорее намёк, чем полноценный разговор. Действительно, в пойме были следы, они могли быть связаны с убийством Чёрного. Даже слишком много следов, как отметил Долин. И некоторые из них казались слишком свежими, нечто связанное со смертью колдуна появилось в пойме не так давно. Существовали, правда, и старые следы, трудноуловимые, почти невидимые, полустёртые за прошедшие месяцы. В них тоже ощущалась связь с золотым кинжалом и ожерельем.
  Охотники полетели ниже, над самой землёй, пытаясь понять, куда их ведёт колдовская интуиция, как вдруг Долин что-то заметил на самом деле. Среди камыша торчал остов корабля, давным-давно нашедшего в пойме для себя могилу. Остатки корабля почти спрятались под водой, всё, что оставалось наверху сильно заросло.
  - Кажется, я нашел обитателей поймы, - сообщил Долин другу.
  Оба охотника подобно стервятникам кружили над старым кораблём.
  - Здесь ничего нет кроме гнилых деревяшек, - возразил ему Лоэлин. - Или ты имеешь в виду улиток?
  - Нет, конечно. Люди. Здесь прятались люди.
  Приземлившись на корабль, Лоэлин вынужден был признать правоту Долина. Здесь действительно были люди, точнее их следы, которые тщательно маскировались водорослями и мхом. Но, зайдя немного глубже, туда, где раньше находилась корма, охотник увидел настоящую тропу. Люди часто приходили сюда, здесь валялось полно свежего мусора, здесь пахло человеком. Странным было только то, что следы вели в корабельные коридоры, вроде бы давно затопленные водой.
  Лоэлин заглянул туда. Прогнивший снаружи корабль изнутри выглядел добротным, ухоженным судном. Ни следа воды, зато множество намёков на присутсвие человека.
  - Здесь кажется нечто вроде наблюдательного пункта. - Донёсся сверху голос Долина. - Интересно, мы спугнули этих наблюдателей или у них просто перерыв... - охотник вдруг замолчал.
  Встревоженный, Лоэлин быстро поднялся наверх. Там всё оставалось спокойно, только Долин сосредоточенно глядел куда-то в сторону, туда, куда до них смотрели неведомые наблюдатели.
  - У меня странное чувство. Интересно, связано ли оно с теми свойствами, что заложил в нас Стерегущий море.
  - В чём дело?
  - Смотри, там плывут два корабля.
  Лоэлин посмотрел, куда указывает Долин.
  - Действительно корабли. Интересно. А не тот ли самый это знак, о котором говорил Стерегущий. Тут всё связано с Чёрным колдуном, у меня тоже такое чувство.
  - Смотри, - снова сказал Долин, - они не просто так плывут. Они преследуют какие-то лодки.
  Приглядевшись, Лоэлин заметил недалеко впереди кораблей несколько низких чёрных лодок. Они как будто бы действительно убегали от кораблей. Большие суда не могли полностью использовать все паруса, и потому ход их был не очень быстр. Лодки же в тесных протоках чувствовали себя куда более уверенно, тем более в каждой находилось сразу несколько гребцов.
  Больше охотники ничего не успели разглядеть. Их внимание привлёк к себе появившийся рядом с ними наблюдатель. Удивительно было вот так вдруг обнаружить у себя под боком это явление из прошлого. Глаз возник из ниоткуда, просто появился в воздухе и молча повис рядом. Его большое круглое чёрное тело диковинным образом сочеталось с интерьером полузатопленного корабля, та слизь, что блестела на его боках, была похожа на висящие повсюду гниющие водоросли. Слегка колышущиеся щупальца наблюдателя лишь усиливали этот эффект.
  - Это ты, Глаз? - Осторожно нагнув голову, Долин посмотрел за спину непонятного существа. Там никого не было, непрошенный гость пришёл в одиночку.
  - Да, - коротко ответил наблюдатель.
  - Откуда ты взялся?
  Глаз вместо ответа слегка качнулся в сторону плывущих неподалёку кораблей. Те приближались всё ближе и ближе, поскольку люди на чёрных лодках убегали в эту сторону. Долин, обернувшись к ним, первые секунды думал, что у него начались видения. Лодки уже не плыли по воде, они скорее скользили в ней, с каждой секундой всё больше и больше скрываясь в глубине.
  - Да что происходит? - воскликнул охотник.
  В лодках уже не было людей. Верх лодок был накрыт чем-то похожим на тёмную ткань, через мгновение убраны последние весла и... Лодки исчезли под водой.
  - Они на самом деле утонули? - поражённый Лоэлин не верил своим глазам.
  - Почти, - сначала охотники даже не поняли, что это снова говорит наблюдатель. - Почти, - повторил Глаз. - Здесь обман и магия, действительность и хитрая уловка. Скорее их затянули туда.
  - Кто затянул? - охотники всё не могли прийти в себя, происходящее настораживало и пугало. И спрашивали они как раз у того существа, чьё появление пугало их больше всего. Ведь Глаз был одним из Стражей в замке "Одинокий Шпиль", а также одним из помощников Маргоба.
  Глаз невозмутимо отвечал им:
  - Затянуло большее длинношее существо. Кажется, обитатели поймы хорошо знакомы с этим зверьем.
  Долин помотал головой. Нечто в их разговоре шло не так.
  - Постой, постой, - жестом капитулирующего охотник поднял руки, пытаясь сменить тему.
  Но времени спрашивать уже не осталось. Сразу несколько больших арбалетных стрел вонзились в старый корабль, в борт который служил сейчас охотникам укрытием. Изумлённый Долин быстро повернулся и тут следующий болт попал уже в него. Он ударил в предплечье, туда, откуда вырастали крылья Долина. Охотник почти не почувствовал удар, он лишь глупо смотрел на оперенноё древко торчащее из его плоти, благо длинная шея позволяла ему совершить такой подвиг. Сильным ударом Лоэлин сбил друга на пол. С кораблей, с тех самых, что преследовали чёрные лодки, последовал новый залп. Тяжёлые болты раздробили в щепки остатки планшира наверху.
  - Хэй, хэй, хэй! - кричали арбалетчики. - Стреляй! Бей! Все в воду!
  - Они что, приняли нас за людей поймы? - лёжа на полу Лоэлин повернулся в сторону, где находился наблюдатель. Но сейчас там никого не оставалось, и никто не ответил на вопрос охотника.
  - Вот он, небось, твой знак. Будь неладен Стерегущий, мог бы и лучше предпредить, - сквозь зубы проскрипел Долин, боль от стрелы в предплечье начала потихоньку проявлять себя.
  - Точно. Хорош знак, - прошептал в ответ Лоэлин, он снова оглядывался по сторонам, но, теперь не выискивая пропавшего наблюдателя, а в поисках выхода из ловушки, в которую они столь нежданно попали. Можно было попробовать взлететь, да только там охотников ждали новые арбалетные залпы. Единственным выходом оставалось двигаться вниз, в корабль, туда, куда вели следы здешних обитателей.
  Спускаться оказалось довольно трудным делом. Охотники оказались слишком большими, слишком неповоротливыми для столь узких проходов. Они были бы рады повернуть назад, но уже слышался позади топот врагов. Те брали старый остов корабля на абордаж, скоро нападающие найдут и вход вниз.
  Пройдя под небольшой лестницей, охотники неожиданно для себя вдруг вышли в довольно обширное помещёние, раньше здесь когда-то крепились мачты. Об этом красноречиво рассказывали их остатки, большие брёвна, аккуратно распиленные на несколько кусков.
  - А ведь мы уже под водой, - заметил Лоэлин. - Эта часть судна целиком уходит под воду.
  Странно, здесь было даже суше, чем на обзорном пункте.
  - Да здесь все дыры законопачены. - Долин уже почти не ощущал застрявшей в предплечье стрелы, выносливость охотника и адреналин погони помогали забыть об этом.
  - Стоять!!! - заверещал вдруг диким голосом кто-то.
  Обернувшись, Лоэлин увидел, как лестнице позади них появился крысюк. Тварь оказалась на удивления храбра. Не остановившись на одних криках, через мгновения она достигла пола и бросилась на охотников. Для крысюка хватило одного удара, Лоэлин даже не стал особо напрягаться. Нападающий отлетел к стене, где и замер без чувств. Охотники не стали его убивать, не желая отвлекаться попусту. Они поспешили дальше, появление крысюка означало скорое свидание и с остальными преследователями.
  - Понятно откуда взялся Глаз, - на ходу Лоэлин ещё успел перекинуться с Долином парой словечек. - С этих кораблей. Держу пари, там опять Маргоб и все его безумные ритуалы.
  - Будут они для тебя безумными, когда тебя взрежут от брюха до глотки. Но как он нашёл нас?! Два раза случайности не приключаются.
  Охотники пробежали уже почти весь полузатопленный корабль, впереди находилась тёмная дыра, похожая на вход в каменный туннель. Оба остановились, темнота нехорошо напоминала подземелья Одинокого Шпиля. Дышащая, чёрная глубина, там не могло прятаться ничего хорошего.
  Долин, воспользовавшись заминкой, решил избавиться от арбалетного болта. Не долго думая, он просто выдрал помеху одним махом. Затем посмотрел на мучителя, окровавленный, с утяжелённым наконечником, он расплывался перед глазами охотника.
  - А-а-а-а-а!!! - диким криком вырвалась у Долина пронзившая его боль.
  Жуткий звук эхом унесся в темноту перед ними. Услышали его и те, кто были наверху, все они на мгновение замерли, не решаясь идти вперёд. У крысюков уже не оставалось такой решимости как в начале, и даже держатели чувствовали нечто вроде страха.
  Туннель был не так темён, как показалось охотникам в первый момент. Здесь не было факелов, масляных ламп, и свет солнца никогда не освещал его стены. Но зато светилась, слабым, помаргивающим светом плесень на стенах. Кое-где она собиралась в довольно приличные скопления, и тогда можно было рассмотреть даже пол этого подземно-подводного хода. Тут валялось множество различного тряпья, недалеко от входа выстроились пирамидой небольшие бочонки, здесь даже стоял большой кованый сундук. Не будь охотники летающими чудовищами они, может быть, и заинтересовались бы его содержимым, но сейчас им хватало и своего золота.
  - Куда может вести такой ход? - спросил Лоэлин, нерешительно оглядываясь. - Может лучше вернуться?
  - Там же не одни крысюки, там и Хозяин. - Долин назвал Маргоба по-новому, даже сам не заметив этого. Слишком много времени прошло с тех дней, когда Маргоб являлся лишь горбатым каннибалом-тюремщиком. - Против его магии нам не устоять.
  - А против магии местных?
  Долин посмотрел в сторону, куда показал ему друг. Там, вдалеке, кто-то шёл.
  - Эти про нас ничего не знают. Если действовать быстро, то, может быть, прорвёмся.
  Кто бы ни шёл вдалеке, этот кто-то шёл слишком быстро. Им не удалось догнать его. Зато охотники обнаружили, что туннель раздваивается. Выбрав один из поворотов, они побежали дальше и уже совсем скоро стояли у новой развилки.
  - Тут настоящий лабиринт, - констатировал Лоэлин.
  - Тем лучше. Маргобу будет труднее догнать нас.
  Они побежали дальше и вскоре выбрались в обширную подземную пещёру, где находилось нечто вроде порта. У каменных причалов тихо покачивались на лёгкой волне чёрные лодки, те самые, которые недавно ушли под воду на глазах у охотников. В пещёре было пусто, люди из лодок ушли. Не осталось здесь и длинношеего зверя, который, по словам наблюдателя, затянул лодки под воду.
  - Куда теперь? - Долин пока что просто следовал за другом, доверяя ему выбор дороги.
  - Туда, - Лоэлин показал на дальнюю сторону пещёры. Там виднелась большая светлая дыра, возможно, там находилось окно наружу. Ни одной дороги не вело в ту сторону, все каменные туннели шли куда-то вниз, ничем не прельщая заплутавших охотников.
  Они полетели, надеясь найти там спасение. Ведь крысюки уже рыскали по тёмным коридорам лабиринта, мелкорослых тварей никогда не смущали каменные стены и узкие проходы. Скоро они будут знать назубок всю карту здешних проходов.
  
  На "Нештране" почти никого не оставалось. Большая часть чудовищ спустилась в нежданно обнаруженные полуподводные полуподземные лабиринты в поисках охотников. Маргоб неистовствовал. Он не мог позволить себе второй раз упустить охотников и готов был пожертвовать ради их поимки половиной своей армии. Так он и сказал Трогу, когда тот снаряжал команды для высадки на полузатоплённое судно. После этих слов в погоню не отправился разве что только Грызун. Монстр был слишком большим, чтобы лазить по тёмным и узким коридорам.
  - Почти никого не осталось, - сказала Коэсса, она с интересом рассматривала всю суматоху через небольшое оконце в их корабельной тюрьме. Там тоже живыми решётками протянулись зелёные нити, но сейчас они не так агрессивно реагировали на приближение живых существ. Коэсса почти приспособилась к их реакции.
  - Откуда ты можешь знать? - спросил её Яс. - Ведь отсюда и видно лишь полубак да один трап.
  - И ещё полузатопленный корабль перед "Нештраном". Туда спустилось уже столько солдат, что всякие сомнения отпадают напрочь. Сейчас на корабле почти никого нет. - С уверенностью повторила Страж.
  - Вопрос только в том, как зовут этого "почти никого", - с горечью заметил Яс. - Если тут остался Маргоб с его помощничком Агнариром, нам все равно ничего не сделать.
  Его слова были на деле продолжением долгого спора, который вели на протяжении нескольких дней Яс и Коэсса. Страж утверждала, что может сбежать, и ей нужен только лишь удобный момент. Яс считал это безрассудством. Маргоб, похоже, не собирался начинать обряд без охотников. Значит, у пленников появлялось время, и мастер предлагал немного выждать, по возможности подружиться с кем-нибудь из армии Маргоба и после уже не просто сбежать. Ведь побег был бы всего лишь отсрочкой. Сбежать от Хозяина, пусть даже и мёртвого очень трудно. Нужно было бы так смешать все карты Маргобу, чтобы у каннибала отпало всякое желание проводить свои колдовские обряды.
  Коэсса же ничего не хотела слушать насчет дружбы с чудовищами вокруг, считая их лишь глупыми марионетками. А слова Яса насчёт обрядов и мёртвых колдунов вообще приводили её в неистовство. Она просто не хотела слушать об этом. Эйрик сохранял в их споре молчаливый нейтралитет. Он никак не высказывал свою собственную позицию, даже когда его напрямую спрашивали об этом. Само по себе это уже было необычно, раньше Эйрик не мог ничего утаивать, если его спрашивают. Сейчас же, с каждым днём электрический демон восстанавливал, наращивал ту свою личность, которая когда-то была раздавлена магией Чёрного колдуна. Кузнец по-прежнему с некоторой опаской смотрел на это, его такие изменения настораживали уже только лишь потому, что слишком Эйрик был тем самым Инструментом, о котором сейчас любил упоминать Маргоб.
  Каннибал несколько раз приходил к своим пленникам. Может быть, он вспоминал те годы, когда он так же посещал узников в Одиноком Шпиле, а, может быть, надеялся услышать от них что-нибудь ещё ценное. Маргоб разговаривал с мастером, иногда пытался уговорить Коэссу прекратить сопротивление. Он не мог целиком поработить Стража, даже татуировки, которые он нанес на её руки, уже почти исчезли. Яс понимал почему. Такое совершенное создание как Коэсса не могла подчиняться существам подобным Маргобу, в своё время так предусмотрел сам Чёрный колдун. А теперь, даже воскресни Чёрный, уже ничего бы не вернулось на свои места. Коэсса оставалась совершенным существом из плоти и магии, переподчинить её было невозможно. Теперь она останется свободной до самой смерти. Каннибал не верил в это, Маргоб старался с помощью своих татуировок верности подчинить Стража себе. У него не получалось, он злился, но пока терпел. А мастер не старался убедить его в невозможности задуманного. Эксперименты Маргоба давали пленникам время.
  - Нам надо бежать сегодня, - утверждала Коэсса.
  - Зачем? Безумцы будут преследовать нас хоть вечность. - Яс пытался разубедить её. - Только если мы окончательно разрушим план Маргоба нам удаться избавиться от него.
  - Ты говоришь о разрушении планов. А что ты знаешь о них?
  Мастер молчал, он действительно плохо понимал логику Маргоба, или того, что вело этого Нового Хозяина.
  - Подружиться с кем-нибудь из армии... - тонким голоском передразнила кузнеца Страж. - Глупо! Здесь одни рабы. Чем они могут помочь нам?
  Яс лишь развёл руками. Как он может сказать, чем они помогут, если он ещё не разговаривал с ними?
  - Или ты предлагаешь организовать убийство Маргоба?
  - Может быть, - неуверенно ответил Яс. - Я не уверен, что это поможет.
  - Ты даже в этом не уверен. Тогда зачем ты со мной споришь?!
  Мастер мог ей сказать, что даже убей они Маргоба, скорее всего уже через день в армии чудовищ объявится новый наследник Чёрного колдуна, и он будет занимать всем тем же, чем занимался Маргоб, но Яс промолчал.
  Коэсса же лишь фыркнула, видя замешательство мастера.
  - Ты то хоть меня поддерживаешь? - она повернулась к Эйрику.
  - Если ты так хочешь. - Эйрик ответил очень уклончиво, в духе того Инструмента, которым он когда-то был. Но ведь сейчас он уже изменился.
  - Тогда решено, бежать надо сейчас. Больше у нас может быть не будет шансов. А если они поймают охотников, тогда для нас вообще всё кончено.
  Об этом мастер и не подумал. Действительно, если охотники окажутся в руках Маргоба, тот снова начнёт подготовку к обряду, и тогда неизвестно, помешают ли ему кто-нибудь в последний момент как в Ароне, или всё пройдет чисто.
  - У тебя есть план? - спросил кузнец.
  - Конечно. У меня всегда есть план.
  Действительно, как он мог забыть. Для Стража подобные вещи никогда не являлись проблемой.
  - Для начала зелёные нити. Я подозреваю, - Коэсса с ехидной улыбкой повернулась к Эйрику, - что наш электрический друг давно мог бы избавиться от них.
  - Да, - признался демон-инструмент после некоторого молчания, - да, я могу сделать это.
  - А почему ты молчал? - удивился мастер.
  - Не было нужды. Когда Маргоб слишком близко, он легко почует такое вмешательство в свою магию.
  - Разве сейчас он не близко?
  - Близко, но слишком увлечен другим.
  Больше Эйрик ничего не сказал, он просто подлетел к двери и выжег все живые нити, которые оплетали её.
  - Дальше всё просто. - Коэсса была краткой. - Следуйте за мной и не задавайте никаких вопросов. Вперёд!
  Она распахнула дверь.
  
  Трог отшатнулся в сторону. Резко открывшаяся дверь едва не прибила его. Большая, из тяжелого дерева, с железными оковками, она вполне могла на некоторое время пригвоздить его к стене. Дверь открылась, но никто не спешил выходить оттуда.
  - Что там, капитан? - спросило странное существо Рин. Теперь оно всегда находилось неподалёку от Трога, одновременно служа ему и денщиком, вместо ленивого крысюка, и телохранителем. Трог даже начал привыкать к вечно парящему рядом призраку. Тем более запах у Рин был куда менее заметен, чем у родственных ему держателей.
  - Капитан, что нам делать? - заголосили крысюки, они целой толпой держались следом за Трогом, уже не пытаясь разбегаться по туннелям в поисках добычи. Слишком многие остались лежать там, непонятные подводные коридоры оказались полны различных ловушек. Пока в западнях страдали только крысюки, по большой части из-за своей жадности. Однако теперь их предводитель также опасался, что наткнулся на ловушку. Сами собой открывающиеся двери могли быть очень опасны. Приготовив Кровопийцу, Трог осторожно посмотрел за дверь. Там оказалось очень светло, то была уже не плесень, а настоящий солнечный свет, хоть и немного приглушенный толщей воды над их головами.
  - Ещё один туннель, - вполголоса констатировал Трог. - Не понимаю. Он прозрачный или здесь вода вместо стенок?
  Затем он повернулся к все ещё ждущим за его спиной крысюкам.
  - Ты, ты и ты, - Трог указал на трёх ближайших, - Быстро туда, проверить стены, проверить наличие ловушек. Понятно?!
  - А потом, а потом? - пискнули они в ответ.
  - Потом вернётесь и всё расскажете, - на самом деле капитан чудовищ хотел сказать и "всё доложите", как и надо говорить в общение с подчиненными, но почему-то Трог не смог сказать так. Он посылал разведчиков в неизвестность, может быть на верную смерть. И он делал это уже изо дня в день. Странное дело, если раньше капитан поступал так без всяких сомнений, подумаешь ещё одно мёртвое чудище, то теперь он начинал задумываться. "Я слишком привык к их компании" - покачав головой, подумал он.
  - Вы передумали, командир? - крысюки поняли его жест по-своему.
  Трог нахмурился.
  - А ну вперёд! И быстрей!
  Разведчики вбежали в непонятный туннель. Они недолго пробыли там, через пару секунду вернулся первый из них.
  - Доклад, доклад! - пищал крысюк.
  - Ну?!
  - Всё чисто, капитан. Никого нет. Ничего нет. Вода, но не падает. Можно дышать, можно бегать, - он даже подпрыгнул при последних словах.
  Трогу пришлось поверить. Подводный туннель пугал, однако если где и могли быть охотники, то лишь там. Подводную часть полузатопленного судна крысюки обыскали вплоть до тараканьих щелей. И никого кроме мокриц не нашли. Значит, охотники ушли вперёд. Один из них ранен, может быть, это сделает его неловким, неуклюжим и облегчит преследователям задачу. Ведь если сегодня Трог вернется без пленников, Маргоб будет не просто зол. Это будет настоящий дьявол во плоти. Капитан даже поёжился, представив себе разъяренного каннибала. Безумец не слушал никого, а только и твердил о наследии силы Чёрного колдуна.
  Туннель оказался на удивление длинным. Он дугой изгибался по болотистому дну поймы, поднимался почти к самой поверхности, а затем снова резко спускался к корням болотных деревьев. Живыми решётками сплетённые корни преграждали здесь путь любым лодкам и кораблям, но туннель вился между ними, выводя, в конце концов, на гигантскую поляну. Похоже, частично она тоже была скрыта под водой, другая же часть располагалась снаружи, там, где кроны деревьев скрывали небо. Удивила Трога не сама поляна, а то, что было на ней. Здесь пряталось целое человеческое поселение. Вода текла здесь и сверху и снизу и по бокам. Её потоки неразрушающейся струей огибали поляну, иногда почти касаясь крыш домов, большая часть из которых были построены из того же камыша и дерева.
  - Куда нам теперь, командир? - сразу с нескольких сторон донесся до Трога один и тот же вопрос.
  Бывший Хранитель стоял в замешательстве. Ему доводилось слышать раньше о людях поймы, однако ему впервые встретилась подобная деревня. Здесь было много колдовства, и становилось понятным, почему владыки из Совета не смогли поодиночке покорить пойму реки Ар. Также напрашивался один досадный вывод. Солдаты Маргоба слишком увлеклись своей погоней, и, кажется, попали в неприятную ситуацию, считая, будто в пойме встречаются только оборванцы-пираты не представляющие собой угрозы.
  Между тем откуда-то сверху послышался шум. Трог поднял голову и к своему удивлению увидел Паука, тот со своей свитой членистоногих выползал прямо по воде почти туда же, где стоял Трог. Паук шагал по воде, как по земле, он обошёл несколько завитков, где сплетались водные потоки, потом нырнул в стену воды рядом и вынырнул уже рядом с Трогом.
  - Капитан, - прошелестел Паук, голос чудовища был не очень сильным, он переходил в почти свистящий шелест. - Сбежали пленники, Хозяин приказывает немедленно вернуть их.
  - Пленники? - с глуповатым видом переспросил Трог, он действительно находился в замешательстве. На его памяти Паук впервые играл роль простого связного.
  - Пленники, - повторился Паук. - Все трое. Они не могли далеко уйти. Наши солдаты раскиданы здесь всюду. Кто-нибудь их да заметит. Ваше и мое дело организовать всё так, чтобы после этого они снова не ушли.
  Невероятно длинная речь для чудовища и оттого только сильнее было впечатление от неё.
  - Смотрите командир! - вдруг закричало существо Рин. Трог даже подпрыгнул на месте, он и не знал, что Рин умеет кричать.
  - Там, наверху, посмотрите.
  Зеленокожий капитан посмотрел в указываемую сторону и увидел охотников. Оба демона кружили над деревней людей поймы, порой почти над крышами, а порой взлетая вверх, исследуя магические водяные потоки над головой.
  - Они ищут выход. Они случайно забрели сюда и теперь никак не могут найти выход.
  - Странно, - Рин продолжало всматриваться. - Они летают не одни.
  Трог из-за своего плохого зрения ничего вообще толком не видел кроме мелькающих вдалеке крылатых силуэтов.
  - В чём дело? - спросил он.
  Рин вдруг неожиданно близко подлетело к нему. Оно почти прошептало ему на ухо:
  - С ним наш наблюдатель.
  - Ты хочешь сказать... - Трог не договорил, опасаясь произносить вслух имя Глаз.
  - Именно это, - шепнуло Рин.
  "Что он там делает? - этот вопрос первым мелькнул в голове у Трога, а затем последовали другие. - Почему Рин шепчет? Оно в чём-то подозревает меня и Глаза? - И напоследок последовал неуместный вывод. - Если Глаз там, значит сейчас там безопасно".
  - Займись охотниками, - прошелестел Паук, он все ещё стоял рядом. - У тебя есть стрелки. А я буду готовить ловушку для других беглецов.
  Трог растерянно посмотрел на огромное беспристрастное чудовище и кивнул. Сейчас ему было не до споров. Бывший Хранитель побежал в деревню, весь отряд, кроме тех, кто подчинялся Пауку, резво поспешили вслед за ним.
  Деревня казалось покинутой. Ни одного живого существа. Разведчики-крысюки быстро проверил несколько домиков, внутри тоже оказалось пусто. Это настораживало, значит, люди поймы успели сбежать, и значит, сейчас они где-то готовятся к ответному удару.
  Как оказалось, не все дома в деревни были соломенными лачугами. В центре находилось и несколько каменных строений. Именно над ними ещё недавно кружили охотники.
  - Приготовить арбалеты, - приказал Трог. Он знал возможности охотников и понимал, что без стрелков его солдатам никак не одолеть подобных противников. Именно противников, поскольку Трог, несмотря на все крики Маргоба не представлял их своими врагами. Ведь пока только чудовища нападали на охотников и мешали тем спокойно жить. Подумав так, Трог с недовольством почесал плечо, татуировка дала о себе знать, видимо почувствовав крамольные мысли.
  - Может быть, они улетели капитан? - спросила одна из слизистых ящериц, это стали стрелками в армии Маргоба. Они плохо владели тяжёлым оружием наподобие мечей и топоров, но их руки оказались вполне пригодны для арбалетов. Более того, через совсем короткое время ящерицы наловчились стрелять из них не хуже гвардейцев на стенах Арона.
  - Здесь некуда лететь. Со всех сторон вода. Они могли только уплыть, или уйти по тем ходам, что наделали люди поймы. - Трог объяснил ситуацию, сам не зная, зачем он это делает. Все равно слизистая ящерица поняла из его объяснений только одно - что нужно держать арбалет наготове.
  Один из каменных домов был больше других, его даже украшало несколько статуй, а вход поддерживали колонны. Здесь без сомнений либо жил тот, кто правил деревней, либо же располагалась деревенская ратуша. Трог с подозрением оглядел здание, казалось столь же пустое, как и остальные. Окна темны, двери раскрыты, ничего не говорило о жизни внутри.
  - Окружите этот дом, - приказал зеленокожий капитан.
  На удивление быстро его солдаты выполнили приказ. Сжав крепче свой топор-Кровопийцу, их командир шагнул к дверям. Он ожидал чего угодно, даже колдовского удара, но вместо чародейства в дверях старой ратуши появился наблюдатель.
  - Здесь никого нет, - сказал Глаз.
  - Откуда ты знаешь... - хотел возразить Трог и тут же осёкся. Наблюдатель всегда всё видел. Если он говорил никого нет, значит, нет. Если только он говорил правду.
  - Меня бы не было тут, присутствуй хоть малейший намёк на опасность. Ты же видел, как я исчезаю, Трог, - в голосе наблюдателя слышались доселе неведомые эмоции, но их трудно было понять, слишком чужим был Глаз, даже в таком странном месте как это подводное селение. Но он действительно никогда не появлялся там, где была опасность, даже не по своей воле, а в силу своего природного инстинкта.
  - А где тогда охотники?
  - Они ушли тем же путем, что бежали люди.
  Трогу впору было хвататься за голову. Если Маргоб проведает о случившемся, последует не просто наказание. Будет нечто жуткое, о чём лучше даже не думать.
  - Не надо расстраиваться. К нам идёт человек, кто будет с ним разговаривать как не ты?
  - Какой ещё человек?
  Но наблюдателю уже не требовалось отвечать. Из дверей ратуши, степенно ступая, вышел большой, толстый человек, одетый в серую, похожую на монашескую, мантию.
  - Я, Поддерживающий. Я пришёл поговорить с вами, - представился толстяк и спокойно оглядел стоящих перед ним чудовищ. - Кто ваш предводитель?
  - Я, - Трог не замедлил ответить, просто потому, что если бы он смолчал, скорее всего, половина крысюков в его отряде запищали бы о своих командирских правах и тем самым бы сорвали намечающиеся переговоры. А в том, что это переговоры, сомнений не оставалось. Толстяк был представителем людей поймы, и он пришёл выяснить, кто вторгся в деревню людей поймы.
  - Я капитан Трог. Я старший офицер в этом отряде. - Своим ответом Трог давал понять, что число солдат не ограничивается только теми, кого видит толстяк, их гораздо больше.
  - Раз вы старший, тогда давайте с вами и поговорим, - Поддерживающий ничем не выдавал эмоций, его голос был спокоен, а движения медлительны.
  С этого и начались переговоры с людьми поймы.
  
  Чудовища возвращались на корабли. Странное дело, Трог почти не ощущал страха перед гневом Маргоба. Все равно, они ничего не могли поделать. Хорошо, что люди поймы вообще согласились их пропустить. Перед входом в волшебные туннели Трог увидел Паука. Монстр возился с каким-то небольшим свёртком, подойдя ближе, Трог решил, что это кокон.
  - Выходи, мастер, - Паук с кем-то разговаривал. - Тебе ничего не будет. Но если ты не выйдешь, я выпью всю её кровь!
  В ответ было лишь молчание. Только кокон под Пауком немного изогнулся, тот, кто был внутри, пытался избавиться от своих пут.
  - Ты поймал пленников? - спросил Трог.
  Паук только сейчас заметил возвращающихся чудовищ. Вместо ответа он снова заговорил с невидимкой.
  - Нас теперь много. Даже если тебе не жаль Стража, что ж, мы все равно поймаем тебя. А пока я выпью её кровь, отомщу за своих слуг.
  Оглядевшись, Трог поразился. До этого, он слишком углублённый в свои мысли не особо смотрел по сторонам. Кроме того, волшебные стены из воды давали много бликов, они извивались, скручивались, да ещё в этом месте имелось сразу несколько выходов на деревню Водяных. Так, оказывается, называли себя люди поймы. Трог огляделся и увидел, как всё вокруг завалено останками мелких пауков, из той свиты, которая живым хвостом вечно вилась за самым большим Пауком. Страж не сдалась без боя.
  - А где электрический демон? - поинтересовался капитан чудовищ.
  - Я приказал ему вернуться, и он вернулся. Сейчас он уже на корабле.
  - Значит, остался только мастер?
  -Да, - шелестел Паук, - сейчас останется только мастер. Я выпью кровь Стража, она не так важна как её друзья.
  - Стой! - послышался крик, на поляне появился Яс. Он выглядел бледным, его одежда была испачкана. Появился кузнец просто из воздуха, по крайне мере так показалось Трогу.
  - Если ты её тронешь, - Яс не стал тратить времени зря. - То я могу сделать что-нибудь с собой. Сомневаюсь, что Маргобу удаться провести свой ритуал. Ты меня понял?
  Никогда ещё в своей жизни мастер не угрожал кому-нибудь, да ещё, чтобы при этом главной угрозой выступало его собственное самоубийство. Яс дрожал всем телом, произнося подобные слова, но всё же кузнец был полностью готов осуществить сказанное, хоть и не знал как именно.
  Трог решил, что настала пора вмешаться. Один незаметный знак Рин, и его слуга направило двух держателей к мастеру. А сам Трог заговорил с Пауком:
  - Все уладилось, Великий. - Бывшему Хранителю оказалось не так трудно произнести это слово, Паук действительно был велик, страшен, и потому в сказанном почти не присутствовало преувеличения, просто про себя Трог добавил, про себя одно слово "таракан". - Не стоит зря расстраивать Хозяина, пусть он сам потешит себя наказаниями пленников. Мы же пока можем остаться в стороне. Нам стоит подождать...
  Паук оценивающе посмотрел на зелёного карлика перед собой. Трог едва ли достигал ему головой до брюха.
  - Мне нужны силы для восстановления свиты, - возразил Паук, наконец.
  Трогу не хотелось отвечать на такое, но выбора у него уже не оставалось. Ведь он сам ввязался в этот разговор.
  - Я думаю, Хозяин позаботится об этом. Скоро у нас появятся другие пленники. И тогда можно будет легко восстановить всю твою свиту, Великий.
  Пауку не хотелось соглашаться, он колебался, но времени почти не оставалось. Приближался вечер, Водяные могли неправильно понять задержку. И потому членистоногому гиганту пришлось согласиться.
  Солдаты вернулись на корабли. "Нештрану" и "Кроту" требовалось срочно покинуть пойму, таково было условие, которое выдвинули Водяные. Они согласились пропустить корабли без своей обычной дани, и это было самое большее, чего добился от них Трог. У армии Маргоба не было выбора. Водяные оказались слишком подготовлены. Поддерживающий показал Трогу свои силы, оказывается сразу несколько кораблей поджидали чудовищ чуть дальше. Кроме того, там имелись и маги. Способности подводных волшебников не вызывали сомнений, ведь вода для них была как глина, они могли лепить из неё что угодно, начиная с просто стен и кончая большими водяными вихрями. У водяных были даже свои чудовища, странные амфибии, похожие на тритонов, но значительно превосходящие их по размерам.
  Впрочем, Маргоб не сильно расстроили условия людей поймы. Он уже знал, куда сбежали охотники. Те полетели в Фудаур, и, значит, корабли тоже направлялись туда.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 17
  - Как ты думаешь, почему наблюдатель помог нам?
  Этот вопрос крутился в голове у Долина с тех самых пор, как охотники покинули пойму. Они летели почти всю ночь и лишь к утру решились остановиться, передохнуть. Когда летишь под облаками, особо не поговоришь, и потому только сейчас, на земле, Долин высказал мучающий его вопрос.
  - Я знаю столько же, сколько и ты. Я тоже не понимаю, почему он решился помогать нам. - Лоэлин ничего не преуменьшал, он действительно не знал мотивов Глаза. - Он разговаривал и с тобой тоже.
  Долин вздохнул, все было именно так. Глаз появлялся рядом с ними по меньше мере три раза. Сначала когда они находились на полузатопленном корабле, затем, когда они вылетели к деревне Водяных, и потом он помогал разговаривать с Водяным и даже указал путь, каким можно было покинуть эту странную подводную ловушку. Вполне возможно, Глаз наблюдал за ними и до этого, и продолжал наблюдать после, только они его не видели. Все события в пойме промелькнули подобно мгновению, вот охотники были там, и вот они уже здесь. Давно Долин не ощущал себе настолько беспомощным в руках судьбы. Охотники сыграли странную роль в разыгравшемся спектакле, и почти ничего не смогли добавить от себя в эту драму. Даже их поиски убийц Чёрного колдуна вчера казалось, шли сами по себе, они не успевали ничего сделать, как нужное событие совершалось без их участия.
  Сначала они просто бежали от солдат Маргоба. Когда они достигли деревни Водяных, там уже было пусто, последние жители как раз уходили через магический ход в ратуше. Это стало ясно позднее. Вот тогда рядом с ними снова появился Глаз. Наблюдателя нисколько не смущало ни рана Долина, ни вообще всё происходящее. Он предложил им лететь к ратуше, рассказав о выходе из зачарованных болотных лабиринтов.
  В ратуше крылатых беглецов встретили Водяные. Охотникам не хотелось сражаться с людьми, в чём они честно и признались. Но им хотелось поговорить с ними, оба охотника чутьём, которое им даровал Стерегущий, буквально видели сильную связь этих людей с ожерельем, и несколько более слабую нить, говорящую и о некоторой известности здесь золотого кинжала.
  Разговор оказался не совсем таким, каким его представляли раньше охотники. Водяные не были слабыми людьми, а их предводители, владеющие магией, вообще по силе духа приближались к колдунам. С ними было трудно спорить. Вот тогда снова появился наблюдатель. Водяные восприняли его появления просто невероятно. Глаз произвел на них впечатление куда большее, чем оба охотника вместе взятые. Появившись, Глаз о чём-то поговорил с Поддерживающим, местным главой Водяных. И только после этого толстяк согласился посмотреть артефакты охотников.
  Ожерелье он узнал на удивление быстро, и так же быстро дал ответ на возможную связь ожерелья со смертью Чёрного колдуна. То был всего лишь обмен, Водяные получили девушку, и почти сразу продали её дальше, купцам которые плыли в Фудаур. А само ожерелье были лишь магическим свидетелем. Такой термин охотники слышали впервые, и потому Поддерживающий вкратце объяснил им его суть. Означало он только лишь то, что ожерелье когда-то присутствовало на значимом для всего окружающего мира событии, и не просто было там, а принадлежало одному из важных участников события. Для колдунов подобные вещи очень важны, ожерелье могло бы стать сильным артефактом. И это было всё, что водяные рассказали об ожерелье.
  А золотой кинжал они поначалу вообще не хотели признавать, и только рассмотрев вещь более внимательно, вдруг достали из своих запасов небольшой кубик, странную головоломку, сказав при этом лишь одно - головоломка поможет раскрыть секрет золотого кинжала, если конечно охотники разгадают её саму. На этом встреча закончилась, летучие демоны были предоставлены сами себе. Они решили лететь в Фудаур, туда, куда отправилась девушка, Анна. Ожерелье тоже когда-то попало в пойму оттуда. Может, то самое значимое событие происходило где-то там, и оно могло быть связано с Чёрным колдуном. Иначе, зачем ещё бы он стал добывать это ожерелье?
  Когда они всё это выяснили, им пришлось быстро бежать. В деревне объявился отряд чудовищ, похоже, знающих, где находятся охотники. А почему бы и нет, ведь рядом с ними был Глаз, основной наблюдатель и разведчик в армии Маргоба. И хотя наблюдатель сейчас помогал им, охотник ему не доверяли. Распрощавшись с водяными, они полетели к Фудауру, стремясь своим стремительным полётом как можно больше увеличить расстояние между ними и Маргобом.
  - Одно я мог сказать точно, - Лоэлин решил таки высказать своё мнение. - Думаю, что уже вскоре Маргоб тоже окажется в Фудауре.
  - Ему расскажет о нас Глаз?
  Лоэлин не сразу ответил на этот вопрос. Глаз был слишком непонятен, чтобы однозначно судить его.
  - Может быть, но, скорее всего, нет. Все эти совпадения начинают меня пугать.
  Долину не требовалось разъяснять, о каких совпадениях идет речь. Они уже давно покинули Одинокий Шпиль, и все равно им постоянно приходилось сталкиваться с его обитателями, как будто в Гооб не оставалось других живых существ, кроме чудовищ из павшего замка.
  - Хочешь сказать, куда бы мы ни полетели рано или поздно рядом с нами появится Маргоб или кто-нибудь из его прихвостней?
  - И да, и нет. - Лоэлин сегодня говорил загадками.
  - Почему так?
  - А потому, что когда это мы летели туда куда хотим?! Мы постоянно ищем убийц колдуна, по-другому мы не можем, заклятие давит наши души. А все остальные твари, кажется, постоянно преследуют нас. Наверное, у них свои проклятия.
  - Признаться честно, - после некоторого молчания сказал Долин. - Я всё это время думал, что колдун, заклиная нас искать его убийц, просто хотел отомстить им.
  - А что ты думаешь теперь? - Лоэлин в упор посмотрел на друга, в его глазах чудовища горел странный огонек и медленно повторил. - Что ты думаешь теперь?!
  Долин вместо ответа лишь склонил голову. Ему не хотелось отвечать на вопросы. Для обычной мести слишком много совпадений. Конечно, Маргоб мог кричать на весь мир, о своём праве на силу Чёрного колдуна, но только такой же безумец, как каннибал мог поверить в такие слова. Колдовская сила, не вещь чтобы её наследовать.
  Долин достал из сумки головоломку, подаренную водяными. Только с первого взгляда её можно было назвать кубиком. Граней у неё на самом деле оказалось в два раза больше, просто некоторые из них были очень малы, но это не помешало создателям этого чуда и на них написать непонятные символы.
  - Для чего они нам её дали? - Долину хотелось перевести разговор на другую тему, - чем она может помочь?
  - Дай мне посмотреть. Я ведь её даже в руках не держал.
  Долин отдал другу магический кубик. Лоэлин осмотрел его со всех сторон, провел по всем граням пальцем, как будто выискивая скрытые неровности.
  - Я никогда не встречался с подобными вещами, - наконец признался бывший студент. - Здесь нужен настоящий мастер, человек который бы сам создавал такие вещи. Нам не разгадать эту загадку без нужного ключа.
  - Что ещё за ключ?
  - К каждой загадке всегда есть ключ. Иногда слова, иногда вещь. Но сейчас у нас есть только уверения водяных, что головоломка поможет нам раскрыть тайну золотого кинжала. Мы даже не знаем, правду ли они говорили. Скорее всего, они просто хотели побыстрее избавиться от нас.
  - Им что-то сказал Глаз. Это из-за него они согласились помочь.
  - Хм, Глаз. А почему мы должны верить ему?
  Это был снова почти тот же вопрос, с которого начинался их разговор. Они ничего не могли придумать, ничего не понимали.
  - Ладно, - принял решение Долин. - Будем надеяться, в Фудауре всё прояснится.
  - Да, - согласился с ним Лоэлин и добавил. - И будем надеяться, что у нас останется время, чтобы применить эти сведения. Кажется, Маргоб ещё не владеет тайной магических порталов, и потому догонять нас ему придется на обычных кораблях.
  
  - У нас не корабль, а сплошная магия, - проворчал Трог.
  Шёл второй день их плавания. Ворчал зеленокожий капитан скорее для самого себя, жаловаться ему все равно было некому. Но когда делать нечего, почему бы и не поворчать себе под нос. Если сначала "Нештран" был пусть и старым, с необычными свойствами кораблём, то теперь ко всему этому прибавились и различные магические ухищрения, с помощью которых Маргоб стремился добавить скорости для своих кораблей. На "Кроте" шли те же реформы, что и на флагманском судне. Теперь по обоим судам стало не очень безопасно передвигаться, тебя запросто могла где-нибудь ударить молния, задеть каким-нибудь летающим ведром со смолой, а на палубе с некоторых пор вообще царил хаос. Паруса там складывались и раскладывались, гроты, фоки, гитовы, всё это ходило взад вперед, стремясь вот такими постоянными изменениями лучше использовать магический ветер, который пытался создать Маргоб.
  На самом деле у него это не очень хорошо получалось. Возможно, не хватало опыта, или может быть, просто не хватало сил. Ветер то возникал, то исчезал. Иногда он дул прямо в корму, а иногда он с такой силой дул сбоку, что чуть ли не выдувал незадачливых членов экипажа прочь с палубы. Но приходилось мириться, Новый Хозяин не терпел никаких возражений. Впрочем, разве хоть какой-то хозяин их терпит? Это была гонка за призраком, точнее за двумя призраками.
  Охотников никто не видел с того самого момента, как они повстречались им в пойме, и всё же корабли спешили в Фудаур, место которое должно было стать финишем необыкновенной гонки. Трог лишь смутно помнил Фудаур, в своё время, в бытность Воином Чести в Кадорафе, он бывал в этом большом морском порту. Как и сейчас, это было самостоятельное княжество, принимающее собственные законы и устанавливающее собственные правила торговли. Правда и тогда и сейчас князья платили дань. Тогда это была дань Кадорафу, сейчас дань Гооб с её колдунами.
  Зеленокожий капитан ощущал себя так, будто у него все внутри переворачивается. Постоянная качка с того момента как они вышли в море, казалось, превратила все его внутренности в бульон, который теперь так же постоянно пытался вырваться из своего хозяина наружу. Трог не мог ни лежать, ни ходить. Он немного побродил по "Нештрану" сопровождаемый своим оруженосцем Рин, посмотрел на все эти полуколдовские чудеса вокруг, полу, потому, что все они были несколько недоделанные, и решил вернуться вниз, в офицерскую каюту. Там расположили его и ещё двух офицеров, одним из которых стал Агнарир, другим же являлся Глаз, он тоже теперь имел офицерское звание и соответственно место в хорошей каюте. Хотя у наблюдателя не было ни подчиненных, чтобы иметь такое звание, ни потребности в подобном жилом уголке. Пока Трог делил каюту лишь с ненавистным Агнариром. Во время наибольших приступов морской болезни, ему нравилось обдумывать способы, какими можно было бы расправиться с этим медузоподобным существом. Впрочем, скорее всего Агнарир, тоже думал о нечто подобном, и лишь прямой приказ Маргоба продолжал сдерживать их от междоусобной схватки.
  Трог не успел дойти до койки, его остановил паук размером не превосходивший средней кошки. Одна из лап у него была наполовину обрублена, а через всё брюхо проходил белый шрам. Это явно был один из ветеранов битвы со Стражем.
  - Капитан Трог, - голос у паучка звучал очень тихо, и если бы Трог не прислушивался, он мог бы и не обратить внимания на эти звуки. - Вас зовёт к себе господин.
  - Какой господин? - не понял сначала Трог.
  - Великий господин, вы обещали ему пленников для восстановления свиты.
  Трог даже немного побледнел, услышав всё это. У Паука оказалась на удивление хорошая память, а также и неплохой ум, коли он так интерпретировал неосторожно сказанные слова Трога.
  - А почему он не спросит это у... - ему хотелось сказать "у Хозяина", но капитан не успел. Паучок уполз прочь, считая свою миссию выполненной.
  - Как ты думаешь, мне стоить идти к Пауку? - С некоторых пор Трог советовался с Рин, призрачное существо очень трезво воспринимало всё происходящее вокруг и порой могло дать неплохой совет.
  - Конечно, - ответило Рин. - Пусть лучше Паук поговорит с вами, чем потом он будет говорить с Хозяином, прибавляя к своим просьбам жалобы на вас.
  Чересчур трезвый совет, Трог даже поморщился, выслушав его. Тут же, как будто почувствовав его раздражение, желудок попытался поднять небольшой бунт. Трог собрался с силами, остановил убегающие внутренности, и принял совет Рин. Вместо того чтобы идти в каюту, они пошли прямиком к Пауку. Это огромное чудовище располагалось в одном из трюмных отсеков корабле, в самой большой секции. Не то что бы Паук не влезал в другие, тварь могла сильно сжиматься, если хотела этого, но делала она это лишь по мере надобности. На корабле она надобности в этом не видела и устроила себе настоящее логово, всё оплетенное паутиной в большом трюме корабля. Маргоб не протестовал, логово Паука находилось очень близко от новой тюрьмы пленников, это обеспечивало дополнительную безопасность.
  - Приветствую тебя капитан, - прошелестел Паук, когда Трог вошёл в его логово.
  - Привет и тебе, Великий. - Приходилось называть Паука так, другие прозвища тот почти не терпел.
  - Ты обещал мне пленников взамен жизни Стража, где они?
  - Мы в море. Здесь негде брать пленников. Может быть, ты подождёшь до Фудаура?
  Паук зашипел, его челюсти сомкнулись с неприятным хрустом.
  - Мне не хватает слуг, которые бы ухаживали за мной, мне нужна свита! Или ты предлагаешь мне всё-таки забрать жизнь у Стража?!
  Трог только головой покачал в ответ на такое. Как бы он мог распоряжаться жизнью Стража? Ему самому не хотелось подобного, да и Маргоб вряд ли бы простил подобное самовольство.
  - Так ты дашь мне пленников для свиты или нет? - тон Паука снова снизился до шелеста, но все равно продолжал звучать очень зловеще.
  - А по-другому ты не можешь восстановить свою свиту? Или тебе пленники нужны, чтобы откладывать в них яйца?
  Паук сначала ничего не ответил. Он лишь поднялся из той груды паутины, в которой лежал и подошел к побледневшему Трогу. Глядя сверху вниз, он внимательно посмотрел на дерзкого карлика.
  -Ха-ха-ха, - вдруг рассмеялся Паук, не ожидавший ничего подобного Трог, невольно вздрогнул, хотя и пытался всеми силами не выказывать своих эмоций перед этим чудовищем.
  - С чего ты вообразил такой бред? - отсмеявшись, спросил Паук. - Если бы я откладывал яйца, я бы назывался Паучихой, а не Пауком. Пленники мне нужны для моей магии, я не буду объяснять её всякому профану. Важно только одно, - мне нужны пленники, и они нужны мне сейчас!
  Трог понял, что выбора у него нет. Паука не отговорить. Но где взять пленников, ведь капитан не собирался трогать Стража, пусть даже это из-за неё Паук остался почти без свиты.
  - Может быть, используем крысюков? - существо Рин вплотную приблизилось к своему командиру, оно шептало ему почти в ухо.
  Крысюков действительно было много, они размножались, они бестолковы и глупы. Отдать ли нескольких из них Пауку? Трог вспомнил лица некоторых из крысюков, сейчас они уже не казались ему одинаковыми мордами. И ведь многие из них когда-то были людьми. Трог сомневался. А сейчас они были его солдатами. Он не мог вот так отдавать их, просто на потеху большому чудовищу. Нужен другой выход.
  - Я поговорю с Хозяином, - сказал Трог, - как он решит, так и будет.
  - Я пошлю с тобой слугу, - ответил ему Паук. - Он слишком мал и глуп, чтобы говорить за меня, но он запомнит все твои слова. Если ты будешь уговаривать Хозяина, чтобы он поступился моими интересами, слуга всё мне донесет, и я сделаю свои выводы! И если слуга не вернется, выводы будут такими же!
  - Делай, как хочешь. Я скажу Хозяину всё, как есть, не буду ничего преувеличивать и преуменьшать. Надеюсь этого для тебя достаточно?
  - Хорошо. Если ты будешь таким, то достаточно. Я жду тебя здесь, помни это, - прошелестел Паук и отвернулся.
  Трог не ожидая больше ничего, быстро поднялся наверх. Выбора не оставалось, ему пришлось идти к Маргобу.
  Разговор с Новым Хозяином был очень коротким. Если Паук хочет пленников, то добудьте для него пленников. Но Стража не трогать. Пока ещё Маргоб надеялся заставить ее работать на себя. А на вопрос Трога, где же взять пленников, Маргоб ответил просто. На корабле есть Глаз, пусть он займётся поиском. Можно даже ненадолго приостановить корабли, или немного изменить их курс. Пока они ещё укладывались в нужное время.
  Наблюдателя не пришлось искать долго. Он сам появился рядом с зеленокожим капитаном, когда тот вышел из каюты Маргоба.
  - Здравствуй Глаз, - в Троге снова проснулись вся его природная подозрительность, Глаз был не только странен, теперь можно было точно говорить, что наблюдатель вёл непонятную игру. Ведь это он разговаривал с охотниками в деревне Водяных.
  - Я тоже вижу тебя Трог.
  - Ты уже знаешь о приказе нашего Хозяина? - В интонации последнего слова Трог невольно выразил все свои чувства по этому поводу, слово "Хозяин" звучало, будто оно означало некую гниль, плесень на стенах, которая раздражает, и которая никак на самом деле не может командовать своими соседями. К счастью для него Маргоба не оказалось рядом, безумец был слишком самоуверен, чтобы подслушивать за своими офицерами.
  - Да, и я вижу, как его выполнить. Иди за мной на палубу.
  Глаз не стал тратить времени зря, он повернулся и полетел прочь. Трогу пришлось поспешить следом.
  - Что ты предлагаешь, наблюдатель? - Уже оказавшись на солёном морском ветру, спросил Трог.
  Глаз повернулся к нему.
  - Я не предлагаю. Я всего лишь помощник. Обещания давал ты!
  Странно было слышать подобное от наблюдателя. Глаз, похоже, слишком много общался с другими существами, в нём начало появляться нечто человеческое.
  - Как будто у меня был выбор, - пробурчал в ответ Трог. - И всё же, чем ты предлагаешь мне заняться на этом ветру? - он поёжился, высказав это. Приближался вечер, и явно становилось холоднее.
  - Охотой, чем же ещё. Я вижу только один выход для нас с тобой, нам нужно заняться охотой.
  - Какой ещё охотой, мы в море Глаз. Или ты под охотой подразумеваешь рыбалку?
  - У нас будет охота. У нас обоих нет выхода. Нам надо заняться охотой.
  Трогу хотелось спросить, почему это вдруг у наблюдателя вдруг тоже создалось безвыходное положение, но почему-то смолчал, так и не решившись на вопрос.
  - И на кого же мы будем охотиться?
  - На тех, кто годится для Великого, - прошелестел рядом паучок, Трог уже и забыл о его присутствии.
  - А кто ему годится?
  - Ему нужны пленники, не скот, не животные, разумные пленники.
  - Что же мы, рыбаков ловить будем? - поразился Трог, он даже и не думал о такой возможности.
  - Нет, незачем портить отношения с Фудауром. Рыбаки подданные княжества. Город не потерпит подобных вещёй. - Глаз знал на удивление много. - Я вижу других существ. Они вполне годятся для Паука. В них заметна искорка разума. Я покажу тебе, Трог, где они. А после ты начнешь свою обещанную охоту для Паука.
  Капитану не сильно понравился тон, которым наблюдатель всё это сказал, он, словно обвинял бывшего Хранителя. А ведь на плече у Трога татуировка верности, он ничего не может сделать против воли Маргоба, в отличие от наблюдателя. У того на чёрном округлом теле не заметно никаких шрамов и татуировок. Так что не ему обвинять Трога.
  
  Звонко заиграла труба. Теперь в армии Маргоба некоторые сигналы передавались именно так. Это облегчало передачу приказов. Трубачом стал один из держателей, только у этих псевдопризраков хватало воздуха в легких, чтобы выполнять сложные напевы. Более того, держатель даже слишком легко освоил инструмент, который нашли в одном из трюмов "Нештрана". Но Трогу сейчас было не до обдумывания подобных странностей. Сигнал трубы означал, что лодки обошли заросли морских водорослей. С другой стороны к этим водорослям приближались корабли, на которых уже готовили сети. Тут же на палубах стояли ящерицы с арбалетами, они должны были отстреливать каждое живое существо, которое поплыло бы в сторону от сетей. Эту часть плана придумал не Трог, вмешался Маргоб. Армии требовались сьестные припасы, морские звери стали бы отличным пополнением в кладовых.
  Сети не являлись магическим приспособлением, их нашли на "Кроте", моряки которого иногда подрабатывали рыбалкой. Крысюки на лодках довольно быстро и справно расставили сети вокруг небольшой отмели, которая Глаз нашёл недалеко от берега. Здесь всё поросло густыми, длинными морскими водорослями, они сплетались в целые плавучие островки. Среди этих островков и плавали будущие жертвы морской охоты, большие неповоротливые существа. Больше всего они походили на тюленей, Трог когда-то видел изображение этих животных в книгах. Но эти существа были больше, их кожа имела светло-коричневый оттенок, морда походила на короткий бочонок, таким толстыми и круглыми они казались. И, кажется, Трог, со своим плохим зрением не мог толком рассмотреть, у морских животных имелось нечто похожее на руки.
  Сейчас звери беспокойно плавали среди своих водорослей, приближение кораблей их тревожило. Но пока ни одно не попыталось уйти на глубину, и не попробовало прорваться куда-нибудь в открытое море. Он просто кружили среди водорослей, то всплывая с коротким всхрапом, то снова ныряя, чтобы серой тенью мелькнуть в воде и снова всплыть.
  Надо было начинать, лодки с сетями заняли нужные позиции, теперь была очередь за командой на кораблях. Трог поднял руку, дав первый сигнал. Тут же затрубила короткой трелью труба. На "Нештране" и на "Кроте" запахло дымом. Это крысюки запалили самодельные фитили, те были прикреплены к большим железным горшкам с двумя ручками по бокам. Смесь внутри была творением мастера, этого пленника уже нельзя было считать полноценным узником. Маргоб сделал ему свои татуировки верности, теперь Яс был вынужден подчиняться Новому Хозяину. Кузнец создал взрывную смесь, которую теперь использовали на большой охоте.
  Трог махнул рукой. Крысюки по двое схватили горшки с порохом и с разбегу зашвырнули самодельные бомбы подальше в море. При этом в воду с писком слетели и сами метатели. А затем последовали взрывы. Оба горшка взорвались, едва не долетев до воды, Трог верно рассчитал время. Он снова поднял руку, опять затрубила труба. Те крысюки, что остались на палубе начали дудеть в различные пищалки, шуметь трещотками, долбить по железным щитам, производя как можно больше шума. Среди морских зверей и без того испуганных взрывами началась настоящая паника. Часть из них и так вспыли оглушенные, остальные поплыли прочь, стремясь покинуть страшное место. Многие из них обошли лодки с сетями, некоторые ушли на глубину, но остальные попали в расставленную ловушку.
  - Они действительно разумны? - спросил Трог у наблюдателя позже, когда первые трофеи были доставлены на "Нештран". Морских зверей, прежде чем достать из воды, хорошенько приложили по головам. Сейчас они только приходили в себя, слабо шевелясь на палубе, видимо, пытаясь понять, где они, и почему вообще всё это происходит.
  - А ты посмотри на их руки, - наблюдателю не хотелось лишних споров, вместо этого он указал на ближайшую к ним добычу.
  Трог подошёл к морскому зверю. Тот лежал на боку и был закутан в сети и водоросли как в одежду. Зеленокожий капитан перевернул его, и увидел ласты зверя. Действительно, тут имелись человеческие руки, ладонь и пять длиннях пальцев, между ними находились прозрачные перепонки. Но даже не это поразило Трога. С изумлением бывший Хранитель рассматривал стеклянный браслет на руке морского зверя.
  - У него браслет, - он повернулся к висящему за спиной Глазу, - у него настоящий браслет.
  - Значит, они вполне разумны.
  - И значит, Паук больше не будет иметь к нам никаких претензий, - сказало существо Рин, мёртво, без эмоций, как никогда потусторонне. Просто один лишь вывод и ничего более.
  - Совсем никаких претензий, - вполголоса повторил Трог. Он всё смотрел и смотрел на лежащее перед собой морское существо, на руку с тонкими пальцами и браслетом на запястье.
  - Нам можно начинать, командир? - откуда-то сбоку вдруг подскочил крысюк.
  Трог помотал головой не понимая, чего хочет от него мелкий нахал.
  - Командир, но ведь Хозяин будет недоволен, если слишком задержим корабли, - крысюк понял жест капитан как отрицание.
  Упоминание о Маргобе заставило Трога собраться. Он посмотрел на крысюка рядом с собой, снова перевел взгляд вниз, на морское существо, вздохнул и поднял руку. Трубы заиграли новый приказ, последний в сегодняшней охоте. Морских существ доставленных на "Нештран" потащили в трюм, к Пауку который с нетерпением ожидал этого. Тех же морских жителей, что были на "Кроте" ждала не лучшая участь. Уже сейчас, насколько знал Трог, первых из них разделывали на мясо, заготавливая припасы для армии Маргоба.
  Вскоре палубы обоих судов опустели, чудовища попрятались в трюмы, а магический ветер снова надул паруса, корабли плыли дальше, оставив за собой лишь груду мусора на воде, мусора который плавал в кровавом медленно расплывающемся пятне.
  Трогу не хотелось идти в свою каюту, к Агнариру. Сегодняшняя охота заставила его ещё раз задуматься над своей ролью во всем происходящем. "Но у меня нет выбора, татуировка жжёт меня", - пытался он убедить себя. Бывший Хранитель снова вспомнил морское существо, его стеклянный браслет.
  "Интересно, кто они такие? Чем они занимались там, в воде? Может быть, у них там город?" - мелькали в голове вопросы, и тут же вставали перед глазами сцены, который он видел на соседнем корабле, на "Кроте". Там держатель, мастерски владея большим топором, одним махом отрубал головы морских существ, тех по одному подтаскивали к нему крысюки. Затем туши вскрывали, часть внутренностей тут же выбрасывали в воду, к чайкам. Птицей тучей собрались над кораблями, они дрались, они пронзительно кричали, заглушая все остальные звуки. "Смогу ли я есть это мясо? - подумалось Трогу. - Они были разумны, они ничего не сделали нам, лишь просто попались нам на пути. Если бы не Глаз, мы никогда не узнали бы о них". Мысль о наблюдателя заставила вспомнить все его прошлые подозрения.
  - Ты не знаешь где сейчас Глаз? - спросил он у Рин, оно по-прежнему полупрозрачной тенью парило рядом с ним, готовое выполнить любой приказ.
  - Наблюдатель полетел в сторону носа корабля. Кажется, ему не совсем хорошо.
  - То есть?
  - Кажется, он приболел.
  Трог не стал спрашивать, чем мог заболеть Глаз, хотя капитана это сообщение сильно удивило. Глаз был единственный из армии Маргоба, кто пока ничем не болел. Даже Трог уже пару раз простужался. Капитан считал, что наблюдатель вообще не подвержен таким слабостям.
  - Покажи мне, где он, - приказал он Рин, и оно беспрекословно подчинилось.
  Наблюдатель действительно оказался на носу корабля, там, где стояла корабельная баллиста. С виду Глаз выглядел вполне здоровым, он всё также парил над палубой, медленно поворачиваясь из стороны в сторону.
  - Оставь нас, - попросил Трог Рин, - побудь в стороне. Когда надо будет, я тебя позову.
  Рин без единого вопроса снова подчинилось.
  - Куда смотришь Глаз? - спросил капитан у наблюдателя.
  - На горизонт, на пустой морской горизонт.
  Глаз сегодня не был особо разговорчивым, но Трог не собирался считаться с его настроением. Бывший Хранитель давно подбирал время для этого разговора и не собирался ничего откладывать.
  - Говорят, ты приболел?
  - Да, я стал хуже видеть.
  - Почему?
  - Морская болезнь, эта качка мешает мне видеть. Теперь мне нужно сосредотачиваться, чтобы рассмотреть детали. На земле я вижу сразу много таких вещёй.
  - Такие, как, например, улетающие охотники?
  Глаз не сразу ответил на это, лишь замедлились его повороты из стороны в сторону.
  - Да, - наконец ответил он. - Такие как охотники.
  - О чём ты говорил с ними Глаз? И о чём ты разговаривал с Водяными?
  - Я не успел толком поговорить с охотниками. Мы лишь посмотрели друг на друга, я на них, они на меня. Но начало положено. Посмотрим, как сложится дальнейшее.
  - Но ведь это ты помог охотникам?
  - Да.
  Трог даже и не знал, что сказать на такое. Глаз словно совершенно не опасался, что кто-нибудь расскажет о его непонятной роли Маргобу.
  - Я помог охотникам. Я помог Новому Хозяину.
  - Ничего не понимаю. О чём ты толкуешь?
  - Мне легче, чем тебе Трог. Я знаю, чего я хочу. Мне не нужны уроки жизни, чтобы понять происходящее вокруг. И делаю так, чтобы моя цель становилась ближе.
  Странные философские сентенции, Трог ничего не понял в них, но решил оставить все недосказанасти на потом, сейчас его интересовало другое.
  - А откуда тебя знают Водяные?
  - Да, теперь они меня видели, теперь они меня знают. - Глаз как будто нарочно ни на что не отвечал прямо.
  - Хочешь сказать, до наших приключений в пойме они тебя не знали?
  - Так же, как и тебя.
  Трог в раздражение сжал кулаки. Он был марионеткой в этом разговоре, он ничего не мог добиться. Лишь задавал пустые вопросы, и даже на них не мог добиться ответа. Резко повернувшись, он пошагал прочь, раздраженный и злой, так ничего и не понявший в тайных замыслах наблюдателя. Он зашел внутрь корабля, туда, где раньше был матросский кубрик. И у самого входа столкнулся с мастером.
  Кузнец, будучи менее массивным, от столкновения отлетел в сторону, отчаянно загребая руками воздух. Это не спасло его, он все равно больно ударился о корабельную переборку.
  - Ой, больно же, - Яс попытался подняться, но не смог. Во время падения он вывихнул ногу. - Кто это? - кузнец бродил по кораблю в поисках капитана Трога, но сейчас у него от падения в глазах помутилось. К нему протянули большую зелёную руку. Только у одного существа на корабле имелитсь такие руки, значит, мастер буквально лбом наткнулся на того, кого искал.
  - Я извиняюсь, - пробасил Трог, - Я был неосторожен.
  Одним рывком он поставил мастера на ноги. Яс снова охнул, нога дала о себе знать.
  - Что-то с ногой? - спросил его капитан.
  Мастер мог бы пожаловаться, но ведь не для этого же он искал Трога. Это был шанс.
  - А ничего особого, пройдет, - кузнец улыбнулся, стараясь не замечать боль.
  - Ну и ладно, - буркнул зеленокожий капитан. - Раз так, то ладно, - он повернулся, собираясь идти дальше.
  - Капитан, подождите, - Яс, чтобы остановить своего неразговорчивого собеседника, схватил его за плечо.
  - В чём дело?
  - Ничего особого. Я просто хотел передать вам извинения.
  - Какие ещё извинения?
  - Страж. Она сильно расстроилась, узнав, что у вас неприятности из-за неё. Она хотела бы загладить свою вину, но вы сами понимаете, пока она пленник это маловероятно. Потому пока она просто хочет извиниться.
  Капитан ничего не сказал, они стояли друг к другу лицом, оба почти одинакового роста, и даже с одинаковым зелёным оттенком кожи. Мастер и офицер были похожи друг на друга, видимо их обоих Чёрный колдун достал из одного котла.
  - Ей незачем извиняться, - заговорил, наконец, Трог, - она ничего плохого не сделала. Она поступила вполне честно, а вот Паук...
  Дальше он не договорил, не желая вспоминать о разговорах с этим "Великим". Кузнец знал о требованиях Паука, о недавно прошедшей охоте, ведь он сам помогал готовить её, и потому он примерно понимал расстройство Трога. "А ведь мне это на руку, - подумалось мастеру, - если капитан так близко к сердцу принимает произошедшее, значит, он не слишком доволен своей нынешней ролью".
  - Интересно, - вдруг Трог заговорил сам, не ожидая очередного высказывания кузнеца, - интересно, почему Страж имеет такую сопротивляемость к заклинаниям нового хозяина? - сказав это, Трог вздохнул, вопрос звучал не так, как ему хотелось бы на самом деле.
  Яс лишь слабо улыбнулся, завидев это расстройство капитана. Действительно, этот офицер был куда проще, чем казался с первого взгляда. Он спрашивал о сопротивляемости Стража, желая спросить, а нельзя ли мне заиметь такую сопротивляемость. "Всё можно, - подумалось мастеру, - Маргоб далеко не такой сильный колдун, каким пытается казаться. Ведь ему не удалось сделать полноценную татуировку верности мне".
  Кузнец во время этой работы сумел заставить руку колдуна дрогнуть, причём в тот момент, когда тот вырисовывал важный завиток. Сам Маргоб ничего не понял, это лишний раз подтверждало его некомпетентность, зато теперь Яс мог замышлять различные каверзы против него, и татуировка верности никак не реагировала на это. Мастер не мог лишь сбежать, но эта часть заклинания была лишь вопросом времени.
  - Страж совершенное существо, творение гения. Очень трудно изменить, что- либо в ней, таков изначальный замысел её создателя. - Яс ответил словно не заметив подоплеку вопроса Трога.
  - Создатель это что ли Чёрный колдун?
  - Чёрный ли, Единый ли, но он был великим мастером живой формы. И Страж один из его шедевров.
  - Есть и другие?
  - Есть, только они не настолько раскрыты как Страж. Колдун не спешил давать им полную свободу, а именно в независимом состоянии они наиболее раскрыты и полноценны.
  - А ты знаешь кто эти другие?
  Яс покачал головой, всем своим видом выражая грусть от своего незнания. На самом же деле он имел кое-какие представления на сей счёт.
  - Жаль, - на лице Трога отразилась целая гамма чувств, от надежды до расстройства и даже легкого гнева. - Жаль!
  - Кто знает, - сказал Яс, задумчиво разглядывая стену перед собой. - Вполне возможно, они есть и на этом корабле, помимо Стража. Я много работал с Чёрным колдуном, и научился читать кое-какие его знаки.
  - Какие такие знаки?
  - Каждый мастер оставляет в своих творениях небольшие знаки, чёрточки, подчёркивающие облик его творения и в то же время рассказывающие о том, кто создатель шедевра.
  Трогу не совсем нравилось упоминание о Чёрном колдуне как о великом гении, но интерес Хранителя был выше этого. Если кузнец говорил правду, и на корабле есть существа с нераскрытыми способностями, то может быть он один из них и значит, он, как и Страж может сопротивляться заклинаниям Маргоба, просто ещё не научился этому.
  - Ты умеешь видеть эти детали? - спросил капитан у Яса.
  - Не всегда, - честно признался тот. - Нужно время, нужно общение с этим существом. Только затем можно сделать выводы.
  - Интересно, - задумчиво произнес Трог. Странно, вот сейчас он вроде бы помышлял о неподчинение Маргобу, а татуировка верности никак на это не отреагировала. Может быть, у него есть надежда?
  Они разошлись в разные стороны, Трог начал размышлять, о том, как бы ему сделать так, чтобы его работа теперь проходила по возможности ближе к мастеру, а Яс ушёл просто улыбаясь. Он сделал первый шаг на пути своего заговора, на пути, где он надеялся раскрыть тайну силы Маргоба, на пути который, в конце концов, должен был привести к разрушению планов Хозяина.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 18
  Чем ближе был великий морской порт, тем больше сомнений вызывал план Маргоба у всех в его армии обладающих хоть небольшой искоркой разума. Неразумные попросту не знали, что они куда-то скоро приплывут. Когда же показались длинные волнорезы Фудаура и корабли, которые десятками толпились там, сомнения переросли в тревогу. Как можно найти в огромном городе охотников, да кто даст их искать здесь? Вряд ли горожане будут приветствовать появление на улицах различных чудовищ.
  В порту находилось множество обыкновенных парусников, там толпились шхуны и галеры, а среди них сновали рыбацкие фелюги. Зато купеческих кораблей похожих на "Нештран" было почему-то не так уж много. Но Маргоб не стал разворачивать корабли, волшебный ветер нес суда прямо в порт. А там их уже заметили, навстречу вышел большой трёхмачтовый корабль. Его нос был украшен фигурой морской девы, а на парусах красовался герб Фудаура - кольцо со стрелой. На верхушках мачт полоскались двухцветные длинные стяги, где жёлтый цвет означал связь Фудаура с солнцем, с дневной стороной жизни, а коричневый показывал значение Фудаура как врат земли. Других таких портов не имелось на всём восточном побережье, и можно было понять хозяев Фудаура в их самомнении.
  Тем болеее, эта гордыня подкреплялась очень серьёзным флотом, для которого не существовало равных соперников во всём море Эйден. Один из кораблей этого флота и спешил сейчас навстречу "Нештрану". Парусный фрегат принадлежал к страже порта, его обязанностью было встречать все подозрительные корабли, подходящие к Фудауру. Делалось это ради предотвращения контрабанды, в порту контролировать все перевозки значительно труднее, чем на море. У фрегата на носу и на корме располагалось несколько метательных орудий и, кроме того, там всегда находилась готовая к бою абордажная команда, натренированная в частых схватках с пиратами.
  Корабль береговой охраны становился всё больше и больше. Трог начинал нервничать. Маргоб приказал уведомить его, когда они прибудут в порт. Встречи в море каннибал, похоже, никак не ожидал. Надо было что-то делать.
  - Подготовить арбалетчиков, - приказал капитан.
  Стоящий неподалеку держатель протрубил нужный приказ. На палубе стали появляться слизистые ящерицы, большая часть из них еле двигалась. Раннее утро, и тяжелая ночь, когда постоянная качка не давала заснуть, сделали своё дело. Впрочем, ящерицы почти всегда выглядели сонными, такая у них была конституция. Трог недовольно оглядел своих стрелков. Они не выглядели достаточно боеспособными. "Может быть, стоит развернуть и баллисту, - подумалось ему. - Хотя с другой стороны на фрегате уже давно всё подготовили. Лучше использовать эффект неожиданности и попытаться захватить вражеский корабль...".
  - В Фудауре редко смотрят на внешний вид, - вдруг кто-то заговорил рядом с капитаном. - Кто только не бывает в этом порту. Сюда заплывают корабли с самых дальних уголков моря Эйден.
  Трог повернулся. Рядом с ним, оказывается, стоял Яс. За последнее время они на удивление хорошо сдружились, Трог даже немного удивлялся как просто и легко общаться с мастером. Кузнец совершенно не вспоминал о роли Трога в поимке беглецов и вообще ничем не выказывал возможного недовольства зеленокожим капитаном. Яс был на удивление разумен, его мудрость поражала, хотя имелись у него некоторые недостатки. Одно то, как он называл Чёрного колдуна гением, было достаточно неприятно.
  - Откуда ты про это знаешь? Ты полжизни сидел в Одиноком Шпиле.
  - В том то и дело, что полжизни, - улыбнувшись, ответил ему Яс. - Да и в Одиноком Шпиле, я не всегда сидел в мастерской, было время, путешествовал вместе с Хозяином
  - Значит, бывал и тут? - Трог кивнул в сторону портовой крепости Фудуара, та высилась на скалистом мысе и закрывала собой почти половину города.
  - Бывал, - подтвердил ему мастер, - не стоит особо волноваться насчёт нашего внешнего облика. Фудаурцы торговцы, если им заплатить, они вполне стерпят и не такое.
  - Думаешь? - капитан сомневался, что всё так просто, но всё же решил поверить кузнецу. Он подал новый знак, и труба заиграла отбой, ящерицы начали, ворча расползаться с верхней палубы.
  - Однако Маргоба придётся позвать. Пусть уже сам договаривается со стражей, - сказал Яс.
  Удивительно, каннибал почти не разозлился, когда Трог прервал его чародейскую медитацию. Новый Хозяин внимательно выслушал все, и согласился подняться наверх, как раз к тому моменту фрегат почти достиг "Нештрана". С борта сторожевого судна спустили лодку с проверяющими офицерами. Когда она подошла к их кораблю, там, на палубе оставался только Маргоб, Трог и несколько крысюков. Тех оставили, чтобы было кому прислуживать в случае надобности. Они же сбросили трап, когда это понадобилось.
  Офицеры выглядели не слишком представительно. Два среднего роста человека в поношенной форме, та была раскрашена в те же основные цвета Фудаура - жёлтый и коричневый. С офицерами на борт "Нештрана" поднялось ещё несколько человек, пара людей в обычной одежде, безо всяких знаков отличия, и ещё пять матросов с фрегата. Как ни странно, все фудаурцы вполне спокойно восприняли стоящих перед ними существ. "Яс в очередной раз оказался прав", - подумалось Трогу.
  - Приветствуем вас в гостеприимных водах города Фудаур, - поклонившись, заговорил передний офицер. - Мы представители сторожевого флота города. Я капитан Оур.
  Сегодня было довольно безоблачно, потому Маргоб вышел на палубу, почти целиком укутавшись в плащ, оставив только немного места для лица, которое все равно было не разглядеть, облако тьмы парило вокруг бывшего тюремщика.
  - Я Хозяин этих кораблей, - сказал Маргоб после некоторого молчания. - Хозяин и повелитель.
  Фударцы переглянулись, один из людей в обычной одежде достал бумагу и перо, второй же быстро смастерил для него некое подобие лёгкого столика.
  - Мы рады приветствовать вас в нашем городе, - сказал капитан Оур. - Вы не могли бы полностью перечислить все ваши титулы и звания?
  Трог кожей ощущал злость Маргоба. Титулы и звания являлись самой больной темой для каннибала. Ведь он до сих пор, несмотря на титул Новый Хозяин, не смог утвердиться в правах наследника Чёрного колдуна. Тем не менее, Маргоб стерпел, и представился именно так, как ожидалось.
  - Я Маргоб, Хозяин Одинокого Шпиля. И наследник Чёрного колдуна.
  Вот теперь им удалось произвести впечатление. Капитан Оур даже немного отшатнулся, услышав имя грозного колдуна. В Фудауре много знали об этом властелине.
  - Простите, что мы не узнали вас, - сказал, наконец, капитан Оур. - Мне кажется, мы раньше не имели чести видеть у нас в гостях?
  - Да, я впервые в вашем городе, - подтвердил Маргоб.
  - Не могли бы вы нам сказать, что именно вы хотите увидеть в Фудауре?
  - Я здесь по личным делам, - в голосе Маргоба слышалась злость. - Надеюсь, теперь вы задали все свои вопросы?
  - Конечно, конечно. Осталось только лишь решить небольшие проблемы, но это мы можем сделать и вместе с любым из ваших помощников.
  Маргоб посмотрел на Трога, и тому пришлось шагнуть вперёд.
  - Вот мой помощник, решайте свои вопросы вместе с ним. И я надеюсь, что до вечера я всё же увижу ваш гостеприимный город, - сказав это, каннибал повернулся и ушёл, оставив Трога наедине с фудаурцами. Крысюки были не в счёт, слишком мало ответственности несли эти твари.
  Когда Маргоб исчез, все остались на палубе невольно вздохнули, напряжение в котором их держало присутствие Нового Хозяина, заметно спало.
  - Вот и ладненько, - потер руки капитан Оур. - Как вас зовут?
  - Капитан Трог, я решаю иногда для Маргоба кое-какие задачи.
  - Но в нашем случае всё совсем несложно. Так, одна бюрократия и немного денег. Надолго не задержит, вам не придётся бояться за вашу голову.
  Трог лишь усмехнулся, услышав это. Если бы только за голову...
  Бюрократическими делами оказалась регистрация кораблей Маргоба в Фудауре и внос пошлины. После финансовых дел был проведен небольшой досмотр корабля на предмет запрещённых грузов, все кто осматривали корабли уже через несколько минут снова оказались на верхней палубе. Заикаясь, они доложили капитану Оуру, об окончание досмотра. Тот лишь пожал плечами, ничем не выказывая своего недовольства. Но когда фудаурцы уже покидали "Нештран" он заставил Трога подписать ещё одно обязательство о том, что чудовища не будут слишком много гулять по городу во время стоянки кораблей. Пришлось подписать, а то ведь могли вообще запретить заходить в порт. И только после этого морские ворота Фудаура раскрылись перед ними.
  
  - Это они, - Долин мрачно смотрел на портовую гавань.
  - Откуда ты знаешь? Это просто два купца, ничего более. - Лоэлин пытался переубедить друга.
  Они оба сидели сейчас на крыше старого четырёхэтажного дома гильдии торговцев. Сейчас дом был заброшен, гильдия не хотела ютиться в пыльных и темных коридорах старой резиденции. Они построили себе новый дом, ближе к центру города, там, где сейчас жила вся элита Фудаура.
  Охотникам же пришлось по вкусу старое здание. Даже днём они могли спокойно наблюдать за городом с его крыши, ведь она была обнесена парапетом, и здесь почти всюду красовались серые гранитные горгульи. Купцы ведь очень суеверны, они верили в силу этих мрачных статуй, которые должны были защищать торговые соглашения своих хозяев от злых духов. Охотники могли спокойно гулять среди готических изваяний не опасаясь лишних взглядов и домыслов. Даже те, кто замечал их на крыше старой резиденции гильдии, не поднимали шума, зачем лишний раз связываться со злыми духами.
  Сегодня друзья опять отдыхали наверху, в самом доме было слишком тесно, его узкие переходы плохо подходили для широкоплечих охотников. С крыши гильдии морской порт был виден как на ладони, ни один корабль, что появлялся в Фудауре, не мог быть незамеченным отсюда.
  - Я помню эти корабли, - сказал Долин. - Я же видел их в пойме.
  Лоэлин хотел было возразить, что племянник мельника если отличает корабли друг от друга, то только что по количеству мачт, но промолчал. Возможно, сейчас Долин прав, бывшему студенту тоже не нравились эти два судна приплывшые в Фудаур.
  - Они так открыто плывут, как будто совершенно не опасаются людей.
  - Наверное, Маргоб обо всём договорился. Фудаурцы слишком жадные, чтобы отказываться от золота и слишком трусливые, чтобы спорить пусть даже с наследником колдуна из Гооб. - Долин знал, о чём говорил.
  Охотники находились в городе уже почти неделю и успели пообщаться с местными жителями. Именно здесь друзьям впервые пригодилось то золото, которое они когда-то награбили в сокровищнице Чёрного колдуна.
  - Если это Маргоб, то быстро же он добрался до Фудаура, - задумчиво сказал Лоэлин, рассматривая ползущие вдалеке корабли. Сами охотники летели сюда день и ночь, почти не останавливаясь для отдыха и еды. Только в самом городе они позволили себе расслабиться. И вот теперь оказывается, они спешили не зря.
  - Наверное, не обошлось без колдовства, - предположил Долин.
  - Наверное, - грустно согласился Лоэлин, - и что же нам теперь делать?
  - Спешить, что же ещё. Они не смогут сразу найти нас, а город им прочёсывать не дадут. Им придется действовать по-другому, и пока они будут искать, мы должны закончить начатое.
  Долин имел в виду поиски работорговца. За эти дни охотники успели узнать имя человека, который перекупал рабов у пиратов из поймы. Это был единственный след, ничего другого охотникам обнаружить не удалось. Почти без сомнения через руки скупщика прошла и Анна. Может быть, работорговец знал и об истории ожерелья.
  - Надо лететь сейчас! Сегодня довольно хмурое утро, люди не будут слишком осматриваться по сторонам, и вглядываться в небо. А если пойдёт дождь... - Долин не успел договорить, рядом с ним в пыль упала крупная капля воды, а за ней тут же последовала ещё одна и ещё.
  - Дождь, - констатировал Лоэлин.
  - Отлично, непогода уберёт лишних свидетелей с улиц, да и проще будет найти самого торговца.
  - Да. Можно даже немного попугать его для лучшей убедительности.
  Лоэлин скептически посмотрел на Долина.
  - А мы разве по-другому умеем?
  Дождь, поначалу слегка капающий водой с неба, уже через полчаса превратился в льющиеся с облаков настоящие реки воды. Даже охотникам было трудно лететь в такой ливень, кроме того, возникла опасность молний, гроза не замедлила начаться вслед за дождем. Над Фудауром сегодня царил гром.
  
  Дождь барабанил в крыши и стены, вода потоками стекала по улицам, заставляя редких прохожих подворачивать полы плащей. Она затекала в торговые лавочки, те располагались ниже уровня земли, к ним вели маленькие каменные лестницы, и это по ним мутными ручейками струилась вода. Раздраженные торговцы закрывали двери, затыкали щели, но вода все равно проникала сквозь деревянные стены, заставляя торговцев вспоминать всуе городские власти, те так и не удосужились до сезона дождей исправить городскую канализацию.
  - Сегодня не будет никакой торговли, - разговаривали между собой два таких держателя мелких лавочек, один впрочем, не только разговаривал. Не обращая внимания на льющуюся вокруг воду, он пытался прочистить старый уличный водосток, спасая свои подвалы от затопления.
  - Здесь столько земли набилось, уже можно огород сажать, - пыхтя, заметил этот работяга. - Везёт тебе, твоя лавка и склады все наверху.
  Второй торговец усмехнулся, услышав это. Старый дом протекал всюду, где только мог, крыша была ничем не лучше подвалов, сейчас наверняка там всё основательно промокло. Но его действительно не сильно волновал этот потоп. В его лавке на втором этаже не хранилось ничего ценного, лишь некоторые бумаги, а те спрятаны в хорошем сейфе, внутрь которого не могла попасть не вода, ни воры.
  - Всякая удача хороша в свое время, - заметил купец, решив не вдаваться в подробности насчет везения.
  Хотя сейчас ему действительно было неплохо, он стоял в дверях, сверху его прикрывал навес, он был сухой, и ему не надо требовалось возиться по колено в грязи рядом со старым водостоком. Даже немного совестно, потому счастливец хотел было предложить свою помощь соседу, как вдруг недалеко сверкнула молния и тут же всё вокруг загрохотало, даже стёкла зазвенели.
  - Кажется, это у нас ударило, - поднял голову первый торговец, он уже весь промок насквозь, и потому даже не пытался закрыться от воды. Прищурившись, он поглядел вверх, туда, куда второй не мог заглянуть из-за навеса.
  - Действительно, стёкла побило, смотри, вон падает.
  Осколок стекла почти незаметный в потоках воды упал на тротуар, соскользнув с навеса. Второй торговец нахмурился, стекла стоили недешево.
  - Пойду, проверю. Как бы чего не загорелось.
  - Хм, как же загорится тут...
  Но второй его уже не слушал, встревоженный он поспешил подняться наверх. Странная молния, бьющая стёкла могла оказаться не просто природным капризом, особенно если учитывать тайную профессию лавочника.
  Не то чтобы он ожидал увидеть там нежданных гостей, он просто поднимался по скрипучей деревянной лестнице, не приготовив никакого оружия. Наверху располагалась его лавка, обширное полутёмное помещение, с большим прилавком, разгораживающим комнату на половины и со стенами, сплошь заставленными полками. Те почти не проглядывались из-под груды различных безделушек. Обычно здесь практически не бывало посетителей, но только не сейчас. Дверь коридора ведущие в жилые комнаты оказалась раскрыта и это оттуда пришли гости, которые сейчас с интересом разглядывали опешившего на лестнице купца.
  - Здравствуйте, хозяин, - поприветствовало его ближайшее чудовище, в его словах слышалась насмешка, кажется, монстр знал значительно больше о торговце, чем все соседи перекупщика вместе взятые.
  Хозяин ничего не сказал в ответ, он лишь изумленно рассматривал своих нежданных гостей. Таких чудовищ ему ещё не приходилось встречать за всю свою довольную долгую и бурную жизнь. Громадные, крылатые, со зловеще поблескивающими клыками в пасти, они казались демонами, явившимися из ночных кошмаров старого торговца. Их слова только подтверждали самые страшные подозрения.
  - Наконец-то мы нашли тебя, - сказало всё тоже чудовище. - Хорошо ты спрятался, работорговец, только золото и открывает дорогу к тебе.
  Лавочник испуганно сглотнул слюну, его руки тщетно пытались нащупать перила рядом с собой, ведь ноги отказывались держать своего хозяина.
  - Проходи, незачем стоять на пороге, - заговорило второе чудовище, оно неуклюже подошло к торговцу, по дороге случайно смахнув крылом несколько безделушек. Глиняные игрушки попадали на пол и остались целы, и лишь одну из них раздавил демон, которого совсем не волновало куда наступать. Чудовище аккуратно взяло лавочника по локоть и медленно повело вглубь комнаты, туда, где стояло единственное здесь кресло.
  - Вот так, - оно усадило торговца как безвольную мягкую игрушку. - Вот так. Всё хорошо, - почти прошептало оно, заглядывая глаза в глаза своей жертве, - всё очень хорошо.
  Странно, оказавшись в привычной для него обстановке, лавочник действительно почувствовал себя лучше. Даже чудовища уже не казались такими страшными, в конце концов, он и раньше видел страшных существ, пусть и не настолько близко. В пойме реки Ар ему приходилось видеть чудовищ, и даже демонов, которых пираты иногда ублажали жертвоприношениями, вымаливая взамен удачи в бою.
  - Кто вы? Зачем вы пришли?
  - Вот уже совсем другой разговор. Чувствуется хватка делового человека, сразу пытается выяснить всё по существу. Твое имя мы уже знаем, и потому тебе не надо представляться. А что касается нас, - чудовище немного помолчало. - Я Лоэлин, а это мой друг Долин. Мы охотники Чёрного колдуна. Может, слышал о таком?
  При имени Чёрного колдуна засыпающий было страх, проснулся в лавочнике с новой силой. Он много слышал об этом колдуне и даже однажды имел дело с ним. Знал он и об охотниках, эти существа слыли безумными воплощениями ужаса и мести. Никогда он не думал, что когда-то они придут и к нему.
  - Но ведь Чёрный колдун умер, - прошептал он. - Давным-давно умер...
  - Значит, ты тоже знаешь об этом? Хорошо. И даже знаешь, когда он умер. Очень хорошо, - Лоэлин повторялся, но лавочник было не до счёта чужих слов, белые сверкающие клыки завораживали беднягу.
  - Я не имею отношения к его смерти, - он даже закрылся руками, говоря это, - я совершенно случайно узнал об этом.
  - Когда? И от кого?
  - Я не помню. Уже больше месяца назад я узнал об этом. Я просто оформлял одну сделку, мы много говорили, был пир, и кто-то рассказал мне о смерти Чёрного колдуна, - торговец говорил лихорадочно быстро, он почти захлёбывался в потоке собственных слов.
  - А где был пир? - Лоэлин своим вопросом остановил его красноречие.
  - Где, где пир? - заикаясь, перепросил лавочник.
  Лоэлин кивнул, сейчас в этой комнате и без него было слишком много слов.
  - Пир, где всегда. Как обычно. Сделка, затем пир, много вина, девушки, ничего особого. Обычный пир.
  - Какие девушки? Где был пир?! - вмешалось в разговор второе чудовище, то которое назвали Долином, в голосе монстра слышался гнев и торговец закрылся руками, вместо ответа лишь что-то беспорядочно бормоча.
  - Успокойся, ответь нам, и ты останешься цел, - снова заговорил Лоэлин. - Но если ты смолчишь, скажешь нам не всё или скажешь неправду, вот тогда действительно будет очень плохо. Учти, мы умеем чувствовать ложь, - он нисколько не преувеличивал, говоря это. Летучие охотники действительно умели чувствовать людские эмоции, даже очень скрытые, такие как страх лгущего человека.
   - Я всё скажу, всё всё, только не трогайте меня, - работорговец был жалок, его тело тряслось, а из глаз текли слёзы. - Я всё расскажу.
  Пир, оказалось, проходил не месяц назад, а примерно как раз в то время когда был убит Чёрный колдун. Сам торговец действительно случайно узнал об этом. Ведь пировал он в пойме реки Ар, они обмывал удачную сделку. Кто они? Его друзья работорговцы и пираты из поймы, точнее их капитаны и волшебники. Лавочник даже вспомнил об Анне, хотя её имя никогда не интересовало его. Однако девушка ему запомнилась именно потому, что ее появление было связано для него со смертью Чёрного колдуна.
  Разве он мог предполагать, что из-за этой девушки к нему когда-то прилетят охотники? И ожерелье тоже действительно проходило через его руки, он выступал всего лишь посредником, ничего более. Когда-то он купил его у одного из горцев, что иногда наведываются в Фудаур, спускаясь со своих Безымянных гор. Туда же, позже он продал и девушку, только уже не горцам, то были люди из посольства Кадорафа. В королевстве не очень уважают рабство, впрочем, как и в Фудауре. Скорее всего, сейчас эта девушка обычная служанка-крепостная где-нибудь в одной из горных крепостей Кадорафа.
  В смерти Чёрного колдуна работорговец никак не был замешен, всего лишь наслышан об этом и ничего более. Не смог он просветить и насчёт головоломки, полученной охотниками в своё время от Водяных. Зато когда-то он видел золотой кинжал, но это было ещё тогда, когда Чёрный сам приезжал в Фудаур. Торговец навещал колдуна, золотой кинжал тогда красовался на поясе хозяина Одинокого Шпиля. Уже тогда это была живая вещь, она разговаривала с владыкой и помогала тому в случае надобности. Странно, что позже колдун перестал пользоваться кинжалом, ведь тот усиливал магические способности хозяина. Да и вообще этот артефакт, как по слухам знал работорговец, был одним из любимых у Чёрного колдуна, тот сам когда-то его создал, использовав прах любимого человека, о котором колдун не любил распространяться.
  Больше охотники ничего не смогли узнать от работорговца, тот лишь бессвязно лепетал, бесполезный и ничтожный. Они покинули его лавку, так же как и пришли, уйдя через окно в дождь, который всё лил и лил. Вскоре к торговцу поднялся его сосед, удивленный долгим отсутствием товарища и нашел того в полубессознательном состоянии, похожим на безумца, твердящим что-то о своих грехах и демонах, которые хотят наказать его за это.
  
  Двое суток они уже находились в Фудауре. За всё это время они ничего не успели сделать. Как только "Нештран" и "Крот" встали на отведённые им места в порту, вокруг сразу же образовалось свободное пространство. Владельцы и капитаны других судов делали всё возможное, чтобы оказаться подальше от странных кораблей с чудовищными пассажирами. Многие пошли даже ради этого на взятки, поскольку сейчас в порту Фудаура было не так уж и свободно. Гавань переживала свой расцвет, множество судов под самыми различными флагами гостили здесь, порт так и кипел жизнью, а на набережной никогда не умолкала речь, звучащая одновременно на десятках различных языков. Пусто и тихо было только вокруг кораблей чудовищ.
  Впрочем, это нисколько не волновало Маргоба, и означало только лишь то, что меньше будет ненужных инцидентов. Почти никого из чудовищ на берег не выпускали, и даже крысюки со всей своей настырностью не могли добиться разрешения сойти на берег. В город отправились специальные команды, одну из которых возглавил лично Маргоб, другой командовал Трог, третью вёл Агнарир. Впрочем, был и ещё одна команда, если так можно назвать отряд, в котором всего один участник. То был Яс, ему разрешили выйти в город, поскольку мастер никогда не был таким беспокойным как крысюки, и таким опасным как Грызун или Паук со своей свитой.
  Как только Трог оказался на берегу со своим отрядом он сразу почувствовал за собой наблюдение. Хозяева порта не хотели оставлять опасных гостей без внимания. То же самое было и остальными отрядами. Они никуда не могли пойти без наблюдателей плетущихся следом. Более того, шпионы тоже работали командами, они предупреждали все возможные визиты своих "подопечных". Получалось, что куда не зайдёт посыльный с "Нештрана" там уже про него всё знают и отвечают всё как положено, так как было указано незадолго до этого шпионом. В подобной обстановке поиск Маргоба сильно затруднялся и потому каннибал неистовствовал. Он не решался выместить свою злобу на шпионах Фудаура, но зато его приближенным доставалось в полной мере. Единственным кто не страдал от всего этого, был Яс. Ведь кузнец не стремился искать охотников, а просто гулял по городу, наслаждаясь видами. В своём монашеском балахоне Яс выглядел обычным карликом, в котором не было ничего угрожающего и подозрительного.
  Чем больше Яс гулял по городу, тем больше в нём просыпалось старых воспоминаний о существование большей части которых он раньше и не подозревал. Яс бывал в Фудауре не только вместе с Чёрным колдуном. Когда-то он посещал город и одиночку, и, похоже, даже жил здесь. Заинтересовавшись, Яс решил проверить некоторые из этих воспоминаний, вдруг они откроют ему тайну собственного происхождения. За кузнецом почти не следили, почти, но от этого почти мастер сумел избавиться уже на второй день с помощь простейшего трюка. Он зашел в одну лавочку, миновало полчаса, и шпионы забеспокоились, заглянули внутрь и не обнаружили там никакого карлика. Яс уже давно гулял по другим улицам, воспользовавшись чёрным входом.
  У мастера даже имелось золото. На "Нештране" жёлтый металл почти не ценился, Яс выиграл своё золото у Трога, Рин и ещё нескольких существ. Это были не только монеты, здесь оказалось примешано и несколько золотых безделушек, в том числе остатки небольшого золотого механизма. Крысюк который его проиграл, успел несколько раз сломать эту вещицу, те детальки, что ещё оставались у него, он и отдал мастеру после проигрыша в карты. Вот с этим золотом Яс прятался среди узеньких улочек припортовой части Фудаура.
  Это был квартал канатчиков, плотников, парусников, бондарей и других людей, которые так или иначе были связаны с кораблями. Странно, Яс помнил эти улицы, хотя Чёрный колдун никогда сюда не заходил и значит его свита тоже. Мастер то вспоминал эти улицы, то его снова охватывали сомнения. Ведь прошло столько времени, все эти кварталы могли десятки раз измениться за те годы, что кузнец провёл в недрах Одинокого Шпиля. И все равно всё вокруг казалось странно знакомым.
  Мастер сам удивлялся воспоминаниям, они так неожиданно всплыли вдруг откуда-то из самых задворков его мозга. Когда он был здесь в качестве слуги колдуна, не возникало даже намека на нечто подобное. Виновата ли тут смерть Чёрного колдуна или, может, есть что-то ещё вызвавшее всю эту ностальгию? Так думал Яс, а потом его взгляд упал на тот самый механизм из золота, он держал его в руках, задумчиво перебирая пальцами каждую его деталь. Игрушка походила на механическую головоломку, только почему-то изготовленную из золота. Такие вещи порой делали для детей особо богатых и извращённых правителей. Мастер даже потряс головой, пытаясь избавиться от всех этих навязчивых мыслей и воспоминаний. Ведь, в конце концов, он не ради них спустился с корабля.
  Кузнец шаг за шагом приближался к осуществлению своих замыслов в жизнь. Он готовился разрушить планы Маргоба, и ему нужно было сделать так, чтобы у каннибала не оставалось никакой возможности начать всё сначала. Первые шаги мастера были просты. Он подружился с Трогом, самым способным из офицеров Нового Хозяина. Теперь на очереди были следующие действия, ради которых Яс и направился в Фудаур. Разве мог он ожидать, что старые воспоминания так нахлынут на него. На самом деле он собирался осуществить в городе небольшой поиск. Ему требовался способный маг, волшебник, в общем человек, у которого мастер мог бы достать необходимые ему материалы. Естественно, просто так ему никто ничего бы не отдал и потому кузнец и выиграл свое золото. Это было не трудно, мухлевать так, как мастер с его гибкими руками, на корабле не мог никто. И тут возникла неуместная ностальгия, она сбивала все планы мастера. Яс снова потряс головой, словно пытаясь выбросить всё лишнее из неё. Сейчас ему нужен хороший маг, и он найдёт его.
  Мелкую тщедушную фигурку мастера трудно было разглядеть в широком людском потоке припортовых улиц города, он прекрасно понимал это и потому даже не старался особо маскироваться. Но найти магов в Фудауре было ненамного легче, чем в Ароне. Здесь их гильдии, конечно, никто не притеснял, но и здесь они оставались скрытным народом со своими законами. Яс бродил по улицам, тщетно пытаясь собраться с мыслями. Так он забрёл почти на окраину города, в трущобы, где мусор давно стал неотъемлемой частью пейзажа. Здесь Яс набрёл на небольшой переулочек, где люди почти не появлялись. Каменный тротуар скрылся под грудами мусора, среди которых протоптали себе тропинки кошки. Воспоминания снова нахлынули на мастера. Когда-то, в лучшие времена этой улицы, Яс бывал здесь, он ходил по этому переулку. Картины прошлого появились в голове мастера, да так ясно и отчетливо, что он просто замер на месте, пытаясь понять, где же явь, а где мысль.
  - С дороги уродец! - кто-то довольно грубо отшвырнул маленького кузнеца к стене.
  Нахалом оказался стражник, тот лениво обходил улицы выжидая возможность продемонстрировать свою власть, ведь сегодня в городе был повышенное движение всякого начальства, простому служаке это хороший шанс выделиться. Яс чуть не упал от такой приветливости, но это помогло ему прийти в себя. Он почти вспомнил эти улицы. Надо было кое-что проверить. Зажав нос, мастер свернул в замусоренный переулок. Стражник заметил непонятное поведение карлика в монашеском балахоне.
  - Только мне новых бродяг и не хватало, - проворчал он, нахмурился и поспешил вслед за подозрительным карликом. Он не очень спешил, вонь значительно уменьшала его служебное рвение. Кроме того, этот переулок никуда не вёл, просто ещё одна подворотня, тупик, перегороженный каменной стеной. Стражник зашел на эту свалку, огляделся, и понял, что карлика здесь нет. Странно, в подворотне были только облезлые кошки. Брезгливо попинав ближайшую к нему кучу гнилого отрепья, стражник сдался, исчез бродяга и ладно, меньше хлопот.
  Мастер действительно вспомнил эти улицы, теперь это трудно было подвергать сомнению. Иначе ещё, откуда бы он знал про тайную лазейку в замусорённом переулке. Стена была не сплошная, далеко не все знали об этом, и далеко не все могли воспользоваться скрытым лазом, слишком узок он был.
  За стеной находился узкий проход, его стены образовывали почти вплотную стоявшие дома, сплошное каменное пространство с небольшим просветом неба надо головой. Сверху этот проход был вполне доступен, хотя с другой стороны высмотреть подобную щель среди однообразных черепичных крыш не так уж легко. Однако вряд ли кто в Фудауре занимался такими поисками, зачем искать тайные ходы, в которых ничего нет кроме мусора. Даже городская стража не догадывалась об этом тайном лабиринте, это их незнание иногда использовали не совсем добросовестные граждане.
  Было время, как помнил Яс, тут даже пытались прятать трупы. Это случилось тогда, когда некоторые шайки, орудующие при портовых доках, что-то не поделили друг с другом. Море показалось им не очень надежной могилой, некоторые трупы всплывали, даже если камни должны были держать эти мрачные улики на дне. И вот тогда у правителей города возникали лишние вопросы. Маги легко могли найти по таким следам убийц. После нескольких таких неудач трупы стали хоронить в этих тайных междустеньях, превращая узкие коридоры в некоторое подобие катакомб. Конечно, от крыс и других падальщиков, это было трудно скрыть, но люди все же теряли след.
  И, похоже, таким же образом проходы использовались до сих пор. Яс, немного пропетляв по тесным переходам, оказался у арки. Тут было две двери, а рядом, в неглубоких выемках покоились два человеческих скелета, истлевшая одежда украшала старые кости. Мастер не зря пришел именно сюда. Он хотя пока ещё не всё вспомнил, но кое-что начал припоминать кроме тайных ходов. Кузнец по лабиринту пришел именно туда, ради чего он и пошёл в город.
  Здесь располагалась тайная лавка алхимиков. Скелеты служили неким предостережением для недобросовестных покупателей. А одна из дверей почти наверняка была ловушкой. Такое нередко практиковалось в Фудауре, где конкуренция часто сливалась с законами, и где главным выступало лишь одно правило - золото решает всё, особенно если бизнес столь тонкий и скрытный как магия. Яс знал об опасности, но вот припомнить какая же из дверей настоящая кузнец никак не мог.
  Кажется, они обе были не совсем реальными. Их роли менялись из месяца в месяц, то ловушка, то проход. И только покупатели имеющие договоренность с алхимиками могли пройти здесь. Яс сам делал так в своё время, тогда он тоже торговал в Фудауре. Когда эта мысль пришла в голову мастеру он так и замер на месте. Затем он лихорадочно быстро начал рыться в своей сумке, достал остатки золотого механизма и снова замер. Теперь он вспомнил уже почти всё и даже знал почему. Ведь эту вещицу он когда-то сделал сам, его душа мастера сразу узнала собственное творение, и только лишь закрытый заклятиями ум мешал понять это до конца.
  Яс был мастером-кузнецом ещё до службы у Чёрного колдуна и жил он здесь, в Фудауре. Он даже вспомнил, как делал особые знаки для постоянных покупателей. То было нечто вроде печатей, на которые обычные люди вряд ли бы обратили внимания. Хотя лишь эти детали могли указать нужную дверь. Кузнец наклонился, присматриваясь к стенам вокруг. Тут была одна грязь, всё заросло паутиной, пахло мочой. Яс дотронулся до одного из кирпичей, там находилась небольшая трещина. Осторожно, мастер достал оттуда маленький серо-белый камешек. И над одной из дверей в нише располагался похожий камень, только больше размером. Это был тот самый знак, который требовался мастеру.
  Осторожно, с опаской Яс попробовал открыть нужную дверь. Она с легкостью поддалась на его слабое усилие, раскрылась, открыв перед кузнецом тёмный коридор. Там уже не чувствовалась улицы, пахло пылью и застоем. Яс шагнул внутрь и тут же отпрянул назад, ему показалось, что кто-то на него бросился. Но никого не было, мастер снова шагнул внутрь и понял, что его напугало. У входа стояло большое древнее зеркало с вырезанными на оправе рунами, всё в золоте и серебре. Яс помнил эту вещь, когда-то, очень давно, кузнец уже проходил мимо неё.
  - Добро пожаловать в мою лавку, дорогой гость, - раздался чей-то хрипловатый, со старческими нотками голос. - Повернись ко мне лицом, пожалуйста. Дай, погляжу на тебя, а то со спины я ничего толком разглядеть не могу.
  Яс повернулся. Странно, ему казалось, будто он только зашел и за спиной должна быть дверь, однако там оказался полутёмный простор лавки алхимика, посреди которого стоял и сам хозяин, пожилой человек в синей мантии, сутулый, в очках. Старой двери, через которую прошёл мастер, вообще не было.
  - Интересно, - задумчиво произнес алхимик, разглядывая кузнеца. - Дорогой гость, я действительно не могу припомнить кто вы же такой. Но вы же знали где искать нужный знак? Может быть, кто-то проболтался? - он говорил так, будто размышлял вслух, а не разговаривал со своим "дорогим гостем".
  - Никто не проболтался, - мастер поспешил всё объяснить. - Когда-то, очень давно я уже бывал у вас, и потому немного помню некоторые секреты.
  - Даже так? - алхимик удивленно приподнял брови. - А ведь некоторые наши секреты с тех давних пор кое в чём изменились. Вы везучий человек мой дорогой гость, - тут он пригляделся внимательнее к тому, кто перед ним стоит. - Или точнее везучий, но не человек. Кто вы? Я даже в давние времена не столь уж много общался с такими как вы, ничего не могу вспомнить.
  - Э-э, - Яс замялся. - Как бы объяснить. С тех давних пор я тоже немного изменился. Тогда я всё же был именно человеком. - Это мастер уже мог говорить без сомнений, он почти вспомнил это само давнее прошлое.
  - Да?! Был? - И тут алхимик словно спохватился. - Впрочем, ладно. Вы снова мой гость и что же я держу вас на пороге. Проходите, проходите, - он вежливым полупоклоном открыл Яс дорогу в глубины своей лавки. - Не стесняйтесь. Выбирайте все что хотите. И если я могу вам чем-то помочь, только спросите меня, и я сделаю всё, что в моих силах.
  Яс не видел вокруг никакого порога. Кузнец и так стоял уже почти в середине лавки, но он все равно воспользовался приглашением хозяина и прошёл дальше, туда, где начинались полки, сплошь заставленные различными алхимическими зельями, коробками с порошками, а среди всей этой мелочи островками возвышались магические артефакты. Здесь хранилось много старой магии, старых ценностей, которые за свою вековую жизнь в темноте эту ценность нисколько не растеряли. Мастер долго бы мог ходить тут, выискивая нужные ему вещи, да только у него не имелось столько времени. Яс повернулся к стоящему неподалёку алхимику, тот не старался назойливо дышать за спиной у посетителя, просто чем-то занимался недалеко от гостя.
  - Мне нужно несколько вещей, все довольно небольшие.
  - Какие именно вещи? - алхимик подошел ближе, его лицо лучилось доброжелательностью.
  - Эта должна быть медная игла... - Яс начал перечислять свой список магических товаров, составленный им ещё на корабле. Все они позже должны были помочь в заговоре против Маргоба.
  Алхимик ничем не выказал своего удивления, выслушав желание клиента. Впрочем, там не было ничего особого, хозяину лавки, часто приходилось искать и более сложные и экзотические товары.
  - Хорошо, я посмотрю эти вещи у себя на складе, - поклонился алхимик, когда мастер закончил говорить. - А вы пока походите, посмотрите. Вдруг вам приглянется ещё что-нибудь.
  Яс не успел осмотреть и небольшой части магазина. Он подолгу оставался почти у каждого предмета, иногда понимая их предназначение и устройство, а иногда без затей любуясь тонкой работой. Так, потихоньку он дошёл и до полок, на которых лежало оружие. Не всё здесь было магическим, часть смертоносных товаров обладало лишь небольшой защитой от износа, ничего более.
  Здесь лежали мечи, топоры, среди них сложными механизмами выделялись арбалеты. А чуть дальше стояли прислоненные к стене копья, боевые косы, трезубцы. Яс не сильно интересовался оружием, он уже хотел идти дальше, как вдруг увидел меч. По виду это был меч привычных для мастера очертаний, прямой, с двусторонней заточкой. Знаки, которые покрывали часть лезвия и рукоятку были понятны Ясу. Это был меч из Кадорафа, в нём чувствовалось магическая мощь. "Хорошая вещь, мой друг Трог был бы в восторге от нее, - подумалось Ясу. - Это меч лидера. Он поможет укрепить дух капитана".
   Тут появился алхимик, он нёс заказанные Ясом товары.
  - Да, это то, что мне нужно, - сказал мастер, когда осмотрел эти вещи. - Я беру их, - он достал заранее приготовленное золото. - А также я возьму этот меч. Ведь он продаётся?
  - Конечно, всё, что здесь выставлено, продаётся, - алхимик поклонился.
  Яс покинул лавку алхимика через ещё одну волшебную дверь и оказался сразу рядом с оживленной улицей в припортовой части города. Теперь мастеру оставалось лишь пронести купленное на "Нештран". А после можно будет приступать к следующей части плана.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 19
  Трог был поражен, когда он увидел подарок мастера. Настоящий меч из Кадорафа, и не просто меч. Это было оружие лидера, магия, заложенная в безупречную сталь, не только защищала её от времени, она также придавала силу хозяину меча, силу не только физическую. Не зря про обладателей таких мечей говорили, что у них стальная воля. Подобным оружием пользовались Трог и другие Воины Чести в те времена, когда они сражались против Гооб, когда они отражали нашествия врагов с южных границ, и когда предпринимали опасные путешествия в глубины Безымянных гор. Трог был воином из Кадорафа, он честно защищал границы своей родины границы до самого последнего вздоха.
  - Это настоящий меч Духа. Откуда ты его взял? - спросил Трог у кузнеца. Они разговаривали в офицерской каюте, где сейчас никого кроме них не было. Агнарир прислуживал своему Хозяину, Глаз летал над городом, выискивая следы пребывания охотников. Он был единственным, кто ещё не вернулся на корабль.
  - Купил, - честно признался мастер. - У меня было золото, помнишь, часть я даже у тебя выиграл. Я гулял себе по местным лавчонкам и вдруг увидел это чудо, - он показал на меч, который Трог держал в руках. - Ты же знаешь, как я люблю подобные шедевры. Я не мог не купить его. Ну и поскольку я не владею искусством боя на мечах, я решил подарить его тебе. Мне достаточно видеть шедевр рядом с собой.
  Трог не зря считал себя Воином Чести.
  - Я так не могу, - сказал он. - Этот подарок слишком дорогой, он бесценен.
  - Дорогой, не дорогой, - протянул Яс тоном усталого человека. - А для чего ещё нам нужно золото? Мы же все в армии Нового Хозяина. Почему бы иногда и не побаловать себя, раз уж ничего другого мы не властны сделать?
  - Ты прав. Но, я все равно буду считать себя твоим должником. Это меч, лучшее оружие, что я видел за все последние годы. Он даже лучше Кровопийцы, моего топора.
  Яс улыбнулся, Трог был похож на ребенка, заполучившего дорогую игрушку:
  - Теперь ты будешь воин-двуручник, с топором и с мечом. Трудно будет врагам, которые выйдут против тебя.
  Действительно, Трог со своими длинными руками и необыкновенной силой мог использовать оба оружия одновременно, чего не получилось бы у обыкновенного человека. Кто бы мог подумать, что когда-то он будет радоваться способностям, полученным от проклятого колдуна. Как Трог был изумлён в своё время, когда обнаружил, что не умер на поле боя. Он очнулся уже на столе, в полевой лаборатории колдуна. Она находилась в шатре с откинутым пологом. Трог лежал и видел, как снаружи сжигают трупы его солдат. А потом вошел Чёрный, и началась новая жизнь бывшего Воина Чести.
  - Да, - грустно признался Трог. - С таким оружием моя сила удвоится. Жалко только сражаться я буду совсем не с теми, с кем хотел бы на самом деле скрестить своё оружие.
  - А вот здесь ещё ничего неизвестно, - в расплывчатой фразе Яса трудно было понять его чувства. - Кто знает, что нам готовит будущее. Кто знает...
  Раздался стук в дверь.
  - Войдите, - Трог опустил меч Духа и посмотрел на дверь, та раскрылась, и на пороге появился крысюк.
  - Господин капитан, - сказал крысюк. - Новый Хозяин требует всех офицеров к себе, - тут посыльный заметил Яса. - Мастера тоже хотят видеть.
  - Зачем? - поразился кузнец, да только крысюк его уже не слышал, оттарабанив приказы он убежал. Яс заподозрил в этом совещание недоброе, неужели Маргоб догадался о тайных замыслах мастера? Но выбора у него не было, вдвоем они отправились в каюту капитана, где их ждал Маргоб.
  Там уже собрались все. Агнарир амёбой растекся под креслом Хозяина, у окна парил Глаз, присутствовал помощник Трога существо Рин, и был даже небольшой паучок, размером чуть больше крысы. Через него Паук поддерживал связь с повелителем.
  - А вот и наши друзья наконец-то явились, - Маргоб посмотрел на вошедших Трога и Яса, в последнее время каннибал почти не снимал своего плаща, он кутался в его тёмных складках, как будто свет стал ещё более ненавистен ему. - Ну, тогда начнём наше совещание. - Слова Маргоба звучали зловеще, его злоба как будто сочилась ядом из этих фраз, хотя вроде бы он ничего особого не говорил.
  Все молча ждали его дальнейших пояснений.
  - Как вы все уже поняли, мы снова упустили охотников. - Маргоб поднялся с кресла, и начал медленно ходить взад вперёд рядом с большим столом, который занимал почти половину каюты. - Никто, никто, не видел их уже давным-давно. Вы понимаете, что это значит? - и только после этого, каннибал, наконец, закричал. - Ничтожества, тупые ничтожества! Все, все вы тупые ничтожества! А эти фудаурцы, о, с каким удовольствием я растер бы в порошок, - он повернулся к наблюдателю. - Почему ты ничего не предпринял, раз ты видел их след?! - Зелёная нить вырвалась из рукава Маргоба и ударила по Глазу. Странно, тот не исчез при этом, как обычно делал при опасности. Тело наблюдателя покачнулось от удара, но быстро выровнялось. Глаз молчал, ничего не отвечая на упреки каннибала.
  - Ладно, - дав немного вырваться своей ярости, Маргоб чуть успокоился. - Зато известно, куда полетели охотники. Они направились в Кадораф. И что это означает для нас? - он оглядел бледные лица своих помощников. - Мы тоже направляемся в Кадораф! Твое дело Трог, разработать наиболее приемлемый путь для нас. Остальные все слушайте капитана, и помогайте, когда это потребуется. А чтобы тебе Трог было с чего начинать, возьми это, - Маргоб прокатил по столу в сторону Трога небольшой металлический футляр, потемневший от времени, весь украшенный изображениями диковинных зверей. - Сделайте это до того, как я вернусь из города. Всё понятно?!
  Его офицерам оставалось лишь согласиться.
  - Агнарир идёт со мной. Вперёд!
  Маргоб вышел из каюты, вслед за ним поспешил и его помощник, Рин.
  - Если охотников нет в Фудауре, то зачем Маргобу туда? - спросил Яс, когда дверь за Хозяином закрылась.
  - Его дела это его дела, - философски сказало существо Рин. - А у нас есть свой приказ и нам надо спешить, нам же не хочется лишний раз проверять магию Нового Хозяина?
  Когда всегда бесполое существо было право. Действительно, надо было спешить, ведь Маргоб мог вернуться очень скоро и тогда уже не только наблюдателю придётся ощутить на себе гнев Нового Хозяина.
  Футляр оказался знаком Трогу, особое изделие, далеко не всякий кузнец мог создать их. В подобных футлярах офицеры Кадорафа хранили особо ценные документы. В общем, всё то, что могло быть повреждено в жёстких полевых условиях. Внутри ценности могли храниться сотни лет и оставаться при этом практически целыми, но только при одном условии. Когда футляр закрывали, на него накладывалась особая печать. Только тогда документ внутри проживёт столько же, сколько лет будет целым сам футляр и скрепляющая его печать.
  На этом экземпляре печать осталась, правильная, со знаком армии Кадорафа, со всеми магическими узорами, целая и абсолютно не тронутая временем. Трог знал, как вскрывать такие печати и он, почти не задумываясь, сделал это. Руки его как будто сами помнили все мелкие детали этого процесса, хотя в последний раз он делал такое перед самым пленом. Внутри оказалась спрятана карта, в целом ничего особого, если только не считать, что она отражала торговые пути, которые существовали более века назад. Тут были нарисованы поселения и перевалочные пункты для караванов, которые могли бы ходить по здешним краям. Также была отражена южная часть Гооб и прибрежные княжества, включая Фудаур. Рядом находилось королевство Лише, туда вело сразу несколько торговых путей. Сейчас, насколько знал Трог, торговля с этим королевством не велась. Лише сейчас являлось совсем другим миром, и говорят, там творилась своя уникальная магия, но возможно то были всего лишь слухи. Никто не ездил в ту сторону, слишком много опасностей в тех краях, и слишком много колдуны Гооб проклинали эти границы.
  Но Трога интересовало не Лише. На карте помимо всего прочего были изображены торговые пути в Кадораф, в бывшее королевство Кадораф, а теперь всего лишь полувассальное княжество, хотя его правители всё ещё пытались иногда называть себя королями. Эти пути были незнакомы Трогу, ведь они шли почти рядом с Безыменными горами, рядом с теми местами, куда люди старались не заходить. Там почти не оставалось человеческих поселений, зато в изобилии водились дикие звери. В тех местах иногда попадались пограничные знаки Овидо, похожие на тряпки флаги, хотя само Овидо располагалось гораздо южнее. Но уже одни флаги говорили об опасности, об амбициях Овидо. Солдаты Кадорафа не могли позволить себе лишних столкновений. Сейчас же, наверное, они вообще ушли из этих краев, оставив всё стервятникам. На этой же карте путь был, тут виднелись старые, уже исчезнувшие поселения и сбоку приводились некоторые пояснения, объясняющие как легче пройти через эти суровые и негостеприимные места. Это были секреты утраченные век тому назад.
  - Откуда Маргоб достал эту карту? - поразился мастер, когда тоже увидел старинный документ.
  - И почему именно эту? - К столу подлетел Глаз. Недавнее наказание, казалось, никак не отразилось на нём. - Я вижу, она очень старая. Сейчас люди предпочитают совсем другие дороги.
  - Ты сам ответил на свой вопрос, - Трог поднял голову и посмотрел на парящего рядом наблюдателя, - люди предпочитают другие дороги, а мы не люди! В Кадорафе сильно не любят всё связанное с колдунами Гооб. Уж тут ты мне поверь, я знаю, о чём говорю. А эта карта показывает нам старые пути, о которых простые торговцы давно забыли. Действительно, интересно, откуда Маргоб достал эту карту?
  - Это не важно, делайте своё дело, у вас не так много времени, - раздался тихий шелестящий голос, оглянувшись, Трог увидел паучка размером с небольшого котёнка, о котором он уже и забыл. Но Паук не забыл о них, и не упустил при случае напомнить о себе.
  - Я делаю своё дело, Паук, - Трог вложил в последнее слово, столько презрения, сколько могло уместиться в этом коротеньком звуке. - И не забывай, что сейчас я здесь главный, и ты тоже подчиняешься мне!
  - Я никогда ничего не забываю, - слова паучка по-прежнему звучали тихо, но он подошёл ближе, вспрыгнул на стол и оказался почти рядом с зеленокожим капитаном. - Я помню, кто выбирает для меня путь. И потому не забудь сделать так, чтобы этот путь был для меня удобен!
  - Ты знаешь, - раздался вдруг голос Яса, и рука Трога замерла на полпути к тому, чтобы раздавить наглого паука. - Вот этот путь, вдоль границе Лише и дальше около Безымянных гор, кажется мне самым лучшим. Нам не надо будет углубляться в Гооб, и не надо лишний раз встречаться с людьми Лише. Пройдём болотами, а потом предгорьями и окажемся прямиком в Кадорафе.
  Трог нехотя снова посмотрел на карту. Действительно, мастер был прав. Старая торговая дорога вдоль границы, выглядела для них лучшим решением. Единственным минусом было то, что дорога только на карте называлась дорогой. Сейчас там, наверное, даже тропы не осталось. Но раз когда-то там ходили люди, значит, их армия пройдёт и сейчас. Решение было принято.
  Когда Маргоб вернулся, Трог показал ему на карте и объяснил каждый будущий шаг их армии в этих краях. Старый каннибал был доволен, он даже не стал никого сегодня есть. Не задерживаясь ни на секунду, он приказал снимать корабли с якоря. Чудовища не могли маршировать через Фудаур, им бы этого никто не позволил, потому "Нештран" и "Крот" вышли из порта и причалили уже за городом, в небольшом заливчике. Там Маргоб и бросил корабли, на которых он не оставил ни одного солдата. Вся армия была построена в походную колонну, и после этого начался долгий поход в сторону Кадорафа. Трог ещё подумал, с чего каннибал надеяться застать там охотников, ведь они в отличие от солдат Маргоба имели крылья, и к тому времени, когда Маргоб достигнет Кадорафа, охотники уже десятки раз могут улететь оттуда. Он подумал, но ничего не стал говорить вслух. Если планы Маргоба разрушаться, то, что может быть лучше этого. Мысль так порадовала его, что он даже практически не обратил внимания на горящую от боли спину, татуировка верности подозревала измену.
  
  Долин скучал. Они уже два дня никуда не летели. Они покинули Фудаур сразу после разговора с работорговцем, после того как тот написал на бумаге имена тех, кому он продал Анну. Девушка была продана в Кадораф, а только глупые и глухие не знали о том, что эта страна давно враждует с Гооб, с тех самых пор как Гооб разрушила древнее королевство. То, что туда вели некоторые следы связанные со смертью Чёрного колдуна, не казалось случайностью. И ожерелье, и девушка оказались связаны с этой страной. Даже золотой кинжал мог быть не простым орудием убийства. Люди Кадорафа скорее всего встречались с Чёрным колдуном не только на поле боя. Нейтральные территории подобные Фудауру, могли служить идеальным местом для переговоров любого толка и уровня. Убийцы без сомнений когда-то видели волшебный золотой кинжал и возможно знали о его магических свойствах, помимо умения разговаривать. Ведь знал же об этом работорговец.
  Это выглядело символично. Чёрный колдун, один из самых могущественных в Гооб, убит собственным оружием, артефактом, который когда-то создал он сам. Раньше охотники не задумывались над этим фактом, сейчас же здесь начинала просматривать не случайность, а намёк или насмешка убийц. И хотя пока всё ещё было не слишком ясно, потихоньку охотники начинали представлять, кого именно им предстоить искать.
  Дело сдвинулось с мёртвой точки. А Долин так вообще испытывал прилив сил, он радовался возможности опять увидеть Анну, пусть даже она не узнает его. Все равно, предвкушение даже такой встречи поднимала охотнику настроение.
  Хотя у обоих друзей где-то в глубине души оставалось сомнение. Проклятие колдуна и его обещания уже не казались такими однозначными, как они звучали для них в начале этого долгого пути. Ведь Маргоб снова почти догнал их. Как он узнал о планах охотников, да и зачем вообще он проявлял столь фанатичное упорство? Ведь каннибал и так уже повелитель владеющий магией, зачем ему нужны охотники?
  Бесконечная погоня начинала раздражать обоих друзей. Долин даже про себя поклялся, что если и в Кадорафе он увидит солдат Маргоба, то тогда он уже не будет просто убегать. Надо поймать кого-нибудь знающего офицера, кого-нибудь из приближенных Маргоба, чтобы понять смысл всей этой гонки.
  Врочем, все клятвы Долина оказались преждевременны. Путь в Кадораф оказался не так прост, как они думали вначале. И это несмотря на, что сейчас им не приходилось лететь над морем, постоянно высматривая, справа от себя полоску земли. И не надо было бороться с влажным, солёным ветром, который первую половину дня с невероятной настойчивостью сдувал охотников к земле, а второю половину дня так же настойчиво пытался вынести их куда-нибудь в открытое море.
  Дорога в Кадораф была короче, чем морской путь от поймы реки Ар к Фудауру, и лететь в основном надо требовалось над болотистыми лесами, полными воды и живности. Охотники не боялись болотного гнуса и лихорадок, сначали им эта дорога наоборот нравилась, здесь всегда можно было найти тень и пищу. Так продолжалось, пока они не вылетели к предгорьям Безымянных гор. Здесь они застряли, и находились уже второй день. Тут пролегала большая дорога, которая шла из Гооб, и, не доходя до гор, сворачивала в сторону Кадорафа. На этом торговом тракте находилась деревня, в которой охотникам и пришлось задержаться.
  Вообще они, конечно, хотели просто облететь человеческий посёлок, но перед этим решили немного передохнуть чуть не долетая до людей. Они приземлились на небольшой полянке посреди букового лесочка. Место показалось им вполне безопасным и труднодоступным для случайных зевак. Охотники приземлились, Долин присел отдохнуть, а Лоэлин начал бродить взад вперёд, размышляя вслух о том, как лучше им вести себя в Кадорафе. Каково же было удивление охотников, когда в их разговор вмешалось третье лицо. Это был старый человек в обвислой мешковатой одежде. Он был совсем лыс, а лицо его украшали длинные усы. В руках он держал корзинку, в которой пряталось несколько маленьких грибочков. Дядечку совсем не смутил демонический облик охотников, он спокойно подошел к ним и вмешался в разговор, так будто ничего не обычного в происходящем не видит. И вот после той встречи охотники полетели в деревню, где и находились уже второй день.
  Народ здесь оказался на удивление спокойный. Их трудно было изумить одним лишь внешним видом, и потому оба охотника спокойно могли гулять по селу, не опасаясь напугать кого-нибудь. Только лишь собаки немного беспокоились, когда чудовища проходили рядом с их дворами, но такова уж собачья натура, подобные мелочи охотников давно не смущали.
  Дядька, именно так представился им грибник в лесу, назначил охотникам встречу завтра, на базаре. "Там все меня знают, - сказал он, - просто спросите Дядьку, и вам любой дорогу укажет". А встретиться они должны были, чтобы он мог передать им особую печать-пропуск в Кадораф. Никаким другим способом, как уверял Дядька, туда все равно не попастье. Князь Кадорафа, наученный горьким опытом военных конфликтов с Гооб, позаботился о своих границах и, особенно, о самом городе Кадораф. Такие существа как охотники неминуемо вызовут там подозрения, и это вряд ли облегчит им жизнь в княжестве. И прятаться охотники там долго не смогут, стража Кадорафа не такая как в Ароне. Они не будут терпеть чудовищ в городе. Потому, если у охотников дела в Кадорафе, им непременно нужно заиметь печать-пропуск. Более того, это позволит им спокойно гулять по стране, как они это делали сейчас в поселке горцев.
  - А почему ты хочешь помочь нам? - спросили они Дядьку напоследок. - Вдруг мы действительно что-то замышляем против княжества?
  - Не верю, - весело улыбаясь, ответил старик. - Я людей насквозь вижу. Будет вам пропуск, а мне прибавление в кошельке. Лишних денег не бывает.
  И только когда он ушел, охотники вдруг поняли, что он назвал их людьми.
  Базар в деревне оказался не таким уж маленьким. По правде говоря, он занимал чуть ли не треть деревни. Но здесь не царило хаоса и беспорядка. Горцы очень строго организовали жизнь базара, все ряды шли параллельно, соединяясь строго перпендикулярными проходами. Часть рядов это оказались просто крытыми лавками, а часть больше походили на магазины, подобные которым охотники видели в Фудауре. Были здесь и стражники, впрочем, они присутствовали скорее для гостей деревни, чем для самих торговцев.
  Охотники давно не бывали в столь людном месте. И ведь почти никто не обращал на них внимание. Люди шагали мимо торговых рядов, рассматривая выставленные там товары, а на соседей в суетной толпе смотрели лишь тогда, когда уж слишком сильно отдавили ноги.
  Они нашли Дядьку действительно легко. Достаточно было спросить первого попавшегося торговца. Старик отсиживался в местной харчевне. Оказывается, их знакомец подзарабатывал на базаре гаданием.
  Харчевня походила на большую крышу, покоящуюся на нескольких деревянных столбах и совсем не имеющую стен. Оттуда пахло дымом и едой и там собралось немало людей. Не все из собравшихся походили на добропорядочных купцов. Некоторые лица совсем не вызывали доверия и можно было только подивиться терпению горцев, которые соглашались обедать рядом с такими соседями. Как только охотники вошли внутрь, перед ними сразу возник хозяин заведения, любезно поклонившись, он попросил их пройти за собой. Дядька предупредил его о необычных гостях. Сам дядька сидел сейчас в глубине харчевне, там столбы, поддерживающие крышу, образовывали почти цельную деревянную стену. Там и нашел себе убежище старик-гадальщик, там он работал и ел.
  - Легко нашли меня? - улыбаясь, спросил он охотников. Сегодня Дядька выглядел ещё необычней, чем вчера, его лысина блестела, как будто намазанная жиром, а усы свисали, чуть ли не до стола. - Я же говорю, каждый знает здесь Дядьку.
  - Действительно, каждый, - согласился Долин и тут же перешёл к делу. - Тебе удалось достать пропуск-печать?
  - Наоборот, сначала печать, потом пропуск. Здесь нельзя ничего менять местами. Магия слова не иначе... - старик не спешил доставать обещанные документы, его речь журчала весенним ручейком, а руки поглаживали длинные усы, не собираясь исчезать где-нибудь в карманах в поисках нужных вещей.
  - Постой, постой, - Лоэлин сдался. - Все понятно.
  На столе гадальщика появилась большая серебряная монета, за ней ещё одна, и ещё. Лишь когда там оказалась приличная горка серебра, старик в свою очередь выложил на стол обещанную печать-пропуск.
  - Одна на двоих, - сказал он. - Извините, но по-другому не получилось. Так что вы друг от друга сильно не отлетайте.
  Печать была глиняная, похожая на осколок кувшина, который украсили с двух сторон замысловатыми узорами.
  - Она настоящая? - спросил Долин.
  - Я всегда тут, на базаре. Если бы я хотел обманывать, мне бы не удалось так долго прожить на одном месте.
  Долин ничего не сказал в ответ. Ведь если старик обманывает, они все равно это не узнают, пока не окажутся в Кадорафе. Оставалось надеяться на честность Дядьки.
  - А я, пока ждал да скучал, разложил немного на вас картишки, - вдруг сказал Дядька. - Необычные вы люди с необычной судьбой, вот и проснулся во мне интерес.
  - Ты что, хочешь ещё денег?
  - Зачем, я же говорю, мне просто интересно, - Дядьку трудно было обидеть словами. - Если хотите, я могу вам рассказать, что в картах увидел.
  Соблазн был велик, но и без предсказаний слишком много было магии вокруг охотников, им не хотелось лишний раз увязывать свою судьбу и колдовство. Оба опасались, что прорицание может повлиять на их дальнейший путь.
  - Спасибо за щедрое предложение, но не надо, - покачал головой Лоэлин. - Я и так верю, что у нас всё будет хорошо.
  - Как хочешь, как хочешь, - задумчиво произнес старик. - Но позволь мне все равно дать тебе совет.
  - Говори.
  - То, что вы ищете всегда рядом с вами. Куда бы вы не полетели, где бы не были, цель ваша рядом с вами.
  Туманны были слова гадальщика, но разве у них бывает иначе?
  На этом охотники попрощались с весёлым Дядькой. Следовало поспешить. Вдруг Маргоб всё-таки опять преследует их?
  
  Яс сидел в закрытой кибитке, которая служила сейчас передвижной тюрьмой для Коэссы и Эйрика. Она была разделена на две секция для обоих пленников, мастер сейчас гостил у Стража. Снаружи кибитка была вся окутана зелёными, похожими на водоросли, живыми нитями, кроме того, рядом с ней постоянно находился Паук, и целый взвод держателей. Новый Хозяин опасался своих пленников.
  Мастер, который уже не считался пленником, умело вошел в доверие не только к Трогу, он успел подружиться с половиной охраны, с держателями это и не составляло никакого труда. Слишком примитивные и слишком вонючие, они с трудом переносились всеми остальными солдатами в армии, потому кузнецу потребовалось всего лишь поговорить с ними по душам. После этого он получил почти свободный доступ к пленникам. Паука же кузнецу все равно приходилось опасаться, хорошо на счастье мастера, чудовище не особо ревностно выполняло свои обязанности.
  - Ты, знаешь, я неожиданно вдруг начал вспоминать своё прошлое, - сегодня Яс опять пришел к Стражу, он решил поговорить с ней о просыпающихся воспоминаниях. Пока лишь с ней он решился заговорить об этом. - Я начинаю вспоминать то, чем я занимался до того как попал к Чёрному.
  Коэсса улыбнулась. Несмотря на своё положение пленницы, она не так уж плохо себе чувствовала, путешествие по земле переносилось легче, чем заточение в сырых недрах вечно качающегося корабля.
  - Значит ты, наконец, веришь мне, что колдун и тебя в своё время похитил?
  Яс кивнул в ответ.
  - Он прочистил тебе мозги просто из опасения потерять твой талант. Здесь ему пришлось умерить свой изуверский аппетит до чужих страданий.
  - Наверное, хотя раньше я так никогда не думал, - ещё в Одиноком Шпиле мастер немало спорил со Стражем насчет сущности Великого господина. Ведь кузница Яса находилась не очень далеко от того поста, где бессменно несла свою службу Коэсса. Кузнец в те дни сам приходил к ней, ведь Стражу нельзя было покидать свой закуток в каменном туннеле, где постоянно горело два слабых факела. Она ждала там беглецов, чтобы вернуть их обратно в замок, и вот так Коэсса провела более десяти лет. Если бы не Яс, а после ещё Эйрик, кто знает, кем бы сейчас была Коэсса. Ведь в замке имелись и другие стражи. Большая часть из них так и не ушла, когда умер Чёрный колдун. Безумцы остались внутри своих каменных лабиринтов, убивая всех, кого могли достать их когти.
  - А я вот всё прекрасно помню, - сказала Страж, - колдун оставил мне память, желая, чтобы я как можно больше страдала в его застенках.
  - Теперь я начинаю понимать тебя. Колдун хоть и создал тебя совершенной, именно это совершенство и доставляло тебе больше всего страданий.
  - Значит, ты уже не будешь спорить со мной насчет моего решения? - Коэсса имела в виду возвращение себе прошлого человеческого облика.
  Яс опустил голову. Ему трудно было ответить на такой вопрос. Да, Коэсса страдала. Но ведь сейчас уже совсем другое время, колдуна нет. Она может использовать собственную силу для себя самой. Хотя, тут Яс вспомнил о своём тайном заговоре, если у мастера ничего не получится, то колдун может вернуться и тогда...
  - Ты всё ещё такой же, какой был, - в голосе Стража звучали капризные нотки. - На самом деле ты по-прежнему со мной не согласен.
  - Я не знаю, - честно признался кузнец. - Мне трудно ответить на это.
  - Эх ты, - Коэсса скривила губы. - Неужели тебя поработил этот Новый Хозяин?
  Мастер покачал, не решаясь отвечать вслух на такое. Стражу хорошо, она со своей принципиальностью может позволить себе подобные выражения. Он же, если хочет и дальше иметь заработанную относительную свободу, должен быть куда более осторожен.
  - Ну и ладно, - она отвернулась, всем своим видом показывая нежелание дальше общаться с мастером. - Иди, лижи ему пятки. А я ещё когда-нибудь увижу, какого цвета у него кости.
  Яс так и не решился возразить ей. Мастер опасался, что Коэсса снова задумала какое-нибудь безумство, собственно для проверки этих подозрений он и направился к ней в гости. Теперь же его подозрения только усилились. Ему хотелось отговорить её, признаться, что он тоже готовит Маргобу сюрприз, но кузнец опасался, что кто-нибудь снаружи может подслушивать их разговор. Потому он лишь молча покачал головой, а затем отвернулся и постучал в стенку кибитки для охранников снаружи, чтобы те его выпустили. Он думал ещё зайти к Эйрику, кибитка хоть и была одна, но вход для каждого из пленников был отдельным, но передумал. Разговор со Стражем подтолкнул его, надо было действовать быстрее, пока ещё имелась возможность для этого. Ведь когда Маргоб снова поймает охотников, будет уже слишком поздно что-либо предпринимать.
  Растянувшийся караван их армии как раз входил в молодой лесок. Здесь не росло ни одного старого дерева, сплошь молодые, одного возраста. Но при этом не имелось признаков искусственных лесопосадок. Деревья росли как попало и никто, никогда за ними не ухаживал.
  - Что-то в этом лесу не так, - мастер оглядывался по сторонам, лесок заинтересовал его.
  - Все деревья увидели свет в один год, - сказало нечто чёрное рядом. Кузнец от неожиданности даже чуть не упал с возка, на который он перебрался после визита к Стражу. Повернувшись, он увидел рядом с собой Глаза, это непонятное существо до этого почти не общалось с мастером, несмотря на все попытки установить хоть какой-то контакт. Сегодня же наблюдатель сам подлетел к мастеру.
  - Наверное, был крупный пожар? - Яс не мог нарадоваться нежданной удаче. Ведь если ему удастся разговорить наблюдателя, то может статься, мастер узнает нечто новое о замыслах Маргоба и, кто знает, возможно, позже Глаз, когда придёет время, примет сторону заговорщиков. Теперь уже заговорщиков, ближе к вечеру кузнец собирался посвятить в свои планы Трога. Зеленокожий капитан был готов к этому, хотя для начала надо было немного перекроить рисунок татуировки верности.
  - Никакого пожара, просто заброшенные поля. А потом начали расти деревья. Я вижу по корням.
  - Хм. Раз и начали расти. Так не бывает. Одно из двух, или здесь разгулялись лесные духи, или здесь приложили руку какие-нибудь волшебники.
  К сожалению мастера тут завязавшийся было разговор, прервали. Наблюдателя срочно вызвал к себе Маргоб, разведывательный авангард их армии наткнулся на небольшой лагерь солдат Гооб посреди этого молодого леска. После небольшой стычки чудовища отступили.
  Новый Хозяин хотел выяснить, как его слуга вообще допустил подобное, почему не предупредил заранее о врагах. А пока он промывал мозги своему провинившемуся офицеру, вперед был послан давно забывший запах крови Грызун. Чудовище явно застоялось в своих стойлах, оно давно рвалось что-нибудь разрушить и кого-нибудь съесть. И ему дали шанс осуществить мечты.
  Холмоподобный монстр подобно смерчу не стал выбирать для себя дорогу. Он прошёл прямо сквозь лес, оставляя за собой просеку заваленную покалеченной древесиной. Вскоре на месте лагеря Гооб поднялся сладковатый тёмный дымок. Грызун удовлетворял свою долгую жажду, Яс уже знал, какие именно блюда любит это чудовище. Скорее всего, те солдаты Гооб, что остались живы, сейчас согнаны в кучу. И оттуда, уже по одному их подгоняет к Грызуну и поджигают, только затем чудовище начинает есть их. Мерзкое зрелище, мастер довелось один раз случайно увидеть эту процедуру кормления. После того случая кузнец согласился с мнением Трога, что Грызун не менее извращенное творения Чёрного колдуна, чем Паук. Оба самых страшных монстра в армии Маргоба были воплощением жестокого безумия, и они оба являлись самыми страшными сторонниками каннибала, на которых не действовали уговоры.
  Караван обошёл разрушенный лагерь Гооб, потому сегодня мастеру досталось услышать лишь крики жертв чудовища. Но сражения на этом сегодня не закончились. Уже через совсем короткое время разведчики обнаружили второй военный лагерь. На этот раз Глаз оказался на высоте и не подвел своего Хозяина. Впереди располагался ещё один небольшой лагерь, только на этот раз там были солдаты Лише. По уже отработанной схеме с ними расправился всё тот же Грызун по-прежнему не удовлетворивший свою жажду крови.
  Дальше идти уже стало легче, появились дороги. На них крысюки даже застали несколько гружёных фур с провиантом. Их груз пополнил запасы армии чудовищ. Лише было очень активно на этой границе. Королевство готовилось к войне с беспокойным соседом. Теперь становилось понятным появление новых лесов в этих краях. Гооб тоже не теряла времени даром.
  Некоторые дороги здесь оказались мощёными, хотя на старой карте ничего подобного не было отмечено. А древние дороги уже давно заросли лесом, и потому Трог с удовольствием направил армию по новым путям, которые облегчали передвижение их сильно растянувшегося войска. И хотя они немного уводили в сторону, Трог предпочёл пока есть возможность идти по хорошим дорогам. Так они двигались два дня, а затем они достигли притока реки Ар - Гелена. Здесь уже не было ни дорог, ни мостов. Тут начинались болота.
  - Я узнаю эти края, - Эйрик, несмотря на перегородку, мог общаться с Коэссой, деревянные прутья не являлись преградой для звука, хотя Маргоб и защитил их магией от попыток разрушения.
  - Ты здесь когда-то жил? - Коэсса сидела, опёршись спиной на перегородку, она не видела Эйрика, но так хорошо знала электрического демона, что это ей и не было нужно. В любой момент Страж могла сказать, где находится сейчас её друг, и даже как он примерно выглядит. Она была единственной, кто мог различать в его электрических сполохах эмоции.
  - Да, - признался, хоть и не сразу, Эйрик. - Я провёл здесь много лет. Это ещё было тогда, когда существовал Союз Лише.
  - Никогда о таком не слышала. Ведь они вроде бы всегда были королевством.
  - Всё, что кажется вечным, ещё вчера таким не было, - сказал Эйрик вместо ответа. - То был непрочный Союз, недолговечный. Но и он тоже сыграл свою роль в последующих событиях.
  - Это было, когда колдуны создавали Гооб?
  - В самом самом начале этого пути.
  А Коэссу уже заинтересовало нечто другое.
  - Если ты долго здесь жил, значит, ты должен очень хорошо ориентироваться в этих краях?
  - Наверное.
  - Почему "наверное"?
  - Мир меняется, мало ли что здесь произошло за прошедшие годы.
  Коэсса в раздражение покачала головой.
  - Мне не важно, какие здесь деревья выросли, а какие засохли, не важно даже текла река, а где она высохла. Край все равно остался всё тем же. Ты ведь сможешь здесь найти дорогу?
  Эйрик снова не спешил с ответом.
  - Зачем тебе это? Неужели ты снова хочешь... - он не договорил. - Послушай мастера. В его словах есть истина. Он прав, когда говорит, что нужно действовать иначе.
  - Пусть он действует, так как хочет. А я сама за себя решаю, чем мне заняться! Ты должен помочь мне!
  - Как? У меня больше не получится пережечь живые нити. Маргоб защитил их от огня.
  - Оставь веревки на меня. Мне нужно немногое - когда придёт время, лети вслед за мной. Там, в болотах ты покажешь мне дорогу, и после сможешь вернуться, если тебе так хочется.
  - Я всё понял. И ты ведь знаешь, что я не могу тебе отказать, да и оставить в лесах тоже не смогу. Ладно. Поступая как знаяшь. В нужный момент я поддержу тебя.
  
  Кибитка с пленниками находилась уже на середине реки, она медленно ползла вброд, волы, которые тащили её, были по самые шеи в воде. Вдруг колесо кибитки за что-то зацепилось. Один из держателей подлетел ближе, чтобы проверить. В тот же миг охранник взвизгнул, отчаянно завертелся на месте, и вдруг резко ушёл под воду. Яс, видевший все это с противоположного берега лишь удивленно потёр глаза, он и не знал, что держатели умеют нырять. Однако через секунду в месте, где вода поглотила охранника, на поверхность выскочила Страж.
  Она не стала долго задерживаться на месте. Одним прыжком Страж прыгнула на крышу кибитки, где вдруг замерла и молитвенно подняла руки к небу. Со всех сторон к пленнице спешили обеспокоенные держатели. А вот Паука сейчас рядом не было. Чудовище не любило воду, и переправлялось всегда на специально построенных плотах. Несомненно, именно поэтому Коэсса выбрала брод для своего побега. Ближайшие держатели уже поднимались наверх, как в руках Стража появились её любимые клинки. Металлический вихрь через секунду опрокинул ревностных стражников в воду. Раздался торжествующий крик Стража, который, не прекращаясь ни на мгновение, перерос в её знаменитый вопль, в те звуки, которые разрывали барабанные перепонки у неосторожных врагов и заставляли дрожать их руки.
  Яс видел, как Коэсса снова подпрыгнула, клинки мелькнули в красноватых лучах заходящего солнца. Взмах, ещё взмах и крыша кибитки оказалась распорота. Колдовство Маргоба не защищало её проникновения снаружи, оно было настроено только на побег изнутри. Как Страж сумела преодолеть это, оставалось непонятно, но пока никто и не собирался решать загадку побега. Ведь Страж стояла на крыше кибитки, её пронзительный вопль заставлял всех вокруг сгибаться и затыкать уши. А потом рядом с ней появился Эйрик.
  Электрический демон поднялся сквозь дыру в крыше и сразу начал помогать Коэссе. Молния ударила в тех крысюков, которые пытались на лодке подплыть ближе к пленникам. Затем молнии ударили ещё и ещё. Пар и дым повалили во все стороны. Две враждующие стихии смешались и скрыли беглецов. Утих неистовый вопль Коэссы, и когда ветер убрал возникшую завесу, Яс увидел, что на реке уже никого нет. Пленники бежали.
  Кузнец пожал плечами. Он не был зол на друзей, за то, что они оставили его.
  - Пусть попробует, - пробормотал он вполголоса. - Но что-то мне подсказывает это ненадолго. Уже к полуночи вполне возможно свидимся.
  Мастер повернулся и побрел дальше, туда, где Трог наметил место сегодняшнего временного лагеря. Кузнец собирался немного поспать до того, как Маргоб после поимки пленников, устроит в лагере показательную экзекуцию.
  
  Беглецы двигались вдоль берега Гелена. Страж с трудом преодолевала размытые берега сплошь из вязкой глины. Дело ещё осложняли и груды сухого дерева, застрявшие в прибрежных камышах. Ломкий, колючий хворост, нанесённый прошедшими половодьями, Коэсса путалась в его крошеве. Эйрику было легче, ведь он летел. Не выдержав, Страж решила свернуть.
  Они оказались в небольшом затоплённом лесочке. Вода пришла сюда весной, но так и не ушла, задержанная тут бобрами. Мохнатые строители по всей округе понаставили своих плотин. Здесь электрический демон, наконец, сориентировался. Беглецы ещё раз свернули в сторону и, вскоре, преодолев мелководные болота, вышли на небольшое серповидное озерце, похоже бывшее когда-то частью реки. Посреди старицы стоял небольшой старый домик на сваях. Его стены давно потемнели от времени, а в крыше зияло несколько дыр.
  - Это твой дом? - поинтересовалась Коэсса.
  Эйрик ничего ей не ответил, лишь молча полетел прямо над водой к старому домику. Страж растерянно глядела ему вслед, раздумывая, стоит ли ей плыть вслед за ним. Она сегодня и так слишком много плавала, теперь же когда солнце почти зашло, становилось слишком прохладно для купаний. И тут перед Эйриком, который чуть чуть не достиг домика на сваях, взметнулся вверх столб воды, почти захлестнувший электрического демона. Послышалось шипение воды, поднялся пар, молнии побежали по воде. Взревев, на поверхности воды появился и виновник всех этих брызг, огромное животное, имеющее массивную коричневую голову украшенную большим гребенчатым хохолком, где каждый гребень напоминал копье, и невероятных размеров пасть. Молнии жгли монстра, ещё раз взревев, он, развернулся, и бросилось бежать, по пути чуть не сломав старый домик на сваях.
  - Приятный зверек, правда, Страж? - кто-то тихим голосом заговорил рядом с Коэссей. Ошеломленная она подпрыгнула, её лезвия снова оказались в руках, но вспороли лишь воздух, ничем не повредив стоящему рядом Маргобу. Повсюду, вокруг старицы из леса показывались солдаты каннибала, ящерицы с арбалетами, и крысюки.
  - Мне ли не знать, куда полетит Эйрик в этих краях. - Маргоб заговорил словно и не заметив лезвий Стража. - Правда, Эйрик? - Новый Хозяин повернулся к висящему над озером электрическому демону. - Как поживает твоя бывшая лаборатория?
  Маргоб знал то, чего не должен был знать горбатый каннибал-тюремщик из Одинокого Шпиля. Но беглецам было не до вопросов.
  - Думая, там уже ничего кроме плесени не осталось, - Новый Хозяин был невероятно спокоен, и может, поэтому Коэсса не решалась снова напасть на него. - Что не уничтожило время, то забрали шакалы из Овидо. Это ведь их симпатичный зверек охранял дом. Тебе он понравился Эйрик?
  Электрический демон подлетел ближе, он всё ещё почти касался воды, та слегка шипела и пузырилась под мельтешащими разрядами.
  - Раньше они так далеко не заходили. Смотри, когда-то они доберутся и до Арона.
  Маргоб лишь рассмеялся в ответ.
  - Это не мое дело, - сказал он, когда немного успокоился. - И не твоё тоже! Вообще, пора вам и честь знать. Погуляли, посмотрели. Теперь можно идти в лагерь. - Маргоб повернулся и пошел, как будто бы ничего не делая, но Страж и Эйрик пошли следом, лишь для проформы окруженные солдатами. Беглецы все равно не собирались сейчас сражаться.
  - С каждым днём он всё больше и больше похож на настоящего Хозяина, - лишь прошептала Коэсса.
  - Ты тоже это заметила? Да, мастер был прав. С ним уже нельзя бороться напрямую. Нужно нечто другое.
  Коэсса удрученно кивнула. Её побег не удался, они снова стали пленниками. Их ждал Кадораф, место, куда сбежали охотники.
  
  Глава 20
  Первым знаком Кадорафа была большая груда костей. В тот день их караван, наконец, выбрался из старых болотистых лесов окружающих реку Ар, и перед ними открылись горы. По словам Трога, единственного выходца из этих краев, на юг тянулись так называемые Безымянные горы, а к северу горы постепенно пропадали, оставляя место холмам и лугам. Те тоже не имели особого названия, так Предгорья и ничего более. А когда Яс поинтересовался, почему же Безымянные горы не имеют названия, Трог ответил просто:
  - Для того чтобы дать толковое название горам, нужно побывать в них. А в Безымянных хоть и многие бывали, но никто ничего не видел. Будто и не заходили в горы. Всякий кто хотел же подробнее изучить эти странные места, тот вообще пропадал. Пусть даже о своём желании он сообщал в Кадорафе, в самом центре города, в королевском дворце.
  - Пропадал и никаких следов?
  - Ничего. Хотя примерно каждые лет десять находятся люди, которые снова желают узнать тайны этих гор. И либо они ничего не могут найти, бесцельно проблуждав где-нибудь вот тут, в предгорьях, либо же опять пропадают. Умные люди давно поняли, что Горы не хотят, чтобы люди знали о них. И назвали горы соответствующе - Безымянные.
  После этого разговора мастер с опаской поглядывал на юг, где строгими остроконечными синими вершинами красовались огромные горы, мрачные и молчаливые, не приемлющие чужого присутствия. И когда они наткнулись на кости, в изобилии сваленные перед столбом со знаком мечущего молнии человеческого глаза, Яс не мог не спросить Трога:
  - Это и есть те путники, которых отказались выпустить горы?
  Но Трог ничего не сказал ему в ответ, лишь отвернулся. Капитану было нелегко отвечать на этот вопрос, он предпочел смолчать. Лишь когда армия остановилась на отдых и обед, он снова заговорил с мастером. Они расположились в небольшом пустынном отрожке, чуть в стороне от остальных. Здесь валялось много каменных плит почти одинакового размера, примерно равных кухонному столу, только толще и тяжелее. Нагретые полуденным солнцем, плиты казались удобным местом для отдыха.
  - Нет, это не их кости, - заговорил Трог, и Яс, безмятежно разжевывавший хлеб с сыром, чуть не поперхнулся от неожиданности. - Безымянные горы никогда ничего не отдают. И никто не знает, лежат ли там, в горах, пропавшие кости, или же их давным-давно поглотила какая-нибудь каменная бездна. Нет, Безымянные горы не сваливают кости в кучи.
  Мастер понял, что Трог продолжает утренний разговор, будто и не было никакого перерыва.
  - Это кости воинов, которые пали многие годы тому назад, сражаясь с колдунами Гооб. Вдоль всей границы злобные колдуны свалили такие кучи из останков защитников Кадорафа. Теперь кости служат новыми пограничными знакими Кадорафа. Наш собственный символ нам все равно уже не нужен, он не помог нам, когда была в нём нужда. Не было у наших правителей ни светлого взгляда, ни молний, чтобы остановить врагов.
  - Да. Теперь я что-то припоминаю, - задумчиво сказал Яс.
  - Как ты можешь помнить? Ты ведь никогда не был здесь! - возмутился Трог. - Ты же не сражался тут, откуда тебе помнить о наших знаках?
  - Я помню не это. Мне когда-то рассказывала нечто похожее Коэсса.
  - А она откуда про это узнала?
  Яс молчал, Трог тоже не спешил говорить, упрямо ожидая ответа.
  - Я обещал ей никому в замке ничего не рассказывать. Коэсса специально просила меня об этом.
  - От замка осталась лишь груда камней, пыль да кости.
  - Да, - согласился мастер, - Одинокого Шпиля больше нет. И потому, так и быть, я расскажу тебе. Я уверен, ты никому не скажешь это. - Яс говорил это неспроста, именно сегодня он собирался сделать новый шаг в своём заговоре.
  - Я клянусь, что никому не скажу, пока ты или Коэсса не разрешите мне говорить, - пообещал Трог. В нём проснулось любопытство, капитан не мог терпеть подобного незнания.
  - Коэсса, может быть, и не сражалась тут, - заговорил Яс. - Но она тоже видела умирающих воинов. Её заставляли смотреть, как солдаты колдунов создают свои монументы и как проклятые колдуны накладывают свои нечестивые заклятия, чтобы кости вечно лежали тут в напоминание Кадорафу о том, кто же главный в нашем мире. - Мастер рассказывал это, а сам думал о том, что Трог уже готов приносить ему клятвы.
  - Так она тоже из Кадорафа? - капитан не мог скрыть своего удивления. - Кто же она? Кем она была тут? И когда это было?
  - Я знаю, что она отсюда, и это пока всё, о чём я могу рассказать тебе.
  Трог нахмурился:
  - Я же поклялся, что никому не скажу.
  Мастер промолчал в ответ, он лишь выразительно посмотрел вверх, а затем постучал себя по левому плечу, по тому месту, где у него находилась татуировка верности. Трог снова нахмурился, но теперь на его лице отразилась грусть.
  - Мы хуже, чем рабы, мы не можем даже свободно поговорить, - прошептал он вполголоса. - А страж, хоть и находится в оковах, свободнее нас всех. Ведь она совершенство. - При этих словах Трог почуял, как змеёй ожила татуировка на его спине, ощущая возможную измену, она обдала холодом кожу Трога и снова замерла.
  - Знаешь, - тоже негромко заговорил Яс, - когда-то я работал рядом с Чёрным колдуном. Коэсса один из самых лучших его шедевров. Но я же говорил, что есть и другие, просто они не раскрыты. Я много думал над этим в последние дни.
  - И?!
  - Есть кое-что вполне осуществимое. И здесь нет измены! - Яс говорил почти правду, ведь Трог вовсе не должен быть верен Маргобу, кузнец обманывал лишь магию, которая порабощала зеленокожего капитана. - Я далеко не уверен, что это ты. Но я могу попробовать поработать с тобой. Если всё получится, ты многое узнаешь о себе. И, может быть, даже станешь сильнее... - последние слова мастер произнес с такой интонацией, что Трог не мог не услышать двойной смысл сказанного.
  - Я стану сильнее, и значит, стану лучше служить своему господину! - сказал он в ответ. А татуировка немного покалывала ему спину, пытаясь понять, кроется ли обман в этом сговоре. Трог даже зажмурил глаза, повторяя про себя одну фразу: "Я стану сильнее и стану лучше служить".
  - Да, всё будет именно так, - сказал Яс. - А пока я работаю, ты можешь рассказать мне о своей родине. Я в замке хоть и слышал о Кадорафе, но сам никогда не был там.
  При этих словах Яс достал из своей походной сумки некоторые из вещёй, купленных им у алхимика. Сейчас ему требовалась медная игла и смесь, приготовленная мастером из особых компонентов. Трог с опаской глядел на приготовления кузнеца.
  - Ничего особого ты не увидишь и почти ничего не почувствуешь. Рассказывай, а я посмотрю, что у тебя и как.
  Капитан снял рубашку и повернулся к мастеру спиной. Он сидел на каменной плите как на стуле, лицом к Безымянным горам. Кузнец насыпал на татуировку порошка, чтобы немного заглушить её чутье. Ему требовалось осторожность в этой работе. Сделай он что-нибудь не так, и татуировка наоборот начнет в каждом слове видеть измену, и Трогу тогда уже не выжить.
  - В Фудауре я слышал слухи о возрождении Кадорафа, - заговорил Трог, послушавшись совета мастера, и лишь прозвучали первые слова, он почувствовал как боль в спине, которая возникла, несмотря на обещания кузнеца, немного затихла.
  - А я ничего такого не слышал, - сказал мастер сквозь зубы, он как раз начал работу над первым завитком в узоре татуировки верности на спине друга. - Знаю, только то, что раньше Кадораф был совсем другим.
  - - Да, - подтвердил Трог, - Это ещё было до того, как возникли эти груды костей у наших границ. Раньше Кадораф был столицей, центром всей этой огромной страны, которая тянется от Безымянных гор через всю Гооб до самого Яферота.
  - Яферота? - переспросил Яс, он немного слышал про эту северную страну, слышал, но почти ничего не знал.
  - Да, прямо до туда. Здесь было большое и сильное государство, ещё до того времени как в Гооб пришли колдуны. Тогда даже Сциины входили в королевство. Они имели право голоса, и никто не считал их чудовищами. Но позже появились колдуны, они долгое время скрывались, прятались в Ароне и Фудауре, - Трог запнулся в этот момент, игла мастера чувствительно уколола его. После некоторой заминки он продолжил. - Они прятались в самых нищих кварталах, там колдуны сколотили свои секты и выработали свои идеи. И прошло не так много времени до того момента, когда Король Кадорафа однажды утром увидел - он уже живёт не в столице. Кадораф остался Кадорафом только в самом городе. А к северу родилась Гооб, и там всю власть забрали в свои руки колдуны. После и остальные провинции одна за другой начали откалываться от Кадорафа, лишь для того, чтобы немного позже стать вассальными данниками Гооб.
  Яс молчал, пораженный открывавшейся перед ним картиной. Он никогда не задумывался над историей. Мастер просто жил в Одиноком Шпиле, и мысли о прошлом никогда не приходили к нему. Трог же всё это помнил, как и Страж, помнил и переживал. Выходит, Гооб раскололо бывшее великое королевство. Колдуны начали войну, смысл которой заключался в гибели всего оставшегося от прошлого. Нетрудно понять, почему они так поступили. Гражданская смута облегчала им управление собственными землями. Начавшиеся же феодальные распри не сильно волновали Совет колдунов в Ароне.
  Мастер помнил, как и Чёрный в своё время воевал с некоторыми соседями-колдунами. Тогда это выглядело вполне естественно, а сейчас... Кузнец покачал головой. Да, слишком многое он не понимал из происходящего вокруг. А Трог между тем продолжал рассказывать ему о своей жизни в Кадорафе, о его природе, о его людях. Потом он перешел на кодекс, которым пронизана вся жизнь Воинов Чести, рассказал о сражениях, в которых он принимал участие, и вообще о восхищение всем тем, что разрушали колдуны. Для кузнеца это был хороший знак, татуировка уже почти не замечала измены в словах капитана.
  Мастер подправил последние штрихи в своей работе, внимательно изучил всё в целом, и довольно откинулся назад, опёрся на естественную каменную стену за собой. Тёплая, насквозь прогретая солнцем, она как будто бы подпитывала Яса энергий. Так приятно расслабиться после серьёзной работы.
  - Вот и всё, Трог, - сказал Яс, и капитан повернулся к нему лицом, в его глазах был вопрос. Яс объяснил:
  - Я сделал татуировку верности менее чувствительной, чем она была. Теперь ты можешь спокойно говорить о чём угодно, даже о том, как ты оторвёшь голову Маргобу, и она никак не отреагирует на это.
  - Но?
  - Но татуировка все равно не даст тебе сбежать, если ты решишься на это. Я не мог исправить все детали. Кроме того, сбегать все равно бесполезно. Маргоб никому из нас не даст уйти пока не добьётся своего. Нужно нечто иное, чтобы остановить его.
  - Зачем ему ловить меня? Если я сбегу, и сделаю так, чтобы никто долго не замечал моего отсутствия, вряд ли он сможет догнать меня.
  - Если бы на твоем месте находился какой-нибудь крысюк, то да. Маргоб бы не стал тратить время. Но теперь, послушав тебя, и посмотрев кое-что в строение твоего тела, - мастер действительно мог видеть такие детали в любом живом организме, которые некогда были созданы в лабораториях Одинокого Шпиля. - Я могу сказать, что был не так уж и не прав, когда говорил об особенных существах, похожих на Стража. Ты ведь тоже был Стражем, только ты охранял сокровищницу. Некоторые черты в тебе уникальны, колдун просто прятал тебя на чёрный день.
  - И что же во мне такого особого?
  - Ты военный лидер. И другого такого у Маргоба нет. Если ты сбежишь, его армия превратиться в банду чудовищ, неспособную на сражения с настоящими солдатами. Потому ты и нужен Новому Хозяину.
  Трог и сам подозревал нечто подобное, но теперь, когда ему говорили это вслух, он сомневался.
  - Я не могу поверить в это, - капитан покачал головой.
  - Зря. Ты лидер среди этих чудовищ. Остальные либо слишком глупы, либо настолько индивидуалисты, что просто неспособны организовать других.
  - И Маргоб использует меня?
  - Да. И потому я решил помочь тебе.
  Трог, прищурившись, посмотрел мастеру в глаза, Яс казался невинным как ангельская овечка.
  - И что ты предлагаешь взамен бесполезных побегов? Что ты вообще знаешь о планах Маргоба?
  Яс улыбнулся, он давно ждал этих вопросов. И теперь у него был соратник, который мог задавать их.
  - Я расскажу тебе всё о чём знаю или подозреваю. А как поступить с этим, мы уже решим вместе.
  
  Они поговорили, а потом к ним прилетело существо Рин. Надо было сниматься с привала. Лишь ближе к ночи, когда солнце уже касалось края гор, когда оно уже почти исчезло, был разбит ночной лагерь. Теперь, когда болота кончились и снова пошли края, где живут люди, чудовищам приходилось быть осторожнее. Хотя, по правде говоря, за весь день из людей им только и попался один старик чабан. Тот стоял вдалеке, на гребне песчаной, лишь слега поросшей травой, сопке. Старик, похоже, был философом и ветераном войны с Гооб, он оценил расстояние от шагающих внизу чудовищ до себя, оценил свой собственный возраст и остался спокойно стоять, рассматривая идущую мимо армию. И никто не тронул его, у чудовищ не было на это времени. Маргоб гнал своих солдат в Кадораф. Старик долго провожал их взглядом, и лишь собака у его ног беспокойно скулила, ожидая решения хозяина.
  Теперь Яс и Трог действовали вместе. Мастер сегодня ночью собирался поговорить с Эйриком, электрического демона по-прежнему держали в заточение, Маргоб не доверял своему инструменту. Яс хотелось выяснить, насколько прав был Хозяин в своих подозрениях. Трог же взялся за то, чтобы никто не побеспокоил кузнеца за время этого важного разговора.
  Пленников на этот раз расположили в середине лагеря. Там находился огромный каменный валун, весь покатый и довольно гладкий, лишь внизу он немного раскрошился. Там находились две небольшие трещины, сделанные природой как по заказу. Туда и поместили пленников. Капитану не пришлось придумывать особые ухищрения, чтобы мастера пропустили внутрь, держатели слушались своего командира беспрекословно, не подвергая сомнению его приказы ни в чём.
  Разговор получился довольно длинным. Яс и Эйрик беседовали едва ли не до середины ночи, Эйрик много рассуждал и оценивал, причем заглядывал он с тех сторон, о которых Яс даже и не задумывался. Эйрик не во всём осуждал колдунов, и даже обряд некромантии который готовил обезумивший Маргоб не сильно пугал его. Колдуны хоть и были тиранами, но зато при них Гооб стала могущественным государством, росли города и открывались новые торговые пути. О том, куда исчезали старые дороги, Эйрик не говорил. Колдуны творили беспредел, но ничей другой произвол они видеть не желали. И в результате получались вещи, которые могли бы вызвать улыбку, если бы не вся та серьёзность с которой они творились.
  В Гооб были самые честные стражники и сборщики налогов во всём известном мире. Букву закона мелкие сошки соблюдали неукоснительно. Электрический демон философски оценивал происходящее, обряд который готовил Маргоб, мог оказаться для людей, и мира вокруг не так уж плох, как считал мастер. Обманутый каннибал оживил бы Чёрного колдуна, и тот снова бы собрал под свое крыло всю нечисть разбежавшуюся по земле в виде бывших слуг колдуна. Он бы успокоил Совет Колдунов и, скорее всего, предотвратил бы назревающую войну с Лише. А сейчас, когда Одинокий Шпиль разорён, исчез щит, защищавший страну от набегов соседей, особенно опасны стали Сциины.
  Всё это так, возражал Эйрику Яс, но ведь пути колдунов трудно предсказать заранее. Неизвестно как изменился Единый побывав в загробном мире. Он и раньше был проклятием, нависшим над миром, чем же он станет, познав ту сторону жизни? Мастер в этом разговоре впервые признал, что колдун, несмотря на всю свою гениальность, являлся воплощением злобы. Чёрный любил видеть боль среди своего окружения, и только кузнец да ещё несколько избранных были немного ограждены от произвола. А Эйрик страдал от колдуна, наверное, даже больше других и только сейчас начал потихоньку избавляться от стягивающих душу и волю проклятий.
  На это бывший Инструмент возразил лишь одно, - он уже давно разучился думать о самом себе. Его личная воля так давно была задавлена, что теперь он привык думать в первую очередь о других, и в том числе о том, какое значение для мира может сыграть окончательная смерть столь великого колдуна как Чёрный. Тогда Яс сказал:
  - Только потому, что ты боишься неизвестного будущего, ты согласен на возращение известного зла? Ты говоришь о своём беспокойстве о людях, но если ты не заботишься о себе самом и о своих друзьях, как ты можешь вообще думать о ком-то ещё? Мне кажется, ты запутался.
  Неизвестно подействовали на Эйрика слова мастера, или он руководствовался другими соображениями, но он всё же согласился с планами Яса. А пока демон снова занялся тем, чем занимался все последние дни. Он снова стал вспоминать, каково это - иметь собственную волю.
  На следующий день армия продолжила свой путь. Вокруг царили каменистые пустоши, среди которых лишь изредка возвышались истерзанные горными ветрами деревья. Пару раз разведчики натыкались на остовы домов, от которых остались лишь каменные столбы и опрокинутые балки, всё остальное давно стёрли ненастья и дожди.
  Старые руины, как правило, находились у развилок дорог. И вокруг не было ни селений, ни людей. Лишь иногда вдалеке виднелись стада овец, которые паслись на бедных травами лугах. Когда солдаты в очередной раз наткнулись на остатки дома, Трог решил объяснить шагающему рядом Ясу:
  - Здесь раньше проходил большой торговый путь, вдоль всего тракта распологались постоялые дворы и почтовые станции. По закону запрещалось строить собственное жильё близко к большаку, потому нам и не встречаются селения на пути. Это очень удобно для нас, хорошая дорога, на которой почти нет людей. Все перевалочные пункты или сожжены солдатами Гооб или же просто заброшены, а деревни так и не появились тут, больно много камня и слишком мало земли. А ведёт эта дорога прямиком в Кадораф, как и хочется нашему "Хозяину".
  Трог имел в виду столицу этого утратившего былое славу королевства. Раньше Кадорафом назывался только сам город, столица страны. После разгрома колдунами в подчинение Кадорафа осталась лишь небольшая область, к которой также приклеилось название Кадораф. Теперь княжество и столица стали неразделимы.
  - Дорога для таких, как мы - заметил Яс. - Неужели здесь до самой столицы не будет ни одного сторожевого поста?
  - Будут, ты ещё насмотришься. Кадораф не забыл, чем он был в прошлом веке, у нас дисциплина в чести.
  - Что ж. Значит, будут и проблемы. Интересно как Маргоб надеется избежать их?
  - Посмотрим, - задумчиво произнес Трог.
  Они брели по пыльной дороге вдоль Безымянных гор. И впереди, и сзади шагали чудовища. Армия приближалась к Кадорафу. Как люди отреагируют на новое вторжение?
  
  Охотники не смогли сразу проверить свою новую печать-пропуск. Когда они вылетели из гостеприимного селения горцев, она полетели в сторону Безымянных Гор. Тут уже почти не росли леса и вокруг простирались каменные пустоши, поросшие чахлой травой. На негостеприимных пастбищах изредка попадались пастухи с отарами. Они пришли сюда откуда-то издалека, ведь рядом не было ферм, лишь стояли шалаши, где эти люди проводили свои ночи. Кроме пастухов больше никого не встречалось.
  Лоэлин скучая от однообразного полета, решил свернуть немного в сторону, к Безымянным горам, которые здесь казались очень близкими, как будто протянешь руку и дотронёшься до их серых скал. Лоэлин не старался залететь далеко в горы, ведь Долин не стал бы лишний раз ждать друга. Лоэлин из любопытства желал ближе посмотреть на зловещие горы, о которых в университете Арона любили рассказывать разные небылицы.
  Охотник не пропал без вести, ведь рядом находились лишь передовые бастионы странных гор. Он просто потерялся, хотя был ясный солнечный день и Лоэлин летел поверх лабиринтов козьих троп среди неприветливых скал. Он всё время видел как Долина оставшегося позади, так и сами горы, что потихоньку вырастали перед ним. Но потом вдруг стало темнеть. Откуда-то вдруг появился туман. Ветер затих, исчезли даже воздушные потоки, которые всегда окутывают горы. Ими пользуются все большие и тяжелые летуны вроде горных орлов, и и Лоэлин не был исключением. Исчезновение потоков заставило его использовать больше силу, чем навык полёта и потому охотник быстро выдохся. Он почти падал от изнеможения, пытаясь удержаться на лету в окружающем его тумане, он не понимал куда летит и зачем. А потом непогода вдруг рассеялась, опять стало ясно, и Лоэлин увидел, что он оказался почти на том же самом месте, откуда начал свой полет, только лишь немного в стороне. Прямо у группы красивых зубчатых скал, которые зловещёй пятерней тянулись к небу. Рядом медленно кружил недовольный задержкой Долин. Он сильно удивился, когда узнал, что Лоэлин чуть не погиб. После этого они старались держаться старой дороги под собой, дабы избежать даже случайного поворота в сторону опасных гор.
  На следующий день они увидел сторожевой пост Кадорафа. Это была старая каменная башня, возвышающаяся над дорогой метра на четыре. Одна из стен треснула, кладка осела, но башня всё ещё держалась, только чудом не съезжая в сторону от дороги, к обрыву, который своей головокружительной высотой пугал всех проходящих рядом путников. Но солдаты на башне уже давно привыкли и к кособокости собственного укрытия и к пропасти, которая рано или поздно дождётся своей пиши, старой башни с её беспечными обитателями. Дорога в этих местах стала очень узкой, с одной стороны красовался чудовищный обрыв, где на дне белело уже немало костей, а с другой возвышалась скалистая горная круча, выглядящая почти неприступной в своей монументальной первозданности.
  - Ну что же, посмотрим, правду ли нам рассказывал Дядёк, - сказал Долин, оценивающе оглядывая укрепление. Охотники приземлились недалеко от башни, решив подойти к ней по земле. Зачем почём зря пугать людей раньше времени размахом своих крыльев?
  - Хорошо, башня такая отдаленная, - заметил Лоэлин. - Если что-нибудь пойдёт не так, врагов сбежится не слишком много.
  Долину не понравилось прагматичное замечание друга, он прилетел сюда не сражаться. Вместо ответа он молча пошёл к башне, Лоэлину пришлось поспешить за ним, ведь печать-пропуск выдана одна на двоих, ему не хотелось лишних вопросов.
  Солдаты в башне не сразу заметили необычных путников. Они не особо смотрели за дорогой, ведь люди в этих краях редки, в лучшие дни проезжает по три-четыре человека, а бывает по нескольку дней только никого. Пост не был закрыт, деревянные ворота покрылись мхом, у створок росла лебеда. Давно никто не двигал эти ворота. Сами солдаты, около четырёх человек сидели за столом во дворе около башни, они играли в кости. Рядом с ними лежала перевернутая с высокими бортами телега без колес, караульные использовали в качестве опоры для своих алебард.
  - Здравствуйте, - сказал Долин, подойдя к невысокой стене, огораживающей двор башни. Только после этого солдаты, наконец, заметили чудовищных путников. Лоэлин не стал задерживаться у стены, он уже входил внутрь, а его полураскрытые крылья острыми кончиками царапали сухую и пыльную землю. Оказавшись во дворе, Лоэлин остановился и усталым взглядом оглядел нехитрое солдатское хозяйство. Бывший студент начинал сомневаться в необходимости посещёния этого сторожевого поста. Несчастные солдаты, замерев, сидели у своего стола, боясь пошевелиться.
  - Здравствуйте, - ещё раз поздоровался Долин, он вслед за другом зашёл во двор. - Мы не желаем ничего плохого, не бойтесь нас.
  Бледные солдаты молчали, лишь у одного из них из приподнятого кулака выкатились костяные кубики и со стуком упали на деревянный исцарапанный стол.
  - А что же вы тогда хотите, чудовища из Гооб? - раздались чьи-то слова, в голосе не было страха, только интерес, почти неуловимый за сильным акцентом. Говорящий путал слова так, как будто очень редко говорил на этом языке.
  Долин повернулся. В тени у башни, там, где начиналась каменная лестница ведущая внутрь, стоял человек в кожаных доспехах. Кажется, это был офицер. Долин ничего не понимал в кадорафских знаках отличия.
  - Мы просто хотим показать свою печать-пропуск. Мы не хотим лишней крови, люди Кадорафа нам не враги.
  Офицер вышел из тени, подошёл ближе к охотникам. У него было очень молодое лицо, вместо бороды росла редкая щетина, за которой её хозяин почти не следил.
   - У вас печать-пропуск? - снова прозвучал чудовищный акцент, в котором смысл слов почти тонул. - Откуда?!
  Вместо ответа Долин протянул свой глиняный черепок, на котором красовались непонятные символы. Офицер с заметным волнением взял протянутую печать, внимательно посмотрел её на свет, а затем достал из кармана похожую, но только металлическую печать и приложил к той, что принесли охотники. На мгновение Долину показалось, будто обе печати срослись. Охотник помотал головой, отгоняя наваждение. Когда он снова посмотрел на офицера, тот уже протягивал глиняную печать-пропуск обратно.
  - Она настоящая, - в голосе офицера слышалось удивление. - Настоящая магическая печать-пропуск! - Он повернулся к своим солдатам, а те по-прежнему сидели вокруг стола неподвижные как изваяния. - Я немедленно сообщу в столицу. Вас встретят и окажут любую поддержку, в какой вы будете нуждаться.
  Позже, когда охотники уже летели дальше, Долин заговорил с Лоэлином:
  - Дядька не врал нам, он дал нам настоящую печать-пропуск.
  - Да, - согласился Лоэлин, - но что-то здесь все равно не так. Офицер смотрел на печать так, будто знал о существование таких, но увидел её впервые в жизни.
  - Он молодой, почему бы и нет?
  - Все равно странно. Эта печать нечто большее, чем мы думали.
  "А Дядька, это не просто гадальщик на деревенском базаре. Почему он решил помочь нам? Золото подобных людей вряд ли интересует", - подумал ещё про себя Долин, ну вслух ничего не сказал. Охотники летели дальше, не став дожидаться ответа на сообщение, посланное офицером с помощью большого зеркала установленного на крыше сторожевого поста. Раньше Долин ни с чем подобным не встречался, но у него не было времени даже поинтересоваться. Охотники спешили подобно волкам, что почуяли след жертвы.
  На следующий день они оказались у ворот Кадорафа, стольный града княжества Кадораф и былого великого королевства. Охотники не влетели в город. Пролетев пригороды, сплошь засаженные садами, они направились к форту около северной стены города. Там возвышалась одна характерная башня, её верхушка походила на шлем кадорафского воина, имелся даже гребень украшенный медными щитами. Начищенный металл блестел на солнце, его блики были заметны в ясную погоду издалека. Башня служила ориентиром. Внизу, под ней, в небольшом форте, охотников должны была встретить та самая помощь, которую обещал молодой пограничник с чудовищным акцентом.
   В Кадорафе, несмотря на запустение вдоль границы, всё оказалось налажено и настроено как в точных механических часах. Бывшее королевство сумело сохранить устройство армии унаследованное ими от прошлого. Это совсем не походило на сонный Арон или расхлябанный Фудаур. Здесь имелись даже маги, настоящие действующие маги. Это они оказались теми людьми, которые встретили охотников в форте. Парочка молодых целеустремленных волшебников, с серьёзными лицами и чистыми душами. Они прекрасно знали своё дело. Печать-пропуск была тщательно проверена, затем был выслушан честный рассказ охотников о целях, которые они преследовали, прилетев в Кадораф. Маги провели небольшое совещание и, наконец, последовало решение.
  Охотникам предстояло познакомиться с князем Кадорафа. Пока же летучих гостей решили разместить в крепости рядом с княжеским дворцом. Маги не хотели лишний раз будоражить народ в город появлением чудовищ из Гооб, они даже не стали скрывать своих опасений от охотников. Те, впрочем, и не обиделись. Всё складывалось и без того, как нельзя лучше. У Долина даже возникло ощущение, будто всё происходит без его участия, словно он сидит себе на ладони у бога-великана, а тот несёт его сквозь время, опекая охотника от всех проблем. Действие так стремительно разворачивалось, что Долин даже не успевал всё запоминать.
  Их быстро провели к крепости Кадорафа, где для них уже целиком освободили одну из казарм. Охотники так и не посмотрели толком на сам город, на всю ту древнюю архитектуру, те древние монументы, которые полуразвалившимися руинами напоминали бывшему королевству о его великом прошлом.
  Казарма оказалась очень просторным помещёнием. Это была офицерская казарма и потому она представляла собой нечто вроде большой комнаты с массой перегородок. Они создавали вокруг каждой кровати небольшую комнатку, где можно условно предаваться уединению. Имелись здесь и настоящие комнаты, видимо предназначенные для старшего офицерского состава. Охотников туда не пустили, все они были заперты на ключ.
  Когда гости и маги входили в казарму оттуда как раз выносили часть деревянных перегородок из большой комнаты, которые убирали, чтобы охотникам с их большими крыльями было удобнее находиться здесь. Долин вспомнил те узкие насесты, на каких они ночевали в Одиноком Шпиле, и лишь ухмыльнулся про себя, но вслух ничего не сказал. Ему нравилась такая забота. Он по тем насестам никакой ностальгии не испытывал, и Лоэлин без сомнений тоже. С другой стороны со своими крыльями они все равно не могли спать лежа и здесь ночевать собирались так же, как и везде на предыдущих ночлегах - сидя.
  Закончив все дела на сегодня, маги ушли, оставив охотников на самих себя. Гостям крепости было разрешено немного гулять по ней, но в город вылетать не рекомендовалось. Лоэлин, чтобы зря не раздражать гостеприимных хозяев, готов был вообще не выходить из казармы. Долин так не мог, в детстве ему рассказывали о Кадорафе, его отец даже немного воевал на стороне бывшего королевства, это потом он уже стал наемником, и остаток жизни провёл в дружинах мелких князей. Долину хотелось хоть глазком посмотреть на жизнь Кадорафа. И Лоэлин, в конце концов, сдался. Снедаемый любопытством не меньше друга, бывший студент не мог долго противиться искушающим доводом Долина. В университете тоже немало изучали Кадораф, и даже цензура колдунов не заставила профессоров умерить своё восхищение перед древним королевством.
  Центральной цитадели Кадорафа насчитывалось уже не меньше тысячи лет. Её несколько раз перестраивали, ремонтировали, но основной план крепости оставался неизменным, таким, каким он был задуман древними строителями. Это было шесть основных стен, на каждой из которых красовалось по две сторожевые башни. Они чуть выдавались вперед, а прямо за ними, тут же на широких стенах, располагались площадки. Раньше там стояли баллисты и катапульты, но во время последней войны с Гооб колдуны уничтожили боевые машины и запретили строить новые. Потому площадки оставались пустыми.
  На одну из них и поднялись оба охотника, когда вышли прогуляться. Старые жёлтые камни этих стен знавали много битв. Долин молча прошёлся вдоль сторожевой башни, заглянув сначала в одну сторону, та смотрела на Безымянные горы, потом подошёл к другой, здесь толстая стена возвышалась над жилыми районами города.
  - Впечатляет, - негромко сказал Долин подошедшему другу.
  - Да. В Ароне я не помню ничего подобного.
  Там, внизу, расстилался огромный город, наполовину утопший в зелени. Рядом с крепостью деревьев почти не было, но там, дальше, росли огромные платаны, почти сравнявшиеся своим ростом с храмами и дворцами Кадорафа. Здесь не было хаотичности свойственной Фудауру, улицы поражали своими прямыми линиями. Выложенные все теми же камнями с жёлтоватым оттенком, украшенные арками и большими статуями по краям, городские кварталы казались видениями из совсем другого мира. Долин ещё никогда не видел такого торжества человеческой мысли и искусства выраженного в простом камне.
  Охотники могли долго простоять, рассматривая город внизу, где в постепенно наступающей темноте стали вдруг зажигаться фонари, кажущиеся сверху сверкающими волшебными камнями, но тут на стенах начал сменяться караул. Не желая стеснять хозяев, гости спустились вниз. По каменному мостику они подошли к центральным башням крепости, те высились над основным куполом цитадели. Охотникам хотелось посмотреть зал Славы, о нём гостям рассказали маги. Это не был основной зал крепости, но фактически этот холл являлся сердцем главной твердыни Кадорафа. Там хранились самые ценные вещи в замке, те которые были связаны с воинской доблестью людей великой страны. Колдуны, в своё время, уничтожили часть реликвий, не желая, чтобы в Кадорафе оставались напоминания о былой воинской чести. Однако мародёрам не удалось найти все ценности. Когда армия Гооб ушла, зал Славы был восстановлен по сохранившимся крупинкам, и снова старые знамена, сохранённые ветеранами, красовались на его стенах.
  Охотники почти сразу нашли зал. Первый же попавшийся солдат подробно объяснил им дорогу ничем не выказывая своего удивления тем, что такой вопрос задают ему крылатые, похожие на демонов из сказки, существа. Зал Славы не был очень большим. Только потолок его возносился к самому куполу, там зияло шесть больших окон по числу стен в крепости. Оттуда свешивались знамена Кадорафа, а прямо под ними на специальных мраморных подставках лежали флаги поверженных врагов. Рядом, в стенах, находились полукруглые ниши. Там лежали книги рассказывающие о тех сражениях.
  В зал вело два входа, и у каждого из них выстроились шеренгами белоснежные статуи героев Кадорафа. Они охраняли место славы, их суровые твёрдые лица как будто бы смотрели на входящих, осуждая или поощряя их, каждый видел нечто своё. А в самом центре на большом круглом постаменте лежали артефакты славы, те вещи, что когда-то служили героям, или сыграли значительную роль в победах Кадорафа. Они не были закрыты, и рядом с ними не стоял охранник. Все равно никто не мог взять их. Артефакты были связаны с Кадорафам, их защищала материнская магия города, тот самый магический первоисточник, который положил начало великому королевству. Если же человек мог взять волшебные вещи из центрального круга, значит, так хотела сама судьба, значит, избранный человек связан с Кадорафом и его воинской Славой.
  Оба охотника даже и не пробовали подойти к великим артефактам. Они преклонились перед чарами этого места. Сейчас, когда на улице наступили сумерки, зал был освещён факелами, те горели высоко вверху, и все равно их света хватало чтобы разогнать тень даже в дальних уголках.
  Лоэлин, с боязливой нерешительностью открыл одну из книг рядом со знаменами. Здесь описывались древние сражения, с поры которых минуло уже сотни лет. Бывший студент ничего не знал о них, колдунам удалось всё-таки умалить хотя бы часть бывшей славы Кадорафа. А пока Лоэлин читал, Долин неспешно гулял среди статуй великих героев, с интересом разглядывая мраморные лица. И вдруг он замер на месте.
  - Не может быть, - вполголоса сказал он, но эхо усилило его возглас и пронесло по всему залу. Лоэлин положил книгу и повернулся к другу:
  - В чём дело?
  - Лицо этой статуи мне знакомо.
  Лоэлин подошёл ближе и посмотрел туда, куда указывал Долин. Это была мраморная статуя женщины в полный рост. На ней не имелось доспехов как у её соседей, она была одета в простую, без украшения одежду, но даже платью скульптор ухитрился придать значительности. Лицо женщины было прекрасно, её черты гармонично сочетались друг с другом. В целом лицо статуи действительно кого-то напоминало.
  - Светлая Эсса, - прочитал бывший студент вслух имя на золотой табличке, прикреплённой к постаменту статуи. - Я никогда не слышал о такой. Но ты прав, её лицо кажется странно знакомым.
  - Ещё бы. Ведь мы с ней когда-то сражались.
  И только после этих слов Лоэлин понял, кто перед ним. Это была статуя Стража Подземелья из замка "Одинокий Шпиль", это была статуя Коэссы.
  Между тем Долин перешел к статуе напротив.
  - Торгаур, - прочитал он имя сурового воина стоящего там. - Это невероятно. Кажется, я когда-то видел и его тоже. В Одиноком шпиле он был зелёным карликом. Но лицо его, оказывается, колдун почти не изменил.
  Лоэлин, поражённый и удивленный совпадениями стоял, оглядываясь, то одну, то на другую статую, а потом вдруг выбежал из зала Славы. Долин в недоумение смотрел ему вслед и уже хотел было бежать следом, как его друг вернулся и не один. Он почти силой тащил за собой человека в офицерской форме, хоть и без доспехов. Остановившись рядом с Долином, он попросил у своего невольного пленника:
  - Расскажите мне об этих людях?! - Бывший студент показал на статую Светлой Эссы и Воина Чести Торгаура.
  Офицер был слишком ошеломлен, чтобы возражать. Когда охотники о чём-то просят, им трудно отказать, особенно если летучий демон так возбуждён, как был возбуждён Лоэлин.
  - Это герои Кадорафа. Точнее последние его герои. Потому они стоят с этой стороны почти у входа. Единственные герои нашей последней войны с Гооб. Оба не пережили эту войну.
  - Ты слышал, Долин?! - Лоэлин повернулся к другу. - Это действительно невероятно. Тут не может быть всего лишь совпадение. Вдруг именно поэтому нам и досталась эта магическая печать?
  Оба охотника до сих пор не могли понять, почему Дядька решил отдать им такую важную вещь, как магическую печать-пропуск. Они обдумывали все возможные варианты, ведь вряд ли тут была простая благосклонность. И вот теперь ещё одно странное совпадение, две статуи погибших героев. Всё это связано, всё в одном ряду, где находится и поиск убийц Чёрного колдуна. Настоящая нить судьбы, где узел следует за узлом в одной неразрывной цепочке.
  - О каком совпадении вы говорите? - робко поинтересовался "пленный" офицер. Его рукав до сих пор сжимали когти Лоэлина.
  - Мы знаем этих героев, - сказал Долин. - И мы даже примерно представляем, где они находятся сейчас, - теперь охотник не сомневался, что Маргоб скоро будет в Кадорафе. Когда вокруг одни таинственные совпадения, начинаешь подозревать за ними некий закон, некую силу, чьи желания неизвестны, но чьи действия можно предугадать.
  - Как где они сейчас?! - офицер не мог понять охотника, его брови удивленно взметнулись ко лбу, а глаза посмотрели на купол сверху, на небо скрытое за ним.
  - Нет, это не так, - Лоэлин проследил взгляд офицера. - Оба живы, хотя теперь они стали немного другими... - он запнулся, сомневаясь, стоит ли рассказывать всё это первому встречному.
  - Воин Чести и Светлая целительница живы?! - офицер не мог понять, разыгрывают ли его охотники или говорят правду. Но их заминка, их взгляды сказали ему больше чем слова. - Они живы! Живы!
  Он вырвался из рук Лоэлина, бледный, он замер рядом с охотниками повторяя только одно:
  - Они живы!
  А затем он бросился прочь, и охотники не стали удерживать его. Поражённые, они не могли понять его чувств. Почему этот человек был так взволнован, что значит эти новости для Кадорафа? Они задумчиво глядели на мраморные лица героев, пытаясь в их невозмутимости найти ответы на свои вопросы.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 21
  После посещения зала Славы охотники вернулись в казарму, смущённые и растерянные. Они не выходили оттуда уже до самого утра. А на следующий день к ним начала заглядывать гости, то один, то другой солдат по каким-то незначительным причинам оказывался в казарме. Зеваки ничего особого не говорили, больше смотрели. В их глазах виделось благоговение. Оба охотника совсем не привыкшие к этому ещё больше смутились, у них даже возникла мысль сбежать отсюда. К счастью охотников к ним вскоре пришли те же два молодых мага, которые провожали гостей накануне.
  После этого случайные посетители перестали появляться в казарме. Маги же искусно делали вид, что им совсем неинтересно, чем же таким занимались охотники вчера вечером. Долин готов был даже поверить радушно-простецким лицами волшебников. Те пришли сюда совсем по другому поводу, они должны были подготовить обоих охотников к сегодняшней встрече с правителем. Долин никогда до этого не встречался с князьями, тот князь, в подчинение которого одно время находилась его родная деревушка, никогда не приезжал проведать своих подданных, опасаясь близкого соседства владений Чёрного колдуна.
  У Лоэлина ситуация была чуть лучше, в Ароне ему иногда приходилось общаться с родовитой аристократией, ведь он и сам был наследник знатного рода. Однако ему не слишком везло, все дворяне, с которыми он имел дело, были людьми ограниченными и глупыми. Однако сейчас, зная о репутации правителя Кадорафа, Лоэлин испытывал трепет не меньший чем его друг, с такими людьми ему тоже не приходилось встречаться. Тем более Лоэлин нынче являлся крылатым чудовищем, а не человеком-наследником городской знати.
  Маги чувствовали растерянность гостей, и они решили немного рассказать о своём повелителе. Князь не был богом и пока даже не являлся королём. Он всего лишь человек, который мечтал возродить Кадораф из пепла. Маги даже рассказали пару забавных историй о своём правителе, происшедших с ним ещё в юности. Увлечённость князя своей великой мечтой не всегда работала на него, иногда это приводило к казусам, впрочем, ничем не очернивших репутации самого князя. Долину после этих историй стало легче представить этого человека, который не стеснялся быть именно человеком.
  Лишь затем охотников повели на аудиенцию. Это громко звучало, но князь не стремился соблюдать все условности. Он встретил охотников на полпути, когда гости шли по длинному скучному залу, где все окна были почему-то занавешены пыльными бархатными шторами, а посередине располагался большой деревянный стол не очень хорошей работы. Эта была трапезная, одна из многих в этом замке. Князь, нисколько не стесняясь своих слуг и небольшой свиты, сидел прямо на столе, что-то задумчиво вырезая на нём кинжалом. Выглядел правитель как средних лет мужчина с невзрачным незапоминающимся лицом, только глаза у него были холодные и очень цепкие.
  Заметив вошедших в зал охотников и магов, князь тут же отбросил нож в сторону и коротким жестом отослал прочь стоящих рядом помощников. Поклонившись, покинули зал и молодые маги, оставив в трапезной только самого князя и охотников. Правда в зале ещё была парочка крылатых статуй из тёмного камня, они стояли у обоих концов длинного стола. В своей уродливости они выглядели почти также как сами охотники. Вообще зал казался очень неудобным для еды, слишком много холодного камня и мало солнца. Здесь, наверное, обедали новобранцы кадорафской армии.
  Князь был новой надеждой Кадорафа. Ещё недавно мало кто знал о нём, во время войны с Гооб он находился в изгнании, родовые распри среди аристократии не прекращались даже на время битв. И только после окончательного разгрома страны, когда стал вопрос о наместнике Гооб, дворяне вспомнили об ещё одном возможном претенденте на трон. Таким образом, им удалось избежать наместничества, но не серьёзной перестройки всей внутренней жизни Кадорафа. Новый князь жёсткой рукой возрождал государство. И вскоре Совет колдунов в Гооб понял, что допустил ошибку, не поставив в разгромлённом королевстве наместника. Но новой войны пока не случилось, ведь несмотря ни на что Кадораф пока ещё не давал повода для подобного вмешательства.
  - Друзья мои - заговорил князь, голос его оказался неожиданно густым и низким. - Я рад видеть вас своими гостями. В этом замке не бывает врагов Кадорафа, и одно то, что вы здесь, говорит о нашей дружбе. Я действительно рад видеть вас здесь. Вы те, кто мне принес радостную весть, вы те, кто связан с возрождением Кадорафа!
  Несколько пафосное начало речи князя для охотников оказалось неожиданностью. Оба растерянно переглядывались между собой, не зная как ответить на подобные речи. Князь улыбнулся, смущение у таких могучих существ выглядело нелепым и смешным, оно противоречило их облику. Выходит, правы были маги, когда говорили о хорошей внутренней сущности странных гостей. Становилось ясно, почему им доверился старый маг-разведчик в Предгорьях.
  Старый хитрец никогда не ошибался на памяти князя, и правитель сам не раз пользовался мудрыми советами Дядьки. Настоящее имя этого мага никто не знал, и даже правитель Кадорафа называл его простецким прозвищем. Впрочем, это нисколько не мешало им обоим. Дядек не стремился к славе и громким прозвищам, а князь в какой-то степени даже завидовал магу, той жизни, которой тот жил.
  Когда князь узнал, что охотники получили печать-пропуск именно в Предгорьях, он сразу же повелел, чтобы их доставили к нему. И почти сразу же это решение оправдало себя. Уже сейчас, князь знал это, по цитадели ползли слухи о возращении великих героев. Одно событие уже было немаловажно, ведь хорошая весть поднимала дух людей, она заставляла их верить в хорошие чудеса.
  - Ладно, - ещё раз улыбнулся князь. - Можно считать, что с церемониями на сегодня покончено. Теперь можно поговорить и более подробно. Расскажите мне о себе, о том, что вы ищете в Кадорафе. И если у вас будут какие-то вопросы, то вы не стесняйтесь моего титула, задавайте их мне. Все кто имеют печать-пропуск для меня друзья, и с ними все условности лишние.
  Князь, на самом деле, уже примерно знал, зачем охотники оказались в Кадорафе, ведь служащие маги успели рассказать ему об этом. Но ему хотелось поговорить и с самими вестниками. Кроме того, он действительно хотел помочь им.
  Охотники поведали ему все, и о проклятие Чёрного, и о поисках убийц, и даже о том, как они вчера посещали зал Славы. Доброжелательное внимание князя настраивало на откровенный разговор. Они даже показали правителю магическую головоломку, которая досталась им от людей поймы. Князь с интересом осмотрел занятную вещицу и пообещал привлечь для ее разгадки ученых приближенных ко двору.
  На этой ноте они закончили свой разговор. Князь отправился посоветоваться с магами, а охотники вернулись в казармы, правда, теперь уже ненадолго. Князь сказал им, что их ждут в гости в монастыре целительниц. Удивленные охотники не совсем поняли, зачем их хотят видеть там, но, впрочем, оба не имели ничего против этого. Монастырь располагался в городе, и слетать туда было интересно обоим охотникам. Тем более там же находилась сейчас и резиденция магов, которые только отстраивались в Кадорафе и не имели собственного жилья.
  Пока у охотников на руках ничего не было кроме обещаний помощи в поисках убийц. Ни об ожерелье, ни об Анне никто им ничего не рассказал. Возможно, в монастыре все прояснится. Маги могут рассказать, откуда взялось ожерелье, а целительницы, вполне возможно, встречались с Анной, ведь они безвозмездно служили всем в городе, излечивая физические и душевные раны. Девушка после всего своего кошмарного путешествия почти без сомнения встречалась с этими защитницами. Если, конечно, она доехала до Кадорафа. Но об этой возможности Долин старался не думать.
  
  В монастыре ждали охотников и потому, когда им на двор спланировало двое крылатых чудовищ, монахини почти не удивились. Охотники нашли монастырь по особому ориентиру. Сверху это здание выглядело как вытянутый овал, а во внутреннем дворе находился большой фонтан. Вместе это напоминало человеческий глаз. Туда, во внутренний двор и влетели охотники.
  - Мы рады вас видеть в нашем доме, - к ним подошла одна из послушниц оказавшаяся неподалеку, она была ещё очень молода, в ее глазах блестели озорные искорки, - хоть мы и думали, что вы придете к нам через двери, не пугая других наших гостей. - Она повела рукой вокруг. Во дворе вокруг фонтана был разбит садик, где гуляли выздоравливающие пациенты монастыря. Сейчас они все выглядели немного бледными. Долин смутился и хотел извиниться, но его опередил Лоэлин:
  - Прошу прощения за нашу неосмотрительность. Просто мы никогда не бывали в таких местах, как ваш монастырь, потому и не знали всех особенностей.
  Послушница с интересом посмотрела на него, улыбнулась и, молитвенно сложив вместе руки, поклонилась стоящему перед ней крылатому охотнику. Вот теперь смутился и Лоэлин.
  - Я тоже ничего не знала о вас. Я тоже прошу прощения за мой тон, - сказала она, теперь ее голос звучал серьезно, нотки грусти проскальзвали в нем. - Пройдемте за мной, я провожу вас к настоятельнице. У нее вы сможете отдохнуть, перекусить, и просто поговорить. Мы действительно рады видеть вас здесь.
  Она довела их до небольшой лестницы ведущей на внутреннюю террасу овального монастыря.
  - Вам туда, - монахиня показала наверх, и охотники послушно друг за другом вошли на лестницу. Долин хотел было поблагодарить приветливую хозяйку, но она уже развернулась и пошла прочь, охотник лишь расслышал одно шепотом сказанное слово - "бедняжки". Давно никто не говорил о них голосом, в котором были скрыты слезы. Задумавшись, охотник стал медленно подниматься наверх, туда, где их ждала настоятельница.
  На террасе находилась особая ложа, отгороженная чередой изящных колонн. Внутри полукругом была расположена невысокая скамья, где и сидела сейчас настоятельница, уже немолодая женщина, с лицом, где каждая черта подчеркивала железную волю ее обладательницы. Она походила на ястреба, но в ее взгляде не было жестокости, только лишь мудрость и терпение. Настоятельница была не одна, рядом с ней сидело двое мужчин, по чьей одежде охотники догадались об их профессии. Это были маги, видимо одни из тех, что сейчас жили в монастыре. Посереди ложи стоял стол, где красовалось множество фруктов, ягод, а среди них возвышались графины с вином. Потолок ложи был закрыт деревянным панно, богато украшенным резьбой. Там был изображен цветущий сад. Приглядевшись, Долин с удивлением увидел, как колышутся ветви на этой волшебной картине. Он даже заметил, как среди искусно изображенных цветов шевельнулась чья-то рука, мелькнуло пестрое блестящее крыло, и его отблеск тонким бликом отразился в мраморе колонн вокруг.
  - Здравствуйте, - настоятельница поднялась со скамьи при появлении охотников. - Я Светлая Арус, глава ордена целительниц, а это мои гости, - она показала на вставших рядом магов. - Глава гильдии магов Кадорафа и его помощник.
  Имена она не назвала, впрочем, в этом не было ничего удивительного. Только сами маги могли назвать свои имена, да и то, делали они это лишь тогда, когда другого выхода не оставалось. Такова была традиция, таковы были суеверия.
  Это было удивительно, как много людей вдруг заинтересовалось охотниками. Раньше ни о чем подобном они и подумать не смели, а теперь с ними разговаривали, за ними ухаживали. Стол был накрыт именно для охотников, и хотя они оба предпочитали мясо, они были рады такому вниманию. Настоятельница не стала скрывать причину, по которой охотники оказались в монастыре. Ей хотелось услышать рассказ о Светлой Эссе, женщине, благодаря которой уцелел орден целительниц, и которая на самом деле последняя Светлая целительница. Сейчас это имя стало всего лишь титулом, грустно призналась монахиня, и потому весть о том, что Светлая Эсса жива, стала для них поистине благостной вестью.
  Охотники в который раз за этот день были смущены. Настоятельница знала лишь часть правды, и теперь друзья должны была ей рассказать все остальное. Им было тяжело рассказывать все это, но что им оставалось делать. Охотники рассказали своим внимательным слушателям об ужасах замка "Одинокий Шпиль", о том, как они сражались с Коэссой в подземельях, о том, что они видели ее пленной в лапах жадного каннибала Маргоба, и том, что сейчас Коэсса, скорее всего, находится где-нибудь у границ Кадорафа. Рассказывая это, Долин не сказал, что возможно каннибалу уже надоело с ней возиться, и, может быть, Коэссы уже не в живых. Это охотник не смог рассказать, ведь и без того лицо настоятельницы было бледным как мел, и даже оба мага выглядели потрясенными от истории охотников.
  - А зачем он преследует вас? - спросила Светлая Арус.
  - Он безумец, вообразил, что может быть наследником Чёрного колдуна. Мы ему зачем-то нужны для его обрядов.
  Тут заговорил один из магов, до этого они молча слушали.
  - Вы знаете, что это за обряд? Хотя бы приблизительно?
  Долин пожал плечам, ведь он и так уже рассказал даже больше, чем хотел.
  - Колдовской обряд. Нужен мастер, инструмент и мы, кто мы для него я не знаю. И после всего этого Маргоб окончательно утвердится в своих правах наследства Чёрному колдуну.
  - А для чего ему понадобилась Светлая Эсса? - вмешалась настоятельница, но охотники не успели ей ответить. На террасу вбежал запыхавшийся человек, в светло-синих просторных одеждах. Его лицо выражало смятение. Он был потным, жидкие черные волосы на голове спутались, руки дрожали.
  - В чем дело?! - спросил глава магов, он был недоволен этим нежданным вмешательством. Человек вместо ответа поднял руки, отступил назад и чуть не покатился по лестнице, по которой только что поднялся.
  - П-про-шу меня простить, - сказал он, наконец, все ещё не отдышавшись. - Срочное послание от князя, - человек огляделся по сторонам, как будто решив ещё раз удостовериться, что пришел туда куда надо. - Он извиняется перед Светлой Арус, но он не может оставить ей ее гостей. Ему нужно, чтобы глава магов и охотники как можно быстрее явились в крепость.
  - Он не объяснил к чему такая спешка? - глава магов был пожилым человеком и как все люди такого возраста не очень любил бегать.
  - К сожалению нет. Но, князь ещё просил повторить, что дело очень важное и срочное. Оно не может быть отложено на потом. Прошу прощения.
  - Ай, ты уже извинялся, - глава магов махнул рукой. - Беги, передай князю, что я иду, - тут поглядел на огромных охотников стоящих неподалеку. - Что мы идем, - исправился он.
  Маги Кадорафа, хоть и имели звания старший, младший, не могли работать так, как это делали колдуны Гооб. Они всегда трудились вместе, в команде, своей слаженной работой компенсируй ту слабость, какая отличала их от колдунов Гооб. В крепости уже находилось несколько магов, но сейчас требовалась поддержка старшего, поскольку дело предстояло очень серьезное.
  В глубине души Долин надеялся на связь этого странного вызова с поисками убийц или с нашедшейся Анной, но это были всего лишь слабые надежды. На самом деле князь просто подтвердил им то, чего больше всего опасались охотники, и то, о чем они уже рассказывали сегодня настоятельнице. Маргоб действительно преследовал их, его армия была замечена в пределах Кадорафа, она двигалась со стороны Безымянных гор. Оба охотники, несмотря на то, что они ждали этой вести, все равно были потрясены, ведь это совсем разные вещи - предполагать опасность и видеть опасность.
  А князь собирал магов и солдат, он не мог допустить, чтобы подобные чудовища разгуливали по его владениям. И охотники должны были помочь ему в этом благородном деле, на что они с радостью согласились. Впервые они могли выступить по отношению к Новому Хозяину в качестве настоящих охотников, а не в роли загнанных жертв.
  Когда все собрались, князь отдал приказ выступать, ему не хотелось тянуть с этим делом. Если каннибал будет остановлен слишком поздно, есть опасность, что его солдаты разбегутся по Кадорафу, сея хаос и смятение среди простых людей. Требовалось покончить с врагом как можно быстрее, среди пустынных холмов Предгорья, и сделать это так, чтобы как можно меньше из чудовищ уцелело. Только двое из армии Маргоба должны были остаться в живых, это были заколдованные герои Кадорафа, воин Чести Торгаур и Светлая целительница Эсса. Охотники должны были помочь князю и его солдатам не ошибиться.
  
  Когда армия оказалась в Кадорафе, Трог как будто обрел нечто из прошлого. Яс видел, как в его друге просыпается что-то до этого скрытое, задавленное. С каждым днем тот все больше и больше походил на того самого Воина Чести, о котором любил рассказывать.
  Маргоб же, этот великий Новый Хозяин, наоборот казался очень неуверенным, он уже почти не выходил из той кибитки, которая была выбрана для штаба их армии. Он никого не пускал туда, даже Агнарира, этого слизистого подхалима. И хотя никому нельзя было близко подходить к кибитке правителя кроме возницы-крысюка, Трог один раз подслушал, как Маргоб с кем-то разговаривает, спорит, доказывает. Трудно было с такого расстояния уловить все детали, но даже отрывков из услышанного хватало, чтобы задуматься.
  С кем общался Маргоб? Трог уже знал о предположениях мастера, знал о готовящемся обряде Воскрешения, но все же он сомневался, что Маргоб спорил с Чёрным колдуном. Каннибал слишком верил в свою исключительность, скорее всего глупец и не подозревал о своей роли слепого орудия в руках умершего колдуна. С кем же он разговаривал? Может быть с тем, что наделило его магической силой и с тем, что толкало его теперь на совершение обряда.
  И Трогу, и Ясу хотелось узнать тайну Маргоба, но пока это не представлялось возможным. Зато невнимание каннибала к собственным солдатам, позволило Трогу немного изменить первоначальный план Яса. Невнимание Хозяина позволяло им агитировать среди солдат каннибала. Далее же, после того как на их стороне окажется достаточно силы, Маргобу уже не поможет даже его непонятная магия. Однако заговорщикам надо было спешить, по словам Трога они уже день как вошли в Кадораф, и все же им до сих пор не попалось на дороге ни одного человека, лишь редкие брошенные дома, пустые фермы.
  Значит, люди уже знали о марширующей армии чудовищ, и у заговорщиков оставалось все меньше и меньше времени до того момента, когда впереди возникнет армия князя Кадорафа. И с этими солдатами Маргоб не договорится как с фудаурцами, князь не нуждался в золоте, не был жаден до магии, и не боялся чужого колдовства. Армия чудовищ шагала к своей смерти, Трог был уверен в этом, и потому заговорщики больше не могли ждать, настала пора действовать. Нужно было всего лишь точно определиться со временем и местом. И то, и другое Трог уже примерно знал. В Кадорафе Трог не всегда был только Воином Чести, его семья принадлежала к знатным родам древнего королевства, у них имелся свой родовой замок как раз в Предгорьях. Сейчас там все заброшено, люди давно не появлялись в тех краях, и это было как раз то, в чем нуждались заговорщики. Так, Местом стал бывший родовой замок, Временем - следующий ночной привал их армии, который Трог собирался организовать как раз в своем разоренном родовом гнезде, где он знал каждую пядь земли.
  Поместье Трога располагалось почти на границе с Безымянными горами, на холме у небольшой речушки, берущей начало где-то в туманных скалах рядом. Никто не знал, откуда течет эта река, поскольку никто не поднимался к ее верховьям. Ведь если перейти эту реку и чуть углубится в низкорослый, цепляющимися корнями за каменистую землю кустарник, которым заросли все поля там, за рекой, то можно никогда не выйти оттуда. Так Безымянные горы заявляли о своей власти.
  А с этой стороны реки некогда стоял родовой замок Трога. Сейчас это была всего одна старая башня, покосившаяся от времени, с разрушенными площадками и обвалившимися зубцами. От прочей части поместья остались лишь обломки, камни, которые грудами лежали там и тут, уже поросшие мхами и жухлыми горными травами. Ни один человек не жил здесь, лишь звери прятались в этих старых руинах. Вот и при появлении колонны чудовищ послышался недовольный посвист суслика встревоженного непрошенными гостями. Вам не место здесь - как будто говорил этот свист и как бы в подтверждение сверху раздался крик орла, хищник тоже заметил незваных гостей. Тут царил дикий мир, и близость Безымянных гор только ещё больше подтверждало это. Синие гиганты кутались в серо-белые облака, хмуро взирая на тех, кто осмелился появиться у их подножий.
  Поднимался ветер. К ночи он усилился, превратившись из безмятежного июньского ветерка в холодный посвист осенней бури, но сама буря так и не пришла. Ветер только пугал заблудшие души внизу, но те и не думали вслушиваться в его завывания, ведь ветер не знал даже малой доли тех страхов, которые им довелось пережить.
  Трог был жалок и подавлен. Вид остатков родового гнезда разбередил ему душу. Зеленокожий капитан знал, куда ведет своих людей, и все же он был потрясен. Не осталось ничего, что он мог бы показать своим друзьям, Ясу и другим. Нет ни именного герба, который некогда украшал главный вход в замок, ни самого входа с его мощными колоннами, был один щебень и битый камень. Исчезла и деревня, что раньше находилась неподалеку от замка. Ее, оставшуюся без защиты, давно разорили разбойники, да ещё то странное нелюдимое зверье, которое иногда спускалось с Безымянных гор. От селения в отличие от замка не осталось даже груд камня. Всё дерево и солому давно разнесло ветром и уничтожило проливными дождями, теперь только черная земля выдавала, что тут тоже некогда жили люди. Трог осматривался вокруг и не находил ничего уцелевшего, но, несмотря на потрясение, он не забыл зачем привел сюда армию чудовищ и Маргоба. Сегодня ночью они должны были свергнуть безумного каннибала.
  Лагерь разбили внизу, там, где раньше располагались огороды погибшей деревни. Наверху поставили лишь несколько кибиток, там поместили пленников, их охрану, и также там была основана временная резиденция Маргоба. На вопрос, почему он разбивает армию на две части, Трог ответил просто и убедительно. В бывшем замке Маргобу будет удобнее, а пленники расположенные рядом с правителем не решатся на побег или ещё на что-нибудь подобное. А остальные чудовища расположенные внизу, не будут мешать Новому Хозяину в его размышлениях. Таким образом, подобное расположение лагеря обеспечивает и безопасность, и желаемое Новым Хозяином уединение.
  Никто не стал спорить с капитаном, все доверились его профессиональному чутью и той татуировке, которая бы не дала капитану забыть о правильных мыслях в своем чутье. Так заговорщикам удалось разделить Маргоба и самых преданных колдуну воинов, тех, которых им не удалось переманить на свою сторону. Среди них самым страшным и умным был Паук, сейчас это чудовище находилось по ту сторону холма от резиденции. Даже если Паук что-нибудь услышит или заподозрит, он не успеет вовремя подоспеть к месту событий, на его пути будут старые развалившие стены замка и каменные ямы, бывшие подвалы, которые чёрными провалами зияли в земле. Грызуна Трог не смог разместить настолько же далеко, но это чудовище в отличие от своего членистоногого собрата было далеко не настолько умно, он бы ничего не понял, даже если бы Маргоба убивали у него на глазах. Грызуну, когда его не мучил голод, всегда требовался прямой приказ, только после этого чудовище начинало действовать.
  Все было готово, все находились на своих местах, оставалось лишь дождаться середины ночи, того времени, когда большая часть армии будет спать. План был прост. Сейчас уже несколько существ в Армии Маргоба на деле совершенно не подчинялись лже-Хозяину, в первую очередь это были Яс и Трог. Также им удалось перетянуть на свою сторону нескольких держателей, начиная с Рин. Странное создание трудно было обмануть, и оно давно заметило нечто непонятное в поведение капитана. Им пришлось открыться, и Рин перешло на их сторону. Остальных держателей они заставили работать на себе почти силой, их просто заманивали в какое-нибудь укромное место во время очередного привала, где мастер проводил работу с татуировками, которые красовались на их полупрозрачных телах. И после завершения операции держатели переходили на сторону заговорщиков. Они все поддерживали Трога, в первую очередь именно капитана, а мастер оставался для них ещё одним слабым существом, неизвестно для чего созданным в лабораториях Чёрного колдуна.
  В эту ночь Трог сумел сделать так, чтобы преданные ему держатели охраняли пленников. Ведь самую важную роль в предстоящем бою должны были сыграть именно они, Страж и Инструмент, только с их помощью можно было одолеть колдовскую силу Маргоба. Сам Трог сегодня готов был даже умереть, лишь бы не дать Маргобу опомниться и продолжить подготовку к обряду Воскрешения.
  "Черный колдун не должен снова ходить по этой земле!", - так решил про себя Трог, когда пришло время. Он снял свою кольчугу, против магии это железо бессильно, взял в руки Кровопийцу и Меч Духа, и вышел из своей палатки.
  Была полночь, в нижнем лагере горело лишь несколько костров, у которых дремали сонные крысюки-часовые. А наверху огней не было, Маргоб и пленники не нуждались в свете. Только звезды освещали темные руины, где находился сейчас Новый Хозяин.
  - Можно начинать? - К Трогу подошел мастер, лицо его было бледным, но в руках он тоже держал оружие, небольшую саблю.
  - Да, или сейчас, или никогда. - Трог посмотрел на своего друга, и добавил, - Но тебе не надо сражаться. Зачем ты взял эту саблю?
  - Я не могу оставаться в стороне.
  - Нет, ты можешь. Ты должен! Это мой приказ.
  Яс нахмурился и Трог поспешил объяснить.
  - Ты сам сделал меня старшим, значит, ты должен слушаться меня. Если ты погибнешь в бою, мы останемся без мастера, который объяснит нам всё, что нужно будет сделать для окончательного изгнания Чёрного колдуна. Ты сам говорил, смерть Маргоба всего лишь отсрочка, а не решение вопроса. И, кроме того, у тебя есть дело - освободи Стража и Эйрика, когда охрана отвлечется на шум у палатки Маргоба.
  Кузнец понурил голову. Он понимал правоту друга, однако ему тоже хотелось принять участие в захвате Маргоба. В нем по-прежнему жил страх перед колдуном и в прямой схватке он надеялся изжить мерзкое чувство. Но Трог говорил правду. Могли погибнуть все вокруг, но для изгнания Чёрного колдуна нужно было по крайне мере двое - он и Эйрик, которого и требовалось освободить. И где-то в глубине у Яса мелькнула мысль - " И охотники". Он отбросил ее, не желая вспоминаться об этих крылатых чудовищах, причем здесь эти марионетки. Все детали можно обдумать позже, сейчас надо было действовать.
  Крысюки-часовые в лагере видели странные сборы своего командира, видели как по одному, по двое к нему стекаются держатели, образуя целый отряд, но ничего не делали, полагая происходящее прямым приказом Хозяина. Тем более отряд, когда собрался, поднялся наверх, к штабу. Палатка Маргоба находилась рядом со старой башней, полностью закрытая с одной стороны древними руинами, а с другой ее прикрывали кибитки. Там, рядом, в темноте ещё находилось несколько лошадей, распряженных на ночь. Животных оставили на небольшой лужайке, посреди каменных завалов разрушенной крепости, убежать оттуда лошади не смогли бы даже днем.
  Была лишь одна неучтенная деталь. Сегодня у палатки Маргоба имелась охрана. Агнарир таки сумел добиться прощения у хозяина за свои неизвестные грехи, он получил разрешение спать у порога своего властелина. Медузоподобное существо было единственной охраной, но это не сильно облегчало задачу заговорщиков. Победить Агнарира очень трудно, поскольку тварь умела быстро заживлять любые раны и почти не чувствовала ударов. Сама же она могла по одиночке поглотить любого из нападающих, и значит, нельзя было дать ей шанс выбрать эту жертву. Плохо было также то, что, сражаясь с Агнариром, они неминуемо разбудят Маргоба, и тогда им придется сражаться ещё и с магией. В таком случае победа заговорщиков становится очень труднодостижимой.
  Но не зря Трог выбрал для осуществления своих планов свое бывшее поместье. Кое-что здесь осталось целым, это были те самые подвалы. Ещё вечером Трог проверил их, а затем палатка предводителя была размещёна в точно указанном капитаном месте. Там, на самом деле, имелся ещё один вход, вход снизу. Старые подвалы не были полностью разрушены, некоторые переходы уцелели, хоть теперь и оказались скрыты обильно разросшимся лишайникам.
  По одному из таких проходов и повел Трог своих солдат. Они не собирались сражаться с Маргобом и его приспешниками, все должно закончиться быстро и без шума.
   Заговорщики медленно пробирались в полной темноте вслед за своим капитаном. Вскоре они достигли довольно узкого и длинного подвала, здесь было не так много мхов и лишайников как в других переходах, тут гуляли сквозняки, и оказалось на удивление сухо. Вдоль стен длинными трехэтажными рядами лежали бочки. Подвал когда-то служил винным погребом. Не все из бочек остались целы с давних пор процветания замка. Во многих зияли дыры, некоторые стояки вообще оказались разрушены. Трог почти ничего не видел в царящем вокруг мраке, вместо этого он принюхался. Некоторые бочки не были опустошенны, оказалось, что небольшая часть ещё прятала хорошее старое вино. Да только заговорщикам было пока слишком рано праздновать. Прямо над их головами, там, за старыми потолочными перекрытиями, находилась палатка Маргоба.
  Заговорщики нашли старый замшелый люк, он почти сливался с окружающими стенами. Незнающий человек не заметил бы его даже при дневном свете.
  - Зажигайте, - приказал Трог двум держателем за своей спиной. Псевдопризраки немедленно исполнили приказ и подожгли несколько факелов, которые были заранее припасены для этого дела. Существовал определенный риск, ведь Маргоб мог почуять запах дыма неподалеку, поскольку другой дым, дым костров из лагеря, почти не попадал на вершину холма. Но без огня победить каннибала было невозможно, приходилось идти на риск.
  - Приготовьте цепи, - Трог повернулся к другим держателям, у них в руках были небольшие железные цепи, где звенья заранее обработали специальным составом, созданным Ясом. Заговорщики не собирались убивать Маргоба, хоть и были готовы к этому, в случае если все пойдет не так. Сегодня они собирались лишь захватить каннибала, чтобы мастер смог осмотреть этого псевдо-Хозяина и найти источник его силы.
  - А вы, - Трог посмотрел на Рин и ещё двух держателей, - держитесь у входа. Ваше дело Агнарир, не дайте ему помешать нам.
  Рин и ее помощники должны были нейтрализовать чудовищную медузу. Способ для этого был найден, хоть он и казался немного жестоким. С Агнариром не собирались разговаривать, монстр давно доказал, что глух к словам. Его хотели просто облить особым раствором, который также приготовил мастер. Яс ещё в Фудауре заранее просчитал, что ему может понадобиться в ходе заговора, и подготовил для этого все материалы. Агнарира ждала смерть, впрочем, Рин мало трогала моральная сторона дела. Бесполое существо и сейчас оставалось спокойным и трезвомыслящим, и выглядело готовым к любому бою.
  Трог ещё раз оглядел своих солдат. За последнее время он даже перестал замечать плохой запах, который исходил от держателей. Теперь эти страшные существа казались ему вполне нормальными. Капитан начал привыкать к своим чудовищам, и ему было бы действительно жаль, если какое-нибудь из них сегодня умрет. Но выхода не оставалось, надо было начинать.
  Люк находился у дальней стены погреба. Раньше к нему вела деревянная лестница, но она давно прогнила и обвалилась, от нее сейчас остались лишь несколько трухлявых ступенек вросших в землю у самого потолка, снизу они походили на остатки потолочных балок.
  Впрочем, отсутствие лестницы никак не останавливало заговорщиков, около люка скопилась настоящая груда мусора. Она горой возвышалась почти до потолка. Старые вещи, выброшенные здесь, уже наполовину сами стали землей, они слежались и почти срослись, и можно было не опасаться, что они не выдержат заговорщиков. Ведь здесь все были или легкими как Трог и Яс, или же вообще парили над землей как держатели.
  - Вперед, - приказал Трог и сам, уже не задерживаясь, стал подниматься наверх. Один удар топором-Кровопийцей и люк слетел с петель. Зеленокожий капитан ворвался внутрь палатки Маргоба, сразу вслед за ним влетели держатели с факелами и зачарованными цепями.
  Новый Хозяин не спал, он опять говорил с кем-то. Мертвенно бледный полуголый каннибал стоял посреди своей палатки и, подняв руки, грозил кому-то кулаками. Когда раздался шум и посреди шатра оказался Трог, каннибал даже не сразу заметил его, он как будто ничего не слышал и не видел. Такая встреча даже заставила Трога немного растеряться. Он замер на мгновение, рассматривая безумное лицо Маргоба с выпученными белками и с раскрытым ртом, где красовались желтые кривые зубы, а потом развернул топор и плашмя ударил каннибала по голове. Маргоб от удара отлетел в сторону, к сундуку, где хранились различные ценности Нового Хозяина. Он упал, схватившись за сундук, и помотал головой, где все перемешалось - и недавний спор, и шок от удара.
  - Быстро, станьте с двух сторон около него!
  Держатели с факелами не замедлили выполнить приказ, они подлетели к Маргобу и встали по сторонам, стараясь, чтобы каннибал никак не мог закрыться от огня. Новый Хозяин взвыл.
  - Свет, - он закрыл лицо рукой, - уберите свет!
  Вместо ответа один из держателей поднес факел даже слишком близко. Кожа каннибала задымилась и на глазах начала покрываться волдырями.
  - А-а-а!!- взвыл Маргоб и почти не думая, инстинктивно ударил держателя. Лжепризрак отшатнулся, по нему со всех сторон поползли вверх зеленые нити, они не просто обвивали свою жертву, они старались впиться в нее, прорасти. Держатель уронил факел, пытаясь избавиться от этих мучительниц. Времени у заговорщиков оставалось все меньше и меньше. Понимая это, Трог ещё раз плашмя ударил топором Маргоба, и сразу отскочил в сторону, каннибал чуть не схватил его. Новый Хозяин корчился на полу, ничего не разбирая из-за света, но с каждой секундой он становился все опаснее и опаснее, все более и более собираясь с силами.
  - Оковы! Давайте оковы! - закричал Трог.
  В этот момент полог палатки откинули в сторону, холодный ветер ударил в лицо капитану. Агнарир спешил на помощь своему Хозяину.
  Слизняк ничего не успел сделать, его ждали. Поток специального раствора обрушился на него. Зашипев тварь, выскочила наружу, за ней недолго думая, поспешило Рин. А Маргоб начал подниматься с пола, вот он поднял руку и что-то заговорил, даже свет ему не мешал. Трог схватив цепи, бросился вперед, понимая, что настал тот момент, когда нужно действовать самому, и даже умереть, если так надо.
  Каннибал, увидев стремительно бегущего на него Трога, запнулся на полуслове,
  - Безумец! - завопил Новый Хозяин, и в этот момент Трог ударил его. Вдвоем, одним клубком они выкатились из палатки наружу. Там уже начинался шум, в лагере поднялась тревога. А сзади принялся разгораться огонь, оброненный факел сделал свое дело.
  Трог не смотрел по сторонам, он просто снова ударил Маргоба, а затем скрутил ему руки, и с силой, сдирая кожу пленнику, попытался одеть на него оковы. Ничего не получилось, Маргоб вывернулся, кверху взметнулся столб горячей воды. Это было новое заклинание, ничего подобного раньше Трог не видел. Ошпаренный капитан отлетел в сторону и тут послышался оглушительный крик, его ноты заставляли дрожать сердце и замирать на месте. Яс с его держателями, наконец, освободили Стража и Эйрика. Трог усмехнулся, теперь Маргобу не удасться победить. Сам капитан лежал на земле, готовясь к следующему удару магией после которого Трог умрет, но заговорщик все равно радовался тому, что, несмотря на это, они победят.
  Удара не случилось, слепящая молния остановила Маргоба и заставила того взвыть. Каннибал согнулся, схватившись руками за глаза. В следующий момент по нему ударил живой вихрь по имени Коэсса. Новый Хозяин отлетел в сторону, Страж последовала за ним, она уже подобрала цепи оброненные Трогом. Взмах, затем ещё взмах и каннибала опутало зачарованное железо. Страж обернула цепь даже вокруг его головы, прямо поверх рта, выдавив каннибалу зубы и придавив язык.
  - Вот и все, - она повернулась к Трогу, и тут страшный гул сотряс землю. Кто-то огромный бежал в темноте прямо на них. Трог, ослабший от магического удара, попытался подняться на ноги. У него не получалось, мышцы отказывались ему служить. А тяжелый топот был все ближе. Коэсса подбежала к Трогу и схватила того, как ребенка, капитан рад был бы отказаться, ему казалось, что лучше умереть, чем выглядеть слабым, но он не смог даже этого.
  Тут в руины ворвался обладатель тяжелой поступи. Грызун оказался не так глуп, как думали заговорщики, он бежал защищать своего хозяина. Страшное чудовище, не останавливаясь, разметало ближайших к нему держателей, и бросилось на Коэссу. Страж опять была на свободе, и для тугодумного Грызуна это означало, что во всем происходящем виновата именно она, ведь Страж уже не раз доказывала свою способность к созданию проблем. Поддерживающая Трога Коэсса была не способна увернуться, и она не могла бросить капитана, ведь тогда бы Грызун просто растоптал бы его.
  Чудовище, раскрыв огромный рот, бежало на них, а она пыталась спрятаться, отойти к башне, где Грызун не смог бы толком развернуться. В этот момент в бой снова вмешался Эйрик, так же, как он сделал это совсем недавно, когда молнией ослепил Маргоба. Его никто не просил об этом, Эйрик действовал сам. Электрический демон уже почти не был тем самым безвольным Инструментом, каким его создал когда-то Черный колдун. Эйрик не стал церемониться с Грызуном, чудовище нельзя было переубедить и даже просто остановить. Эйрик воспользовался тем пламенем, которое было на поляне, ведь огонь с палатки Маргоба уже перекинулся на стоящие рядом кибитки, сухое дерево загорелось и вспыхнуло, как будто облитое маслом.
  Эйрик создал странный разряд, он протянул его от огня до того места, куда вот вот должен был вбежать Грызун. Многотонное серое чудовище ничего не увидело, его маленькие глазки знали сейчас только одну цель - Коэссу. Грызун вбежал в установленную Эйриком точку и тут же вспыхнул, сбился с дороги, закружился на одном месте. Грызуну пламя не сильно вредило, ведь он сам был наполовину создан из огня. Но этого пламени оказалось слишком много, он не успевал его поглощать. Чудовище с ревом кружило по руинам, круша все на своем пути. Коэсса тем временем благополучно отошла в сторону. Грузын выл, пламя металось по его бронированной шкуре, а потом чудовище врезалось в старую башню родового поместья Трога и та обрушилась на него. Камни завалили чудовище и оно, наконец, затихло и замерло. Грызун был мертв.
  Яс подошел к Трогу, капитан приходил в себя, он слабо шевелился, и уже был не настолько беспомощным, как минуту назад.
  - Вот и все, - мастер, улыбаясь, повторил недавние слова Коэссы.
  - Все? - переспросил Трог, в его голосе слышалась ирония. - А где же тогда Маргоб?
  Когда Коэсса тащила его на себе, Трог видел, что каннибал очнулся, он не мог избавиться от цепей и просто беспомощно барахтался. А потом рядом вдруг появился Глаз. Наблюдатель бесстрастно посмотрел на Хозяина, затем исчез и тут же снова появился, но теперь он был не один. Несколько небольших паучков схватили беспомощного Маргоба и поволокли куда-то. Вслед за ними поспешил и наблюдатель. Трог видел, да только ничего не мог поделать. Собственная слабость и беснующийся Грызун помешали ему.
  - Маргоб сбежал? - Страж возмутилась, выслушав слова Трога. - Ему помог наблюдатель?! - Она не могла поверить в происходящее. - Неужели все надо начинать сначала?
  Растерянные заговорщики стояли в огненном зареве беснующегося вокруг пожара. Заговор удался, но у них получилось только полдела, настоящего избавления они не добились. Нужно было искать Маргоба и предателя Глаза, пока каннибал снова не обрел свою силу.
  
  Глава 22
  К утру лагерь чудовищ почти успокоился. Теперь, когда не осталось Нового Хозяина, большая часть ничего не подозревавших солдат были растеряны. Лишь некоторые из них сбежали вместе с Пауком, остальные просто бродили взад вперед, не зная, куда теперь податься, и можно ли вообще уходить, вдруг Хозяин вернется.
  Заговорщики ничем этим не занимались, они сидели наверху, среди остатков полусгоревших кибиток, размышляя как же теперь быть дальше. О судьбе остальных солдат армии Маргоба они не задумывались, пока к Трогу не подошло несколько крысюков из лагеря внизу.
  - Капитан, - робко позвал один из них.
  Трог в раздражении повернулся. Тяжелая ночь, бой и магический удар Маргоба сделали свое дело, он падал от усталости, и лишь необходимость немедленных дальнейших действий удерживала его от сна. Большая часть заговорщиков ощущала себя не лучше, только Страж и Эйрик были в форме и готовые хоть сейчас преследовать предателя Глаза и каннибала.
  - Что тебе?! - рявкнул Трог, его глаза слипались, он почти не разбирал с кем разговаривает, но крысюков не обязательно видеть, их можно и чувствовать. Солдаты, подошедшие к нему, не мылись уже несколько дней.
  - Капитан, - на крысюка строгость Трога не произвела ни малейшего впечатления, - в лагере не осталось старших начальников, все старшие офицеры кроме вас куда-то делись. Капитан, что нам делать? - в этом вопросе прозвучала вся та растерянность, которая овладела солдатами из разваливающейся на глазах армии.
  До этого момента Трог даже не вспоминал, что кроме них в армии Маргоба служило ещё множество подневольных солдат, может быть и чудовищных с виду, но, как он убедился за последнее время, не таких уж плохих по большой части. Тех тварей, которых он больше всего не терпел, сейчас здесь уже не было. Паук и ещё несколько монстров сбежали вместе с Хозяином, Грызун погиб. Армия лишилась самых кровожадных чудовищ из Одинокого Шпиля. Сейчас тут оставалось множество крысюков, слизистых ящериц, держателей, среди массы которых попадались некоторые более экзотические монстры, но все они без единого управляющего стержня были безобидны. "Пока безобидны", - напомнил себе Трог. Стоит Маргобу вернуться, и он с легкостью захватит власть над слабыми, ведь с этими солдатами никто не работал, татуировки верности все ещё украшают плечи большинства из них.
  - Так, - подумав, решил Трог. - Вернитесь в лагерь, и пока живите по обычному лагерному распорядку. Через некоторое время я спущусь и объявлю вам дальнейшие приказы.
  Капитан фактически ничего не приказал крысюкам, но даже такого внимания оказалось достаточно, чтобы успокоить их. Они все как один заверещали, и вот такой шумною толпою вернулись в лагерь, похожий сейчас на потревоженное осиное гнездо.
  - Нам нельзя бросать их вот так, - Трог повернулся к мастеру, тот сидел на небольшом бочонке, добытом в заброшенном подвале, и все это время спокойно попивал вино из глиняной кружки, взятой там же.
  - Кого Их? - спросил Яс, он был расслаблен и спокоен, доброе вино помогло ему забыть неприятности последних месяцев.
  - Остальных, - Трог кивнул в сторону лагеря. - Нам нужно помочь им.
  - У нас нет времени! - Тут в разговор вмешалась Коэсса. - Маргоб уходит, если мы дадим ему время, он скоро будет даже сильнее, чем был!
  - Мы все равно не знаем, куда он сбежал. А, бросив здесь его солдат с его клеймом, мы ничего хорошего этим не добьемся. Нужно реорганизовать армию, пока у нас есть такая возможность, и при случае, может быть, даже повернуть ее против бывшего хозяина!
  Коэсса ничего не ответила, хотя было понятно, что она не верит в слова капитана. Какая реорганизация, говорили ее глаза, какая вообще помощь может быть от этих чудовищ, в которых не осталось ничего человеческого. Но она ничего не возразила вслух, и этого было достаточно для Трога. Остальные же заговорщики просто молчали, ничем не показывая своего отношения к новому спору. Лишь Яс был немного встревожен.
  - Это же сколько надо работать, - вполголоса заметил мастер, вспоминая все те орды крысюков и ящериц, которые крутились сейчас там, внизу, в лагере. - Несколько дней, не меньше. - Он снова налил себе вина, пытаясь хоть так избавиться от мыслей о будущей неизбежной работе. В ее неизбежности уже нельзя было сомневаться, Трога не переубедить.
  - Значит, решено, сначала разберемся с армией Маргоба, а после можно будет заняться им самим. - Зеленокожий капитан подвел итоги совещания. - Теперь немного отдохнем, а потом за дело. Ты, Яс покажешь, что нужно делать с татуировками, может кто-то из нас сможет делать то же самое. А если нет, то значит, мы постараемся как можно больше облегчить твой труд. Но сначала надо отдохнуть.
  Уже через три часа мастер работал с татуировками сержантов в их армии. У него не хватало материалов, он много ругался, но все его терпели, ведь теперь Яс считался вторым лицом в их новой армии, предводителем которой объявил себя Трог. На самом деле он не собирался долго задерживаться в этой роли. Лишь ровно настолько, чтобы поймать Маргоба, вывести всех чудовищ из Кадорафа, устроить их где-нибудь и после этого, наконец, забыть обо всем, что связано с замком "Одинокий Шпиль".
  Сейчас Трог занимался хозяйственными делами. Как выяснилось, не все солдаты имели татуировки верности, их удостоились только вожаки, ставшие позже сержантами. Остальная серая масса обходилась без них, связанная простой магической присягой и обещаниями, которыми Маргоб щедро одаривал их. С присягой было сложнее всего, Трог не знал ничего подобного и даже мастер ничем не мог ему помочь. Здесь капитана неожиданно выручил Эйрик. Он рассказал о сути присяги. Ее использовали в основном для достаточно примитивных существ, и фактически она подменяла собой заветную мечту солдата. С любым более развитым существом, даже как те же вожаки, этот фокус не проходил, но для простых крысюков, чей мозг деградировал за годы службы в Одиноком Шпиле, это подходило как нельзя более лучше.
  Сейчас Трог, не имея в запасе таких заклинаний, решил обойтись простой воспитательной работой. Он провел несколько небольших митингов, где объяснил солдатам их будущие задачи. Более серьезный разговор у него состоялся с теми вожаками, над которыми уже закончил свою работу Яс. Как ни странно, большая часть из них вполне поняли Трога и готовы были признать его своим командиром. Разговаривая с ними, он замечал такие детали в их характерах, о которых даже и не думал раньше. Пусть эти существа и были чудовищами, они вовсе не стремились разрушать и убивать, они хотели нормальной жизни, в стороне от всякой магии.
  Хотя имелись и полные безумцы. С этими разговор был коротким, - вы свободны, идите куда хотите, и лучше не попадайтесь мне на глаза. Странно, да только после таких слов ушло лишь несколько чудовищ. Трог лично проследил, чтобы они покинули лагерь ни с кем не общаясь и никому не навредив.
  И вот капитан заканчивал разговор с очередной парочкой сержантов. Это были ящерица почти в рост человека, с большой пастью и кривыми цепкими руками, и держатель, почти ничем не отличающийся от своих собратьев, только запах у него был менее явным, чем у остальных. Они разговаривали в специальной палатке посреди солдатского лагеря, которую Трог заранее освободил от предыдущих обитателей.
  - Тревога! Тревога! - в палатку вбежал растрепанный крысюк, шерсть его стояла дыбом, короткий кафтанчик весь помят и в грязи. Испуганно пощелкивая зубами, крысюк замер посреди палатки, оглядел сидящих, и снова завопил:
  - Тревога! Тревога!
  - Какая ещё тревога? - Трог не мог так сразу переключиться с одного дела на другое, тем более три часа отдыха почти ничего не дали ему.
  - Командир, - крысюк своими маленькими глазками буквально свербел капитана. - На нас напали, командир! - Лапкой вестник показал куда-то наверх, на потолок. - Нас хотят убивать, уже пожгли дерево!
  Трог не стал больше ничего спрашивать, он хоть почти ничего и не понял из слов крысюка, но все же главное было понятно. Лагерь в опасности.
  Ему не пришлось бежать далеко. Выскочив из палатки, Трог сразу увидел в чем дело. Над лагерем кружило двое охотников. Они, подобно драконам, то снижались, чтобы поджечь или облить кислотой очередное дерево в лагере, то снова взлетали вверх. Плавными кругами они кружили над головами перепуганных чудовищ, сея хаос и смятение.
  - Охотники?! - Трог не мог поверить в увиденное.
  Все это время Маргоб гонялся за этими двумя крылатыми чудовищами. Они казались неуловимыми, но стоило Новому Хозяину исчезнуть, как они появились, чтобы сражаться. И тут Трог заметил кое-что ещё. Там, на холмах, среди неровных зарослей кустарников кто-то двигался. Капитан плохо видел, он не мог разобрать смутные тени мелькающие вдалеке. Он подозвал ящерицу, с которой недавно разговаривал.
  - Скажи мне, что происходит там, на холмах, - он махнул рукой в нужном направлении.
  - Сюда двигаются десятки людей, - ящерица облизнулась и нервно посмотрела по сторонам. - Много людей. И они вооружены. - Она замолчала, выжидая решения командира, в ее глазах был страх.
  Трогу не надо было объяснять, в чем дело. За всеми своими заговорами они забыли, на чьей земле находятся. Правитель Кадорафа узнал о них, странным было только то, что охотники тоже встали на сторону князя. У капитана совсем не оставалось времени.
  - Поднимайте белый флаг, - приказал он. - Нам нужно время, нам нужны переговоры.
  
  Князю не хотелось лишней крови. Когда в окруженном лагере чудовищ вдруг подняли белый флаг, он приказал остановить начавшуюся было атаку. Маги поддержали своего владыку, а вот охотники были не в восторге. Да только сейчас их мнение не играло большой роли, они лишь помогали князю в его деле. Им оставалось надеяться, что переговоры сорвутся и после этого можно будет покончить с надоедливым каннибалом. Охотники понимали, что вечно убегать у них не получится. А вот в то, что каннибал будет их вечно преследовать, вполне можно было поверить.
  Маргоб на переговорах не появился. Со стороны чудовищ пришло несколько представителей. Возглавлял их уже знакомый охотникам зеленый карлик, оказавшийся, как выяснилось, бывшим Воином Чести, а помощниками у него служили мастер-кузнец из Одинокого Шпиля и Страж, в Кадорафе она называлась Светлой Эссой.
  - А где ваш колдун, Маргоб, кажется, так его зовут? - князь не стал тянуть время, и сразу спросил то, что интересовало его сейчас больше всего. Долин, стоявший за спиной владыки, даже вытянул шею, чтобы лучше услышать ответ.
  - Он больше не с нами. Мы выгнали его, - прозвучал краткий и не слишком понятный ответ. Даже князь немного растерялся, услышав такое.
  - Кто же тогда среди вас главный?
  - Я, - вперед выступил Трог. - Я буду говорить от имени всех находящихся в этом лагере.
  Князь помолчал. Охотники примерно описали ему, как выглядят сейчас Торгаур и Светлая Эсса. Судя по всему, оба сейчас стояли перед ним. Теперь следовало выяснить, не затронуты ли они безумием или чем-нибудь похожим.
  - И как тебя зовут? - спросил князь.
  Трог ответил не сразу. В последнее время произошло очень многое, слишком многое. Действительно, как ему теперь называться? Он был у себя на родине, стоял рядом с руинами родного замка. Какое имя подходит для него? Ему не хотелось говорить князю, что он Торгаур. Зачем им знать это, ведь теперь он выглядит как чудовище, зеленый карлик с непомерно длинными руками, он слишком страшен, чтобы в таком виде требовать свое прошлое имя.
  - Меня зовут Трог. Я бывший хранитель сокровищницы в замке "Одинокий Шпиль". Теперь же я предводитель всех собравшихся за моей спиной.
  - А это твои помощники? - князь кивнул в сторону Яса и Коэссы.
  - Да, - подтвердил Трог, его настораживали вопросы князя. Зачем ему знать имена, ведь он пришел просто выгнать со своей земли незваных гостей. Да и все имена ему, наверняка, рассказали охотники, не зря же они стояли сейчас за его спиной.
  Князь улыбнулся.
  - И вы восстали против своего колдуна?
  Трог озадаченно кивнул.
  - Я рад, что вы это сделали. Я рад, что нам не пришлось сражаться с вами. Я рад видеть вас на своей земле, Воин Чести Торгаур и великая целительница Светлая Эсса! - Князь рисковал, говоря все это. Но ведь в худшем случае его могли неправильно понять, а в лучшем он выигрывал для страны двух знаменитых героев. Здесь стоило рисковать.
  
  Не сразу Трог и Коэсса поверили в происходящее. Трудно было вот так неожиданно вернуться. Особенно тяжело пришлось Стражу, ведь сейчас она не умела исцелять, она могла только убивать. И теперь, когда угроза сражения отошла на второй план, надо было во всем разобраться. Князь решил поговорить с героями Кадорафа с глазу на глаз, чтобы ничего не мешало им в этом серьезном разговоре, даже маги остались сегодня в стороне.
  Остальные же пока просто отдыхали. Маги, испросив разрешение Трога, решили немного побродить по лагерю, их многое интересовало. В сопровождение им дали нескольких солдат, для того чтобы избежать различных курьезов. Те же крысюки могли запросто попробовать подшутить над серьезными людьми в мантиях волшебников.
  Воины из дружины князя предпочли не заходить во вражеский лагерь. Несмотря на переговоры, они пока с настороженностью относились к чудовищам. Охотники, для которых вид шумящего лагеря напомнил тяжелые дни в Одиноком Шпиле, тоже не слишком горели желанием гулять по нему. Они отдыхали на небольшом пригорке, чуть в стороне от всех остальных. Их обоих все происходящее не слишком заботило, ведь это ни на шаг не приближало их к разгадке смерти Чёрного колдуна. Проклятие шевелилось где-то внутри них, требуя действий. Пока это ещё можно было терпеть, но уже скоро зов проклятия может оказаться невыносимым.
  Охотники молча сидели, их не тянуло на разговоры. Лоэлин нахохлившейся вороной разглядывал пустынный пейзаж перед собой, Долин, уже вдоволь насмотревшийся на все эти просторы, вертел в руках головоломку полученную ими от Водяных. Он так и не понял ее принцип, эта странная вещь казалась непостижимой. В чем она может быть связана с золотым кинжалом? Насколько Долин помнил, кинжал создал сам колдун ещё в молодости, когда он нуждался в подобных артефактах поддержки. Может, он когда-то создал и эту вещь? Загадочный кубик совсем не походил на кинжал, Долин даже не мог понять, из чего сделана головоломка.
  - Привет, - раздался рядом чей-то голос, Долин поднял голову и увидел стоящего рядом кузнеца. Охотники плохо помнили это существо. С мастером-кузнецом судьба сталкивала их нечасто и всякий раз на довольно короткое время. Сейчас, как они поняли, он был помощником зеленого карлика, бывшего героя по имени Торгаур.
  - Здравствуй, - поздоровался с мастером Долин, Лоэлин же просто кивнул, не желая сейчас никаких разговоров.
   Яс видел это. Впрочем, он уже не раз сталкивался с тяжелыми характерами, он мог понять охотников, тем более у них были причины для мрачного настроения.
  - Я присяду рядом? - спросил он, ближайший к нему охотник кивнул и даже немного потеснился, хотя на пригорке хватило бы места для половины княжеской дружины.
  - Занятная вещь, - после некоторого молчания мастер показал на кубик, который беспрерывно вертел в руках его сосед-охотник. - Откуда он?
  Долин немного подивился этому неожиданному интересу кузнеца, ведь не ради этого же мастер пришел сюда. Но скрывать охотнику было нечего, сейчас у них не осталось тайн.
  - Головоломка, - он чуть приподнял кубик так, чтобы лучи солнца напрямую осветили его. - Нам подарили ее Водяные.
  - Люди Поймы?! - Яс не ожидал такого откровения, но он быстро спохватился и собрался. Лишние вопросы сейчас были ни к чему. Мастер продолжил разговор, стараясь, чтобы голос его звучал грустно, - а я пойму толком и не увидел. Мы тогда попытались бежать от Маргоба, было довольно темно, я понял лишь, что вокруг сырость, грязь. Мы бежали по темным коридорам, а потом нас поймал Паук. Людей Поймы я так и не увидел. А мне так нравиться видеть новые лица, узнавать новые вещи.
  Для Долина подобная откровенность со стороны Яса стала неожиданостью, он сочувственно поглядел на мастера:
  - Так вы все это время были пленниками каннибала?
  - Почти. Сначала он держал нас под запором, потом он счел меня годным для татуировки верности.
  - Для какой татуировки? - не понял Долин.
  - Он ставил всем своим командирам специальное клеймо на плечо, так, чтобы те были вынуждены служить Новому Хозяину.
  - Это прямо как наше проклятие, - покачал головой Долин. - А я то все думал, как Маргобу удалось собрать и удерживать вместе столько разных существ.
  - Над вами висит проклятие? - Яс почти ожидал такого признания со стороны Долина, ведь как ещё колдун мог заставить охотников даже после смерти служить себе.
  - Да, Черный колдун проклял нас перед смертью. Теперь мы вынуждены искать его убийц. И этот кубик, - Долин снова приподнял головоломку на ладони, - тоже как-то связан с нашими поисками. Колдун проклял нас, но, правда, он пообещал, что если мы найдем его убийц, мы снова станем людьми, - сказав это, охотник тяжело вздохнул.
  - А я, честно говоря, - в разговор вступил и Лоэлин, - уже и забыл что это такое, быть человеком.
  - Я тоже, - признался мастер. - Я почти ничего не помню из своего прошлого до превращения. Такое чувство, будто я всегда был кузнецом в Одиноком Шпиле. Знаю только свое имя - Яс, но даже не могу сказать настоящее ли оно.
  - Нам колдун имена не менял, - снова говорил бывший студент. - Я остался Лоэлином, а это мой друг Долин. Я никогда не видел его в другом облике.
  - Как и я тебя.
  - Всем нам досталось от колдуна, - грустно кивнул мастер. - Хотя раньше мне казалось это работой гения, заставить так страдать стольких живых тварей одновременно. Я ничего не знал кроме этого. Лишь работал и работал на Чёрного, помогая создавать все эти артефакты из живых людей.
  Долин не сразу понял, о чем говорит кузнец. При этих словах ему вспомнился Стерегущий море, то, как колдун ставил свой эксперимент, используя пленного пирата.
  - Черный колдун тоже создавал артефакты из живых людей? - спросил между тем Лоэлин.
  - Бывало и такое, кое в чем я ему помогал.
  - А вот этот золотой кинжал, ты его помнишь? - Лоэлин достал из сумки кинжал, его золото давно не блестело, оно было словно покрыто оспинами, кровь колдуна навеки въелась в драгоценный металл.
  Яс взял протянутую вещь и внимательно осмотрел ее. В ней было что-то знакомое, но мастер никак не мог вспомнить что именно.
  - Я припоминаю, - нерешительно произнес он, - это было так давно. Слишком давно.
  Оба охотника с жадным интересом ждали дальнейших слов мастера. Они никак не ожидали всего этого, тайна смерти колдуна вдруг как будто приблизилась, готовая вот вот перестать быть загадкой.
  - Так давно, - снова повторил мастер. - У него было немного подобных вещёй, и все он создал ещё в юности. И это не были живые люди, скорее наоборот, - тут кузнец покачал головой, - не могу вспомнить, что именно.
  - Может тебе поможет это? - Долин протянул Ясу кубик-головоломку. - Водяные сказали, она поможет нам раскрыть тайну золотого кинжала, но мы сами никак не можем ее разгадать.
  Яс задумчиво посмотрел на кубик.
  - У вас есть ещё что-нибудь? - спросил он.
  - Только золотое ожерелье, оно не магическое, лишь было свидетелем чего-то значительного. И его обменяли на девушку как раз незадолго до смерти Чёрного колдуна. Вот оно, - Долин отдал мастеру и ожерелье.
  Кузнец разложил перед собой на траве все три вещи. Он просто разглядывал их, не трогая, не переворачивая, не изучая устройство. А охотники терпеливо ждали его слов, не решаясь даже слабым движением нарушить создавшуюся тишину. Мастер смотрел и смотрел, он почти не размышлял, он просто пытался вспомнить. Кубик, кинжал, ожерелье. Он поднял головоломку и разобрал ее, сделав это так просто, будто здесь не было никакой загадки. Кубик превратился небольшую серую лягушку, мастер провел пальцем по ее голове, и она словно ожила. Глаза-бусинки посмотрели по сторонам, рот раскрылся, и тут Яс снова погладил ее пальцем. Лягушка замерла и сложилась обратно в кубик. Вот теперь мастер вспомнил.
  - Как это у тебя получилось? - Долин не удержался от вопроса, превращения кубика заворожили его, он даже немного забыл о висящем над ним самим проклятии.
  - Это всего лишь безделушка, - ответил Яс. - Но она действительно помогла мне.
  - Ты вспомнил?!
  Ясу не хотелось отвечать. Теперь он знал разгадку, но перед ним возникла дилемма. Ключ к тайне смерти колдуна находился рядом. Однако если охотники узнают его, они снова станут людьми, что не избавит их от преследований Маргоба. Сначала нужно было покончить с этим безумцем, нужно было покончить с тем, что руководило каннибалом, настойчиво пытающимся провести обряд Воскрешения.
  Теперь, после сегодняшнего разговора, мастер понимал, почему Маргоб так стремился изловить охотников. Они были последними, кто видел колдуна живым, они были свидетелями его смерти, они же искали его убийц. И то и другое важно для обряда Воскрешения, просто с убийцами этот обряд становится надежнее, тем более, чаще всего, убийцы и есть последние свидетели жизни умершего. Но иногда обряд проводят и без принесения в жертву убийц. Здесь можно обойтись лишь сторонними свидетелями, хотя такое и создает некоторые нежелательные побочные эффекты. А терпение колдуна, похоже, лопнуло, потому Маргоб так настойчиво преследовал охотников.
  - Так ты вспомнил или нет?! - охотники не понимали молчания кузнеца. Близость возможного освобождения от проклятия пробудило в них нетерпение. Оба встрепенулись, расправили крылья - хищники, чье когти вот вот достанут свою добычу.
  - Лишь кое-что, - нехотя признался мастер.
  - И ты можешь сказать нам, где искать убийц?
  - Могу, но сначала вам надо узнать кое-что другое.
  И Яс рассказал им об обряде Воскрешения. Охотники не сразу поверили ему, им не хотелось верить. Но мастер умел убеждать, тем более у него были доказательства. Им пришлось поверить.
  - Значит нам не найти спасения, пока Маргоб остается жив? - спросил Долин.
  Яс покачал головой, где-то он все это уже слышал.
  - Маргоб всего лишь марионетка, - мастер говорил как учитель, который в сотый раз повторяет материал урока. - Важен не он сам, важно то, что двигает его. Мы должны узнать, почему Маргоб решил стать наследником Чёрного колдуна, и удалить именно эту первопричину! Иначе, после смерти каннибала, появится новый претендент, и он будет делать все то же, чем занимается Маргоб. Нам почти удалось поймать Маргоба, и если бы не сражение с Грызуном, кто знает, может уже сейчас, тайна была бы раскрыта.
  - Об этом нужно узнать князю, - Лоэлин размышлял более трезво, чем его друг. - Только с его помощью мы сможем быстро найти Маргоба, и с его же помощью победить эту тюремную крысу, даже если каннибал уже восстановил свои магические силы.
  - А что после того, как мы поймаем его и узнаем причину, что тогда? - Долин все ещё не мог понять, как именно они избавятся от призрака Чёрного колдуна. Ведь это он, судя по всему, был первопричиной всех зол.
  - Тогда нам нужно будет провести обратный обряд. Мы окончательно изгоним Чёрного колдуна. И для этого у нас теперь есть все, кто нужен. Есть Инструмент, это электрический демон Эйрик, он создаст все, что нужно для обряда. Есть мастер, это я, никто кроме меня не знает всех деталей обряда, и потому только я могу провести его. Есть вы, свидетели смерти, - тут кузнец немного запнулся, - вы же станете окончательными свидетелями. И у нас есть Страж, та, кто не подчиняется духу колдуна, ее способность сопротивляться воле призрака может помочь нам.
  - Это все, или ты что-то недоговариваешь?
  Яс вздохнул, Долин как будто видел его насквозь.
  - Желательно ещё хорошее место для обряда. Не всякая земля годится для этого. Но решить эту проблему нам уже не под силу, остается только надеяться на волю случая.
  - Хорошо, это все равно лучше, чем ничего. А пока, значит, нам нужно поймать Маргоба. Ещё бы знать, куда он сбежал. - Лоэлин посмотрел на громадные горы, синеющие на горизонте. - И знать, сможем ли мы попасть туда, куда он сбежал.
  - Сможем, - коротко сказал Яс. - А после всего этого я раскрою вам загадку золотого кинжала и проклятие больше не будет преследовать вас. Вы снова станете людьми.
  - Станем людьми, - голоса охотников звучали как эхо.
  
  И Трог и Коэсса были восхищены князем. Этот человек, общительный, располагающий к себе, не мог не понравиться. Тем более он хотел понравиться, двое внезапно возникших из ниоткуда героев Кадорафа были нужны князю, они своим появлением должны были укрепить дух людей бывшего королевства. Хотя, конечно, князь понимал, что теперь оба героя стали несколько другими. Если светлая Эсса даже в состоянии Стража выглядела прекрасной, то нынешний Торгаур был не столь заметен. Можно было понять, почему ему не хотелось признаваться в своем происхождении.
  Впрочем, для князя внешний вид героев не имел особого значения. Главное это имена и те люди, которые потянутся за ними. А может быть и нелюди. Когда князь узнал о бегстве Маргоба, он несколько по-другому взглянул на оказавшихся у границ Кадорафа чудовищ. Сейчас они были просто беженцами, отвергнутыми в родной Гооб. Для колдунов эти существа являлись врагами. Князь не считался бы хорошим политиком, если бы он не видел в подобных казусах возможности укрепить Кадораф. Тем более лидером беженцев был славный герой королевства, человек, доверие к которому нельзя выразить простыми словами.
  Сначала они просто говорили о прошлом. Страж и Трог вспоминали те дни, когда они ещё счастливо жили в Кадорафе, о своих друзьях которых уже не было в живых. А князь рассказывал о себе небольшие истории, не очень серьезные, в которых порой трудно было понять, где правда, а где вымысел. Наговорившись, они расстались друзьями, князь отправился к своим людям, а Трог с Коэссой вернулись в лагерь чудовищ. Там царила нервозность, которую зеленокожий капитан быстро рассеял, пояснив, что солдаты Кадорафа не будут на них нападать.
  Князь же тем временем слушал доклад магов, которые изучали лагерь чудовищ. И к вечеру правитель Кадорафа принял решение. Было устроено совещание прямо под открытым небом, посередине между лагерем чудовищ и отрядами княжеских дружинников.
  - Я хочу помочь вам, - так начал этот совет князь. - Черный колдун страшный враг Кадорафа, и мы не можем допустить даже малейшего шанса на его возращение. Сейчас, когда он исчез, у нашего княжества появилась возможность реванша, - князь оглядел притихшие лица и усмехнулся. - Я не говорю о войне, хотя и это возможно. Кадораф просто восстановит то, что было утрачено из-за предательств. Но все это будет сделать легче, когда нет Чёрного. Если ваш Маргоб сумеет провести обряд, это будет также плохо для нас, как и для вас.
  Долин потупил голову, чтобы не выдавать свои чувства. Для них Воскрешение будет несколько хуже, ведь именно охотники должны стать жертвами на этом обряде.
  - Мои маги примерно выяснили, куда бежал Маргоб. Он направился прямиком в сторону Безымянных гор. Можно было бы махнуть рукой после этого, ведь оттуда ещё никто не возвращался. Но ведь то были простые люди. Нам нельзя полагаться на это. Значит, нужна экспедиция, которая отправится в Безымянные горы, найдет Маргоба, выяснит, что заставляет его делать все это, и после проведет обряд Изгнания. - Князь замолчал, ожидая реакции на свои слова.
  - Я недавно попробовал залететь в эти проклятые горы, - первым решился Лоэлин, его студенческая сущность не слишком признавала большие авторитеты. - Так я там действительно чуть не остался навеки. А ведь я не совсем человек, - охотник при этих словах раздвинул за спиной свои внушительные крылья.
  - Согласен, - в глазах князя блеснули веселые искорки, - горы опасны. Но вам повезло. В Кадорафе давно готовилась подобная экспедиция, Безымянные горы давний объект научных интересов моих магов и алхимиков. Но у нас недоставало сил до конца осуществить все это. Теперь же, эти силы у нас появились, - князь провел перед собой рукой, показывая на стоящих перед ним людей и чудовищ, - как и действительная Ненаучная необходимость.
  - Значит, у вас есть какая-та защита от магии Безымянных гор? - поинтересовался до этого скромно стоящивший в сторонке Яс.
  - Я не очень разбираюсь в этом, - скромно признался князь, - но кое-что у нас имеется. Но сначала давайте выясним, кто именно нужен нам для этой экспедиции.
  - Мы все готовы идти, - выступил вперед Трог. - Для нас Возрождение Чёрного колдуна хуже, чем смерть. У нас просто не выхода.
  - Это хорошо, - и хотя лицо князя при этих словах казалось вполне спокойным, капитану показалось, что нечто мелькнуло среди морщинок правителя, как будто внутри князь весь напрягся. - И все же, кто именно необходим для этого?
  Снова заговорил мастер, он был здесь единственным, кто действительно разбирался во всех колдовских обрядах.
  - В первую очередь нужен Эйрик, кроме него никто из нас не может подготовить нужные детали для церемонии. Или ваши маги...
  Старший маг стоявший рядом с магом предупреждающе поднял руки:
  - Все эти обряды плохо изучены в Кадорафе, они больше связаны с колдовством Гооб, чем с нашей школой магии. Мы не может гарантировать успеха.
  - Значит, остается только Эйрик, - спокойно констатировал Яс, нисколько не обидевшись на то, что его перебили. - Затем должен быть тот, кто управляет обрядом, это я. Нужны свидетели, это охотники. И, наконец, нужна страховка, то, что может помочь нам в случае возможных трудностей, это ваши маги, великий князь, и Коэсса.
  - Светлая Эсса? А она зачем нужна для этого?
  - Она единственная из нас кто может противостоять влиянию призрака Чёрного колдуна. Мы не все знаем о Маргобе и о том, что им двигает. Потому нам нельзя рисковать.
  Князь недовольно нахмурился, он не думал, что ему придется рисковать жизнью Светлой Эссы. Было бы куда более хорошо направить ее прямиком в Кадораф, где с ней начали бы работу целительницы и маги. Может быть, им удасться восстановить хоть часть ее бывших способностей. А даже если у них ничего не получится, Светлая Эсса все равно станет живым символом для гвардии Кадорафа, где ценят умение владеть клинками.
  - Но по крайне мере Торгауру в горы идти не нужно? - спросил князь.
  Трогу не понравился этот вопрос:
  - Даже если это так, я все равно должен помочь своим друзьям. Я не могу оставить их просто так! Колдун ведь и мой враг!
  - Да, это так, - согласился князь. - Однако, кто тогда поможет им? - Он показал рукой в сторону лагеря чудовищ. - Ведь у них нет другого такого лидера. Как быть им?
  Трог молчал, он не задумывался до этого над такими вопросами. Армия чудовищ не могла больше существовать такой, какой она была все это время. И здесь не имелось никакого Одинокого Шпиля, который мог бы поглотить всех обитателей военного лагеря внизу.
  - Я предлагаю тебе, Торгаур, остаться с ними. Этим ты больше поможешь Кадорафу, чем если будешь преследовать по горам старого каннибала.
  - Как? - Трог не мог понять, в чем дело.
  - Ты снова станешь моим лордом. А эти существа станут твоими людьми. Сейчас вся южная граница Кадорафа, все эти земли вокруг пустуют. Вы поселитесь здесь, и станете оплотом нашего нового королевства в этих краях.
  - Вы готовы терпеть рядом с собой таких чудовищ как мы? - Трог не мог поверить в услышанное.
  - А почему нет? Люди в Кадорафе привыкли к чудовищам. Ведь нас со всех сторон окружают страны, населенными странными расами с необычными законами и порядками. Вы же будете частью нас, и я надеюсь, вы будете полезной частью нас.
  Трог не стал больше спорить, он и так понимал, какую внутреннюю борьбу пришлось пережить князю, прежде чем принять подобное решение. Это было гораздо больше, чем смел надеяться зеленокожий капитан, гораздо больше.
  - Князь, вы не пожалеете об этом. Я и мои солдаты готовы хоть сейчас принести вам присягу, - с этими слов он достал из-за плеч Меч Духа и подошел к правителю. - Мой меч теперь и ваш меч, Князь! - Трог встал на одно колено и, коротко поклонившись, вручил свое оружие своему новому повелителю.
  Так была принесена присяга князю, и Трог снова стал Торгауром, лордом Кадорафа.
  
  А на следующий день все кроме него покинули лагерь чудовищ и отправились в Кадораф, для того чтобы подготовиться к экспедиции в Безымянные горы. Торгаур остался восстанавливать свое бывшее родовое имение, оно должно было стать новым оплотом на южной границе, защищающим Кадораф от любых врагов. Не все чудовища остались служить в дружине Трога, некоторые предпочли мирную жизнь в заново отстраиваемых деревнях неподалеку. Но все они обрели здесь, на этой земле, новую родину.
  
  Глава 23
  Горы не были настолько недоступны, как считала большая часть людей Кадорафа. Несколько лет назад в горы ушел, поссорившись со всеми, с кем только мог, один старый колдун из Гооб. Сначала он немного пожил в Кадорафе, работая с магами, но потом, видимо узнав о планах войны с Гооб, решил уйти дальше, чтобы быть в стороне от всякой политики. Безымянные горы показались ему лучшим решением. Он ушел, и все думали, что он пропал так же, как многие до него. Но затем, вдруг, одному из магов в Кадорафе пришла весточка, старый колдун был жив и здоров, он работал над чем-то, но не счел нужным объяснять над чем. Он лишь просил положить в определённом месте у гор некоторые вещи, которые ему требовались, взамен он предложил золото и драгоценные камни, да некоторые знания.
  С этого момента и началась работа магов по созданию артефактов защищающих от магии Безымянных гор. Пока создано было не очень много, потому экспедицию и откладывали. Теперь же в ее составе появились такие могущественные существа как охотники, Страж, электрический демон. Они могли защитить в случае надобности экспедицию, могли выполнить роли, которые были бы недоступны даже целому отряду солдат. Маги были очень довольны совпадением, которое свело вместе их и чудовищ. Даже поиски колдуна-каннибала в горах не сильно их пугали, скорее наоборот, магам нравилась возможность ближе узнать все эти странные обряды, связанные с мертвыми.
  Через день все было готово. Маги быстро собрали все нужное снаряжение, подготовили обоз, и экспедиция оставила город Кадораф. В путь отправились охотники, Яс, Эйрик, Коэсса, и несколько магов, с двумя из них Долин с Лоэлином уже виделись. Это были те самые молодые маги, которые встречали охотников вначале. Также до границы экспедицию сопровождало несколько рабочих и взвод солдат для большей безопасности. Казалось, что больше уже никто не присоединится.
  Караван выехал из города, и вскоре достиг небольшой речушки, которая брала свое начало где-то в Безымянных горах. И тут из зарослей ольшаника неподалеку появилось несколько Сциинов. Они были одеты в свои характерные, зеленого оттенка, шлемы-черепа. Никто из новых участников проекта экспедиции не ожидал подобного появления, только лишь маги оставались спокойны. Сциины не сидели в засаде, они просто ждали обоз экспедиции, чтобы присоединиться к ней. И они были растеряны даже больше, чем охотники, когда заметили чудовищ находящихся в этом обозе. И магам пришлось объяснять охотникам и Стражу, что Сциины сейчас всего лишь проводники экспедиции, а тем, в свою очередь, прояснить, почему в отряде оказались такие страшные существа как охотники.
  - Но какие же они проводники, разве они бывали в этих горах? - не мог не спросить Долин у шагающего рядом мага.
  - Бывали. Уж не знаю почему, но Сциинам легче в Безымянных горах. Они заходят туда и даже иногда выходят. Никого другому, кроме старого колдуна, подобное не удавалось. Хотя и Сциины не раскрыли секретов этих гор. Они просто обманывают их. Не знаю, какой им от этого толк, ведь, несмотря на свою удачу, они так и не смогли составить толковую карту тех мест.
  - Если все так, зачем нам нужны эти черепоголовые?
  - Все лучше, чем ничего - просто ответил маг и отошел от Долина, встречать новых участников экспедиции.
  Дальше Сциины шли впереди каравана экспедиции. Уже к концу дня Долин вполне привык к этим неожиданным проводникам. Он даже немного разговорился с одним из них. Сциин рассказал ему, зачем они приняли участие в этом походе. Оказывается, в последнее время их страна хотела заключить союз с Кадорафом, ведь Гооб с каждым годом становилась все более непредсказуемой и опасной, Сциины начали опасаться за собственные земли. Это не могло долго продолжаться, уже было совершенно ясно, что Сциинам не избежать войны с колдунами.
  - И все же, зачем вам вообще нужна эта экспедиция? - поинтересовался Долин.
  Сциин ухмыльнулся и потряс мешочек с золотом у себя на поясе. Долин не поверил ему, но вслух ничего не сказал.
  - Да и в горах полно тайной магии, нам хотелось бы узнать хоть что-нибудь, - признался проводник, заметив недоверие Долина. - Ещё, бывает, мы понемногу занимаемся торговлей.
  - С кем? - удивился Долин. - Никто ведь кроме вас туда не может попасть.
  - Друг с другом и торгуем. - Сциин грустно покивал головой, при этом казалось, что череп-шлем, закрывающий ему волосы, уходит куда-то вглубь кожаного доспеха, надетым проводником прямо на шерстяную фуфайку. - Безымянные горы единственное место, где нельзя обмануть при торговле. Вот мы, иногда, и проводим там ярмарки.
  - И никто не мешает вам?
  - Почему же. Уже не раз пропадали те, кто слишком расслабился или же постарел. Однако со мной там ещё ничего не происходило.
  Долин вспомнил о том, что рассказывал работорговец в Фудауре. Он продал девушку в Предгорья. Вдруг и она побывала и на этой ярмарке Сциинов? Хотя, по словам Яса, ожерелье лишь косвенно связанно с убийством Чёрного колдуна, Долину все равно хотелось раскрыть тайну драгоценности. Ведь по-другому ему никак не узнать о судьбе Анны.
  - А когда проходила последняя ваша ярмарка?
  Сциин недоверчиво поглядел на охотника. Зачем этому чудовищу знать такие подробности? Рот проводника скривился, как будто ему хотелось сплюнуть, но потом он все же ответил.
  - Не так давно. Этой осенью.
  - Да? А люди, кроме вас, там были?
  - Было несколько рабов. По-правде говоря это довольно рискованно. Мы редко торгуем пленниками в этих горах, только если уже нет другого выхода. Неужели у тебе кто-то пропал, охотник?
  Теперь нахмурился Долин, и, хотя у него не было человеческого лица, Сциин понял его чувства, даже немного отошел в сторону, словно опасаясь удара.
  - Это связано с одним колдовским делом. Видишь вот это ожерелье? - Долин достал заветное золото. - Когда-то его обменяли на одну девушку.
  - И теперь ты хочешь эту девушку вернуть?
  - Да, - Долин решил не таиться, этот Сциин все равно видел его насквозь.
  - Покажи мне ближе свое ожерелье, - Сциина заинтересовало это блестящее украшение. Но Долину не хотелось отдавать его, и он просто поднес ожерелье к лицу Сциина, как вдруг проводник попытался выхватить золото. У него ничего не получилось, реакция охотника была много быстрей. Сциин отлетел в сторону, а ожерелье вернулось в сумку, где находилось до этого.
  - Зачем ты так? - казалось, Сциин нисколько не обиделся, он уже через мгновение снова был на ногах, лишь немного пыли осело на его доспехах. - Я всего лишь хотел посмотреть.
  - А мне кажется, ты его хотел забрать.
  Сциин с досады плюнул.
  - Это не твое ожерелье. Ты даже ничего не знаешь о нем. - В его словах таилась злоба. - Отдай мне ожерелье, и я помогу тебе найти девушку.
  - Ты что-то знаешь о ней? Я же даже не описал, как она выглядит.
  - Я все знаю! Но ничего не скажу, пока ты не отдашь мне ожерелье.
  - Я так не могу. Это единственный след, который есть у меня. Ты говоришь, что все знаешь, так докажи это. Может тогда, я отдам ожерелье.
  Сциин в злости мотнул головой, и, отвернувшись, ускорил шаг, направившись к голове каравана. Долин, задумавшись, смотрел ему вслед. Проводник как будто бы что-то знал об ожерелье. А вот видел ли он Анну? Сциины нечисты на руку, не зря они даже друг с другом не могут договориться, торгуют в Безымянных горах, те не дают им обманывать. "Правильно, - решил Долин про себя, - что я не отдал ему ожерелье. Но все же Сциин что-то знает, здесь не всё ясно. Надо узнать подробности, позже, когда он успокоится".
  К вечеру караван подошел к Безыменным горам, к той границе, которая отделяла их от Кадорафа, к краю, где уже начинала ощущаться сила страшных гор. Экспедиция растянулись по низине рядом с высоким холмистым склоном, где среди одиноко торчащих скал росли низкорослые деревца, изможденные отсутствием прямого солнечного света и каменистой почвой. С другой стороны низины вырастала каменными громадами стен большая гора, она как страж стояла у границы Безымянных гор. Ее вершина терялась высоко вверху, пряталась среди облаков, и, Долину глядя на нее, подумалось, что вряд ли таким гигантам есть дело до людей под ними.
  Здесь маги, возглавляющие экспедицию, остановили растянувшийся караван. Пришло время попрощаться с обозом, дальше весь груз экспедиции равномерно, каждому по силам, распределялся между всеми ее участниками. Во время стоянки маги раздали те самые талисманы, о которых упоминал князь, они достались всем, кроме Сциинов, те, перешептываясь, стояли в это время в стороне, презрительно поглядывая на магические штучки.
  Экспедиция, несмотря на вечер, не собиралась останавливаться здесь, маги хотели зайти как можно дальше вглубь гор, прежде чем остановиться. Нельзя было давать лишнее время той таинственной силе, что таилась в глубине этих каменных лабиринтах. Эту магию вскоре начали чувствовать почти все члены экспедиции, несмотря на талисманы. Лоэлин, испытавший на себе мощь гор, мог сравнить происходящее сейчас, с тем, что он испытывал, когда летел в Кадораф. На этот раз не было туманов, не было безветрия, наоборот, воздух здесь как будто никогда не останавливался. Ветер свистел в узких ущельях, и Лоэлин, шагавший рядом с этими провалами, чувствовал странное желание свернуть в сторону, присесть, отдохнуть. То же нашептывал ветер и другим членам экспедиции. Люди шли, вперившись взглядом в каменную тропу под собой, стараясь не останавливаться ни на секунду. Все равно к ночи, когда Сциины вывели отряд на заранее подготовленное место для ночлега, маги недосчитались двоих своих товарищей. Больше ни у кого потерь не было.
  Стоянка расположилась в одной довольно плоской расщелине, она была как будто выглажена каким-то неизвестным гигантом, так ровно было ее дно и лишь несколько щелей да мелких камней портили общий вид. Здесь повсюду имелись лужицы стоячей воды, они прятались в темноте у самых скал, почти не отражая света факелов. Странные маслянисто-черные лужи. Посреди расщелины были собраны большие груды хвороста, Сциины выполняли свои обещания данные князю. Сами проводники говорили, что они украли этот хворост у ледяных гигантов, в их закромах дрова остались с тех времен, когда эти великаны населяли горы. Долин был склонен поверить проводникам, ведь до сих пор он не видел здесь ни одного живого дерева. Не могли же Сциины взять хворост из ниоткуда.
  Ночь прошла спокойно, почти ничего не тревожило спавшую экспедицию, лишь свистел все тот же ветер, да иногда, где-то вдалеке, кричала ночная птица, ее крик эхом долго блуждал между скал. Охотники спали чуть в стороне от палаток, где расположились остальные. Оба были слишком большие, чтобы толкаться в лагере. Долин находился почти у самого входа в расщелину. Утром он открыл глаза и увидел перед собой знакомый силуэт. Перед ним парил наблюдатель, его округлое черное тело медленно пульсировало, и его щупальца слегка вздрагивали в такт этому пульсу. Кожа у наблюдателя была влажной, как будто он недавно купался. Может быть, это осела на его коже вода из неплотного тумана, который сейчас царил в расщелине.
  - Глаз? - удивлено спросил Долин, он был настолько сонным, что не почувствовал даже страха от этого нежданного появления.
  - Да. - Глаз качнулся и медленно подлетел чуть ближе к охотнику. - Здравствуй Долин.
  Только после этого незадачливый охотник вспомнил, о чем рассказывал им Яс в лагере. Маргоб убежал, и помог ему никто иной, как наблюдатель. Долин вскочил и огляделся по сторонам. В расщелине было тихо, все спали, не проснулись ещё даже Сциины, только спящий рядом Лоэлин зашевелился, видимо почувствовав неладное.
  - Ты один?
  - Да, - Глаз сегодня, похоже, не знал других слов.
  Долин замер на месте, не зная о чем ещё говорить. Наблюдатель же висел перед ним в воздухе, молчаливый и непонятный.
  - Что ты здесь делаешь?!
  Этот вопрос задал уже не Долин, второй охотник тоже проснулся и увидел Глаза.
  - Прилетел, чтобы вы увидели меня.
  - Зачем?
  - Я помогу вам. Мне нужно это сделать, это последний шаг в моем пути домой.
  - Сделать для чего?
  - Чтобы стать полностью свободным от Чёрного колдуна.
  - Но ведь ты помогал Маргобу!
  Глаз снова качнулся, на этот раз отдаляясь от охотников.
  - Тогда мне нужно было смотреть в другую сторону. Иначе я просто не мог, иначе я никогда бы не встретил своих сородичей.
  Охотники переглянулись, они знали о происхождении наблюдателя. Тот был единственным в замке Одинокий Шпиль изначально не человеком. В этот момент Долин заметил как недалеко, рядом с лужами воды у скал появился ещё один наблюдатель. Существо неспешно пробиралось между источниками, двигаясь в сторону сплошной каменной скалы, в которой исчезло уже через несколько мгновений. Зато рядом с Глазом появилось сразу два других наблюдателя, они были похожи, тоже черные и круглые, лишь слегка отличались друг от друга размерами. Они молчали. Хотя, может, кто-то из них и говорил, но охотники не умели слышать подобную речь, потому был лишь туман и молчание.
  - Позови мастера, - попросил Глаз. - Мои сородичи хотят говорить только с вами и кузнецом. А маги пусть спят, им незачем видеть наблюдателей.
  Долин выполнил просьбу Глаза, он тихо разбудил и вывел из лагеря заспанного мастера, а потом уже втроем они отправились вслед за Глазом, куда-то вглубь Безымянных гор.
  В лагерь они вернулись лишь поздно вечером, там царило смятение. Маги решили, что мастер и охотники пропали так же, как накануне исчезли их двое собратьев. Это был крах всей экспедиции, глава магов уже представлял перед собой разъяренного князя, как вдруг всё вернулось на свои места. Все трое пропавших отмалчивались, ничего не рассказывая о том, где были. Они готовы были говорить обо всем, но только не о сегодняшнем дне. Мастер просил воспринимать их молчание проще - их не было, а теперь они есть, и они знают, где находится Маргоб.
  Ни один наблюдатель не пожелал общаться с людьми из экспедиции. Но они согласились говорить с мастером и охотниками. На самом деле им достаточно было одного мастера, но по-другому они не могли вырвать его из центра защищенного лагеря. А согласились наблюдатели на все это ради Глаза, с целью помочь своему когда-то потерявшемуся и только сейчас, наконец, вернувшемуся домой сородичу.
  Глаз все-таки нашел свое родное племя, и они действительно никогда не были людьми. Эта была совершенно иная раса, абсолютно чуждая людям и потому просто-напросто существующая вне мира вещей. Много веков назад наблюдатели и не старались особо скрываться от людей. Те все равно были для них лишь ещё одними животными в этом мире, впрочем, как и сами наблюдатели для людей. Они не замечали друг друга и не страдали от этого. Позже, когда появилась магия, подобная магии колдунов Гооб, стал возможен контакт между двумя расами. Но наблюдатели не хотели ничего такого. Они вообще не знали слова "контакт", как впрочем, и других слов. Их мир был совсем другой, это мир в котором надо смотреть и этим жить. "Смотреть" для них было чем-то совсем иным, чем для тех же людей.
  Наблюдатели пригласили своих гостей на нечто вроде Совет, в место, где скрытые жители Безымянных гор делились знаниями. Оно было запрятано в самой сердцевине гор, скрытое и недоступное, ещё ни один человек не бывал здесь. А позвали гостей ради того, чтобы мастер объяснил, как нужно остановить Воскрешение Чёрного колдуна. Это и был тот самый последний шаг в длинном пути Глаза.
  Он все это время не был связан никакой особой магией и обещаниями, Маргоб с трудом управлял наблюдателем. А тот видел и оценивал все происходящее, в том числе и скрытое от других. Главной же целью Глаза было найти свой дом, и путь к этому он видел в том, чтобы находиться рядом с безумным каннибалом. Он помогал и охотникам, потому что хотел, чтобы вся эта гонка продолжалась как можно дольше, чтобы она не прерывала его путь, туманный, но все же отчетливо видимый Глазом в своем будущем. Он помогал Маргобу, чтобы тот никогда не терял след охотников, чтобы он постоянно с упорным фанатизмом преследовал их. Глаз не мог путешествовать в одиночку, такойо путь, в конце концов, привел бы его к смерти. А так, находясь рядом с Маргобом, он нашел свой народ.
  Но оставалась ещё одна вещь, последние шаги на пути Глаза домой. Это был обряд Воскрешения, затеваемый Маргобом. Если Черный колдун воскреснет, Глаз снова будет порабощен, вырван из Безымянных гор, и заточен в новом замке колдуна. Так видел это возможное будущее наблюдатель. Потому сейчас он готов был помогать мастеру, чтобы предотвратить это, чтобы уже ничего не мешало ему воссоединиться с родиной. Он знал, где находится Маргоб, Безымянные горы не поглотили каннибала, как хотелось бы наблюдателям. Странная сила защищала Маргоба, пока тот был в горах. Но сейчас его здесь уже не было, каннибал бежал вместе с оставшимися приспешниками, бежал куда-то в сторону Общинных княжеств.
  Наблюдатели согласились провести экспедицию через горы, но сделали это так, чтобы никто из непосвященных не узнал о них. Они с помощью особых знаков, видимых лишь мастером и охотниками указали нужный путь. Наблюдатели провели людей мимо своих тайн, и те лишь мельком увидели странные тени в горах. Меньше чем через два дня караван снова вышел к границе Безымянных гор, только уже не к Кадорафу. Ни один маг не мог понять каким образом они так быстро оказались в этих краях, обычно путешествие из Кадорафа к Общинным княжествам занимало гораздо больше времени.
  Эта граница была почти такой же, как и у бывшего королевства. Здесь простирались пустынные холмы и лишь кое-где виднелись старые руины, пустые, населенные только летучими мышами. Знаки наблюдателей вывели экспедицию на пыльную дорогу. Когда-то она была выложена камнем, а сейчас вода, лебеда и полынь почти разрушили старые плиты, из века в век сужая некогда широкий тракт. В пыли охотники нашли следы, почти все нечеловеческие. Недавно тут действительно прошли чудовища. Долин даже наткнулся на экскременты Паука, полупереваренный ком грязи, в котором угадывались какие-то чешуйки, шерсть, и даже нечто похожее на изжеванный тонкий доспех из железа.
  Наблюдатели не обманули, Маргоб находился где-то недалеко. Следовало спешить, разведать, чем занимается сейчас каннибал, а, может, при удачном раскладе и сразу атаковать его, не давая ему время опомниться. Так хотелось охотникам, созданные Чёрным колдуном для погони и мщения, они не знали усталости в своей охоте. Другие участники экспедиции не были такими. Даже Страж оказалась не способна поспевать за крылатыми чудовищами. Требовался отдых, во время которого маги, с помощью некоторых специальных заклинаний, могли узнать о местности вокруг, а уже после можно было бы двигаться дальше. Охотникам пришлось согласиться с мнением большинства. Правда, ночью они все равно не спали, лишь слушали темноту вокруг и ждали утра, того момента, когда, наконец, они смогут взлететь, чтобы затем с неба обрушиться на своих врагов.
  Маги, создав свое волшебство, обнаружили, что местность вокруг не всегда была заброшена. Недалеко от стоянки экспедиции располагался небольшой полуразрушенный город, и это туда вели следы сбежавших чудовищ. Старый город не походил ни на что видимое магами раньше. В Общинных княжествах культура была похожа на Кадораф, там не могли создать ничего подобного.
  Откуда мог взяться столь странный город на границе княжеств? Может, до этого его скрывала магия Безымянных гор? Маги не могли найти ответы на эти вопросы, как ни мог и никто другой из экспедиции. Лишь Сциины не были удивлены, проводники что-то знали об этом месте, но рассказывать не спешили. Они говорили - утро вечера мудренее, но когда настало обещанное утро, Сциинов уже не было в лагере, они все исчезли, просто исчезли не оставив после себя никаких следов. Больше всего их побег расстроил Долина, ведь он не терял надежды договориться со строптивым проводником и таки выведать у него тайну золотого ожерелья и Анны. Но искать Сциинов времени не было, пришел час встретиться с Маргобом.
  Оказавшись рядом с городом можно было сразу понять, что он явно был создан людьми совсем другой расы, чем раса людей Гооб. Странная и мрачная архитектура, где многое было посвящено страшным животным и крови, костям и смерти, и тут же рядом высились полустертые песком обелиски, в их орнаментах угадывались весенние цветы. Вид города резал глаза, и Долин терялся в его хаотичных очертаниях.
  А где-то среди заросших травой улиц сейчас прятался Маргоб. Яс и глава магов не хотели рисковать лишний раз, входить в эти каменные капканы сразу всем отрядом могло стать роковым решением. Потому первыми в разрушенный город влетели охотники, сопровождаемые электрическим демоном.
  Эйрик будто знал куда двигаться, уже совсем скоро он летел впереди, а охотники лишь следовали за ним, не споря и не задавая вопросов. Не зря Эйрик назывался Инструментом, некоторые вещи он знал много лучше, чем все остальные. Эйрик сам все объяснил:
  - Маргоб, скорее всего, ищет новое место для обряда, новый центр для создания новой армии. Далеко не все подходит для таких вещёй, и сейчас я ищу то, чтобы я выбрал бы сам.
  Эйрик летел, словно направляемый некой невидимой нитью, так точен и стремителен был его полет. Прошло совсем немного времени, и он повис над одним почти целым домом, над внутренним двориком, спрятавшимся среди каменных стен этой двухэтажной древней виллы. Здесь уже давно ничего не росло, и лишь посередине дворика возвышалось большое высохшее дерево, под его кривыми ветвями прятался небольшой круглый бассейн, в котором не было воды.
  Эйрик снизился почти до самой земли, застыл у старых статуй изображающих умирающих людей. Эти фигуры выражали отчаяние и жажду, они полулежали, протянув руки к бассейну, ослабшие, готовые вот вот упасть руки. Эйрик парил рядом с ними, пытаясь прочитать иероглифы, эти знаки густо покрывали постаменты жутких статуй. Нехотя рядом с электрическим демоном приземлились и охотники.
  - Что ты нашел? - спросили они почти хором.
  - Место, нужное место.
  - А где же Маргоб?
  - Он не умеет летать как мы. Он ещё только ищет. Мы обогнали его.
  Долин, услышав это, невольно оглянулся по сторонам, ожидая увидеть рядом каннибала в его темном плаще. Вокруг не было чужих глаз, лишь старые узкие, похожие на щели окна дома смотрели на охотников.
  - С кем он хочет проводить свои обряды? - поинтересовался Лоэлин. - Ведь в этом городе давно никого не осталось кроме призраков.
  - Я не знаю, - Эйрик казался недовольным, иероглифы не поддавались ему. - Может быть, он знает о нас. Глаз мог показать дорогу не только вам, и ему тоже. Ведь он делал это уже не раз.
  Долин даже вздрогнул, услышав это:
  - Откуда ты знаешь о наблюдателе? Тебе рассказал мастер?
  - Иногда достаточно просто посмотреть, чтобы узнать истину.
  Охотник недоверчиво смотрел на Эйрика.
  - А...- Долин не успел ничего спросить, его остановил Лоэлин.
  - У нас нет на это времени. Если Эйрик говорит правду, нам нужно подготовить засаду, Маргоб рано или поздно явится сюда. Каннибал сам придет нам в руки, нам надо будет лишь взять его. Но втроем мы вряд ли справимся. Нужно перевезти сюда по крайне мере Стража и одного из магов.
  Они не стали тратить время на слова. Охотники полетели за город к отряду экспедиции, Эйрик остался, ему нужно было подготовить место.
  Бой начался раньше, чем ожидали охотники. Когда они вернулись, Эйрик уже сражался. Электрический демон поджег своими молниями высохшее дерево, но не смог остановить Паука. Хитиновый панцирь чудовища почти не пострадал от этих ударов, каннибал как-то сумел защитить своего главного бойца. Больше никого во дворе не было.
  - Пролети как можно ниже над Пауком, - попросила Коэсса Долина, она сидела на его спине, а Лоэлин служил скакуном сразу для двух магов, оба были бледны, но сдаваться не собирались, оба что-то шептали, готовя заклинание. Долин не стал медлить. Заложив крутой вираж, он почти напрямую скользнул к земле, где резко расправил крылья, развернулся и на какой-то миг оказался над сражающимися. Легкий толчок и охотник почувствовал, как исчез груз с его спины.
  Он сразу взмыл вверх, туда, где кружил Лоэлин. Позади разрывал воздух дикий крик Стража, безумные ноты ее вопля невидимыми сверлами вьедались в плоть, в уши. Долин почувствовал, что ещё немного, и он не выдержит, крылья откажутся ему служить. Охотник в панике повернул к земле, как крик вдруг замолк. Долин приземлился во дворе и увидел стоящую там Коэссу, рядом парил Страж. А невдалеке, у бассейна лежало то, что ещё недавно называлось Пауком. Сейчас это была просто груда хитиновой трухи, почти пустой, лишь немного желчи и светлой слизи растекалось по двору.
  - Каннибал в доме, он готовит своих новых солдат. Поспешите, - Эйрик как будто и не сражался несколько секунд назад. - Я же буду дальше готовить это место. Если все пойдет хорошо, уже к вечеру можно начинать Обряд Изгнания.
  Долин не стал ждать дальнейших объяснений, он поспешил к вилле. Главные двери дома ещё держались на месте. Большие, из темного дерева, обитые позеленевшей от времени медью. Одним ударом охотник выбил хлипкую преграду и оказался внутри дома, в большом пыльном зале.
  Тут находилось несколько человек, все с волосами пепельного цвета, густыми и плохо расчесанными. Эти люди походили на лошадей, сходство придавали вытянутые лица с крупными, торчащими вперед зубами, а их кожа больше походила на шкуры, пористая коричневая кожа. Похоже, они стали новыми солдатами Маргоба. Полуголые, одетые лишь в мохнатые широкие штаны и вооруженные топорами, они выглядели как сильные воины.
  Когда в дом ворвался Долин, они не испугались. Спокойно переглянувшись, люди лишь покрепче сжали топоры, ожидая дальнейших шагов охотника. Долин не заставил их долго ждать. Он бросился вперед, стремясь схватить ближайших к нему врагов, но у него ничего не получилось, с невероятной быстротой варвары расступились, мелькнули топоры, и Долин отлетел в сторону почти сокрушенный мощными ударами. Вражеское оружие не пробило его броню, но даже просто удары оказались достаточно чувствительны.
  - Они не совсем люди, Долин, - послышался голос главы магов, он появился в дверном проломе, который создал охотник. - Они люди лишь наполовину.
  Больше волшебник ничего не сказал, сразу двое варваров бросилось к нему, и тут же замерли на месте, топоры упали на пол, а затем за ними последовали и сами хозяева. Маг просто смотрел на них, что-то неслышно нашептывая. А между тем рядом с ним появился его товарищ. Варвары были в смятении. Уже через пару мгновений они, побросав оружие, бросились бежать. Никто их не преследовал, Долин все ещё покачивался от их ударов, маги же не стремились добивать своих врагов.
  - И где ваш каннибал нашел этих изгнанников? - только вполголоса удивился один из магов, когда все закончилось.
  Больше Долин сегодня не сражался. Маргоба нашли уже без него, тот пытался прятаться в подвалах заброшенной виллы, он даже почти не сопротивлялся Стражу, которая первая увидела его. Не было ни зеленых нитей, ни попыток колдовских приказов. Яс, позднее, объяснил это тем, что армия была не только физической защитой колдуна. Она же давала Маргобу нужную магическую мощь, он подпитывался от своих сторонников, ведь каннибал не имел собственной колдовской силы. Он был лишь марионеткой. И мастеру, теперь, когда не надо было бежать и сражаться, требовалось в спокойных условиях выяснить, что именно двигало безумца, с кем разговаривал по ночам этот Новый Хозяин.
  Связанный Маргоб лежал в подвале, Страж не захотела тащить его наверх, она не хотела лишний раз мучить своего пленника солнечным светом. Теперь, оставшийся без солдат, каннибал уже не был опасен, а Яс мог работать с ним и в темноте подвала, мастер прекрасно видел и днем и ночью.
  Маргоб походил на куль веревок, так сильно его закутала Коэсса, он лежал и стонал. Когда в подвал спустился кузнец, каннибал кого-то звал:
  - Помоги мне, - шепелявил он. - Я же Хозяин. Почему ты молчишь? - Он чуть ли не плакал. - Ты обманул меня!
  - Кто обманул тебя, Маргоб? - Яс подошел к пленнику.
  Тот будто не услышал кузнеца и лишь продолжал стенать и жаловаться невидимому собеседнику. А в подвал вслед за мастером сошел и глава магов Кадорафа, в его руках горел слабый факел, но даже этого чадящего света Маргоб испугался.
  - Свет, - закричал каннибал. - Свет. Я горю!
  Потом он затих и отвернулся, пытаясь уползти дальше, в темноту, забиться в щель.
  - Он снова с кем-то разговаривает, - мастер посмотрел на вставшего рядом мага. - Так, словно здесь есть ещё кто-то кроме нас.
  Глава магов покачал головой.
  - Странно, это не дух, не привидение. Я не чувствую здесь ничего похожего.
  - Да, похоже, причина его безумия в другом. Но в чем именно?
  - Он владел магией, но владел как вампир. Были знания, но не было собственной силы. Это свойственно неживой природе, - рассуждал глава магов Кадорафа. - Может быть, есть некий артефакт?
  Маргоб, лежавший к ним спиной, вдруг застонал громче, услышав эти слова.
  - Вполне возможно, - задумчиво сказал Яс, - такое было бы вполне в духе Чёрного колдуна. Свести с ума, завладеть разумом чужими руками, это же очень тонкая игра, здесь нужно собственное желание жертвы. Черный колдун любил подобные вещи.
  - А как близко должен находиться артефакт к жертве?
  Яс вспомнил темные переходы лаборатории в замке "Одинокий Шпиль", те сумрачные часы, которые он проводил, создавая волшебные вещи для колдуна, те чары, которые он закладывал в них.
  - Существует несколько способов управления. Обычно колдуны просто делают красивую вещь, заполучив которую, жертва уже никогда не расстанется с ней по собственной воле. Это слишком легкий и не очень надежный способ. Есть артефакты, которые управляют с расстояния, но такие вещи действует только до определенного предела. Если жертва случайно покинет этот зачарованный круг, она перестанет подчиняться колдуну. Потому Черный предпочитал самый надежный способ. Он вживлял артефакт в тело жертвы. Это немного похоже на те татуировки, которыми Маргоб наградил своих солдат и меня, но в случае с артефактом эффект гораздо сильнее, жертва уже не просто подчиненный, она становиться как бы частью колдуна, его руками на расстоянии.
  - Полагаю, - маг смотрел на корчащегося перед собой каннибала, - у него внутри где-то должен быть такой артефакт. У этих вещёй есть собственная воля?
  - До определенной меры. Впрочем, того, что есть, вполне хватает, чтобы незнающий человек принял бы артефакт за живое существо с собственными желаниями.
  - И с этим существом можно разговаривать. Все сходится. Осталось только найти артефакт. - Договорив, маг, не обращая внимания на крики Маргоба, перевернул пленника и освободил от веревок. Каннибал выл и стонал, не имея сил сбежать, маг наложил на него чары запрета движения.
  Раздев бывшего Нового Хозяина, глава магов и мастер вместе стали осматривать кожу пленника, в поисках подходящего шрама. Не сразу им удалось найти нужное место, шрамов у Маргоба было много, порой, даже, под ними прощупывалось нечто твердое. И тут мастер увидел под шеей, на ключице почти незаметную точку, небольшое вздутие, где шрам казался маленькой застарелой гематомой. Кузнец дотронулся до нее и тут же отпрянул, ему показалось, будто его ударило током.
  - Кажется, я нашел, - мастер показал точку главе магов. - Попробуйте дотронуться до этого места, только осторожнее.
  Маг медленно поднес руку к шее Маргоба и тут же отпрянул, поскользнулся и упал. Шрам ударил мага гораздо сильнее, чем Яса.
  - Я не могу даже просто поднести руку, - сидя на полу и растерянно потирая руку, сказал маг. - Как же нам извлечь этот артефакт?
  А Яс уже достал заранее подготовленный нож, осмотрел лезвие и, повернувшись к пленнику, прижал лезвие к бледной коже бывшего тюремщика. Больше он ничего не успел сделать, нож вылетел из его руки. Теперь и мастер держался за свою обоженную ладонь.
  - Ничего страшного, - улыбаясь, сказал он встревоженному магу. - Я лишь хотел немного доказательств. Теперь они у меня есть. Можно начинать подготовку к обряду Изгнания.
  - С неизвлеченным артефактом?!
  - Да, вначале так будет даже лучше, это усыпит внимание духа.
  - А что потом?
  - Я не зря спорил с князем. Теперь у нас в экспедиции есть та, которая, почти наверняка, сможет в нужный момент достать артефакт.
  - Страж? А если у нее не получится?
  - Надеюсь получиться. В худшем случае придется везти Маргоба в Кадораф и держать его там пленником, надеясь, что артефакт не найдет способа покинуть этого никчемного хозяина.
  - Может нам надо убить каннибала?
  - Это ничего не даст, мы также не сможем работать с его трупом, как и с ним живым. Более того, в этом случае артефакт может попробовать перейти к кому-нибудь из нас, например к вам. - Яс посмотрел на главу магов. - Если это произойдет, будет много хуже, как для вас, так и для нас.
  Больше глава магов не спорил, и мастер поднялся наверх, во двор древней виллы, где Эйрик уже почти всё подготовил для предстоящей церемонии. Обычному человеку трудно было заметить и понять все детали, что создал Эйрик за это время. По большой части Инструмент создал и расставил значки и простые амулеты, серые и незаметные, почти бессильные. Но все вместе давало ту самую площадку, на которой мастер мог начать Обряд Изгнания.
  Яс все внимательно осмотрел, не для того чтобы проверить качество работы электрического демона, а для того, чтобы знать в доскональности все детали обстановки, ему не хотелось ошибиться во время обряда. Потом кузнец позвал будущих участников обряда. Из них только Эйрик примерно представлял, чем именно им придется сейчас заниматься. Самому Инструменту сейчас оставалось лишь поддерживать мастера своей энергией, собственных сил кузнецу могло не хватить.
  - Сейчас мы начнем обряд, - голос Яса звучал тихо, но каждый из стоявших перед ним отчетливо слышали все его слова, столь тихо стало вокруг. - Вы должны аккуратно и быстро выполнять все, что я скажу вам. Никаких вопросов и сомнений, только дело. Иначе может не получиться, и тогда нам придется проводить повторный обряд. Шансы изгнания при этом уменьшаются почти вдвое.
  Никто не стал спорить с мастером, хотя от волнения у будущих участников обряда дрожали руки.
  - Раз все понятно, тогда начнем, - мастер повернулся к бывшему бассейну. Сейчас Эйрик накрыл его большой каменной плитой, превратив пустой водоем в алтарь. Охотники принесли Маргоба и положили его на этот камень. И Обряд Изгнания начался.
  Больше охотникам почти ничего не надо было делать, они лишь стояли рядом и смотрели, как Яс раскрашивает особыми красками парализованного Маргоба, им пришлось смотреть, как Страж одним из своих клинков вскрыла шею каннибала, и, поддев магической сталью плоть, извлекла оттуда какой-то темный небольшой предмет. Артефактом оказался маленький медный шип. Как могла эта вещь управлять Маргобом и давать ему такую силу? Лишь мастер понимал это, но он не тратил времени на слова, шип был отложен в сторону и обряд продолжился. Уже темнело, солнце быстро уходило за горизонт, а Яс все ещё что-то бормотал, и никто из находящихся рядом не осмеливался пошевелиться. Долин чувствовал, как усталость растекается в его мышцах, сказывался долгий день и сражение утром. Но он стоял и стоял. А потом вдруг все вокруг вспыхнуло ярким ослепительным светом, который не просто освещал, он жег все вокруг. Долин закричал, и, не выдержав, рухнул на земле где и забылся.
  Очнулся уже утром. Подняв голову, охотник увидел, что все вокруг также были повержены странным светом и только сейчас, одновременно с ним начинают приходить в себя. Долин встал на ноги, чтобы посмотреть, как обстоят дела у мастера. В центре двора, на каменной плите, под обгоревшим остовом сухого дерева лежала мумия Маргоба, каннибал не выдержал светового удара. Обеспокоенный Долин подбежал ближе, и тут из-за бассейна показался кузнец. Он улыбался.
  - Обряд Изгнания завершен. Черный колдун умер окончательно, - эти слова Яса услышали все. И все как один разом заговорили, зашумели, задвигались, все ещё никак не ощутив того, что они действительно победили.
  К вечеру в лагере экспедиции решили устроить праздник. Но ещё раньше, Яс позвал охотников поговорить, они покинули гудящий как маленький улей лагерь и ушли на холмы, что окружали разрушенный город.
  - Я обещал вам раскрыть тайну золотого кинжала, - сказал Яс охотникам, когда они отошли достаточно далеко.
  - Да, - робко кивнул Долин, он вдруг почувствовал страх не меньший, чем вчера, во время Обряда.
  - Это не просто улика, которая должная была помочь вам найти убийц, и снять тем самым проклятие колдуна. Тайна золотого кинжала и смерть колдуна это одна тайна. - Яс немного помолчал, а охотники в нетерпение, мучительно ожидали дальнейших его слов. - Я специально не раскрыл вам эту тайну раньше. Вы должны были стать свидетелями при Обряде, но в облике людей вы вряд ли бы пережили это. Теперь же, если хотите, я могу рассказать вам тайну золотого кинжала, и после этого вы узнает тайну убийц колдуна. Вы хотите этого?
  Охотники переглянулись. Сейчас они были очень могущественным существами, почти непобедимыми в бою. Но зачем им все это? Ведь их постоянно мучили боли и жажда, они не могли общаться с людьми и были вынуждены вести жизнь изгнанников.
  - Да! Хотим!
  - Тогда слушайте. Кубик-головоломка дал мне ключ к отгадке этой тайны, как и говорили Водяные. Их подарок есть в своей сути вещь, которая становится живым существом, а потом снова вещью. И разобрать, а затем снова собрать его может далеко не всякий, лишь те, кто имеют подобные умения как я. То есть магическая головоломка подчиняется только некоторым людям. Так и золотой кинжал, он был вещью, суть которой скрытое живое существо. И подчиняется он только определенным рукам. Колдун сам создал его когда-то, но потом забросил и перестал использовать. Почему? Он стал другим, и кинжал уже не хотел подчиняться и помогать, тому, кто был чуждым сути волшебного артефакта. Зато он заговорил с вами, да, да, - Яс кивнул, разглядывая недоумевающее лица охотников, - он выбрал вас в хозяева сам, такова была его суть. Вы подошли для него. Насколько я помню, золотой кинжал соглашался подчиняться только настоящим людям. И, похоже, в замке "Одинокий Шпиль", такими, несмотря на свою внешность, были только вы. Кинжал выбрал вас хозяевами и выполнил ваше желание, поскольку это тоже было частью его волшебным свойств. Он убил Чёрного колдуна и после этого погиб сам, ведь колдун был его создателем.
  - Выходит, мы и есть убийцы колдуна? - изумленно спросил Долин, но не успел услышать ответа мастера, мир вокруг него вдруг закружился, Долин почувствовал, как уменьшается, как разламывается его тело, и закричал от боли. А рядом с ним закричал Лоэлин, с ним происходило то же самое.
  Через несколько минут все закончилось. Долин стоял, ошеломленно ощупывая себя, он снова был человеком, таким же пареньком, каким был до плена. Рядом кто-то стонал, Долин поднял голову и увидел неподалеку голого рыжеволосого парня, тот как сумасшедший скакал на месте, пытаясь заглянуть сам себе за спину. Тут он заметил взгляд Долина и замер на месте.
  - Лоэлин? - с недоумением спросил Долин.
  - Долин? - такой же вопрос задал бывший студент.
  - Это ты? - Долин снова посмотрел на свое человеческие руки, в которых ничего не болело и не казалось скрученным. - А это я?
  - Вот и все, - послышался голос, о котором бывшие охотник немного забыли. - Проклятие снято и вы люди.
  Они повернулись к Ясу, мастер теперь казался выше ростом и внушительнее, чем он был ещё недавно. Все вокруг казалось выше и больше.
  - Вы люди, чем думаете заняться теперь?
  Рыжий паренек ещё раз посмотрел на себя, потом глянул на стоящего рядом друга.
  - Думаю, прежде всего, надо одеться, - Лоэлин счастливо засмеялся. - Одеться, а потом...
  Он не договорил, захохотал и побежал обнимать смущенного кузнеца. Долин же задумался. Он человек, но ведь он ещё не все сделал. Золотое ожерелье лежало в его сумке, и где-то, в этом бескрайнем мире вокруг, была Анна. Ему надо найти ее. Но как? Ведь теперь он просто человек.
  
  Конец.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"