Волошин Юрий Дмитриевич: другие произведения.

Волки Аракана. Книга пятая. Отец и сын

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Старые друзья бегут из плена. Позади война в Аракане и поражение. Нет ни славы, ни денег. На одном из бесчисленных островов их ждут сокровища старого капитана, но достать их – трудная задача. В южных морях, где любой встречный корабль может оказаться пиратом, трудно сохранить не только деньги, но и саму жизнь. Друзья проходят через череду опасных приключений, сами опять становятся пиратами, вспоминая былые времена. Но не сокровища влекут их. Где умом, где хитростью, а где и просто смелостью – искатели приключений все же пробивают путь домой.

Ю.Д. Волошин

Волки Аракана

Книга пятая

ОТЕЦ И СЫН

Глава 1

   Река сонно катила свои воды на юг. Берега были покрыты зарослями, изредка встречались небольшие отмели. Иногда попадались селения из нескольких десятков хижин, крытых пальмовыми листьями. Местные жители, смуглые люди среднего роста, подданные короля Великой Бирмы, Аракана и Сириама и прочая, называли эту реку просто - Пху.
   Мерно размахивая веслами, из-за поворота выплыла большая лодка. Гребцы не торопились, вниз по течению можно и расслабиться. Работали веслами через одного, остальные отдыхали, понуро сгорбив спины.
   Парус едва полоскался на единственной мачте, легкий ветерок не мог его уверенно надуть. В тени навеса из пальмовых листьев лежали несколько людей, немного отличавшиеся по внешнему виду от гребцов. Более бледный цвет кожи, светлые бороды и усы выдавали в них европейцев. Они лениво переговаривались друг с другом, перебрасываясь парой фраз.
   Пьер, крепкий мужчина лет сорока-пятидесяти, рассеянно всматривался в щели навеса. Его темно-русые волосы и борода с усами выдавали в нем уроженца северных земель. Рядом, опираясь на локоть, лежал его ровесник, но восточного вида. Пальцы, украшенные перстнями, и почти полное отсутствие одежды - выглядел он достаточно экзотично. Но как ни странно, именно он сейчас разговаривал с Пьером по-русски. Гардан, татарин из Астрахани, хотел поднять настроение Пьера, вспоминая их общие похождения в юношестве.
   Казалось, лишь вчера они встретились под Новгородом зимней ночью, лишь недавно они были врагами. Петька, сын новгородского купца, царский опричник Гардан, божественным провидением, или волей Аллаха, стали друзьями, прошли вместе пол-Африки, пиратствовали в водах Индийского океана, у берегов Бирмы и Индонезии: Да, но как все-таки это было давно!
   Пьер давно уже поселился в Марселе, и успел обзавестись семьей и четырьмя детьми. Его сыну уже стукнуло примерно столько же - около двадцати лет - как Пьеру, когда они с Гарданом разбойничали на море и добывали себе сокровища. Гардан потом ушел в Крым, но они пару раз в год обменивались письмами.
   Старый капитан Эжен Дотье, соратник друзей, давным-давно возглавлявший пиратское братство на фусте, что носила гордое имя <Волк>, призвал их на службу португальскому авантюристу де Бриту. Тому улыбнулась фортуна стать королем Сириама, небольшого государства на юге Бирмы. Но власть, захваченная с помощью небольшого отряда солдат, оказалась недолгой. Пойдя на поводу у монахов-иезуитов, вызвав недовольство местных жителей, он не смог противостоять бирманцам. Король Бирмы Анаупетлун собрал внушительную армию. Де Бриту не помогли даже отряды добровольцев, кинувшиеся ему на помощь, в надежде поживиться богатой добычей в подобного рода войнах. Сириам пал.
   В итоге Пьер оказался в плену у бирманцев. Вместе со старыми друзьями - капитаном Эженом, Арманом, Фернаном и несколькими десятками пленных португальцев их поселили в отдаленном селении на берегу извилистой реки Пху, притока полноводной Иравади. Бирманцы пытались научить их строить хижины и обрабатывать землю, выращивать рис и бананы. Местные женщины поселились в жилищах феринджи, как называли здесь европейцев. Пьер в мыслях уже распрощался с женой Ивонной, думая, что уже не увидит семью.
   Эжен-младший, сын Пьера, названный так в честь старого капитана, был тут же, на лодке. Молодой человек присоединился к отцу с Гарданом в надежде получить свою долю богатства. Мечта получить дворянство дополняла честолюбивые планы Эжена. Впрочем, де Бриту по заслугам оценил юношу и пожаловал ему титул.
   Вместе с Гарданом Эжен отправился за подмогой, когда король Сириама с соратниками еще отбивался от армии бирманцев. Возвращение в Сириам оказалось крушением надежд: они нашли распятого на кресте де Бриту, но никаких следов Пьера и друзей. Властитель Бирмы Анаупетлун был милостив к остальным европейцам, и приказал отправить пленных феринджи в ссылку по нескольким далеким селениям.
   Много дней Гардану с Эженом никак не удавалось найти друзей. Пробираясь вверх по рекам, скрываясь под видом индийских купцов, они расспрашивали местных жителей, стараясь не привлекать к себе внимания. Лишь неделю назад, разыграв из себя важных вельмож из столицы, что выполняют приказ свыше, им удалось вызволить Пьера и Армана из тягостной ссылки. Старый пират Эжен Дотье лишь немного не дожил до свободы. Фернан, старый друг Пьера и Гардана по команде <Волка>, пожелал остаться в ссылке. Молодая жена, спокойная жизнь крестьянина - для Фернана оказалось лучше скитаний по морю.
   Пьер уже давно пересказал сыну и Гардану о невеселой жизни в туземном селении, а Арман сопровождал рассказы сценками из жизни, изображая то старосту деревни, то кого из ссыльных, а иногда и аппетитных женщин. Арман был бродячим актером, и тесно познакомился с Пьером во времена их путешествий по Африке, когда они бежали от алжирских пиратов.
   Однообразные дни плавания тянулись долго. Солнце палило нещадно, единственную тень можно было найти или под парусом, или под навесом из листьев пальмы и банана.
   Гардан настоял на том, чтобы все белые старались изображать из себя индусов.
   - Арман у нас специалист по гриму, вот пусть этим срочно и занимается, пока нас не засекли. И надо снять всю европейскую одежду.
   - В такую жару все краски пот смоет, - заметил Арман.
   - А ты для чего? Старайся поддерживать маскарад, Арман. Нам плыть еще далеко, за месяц можно не управиться. Скоро начнется другой сезон - надо успеть убраться отсюда до муссонных ураганов.
   Вскоре друзья преобразились и внешне почти не отличались от торговцев из Индии.
   - Гардан, ты не боишься, что гребцы донесут на нас? - спросил Пьер.
   - Опасно, но я хорошо им плачу и стараюсь, чтобы они не связывались с местными. К тому же они моны, и с бирманцами на ножах.
   - Во всяком случае, надо за ними присматривать.
   - Конечно, Пьер. Вот и присматривайте все вместе. Теперь это легче.
   - А как мы собираемся добираться домой? - спросил Арман. - Не на этой же посудине?
   - Когда я получил это корыто, я отдал свое судно. И договорился, что как вернусь - опять обменяемся.
   - Не очень-то стоит в это верить, Гардан, - заметил Пьер.
   - Согласен, но не плыть же по реке на европейском судне. Если меня обманут, то я найду способ выкрутиться. Убытков не будет, а это уже что-то. Нам теперь деньги понадобятся, надо экономить.
   - Я надеюсь, что с деньгами у нас затруднений не будет, Гардан.
   - Да вроде в Сириаме у нас припрятано не так уж много, чтобы вернуться домой.
   - Наших сириамских денег слишком мало, ты прав. Но я добуду их в архипелаге Мергуи. Ты помнишь, как мы с капитаном, царство ему небесное, прятали в тайнике наши сокровища? - Пьер невольно перешел на шепот.
   - Да, было такое, но ты же все забрал оттуда.
   - Я-то забрал, но не капитан. Перед смертью он мне рассказал об этом и завещал все мне. Теперь остается лишь достать!
   Эжен придвинулся поближе: - Это меняет дело, но как мы туда доберемся?
   - Это другой вопрос, Эжен. Главное не в этом. Слишком трудно остаться незамеченными в Сириаме. Но нам еще до Сириама добраться надо. Так что следует быть повнимательнее и не высовываться понапрасну.
   Неожиданное происшествие надолго остановило путешественников. Ночью они столкнулись с встречным судном и получили хорошую пробоину. Оба судна стали тонуть. Гардану удалось с помощью гребцов отвести лодку на мелководье, где она и села на дно почти по самый верх бортов.
   - Так, - горестно качал головой Гардан, поглядывая на то, что осталось от лодки, - только и осталось ждать, когда нас заберут бирманцы и посадят в тюрьму.
   - Почему, Гардан? - спросил Пьер.
   - Потому что вы орали на разные лады, любой поймет, что вы не индусы. Так что готовьтесь к худшему.
   - Давай разгрузим лодку и попробуем отремонтировать. Люди у нас есть. Если не будет хватать, наймем еще с десяток в помощь.
   - Надо что-то делать, но все это слишком опасно.
   До берега было не более десяти шагов. Уже на рассвете путешественники начали спешно освобождать лодку от груза. Его, правда, было уже немного. За два часа все было на берегу.
   Появились местные жители. С любопытством наблюдали за работами. А Гардан с тем же интересом поглядывал на них, пытаясь определить их намеренья.
   - Осмотрим пробоину и решим, что делать, - сказал Гардан. - Хорошо бы вытащить лодку на берег.
   - Нас больше десятка, - сказал Арман уверенно. - Неужели не справимся?
   - Лодка слишком тяжелая для нас. Надо нанимать людей.
   Лишь к вечеру удалось вытащить лодку на берег и перевернуть. Днище было проломлено на полтора фута.
   - Работы много, да и материала нет. А где искать мастеров? - Гардан был раздосадован и нервничал.
   - Гардан, поговори об этом с жителями ближайшего селения. Там наверняка найдутся мастера и материал. Давай , отправляйся туда и поскорее возвращайся. Мы тут сторожить будем, - предложил Пьер.
   - Да, Пьер. Но вы тут сидите смирно и не пытайтесь говорить с местными. Вон, у нас есть вельможа, рулевой. У него получается лучше.
   очь прошла спокойно, а утром вернулся Гардан с мастером. Тот осмотрел лодку, покачал головой, постукал топориком по днищу.
   - Много работы, хозяин. За день не управимся. Три дня надо.
   - Да что тут делать? - возмутился Гардан. - Небольшую дыру залатать и все! Я заплачу.
   - Три дня, господин. Надо доски принести, заменить, проконопатить и просмолить. Иначе лодка далеко не уплывет. Плохо делать нельзя, господин. Три дня.
   - Ладно, приступай! Но не больше трех дней, слышал?
   - Будет сделано, господин. Обещаю, господин.
   После обеда, в самую жару, мастер привел еще троих работников с инструментом и они начали неторопливо готовить лодку к починке.
   - Чертовы обезьяны! - тихо ругался Арман, - Они и за неделю не управятся с этим делом!
   - Не кипятись, Арман. Они свое дело знают, - ответил Пьер, наблюдая, как мастера работают. - Смотри - делают все основательно и на совесть.
   Три дня подходили к концу. Лодка блестела свежей смолой и была готова к дальнейшему плаванию. Оставалось спустить ее на воду и проверить, хорошо ли заделана пробоина.
   Два десятка людей дружно взялись за это дело, потащили к воде. По тропинке к реке спускались трое стражников с мушкетами и саблями. Они остановились поблизости, понаблюдали малость. Старший обратился к работникам:
   - Чья лодка и откуда?
   Мастер указал на Гардана. Стражник поманил его пальцем. Гардан подошел, мигнув своим. Пьер понял намек и шепотом сказал друзьям:
   - Незаметно вооружайтесь. Придется драться.
   - Откуда лодка и кто вы такие? - спросил стражник.
   Гардан объяснил, что они из Индии, из Читагона.
   - Купцы мы, господин. До муссонов хотим заработать на торговле.
   - Что-то вы мало похожи на индусов. Придется вас отвести к начальству.
   - Ну что ты, господин! Лодка уже готова и, сами видите, ее спускают на воду. Остается погрузить товар, и можно отплывать.
   - Без разговоров мне! Собирай своих купцов и за мной.
   - А это далеко? Я тороплюсь.
   - Близко, всего триста-четыреста шагов, купец.
   Гардан поглядел на работников. Те уже подтащили лодку к реке. Он решил потянуть время и обратился к стражнику:
   - Господин, позволь, я лишь отдам распоряжения мастеру и заплачу ему и другим. А то ведь может статься, я у вас до вечера не освобожусь, а люди останутся без денег.
   Стражник подумал немного, потом согласно качнул головой.
   - Иди, но не задерживайся и собери своих купцов. Вот этих троих, - и он указал на друзей Гардана.
   - Слушаюсь, господин, - ответил Гардан, кланялся и пятился задом, показывая свою готовность подчиняться любым указаниям.
   Гардан неторопливо расплачивался с мастером и людьми, нанятыми им для спуска лодки на воду. Пьеру он тихо сказал:
   - Нас забирают. Вы готовы? Оружие при вас? Незаметно сунь мне кинжал за пазуху.
   Гардан скомандовал загружать лодку, и рулевой согласно кивал, обещая все выполнить в точности.
   Друзья медленно поднялись к стражникам, и Гардан сказал:
   - Господин, мы готовы следовать за тобой. Веди.
   Стражник оглядел понуро стоящих мнимых индусов, махнул рукой и пошел вверх по тропинке. Остальные стражники шли сзади, держа мушкеты в руках.
   - Отойдем подальше, - сказал Гардан. - Недалеко кусты, тропа проходит через них. Там, ясно! - Пьер кивнул, а стражник прикрикнул на них, требуя молчания.
   - Господин, - обратился Гардан к старшему стражнику, - давай договоримся по-хорошему. Я очень спешу. Я тебя отблагодарю, не беспокойся!
   - Иди себе и помалкивай! Потом договариваться будем. Вперед!
   Вошли в кустарник. Он тянулся полосой шириной не более двадцати шагов. Гардан кивнул, все четверо друзей выхватили кинжалы и в мгновение отняли мушкеты у стражников.
   - Это что такое! - вскричал старший, но тут же замолчал, увидев приставленный к горлу кинжал. - Что, что вы хотите?
   - Мы хотим плыть по своим делам, - твердо и стиснув зубы, ответил Гардан.
   - Да, да! Плывите, но не убивайте нас! Я никому не скажу, плывите!
   - Связать их! - кивнул Гардан на стражников. - Рты заткнуть, и пусть полежат малость. Оттащим их подальше в кусты. Выгляни-ка, Эжен, что там с лодкой?

Глава 2

   Перед Промом их накрыл первый дождь. Ощущалось дыхание муссона, пришли тучи, солнце стало жарить меньше, но жара от этого не убавилась. Влажный воздух затруднял дыхание. Тела блестели от пота, но река была рядом и всегда можно было обмыться.
   - Как бы нас в пути не застал настоящий муссон, - забеспокоился Гардан.
   - Не так быстро он наступает, Гардан, не волнуйся, - ответил Пьер. - У нас еще хватит времени.
   - С этими муссонами никогда не угадаешь, Пьер.
   Встречный ветер не позволял поставить парус. Гребцы изнемогали от постоянных нагрузок. Гардан видел это и устраивал дневки вблизи рощ, где в удовольствие можно было передохнуть.
   Недавний случай со стражниками пока никаких осложнений не принес. Наверное, те потеряли след или перестали искать наших друзей.
   На полях закопошились крестьяне, спешащие закончить подготовку к посадке риса. С юга надвигались тучи, окрестности становились мрачными и таинственными.
   Проходили дни и недели, а река продолжала извиваться, постепенно расширяясь и наполняясь водой.
   Гардан все время был в плохом настроении, волновался, и часто загонял лодку в заросли или в протоки, продвигаясь по ним на милю и больше.
   - Что, дурные предчувствия, Гардан? - допытывался Пьер.
   - Шайтан его знает, Пьер, но мне все кажется, что за нами следят.
   - Потому так медленно идем? А может, безопаснее было бы побыстрее оказаться у моря? Там руки будут свободные.
   - Я запутался, Пьер. Что лучше - я уже и не знаю. А тут еще дожди начинаются. Время неприятное. И меня беспокоит Хандоза. Я там договорился обменяться судами, а это не так просто. Уверенности нет.
   - Скоро придем, все узнаем. Может, дело и образуется. Чего заранее бередить себя?
   В Хандозе европейского судна не оказалось. Гардан три дня промотался по городу, но ничего путного не узнал. Купец бесследно исчез, и теперь надо думать, как и где приобрести судно, подходящее для морского плавания.
   - Шайтан, как я и думал, Пьер! Мы в трудном положении. Придется в Сириам заходить - нам нужны ваши спрятанные средства. Без них не обойтись.
   - Значит, так тому и быть, Гардан. Там продумаем все.
   - Не хотелось бы мне заходить в несчастный Сириам. С него и начались все наши передряги.
   - Но другого выхода не видно, Гардан.
   - В том-то и дело. Но посмотрим позже, а пока двигаемся дальше. Три-четыре дня нам понадобится на дорогу до Сириама, если все будет хорошо в пути. Вот только мне кажется, что нас подстерегает опасность.
   Однако на путь до Сириама понадобилось две недели. Сильный встречный ветер не позволял войти в канал. Лодку захлестывало, пришлось выжидать ослабления ветра.
   - Мои опасения подтвердились, Пьер, - качал головой Гардан. - Мы все же задержались. Хорошо, что не по вине людей. А это мы переживем.
   - Ты прав, Гардан. Однако эти дожди могут хлестать месяцами. В дельте это опасно. Если ветры надолго задуют с моря, то нагонят воды. Хорошо бы перебраться в более безопасное место.
   - Куда, Пьер! Кругом болота да рисовые поля. Лишь бы лодка выдержала.
   Потоки воды обрушивались на землю. Реки выходили из берегов, затопляя окрестности. Иравади уже поднялась футов на пятнадцать и продолжала подниматься.
   - Хуже всего ничего не делать! - Арман сидел под навесом, прикрывая голову банановым листом. Вода просачивалась сквозь крышу и заливала все вокруг. - Неужели нельзя что-то предпринять?!
   - Нужно переждать бурю, если не хотим потерять лодку, - с досадой отвечал Гардан.
   Наконец ветер стал спадать. Дожди поредели, молнии не так яростно разрывали мрак ночи.
   - Если завтра к утру будет так же, то отваливаем в Сириам, - распорядился Гардан. - Скоро я рассчитаю вас, и вы свободны, - это он сказал уже рулевому.
   - Да, господин. Свободны от денег, от заработка.
   - Найдете что-нибудь. Гребцы везде нужны.
   - Только не в такую погоду, господин.
   Гардан пожал плечами. Какое его дело?
   Утром поставили малый парус и при сильном юго-западном ветре вышли в протоку на восток от Иравади.
   В устье Рангуна вошли к вечеру следующего дня. Переночевали в Дагоне, древнем городе с величественными пагодами и ступами. А утром, несмотря на дождь, вереница оранжевых монахов обходила дома за традиционным подаянием. Их одежды прилипали к телам, но жара не унималась и потому никто не мерз. Прохладный сезон был еще впереди.
   В заливе ходила зыбь, и гребцы с опаской поглядывали на нее. Очертания Сириама скрывались за завесой из серых струй ливня, но уже к вечеру город проступил крепостными бастионами и шпилями своих восстановленных ступ.
   - Станем на рейде, подальше от причалов, - распорядился Гардан. - Гребцы - получайте свои деньги и отправляйтесь по домам.
   Вскоре лодка опустела, на борту остались только наши друзья. Они никак не могли решить, что же делать дальше. Ничего путного не думалось, да и усталость давала о себе знать. Море качало, лодка изредка подскакивала на особо крутой волне. Якорный канат натягивался, как струна. Но это было не особенно страшно. Шторм был не очень сильным, да и закрытая бухта не позволяла разгуляться большой волне.
   Утром проснулись от необычной тишины. Лодка мерно покачивалась, дождя и в помине не было. Зато пришла шлюпка из Сириама с таможенным чиновником.
   Он во все глаза глядел на белых людей, которые выглядывали из-за занавески полога. Спросил возбужденно и с заметным страхом:
   - Что за судно, с чем вы прибыли в Сириам? - глаза его бегали по лицам наших друзей.
    - Ветер загнал нас сюда, господин, - ответил Гардан, напряженно всматриваясь в лицо таможенника. - Сегодня уходим, а товара у нас никакого нет. Посмотрите?
   - Осадка судна высокая, ясно, что незагружена. Товара, я вижу, действительно нет. Но кто вы?
   - Голландцы, господин. Не пробились в устье Иравади. Ветер был уж слишком противным. Пошлину заплатим, не беспокойся, - Гардан многозначительно уставился в лицо таможенника. Рука его покоилась на рукояти длинного кинжала.
   - Времена, господин, меняются. Наше правительство поощряет торговлю, не то что при Маун Зинге. Теперь мы не берем пошлины с пустых судов. Прощайте, - заторопился чиновник и полез в свою лодку.
   - Теперь и мы сматываемся! - распорядился Гардан, когда таможенник чуть удалился. - Ставим парус и беремся за весла. Нам надо побыстрее уйти с рейда, пока власти не выслали к нам судно с солдатами.
   Повторять приказ не пришлось. Тут же поставили парус, Гардан стал на руль, остальные поспешно выгребали тяжелыми веслами.
   И не успел таможенник сойти на берег, как лодка уже удалилась к противоположному берегу залива, надеясь скрыться в проливе между островами.
   Погони, однако, не было. Гардан удовлетворенно вздохнул, переводя дух.
   На следующий день надо было менять стоянку, ливень хлестал не переставая, но ветер был тих, и мокрые паруса едва шевелились. Судно медленно двигалось на восток.
   - Пока дожди и всюду мало народа, - говорил Гардан Пьеру, - мы должны попытаться добыть наши припрятанные сокровища.
   - Согласен, - ответил Пьер.
   - За кладами отправимся мы с Арманом. Вы с Эженом слишком выделяетесь в этих местах. Так что лодка - на вас.
   Вечером, когда дождь стих, друзья причалили к крохотной пристани какой-то деревушки. Житель без интереса встретили незнакомцев, но те не стали вступать с ними в разговоры, лишь Гардан спросил:
   - Свежая рыба есть? Продаете?
   - Рыба есть, господин, - ответил худой рыбак. Потом уже: - Вы, наверное с запада? Выговор не наш. Купцы?
   - Да, купцы из Индии.
   - Товар у вас есть? Мы могли бы купить.
   - Товар весь распродали, да вот задержали нас дожди. Теперь не знаем, как и выбраться. Не дай Бог, бури начнутся.
   - Начнутся, господин. Как без них. Ожидаем.
   - До Сириама далеко, старина?
   - Да нет, господин. Всего день пути при слабом ветре, а так и быстрее можно. А зачем вам в Сириам?
   Гардан промолчал, а рыбак пошел готовить рыбу для продажи.
   - Чего нам тащиться по суше, когда в дождь нас ни одна собака не увидит, - заявил Гардан, когда за ужином они уплетали вареную рыбу с рисом.
   - Оно и верно, - поддержал Арман. - Подойдем миль на пять или ближе к Сириаму, а там и высадиться можно. Нанять или купить осла и в путь. Так же и назад.
   - Попробуем, - кивнул Гардан. Плохо, что придется копаться в разных местах. У капитана ведь тоже что-то оставалось, как он говорил Арману. Но нужно быть осторожными, друзья.
   Утром, чуть свет, тронулись в путь при свежем ветре. Туман и дождь сократили видимость до ста футов, но приходилось идти на риск. Парусность уменьшили, и все были наготове.
   Почти у самых стен Сириама пристали на мелководье, Гардан с Арманом выпрыгнули за борт. Но прежде условились встретиться с Пьером и Эженом на следующее утро несколько южнее. По пояс в воде добрались до берега.
   Выбравшись на берег, друзья огляделись и, прикрывшись плащами, не спеша поплелись к городу. Был полдень, людей встречалось мало, и на них никто не обращал внимания. Они были одеты в рваные лоунджи, сверху нацепили дырявые плащи. Повязки покрывали головы, на поясах - кинжалы и ножи.
   На ступеньках ступы они устроились перекусить. Дождь уже промочил их до нитки. Духота затрудняла дыхание. Гардан внимательно оглядывал местность, примечая подробности.
   Город ожил, пагоды опять засверкали золотыми наклейками, колокола звонили, как в старые добрые времена. Торговля шла полным ходом, а в гавани можно было увидеть несколько судов.
   - Город живет спокойной жизнью, - тихо заметил Гардан. - Бирманцы быстро восстановили все. Де Бриту на это потребовалось несколько лет.
   - Тогда и разрушений больше было, Гардан.
   - Однако скоро вечер, а ночь у нас будет тяжелая, Арман. Надо бы пройтись, посмотреть пути отступления. Ночью это будет нелегко.
   - Да, пошли, - согласился Арман. - Время не ждет. Поспешим, а то меня уже нервная дрожь колотит. Быстрее бы все это кончилось.
   Они поднялись, поклонились пагоде и поплелись неторопливой походкой.
   Друзья бродили часа два, осмотрелись. Похоже, что все хорошо. Собак нигде не было, сторожей почти не видно. В дождь никому не придет в голову осматривать свои участки.
   - Когда-то мы жили в этих домах, Гардан. Теперь там живут другие, и все идет своим чередом. Странно как-то.
   - Не вижу ничего странного, Арман. Так всегда было. Одни люди уходят, другие приходят, а вещи переходят из рук в руки.
   - Ладно, пусть будет так. Но нам пора нам взяться за дело. Лучше начать с дома капитана. Там вроде нет никого.
   - Рановато, но, может, ты и прав. Пошли.
   Они легко проникли в сад, отыскали нужные приметы и вгрызлись в землю. Друзья молча сопели, рыли грязь и вскоре наткнулись на кувшин. Торопясь, скользя пальцам по грязи, они извлекли его, обмыли в струях дождя, положили в мешок, переглянулись, поблескивая глазами в темноте.
   - Одно дело сделано, Гардан, - хищно оскалился Арман.
   - Приступаем ко второму.
   Не успели они сделать и десяток шагов по улице, как издали послышались громкие голоса и бряцание оружия.
   - Обход! - прошептал Арман. - Скрыться бы!
   Юркнув в кусты возле дома, друзья затаились, устроившись прямо в грязи. Патруль из четырех бирманских воинов прошел, не глядя по сторонам.
   - Им сейчас некого опасаться, потому ходят просто для видимости, - прошептал Гардан пересохшими губами.
   Прижимаясь к стенам, они прошли к дому, где жил Арман. Тут дело пошло без задержек. Актер сам прятал добро и сам же его доставал. Много времени это не заняло.
   - Слава Богу, это было легко! - шепнул Арман, оглянулся по сторонам, сглотнул и вопросительно глянул на друга.
   - Да, пошли дальше, тут близко. Фернан жил рядом.
   В доме ни огонька. Шум дождя заглушал чавкающие шаги искателей кладов. Оглядевшись, друзья вошли в сад. Там некоторое время искали нужное место, потом долго рыли, пока не наткнулись на бамбуковый обрубок, закрытый широкой пробкой и залитый воском.
   - Чего это Фернан так запрятал свой клад? - поинтересовался Арман. - Сырость легко проникнет туда.
   - А что сырость, Арман? Там ничего сырости не боится. Ладно, прячь и пошли! Я устал смертельно.
   - Да и я не меньше, Гардан. Годы, годы... Это Эжену все нипочем. А мы уже старики.
   - Направимся сразу на окраины, - предложил Гардан. - Там меньше патрулей.
   Арман поправил мешок на спине и тронул рукоять кинжала. Неприятный и тревожный холодок защемил в груди. Шаги друзей сами собой сделались осторожнее, а глаза зорче забегали по сторонам.
   Они уже миновали полуразрушенный участок стены и шагали по темному пустырю. Кругом не было ни огонька, и тут перед ними в каких-то десяти шагах вынырнули три темные фигуры.
   Друзья остановились и схватились за кинжалы. Гардан сказал тихо:
   - Бей без предупреждения. Это разбойники, я уверен.
   Те подошли и остановились в шаге, готовясь облегчить путников от излишнего имущества. Один из разбойников хотел было что-то сказать, но не успел произнести ни слова, как Гардан быстрым выпадом всадил ему кинжал в живот. Арман не замедлил сделать то же и прикончил второго, а третий разбойник всхлипнул, бросился в сторону и тут же исчез в темноте.
   - Хорошая работа, Арман. Вот так и надо, без всяческих выяснений. Посмотрим, - Гардан опустился на колени и обыскал мертвецов. Забрал оружие, несколько золотых монет, снял перстень с пальца убитого им разбойника.
   - Брось ты его! - зашептал Арман. Он дрожал от возбуждения и страха и хотел побыстрее убраться подальше от страшного места.
   - Все, пошли, - Гардан отряхнул руки и колени.
   - Интересно, далеко ли до рассвета? Уж очень я спать хочу, - Арман с досадой перекинул мешок на другое плечо.
   - Дай я понесу, Арман. Отдохни.
   В молчании они шли по пустырю за городом, подбирались ближе к морю, которое уже слышалось негромким прибоем. Звезд не было видно, но и дождь прекратился на время. Парной воздух лип к телам, застревал в ноздрях, дыхание было прерывистым и шумным.
   - Нет, я бы ни за что не согласился жить здесь постоянно, - наконец проговорил Арман. В голосе его слышался протест и нетерпение. - Как это Фернан променял нашу благословенную Францию на это парное молоко?
   - Да он же в Португалии жил, Арман!
   - Один черт! И что ему взбрело в голову?
   - Он разочаровался в жизни, а тут нашел то, что ему по душе. Не осуждай его, Арман. Свой путь он выбрал сам. Ему даже можно позавидовать.
   - Вот уж нет, Гардан! Я не согласен. Может, передохнем где-нибудь?
   - Дело говоришь. Пошли ближе к кустам, там нас никто не заметит.
   - Долго нам еще плутать в темноте? - спросил Арман, ни к кому в особенности не обращаясь.
   - Рассветет, тогда и узнаем, а пока отдыхай. Дождя нет, можно передохнуть. - Гардан помолчал, потом добавил: - Но я согласен с тобой, что тут оставаться на всю жизнь нельзя. Это не для нас. У меня в Крыму прекрасный дом и три жены - гуляют, наверное, теперь с молодыми. Приеду - разгоню всех! А жить там - одно удовольствие! Виноград, тепло, барашки ползают по склонам, курдюки нагуливают! Красота! А зимой отдохнуть можно от жары. Зато так ждешь весны и лета! Приехал бы ко мне, Арман, а? Не пожалел бы.
   - Уволь, Гардан. Там меня с потрохами съедят твои татары с муллами.
   - Не высовывайся, и тебя не тронут. А потом у нас к гостям особое отношение, Арман. Гость - человек священный! Однако как хочешь. Зато девушек я тебе обещаю - на выбор! С этим у нас нет никаких трудностей. Полонянок много, не успеваем распродавать. Особенно, как удачно на Русь или Польшу сходим.
   - Занятно говоришь, Гардан. Но я и во Франции могу найти себе усладу. Между прочим, и там есть лакомые кусочки, не только у тебя в Крыму.
   - Они есть везде, Арман, - мечтательно протянул Гардан. - Надо лишь находить их умеючи и пользоваться с толком. Однако мы засиделись. Вроде светлеть стало. Пора двигаться дальше.
   Арман выглянул из зарослей, огляделся.
   - Да, светает, Гардан. Можно трогаться. Там уже наши ждут, волнуются. Пошли.
   Друзья вышли на пустынный берег моря и по кромке пляжа устремились на юг, где их должна была ожидать лодка. Опять начался дождь, видимость сократилась. Лишь тихий плеск волн напоминал им, что они у моря. Ветерок с юго-запада нес сырой, пропитанный влагой воздух.
   - Как бы в такой темноте не проглядеть лодку, - забеспокоился Арман.
   - Да, Арман. Проглядеть легко. Надо покричать, может, услышат.
   Они вместе закричали, прислушались. Кругом царила тишина, нарушаемая лишь шорохом дождя и волн. Друзья посмотрели друг на друга.
   - Надо подождать полного рассвета, Гардан. Так мы ничего не увидим, а наши крики глохнут в этом дожде.
   Гардан молча кивнул, опустился на песок, вытянул ноги и сказал, кивнув на мешок:
   - Тяжелый. Не думал, что добра будет так много.
   - А чего бы сюда тащиться, если возвращаться без гроша? Один Пьер ничего не собрал. Может, он с Эженом все отправил в Гоа? - Арман вопросительно глянул на Гардана.
   - Да, Эжен вез с собой сундучок. Но я не интересовался, сколько и чего там было.
   - Понятно, - Арман помолчал, встал и прошелся по берегу. Он всматривался в серое море, но ничего не было видно. - Вот будет смешно, если мы не найдем наших, а?
   - Это еще не самое смешное, Арман. Куда смешнее попасть в лапы бирманцам.
   - Не пугай меня, Гардан! Я и так натерпелся тут. Второй раз уходить на поселение я не хочу. Хочу домой, во Францию! И лучше бы с деньгами.
   Солнце взошло, но его не было видно. Лишь по окраске туч, местами проступавших на горизонте, можно было об этом догадаться. Видимость улучшилась.
   - Пошли, Арман, - поднялся Гардан, взваливая на спину мешок.
   Они прошли шагов двести и увидели хижины деревушки рыбаков. У причала покачивался занкомый силуэт лодки, на носу сидел Эжен и высматривал друзей.
   - Арман, гляди, вот они! - радостно воскликнул Гардан, ускоряя шаг.
   - Эге-ге! Петька, выходи, шайтан ты этакий! Мы пришли!
   - Гардан, вот хорошо, что вы вернулись. Мы уже начали волноваться. Лезьте к нам, у нас рисовая водка, да и поесть приготовили.
   - Арман, поспеши, а то прозеваешь угощение! - Гардан перекинул мешок на палубу, сам залез под навес и снял грязную и рваную одежду. - Тряпки эти можно выбросить. Больше не понадобятся. Дай вытереться, а то за весь день и ночь сухого места на нас не было.
   - Как у вас тут? - спросил Арман у Эжена. - Все спокойно?
   - Не совсем, дядя Арман. Надо сниматься и уходить.
   - Так чего же мы стоим? Отваливай!
   - Помоги парус поднять, я один не могу. Отяжелел от воды. Тяни!
   С огромным усилием Эжен и Арман подняли парус. Он слегка надулся, лодка развернулась, стала на курс, слегка накренилась и пошла в море, медленно удаляясь от берега. Эжен заметил:
   - Здесь рифов нет, в других местах так запросто от берега не отойдешь. Полно скал, камней и прочих опасностей.
   - Потому и деревня тут расположена. Но хватит болтать. Я есть хочу, как волк. Выкладывай все, что приготовили. И водку тоже давай.
   Арман с Гарданом набросились на еду, Эжен стоял на румпеле, а Пьер слушал рассказы о ночных приключениях.
   Лодка тем временем вышла в море, закачалась на волне, ветер усилился, паруса натянулись. Вода весело зажурчала у форштевня.
   - Куда теперь, Пьер? - спросил Гардан, отваливаясь от угощения и отдуваясь.
   - За кладом капитана, Гардан. Куда же еще?
   - На этой лодке? Слишком опасно, мой друг. Надо подумать о лучшей посудине. Ты меня понял?
   - Понял, Гардан. Придется подумать. Но теперь это сложное дело. Нас слишком мало, чтобы управлять приличным судном.
   - Пьер, нам не привыкать. Не в числе дело, а в умении и выборе времени. Ты это лучше меня знаешь. Но пока двигаемся на юг?
   - Да, Гардан, на юг. А по пути и о судне подумаем, поищем подходящее. Вот только бы видимость улучшилась. А то и в порт не зайдешь в такой дождь. Где его высмотришь?
   - Лишь бы шторм нас не прихватил в открытом море. Остальное не так и страшно, Пьер.
   Лодка медленно плыла к югу, не удаляясь далеко от берега. Друзья опасались шторма. Кто-то постоянно наблюдал за морем. Решили захватить судно больших размеров во что бы то ни стало. Но Пьер сомневался в успехе.
   - Считаю, что лучше было бы это проделать в порту. Там на судах меньше людей бывает, а иногда и просто три-четыре человека, поэтому предлагаю идти в порт. В море слишком рискованно.
   - Правильно, Пьер, - подхватил Арман. - Чего зря рисковать своими жизнями, когда нас и так мало. А в порту это легче.
   - Хорошо, вы меня убедили, - согласился Гардан. - Да и оружие у нас плохонькое, пушек уже нет, так что и не напугаешь никого. Давай, Пьер, веди нас в порт. Ты ведь у нас капитан. Командуй.
   - Большой порт нам не нужен, - говорил Пьер. - Там слишком много формальностей, а они нам ни к чему. Будем ждать удобного часа. Продуктов у нас пока хватает, деньги есть.
   - Тогда стоит приблизиться к западному берегу, Пьер. Все равно к архипелагу идти тем путем. Согласен?
   - Так и будет, Гардан. Залив Мартабан мы перейдем за пару дней, а там пойдем вдоль побережья. Даже в сезон дождей море не пустует.
   Два дня прошли в беспокойстве. Не дай Бог попасть в жестокий шторм, что в эти времена не редкость. Лодка шторма не выдержит. Но все обернулось вполне мирно. Ровный юго-западный ветер был не совсем попутным, но и не таким уж и встречным, чтобы жаловаться на судьбу.
   В редкие светлые дни друзья приближались к берегу, заходили в крошечные порты, но ничего путного усмотреть не смогли. Приходилось медленно двигаться дальше.
   Однажды пришлось отстаиваться целую неделю в мелком порту, спасаясь от свирепого шторма, обрушившегося на берега и море. Ливень не прекращался несколько дней, потоки мутных вод устремлялись в море.
   - Этак мы скоро и голодать начнем, - сетовал Арман, которого откровенно бесило такое количество воды.
   - Ты так говоришь, Арман, как будто первый раз это видишь! - рассердился Пьер и добавил: - Вспомни, как мы мечтали хотя бы о маленьком глотке воды. Это я про Африку, где мы с тобой бродили. А с Гарданом как мы мучились от жажды и жары?! Сейчас даже вспомнить страшно, как было плохо нам. Чудом спасались. А тут куда спокойнее.
   - Да, ты прав, Пьер. Лучше уж вода, чем без нее, как в Африке. Тогда я несколько раз прощался с жизнью, а сейчас - ерунда.
   Когда они опять потащились к югу, море еще волновалось, но ветер уже был ровным и не сильным. Изредка попадались суда, но подходящего не встретилось ни разу. То великовато для захвата, это слишком неказисто, местного производства. Мелкие порты тоже не давали ничего. Приходилось терпеть и ждать.
   Наконец лодка друзей зашла в небольшой городок и стала на рейде. Гардан внимательно осмотрел берег и сказал, передавая трубу Пьеру:
   - Опять ничего. Просто какой-то рок преследует нас!
   - Все равно нужно купить провианта, на всякий случай, Гардан. Дня два-три постоим тут.
   Стоянка затянулась. Утром ветер изменил направление, он крепчал, нарастал, задувал с запада. Небольшая лодка могла легко оказаться снесенной на береговые скалы.
   Потом ветер переместился к югу и вовсе не давал возможности выйти в море. На четвертый день в порт вошло судно и бросило якоря вблизи городка. Оно было изрядно потрепано и нуждалось в ремонте.
   Осмотрев его в зрительную трубу, Пьер радостно воскликнул:
   - Глянь-ка, Гардан. Если его отремонтировать, то вполне сгодилось бы и для нас, - он передал зрительную трубу другу.
   Тот основательно оглядел судно.
   - Точно, Пьер. Это как раз то, что нам нужно. Но нужно подождать. Хозяин, видно, и в самом деле решил не выходить в море без ремонта.
   - Нам спешить некуда - подождем несколько дней. Да к тому же и ветер противный.
   - Тогда надо разведать и узнать побольше об этой посудине, - согласился Гардан. - Сегодня и займусь этим.
   Под вечер Гардан сел в маленькую лодку, и, с трудом выгребая, поплыл к берегу. Остальные ждали его с нетерпением, поглядывая по очереди в подзорную трубу. Спустя часа три Гардан вернулся. Он выглядел измученным. Гребля при таком ветре далась ему нелегко.
   - Ну и вымотался же я! - воскликнул он, усаживаясь под навесом. - Придется выпить вашей рисовой водки. Дай малость, Арман.
   Отдохнув, он ответил на вопросы друзей.
   - Хозяин дня на четыре останется здесь. Без починки он боится выходить в море, и я его понимаю.
   - Сколько человек команды? - спросил Пьер.
   - Двадцать шесть вместе с хозяином. Но многие на берегу, так что считаю, что больше десяти человек одновременно на борту не будет.
   - Стало быть, шансы у нас есть? - спросил Арман.
   - Я в этом уверен, Арман. Мне кажется, что у них даже огнестрельного оружия нет. У нас большое преимущество!
   - Будем ждать конца ремонта? - спросил Эжен.
   - Правильно мыслишь, мой мальчик, - ответил Гардан, а Эжен вспомнил оставшегося в Тулоне Фому, который всегда так называл его.
   - Чего нам самим потом заниматься лишней работой? За нас ее сделают без спешки и куда лучше.
   - А мы справимся с таким судном? - спросил Арман. - Ведь нас всего четверо, как быть?
   Гардан посмотрел на него, усмехнулся уголком рта.
   - На берегу я уже подумал об этом. Здесь легко нанять десяток малайцев.
   - А как с лодкой? - поинтересовался Пьер. - Куда ее девать?
   - Лодку можно и бросить, перегрузим. Пусть забирает, кто хочет. Мы не жадные. Лишь бы ветер был нужный.
   - На худой конец можно идти и при таком ветре. Сделаем небольшой круг, - заметил Пьер.
   - Тогда все в порядке. Будем ждать конца ремонта. - Гардан блаженно растянулся на циновке, заложив руки за голову. - Все же возраст дает о себе знать, охо-хо, Пьер...
   - Конечно, Гардан. Куда от этого денешься. Но Арман ведь старше нас, а держится!
   - Из последних сил, Пьер. Ей-богу! Осточертело все, охота домой!
   - Но не с пустыми же руками возвращаться, Арман. Надо подождать, мой друг.
   Гардан каждый день ездил на берег и возвращался с новыми вестями. И наконец дней через пять он сообщил:
   - Все, друзья! Сегодня ночью будем брать. Я уже договорился с малайцами. Они приплывут на лодку ближе к утру. До этого времени мы с вами должны стать владельцами хорошего судна.
   - Ремонт уже закончен? - спросил Пьер.
   - Да, Пьер. Хозяин торопится выйти в море, на север, ветер ему как раз. Последней ночью перед выходом в море команда почти вся будет на берегу. На судне, я думаю, больше пяти-шести человек не останется.
   - Когда начинаем? - спросил взволнованно Эжен.
   - До полуночи, пока не вернулись матросы, Эжен. Так что всем готовиться!
   Остаток дня и вечер провели в чистке оружия, проверке пистолетов, мушкетов и холодного оружия. Нервно и много говорили, скрывая возбуждение. Как ни опытны были друзья в таких делах, но каждый раз кровь бушевала в жилах при подготовке к драке. Особенно волновался, конечно, Эжен.
   - Все готовы? - спросил Гардан, оглядывая вооруженных до зубов товарищей. - Садимся в лодку осторожно, нас слишком много для нее. Не хватало только перевернуться.
   Тихий дождь шумел в волнах. Огонь нужного судна едва пробивался сквозь пелену воды и ночной темени.
   В лодке молчали. Все уже было оговорено и оставалось лишь сделать, то что задумали. Гардан сидел на корме и правил, Эжен с Пьером медленно гребли, стараясь не производить шума. Арман впился глазами в темноту ночи, лежа на животе на носу. Лодка тихо покачивалась, медленно подплывая к жертве, намеченной еще днем.
   Спустя полчаса появился силуэт корабля. Высокая корма мерно покачивалась на пологой волне. Фонарь выписывал неясные круги, освещая маленький клочок палубы. Дождь шумел сильнее.
   Вытянутыми руками друзья уперлись в борт судна, чтобы предупредить стук. Они осмотрелись, но в темноте трудно что-то заметить. Гардан предупреждающе поднял руку и полез по выступам кормовой надстройки вверх, продвигаясь ближе к шкафуту.
   За ним лез Арман, потом Пьер, Эжен замыкал цепь.
   На палубе было тихо, лишь мерное поскрипывание такелажа нарушало тишину да шум дождя монотонно усыплял округу.
   Босые ноги тихо ступали по доскам. Даже шпаги не блестели в ночи. Черные тени скользили медленно, осторожно, направляясь к помещениям кормовой надстройки. Там должна быть каюта хозяина. Его на себя взяли Пьер с Эженом.
   На корму пробирались Гардан с Арманом. Они рассчитывали, что именно там отдыхают матросы. Гардан нашел их под навесом. Их было трое, все безмятежно спали, растянувшись на циновках.
   Гардан наклонился к спящим и стукнул одного по голове палкой с набалдашником, обмотанным тряпкой. Тот дернулся и замер. Остальных они разбудили, приставив к их шеям острия кинжалов.
   - Тихо! - прошипел Гардан. - Жить хотите?
   Матросы с перепугу не могли произнести и слова, лишь мычали и ошарашено кивали.
   - Делать, что скажу! Иначе - смерть! Свяжи их, Арман.
   Пьер пробрался в каюту хозяина судна. Тот спал, громко посапывая, отдувался во влажном густом воздухе. Дверь открыта, окно распахнуто, но духота была адская. Движения воздуха не ощущалось.
   Эжен пробрался в другую каюту. Там тоже спал человек, судя по всему, капитан судна. Эжен, не раздумывая, оглушил его рукояткой сабли, связал и оставил лежать. Вернулся к отцу. Тот уже вязал владельца судна.
   Хозяин обалдело вращал яблоками глаз, не понимая, что же произошло. В каютке уже светилась свечка, и ее слабый свет озарял весьма зловещую картину.
   Хозяин-бирманец что-то бормотал, спрашивал, но Пьер ничего не мог разобрать, пока Эжен не понял, что тот просит пощадить его ради детей.
   - Успокойся, хозяин, - сказал Эжен, коверкая слова, но все же понятно. - Не шуми и останешься цел. Судно твое мы захватили, а тебе оставим наше. Жизнь оставим, не бойся. Собирайся.
   Появились Гардан с Арманом.
   - У нас все в порядке. Как у вас?
   - Отлично, Гардан, - ответил Пьер. Дело сделано, корабль наш. Где твои матросы?
   - Скоро должны прибыть. Поторопимся. Надо поднять паруса и отвести судно к лодке. Времени не так уж и много.
   Друзья с помощью двух перепуганных матросов кое-как поставили парус, подняли якорь. Судно очень медленно разворачивалось, ему помогали веслами, что оказались на борту. Потом так же медленно оно потащилось в ночь, где тускло светился одинокий огонек на лодке.

Глава 3

   Третий день судно продвигалось на юг, навстречу ветру. Приходилось часто менять галсы. Работа была трудная, но малайцы успешно справлялись.
   - Мы подходим к нужному месту, - как-то заявил Пьер. - Во всяком случае я так считаю. Придется ждать полуденного солнца. Тогда определимся точнее.
   - Не прозевать бы остров, как его, Селор, что ли? - промолвил озадаченно Гардан. - Чертов дождь, шайтан его задери! Ничего не видно дальше мили.
   - Вот-вот, поэтому нужно выбрать стоянку и подождать лучшей погоды.
   - Не хотелось бы, но придется, Пьер.
   Судно долго блуждало среди мелких островов и рифов, пока не остановилось в безопасном месте. Бросили якоря и стали ждать солнца.
   Оно появилось лишь четыре дня спустя как раз к полудню. И все равно Пьер был недоволен.
   - Я не уверен в правильности хода наших часов, Гардан. Но это лучшее, что я могу сделать. - И он стал тщательно измерять высоту солнца, углы и направления, нанося все это на бумагу, приготовленную заранее.
   Потом перенес на карту свой чертеж и углубился в его изучение.
   - По моим расчетам выходит, что мы уклонились слишком к западу и спустились к югу миль на двадцать.
   - Это поправимо, Пьер. На север идти легко.
   - Нам бы добраться до Селора, а там дело пойдет легче.
   Наконец судно наших друзей легло на верный путь. Селор виднелся по правому борту. Все искали северный мыс, от оконечности которого и надлежало начать дальнейшие поиски.
   Мелкий нудный дождик лил, не переставая. Впереди завиднелся длинный низкий мыс. Пьер с удовольствием усмехнулся, указывая рукой на полосу земли, едва видневшуюся в дымке:
   - Вон то место, Гардан. Теперь будет легче. Выйдем на исходную позицию.
   Однако понадобилось четыре дня, прежде чем Пьер смог привести судно на место. Он успокоительно вздохнул:
   - Даже не верится, что пришли, ребята! Но теперь и я узнаю этот остров.
   - Когда начнем? - спросил Гардан.
   - В полнолуние, Гардан. Сейчас еще рано. Зато есть время подготовиться. Дело достаточно опасное, глупо рисковать.
   - Кто пойдет в грот?
   - Я, конечно. Кто же еще бывал там.
   - Сомневаюсь, что это тебе удастся, Пьер, - заметил Гардан.
   - Это почему же, хотелось бы мне знать?
   - Возраст, мой дорогой. Тогда тебе было на двадцать лет меньше, и сил у тебя было больше.
   - Так ты сомневаешься во мне?
   - Даже и не сомневаюсь, Пьер. Я просто уверен в том, что это сейчас тебе не по силам.
   - Ты что, сам хочешь это сделать? Ты же никогда туда не плавал.
   - И мне будет опасно, Пьер. Это можно поручить лишь Эжену. Он молод и силен, но и ему нужно время для подготовки. Как раз до полнолуния и управимся.
   - Конечно, па! - воскликнул Эжен радостно. - Я сколько раз нырял у нас в Марселе, и никто дальше меня не мог проплыть под водой! Я справлюсь, па!
   - Может быть, вы и правы, но готовиться нужно уже сегодня. Ты, Эжен, не думай, что это так просто - проплыть под водой почти пятьдесят футов.
   - Я и больше плавал, па.
   - То на пляже, а это в каменном туннеле. Это не одно и то же, сынок. Ладно, уговорили старика! Эжен, будешь каждый день нырять и плавать под водой. Тренируйся, а мы посмотрим.
   Неделя прошла, Эжен нырял и плавал. Другие отдыхали, если можно назвать отдыхом нервное ожидание при непрестанном дожде. Солнце показалось лишь пару раз, на несколько часов.
   Настало полнолуние, разница в уровне прилива и отлива оказалась наибольшей. Пьер замерил отметки, прикинул в уме что-то, затем оповестил друзей:
   - Время пришло. Можно начинать. Думаю, двоим нужно остаться на судне присматривать за матросами, двое других отправятся за кладом. Это вон за тем крошечным мыском, что укрыт скалами. За час мы должны управиться.
   - Тогда вы с Эженом отправляйтесь на лодке, а мы с Арманом останемся на судне. И возьмите оружие, на всякий случай. Мало ли что может приключиться, - и Гардан многозначительно повел бровью в сторону матросов.
   - Да, Гардан, - охотно согласился Пьер. - Тогда готовься, сынок. Трос возьми подлиннее. Не забудь что-нибудь на голову, а то можешь разбить - там очень низкий потолок.
   - Акулы здесь бывают? - спросил Арман.
   - Не замечал, - ответил Пьер. - Но кинжал Эжену не помешает.
   - Время рассчитал? - спросил Гардан.
   - Да. Через час можно отправляться. Вода будет самая низкая, и нырять придется не слишком глубоко. Да мы уже обо всем переговорили. Эжен готов даже лучше, чем были мы с капитаном в молодости.
   Через час Пьер с сыном уже находились за мыском. Судна не было видно. Дождик перестал, выглянуло солнце. Небо немного очистилось, но на горизонте уже клубились новые горы облаков и туч - пора ожидать нового дождя.
   - Нам везет, сынок, - сказал Пьер, поглядывая на небо. - Солнце светит, а это значит, что в туннеле будет светлее, особенно когда в обратный путь пустишься. Темнота всегда пугает.
   - Ничего, па. Я справлюсь. Я могу свободно плыть под водой полторы минуты, этого вполне хватит.
   - В таком деле лучше перестраховаться, сынок. И постарайся не паниковать в любом случае. А в гроте не задерживайся. Там достаточно светло, и ты все хорошо увидишь.
   - Ладно, па. Пора, наверное?
   - Да, можно начинать. Следи за тросом, не забудь условные сигналы. Главное - туда добраться, а назад я тебе помогу тросом. Будь внимателен, сынок. Ну, с Богом! Пошел!
   Эжен перекрестился и сильно оттолкнулся от борта лодки. Он сразу погрузился в темную пучину, а Пьер с волнением стал распускать тонкий трос, уходящий в воду. Зев туннеля темнел в сажени от лодки. Она покачивалась в пене крутящихся волн.
   Эжен осторожно, стараясь не торопиться, греб руками и ногами, отталкиваясь от каменных стенок туннеля. Иногда он бился головой о потолок и теперь был благодарен отцу, который настоял на том, чтобы прикрыть ее самодельной шапкой из плотного войлока.
   Он плыл уже в полной темноте и вдруг ощутил страх. Кровь сильнее забухала в жилах. Он заторопился, всматриваясь вперед. Там, впереди, должен появиться блик света. Но его не было, и Эжен еще больше перепугался. Но в то же время вспомнил наставления отца и постарался сдержать волнение.
   Это ему удалось, хоть и не полностью. Он уже ощущал сильное давление в груди, ему уже не хватало воздуха, но в этот момент в глаза бросилось светлое пятно, оно быстро расширялось. Юноша напряг силы и после двух-трех гребков выскочил на поверхность. Голова слегка кружилась, он часто и глубоко дышал, понемногу успокаиваясь.
   Эжен наконец вылез на длинную террасу, тянувшуюся вдоль грота и терявшуюся в темноте. Потом он вспомнил, что надо дернуть трос два раза, показывая, что он доплыл и что все в порядке.
   Отдышавшись, Эжен оглядел грот. Он был пронизан тремя тонкими лучами света, они струились сверху, где, по-видимому, находились щели. Этого света было достаточно, чтобы увидеть на верхней ступени или террасе небольшой сундук, покрытый плесенью и слизью. Эжен вздохнул полной грудью, обернулся на черневшее отверстие туннеля, и ему опять стало страшновато.
   Отдохнув и успокоившись, Эжен полез по мокрым ступеням наверх. Туда, куда не доставала приливная волна. Было скользко, но он без особого труда добрался до сундука. Парня охватило желание открыть его, но пришлось отказаться от этого. Отец предупредил, что сундук закрыт на замок.
   Эжен осмотрел ящик добротного тикового дерева с полосами красной меди, позеленевшей от сырости и старости. Он даже колупнул ногтем древесину, и она легко подалась. Парень подумал, что время и для крепчайшего тика идет безжалостными шагами.
   Две медные ручки художественного литья едва виднелись по бокам. Он потрогал их, они с трудом проворачивались. Эжен привязал конец троса к одной ручке, подергал, проверяя крепость. Увидел, что трос уже натянут - отец ждет сигнала, чтобы помочь сыну выбраться наружу.
   Юноша несколько раз глубоко вздохнул, примериваясь к погружению, поправил шапку на голове, и подтащил сундук к краю. Он оказался достаточно тяжел, и пришлось потрудиться, чтобы спустить его к воде. Наконец все готово. Эжен передохнул с минуту, набрал в легкие воздуху, но выпустил его, вспомнив, что забыл подать сигнал отцу.
   Дернул за трос четыре раза, что означало возвращение. Эжен, увидев, что веревка натянулась, столкнул сундук в воду и ухватился за свободную ручку.
   Темнота скоро окружила его. Сундук тонул, и Эжену приходилось его выдергивать вверх, самому уходя на глубину. Свободной рукой он отталкивался от стенки туннеля. Страха больше не было. Он был уверен, что ему не дадут захлебнуться. Вскоре показалось светлое пятно.
   Увидев солнечные блики на поверхности, Эжен последним усилием выбросил себя на поверхность. Захлебываясь живительным воздухом и радостью, он увидел, как отец с усилием тащит сундук вверх.
   - Помогай, сынок! Тяжело!
   Эжен уперся рукой в днище сундука, и они вдвоем перевалили его в лодку.
   - Слава Богу, па, все получилось отлично! - Эжен не мог скрыть радости, а Пьер улыбался ему, довольный, что с сыном ничего не случилось.
   - Ну как ты? Признавайся, страшновато было?
   - Признаюсь, па. Страшно, но я сумел успокоиться. Все твои советы вспоминал. Помогло.
   - Вот видишь, сынок, и мои советы пригодились. Слава Богу, и это дело мы сделали. Теперь садись и отдыхай, а я погребу к своим. Заждались нас, наверное.
   Сильные руки подняли сундук и отнесли в каюту. Малайцы с интересом и алчностью в глазах наблюдали за белыми. Бросив в их сторону взгляд, Гардан процедил сквозь зубы:
   - Хорошо бы избавиться от этих малайцев поскорее. Что-то они мне не нравятся. В первом же порту всех этих выгоню и наберу новых.
   - Хорошо, Гардан, - ответил Арман, сгорая от любопытства и нетерпения. - Лучше откроем сундук быстрее. Пьер, у тебя есть ключ?
   - Ключа нет, Арман. Придется взламывать. Давай ломик.
   Общими усилиями за пять минут сундук вскрыли. Брызнули светом разноцветные каменья, тускло блеснули золотые монеты и россыпи жемчуга.
   - Вот это да-а! - протянул восторженно Арман. - Сколько капитан припрятал!
   - Он же пиратом был и копил все это не один год, - заметил Пьер.
   - Даже не верится, что все это у нас! - воскликнул Эжен. - Что мы с этим будем делать?
   - Это все принадлежит Пьеру, пусть он сам и решит по своему усмотрению, - произнес Гардан неожиданно спокойно и буднично.
   - А что тут решать, - отозвался Пьер. - Все поделим поровну.
   - Пьер, ты говоришь глупости, - возразил Гардан. - Это все твое, и хоть половину ты должен взять себе. Остальное, если ты так решил, можно и поделить.
   - Ладно, Гардан. Потом обсудим это дело. Пока нам надо думать лишь о том, как сохранить все это, - и он жестом указал на сундук.
   - Тут ты прав, - Гардан посуровел лицом. - Мне сдается, что к нам подбирается опасность. Эти малайцы мне не внушают доверия. Хорошо бы побыстрее добраться до ближайшего порта и поменять команду.
   - Ближайший порт - Мергуи, Гардан. Стало быть, туда и отправимся, - согласился Пьер. - Это недалеко, за два-три дня будем на месте.
   - А я прошу всех быть предельно осторожными и всегда при оружии, - заметил Гардан. - Жаль, что среди нас нет моего Юсуфа, да упокоит душу его Аллах, милостивый и милосердный.
   - Да, Пьер, жаль. Сейчас такой человек нам очень пригодился бы.
   Используя юго-западный муссон, судно медленно пробиралось через лабиринт островов. Впереди был большой порт Мергуи, где наши друзья рассчитывали немного отдохнуть и поменять команду.
   Прошло два дня, и они уже были на подходе к порту, когда ветер стал резко и быстро крепчать. Пришлось спешно убирать паруса, оставили один зарифленный. Снасти напружинились и загудели под напором ветра. Судно сильно накренилось, вода хлынула через шпигаты на палубу.
   Отворачиваясь от брызг, Пьер кричал, силясь превзойти ветер:
   - Плохи наши дела, Гардан! Нас сносит к берегу!
   - Держись, Петя! Постарайся не допустить этого. Сколько до берега?
   - Миль десять или чуть больше, Гардан. Этого слишком мало. Помоги мне на румпеле! Одному не справиться!
   Друзья налегали на румпель, стараясь уменьшить снос судна. Какое-то время это удавалось, но было видно, что их усилия могут отсрочить гибель лишь на несколько часов.
   - Надо найти тихое место и переждать на якорях! - кричал Пьер. - Так мы сможем спасти судно. Недалеко остров Манжи! Попытаемся укрыться за ним!
   Попытка не удалась. Их снесло дальше на восток, но тут удачный маневр Пьера позволил выйти под защиту другого островка, где ветер не так свирепствовал. Еще немного помучавшись, они с великим трудом вошли в пустынную бухточку, где относительное спокойствие позволяло закрепиться на якорях.
   - Теперь надо молить Бога, чтобы нас с якорей не сорвало! - прокричал довольный Пьер.
   - Не сорвет - тут вроде тихо! - ответил Гардан. Он с удовольствием оторвался от румпеля. Уставшие мышцы требовали отдыха.
   - Может, Гардан. Налетит шквал посильнее, и канаты могут не выдержать. Но все равно нам сильно повезло с этим островком. Тут мы переждем шторм.
   Вечерело, становилось сумрачно. Дождь только что затих, но облака стояли низко. Гардан чувствовал усталость, он облокотился о планширь и глядел на круговерть, творящуюся за бортом. Невдалеке из воды скальные выходы показывали свои темные зубы. Страшно было подумать, что могло случиться, попади судно в окружение этих скал. Но, слава Богу, судно прошло саженях в двухстах правее.
   Солнце зашло, быстро темнело. И тут он ощутил щемящее чувство в области левой лопатки и насторожился. Это был верный признак опасности. Его рука легла на рукоять кинжала.
   Гардан ничего не слышал, но непостижимым чувством понял - пора.
   Одним движением он выдернул кинжал из ножен и, повернувшись, полоснул им перед собой. Перед ним чернел силуэт человека с ножом, занесенным для удара. Гардан почувствовал, как клинок наткнулся на преграду. Человек вскрикнул, Гардан ударом ноги согнул его. Следующий удар по шее свалил нападавшего на палубу.
   Быстро бросив взгляд по сторонам, Гардан успел заметить мелькнувшую в темноте тень. Она исчезла быстро, но было ясно, что нападавший действовал не в одиночку.
   Гардан наклонился над лежащим и присмотрелся к его лицу. Он узнал главаря малайцев Суанга. Тот лежал, едва шевелясь. Гардан за волосы поднял его, заставил стоять перед собой и спросил зловещим тоном:
   - Ты что задумал, сволочь?! Говори, иначе пожалеешь, что родился на свет!
   Малаец лишь мычал и мерно качал головой из стороны в сторону. Гардан ударил его по щеке, и голова мотнулась на бок.
   - Говори, мразь! Говори!
   Малаец молчал, сопел разбитым носом, но молчал. Гардан стал его бить по лицу, в пах. Малаец едва держался на ногах, но молчал.
   - Ну что ж, собака! Ты сам захотел этого, - с этими словами он еще раз ударил малайца клинком и перекинул его через борт. Раздался лишь слабый всплеск.
   Татарин оглянулся. Кругом было тихо, если не считать завывания ветра в такелаже и скрипа корабельного дерева. На палубе никого не было видно.
   Подобрав на палубе нож, Гардан двинулся на корму. Там он рассказал все товарищам.
   - Ты был прав, Гардан, - сказал Пьер задумчиво. - Эти малайцы сволочи. Наверняка хотят нас ограбить.
   - Что ты хочешь сделать? - спросил Арман обеспокоено.
   - Их всего десять, так ведь? - почему-то прошептал Эжен. - Надо их всех обыскать, отобрать ножи и допросить. Пусть скажут, что они задумали.
   - Тот ничего не сказал, - зло ответил Гардан. - Скажут ли остальные?
   - Хоть один, но ответит, - возразил Арман. - Не может того быть, что все они такие стойкие. Правильно говорит Эжен. Надо пытать их по одному, на глазах у всех остальных. Пусть посмотрят, что их ждет.
   - Какой ты инквизитор, - вяло усмехнулся Пьер.
   - Станешь таким, когда тебя подстерегают за каждым углом, - Арман отвернулся и поправил огонь в фонаре.
   - Я поддерживаю Армана, - ответил Гардан. - Мы хозяева здесь! Пошли на бак. Будем допрашивать их!
   Друзья захватили оружие, заперли каморку и по качающейся палубе добрались до тесного помещения на баке.
   При свете принесенного с собой фонаря видно было - малайцы не спят. Их черные глаза поблескивали, отражая огонь фонаря. В них был виден страх и обреченность смертников.
   - Всем встать и выйти на палубу! - рявкнул Гардан. - Ножи и прочее оружие бросить на пол! Шевелись, собаки!
   Молча и покорно малайцы выходили на палубу. Ножи глухо постукивали о доски пола. Они столпились у фок-мачты, понурив головы, и молчали.
   - На меня только что напал Суанг. Он хотел зарезать меня, - говорил с нажимом Гардан, в то время как остальные его товарищи со шпагами и пистолетами в руках стояли и зорко наблюдали за туземцами.
   Гардан замолчал и внимательно вглядывался в глаза тех малайцев, которые осмеливались их поднять. Потом он заговорил снова:
   - Всех вас ждет жестокая пытка и смерть в море, если вы ничего не скажете. А мне надо знать, что вы задумали. Даю вам минуту подумать.
   Гардан опять замолчал, а Пьер сказал ему тихо:
   - Не лучше ли их по одному отводить в сторону и допрашивать. Так они будут смелее, а в толпе им трудно признаться.
   - Хорошо придумано, Пьер, но сначала я покажу им, что их ожидает под пыткой. Эй, Эжен, принеси с кухни жаровню с угольями и железный прут, - потом он приказал малайцам: - Всем сесть на пол и не двигаться! Быстро!
   Эжен вскоре притащил жаровню и все остальное, что просил Гардан. Тот многозначительно поглядывал на матросов и калил прут на углях.
   - Сейчас я выберу одного из вас и покажу, что вы получите за молчание.
   Гардан стал светить в лица малайцев фонарем, заставляя их смотреть ему в глаза. Это продолжалось довольно долго и в мрачном молчании походило на какой-то жуткий колдовской ритуал.
   Наконец он остановил свой выбор на тощем малайце, глаза которого особенно зло глядели на Гардана.
   - Вот ты будешь первым. Я отлично знаю, ты можешь рассказать обо всем, что вы затеваете. Или ты говоришь мне все сам и сейчас же, или приступим к пытке. Выбирай!
   Малаец обреченно молчал, лишь по шее его прокатывались судорожные глотки да в глазах застыли ужас смерти и покорность судьбе.
   - Связать его, Арман! Вытащи его подальше и связывай.
   Арман быстро связал руки жертвы, но Гардан потребовал опутать веревкой и ноги.
   - А то выпрыгнет за борт, - пояснил он.
   Гардан выхватил из жаровни раскаленный прут и ткнул им в пах малайца. Утробный крик загнанного животного огласил бушующее море. Запахло паленым мясом. Малаец извивался, корчился и орал страшно, жутко.
   - Ты понял, чего я хочу, обезьяна? - наклонился к нему Гардан. - Еще хочешь? Говори, собака!
   Малаец молчал, он лишь стонал и корчился. Гардан снова поднес прут к его телу, не замечая, что Пьер отвернулся в ужасе, а Эжен расширенными глазами смотрел на пытку с застывшим лицом.
   Опять запахло паленым. Малаец закричал, покатился по палубе, но ничего не говорил. Тогда Гардан обернулся к Пьеру:
   - Будем теперь действовать твоим методом, Пьер. Бери самого молодого и веди на корму. Там допроси его, но предварительно свяжи, а то может удрать.
   Трясущимися руками Пьер связал молоденького малайца и повел его на корму. Там он посидел немного, успокаиваясь, потом, с трудом подбирая слова, которых знал не так уж много, сказал:
   - Не упирайся, юноша. Видел, что тебя ждет? Лучше расскажи о том, что тут у вас готовится, и ты будешь свободен. Остальные ничего не узнают.
   Малаец рухнул на палубу - ноги его не держали.
   - Туан, туан! Они хотят вас всех убить, а ценности из сундука поделить или отвезти пиратам и выменять на них своих людей. Не убивай меня, туан! Я больше ничего не знаю!
   - Вы все замешаны в этом?
   - Все, туан, все! Нас так запугал Суанг, что никто не мог ему перечить. Он сильный был и жестокий!
   - Кто его помощник, юноша? Говори, и ты свободен.
   - Туан, его зовут Кобра. Это самый высоких из нас и худой. Это тот, которого пытали, туан. Не убивай меня, туан!
   - Он может заговорить?
   - Нет, туан! Он будет молчать, он так себя настроил, что не заговорит и вытерпит все. Остальные так не могут. Его боятся почти так же, как и Суанга, туан. Пощади меня, туан!
   - Куда нас могли бы отвезти, если бы не убили? Где находится остров пиратов? Отвечай!
   - Вас могли и не убить, туан. Главарь пиратов может дать хороший выкуп за вас. Он думает, что белые люди дадут ему еще больше, или отпустит нескольких наших людей. А где тот остров, туан, я не знаю. Никогда там и близко не был. Другие знают.
   - Так, хорошо. Ты заслужил себе жизнь, юноша. Идем назад!
   Малаец бормотал слова благодарности и едва волочил ноги. Пьер бросил его на палубу и сказал Гардану:
   - Он все рассказал, Гардан. Главаря ты прикончил, помощник у него тот, что подпален. Он ничего не скажет. Но остальные знают все и вряд ли будут молчать.
   - Молодец, Пьер. Теперь мы знаем, что делать.
   - Гардан, я буду допрашивать остальных.
   - Зачем, Пьер? Все и так ясно.
   - Мне жаль того бедного юношу. А так никто не узнает, что он все мне сообщил.
   - Опять твоя доброта неуместная! Ну уж ладно, действуй! А мы тут поработаем.
   Пьер связал другого малайца и потащил за собой. Так он переговорил с каждым, и лишь двое ничего ему не рассказали.
   Узнав об этом, Гардан тут же всех троих молчальников выбросил в море. Волны сразу сомкнулись над их головами. Связанные, они тут же пошли ко дну.
   - С этим делом мы справились, Пьер, - отдуваясь и утирая пот с лица, проговорил Гардан. - Но думаю, что это лишь начало. У меня такое предчувствие, Пьер.
   - Очень плохое предчувствие, Гардан. Ты нас не порадовал.
   - Зато можно успеть подготовиться к худшему, а это уже кое-что, мой друг.
   Буря бушевала еще три дня. Судно едва держалось на плаву, когда ветер наконец утих. Море еще несколько часов пенилось волнами, но среди островов они быстро утихли.
   - Теперь идем в Мергуи, - распорядился Пьер, вычисляя маршрут по карте.
   - Да, нам побыстрее надо сменить команду, - согласился Гардан. - Хорошо бы найти индусов прямо до Гоа. Или до Цейлона хотя бы.
   - Будем надеяться, будем надеяться, Гардан. А теперь ставим паруса!
   Малайцы проворно бросились к канатам, зарабатывая себе свободу. На оплату они уже и не надеялись, после всего того, что произошло на борту судна.
   В Мергуи им не удалось набрать экипаж до Индии. Индусов там просто не нашлось. С трудом наняли восемь человек, согласившихся идти до Читтагонга.
   - Ничего не поделаешь, Гардан, - сказал Пьер. - Придется идти туда, а там уж легче набрать нужных людей. Не стоять же тут месяцами. И так вторую неделю без всякого толку торчим в этом порту!
   - Мы допустили большую глупость, Пьер, - с тревогой в голосе, сказал Гардан.
   - Что ты имеешь в виду, Гардан?
   - Не надо было нам отпускать здесь наших малайцев. Их лучше было высадить на маленьком островке, и пусть бы сами оттуда выбирались. А теперь они растрезвонят о наших сокровищах.
   - Завтра мы выходим в море, Гардан. Стоит ли беспокоиться о пустяках?
   - Это далеко не пустяки, Пьер. Я тебе уже говорил, что нас могут подстерегать большие неприятности. И я уверен в том, что они уже начались.
   - Какие же?
   - У нас опять не та команда. На борту опять малайцы.
   - Но не все ведь они малайцы, Гардан. Есть и ачехцы, один индус, как мы и хотели. Во всяком случае, не стоит заранее хоронить нас, друг.
   Рано утром судно покинуло порт. Дождь моросил, видимость была малой. Со всяческими предосторожностями они тащились двухузловым ходом, среди островов. Целых восемь дней, пока не вышли в Андаманское море.
   В десяти милях от острова Наркондам в море друзья заметили два парусника. Те двигались почти параллельными курсами, слегка сближаясь. Пьер осмотрел их в подзорную трубу, долго прикидывал и размышлял.
   - Что, подозрительные суда? - спросил Гардан, беря у друга трубу.
   - Более чем, Гардан. Уж очень они последовательны в своих маневрах.
   - Печально, Пьер. А у нас нет ни одной пушки.
   - Да, похоже, что у нас нет никаких шансов уйти от них. И команда слишком мала, чтобы быстро управляться с парусами.
   Часа за два до заката суда резко пошли на сближение. Гардан заволновался.
   - Будем драться? Готовить мушкеты?
   - Черт его знает, Гардан. У нас нет шансов отбиться. Да и команда наша не внушает надежды и уверенности.
   - И все же я не согласен сдаваться без боя! Будем драться, Пьер!
   В считанные минуты мушкеты были разложены вдоль фальшборта, приготовлены шпаги и пистолеты. Команда со страхом взирала на приготовления, поглядывала на приближающиеся суда, и губы матросов шептали молитвы.
   Друзья сосредоточенно ожидали случая открыть огонь и продать свои жизни подороже.
   Приблизившись на мушкетный выстрел, пираты стали готовиться к захвату, а наши друзья по команде Гардана сделали первый залп из мушкетов. Жидкий, но тщательно выверенный, он быр редкостно удачен. Трое пиратов упали на палубу, остальные завопили, потрясая крисами.
   - Неплохо для начала! - крикнул Гардан побелевшими губами. - Сейчас мы угостим их еще разок!
   Они уже хватали другие мушкеты, когда окрик сзади заставил их обернуться. Малайцы с пистолетами в руках стояли за их спинами, широко расставив ноги.
   - Белые свиньи! Бросай оружие, сдавайтесь! Вы все умрете, если не сложите оружия!
   Говоривший был им не знаком. Видимо, ему удалось пробраться на судно незамеченным и спрятаться в трюме. При поддержке команды это сделать было нетрудно.
   - Ты кто такой? - спросил Гардан и молниеносно вскинул пистолет. Но выстрел малайца оказался быстрее. Гардан согнулся и зажал рукой рану в плече. Пистолет выпал из его руки. Пьер же крикнул:
   - Мы бросаем оружие! Мы сдаемся! Не стреляйте!
   Малайцы заулыбались, быстро связали пленников, Гардана они даже перевязали. Рана была не опасна, но крови можно было потерять много.
   - Как ты был прав, Гардан, - сказал Пьер, когда они оказались в темном трюме и за ними задвинули засов люка.
   - Что теперь говорить об этом, - морщась от боли, процедил Гардан. - Теперь нам надо думать только о спасении. Странно, что нас еще не прикончили.
   - Еще на допросах малайцы мне говорили, что убивать нас вряд ли будут.
   - И на том спасибо. Будем молиться и просить милости у Бога, который един для всех, Пьер.

Глава 4

   Пленники сидели в трюме и ждали конца путешествия, предполагая, что это будет и их конец. Но надежда всегда умирает последней, потому друзья и на этот раз надеялись, что судьба улыбнется им.
   - Хотел бы я знать, куда нас везут? - в который раз спрашивал Пьер неизвестно кого.
   - Какая разница, - флегматично отвечал Арман. Он утратил жизнерадостность и оптимизм, а потому в основном молча лежал на вонючих тряпках, не участвуя в общих разговорах.
   - Все же мы пока еще живые люди, и хочется знать, что же с нами будет дальше. Ты совсем скис, Арман, а это не самое лучшее состояние, тем более сейчас, - Пьер сочувственно оглядел друга, хотя в почти полной темноте это сделать было трудно.
   Решетка люка редко открывалась. Почти постоянные дожди грозили затопить открытый трюм. Так что духота и жара в трюме стояли ужасающие. Головы часто болели, а нервы постоянно были на пределе.
   С неделю их качало в открытом море, пока наконец по говору на палубе Гардан не понял, что их путешествие подходит к концу.
   - Ребята, конец нашему путешествию! Сейчас входим в какую-то бухту на острове! Хоть какое-то будет разнообразие.
   - Не всякое разнообразие приятно, дядя Гардан, - мрачно отозвался Эжен.
   - Но неизвестность вряд ли лучше, сынок. Однако поглядим, что будет.
   - Во всяком случае, наше заточение не такое уж и мучительное, - заметил Пьер. - Нас кормят, не истязают и не докучают расспросами.
   - За наши денежки мы можем и не такого требовать, - буркнул Арман.
   - Арман, дорогой мой, - Гардан слегка обнял друга. - В нашем положении мы ничего не можем требовать. Жизнь сохранят, и то благо, будет надежда на спасение. А это уже много.
   - Ты считаешь, дядя Гардан, что это возможно?
   - Надежда есть даже тогда, когда веревка затягивается на твоей шее. Вдруг да лопнет. И сейчас, Эжен, лучше всего надеяться на лучшее. В этом наше спасение.
   - Правильно Гардан говорит, сынок, - поддержал друга Пьер. - Без надежды жить нельзя. Мы люди, а не безмозглые бараны!
   - Вам легко говорить, па. Вы люди опытные, и не такое видывали, а мне каково! Я молод и должен теперь жить лишь надеждой? - всхлипнул Эжен.
   - Конечно, сынок. Разве дядя Фома тебе не говорил, какие испытания могут встретиться на твоем пути? Ведь ты сам решил присоединиться к нам. Так что почаще вспоминай это, терпи и надейся.
   Прошло какое-то время, люк отодвинули в сторону. Чистый, по сравнению с трюмным, воздух ворвался в груди пленников, опьяняя и оживляя их одновременно.
   - Выходи, белые собаки! - произнес малаец, широко улыбаясь. Его зубы краснели от бетеля, местной жвачки.
   Пленники медленно поднялись на палубу. Ветер тут же окутал их провонявшие тела приятной влажной пеленой. Солнце в прорехах между туч бросало косые лучи на остров и море, радовало глаз, вселяло бодрость.
   - Пришли на место, белые обезьяны! Теперь тут будет ваше жилье! Всем сесть в лодку, и отправляемся на берег! Быстро!
   В окружении матросов, вооруженных крисами и пистолетами, они спустились в лодку; гребцы дружно взмахнули веслами.
   Они находились в крошечной бухте, почти круглой, обрамленной со всех сторон скалами, покрытыми густой тропической растительностью. Тихие воды бухты отражали эти скалы причудливыми тенями. На самой середине ее возвышался корпус старого галеона, без мачт и такелажа. Это зрелище бросалось в глаза, поражало своей несуразностью.
   Бухта имела приблизительно полторы мили в диаметре, в дальнем конце, среди пальм и деревьев, просматривалась небольшая деревушка.
   Дальше поднимались крутые, но невысокие горы, покрытые густой темной растительностью. Кое-где виднелись небольшие участки рисовых чеков. Грациозные кокосовые пальмы лишь подчеркивали и усиливали красоту ландшафта.
   Пьер огляделся во все стороны. Бухта соединялась с морем узким проходом, как показалось Пьеру, саженей в сто пятьдесят шириной. Сейчас в этом проходе кипели и разбивались волны, выбрасывая снопы брызг. Дальше простиралось море, усеянное рифами и скалами.
   - Красивое место себе нашли наши новые друзья, - саркастически произнес Пьер. - Что за остров? Где мы находимся?
   - Сплошные вопросы, Пьер, - отозвался Гардан. - В свое время мы все узнаем. Чего торопиться? Теперь это нам ни к чему.
   - Замолчите! - раздался голос малайца, который по всем признакам был у них за главного. - Вы говорите на непонятном языке, а это мне не нравится!
   - Прости, туан, - ответил Гардан, поворачиваясь к нему. - Но это наш родной язык. Как же нам общаться иначе?
   - Придержи язык, белая обезьяна! Вы португальцы? Или голландцы?
   - Ни то и не другое, туан. Мы их терпеть не можем. Мы - французы, туан.
   - Что за люди? Я никогда не слышал о таких.
   - Скоро услышишь, туан. Скоро нас тут будет очень много, и вы узнаете не только о французах, но и об англичанах, немцах и о других европейцах.
   - Они нам не нужны здесь! Мы и без них обойдемся, собака! Закрой свою вонючую пасть! - рука малайца ухватила рукоять криса.
   Гардан предпочел не вступать в спор с малайцем. Замолчав, он стал с интересом осматриваться по сторонам и заметил небольшое двухмачтовое судно, стоящее на якоре недалеко от берега в южной стороне бухты. Несколько лодок лежали на узкой полоске пляжа, одна медленно бороздила гладь бухты.
   Наконец лодка зашуршала носом о песок. Малайцы выскочили на берег и жестами приказали пленникам следовать за ними.
   Величественные пальмы склонялись к воде, шелестя жесткими листьями на слабом ветру. Горы плотных облаков надвигались с юга, предвещая ливень.
   Пройдя шагов двести, они очутились перед большим продолговатым домом на сваях, крытым пальмовыми листьями. По приставной лесенке друзья поднялись вовнутрь и оказались в полутемном помещении, увешанном по стенам коврами, а на полу разбросаны цветные циновки из тростника и пальмовых листьев.
   В низком кресле явно европейской работы сидел плотный малаец в саронге и головной повязке, на ней поблескивал большой зеленый камень в золотой оправе.
   - Слава Аллаху, милостивому и милосердному! - он провел ладонями по лицу, прикрыл глаза и занялся четками.
   - Бисмилла! - отозвался Гардан тихим голосом. - Аллах акбар!
   Малаец встрепенулся, открыл глаза и уставился на Гардана изумленными глазами. В них читались недоверие, колебание и сомнение. Наконец он промолвил:
   - Ты правоверный?
   - Как и ты, туан. Я татарин, почти турок, - соврал он, понимая, что тот и слыхом не слышал о татарах, а турки всегда были здесь оплотом ислама.
   - Как же ты оказался в компании этих белых собак?
   - Они мои друзья с давних времен. Мы много вместе пережили и испытали, потому я не могу отказаться от них. Это мне не позволяет закон дружбы, туан. Прости, но иначе я не могу поступить. К тому же они совсем не против ислама и даже арабский знают, - Гардан помолчал и добавил: - И Коран, туан.
   - Не может быть! А ну-ка пусть прочтут хоть одну суру из Корана.
   - Эжен, ты лучше всех знаешь священную книгу. Прочти что-нибудь туану.
   Эжен засмущался, но потом выступил вперед, задумался немного, потом на арабском произнес:
   - Во имя Аллаха, милостивого, милосердного!
   Хвала - Аллаху, Господу миров милостивому, милосердному,
   Царю в день суда!
   Тебе мы поклоняемся и тебя просим помочь!
   Веди нас по дороге прямой,
   По дороге тех, которых Ты облагодетельствовал, -
   Не тех, которые находятся под гневом, и не заблудших.
   В помещении воцарилось молчание. Оно казалось таким плотным, что его можно было бы резать ножом. Наконец малаец промолвил:
   - Непостижимы деяния Твои, о Аллах! Я удивлен и обрадован! Но это всего лишь первая сура! Знает ли этот юноша и другие?
   Гардан вопросительно глянул на Эжена. Тот потоптался, потом произнес на арабском:
   - Господин, я знаю наизусть не очень много сур, но постараюсь тебе прочесть некоторые, чтобы ты мог убедиться, что я не обманываю тебя, - и он заговорил нараспев:
   - Истина - от твоего Господа, не будь же в числе сомневающихся!
   Или: О вы, которые уверовали! Расходуйте лучшее из того, что приобрели, и того, что извели Мы вам из земли. И не устремляйтесь к дурному из этого, чтобы расходовать, - чего бы вы и сами не взяли, если бы не зажмурили на это глаза. И знайте, что Аллах богат и славен!
   Эжен замолчал, лицо его покрылось потом и пятнами волнения.
   - Где же ты научился этой премудрости, юноша? Кто надоумил тебя заняться этим?
   - Господин, это заслуга моего отца. Он хоть и не мусульманин, но чтит Аллаха и пророка его Мухаммеда. Я тоже пристрастился к великому учению, но постичь всего не успел. Прости, господин. - Эжен учтиво поклонился. Он говорил на арабском и видел, что этот язык с трудом доходит до малайца. Показывать этого тому не хотелось, но Эжен и сам уже догадался.
   - Похвально, юноша. Но кто твой отец, побудивший тебя к столь мудрому начинанию? - малаец говорил на своем наречии, и Эжен с трудом понимал его речь. Отвечал же он на арабском:
   - Мой отец здесь, о господин. Вот тот человек, который толкнул меня к истине, - и Эжен указал на своего отца.
   - И ты так же знаешь Коран, как и твой сын? - спросил малаец.
   Гардан помог Пьеру понять сказанное. Пьер ответил на арабском, тщательно подбирая слова:
   - Господин, у меня несколько друзей-арабов. И мне хотелось говорить с ними на их языке. Вот я и стал изучать этот мудрый и могучий язык священной книги. За мною последовал и сын, но моей заслуги тут нет. Он сам постигал мудрость Аллаха. Правда, с помощью моего учителя.
   - Так вы не португальцы?
   - Нет, господин, - ответил за всех Гардан. - Мы, то есть они, - и он указал на своих друзей, - французы. Страна их довольно далека от Португалии. И мы постоянно воюем с ними, - счел нужным добавить Гардан.
   - И что вы делаете в наших землях?
   - Наш друг, умирая, завещал нам свой клад. Мы его добывали на островах Мергуи, где он его запрятал. Теперь мы направлялись на родину, но...
   - Вы жестоко обошлись с нашими людьми. Это нехорошо.
   - Мы хотели жить, господин. Они первыми напали на нас. Мы лишь защищались.
   - Вы убили двух наших матросов и одного ранили.
   - Мы защищались, туан, мы не хотим умирать.
   - Ты хорошо говоришь по-нашему. Откуда это у тебя?
   - Я купец, господин. Много плавал. Тут тоже бывал, а без местного языка многого не наторгуешь. Вот и выучил, - Гардан смиренно поклонился.
   Наступило молчание, потом хозяин что-то сказал своим людям. Те приложили руки к груди и удалилась. А малаец указал на низкий столик, уставленный китайской посудой.
   - Разделите со мной мою трапезу, белые люди. Это так неожиданно, вдруг встретить среди вас знатоков Корана и его языка. Мне приятно это. Садитесь, угощайтесь. Прошу.
   Пленники недоуменно переглянулись, но повторять приглашение не заставили. Вкусная еда, пальмовое вино и соки фруктов быстро сморили их. Они с великим трудом боролись с сонливостью.
   Малаец ударил в ладоши. Появился слуга.
   - Отведи этих людей в их хижину, пусть отдыхают. Приставь стражу.
   Слуга поклонился, приложив руку к груди, и жестом пригласил пленников следовать за собой. Те поблагодарили хозяина, поклонились и поплелись за слугой.
   Их привели в маленькую хижину из бамбука, стоящую тоже на сваях. Пол устлан циновками, стены продувались легким ветерком, и было так приятно оказаться наконец в приличном пристанище.
   - Недурно, - протянул Гардан, осматривая жилище. - Хоть отдохнем тут.
   - Ну и здорово же вы с Эженом изумили этого малайца! - воскликнул довольным тоном Пьер. - Думаю, что это пойдет нам на пользу.
   - Все, что ни делает Бог - все к лучшему, - философски изрек Гардан. - Я старался, да и Эжен был на высоте положения. Молодец, мальчик мой!
   - А теперь спать, туаны! - засмеялся Пьер, устраиваясь на циновке. - Завтра будет день, будет и пища... Для размышлений, - добавил он после короткого молчания.
   На следующий день утром им принесли на банановых листьях рис с кусками рыбы, политыми острым соусом, по паре бананов и по кружке отвратительного вина.
   - Начало не такое уж и плохое, - подал свой голос Арман. Он сморщил нос, но вино выпил и крякнул: - Вонючее пойло, но это лучше, чем ничего. Зато завтрак отменный.
   - Еда хороша, значит и отношение к нам хорошее, - Гардан благодушно ухмылялся, уплетая обильный завтрак.
   - Что нам предложат тут, хотелось бы знать? - проворчал с набитым ртом Пьер. - А пока я бы не отказался от купания. Мы все так провоняли трюмными запахами...
   Не успели друзья искупаться и обсохнуть на ветерке, как за ними прибежал слуга и жестами стал звать к главарю, с которым они уже вчера имели беседу. Одинокий стражник проводил белых людей глазами, но с места не сошел. Видно получил распоряжение не мешать им.
   - Во имя Аллаха, милостивого и милосердного! - приветствовал их хозяин дома, жестом приглашая разделить с ним его трапезу. - Садитесь, вы сегодня мои гости. Угощайтесь!
   Друзья вежливо поклонились, отказаться от угощения не решились, и неторопливо расселись вокруг низкого столика, но уже большего размера, чем вчера.
   За столиком на низких скамеечках уже сидели трое малайцев и внимательно, с откровенным интересом и любопытством разглядывали белых людей. Они молчали, не решаясь заговорить раньше хозяина. Тут находился и тот малаец, что был с ними на судне. Лицо его хранило невозмутимое спокойствие.
   Он был худощав и довольно высок для представителя этого народа. Гладкое лицо отливало бронзой, а мускулистое тело играло молодостью и силой. Ему было лет тридцать. На теле был заметен длинный шрам, вероятно, от скользящего удара саблей. Он тянулся от ключицы до живота, наискосок пересекая грудь.
   Все молча неторопливо ели рис с кусками жареного мяса; аромат вызывал потоки слюны. Такого угощения наши пленники давно не пробовали и потому отдали должное этому кушанью, хотя уже не были голодны.
   Когда выпитое вино слегка зашумело в голове, хозяин спросил пленников:
   - Как вы находите мою крепость? Вы, я полагаю, сведущи в этих делах?
   - Мы еще не успели как следует осмотреться, - ответил Гардан. - Но по первому впечатлению можно судить, что место выбрано со знанием дела.
   - Я рад это слышать, - голос выдавал удовлетворение и гордость малайца. - Скоро вы сможете все осмотреть. А пока хочу вас предупредить, что в этом месте у меня несколько сот человек, и все они мои рабы. Лишь матросы на свободном положении. Но они в основном в походах и плаваниях.
   - Поздравляем тебя, туан, со столь богатым хозяйством, - ответил с поклоном Гардан.
   - Я бы хотел предложить вам небольшие должности в моем, как ты выразился, хозяйстве.
   - Рады будем вам служить, туан. Мы слушаем.
   - У нас есть пушки, но мало знатоков этого оружия. А защищать этот остров без пушек трудно. Не взялись бы вы мне помочь в этом деле? Я был бы весьма признателен вам за это, - в глазах малайца блеснул недобрый огонек. Гардан тут же заметил это и поспешил с ответом:
   - Тебе повезло, хозяин и господин наш. Мой друг Пьер отменный пушкарь.
   - Рад слышать. Ты сказал - Пьер? Странное имя. Но пусть будет так. И я могу убедиться в этом?
   - Сколько угодно, господин. В любое время, только приказывай.
   - Тогда не будем откладывать. После полудня вас пригласят, и мы отправимся к пушкам. Покажете на деле ваше мастерство.
   - Да будет благословен Аллах! - воскликнул Гардан, приложив руку к груди. - Мы будем готовы, туан.
   Хозяин перекинулся несколькими фразами со своими помощниками, бросил еще пару слов новым своим гостям и дал знак, что завтрак у него подошел к концу.
   Все быстро встали и, кланяясь, поспешили к выходу.
   - Интересное предложение, - сказал Пьер, когда друзья остались одни. - Это мне напоминает такое же предложение в Африке, помнишь, Арман? Тогда мы так же занимались пушками.
   - Ничего странного. Здешние вояки еще плохо освоили пушечное дело, а мастера встречаются у них редко. Вот и получили мы такое предложение. Уверен, что нам это пойдет на помощь, да, Пьер?
   - Ничего лучшего я и подумать не мог. Нам просто чертовски везет!
   - Сплюнь, Пьер, а то сглазишь! - вскричал Гардан обеспокоено. Пьер поспешно исполнил пожелание Гардана. А потом предложил:
   - Пройдемся по бережку, осмотримся, а? Делать нам пока нечего, а до полудня еще далеко.
   - Хорошая мысль, - ответил Арман. Его настроение тоже заметно улучшилось.
   Они направились к селению, видневшемуся вдали. Им понадобилось около часа, чтобы добраться до деревушки, расположенной в полутора милях от них.
   Круглые хижины стояли вокруг небольшой площади, где, видимо, проходили все торжественные события в жизни племени.
   - Что это за коротышки? - воскликнул Арман, увидев жителей. - Совсем как дети. Никогда таких не видел.
   - Действительно, такие маленькие, словно детишки, - ответил Пьер.
   А жители деревушки со страхом взирали на пришельцев. Дети попрятались в хижины с островерхими кровлями, крытыми травой и листьями. Женщины с любопытством и страхом провожали белых людей глазами, а мужчины старались отвести глаза от необычного зрелища.
   Очень темная кожа этих людей и курчавые волосы резко отличали их от обитателей всех прочих мест, где бывали друзья. Ростом мужчины не превышали пяти футов, а женщины были и того ниже были. Головы казались слишком большими для них.
   - Странный народ, - произнес Пьер, рассматривая жителей деревушки. - Гардан, спроси их, кто они такие и где мы находимся.
   - Я же не знаю их языка. Хотя можно попробовать на малайском. Может, он им знаком.
   Гардан подошел к трем мужчинам, которые попятились было немного назад, но, увидев приветливую улыбку на лице гостя, осмелели и остановились в ожидании.
   - Кто вы и где живете? - медленно, растягивая слова, спросил Гардан.
   Те переглянулись, их толстые губы отвисли, а на лицах появилось смешанное чувство страха и любопытства. Один из мужчин произнес:
   - Мы люди онге. Остров: - и он произнес что-то такое, чего Гардан понять так и не смог. Повернувшись к друзьям, он сказал:
   - Они говорят, их зовут онге. Племя какое-то, но где расположен их остров, я так и не понял.
   - Пусть скажут, что они тут делают и как к ним относятся малайцы, - сказал Пьер, теребя Гардана за руку.
   Гардан долго говорил с туземцами, потом, отдуваясь и вытирая пот с лица, заметил:
   - Судя по всему, они так запуганы, что ничего дельного ответить либо не могут, либо боятся. Но можно понять, что они вроде рабов у малайцев. Они добывают пищу не только для себя, но и для них.
   - И как это они делают? - спросил Эжен.
   - Ловят рыбу, моллюсков, растят рис и собирают фрукты в лесу. Иногда, говорят, охотятся на диких свиней в лесу подальше от берега. И разводят этих свиней, сами видите, их кругом достаточно.
   Ничего толком не узнав, наши ходоки отправились назад. Время подходило к полудню, а опаздывать на испытания было опасно.
   Обратный путь не занял много времени. Прошло около получаса, и они снова были на месте. Слуга уже ожидал их с обедом из похлебки с рыбой и рисом.
   Потом пришли трое малайцев и пригласили всех четверых следовать за собой. Друзья прошли к пристани, сбитой из стволов пальм. В корабельной шлюпке уже сидели несколько малайцев и с любопытством наблюдали за приближающимися белыми.
   - Пришло время вашего испытания, белые люди, - вместо приветствия проговорил главарь, имени которого они так еще и не узнали. - Садитесь в лодку, мы отваливаем. Времени у нас не так много.
   Большая шестивесельная шлюпка быстро заскользила в сторону пролива, ведущего в открытое море. Все молчали, а наши пленники крутили головами, оглядывая берега и бухту.
   Не прошло и получаса, как шлюпка свернула к мысу, отделявшему бухту от моря. Он был сплошь покрыт густыми зарослями кустарника и редкими пальмами, подступающими к самой воде.
   Небольшая пристань приняла шлюпку. Все молча высадились и вслед за главарем устремились в чащу зарослей, где виднелась тропа. Тропа вскоре стала подниматься и перешла в грубую ступенчатую террасу, сложенную потоками застывшей лавы. В углублениях до сих пор сверкала вода от недавнего дождя.
   Заросли стали редеть, подъем сделался пологим. Впереди открылась небольшая площадка с редкими кустарниками и пальмами. И тут же были установлены на лафетах две шестифунтовых пушки, отливающие старой бронзой.
   Пятеро малайцев вскочили со своих мест и вытянулись в ожидании приказаний.
   Пьер бегло осмотрел площадку. Она была уставлена ящиками с пыжами, ядра горкой высились поодаль, а бочонки с порохом укрыты под навесом и парусиной. Батарея готова к бою, так решил Пьер.
   - Вот наша защита бухты от вторжения непрошенных гостей, -с явной гордостью в голосе произнес главарь пиратского гнезда. - Теперь, господа белые, извольте продемонстрировать свое умение. А мы поглядим, как это у вас будет получаться, - с этими словами он уселся на бамбуковое кресло, застеленное шкурой буйвола. Остальные остались стоять, переминаясь с ноги на ногу.
   - Мой господин, - обратился Пьер к малайцу. - Мне надо осмотреть пушки.
   - Зачем? Разве не ясно, что перед тобой?
   - Стрелять из пушки, которую не знаешь, просто глупо. Ее надо знать, изучить, пристрелять, прежде чем рассчитывать на успех.
   - Слишком много слов, белый. И это будет долго. А мы хотим посмотреть на вашу работу сейчас же, - он бросил взгляд на стоящих пушкарей, вопрошая о готовности. Один из них кивнул в знак того, что можно приступать.
   - Тогда, туан, я не смогу поручиться за меткость стрельбы. Это все равно, что стрелять по попугаям ночью.
   Малаец засмеялся. Ему, видимо, понравилось выражение Пьера. Он смягчился и разрешил осмотреть пушки.
   Пьер с товарищами подошли и стали осматривать орудия. Они были португальского производства, очень старыми. Пьер осмотрел ядра, вкатил одно в ствол, наклонил его, выкатил и осмотрел заново.
   Повернувшись к малайцу, он сказал:
   - Туан, пушки такие старые и так изношены, что стрелять из них бесполезно. Ядра будут разлетаться слишком далеко от точки прицеливания. Ствол намного шире ядер, господин.
   - Что ты болтаешь! Хочешь мне голову заморочить? Приступай к делу!
   - Туан, но пушки уже заряжены, а я не знаю, сколько пороха заложено. Так ничего не получится. Мне нужно хотя бы три выстрела, чтобы привыкнуть к пушке и правильно брать прицел.
   - Мерзавец! Ты обманул меня, белая собака! Я... - он замолчал, увидев, как один из его приближенных поднял руку, намереваясь что-то сказать. - Что ты тут руками машешь, кот сиамский?
   - Капитан, - заговорил малаец, - Этот белый говорит все правильно. Я тоже тебе об этом несколько раз говорил. Однако ты не хотел меня слушать. Лучше послушай белого. Он говорит дело.
   Хозяин грубо выругался, вскочил и забегал по ровной площадке. Потом с бормотанием уселся в кресло и махнул рукой, как бы соглашаясь со всем.
   - Белый, можешь делать так, как считаешь нужным, - обратился пожилой малаец к Пьеру. - Капитан согласен подождать.
   Видно, хозяину нравилось чужое слово <капитан>, раз его люди его так называли.
   - Тогда мне придется выстрелить из пушки тотчас, а уж потом зарядить снова, туан.
   А когда малаец утвердительно кивнул, Пьер стал наводить ствол на риф в полутораста саженях от батареи.
   Наконец он взял у прислуги тлеющий фитиль и запалил затравник. Пушка подскочила на месте, дым струей прошел через кусты, рассеялся. С волнением все устремили глаза в ту сторону, где должно было упасть ядро.
   Оно всплеснуло воду недалеко от рифа, но этого оказалось достаточно, что бы взгляды малайцев несколько подобрели. Пьер заметил это, он подмигнул Гардану весьма довольно.
   - Еще не забыл ремесла, старина! Теперь можно заняться и по-настоящему!
   Пьер привычно командовал малайцами. Те проворно суетились, их поправляли Пьер и Гардан, а начальники внимательно глядели на них, тихо переговариваясь между собой.
   Время летело быстро. И не прошло и получаса, как пушка была заряжена вновь и готова к стрельбе. Пьер вопросительно обернулся к <капитану>. Тот кивнул.
   Опять струя дыма вылетела в сторону рифа. На этот раз ядро врезалось в край скалы, отломив порядочный кусок. Малайцы одобрительно затараторили, а Пьер вопросительно глянул на <капитана>.
   - А ты говорил, что пушка старая и непригодна к стрельбе, - скрывая радость, сказал малаец. - Обманщик ты, как я погляжу, белый шайтан!
   - Нет, все обстоит именно так, как я и говорил, туан. Просто я хороший наводчик, но у других так не будет. Да и у меня не всегда может получиться замечательный выстрел, господин.
   - Хорошо, можешь продолжать, белый шайтан, ха-ха! - хозяину, видимо понравилась его шутка и прозвище, данное Пьеру,
   До заката успели сделать три выстрела, и каждый раз попадания были все точнее. <Капитан> довольно блестел глазами. Он спросил Пьера:
   - Почему же мои пушкари не могут попасть в цель, Белый Шайтан? Они вечно палят неизвестно куда.
   - Они не знают нормы закладки пороха и каждый раз засыпают разные порции. Потому ядра и летят всякий раз по-разному.
   - Ты их научишь, - утвердительно сказал <капитан> и поднялся с места, давая понять, что испытания закончились. - За вами придет лодка, белые.
   Друзья переглянулись, но вопросов решили же задавать. Они проводили глазами свиту малайца и уселись на стволы пальм, служившие скамейками.
   - Что скажешь, Гардан? - спросил Пьер усталым тоном.
   - Вполне прилично, Пьер. Ты как-то рассказывал, что даже в Африке у тебя было нечто похожее. Так что тебе не привыкать, Пьер.
   - Удивительно, но это так, Гардан. И теперь многое зависит от нас всех. Тогда нас было двое с Арманом, а теперь четверо. Значит, легче будет.
   - Легче в чем, Пьер? - спросил Арман.
   - В том, что нас больше, и мы знаем, что нам делать.
   Все переглянулись понимающе. Гардан осмотрел молчавших малайцев, потом спросил одного из них:
   - Как давно тут эта батарея? И на другом мысе тоже стоит такая же?
   - Туан, я не могу сказать. Капитан не велел этого говорить.
   - Ладно, не беспокойся. Я спросил просто так. Лодка быстро придет за нами, ты не знаешь?
   - Вы спускайтесь вниз, она, наверное, уже подходит.
   - Тогда до скорого, - ответил Гардан и махнул рукой друзьям в направлении моря.
   Начались дни, полные грохота пушек. Пьер скоро узнал, что и на другом мысе стоит батарея и через какое-то время он перейдет туда для обучения пушкарей.

...................

Книга готовится к печати в издательстве КРЫЛОВ
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"