Рерайтер Захария: другие произведения.

Путешествие по кругу

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Первая глава романа про незадачливого юношу по имени Долин. Он ненароком привлек к себе внимание Чёрного колдуна. Это привело к очень многим последствиям. Одним из них стало то, что юноша лишился даже своего человеческого облика.

  Глава 1
  Это случилось весной. Однажды утром упрямый и несговорчивый мельник решил послать племянника, Долина, в деревню Волчий Яр, по делу запруды около мельницы. Деревенский староста всё никак не хотел помочь мельнику с ремонтом старой и давно протекающей плотины. Старый лентяй аргументировал своё бездействие очень просто. Вся лишняя вода попадала в основном на плохие, заброшенные луга, которые и в лучшие времена были никому не нужны. А уж нынче...
  Дела же мельницы, располагавшейся рядом с этим комариным царством, старосту не волновали. Мельник все равно в деревне-то почти не появляется, значит и местным его тоже можно считать лишь условно. Дядюшка прознал про такое отношение старейшины.
  - Как так мельник не житель деревни?! - Возмущался дядюшка. - Что с того, что мы живём немного на отшибе? Все равно мы все равно с ними, мы те же крестьяне!
  Здесь дядюшка немного кривил душой. Он был и богаче простого селянина, да и не всегда занимался одной только мельницей. В своё время ему довелось постранствовать. По молодости он немного служил в охране одного купца, позже, поднабрав опыта, будущий мельник воевал в княжеской дружине. Это были ещё войны Окраинных княжеств.
  Немало историй о тех временах пришлось выслушать племяннику долгими зимними вечерами. Однако сейчас на дворе царила весна, и никакие прошедшие войны не заботили сегодня юношу. Его даже не сильно волновал предстоящий разговор со старостой. Не захочет старик им помогать, ну и ладно. Как-нибудь без него проживут. Рано или поздно старосте все равно придётся самому появиться на мельнице. И тогда разговор будет совсем другим.
  Но дядюшка действительно был упрям и не любил ждать. А Долин не любил с ним спорить. И молод ещё слишком для этого, да, вдобавок, имелись и другие поводы, чтобы побывать в деревне. Только конечно, тут дело было вовсе не в старосте, а скорее в царящей вокруг весне. Жил в деревне один человек, человек с которым молодому Долину так и хотелось поговорить. Или хотя бы просто постоять рядом, слушая, как говорит, щебечет она.
  Воздух казался сегодня особенно пряным, цветущее разнотравье вокруг насытило его своими ароматами, превратив его в некий волшебный дурман, сбивающий все мысли на один лад. Надо жить и любить. А староста? Староста подождёт. Долин, как ни старался, не мог сейчас даже толком вспомнить все наставления дядюшки насчёт разговора со старостой.
  Мельник всё это планировал как настоящий боевой поход, Долин здесь выступал в качестве авангарда, затем в деревню должен был явиться и сам дядя. Узнай этот генералиссимус, какие настроения царили у его передовых частей, то, пожалуй, его планы ждала бы серьёзная коррекция. Для начала солдатская порка, потом же небольшой перерыв. Например, до лета, когда жара так припекает голову, что все фривольные мысли просто испаряются оттуда, впрочем, как и все остальные.
  Состояние без мыслей - лучшее состояние души для важных дел. Но дядя был упрям, да и вода заливала его сейчас, ждать лета он не хотел. И вот так Долин этим весенним утром оказался в деревне. Шагая вдоль ручейка, он вышел на околицу, а оттуда уже рукой подать и до дома старосты.
  С места, где находился незадачливый племянник мельника, было даже видно флюгер-петушок, что приторочен на длинном шесте в крышу дома главы деревни. Сейчас жестяная птичка замерла на месте, ветра нет. Безмятежное и тихое утро. Но Долин вдруг остановился. Что-то было не так.
  Молодому мельнику вдруг стало жарко, будто весеннее солнце решило проявить норов. Только дело было не в солнце. В деревне происходило нечто нехорошее. Долин услышал шум ближе к центру, к площади, где любили вечерами собираться все сельчане, от безбородой молодежи до глубокомысленных патриархов. Там кто-то спорил, и эти голоса звучали совсем не мирно.
  А присмотревшись к пыли на дороге, Долин увидел множество конских отпечатков, будто недавно здесь проходил целый табун. В деревне же сроду не имелось столько лошадей. Так, парочка лохматых тяжеловозов, да несколько тощих пастушьих кобыл. Да и выгоняли их на пастбище совсем по другой дороге, не по той, которая вела в сторону мельницы и её заболоченных лугов. И, кроме того, когда этих лошадей выводили, то обычно не ломали изгороди палисадов окраинных домов, как это было сейчас.
  Кто-то прямо верхом вломился в садик неподалеку, похоже, привлеченный ранними зелёными яблоками. Всё весеннее настроение Долина при виде этого разрушения пропало, оставив его наедине с опасными странностями. Первая мысль, которая пришла Долину в голову была и самой разумной. Немедленно бежать обратно на мельницу, дядя бывалый боец и сможет что-нибудь придумать. Но за первой всегда следует вторая мысль, а за ней и третья. Все они шумные и все что-то предлагающие.
  В конце концов, в Долине возобладало любопытство. Ему захотелось тихонько прокрасться к деревенской площади. Там, откуда-нибудь из-за кустов подглядеть, кто же такой грубый пожаловал в Волчий Яр, и если дело не очень плохо, может даже помочь односельчанам. Ведь дядя учил Долина некоторым основам боя и, кроме того, Долин немного разбирался в знахарском деле. Долин ведь не всегда жил с дядей. Одно время, когда он остался совсем один, родители умерли, а дядя всё ещё странствовал где-то по широким равнинам Гооб, Долина взял к себе на воспитание местный священник и лекарь в одном лице. Он научил Долина грамоте, немного рассказал и о знахарском искусстве.
  Молодой мельник думал незаметно пробраться задними дворами к месту, где стоял основной шум, но у него ничего не вышло. Чёрный колдун даже в таких пустяковых делах как сбор дани никогда ничего не оставлял на авось.
  Долина поймали почти сразу. Огромный неопрятный солдат в чёрном рогатом шлеме схватил парня за волосы и потащил к деревенской площади, туда, где уже находились все остальные сельчане. Колдун и большая часть его солдат тоже были там. Истинный хозяин края был очень зол. Действительно, ведь его отвлекли от более важных дел и вынудили заниматься делом, которое по силам и простому наместнику. Наверняка теперь, после этого визита, в крае появится новый руководитель, ведь голова старого уже красовалась на копье в самом центре площади.
  Долин всего один раз видел этого наместника, да и то издалека. Сейчас ему представилась возможность разглядеть бывшего главу куда лучше. Потный солдат бросил Долина в пыль прямо рядом с копьем, бросил, да ещё и пнул нового пленника для острастки. Юноша растянулся на земле, а сверху на него глядела немигающими глазами мёртвая голова. Она, похоже, красовалась на своём копье далеко не первый день. Чёрный колдун сместил наместника ещё в самом начале карательного похода, а уж затем отправился по его деревням. Деревня Волчий Яр находился дальше всех от замка колдуна и её жителям досталась честь последними лицезреть Чёрного колдуна и полуразложившуюся голову наместника.
  Долин боялся получить ещё один пинок и лежал смирно, на боку, как и бросил его солдат. С такой позиции молодому человеку было видно только мёртвую голову, а также спины крестьян, которых уложили рядом. Он никак не мог узнать этих своих невольных соседей, хотя впрочем, и не сильно старался сделать это. Ведь солдат, который его поймал, никуда не ушёл. Он стоял рядом, иногда в поле зрения Долина попадали его сапоги, чёрные, мятые и пыльные, с тусклыми железными оковками по бокам. Пинки такими сапогами получались очень чувствительными. Но даже не так солдат пугал Долина, как визгливый голос неподалёку.
  Он доносился откуда-то спереди, сверху, даже слишком сверху. Судя по тому, как и что кричал голос, можно было сразу понять кто его обладатель. Кричал, несомненно, сам Чёрный колдун и одно знание этого заставляло Долина вжиматься в пыль на площади. Это был простой урок усвоенный им с самого раннего детства. "Запомни Долин, - учил его когда-то отец, за ним священник, а ещё после дядя. - Нет ничего хуже на свете, чем быть замеченным колдуном". После этих слов всегда следовало такое глубокомысленное молчание, что у Долина просто никогда не хватало смелости спросить, а как же быть, если колдун всё-таки заметит его?
  - Черви! - кричал визгливый голос. - Вы хотели, чтобы я пришел к вам?
  - Не-е-ет... Да, да! - отвечал нестройный слабеющий на глазах хор, который состоял, насколько мог судить Долин, из старосты и нескольких старейшин их деревни.
  - Нет?! Или всё же да?! - Не утихал визгливый голос. - А ну покажите мне свою радость черви. Спляшите-ка для долгожданных гостей, спляшите для моих притомившихся солдатушек. Покажите, как вы радуетесь, особенно ты, староста! Ведь твое отродье теперь в надёжных руках.
  Тут Долин услышал слабый девичий крик. Юноша больше не мог лежать на боку, этот голос показался ему слишком знакомым. Он повернул голову, а солдат, стоящий рядом, будто и не заметил этого. И Долин, наконец, увидел самого Чёрного колдуна. Его трудно было не узнать. Ведь он единственный из всех присутствующих парил в воздухе, парил прямо над домом старосты. Колдун был не один, он за волосы придерживал в руках Анну, дочь старосты, а также и первую любовь Долина. Колдун летал не слишком высоко, но даже так девушке приходилось на носочках, вприпрыжку, следовать за всеми его передвижениями по крыше. И нет нет, она все равно в иные моменты взлетала в воздух, особенно если колдун дергал её за волосы слишком сильно.
  Староста вышел вперёд, неуклюже притоптывая. Колдун, рассматривая его потуги показать хороший танец, чуть не захлебнулся от смеха.
  - Давай! - немного отдышавшись, закричал он. - Давай! Пляши! Ещё... - тут он обрушился и на старейшин. - А вы чего стоите?! Старосте в одиночку, что ли радоваться? Поднимайтесь, пляшите!
  Старейшины и староста выплясывали, остальные крестьяне кучками лежали на площади, не осмеливаясь даже пошевелиться, Долин оказался единственным поднявшим голову. Но солдаты теперь были не страшны. Они вдруг все как один, будто получив неслышный приказ, бросились разносить в поисках наживы крестьянские избы вокруг. Долин, сам не понимая, зачем он это делает, стал потихоньку подползать ближе к колдуну. Вскоре копье с головой наместника осталось далеко позади, Долин был уже почти рядом с пританцовывающими старейшинами, ему стало видно, как тяжело они поднимают ноги. Подняли ноги, опустили, поёрзали на месте в пыли и всё сначала. Скованный страхом и усталостью цвет деревни показывал не лучший свой танец.
  Вдруг всё закончилось.
  - СТО-О-ОП!!! - Заверещал колдун диким голосом и как куклу отбросил Анну на руки двум своим солдатам, те ожидали этого и специально стояли неподалеку. - ХВАТИТ! Вижу, что рады! Утешили старика. Теперь я уезжаю. Есть радости, которые не выносят на люди, - хитровато прищурившись, он оглянулся на побледневшую девушку. - Вы уж без меня не скучайте, солдатушек моих не обижайте. А я спешу, спешу домой, - потирая руки, он спланировал на землю и там слишком молодцевато для такого старика вскочил в седло заранее подведенного коня. - Бросайте её мне, я с ней по дороге позабавлюсь.
  Всё-таки Долина слишком мало пугали в детстве колдунами. Только этим можно было оправдать его слова.
  - Вот гад, - вполголоса пробормотал он. Стоявший неподалеку староста от ужаса застонал и тихо осел на землю. Ведь все знают, что у колдунов очень хороший слух.
  - Что-о-о? - Когда Чёрный обернулся, в его голосе слышалась нескрываемое злорадство. - Даже так?! А это кто? Что-то я тебя не видел в начале нашего праздника.
  Тут же появился солдат в рогатом шлеме, тот самый который поймал Долина:
  - Он шастал тут по огородам, думал, наверное, спрятаться от нас.
  - Огороды значит любит? Храбрый, очень храбрый. Возьмём-ка мы его с собой. В замке он нам расскажет, почему так любит прятаться и подкрадываться к невинным старикам. А заодно уж научим там его и правильно разговаривать.
  Долина схватили и опрокинули вниз головой в большую корзину. Их было несколько в обозе колдуна, видимо как раз для таких случаев они там и лежали.
  Вот так одним весенним утром Долин отправился в своё первое в жизни путешествие. Не в комфорте, но зато быстро. И почему-то Долин всё время думал - как бы на его месте поступил дядя.
  
  Колдовского замка поначалу Долин так и не увидел, хоть и хотелось. Много жутких легенд ходило про твердыню под названием Одинокий шпиль. Мрачные сказки о том, что здесь происходит, молодой мельник слушал с самого детства. И теперь он, упакованный в корзину, сам спешил в такую сказку с неясным концом. Скоро, слишком скоро закончилась мерная качка дороги, корзину затрясло и чуть не опрокинуло, послышалась ругань солдат, которым приказали разгружать телегу.
  - Выпустите меня, - охрипшим и сдавленным голосом Долин просипел из корзины.
  - Лежи и не брыкайся, - один из солдат почему-то решил ответить и этим сильно обнадежил Долина. Оказалось зря. Кто-то громко сопящий, с присвистывающим дыханием подхватил корзину и поволок вглубь замка, по бесконечным невидимым коридорам и, насколько мог судить Долин, они поднимались всё выше и выше. Тащили так долго, что когда юношу вытрясли из корзины, он уже не ждал этого. Путешествие закончилось в самом сердце замка Одинокий шпиль.
  Закоченевшие мускулы оживали с трудом, и поэтому огляделся Долин не сразу, зато, когда он смог это сделать, то сразу понял, что для него всё кончено. Лаборатория Чёрного колдуна не сулила ничего хорошего попавшим в неё жертвам. Долин узнал это место по описаниям из сотен легенд. Громадный сплошной застенок. Тусклые факелы, закреплённые на самом верху, почти у сводчатого потолка, не давали хорошо разглядеть все детали, однако и выглядывающих из теней подробностей хватало для должных выводов. Целые ряды громадных каменных столов выстроились здесь вдоль всех стен. И рядом с каждым красовалось разнообразнейшие пыточные инструменты, начиная от простых щипцов и кончая сложной механикой, названия которой Долин никогда даже и не слыхал. А в железных шкафах рядом поблескивали громадные банки-колбы, там плавали заспиртованные жертвы прошлых экспериментов колдуна. Жуткое место и кошмарная ситуация. Лучший выход в подобном случае это немедленное самоубийство, любым способом, желательно как можно более надежным. К сожалению, Долин не обладал должной скоростью реакции. Пока он раздумывал, в лабораторию стремительным шагом вошёл колдун. Удивительно, но теперь он выглядел гораздо моложе.
  - Ложись, - он указал Долину на замызганный кровью лабораторный стол. - Не беспокойся, сейчас приступим.
  Даже если бы Долин мог сопротивляться, у него ничего не вышло бы. Ведь при словах колдуна он почувствовал небывалый энтузиазм. Ему хотелось помогать колдуну во всём. И через мгновение Долин лежал, не шевелясь на своём жертвеннике.
  - Ну, с чего же мы начнем? - спросил колдун.
  Долин жалко улыбался, стараясь придумать хоть что-нибудь.
  - Эх, молодое поколение. Ни ума, ни фантазии. Тогда давай рассуждать вслух. Итак. В чём ты виноват. Ты наглый, невоспитанный, слишком молодой, и, наконец, самое страшное - не умеешь выражаться. Надеюсь, хоть мысли у тебя были покрепче, чем слова?
  Долин закивал, силясь оправдать надежды колдуна.
  - Отлично, отлично. Теперь выводы. Был молодой - станешь неизвестно какой, гадом каких ещё поискать надо. За твой неуемный рот и глупую башку накажем отдельно...- колдун немножко задумался. - В рот кислоты тебе вместо слюны, пусть жжёт всё время и не сжигает. А в своём новом теле ты себя будешь себя ощущать как в той корзине, ну в той, в которой тебя приволокли. Вроде бы всё на месте, но всё не там где надо, и вытянуто куда попало, - приняв решение, колдун отвернулся и стал чертить что-то на противоположном столе, рассуждая по-прежнему вслух. - Размеры побольше, тут шипы добавим, парочку крыльев, мне инвалиды не нужны, будет работать как миленький. По-моему, вот так выйдет неплохо...- после этих слов лаборатория наполнилась дымом, и Долин потерял сознание.
  Очнулся Долин от чудовищного жжения во рту и кошмарного чувства скрученности. Он ощущал себя выжатой половой тряпкой. Долин попытался встать. Неумело вздёрнув крыльями, он пролетел через всю лабораторию и врезался в противоположную стенку, где жёсткими когтями в отчаянии заскрёб по замызганным камням, но не удержался и распластался на полу наподобие жуткой морской звезды. Тщетно отплёвываясь, он попытался приподнять хотя бы голову, чтобы оглядеться.
  Рядом, на корточках, сидело странное небольшое существо. Застывшими ничего не выражающими кровавыми глазками оно бесцеремонно в ответ разглядывало бывшего племянника мельника. И вдруг размахнулось и изо всех сил въехало своей длинной когтистой лапой лежащему прямо под челюсть. От такого удара Долин отлетел в стенку. С потолка тёмным дождем просыпалась пыль.
  - Очнулся? - Закончив с приветствиями, вполне дружелюбно поинтересовалась тварь. - Ну, тогда бери крылья в лапы и вперёд. Для тебя есть небольшая работка.
  Удивлённый Долин попытался проморгаться отсутствующими веками, вяло поцарапал стенку своими чёрными крыльями и проигнорировал все направленные к нему слова. Тогда существо замерло и вытянулось, каждая мышца в этом уродце вдруг буквально на глазах окостенела. Существо заорало мерзким голосом:
  - ВСТАТЬ!!!
  За этим последовал град ударов, серьёзно угрожающий каменной кладке стены. Начав, наконец, что-то соображать Долин встал и в свою очередь расправился во весь рост. Его голова вознеслась над царившим в лаборатории беспорядком. Опрокинутый и разбитый каменный стол, груда полупустых колб разбросанных по всему полу, бутыли с заспиртованными уродцами по углам - всё это осталось далеко внизу. И мерзкая тварь с увесистыми лапами теперь тоже копошилась у самых ног. Размахнувшись, Долин постарался вдавить её как можно глубже в пол. Тварь не осталась в долгу. Ответ последовал быстро.
  На этот раз Долин врезался прямо в ребристый потолок лаборатории, снова спровоцировав снегопад пыли. Долин, оставив в камнях наверху отпечаток своего тела, медленно спланировал на пол, где устало подивился собственной феноменальной живучести.
  - Что за работа? - Робко поинтересовался новый слуга колдуна.
  - Знать не знаю! - Коротко бросила тварь и засеменила к выходу. - На месте сам всё увидишь. Иди за мной, не отставай и не зевай по сторонам. Хозяин сильно разозлится, если ему доложат, что тебя съели раньше времени.
  Они спустились в самую глубь замка. Мрачные чёрные коридоры, петляя извилистыми лабиринтами, довели их туда, где жизнь боялась света, как своего естественного врага. Здесь проводник Долина исчез, оставив его наедине с сумеречным подземельем, еле освещаемым редкими факелами. Долин, по-прежнему корчащийся от неудобства и боли в своем жутком новом теле, вдруг обнаружил, что слабого света ему вполне с избытком хватает. Он даже различал копошащихся в углах многоножек, пауков охотящихся на них и крыс охотящихся на всех сразу. Он не видел только того, зачем его сюда привели.
  - Заблудился, крылатик? - Свистящий голос привёл Долина в чувство. Он отскочил назад, захлопав крыльями и вызвал тем самым панику среди крыс.
  - Кто здесь? - напрасно он оглядывался вокруг, новое зрение нисколько не помогало ему.
  - Кто, кто? - обиженно засвистел воздух вокруг. - Кто может быть здесь внизу, кроме бедного Маргоба?
  Тьма сгустилась и Долин различил перед собой смутный горбатый силуэт, ощетинившийся вдоль хребта шипами. В руках у силуэта позвякивала связка ключей.
  - Это тебя послал Хозяин? Тогда спеши за мной. Хозяин не любит ждать. - Горбатый развернулся и еле различимый заскользил по густым теням, явно избегая света факелов.
  Долин, неуклюже похлопывая крыльями, с трудом поспевал за ним. Вскоре чёрная решетка перегородила им путь. Маргоб отворил её и склонился перед Долином:
  - Входи и поспеши. Хозяин долго ждать не будет...- последние слова тихим эхом отразились от стен и растворились в темноте вместе с Маргобом. Горбатый тюремщик исчез так же, как и появился. Но у Долина не осталось времени удивляться, он должен был спешить. Сжавшись, он с трудом протиснулся в узкий проход.
  
  Чёрный колдун лицемерил, когда говорил, что хочет позабавиться с дочерью старосты в дороге. Едва они выехали за пределы Волчьего Яра, колдун передал Анну солдатам, без всяких слов и приказов, просто снял её с лошади и всё. Солдаты же, как будто и не видели в Анне девушку. Колдун на своём могучем коне уже давно исчез где-то впереди, а она сидела в обозе среди солдат, и ни один из них даже не глядел в её сторону. Все они наперебой обсуждали события сегодняшнего дня, кое-кто хвастался награбленным, вот и всё, что происходило вокруг. Анна впервые за утро успокоилась и, наконец, смогла без эмоций оценить происходящее вокруг.
  И для начала она попыталась бежать. Однако тут быстро выяснилась цена напускного невнимания солдат. Девушка успела только соскользнуть с телеги, как весь обоз остановился. Ближайший солдат без всяких церемоний схватил Анну за шкирку и бросил её как потерявшуюся вещь обратно, туда, в груду, где была свалена основная добыча из деревни, всякие шкуры, горшки с чем-то, медная посуда. Там Анна и пролежала до самого конца пути, больше не осмеливаясь на побег. Она пыталась прочитать молитву, но слова не шли у неё, всё путалось и лишь одно у девушки получалось хорошо. Снова и снова она как заново переживала события сегодняшнего утра, весь тот ужас, который приключился с ней. И почему она не послушалась отца, ведь староста говорил о возможном визите Чёрного колдуна, он предлагал ей спрятаться где-нибудь, схорониться недалеко от деревни. Большая часть девушек и детей так и поступили.
  В ней же заговорила гордость и любопытство. Она не без основания считала себя самой красивой в их деревне, и более того во всём роду Малов, что издавна проживал в холмах Эферотских гор. Колдун тоже счел её красивой и, недолго думая, включил её в список той дани, которую он собрал с деревни. Немного утешало Анну лишь то, что не только её угораздило попасть под горячую руку Чёрного. Где-то в обозе сейчас находился и Долин, племянник мельника, которого чёрт дёрнул явиться в деревню в столь неудачный час. Анна видела, как солдаты запихивали Долина в одну из больших корзин, телега с ними ехала в конце обоза. Несчастный паренек, до нынешнего утра Анна никогда особо и не замечала его существования, а теперь вот его неудача служила ей маленьким утешением.
  Правда служила совсем недолго. Когда обоз к вечеру достиг ворот замка Одинокий Шпиль, все надежды и утешения Анны исчезли. Сначала её напугало, как вокруг вдруг оживились и встревожились солдаты. К сумеркам большая часть из них уже ходила без брони. Панцири и рогатые шлемы в беспорядке валялись в телегах, там же сложено и оружие. Только конные воины остались при полном вооружении, поскольку именно они были ответственны за охрану обоза. Но к концу пути пехота колдуна заволновалась. Все начали одеваться, обоз даже останавливали, чтобы умыться в одной небольшой речке, мимо которой как раз проезжали.
  А потом произошла и вовсе непонятная вещь. Солдаты, почти не останавливая телеги, собрали с них остатки всех своих пожиток, забрали часть награбленного и ушли. Но когда Анна попыталась встать и оглядеться, один из солдат напоследок прижал её к полу телеги и молча покачал головой. После он исчез, а Анна осталась лежать, недоумевающая и очень испуганная.
  Быстро выяснилась вся правота её страхов. Слугами в замке Одинокий Шпиль оказались чудовища. Сразу несколько крысоподобных существ заскочили в телегу к Анне, крича и визжа, они осмотрели девушку, будто она была простым горшком, а после схватили и понесли куда-то. Не выдержав всего этого ужаса, Анна потеряла сознание.
  Очнулась она в полной темноте и сначала даже не сразу поняла, жива ли она ещё или вокруг уже загробный мир. Но тяжесть кандалов сжимающих её запястья помогла вернуться в неприятную реальность. Стала ощущаться сырость вокруг, а после девушка даже смогла кое-что рассмотреть. Где-то далеко, за поворотом, горел факел. Его слабый отсвет стал заметен Анне когда её глаза привыкли к тьме. И хотя далекое пламя почти ничего не говорило о подземелье вблизи, оно все равно немного утешало девушку своим светом, доказывая ей, что она ещё не ослепла.
  Вдруг рядом послышался лёгкий звон. Анна со страхом отдёрнулась в сторону, поскользнулась и повисла на своих цепях.
  - Боишься? - послышался чей-то слабый, хриплый голос. Затем снова звон цепей. Кто-то был прикован совсем недалеко от Анны. В этом голосе звучали странные нотки, он не походил ни на женский, ни на мужской голос. И вряд ли он мог принадлежать ребенку. Анна замерла в страхе, не понимая, кто же шевелится в темноте.
  - Зря боишься. - Снова голос, в нём совсем не звучало эмоций, только усталость и безразличие. - Не меня надо бояться.
  - Кто ты? - Анна решилась спросить и тут же замолчала. Её собственный голос в этом месте казался нечеловеческим.
  - Я? - Невидимый собеседник вздохнул. - Сейчас я никто.
  - Как это никто? - Девушку пугал этот разговор во тьме, но, начав спрашивать, она уже не могла остановиться. - Так не бывает...
  Смех, а после молчание.
  - Что с тобой? Что здесь смешного?
  - Почти ничего. Только твоя наивность. Ты ведь тоже скоро будешь такой же, как я. Все, кто сюда попал, становятся ничем.
  - Ничем? - Анна, несмотря на ужас, который пробуждался в ней от этого разговора, хотела говорить, хотела спрашивать. Ведь только так она могла узнать хоть что-то. - Но ты разговариваешь, а пустота не умеет говорить. Значит ты не ничто.
  Опять недолгое молчание.
  - Да, действительно. Ты наивна... С чего ты взяла, что с тобой кто-то разговаривает?
  - Как с чего?! Ты же говоришь, я слышу тебя. А иначе быть не может. Или... Или ты сошёл с ума? Ты сошёл с ума!
  Но собеседник больше не слушал Анну.
  - Когда-то я был, я БЫЛА такой же, как она. Молодая, красивая, я думала передо мной вся жизнь. И зачем я была такой самоуверенной. - Слова тут перешли в плач, пугающий плач в темноте. Теперь Анна уже ничего не хотела спрашивать, она лишь пыталась не слушать эти страшные причитания. Девушка прижалась к холодной каменной стене за спиной, тщетно пытаясь вжаться, влиться в эту серую твердь. Она втянула голову в плечи, пытаясь хоть так закрыть уши, но не могли ничего сделать, она все равно слышала стоны.
  - Кто я, кто я?! - Закричал странный голос. - Я была такая же, как ты. Мой отец так богат, что его золотом можно устилать дороги. Я ничего не боялась, я была наивна как ты. И когда только Чёрный увидел меня?! Мне надо было бежать, а я лишь смеялась. Теперь я здесь. В темноте! И скоро ты будешь рядом со мной. Ты ведь следующая... - и тут голос исчез, оборвался.
  Не так далеко послышался скрежет отпираемого засова. Кто-то шёл в темницу к Анне и её странной соседке.
  В ужасе девушка дёрнулась из стороны в сторону, тщетно заскребла ногами по холодному граниту пола. Кандалы мёртво держали свою пленницу. И она опять прижалась к стене, стараясь хоть так отодвинуться подальше от входа. Стало слышно, как зажигают факел, горбатые тени заплясали в коридоре. Тяжёлые шаги и красный свет приблизились, решётка двери распахнулась.
  Анна закрыла глаза, не желая смотреть на этот ужас. Ей было слышно, как кто-то рядом дышит, и дышит не так, как обычно дышат люди. Этот кто-то стоял совсем рядом, Анна даже чувствовала тепло от факела, чуяла странный запах, который распространялся от вошедшего. Он стоял рядом и рассматривал Анну. Она не смогла больше терпеть всё это, она открыла глаза.
  Громадная, слизистая пасть рядом с её лицом. Анна закричала, забилась, пытаясь оторвать цепи.
  - Это ты! - Голос у демона был низкий, очень низкий, он шёл как из-под земли. - Это ты!!! - Демон закричал, это было ужасно, но сейчас Анна почему-то больше не теряла сознания, как ни хотелось этого сладостного небытия.
  Рывок и цепи вылетели из своих креплений. Демон бросил Анну на плечо и пошёл к выходу. Она не пыталась сопротивляться и безвольно повисла, скованная уже не цепями, а страхом. Она не могла шевелиться, но видела всё. Перед самым выходом факел осветил дальний угол её камеры, то место, откуда доносился странный голос. Там была лишь деревянная труха из груды которой торчало немного костей. И Анна, наконец, потеряла сознание.
  
  Долин был в отчаянии. Стремительно передвигаясь по тёмным коридорам, он нёс на потеху колдуну Анну. Ещё недавно он так жаждал хоть ненароком прикоснуться к ней. Но никогда не думал он, что сделает это под чёрным заклятием колдуна. Жёсткими когтями он обхватил лёгкое тело девушки, быстро поднимаясь всё выше и выше. Его утешало только одно. Анна не могла знать, кто скрывается под маской демона. Зловещей маской, понукающей трепещущую душу Долина подчиняться злой воле колдуна.
  Несколько минут и Долин оказался во дворе, развернул новоприобретенные крылья и взлетел со своей бесчувственной жертвой к вершине единственной башни замка Одинокий шпиль. Ему и его ноше предстояло много часов мучений в обществе извращённого колдуна. И поэтому Долин постарался углубиться внутрь своей жуткой плоти, чтобы забыть в её неудобных оковах окружающий его страх, забыть про Анну и про свою прошлую жизнь. Забыть именно потому, что колдун хотел, чтобы его раб всё помнил и страдал.
  Знаменитый Чёрный шпиль. Именно под ним находилось место сокровенных утех Чёрного колдуна. Его комната пыток, его лаборатория. Долин, притормозив, плавно опустился вместе с бесчувственной жертвой на парапет и заглянул внутрь. В комнате, столь любимой колдуном, оказалось множество проходов, а огромные окна сверху открывали её всем ветрам. Колдун не сильно любил замкнутые пространства. Он находился тут же, внизу. Потирая руки, он носился взад вперед, готовя при помощи ещё одного крылатого демона какое-то очередное дьявольское сооружение.
  - Залетай, залетай быстрей, - не глядя, крикнул колдун осматривающемуся наверху Долину. - Нечего висеть у меня под потолком. Может ты и похож издалека на летучую мышь, но не обнадеживай себя. Ты гораздо уродливей! - Колдун захохотал, собственный юмор он ценил, чуть ли не превыше всего.
  Настало время действовать. Если Долин хотел спасти Анну, пусть даже ценой собственной жизни, то кроме немедленного нападения у него не оставалось никакого выхода. Осторожно положив девушку на одну из широких потолочных балок, Долин, сложив крылья, устремился вниз, целясь своими полуметровыми когтями прямо в мерзкую голову Чёрного колдуна. Второй демон с любопытством раскрыв пасть с интересом наблюдал за этим. Чёрный колдун, ничего не замечая, возился со своей машиной. В один миг Долин оказался около него, аккуратно приземлился и осторожно сдул пылинку с бархатной мантии колдуна.
  - Очень хорошо! - Тут колдун наконец-то закончил свою работу и повернулся. - Давай сюда девчонку!
  Удивленно осматриваясь, он оглядел всё вокруг, для надёжности заглянул под стол и за широкую демоническую спину Долина.
  - Тупой болван! Куда ты её положил?! - Он автоматически проследил за взором Долина и увидел под потолком свисающую руку Анны. - Клянусь тремя камнями Айсвиры, - возопил он, - ещё никогда у меня не было настолько тупого слуги! Неужели у себя в деревне ты был деревенским дурачком?! Как ты вообще додумался положить её туда? Я приказал принести её сюда, но никак не подвешивать её под потолок! Недоразвитая скотина. Сейчас ты у меня получишь урок мудрости!
  В этот момент Анна очнулась и неосторожно поглядела вниз. Сверху донесся её вскрик. Многометровая высота и собственное шаткое положение ей не понравились.
  - Немедленно снимите её оттуда! - Заверещал колдун. - Я ещё не успел поразвлечься с ней!
  Оба крылатых демона свечами взмыли под потолок и устремились к Анне. Она закричала ещё сильней и снова растянулась без чувств. Такой её и сняли. Началось время "развлечений".
  Видеть измывательства над нравящимся тебе человеком и не иметь возможности помочь ему и более того самому помогать палачу в этих измывательствах это жуткая моральная пытка. Только человек с большим опытом и с невероятной выдержкой смог бы без последствий её перенести. Вот так и сходили с ума невольные слуги колдуна, заключённые в демонические оболочки. Когда подобное происходило, они начинали получать удовольствие от пыточных процедур и колдун, всегда верный своей извращённой натуре, ссылал их на какие-нибудь подручные чёрные работы, надеясь, что хоть там сумасшедшие демоны будут не очень счастливы. Сейчас же от Долина колдун получал нескрываемое наслаждение. Он с удовольствием хохотал, глядя на ужимки и гримасы своего нового слуги. Особенно колдун забавлялся, когда Долин пытался помочь Анне или же пробовал сам потерять сознание. Напрасный труд, демоническое тело было безраздельно преданно своему создателю, Чёрному колдуну. Сознание оно терять не могло по причине необыкновенного здоровья и даже отворачиваться во время опытов не желало, поскольку обладало неким животным любопытством.
  Целыми днями продолжались эти мучения, и только поздним вечером колдун всё-таки отпускал своих слуг. Когда они покидали комнату пыток и летели на свои насесты на южной стене башни, от солнца оставалась лишь багровая полоска над горизонтом. Их домом была огромная ниша в стене постоянно продуваемая промозглыми ветрами. Из обстановки здесь имелось только большое бревно, закрепленное как насест и маленькое корыто в углу, туда небольшие монстры выползающие из щелей, сваливали всякие помои. Эти же монстры убирали все отходы жизнедеятельности демонов, потому как никаких туалетов здесь не наблюдалось, а вылетать за пределы замка колдун строго запрещал. Каждое утро с ворчанием эти чудовища, похожие на ящериц, ползали по полу, пожирая всё, что туда нападало за ночь. Возможно, в своей человеческой жизни, они были чистюлями, любившими красоту и порядок. И каждое утро Долин, примостившись на бревне, безучастно наблюдал за ними, со страхом ожидая очередного вызова колдуна. Прошло уже больше недели с начала этого кошмара. 3а всё это время из слов он слышал только лишь крики Анны и отвратительные шуточки колдуна. Поэтому он сильно удивился, когда с ним заговорил его напарник, второй крылатый демон. Всё время молчавший, кошмарно уродливый, он не казался Долину способным на разумную речь и тем более разумное мышление. За всеми своими бедами Долин и забыл, что его окружают такие же превращенные люди.
  - Не смотри на них так, - сказал второй демон, дыхание у него оказалось на редкость зловонным и жарким. Даже на расстоянии Долин почувствовал этот жар.
  - На кого? - После недолгого молчания Долин всё-таки решился заговорить, кислота из его рта при этом закапала на пол, разъедая в камне цветастые узоры.
  - На этих уборщиков. Ты так смотришь, как будто хочешь их съесть.
  - Кого съесть, не надо есть, здесь некого есть, ешьте его, не надо есть меня, - забегали в панике уборщики.
  - Они сошли с ума, потому колдун и поставил их на такую работу, - бесстрастно объяснил демон. - Здесь все сходят с ума, может, уже и я сошёл. Да и ты, я вижу, вполне готов к этому, - добавил он, от его дыхания за время этой долгой тирады высохла плесень на противоположной стене.
  - Счастливчики, они уже ничего не понимают. - Долин с завистью поглядел вниз.
  В это время их вызвал колдун, и они полетели на очередные мучения. Лишь к вечеру, в темноте, разговор продолжился.
  - Зря ты завидуешь сумасшедшим. Да, они ничего не понимают, - как ни в чем не бывало, заговорил второй демон. - Но страдают они от этого не меньше, а возможно и больше, чем когда понимали.
  - Как можно страдать, не понимая этого?
  - Наш "повелитель" умеет всё. Неужели ты думал, что он даёт спастись в сумасшествии?
  - Проклятый колдун. Каждый день я мечтаю вырвать ему его гнилое сердце, - с излишней эмоциональностью признался Долин.
  - Не злись попусту, а то пережжёшь наше единственное бревно, - действительно было слышно, как кислота в темноте с шипением разъедает дерево.
  - Мне все равно. - Долин замолчал, не желая больше разговаривать. Только через два дня Лоэлин, так звали второго демона, смог снова разговорить своего товарища по несчастью. Как и Долин, он попался в лапы колдуну сравнительно недавно. Он плюнул в сторону Чёрного, поступив вполне в своем духе. Ведь Лоэлин был не простой деревенский парень как Долин. До своего злосчастного дня он ходил в наследниках знаменитого клана Ргев и являлся студентом единственного в этой злополучной стране университета. Колдун, в награду за плевок, наградил его иссушающим дыханием и постоянной жаждой, которую здесь, в Одиноком шпиле, просто негде было удовлетворить. Когда Долин узнал об этом, он поразился выдержке Лоэлина. У него самого кислота, которая по замыслу колдуна должна была жечь ему рот, уже почти не ощущалась, хотя окружающие Долина вещи по-прежнему разъедала исправно. А к жажде привыкнуть невозможно, поэтому стойкость Лоэлина в его мучениях казалась немалым подвигом. Но как бы то ни было, они оба понимали, что долго так не продержаться. Рано или поздно сумасшествие настигнет их, и они даже не заметят момента, когда это произойдет.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"