Р.Волков И С.Чугунов: другие произведения.

Cepdцe Cepdцa

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Комментарии: 1, последний от 11/10/2002.
  • © Copyright Р.Волков И С.Чугунов (chuvol@mail.ru)
  • Обновлено: 11/08/2002. 6k. Статистика.
  • Поэма: Поэзия
  •  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Номинировано на литературный конкурс "Тенета-2002" Опубликовано в Уфе

  • 
    Роман Волков            Сергей Чугунов
    
    CEPDЦE  CEPDЦA
    
    
    ?????
    
    
    За туманами могучими,
    За озерами бескрайними
    Распростерлись в многозвучии
    Коротышки с великанами.
    И несет в потоках времени
    Их веселыми и хмурыми,
    Человеческого племени
    Мясо-костными фигурами.
    Эй вы, люди обезьянные!
    На себя взгляните в зеркало!
    То святые, то с изъянами,
    То труха, а то бессмертные.
    
    Бутылочным горлышком червоточины,
    Черные бублики вокруглазия.
    И зияют в прогалах безночия 
    Три моих ангелочка-дочери,
    Оскопленные безобразием.
    
    Что ты плачешь, в меха закутавшись
    Под пустые воспоминания?
    Я и сам бесконечно запутался,
    Как в театре придумал страдания.
    
    Под колено ударить ножиком
    И почить, отдыхая под лаврами
    И смотреть, как смеются под кожею
    Капилляры кровавою лавою.
    
    Ничего. Только сумрак под куполом.
    Пушкой выстрелив в небо по лестнице,
    Жалкий клоун, в жасмины зарутанный,
    В табакерке, заплакав, повесился.
    Он молчал. И чужими молитвами
    Смех струился, а звезды все капали.
    Человечки смеркались над Библией, 
    Поднимались над лужей и падали.
    
    А в углу все осталось по-прежнему.
    Все по-прежнему: страшно и угольно.
    Мы менялись душой под одеждами,
    Остывая бездушными куклами.
    
    Окрасились тучи ступеньками,
    И чувства остались разбитыми.
    Обвиты шипованой пенькою,
    Глаза раскрывались корытами.
    
    Мир спал, обуянный метелями, 
    Рыдали побитые ангелы,
    Дремали, укрывшись постелями
    И мерзлыми каплями падали.
    А где-то звенели бутылками,
    Давились льняными конфетами.
    И были старухи бобылками,
    Гремели души кастаньетами.
    
    Спроси меня, мерное марево
    В сортире с резным подоконником,
    Как день с разноцветными харями,
    Я стал недоделанным големом.
    Лечу, раздираясь соблазнами
    И плачу желтками газетными,
    С коровами грустными, красными
    Теку я хрящами паркетными.
    Сжимая траву первоземную
    Мотками уродливо-верными,
    Скатился матрешкой на землю я, 
    Где люди лежали консервами,
    Гробами конфетными, сладкими,
    С Христом отстрадавшимся, пазушным, 
    С рубахой, покрытой заплатками
    И сердцем стучащимся радужно.
    
    Рыгать этикеточный реквием
    В асфальты стеклянною брюквою.
    Истошными, блеклыми ветрами
    Искали советы под брюками.
    
    В окне силуэт твой заласканный,
    Еловыми лапами вышитый,
    Ирисными лунными сказками,
    С рассветом над теплыми крышами.
    Вы слышите холод таинственный?
    В печах догорают мгновения,
    В местах, где стреножена истина
    Таится пустынь назначение.
    Возьми меня в руки осенние,
    Читай мои грани лопатками,
    Надрежь изумрудными звеньями
    Навзрыд за матрасными складками.
    
    Часы ползли.
    Нам надо идти.
    Грохочет.
    Сердце клокочет
    В уютной груди.
    Хохочет
    Чайка, взлетая, над платьем твоим выпускным.
    И въелся, как стыд безутешный,
    Твой розовый грим.
    Мы ночью с тобой улетим.
    
    По проводам бежит лунный зайчик. Прохожие клацают ключами от замков. 
    Ангелы беззлобно отмахиваются от комаров. 
    В каждой секунде торопливо разогревается разочарование. 
    Фонари отражают звезды.
    В каждой звезде таится любовь.
    Мне кажется, что размышлять о жизни слишком поздно.
    
    Машины – уроды.
    Многорукие травы фальшивы.
    Я приму твои роды,
    Обозначу скоромной улыбкой поливы.
    
    Прости, меня, Солнце,
    Что не понял, не обнял,
    Когда плакал дождем
    И смеялся пустыми смешками глазниц.
    Ничего. Мы чуть-чуть подождем
    За парадными тыквами лиц.
    
    Плоть земли постригу,
    На бегу, отдышавшись, озябну…
    В тишине соловьем – ни гу-гу,
    Развернусь я салатовой хлябью…
    
    Расстреляли на войне
    Бога:
    Торговались о цене – 
    Много.
    Видишь темное в окне? – 
    Звери.
    Открывайте на заре
    Двери.
    По осоке босиком – 
    Режет.
    Царь, задушенный сырком
    Брезжит.
    Так смеялись невпопад лапти,
    Свечи таяли в распад 
    Платья.
    
    Если кто-то сказал, 
    Что все было совершенно непонятно…
    Я бороться устал,
    Не только руки,
    Но и что-то внутри,
    Нечто уставшее
    В удушливо ватном.
    Потри меня по три, - 
    Окажешься в шоколадном 
    Цвете 
    Сиротных сиропных витрин.
    
    Жизнь – дуреха.
    		Жизнь – дуреха.
    Листочное брюхо.
    Охотимся на завтра.
    Жрем душистую оплеуху.
    
    Ах, если кто б нибудь сказал мне:
    Лети с конем моим печальным!
    Скупнись в слезливом изначалье
    С чугунными пустыми снами.
    
    Мадонна рыдает стихами – 
    Кудлатая звездная пони.
    Плясать со своими штанами
    Точилкой на тряпном балконе.
    
    А честные блажные тени
    Кусками срывали остаток.
    С буфетом пади на колени,
    Чеша по соскам супостата.
    Ревел клавесин озверело.
    Душа под рубашкой ночною
    Кипела, скрипела, свирела…
    Подростка надели за дело,
    Убили любою ценою.
    
    В палатке мясной и печальной 
    Подвис оБожленный отступник.
    На крюке нелепо-кричальном
    Вдали схоронился заступник.
    
    Извергнуть девичьим станом 
    Ткацким. Двухручной пилой 
     				карамболь
    Пляшу. 
    Захлебнувшись органом,
    Спишу – самодельный король.
    
    Сковырнуть на дне меня,
    Обнимя, словам не вняв,
    Стокопытного коня.
    Лобызать ладонь ея,
    Сполыхнувшись, как змея.
    
    Сладкой гарью затоварим 
    небеса.
    Златокудрую попудрим в 
    волоса.
    Обеззначим, словно плачем, 
    чудеса.
    Порицаем. Полицая
    пьет оса.
    
    Я топорю стопор.
    Ору, выходя в штопор…
    
    Старая актриса ласкает занавес. 
    О чем-то давно забытом молчит сцена.
    Душа пропиталась гримом.
    Седым воском оплывают свечи.
    Жизнь бутафорна.
    Завтра будет другой день,но он будет уже 
    другим.
    Рампа мертва.
    На покинутой лестнице – скрип половиц.
    
    Смерть бессердечно права.
    А в лицах густеет брусники трава.
    
    Солнце остыло.
    В серозной пустыне
    Нищие жаждут знаменья.
    Тоскливо. Постыло.
    Бубенчиком всплеск озверенья.
    
    Мама!
     Да я же любил тебя!
    Растираю в обмогиленных ладонях пепел.
    Я голым младенцем 
    вышел из сердца твоего
    Счастливого дня,
    который теперь никто не заметит.
    
    Ребристою шпалой
    Смеются корсары,
    И в небе рычит абордаж.
    И стиховаренье
    Бортовым твореньем
    Кромсает обугленный пляж.
    
    Мне снова знакома
    Мясного от дома
    Три пулевых точки цветком.
    Где враг затаится
    Осиновой птицей
    Помадным зубастым плевком.
    
    Плодовое кто-то
    Застигла икота,
    И мысли уснули клубком.
    Хихикать на дыбе – 
    Смеялся ли ты бы? – 
    Прижатый ершистым лобком.
    
    
    
    В моей груди танцует белка.
    Сердце вкалывает игрушечной душегрейкой.
    Оно вмещает клеточки и миры,
    Их безмолвно хранит,
    Молча стучит.
    Сердце – вуаль,
    Орех в шоколаде.
    Сердце сердца…
    
    А в точке сгущается сумрак.
    Все ближе к концу опадалая песня.
    Засечной затрещиной гулок
    Порхай к некромантной невесте.
    
    А жизнь поднарастянута тетивно.
    Шепчу в подзвездье вечном ничего.
    Вселенная сомкнулась чернодивно
    В бездонном сердце сердца моего.
    
    13 мая 2001 г. - 13 июля 2001 г.
    

  • Комментарии: 1, последний от 11/10/2002.
  • © Copyright Р.Волков И С.Чугунов (chuvol@mail.ru)
  • Обновлено: 11/08/2002. 6k. Статистика.
  • Поэма: Поэзия
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.

    Журнал Самиздат
    Литература
    Это наша
    кнопка
    Премия "Русская фантастика-2004" -
    голосование интернет-читателей

    С 4 по 7 мая 2004 под Санкт-Петербургом состоится "Интерпресскон-2004". Подать заявку на участие>>
    "СТАРИННЫЙ ИНТЕРЬЕР".
    Мебель SECOND HAND из Голландии. Mассив дуба, натуральная кожа.