Вольнов Юрий : другие произведения.

Сталь и песок (общая сборка)

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками
Оценка: 5.43*28  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Когда запах гари последнего сожженного моста прошлого разъел ноздри, когда в глазах не осталось слез горечи, - нужно не оглядываясь идти вперед. Улыбнуться трудностям и смело шагнуть в туман будущего. Навстречу испытаниям, навстречу судьбе. И не важно кем ты был - важно кем ты хочешь стать! История о трех юнцах начавших "новую" жизнь с полного нуля,- "пушечного мяса" в марсианских корпоративных войнах. В буднях, где только настоящая дружба сплотила тройку в невиданный экипаж сумевший спасти жизнь и обрести свободу людям планеты, существование которой приобрело статус: "не рентабельно"........ Общий файл версии 2.0 Искренне соболезную и предупреждаю тех, кому ошибки колят глаза - текст опасен для здоровья. Птмчта... не вычитан :) Текст ушел на переплавку, формовку и обработку напильником.


   - Подъем! Автоматическая уборка лежаков через пять минут! - с заиканием пробормотал упрятанный в потолке динамик.
   Сквозь облезлую краску единственного осветительного плафона пробились куцые лучи тусклого света. Его силы едва хватило на обозначение ячеек металлического пола и горбов по углам.
   В камере ожили тени.
   С жалобно затрещавшего лежака взметнулось одеяло, а следом поднялась могучая тень. Под желтым отливом проступили рубленые черты лица, бычья шея и могучая фигура с кривой саженью в плечах.
   Косматые брови, нависающий лоб, - этакий вариант неандертальца. Будто в карцер посадили выбритого орангутанга и для определения принадлежности к Наемному Батальону нарядили в комбез песочного цвета.
   Протяжный зевок великана перерос в глухой бас:
   - Подъем парни! ...
   В ответ раздались приглушенные ругательства, со смачным выделением особенностей анатомического строения всех тех, кто посмел будить в такое время приличного человека.
   На свет показался чубатый гребень едко-оранжевого цвета украшающий лицо с воспаленным блеском глаз. Остроскулое нечто причмокнуло, и смачно сплюнуло на пол. Сонно шаркая ногами, парень зябко кутаясь в одеяло, побрел в угол, навстречу бодрой капели водопроводного крана.
   - И в кого ты такой правильный, а, Дыба? - стягивая концы пластикового одеяла простучал он зубами, - Одного мне никак не понять - как это, тебя, и посадить к нам - позору славного механизированного соединения? Послушный, как овчарка, хоть устав с него пиши! - закончив трудное шествие к оазису, его бормотание прервалось на процедуру утреннего омовения.
   Громко поохав под напором ледяной воды, он продолжил:
   - И вот: ты такой правильный, каждое утро как штык: Туда? - есть! Сюда? - так точно! Как тебе тока не надоедает, а?
   От "оазиса" он вернулся уже похожим на человека. Сохранившийся лихорадочный блеск глаз, выдавал длительное воздержание от искушений вольной жизни, а редкая щетина - от свиданий с бритвой. Худощавое телосложение дополнялось резкостью движений, отчего застегнутый на все липучки комбез развевался как флаг на ветру. - Может все таки проставишься Таракану? Может, ты ему приглянешься? И возьмет он тебя в наглядное пособие? Так сказать, образцово-показательный механик-арестант? Глядишь, и сержанта дадут. Станешь уважаемым человеком, а так - все равно тебе в экипаж не попасть.
   - А то можно подумать, что Косяк, со своими залетами нарасхват, - набычившись, глухо пробасил Дыба, и захрустев пальцами, криво усмехнулся. - Сам то уже со скольких экипажей вылетал с "волчьими" пометками в деле, а?
   - Ладно проехали. А то еще начнешь аргументами валить, - потирая шею, Косяк на всякий случай отошел подальше. - После твоих разборок у меня и так все болит - встрепенувшись от новой идеи, он зловредно улыбнулся. - Очкарика нашего будить будем? Или посмотрим шоу - "Я вас не ждал, а вы пришли?"
   Фигуры склонились над третьим обитателем: тот сладко посапывал, укутавшись в одеяло, длинны которого ему хватило на два оборота и "капюшон".
   Последний из списка "залетчиков" просыпаться еще и не думал. Ехидно улыбаясь в предвкушении предстоящего развлечения, Косяк набрал полную грудь воздуха, и подражая уже сидевшему в печенках крику проорал:
   - Да вы только посмотрите на это чудо! Спящая красавица не иначе. Я тут начальник публичного дома или гауптвахты!? Что за шлюшка-феюшка посмела так храпеть в присутствии целого прапорщика?!
   После подобного вступления обычно начинались многочасовые лекции прапорщика Усачева о различиях и тонкостях знаменитых красных порталов столицы и славной, поучительной, а главное - жизненно необходимой в воспитательном процессе, гауптвахты. Обычно, такая "гроза" заканчивалась набавлением часов "трудотерапии" в Цехе Обработки отходов, метко прозванного среди курсантов Цехом Несбывшихся Надежд.
   Заслышав такой призыв, приученный организм срабатывает на уровне рефлексов, только бы сократить секунды, по хитрой арифметике начальника "губы" приравниваемые к дополнительным трудочасам.
   Одеяло взлетело вспугнутой птицей, бледная фигурка судорожно взметнулась на отработку норматива. Процесс одевания постепенно замедлился, и сквозь почти натянутый комбез пробился высокий голос, срывающийся нотками обиды:
   - Косяк ну зачем ты так? - Закончив бороться с застежками, он завозился с зажимами высоких ботинок.
   - Сколько раз тебя просить не кричать по утрам, у меня нервная система не железная.
   Довольно улыбаясь, Косяк завалился на свой лежак.
   - И что же ты сделаешь Череп? Ударишь меня? Ой боюсь, или еще расскажешь мне сказку как меня выпрут из этого дурдома - из этой программы по оболваниванию человеков?! Или пожалуешься Таракану? - Еще больше развеселившись от такой перспективы, он кинул в Черепа подушкой.
   - Уже проходили. В итоге ты драил полы, а мы услышали очередной рассказ Таракана о новых видах ночных фей. Я уже могу писать про них романы...
   Присев на край лежака, и сняв очки, Череп стал любовно натирать их стекла мягкой тряпочкой. Эти очки уже стали у курсантов притчей во языцех, в век межпланетных полетов, когда контактные линзы бесплатно выдаются по программе министерства здравоохранения, "чудик" пользовался старомодными очками и упорно обходил кабинет местного офтальмолога.
   Не прерывая процесса бережного скольжения бархатного лоскутка, Череп пробормотал:
   - Тебя попробуй выпереть, такая родословная, как у породистой борзой, и выпереть. В роду все с одной извилиной, и та от фуражки. Не удивлюсь, если у тебя и по материнской линии тоже одни военные. Трудность тут как раз в выявлении звена, где произошла отбраковка генетического материала...
   - Слышь, ты! - вскочив бешеным зверем, Косяк через три прыжка вцепился в Черепа и завалив того на лежак стал его бить, каждый свой удар сопровождая выкриком.
   - Не смей! Ничего! Говорить! О моей матери! Ты - яйцеголовый ублюдок! Слюнтяй!
   Легко отодрав вырывающегося Косяка, от начинающего выплевывать кровавые сопли Черепа, Дыба устало проговорил:
   - Одно и то же. Каждый день. По вам часы проверять можно, - встав непреодолимой преградой на пути мечущегося по камере Косяка, он осуждающе покачал головой. - Через две минуты один плюется кровью, а другой исходит бешенством.
   - Нужна мне твоя мать. - Подымаясь с пола, Череп зажимал пальцами кровоточащий нос. - Только не пойму, в кого ты такой дебил? Вся родня - уважаемые люди, а ты не человек, а животное какое то.
   - Ты у меня еще потявкай! Урод. Я тебя ночью придушу! - Зло глянув на отрицательно качнувшего головой Дыбу, Косяк от досады пнул лежак, - еще всякие доходяги будут меня жизни учить. Вначале драться научись.
   Почесав обширную грудь, Дыба произнес:
   - Повторяетесь, вы бы хоть повод для драки изменили, - поднимая подушку он уложил ее в специальное гнездо лежака. - Давайте, порядок наводите - поверка через пять минут.
   Не успевший остыть Косяк, как попало побросав все постельные принадлежности по секциям, мрачно наблюдал, как аккуратно складывается Череп. Пробурчав под нос очередное ругательство о дотошности доходяг, демонстративно спросил у Дыбы:
   - А кто сегодня нас пасет?
   - Летуны.
   - О!.. летуны - пердуны! - потирая руки и в предвкушении развлечения, улыбнулся воспоминаниям Косяк.
   На что Дыба начал закатывать рукава и ласково произнес:
   - Еще раз такую подставу выкинешь, я тебя сам урою.
   - Ну, я-то при чем, я откуда знал что они такие нервные? Подумаешь, сравнил продувки сопел с... естественной реакцией организма.
   - Подумаешь, подумаешь, - передразнил Дыба, - только из твоих подначек начальник караула понял, что с таким развороченным соплом ему на штурмовик и двигатель не нужен.
   Довольный собой Косяк, гордо выпятил грудь, и заявил:
   - Ну, нет у него чувства юмора! Нету, - повернувшись к очкарику, смерил оценивающим взглядом. - Вон даже Череп, и тот понял шутку.
   - Чувство юмора у него есть, очень даже есть, - покачал головой Череп, - шесть часов драить тамбурный шлюз носовыми платками, чем не чувство юмора?
   Заслышав топот за бронированной дверью, Дыба встал перед входом.
   - Вы как хотите, а лишние часы в день освобождения я заполучить не хочу.
   Раздалось шипение клапанов, койки втянулись в стены, и количество теней уменьшилось. В просторной камере уже без опасности стукнуться лбами могли разминуться с пяток человек, кабы еще работало полное освещение.
   По авторитетному мнению психологов, скудость освещения необходима для формирования тягостного ощущения и чувства полной подавленности, которая создает у арестованных надлежащее настроение и делает оных полностью готовыми к процессу трудотерапии, но если поинтересоваться у самих арестантов, то можно услышать о других причинах такого освещения.
   Нехватку осветительных плафонов некоторые объясняли дефицитом такого рода продукции на черном рынке столицы. С давних времен повелось делать военную продукцию намного качественнее ширпотреба, что непременно сказывалось на спросе. И в процессе удовлетворения спроса участвовали все, кто мог и как мог, в том числе и начальник гауптвахты прапорщик Усачев, честно "списывая" оборудование, которое "не выдерживало нагрузок" (то есть, нерадивости арестантов) и якобы неисправимо ломалось, вырабатывало свой ресурс и вообще никуда не годилось. Ну а куда оно потом девается, никто не знал, кроме перекупщиков и кляузников - таких же прапорщиков, только не имевших доступа к кормушке.
   Но как всегда после длительных и тяжелых проверок, проверяющие с покрасневшими лицами и драконьим выхлопом перегара подавали бодрые рапорты, что все происходит "согласно устава и нормативных документов". И вообще данный объект нужно ставить в пример как образцово показательный.
   Так что в итоге, завистники копили силы для очередного списания, ну а курсантам эти дела были вообще"до лампочки", главным в этом заведении для них было отбыть работы, в которых они участвовали наравне с автоматикой, зачастую и заменяя ее. Хотя присутствие человека в тех. процессе было вовсе не обязательно, но конечно командованию виднее. И арестанты не прохлаждались на лежаках как "проститутки в соляриях", а занимались полезным делом, заменяя, где возможно автоматику, оберегали ее от изнашивающего труда и тем самым увеличивали ее работоспособность и долговечность.
   - Все. Косяк, замри! - скорчив грозную рожу, Дыба показал кулачище размером с голову, - И без фокусов мне, а то я уже тебе "сопло" надеру!
   Придав лицам выражение преданности и полной готовности моментально броситься на исправление всех возможных поломок, арестанты замерли под мигающим огоньком камеры наблюдения. Послышался далекий звук открывающихся тамбуров, звучный цокот башмаков эхом разлетался в пустых коридорах гауптвахты. Пискнул отмыкаясь замок. Дверь с лязгом втянулась в проем.
   - Внимание! Входит часовой! Руки за голову, ноги на ширине плеч! - гаркнул темный контур в ярком проеме двери.
   В камеру вбежали двое курсантов с нашивками летного соединения. Быстро окинув взглядами троицу, они замерли у входа, с импульсными винтовками на перевес. Вместо ожидаемого начальника "губы", в камеру важно вошел высокий лейтенант и остановился напротив Косяка. Его глаза сощурились в узнавании.
   - Так, так, так. Старые знакомые. Ну что же. Разводящий, начнем проверку.
   Суетливо заскочивший за лейтенантом "летун", блеснув ромбиками сержанта, активировал черный планшет. Уткнувшись в дисплей переносного терминала, гнусавым голосом зачитал:
   - Курсант Дыбенко Петр Демьянович. Арест семь суток, за систематическую неуспеваемость.
   - Я! - бодро и зычно громыхнул Дыба.
   - Курсант Косяков Владимир Владимирович. Арест семь суток, нецелевое использование ресурсов химического лабораторного комплекса.
   - Я! - Прекратив ковыряние в носу, с ленцой протянул Косяк.
   - Курсант Черепков Александр Васильевич. Арест семь суток, нарушение режима секретности.
   - Я... - робко протянул Череп.
   Развернувшись к офицеру, сержант затараторил:
   - Мой лейтенант, проверка закончена, арестованные присутствуют согласно реестру. - Бодро отрапортовав, губастый сержант заученным строевым шагом вильнул в сторону.
   Быстро поиграв пальцами над сенсорной панелью, офицер уткнулся в планшет. Сверившись с планом мероприятий на рабочий день, поднял голову и хищно улыбнулся Косяку.
   - Ну что же, господа курсанты, сегодня последний день вашего пребывания в стенах этого чудесного заведения. Поэтому необходимо сделать заключительный аккорд, так сказать. Сегодня вас ждет двойная норма Цеха... - Не дождавшись возмущений Косяка, он удивленно вздернул бровь. - Курсант Косяков - вы ничего не хотите прокомментировать? Ну а добавить что-нибудь к прошлой анатомически-познавательной речи?
   - Никак нет, мой лейтенант!
   Косяк уже понял, чем ему грозит возобновление "познавательной" лекции. Решив не подставлять товарищей, он решил подыграть офицеру, в его попытке восстановления подмоченного при прошлой встрече авторитета - и изо всех сил старался походить на примерного курсанта, перевоспитавшегося и раскаявшегося нарушителя воинской дисциплины. Он стоял "по стойке смирно" преданно поедал лейтенанта глазами и что есть мочи орал: "Так точно", "Никак нет" и тому подобные вещи в ответ на все провокации со стороны проверяющего.
   Все в этом мире кончается, завершилась и проверка. Высокий лейтенант-летун, в приподнятом настроении от одержанной победы вышел из камеры. Как только, под удовлетворенный посвист легкой мелодии, шаги начальства удалились и грохнули закрываясь створки тамбура, сержант, до того момента практически не принимавший участия в происходящем, недобро осклабившись, процедил:
   - Арестованные руки за голову, ноги на ширине плеч. Часовой, провести личный досмотр.
   Наблюдая унизительную процедуру досмотра, сержант счастливо улыбался, отчего его лицо, и до того не производившее впечатление "человека разумного", превратилось в иллюстрацию к брошюре "Последствия воздействия на человека боевых нервно-паралитических газов".
   - Ну что, недоумки, - дожидаясь, пока арестованные оденутся, садистки прогундосил сержант, - вот мы сейчас с вами проведем тренинг... На слаженность действий экипажа при разгерметизации корпуса! Заодно вас проветрим, а то вы, что-то уже завонялись. Еще больше развеселившиеся в предвкушении развлечения часовые, раздали арестантам атмосферные маски-респираторы. Принимая прозрачную маску, Череп тихо икнул. Из троицы только он один панически боялся противопожарной разгерметизации, и сержант это отлично знал. Ему доставляло удовольствие смотреть, как этот "мозгляк" трясется перед процедурой через которую проходят все курсанты.
   Товарищи по несчастью криво усмехнулись, по учебному положению этот норматив должен проводится на специальном полигоне под контролем инструктора и бригады медиков. При этом на них должны быть как минимум боевые скафандры экипажей, а не комбезы и аварийные кислородники с минимальным запасом воздуха.
   Но среди курсантов не принято было терять лицо. Особенно в чужом присутствии. Так сложилось, что "летуны" могли нагадить "консервам", и естественно не упустили случая. Подобное происходило сплошь и рядом, обиды копились и в итоге не гласное соперничество выливалось в тихую вражду между соединениями Батальона, перерастающую порой в жаркие потасовки между "летунами", "консервами" и "саранчой", потасовки, доводящие страховых инспекторов до тихой истерики, при выплате возмещения ущерба городским развлекательным комплексам.
   Дежурные торопливо вышли из камеры. Зашипели стравливающие давление клапаны, раздался щелчок, доводящий камеру до полной герметичности, и в двери открылся смотровой проем. Сквозь мутный пластик которого подопытные могли наблюдать довольные рожи часовых и сержанта.
   Прогремел металлический голос автоматики:
   - Внимание! Противопожарная разгерметизация сектора! Начинается плановая продувка помещения! Падение давления наступит через десять секунд!
   Шустро натянув маску, Косяк скосил взгляд на едва теплившийся индикатор запаса воздуха.
   - Ну че, парни, - начал хорохориться Косяк, - напоследок глотнем дерьма по полной?
   - Разгерметизация наступит через 4 секунды!
   Глядя, как Череп побледнел под маской, Дыба сказал:
   - Череп, не трясись, откачаем. Ты главное не дыши полной грудью сдуру, а то воздух быстро закончится, старайся маленькими вдохами и расслабься. - Показывая как дышать он медленно подымал руки, а заодно с ними поднимались кузнечные меха груди. - ...Давай по счету, как в вальсе... раз два три... вот так - раз два три...
   Череп следил за руками. Поймав ритм, задышал и вернул лицу естественный оттенок. Это было его шестое "крещение" атмосферой Марса. После первых двух у него вся шея была покрыта отметинами от шприцов. Как объясняли медики, это психическая боязнь разгерметизации, что-то похожее на боязнь закрытого помещения, но, к большому огорчению Черепа, "летуны" с придурковатым упорством, при каждом удобном случае продолжали обкатывать "консерв".
   - Внимание, разгерметизация!
   С протяжным скрежетом потолок треснул ровными провалами воздуховодов. В полу сдвинулся нижний слой сетчатого пола, и из мелких ячеек потянуло сквозняком. Свист перерос в рев, и сквозняк набрал силу, заревел восходящим потоком, разом вскружив и выдув мелкий мусор, пыль и затхлый воздух.
   Трое людей, уцепившись за выступающие ребра лежаков, стремились как можно сильнее прижаться к полу. Если отдать себя на растерзание потоку, то от удара об потолок можно потерять сознание, а еще больше достанется, когда напор резко спадет.
   Не смотря на не высокую гравитацию Марса вес Дыбы давал ему в этой ситуации важное преимущество. Зацепившись одной рукой за выступ, другой рукой он прижимал легкого Черепа к полу, при этом еще успевая подставлять Косяку плечо. Плечо Косяк как будто не заметил, он решился на последок испробовать давно задуманный но так и не воплощенный в жизнь трюк.
   С улыбкой до ушей, с растрепанным и взбитым воздушным напором гребнем, с сумасшедшим блеском в глазах Косяк оттолкнулся от пола. Мгновенно подхваченный потоком он опасно взмыл к потолку, но в последний момент изменив наклон тела сумел выровняться и задержать подъем. Изгибаясь ужом завис, ловя воздушную струю раскинутыми "звездой" руками и ногами, он парил на ревевшем потоке. Косяк летал. То поднимаясь под самый потолок то опускаясь вниз, он смеялся и орал благим матом, успевая при этом показывать неприличные жесты остолбеневшим от удивления "летунам".
   Такое на "губе" вытворялось впервые. Череп от изумления забыв о своем страхе, вместе с Дыбой, с неподдельным восторгом наблюдали акробатические финты Косяка. И наверно также впервые во взгляде Дыбы промелькнуло нечто похожее на уважение. Ведь что бы так удерживать равновесие одного нахальства маловато...
   С тугим скрипом створки медленно возвращались в постоянное положение; постепенно снижая свист, напор иссякал. С тишиной в камеру вернулась тепло и глухота. Дождавшись слов автоматики, Косяк сорвал маску и, хохоча, запустил ею в пластиковое стекло, за которым скисшие летуны возились с дверью.
   ---- Вы видели?! Я как ласточка! - радостно тараторя Косяк, сверкал горящими глазами, - это как на волне... нет ну вот это круто...
   В чувствах тормоша постанывающего на полу Черепа, боднул Дыбу головой в плечо. При этом, он ни секунды не оставаясь на месте, вертелся показывая как балансировал и держал равновесие. Дыба поощрительно улыбался, соглашаясь что мол да, это был класс, только если бы он сейчас успокоился - было бы еще круче. Склонившись над Черепом, лежащим бесформенным кулем под ноги и выстукивающим зубами похоронный марш, стал тереть тому спину.
   В камеру влетел полыхающий гневом сержант, раздосадовано шмыгая носом он прорычал с порога:
   - Чего расселись!? На выход бегом мааарш!
   Поморщившись от крика, Косяк недоуменно повернулся:
   - Сержант, не гони, дай согреться, у нас еще один не оклемался.
   - На бегу и согреетесь! Здесь вам не пансион благородных девиц, - блеснул вычитанной фразой сержант. Довольно ощерившись, прицелился собираясь отвесить кому-нибудь смачного пинка.
   - Ну бегом, я сказал!!!
   Мигом растеряв всю веселость, Косяк одним прыжком оказался рядом с сержантом и угрожающе прошипел:
   - Давай попробуй, - я тебе шнобель моментом подравняю.
   Сержант нахмурился, но связываться с хозяином не добро заблестевших глаз не захотел. Если завяжется драка, происшествие получит огласку, пиши потом объяснительные рапорта. Дав пять минут на перекур, вышел, вернулся он уже с конвоем.
   Когда за спинами послышался лязг закрывающейся двери камеры, процессия дружно двинулась по широкому туннелю. Вели их по уже приевшемуся за эти дни маршруту - пара перекрестков с зевающими часовыми, шлюз, лифт. Закинув ружья на плечо, и застыв гипсовыми изваяниями под объективами камер, дежурные незавидно косились на проходящих мимо товарищей. Лучше уж поработать "статуей" пару часов - чем торчать в Цеху с арестантами. Ведь пока неудачники будут ковыряться в отходах, конвою сидеть в Цеху, где даже сквозь фильтры кислородной маски пробивается стоявшая там вонь.
   Остановившись перед створками грузового лифта, Косяк обернулся. Прошелся взглядом по уже ставшим почти родными сводам, переплетениям проводов, довольно усмехнулся. Ведь заточение почти закончилось, и считанные часы отделяют, кого от долгожданного запаха пива, кого от любимых железок, а кого от ковыряния в любимом терминале.
   - Вот сколько здесь проходил, - пробормотал Косяк, - только сейчас заметил, что тут порода...
   - Ты нигде головой не стукался? - криво усмехнувшись, спросил Дыба, - с какого перепуга тебе это вдруг стало интересно?
   Обработанные только при первичном прохождении бурильной установки, стены отсвечивали ребристой поверхностью, а на тех местах, где металлические штыри входили в породу, грязными тенями растекались пятна укрепляющего состава. Кое-где на конструкциях уже проступала ржавчина, тщательно подкрашенная под фон серых панелей лифта.
   Повернув арестованных лицом к стене, часовой взмахом руки активировал лифта и ухмыльнулся:
   - Если так понравилось, заглядывай почаще...
   - Да ну... у вас тут воняет, - в тон ему отозвался Косяк, демонстративно поморщившись, отвернулся от сержанта.
   - Воняет... Сейчас ты вспомнишь, как по настоящему воняет...
   Не оставивший реплику Косяка без внимания, сержант, злорадно "сделал" арестантам на прощание ручкой и лифт ухнул вниз. Внутренности арестантов подпрыгнули к горлу. Спустя несколько секунд свободного падения в нос им ударил обещанный "настоящий ЗАПАХ".
   *********
   Просторное помещение второго цеха очистки выделялось двухэтажными конструкциями выпарных котлов. Каждый котел по извлечению влаги из обработанных отходов обрастал трубами, как пустившее корни дерево, в котором что-то клокотало, булькало, и шипел уже чистый сырец, готовый для подачи на энергетические фабрики.
   Пока троица арестантов разбиралась с засором у второго котла, часовой мирно дремал в операторской кабине. Обдуваемый чистым воздухом маски, убаюканный ровным шумом цеха, обняв винтовку как любимую девушку, - часовой "бдил".
   И сладко бы "пробдил" так до конца вахты, если бы Косяк не возмутился самим этим фактом. Решивший в последний день заключения, по полной программе проучить летунов, каждый раз самонадеянно дрыхнувших на посту, Косяк впервые посоветовался с товарищами.
   Движимый больше озорством, чем фактом нарушения устава, курсант не поленился попотеть в тяжелом костюме химзащиты, задыхаясь взобраться до второго этажа и спуститься обратно.
   Сейчас он стоял и от нетерпения припрыгивая, дергал вопросами Черепа, педантично затягивающего последний болт на массивной цистерне фильтра, все переспрашивал, когда же наступит обещанное веселье. И оно вскоре наступило, ознаменовавшись диким ревом часового. Причиной пробуждения которого стал всего лишь запах цеха, проникающий к нему через ржавую дыру в фильтре.
   Часовой не сразу понял, из-за чего же в новеньком фильтре маски, образовалось аккуратное ржавое пятно, проевшее металл насквозь и уже с аппетитным шипением взявшееся за комбез. С выпученными от ужаса глазами часовой сорвал с себя маску и вскочил, по пути уронив на ногу ружье. Получив удар массивной винтовкой, часовой еще больше выпучил глаза и полной грудью вдохнул "рабочую" атмосферу Цеха. От моментально впившейся в глаза вони, слезы брызнули ручьями. Зайдясь в диком кашле, он согнулся пополам и, щурясь, на ощупь пытался найти опрометчиво отброшенную маску.
   Неизвестно, чем бы кончилось, такое нестандартное применение Косяком, любительских познаний Черепа в химии, если бы озверевшего и скорого на расправу часового не остановил зуммер терминала, своим гудением обозначивший время сдачи арестантов прибывшим на смену сослуживцам.
   Косяк же довольно улыбался и увесисто похлопал Черепа по плечу.
   - Слушай Череп! Классная идея, до меня бы не доперло, как этого суслика проучить. Откуда ты знал, что ента фигня в досыпке с другим таким же дерьмом станет такой убойной дрянью?!
   Соскребая с перчаток остатки уже подсыхавших нечистот, Череп хитро улыбнулся:
   - Если бы ты хоть иногда читал этикетки, то добился бы еще и не таких успехов. Хотя... - вспомнив недавний случай, уже без робости упер в Косяка сердитый взгляд, - вот скажи, какого черта, ты вчера закачал в компенсаторный баллон своей дряни? В нем оставалось килограмма три сульфата! Хорошо Дыба успел нас опрокинуть.
   Легкомысленно отмахнувшись, Косяк улыбнулся сквозь закопченное вчерашней вспышкой стекло шлема.
   - Да ладно тебе, зато какой фейерверк посмотрели, - припоминая сполохи пламени, сплавившие не сработавшие датчики пожарной сигнализации в оплавленные гирлянды, улыбнулся Косяк счастливой улыбкой пиромана. - Наоборот, схалявили, разом прочистили стоки коллектора.
   Если бы не мешал шлем химзащиты, Череп бы повертел пальцем у виска, а так ограничился словами:
   - Ага, от дерьма то почистили, а копоть потом выковыривали полсмены, а стоки-то - всего одной продувкой чистятся!
   Косяк не найдя понимания своей шутке, покосился на Дыбу.
   - Ну все, все, не начинай, а то и Дыба опять все вспомнит и начнет по новой перевоспитание, - сказал он заговорщически склонившись к Черепу, и весело подмигнул. - Тока вот скажи, а ты меня еще научишь таким приколам?
   Череп умудрился вытащить руку из рукава костюма, бывшего на три размера больше чем нужно, пролез под воротник и поправил очки внутри шлема. Раздумывая и прикидывая шансы выживания столицы как самого крупного из подземных городов Марса, он скептически усмехнулся. Если способности Косяка помножить на ресурсы многострадальной химической лаборатории, да все это на маниакальное упрямство в достижении не понятной даже ему самому цели, то шансы эти примерно равны выживанию в эпицентре взрыва кристалоидной бомбы.
   - Ну не знаю, - протянул Череп. - Если Дыба не будет против, то вместе с ним будешь заниматься. Хех... если нас еще определят в один экипаж...
   Из головы Черепа все не шел разговор, который состоялся на кануне за полчаса до отбоя. Уже улегшись на лежак, Дыба вдруг попросил Черепа помочь с грызней гранита теории, а то, мол, с практикой все отлично, а объяснить научно - тяжко.
   Косяк тогда же встрял с разговором на тему, а почему бы и не стать экипажем. Все равно, мол, в другие экипажи не возьмут и все закончится кочеванием или еще хуже...
   После прохождения двух годов начальных "кругов ада" у курсантов как раз наступала пора закрепления экипажей за техникой и тренировки боевой слаженности крыла. Курсанты не прошедшие отбор и не сформировавшиеся в экипажи, отбраковывались. Попадали в рабочие Службы Обеспечения и отрабатывали стоимость межпланетного перелета, а потом высылались на Землю с пометками "непригодность" во всех документах. С такой формулировкой невозможно устроиться не только в корпорацию, даже мелкие компании и то откажут - если даже Наемники их забраковали, - сплошная безнадега.
   Все тогда уснули не сразу, каждый на свой лад обдумывал поступившее предложение. И у каждого были свои причины удержаться в Наемном Батальоне.
   ****
   Капитан Ряхлов, командир учебной роты сидел за столом в канцелярии и любовался игрой отражений на пластиковой поверхности сейфа. Его не примечательное лицо с мелким прищуром близко посаженых глазок было на удивление спокойно и умиротворено. В принципе капитан был доволен. Стать командиром роты по подготовке "псов пустыни", да еще за такой короткий срок, нет он определенно хваткий парень.
   Отражаясь косматыми ромбиками на пластиковом глянце, серебряные пластинки вдруг вспыхнули острыми колючками, и сознание нещадно отмотало воспоминания к мучительному кошмару.
   Два года назад. Вот он еще простой энергетик. Сидя рядом с механиком, мелит какую-то чепуху. Сигнал тревоги, и вместо того чтобы метнуться в кресло, зажать себя до хрипоты дугами безопасности, включится в контур - он решил досказать анекдот... Тревога-то опять "проверочная", и они вместе с механиком еще посмеялись над молодым командиром, пытавшимся приказать задраить смотровые люки. И тут машину тряхануло...
   В смотровое окно влетел резонаторный снаряд. С хрустом проломил пластик, ворвался с чавканьем в спину механика и раскидал месиво грудной клетки по рубке управления. Бесформенная груда мяса и костей вперемешку с металлом заклинила рули управления, и машина рванулась с места.
   Вместо того чтобы перекинуть управление на другой пульт, Ряхлов провалился в ступор. Шок отгородил его психику от реальности, кровавой пелены видений с разлетевшимися по тесной кабине кровью и внутренностями. Расстрелявший весь боекомплект, командир вызывал и материл энергетика. Отсоединив шлейфы управления, в громоздком скафандре, командир протиснулся в его ячейку. Пытаясь докричаться до трясущегося существа, с обезумевшими глазами уставившегося на кровяные сгустки бывшие когда-то механиком, лупил ногами безвольно хнычущее тело. И тут машину тряхнуло еще раз... Крупнокалиберная очередь унесла с собой куски броневых пластин.
   Снаряды с противным скрежетом прошивали коробку корпуса, а некоторые разрывались внутри с ослепительными вспышками. И размазанный по стене командир руками пытался закрыть рваное брюшину скафандра, но внутреннее давление выплескивало сквозь сжатые пальцы красный струи воздуха, смешиваясь с влетевшим в пробоины песком...
   Усилием воли Ряхлов загнал воспоминания в дальние уголки памяти, забил накрепко гвоздями и попытался улыбнуться. Вернуть безмятежность духа воспоминаниями триумфа. ЕГО триумфа.
   Он стал героем. Атака дымящегося "ВОЛКА-44" сорвала прорыв противника. Неуправляемая машина с заклинившими рулями, и еще живым лейтенантом отстреливала прицельными залпами трейлеры, полные боеприпасов, как в тире, - тем самым не давая произвести перезарядку штурмового крыла противника. Петляя среди горевших туш трейлеров, машины противников теряли минуты преимущества, пытаясь пристрелить одиночку сумевшего помешать развитию успешного прорыва. И когда подтянувшийся резерв ударил в тыл увлекшемуся охотой противнику, враг начал отступление.
   Но "герой" так и не успокоился. С тем же рвением продолжая носиться по впадине, пока не врезался в остов трейлера и с детонировал боеприпасы в длинной туше транспорта. Когда утих пожар, подоспели эвакуационные команды и приступили к вскрытию запекшейся обшивки искореженной машины.
   Вокруг собрались выжившие машины. Все ждали чуда. После извлечения трупов командира и механика, удивленные спасатели проорали в эфир об одном выжившем. Доклад о живом герое воодушевил генерала на пафосную речь, и случайное стечение обстоятельств превратилось в "стремительную атаку", названную "торпедной" (затем в тактических учебниках появится пример яркого применения средних машин для стремительных атак в тыл), единственному выжившему герою торжественно присвоили позывной - "Торпеда".
   Была и в этом деле и "второе дно", о котором Ряхлов узнал уже позже, прислушиваясь к трепу штабных офицеров, кутивших в офицерском клубе. Благодаря "торпедной атаке" генерал не проиграл схватку за новое месторождение. И негласное соглашение заключилось - генерал чувствовал моральный долг и усиленно продвигал своего протеже.
   Ряхлов досрочно получил офицерский чин, ступеньки карьерной лестницы зарябили в глазах, и через неполные два года уже с капитанскими ромбами, Ряхлов "командовал" учебной ротой ...
   Улыбнувшись воспоминаниям, Ряхлов натянул высокомерную маску любимчика удачи, повеселел и склонился над дисплеем терминала. Вчитываясь в строки, постепенно хмурился и постукивал холеными ногтями по пластику настольного обелиска с дарственной надписью и пожеланиями успехов в карьере от своего ангела-хранителя, все-таки сложившего голову где-то в пустыне.
   Пожевав губу, отодвинул терминал со строками заключений психологов. Закорючки букв повествовали о проблеме. Проблеме, способной стать "гнилой ступенькой" в его карьере.
   Воплощалась она в трех курсантах, тянущих показатели его личного рейтинга вниз. В результате этого могло приостановится его торжественное продвижение по карьерной лестнице, следующим этапом которого намечался перевод в штаб. Тем более что денежный оклад капитана уже не справлялся с запросами "баловня фортуны" любившего покутить в "красных порталах".
   Сонную тишину кабинета разогнал сигнал вызова. Не глядя на монитор коммуникатора, Ряхлов нажал клавишу ответа.
   - Мой капитан, прибыли курсанты с гауптвахты, - доложил дежурный по уровню.
   - Через пять минут вместе с командирами крыльев ко мне.
   Откинувшись на спинку кресла, Ряхлов полюбовался своим отражением. Придав лицу строгое выражение, поправил липучки песочного комбеза, ласково погладил ромбики звания. Вызвав наброски скорбного рапорта в холодной подсветке дисплея, начал "про себя" репетировать речь.
   Свистнули отъезжая створки, и в открывшуюся дверь вошел командир восточного крыла лейтенант Колосовский. Коренастый молодой человек с ярко выраженным волевым подбородком и глубоко посаженными голубыми глазами, лейтенант, за глаза прозываемый "Кол", славился твердостью характера и немногословностью. Чемпион батальона по стрельбе из импульсного пистолета, в жизни он был довольно спокойным человеком, но в критических ситуациях умел превращаться в настоящий ураган. Среди курсантов поговаривали, что при схватке за "Кратер слез" он десять минут один сдерживал прорыв трех тяжелых "азиатов"...
   Уважение, которое испытывали курсанты к своему лейтенанту, граничило с фанатичной преданностью, что коробило самолюбие Ряхлова и сказывалось на их взаимоотношениях - Ряхлов терпел лейтенанта так же, как памятник голубей.
   Следом за Колом в канцелярию юркнул другой командир крыла, засидевшийся в своем звании лейтенант Анисимов, метко прозванный курсантами "Симой". Первое, что бросалось в глаза при взгляде на лейтенанта, - это кукольное лицо с широко распахнутыми детскими глазами. Весь такой округлый, он создавал впечатление нарисованного хомячка. Но первое заблуждение моментально разбивалось тяжелым басом Симы, от которого перепонки неподготовленных слушателей опадали шелухой, а от смысла гневной отповеди наступало непреодолимое желание застрелиться, дабы добровольно прекратить мучения, настолько жестоко ошибшейся природы.
   Вошедшие следом за ними курсанты организовали у двери строй, а за столом расселись офицеры.
   - Господа курсанты, согласно уставу Наемного Русского Батальона и мнению психологов, и преподавателей, с прискорбием должен сообщить, что я и командиры крыльев рассматриваем процедуру перевода вас в Обеспечение, - с места в карьер начал речь капитан, - все наши воспитательные методы себя исчерпали. Дабы ускорить процесс, вы должны написать рапорта о добровольном переводе, - удовлетворенно хмыкнув, Ряхлов поднял взгляд близко посаженых глазок, - ведь за годы обучения в Учебном Корпусе вы не добились не защитили ни одной ступени, - перейдя к сути, скривился он будто выпил уксуса, - Дыбенко, вы провалили все зачеты по теоретическим дисциплинам. Не сдали на допуск к самостоятельной работе. Сломали два имитатора в тактическом классе...
   Прочитав пометки в личном деле Косяка, замялся, подбирая пристойные выражения, затем, видимо найдя нужные слова, он придав лицу нейтральное выражение прокомментировал:
   - Курсант Косяков неуспеваемость практически по всем дисциплинам. Неплохие показатели по взрывчатым веществам да и только... Но на фоне постоянных конфликтов с сослуживцами, ваше вызывающее поведение, нарушение формы одежды, несоблюдение правил безопасности, - беспомощно разведя руками, Ряхлов перевел взгляд на последнего курсанта в строю.
   Презрительно скривившись, при взгляде на стекла его очков, процедил:
   - Курсант Черепков у вас полная непригодность к службе в наших рядах. По теоретическим наукам у вас успеваемость на достаточно высоком уровне, но что касается практических занятий - картина плачевная. Физическая подготовка неудовлетворительная, Коммуникабельности - ноль. По обращениям в лазарет - побили количество арестов Косякова.
   Придавая лицу печальное выражение, капитан театрально упал в кресло.
   - Так что, господа курсанты, дальнейшее пребывание в соединении считаю нецелесообразным, - запустив по столу прозрачные пленки, с уже проявленными текстами рапортов, задушевно изрек, - для экономии вашего и нашего времени, подписывайте рапорта.
   Прозвучавшие в ответ слова Косяка прозвучали диссонансом в стройном теле капитанской симфонии и стали полной неожиданностью, как для самого капитана, так и для равнодушно молчавших офицеров.
   - Мой капитан, разрешите... поговорить наедине.
   Лицо уже праздновавшее победу, медленно скисло, и Ряхлов поднял на Косяка полный недоумения взгляд. Резко поднявшись с кресла, подошел к курсантам. Сверля каждого взглядом, он пытался угадать причину такой просьбы.
   Дыба сверлил пространство невинным взглядом младенца, Череп отводил глаза в сторону и сосредоточенно рассматривал увлекательную настенную голограмму, на которой Ряхлов получал первое офицерское звание от командующего.
   Приняв строевую стойку, Косяк неподвижно застыл пред опешившим командиром и поедал того преданным взглядом. И только сейчас Ряхлов вдруг заметил правильно и аккуратно затянутые комбезы, согласно уставу расположенные знаки различия, аккуратные стрижки, даже знаменитый гребень ирокеза, коим так гордился Косяк, был убран под срез берета.
   - Господа, прошу покинуть канцелярию - возвращаясь к креслу, бросил через плечо. - Косяков, остаться.
  
   В коридоре ожидая Косяка, Дыба делился с дежурной сменной впечатлениями о прелестях "губы", а Череп скромно помалкивая, перетаптывался рядом. Вдруг нарушая вязкую тишину расположения роты, из аппендикса коридора ведущего в канцелярию, послышалось шипение закрывшейся двери и сразу на ним дробный топот ног бегущего человека. Вылетевший в длинный коридор курсант ликовал. Косяк с разгона запрыгнул Дыбе на шею, без слов давая понять результат состоявшегося разговора. Радостную весть, с хмурой миной, подтвердил вышедший из за угла Лом, совсем не разделявший охватившую троицу радость. Еще бы, получить под команду такой "подарок" как экипаж "отбраковки" - приятного мало.
   - Вы - экипаж номер 13. Помещение проживания укажет дежурный, - сухо проговорил он, протягивая чип инф-носителя, - здесь ваши планы занятий. Зачет по теории - через месяц, практику - сдадите на второй, зачет на допуски - третий. Успехов.
  
   *******
   Выпроводив ухмыляющегося дежурного, троица окинула просторное помещение предназначенное для их проживания скептическим взглядом. Обрывки оптоволокна, торчащие из стен и потолка засохшими сучьями старого дерева, начавшая похрюкивать климатическая установка, "дерганное" освещение - все свидетельствовало о том, что в кубрике уже вечность никто не жил. Отложив в сторону кофры с личными вещами, троица приступила к наведению общего порядка. Буквально через час пыльной работы помещение заблестело вновь отмытыми стенами, вычищенными лежаками. Под конец починили бытовой контроллер, заставив его выполнять помимо нудного гудения еще и положенные по инструкции функции. Каждый украсил свою стену той голограммой, что ему больше нравилась. Дыба закачал лесной пейзаж, Косяк мучился с режимом смены голографий разнокалиберных красоток, пышными прелестями отвлекающих Черепа от настройки футуристического пейзажа далекой планеты.
   Вспомнивший о важности момента Косяк, извлек упаковку напитков. Разбросав товарищам по банке, принял торжественную позу и гнусаво передразнил интонацию капитана:
   - И только из соображений экономии средств Батальона я иду навстречу вашему предложению. Я не возражаю против формирования экипажа с предложенным составом, - перестав, гримасничать продолжил: - Ну... выпьем за экипаж!
   Дыба, не дождавшись продолжения, сделал глоток:
   - Ну, а как сделал то предложение?
   - Череп правильно нашептал, - отдав должное умозаключениям "очкарика", Косяк отсалютовал ему пластиковой банкой. - Когда вы вышли, он с ногами сидел в личном деле. Ну я и сказал, что если он меня выпрет, то прилетит дед... и на хрен всех порубает, а если он даст шанс попасть в экипаж, то дед сделает из него майора, может даже полкана за заслуги дадут. Тут-то он и спекся.
   - А что, действительно прилетит? Или скажешь он раньше про деда не знал? - спросил Дыба.
   - Может, и прилетит... - поскреб затылок Косяк, - но рубить начнет с доставшего внука...
   Родился Косяк в семье потомственных военных, династии, в которой верховодил вышедший в отставку дед-генерал. Родители были вечно заняты, поэтому воспитание ребенка с детства доверяли разнообразным гувернанткам и учителям. Постоянные переезды и частые смены учителей, ничего кроме шалопайства в ребенке развить не смогли. Так и вырос Косяк, предоставленный самому себе. Получил образование, как ребенок из обеспеченной семьи, он сдал зачет по программе средней школы, и закончил подготовительные курсы для поступления в военный университет.
   Но в голове у парня гулял ветер и все старания учителей и репетиторов, выдувались сквозняком слабо-наркотической дряни и выбивались ударами уличных потасовок.
   За тем сию неприглядную картину обнаружил дед и для Косяка настала черная полоса жизни. Дед решил взяться за воспитание непутевого внука, позорящего всю семью пухлым делом в картотеке полицейского участка.
   Личное дело отпрыска известной фамилии, пересылаемое при переездах обрадованными полицейскими из участка в участок, постоянно пополнялось новыми подробностями, и уже не помещалось на стандартном носителе. Количество обращений к адвокатам с каждым годом увеличивалось, да и затраты уже становились весомыми к тому же на проделки начинали обращать внимание журналисты.
   Увы, все педагогические попытки деда наталкивались на бастион полного пофигизма, а после провала вступительных экзаменов в военную академию, на семейном совете было решено "сбыть" непутевого отпрыска в надежные руки в Наемный Русский Батальон. Был сделан звонок серьезному человеку, старому другу деда, ныне генералу наемнику, он то и забрал Косяка в Батальон в буквальном смысле слова.
   Вернее забирали Косяка два амбала - ветерана. С невозмутимыми лицами глубоководных рыб, пестря нашивками участия во многих локальных войнах, они держа подмышками брыкающийся ковер, четко отсалютовали прослезившемуся деду.
   Порядком умаявшиеся ветераны, со вздохом облегчения сдали Косяка на пункт вербовки добровольцев. Укутанный страховочными ремнями и с разжеванным беретом в виде кляпа, брыкающийся Косяк, первым делом обложил опешившего дежурного по всем правилам уличной ругани. Вот так, криком о неизлечимых дефектах умственной деятельности всех в мире военных, ознаменовалось прибытие Косяка на Марсианскую базу Наемного Русского Батальона....
   Задумчиво улыбнувшись, Череп оторвался от терминала, качнул головой в сторону дисплея и сказал:
   - Ну, тогда пора переходить к следующему этапу. Первая у нас теория по энергетическим бортовым системам и механика. Начнем?..
   Прерываясь только на обязательное посещение столовой, троица засела за учебу. Череп разжевывал Дыбе теорию до уровня детского сада, а затем объяснял на пальцах. Занимаясь резьбой по "дереву", старался сделать извилины не столько глубокими, сколько более ветвистыми.
   Тяжелее всего тому давались теория энергетических взаимодействий и принципы силовой системотехники. Дыба все пытал Черепа, что за "електронны" такие шустрые и как древние ученые узнали что такое электрический ток, если его до сих пор никто никогда не видел. А Череп не мог понять, как Дыба с такими взглядами на физику налаживал сложные энергосиловые модули. Не зная теоретических объяснений процессов, тот легко управлялся с наладкой и устранением неисправностей, с легкостью собирая и запускал на терминале то или иное устройство.
   В этом деле Дыба был непревзойденный феномен.
   Родившись в глухом селе, на краю одной из континентальных магистралей пролегавших по всей Украине, Дыба рано потерял родителей. Воспитывался попеременно тетками и дядьками которых с обеих родительских сторон было превеликое множество. Не получивший в итоге никакого образовании, кроме бесплатной сельской восьмилетки, Дыба мог устроится работать лишь в сельскохозяйственную общину на уборочный комплекс или идти, в издревле почитаемую всей деревней, профессию - пастухом.
   А после того как староста и молодой "балбес" однажды повздорили, вакансия главного специалиста по накручиванию быкам хвостов, стала под большим вопросом. Если бы не случай, не известно еще, как бы сложилась дальнейшая судьба Дыбенко Петра Демьяновича.
   Дыба как раз заканчивал отладку помпы, откачивающей нечистоты из "скотской" фермы, когда с автострады раздался громкий звук лопающихся ограждений. Ломая верхушки придорожных березок и ревя разгонными турбинами, фургон пролетел по нисходящей траектории солидное расстояние и плюхнулся в "нерукотворное" озеро.
   Когда молодой парень, по пояс брел в вонючей жиже к уже начинавшему погружаться фургону, упорно продолжавшему мигать зазывными картинками и надписями вербовщика Наемников, он и не знал чем ему грозит спасение утопающего.
   На следующее утро из коровника раздались такие ругательства, что даже сторож дед Панас, начал краснеть как молодуха, заглянувшая к сапожнику. Это проснувшийся "утопший", обнаружил себя в стогу сена, уже полностью пропитавшемся местной достопримечательностью, коей свиньи затопили озеро доверху.
   После стирки мундира от деревенского "богатства", престарелый ветеран-вербовщик, попутно выпив весь фермерский запас рассола, вспомнил кем он является. И начал вешать уже свое "дерьмо" на Дыбины уши. А после того как тот без деревенской техники вытащил фургон, а затем при помощи зубила и молотка отрегулировал контуры подачи энергии на заклинившие турбины, вербовщик стал похож на местного кота Ваську, дорвавшегося до аптечной валерьянки.
   Уже ближе к полудню, Дыба подписывал стандартный контракт наемника. Пересчитав первые подъемные и сравнив сумму для прибытия к центральному вербовочному пункту, чесал затылок над суммой которую в руках то держал только староста, и то - в день раздачи паевых всей деревне.
   Оставив половину денег, уехал даже не прощаясь с родней. Чему те были не сказано рады. И отмечая такое событие, разгулялись не на шутку. В итоге сгорели амбар с элеваторным комплексом.
   Возвращаться уже было поздно и эти новости он увидел по каналу, транслируемому на взлетающем армейском транспортнике. И уже только на базе Наемного Батальона Дыба понял куда он попал. А что бы отказаться от службы, нужно было вернуть стоимость перелета с Земли на Марс и обратно. Таких денег не собрать, даже если бы собирали всей деревней, десять лет ведя трезвый образ жизни. Оставалось держаться в Батальоне всеми своими не малыми силами, что бы накопить денег и вернуться назад.....
   Затем происходила смена мучителей, и уже Череп проклинал Дыбу за противный вкус биологических добавок и тяжелые упражнения.
   Участвуя в первой части плотного графика, Косяк расслаблялся во второй. С теорией ему было проще. Заложенная школой и титаническим трудом репетиторов, база откладывалась на подкорке мертвым грузом, и Череп только собирал мозаику из обрывочных знаний, складывая их в цельную картину. Глядя, на то, как Дыба гоняет Черепа, Косяк перестал давать ехидные рекомендации, и вместе с "умником" осваивал приемы рукопашного боя, не гнушаясь по ходу развить ту или другую группу мышц. В свободную от занятий минуту, когда Дыба самостоятельно шевелил мозгами, морщась над текстом обучающих программ, его подопечные самостоятельно валили друг друга на жесткий пол кубрика. Синяки и ушибы стали неотъемлемой частью тел, но довольные курсанты уже не могли себе представить, как прожить хотя бы день без тренировок. Пролетели недели, и Дыба натаскал в кубрик тренажеров, колдуя над биодобавками в коктейли, редактировал и изменял планы тренировок, нагрузок, которые заменяли остальным привычные занятия.
   Череп чередовал тренировки и обучение, наблюдая явный прогресс, уже спокойно усложнял, увеличивал объем материала концентрируясь на самостоятельном обучении. По приблизительным оценкам, подопечные уже нагоняли крыло по пройденному материалу и процентов на шестьдесят были готовы к сдаче зачетных дисциплин.
   Встречаясь с курсантами своего крыла только на общих построениях и общих занятиях, троица оставалась такой же замкнутой. Удивленные взгляды и колкие вопросы уже не раздражали, как раньше. После того как Косяк, задетый курсантом из бывшего экипажа, промолчал и не ввязался в драку, всех заинтересовало - где же пропадают курсанты. Заметили и увеличение рельефа мышц и необычную покатость плеч на мелком Черепе. Троица стала темой для пересудов, продолжавшихся до одного злосчастного случая.
  
   В выходные дни, дежурства отличались суматохой и насыщенными событиями. Доложив Дежурному по Соединению о заступлении на дежурство, Череп как старший вахты начал регистрацию убывающих и соответственно прибывающих с развлечений курсантов. Процедура регистрации - синоним нервотрепки для всех участников. В случае любого происшествия, крайней всегда оказывалась дежурная смена.
   Череп только закончил рапорт дежурному офицеру, как на монитор вышло изображение с камеры, показывающей кабину входного лифта. Компьютер не ошибся, в просторной кабине действительно было на что посмотреть, там веселилась теплая компашка. Ярко разукрашенные, пестро одетые девицы, если конечно можно называть полупрозрачный латекс одеждой, висли на плечах курсантов, которые в свою очередь пытались удержатся на ногах хватаясь за девиц. Гогоча так, что микрофон хрипел от перегрузки пытаясь передать силу смеха, курсанты попутно лапали представительниц древнейшей профессии, умудряясь при этом лакать пиво из пластиковых банок. Громко звякнув, створки лифта разошлись, вывалив из себя всю компанию. Завалившийся, по началу, на пол вместе со всеми, старший "семерки" вскоре поднялся и окинув место дежурного презрительным взглядом весело заорал:
   - Девоньки, это и есть наша берлога. У нас даже свой зоопарк есть! - кивнув в сторону Черепа, заплетаясь, пытался четко выговаривать слова. - Некоторых зверушек мы выпускаем погулять в коридор. Вы когда-нить видели суслика в очках?
   Вся компания залилась пьяным смехом. Воодушевленный удачным началом, курсант продолжил:
   - А еще у нас тут есть, где-то дите полка. Шакаленок, его мамаша в пустыне родила, в каком-то боевом походе, отличить от остальных его можно по характерному цвету волос...
   Череп лихорадочно соображал, что можно сделать в этой ситуации. Хорошо, что Косяк с Дыбой заняты уборочными автоматами, иначе Косяк бы уже кинулся в драку. Но рано или поздно нужно было бы решать проблемы. Нервно теребя лацкан наколенного кармана, Череп набрался смелости и как только компания собралась двинуться вглубь коридора, с издевкой произнес:
   - Носорог, ты же знаешь, что вся любовь должна заканчиваться перед лифтом. Или вы сами не могли справиться и привели девочек к настоящим мужчинам?
   Наступила немая сцена. Экипаж семерки, никогда не слышавший от забитого Черепа подобных слов, осоловелыми глазами уставился на очкарика, еще и подмигнувшего ИХ девочкам. Одна из девиц глуповато хихикнула, но увидев перекошенное лицо начавшего звереть Носорога, передумала.
   - Ты че, метеорит куполом поймал?! Ты с кем говоришь, урод... да я сейчас тебя размажу, - брызжа слюной, рослый детина тараном бросился на Черепа.
   - Вложив в удар правой всю массу, Носорог рассчитывал вырубить мелкого с первого попадания. Но вдруг рука "провалилась" попала в тиски захвата, ноги потеряли опору, перед глазами мелькнул свет потолочного плафона. Суча ногами, тело кулем шлепнулось о бетонный пол.
   - Носорог если ты решил помочь с уборкой, - чувствуя, как по телу побежала знакомая дрожь возбуждения готовых к тренировке мышц, Череп уверено ухмыльнулся, - предупреждать надо, мы бы полы не мыли.
   Заревевший от негодования экипаж "семерки" кинулся на Черепа, которому вдруг отчетливо представилось, как выглядит открытый перелом лучевых костей, но, уклоняясь от урагана пьяных замахов, он сумел выбросить чушь из головы и все больше увлекаясь перехватами и блоками, закрутился в карусели боя.
   Сзади послышался топот ног, расталкивая начавших собираться на зрелище курсантов, его друзья бежали на помощь с другого конца "взлетки". Не останавливаясь, Косяк влетел в клубок тел. Вытянутой рукой зацепив поднявшегося Носорога, добавил растопыренной пятерней в ухо. Оглушив его, высоко подпрыгнул перелетая пытающихся подняться девиц и всей массой, с разгона, налетел на атакующих Черепа, сзади послышался характерный звук хлесткого удара "с выдохом". К месту сражения подоспел тяжеловесный и не столь шустрый Дыба.
   - Носорог выбывает из игры, - узнав "выдох Дыбы", не оборачиваясь, весело заключил Косяк. - Ну что же, мальчики... потанцуем!?
   Не давая опомниться, обезглавленному экипажу "семерки", Косяк, гыгыкнув, бросился на ближайшего "курсача". Следом надвигался нападающий таранного типа - Дыба. Карусель закрутилась по новому. Противники, определив Дыбу как наиопаснейшего, бросились в стремительную, по их мнению, атаку. Обидевшись на такое отношение, Косяк удачно провел подножку....
   Звук открывающейся, двери канцелярии прервал незапланированное шоу. Собравшиеся на шум курсанты, разочаровано начали расходиться. Косяк быстро заталкивал, последнюю девицу в лифт. Узнав, что отрабатывать полученные деньги им не придется, в связи с неспособностью заказчиков, девицы на радостях лезли целовать Косяка.
   Вышедший в коридор Лом зацепил взглядом удаляющиеся спины "семерки", занятой эвакуацией не пришедшего в сознание Носорога, повернулся и взглянул на оставшихся на посту курсантов. Возле лифта стоял ухмыляющийся Косяк, на щеках его светились люминесцентные следы губной помады, Дыба с умным видом настукивал на своем терминале какой-то ужасно-увлекательный текст, а Череп поправил берет и начал четкий доклад об отсутствии чрезвычайных происшествий во все время дежурства.
   Лом хмыкнул и еще раз окинул экипаж внимательным взором. Подождал несколько секунд, когда они "проколятся", и, не дождавшись, отправился назад в канцелярию.
   Дознаться истины было невозможно. Стычки среди курсантов были обычным делом, командование на такие вещи смотрело "сквозь пальцы". Но для выяснения отношений на уровнях существовало специально выделенное помещение, обширный зал с тренажерами, в центре которого находился ринг стандартных размеров. На огороженной канатами площадке регулярно происходили соревнования корпуса по рукопашному бою, выяснения отношений между курсантами так же происходили на нем, под бдительным присмотром медиков и офицеров корпуса. Самодеятельность в корпусе вообще не поощрялась. А стычки подобные только что случившейся, не приветствовались тем более, и если офицеры становились их невольными свидетелями курсантам приходилось оплачивать "свою дурь" из собственного кармана. Терять деньги на штрафах курсанты не желали, а отыграться или выпустить пар могли вызвав неприятельский экипаж на этакий вариант дуэли - "Ринг". Трое на трое.
  
   Когда раздался шелест закрывшихся за Ломом дверей канцелярии, Дыба потер ушибленные косточки:
   - Рассказывай.
   Усмехнувшись, Череп пытался ответить, но накатившая внезапно нервная дрожь затрясла тело и не давала выговорить ни слова. Только присев у стены на корточки, он сумел восстановить дыхание и потерев ладонями бледное лицо произнес:
   - Да так, пустяки. Парни выпили, пришли с дамами, - поднимаясь, взял терминал и начал отмечать положенные графы, - ну и как в кино. Слово за слово, стволом по столу.
   - И кто прав-то, мы или побитые? - обрадованный хоть каким-то происшествием среди серых будней, Косяк встрял в разговор:
   - Да ладно, какая разница. Размялись - и то дело. Сдаемся с дежурства и пойдем дальше повторять материал.
   Дыба нахмурился, и, представив, что нужно еще готовиться к завтрашнему зачету по теории, передернулся. Потеряв интерес к событию, он зашаркал ботинками в конец коридора, где шипели готовые к уборке "черепахи". Провожая взглядом сгорбившуюся под весом значимости грядущего зачета фигуру, Косяк тихо спросил:
   - Не завалится? Как он вообще ориентируется в материале-то?
   Оторвавшись от терминала, Череп рассеяно ответил:
   - Куда он денется? Столько времени угробили. Медведей учат на велосипедах ездить, а тут запомнить-то пару формул.
   - Да ладно медведя, сам сколько раз сбивался, когда выводил формулу распада кристаллоида?
   - Я не сбивался, а подбирал более понятные термины и комментарии, а то же Дыба все время думал, что я ругаюсь так, - усмехнувшись воспоминаниям, оглянулся на табло над входом, - иди, готовься к сдаче дежурства. Сегодня повторять не будем, и так мозги не соображают, а мне еще по сети полазить нужно.
   - Череп, смотри поаккуратнее там, а то же если поймают - опять посадят в обезьянник. Нам тогда точно капец.
   Предостережение было дельным, но только не в этот раз. Череп сказал:
   - Не боись, в тот раз меня засекли, когда я по глупости с непроверенного прокси к ним на сервак ломился. - Подмигнув, пояснил: - А сейчас вообще вирь работает. Все запросы из канцелярии идут, во как! - Все чисто.
   Даже не попытавшись вникнуть в суть вопроса, Косяк сморщился, как обезьяна на лекции по квантовой механике. Бросив безнадежный разговор все-таки предупредил:
   - Ну, смотри, все равно поаккуратнее там.
   Глядя как Косяк уверенной походкой городского гопника растаял конце полуосвещенного коридора, Череп обессилено сполз по стене. Показное спокойствие, с которым он ввязался в драку, уверенность, звучащая в разговоре с друзьями, на короткий миг оставила его, и он опять ощутил себя тем самым забитым "очкариком". Самый маленький среди рослых курсантов, постоянный кандидат для насмешек. Не помогало, увы, гордое молчание в ответ на оскорбительные шутки, а когда доведенный до срыва, он пытался ответить на удар - результатом обычно было направление в лазарет со сломанным ребром, гематомой или вывихом. И что? Для того чтобы все изменилось, оказывается нужно-то всего ничего: наслушаться Косяковского словоблудия и позаниматься с Дыбой?
   Когда-то он жил в элитном районе крупного мегаполиса. Отец с матерью у него были совсем не простыми смертными. Среднее образование получил в элитной школе, дополнительно набирался самостоятельных знаний в Сети. Не имея недостатка в деньгах, увлекался дорогими компьютерами, ковыряя их с детской не принужденностью. Методами "научного тыка" и неутолимым любопытством, познавал принципы действия различных электронных блоков. Общаясь со спецами, работающих в недрах огромного бюрократического муравейника , вырос на терминологии, жаргоне, а так же различных не документированных методов работы со многими программами, от названий которых, простые пользователи уважительно качали головами. Там же прошел свое первое крещение по взлому отцовской банковской карты...
   Оперативный отряд вооруженный вплоть до самонаводящихся ракет, выехал по тревоге поднятой операторами службы контроля "Управления сетевой безопасности".
   В сети была зафиксирована беспрецедентная по наглости атака на серверы сети межбанковских расчетов, админы управления ничего противопоставить не виданному ранее "взлому" не могли. Кто то в наглую воровал секретные коды, пароли, и шифры не утруждаясь особой разборчивостью.
   Собранные со всего края спецы, и даже прилетевший спец рейсом "гуру" из столицы, только спустя шесть часов смогли указать точку откуда было отправлен первое вирусное обращение.
   Захват осуществляли силами элитного антитеррористического отряда, при поддержке полиции, армии, и массированным прикрытии с воздуха. Взломав наконец бронированную дверь квартиры бойцы спецназа вместо ожидаемых врагов террористов изловили обмызганного шоколадом, икающего, и хлопающего газами за стеклами заляпанных кремом очков, пацаненка. Черепу удалось не только взломать папину кредитку но и насладится заслуженным шоколадным тортом с мороженным.
   Так и не успевшего ничего сообразить Черепа забросили в фургон к двум амбалам, охраняющим изъятое оборудование непонятного назначения.
   До приезда родителей, Черепа пытали технари Управления сетевой безопасности, все пытавшихся понять принцип действия ящика с зарослями разноцветных проводов соединяющих странную коллекцию плат. Собранный из не совместимых конструктивно модулей, компьютер не должен был работать по определению, но агрегат фырчал вентиляторами и весело подмигивая огоньками, постоянно выводил на монитор перехваченные из сети, коды доступа к банковским счетам.
   Так у Черепа появилась "личное дело". И кода уже подросший Череп готовился к продолжению учебы в высших учебных заведениях, в личной карточке гражданина, в полях особой отметки он имел рекомендации для поступления в Технологический Университет, с пометкой - только на службу правительству.
   Увы, привычный мир дал трещину. Родители прогорели на какой-то интриге с обвинением во взятках лишились работы, а затем суд приговорил их к десяти годам лишения свободы с конфискацией имущества. Череп оказался на улице. Получение высшего образования в таких условиях стало нереальной мечтой.
   На процедуру ареста имущества, никто из многочисленных родственников и друзей, ранее удачной семьи, так и не пришел. Неизвестно бы как сложилась судьба Черепа в дальнейшем, если бы не попавшаяся ему на глаза, голо-реклама вербовочного агентства.
   И когда Череп, рассчитавшись с таксистом последними деньгами, оставшимися от родительских карманных денег, вошел в радушно распахнутые двери ярко освещенного офиса, его уже ничего не удерживало в этом холодном городе. Подписав суетливо подсунутые документы, равнодушно слушал воодушевленные рассказы ветерана вербовщика...
   Его ждала новая дорога, да и какая ему была теперь разница? Даже остановиться на ночь негде, не говоря о том, что как одному жить в этом мире он не знал. По полученным брошюрам и указателям он добрался до аэропорта, на котором его и еще с десяток парней усадили в транспортник и отправили на орбиту....
  
   Размышляя над своим прошлым, Череп пролистывал каталоги сервера учебного отдела, он искал любые намеки на информацию о завтрашнем зачете. Его нужно сдать любой ценой. Хоть он и отозвался о Дыбе с уверенностью, а ведь тот вполне может провалиться и вместе с собой завалить весь экипаж. Уже собираясь отключаться от административного сервера, по привычке заглянув в "корзину", Череп наткнулся в ней на небольшую директорию, в которой лежали забытые и почти законченные исходники программы проведения зачета. Радуясь такой удаче, Череп едва не захлопал в ладоши.
   Выбираясь из дебрей сервера учебного отдела, затер следы своего пребывания...
   Закончив все дневные дела, троица готовилась ко сну. Приняв душ, Дыба блаженно растянулся на койке, передумав, стал затягивать бугры заигравших мышц, в ластик спортивного костюма.
   В дверях его остановил окрик Черепа:
   - Дыба, погоди, мне нужно кое-что объяснить по завтрашнему зачету.
   Оторвавшись от дисплея, Косяк недоуменно отложил планшет.
   - А что объяснять. Договоримся с кем угодно. Все люди братья. - Хохотнув над мыслью, весело закончил: - От слова брать.
   Череп улыбнулся:
   - Косяк, Косяк... - любая халява - это чей-то напряженный труд. - Назидательно поправил очки, он обвел всех строгим взглядом. - Значит, так. Завтра, на зачет заходим всем экипажем. Каждому на терминал бросят по программе. В ней будут вопросы и шесть вариантом ответов. Ставите не варианты ответов, а вбиваете прозвища. На терминале преподавателя будут высвечиваться правильные ответы. Все уже готово, и зачет пролетим на крыльях удачи.
   Опешившие друзья с трудом переваривали услышанную новость. Сосредоточенно посапывая скребли затылки, со скрипом разгоняя тугие шестеренки соображалки. Первым решил угадать Косяк:
   - Ну, Череп... ну, сила! Чем же ты смог к преподу подобраться? - Спрыгнув с койки, набросился барсом на голову спасителя, начесывая ладонью рано полысевшую шевелюру, приговаривал: - ... я-то собирался трясти родословной. Нет, ну ты все таки голова, МОЗГ а не череп!
   - Не нравится мне эта идея, - хмуро пробурчал Дыба, запаяв шов ластика лучом лазерного фонарика, попробовал натяжку швов в присядке, - с чего он поблажку сделает?
   - Да никакой поблажки не будет. Сдаем вместе со всеми. Сама программа переделана. - Освобождаясь от дождавшегося своей халявы Косяка, Череп пытался уложить взъерошенные остатки волос. - Главное - только вести клички и тужиться в раздумьях, чтобы подозрений не было. И все!
   Присев на краешек лежака, Дыба поднял потухший взор, набычился.
   - Так неправильно, нечестно...
   Не понимая, куда клонит Дыба, тот легкомысленно отмахнулся.
   - Да какая разница как это называется, - не обращая внимания на напрягшиеся канаты мышц, Череп расхаживал по кубрику, - в почитаемом тобой уставе это называется воинской хитростью и смекалкой.
   - ...и вообще жизнь - несправедливая штука, - натолкнувшись на упертый взгляд великана, Череп сорвался на крик, - хлопец, я не понял, ты хочешь вылететь из Батальона?! За то время, которое нам дали на подготовку, остальные бы уже "отдыхали" в Обеспечении!
   - Все равно это неправильно, - захватив терминал с дисками по физической подготовке, Дыба открыл дверь и уже в проем бросил: - Так не делается...
   Не зная, куда выплеснуть поднявшуюся волну гнева, Череп пнул лежак. В порыве психа сорвал заевшие липучки и, отбросив комбез, зашлепал в душ.
   - Ну и хрен с тобой! Только посмотрим завтра, как будешь пыхтеть на зачете...
   Закинув терминал под мышку, Дыба хлопнул по сенсору закрытия дверей, да так, что плотный квадрат, укрылся паутиной треснувшего пластика. Разложив причиндалы, запустил спортивную программу. Подключив к тренажеру шлейф терминала, задумчиво выставил начальную нагрузку. Лязгая упорами плавно сходившихся дуг, Дыба делал упражнение, а из головы все не шел разговор.
   С одной стороны, Череп прав, - в таких условиях тяжело подготовиться к зачету, тем более сдать. Идея Черепа бала обоснованна, а с другой стороны - это же обман.
   Резко рванув согнувшуюся дужку, Дыба проигнорировал писк терминала, тут же высветившего сообщение о нарушении режима. И только после тревожного писка, слившегося в ноту опасности, задышал ровнее, отдаваясь ритму упражнения. Вдох - выдох. Все просто и понятно. Тянешь - получаешь результат, не тянешь - ничего. Перейдя к штанге, выставил вес, и взявшись за хромированный гриф, ощутил прохладу металла. Хмурые складки разгладились. Он же, как вот этот гриф, гнется, но держит вес; упрямо закусив губу, принял решение...
   Череп думал что он сделал не так. Почему только наладившиеся отношения дают трещину? Забыв обсохнуть под потоком ионизированного воздуха, услужливо вспыхнувших синим столбом, вышел из санузла.
   Только заслышав мокрое шлепанье, Косяк отвлекся от клипа.
   - Ну что, успокоился? Да не забивай себе голову. Как получится, так получится.
   Бросив хмурый взгляд, Череп сказал:
   - Слаженный экипажик получился, - натягивая прилипший комбез, усмехнулся своей рассеянности, - если цапаемся по каждому поводу. Я думал, что все правильно делаю. Передразнив Дыбу, поник плечами. - Видите ли, это нечестный поступок...
   - А ты что хотел, - Косяк многообещающе заулыбался, - думал с нас "Единство" малевать будут? Не-а... мы еще не так схлестнемся, пока не станем одним целым. - Уткнувшись в терминал, бросил: - я через пять минут спать, и ты тоже готовься посопеть. И это, не дергай ты его... Пусть сам допрет.
   - Да больно надо.
   Череп расправил лежак, и, подключив терминал, решил еще раз пройтись по привычным узлам городской сети. Посмотреть новости, початиться с редкими знакомыми, и втихую взглянуть на виртуальные новинки. Глядя на характеристики устройств виртуального погружения, Череп внутренне облизнулся. На дисплее вращалась полупрозрачная шапочка с отходившими пучками оптических волокон. Просвечивая золотыми дорожками наносхем, переливаясь многослойным узором, внутренняя поверхность опухла наростами блестящих сенсоров, которые по заявкам производителя обеспечивали максимальную реалистичность виртуальных миров. Но цена у нее была совсем нереальная. Даже если голодать, и то. Тяжело вздохнув, Череп отключился. Выставляя таймер будильника, уже собрался притушить планшет, когда вошедший Дыба хмуро бросил:
   - Завтра, вечером у нас Ринг.
   Уже посапывающий Косяк вдруг подорвался:
   - Какой ринг?! С кем?
   - Носорог в спортзал завалился. Так что завтра не только сдача теории.
   С Косяка сдуло весь налет сонливости. Озадачено потирая плечи, с непониманием посыпал вопросами, но, сам себя остановив, задал главный вопрос:
   - Условия стандартные?
   - Нет. Проигравший оплачивает люксовых девок, ... - окончательно севшим голосом выдавил: - штукатурятся в проституток и голышом на утреннее построение... Или по-тихому отдать Черепа на растерзание.
   - Ну нет, - вскочивший Косяк, заметался по кубрику, - херню удумали. Отдать на растерзание... да за такие слова, пятаки в мясо квасить...
   Мечась зверем, Косяк возбужденно похлопывал кулаком в раскрытую ладонь. Добавляя к каждому своему слову хлесткий удар, уже предлагал сюжеты, как грамотнее "завалить семерку".
   - Слушай, сядь уже... боец. Кого ты будешь сразу валить - Носорога!? - убирая с лица руки, на выдохе высказал свое мнение Дыба. - Завалил ты его сегодня только из-за того, что он набрался по самые брови. Да и остальные тоже на ногах еле стояли. Ты дышишь-то любому из них в пупок. А на ринге они тебя размажут, даже не заметив, что выдавили чьи-то потроха. - Бросив на Черепа многозначительный оценивающий взгляд, Дыба сокрушенно выдохнул: - Ладно, все спать, после зачета и обсудим...
   Все время, прошедшее с момента начала разговора, Череп сидел и почти не дышал. В голове проносились обрывки мыслей, красочные картины первых его стычек с курсантами. Первые знакомства с рукопашным боем в роли груши оставили довольно яркие и болезненные воспоминания. Паренек, выросший в "тепличных" условиях мегаполиса, почти не общавшийся с одногодками, считающий занятие спортом напрасной тратой времени, вдруг оказывался в среде, где главным авторитетом была сила.
   Если не можешь ответить ударом на удар - ты ковер для ног. Не достоин уважения, не достоин звания наемника Русского Батальона. Как ты будешь прикрывать спины товарищей, если за себя не можешь постоять?
   Отлежав все бока, Череп ворочался. Не давала покоя мысль о завтрашнем поединке. Проигрыш на ринге перечеркивал упорный труд четырех месяцев, с таким позором их не просто осмеют - это будет позор, с которым служить в одном корпусе просто будет невозможно. С униженными никто не захочет идти в бой, не то, что здороваться перестанут.
   Если бы его одного так унизили, то еще можно было бы как-то приспособиться, смириться, забыть. Да и просто подписать рапорт. В обеспечении же тоже живут. Но пострадают ведь парни - единственные курсанты, с которыми у Черепа только зародилось взаимопонимание, дружба...
   Нет! Такого допустить нельзя! Уже засыпая со стиснутыми зубами, Череп решил драться. Драться за право на жизнь, за уважение друзей.
   Утренний подъем прошел как обычно. Только слышался тихий шепот за спинами - все обсуждали новость дня. Сегодня будет поединок семерки и тринадцатого экипажа, да с такими условиями, что многие сочувственно поглядывали вслед.
   Построенные после завтрака, курсанты сонно слушали объявления капитана, высокопарно поздравившего курсантов с началом нового этапа обучения - практическими учениями на слаженность экипажей, которые будут проводиться на поверхности, в максимально приближенных к боевым условиях, а в заключение этапа - бой с ветеранами.
   Так что командирам крыла необходимо сформировать тройки по классам машин. Закончив вводную часть, Ряхлов улыбнулся тринадцатого экипажу. Подойдя ближе, остановился и одарил ехидной ухмылкой:
   - Господа курсанты, я слышал, у вас сегодня поединок, - и откровенно, улыбаясь уже представил, как посмеется над униженными. - Вы еще не передумали? Рапорта лежат у меня в канцелярии, в любой момент могу сбросить вам на терминалы...
   Не дождавшись ответа от хмурого Дыбы, молчаливого Косяка и немного побледневшего Черепа, неопределенно хмыкнул:
   - Ну что же, встретимся на учебном уровне, рапорта у меня будут с собой, чтобы ни задерживать кандидатов Обеспечения...
   По порядку построения, экипажи стали двигаться к лифту. Длинный коридор с отходившими дверями кубриков наполнился гомоном и весельем. Уже на подходе к лифту к Косяку подошел курсант из "четверки". Пронырливый Ловец славился в корпусе своей коммерческой жилкой. Постоянные встречи с темными личностями, тайные звонки, не по окладу большие расходы, - все это множило молву о его связи с городским криминалом.
   - Слушай, Косяк, что вы надумали с боем? Драться будете?
   - А ты что, уже принимаешь ставки? Ну, давай: ставлю свой месячный оклад на нас.
   - Что - весь ?!?!? - подняв бровь, Ловец пытался усмотреть шутку.
   - И я ставлю свой тоже, - сказал Череп.
   - Добавляю свой туда же, - пробасил повернувшийся на разговор Дыба.
   Окинув троицу взглядом, Ловец пожал плечами:
   - Ну что же, ставки принимаю. - ухмыльнувшись, продолжил: - это уже становится интересным...
   Ловец так же ненавязчиво, как подошел, растаял в толпе. Косяк не утерпел:
   - Я так понимаю, что новость уже всех облетела, ставки делают, - невесело усмехнулся. - Вот собаки - им только развлечений подавай.
   - А ты думал что - о такой развлекухе забудут? - Дыба задержался, поравнявшись с остальными, весомо добавил: - Тем более, что Носорог в ряхловских любимчиках, и тут какой-то экипаж "отбраковки" валит парней на глазах всего корпуса, я удивляюсь, что нас центральное крыло не порвало сразу.
   - Да ладно, прорвемся. Ты, кстати, придумал, как нам быть?
   - Ближе к вечеру расскажу, нужно еще кое-что прикинуть...
  
   - Не может быть! - тихо вскрикнул Ряхлов, сидя с проверяющим майором за одним столом. - Как это - прошли тест? Вы не ошибаетесь? Вы все точно проверили?
   - А у этих курсантов должны быть дополнительные условия сдачи? - удивленно спросил майор. - Задание программы стандартны. Как вы и просили, тому здоровяку я добавил дополнительный вопрос. Ответ меня удовлетворил. Правда, много отсебятины, но суть верна. Вообще, "тринашка" меня порадовала подходом к делу. Прекрасно дополняют друг друга, так что вы зря считаете их обузой. Еще посмотрим на результаты учений, а предварительные выводы - из них получатся очень даже не плохие наемники...
   - Возможно, - рассеяно бросил, едва слушавший Ряхлов, - спасибо. Мне пора.
   Попрощавшись с майором, вышел из аудитории сдачи теоретического зачета. Предположения не оправдались. Раздосадованный капитан двигался по пустому коридору учебного уровня. Шаркая под притухшими настенными голограммами схем механических блоков, орудийных модулей и силовых установок, прикидывал, что возможно сделать.
   Капитан представлял, как он САМ будет вверять им боевую машину, а больше всего его бесила насмешка в глазах породистого отпрыска. Но главным образом капитана угнетал тот факт, что какие то "сопляки и неудачники", доказывают ЕМУ - герою "торпедной атаки", что он может в чем-то ошибся. С одной стороны - хотелось заполучить в покровители влиятельного деда, а с другой - все-таки избавиться от этой тройки. Впрямую давить чревато проблемами, а вот если подтасовывать обстоятельства - все само собой... Да наплевать! Он сам прорвется, а от этих выскочек нужно избавиться любым методом. Он сам себе сделал карьеру, обойдется и без деда.
   Ряхлов остановился, мысленно смакуя пришедшую в голову идею, двинулся к лифту, но уже с интересом присматриваясь к голограммам: искал воплощение своей идеи.
  
  
   Ближе к вечернему построению курсанты потянулись в спортивный зальчик. Дверь непрерывно шипела, впуская все новые и новые экипажи. Вокруг помоста занимали удобные места, кто на тренажерах, кто на немногочисленных креслах, - зрители рассаживались в ожидании зрелища.
   На огороженном пористыми канатами помосте, уже надевая перчатки, разминалась раздетая по пояс "семерка".
   Пробуя плотность перчаток, Носорог похлопывал друг об друга сжатыми кулаками, подпрыгивал на месте и с нетерпением поглядывал на вход, порыкивал на товарищей все еще не одевших перчатки.
   Вошли Ряхлов с Ломом. Командование Батальона одобряло "спортивный дух", воспитываемый среди будущих наемников в постоянных тренировках по рукопашному бою. Тем самым сразу закрывались вопросы: чем заняться здоровым парням при мирных передышках и как разрешать конфликтные ситуации в среде довольно агрессивного пополнения.
   Но сам процесс поединка не отпускался с тормозов, на нем обязательно должен был присутствовать младший командир. Так как сегодня был Лом, он автоматически становился судьей. Так что с официальной частью все было решено, а что касается причин поединка, да и "приза" поединка, - это уже касалось только самих участвующих экипажей. А последствия, - современная медицина позволяет решить многие проблемы, да и шрамы только украшают настоящего мужчину.
   При звуке открывающейся двери в спортзале установилась тишина. В проем протиснулся Дыба, за ним запрыгнул Косяк, замыкал цепочку почти опоздавших участников Череп. При входе "героев дня" зал взорвался ревом одобрительных криков и свиста. Троица прошла к свободному углу ринга.
   Улыбающийся Косяк, сбросив куртку комбеза, дурачась начал ходить по рингу из стороны в сторону, демонстрируя удары по воображаемому противнику. Такой оптимистический подход к бою зрители встретили воплями поддержки.
   Сбросив куртку, Дыба поиграл мышцами, необъятная волосатая грудь проступила ожившими пластами, и, подчиняясь импульсам, тело ожило в танце тренированной плоти. Скромно улыбнувшись реву поддержки, достал сумку и начал выкладывать снаряжение полно контактного боя. Облачившись в тесные перчатки, пружинисто попрыгал на мягкой подошве, показывая Косяку, что нужно помочь еще не одевшемуся "малышу".
   То бледнея, то краснея, Череп неуверенно перетаптывался в углу ринга. Под насмешливыми взглядами Носорога трясущимися руками пробовал не промазать, надевая ботинок.
   Помогая затянуть ботинки с дутыми вкладками, Косяк шепнул:
   - Молодец, классно держишься, если бы не знал, то подумал бы, что ты уже наложил в штаны.
   - Да только что не наложил, а меня действительно дрожь бьет, - наклонившись как будто помочь, ответил одними губами Череп.
   - Не боись, все нормально. Носорог уже клюнул. Гляди как лыбится, уже порвал нас, - сказал Косяк, похлопав по ботинкам, проверил крепление.
   В зале, мелькая среди курсантов, незаметно от командования, шустрил Ловец. Оживленные курсанты, с нетерпением ожидая кровавой бойни, обсуждали шансы противников и делали ставки.
   "Семерка" отличалась рослостью, развитыми фигурами, - все они были как на подбор. Лысые головы, тяжелые взгляды, походки настоящих бойцов, в глазах жажда схватки, отточенные движения техничных ударов.
   В тринадцатом экипаже выделялся только Дыба. Самый рослый, он перевалил за два метра, а непомерный размах его плеч производил впечатление ожившей статуи Геракла. Спина гиганта блестела вспотевшей вязью "корней" мышц. Устраивая догонялки под кожей, бугры послушно разбегались под взмахами рук. Дыба движениями знающего себе цену бойца лениво разминал плечи.
   Но на этом все надежды тех, кто поставил на "тринашку" приличную сумму, заканчивались... Разница в телосложении великана со своим экипажем была разительной. Второй боец с ярко оранжевым гребнем выглядел скорее акробатом из местного балагана. Его движения были резки и подвижны. Совсем уж портил картину последний участник тройки. Робко стоящий за спинами друзей, непрерывно поправляя свои очечки, Череп казался совершенно несуразным участником боя рослых бойцов, скорее, случайно забредшим и насильно выставленным участником.
   Вышедший на середину ринга Лом, окинув рыбьим взглядом участников, объявил правила:
   - Проигравшим считается экипаж, не имеющий активных бойцов. Боец считается не активным, если он выбыл при нокауте и если он сдался. Ограничений по времени не заявлено. - С выражением мясника, которому все равно, какая из туш пойдет на продажу, добавил: - ...напоминаю - это всего лишь спортивное состязание - смертельные удары запрещены.
   Закончив оглашение необходимых правил, подошел к "семерке". Проверив перчатки на предмет запрещенных вставок, а также осмотрев ботинки, повернулся и провел ту же процедуру с "тринашкой". Отойдя к краю ринга, поднял руку. Всматриваясь в показания табло, застыл в ожидании.
   Выстроившиеся по краям ринга участники замерли, глядя друг на друга. Наклоненные тела, перетекающие движения рук, мягкое перешагивание дополнялись подбадривающими криками зрителей....
   Обнулилась последняя пара цифр, и ринг взорвался движениями.
   "Семерка" шустро перегруппировалась и теперь на Косяка с Черепом устремился Носорог. Дыба рванул вперед, на поджидающих Слепня и Туза.
   Вот там-то и начался танец техничных бойцов, с блоками и прыжками и первыми возгласами дождавшихся зрелища курсантов.
   Ожидая противника, Череп с Косяком слегка раздвинулись, освобождая место для медленно надвигающегося Носорога. Резко ускорившись тот рассчитывал прямым ударом в голову моментом вырубить Косяка.
   Стелясь по рингу, Косяк ушел влево, сходу крутанувшись в подсечке. Ожидавший подобного хода, соперник перепрыгнул просвистевшую ногу, одновременно с прыжком нанес правой ногой удар в корпус.
   Свистящий удар перехватил бросившийся на выручку Череп. Не сумевший полностью погасить энергию удара, влетел вместе с ногой в ограждающие канаты.
   Получивший незапланированную нагрузку в виде уцепившегося клещом Черепа, потерял равновесие, чем и не преминул воспользоваться Косяк - проведя все-таки подсечку. Сотрясая пластиковый настил, Носорог завалился на спину, попутным ударом стряхнул кувыркнувшегося Черепа.
   Поднявшись на ноги, противники мягко переступая, закружились в ожидании выгодной позиции для атаки. Недооценивший прыткость соперников, Носорог имитировал атаки; дергая противников, проверял реакцию, но как только он начинал движение на одного, на него сразу же начинал атаку второй, и, уклоняясь от ударов, они пытались его завалить.
   Уклоняясь от прямых ударов, юркие соперники лезли в ближний бой. Один под ноги, а второй ударами пытались вывести из равновесия. Внимание зрителей уже переключилось с технического боя рукопашников на разворачивающееся необычное зрелище - схватки псов с медведем.
   Проведя удачную атаку на гребнистого "сопляка" - отбросил закашлявшееся тело к канатам. Свистящим разворотом угадал бросок пытавшегося вцепиться "очкарика".
   От хлесткого удара Череп, раскинув руки, улетел ласточкой. Упавшие очки блеснули красными разводами и треснули под весом наступившего Носорога. Слепо щурясь, Череп ползал на четвереньках, пытаясь нащупать не вовремя упавшие очки.
   Обрадовавшийся такой удаче, Носорог занес ногу для финального удара. Когда "слепыш" резким кувырком уйдя с убойной траектории, вдруг очутился под ногами Носорога, где вложив всю свою небольшую массу в один удар, со всех сил врезал ногой в неприкрытую ничем коленную чашечку, затем, обхватив неповрежденную ногу противника, краснея от натуги, вздулся венами, пытаясь опрокинуть массу вдвое больше себя.
   Теряя равновесие, крича от боли в наливающейся кровью коленке, Носорог предпринимал отчаянные попытки удержать равновесие, которые прекратил акробатический прыжок Косяка. Заскочив мангустом ему на плечи, скрещенными ногами сдавив его засипевшее горло, открытыми ладонями Косяк колотил Носорога по ушам.
   Многочасовые тренировки дали Черепу силы провести еще один удар ногой - под коленку здоровой ноги...
   Носорог рухнул гнилым колосом. Упавший вместе с противником Косяк так не отпустил мертвый захват на горле и, ошалело мотая звенящей от падения головой, напрягся всеми жгутами мышц, он заламывал скользкую дыню головы упирающегося Носорога. В то время как Череп не теряя времени кувыркнулся к поврежденной коленке, и, захватив в ножницы ногу, стал тянуть на излом...
   В зале творилось невообразимое, не ожидавшие такого развития боя, зрители содрогали стены ревом восторга. Непрерывно скандируя клички двух смельчаков, уже не слышали самих себя, стараясь ничего не упустить повскакивали с мест, запрыгивали на плечи стоящих впереди, лишь бы увидеть, чем кончится трагедия, переродившаяся в блистательную победу.
   Видя, что Носорог уже не дергается в попытках сбить с себя противников, Лом понял что старший "семерки" потерял сознание. Резко бросившись к клубку тел, он попыталя разжать тиски захватов. Рявкнув на нерасторопного дежурного, что-то жестко заговорил в гарнитуру коммуникатора, вызвал медиков.
   В это время Дыба зажимал в углу остатки "семерки". Порядком подуставшие бойцы уже не тратили силы на прыжки, красивые размахивания руками и прочие акробатические этюды. Выкладываясь точными, короткими ударами, пытались сбить Дыбу с ритма, но постоянно наталкивались на блоки или мощные контратаки.
   При виде подоспевшего к Дыбе подкрепления Слепень просто растерялся. Факт стоящих на ногах "доходяг" и лежащая на полу фигура Носорога так его удивила, что он пропустил мощный удар в челюсть, ставший нокаутом. Туз не успев даже удивится такой метаморфозе в расстановке сил, присоединился к товарищу, пропустив хук с левой и взмахнув руками, подбитой птицей, завалился поверх безвольно раскинувшегося тела Слепня.
   Сказать, что зал был полон рева - ничего не сказать. Воздух вибрировал. Побросав насиженные места, курсанты орущей толпой бесновались вокруг ринга. Такого боя еще не видели. А посмотреть такою схватку стоило, такого накала страстей не ожидал никто, даже экипажи из крыла Носорога признавали - схватка стоила проигранных ставок.
   На ринг высыпало все "Восточное" крыло. Искренне поздравляя троицу, восторженно надрывались в крике и уже собирались подкидывать победителей. Неписаное правило гласило, что экипаж рождается только после боя на ринге, а после такого боя - крыло пополняется действительно достойным экипажем...
  
   Выпроводив последних поздравляющих, Дыба ждал, пока Череп отмоет присохшую корку крови. В дверь влетел Косяк от избытка чувств он подпрыгнул и повис на спине устало стоящего Дыбы.
   - Дыба, мы все-таки сделали их! И все ты... откуда ты знал, что будет именно так?
   - Ой, велика наука... сложить один и один. Это Череп молодчина. Переборол мандраж, - устало улыбаясь, Дыба покачал головой, - подставился под удар, не побоялся.
   - Да Череп у нас просто герой! Где эта гроза носорогов!?
   - Отмывается, - бросил Дыба. Скривив кровожадную рожу, прорычал: - От крови!
   В открывшуюся дверь душа выглянул Череп и робко улыбаясь, прошел в кубрик. Сразу попав под разрывную очередь тирады Косяка, успевающего задать за одну секунду сразу несколько вопросов.
   - Да какой герой, - застенчиво улыбаясьм, Череп благодарно глянул на друзей, - я же приманкой был. Вот только очки жалко.
   - Да ладно тебе из-за каких-то стекляшек так убиваться, - разошедшийся Косяк набросился на Черепа с жаркими объятиями и похлопываниями, - когда Ловец принесет выигрыш - куплю тебе самые дорогие очки!
   Имитируя рев Носорога, Череп выскользнул из объятий Косяка и запинав того в душ, подошел к Дыбе. Легко двинув кулаком, тихо сказал вдруг севшим голосом:
   - Спасибо тебе, если бы не поверил в меня, не знаю... смог бы дальше жить. И за зачет извини... Я не прав был.
   - Да ладно, проехали, - Дыба ответил на дружеский тычок своей "ласковой" затрещиной. - А вот ты молодец. Правдоподобно разыграл слепоту....
   Выскочивший из душа Косяк, не остудив огонь щенячьего восторга, бросился к друзьям:
   - Ну что, сегодня гуляем!? - Непонимающе уставился на Черепа, протягивающего Дыбе ладонь. Мягко отражая свет влажными краями, на ладони поблескивали контактные линзы.
  
   Выходных Косяк ждал примерно так, как пчелы ждут весну. И как только корпус вернулся из столовой, он занял санузел и на любые попытки выдворения орал из-за створок о капитальном ремонте помещения - минимум на месяц.
   Наконец вывалившись в кубрик с блеском начищенных ботинок и комбезом без единой складочки, обиженно уставился на друзей, полностью погруженных в распаковку массивной коробки, пестрящей наклейками и штампами, и полностью игнорировавших расфуфыренного товарища.
   Опомнившись от блеска доставаемых блоков, Косяк обиженно надулся. Повертев одну из пластин, очищенную от пузырей консервирующей пены, скривился от запаха нового пластика.
   - Ну и что это за чудо?
   - Аккуратненько положи, - вскинулся Череп, напряженно подставив руки, - это модуль расширения для терминала...
   - Да хоть яйцо сдохшего мамонта, - отдав в трепещущие "модуль расширения", Косяк усмехнулся трепету Дыбы. - Чего вы так над ним дрожите, подумаешь игрушка очередная...
   - Не хилая игрушка, - выдохнул Дыба, вставляя блок в разобранный терминал, - пять тысяч стоит.
   - Сколько!? - Косяк аж захрипел. Справившись с забывшими как дышать легкими, продолжил:
   - За такие деньги можно новый тягач купить, да и еще на месячный гудеж останется.
   - Мне не нужен тягач, мне не нужен гудеж, - отстранено проговорил Череп, напряженно ковыряясь в раскрытых платах модернизируемого терминала, - я хочу виртуальность попробовать.
   Возмущаясь таким растранжириванием выигранных денег, Косяк заходил по кубрику.
   - Ну ты хоть ему скажи, - устав от отказов на предложения сдать обратно, Косяк искал поддержки. - Дыба, чего ты там читаешь?! Скажи свое мнение...
   Усиленно хмурившийся над дисплеем, вчитываясь в строки инструкции по пользованию, Дыба поднял непонимающий взгляд:
   - Чего голосишь? Человек такую вещь купил, а ты тут всю радость портишь.
   - Все ясно с вами... один на железках помешан, второй на электронных игрушках. Спелись, значит, - надувшись хмурой тучей, Косяк завалился на лежак. - Ненормальные.
   Но вспомнив, зачем он так наряжался, накинулся на друзей разъяренной псиной:
   - Пока тут с вами трещу, могу пропустить величайшую со времен открытия высадки на Марс пьянку! - заметавшись в поисках карточки электронного счета, переворошил все полки. - А вы еще почему не одеты? Ждете лимузина, поданного к лифту?!
   - А куда собираться-то? Я сейчас Черепу помогу, потом в зал, позанимаюсь, - сказал Дыба и, встав с койки, потянулся до громового хруста позвонков.
   - Все-таки, "семерка" здорово постаралась. Голова не болит? - разыгрывая медика, паясничал Косяк. - Головокружения нет? Сколько пальцев видите? Как зовут бабушку в четвертом колене по дядиной линии? Ох, не помните, какая жалость, ну все, вас спасет только пересадка мозга, у меня как раз есть потрясающий экземпляр годовалого шимпанзе.
   Дыба, отмахнувшись, упал на лежак.
   - Я сейчас сам сделаю любительскую пересадку... у меня как раз лишняя гиря без пары, зачем добру пропадать?
   Сев рядом, Косяк скривил плаксивою рожу:
   - Дыба, зачем обламываешь?! Нас крыло на "вливание" пригласило, а мы? Бобылями до выпуска сидеть будем? - Видя сомнения на лице друга, Косяк уловил неуверенное настроение. - Все решено, давайте собирайтесь, собирайтесь! Твои железки не пропадут. И твои, Череп, всякие штучки, и долгожданные виртуальные девицы тоже обойдутся без тебя. По крайней мере, на ближайшие шесть часов. У нас уже время назначено, а вы...
   Переходя по движущимся с разной скоростью пешеходным дорожкам, друзья влились в ряды спешащих жителей подземного города. Бурлящие потоки разношерстной публики сновали между поручнями, перепрыгивая с медленной дорожки на более быструю или ближе к платформе - наоборот, перетасовывались перед платформами пешеходных тоннелей.
   Держась за поручни, Косяк восхищался видом простиравшегося под эстакадой уровня, попутно умудряясь пересказать свежие слухи о том, кто на какую технику определен...
   С получением новой техники в Русском Батальоне тяжело было всегда. Закупаемая Корпорациями техника представляла собой списанные образцы, совершенно не адаптированные для боевых действий на Марсе. Зачастую без герметичных корпусов, изъеденные коррозией а иногда вообще на гусеничной тяге. Выезд такой машины в пески стал бы ее последним "плаванием".
   Служба Обеспечения помимо задач жизнедеятельности еще решало вопросы технического плана. Самопальная модернизация полученной техники зачастую порождала такие экземпляры человеческого гения, что сами конструкторы, узрев изображение марсианского прототипа, не узнавали свое детище.
   В связи с такими "поставками" зародилась традиция - прошедшим теоретическую подготовку курсантам, вручалась боевая машина, которую они обязаны перебрать "очумелыми ручками" и за тем на ней же проходить дальнейшую службу.
   Вяло перекидываясь шутками, ведомый Косяком экипаж выскочил на небольшую круглую площадь.
   Размещенные по ее периметру кабачки в принципе ни чем не отличался друг от друга. Освещенные огнями рекламных голограмм, с призывами на всех языках Русского Содружества, с одним вариантом перевода, - "...посетите лучший пивной кабак Марса!", "...Межпланетная скидка!", "...лучший доходный дом, самые низкие расценки" или еще более красочная голограмма фешенебельных девиц, призывающих провести вечер только с ними, так как они самые красивые и самые искусные.
   На площади, образованной при пересечении пяти туннелей, возвышалось монументальное здание корпорации "РУСЭНЕРГО", своими стенами производившее впечатление старинной цитадели, подпиравшей чашеобразный купол полусотней этажей. Освещенные окна-бойницы придавали зданию сходство с горевшим изнутри термитником.
   Построенное при первой высадке, а затем выкупленное корпорацией, здание вмещало все структуры управления делами добывающих приисков. С этого здания контролировались события на доброй половине разбросанных над и под поверхностью Марса меньших собратьев-городов.
   Занимавшая все этажи Русская корпорация руководила филиалами на приисках и фабриках первичной обработки кристаллоидов, из-за которых все здесь и было отстроено. Благодаря кристаллоидам Марс каждый год стремительно пополнялся бесчисленными эмигрантами желающими найти лучшую жизнь, вслед за которыми вереницей тянулись различные "предприниматели", призванием которых, по их мнению, было помочь этим людям расстаться с заработанными нелегким трудом деньгами. Различного рода авантюристы, представительницы древнейшей профессии, мелкие дельцы, обустраивающие подземные города различными кабачками, гостиницами, притонами и мелкими меняльными конторками. Все эти люди вместе составляли примерно треть населения подземных городов и приисков.
   Что касается приисков, то туда устраивались начинающие шахтеры, только что прибывшие новички, которые, выходя из полицейских тамбуров после процедуры вживления уникального чипа с кодом идентификации, сразу попадали в словесные сети вербовщиков Корпорации.
   Но были и так называемые "старатели". В основной массе - поднакопившие денег шахтеры. Отработав контракт с корпорацией, на свой страх и риск рыскали на тягачах, оборудованных минимальным набором геологической разведки, добывая нестандартные кристаллоиды, активно скупаемые как мелкими конторками, так и представителями корпорации.
   Что касается национальной принадлежности населения, то здесь обитали в основном представители Русского Содружества, но попадались и представители других народов. Пропуском в подземный город являлось отсутствие претензий со стороны Службы Безопасности Корпорации и владение языком той корпорации, которая контролирует данный город. Так что здесь не составляло труда, пообщавшись с представителем знойной Африки, быть им же посланным на чистейшем русском, а зайдя в ресторанчик, отделанный позолоченными драконами и иероглифами - опробовать традиционные русские пельмени.
   Кроме заведений, решающих проблему набивания пуза и утехи плоти , присутствовали и торговые лавки, в которых приобреталось все - начиная от простых аккумуляторов до еще не остывших от выстрела импульсников. В многочисленных ответвлениях, не всегда зарегистрированных на картах столицы, продавались товары посерьезней: от простых шахтерских тягачей до отремонтированных песчаных танков. Кроме экземпляров, угнанных из других городов, продавалась единицы, списанные Батальоном как "непригодные к дальнейшей эксплуатации", но местные умельцы не без поддержки вездесущих прапорщиков "восстанавливали" их и продавали втридорога. Все были довольны, кроме страдавшей Корпорации, считавшей все, что есть на планете, своим добром, а посему карманная корпорационная полиция раз за разом устраивала рейды по выявлению и экспроприации неофициально продаваемой техники. Основной целью являлась ловля нечистых на руку наемников, но, как говорится среди прапорщиков: "...если проблема не решается при помощи денег, значит она решается при помощи больших денег. "...
   Среди толпы жителей Дыба возвышался колоссом. Со своими "два в присядке", он к тому же распугивал людской поток хмурым выражением лица и непомерным размахом плеч. Недовольно морщась от царившего на площади запаха множества людей, недовольно поглядывал на вращающееся лопасти вентиляторов, словно кукушки выглядывавших из многочисленных дыр по всему куполу.
   - Чего же тут всегда так воняет? - Брезгливо поморщившись, Дыба едва не наступил на зазевавшегося торговца. - Ну, а ты чего рот разинул?! Перед глайдером тоже рот разеваешь?
   Пробормотав извинения, щуплого вида мужичок собирался улизнуть, но, пойманный Косяком, взвыл от боли в заломленной руке.
   - Верни, что взял... - впившись раскаленными гвоздями рассерженного взора, Косяк дождался пока у воришки не дрогнет взгляд, - сломаю руку, а еще и морду разобьем...
   Посчитав, что пластическая операция обойдется дороже, чем вернуть украденное, мужичок протянул блеснувший золотыми контактами прозрачный диск. Отпустив моментом растворившегося в толпе неудачника, Косяк протянул электронный кошелек, хлопающему по карманам Дыбе.
   - Был деревней, таким и сдохнешь, - улыбаясь во все лицо, он покачал головой, - нет, ну я удивляюсь. Как можно ловиться на элементарные вещи? По тебе же сразу видно - идет вахлак.
   Хмуро забрав диск, Дыба переложил его во внутренний карман и не оставляя ни одной щели, тщательно затянул липучки комбеза. Хмуро насупившись, он угрожающе бычился и бросал кругом косые взгляды.
   - Город, - презрительно сплюнул Дыба и двинулся к указанной вывеске, - ворье одно.
   - Вот дите, - повернувшись к Черепу, Косяк пожал плечами, - это жизнь. Или ты - или тебя.
   Не желая встречаться со взглядом здоровяка, люди предпочитали перед Дыбой расступиться, зато на идущих следом товарищей, обрушился поток торгашей, предлагающих жизненно необходимые любому уважающему себя "марсианину" карту с помеченными секретными месторождениями и "безумно полезный на поверхности крем от загара"...
   - Как я не люблю это столпотворение, - начал жаловаться Череп, - постоянно или что-нибудь отдавят или сопрут.
   - Да ничего не сопрут, ты главное хлебалом не щелкай, - давая пинка, очередному свежепойманному карманнику, ответил Косяк. - Вполне милый городок, это ты просто со своей "виртуалкой" да железками совсем одичал. Почаще в город нужно выбираться.
   - О!, - уткнувшись в спину Дыбы, Косяк потер ушибленный нос, - кажись, пришли.
   Остановившийся напротив входной двери, сильно смахивающей на широкие шлюзовые ворота, Дыба ожидающе смотрел на Косяка.
   На что Косяк ехидно ответил:
   - Чего смотришь? Вон же панель, нажимай - и дверка откроется.
   Над входом висела ярко освещенная вывеска, явно бывшая в прошлой жизни секцией танковой бронеплиты. Вывеску рассекала рваная дыра проделанная попаданием явно не из мелкого калибра, а ниже, лазером было выплавлено: "Посторонним вход... - не рекомендован". Справа, тусклой подсветкой выделялась панель стандартного терминала. Нажав кнопку вызова, троица принялась ждать открытия дверей.
   - Слушай, Косяк, а чего у них тут все такое "казенное"? - спросил Дыба, оглядывая соседние кабачки, резко отличавшиеся постоянно открывающимися и закрывающимися створками, в которые входили и выходили люди.
   - Да хозяин бывший наемник. Контракт вышел, но что-то там со сроком освобождения, - перемигиваясь с мимо проходившими девицами, ответил Косяк. - В общем, решил здесь остаться, вот и открыл кабачок для нас.
   - Для нас?
   - Да... именно для тебя. Все бросил и сказал... - забыв о девицах, Косяк начал ерничать, - вот исключительно для классного парня Дыбы открою я кабачок. Будем дарить друг другу гири, а нажравшись - разучивать бравые марши и цитировать устав...
   - Ща в репу дам! - предупредил Дыба.
   Косяк наигранно обиделся:
   - Ага, чуть что - так сразу в репу, а как про жисть спросить, так Косяк!.. Уйду я от вас, в публичный дом, буду там нравственность преподавать!
   - Да ладно заливать-то - нравственность! Я удивляюсь, как с таким количеством спирта в организме к тебе еще пристает всякая венерическая зараза, - улыбающийся добрым оскалом Дыба представал зрелищем не для слабонервных. - Я же ласково пока спрашиваю.
   - Ласково!? Ну это же меняет дело, ласку я люблю, - делано испугавшись, Косяк подобострастно начал отвечать. - Ну так, о чем я... а... О великий и Ужасный Дыба, это давняя история началась еще... когда люди толпой мамонтов валили.
   Прервала увлекательный рассказ разошедшегося Косяка входная дверь, с тихим шелестом втянувшаяся в стену. Рассмеявшийся Дыба дотянулся до Косяка, притянув того под мышку, сказал:
   - Вот что мне нравиться в людях, так это мелкий подхалимаж!
   - Какой подхалимаж!?!? - делано возмущаясь, Косяк пытался вырваться. - Кристальная правда, о Великий и Уж... точно великий... я даже бы сказал здоровый... собака, попался. Вот только освобожусь и тебя завалю, как того мамонта. Чем больше танк, тем проще в него попадать... Череп, давай сюда ракетный комплекс, я поймал... отличную мишень!
   - Скорее, она тебя за уши держит... - Череп натужился, пытаясь пропихнуть друзей в раскрытые двери. - Ладно, пошли, а то столько штрафных я не выпью.
   Помещение производило впечатление. Кабачок частично освещался за счет стеллажей заставленных разнообразными по форме и содержанию бутылками. На стенах подсвечивались голограммы, изображавшие людей и технику из славного боевого прошлого хозяина заведения. В глубине от прохода находился помост, по периметру которого плясали лучи света. Упираясь косматыми лучами в мозаичный потолок, разбегались по залу блики радуги, успевая выхватывать медленно танцующих девушек в диковинных расцветках случайного совпадения цветных зайчиков.
   Расположенные вокруг сцены столики были наполовину заполнены посетителями, тем или иным способом связанными с Наемным Батальоном.
   Необычной для такого рода заведений была стойка бармена, формой напоминающая лобовую часть танковой башни, за которой и расселись человек двадцать курсантов. При виде новоприбывших раздался дружный рев приветствия, как видно компания уже успела "расслабиться" не с одной бутылкой.
   Героям освободили почетные места в центре и выставили "штрафные". После такого радушного приема, да еще и по замечательному поводу, веселье разгорелось с новой силой. Начиналось все благородно и чинно - с тостами и пожеланиями. Но неумолим не гласный закон Архимеда - "количество выпитого равно количеству произносимых глупостей"... Речи становились все более лаконичными, а желания перестали ограничиваться тарой. Чаще глаза останавливались на изгибающихся в танце фигурах девушек. Все настойчивее становилось желание коллективного признания танцовщицам в платонической любви и не только, но местные охранники грозным видом и хмурыми взглядами дали понять, что тут никакой любви нет. По крайней мере в стенах этого кабачка ее точно не будет.
   *****
   Разочарованные курсанты, погруженные в жаркие споры, выпили двухдневный запас пива, после чего пришли к коллективному выводу - если любви нет, то место для подвигов в жизни всегда найдется. Какая же добрая вечеринка да без потасовки. Приглядываясь к посетителям, в поисках "условного противника", они рыскали мутными взглядами, тщательно высматривая любые проявления неуважения или насмешки.
   Неожиданно вспомнившие о неотложных делах в противоположном конце города, "бывалые" посетители спешно покидали нагретые места. У связавшихся с выпившими "псятами", как ни крути, было всего два выхода: или лезть в драку с кем ни будь из "стаи", а после упиваться уже за счет курсантов, или веселить компанию отвечая на вопросы "...об особенностях вождения танкового отряда в конном строю...", "...стрельба главным калибром машины, с упора коленом лежа..." или "...о влиянии знаний статей устава на расценки местных проституток".
   Увы, так хорошо проходящая вечеринка была прервана самым грубым образом, бдительные охранники принесли печальную новость, - пиво кончилось, девочки устали, а курсанты уже не стоят на ногах, и делать им здесь более нечего. Кабачок закрывался.
   Раздосадованные курсанты, постоянно теряя "ориентир" из виду, выбирались на "свежий воздух". Ориентир постоянно бессвязно ругался и падал; в конце концов решив идти по "приборам", курсанты взвалили орущий благим матом "ориентир" на плечи и, распихивая уличных торговцев, двинулись неуставным строем к транспортным дорожкам.
   Транспортные дорожки являлись уникальным общественным средством передвижения, и пожалуй самым оптимальным, если учесть объем свободного пространства. Поднятые на три метра эстакады пронизывали весь уровень паутиной самодвижущихся магистралей. И чем больше расширялся уровень, тем длиннее становилась протяженность маршрутов, избавляя жителей от суточного перехода с одного конца уровня в другой.
   По планировке, разработанной военными, вторым, после научно-технического, шел уровень "деловой", на котором и располагалось главное здание корпорации "РУСЭНЕРГО" и торговые ряды.
   Ниже располагался так называемый жилой уровень, претерпевший значительные изменения после резкого притока новых поселенцев. Там то и находились разросшиеся в ширину жилые кварталы, а также "красные порталы", знаменитые раскованностью своих обитательниц, фантазии и распущенности коих хватало не только на не скудеющий поток "марсиан", но и на виртуальный порно портал, привлекающий в свои лабиринты пороков озабоченных со всех уголков солнечной системы.
   Последний уровень являлся технологическим, на котором и находилась обеспечивающая жизнедеятельность города техническая инфраструктура: заводы по переработке отходов, установки кислородной регенерации, гидропонные фабрики... и святая святых мощные - генераторы, обеспечивающие весь город и столичный космопорт энергией.
   Соединялись уровни в основном сложной системой лифтов, как общего пользования, так и служебными, пронизывающими уровни в окончании каждого ответвляющегося от главных туннелей пролета, словно вены в организме города с бурлящей и ни на миг не останавливающейся жизнью.
  
   - Ох... мамочка... роди меня заново, - с трудом разлепив губы, прошептал Косяк. - все за глоток воды.
   Держась за звенящую голову Косяк, восстав мертвецом из гроба. Окинул кубрик мутным взглядом; икнув, откинулся на подушку:
   - Кто притащил в кубрик уличный фонарь!? - ответом был не стройный храп, - Парни, зачем фонарь-то нужно было ломать?
   Не дождавшись ответа, Косяк перетек на пол. Цепляясь за стену, попытался встать на ноги. Борясь с непослушными ходулями, Косяк выжимал из организма шаг за шагом.
   Путаясь в различных обертках, пустых бутылках, нашел искомую коробочку. Глотая пилюли, залпом выпил предусмотрительно оставленную банку напитка. Шаркая по ковролину, наконец, начавшими обретать уверенность ногами, он попутно зацепился за гирю, и все-таки уперся покрытым испаренной лбом о спасительную прохладу дюралевых створок санблока.
   Стоя под холодными струями воды, Косяк пытался припомнить свое возвращение на уровень. Бросив бесполезное занятие, направил все силы на приведение своей помятой внешности в приличный вид. Выбрался из душа он только тогда, когда смог без особых допущений причислить изображение, наблюдаемое в зеркале к роду "человеков разумных". Закончив с собой, Косяк взялся за дело ответственное и опасное - побудку Дыбы.
   Постоянно уклоняясь от вялых ударов протестующего "тела", Косяк упрямо добивался осмысленной реакции:
   - Дыба вставай, через пятнадцать минут построение, - впихнув жменю цветных пилюль, дождался жевательного хруста. - Хватит валяться, мне еще Черепа оживлять!.. Ах так, ну тогда выкидываю все диски и гантели на хрен!
   На первые предложения угроз, Дыба реагировал мычанием и вялым взбрыкиванием, но услышав последнюю угрозу резко поднялся на койке:
   - Я ща самого тебя по выкидываю на хрен!
   - Ну вот так бы и сразу. И объясни-ка, зачем ты приволок этот "фонарик"?, - мотнув на раскидистую конструкцию, Косяк удивленно покачал головой, - это надо же до такого нажраться.
   - А я откуда знаю. Черепа спросить нужно. Он вчера убеждал, что в кубрике не хватает света.
   Сев, Дыба, потянулся до хруста в суставах и, вскочив с койки, смачно стукнулся головой об вырванные с корнем крепления фонаря. Раскинувший ветвистые кронштейны по всей комнате, фонарь предстал настоящей полосой препятствий.
   Бросив на погнувшуюся конструкцию озадаченный взгляд, ругнулся и, массируя лоб, направился в душ. Пока Дыба омывался, что-то напевая под плеск воды, Косяк уговаривал Черепа "продрать таки пучеглазики".
   - Череп вставай, .... Злые "Церберы" ломают твой навороченный терминал, глумятся над программками и стирают мою любимую порнушку!
   - Косяк... мне плохо... - тихий шепот сорвался с бледных губ, - ...вызови медика... я умираю...
   - Да ты уже так полчаса умираешь, - повторив процедуру с пилюлями, судя по этикетке - злейшими врагами похмелья, Косяк заставил умирающего прожевать, - дуй в душ, пока Дыба всю норму не выплескал!
   - Косяк... мне плохо... вызови...
   - Достал уже... от такого еще никто не умирал, - улыбаясь во все лицо, Косяк начесывал свой гребень, придирчиво рассматривая свою потускневшую и слипшуюся гордость, - не пойму, что у меня с гребнем?
   - Что, что? - мы его вчера полоскали для яркости... - оживший Череп, нащупывал разбросанный комбез. - Сам вчера нас убеждал, что волосы, вымоченные в пиве, становятся ярче и здоровее.
   - Э-э... М да!? А что... и действительно появилась какая то глубина в цвете...
   Заправляя брюки в ботинки, Череп непонимающе рассматривал занявшую половину комнаты конструкцию:
   - А это что еще за абстракция?
   - А?.. Это? Ну это ты мне должен рассказать. Говорят твоя идея.
   - Моя!? Я только говорил, что у этого фонаря яркость такая, которая у нас должна быть в кубрике по нормативным документам...
   - Нуу... теперь уже будет, - закончив начесываться, Косяк обезьяной пробрался между кронштейнами, уже в дверях повернувшись, задумчиво сравнил проем двери и объемную конструкцию. - Интересно... как она сюда целиком то пролезла.
   Дыба, выходя спиной из душа, прижал Косяка и, не обращая внимания на придавленный выдох, спросил:
   - А мой ершик, такой оранжевый... ну ботинки почистить, никто не видел?
   Вырвавшийся из ловушки Косяк принял игру. Панически мечась, с криком бился во входную дверь:
  -- Кто оставил клетку открытой!?... Обезьяна на свободе!.. Помогите!.. Бешенная обезьяна вырвалась с вольера! Вызовите Службу Спасения!.. Дайте мне ружье!.. ПОМОГИТЕ!!!
   Раздавшийся в ответ крик гориллы вошедшей в брачный период, несмотря на герметичность двери, был слышен даже на "взлетке", где уже кучковались курсанты, собираясь на утреннее построение. Вылетевшего Косяка встретили смешки и ожидающие продолжения взгляды.
   Обрадованный таким количеством зрителей, Косяк продолжал дурачиться:
   - Вы не знаете, у нас есть ветеринарная служба? А то у гориллы... гормональное обострение, спасу нет! - непринужденно подпирая стену, с ленцой рассматривал кончики ногтей. - Бросается, бедняжка, на все, что шевелится! Мои попугайчики... кончились, а вчера на меня так посмотрел, так посмотрел! Все, буду заказывать стерилизацию!
   Остановила описание тяжелой жизни, большая волосатая пятерня. Схватив шутника за грудки, втащила трепыхающегося Косяка вовнутрь. Раздались крики борьбы, на "взлетку" пятясь выбрался Дыба, отбивающийся от взбесившихся "ветеринаров".
   Один пытался удержать на месте Дыбу, а второй примерялся боевым ножом к проведению сложной операции - стерилизации в походных условиях по экспресс-методу.
   Выбравшись на "простор", троица устроила шоу, часто повторяющиеся внутри кубрика - двое битых, против одного небитого.
   Представление прекратил дежурный, подав команду на построение корпуса. Участники и болельщики, отвеселившись, заняли свои места в строю и, ожидая появления командира, глотали остатки смеха.
   Вышедший из канцелярии Ряхлов, выслушав рапорт дежурного, повернулся к курсантам:
   - Господа курсанты! Перед получением техники с вами будет беседовать представитель корпорации. Это не значит, что вам можно будет дрыхнуть во время выступления или играть на терминалах, - прохаживаясь вдоль строя, Ряхлов продолжал раздавать ценные указания - ...Даже когда он ничего не будет говорить, вы ничего не будете делать. А только слушать!
   Остановившись напротив "тринашки", уделил им особое внимание:
   - А вы ... Имейте в виду! Любое нарушение - и вам уже не удастся оттянуть свой конец!
   Закончив утренний инструктаж, и козырнув дежурному Ряхлов ушел в канцелярию. Дождавшись оглашения расписания прибытия экипажей в технический ангар, дежурный распустил строй.
   Двигаясь по переполненной "взлетке" к лифту, троица постоянно здоровалась и перебрасывалась шутками с другими экипажами. Косяк улыбаясь, радушно поприветствовал хмурого Ловца. Тот все никак не мог простить себе такую потерю. Рассчитавшись после "ринга", он зарекся иметь дело со злосчастным, для его бизнеса экипажем.
   Сияя ярче осветительного плафона, Косяк чувствовал себя просто замечательно, а когда увидел вяло бредущий в конце строя экипаж "семерки", вообще вспыхнул сверхновой звездой.
   Отвлекая Дыбу и Черепа от разговора о новинках виртуального "хайтека", Косяк сказал:
   - А вот и наше пиво идет.
   Глянув на еще вдалеке идущую троицу, Дыба спросил:
   - Кстати, что с ними-то будем делать? А то вчера на радостях набрались... и забыли.
   - Что, что... они сами предложили, сами теперь пусть и расхлебывают.
   - Череп, а ты что скажешь? - спросил Дыба.
   - Не знаю еще, как-то не думал, - сказал Череп, всматриваясь в слегка хромающего Носорога. - Косяк, начни, а там посмотрим.
   Тем временем "семерка" подходила ближе. Заметив ожидавшую троицу, Слепень что-то сказал Носорогу. Еще больше втянув головы в плечи, "семерка" подошла к ожидавшим курсантам. Остановившиеся напротив друг друга экипажи дождались пустого коридора. Носорог затравленно оглядев "тринашку", подавленно молчал в ожидании неизбежного.
   Косяк, улыбаюсь всеми тридцатью двумя зубами, сказал:
   - Здравствуйте мое пиво и девки, - Обойдя каждого истукана, ехидно заглянул в глаза. - Ну что, господа... с чего начнем? Когда готовы к выполнению своих условий?
   Уткнувшись взглядом в пол, Носорог пробормотал:
   - Когда скажите, тогда и будем.
   - Ну что же, тогда, может быть, не сразу начнем, а например, на выпускном построении? Вот будет веселье, а какой позорняк, перед "купцами"...
   Пустив в ход всю свою богатую фантазию, Косяк изгалялся, не зная меры, пока его не остановил Череп:
   - Погоди.
   Покрасневший от злости экипаж "семерки" облегчено перевел дыхание и смотрел на нового "мучителя" с опаской, в ожидании еще большего потока унижений.
   Череп рассматривал Носорога уже без того страха, который раньше наполнял его всеохватывающей паникой. Вид здоровой фигуры старшего "семерки", с опущенной головой стоявшего перед главным персонажем своих обидных шуток, изменил первоначальный замысел.
   Он уже не тот забитый "очкарик", боявшийся смело глядеть опасности в лицо, он стал бойцом, он нашел свой экипаж. И зная, как тяжело быть изгоем, он не захотел обрекать этот экипаж на то, через, что прошел сам. Ломать судьбу людей, обрекать их на позор из-за какой-то глупости, нет - этого он не хотел.
   - Носорог, как ты относишься к предложению, чтобы ограничиться попойкой? - спросил Череп, а глядя на собравшегося взорваться возмущениями Косяка, добавил: - ...и естественно люксовым борделем, - глянув на пожавшего плечами Дыбу, скривившегося в согласии Косяка, переспросил: - Идет?
   Не верящий в такое предложение Носорог вскинулся и оторвал глаза от пола, в котором ему уже чудились картины его позора, да что его - всего доверившегося ему экипажа. И тут такое предложение, и от кого? - от того человека, которого он вообще не считал достойным поступать в наемники, от "слизняка", от "умненького очкарика", на поверку оказавшегося достойным соперником. Носорог, недоумевая, глянул на Черепа, оглянулся на стоящих позади друзей так же опешивших от услышанного предложения, но на всякий случай уточнил:
   - А в чем подвох?
   Улыбнувшись недоверчивости Носорога, Череп сказал:
   - Да никакого подвоха.
   - Эй, постойте, как это - никакого подвоха, я конечно понимаю, что у вас тут общество любителей пива, - вмешался Косяк, предотвращая ущемления прав плоти, - еще столько девок, сколько я смогу покрыть за ночь!
   - Идет! - прищурился Носорог, выставив руку дабы поскорее закрепить предложение, - только смотри, чтобы всех покрыл, без халтуры. Мы им за это еще приплатим!
   Раздавшийся смех обоих экипажей разрядил напряженность, которую нагнал Косяк. Обрадованные таким исходом, бывшие противники пожали друг другу руки и направились к лифту, оставив злость и обиду в прошлом.
   Курсанты занимали места в обширной аудитории. Некоторые экипажи, прибывшие раньше, полным составом дремали за дальними столами, давая спокойствие молодому организму в процессе усваивания пищи. Те, кто опоздал, рассаживались за свободными столами, с обреченными на бессонницу лицами. К назначенному времени собрался весь корпус, а представитель Корпорации запаздывал.
   Курсанты занимались своими делами кто, включив терминал, начинал загружать тактические игры, кто просто болтал с соседями. При появлении Симы курсанты отложили свои дела и ожидающе уставились на лейтенанта. Пройдя к преподавательскому терминалу, встроенному в трибуну, тот окинул аудиторию цепким взглядом:
   - Господа курсанты, может быть, соизволят оторвать свои натертые задницы, от лавок?! - запоминая взглядом курсантов, не проявивших резвости при появлении командира крыла, недобро прищурился, - Или, на целого лейтенанта можно ствол положить!?
   При таком резком начале, какой-то резвый курсант подал запоздалую команду:
   - Встать! Смирно!
   Большинство и так уже поднявшихся курсантов замерли в строевых стойках, а те, кто дремал, вскочили и выполняя команду, пытались своим видом показать, что они так стояли с утра. Озадаченные такой небывалой строгостью, курсанты косились на Анисимова. Командир "Западного крыла", выдержав паузу продолжил:
   - Сегодня, по боевым соединениям Наемного Батальона объявлена готовность номер один. С этого дня ваши пестики-тычинки... кончились. Практика будет проходить по сжатому графику. Остальному научитесь на заставах, - обведя всех взглядом дрессировщика, которому попалась глухая обезьяна, покачал головой. - После окончания выступления экипажам без опозданий явиться на технический уровень. Сегодня у вас вместо вводного ознакомления - получение техники.
   Лейтенант с легкой усмешкой оглядел ошарашенных такой новостью курсантов и уже менее строго сказал:
  -- Ну а что вы думали, попали к девочкам на свидание? Нет, мальчики, я вас огорчу. Детство кончилось, теперь мы больше не будем подтирать ваши сопелки и попки. Раньше когда Батальон комплектовался заключенными и бывшими кадровыми военными, здесь не было таких молокососов, как вы. Временное затишье закончилось, и вы первая и последняя "зелень". На благотворительность у Батальона теперь нет ни средств, ни времени.
   Раздалось шипение открывающейся входной двери. В аудиторию вошел невысокого роста мужчина. Легкая седина на висках контрастировала со взглядом темных глаз; жесткое волевое лицо, цепкий и хладнокровный пренебрежительный взгляд. Легкой для грузного телосложения походкой тот взлетел по ступенькам кафедры.
   При появлении мужчины, Анисимов перестал улыбаться, с каменным лицом подобрался и при приближении фигуры в черном комбезе скосил взгляд на левую грудь, где свернулась клубком золотая кобра, четко козырнул и замер в ожидании указаний. Не здороваясь с офицером, мужчина повернулся к амфитеатру:
   - Я Громов, глава Службы Безопасности Марсианской филиала корпорации "РУСЭНЕРГО".
   В аудитории раздался тихий присвист.
   - Вместо штатского представителя Корпорации выступлю я, - повернувшись лицом к лейтенанту, прервался. - Вы свободны.
   Коротко козырнув, Анисимов с заострившимся лицом покинул аудиторию.
   - И так, всем сесть, - дождавшись, когда курсанты рассядутся, продолжил: - Начнем нашу беседу с небольшого экскурса в историю. Хочу начать с открытия формулы распада...
   Косяк, сидевший за округлым столом с тремя выступами для сидения, слегка повернулся в своей ячейке и, отодвинувшись немного, повернув голову чуть назад, спросил:
   - Череп, хочешь реальную историю, как вся фигня-то получилась с этой формулой?
   - Опять наврешь с три короба, - одними губами прошептал Череп, - и сиди разбирайся, где правда, а где твои шуточки.
   - Нет, на этот раз чистая правда! Клянусь!
   Заинтересованный Дыба слегка наклонился к сидевшему впереди Косяку:
   - Если и на этот раз обманешь, отстригу гребень, а из него сделаю талисман и продам торгашам как мех марсианского тушканчика!
   - Вот уж зашуганные, - задетый Косяк, дернулся чтобы повернуться, но сдержав себя, просто поерзал, - я эту историю вычитал в черновиках дедовских мемуаров. Его ему так и не дали издать. Так что источник проверенный. Он же у меня в молодости служил в каком-то ФСБ...
   Далее Косяк синхронно с речью Громова давал дедовскую версию событий прошлого.
   Жил был молодой "старлей". Служил в особом отделе, тогда еще Российской Федерации. Отдел занимался охраной важных секретов, которые еще не успели продать или пропить в космическом агентстве страны.
   И тут, на единственной международной космической станции случилась авария. Во время, задержки по не понятным причинам отбытия Первой Марсианской Экспедиции, в русском секторе случилась взрыв, разнесший добрую половину модуля и здорово повредившая буржуйские секции орбитальной станции. "Старлея", как самого физически подготовленного с их отдела, определили для отправки на орбиту, разбираться что по чем.
   Срочно собрали экипаж, молодого "старлея" дополнили таким же молодым криминалистом и спешно запустили на орбиту. На орбите их встретили буржуины и непонятно каким образом выжившие двое российских ученых: в деле они будут фигурировать как "Химик" и "Ботаник". Они проводили на орбите революционные для космонавтики эксперименты. Эти двое "кулибиных" колдовали над системой регенерации воздуха, для долгосрочного пребывания в космосе. Многочисленными допросами, собиранием, в буквальном смысле слова, частичек орбитального модуля выяснилось следующее...
   Когда на станции стало известно, что перед посадкой, первой в истории человечества пилотируемой экспедиции на Марс межпланетный корабль пристыкуется на карантин к орбитальной станции, всех ученых, которые работали на станции, охватил радостный порыв.
   Воодушевленные такой новостью, русские ученые решили достойно встретить грандиозное событие. Из своих экспериментов "Ботаник" выделил выращенную в условиях невесомости чудо ботаники - огромную сахарную свеклу, а химик разорился на первые капли воды полученной из отходов жизнедеятельности человеческого организма по лично разработанной химической формуле. Недолго думая, умельцы соорудили аппарат и нагнали приличный запас - "...чтобы было чем отметить...".
   И когда пристыковался корабль с международной экспедицией, кроме криков"...WELKOME..", у россиян было еще кое, что, с чем не стыдно встретить дорогих гостей. Довольные удачной разработкой, ученые предложили отметить такое событие, отличным самогоном. А когда русским душам не удавалось распить "за встречу"? Под воздействием величия и грандиозности события в русский сектор подтянулся: весь разношерстный международный коллектив орбитальной станции и полный состав "Первой Марсианской".
   После первых тостов растрогавшиеся русские "марсиане" подарили землякам "презенты" с Марса: вакуумную упаковку зеленоватых камешков с чудно играющими замысловатыми гранями.
   В ответ уже прозвучал тост о необходимости "побрататься" всем и обмыть такое событие. Из-за отсутствия подходящей "тары", решили пустить по кругу всю "братскую" двухлитровую колбу с самогоном, бросив в нее маленький сувенир с Марса. Когда братская чаша опустела и на стол вывалились потускневшие кристаллы, все праздновавшие были уже братьями.
   Не имеющие "русского менталитета" братья теряли чувство реальности один за другим. На собрании "трезвомыслящего меньшинства" было решено заканчивать "фуршет" и заняться транспортировкой выбывших участников по местам ночлега. Сказано - сделано.
   Подталкивая в невесомости очередного храпящего космонавта к выходу из каюты, Химик заметил все никак не высыхающие потускневшие кристаллы. Раздосадованный таким "мокрым" фактом, ученый принял решение высушить кристаллы в микроволновом нагревателе. Специально собранный агрегат служил заменителем открытого источника огня в самогонной схеме и как нельзя лучше подходил для выбранной цели. Положив кристаллы в камеру "сушилки", включив минимальное излучение, Химик вернулся к прерванному занятию - транспортировке последнего "уставшего".
   Умаявшиеся от незапланированных физических нагрузок, да и что говорить - крепко выпившие - россияне уже были без сил. "Не бросающие своих в беде" русскоговорящие "марсиане" пригласили ученых к себе на корабль. Прозрачно намекая на продолжение банкета, вспоминали о неизрасходованных запасах медицинского спирта, приглашали заодно восстановить силы первоклассным экспедиционным пайком. Но планам не суждено было сбыться. Раздался мощный взрыв. Так была получена первая неуправляемая реакция распада...
   Восстанавливая по обрывочным воспоминаниям участников "посиделок" и по записям любительской съемки, "Старлей", с опухшими от непрерывной работы криминалистом установил - виновниками взрыва были злосчастные сувениры с Марса.
   Доложив результаты на Землю, "Старлей" получил четкие приказы и широкие полномочия, и заочное звание капитана. Поймав удачу за хвост, молодой капитан действовал решительно. Организовав срочную эвакуацию двоих ученых с орбиты, под предлогом следствия, изъял весь запас кристаллов Марсианской экспедиции.
   А уже через полтора месяца дед Косяка возглавлял жутко засекреченный отдел по исследованию возможностей использования марсианских кристаллоидов в военных целях. Через год были произведены первые испытания на ядерном полигоне Новой Земли. Тогда-то Россия объявила о создании принципиально нового вида оружия массового поражения, по мощности приравнивалось с обычными ядерными зарядами, но без радиационного загрязнения.
   Это заявление историки называют началом Развала Старого Мира.
   Россия - на которой уже поставили крест и считались с ее мнением просто по привычке, а иногда просто и откровенно игнорировали ее - вдруг заявляет о себе испытаниями нового оружия, зафиксированными со спутников всеми ведущими разведками мира.
   Карьера Косяковского деда резко пошла в гору. Попутно в его же лаборатории были получены первые киловатты электричества от кристаллоидных генераторов. Россия срочно планировала уже самостоятельную экспедицию на Марс - за новой партией кристаллов...
   Косяк прервал свой рассказ, чтобы облизнуть пересохшие губы. А тем временем Громов продолжал свое выступление...
   - ... Так началась новая эра - эра развития космонавтики и нового вида энергии. По сравнению с традиционными энергоносителями кристаллоиды отличались отсутствием токсичных отходов и возможностью монтировать источники питания непосредственно в конечном потребителе, будь то новый вид двигателя или микросхема наручных часов. Запасы такого источника питания не шли не в какие сравнения с миллионами тонн сжигаемых нефтепродуктов и тонами захороненных радиационных отходов, используемых для получения традиционного электричества...
   - Впервые за все время существования человечество получило дешевую энергию в неограниченном количестве. После кратковременного кризиса и немногочисленных локальных конфликтов человечество приступило к широкому применению новой энергии. Прогресс сделал гигантский шаг вперед...
   Представитель корпорации прервался, поглядел на часы и продолжил:
   - Тот кто контролирует энергию, тот и заказывает мировую политику. Чтобы не давать какой ни будь из стран преимущества, мировым сообществом было решено: квоты на разработки марсианских кристаллов оставить в руках негосударственных структур. На сегодняшний день добычу и первичную обработку кристаллоидов на Марсе ведут пять крупных корпораций: "РУСЭНЕРГО", европейская - "АВРОС", американская - "ТЕХАСКО", арабская "АРАВИКА", китайская "ТАНЬЮ". Есть еще и мелкие компании, но они не имеют веса для серьезной игры на рынке добывающих компаний. Так сложилось, что каждая корпорация представляет интересы кроме непосредственных владельцев и интересы коалиции государств, в которых они и реализуют свою продукцию. Но так как юридическая принадлежность территории на Марсе не определена, споры решаются за столом переговоров... или на месте.
   Косяк снова наклонился к друзьям и прошептал:
   - Так я не рассказал самого прикола-то... Так вот, когда дед сидел в бункере, с этими двумя чудиками, они не могли никак уже добиться управляемой реакции. Чего только не перепробовали. Эти кристаллики уже и полоскали во всех видах самогона, и облучали всеми видами микроволнового излучения, а результата никакого не было. Решили воссоздать эксперимент как на орбите. Так вот, все дело оказалось в том, что этот химик что-то там напортачил со своей формулой по очистке отходов и вода получалась не совсем чистая, короче... моча до конца не прочистилась... и какие-то там ферменты в воде в какой-то части присутствовали. И только под такой "водой", в кристаллах происходило нарушение связей каких-то там решеток, а при обработке микроволновым излучением и происходила реакция межмолекулярного деления...
   - Теперь понятно, почему в городе подают так много пива... - хмыкнул Дыба и вновь сосредоточился на выступлении Громова.
   - Смеяться после слова лопата, - обиделся Косяк на не оценивших юмор друзей. - Нет, ну вы только сами вдумайтесь, великое открытие человечества - и свершилось только после хорошей... мочевой пьянки.
   - Не после пьянки, а случайно, - поправил Череп. - Все великие открытия так происходят. Ищут одно, а стукаются лбом о другое, так что в твоем рассказе ничего удивительного нету. Хотя есть... У тебя такой толковый дед был, а в кого же ты такой уродился?
   - Сам ты урод-д-д-ился... Ничего я вам больше рассказывать не буду, вон пойду к Носорогу, они мой юмор оценят. Буду с ними пивом упиваться, - оскорбленной невинностью прошептал Косяк.
   - Ладно, - примирительно шепнул Череп. - Вон слушай, что тебе говорит умный дядя. Может быть наслушаешься и чего-нибудь учудишь, у тебя хорошие наследственные данные уже есть... осталось только бестолковкой пораскинуть...
   Тем временем Громов заканчивал экскурс в историю и уже переходил к описанию дел насущных:
   - ...После разработки принципиально нового двигателя для межпланетных кораблей, всем корпорациям поступила заявка на участие в тендере на поставку кристалоидов с особыми техническими условиями. Корпорация "РУСЭНЕРГО" выиграла тендер и выполнение данного проекта потребует от нас больших финансовых и организационных затрат, дело в том, что кристаллоиды такой огранки и такой обработки ранее не требовались. Поэтому все основные силы и резервы будут брошены на поиски и развертывания новых рудников. Но и наши противники не сдались, если мы сорвем поставку пробной первой партии, тогда тендер будет передан другой корпорации которая сможет выполнить все условия контракта. Естественно что наши соседи будут прилагать все силы к такому повороту событий. И как показал анализ конфликтов, стычки с разведывательными силами соседей происходят все чаще, и все чаще перерастают в полномасштабные сражения.
   Глядя в остекленевшие глаза курсантов, равнодушно оценивая шансы на выживания зеленых юнцов, подводя итог сказал:
   - В общем так... Все идет к тому, что будем воевать за место под солнцем. Поэтому корпорация отказывается оплачивать учебную программу. На карту поставлено слишком много, чтобы позволить себе распыляться... - окидывая суровым взглядом, обещающим всполохи будущих сражений, перешел на металлический тон. - Сегодня вы получите технику, от того как вы ее освоите, зависят ваши жизни. Все в ваших руках.
   - Суровый дядя, - шепнул Дыба назад, - такой цацкаться не будет. Под в огонь бросит, без душевных терзаний. Сдохнешь - не судьба, а выживешь - зауважает.
   - Ага, - отозвался Косяк. - Если выживу, то мне уже будет как-то на его уважение насрать и смыть.
   В это время глава СБ корпорации глянул на часы и произнес:
   - На этом все. Вы мне больше не нужны
   - Встать! Смирно! - подал команду тот же ретивый курсант.
   Холодно окинув всех взглядом, Громов резко повернулся и вышел из аудитории.
   При звуке закрывшейся двери курсанты как по команде начали переговариваться и делиться впечатлениями. Услышанная информация целиком не помещалась в голове, поэтому ее нужно было разбить на более привычные образы и слова, а затем разложить в голове по полочкам. Но это потом. Когда ни будь. Но только не сейчас.
  
   - Если еще хоть одна мартышка начнет лапать гашетки! Я лично ей прострелю черепной придаток! Еще раз повторяю - машины, полностью укомплектованы! - разошедшийся не на шутку прапорщик метался перед строем раненым зверем. - .... А у кого уши при рождении в заднице, читайте по губам: БОЕНКОМПЛЕКТЫ УСТАНОВЛЕНЫ!
   Вглядываясь в лица застывших по стойке смирно курсантов, пытался высмотреть нет ли у кого проблем со слухом. Проклиная техников, забывших, что сегодня машины приписываются "зелени", ни разу не сидевшей за штурвалами боевых машин, прапорщик клял себя за то, что сам все не проверил. Откуда же он мог знать, что первый же экипаж, сев в полученную машину, начнет баловаться с оружейным пультом. Недогадливость прапорщика выльется ему в выговор от начальства, да и еще придется ремонтировать разодранную очередью стену.
   - Значит, так. Следующий экипаж, услышав свой номер, выходит из строя и подходит к указанной мной или вашим командиром крыла, технику! - седой прапорщик еще раз внимательно окинул строй взглядом и указал на техников, развалившихся на груде снятых шин.
   Тяжело переваливаясь при ходьбе, медленно прошелся вдоль строя, чтобы убедиться лишний раз в доходчивости своего объяснения.
   - При этом выстроится возле названного техника, и не дай песка в турбину,.. своими граблями хоть прикоснется к машине. Вы будете развозить смену шахтеров, до конца своего гребаного контракта!
   Голос прапорщика разносился эхом по ярко освещенному ангару, вдоль стен которого застыли боевые машины. Выставленные друг напротив друга стальные звери замерли как перед решительным броском.
   В начале ангара стояли легко бронированные, самые быстрые машины из наземного класса, заслужившие прозвище "Рыси" и запоминавшиеся вытянутой прямоугольной формой. Широкие шины крепились на подвижных подвесках, поднимающих днище "Рыси" на два метра и делающих ход машины по барханам Марса плавным, а самое главное, маневренным. Из вооружения на борту было установлена венчающая приподнятый зад корпуса турель, со спаренным крупнокалиберным пулеметом. Но особенностью машины являлась мощная электронная начинка, которая помогала в разведывательных рейдах прятаться от радаров противника, а также фиксировать и передавать многочисленную информацию, дополняющую картину боя со спутников.
   Подойдя к ближайшей машине, прапорщик любовно погладил оранжевый с красными разводами корпус, и, стирая с лица радостную улыбку, повернулся к курсантам:
   - Вот в таких машинах вам доверят защищать интересы корпорации, - коротко сплюнув, настороженно зыркнул по сторонам. Успокоено вздохнув, нахмуренно продолжил: - Но перед тем как они станут такими, вам еще нужно повкалывать. И доказать, что вы не дрессированные обезьяны, разъезжающие на мопедах, а грозная сила Русского Наемного Батальона.
   Прожигая взглядом очередную дыру в строе, прапорщик начал зачитывать списки. Названные экипажи выходили и строились возле техников, которые веселились, забавляясь такой строгостью начальника, но при этом старались не обратить на себя его внимания. Каждый техник тихо знакомился с экипажем и, отходя подальше, начинал знакомиться поближе с парнями, с которыми он съест не один пуд соли. Со стороны удалившихся групп слышался смех, иногда доносились обрывки бородатых анекдотов.
   Раздался зуммер вызова. Прапорщик, недовольно оторвавшись от терминала, отошел в сторону и склонился над трубкой коммуникатора. После непродолжительной беседы вернулся к поредевшему строю. Уткнувшись в терминал, зачитал следующий экипаж:
   - Экипаж номер тринадцать! - сочувственно глянул на троицу, и громко крикнул:
   - Петко!
   На крик прапорщика раздалось уже ничем не сдерживаемое ржание техников.
   - Петко! - начиная багроветь, проревел Прапорщик: - Петко-о-о! Едрить твой корень!.. Пните кто-нибудь этого "самостийного"!
   На крик прапорщика, раздвигая широкими плечами ржущих техников, переваливаясь вывалилось пузо полного техника. Чернявый дядька с уже явными нитями седин, но с еще черными усами на украинский манер, протирая пухлое заспанное лицо, недовольно проворчал:
   - Шо?
   - Не "шо", а Я!
   - Я?! - озадаченный техник Петко, с удивлением рассматривал прапорщика: - Не... не может быть, это я Петко, а вы... старший прапорщик Сидоров!
   - Тебе не надоело еще, а? - прапорщик, обречено рассматривая Петко, устало повел глазами в сторону экипажа, - Забирай, это твои орлы теперь. Слава бежит впереди тебя.
   - Во цэ дило! - убрав глуповатое выражение с лица, Петко сразу оживился. Хозяйски приглашая курсантов за собой, двинулся в глубь ангара.
   - Ну Ряхлов... и здесь поднагадил, - сквозь зубы прошептал Косяк, чувствуя подвох. - Все никак не успокоится.
   Идущий следом Череп неопределенно хмыкнул:
   - Все, что ни случается, - это к лучшему...
  -- Да куда уж лучше-то, осталось только вручить нам еще гусеничный танк, с парусным приводом. Вот тогда мечта Ряхлова исполнится моментом, нас возьмут на абордаж в первом же рейде.
   - Да ладно тебе, - Череп успокаивал друга, а сам раздумывал о "славе" техника.
   Проходя мимо остальных экипажей, они двигались в глубь ангара. Курсанты уже разговаривали с техниками и осматривали свои будущие машины, которые на данный момент представляли собой или подбитые в бою, или еще не доведенные "до ума" образцы военного гения местных умельцев.
   - Будь как Дыба - спокоен и не возмутим, - продолжал Череп. - У него все просто и логично... Да и, кажись, он встретил земляка...
   Косяк уставился на впереди идущих. Картина того стоила. Дыба, радуясь как ребенок, нависая над Петко, о чем то тараторил на родном языке. Петко с таким же выражением лица периодически раскидывая руки, хлопал себя по бедрам. Отставшие Косяк с Черепом, застали только конец дружеской беседы. Как оказалось, Дыба с Петко были из одной волости бывшей Украины. И как-никак земляки.
   - Ну, начинается. Сейчас за встречу достанут по куску Святого Сала.., - начал заводить привычную волынку Косяк, одновременно разглядывая угол, куда они забрели.
   - Да заткнись ты уже... люди действительно рады, а ты начинаешь ерничать, - осадил Череп. - Где бы присесть? Хочу в сети покопаться, на Петко посмотреть.
   - Где, где... хоть на полу, - проворчал Косяк, разглядывая чудо-конструкцию, занимающую место в полтора раза больше чем соседи.
   Заинтересованный Косяк залез под поднятый в путах ремонтного бокса разобранный корпус. Пачкаясь о покрывшейся ржавчиной корпус, разглядывал невиданную ранее конструкцию. Заглянул потом в остов орудийной башни с уважением похлопал два ствола, старого безоткатного орудия. Вдоволь настучавшись головой о выпирающие углы не обшитых броней ходовых дуг, вылез наружу где его уже встречали.
   - Ну шо!? Нравится? - с гордостью похлопал скелет корпуса, спросил Петко.
   - Да вы что!? Как это может нравиться!? Я полчаса лазил по нему, пока не понял, что это "Медведь", - озадаченный Косяк вытирал руки об найденную ветошь, без задней мысли продолжая скептически оглядывать "недоразумение", - но и то какой-то недоделанный. Странные обводы корпуса, башня с нерусской конфигурацией, а зачем такая ячейка под стрелка, я вообще не понимаю...
   - О, вы тока поглядите на него! Пришел тут сопляк и начал всё мне критиковать! Да что ты понимаешь!? Да я вот этими руками столько танков собрал, столько ты девок в жизни не лапал! - обиженный такой критикой, Петко весь покрылся пятнами и, начиная закатывать рукава, залез под корпус.
   Косяк с недоумением смотрел, как Петко юрко порхает под днищем и вещает оттуда голосом обиженной справедливости:
   - Дыба, а че это он?
   - А это и есть наша первая боевая машина, - сказал Дыба, с удовольствием наблюдая, как у Косяка отпадает челюсть, - его родное детище.
   Беспомощно хлопая глазами, Косяк судорожно вдохнув прошептал:
   - Вот это?! Да это же гроб на колесиках, проще сразу пустить себе разряд в лоб.
   Подошедший сзади Череп похлопал Косяка по плечу и ехидно спросил:
   - Да тебе же все было до одного места, а тут вдруг забеспокоился?
   - Так это... Череп, это уж слишком, что это вообще такое? Оно хоть иногда ездило-то? Ну Ряхлов, ну умник - нагадил так нагадил, - опустив руки, Косяк растерянно смотрел на танк.
   Пока задетый за живое Петко бурчал из оружейного блока, доказывая "зеленому хлопцу" неправильность в отношении к чуду техники, Череп делился информацией, накопанной в штабной сети.
   Оказывается Петко, до того как завербоваться на Марс, учился на слесаря при тракторном заводе, на Украине. И когда Украина присоединилась к Русскому Содружеству, рванул в Россию. Там, устроившись на какой-то завод по специальности, недолго продержался со своими идеями, за что и был выперт как надоедливый изобретатель-самоучка. Подобная история повторялась несколько раз. После очередной попытки внедрить свои разработки в жизнь Петко как обычно был уволен. Тут-то на него в каком-то кабаке и наткнулся вербовщик. Умело поддакивая, он сумел подбить Петко на воплощение своих идей в Наемном Батальоне...
   В батальоне Петко сразу прослыл местной достопримечательностью, к нему намертво прилипло обидное, но в чем-то меткое определение - сумасшедший техник. Хотя в большинстве случаев его предложения рассматривались, из них выбирались менее рискованные и внедрялись в жизнь. Поэтому-то его чудачества и терпелись командованием, которое, стиснув зубы, отклоняло очередную идею танка на воздушной подушке или прыгункового вездехода.
   - Кстати, - продолжил Череп. - идея переоборудовать земную технику - его. Он же и своими руками собирал первую машину. Но в нем нет привычки все доводить до конца. Поэтому конвейер по промышленному переоборудованию собирали другие. А вот этот вот "Медведь" - его любимое детище, хотя еще и не рожденное. О нем он и сам нам расскажет, мы еще и отбиваться будем...
   Дыба с интересом выслушал Черепа; хмыкнув, залез к Петко. Сварливый голос Петко сменился ласковым. Как любой изобретатель, Петко радовался, когда его идеями живо интересуются, а в Дыбе он нашел идеального любопытного. Из-под танка слышались уже более конкретные реплики. Пошли в ход специфические термины.
   - Ну все, дорвались. Прямо как Череп до виртуалки, - Косяк, прекратив прислушиваться к речам умных людей, спросил. - Череп, а ента штука ваабще работать-то сможет? Или, на худой конец, вернуться обратно в ангар, чтобы я успел завещание составить?
   - Вот дурилка,- хмыкнув, Череп развернул терминал с предполагаемым изображением модели. - Если эта штука заработает, то это будет просто зверь. Вся беда в том, что ее надо собрать толково, а ленивый Петко один этого не сделает. В ней работы - как пересчитать каждую елку в сибирской тайге. Ни программной начинки, ни сбалансированного вооружения, да и с механикой тут еще куча проблем...
   - Вот именно что если... - озадаченный Косяк рассматривал картинку. - А ничего милашка получится.
   Вылезшие, из-под днища будущей "милашки", земляки сияли как уличные фонари, каждый остался доволен проведенной беседой. Петко не мог нарадоваться толковому помощнику, которого он видел в Дыбе, а Дыба - что ему доведется поработать под руководством такого специалиста.
   - Ну шо... хлопцы, когда начнем? - Петко весь горел от энтузиазма.
   - Да можно будет и сегодня, после обеда и начать, - сказал Дыба, хотя самому хотелось прямо сейчас окунуться в запах сварки и железа. - Парни не против.
   - Ну, Дыба, тебе дай волю - ты и спать под ним будешь, - Косяк многозначительно поглядел на Черепа, - еще нужно поговорить и обсудить детали.
   - Косяк прав, нужно посидеть над чертежами, - убирая терминал, Череп выжидательно глянул на Дыбу, - и вообще покопать в сети полезное.
   - Ладно, - разочаровано протянул Дыба и, повернувшись к Петко, виноватым тоном сказал: - Мыхайло Петрович, мы тогда завтра с утра и придем - начнем собирать ходовую.
   - Вот и ладушки. Завтра с утра встречаемся возле лифта в ангар, - довольно ответил Петко, и грузно переваливаясь полным телом, направился к остальным механикам. - Ну все, хлопцы. Будьте...
   Опускаясь из ангара, расположенного под самой поверхностью комплекса, друзья обсуждали знакомство с Петко и его детищем. Проходя в шлюзовую камеру, троица наткнулась на конец скопившейся очереди. На входе в городские туннели работал полицейский кордон. Трое полицейских под командой дородного сержанта "бдили" прибывающих от шлюзовых ворот: шахтеров, вольных старателей, и вообще всех, к кому можно было придраться...
   Отношение курсантов и полицейских складывались нелегко. Когда только еще появились учебные корпуса в городе, полицейские уже жаловались на тяжелую службу, но они и не догадывались, что может быть еще тяжелее.
   В большинстве своем молодые парни, попавшие в сети вербовщиков, не отличались избытком интеллекта или утонченностью вкуса и оказавшись вдалеке от привычных земных развлечений, придумывали новые - незатейливые, как раз себе под стать.
   Впервые полицейские столкнулись с развлечениями курсантов, при выезде на тревожные звонки с "кабачковой" площади. По прибытии полицейские заставали только разбитую мебель, убивающихся хозяев и пострадавших посетителей, которые попадались под горячую руку.
   Так курсанты выясняли, чье соединение "круче". Традицию заложили курсанты Механизированного Соединения, а поддержало их Авиационное. Больше доставалось пехоте, которая немногочленными группами выходила в город расслабиться. Но наученная горьким опытом "саранча" при встрече с "летунами" и "консервами" ходила уже полными крыльями и стала грозной силой.
   Полицейское управление не устраивало то, что какие-то "сопляки" осложняли и без того непростую службу, и однажды после недельного дежурства все управление, экипированное для подавления волнений на шахтах, оперативно среагировало на истерический вызов одного владельца кабачка. Прибывшие полицейские, рассредоточившись по пролету, начали штурм кабачка, в котором "летуны" и "консервы" спорили за облюбованное заведение.
   О том, что там произошло, полицейские с тех пор не любят вспоминать. Моментально среагировавшие курсанты объединились и дали дружный отпор полицейским, рассчитывающим с ходу настучать "юнцам" по "бестолковкам". После того как на пол был положен последний полицейский, курсанты заключили знаменитое соглашение о братском разделе всех кабаков.
   После такого бесславного поражения полицейское управление умудрилось выбить у директората корпорации солидную компенсацию, дополнительные рабочие места и увеличение финансирования, якобы для повышения эффективности работы по поддержанию правопорядка в городе. Курсантам же командование батальона сделало последнее "китайское предупреждение", а с полицейскими договорились, что на вызовы в подобных случаях будет выезжать специально образованное дежурное подразделение - боевое крыло "саранчи" в полной броне и при вооружении.
   Конфликт был исчерпан, все остались довольны.
   Кроме курсантов, по старой привычке решивших подразмяться. Но после того как "саранча" успокоила зарвавшихся юнцов, на сходке выписавшихся из лазарета было решено: полиция - враг номер один. Курсанты, обидевшиеся на то, что полицейские не захотели вместе с ними "веселиться", при любом удобном случае устраивали им мелкие неудобства, - чтобы жизнь малиной не казалась. На что те отвечали полной взаимностью...
   - Господа, закатайте левый рукав, - проверка регистрационного режима, - краснолицый полицейский подняв сканер, выжидающе уставился на курсантов.
   - Эй, ты чего служивый? Наглотался марсианской пыли? - развязано расслабившись, с наглым видом протянул Косяк,.. - Ты что не видишь что мы не заблудившиеся шахтеры, а Батальон.
   - Да хоть сам дух марсианский, руку давай, - полицейский пренебрежительно рассматривал Косяка, и старался вежливо не замечать Дыбу. - У нас стандартная проверка, а при объявлении боевой готовности в городе усиливаются патрули и ожесточается регистрационный режим.
   - И что теперь? Ты в нас вдруг заприметил отряд камикадзе "ТАНЬЮ"? - обиженный Косяк начал заводиться. - И сейчас подкрепление вызовешь, всех арестуешь и начнешь пытать на месте? А вдруг угадаешь, тебе премию дадут!? А в рапорте напишешь что, мол, так и так, стоял на посту и вдруг на меня китайцы выбежали и стали избивать ногами. А на вопрос почему китайцы, ответишь что мол руками глаза себе натягивали ?!
   На шум, поднятый Косяком и краснощеким полицейским, подошли еще двое патрульных. Взяв импульсные винтовки на перевес, ухмыляясь уставились на шумящего вояку.
   Косяка уже понесло, полицейский бедняга уже сам был не рад, что зацепил такого сварливого. Но процедура есть процедура, и начальство дало четкие инструкции. Мучаясь между желанием оставить в покое курсантов и стремлением добросовестно выполнить долг, полицейский завидел своего сержанта, пытающегося вытрясти дополнительный штраф с вольного старателя. Указав двум помощникам не пропускать курсантов, сам отошел к сержанту. Сержант недовольно выслушал краснолицего, отчитав за нерасторопность и неумение самостоятельно решать пустяковые вопросы, подошел к собирающейся пробке в узком коридоре пешеходного шлюза.
   Елейно рассматривая троицу, ласково проговорил:
   - Господа желают пройти в участок? И для установления личности пройти полную процедуру?
   - Господин сержант, зачем? - непонимающе глядя в глаза сержанту, Косяк говорил вежливым и робким тоном. - И в чем вообще дело?
   - Как в чем? Вы отказываетесь представиться, не хотите пройти сканирование... - с лица сержанта сошла вежливая улыбка, и он уже более осторожно продолжил. - Вы же знаете, в городе объявлен комендантский час...
   - Так кто отказывается, господин сержант... - с готовностью закатывая рукав Косяк, подставлял руку для сканирования чипа, вживленного под кожу - ...мы готовы, пожалуйста вот.
   - А что же мой помощник говорит...
   - Да вы что!? Вы его послушайте, так он вам еще про шпионов "ТАНЬЮ" наплетет... - невозмутимо прервал сержанта Косяк, продолжая серьезно и вежливо смотреть в глаза, всем своим видом демонстрируя законопослушность.
   Сержант развернулся к помощнику, недовольный, что его прервали в самый "доходный" момент, уставился на помощника. Бедняга, еще больше покраснев от такой наглой лжи, не мог произнести ни слова, только открывал и закрывал рот. Сержант взглядом пристрелив помощника, прошипел:
   - Проводи процедуру, а потом ко мне на инструктаж...
   Пройдя проверку в шлюзе, курсанты вошли в транспортный туннель. Встав на дорожку, улыбаясь, Дыба повернулся:
   - Ну и подставщик же ты, Косяк, сержант сожрет его с потрохами...
   - Да ладно, что ему будет. Ну подумаешь, лишит его левого заработка за сегодня, ему и польза будет. Похудеет. А то они в полиции комбезы уже не застегивают. Да и народ повеселил, а то им скучно стоять в очереди...
   - Ну, ну... Ты у нас прямо сама забота... - Дыба улыбнулся, и спросил: - Ну что, чем после обеда будем заниматься?
   - Ну во-первых более подробно нужно поглядеть на это чудо техники. Мы с ним посмотрим, а ты - "парубок", будешь фонарик свой убирать, - Косяк мило улыбнулся нахмурившемуся Дыбе. - Да, Да... убирать, а что... ты с ним предлагаешь - до выпуска жить в одной комнате?
   Дыба скорчил гримасу, как при зубной боли. Чертов фонарь как-то вылетел из головы. Озадаченный такой проблемой, Дыба промолчал все дорогу, а Косяк с Черепом с интересом рассматривали прохожих и проплывающие под ними потолочные витрины различных офисов, общественных забегаловок и многочисленных мелких лавочек самого большого подземного города на Марсе.
   После обеда Череп лазил по сети, сбрасывая на голографический проектор весь материал, который ему удалось утянуть с сервера Технической службы. Косяк задумчиво жевал пастилку, разглядывал проекции, затем что-то копировал себе на терминал, с тем же чавканьем глядел в терминал, редко набивая какие-то пояснения и, сортируя материал по тематике, мучил клавиатуру. Терминал протестовал всем своим кремневым естеством и выдавал протестующие сигналы и сообщения. Саданув ладонью по пластиковой боковине, Косяк отодвинул терминал:
   - Череп! Чего эта собака не хочет работать?! Я ей одно, а она другое, я ей другое, она мне третье! - раздосадованный Косяк, зажевав новую пастилку уселся с ногами на лежаке, обиженно посматривая на терминал. - Чего он не понимает?
   Раскинувшись на лежаке, Череп бегал глазами под закрытыми веками. Поправив "шапочку" виртуального шлема, готовился к виртуальному погружению:
   - Да ничего... Нечего писать всякую ерунду вместо четких команд. Я же тебе объяснил. Что касается вооружения в один массив, что касается начинки в другой, а ходовую не трогай. Дыба будет ковырять. Все, я в сеть, меня не трогай - все равно ничего не слышу.
   Череп коснулся клавиши терминала. Стараясь максимально расслабиться, неподвижно застыл. Спустя миг его тело вздернулось струной. Мелко подорожав, успокоилось и на следующую фразу Косяка отреагировало полным безразличием.
   - Ну да, Дыба наковыряет... - ухмыльнувшийся Косяк вспомнил картину, как Дыба работает с терминалом. - Он, кроме своих программ-то, ничего и не знает, а ему как-то там нагрузку везде добавил. Так он пыжился на тренажерах до победного пока его штангой не придавило. Ну ты чего молчишь? А, все ясно с тобой... "вирик"!
   Косяк растянулся на койке и, довольно улыбаясь, хотел уже продолжить веселую тему. При звуке открывающейся двери придержал готовые вырваться ехидные замечания. Дыба возвращался от утилизатора, куда он складывал с трудом разобранный фонарь.
   Окончив вынос фонаря, Дыба сел рядом с Косяком. Рассматривая вращающееся изображение машины, показывал места, которые нужно переделать; в основном это касалось улучшения ходовой части. По мнению Дыбы, машину нужно было сделать с изменяющейся высотой, тогда бы они выигрывали в точности при стационарной стрельбе. Увлекаясь повествованием, Косяк внимательно слушал рассказчика, забыв о яблочном вкусе во рту, даже перестал начесывать гребень. Дождавшись когда вернется Череп, Косяк набросился с услышанной идеей:
   - Слышь Череп, хватит балбесить. Дыба предлагает идею Петко по-другому обыграть. Нужны твои мозги.
   Стянув виртуальные очки скрывающие пол лица, устало массируя глаза, Череп снимал сенсорные перчатки, рассуждая вслух:
   - Переделать ходовую, поднять высоту... а мы успеем? Да и Петко, наверное, будет против. Это же его идею придется обыграть с нуля. Ладно, давайте посмотрим, что вы здесь надумали.
   Взяв управляющее перо, начал настраивать проектор на работу с изображением. Обсуждая проект, каждый вносил свои дополнения. Если изменять ходовую, остро вставал вопрос с мощностью генераторов, разделять которую приходилось между двигателями и оружейным блоком. И получалось, что после первых залпов главным орудием мощность двигателей падала на сорок процентов, что в условиях современного боя было равноценно тому, чтобы добровольно подставить себя как тренировочную мишень.
   Возникала еще куча вопросов с управлением. Сам проект разрабатывался на основе старых моделей "Медведей", которые являлись переходной моделью от традиционных тяжелых танков к новому поколению. Но это новое поколение было закрыто, и "Медведь" оказался тупиковой ветвью развития. Оставшиеся машины все списали, они были скуплены корпорацией, и здесь на Марсе в них пытались вдохнуть новую жизнь.
   Дыба предложил идею регулируемой высоты корпуса. Добавить новые гидравлические блоки к колесной части и поставить туда дополнительные шины, за счет чего они выигрывали в проходимости и мягкости хода. Но все это не решало главных недостатков машины - программное обеспечение при загрузке бортовыми системами постоянно сбивалось на инициализации приводов. В результате у Медведей, происходила то блокировка колес на полном ходу, то кратковременная потеря управления, а зачастую произвольные повороты на малые градусы, - танк "косолапил". За что собственно машина и получила прозвище "Медведь" и среди наемников недолюбливалась за свою тяжесть в управлении и частые "закидоны" с поворотами.
   Череп остановился на идее делать программную оболочку самостоятельно. Чем ковырять в чьих то каракулях, лучше все сделать с нуля. Посмотрев на какой платформе делалась стыковка программных кодов, пришел к выводу - нужны свои драйвера. За счет них убивали сразу нескольких зайцев. Во-первых, выигрывали в скорости обработки и прохождении информации внутри борта, во-вторых, решался вопрос с согласованием самостоятельной работы тяговых дуг, - вот вам и мягкость хода, а если добавить еще к углу поворота шин моментальное изменение направления вращения колес, то они получали время разворота на сто восемьдесят градусов почти как у "Рыси".
   В результате обсуждения подобного рода вопросов голая схема на проекции обрастала плотью. Закончив с ходовой, троица обессилено откинулась на койках. От неподвижного сидения вокруг проектора сводило спину, саднило седалище. Обессиленные и довольные собой, друзья любовались почти прорисованном проектом, где, вращаясь, мягко мерцая от попадающих пылинок, красовался необычный зверь.
   Вместо стандартных двух пар колес их детище имело по паре на четырех дугах. Спаренные стандартные колеса с увеличенным протектором с внутренней стороны венчались дополнительными гидравлическими блоками; сокрытые бронированными колпаками особой формы, что и придавали конструкции некую "косолапость". Такая форма обуславливалась тем, что при скоростном марше корпус машины мог подыматься до трех метров над песками, и распределял нагрузку равномернее на все спаренные шины. А при огневом контакте опускалась, - пряча днища с сочленениями за бронированными колпаками гидравлики. То есть, сжималась в раковину и становилась стационарной крепостью.
   - На сегодня все. Остальные вопросы нужно с Петко обсудить, - сказал Череп, подымаясь с койки. - Он уже скажет, что у них там есть в наличии и что можно впихнуть сюда.
   - Я уже в нее влюбился, - жеманно потягиваясь вставил Косяк. - Назову ее Милашкой.
   - Ну придумал... Мы еще твоими кралями машину будем обзывать, - хмыкнул Дыба, опять уставившись на голограмму.
   Мучаясь между желаниями пойти в спортзал и посидеть еще над схемой, Дыба выбрал последний вариант. Попросил Черепа сбросить ему на терминал расчеты, а заодно и показать как копаться в тех материалах, которые они накачали с сервера технической службы.
   На следующий день не выспавшаяся троица маялась у лифта в ангар. Скучающие на посту часовые, сверив показания сканера с базой, все равно без техника в ангар не пустили. Косяк начал обрабатывать часовых по привычной схеме. Но на посту были не полицейские. И получив предупреждение в виде моментально напрягшегося пехотинца, он больше не рисковал. Запыхавшийся Петко, с мокрыми пятнами под мышками комбеза мышиного цвета, показался минут через двадцать после запроса посланного раздраженным часовым.
   - О, так цэ вы... - заметно расслабился техник.
   И уже более спокойно подошел к часовому, закатывая левый рукав. Получив разрешение, они двинулись в ангар за утирающимся от пота техником.
   - А я и забыл, что мы так рано с вами договорились встретиться, - по ходу начал оправдываться Петко,- а тут еще старшой затребовал отчеты по растраченным материалам, и я совсем закрутился...
   Дыба, догнав Петко, скромно сказал:
   - Мыхайло Петрович,.. мы тут вчера плотно посидели, и у нас есть пара идей, которые хотели бы воплотить. Не посмотрите?
   - Ну ща... дойдем и на месте поглядим.
   Добравшись до ремонтного бокса с висящей на подъемниках будущей "Милашкой", Петко уселся на брошенное колесо.
   - Ну что же, давайте показывайте, шо вы там наворотили...
   После того как Череп подал свой терминал, на котором высвечивался подробно проработанный плод их бессонницы, Петко умолк минут на двадцать. Вначале скептически глянув на схемы, всматриваясь, начал накручивать себе ус, неопределенно хмыкая. В некоторых местах попросил объяснить, что за бред они "намалевали". После получения объяснений больше хмурился и сильнее накручивал ус. Закончив смотреть последней эскиз, посмотрел на разобранный танк, не глядя на притихших в ожидании приговора курсантов, спросил:
   - Вы хоть сами понимаете, что вы здесь насочиняли?
   Дыба смущенно потупился:
   - Шо... Мыхайло Петровичу, не ужели все впустую?
   - Шо... шо... Тута вы предлагаете отказаться вообще от задумки отцов косолапого, - подняв терминал, повернулся к стоящим чуть ли не смирно курсантам, - во первых тута все по-новому, во вторых, парни, конвейер вам не поможет, все нужно будет подгонять вручную. Да и еще проблема с софтом будет огромная, столько функций нагородили... Вы готовы все это решать?.. Тут вкалывать надо будет и днем и ночью, а у меня уже возраст не тот...
   Печально взглянув на курсантов, Петко невесело улыбаясь, вглядывался в серьезные лица. Да, если то, что они предлагают, воплотить в жизнь, это будет самым настоящим фурором в техническом отделе. Но в начале еще нужно будет пройти все испытания, продраться через кучу геморроя в виде сертификаций, да потом еще с оружейниками цапаться за снаряжение, а как материалы выбивать... уже только от перечисленного у Петко начинало болеть сердце. Но с другой стороны он видел в этих пацанах себя молодого, еще не подрастерявшего упрямства и напора, штурмуя стены равнодушия и скрытой злобы за твою одаренность.
   - Ничего страшного, мы уже привыкли, - выдвигаясь вперед, ответил на все немые вопросы Череп.
   Усевшись вокруг техника, троица расписывала решения - как воплотить в жизнь тот или иной нестандартный подход. Череп показывал наметки драйверов для бортового "софта". Его перебивал Дыба, рассказывающий и показывающий руками особо интересные моменты технических решений. Косяк поддакивал, иногда вставляя замечания по теме.
   Петко, в начале иронически поглядывая то на одного, то на другого, сам заражался энтузиазмом, и вникая в предложения уже прикидывал как что где подправить, бодренько поднялся:
   - Так хлопцы... Я сейчас на склад набросаю заявку, вы начинайте тут без меня. Сегодня... Эх, давно я так не веселился. Сделаю... Я вам такую ласточку сделаю...
   - Не ласточку, а Милашку, - вставил Косяк.
   - Да хоть стадо Венер Милоских. - повеселевший Петко, почти бегом бросился на склад.
   Вернулся Петко, управляя тремя загруженными под завязку автокарами, по команде сгрузившими заготовки возле сервис-робота. Затем уже автокары самостоятельно делали многочисленные поставки по проложенному маршруту, привозя все более изощренные заказы от замученных работников склада, которые давно уже не удивлялись "прожорливости" Петко.
   Раздавая подзатыльники, Петко обучал курсантов работать с сервисными автоматами. В базе ремонтных роботов не было данных на заказываемые детали и блоки, поэтому все приходилось забивать вручную или "сливать" после расчетов с терминала в память станка.
   Зачастую закладывалось одно, а на выходе получалось совсем другое, и тогда приходилось устраивать "догадалки" над деталькой - что же в результате сделал робот?
   Больше всех подзатыльников доставалось Косяку. Путаясь в командах, тот давал такие задания, что автомат подвисал или выдавал такой бред, что Петко хватался за голову и с криками гонял Косяка вокруг бокса, пытаясь "оторвать" тому кривые руки.
   Воспитанный безотказными стариковскими методами, Косяк уже приловчился и многие вещи делал на глазок... ну потом чуть-чуть шлифовал в ручную, чтобы "дед" Петко не видел. Петко на "деда" не обижался, а даже был доволен, что у него такие толковые "внучата". Но все ухищрения видел, и нет-нет, а все равно давал подзатыльники. Для профилактики.
   Череп колдовал над драйверами, что освобождало его от черновой работы по сборке ходовой. Скептическое отношения Деда сменилось после того как Череп с терминала наловчился давать команды напрямую рулевому управлению, и на удивление Петко тяги работали как положено плавно, без обычных чуть заметных рывков.
   Создавая программное обеспечение для бортовых систем, Череп зачастую выкидывал целые блоки из аппаратуры, сам заказывал новые схемы подходя к вопросу с принципиально другой точки зрения. Складские инженеры, поставляющая новые схемы, пытались выпытать у Черепа чем он таким занимается, что ему потребовались настолько эксклюзивные и дорогущие комплектующие. На что Череп отшучивался и на следующий раз заказывал еще что-нибудь, от чего местные "гуру" в очередной раз чесали затылки и криво пожимали плечами.
   Спустя несколько дней пришли люди из службы безопасности заинтересованные фактом возросшего трафика, с сервера технической службы на малоизвестный терминал техника.
   Со всеми разбирался Дед, он хотя и слыл местным чудаком, но пользовался определенным уважением и влиянием у командования Батальона. И когда троица забросила все развлечения и отмечалась у дежурного только звонками, Ряхлов попытался прижать экипаж к ногтю, посадив тех на стандартное для всех расписание. На что Дед устроил настоящую бурю - дойдя до командования Батальона, добился личной аудиенции у Командующего. Жалуясь на "срыв проекта", на "преступный карьеризм", он пригрозил разрывом своего контракта. На что никогда не видевшие Петко в таком возбуждении ответственные лица надавили на Ряхлова, чтобы тот не препятствовал "чудо-проекту".
   Троица уже ночевала прямо в ангаре. Петко, зараженный порывом, часто оставался с курсантами и завтракая, обедая и ужиная сухими пайками, ночевал в военных спальных мешках. Забросив обычные посиделки с техниками, пропадал в ангаре вместе с курсантами днями... да что днями... неделями.
   К пропавшим с уровня курсантам заходили другие экипажи, заинтригованные слухами о "чуде", уважительно поглядывали на начавший обретать плоть танк. Все попытки разговорить осунувшийся от усталости экипаж наталкивались на неопределенные фразы о том, что много работы и сейчас не до разговоров. Пришедший с предложением отдать долг Носорог был удивлен тем, что кто-то не хочет "нажраться пивом и покувыркаться с девками", тем более на халяву.
   Через два месяца установили собранные по спецзаказу мощные генераторы. Вчетвером, почти на руках, втягивали "сердца" танка в корпус; установив последние крепления, затаив дыхание, запитали бортовой компьютер от автономного источника. И когда ожившие индикаторы панелей управления, нарастающий и установившийся на ровной ноте свист вкупе с индикаторами тестирующей стойки запищали положительными результатами, ни у кого не было сил даже радоваться.
   Только у Петко немного заблестели глаза, когда вместе с Черепом они выползали из двигательного отсека. В тот вечер Петко принес "чекушку" лично выгнанного самогона, и они все вместе, не забыв смочить пока "необутые" дуги машины, выпили за рождение долгожданного детища.
   С каждым днем заприметить Милашку на просторах ангара становилось все легче. Выступающая из общего ряда на пять метров дальше, она выпирала из бокса обросшими стальной плотью дугами, поблескивая свежими швами на стыках бронепластин. Окутанная технологическими лесами, подсвеченная сполохами сварочных аппаратов чудо-машина всем своим видом внушала уважение. Над ее корпусом без устали сновали манипуляторы, обшивая корпус различными по форме и составу деталями, угрожающе шипел под лазерными лучами металл, по ангару уворачиваясь друг от друга сновали грузовые кары, подвозя к боксу все новые комплектующие.
   Рядом с машиной, на полу, покоился оружейный блок, разбитый на две многосекционные башни, он зиял пустыми слотами орудийных ячеек, словно хищная но беззубая челюсть в ожидании вставных клыков. Работа кипела.
   Как-то к ним заглянула делегация. Петко с Дыбой тогда как раз проверяли распределение энергии на силовые установки. Дед, выбравшись на окрик Косяка, удивленно присвистнул:
   - Ба... какие люди?!
   Спускаясь по трапу, Петко тщательно вытер руки о пропитавшийся смазкой комбез. И, подходя к суховатому старичку, вокруг которого суетливо толпились помощники, уважительно склонившись и поздоровавшись ухватив его руку двумя своими, проговорил:
   - Здравствуйте, здравствуйте Иван Сергеевич! Рад видеть, честно рад... какими ветрами вас занесло в нашу берлогу ?
   - Мыхайло, ты все такой же. - Довольный старичок похлопал наклонившегося техника по плечу. - Зашел бы в гости, пропустили бы по чарке.
   - Да вы теперь всегда заняты, а общаться с вашими оболтусами уже надоело.
   Насмеявшись, давние знакомые довольно обнялись. Затем старичок, окинув Милашку взглядом, сказал:
   - Дошли до меня слухи, что ты разоряешь мои склады. Кладовщики уже трепещут перед твоими приходами!
   - Да вас разве разоришь? - шутливым тоном ответил Петко и, хитро улыбаясь, продолжил: - раньше вы так не боялись за свои склады, а теперь то шо так взволновались, Иван Сергеевич? У вас шось е, и вы это ховаете от бедного Петко?
   - Ну ты плут! - отсмеявшись старичок вопросительно глянул на не ожившую еще Милашку. - Тебе палец в рот не клади... Есть, есть, только вот не развяжется ли пупок - унести?
   - Обижаете, - ехидно улыбаясь, Петко обижено развел руками, - шо не унесу, то перепрячу!
   Раздавшийся дружный смех, эхом пролетел по пустому ангару. Старичок подошел поближе к оружейным башням, и принялся с интересом ощупывать пустые слоты и разглядывать энерговоды, контакты которых Косяк любовно натирал тряпочкой смоченной, в применяющейся для этих целей испокон века, жидкости, после чего с мягким щелчком вгонял их в начищенные до блеска платиновые разъемы.
   - Ну а если серьезно? - спросил старичок, пронзительно вглядываясь в покатые обводы хищно наклоненного вперед корпуса. - Сколько у твоей ласточки уходит энергии на стандартное разветвление?
   - Иван, ты это лучше спроси у энергетика... начинка вся его! - подзывая Черепа, Петко гордо надулся. - Если я ничего не путаю, то соотношение тридцать на ходовую, сорок на оружейный, а в боевом сорок на сорок , а вот куда двадцать деть - еще не придумали...
   Услышав данные, старичок удивленно вскинулся на зардевшегося Черепа. Выслушав особенности нового принципа построения энергетического контура, старичок нахмурился, собрав седые брови в бурелом. Ухмыльнувшись, недоверчиво покосился на Черепа. Взяв у помощника терминал, подключался к тестовым консолям и в течение получаса снял все показания с контрольных точек энергетического контура машины.
   Одобрительно похмыкав еще раз, обошел вокруг Милашки, а затем в сопровождении свиты и Петко, ушел к лифту.
   Вернувшийся, Петко, довольно потирая руки, весело сказал:
   - Ну хлопцы... заживем, Сергеич пообещался "эксперементалки" надавать!
   - А что это было за явление? - спросил Косяк, не разделяя оптимизма Деда.
   - Эх ты, темнота! Это же Главный конструктор оружейников! Вот такой мужик! - Петко стиснув кулак, потряс им в воздухе. - Мы с ним, как-то посидели над "Рысью". Он ушел к оружейникам - и вона каких высот добился! Было время... сколько горилки было выпито... ух!
   - А чего он так вдруг расщедрился то? - Косяк ревниво обслуживал башенные приводы недовольно дулся.
   - Так у него проблемы были. Как это... о... с "мобыльностью", а тут мы ему подвернулись с таким избытком лишней мошности...
   На следующий день начали поступать обещанные "гостинцы". Косяк уже тоже считал "Сергеича" - "вот таким мужиком", любовно распаковывая длинные ящики с экспериментальными орудиями, влюблено ворковал над ними, ежечасно натирая пустынной смазкой. Закончив монтаж, часами пропадал в оружейном блоке.
   Распугивая друзей криками "поберегись" и резкими поворотами башен, добивался идеальной ровности хода и синхронности поворота башен.
   После установки главного орудия у Косяка начала пропадать осмысленная речь. А когда еще поставили две бобины ракетных установок, Косяк вообще перестал нормально разговаривать, только пищал от восторга и восхищенно хлопая глазами, носился вокруг Милашки.
   Ползая следом за сварочными автоматоми, Дыба постепенно покрывался специфичным "загаром". Доводя Петко до белого каления, постоянно спорил, тыкая пальцами в мерцающий терминал. Петко громко вскрикивал, хватался за сердце, но, тем не менее, продолжал до хрипоты убеждать "дубок" в своей правоте. Уже порядком измотанный спорами, Дед в итоге садился рядом, и яростно размахивая руками и световым пером, все таки искал компромисс и к взаимному удовлетворению находил с "внучком" общий знаменатель.
   Постоянно дергая Черепа, "земляки" возились с гидравликой, попутно добиваясь от замотанного "программера", чтобы автоматика откликалась на малейшее движение рук водителя. Череп решал вопрос, и мучители довольно улыбаясь, тут же требовали такого же результата, но уже по другой проблеме.
   Осунувшийся энергетик только глубоко вздыхал и устало массировал глаза, но брался за персональное поручение - ловить очередные баги всвеженаписанном "софте". Создаваемая оболочка упорно не хотела радовать "папу" безупречной работой; зачастую психуя, тот выдирал целые блоки и начинал делать все с нуля.
   И вдруг, однажды настал торжественный миг. "Милашка" воплотилась из красивой картинки в подпирающую потолок стальную красавицу. Покрывавшие всю машину, переплетения ремонтных манипуляторов с тихим шелестом убрались в боковые колонны бокса. Трое курсантов, с пятнами от сварочных ожогов на комбезах, перепачканные разводами серой смазки, напряженно застыли рядом с замершим Дедом. На чумазых лицах выделялись блестящие глаза, беспокойно следящие за легкими движениями отсоединяющихся креплений. Одновременно с чавкающим стуком последнего отсоединившегося разъема, в боксе раздался дружный выдох.
   От своих предтеч Милашка отличалась как бабочка от гусениц, упрекая "предков" изящной обтекаемостью форм сегментированного бронекорпуса, и внушительной мощью экспериментального вооружения.
   Головная часть, угрожающе наклоненная вперед, выделялась изогнутым разрезом ячеек фронтальных видеодатчиков, походивших на глаза хищного зверя.
   Средний сегмент корпуса, расширяясь к середине, перетекал в боковые башни, с тусклым блеском выпирали тупоносые спарки "гостинцев от Сергеича".
   Задний сегмент корпуса венчала башня с упрятанным в компенсаторы главным орудием. Венчая башню ушами ракетных барабанов с ленточными подводками к кассетным магазинам, бобины завершали последний штрих к хищной оснастке Милашки.
   - Дождался... - тихо прошептал Петко.
   Вытирая набухшие от недосыпа глаза, техник устало присел на один из разбросанных по боксу ящиков. Повернувшись к застывшей в столбняке троице, усмехнувшись, сказал:
   - Хлопцы, вы дышите, а то помрете ненароком...
   Очнувшись, Дыба растерянно похлопал глазами. Довольно щурясь от якобы яркого освещения, встряхнул головой. Измученно опускаясь рядом с Дедом, развалился на ящике.
   С блуждающей по лицу глуповатой улыбкой Косяк тормошил Черепа за плечо:
   - Черепун, чего уставился, давай внутря сейчас ее обкатаем!
   Бросившись к призывно открытому люку, он шустро взлетел по трапу и растворился в зеленоватом свечении оживших индикаторов Милашки.
   Череп повернулся к Петко:
   - Деда, айда с нами?
   - Не... хлопцы. Я лучше здесь, с бочка. На вас полюбуюсь.
   Довольно разглаживая усы, любуясь Милашкой, Петко ласково пхнул Дыбу.
   - Дубок, чого разлегси... Вставай. Негоже шо бы гарна дивчина... застаивалась.
   Вглядывался в смеющиеся глаза, Дыба стиснул Деда в объятиях.
   - Спасибо Деда! За все...
   Рывком поднявшись, и забросив Черепа на плечо, проорал:
   - Черепун! Хватит стоять, а то Косяк дырку протрет от нетерпения. На "капиталку" придется вставать.
   Вместе с ношей легко взбежал по пружинящему трапу и, забросив орущего Черепа в бортовой люк, сам с осторожностью втиснулся в ходовой отсек.
   Петко отошел к стене, освобождая место для выезда. Подперев спиной стену, он с трепетом в сердце, наблюдал за оживающей машиной.
   Досадливо поморщившись в ответ на свист не отрегулированных силовых установок, тем ни мение засмотрелся, как слегка вздрогнув, и будто оживив, машина плавно поднялась на массивных дугах. Мягко шелестя псевдо-каучуковыми протекторами по бетону ангара, пятнадцатиметровая махина осторожно выбиралась из ремонтного бокса. Даже не вздрогнув, под протестующий хрустом забытых на полу титановых ящиков машина одолела свои первые метры.
  
  
   На технический смотр, устраиваемый по случаю ввода новой техники в строй, прибыли командиры всех застав Батальона. Непринужденные разговоры наполнили гулом обширное помещение смотровой площадки. Увлечено переговариваясь, офицеры кидали за интересованные взгляды на раскинувшееся во всю стену панорамное окно.
   Постоянно прибывающие наемники, представляясь рослому, грузно восседающему в окружении свиты адъютантов, Командующему Механизированным Соединением, постепенно занимали свободные места, и с интересом осматривались. Кроме обычных для смотра новобранцев, заинтересованных лиц, в зале, оживленно общались редкие гости такого рода мероприятий.
   Глава Обеспечения оживленно переговаривался с Главным Конструктором Оружейников. Яростно шепчущий старичок убеждал скептически настроенного полного мужчину в своей правоте. Тот недоверчиво посматривая на Оружейника, хмурился и бросал косые взгляды на панорамное окно залитое непроницаемым ковром темноты. Кое-где уже теплились огни прожекторов, но сумерки не собирались отступать с полигона.
   По долетавшим до них обрывкам речи "высоких особ", командиры смогли понять, что широко известный механик Петко собирается в очередной раз всех удивить, но на этот раз не привычным бредом, а на удивление чем-то стоящим. Новость наполнила зал оживленными разговорами. Даже те, кто обычно дремал на такого рода мероприятиях, стали пересаживаться поближе к окну, а те, кому уже не доставалось места, скапливались перед многочисленными проекторами, показывающим пока только не освещенные участки пустого полигона.
   Командующий взглянул на запястье, повернулся к адъютанту и барским кивком дал добро. Адъютант раскрыв терминал, придерживая трубку коммуникатора, затараторил команды. Шустро порхающие над терминалом пальцы, наполнили притихший зал шелестящими звуками.
   Многочисленные прожектора, размещенные рядами на стенах естественного разлома, бывшего руслом древнего ледника, уменьшили причудливые тени, а затем вспыхнули маленькими светилами, разом растворяя ночную темень красным отблеском вездесущего песка. Оживая искрящейся поверхностью с причудливо спутанными следами машин, песок полигона накалялся и, отражая свет, окрашивал стены с бетонированными трещинами в бурые раскраски.
   У дальней от смотровой площадке виднелись импровизированные мишени, по оплавленным формам которых уже никто не мог установить класс машин к которым они когда-то принадлежали. Расставленные в боевом порядке на марше, они служили для первых показных стрельб, по результатам которых подразделение уже готовилось к учениям с ветеранами с последующим распределением по заставам. Поэтому на первую "показуху" и приглашались командиры застав - "купцы". Чтобы уже на месте присмотреться и, если возможно, повлиять на состав пополнения...
   Офицеры заскучали, впереди предстояли долгие часы ничем не примечательных стрельб. Обычный выезд корпуса, только с большим количеством "ляпов". В зале возобновился приглушенный разговор. Отмечая ехидными замечаниями очередной промах или неудачный маневр, офицеры улыбались и давали курсантам совсем не ласковые характеристики.
   - Щербатый, смотри, вон шестой "рысеныш" так же завалился, как и ты на своей показухе... забирай себе, пока не перекупили.
   - Ты смотри, что творит... Ой, ее. Все, спалил вставки, теперь его только буксиром уберут...
   - Рыжий, у тебя не хватает "Медведей", забирай всех!.. Они и на "Рысях" так же косолапят...
   - Ты смотри, как палит... у меня пьяные и то точнее уложат...
   Часы скучного ожидания заканчивались, и настроение в зале постепенно поднималось.
   Поднимая пыльный след, с полигона умчался последний "Медведь". Выехавшие из ремонтного ангара тягачи, зацепив застрявшие машины, буксировали их в гостеприимно открывшиеся ворота переходных шлюзов. Беспомощные машины вяло сопротивлялись заклинившими колесами или произвольными срабатыванием поворотных тяг.
   Когда последний тягач встал на положенное инструкцией место, вновь открылись ворота шлюза. В зале мигом прекратились все разговоры, многочисленные пары опытных глаз с нетерпение вцепились в открывшийся проем.
   На осевший после обычной "показухи" песок, плавно покачиваясь, выехал необычный на вид танк. Переливаясь и мерцая бурыми бликами, пузырь силового поля не давал четко разглядеть подробности конструкции. Остановившись в начале песчаного покрова, ореол, обтекающий машину, поалел и слился с окружающим песком.
   Корпус осел, будто проваливаясь между дугами, сложился в некое подобие раковины, ощерившийся грозно выставленными орудиями. Окрасившийся полностью под цвет окружающего песка, танк замер, превратившись в обычный песчаный бархан.
   Показав свои возможности по маскировке, бархан дождался закрытия ворот. Скинув маскировку, машина мощно покачивалась под рывками еле сдерживаемой мощи. И без обычной для техники подобного размера медлительности, поднимая четыре фонтана песка, сорвалась с места.
   Обходя препятствия, не сбавляя скорости, машина аккуратно вписывалась во все повороты периметра. Грациозно покачиваясь на ухабах, лихо взлетала над барханами, безукоризненно ровно держа в прыжке корпус над поверхностью. С легкостью кружа и преодолевая все преграды, Милашка летела к огневому рубежу...
   Зрители замерли. На вошедших в зал девушек с прохладительными напитками никто не обратил внимания. Не ожидавшие такого холодного приема, и привыкшие к обильному мужскому вниманию, девушки непонимающе переглядывались. Недовольно поджав губки, они накрыли столик для маленького "фуршета", и так никем и не замеченные, расселись на галерке, пытаясь привлечь внимание уткнувшихся в проекторы наемников томными вздохами и кокетливо разбрасываемыми взглядами...
   Взмыв на возвышенность, с которой как на ладони представали все мишени, машина сотрясла обзорное стекло гулом первого залпа. Выполняя маневры обычно характерные для более легких танков, Милашка начала выписывать стандартный комплекс упражнение по быстрой смене позиций.
   Полыхающие голубые росчерки энергетических выстрелов наполняли полигон нарастающим воем, а при попадании в мишени - вспышка ослепительного сияния дополнялась громким чавканьем расплавленного металла.
   Прекратив стрельбу, машина замерла в центре возвышенности. Закончив знакомое превращение с посадкой в песок, укрылась маскировочным барханом. Прозвучала частая серия громовых раскатов главного орудия. Сотрясающий стены полигона грохот, сгонял со стен мелкие камни и зачастую вызвал каменные обвалы сдавшихся скал.
   Ревущие звуки, сопровождавшие вылет из стволов управляемых снарядов, слились в непрерывный стон, от которого панорамное окно завибрировало с нарастающей амплитудой.
   Резко наступившая тишина болезненно навалилась на зрителей. Не привыкшие к подобному шквалу офицеры сидели, ошеломленно рассматривая друг друга. Подобной мощи от машины никто не ожидал.
   Милашка плавно поднялась с песка, резко сдавала назад, скатилась с возвышенности и пижонским разворотом сделала полный оборот вокруг оси. Выбрасывая фонтаны песка, танк взлетел на бархан прямо напротив смотрового окна. Оторвавшись от песка, многотонная махина пролетела с десяток метров, в полете выдав совмещенный залп, из всех орудий. Попала... Стоявшую на траектории движения мишень, ранее бывшую тяжелым танком, класса "Медведь", разорвало в клочья. Приземлившаяся машина плавно покатилась по направлению к шлюзу. Остановившись у ворот, развернулась, и направив на панорамное окно еще не остывшие стволы, выжидающе замерла.
   В зале перестали дышать; оторопевшие при демонстрации огневой мощи наемники сейчас с трудом проталкивали воздух во вдруг сузившееся горло. Смотрящие в лицо провалы с раскаленными краями, разорвавшие все мишени на полигоне, вопросительно смотрели с проекторов в лица зрителей.
   Затянувшаяся пауза прервалась хлопками пришедшего в себя Командующего. Стареющий генерал, сурово поджав губы, сотрясал воздух частыми хлопками. Повернувшись к двум главам служб, он встал и аплодировал им стоя. Вместе с ним встали восхищенные зрелищем офицеры. Зал наполнился шумом нарастающих аплодисментов.
   Поочередно обнимая глав служб, генерал со слезами на глазах благодарил Конструкторов за потрясающую работу. Смущенные свалившимися на них поздравлениями, Главы отвели генерала от восторженных ветеранов и стали что-то объяснять.
   Генерал непонимающе смотрел то на одного, то на другого. Удивленно задрав бровь, недоверчиво прислушивался к нашептыванию конструкторов. Пораженно хекнув, подозвал адъютанта и, отдав распоряжение, в сопровождении оправдывающихся конструкторов направился к столу.
  
  
   Мягко урча разогревшимися силовыми установками, Милашка выезжала из ворот шлюза. Вдоль покрытых пылью машин , она аккуратно двигалась под ритмичные удары ладоней о сталь корпусов. Отраженные стенами ангара, звуки сливались в рокот, перекрывающий свист работающих двигателей.
   Рядом с машинами стояли экипажи, и, стуча о броню машин, восхищенными взорами провожали проплывающую мимо "стальную мощь".
   Состыковавшись с технологическими зажимами, Милашка замерла. Вздрогнув от остановки силовых генераторов, с затухающим урчанием "расслабляемых" дуг, улеглась на пол ангара.
   Взволнованный Петко, наблюдавший трансляцию выступления "детища" запершись у себя в каморке, еле пережил состоявшееся первое выступление.
   И не успело отзвучать эхо последнего пижонского залпа Косяка, как техник наплевав на расстройства и репутацию помчался в ангар заставляя редких техников испуганно жаться к стенам коридоров.
   Ворвавшись в ангар бешеным быком, он бесцеремонно растолкал пузом толпившуюся молодежь, и первым поймал слетевшего с трапа Косяка. На радостях стиснув того до хруста в костях, Петко отпустил жертву, только тогда, когда по трапу спустился Череп. Энергетику досталось еще больше; ослабленный каторжными работами над доводкой машины, Череп едва не потерял сознание. "Спас" Черепа от конфуза спускающийся следом Дыба, который сам подхватил нелегкого Петко и стиснул в объятиях и его, и всех, кого мог захватить двухметровым размахом рук.
   Дружеские объятия прервали сбегающиеся со всех сторон курсанты. Охваченные восторгом и до сих пор находившиеся под впечатлениями, орущие курсанты подхватили экипаж "тринашки" вместе с техником и попытались подбрасывать вверх.
   Крики "ура" сливались с криками "учебный корпус - сила", охватывая собравшихся радостным возбуждением и гордостью за курсантов, создавших детище, одним внешним видом вселяющее страх и уважение.
   - По экипаж-а-а-а-м, ст-а-а-ановись! - перекрывая рев сотни глоток, в ангаре загрохотал голос Лома.
   Опустив экипаж на землю, курсанты поспешили среагировать на команду. Топот множества бегущих ног огласил начало построения. Экипажи выстроились "по крыльям" и, поедая лейтенанта возбужденными взорами, ожидали выражения каких-либо эмоций на бесстрастном лице Лома. Не угадав настроения, строй замер.
   - До обеда подготовить машины к полевым учениям. После обеда, старшим экипажей согласовать с Дежурным время получения скафандров. Тринадцатый экипаж на месте, остальным разойтись!
   Подошедший Лом критически оглянул замасленные, прожженные комбезы и ровным голосом сказал:
   - Привести себя в порядок и через пятнадцать минут жду вас здесь. Выполняйте.
   Удивленно переглянувшись, друзья полезли в машину, в которую предварительно сложили новые комбезы. С утра было решено не одевать "обновку" до тех пор пока не удастся вычистить внутренности Милашки до зеркального блеска. Но обстоятельства сложились как всегда иначе, и переодевшаяся троица, спускаясь, застала Лома вместе с Петко за разглядыванием вскрытых панелей гидравлических блоков. Петко увлеченно "разжевывал" новому "дубку" хитрый ход, с применением еще не отживших свое гидравлических приводов.
   Завидев курсантов, Лом убрал блеск глаз заядлого механика и отчеканил:
   - Господа курсанты, Вас желает видеть Командующий. Следуйте за мной.
   Услышав такую новость, Косяк удивленно присвистнул. Череп понятливо улыбнулся и, толкая Дыбу, локтем проговорил:
   - Ну, теперь Косяк у нас в гору пойдет. Ромбики так и посыплются. Загордится, перестанет здороваться. Будем ему козырять, а он на нас плевать.
   - Не, ромбиков ему не скоро дадут, - поддерживая игру, с полной серьезностью на лице, Дыба продемонстрировал Косяку свой мощный кулак, - а если опозорит, то звездочек в глазах наделать обещаю!
   - Да ну вас, что, я не понимаю?! Буду вести себя прилично, - Косяк состроил на лице ангельское выражение, - а при бранных словах краснеть, как девочка!
   Услышав про "ангела", Лом отвернулся пряча ухмылку, просто махнув троице следовать за собой. Двигаясь между застывшими машинами, на которых "шуршали" курсанты, экипаж отвечал на веселые шуточки и пожелания удачи, где солененьким словцом, где благодарными улыбками.
   Пользуясь многочисленными внутренними коридорами и лифтами, ребята очень скоро окунулись в скрытый от лишних глаз сектор Обеспечения, отличительной особенностью которого были щедро обработанные антикоррозийными химикатами стены коридоров, запахи которых не давали нормально дышать и щекотали ноздри неповторимой атмосферой затхлости и серы
   - Теперь я понимаю, почему технарей зовут "вонючками", - зажимая нос, гнусавил Косяк.
   - Косяк, ты себе льстишь, - прокашлял Череп. - Когда ты объешься любимого соевого супа, то ночью я завидую счастливчикам, которые еще не подвергались такому потрясению.
   - Мда?.. Странно, а я думал, что это Дыба улегся, не помывшись после спортзала... - делая серьезное лицо, обеспокоено обернулся Косяк, - ...а ты ничего не путаешь?
   - Да твоя еженощная канонада уступает разве, что устроенной сегодня! - ухмыльнулся Череп. -И скажи-ка мне, с какого перепуга ты пушки выставил на смотровую панораму?
   - Ну не знаю... Просто так, чтобы не расслаблялись.
  -- Ну, тогда будь готов, что на "губе" мы не расслабимся точно, - ответил Череп, нахмурившись своим предположениям о причине вызова к высшему командованию Механизированного батальона.
   Проходя последний пост, они остановились перед лифтом на смотровую. Окинув придирчивым взглядом не успевшее разгладиться комбезы с еще не успевшим выветриться запахом складов, Лом осуждающе покачал головой и начал инструктаж:
   - Господа курсанты, не заставляйте меня краснеть перед генералом. На все вопросы отвечать односложно без лишней патетики и выражений. Стоять по стойке смирно, - и глядя на заскучавшего Косяка, как всегда не знающего куда девать руки, специально для него уточнил: - не засовывать руки в карманы и не ковыряться пальцами во всяких дырках!
   - Ну не в дырках, а в отверстиях, - обиженно оправдываясь, чуть слышно пробурчал Косяк, - дырка у меня одна, и ее я только подтираю.
   - К-а-а-роче... если опозорите, - угрожающе просипел Лом, - то до выпуска будите натирать дыры во всех нужниках гауптвахты.
   Выждав паузу, Лом просверлив взглядом каждого из троицы, убедившись, что сказанное им услышано, положил ладонь на считывающий сканер лифта.
   Пискнув, сканер окрасился зеленоватым сиянием. Распознав биохимию и узор ладоней, экран украсился разрешающей надписью. Двери лифта разошлись в стороны, открыв просторную кабину, отделанную качественным дорогим пластиком.
   Проинформировав пассажиров о доставке приятным женским голосом, лифт плавно раскрыл створки. Атмосфера в помещении резко контрастировала с общим "амбрэ" сектора обеспечения. Запах дорогого одеколона дополненный ароматом не дешевого коньяка, врывался в кабину мощным лавинным потоком, окружая пассажиров подзабытым духом расслабленности и приятного времяпрепровождения.
  
   Вокруг столиков стояли небольшие группы офицеров, оживленно спорящих о недавней премьере "штучки". Оживленно переговариваясь, бравые командиры в полевых комбезах с усеянными знаками различий и отметками участников серьезных сражений, кучковались вокруг проекторов, транслирующих запись выступления.
   Кто не участвовал в беседе, так это девушки, с обиженным выражением глаз и натянутыми улыбками разносившие напитки по залу, вместо ожидаемых внимания и заработков им... действительно приходилось разносить напитки.
   Присутствие девушек на мероприятиях подобного рода брало корни с уголовного прошлого многих из присутствующих. Еще когда прообраз Наемного Батальона состоял сплошь из этапированных на планету заключенных со всех Земных исправительных учреждений, принесших с собой и привычки из старой жизни. Многое конечно изменилось под влиянием армейской дисциплины, но не все было вытравлено жесткими статьями уставов и корпоративных правил.
   Вошедших вслед за лейтенантом курсантов провожали слегка недоумевающими взглядами: на подобных мероприятиях было не принято заниматься служебными и воспитательными делами. А для чего еще можно привести сюда эту "зелень" никто не знал. Под шелестом затихающих за спиной разговоров и обстрелом любопытно щекочущих затылок взглядов, троица курсантов, стараясь подражать поставленной годами кадровой службы выправке Лома, прошла по оперативному залу. Остановившись перед Командующим, вытянувшийся по стойке смирно, Лом затрубил слова рапорта:
   - Мой Генерал! Лейтенант Колосовский с вверенным экипажем по вашему приказу прибыл!
   - Вольно, лейтенант, - раздался барственный с хрипотцой голос седеющего генерала.
   Поздоровавшись с лейтенантом за руку, дав ему этим понять, что здесь не плац, генерал показал взглядом на девушек с подносами. Упорствуя в своих принципах, тот вежливо отказался от напитков и с выражением собачей преданности застыл чуть позади генерала. Грузный дядька с мощными надбровными дугами и проницательными кристалликами льда на волевом лице с легкой улыбкой рассматривал стоявший перед ним экипаж.
   В глазах генерала что-то мелькнуло, он узнал своего протеже. Всматриваясь в остальных, легко улыбался и искал какую-то особенность.
   - Господа офицеры, минуточку внимания! - окинув взглядом без просьбы, подтянувшихся офицеров, продолжил: - Хочу вас познакомить с экипажем сегодняшнего чуда! Зал замер.
   Смысл сказанного отразился на лицах присутствующих глубоким сомнением в здравомыслии генерала. Не последовавшей после такого заявления ожидаемой бурной реакции, довольный генерал добил:
   - Более того, они и есть создатели данного проекта, о чем Вам могут рассказать Главы Служб, - добавил он, указывая на подпирающих стену гражданских специалистов.
   Один довольный собой старичок с наклоном головы поднял бокал, а второй - угрюмый лысеющий мужчина, кивнул с неприкрытой завистью на экипаж.
   Переминающаяся троица чувствовала себя неловко.
   Стоявший ближе всех офицер фигурой под стать Дыбе, задумчиво теребя черную бородку, пробасил:
   - Мой Генерал, я так понимаю, что молодых людей можно "потрепать"?
   Под пробежавшие по рядам офицерам смешки генерал сделал глоток из бокала в утвердительном кивке, слегка вращая покатый бокал, отдал инициативу в руки любопытствующих.
   - Молодежь, в знак того, что мы в неформальной обстановке, разрешаю общаться без чинов, - слегка обозначив улыбку, офицер спросил, - поясните, что за вооружения установлены на увиденном нами образце?
   Игнорируя колючие взгляды, Косяк, пригладив гребень, ответил:
   - Боковые башни оснащены экспериментальными моделями импульсных орудий - "Шквал Огня". В данной системе вместо снарядов используются заряды закапсулированной плазмы. Скорострельность до десяти импульсов в секунду. Эффективная дальность поражения до 2 км, наведение по системе ВИР-3. потребляемая пиковая мощность - до 15 процентов от суммарной, - слегка замявшись он добавил: - только греется собака быстро.
   Улыбнувшись столь непосредственному уточнению офицеры с интересом ожидали продолжения. Постепенно увлекаясь и отбрасывая робость перед таким количеством серьезных людей, Косяк продолжил уже более раскованно:
   - Главное орудие стандартное, "Медвежье", только с навороченной системой компенсаторов. Возможна стрельба как в режиме балистического обстрела так и прямой наводкой. Наведение объединено с системой управляемых снарядов, при прямой наводке возможно управляемое разделение снаряда. Потребление мощности уменьшено на 4 процента, в общем, про чле... - Косяк смущенно замер и, стушевавшись, закончил, - э... про главное орудие все. Хотя ракетные установки барабанного типа класса земля-воздух, по теории должны валить летунов пачками, но ее пока не испытывали. Усовершенствована система смены боезапаса - перезарядка занимает меньше одной минуты, вроде бы все.
   Снова начав поглаживать бородку, офицер повернулся к соседу и уважительно кивнул в сторону Косяка; уступил коллеге инициативу. На следующие вопросы на тему вооружения и особенностей конфигурации Косяк отвечал без запинки, улыбаясь и почесывая затылок на особенно "заковыристых" местах. Нервно перебирающий клапан кармана Череп стоял в ожидании своей очереди, ежеминутно вытирая выступившие на лбу капли пота. Отбиваясь от очередного "жаждущего", Косяк мягко подтолкнул Черепа вперед и произнес:
  -- На этот вопрос вам лучше всего ответит он. Все, что касается энергетики, "софта" и генераторов, - это он во всем виноват.
   Увернувшись от локтя Черепа, Косяк отступил назад. Попросив официантку принести "...что-нибудь не горящего и не торкающего..." - промочить усохшее от объяснений горло. Так же бесцеремонно рассматривая офицеров, Косяк замечал, что при объявленной генералом свободе офицеры не злоупотребляли выпивкой.
   С благодарной улыбкой, приняв от девушки запотевшие стаканы с соком, Косяк протянул не умолкавшему ни на секунду Черепу один , а второй - сосредоточено хмурившемуся над умными выражениями Дыбе. Мигом проглотив содержимое, великан тут же вернул пустую посуду.
   - Слышь Дыба, да ты так не напрягайся, - ушибив локоть о слушавшего с открытым ртом водителя, Косяк досадливо поморщился, - куда нам с тобой до яйцеголовика?
   - Послушал бы Косяк и ты! Может окромя баб, еще чего-нить хранилось бы в коробочке, - отвлекаясь от беседы умных людей, Дыба раздраженно отмахнулся.
   - Ой, Дыб, ты чего? Неужели загонишь свои железяки и купишь себе... ну эти... как их. О... очочки?! Будете вместе с Черепом умно переблескиваться стеклами, а потом, глядишь, у тебя начнут выпадать волосы. Ночью будет не уснуть от радужных сполохов между вашими лысинами!
   - Вот дурилка бритая, стремиться нужно к чему-то! А не жрать и любоваться личинками! - Дыба стал задавать вопросы, от которых стало неуютно: - Вот коли не впряглись бы мы в безнадегу с экипажем, чем бы ты стал? Я? Череп?
   - Все! Все!.. признаю глубину твоих помыслов. О великий пророк! - Косяк деланно вскинул руки. Казалось еще немного - и он грохнется ниц.
   - Обезьяна ты, говорящая, - улыбнулся Дыба, шерстя встопорщенный гребень.
   Дергая механика за рукав, Череп отбивался от наседавшего с вопросами офицера:
   - Секунду. На вопросы по ходовой и экспериментами над гироскопами вам доложит наш механик, - произнес Череп, выдвигая перед собой спасительную глыбу Дыбы.
   С иронией подав стакан недопитого сока, Косяк сочувственно покачал головой:
   - Что умненький... тяжко? Умничал, умничал, но никто из умненьких сочку то не подал? То-та... нужны еще те, кто не такой же умный, а сможет по-простецки помочь.
   - Что-то тебя пробрало на философию, - удовлетворенно отдав стакан, вопросительно посмотрел на "простецкого" парня. - С чего это ты такой умный?
   Косяк засмеявшись, вернул подошедшей девушке бокал, озорно подмигнул Черепу. Заведя разговор с девушкой о "прекрасной погоде и любимом цвете", шаловливо играя бровью, добивался обворожительной улыбки откровенно затосковавшей труженицы постельного фронта. Мило воркующую парочку, переполненную мыслями об улыбнувшейся "взаимно" удаче, обломил громкий зов Дыбы.
   Выдавив слезную влагу, Косяк пообещал вернуться. Закончив сбивающийся поток недавно освоенных слов, осипшим голосом Дыба собирал друзей для беседы уже в тесном кругу.
   - Так, давай-ка делать отсюда ноги.., не нравится мне здесь, - спокойно ощупывая диспетчерскую взглядом, Дыба продолжил губами фразу, - такое ощущение, что кто-то рассматривает, как мушку под микроскопом.
   - Косяк, хватит лыбиться, - Череп повернулся к расцветшему Косяку, а тот продолжал устраивать морзянку с довольной девицей, - у тебя денег на нее не хватит...
   - Какие деньги?! У нас все с ней по-настоящему, - Косяк мечтательно прикрыл глаза, - ...у нас ней будет неспокойная ночь, а потом мы...
   - А потом я... Нет ты... будешь на очередном промывании, а я буду крушить черепа сутенеров, - Дыба грустно усмехнулся, - ...скучно.
   - Дыба, ты вот... вообще ни грамма не понимаешь. Какие деньги?! Любовь и деньги не совместимы! - Косяк удивленно уставился на Дыбу. - И вообще. Я никогда с них денег не беру!
   Пытаясь донести суровую правду, Дыба сказал:
   - Нас из-за тебя пристрелят... Ей твоя "дармовая" любовь не нужна! Они работают!
   - Эх, Дыба Дыба... как ты можешь так говорить, у нас с ней все будет по-настоящему.
   - Да, точно... как и с прошлой сотней. - Дыба повернулся к Черепу, уже усевшемуся возле проектора и увлеченно рассматривающему выступление со стороны. - Череп, сходи к Лому, долго Косяка еще сдерживать от разврата?
   - Ну а сами че не сходите?
   - А ты не увиливай, давай! - забросив девицу, Косяк удрученно повернулся к Черепу, со злорадством улыбнулся. - Ты у нас старший экипажа, вот теперь давай отрабатывай.
   - Я!?!
   - А кто будет - я, что ли?! Ты же знаешь, я как ляпну - у нас начинаются заморочки, а если я еще за всех ляпать буду - минимум свои пристрелят, - наставительно обхаживая Черепа, поучительно продолжал: - Так что, готовь воротничок под первый ромбик.
   - А почему не Дыба? - бросив спасительный взгляд на скучающею гору, пробормотал Череп.
   - Дыба!?.. Я категорически против - он же нас уставом замордует! - Косяк передернулся от такой перспективы, - не, ни в коем случае.
   - Я тебя и сейчас могу по морде настучать, - задумчиво произнес Дыба, - чего оттягивать...
   - Ну вот видишь?! Ему только дай власть в руки! - повернулся к озаренному светлой идеей Дыбе, успокаивающе поднимая руки. - Потом, все потом! Не на людях! На нас смотрят вона видишь, как камеры жужжат - нами любуются.
   Растянув губы до ушей, поочередно улыбаясь в каждую камеру, душевно кланялся, шипя в сторону:
   - Улыбайтесь, что вы стоите, как истуканы! Начальству нравятся идиоты.
   Дыба ухмыльнулся, глядя на паясничающего Косяка:
   - Да ты тут уже за всех наперед отулыбался... Ладно, Череп, ты старший, топай к Лому. Долго нам тут еще красоваться?
   Обречено улыбнувшись, едва переставляя ноги, лавируя между группами офицеров, двинулся на поиски командира. Тот весело переговаривался с молодыми командирами, но при подходе Черепа снова натянул маску - деревянного по пояс служаки. С вниманием покойника выслушав вопрос Черепа, быстро переговорил с адъютантом по терминалу.
  -- Да, вы свободны, экипаж. Действуйте по плану мероприятий.
  
   Череп козырнул и приступил к маневрированию "при движении на пересеченной местности", лавируя между офицерами и стараясь не задеть девушек с подносами, добрался к тихо перешептывающимся в углу друзьям.
   - Все, можно сваливать. Так, сейчас на склад - получаем скафандры.
   Косяк, копируя манеры какой-то рекламы, начал паясничать.
   - Как пожелаете, мой повелитель.
   - А в глаз?
   - Только не по голове!!! О Гроза всех недругов Батальона! У меня еще "родничок" не закрылся.
   - Да у тебя там вообще ничего нет. Такой гребень, на голове с мозгами не вырастет, - сказав веское слово, Дыба начал движение к лифту.
   - Это еще почему, нет, ты вот скажи почему? - оскорбленный таким замечанием, Косяк жаждал справедливости.
   Череп, обходя Косяка весело улыбнулся:
   - Почему, почему, все ушли в рост волос, там если что и осталось на самом донышке, у копчика, чуть-чуть.
   - Вот гады, зато, зато я тебе сейчас накостыляю!
   Косяк состроил грозную рожу и навис над Черепом.
   - Верю, верю. Но уже нельзя - я командир, а это исполнение служебных обязанностей, посадят, - Череп погладил воображаемые ромбики и гордо посмотрел в глаза, погрустневшему Косяку. - Теперь меня только можно хвалить, кормить, ну еще и денег давать.
   Косяк дождался когда Череп повернется спиной и дал ему легкую затрещину, а на обернувшиеся лицо с грозно нахмуренными бровями смотрели невинные глаза.
   - Это не я... Это проходил мимо какой-то командир... и как дал тебе. Я видел его, могу узнать. Дыбу позвать?
   Рассмеявшись, друзья вместе двинулись к хмурому Дыбе, разбирающемуся с пультом лифта. Довольная собой троица спустилась на "вонючкин" уровень.
   Пробираясь по коридорам со слабо мерцающими указателями и неразговорчивыми техниками, троица кое-как пробралась к хранилищам обмундирования.
   В центральном складе заканчивал проверку полученного груза последний экипаж. По всему просторному помещению были разбросаны упаковочные жгуты от снятого с консервации оборудования: вакуумных упаковок со скафандрами; дополнительных кислородных баллонов и громоздких ящиков систем жизнеобеспечения.
   У дальней от входа стены скучающий техник раздраженно пытался посмотреть любимую голо постановку
   Средних лет мужчина, крепко усвоив принцип радиоволн, (что такое принцип радиоволн?) пытался добиться устойчивого приема сигнала на прожившем уже не один срок списания складском терминале, который, категорически не желая транслировать обнаженных девиц, терял то звук то изображение. Упершись локтями на широкий подоконник раздаточного окна, обладатель капризного чуда техники раздраженно ругался, поминая скупое начальство крепкими словцами, и поворачивал обшарпанный терминал из стороны в сторону.
   Последний экипаж, ехидно хихикая при взгляде на Дыбу, нагружал упакованное снаряжение на автокары. Не говоря ни слова, еле сдерживаясь от прорывающегося смеха, курсанты поспешили в следующий по списку склад. Сталкиваясь габаритными дугами, нагруженные автокары "веселого" экипажа, натужно гудя, выехали вслед временным хозяевам.
   - А че они ржут то? - чувствуя какой-то подвох, Косяк внимательно оглядел помещение.
   Недоуменно пожав плечами, Череп подошел к технику, увлеченно рассматривающего наконец-то проступившую красками картинку. Отложив терминал, техник поднял глаза:
   - Ох-е... - забыв о девицах, техник, минуя растерявшегося Черепа, подошел к Дыбе. - Вот это наказание. Парни, вы не ошиблись уровнем? Чехлов для танков у меня нет.
   Набычившись, Дыба хмуро уставился на полного мужика взглядом, не предвещающим тому ничего доброго. Игнорируя угрожающий взгляд, кладовщик, задрав голову, "обкатился" вокруг Дыбы. Восхищенно прицокивая языком, начал замеры тела. Дыба терпеливо ждал, смиренно поднимая по требованию то одну, то другую ногу.
   - Жить будет? - Косяк, пристроившись рядом, полюбопытствовал у озадаченного техника. - Что?.. ну конечно будет, просто у меня самый большой размер на метр восемьдесят, а где же я ему найду танковый скафандр на два двадцать да и еще с таким обхватом!!! - Кладовщик озадаченно почесал затылок краем рулетки.
   - И что теперь? - Косяк, пародируя движения техника, горестно всплеснул руками и горя желанием помочь озадаченному технарю, предложил: - А может ему... это - ноги подрежем или там что-нить другое, чтобы не выпирало? Поможет?
   - Я те сейчас сам отрежу, чтобы не болтало, - Дыба угрюмо повернулся к увлеченной процессом замера парочке, - варианты какие?
   - Да никаких, - ответил техник, спокойно отходя к брошенному терминалу, - у меня тут не лавка чудес, снаряжение только для нормальных людей.
   Угрюмо уставившись на техника, Дыба понизил голос до рокота:
   - На поворотах-то полегче. Может, это я нормальный, а ты - недомерок.
   - Я имел ввиду что у меня нет нестандартных, и на твою комплекцию мы ничего не найдем, хотя... - техник задумчиво почесал затылок.
   Взяв терминал, он начал шустро набирать требования к заказу. Через полчаса техник довольно улыбнулся.
   - Все готово! Если взять внутреннею оболочку пехотного скафандра и ее облицевать дополнительными пластинами, ну кое-где убрать механику от броневого панциря, то получится что-то более или менее похожее на внутренний скафандр. - Техник протянул терминал с готовым эскизом.
   - Череп, глянь, а то еще впарит ерунду, а нам потом с ней мучиться, - проговорил Дыба бросая на техника прищуренный взгляд, от которого техника слегка зазнобило.
   Разглядывая схему, набирая свои запросы, Череп слегка подправил предложенный вариант:
   - В теории выглядит нормально. Переделать схемы, пару блочков, - протягивая технику терминал с измененными требованиями, ждал пока тот сообразит, что от него требуется.
   Техник, крякнув, скрывая раздражение по поводу не удавшийся сделки по "втюхиванию" барахла, уже более уважительно взглянул на щуплого курсанта. Послал на автоматический склад подтверждения запросов, потом обратился к Черепу:
   - А зачем тебе блоки нужны... что то я не помню модель с такими схемами подключения к пультам...
   - У нас все нестандартно, как и наш водитель, - не без гордой нотки в голосе ответил Череп, - а схемы нужны... если делать по стандартным разъемам, то даже не выедем из ангара.
   - И что же такого вы там намутили?
   - Петко сказал, что как минимум ему за это дадут годовую премию, - вставил Косяк.
   Недоверчиво перевел взгляд на Косяка, невозмутимо начесывающим гребень, то на Черепа, переспросил:
   - Так это с вами Петко возился над "ласточкой"? Ну парни, так бы сразу и сказали! Для хороших людей ничего не жалко,- схватив назад терминал, отменил пару заказов, заменяя их новыми.
   - Ну да. Мы типа от Михалыча. Метнитесь тут и сделайте нам все по высшему разряду, чтобы с девками и пивом впридачу, - съязвил Косяк, поправляя начесанный гребень, подошел к технику. - И все бы начали икру метать?!
   - Ну икру бы не начали метать, а все было бы быстрее. На будущее запомните, - говорите что вы Петковские. Все намного быстрее будет, это вам так бесплатный совет, - глядя на панель раздаточного окна, прервался. - О, готово. Все, парни, проверяйтесь и давай закругляться, а то у нас посиделки намечаются
   - Мы не петковские а самишные, а за совет - спасибо, узнал наконец волшебное слово. Михалыч оказывается местная золотая рыбка, - ехидно заметил Косяк.
   Техник уже упаковывал терминал, и отдавал команды на пульте управления лентами податочных механизмов. Закончив выдачу, заторопился на "посиделки".
   - Вас много. У всех руки из причинного места растут, а толковых шиш. На каждого не напасешься. Вам-то какая разница, какое добро гробить,- обижено начал оправдываться техник, бережливо поглаживая упаковочный контейнер - а если толковые ребята, так ничего не жалко. Для чего мы его еще храним? Чтобы оно не пропало в очумелых ручках.
  
  
  
   -Проверка ходовой завершена. Показатели в норме. - голос Дыбы, искаженный динамиками скафандра, вывел Черепа из состояния задумчивости. - Принято. Оружейник?
   - Все в норме, - тихо прошелестел голос Косяка.
   Пробегая глазами по внутренним дисплеям с многочисленными графиками и показателями важных энергетических узлов, Череп полулежал в кресле энергетика.
   - Ну, парни, держите кулаки. Перехожу к Милашке в гости, - предупредил Череп, подключаясь к бортовому интеллекту.
   Закрепленные на спинках полукресел экипажа аккуратные блоки с пучками расходившихся кабелей, утробно заурчали от поданного напряжения.
   Одетая под шлемом скафандра "шапочка" заблестела ореолом. Просвечивая сквозь прозрачную поверхность бронированного стекла, повторяющая контур головы пленка налилась светом золоченой вязи.
   Нахлынувший мрак, проступил зелеными контурами границ корпуса. Обретая контуры, машина словно узнавала себя, растворялась в окружающем мраке неизвестности. Закончившийся ввод исходных данных ознаменовался ослепительной вспышкой. Темнота.
   В уши Черепа вкрался голос искусственного интеллекта Милашки:
   - Доброго дня, командир, - мягкий женский голос переливался бархатными нотками.
   Всякий раз, здороваясь с Милашкой, Череп клял день, когда поддался уговорам и вшил в программу голос обожаемой Косяком ведущей популярного эротического шоу. И каждый раз на волнующий призыв похоти, прямо сочившийся в игривом тембре, тело реагировало одинаково. Череп с трудом скинув оковы чарующего голоса прорычал:
   - Милашка, боевой режим!
   "Ведущая" захлебнулась на полуслове, Череп облегчено улыбнулся и задышал ровнее. "Боевой режим" - его месть озабоченному Косяку. По этой фразе Милашка начинала общаться с экипажем холодным голосом закоренелой стервы-феминистки. Косяка ожидал сюрприз.
   - Регистрирую подключение водителя! - ледяной тон, придавал зеленоватым контурам недобрый вид.
   - Разрешаю.
   - Регистрирую подключение стрелка!
   - Разрешаю.
   - Внимание, вы находитесь в системе виртуального управления, - ударил по ушам стервозный голос Милашки.
   - А это что еще за уродство, - завопил Косяк, прорисовываясь над Черепом нависающим чудовищем с хищно расставленными клешнями. - Верни взад мою красотульку.
   - Во-первых - прими нормальный образ, а во вторых - с меня хватит. При прежнем голосе невозможно сконцентрироваться, а эта будет тебя настраивать только на работу, - раздраженно сказал Череп, наблюдая как Косяк стал принимать привычные формы.
   - Ой много ты понимаешь, испохабил такую красоту, в кусок льда превратил, - Косяк обиженно надулся и пропал из общего пространства.
   - Череп, все в норме. Врубай симуляцию, - с нотками осуждения вздохнул Дыба, - а можно сделать, так, чтобы у каждого был свой канал общения с Милашкой?
   - Да делайте что хотите, - раздражаясь Череп, несколькими касаниями организовал каждому личный канал, только забьете процессор - пеняйте на себя маньяки озабоченные!
   Очистив пространство каждый настраивал личный канал по своим требованиям, это почувствовалось по слегка зарябившей картинке, но через некоторое время все вернулось в норму.
   - Внимание экипажу! Подключаю внешний обзор!
   Окружающий мрак резко рассеялся, показывая экипажу внешний мир глазами электронных датчиков и камер. Весь входной шлюз был забит техникой по самый выезд из кольцевого туннеля. Со всех сторон, машину окружали дергающиеся от нетерпения соседи. Обширное помещение освещалось миганием красных фонарей по периметру массивных шлюзовых ворот. Которые непреодолимой преградой плотно сжатых створок, сдерживали все тридцать шесть машин выстроенных в походном клине. В первом ряду стояли машины командирского состава, а за ними вытянулись три колонны.
   Поверх реальных изображений проступали зеленоватые контуры корпусов и жизненно важных узлов окружавших Милашку машин, а рядом высвечивались столбцы текста, с постоянно обновляемыми показаниями телеметрического оборудования. Разведывательная начинка Милашки высвечивала проценты отказоустойчивости и жизненно важные узлы. По желанию любого члена экипажа Милашка, ориентируясь по общедоступным каналам связи и обширной внутренней базе изображений, могла смоделировать нахождения окружавших машин в любой точки шлюза.
   - Тринадцатый! Доклад ведущему!
   - Тринадцатый к выходу готов! - очарованный машинным зрением, Череп едва не пропустил свою очередь и ответил на вызов Лома на автомате, - все системы в норме!
   - Принято!
   Череп постепенно приходил в себя от необычных впечатлений - такого эффекта в целом не ожидал даже он. Крича по внутренней связи, он еле дозвался остальных.
   - Косяк! Косяк! - срывая голос до хрипоты, Череп уже собирался отключить стрелка от внешнего обзора.
   - Чего орешь? - раздался потрясенный шепот Косяка. - Слушай, Череп, а вот в твоем виртуале так же?
   - Ну почти, - понимая состояние друга, покровительственно ответил Череп, - ... сказать по правде, я сам не ожидал такого эффекта.
   - Да... - протянул Дыба, - если бы такая система стояла у нас на "показухе", мы бы еще и не такие финты показали бы. Ну Череп я теперь понимаю куда ты дел премиальные за Милашку. Слышь Косяк, предлагаю разделить расходы на всех. Ты как?
   - Да я че... - восторженно прошептал Косяк, - такой системы наведения даже на симуляторе нету.
   - Дурилка, у нас теперь все намного серьезнее. Мы вообще первые, такого ни у кого нету.
   Слегка подавая машину вперед - назад, Дыба проверял систему управления. Познавая новые возможности, он "притирался" к соседям вплотную. Иногда не успевал среагировать и слегка их постукивал, отчего, по колонне проносилась волна скрежетов.
   Обеспокоенный голос "ведущего" колонны, прервал внутренние диалоги и восхищенные вопли Косяка об "идеальной видимости":
   - Тринадцатый, что у вас происходит, что за рывки?!
   - Все в порядке, - успокаивающе ответил Череп, грозя Дыбе виртуальным кулаком, добился мгновенной остановки Милашки. - Проверка новой системы ориентирования.
   - Вы что там, сдурели?! - взволнованный рапортами соседей Милашки, "ведущий" сварливо бросил: - За такие шуточки в колонне, будете у меня все учения кататься по барханам с разгерметизированным корпусом!
   - Принял! - четко ответил Череп и с раскаивающимися нотками в голосе продолжил: - Больше не повторится!
   - Проверяльщики хреновы, - уже спокойнее проворчал Лом, - Вас вместе с Рысями назначаю в дозор! Там и напроверяетесь, пока ветераны не пристрелят. Кстати, какой позывной у экипажа?
   С небольшой заминкой, Череп тихо выдавил, решение экипажа:
   - Милашка.
   - Не понял? - голосе Лома пробилось веселое недоумение: - Повторите?
   Череп прокашлялся, прогоняя из голоса стеснительность, и весело повторил:
   - Милашка, мой лейтенант!
   Лом "крякнул" и отключился от сети не приминув перед этим ехидно донести всем остальным машинам крыла новый позывной тринадцатого экипажа. После глумливых приветствий, сослуживцы наконец-то оставило экипаж в покое, и все затихли, слушая свист откачиваемого из шлюза воздуха.
   Проникающий сквозь броню вой сирен постепенно переходил в нарастающий вой. Под заметно подрагивающие ворота стал просачиваться нанесенный бурей песок. Прорываясь в разрастающуюся щель, он постепенно вырос до метровой кучи, по-хозяйски перегородив бетонную полосу.
   Ряхловский "Волк" с резким ускорением рванул в не до конца открывшийся проем. Чиркнув ползущую вверх створку антенной, машина скрылась за облаком взметнувшейся пыли. Выбирающиеся следом машины старались не пылить, давая задним шанс "без потерь" выбраться в относительно чистое пространство.
   Раздавшийся затухающий вой сирен известил о закрытии шлюза и настиг маневрирующую колонну уже съехавшей с бетонной площадки. Выделяясь на красных барханах клубами пыли, машины не снижая скорости, перестраивались в "коготь".
   Центральное крыло, выстроившись за "Волком" капитана, стало центром когтя. Разящими гранями вытянулись - левое и правое крыло.
   Пытаясь добиться ровного строя, лейтенанты носились среди сбросивших скорость машин, наполняя эфир потоком ценных указаний. Замершие на своих местах командирские "Волки" были окружены горячим маревом перегревшихся турбин, но результат был налицо - ровный клин неподвижно застыл готовый к маршу. Сбавляя обороты двигателей и прекращая перебранку, корпус замер в ожидании сигнала к скоростному броску на плато, где планировалось провести учения с ветеранами.
   - Дыба, не вырывайся, держи строй, - проговорил Череп любуюсь красотами долины, - Лом уже и так нервничает, мы не сбавляем скорости, даже когда нас полностью засыпают песком.
   Череп представил, что бы было, если бы он не додумался совместить виртуальную систему с аппаратурой навигации. Хоть и пришлось потратить солидную сумму на дорогую "виртуалку", но он сейчас он об этом не жалел. Если бы ее не было, то сейчас пришлось бы пробираться в сплошном облаке, упершись в дрожащие показания дисплеев, отслеживать штурманские метки и покрываться потом от страха, стараясь не врезаться в задницу впереди идущего.
   - Милашка дай канал с Дыбой, - попросил Череп, рассеяно касаясь иконок, маленькими островками мозаики раскинувшихся под полупрозрачными руками.
   - Канал открыт, - ответил ровный голос.
   - Слушаю, - собранно отозвался Дыба.
   - Как управление? - задал вопрос Череп, - приловчился?
   - Да как родные ноги слушается, - бодро ответил Дыба, - только и сдерживаю себя, чтобы не рвануть вперед.
   - Ну тогда - за теми двумя разведчиками. Лом подтвердил приказ. Покатаемся, - продолжая развертывать перед собой изображения разведывательных сканеров, Череп задумчиво продолжил: - Косяк, ухи держи открытыми...
   - Принял, - отозвался Косяк, представший перед Черепом в образе содранного откуда-то изображения козыряющего бравого вояки.
   - Косяк, не забивай обзор ерундой, - попытался урезонить оружейника Череп, - хватит устного доклада.
   - Принято, - раздался слегка обиженный голос Косяка.
   - Все парни, боевой режим.
   Милашка тем временем догнала разведчиков и пристроилась чуть в стороне взмывающих из под них фонтанов пыли. Сверяясь с маршрутом Череп одновременно советовался с командирами "Рысей".
   Необходимо было разведать восточную часть лежащей впереди долины. Там среди барханов в легкую могут засесть ветераны и встретить колонну новобранцев "горячим приветом". Поэтому цель разведки - выявить засаду, и сразу же драпать к своим, а если никак, то героически держаться до подхода основных сил.
   Преодолевая очередной бархан, Милашка зафиксировала, попадание невидимого заряда в двигатель чуть вырвавшегося вперед разведчика. Цвет разведчика изменился на тревожно мигающий красный. Показывая повреждение жизненно важных узлов, фиксатор учебных попаданий, начал блокировать условно поврежденных механизмов. Запаниковавший экипаж разведчика, не сориентировавшись, начал сдавать назад, но не учел инерцию - задержался на гребне бархана, там его и застала полная блокировка всего управления.
   - Назад! - проорал мигом собравшийся Череп, оставшейся "Рыси". - Засада за дюной!
   Резко остановившийся разведчик, прекратил подъем. Пятясь в низину, он ощупывал стволами вершину бархана. Командир разведчика только сейчас сообразил, что напарник уже "дымится", выбывая из игры до конца учений.
   - Дыба - на верх, в осадное положение! Косяк - врубай "хамелеона"! Милашка, сканирование теплового диапазона! Обработка всех данных с разведчика!
   Череп почувствовал ветерок - автоматика скафандра среагировав на резкое потовыделение, приняла соответствующие меры. Быстро перебирая каналы сканеров, Череп искал любой намек на присутствие противника - следов не было.
   - Вызов по внешнему каналу, - подала голос Милашка.
   Дождавшись согласия командира, машина включила изображение едва помещающейся в окуляр камеры головы командира разведчиков. С виртуального экрана на Черепа внимательно смотрел самый старший курсант выпуска - Гвоздь, взволнованный, он попытался утереть вспотевшее лицо но наткнулся перчаткой на стекло шлема, потешно ругнулся на "жмодных" техников и спросил:
   - Что там у тебя происходит? Чего стоим? У меня все чисто. - нервно спросил он.
- Я лучше тебя "вижу". У меня чувствительность датчиков превосходит твои раза в полтора - в том же торопливом темпе ответил Череп, сразу добавив: - кстати, а давай-ка ты их выманишь?
   - Это еще как?
   - Спустись вниз и буксуй - типа ты сматываешься назад к колонне, подыми кучу пыли, они за тобой выскочат, а тут-то я их и накрою.
   Задумавшись, Гвоздь поглядывал на показания приборов, надеясь что сейчас ветераны все-таки сами выскочат на его пушки, затем цепко взглянул на Черепа и спросил:
   - А как ты в них попадешь? Тут такой фонтан стоять будет...
   - Не боись. Пусть здесь хоть крыло буксует, мы тут их и прижмем! - убежденно ответил Череп. Выдержав испытующий взгляд Гвоздя, он предложил только что пришедшую в голову идею:
   - Решайся. Это единственное, чем можем их сейчас взять. Если мы попытаемся отсюда рвануть, нам в задницу всадят весь боезапас. Я-то еще смогу от них отстреляться, у меня-то класс "Медведя". А судя по скорости, с какой "сгорел" Усатый, там как минимум три "кабана" сидят -- ты недалеко уедешь.
   Гвоздь задумчиво пожевывал губу, затем пропал на пару секунд с экрана. Появившись на экране снова, озорно подмигнул и махнув рукой, сказал:
   - Эх, была, не была - давай, врежь им, чтобы знали наших. Я только вниз спущусь.
   Закончив сеанс, разведчик скатился вниз. Слегка утопая в разрыхленном песке, развернул башню в сторону протяженной вершины бархана. Замер. Жужжа поворотными механизмами башни, ждал сигнала от окопавшейся наверху Милашки. Сливаясь с барханом, искрящимся в местах попадания песчинок мягким ореолом, Милашка замерла в осадном положении.
   Уцелевший разведчик дал на ходовую всю мощность генераторов. Взметнув многометровые фонтаны песка натужно преодолел склон бархана.
   Как будто ждавшие этих фонтанов, рядом с застывшим разведчиком курсантов красиво выпрыгнули броско раскрашенные машины ветеранов. Демонстрируя хищную раскраску ядовито-желтых и коричневых оттенков, "Рысь" и "Вепрь" взлетели над вершиной, одновременно выпуская серию невидимых импульсов. Косяк угостил разведчика-ветерана "теплым приветом" из главного калибра, и машина моментально окрасилась красным цветом - прямое попадание.
   - От нашего ствола вашему! - восторженно заорал Косяк, одновременно всаживая в двигатели "Вепря" залп боковых орудий.
   Получив заряд шаровых башен и залп от нерастерявшегося Гвоздя, "Вепрь" окрасился красными цветами попаданий и украшенный шестидесяти процентным показателем поражения, пролетел между машинами курсантов с воем рассерженного торнадо.
   Если бы вместо Милашки был стандартный разведчик, то обдавший курсантов песчаными волнами "кабан" на развороте растерзал бы их в клочья. Но не понявший, что же встретило их таким "радушным приемом", разозленный ветеран принял не верное решение.
   - Гвоздь, назад в низину! - проорал Череп в эфир. - Дыба, смещайся на место Гвоздя. Косяк, не проспи его!
   Сменив откатившегося назад разведчика, Череп рассчитывал, что ветеран будет добивать более серьезную цель, оставив легкого "разведчика" на закуску. Заняв место разведчика, Милашка терпеливо дожидалась возвращения из клубов пыли удачно подстреленного "кабана". Но ветераны, к удивлению курсантов, тоже оказались людьми совсем не простыми.
   Увлекшийся ожиданием скрывшегося за гребнем ветерана, Череп вздрогнул от окрика Гвоздя:
   - Осторожно! Медведь!
   Отвлекая выползающего на бархан "косолапого", разведчик сорвался с места и по пологой траектории стал пересекать путь броненосца, поливая того очередями выстрелов из своих несерьезных орудий. "Медведь" поймал в прицел боковых башен разведчика и развернулся главным калибром, на только что обнаруженную Милашку.
   Не дожидаясь команды, Дыба сорвался с осадного положения и, развернувшись волчком, погнал Милашку в лобовую атаку на "не вовремя" появившегося на гребене бархана подраненного "кабана". Опешивший "Вепрь", ожидавший обычного разведчика, по показаниям радаров определил Милашку как несущийся в лоб "броненосец" и, свернув с намеченной траектории, смазал залп.
   "Медведь" среагировал более четко и всадил вслед удаляющейся Милашке заряд, приготовленный для разведчика. Получив тридцати процентное повреждение корпуса и снижение скорости на 15 процентов, Милашка лишилась левой шаровой башни.
   Не обращая внимание на онемение в "левой руке", Косяк правой дотянулся до "кабана", предусмотрительно намеревавшегося скрыться в песках.
   - Череп у меня нет левого борта! Дай силы на правый!
   Усиленный залп правого борта и главного калибра настиг "Вепря" возле самой кромки пологой впадины. Выбивая из "парнокопытного" последние остатки зеленного цвета, Милашка уже нащупывала сенсорами своего грозного прародителя - "Медведя".
   - Косяк, оставь его в покое, лупи "косолапого"! - Череп, отпустив наконец закушенную губу, проверил показания с целиком окрашенного красным "Вепря".
   Заблокированными колесами "кабан" нагребая песок под брюхом, тормозил неизбежный спуск. Плавно заваливаясь на бок, качнулся и, утопая под поднятыми клубами песка, уныло замер.
   Совершая поворот, Милашка завалилась на правую сторону. Крепко встав на четыре точки опоры, сорвалась в ускорении на выручку очумело снующему по склону разведчику, надоедливой мухой кружившему вокруг разъяренно отстреливающегося "Медведя".
   Стремительно несущаяся на помощь разведчику Милашка, поймала в лоб бережно припасенный гостинец из главного калибра противника. Индикаторы тревожно замерцали, показывая серьезные повреждения лобовой брони до пятидесяти шести процентов и вывод из строя системы дальнего обнаружения.
   - Твою мать! Косяк, ты чего спишь!? Делай что-нибудь, он нас сейчас добьет! - делая короткие вдохи, Череп орал во всю мощь легких.
   - Дай силу на правую!
   Мысленно Череп уже видел картину, как массивный жгут цветного фонтана энергии разветвляется и бежит в правое русло, спустя миг он услышал писк предупреждения перегревающихся генераторов. Наплевав на износ фильтров, открыл броневые заслонки двигателей, добавляя к воздушному охлаждению опаснейший для двигательных установок песок.
   Получив дополнительную "силу" на правый борт, Косяк мысленно коснулся главного калибра "Медведя". Моментально окрасившаяся в красный цвет верхняя башня "косолапого" выбыла из сражения.
   Экономя мощность для завершительного выстрела, Косяк качал энергию в емкости до предела. Примеряясь к двигателю, только ждал, пока "косолапый" повернется под выстрел, но опытный ветеран маневрировал, подставляя только бронированные бока.
   - Дыба, мне его "задница" нужна!
   Дыба включился в замысловатый танец маневров.
   Забытый в ходе боя разведчик то ныряя в низину, то выпрыгивая на другую сторону бархана, носился вокруг схватки как злой пес. Постоянной сменой позиции и прицельными выстрелами он не давал стрелку "косолапого", сосредоточится на опасно подбирающейся Милашке.
   После отчаянной атаки разведчика, нарвавшегося на семидесяти процентное поражение брони и повреждения пулеметной спарки, разъяренный "Медведь" выпустил из виду нырнувшую в низину Милашку и, выскочив с неожиданной стороны, Косяк упредил выстрел по еле уползающему разведчику - всадив полный залп в кормовую часть косолапого.
   - Есть, есть! - орал Косяк, - Дыба ты... ты... да ты сам не знаешь, какая ты молодца!
   Восторженный Косяк остервенело поливал огнем "косолапого" постепенно лишая его "контур" последнего оттенка зеленого. Крича всякие глупости вперемешку с матом, он подпрыгивал в своей ячейке и, дождавшись ровного красного окраса противника, отсоединил шлейфы управления. Выбравшись со своего места, полез к Черепу, а затем к Дыбе обниматься и делиться впечатлениями.
   Отбиваясь от Косяковских лобызаний, а вернее торжественных чоканий лицевыми стеклами шлемов, Череп вызывал Гвоздя. Терпеливо посылая сигналы вызова, Череп с удивлением обнаружил, что весь поединок, начиная с момента потери первого разведчика, занял всего двенадцать с половиной минут. А ноющая спина и прокушенная губа вопили по крайней мере о часах тяжелого напряжения.
   - Череп! Победа! - Так же восторженно кричал Гвоздь, радостно тряся кулаком. - Ваша танкетка - это просто чума! Такого я не видел даже в архивах сражений!
   - Спасибо, Гвоздь! Но без вас бы мы не справились, - польщено поблагодарил Череп, переходя на деловой тон, поинтересовался. - Ты Лому докладывал?
   - Дык чем? - рассмеялся на похвалу Гвоздь, отвлекаясь на ответный галдеж своего экипажа, бросил: - ... у меня ж повыбивало все что можно, только ходовая сохранилась и то на 60 процентов.
   - Лады, - задумчиво проговорил Череп, продолжил: - Когда доклад сделаю, я тебя вызову.
   - Договорились! Ну бывайте, "зверобои"!
   Раздумывая над перечнем повреждений, Череп связался с Ломом и сбивчиво доложил о засаде ветеранов, попутно передав запись боя.
   - Доклад принял, - с задержкой ответил Лом; наверное, сам пытался разобраться в картине и сразу заносил данные на карту оперативной обстановки. - Только я не понял, а как вы "Медведя" проглядели?
   - Скорее всего, он с заглушенными двигателями стоял, а когда бой завязался, он и выскочил всех добить, - высказал свои соображения Череп, - но нарвался на нас, и поэтому ему уже было не до разведчика.
   - Да, похоже на то... скорее всего, ветераны как всегда забавлялись, за что и поплатились, - произнес довольный голос Лома.
   - Ну что, - продолжил он: - докладываю капитану. А вы следуйте на место встречи. Замена вам выслана.
   Одновременно переговариваясь с разведчиком, касаясь иконок, включая или отключая мозаику раскинувшихся под руками полусфер управления, Череп подготавливал машину к походу.
   Порхающие движения руками, кивки головой в сторону членов экипажа, беспрерывные диалоги с Милашкой, - все это, на фоне расстилающихся бескрайних барханов с уныло застывшими поверженными противниками - наполняло Черепа новой силой, мощью, способной смять, способной победить еще в двух, да что в двух! - и трех, и пяти таких же боях.
  
   Косяк забавлялся с маркером прицела. Касаясь полупрозрачной рукой соседей, фиксировал прицел, а затем резко переносил на соседей с противоположной стороны. Доигравшись крутыми разворотами до приступов тошноты, плюнул на это занятие, занялся примеркой различных интерфейсов. То сделал все видимое пространство посеченным на сегменты, то заменил естественные красные цвета на зеленый. Не выбрав ничего путного, встряхнул головой, отгоняя коварную сонливость. Для разнообразия решил перекусить. Горький вкус биомассы окончательно запугал сонливость и отбил всякое желание чего-нибудь забросить скучающему желудку. Косяк выплюнул противный загубник с "самым усвояемым и питательным походным пайком", сглатывая противный привкус, прокашлялся:
   - Милая!
   - Да, дорогуша, - проворковал голос, радуя Косяка не детскими интонациями.
   - Дай командира...
   - И это все, что ты можешь мне сказать? - обиженные нотки в голосе могли бы выбить слезу у самого закоренелого женоненавистника, - Может, еще поболтаем?
   - Хватит приставать, а то отшлепаю тебя по бронированному заду! - улыбаясь, пригрозил Косяк, довольно жмурясь факту не зря убитого времени по доработке словарного запаса бортового интеллекта. - Давай быстрее командира, а то поменяю тебя на Череповскую стерву!
   - Фу... грубиян!
   Снизу появился призрачный силуэт Черепа, недовольно проворчавшего:- Чего тебе?
   - Слушай, Череп, а вот ей еще можно это... ну изображение придать?
   - Достал... что ты там с ней делаешь? - иронично проворчал Череп, не отрываясь от своих заумных пассов, бросил: - Это же боевая машина, а не порноигрушка!
   - Ну ведь скучно же... Чего ждем-то?
   Череп вкратце пояснил Косяку суть предстоявшего маневра, от которого тот кисло хмурился и к концу повествования его лица уж было не отличить от квашеного яблока.
   Вкопавшиеся в песок по самое брюхо, машины засели на дне лощины, которая была самым удобным выездом из огромного кратера, возвышающегося отвесными стенами впереди.
   Проекция со спутника показывала прилично потрепанный песчаными бурями котлован, засыпанный барханами вездесущего песка, и изъеденный провалами многочисленных лощин и каньонов. Одни лощины только начинали образовываться, другие уже пролегали широкими проспектами усеянными глыбами скал. Они-то и служили руслами для излишков песка, постоянно выдуваемого с просторов кратера, а присыпанные каньоны представляли собой удобные трассы, по которым обычно пролегали маршруты караванов.
   Полководческий талант капитана "нашептал" ему, что в единственной удобной для выезда лощине закопавшееся крыло "Медведей" станет непреодолимой преградой на пути матерых ветеранов и пока они будут "в лоб" штурмовать окопавшееся крыло, два остальных крыла будут маневрировать на вершинах склонов и расстреливать ветеранов, как уток в тире.
   Добровольцем для воплощения этого гениального плана Ряхлов назначил Лома. Тому и пришлось организовывать линию обороны в лощине. Он попытался организовать грамотную засаду в условиях идиотского выбора места, основываясь на правилах, которые вдалбливались за время службы в регулярных войсках - все должно быть параллельно и перпендикулярно.
   Собрав всех "Медведей" корпуса, Лом перекрыл лощину шахматным порядком. Между "косолапыми" пробуксовками окопались "Вепри". Разведчиков Ряхлов услал в кратер с приказом подымать пыль и при первой же опасности убегать за спину окапавшихся - завлекая охотников в капкан.
   В то время как разведчики крыльев носились по песчаным просторам кратера, без устали заманивая ветеранов в ловушку, весь корпус, занимал удобные позиции на склонах, рассаживаясь в осадное положение и замирая в предвкушении бойни которую они устроят старикам. И бойня наступила. Но к сожалению как всегда бывает в подобных ситуациях - с поправкой на ветер, мгновенно превратившись из наказания стариков в избиение младенцев.
  
   - Боевая тревога! - нарушая тихую дрему экипажа, проорал Череп. - Дыба, назад!
   Без лишних вопросов, Дыба вырвал Милашку из оков песка и рванул назад. Ориентируясь по проявляющемуся перед глазами маршруту, он бросал машину то в одну, то в другую сторону.
   Косяк рыскал орудиями по лощине, но видел только все больше и больше алых контуров подбитых курсантских машин.
   Ветераны устроили новобранцам кровавую баню. Разгадав не хитрый маневр капитана, командир ветеранов, разделил силы и не трогая носящихся разведчиков, заставил ветеранов черепашьей скоростью выбираться из кратера по соседним лощинам.
   Помеченные тактическим гением капитана как непроходимые, из-за своей узости и захламленности, они и стали теми местами, откуда ударили ветераны.
   С первого залпа, лишив корпус командира и половины тяжелых машин роты, командир ветеранов вывел силы на края лощины.
   Добивая остатки курсантских машин в панике начавших хаотичные маневры, командир ветеранов бросил вниз всех "Вепрей", предусмотрительно оставив неповоротливых "Медведей" на возвышенности, для прицельной поддержки огнем.
   В лощине где курсанты намеревались устроить ветеранам ловушку, зарождалась песчаная буря. Не рассчитывающие на маневренный бой, подымая "на форсаже" фонтаны песка из под колес, тяжелые машины курсантов пытались выбраться из западни, в слепую поливая огнем склоны кратера они надеясь хоть как-нибудь притормозить наступающую лавину ветеранов.
   Поднявшиеся клубы пыли накрыли лощину тяжелой непроглядной пеленой. Водители машин перешли на ориентирование по приборам, что для многих не опытных курсантов означало полную слепоту. Для опытных ветеранов такая обстановка была вполне привычной, в таких условиях они воевали уже не один год.
   Череп перехватив с командирского "Волка" Лома данные о состоянии крыла, и спинным мозгом почувствовав неладное, не дожидаясь продолжения, сорвал машину с места, отводя Милашку назад, где она, укрываясь маскировочным ореолом, застыла в тени подальше от разгоравшейся драмы. Отдав оперативные команды экипажу, Череп закусив губу, вглядывался в поступающую информацию. Бой был проигран.
   Из сорока двух машин учебного корпуса вышедшего на охоту за ветеранами остались только они и возвращающееся из кратера шестеро разведчиков. И это против почти полного корпуса ветеранов, в считанные минуты усеявших склоны кратера и лощину "мертвыми" машинами курсантов застывшими на месте своей безвременной кончины замысловатыми скульптурными группами.
   - Ну что, парни, приплыли, - без вступления тихо прошептал Череп. - Судя по данным телеметрии, наш корпус в полном составе уже отдыхает в раю. Всех выбили, остались только мы и шестеро разведчиков. Предложения?
   - Да какие тут предложения - расстроено засопел Косяк, смачно ругнулся, добавляя злости в голос, продолжил: - короче, вылетаем и всем чистим рыльники... а там уже как получится.
   - Дыба, а ты чего молчишь? - не ожидавший ничего другого от Косяка, Череп заинтересованно рассматривал переливающийся радужными пятнами силуэт задумавшегося Дыбы.
   - Есть одна мыслишка, - прошелестел тягучий от напряжения мысли голос, слегка растягивая слова, он неуверенно продолжил: - ... погляди на рельеф склона. Мы же можем взобраться по нему на форсаже и влепить медведям в бочину? Они как раз стоят красиво - как на параде. Загораживать будут нас друг от друга, хотя бы им от души засадим. Напоследок...
   Моментально развернув проекции склона, Череп нанес на них данные сканеров и в темпе просчитал идею, с интересом прикидывая возможные варианты.
   - Да мне все равно, что вы там придумаете, только дайте мне энергию на пушки, и удобную позицию, - вставил Косяк. - Дыба, а ты не останавливайся, я буду их слету лупить, - злорадно прошипел он, сжавшись в своей ячейке, как бойцовский пес перед смертельной хваткой. Гоняя маркер прицела в свободном сканировании склонов, уже мысленно всаживая в супостата весь боекомплект.
   - Как скажешь, - ехидно ответил Дыба и весело продолжил: - Проверьте "упряжь", подбирать выпавших не буду!
   - Ну Милашка не подкачай! - выдохнул Череп. Пробежав руками по креплениям, убрал лишние изображения с обзора: - Ну Дыба, твой танец, танцуй Милашку!
   Замершая в тени обветренных глыб Милашка заработала мощными протекторами колес. Выбрасывая тонны песка, рванулась на штурм склона. Переваливаясь на посеченных бурями глыбах, сдирая осевшие массы песка, взбиралась по склону. Выскочив у крайнего косолапого, увлеченно "расстреливающего" последнего курсанта, одним залпом полностью окрасила его контур в красный.
   Не останавливаясь на краю крутого склона, бросилась на следующего обидчика. Лавируя между "подбитыми" машинами, настигнутых врасплох курсантов, с ходу всаживая в кормовые отсеки ветеранов по полным зарядам, Милашка носилась среди опешивших "Медведей" как лиса в курятнике.
   И только после неожиданной потери сразу четырех машин, командир ветеранов понял, что оставил тяжелые машины без прикрытия, тем самым сделав их легкой мишенью для удара в тыл.
   На склон с застывающими в "мертвой" неподвижности "Медведями", натужно гудя силовыми установками, взбиралась первая тройка "Вепрей".
   Экипажам "кабанов" предстала ужасная картина. Среди застывших курсантских машин вяло ворочались недобитые "косолапые", тщетно пытавшиеся отбиться от крутящейся вокруг странной машины. Пронзительный свист работающих на пределе двигателей Милашки обрушивался на "Медведей" вместе с потоками разноцветных лучей, обозначающих выстрелы учебных имитаторов главного и боковых орудий, которые не на миг не останавливаясь, перескакивали с одного противника на другого, лишая и без того неповоротливых "косолапых" остатков маневренности. Выскочившая на вершину первая тройка "кабанов" не смогла сразу вступить в бой. "Мертвые" машины курсантов и ветеранов создали стену, из за которой вероятность попадания в странную машину была очень мала. Так что ветеранам пришлось включиться в маневренный бой. Бросившись в погоню за верткой Милашкой, они сразу же потеряли одну машину, что решив скоротать путь и выскочить на перехват из-за "мертвого" Медведя, нарвалась на полный залп и получила восьмидесяти процентное повреждение ходовой, тем самым красив вершину еще одной статуей.
   Грамотно загнав Милашку в мешок из подбитых машин, ветераны все-таки лишили ее свободы маневра. В образовавшемся из застывших танков пространстве было только два выхода. Попытайся выбраться по любому, попадешь под совмещенный залп сразу троих "кабанов", что для подраненной Милашки грозило полной остановкой всех узлов, - в реальном бою где вместо учебных лучей - бронебойный снаряд, Милашка бы уже пылала.
   - Ну вот и отъездились, - удовлетворенно проворчал Дыба, - все, перехожу в осадное положение.
   - Принял, - ответил Череп, мигом перебрасывая все свободные потоки энергетических контуров на оружейника. - Все, Косяк, теперь твой прощальный аккорд.
   - А че нам, кабанам, ...тьфу ты "бобрам", - весело поправился Косяк, злорадно рыкнув: -...невзлюбил чего-то я свинину.
   Натужно взвыла гидравлика, Милашка грузно начала оседать. Перекрывая шелест песка глухим металлическим стуком смыкающихся сегментных пластин, начала подгибать под себя дуги, выставляя на показ мощно бронированные крылья.
   Прикрываясь раковиной брони, Милашка спряталась под ореолом бархана. Поджидавшие в засаде ветераны, попрятавшись за подбитыми машинами и скалами, ждали подхода выживших "Медведей" - и не начинали атаку без мощной огневой поддержки. Громко воя перегретыми двигателями, исходящие маревом "Медведи" величественно месили песок, стягиваясь к единственным свободным проходам, к непокорной курсантской машине.
   По сигналу командира ветеранов, одновременно набирая ускорение, по узким коридорам, машины попытались ворваться в "мешок", - два "Медведя", а за ними, сдерживая уязвленное самолюбие, нетерпеливыми рывками двигались более скоростные "Вепри".
   Термические сканеры оказали стрелкам-ветеранам медвежью услугу. С открытыми заслонками для увеличения скорости теплообмена, Милашка парила жаром как привычный "Медведь", которые и образовывали непроходимые стены мешка. Смазанная на экранах неотличимым от других пятном, вдобавок укрытая маскирующим полем, Милашка стала невидимой.
   Пока выбравшиеся на пространство "Медведи" искали, строптивую машину заставившую ветеранов понервничать, Милашка первым залпом выбила главный калибр ближнего "косолапого" а следующий импульсы учебных лучей выбили зеленый цвет из боковых башен медведя тем самым обезоружили "броненосца". Сбросив энергию маскирующего поля, которая сразу же ушла в накопители боковых орудий, Милашка накрыла серией выстрелов и второго "косолапого". Но успев в ответ заполучить упреждающий залп, главного калибра, который заставил Милашку взвыть тревожными индикаторами и серией ослепительных вспышек, вслед которым началось аварийное отключение навигационных систем.
   - Вот и все, - устало проговорил Череп, расслабленно откинув голову, - Милашка, доклад о состоянии и общий канал.
   На общем виртуальном пространстве экипажа, проявились пульсирующая красным фигура Косяка (почему она пульсировала красным?), бодро показывающего древний жест с комментариями:
   - Вот вам! Выкусили!? - довольный Косяк клокотал от возбуждения, не прерывая поток слов о том, где он их всех видел и на чем он их всех вертел, пытался развеселить друзей, - Ну вы чего кисните парни?! Мы же победили, им к нам не пробраться! Пусть сосут лапу своим медведям!
   - Косяк, слышь? - пытался докричаться до орущего стрелка Дыба, и поймав его на вдохе, все таки вставил: - а ты не подскажешь, как нам теперь отсюда выбраться?
   - Э-э, - озадаченно промычал Косяк и слегка растеряно продолжил: - ну не знаю, что-нить придумаем. Все ты мне какие-то ребусы ставишь, вон пусть Череп думает, у него голова большая.
   - А че думать, тут и думать нечего, - хмурясь, пробормотал Череп, рассматривая перечень повреждений. - Все, парни, откатались мы, у нас повреждены генераторы. "Косолапый" влепил от души. Фиксатор учебных попаданий отрубил ходовую.
   Просматривая данные, которые выдал учебный фиксатор, Дыба возмущался больше всех - условные повреждения были рассчитаны на стандартного "Медведя", и не учитывали толщину брони "Милашки", так, что реально попасть в их генераторы противник ни как не мог.
   - Командир, вызов по внешнему каналу, на общей частоте, - с придыханием пропел шаловливый голос Милашки.
   - Косяк, ты достал, не меняй общий голос! - уже начиная злиться, начал Череп, - Невозможно настроиться на рабочий лад!
   - А че, нормальный голос, - вступился за товарища Дыба, и шепотом продолжил: - Косяк потом мене поставишь такой.
   - Вот маньяки, - проворчал Череп, и ответил Милашке: - Давай канал.
  -- Говорит Командир Корпуса Шершней, вызываю бортовой номер тринадцать, - прогрохотал мужской голос.
   - Борт тринадцать слушает, - стараясь подражать мужественному голосу, чеканя слова произнес Череп.
   - Э, - протянул удивленный юношеским тембром ветеран и с секундной паузой продолжил: - предлагаю вам сдаться.
  -- Не согласен, - отбиваясь от рвущегося в эфир Косяка, горячо возразил Череп, - ситуация как минимум - патовая.
   - Послушайте, вы, - прорвавшаяся голосе ветерана злость наполнила его шипящими интонациями, - да в реальном бою мы вас просто запекли бы в этом мешке! Расстреляли бы с дистанции, навесными, а не лезли бы в эту мышеловку!
   - Не согласен, - пытаясь по привычке поправить очки не отступал Череп, - в реальном бою, мы не сидели бы здесь, а разнесли бы любую по выбору машину и спокойно бы продолжили наш разговор.
   - Это беспредметный спор, курсант, - прозвучавшей в голосе стали хватило бы на отлив нового корпуса Милашке, - я выношу разбор учений на рассмотрение штаба. И что бы ни говорили, я считаю, что одна машина не решает исхода сражения.
  -- Согласен с вами - спор беспредметный, - разобравшись, что офицера просто бесит факт, что какие-то молокососы утерли ему нос, Череп потеплевшим голосом продолжил: - Приглашаю вас на борт после учений. А после изучения технических характеристик и боевого потенциала нашей машины ... продолжим наш спор.
   - Договорились, - заинтересованно произнес командир Шершней, - заскочу.
   Закончив разговор, Череп в ожидании разблокировки всех узлов Милашки, осматривал побоище. Сканируя стоявшие рядом машины, отмечал меткость ветеранов.
   - Смотри, Косяк, как дядьки умеют! Ни одного лишнего выстрела, все в яблочко, - поучительно сказал он, и передразнивая манеру Косяка, продолжил - а ты?! "Дайте мне мощи, дайте мне мощи", вон учись, чтобы так же ложил.
   - А чего... Да я с закрытыми глазами, с двух километров могу отшибить "Вепрю" яйца ..., - гордо ответил Косяк.
   Дыба, подняв Милашку в маршевое положение, попробовал тронуться с места, но без разрешающего сигнала Командующего учениями фиксатор продолжал блокировать "поврежденные" узлы. Дыба хмыкнул:
   - Косяк, на фига нам их яйца? Они что сюда не трахаться приехали....
   Череп рассматривал поле застывших машин, когда ожила еще невостребованная в ходе учений система противовоздушной обороны.
  -- О! Парни, "батяня" летит, сейчас пряники будет раздавать, - ехидно прокомментировал Косяк, сопровождая взглядом приближающуюся точку турболета, - рядом мелочь пузатая..., вот бы шарахнуть по ним ракеткой другой, чтоб просрались гады...
  -- Конечно Косяк, а потом давай еще и батяне всадим по одной в каждую четверку... И нам тогда по медали дадут амерекосы какие нить ...
  -- Фу Дыба...я не знал что ты такой предатель, - театрально выразив презрение , Косяк ехидно добавил, - хотя хохлы всегда посматривали за бугор. И ты решил переметнуться?
  -- Да пошел ты..., - обиделся Дыба, уставившись на приближавшуюся стальную птицу.
   Вырастая из отметки приборов в стального гиганта, штабной турболет опровергал все понятия земной аэронавтики. Капле видный фюзеляж окрашенный в черное бока которого оттенялись золотой подводкой, раскинул в ширь перекрестья мощных ребристых конструкций напоминавших крылья. И на этом последнее сходство с земными аналогами заканчивалось. Что бы удержать такую конструкцию в жиденькой атмосфере Марса, махина оснащалась четырьмя тяговыми двигателями, в шаровых резервуарах которых создавалась управляемая реакция распада, энергия которой вырывалась наружу через управляемые энергетические сопла. И изменяя вектор энергетического поля, магнитные ловушки, горбами высившиеся на подобие крыльев, заставляли машину двигаться в ту или иную сторону.
   Тройка штурмовиков выполнявшая штатное сопровождение отличалась от большего собрата только уменьшенным туловищем и еще большим отторжением принципов аэродинамики. Отовсюду выпирали угловатые части механизмов, и плотно подогнанные броневые пластины , скрывавшие он наземных стрелков важные энергетические узлы, и механизмы наведения четырех пушек, в поисках опасности хищно прощупывавших спаренными стволами каждый бархан.
   Облетев лощину, штабной турболет начала медленно снижаться. По хозяйски сдувая тонны песка, выставив широкие опоры, штабник уселся посреди поднятой бури, гордо возвышаясь над фигурками застывших в ожидании машин.
   Издав напоследок протяжный рык, турбины спекли пласт песка черным ожогом и замолкли. От нахлынувшей тишины у экипажа заложило уши, и ошеломляющее впечатление рассеялось. Посреди красовавшейся на борту эмблемы Русского Батальона, призывно открылся широкий проем.
   - Точно, будут пилюлей давать, - прошептал Косяк.
  
  
  
  
   -Все! Хватит, и так уже блестит как котовы яйца, - Косяк устало поднялся с коленок, отбрасывая пульт управления мощным распылителем, что наносил на броню плотный слой пустотной смазки, аккуратно начал слазить с корпуса.
   - Дыба, вылезай, хватит ее драить и так уже вычистили, - с удовольствием потянулся Косяк.
   - А куда это ты собрался? - поинтересовался выглянувший из бортового люка Дыба. - То тебя не оттащить от цацек, то он уже бастует.
   Вытирая руки от пустынной смазки, прищурившись, Дыба, как айсберг, надвигался на Косяка.
   - Да вы чего? Уже совсем сбрендили, сегодня же последний вечер в столице, и вы собираетесь проторчать его в Милашке?! - недовольно вскрикнул Косяк, вырываясь из Дыбовского захвата, - я ничего не знаю - сегодня идем развлекаться!
   - И с кем ты пойдешь развлекаться, интересно было бы услышать, - встрял выбравшийся из машины Череп.
   Устало массируя глаза, с уже полопавшими сосудами от безвылазного просиживания с точной настройкой генераторов в полумраке двигательного отсека, он оперся о мощную дугу Милашки.
   - Да в принципе он прав. Череп, нужно выбраться и посидеть, расслабиться с парнями, да и не только, а то и меня уже тошнит от запаха смазки, - проговорил Дыба, пытаясь специальной аэрозолю вычистить руки от въевшихся пятен.
   Присев у колеса, он ехидно поинтересовался:
   - Косяк, и куда сегодня ты намылился, там опять будет нежаренная, типа японская, рыба?
   - Ничего ты не понимаешь. - мечтательно протянул Косяк. Закатив глаза и улыбаясь воспоминаниям, он сглотнул потекшие слюни. -Это тебе горилка с томатной пастой.
   Вернувшись к нормальному восприятию реальности, Череп присел рядом с Дыбой:
   - Может ему официантка - гейша понравилась? Он ее глазами больше поедал, чем рыбу. Вдруг запал, а после службы наденет кимоно, натянет глаза и откроет свой кабачок.
  -- А что, идея, заведу себе маленьких узко глазиков. - серьезно раздумывая над такой перспективой, Косяк меж делом отключал ремонтные манипуляторы.
   Касаясь сенсоров не уверенными движениями, он долго хмурился, пытаясь отменить заданный алгоритм последовательности ремонтных работ. Едва не угодив под резко извернувшийся манипулятор, Косяк ругнулся и раздраженно отбросил пульт.
   - Череп, на ты сам разбирайся с этими железками, я не знаю как еще ее объяснить, что ремонт закончен... пусть убирается с Милашки.
   Череп поднял планшет дистанционного управления, и бросив короткий взгляд на панель отображавшую тревожно красными участки неверного вмешательства человека, криво усмехнулся. Покачивая головой, взялся за работу:
  -- Косяк, если тебе в лом напрягаться мысленно, то можно было просто вывести автоматику в дежурный режим. А если сразу же прекратишь подачу энергии на силовые манипуляторы то вся система "зависает" до следующего включения.
   Не глядя, касаясь сенсорных участков на замигавшей зеленью панели отображавшей ход косметических работ, он оживил ремонтные манипуляторы. Замирая на последнем этапе работы, манипуляторы изогнулись в причудливых фигурах. Расставляя сменные насадки в широкие фермы по бокам, механические усилители человеческих рук, с мягким шелестом трансформировались в сплетение стальных корней и втянулись в стволы колон.
   Поучительно тыкая пальцем в висящую инструкцию, Череп продолжил:
   - Для таких, как ты, специальная инструкция висит, написанная простым языком.
   - Да от такой инструкции я сам зависаю - огрызнулся Косяк, пинком догоняя строптивый манипулятор в стопорящие пазы.
   Потирая ушибленную ногу, проворчал:
   - Кстати, Носорог нам так и не проставился. Он сам предлагал, сегодня вернуть должок.
   Усмехнувшись, Дыба поинтересовался:
   - Что, дождался халявы?
   - Ну а чего не воспользоваться, - непонимающе гукнул Косяк, вызвав в бокс "мусорщиков".
   Гремя разболтанными контейнерами, подкатили уборочные автоматы.
   Оставив автоматику убираться, троица устало двинулась к лифту. В пустом ангаре уже давно никого не было, и хмурые часовые, раздраженно проверив коды доступа, выпроводили курсантов со вздохом облегчения - теперь можно спокойно расслабиться, а может - и вздремнуть.
   По прибытию на уровень, "тринашка" перебросилась у лифта с дежурным по уровню курсантом парочкой предложений, и уже собиралась нырнуть в кубрик, как словно сидевший в засаде Слепень не выглянул из проема своего кубрика. Следом появившийся Носорог наградил "тринашку" осуждающим взглядом. Давая драконовский норматив на сборы, Носорог пообещал ворваться в кубрик и если ни кто то еще не будет собран, - вынесет того в чем мать родила.
   - Ну ты хотя бы "на помыться-то" время дай, - прокричал Косяк, первым врываясь в кубрик. На ходу сбрасывая комбез, он запутался и упал в вовремя раскрывшиеся двери санузла.
   - Нечего тебе плескаться, привыкай к тяготам и лишениям, - смеясь, проговорил Носорог, - один ветеран в кабаке как-то рассказывал нам, что самое желанное в рейде - это принимать вечный душ.
   Приглашая всех в кубрик Дыба включил комбайн и заказал всем "кофе". Череп, рассадив гостей, ушел освобождать душ. Судя по донесшимся вскоре воплям, это ему удалось. Пофыркивающий Косяк вдыхая свежесть чистого комбеза, блаженно выдохнул.
   - И куда ты нас поведешь? - предвкушено улыбаясь, Косяк растянулся на лежаке, и закину руки за голову, мечтательно поинтересовался:
   - Как куда?! К тете Вале, естественно, - иронично изумился Носорог.
   - Ох твое... - пораженный ответом Косяк свалился на пол, и даже ушибленный локоть не стер восторга на его обалдевшем лице, - ... в люксы?! Ну, парни, вы круты!
   - Ну так... - польщенный Носорог оглядел свой экипаж подмигнул Косяку. - Как и договаривались, все по высшему разряду, напоють, умоють и спатки под сказку уложат, а чтобы тебе не страшно было, их там сразу несколько будет, сказочниц-то.
  -- Ну... - протянул Дыба, потянувшись до хруста в костях, - звучит заманчиво.
   Резко встав, он пошел в душ и битва за чистоту повторилась.
   Зябко содрогнувшись, Череп торопливо застегнул лямку комбеза, и натянул поверх куртку. На новость, оглашенную воплями Косяка, он отреагировал скептической улыбкой. Снисходительно смотря на Косяка, произнес:
   - Вот нет чтобы, например, пойти куда-нибудь в культурное место, набраться чего-то нового. Хотя бы сходить на трансляцию театральной постановки. А вы все по кабакам, да по девкам...
   - Ну... у нас все случай решает, - пристыжено шаркая ногой, прокашлялся Слепень.
   - Какой?! - укоризненно возмутился Череп, с интересом разглядывая Слепня, как невиданную зверушку.
   - Ну мы это... как его, - заерзав на койке, начал оправдываться Слепень, не находя выхода, спасительно глянул на Туза.
   - ... а мы жетон бросаем, - помогая товарищу, пробасил Туз, - если контактами вверх упадет, то в кабак идем, а если эмблема выпадет, то тогда к девкам.
   - Ну а когда...
   - А вот если... - перебивая, Туз ехидно подмигнул, -... в воздухе зависнет, ну это святое дело - в театру идем.
   Пританцовывающий от нетерпения Косяк протирал дыры в ковролине, дожидаясь пока Дыба соизволит освежиться. Поминутно заглядывая в душ, дергал "мучителя", выспрашивая, когда же тот обмоет свое "тельце" и они смогут наконец-то пойти на встречу самой сказочной ночи в жизни.
   Наконец-то дождавшись финальных пофыркиваний, Косяк рванул в коридор, строго наказав Черепу подгонять Дыбу пинками, и чтобы тот не вздумал душиться своим любимым одеколоном. На ходу сочинив гипотезу о факте исчезновения из кубрика тараканов.
   Вся компания собралась у лифта и веселой ватагой поднялась на общественный уровень. Оглашая громким смехом туннели и распугивая прохожих своим бесшабашным весельем, курсанты делились впечатлениями от прошедших учений, о грядущем ускоренном выпуске да и тонкостях вкуса пива в кабачках. Ну и как всегда делясь небывалыми впечатлениями о встрече с потрясающими "искусницами", о которых знают только они.
   Отсмеявшись, до боли в щеках, пытаясь задать серьезный вопрос, Носорог глубоко вздохнул, и на выдохе спросил:
   - Слушай, Череп, а чего это к вам командир Шершней-то в гости заглянул?
   Не участвующий в дискуссиях о пиве и девках Череп оживился.
   - Да так. Когда они нас в мышеловку загнали, он начал выступать что, мол, мы уже все, проиграли, и пора сдаваться. Вот чтобы представить убедительные доказательства, мы его и пригласили посмотреть, что да как.
   - Дядька-то ниче оказался. Вначале, конечно, гоношился, а потом онемел от нашей системы, - гордо вставил Косяк, пытаясь на себе показать, как все выглядело со стороны, продолжил: - мы его откачивали с полчаса. Пока он, наигравшись с виртуальным прицеливанием, с непривычки сшибал все углы. А когда ему Череп растолковал все по науке, тот еще извинился, что был не прав.
   - Теперь понятно, чего результаты учений так и не объявили, - задумчиво чеша репу, проговорил Туз, тыкнув локтем в бок своего командира, непринужденно продолжил: - ну и какой же ваш результат, сколько голов будете клепать на броню?
   - Нам не разрешили этого делать, - расстроено проговорил Косяк, чуть ли не утирая слезу, - сказали, что нескромно, а я уже такие чудненькие бляшки настругал - восемь "бубей", тройку "крестов" и пятерку "червей".
   - Мать моя женщина... - пораженно выдохнул Слепень, хлопнул о колени, заставил нервно обернуться вздрогнувших пешеходов, - это же... да я столько на симуляторе с тупым компом даже... не выбиваю - это восемь тяжелых, трое средних и пять "рысенышей".
   Носорог внимательно вслушивалась в рассказ, глазами перебегал с одного на другого, как бы сортируя вранье от правды, серьезным тоном спросил:
   - Слушайте, а из-за чего у вас такая высокая эффективность попаданий?
   - Ну, во-первых, - наставительно накачал Косяк, состроив рожу открывающего истину мудреца, перешел на полушепот: - ...нужно сконцентрироваться, так сильно, сильно, чтобы в глазах потемнело... главное только не обделаться...
   - Да и иди ты, - надулся Носорог, - я серьезно спрашиваю...
   Гордо похлопав Косяка по плечу, Череп сказал:
   - Дай-ка я попробую рассказать.
   И пустившись в рассказы об уникальности системы, когда человек уже видит сразу все показания, сигнал действовать сразу поступает на гашетки орудий, за счет этого уже выигрывается куча времени, а добавить сюда очищенное от визуальных помех пространство да и еще приплюсовать виртуальный интерфейс - получается колоссальный выигрыш.
   Старательно морща лоб, Носорог следил за мыслью. Внимательно выслушав Черепа, задал вопрос, от которого вся "семерка" замерла в ожидании:
   - Слушай, Череп. Это, конечно, звучит красиво но как это все в петельках выглядит? Можно ли сделать подобное на других машинах?
   - Да можно. Почему же нет, - пожав плечами, ответил Череп. А догадавшись о смысле расспросов, хитро подмигнул: - только нужно будет выложиться на комплектующие, которых на складах нет по определению.
   - Да не вопрос, - оживился Носорог, - сам подумай, зачем мертвому наемнику деньги? Вот только... ну ты сам понимаешь... короче, сами-то мы не сможем ее наладить. Поможете?
   Под вопросительным взором Черепа Дыба пожал плечами, а Косяк неожиданно коротко ответил утвердительным кивком.
   Череп, разряжая нависшее напряжение, произнес:
   - Ну чего, до выпуска успеем. Готовьте, парни, деньги. Только вот что нужно будет прикупить...
   Закончил перечень необходимого Череп в только полуосвещенном тупичке. Единственное ярко освещенное место было занято массивными дверьми со скучающим охранником. Бритый вышибала, под стать Дыбе, заполнял тишину скрипом ручного экспандера. Встретив компанию спокойным взглядом, снизив амплитуду движения челюстных жерновов, выплюнул пастилку.
   - Слушаю вас, господа, - закрывая собой вожделенную дверь, вышибала нависал над курсантами непреодолимой скалой.
   - У нас забронировано. - пытаясь так же пробасить, Носорог, поднимаясь, пытался обойти массивную тушу.
   - Минуту. Назовите имя, на которой производилось бронирование, - ловким движением нырнув за пазуху, выудил последний писк моды в сфере портативных устройств связи.
   - Я не понял, служивый, у вас что здесь - центральное хранилище девственниц, что ли? - выбрался из-за товарищей Косяк. - Ну так давай не тяни, я уже изголодался ужас как. Ща буду бросаться на все, что шевелится.
   - Не так быстро, - оставаясь в той же позе, проговорил охранник, слегка потеплевшим голосом добавил: - так положено.
   - Положено, наложено... - ерничая, проворчал Косяк, - прямо как будто на прием к президенту идешь.
   Попискивающий терминал, потерявшись в массивных лапах охранника, легким свечением выдавал, что проверяется информация по прибывшим. Охранник, слегка расслабившись после мелодичного сигнала, перевел взор и спросил:
   - Что, в первый раз у нас? - при повторной трели охранник улыбнулся глазами, пробасил: - все в порядке. Проходите, вас встретят.
   Дверь плавно открылась, в лица ударило приятной прохладой. Проходя под взорами телекамер по предбаннику, даже Косяк притих, с блаженной улыбкой закатив глаза, шумно вдыхал щекотный аромат затемненного коридора. Открывшаяся вторая дверь окатила вошедшую компанию сладким запахом дорогих женских ароматов и приглушенной музыкой.
   - О .... - пораженно просипел Косяк, чуть ли не руками загребая густой воздух, - ... вот, вот куда я стремился всю жизнь! Какие ароматы... здесь пахнет чудом. Женщиной, нет женщинами...
   - Можно подумать, ты никогда их не нюхал... - пробасил Дыба по хозяйски разваливаясь в глубоком кресле, но при этом старался не наследить на ковре, покрывающем всю гостиную стелющимся, как трава, ворсом.
   - Ты не понимаешь, Дыба... - плюхаясь рядом, горячо сказал Косяк, горящим взором поедая стены с художественными голографиями девушек.
   Проходя на соседний диван, Череп поражался такому размаху и расточительству хозяев гостиной:
   - Да тут одна система очистки воздуха бешеных денег стоит, - близоруко рассматривая голографии, - ... мда, и оборудование не ширпотреб, четкость - как живые.
   Довольный Носорог дополнял освещение гордой улыбкой, приятно грея польщенное самолюбие потрясенными взорами Косяка:
   - Ну что, нравиться?
   - А чего нравиться? Вместо девочек ты или Слепень будете? - ехидно-испуганно поддел Косяк.
   Не прерываясь, рассматривал искусно сделанную голограмму древнего замка, на стене которого красовалась полуобнаженная девушка. Ореол развевающихся на ветру волос купался в заходящих лучах заката. Падающий на спину свет накладывал загадочные полутени. Играющие на ветерке волосы пытались скрыть от сумерек наполненные внутренним светом глаза, - зовущие, влекущие в омут страсти.
   - Зачем же... - проворковал мягкий грудной голос.
   Вырванный из очарования картины Косяк дернулся, как охотничья борзая на рожок.
   Шикарная дама бальзаковского возраста, в обтягивающем бархате, проплыла по комнате, дополняя аромат гостиной еще букетом собственных запахов свежести. Изящно присаживаясь на кресло, хлопком притушила освещение голограмм до угадывающихся контуров. Одарив компанию взглядом карих глаз, лукаво улыбаясь и произнесла:
   - Зачем же ваш друг будет заниматься тем, что мои девочки сделают намного лучше...
   Прозвучавшая ирония свершила невероятное - Косяк покраснел. Хлопая глазами, Череп уставился на умолкшего больше чем на полминуты друга, проговорил:
   - Извините, что вас прерываю, научите меня так же закрывать ему рот и заставлять краснеть.
   Раздавшийся смех, переливаясь, заполнил всю комнату своей искренностью.
   - Боюсь, у вас это не получится, - проговорила дама, отточенным движением убирая упавший локон коньячного цвета. - Для этого вам нужно стать женщиной.
   Череп в отрицающем жесте поднял руки - вопрос снят. Окинув притихшую компанию изучающим взором, женщина произнесла:
   - Ну что же, давайте знакомиться. Меня зовут Валентина, я владелица этого салона.
   Выслушав прозвища курсантов, пряча легкую улыбку в уголках чувственных губ, Валентина поднялась и произнесла:
   - Прошу вас в зал для отдыха. Там вас ожидают девушки. А на деловую часть разговора останется господин... Носорог.
  
  
   Открыв глаза, Дыба лежал не двигаясь. Рассматривая мерцание звездного неба, пытался понять, где он находится. Разобравшись с потолочной голограммой, сортировал вчерашние воспоминания. Изгоняя приятную истому, разбившую параличом тело, пытался подняться. Ощутив на руке мягкий шелк чудной головки, стал аккуратней нащупывать край царского ложа. Своими поисками старался не разбудить девушку; так и не найдя края, решил перекатами докувыркаться до него. На четвертом обороте все-таки нашел край, ознаменовав открытие грохотом упавшего тела.
   Надвинувшаяся тень, защекотав кончиками волос, привела Дыбу в чувство:
   - А ты так всегда просыпаешься? - рассмеялась тень.
   Вытаскивая из-под спины уцелевшую чудом бутылку, Дыба открыл глаза. Улыбнувшись карему взору, ответил:
   - Да вот думал, может шампасику...
   - Ну, вы проглоты... - засмеявшись, ответила девушка. Приподнявшись на локтях, с интересом рассматривала раскинувшегося на полу джентльмена.
   Примостившись рядом с девушкой, не нашел бокалов и, по-простецки откупорив бутылку, предложил:
   - Буш?
   - Бр-р-р, я и так вчера набралась... Тетка с зарплаты вычтет, - содрогнувшись прелестями, девушка юркнула под атласное одеяло. Укутавшись с головой, блеснула из-под одеяла глазами.
   - А ты... Буш...?
   - Бррр... - подражая интонации девушки, делано содрогнулся Дыба. Парой глотков осушив с полбутылки, в ответ пробасил: - Я и так себя не ощущаю... ниже пояса.
   Резко поднявшись, вытянулся до хруста в позвонках. Под взглядом, полным истомы, поигрывая шарами мускулов, побрел в душ.
   Обдав себя холодной водой, Дыба пытался припомнить вчерашний вечер. Все начиналось красиво. Девушки танцевали, сменяя друг друга на помосте, спускались в зал, угощали напитками, мило беседовали.
   А потом как всегда. Косяк расхрабрился третей бутылкой настоящего земного шампанского и начал куролесить. Отбросив бокалы, начал пить из горла, заказывая все новые бутылки, отхлебывал из горла от силы два глотка, устраивал танцующим девушкам "душ из шампанского". Отчего Носорога вначале просто перекосило, а после попытки урезонить как-нибудь Косяка, плюнул и начал сам с удовольствием участвовать в шампанских процедурах...
   Дыба пытался ледяными струями привести воспоминания в порядок, а ловились только обрывочные картинки. Отчетливо вспоминались только моменты до второго ящика шампанского, а вот дальше...
   Узнав, что девушки не пьют, все возмутились. И все-таки как-то умудрились напоить и девушек. После чего к бесшабашному веселью и плоским шуткам Косяка еще добавился размах набравшихся по самые женские бровки.
   Решив восстановить справедливость, компания сменила девушек на помосте. И гордо демонстрируя казенное белье, уже начались мужские танцы страсти и стриптизы. На этом воспоминания заканчивались, дальше были только образы: то резко приблизившийся ковер, то брызги хрустальных бокалов, то нежный и теплый салат, с разъедающим глаза соусом.
   Со словами: "что было то было...", бодрячком выскочив из душа, Дыба начал одеваться. Чувствуя спиной взгляд, стойко продолжал перебирать вещи, выпутывая свой комбез из замысловатых одеяний девушки, пробормотал:
   - Хватит уже... дырку просмотришь.
   - Ну, если нельзя, то хоть бы насмотрюсь, - прозвучавший голос, прорвав плотину самообладания, горячо застучал в висках.
   Закончив одеваться, Дыба убрал с лица прорывающееся желание, обернулся к ложу. Капризно надутые губки, невзначай оголенное чудной формы бедро и лукавый огонек глаз.
   Посмотрев, друг другу в глаза, рассмеялись. Дыба ощутил на губах вкус помады, поправил девушке растрепавшиеся локоны, сказал:
   - Спасибо за вечер. Пойду своих орлов искать.
   - Удачи тебе, солдатик. Спасибо тебе за испорченный наряд, - прошептала девушка, затаив дыхание, лукаво улыбнулась: - может быть еще останешься? Время есть.
   - Нее, - протянул Дыба, внутренне чураясь, пытался распрямиться. - Потом придется в трусы лед подкладывать. Нет уж. Норма.
   Рассмеявшись, нежно хлопнул по бедру взвизгнувшую девушку. Выходя, услышал еле слышный вздох.
   Проходя по коридору, удивлялся как, он в такую даль еще мог пробраться во вчерашнем состоянии. Добравшись в гостиную, обнаружил дремлющего в гордом одиночестве Черепа. По побелевшим костяшкам пальцев, обхватившим голову, Дыба понял, что Череп ему не помощник.
   Подсев к товарищу, попытался узнать, где искать остальных. Услышав безсвязанное бормотание с четко выраженными местоимениями, откинулся на спину. Блаженно закрыв глаза, расслабился, ожидая самостоятельного развития событий.
   По одному курсанты наполняли гостиную охающими звуками, добавляя в изысканный пряный аромат мощный "выхлоп" вчерашнего шампанского. Развалившаяся на всех диванах компания, вылакав всю жидкость в расставленных охладительных сифонах, выжрав запас шершавых капсул, потихоньку оживала. Наполнив комнату нарастающим говором, содрогала стены взрывами дружного хохота. Не хватало только одного человека.
   Нахмурив брови, Дыба спросил:
   - А где Косяк?
   - А он еще в номере. Просил его не беспокоить до следующего месяца, - между рассказами бородатых анекдотов выпалил Туз.
   Узнав о бассейне, Дыба тяжело поднялся. Обречено шаркая ногами, поплелся по лабиринту коридоров. Проходя мимо охранников, уточнял дорогу к бассейну.
   Подойдя к стеклянной двери, Дыба удивленно хмыкнул. Плавно разъехавшиеся створки вывалили клубы косматого пара, обдавшего лицо горячей влажностью и закрывшего видимость. Дыба тихо ругнулся, вспугнув своим "тихим шепотом" дремлющего банщика.
   Вопрошающе посмотрев на деда, спросил:
   - Слушай отец, мне нужен курсант, - дополняя вопрос жестами, расправлял плечами прилипающий комбез. - Такой вот небольшой... С красненьким гребешком.
   - А, этот... - ожил седой дядька. Улыбаясь, покручивая ус, продолжил:
   - ...иди прямо, шестой люкс справа, ну там это... увидишь... или услышишь.
   Цокая ботинками по мраморному полу, Дыба отсчитывал прямоугольники светлого пара. Добравшись, шепотом пересчитав, сбиваясь, заново пересчитал световые пятна. Прислонившись, ощутив ухом прохладу стекла, замер, пытаясь уловить знакомый голос. Шум воды не давал разобраться в происходящем, плюнув на неловкость ситуации, Дыба нащупал входную панель.
   После полуосвещенного коридора в прикрытые глаза вломились яркие цвета. Лучи светильников, пробиваясь сквозь потолочные заросли тропической ботвы, слепили контрастностью.
   Насыщаясь красками, свет переламывался в клубах пара, накладывая на отделанные под лес стены причудливые движения и тени. Сквозь клубящийся пар мутными бликами просматривалась огромная чаша, занимающая почти всю площадь комнаты.
   Неподвижно замершая фигура, угадывалась по выбритому затылку. Тихий шелест переливающейся где-то за паром воды иногда перекрывался шумными то ли вдохами, то ли выдохами.
   - Косяк... - старательно вглядываясь в неподвижно свисающие руки, прошептал Дыба.
   - Косяк... - выдержав паузу, Дыба уже настойчивей пробасил вопрос, - ты че, спишь что ли?
   - Тсс... Рыбка... моя, - тихо охнув, прошипел Косяк, грозно показывая напряженно сжатый кулак.
   - Какая хоть рыба? - раздражаясь, прошептал Дыба с интересом пытаясь рассмотреть, что там, в клубах творится.
   Проснувшийся азарт заядлого рыбака заставил Дыбу окаменеть в напряженной позе. Ничего не рассмотрев, решил настойчиво посоветовать непутевому дитю города:
   - Ты ее потихоньку подсекай, подсекай.... Ну что, клюет?
   - Не... ласкает...
   И тут раздался возмущенный женский голос:
   - Слушайте... рыбаки вашу мать...
   Появившаяся из клубов чаши девушка, хлестнула "рыбаков" яростным взглядом, нервно выбралась на мрамор. Устало массируя скулы, возмущенно зашлепала мокрыми ногами по полу. Резко обернувшись в дверях, обожгла нагой красотой опешившего Дыбу.
   - Все!.. Время вышло еще двадцать минут назад..., так что со своими поплавками - разбирайтесь сами.
   Звук сомкнувшихся дверей раздался как контрольный выстрел. Тихо завывая, Косяк вскочил, разбрызгивая струи воды, повис на Дыбе схватившись за грудки.
   - Дыба..., - прошипел сквозь зубы Косяк, - ты... ты...
   Не находя слов, пошипел чуть не расплакавшись:
   - Ну, чего тебе надо было?! Я же тебе показывал, - не мешай! И вообще, какого хрена ты приперся?!
   - Ну а че я... - виновато потупился Дыба, проклиная себя за такой конфуз, виновато пожав плечами стряхнул Косяка на пол, - ... ну ты сам же... рыбка... рыбка.
   - Дыба я тебя когда-нибудь... пристрелю, - горько рассмеявшись Косяк присел на край чаши.
   Рассматривая понурую фигуру Дыбы - виноватые глаза, как у нашкодившего щенка, не выдержал и начиная заливаться истерическим смехом, продолжал:
   - Ну ты даешь... Мы пришли в самый фешенебельный публичный дом... и для чего? Рыбки половить!
   Одевшись, Косяк окинул комнату прощальным взглядом и бодро хлопнув Дыбу по плечу, проговорил:
   - Пошли уж, рыбак. Видно не судьба мне.
   Дыба виновато глянул в глаза, увидев прощение, улыбнулся на радостях, ободряюще хлопнув друга по спине. Закашлявшийся Косяк долго пытался восстановить дыхание, разогнувшись, укоряюще посмотрел на великана:
   - Мало того, что чуть импотентом не сделал, так еще и легкие выбиваешь... Эх, Дыба, страшное ты оружие, вместо Милашки можно засылать к врагам.
   - Да ладно, чего ты... я же не со зла, а так, по-дружески. А то, что здесь получилось... ерунда, верну должок.
   - Нет, Дыба... не надо! - скорчив гримасу дикой паники, Косяк вжался в стену. - Я ведь, только девушек люблю... - затем, прищурившись, деланно сочувствуя, закачал головой: - Но хотя... если ты настаиваешь, то чего для друга не сделаешь...
   - Ах ты пугало, да я тебя сейчас...
   Дыба повернулся, но застав лишь легкий сквознячок, увидел мелькнувший за поворотом гребень. Оставляя на шикарном паласе глубокие вмятины, механик, грузно переваливаясь, двинулся к компании, по ходу зарекаясь ходить за Косяком по публичным домам.
   -Корпус! Раааааавнясь! Смирно! Равнение на середину!
   Под сводами естественной пещеры, вдобавок расширенной горным оборудованием до вместимости ангара корпуса, взлетел эхом натуженный крик Ряхлова, а следом и строевой шаг. Четкая дробь шагов о бетон разлеталась по ангару, встречаясь с грубо обработанными сводами, эхо запоздало возвращалось. И, сталкиваясь с новыми звуками эха, превращало чеканную дробь шагов в выступление барабанщика с оттоптанным стадом слонов слухом.
   Весь Учебный Корпус, алея комбезами с парадным блеском нашивок, выстроился рядом с колесными гигантами. Радуя глаз четко вымеренными промежутками, муравьиные фигуры экипажей не смотрелись лишними.
   Экипажи пытались услышать слова капитана бодро рапортующему Командующему Механизированного Корпуса. Хотя тишина давила на уши отсутствием любого намека на шум, до курсантов долетали только отдельные фразы торжественного рапорта Ряхлова. Но, как положено по Уставу, все напряженно вслушивались, когда же закончится рапорт и боялись проспать приветствие, вымученное долгими тренировками, вдобавок с муторной подготовкой машин к выпускному параду.
   - Слушай, Череп, вы там хоть как-то дайте знать, когда здоровкаться нужно, - прошептал Косяк, скучающим взором окинув соседей, - а то из-за Дыбы и дыхнуть нечем.
   - А ты не дыши, а ухи разуй, - не поворачивая головы, прошептал Дыба.
   Соседний "Медведь" блестел свежевыкрашенными боками и здорово бил в нос краской. Милашка "пахла" уже меньше, то свежий запах только что покрашенного "косолапого" добивал восприятие реальности зверской дозой вони.
   Косяк недовольно загнусавил:
   - Слушай, а чем они покрасили своего "косолапого"? И вообще, зачем накрашивать машины, если одна поездка по барханам - и она слезет, как кожура банана?
   И сам же отвечая на свой вопрос, пробрюзжал:
   - Ну да, ну да, как же я забыл. Умом ты можешь не блистать, а броней блестеть обязан...
   - А что ты предлагаешь? На параде красоваться разводами смазки и пятнами замененных сегментов? - ехидно спросил Дыба.
   - Ну почему же, можно было вообще без танков. Покучковались, все перетерли, значочки получили - и все в кабак, - мечтательно закатив глаза, улыбаясь увиденной картинке, пролепетал Косяк, - Так нет, нужно замордовать тренировками... У меня уже от "раз два три" ноги сами рвутся по чему-нибудь потопать. Делай раз, делай два, тьфу - садисты.
   - Тебе, что-нибудь говорит слово "традиция"? - возмутившись таким подходом, Дыба зло зашипел и наполнил голос торжественностью: - это все-таки событие, поворотное в твоей жизни. Выпуск он всего же раз бывает. И личное оружие и эмблема. Все должно быть так, чтобы ты вспоминал и у тебя слезы на глаза наворачивались.
   - А ты все "покучкуемся, перетрем, да в кабак", - передразнил Дыба, возмущенно фыркнул замер воплощением Милашки в человечьем обличье.
   - Ой, можно подумать, событие века. Продефилируем перед стариком пару раз, порадуем его разукрашенными тарантайками. Расскажет нам пару воспоминаний, да и отвалит. А нас будут раскупать как рабов каких то.
   - Косяк я тебя придушу, не порть мне день, - ровный голос Дыбы еле сдерживался от желания накостылять пошляку.
   Косяк хотя и замолчал, но на лице его было написано, какой диагноз он поставил Дыбе. Вздохнув начал поправлять комбез, ругая кучу всяких "побрякушек", все-таки их потер, украдкой доводя до колючего блеска. Проверяя положение берета, услышал мощный вдох сотни легких, подстроившись к общему ритму, до боли в легких выкрикнул приветствие. Приготовившись нырнуть в кабину, замер в ожидании команды...
   Оглядев величественный строй, Командующий отошел к свите. Поднявшись на лифте на собранную смотровую площадку замер перед пультом, дожидаясь, пока Ряхлов усядется в свою машину. Выстроившаяся чуть позади свита почтительно замерла, ожидая начала парада.
   По внутренней связи полетели команды. Одновременно запустившиеся установки сотрясли ангар мощным гулом. Оторвавшееся эхо забилось под сводами и не найдя выхода, упало вниз, наполнив ангар мелкой дрожью стальных балок.
   Затихнувшая дрожь сменилась шелестом синхронного разворота сорока машин. Легко тронувшаяся первая пара, проезжая мимо смотровой площадки, в синхронном салютном повороте вскинула стволы.
   Приняв мини-парад, Командующий, ушел с помоста освободив место свите для рутинной работы. Вызывая экипажи на помост, торопливо вручали им первые звания рядовых, а командирам звания сержантов.
   Поднявшийся на площадку, где техники расставляли столы, экипаж попал под уже усталый взгляд молодого лейтенанта. Молча, выслушав сбивчивый доклад Черепа, указал номер столика. За столом сидел лысеющий майор, торопливо набивающий данные на терминале, нахмуренно сверяясь с парившией над столом проекцией.
   - Мой майор, Тринадцатый экипаж Восточного крыла Учебного Корпуса, для получения очередного звания прибыл. Старший экипажа курсант Черепков, - постарался бодро отрапортовать Череп, немного нервничая, краем глаза охватывал суету за соседними столами.
   - Вольно, экипаж, - не удостоив взглядом, бросил майор.
   Резко отодвинувшись на кресле, опираясь на стол, поднялся. И не выходя из-за стола, устало произнес осточертевшую фразу:
   - Экипаж, вам присваивается звание рядовых. Вашему Старшему экипажа - сержант, - прервавшись, бросил взгляд на терминал.
   От едва заметного легкого удивления, мелькнувшего на лице майора, у Черепа недобро кольнуло в груди.
   - Вы направляетесь на заставу "Южную". Убытие сегодня, вместе с караваном. В 18.00 вас будут ждать у вторых шлюзовых, представитесь старшему охранения. Вопросы? - выждав секундную паузу, осмотрел экипаж, затем повернулся к переносному сейфу.
   Сбитый с толку быстрым выпуском, Дыба выглядел как побитая собака. Растерянно моргая, пытался понять, куда же делась обещанная торжественность, величие и куча эмоций. Ведь по рекламным роликам, да и по всем фильмам, выпуск - это было событие наравне с появлением долгожданного ребенка. А тут такое.
   Ухмыляющийся Косяк, ехидно глянул на Дыбу, пырнул локтем:
   - Ну что? Событие, торжественность, традиции... Получил?
   Возившийся с сейфом майор обернулся и, зацепив глаза Косяка, сказал:
   - Выпуск и должен был быть великим событием. Но осложнившаяся обстановка требует хоть какого то пополнения. Мы не рассчитывали на массированные атаки. На заставах исправных машин всего лишь на 45 процентов. Границы территории на восточном и южном направлении сузились почти до стен застав. Поэтому и было принято решение усилить заставы вашим корпусом, - наполненная горечью речь, остудила веселое настроение Косяка.
   - Неужели все так плохо? - осипшим голосом спросил Череп.
   Раздумывая над ответом, майор колебался, рассказывать, что ждет этих мальчишек или нет. Затем отбросив все инструкции, сел за стол. Массируя ладонями лицо, проговорил:
   - Да, парни, все плохо. Нас жмут арабы. Участились потери караванов и на смежных с амерекосами территориях. Да и китайцы постоянно нападают на конвои. У нас такие потери, что если мы ни чего не придумаем, то о Наемном Батальоне скоро можно забыть.
   Переваривая услышанное, экипаж хмуро задумался. По "Новостям" вообще никаких сообщений не было, все радужно и замечательно, а тут узнаешь такое.
   - Ну а как же Земля? Что они-то делают, они знают что происходит? - взволнованно шмыгнув носом, спросил Косяк.
   - Уже знают. Рапорта отправлены. Но пока реакции никакой, да и корпорация помалкивает, только вычитает стоимость потерянных караванов из оплаты Батальону.
   Рассматривая набычившиеся лица курсантов, вернее, уже полноценных наемников, майор откинулся на спинку. Затем, повернувшись, вытащил из сейфа три черных шкатулки с заблестевшими эмблемами Наемного Батальона.
   На черном фоне красовалась голова пса с оскаленной пастью. Сверкая рельефными контурами, переливалась золочеными бликами.
   Бережно разложив их на столе, майор оторвал взгляд от эмблем, сглотнув, проговорил:
   - Ну что, парни, не передумали? Еще есть время.
   Вскинувшись как от пощечины, Дыба уперся взглядом. Майор зябко передернул плечами, понял, что не прав. Отвел глаза, стыдясь неловкого вопроса, положил на край стола пленки с текстом контрактов и потеплевшим голосом проговорил:
   - Ну тогда, парни, добро пожаловать в ряды Наемного Батальона.
   Каждый подошел, зафиксировав подпись нажатием вживленного чипа, разобрали свои шкатулки. Замирая по стойке смирно, ожидали продолжения. Поднявшись, майор вытянулся, отсалютовав, еще раз оглядел парней, торжественно произнес:
   - Парни, поздравляю Вас с подписанием полноценного контракта. С этого момента вы становитесь Наемниками Русского Батальона. И надеюсь, вы не посрамите этого звания. Желаю вам удачи в это нелегкое время.
   Выйдя из-за стола, горячо пожал каждому руку. Подбадривая веселыми, по мнению штабистов, шуточками, проводил экипаж к подъемнику.
   - Слушай, Череп, а чего это он такой радостный стал-то? - задумчиво морща лоб, Косяк пытался разобраться в поведении майора.
   - А я откуда знаю, - пытаясь все разложить по полочкам Череп, сам терялся в догадках, - скорее всего, думал что мы откажемся... кстати, Дыба, а что там с заставой Южной?
   - Что, что, - проворчал расстроенный несостоявшимся "праздником" Дыба, засунул руки в карманы и стал пинать найденную гайку, - все как обычно, состав - штатный: танковый корпус, два пехотных, да и летунов малек.
   - А че он спрашивал, типа мы откажемся или нет, а что - можно было? - пытаясь отвлечь Дыбу от гайки, Косяк повис на руке. Искря подошвами, добился только слов, что нужно устав читать, а не испытывать новый метод учебы путем диффузии во время сна на оном.
   - Вообще, за все время службы ты можешь отказаться от выполнения приказа один раз. Без последствий, - повернувшись, ответил Череп, а увидев округлившиеся глаза Косяка, продолжил: - А потом уже будет трибунал.
   Косяк отцепился от Дыба, поравнявшись с Черепом, спросил:
   - Вообще тогда ничего не понимаю. Почему мы должны были отказаться? Почему он так интересовался, откажемся мы или нет?
   Череп задумчиво покусывал губу, достал терминал и на ходу заклацал клавишами. Прошвырнувшись по Сети, поднял всю информацию по заставе "Южная".
   - Хм, странно, - проговорил Череп, показывая дисплей нетерпеливо крутящемуся вокруг Косяку, - по общедоступным серверам ничего. А ну-ка я сейчас по другому посмотрю.
   Косяк пристроился рядом, наблюдая за быстрой сменой текста, картинок и таблиц, но быстро сменяющиеся страницы навевали тоску, да и почувствовав головокружение, брезгливо скривился, рванул за удаляющимся Дыбой.
   - Дыба, а Дыб, ну не расстраивайся ты так. Ну, чего ты, в самом деле. Тебе парад нужен? Ну, хошь я перед тобой буду маршировать? - пытаясь как-то развеять тучу на лице друга, Косяк забежал вперед и, пародируя строевой шаг, от души вбивал пыль мощными ботинками.
   Глядя на шагающего строевым шагом Косяка, Дыба не выдержав, прыснул, а обрадованный такой реакцией Косяк старался от души.
   - Я не понял... курсант, - протянул гласные Дыба. Натягивая на лицо выражение инструктора по строевым занятиям, недоуменно продолжил - Это вы называете строевым шагом?! Четче шаг, и подберите подбородок курсант! Покажите свою лебединую шею, не стесняйтесь! И что это за шаг?! Что за бетонный дятел?!
   Четко следуя всем ценным указаниям, Косяк старался изо всех сил. Высунув от старания язык, гордо задрав шею, выстукивал дробь, которой позавидовал бы и дятел. Четко выполняя равнение на манер приветствия бредущим мимо курсантам, делал, по своему мнению, мужественное лицо.
   Получившие распределение курсанты, разбредались по машинам в плохом расположении духа. Витавшее в воздухе напряжение сгустилось и у каждого оседало комком в горле. Проходившие мимо с хмурыми лицами, полные невеселых дум, недоуменно провожали странную парочку. А на рев Дыбы из машин выбирались остальные курсанты. Через некоторое время вокруг "тринашки" собрался весь корпус. Рассматривая веселящийся экипаж, курсанты начинали улыбаться. Въевшаяся в лица тревога потихоньку развеивалась, и все чаще можно было услышать чьи-то советы и шуточки.
   - Я не понял, курсант, вы на плацу или как? Что за взмахи?! Я хочу видеть уставной строевой шаг, а не танец стриптиза! - войдя во вкус, Дыба перекрикивал общий гвалт.
   Подчиняясь какому-то внутреннему порыву, замер. Застывая спиной к корпусу, во всю мощь луженой глотки скомандовал:
   - КОРПУС! В походную колонну становись!
   Сработавший рефлекс, отработанный изматывающими тренировками и занятиями накануне, подбросил расслабившиеся экипажи в воздух. Рассыпая по горох мелкого топота, курсанты быстро и четко заполняли дыры строя. Стараясь не смотреть друг другу в глаза, каждый чувствовал локоть товарища. И еще что-то внутри, что без лишних вопросов и колебаний заставило его стать в строй, по команде такого же курсанта, как и он сам.
   Заканчивая поворот на месте, Дыба щелкнув металлическими набалдашниками ботинок. Всматриваясь в лица курсантов, старался запомнить всех, с кем он пройдет в первый и последний раз в едином строю. Запомнить их такими, какие они были все два года учебы вместе. Запомнить их лица. Запомнить это ощущение товарищей за спиной. И запомнить то, что многих он видит в последний раз. Странный холодок пронесся по груди и, осев в глазах набухшими каплями, не давал словам вырваться на волю.
   - РАВНЯЙСЬ! СМИРНО! С места, строевым... шагоооом марш!
   Взволнованно сделав первый шаг, до последнего момента сомневался, а правильно ли он угадал настроение царившее среди курсантов, поймут ли его?
   Единый удар сотни человек по бетону, разнеся выстрелом. Следом еще один, а за ним еще один, и еще. Под сводами металось эхо четкого марша. Возвращающееся эхо пыталось сбить ритм строя, но, сталкиваясь с новыми звуками, замирало и вливалось заново в нарастающий звук.
   Содрогая стены ангара, корпус двинулся маршем вдоль выстроенных машин. Потоки освещения, заиграли с разводами маскировочных пятен. Лучи света ритмично вспыхивали на одновременном взмахе сотни рук, на наспех прикрепленных "оскалах", отражаясь колючими бликами, превращали грохот марша - в канонаду, а блики - в сполохи будущих сражений.
   Коробка возвращалась к смотровой площадке. Ни сбивая ритма, строй повторил весь путь пройденный танками. Борясь с пеленой щипающих глаз, Дыба увидел под подъемником расплывчатые пятна. Моргая, сумел различить вдоль стены стоявших навытяжку штабных и не только офицеров.
   Гордо расправив плечи, корпусные офицеры выполняли воинское приветствие, как положено в регулярных войсках. Борясь с прорывающимися чувствами, состроили каменные лица. Но сияющими глазами безотрывно следили за своими воспитанниками.
   - КОРПУС! РАВНЕНИЕ НА... ПРАВО! - рык Дыбы, прокатился по ангару, перекрывая дробь марша.
   - КОРПУС! ВОЛЬНО! - в тон рыкнул Лом, но все-таки смазал последний слог.
   Пройдя положенную дистанцию, коробка замерла. Развернув строй, Дыба застыл, одновременно ощутив полную глухоту, сродни пустоте от последнего выдоха легких и свинцовую тяжесть, охватившую гудящие ноги.
   Не зная, что делать дальше, просто стоял и буравил взглядом каждую грань стены. Пытаясь, сосредоточится на вплавленной балке, не давая вырваться эмоциям, заставил себя дышать спокойнее.
   Подошли офицеры корпуса, застыли перед строем. Повисшее внутри каждого молчание заполнялось своими словами, своими чувствами. Каждый говорил, кричал, клялся никогда не забывать, кто они такие, какими они были и какими они стали. Стараясь впитать, удержать, запомнить каждой клеточкой тела состояние, царившее в строе - состояние единства, горечь расставания, ожидание суровых событий, - наемники просто стояли.
   - Курсанты, - начал строго Лом, голос надломился и прорвались эмоции, - ...парни. Мы с вами начинали этот путь, теперь настала пора вам одним рваться вперед. Всему, что могли мы вас обучить - мы научили. Все, что знали, постарались вам дать. Если мы... если я был не прав, я перед вами извиняюсь. Если был суров, то только для вашего же блага. И...
   Запнувшись, Колосовский сглотнул, восстанавливая дыхание, побежал взглядом по лицам. Пытаясь охватить всех взглядом, продолжил:
   - ... Парни, удачи вам! И помните - в любой ситуации можете рассчитывать еще на одного члена экипажа. На меня.
   Отступив назад, уступил место Анисимову. Выкатившийся вперед Сима окинул взглядом мокрые глаза курсантов, весело подмигнул и улыбаясь сказал:
   - Нет, парни. Так не пойдет. У вас праздник, а вы тут решили Марс оросить?
   Раздавшиеся смешки, слегка размягчили сплав эмоций. Улыбающийся Сима - явление нередкое, но улыбающиеся глаза смотрели с поддержкой и с бесшабашной верой в вечную жизнь. Вглядываясь в каждую пару глаз, вливал в их колодцы живительную силу. Силу жизни. Силу уверенности. Силу надежды.
   - Главное, парни, помните, что ничего невозможного нет. Все возможно. Все подчиняется воле человека. Если сильная воля, тогда ты хозяин своей судьбы. Если волю собрать в кулак, можно прошибить любую броню. Если захотеть, то судьба будет в руках пластиком. Гнущимся куском под сильной волей. Если за хотите на Марсе без скафандра ходить, сможете... только запаситесь кремом от загара.
   Последние слова Симы потонули в грохнувшем смехе. Смех, вливаясь в строй, возвращал прежние привычки, вытаскивал прежние маски. Начавшиеся комментарии и реплики заполнили строй. Пройден еще один этап, жизнь продолжается.
   - Ну, все уже разгалделись, - проворчал Сима, стараясь перекрыть гул голосов, продолжил, - ...ну что, парни, желаю вам удачи.
   Повернувшись к Лому, махнул в сторону курсантов, что-то проворчав. И тут случилось чудо, Лом улыбнулся при курсантах. Под поднявшийся удивленный вой курсантов Лом попытался было опять натянуть на лицо серьезную мину. Но сам же бросил эту затею, широко улыбнулся, оказавшись почти ровесником многим курсантам. И добил всех, состроив рожу. Новый взрыв смеха унесся эхом, увлекая за собой все тяжелые предчувствия.
   - Дыба, с тебя пиво! - перекрикивая общий гомон, прокричал Косяк.
   - Обойдешься.
   - Вот ты, ... гад и делай после этого товарищу добро. Я тут понимашь, усе ноги до задницы стер, а он даже пива - и того не дает, - разочаровано пробубнил Косяк, меняясь с очередным курсантом новым номером коммуникатора.
   - Ни какого пива, - наставительно вставил подошедший Череп, - вечером убытие, какое пиво может быть?!
   Косяк посмотрел на улыбающихся друзей, не веря в такое утверждение, перебегал глазами по лицам.
   - Да вы что сговорились, что ли?! Что, и даже с собой нельзя будет взять?!
   - И куда ты его предлагаешь складировать? Может, старательский прицепчик возьмем? Поедем как на пикник? - предложил Череп, усмехнувшись, продолжил: - ты и так все багажное забил своими манатками и дисками. Кстати, ты чего накупил то?
   - А это уже мое личное дело, - старался увернуться Косяк, состроив независимую гримасу.
   - Твое личное дело, говоришь? - переспросил Дыба, хмыкнув, продолжил, - а наши личные дела куда складывать? На голову? Или тебе в ноги положим?
   - Кстати, - стараясь уйти от темы разговора, Косяк озабоченно нахмурился и, вглядываясь в окружавших людей, спросил, - а где Ряхлов-то? Почему его нету-то?
   - Так его же тоже направили на какую-то заставу. Накрылась его мечта о штабе медным тазом, - ответил Дыба, и его лицо озарилось приятной мыслью о наступившем для капитана времени собирать камни. - От Лома узнал. Наш бравый капитан заливает карьеру в каком то штабном кабаке.
   - Мда, - протянул Косяк, - вот чувствуется... кашка то нешуточная заваривается.
   Задумчиво окинув взглядом окружавшую экипаж толпу курсантов, заулыбался и кинулся рассекать среди экипажей. Раскидывая шуточки и комментарии, пропал из вида друзей.
   Витавший дух бесшабашного веселья охватил всех курсантов. Отодвигая все тревоги и заботы на подальше, экипажи пытались наговориться, навеселиться наперед. Обмениваясь номерами мест службы, перекидывались шутками. То в одном, то в другом конце озера лиц раздавался взрыв хохота. Слышались клятвы об обязательной встрече корпуса после заварушки. Расчувствовавшиеся офицеры раздавали свои номера и приглашали всех при любом случае заезжать в гости.
   - О, а вот и они, - пробасил знакомый голос.
   Дыба встретился взглядом с улыбающимся Носорогом. Отдавив руку Черепу, сам попал в медвежьи тиски, болезненно поморщился, уважительно мотнув головой, проворчал:
   - Ну, потише... медвежья лапа. Задавишь.
   - Не фарфоровый, не треснешь, - улыбаясь, проговорил Дыба, поворачиваясь к сведущей жертве, - ...а вы это откуда пришли, чего не со всеми?
   Обречено улыбнувшись, Туз сдался в объятия. Стараясь удержать стремительно вырвавшийся воздух, смог только прошептать:
   - В штаб ходили.
   Поставив Туза на землю, повернувшись к Слепню, Дыба спросил:
   - А чего вы там забыли?
   - Мы это... как его. Перевод... взяли.
   Скромно стоящий позади радушного медведя, Череп удивленно задрал бровь.
   - Мы тоже теперь на "Южную", - проговорил Носорог, весело подмигнув Черепу.
   - Не понял, - оставив в покое Слепня, Дыба обернулся, - вы же должны были по распреду Ряхлова загорать в столице. Или что?
   Переминающийся Носорог, смущенно мял берет в руках. Приходя на помощь командиру, Туз гыкнул:
  -- Так это все Слепень. Сказал, что без Косяка жить не может. И говорит, что только под его чутким руководством может ремонтировать "кабанчика".
   Хлопая глазами, Слепень растерянно прошелся взглядом по ржущим курсантам, а припомнив "издевательства" Косяка психующего от его неспешности, надувшись засопел:
  -- Только бы поржать..., а я тогда чуть ботинки в угол не двинул.
  -- Да ладно тебе, сам же задолбал переживаниями, - утирая глаза, выдавил Носорог, - а вдруг система откажет, а вдруг гидравлика лопнет то, а вдруг детальки впарят. А так в случае чего - гарантийный сервис.
   Отсмеявшиеся курсанты договорились о времени выхода и согласовали точку встречи попутного каравана. Попрощавшись "Семерка" нырнула в столпотворение курсантов, растворяясь среди веселящихся новоиспеченных бойцов Наемного Батальона.
  -- Ну что потопали? - проговорил Дыба.
   Окинув прощальным взглядом толпу, Череп утвердительно мотнув начал пробираться к выходу. Не оборачиваясь, бросил:
  -- Нужно только Косяка поймать. Да, и кстати нужно все таки обмозговать куда деньги вложить.
  -- Не понял, - удивленно пробасило сзади Дыба.
  -- А что ты собираешь с деньгами делать ? Возить их с собой и потом оставить их на счету Корпорации?
  -- Ну нет, почему же. На месте бы и потратили, чего сейчас горячку пороть, - взвешивая слова, проговорил Дыба.
  -- На месте, - проворчал Череп, пробираясь между курсантами улыбаясь на поздравительные возгласы, и сам отвечая поздравлениями, продолжил, - сомневаюсь что там что то путное можно будет найти. И у меня кстати предложение. Давай все-таки подумаем как присоединить десантную капсулу да набить под завязку редкими запчастями.
   Не отставая от юркого командира, Дыба пробирался следом. Рассекая смыкающиеся за спиной командира людей, догнав спросил:
  -- А с чего такое предложение вдруг?
  -- Да понимаешь, я тут все-таки посмотрел сводки по "Южной". Прямых отчетов нет. Надо скользнуть по секретным порталам служб. Хотя поверхностные выводы можно сделать по анализу трафика запросов Службы обеспечения.
   Покривившись как отпробывав лимона, Дыба пропустил заумную терминологию, и поторопил товарища:
   - Короче. Что там ?
   На секунду остановившись, Череп недоуменно посмотрел на механика. Вспомнив как ругаются друзья когда он "ругается заумными матюками" перешел на более привычную речь:
   - Походу там полный аут. Надо прогуляться по "вирту", на последок все-таки ломануть защиту секретных порталов, - предвкушая решение интересной технической задачки, Череп мечтательно улыбнулся,- по-моему, много чего интересного узнаем. Но если судить по грифам срочности запросов... на "Южную" грузятся караваны с таким перечнем барахла, который она за год не съедала.
   Глянув в пустые глаза, все-таки потерявшего суть разговора товарища, Череп поясняющим тоном продолжил:
   - Ну!? Дыба соображай! У них серьезные потери. Скорее всего разрушены ремонтные доки. Или вообще отстраивают заново.
  -- Угум, - пробурчал в ответ Дыба.
   Шагая рядом с Черепом, попутно схватил мелькнувшего рядом Косяка. Не поняв в чем дело, Косяк уже собирался лягнуть назад ногой.
  -- Не брыкайся конь тыгыдымский. Дело есть.
   Заслышав знакомые интонации, Косяк недовольно обернулся.
  -- Ну чего надо?! Потом все обсудим, - начал ныть Косяк, но увидев тучные лица друзей, моментально подобрался, - В чем проблема?
   Поведавший новости Череп, любовался сменой эмоций. Вся гамма, от не доверчивости до сосредоточенности разбавлялась рвущейся наружу веселостью. Вникнув в суть проблемы, Косяк предложил:
  -- Ну а чего, тут думать. Как говорится - трясти надо. Со складами мы пролетаем это факт неуспем однозначно. Нужно по другому пути топать.
   Накручивая свисающий гребень, уставился задумчивым взглядом столпотворение бывших курсантов, что галдя как стая сорок наполняли ангар неутихающим шумом разговоров.
   Радостно просияв, Косяк выкрикнул:
   - Ловец!
   Моментально нырнув в толпу, оставил недоумевающих друзей догонять ход своих мыслей. Показываясь Дыбе гребнем то в одном конце толпы то в другом, Косяк вернулся в месте с упирающимся Ловцом.
  -- Вот! - довольно ослабился Косяк, вцепившись клещом в недоумевающего Ловца. Хлопая глазами, тот опасливо оглядывал нахмуренную троицу. Лихорадочный блеск глаз выдавал суматошную мысль - когда успел обидеть набычившегося Дыбу?
  -- И чего ты его притащил?- пробасил Дыба.
  -- Как чего ? - переспросил Косяк, - он нам поможет. Правда, ведь Ловец?
   Утвердительно мотнув головой, Ловец продолжал не понимающе рассматривать "тринашку".
  -- Ловец хочешь денег заработать? - по-простому спросил Косяк.
   Картинка резко изменилась. Косяк уже оказался в цепком капкане.
  -- Что нужно? - учуявший добычу Ловец, сразу перешел на деловой тон.
  -- Ну нам нужны люди, у которых можно купить кое что, быстро и без лишних вопросов. Тебе как положено - комиссионные, - ответил Косяк вопросительно посмотрев на друзей.
  -- Общая сумма? - ухватился за предложение Ловец.
   Череп, достал терминал. Рассчитав быстро калькуляцию, утвердительно хмыкнув, показал друзьям результаты. Дыба с равнодушно хмыкнул, мотнул на Косяка. Увидев расчет, Косяк присвистнул. Обречено вздохнув, умоляющи глянул на Черепа.
  -- Надо Косяк,- назидательно ответил командир.
   Быстро перебегая глазами по лицам, Ловец напрягся в предвкушении прибыльного дельца. Взглянув на терминал, закашлялся.
  -- Да вы что обалдели?! Половина перечня чистая "запрещенка"!
  -- Ты не читай нам морали, - перебил Косяк, - берешься, или нет? Или ты так, по мелочишке жульничаешь? Сшибаешь мелочь, а серьезный заказ тебе не по зубам?
   Оскорблено вскинувшись, Ловец забыл, о чем собирался возмущаться. Задетый подколкой Косяка, блеснул глазами. Рассматривая перечень и пряча возбуждение, спросил:
  -- Проценты?
  -- По человечески... не обидим, - решив затушить огонь наживы в глазах Ловца, Дыба взял переговоры о процентах в свои руки, - вначале товар покажи, а там уже будем торговаться.
  -- Договорились, но учтите меньше чем на два процента, с общей суммы я не согласен, - стойко выдержав тяжелый взгляд, Ловец выжидающе уперся в Дыбу.
  -- Согласны.
   Договорившись о месте встречи, экипаж двинулся в расположение бывшей казармы. Перебираясь по пешеходным дорожкам и бесчисленным лифтовым колодцам, Дыба и Косяк едва не засыпали на ходу, пытаясь отвертеться от опостылевшего бубнежа командира. Вываливая на друзей полные списки "необходимого", "возможно необходимого", а также "на всякий случай" Череп старался не упустить ничего из списка багажа.
   И как только экипаж добрался до "кубрика", Дыба молча выполнил норматив по переодеванию в латекс спортивного костюма. Схватив терминал под мышку, не глядя сгреб пачку информационных носителей с тренажерными программами, пулей вылетел из кубрика. Обернувшись на пороге, бросил на опешившего командира молящий взгляд:
   - Череп я все понимаю, но ты меру то знай. Я большую часть твоих слов не понял, а то что понял - уже забыл. Ты уж как нить сам распланируй. А я потом твои планы поломаю.
   Не ожидая такого бесцеремонного увиливания от решения важного и общего дела, Череп обернулся к Косяку за моральной поддержкой. Но уловил лишь сквозняк от резко захлопнувшейся переборки санузла. Череп растерянно уставился на голограмму красотки, обворожительно подмигивающей с дверного плаката.
   - Косяк?! - вкладывая в голос лилейность хозяйки обнаружившей, что банка сметаны разбита, а вокруг следы любимого питомца, предусмотрительно спрятавшегося в самом дальнем углу, Череп начал долбить ботинками о переборку, - выходи грязнуля, дело есть!
   Шум воды, заработавшей сушилки, и дикие вопли не музыкального исполнения какой-то пахабной песни, - все это было ответом на не успевшую быть высказанной просьбу о помощи в составлении списка необходимых запчастей.
   Обернувшись ко входу, Череп понял, что оказался один на один с задачей. Ухмыльнувшись оперативности друзей, умело спихнувших на него всю работу по подготовке к отъезду, философски пробормотал:
   -Кесарю - кесарево, а тебе балда, сегодня спать в "вирте".
   Распаковывая аксессуары для погружение в виртуальный мир, Череп составлял маршрут по которому бродить ему всю ночь. Что бы успеть сделать все задуманное, смаковал внезапно пришедшую мысль.
  
   *******
  
   Яркая вспышка ворвалась в сознание вихрем эмоций. Искупав затрепетавшее сознание водопадом ощущений, ослепительное сияние поутихло, рассеиваясь в мягкий туман. Успокаивая взбудораженную психику обволакивающей негой эйфории, калибровочная программа закончила стыковку аппаратной части устройства входа и психики Черепа, погружающегося в пучину виртуального мира.
   Окружающее пространство наполнилось тихим шелестом. Проступая мягким свечением, пол материализовался знакомой пентаграммой. Гипнотизирующее зеленоватые всполохи усилились и врезаясь в сознание легким дискомфортом, встряхнули виртуальную личность легкой дрожью.
   Осознавая себя, кто он и где он, Череп еще раз похвалил себя за прозорливость. Улыбнулся воспоминаниям об убитом времени на перекройку стандартной программы адаптации. Сколько междометий было сказано вслух и сколько сил было потрачено на расшифровку кодов "исходников", но зато сейчас он обладал якорной пентаграммой позволявшей ускорять вход и выход из "вирта" на добрый час. Но самое главное его алгоритм позволял сознанию не впадать в зависимость от волны эйфории, которая превращала сознание в аморфную амебу тянущейся за последним сполохом калибровки как сопля.
   На просторах "вирта", особенно в местах общего подключения, часто встречались сгустки аморфных образований, то и дело вспучивающихся едва проступающими контурами человека. Сознание этих бедолаг так и не смогло справиться с волной эйфории и отдавалось во власть этому процессу, который затягивался не совершенным алгоритмом программы адаптации на стандартное число попыток калибровки. А затем система аварийно отключалась от сознания человека, так и не сумев наладить устойчивую связь психики и виртуального мира. Вернее выплевывала сознание, обеспечивая человеку жуткие мигрени и ломки на длительные часы в реальном мире...
   Окинув хозяйским взглядом проступившее помещение, Череп перебирал глазами стеллажи хранилища. При первом погружении виртуальное пространство собственного терминала, встречало его пустотой то и дело озарявшийся переливами того или иного электронного процесса. Но это продолжалось не долго. С каждым погружением Череп все больше узнавал об устройстве виртуального мира, окунаясь в озера разноцветных сияний информационных массивов, он познавал новые навыки и совершенствовал свои и без того не малые способности к программированию.
   Теперь внутреннее пространство терминала обрело объем и формы. Пустота уступила место фантазии скользящего и встречала создателя помещением больше напоминающим смесь алхимической лаборатории и мастерской часовщика. Якорная пентаграмма все еще переливающаяся сполохами зеленого света, окружалась столешницей на которой проступали блестящими гранями всевозможные инструменты, что своими замудрёнными формами могли повергнуть в шок любого инженера. Переливаясь золотым отливом, воплощенные в тонкие формы различных щипцов, зажимов и скальпелей, были ни чем иным как программными "заготовками" выполнявшими строго определенные функции. Часто используемые простые инструменты - отливали серебряным свечением; по серьезнее - отвлекали золотым блеском; а вот самые серьёзные - покрывались огненным маревом, словно предупреждали, что с данным инструментом надо обходиться очень осторожно.
   Но сегодня Череп не прикасался к привычным инструментам. Ему необходимо было снарядиться не стандартным набором, с которым он скользил по просторам "вирта" как обычный гость, а серьезно вооружиться, дабы не оказаться с рогаткой против мамонтов.
   - Так, так. Что ту у нас имеется, - вытаскивая широкие ящики полок стола, Череп извлекал на стол информационные массивы, воплощенные в виде кирпичей и слитков всевозможных цветов, - программная часть дров с Милашки. Хм. Пригодится.
   - А тут у нас копия содранного алгоритма дверей служебного входа, - рассматривая глиняный брикет, взвесил его на руке, потер ладонью большую грань бурого цвета.
   Проступившие на поверхности символы засияли рунами и начали пробегать многочисленными светлячками по все поверхности кирпича.
   - Стандартная форма, - ухмыльнувшись пренебрежительной усмешкой, руками оторвал половину брикета , отложил на столешницу, - так и возьмем немного из угольного катыша....
   Разговаривая сам с собой Череп на автомате доставал информационные массивы скопированных, подсмотренных, а где-то без зазрения совести сворованных программных алгоритмов, и препарируя их острым скальпелем, сортировал переливающиеся разноцветными сполохами кубики, по разным кучкам...
   Еще разбираясь в программном обеспечении Милашки, Череп задумывался над ограниченностью возможностей. Ему приходилось стыковать различные части программных массивов, почти на двоичном коде. Разница в аппаратных составляющих зачастую превышала несколько поколений, и ему приходилось приходить к общему языку понимания узлов, на таком уровне что как-то обратившись за консультацией в библиотечные массивы он столкнулся с полным отсутствием даже упоминаний о возможности программирования такого утиля. Но больше всего раздражала нудная работа, когда самому нужно ломать голову над подбором "универсального" языка общения для разных алгоритмов.
   Поэтому и приходилось придумывать свои не стандартные алгоритмы, которые могли сами "договариваться" и главное не теряли приобретенные навыки, а складировали, и будто могли "умнеть". Это уникальное свойство у него в мастерской воплощалось в жидкости заполнявшие колбы и сосуды с правой части стола. Верстак был буквально уставлен колбами, внутри которых беспокойно ворочались жидкости бардового цвета. Глубокий красный цвет буквально кричал об опасности и переливаясь оттенками, казались живыми существами - джинами заключенными в лампу. Различая колбы по градации красных цветов, Череп взял сосуд едва светящийся красным отливом, этот алгоритм был средненьким по обретенному опыту, но для его цели подходил лучшим образом.
   - Ну а теперь начнем таинство, - пробормотал Череп, зажав массивными щипцами черный кубик, отпиленный от охранной программки, подставил под тягучую струйку из колбы.
   Бережно смочив грань кубика, торопливо отставил сосуд. Прихватывая сразу два кубика поменьше, вдавил их в черную поверхность. Красная жидкость что словно желе растекавшаяся по жирно заблестевшей стороне, после прикосновения кубиков поменьше, стала мелко пузыриться и проникая в структуру материала опутывала поверхности мелкой паутиной белесого цвета.
   - Замечательненько, - забубнил мастер.
   Пробуя на твердость получившийся слоеный материал уже приобретший мягкость пластилина, Череп торопливо шарил освободившейся рукой по столу. С усилием подтащив к середине стола серебряный сундук, от чутких прикосновений открывшейся на две равных половинки, одним броском вмял слоеный пластилин в углубления серебряного ларца. С усилием закрыв створки, ящика выполнявшего функцию "локальной среды для виртуального процесса отладки нового нестабильно алгоритма", Череп внимательно прислушивался к потрескиванию внутри "саркофага".
   - А теперь ... Вуаля! - с жестом заправского фокусника, откинул крышку ларца.
   Выхватывая дымящийся предмет щипцами с золотыми ухватами, придирчиво осмотрел причудливый узор лепестков застывшего цветка. Смешение черных прожилок, обрамленных серебряными нитями с вкраплениями золотых зерен придали слепку своеобразное очарование. Но нет от нет выступающая бардовая дымка, окутывала лепестки ядовитым свечением.
   Попробовав остроту острых граней цветка на остатке черного брикета, Череп удовлетворенно смел раскрошившуюся крошку в мусорную корзину.
   - Ну а теперь будем собираться в путь дорожку.
   Присев к самой нижней полке стола, Череп ухватился за ручки. Приложив усилия, потянул полку, как едва покрывшееся испариной лицо озарилось ударившим снизу сиянием. С гордостью оглянув содержимое, Череп бережно провел по аккуратно уложенным рядкам хрустальных кубов, слепивших огранкой и сиянием всех цветов радуги. Взяв в руки самый большой куб, под завязку забитый целым клубком алгоритмов защиты виртуальной личности от вредоносных алгоритмов, с легки звоном утопил кнопку. Разгоревшееся свечение вспыхнуло лепестками синего пламени, охватило кисть, а затем руку и спустя мгновение - окружило фигуру ровным сиянием. Словно остывая, мерцание растаяло с хрустальным перезвоном и проступило в кольчугу, словно вторая кожа повторяющую каждый изгиб тела, зашелестело металлическим звоном чешуи.
   Поочередно доставая хрустальные кубики, Череп активировал свернутые алгоритмы. Окрашиваясь вспышками активированных программ, серебристая фигура обрастала дополнительными диковинными предметами, что становясь прозрачными, вливались в структуру кольчуги бестелесными призраками.
   Дожидаясь подгонки всего программного комплекса в единую систему безопасности и не только, Череп уже прокладывал в уме маршрут движения. Необходимо было прошвырнуться по закрытым серверам службы обеспечения и разнюхать подробности о "черном рынке".
   - Хотя.. Закрытыми серверами их уже не назовешь, - плотоядно ухмыльнувшись, Череп с любовью погладил цветок, замерший на груди увесистым талисманом на массивной цепочке, - эх, ну и будет же сегодня шуму.
   Представив последствия и объем геморроя для "церберов" выполнявших в "вирте" функции судей, палачей в одном флаконе, Череп злорадно захихикал. То что сегодня он оторвется по полной программе, - это без сомнений. Кого, кого - а "церберов" жалеть не собирался.
   Уж больно его коробили бесцеремонные досмотры вечно "бдящих" сторожей виртуального мира. Постоянные придирки к "таликам" нестандартных алгоритмов защиты, постоянные проверки на наличие лицензий на якобы коммерческие продукты. Все представленные к осмотру продукты были самодельными и при первых проверках имели разрешенные функции, а уловить суть двойного а то и тройного назначении каждого "талика", - сторожа не могли. Ведь алгоритм "талика" еще нужно активировать что бы наглядно доказать нарушение закона, но взломать хитрые кодировки по включению настырные сторожа не могли. Да и виртуальный лист посещений "дикого" был чист и пушист.
   Но последней каплей жажды пакости стал факт, воровства его алгоритма одним из "церберов". Пользуясь неопытностью новичка, тот уж слишком заинтересовался "таликом" позволяющим делать фантомов. Наивный Череп тогда только пробовал свои силы, и не умел ставить защиту на свои алгоритмы, и теперь часто видит фантомы одного и того же "цербера" несущего службу сразу в нескольких порталах одновременно. В принципе не жалко, но взял бы попросил, договорились бы, но видите ли гордость не позволила, а своровать,- запросто. Ну тогда получите и распишитесь...
   Вздрогнувшая пентаграмма вспыхнула солнцем. Охватывая фигуру замершего "скользяшего" в кокон света, сияние смялось в горошину и с легким хлопком растаяло.
   Вдруг наступивший мрак раскололся хрустальным звоном. Слегка шалея от засиявшего мириадами звезд небосвода, Череп очутился на полусфере шлюзового портала "вирта". Азартно потянувшись Череп по хозяйски осмотрелся.
   Первые "врата" всегда отличались столпотворением. Общественные арки, укутываясь желтыми всполохами завершенных переходов, работали с перегрузом.
   Это уже на девятых "вратах" будет по свободнее, когда "скользящие" распыляться по виртуальным порталам, - но до них еще добираться и добираться. И не дай бог замерзнуть в канале остановленном из-за аварийной перегрузки канала, - будешь чувствовать себя как минимум жуком в янтаре на ближайшие два часа. Сочувственно оглядев очередь, он мысленно пожелал удачи "скользящим".
   Развернувшись лицом к сиянию врат служебного входа, Череп глубоко вздохнул. Сегодня ему предстоит тяжелая работенка. Накрыв ладонями новый "талик", ощутимо тянущий к полу, Череп коснулся лепесткового узора. Чувствуя растекающееся по телу тепло начавшего работать алгоритма взлома защитных программ, "дикий программист" готовился к самой мощной виртуальной атаке, которую еще не знала виртуальность Марса.
   Накалившаяся бардовым сиянием фигура, в один миг сорвалась с места огненным болидом.
   Врата служебного канала отливали синевой, и встречали завистливые взгляды "скользящих" металлическим блеском глухо сомкнутых листов диафрагмы. Но когда огненный болид с легкостью пронзил врата, вместе с грохотом опадавших обугленных лепестков несокрушимой преграды, над площадкой общественного шлюза заревели многочисленные сирены зашкаливших сторожевых систем.
  
   ***********
   Пробираясь по наполненным народом общественным туннелям, экипаж старался не отстать от Ловца. Ныряя между снующими покупателями, толкущимися возле лотков, Ловец умудрялся никого не задеть. Не отвлекаясь на крики зазывал, летящие следом, он целеустремленно пробирался к концу торговых рядов и многочисленных лавок.
   Идущий следом Дыба брезгливо морщился. Кислый запах человеческих тел вперемешку с запахами готовящейся еды отшиб обоняние напрочь, как только они зашли в торговые туннели. Следуя за Ловцом, вся компания уже успела нанюхаться до одурения.
   Вдобавок Дыбе еще приходилось рассекать толпу этаким ледоколом, принимая на себя кроме запаха первый удар предложений о выгодной купли - продаже. А по веселому гоготу сзади, было понятно, что Косяк с едва ползущим Черепом, развлекался вовсю. Отмахиваясь от предложения очередного подлетевшего торговца, Косяк предлагал купить у него настоящий марсианский артефакт. И доставая под заинтересованными взглядами, очередную причудливую штуковину, выплавленную на своих первых потугах работы на молекулярной сварке, выдавал ее за "чудо" найденное в курганах при рейдах по пустыни.
   И предъявлял свой гребень как результат лечебного действия артефакта на врожденную безволосность. Распродав забытые в карманах поделки, разочарованно разводил руками на требования очередного лопуха продать ему чудо артефакт. И всю дорогу сокрушался сержанту, что скормил уборщикам целые состояния.
  -- Косяк! Достал уже! - не зная как утихомирить друга, Череп закатывал глаза.
  -- Ну, чего тебе жалко что ли. Да ты посмотри, - горячо шептал Косяк, - тут же живые бабласы. Мы же тут так с тобой развернемся. На наш век лохов хватит!
  -- Да ты че не понимаешь!? - уже начиная злиться, шипел Череп, - тебе же потом эти подделки вернут в зад.
   Развеселившись каламбуром, продолжил:
  -- Вот именно туда, их все разом и вернут. Твое счастье, что ты здесь больше не появишься. Пройдет день, неделя, месяц. И они поймут, что ты их надул!
   Озадаченный таким поворотом вопроса, Косяк умолк. Задумчиво скребя затылок, все-таки согласился, что за такие финты ему может достаться. И уже молчаливо пробирался за Дыбой, не отвлекаясь на просьбы оставить какие-то контакты, что бы в случае чего сбыть оптом все будущие "артефакты".
   Постепенно становилось более просторно. Плотность торговых рядов редела и все чаще виднелись стены красной породы туннеля. Разномастный люд толпился возле торгующих во всю и всем лавок, или дешевых кабачков. Не имеющие герметичного помещения и вытяжки, открытые забегаловки коптили своими ароматами общую атмосферу специфическими запахами готовящихся блюд.
   Показавшийся за легким поворотом тупик торгового туннеля встретил товарищей завалами мусора едва не до потолка, среди которого выделялась тропинка к лифтовым шахтам. Зияя на редких прохожих провалами оторванных створок, темные колодцы дополняли царивший гомон низким гулом работающих механизмов.
   Тупиковую стену, скрытую от посторонних глаз поворотом, обтирали двое субъектов не понятной национальности. Сидя на корточках, увлеченно рубившиеся в кости типы бросали косые взгляды на приближающихся курсантов. Поблескивая глазами из под косматых патл, азартно трясли громыхавшее ведерко. Для верности счета, каждый игрок заносил результата броска на стену массивным тесаком. И судя по глубоким царапинам, узорами украшавшим стену во всю длину, напрашивался вывод о далеко не первом дне посиделок.
   Подошедший Ловец что-то пробурчал, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, поджидал отставшую "тринашку". Недовольно отвлекаясь от игры, видать старший, не торопливо поднявшись, потянулся.
   Окинув троицу цепким взглядом выцветших глаз, достал из складок обшарпанного комбеза коммуникатор. Пнув напарника ногой, отошел в сторону. Резко поднявшийся товарищ убрал пластиковый контейнер в сторону уставился на прибывших настороженным взглядом. Едва заметно разминая затекшие плечи, настороженно убрал руки за спину, откуда раздался шелест оголяемого лезвия.
   Дыба, сделав предупреждающий жест пальцами руки, остановился напротив кряжистой фигуры старшего. Косяк с Черепом сдвинулись к бородатому напарнику. Напряженно застыв, ожидающе рассматривали занервничавшего охранника.
  -- Ну и чего так и будем друг другом любоваться? Ловец ты нас на конкурс погляделок привел? - весело пробурчал Косяк, но в тоже время цепко ловил взглядом каждое движение охранника.
  -- Да расслабьтесь вы, все нормально. Стандартная процедура, - ответил Ловец, с усмешкой наблюдая маневры окружающих, - проверка на вшивость.
   Охранник напротив ослабился. Рассмеявшись, демонстративно показал руки. С показным безразличием, рассматривая лезвие тесака, начал выковыривать вековую грязь из-под ногтей, но держал всех боковым зрением.
   - Предупреждать надо, - недовольно пробурчав Косяк, с интересом окинув насечки на стене, продолжил, - ну и кто ведет?
   Охранник отвлекся от увлекательной гигиены, скривил лицо.
  -- О, пан вояка, научился играть? Мама деньжат выслала?
  -- Да нет. Не выслала. Учила, что нельзя обижать несчастных. У них и так мол денег нету, не хватает даже на помыться, - состроив сочувствующее выражение лица, с сожалением достал вырученные за "артефакты" разменные чипы.
   Дернувшийся охранник, досадливо сплюнул. Зыркнув глазами, вопрошающи уставился на старшего. Пободавшись взглядами, старший переложил коммуникатор в другую руку, отвернулся. Обрадованный младший, алчно блеснув глазами, лилейным голосом проговорил:
  -- Пан военный не желает партейку?
  -- А чего? В легкую! Правила стандартные? Расплата на месте? - загоревшийся азартом Косяк, подмигнув настороженному взгляду Черепа, бросил, - Дурные деньги, как пришли так и уйдут.
  -- Только потом не говори мне, что тебя ни кто не останавливал, - демонстративно отвернувшись, ответил Череп.
   Дыба с интересом рассматривал стену. Окидывая взглядом засечки, отмечал их более свежий цвет, повернулся к Черепу, сказал:
  -- Череп глянь, интересная стеночка.
  -- Чем она интересная? - не найдя ничего необычного ответил Череп.
  -- Ну ты даешь. Ты посмотри внимательней, - показывая рукой за спину ждущего ответа охранника, продолжил, - вон смотри, под засечки замаскированы срезы бойниц. А вон дальше видишь длинный неровный шрам? Это створки дверей. А на стенах камер то понатыкано, я только три штуки насчитал, и то думаю, их на виду спецом оставили.
   Представляя обрисованную Дыбой картину, Череп уважительно хмыкнул. Отдавая должное умельцам, проделавшим работу по закладке фальш стены, представил во что, обойдется штурм такой цитадели.
  -- Все нормально. Проходите, - пробормотал старший пряча коммуникатор. Уважительно осмотрев фигуру Дыбы, проговорил:
  -- Оружие прошу оставить у нас. На выходе вы его получите.
  -- У нас ни чего нет, - удивленно ответил Дыба.
  -- У вашего товарища, - мотнув в сторону азартно вскрикивающего Косяка, бросающего кости под хмурым взглядом охранника, - у него два метательных ножа. И еще, какие то шарики в рукавах.
   Не подавший виду Дыба подошел к Косяку. Светясь улыбкой детской невинности, Косяк рассовывал по карманам выигрыш.
  -- Давай, давай мужчина. Еще успеем тряхнуть по маленькому кругу.
  -- Да нет уж, спасибо пан. Видать сегодня не мой день.
   Резко поднявшись с корточек, мужик с хлопком забросил тесак в рукавные ножны. Вымученно улыбнувшись странно посмотрел на Косяка. Пытаясь понять, как он мог умудриться продуть такую сумму, вглядывался в везунчика. Не найдя повода придраться, бормоча проклятья замер у стены.
  -- Косяк, сдавай арсенал, - спокойно проговорил Дыба.
  -- Какой арсенал?
  -- Не ломай дурочку. Тебя уже тут сфотографировали.
  -- Да?! - удивился Косяк, - ну могли бы предупредить, я бы улыбнулся.
   Не выдержав взгляд, мотнул рукавами. Не успевший охнуть охранник, успел только на половину высунуть свой тесак, а Косяк уже поигрывал зайчиками скудного освещения, двумя стальными жалами. Остро поблескивая на гранях искрами алмазной заточки, ножи едва не упирались в грудь охранника. Сглотнув застрявший глоток воздуха, не удачливый игрок оторвал взгляд от опасных игрушек, загнал мысли "пощекотать" зазнавшегося наемника на выходе в самый дальний уголок сознания.
   Бережно взяв ножи, уважительно прицыкивая, отошел в сторону. Часть стены, по увиденному Дыбой контуру, провалилась с плавным шипением. Буркнув распоряжение напарнику, старший внешнего дозора, пропал в кромешной тьме провала. За ним сиганул Ловец.
   Дыба по привычке двинулся первым. Обернувшись на захват локтя, удивленно уставился на Косяка.
  -- Я пойду первым, Череп по середине ты замыкай, - отвечая на немой вопрос, объяснил - я вырос в подворотнях.
   Пожав плечами, Дыба зашел последним. Одарив напоследок поежившегося охранника любимым взглядом, Дыба нырнул в низкий проем. Накатившая прохлада обдала холодком. Идя на звук удаляющихся шагов, Дыба цеплял макушкой потолок. Шепча ругательства, поминал гномов строивших узкий коридор. Не закончив и половины эпитетов, начал проклинать скупость хозяев, экономящих на освещении. Выбравшись в ярко освещенное помещение, слеповато сощурив глаза, сразу понял причину темноты.
   В просторном предбаннике их уже поджидала другая охрана. Поблескивая не новыми сегментами броневых щитков, по углам комнаты притаились хищные силуэты автоматических турелей, что встретили прибывших гудением напрягшихся электроприводов и блеском оптических датчиков оживших систем наведения. Мягко жужжа сочленениями приводов, башни турелей видавших не одну переборку в подпольных оружейных мастерских, сопровождали гостей движение тупоносых стволов до проема выхода в следующий зал.
   Пройдя бронированные створки гостеприимно открытых дверей, "тринашка" очутилась в помещении заполненным промасленным запахом придавшем ангару неповторимое впечатление склада. Теряясь в дали полумрака бесконечные стеллажи казалось вмещали в себя тоны полезных мелочей то и дело выпирающих углами различных коробок и контейнеров. А возле дверей застыли узкие, под стать проходам, погрузочные автоматы, моргая дежурными индикаторами терпеливо ждали своей участи вьючных помощников.
   Напротив теснился уголок делового человека. Небольшой столик, кресло и диванчик для гостей создавали атмосферу удобства на недолгое время, как раз достаточное для заключения сделки. Сидя за столиком, коренастый старичок распекал понуро стоявшего помощника:
   - Я же вам сколько раз могу объяснять?! Говорил же что нужно мелочь складывать на ближние полки, - упираясь руками о край стола, метал громы и молнии, - А вы что?! Вот объясни мне, зачем сложили запчасти силовых генераторов у меня под носом?! А импульсники утащили на восьмидесятый ряд?!
  -- Ну, так может... их заберут, - оправдываясь, помощник, топтался возле стола, сжимая опасно потрескивающий складской терминал.
   Старичок, закатив глаза, обессилено рухнул в кресло, жестом услал помощника с глаз долой. Помассировав глаза, заметил вошедших гостей. Натянув на лицо улыбку радушного хозяина, вышел из-за стола.
  -- Здравствуйте, здравствуйте.
   Поздоровавшись с каждым за руку, жестом пригласил к столу. Рассаживая гостей на диване с видом на бесконечные ряды стеллажей, сам присел за стол.
  -- И так господа. Чем могу быть полезен?
   Робея, Ловец заерзал, смущено хмыкнув, уселся на краешек диванчика.
  -- Семен Абрамович, мне к вам посоветовал обратиться Лапоть.
  -- Лапоть? - собрав морщины на лбу, старичок нахмурено поминал склероз, - ...ах Лапоть. Так, так , слушаю вас.
  -- Он сказал что у вас можно прибарахлиться...
  -- Ну что вы молодой человек. Ну что вы такое говорите.... Когда Шпильман торговал барахлом. Это все происки этого хохла Петко...,- оскорбленный отзывами о своем товаре, возмущенно зафыркал - ...никогда, запомните никогда Шпильман не продавал людям барахло.
   Выжидая пока старичок прекратит, успокоится, Ловец вставил:
  -- Я не точно выразился. Я просто перешел на жаргон, приношу свои извинения. Есть необходимость в вещах, которые нужно найти, - срочно и желательно в одном месте. Поэтому мне посоветовали обратиться к вам.
   Скривив лицо как отпробовав лимона, Семен Абрамович демонстративно рассматривал маникюр. Выслушав Ловца, снисходительно улыбнулся. Пробормотав о манерах и неуважении к старости, протянув руку, прокартавил:
  -- И вы такой оравой явились, что бы разорить старого бедного еврея?
   Ловец поднял руки.
  -- Я всего лишь получу комиссионные.
   Потеряв интерес к Ловцу, старичок пробежавшись по троице оценивающим взглядом. Не определив старшего переговорщика, слегка нахмурился. Но как истинный сын своего народа, улыбнулся вежливой улыбкой продавца бриллиантами:
  -- Молодые люди мы будем торговать, или вы просто пришли по чай ?
   Череп встрепенулся ото сна. Мысленно скрестил пальцы на удачу и доставая с кармана носитель с "гостинцем", вложил в сухую ладонь. Старичок с достоинством вставил чип в панельный разъем терминала, театрально вздохнув, начал просматривать перечень необходимых товаров. Стараясь сохранить невозмутимость, торговец шелестел клавиатурой, но слегка разрумянившиеся щеки, заблестевшие глаза, выдавали стремительный расчеты, проносившиеся в голове подобравшегося в кресле старичка. Сверяясь с другим терминалом, Семен Абрамович бросил уважительный взгляд на гостей.
   Устало потянувшись, довольно крякнул. Поправляя ворот вдруг ставшей малой безрукавки, наградив Черепа масляным взглядом, сказал:
  -- Ну что же. Данный товар у меня есть в наличии. Остается лишь согласовать форму оплаты и место отгрузки.
   Дыба взглянул в глаза старого еврея, улыбнулся загадочной ухмылкой хохла. Вспоминая ходившую присказку о том, что когда родился хохол, еврей заплакал. Вступил в разговор.
  -- Что из указанного есть в наличии? У нас там указаны и варианты замены. Покажите ваше предложение, а рядом отобразите цены.
  -- Молодой человек вы мне не верите?
  -- Почему только вам. Я люблю все проверять. Но если не могу проверить, вот тогда-то не верю, - вежливо возразил Дыба, цепко вглядываясь в стариковский взгляд, наполнявшийся азартом торгового поединка.
  -- Что же, пожалуйста, - демонстративно фыркнув, старичок протянул Дыбе терминал. Предварительно успев нажать несколько клавиш.
   Приняв терминал, Дыба погрузился в чтение. Повисла пауза. Старичок слегка тарабанил пальцами по столу. Мерцая под настольной лампой, огонек неброского перстня, навевал скуку ритмичным блеском.
  -- А вот скажите, - заскучавшим голосом спросил Косяк, - Насколько ВАМ можно доверять?
   Тишина стала осязаемой. Даже постоянное легкое гудение, ожидавших задание автоматов пропало. Крякнувший старичок, опешив от простоты неуместного на его взгляд вопроса. Наградив Косяка взглядом праведного недоумения, повысил голос:
   - Молодой человек, такие вопросы вы можете задавать на базаре. Но не мне. Я создавал свое имя не для того, что бы поступиться репутацией из-за каких 50 000, - роняя слова пудовыми гирями, Семен Абрамович старался говорить ровно, но иногда срывался на истерические нотки.
  -- Ого, вы хотите за свой товар такие баснословные деньги? - выпучив глаза, оторвался от терминала Дыба.
  -- Молодой человек, то что вы захотели на улице не валяется, - одарив Дыбу слащавой улыбкой, продолжил, - то что вы запросили у меня пользуется большим спросом. И поверьте . ЭТОТ товар не залежится. Одни портативные кислородные установки у меня уйдут, только шепни в торговых рядах. А о силовых генераторах, я вообще молчу - таки дефицит.
   Внимательно слушая соловьиную песнь торговца, Дыба скептически хмыкал. А сам внимательно следил за проступившей на терминале иконкой работы программки, предусмотрительно прицепленной к файлу с заказом. Вспоминая наставления Черепа, незаметно коснулся, замигавшей иконки. Едва не заурчав от удовольствия, Дыба вывел на дисплей результаты работы вируса. Довольно заулыбавшись взглянул на старичка.
  -- ...таким образом, молодые люди, если вы не готовы покупать, - закончив выступление старичок с сожалением развел руками, - то нам разговаривать больше не о чем.
  -- Мы будем у вас покупать. Но не то что вы хотите продать, - рубанул Дыба, - а то, что нам нужно.
   Написанная Черепом программка, бесцеремонно вытрясла из доступных баз данных любое упоминание об указанном товаре. Сортируя данные на графы состояния, количества, цены и дате поступления, выдавала реальную оценку стоимости товара, учитывая сведения собранные Черепом выломанных в "вирте" со всех терминалов принадлежащих, или участвующих в "черных" делишках.
   Стараясь запомнить, как можно больше позиций Дыба коснулся иконки, удалил результаты работы вируса.
   Вернув терминал, начал пояснять изменения в заказе. Учитывая данные вирусной программы, составил новый список и внес свою цену. Начиная называть изменения, заменять позиции по памяти, комментировал цены.
  -- Вот за эти блоки наведения, максиму полторы тысячи. Они у вас уже давно пылятся. И сомневаюсь что у вас, их кто-то возьмет. Это устаревшая модель и уже снята с вооружения. А вот эту гидравлику можно в любой лавке прикупить почти в трое дешевле, да и сомневаюсь что она у вас в хорошем состоянии..., - пробегая по списку, Дыба наблюдал за головой старичка. По надувавшимся в волнении венам, что покрывали лысину мелкими бугорками, по дрожанию век судил, где можно надавить, а где оставить на потом.
  -- Ну а вот за эти побитые радиаторы, вы уж сильно заломили цену. Они же уже прошли по крайней мере две азотные заправки. Что еще.... Ага, пошли дальше. За модули искусственного интеллекта вы тоже запросили как-то не по человечески. Таких цен нет. У вас цены, когда они только появились. Сейчас можно уже прикупить их в любой технической лавке, так мало того, что прикупить.... еще сделают доставку в любой конец освоенного Марса. А вы нам их выставляете в стоимость новейшей разработки. А вот за эту позицию согласен. Она стоит того, - новые экзосклеты для скафандров, это серьезная вещь...
   На Семена Абрамовича уже было страшно смотреть. Покрываясь красными пятнами, старался поспеть за изменениями вносимые Дыбой. Как только Дыба делал остановку для заглатывания измученным легким новой порции воздуха, моментально вступал в спор по последней названной позиции. Пропуская с пяток важных изменений, Дыба останавливался после неважных вещей, вступая за них в словесные баталии, уступал с десять процентов и гнал дальше.
   Сделав из-за спины знак рукой, Дыба услужливо подвинул к торговцу сифон с водой. Пошарившая по столу рука жадно схватила колбу кувшина. Продолжал тараторить о достоинствах и недостатках вариантов земной и марсианской сборки кассетных ракетных установок, Дыба подвинул заодно и стакан. Нагружая спецификой и сложными терминами, рассеивал внимание старичка. Семен Абрамович уже собирался встать из-за стола и предложить гостям кофе, пытаясь получить необходимую передышку.
   Раздалась трель коммуникатора. Череп покраснев, пролепетал извинения. Под ожидающими взглядами, начал разговор.
  -- Да... Я ...слушаюсь ...есть мой майор. Все понял. Да. Точно! - окинув растерянным взглядом, свой экипаж продолжил, - Да готовы...
  -- Мы не успеваем. Через три часа уходит караван, - посмотрев на Дыбу, губами прошептал Череп, прикрывая коммуникатор рукой.
  -- Ну что за..., - протянул Дыба. Разочарованно ругнувшись, устало распрямился.
  -- Сдвинули график. Каравану присвоили срочную категорию..., - развернувшись к Семену Абрамовичу, Череп с сожалением продолжил, - ...извиняемся, что заняли Ваше время. Но сами понимаете мы люди на службе и не хозяева своего времени.
   Неподвижно сидя за столом, старичок с прищуром рассматривал собирающихся курсантов. Пробурчав что-то вежливое, вцепился взглядом в мрачное лицо Дыбы. Не найдя, кирпичной кладке следов лукавства, живо подскочил:
  -- Молодые люди... молодые люди одну секундочку, - завладев удивленным взглядом Дыбы продолжил, - я думаю, мы с вами можем успеть все оформить.
  -- Как успеем?! - удивленно проговорил Дыба, - нам через час уже надо выезжать с северного шлюза. А мы даже не успели обсудить условия...
   Задумчиво пожевывая губу, новоиспеченный торгаш посмотрел на Черепа.
  -- Командир, может быть все-таки успеем?
  -- Какой успеем !? Нас только с ангара минут двадцать выпускать будут. А нам еще потом заезжать не ведомо куда. Да и потом погрузкой заниматься, искать десантную капсулу, - скептически закончил Череп поглядывая на часы.
  -- Вам нужна десантная капсула?! - обрадовано воскликнул старичок, - так у Абрамовича есть отличная капсула почти новая...и для серьезных клиентов почти задаром.
  -- Задаром...? - прищурившись, переспросил Дыба, - ...это за сколько?
  -- Ну.... всего лишь за каких-то три тысячи.
  -- Нет, Дыба, мы не успеем. Еще погрузкой заниматься, - перебивая торговую перепалку, Череп решительно помотал головой.
  -- Две пятьсот и вам доставят загруженную капсулу почти к шлюзу! - торопливо вставил Абрамович.
  -- А общая сумма, какая? - вяло поинтересовался Дыба.
   Торговец метнулся к столу, азартно схватив терминал, быстро протянул его Дыбе. Окинув взглядом протянутый терминал, вяло пробежал взглядом по строчкам. Скептически хмыкая и задумчиво морщил лоб.
  -- Дыба давай быстрее. Времени уже в обрез.
  -- Череп ну так я же тоже не шнурки завязываю, - возмущенно вскрикнул Дыба, потрясая терминалом продолжил, - тут же все просчитать нужно. Наворочено уж больно, нужно сидеть разбираться, что дорого, а что нет.
  -- Говорю же - брось. Петко нам все сделает и намного дешевле.
   Старичок дернулся, услышав ненавистную фамилию, не раз критиковавшую его товар. А судя по взломанному массиву деловой переписки, - Деда часто приглашали экспертом при оценке товара, и зачастую тот остававшись не довольным, уводил клиентов к другим торговцам, а иногда и сам, "в тихую украинскую ночь" сливал неучтенный или отремонтированный агрегат.
   Настороженно забегав глазками, превратился в сплошное ухо. Чуть ли не виляя хвостом, спросил у Дыбы:
  -- Извините... у вас деловые отношения с господином Петко?
  -- Да есть маленько. Мы с ним договорились, он хвалился жутким демпингом какой может устроить всем торгашам. Но вот со сроками. Со сроками у него получалась напреженка. Поэтому и смотрим другой вариант, - тяжко вздохнув, Дыба продолжил, - а так в принципе нас все устраивало. Даже по цене уже сошлись.
   Злорадно блеснули глаза, на лице боролись жадность и желание насолить. Дыба внимательно ловил смену эмоций. Подгадав апогей, шумно вздохнул.
  -- Ну что если для вас тяжело выдержать такую цену, мы уж тогда как ни будь, сами справимся, - протянул терминал.
  -- Шпильману тяжело?! - воскликнул старичок, возмущенно вскинул руки, - да я могу всех разорить своими ценами. Да я могу такой демпинг устроить...
   Возмущенно размахивая терминалом, взял Дыбу под ручку проводил к столу. Доставая считыватель финансовых операций, продолжал бормотать себе под нос:
  -- Я им покажу демпинг.... научу этих салоедов как нужно торговать. Я всех проучу...
   Запнувшись словно сболтнув лишнего торопливо разгладил жидкие седины. Положив считыватель на стол, с улыбкой сказал:
  -- Я согласен на вашу цену. Двадцать три тысячи с капсулой и доставкой в район шлюза!
   Дыба глянул на командира, остервенело указывающего на время. Не решительно вздохнув, провел запястьем с вживленным чипом над заурчавшей коробочкой. Подписав договор, старичок затребовал сто процентную предоплату. Сошлись на 50 %, остальную часть - по факту. Согласовав время и место доставки, курсанты сослались на службу. Тепло попрощались с довольным торговцем, двинулись в обратный путь.
  -- Ну ладно мужики бывайте, - забрав ножи Косяк, побежал догонять друзей.
   Дыба читал хмурому Ловцу лекцию, о правилах ведения торговых сделок. Получив свои два процента но уже с меньшей суммы, Ловец быстро попрощался и пожелав удачи, в очередной раз поклялся не связываться больше "тринашкой".
  -- Ну что пошли посидим перекусим? - проводив взглядом Ловца, предложил Дыба.
  -- Какой перекусим, нам же через час нужно запрос диспетчерам отсылать, - вскинулся Косяк.
  -- Да ни где нам не надо быть сейчас. Спокойно поедим и пойдем груз получать, - глядел на недоуменно хлопающего глазами Косяка, Дыба озорно подмигнул.
  -- Не понял...., - протянул Косяк, - ...а ну-ка давайте выкладывайте чего вы намутили.
  -- Да ты же все видел, - устало массируя веки, рассмеялся Череп. Нажав кнопку вызова коммуникатора несколько раз, огласил окрестности переливчатой трелью вызова коммуникатора, - ... никто нам не звонил, все идет по графику.
  -- Так вот о чем вы шептались пока я делился личинками с белым другом, - заулыбался Косяк, затем слегка надувшись продолжил, - могли бы и предупредить...
  -- Ты бы нам все бы испортил Косяк. А так глядя на твою рожу и я уже подумал что нас вызывают, - поддел Дыба.
  -- Ну, вы даете..., - прокручивая в голове всю схему, удивленно хмыкнул, - ...Череп и ты меня еще учишь в аферы не влазить!? А сами с Дыбой махинации проворачиваете.
  -- Какие махинации? - Череп невинно заулыбался, показывая ладони, проговорил, -...ловкость рук и никакого мошенничества.... Немножко программирования, немножко смекалки, остальное не доказуемо. А все работа проделана Дыбой.
  -- Да про этого соловья я вообще молчу. А все-таки вы гады! Мне, почему ничего не предложили?!
   Череп схватил Косяка за руку, начал ее благодарно трясти, и с серьезным лицом приговаривая:
  -- Как ничего ты у нас служил отвлекающим маневром. Ты оттягивал на себя все его внимание. Ты был нашим прикрытием, только благодаря тебе мы смогли все провернуть. Ты герой...
  -- Да идите вы, - рассмеялся Косяк, - аферисты. Научите?
  -- Научим, научим..., - проговорил Дыба, переходя на серьезный тон, уже полушепотом закончил, - если выживем.
  
   **********************
  
   Довольно лупя по сенсорам, Косяк поерзал в кресле, с придыханием уселся . Добившись комфорта щелчком вогнал интерфейсный шлейф скафандра к электронной начинке машины. Стукнув перчаткой по шлему, - звона не последовало, значит, есть герметичность. Довольно крякнул, клацнул тумблером. На обзорном стекле побежали, догоняя и перегоняя друг дружку, тестовые символы.
  -- Здравствуй милый, - проворковала Милашка, переливаясь бархатными нотками, прошептала - ты сегодня хорошо спал? Не скучал по мне?
  -- Салют! - заулыбался Косяк, закрепляя себя ремнями и пристегивая шланги и отводы системы жизнеобеспечения, продолжил, - шлепкаю тебю по виртуальной попке. Чем меня порадуешь?
  -- Ох, я сегодня примерила новый сарафанчик, оцени, - обрадовалась Милашка.
   Окружающий мир еще хранил серость не загруженной симуляции, но Милашка проступила в пространстве эффектной брюнеточкой с новой прической и разведя руки легко закружилась развивая полы короткого до неприличия сарафанчика. Остановившись, выдала убойную очередь кокетливых взглядов. Требовательно топнув стройной ножкой, нахмурила бровки в вопросительном взгляде, - мне долго еще кренделя выписывать?
  -- Ох, ласточка ты неповторима, - занятым голосом ответил Косяк, справляясь с последним разъемом, - но я то имел ввиду совсем другое. Рапорт по готовности систем.
  -- Фи, - обиженно фыркнула, пропала с обзора.
   Через мгновение показалась в иконке системного сообщения, - уже с собранными в тугой пучок хвостом волос, минимум косметики и тонами льда во взгляде. Гордо вскинув подбородок, вытянулась по стойке смирно. Вдыхая воздух, так что пышный бюст едва не разорвали тонкий шелк строгого комбеза, гаркнула доклад:
  -- Управление орудиями включено, готовность 100 процентов. Главный калибр - питание подано, механика разблокирована. Ракетный комплекс, боекомплект полон. Система наведения в штатном режиме. Тестовые проверки пройдены результаты в норме. Система электроподачи контуров стабильна. Все штатные системы к маршу готовы. Доклад окончен!
  -- Вот и умничка, а то сарафанчики бантюлёчки...., - перейдя от ерничаний к порицанию, Косяк наставительно продолжал, - ты же боевая машина, а не прости господи .. Хм, это кто сказал.... ладно все готово?
  -- Малыш у тебя с ушками проблемы? Может для тебя писать большими буквами по голому телу? - усевшись на мгновенно возникшее кресло, стервозный образ Милашки, томно закинул ногу за ногу.
   Слегка съехавший на бок берет, заигрывающи свисал на распустившейся моментом прическе. Огромные карие глаза, наполнились озорным огоньком, похожими больше на искру начала великого пожара. Всматриваясь в лицо стрелка, Милашка словно выискивала слабинку, намека на согласие, и вот тогда она мгновенно отдастся. Вся до донышка. Даря такие радости и утехи, что ...
   Косяк попытался встряхнуть головой отгоняя наваждение, но трансляция в сознание не прекратилась, заводящее начало стриптиза накладывалось на пейзаж ангара.
  -- Стоять мурка, - вздохнув как после глубокого погружения, Косяк облизнул пересохшие губы, - А ну дай командира!
  -- Как командира?! - вскрикнула Милашка, сварливо упирая руки в чудно оголенные бедра, пригвоздила Косяка к месту, - и это все что ты можешь мне сказать?! Даже не поговорил со мной?! Даже...
  -- К-о-м-а-н-д-и-р-а... я сказал, - перебил Косяк.
  -- Слушаю, - раздался сдерживающийся голос Черепа.
  -- Командир, слушай, а нельзя сделать эту твою виртуальность, не так что ли натурально, - пытаясь почесать затылок, спросил Косяк.
  -- Нет нельзя, - сдерживаясь от прорывающегося смеха, ответил Череп, - все уже. Только полная переустановка системы. Я же предупреждал.
  -- Ну,- растеряно протянул Косяк, - ну чего-то она уж... чересчур реальна.
  -- Доигрался...? - в общий канал вклинился Дыба, проявившись голубоватым контуром снизу.
   Ехидно улыбаясь, передразнил:
   - Мне что бы пореальнее, да пофигурестее. Так что - получи и распишись!
  -- Вам только бы поржать. Хорош я буду, когда нужно будет вести бой, а передо мной такое происходит, такое что...
  -- Все как ты и просил, использованы только те проги, которые ты сам выбрал. Лучшие шедевры твоей коллекции. Картинки, записи, голоса - все сам ты одобрил, - отчитался Череп, - так что уже все, времени на доводку нет. Вопросы есть? Тогда за капсулой.
   Получив разрешение диспетчера, Милашка наполнила нарастающим гулом ангар. Издав полу рык полу свист, одним рывком смазала свои контуры. Выбив броней снопы искр, черканув по едва успевшим раскрыться створкам ангара, вылетела в кольцевой туннель. Под прощальную ругань диспетчера заоравшего благим матом через громкоговоритель, машина влилась в редкий поток стальных монстров, неторопливо ползущих к северному тамбуру.
   Под натужено вздымающуюся створку шлюза, ворвались первые гонцы знойной пустыни. Налетая крупными песчинками цеплялись за выбоины бетона, и спустя мгновения преграждали выезд метровыми волнами песка, что лениво перекатываясь улегся на правах вечного хозяина планеты.
   Не желая мириться, Милашка рванула с места, разметав брызги красного песка. Набрав крейсерскую скорость, пулей вылетела на раскаленный солнцем бетонный пятачок. Не останавливаясь подобно другим машинам, обдала медлительных соседей тучей взметнувшейся песчаной крошки, и большой рыбиной нырнула в бесконечную череду красных барханов.
   Срезав путь по дюнам, машина оказалась на массивном плато, с которого уже расходились в разные стороны, утыканные одиночными буйками караванные трассы. Уступая дорогу тушам многосоставных трейлеров, Милашка замерла на склоне бархана. Выбрав направление полученного пеленга, машина сошла с оживленной трассы, и пустилась на поиски новой точки координат, все дальше и дальше уводившую от обжитых мест.
  
   *******
  
  
   Красный грузовик, перегрето урча силовой установкой, выполз на бархан. Обшарпанный ветрами тягач, немного уступал Милашке по габаритам, но сильно сдавал по изящности. Придумавшие тягач конструкторы, решили создать модель исходя из критериев,- дешево и сердито. Незатейливая коробка корпуса, сплющивалась к верху. Уродливая кабина, с опухшими щелями смотровых кабин водителя и помощника, придавала тягачу впечатление существа мучавшегося вечным похмельем. Заднюю часть как будто срезало косым ударом гигантского ножа, а получившийся казус увенчали грузовой платформой в виде шести метрового диска.
   Под которым начинались чудеса человеческого гения. Содрав идею жабр, какой-то талант додумался расположить друг за дружкой сразу с десяток этаких жабр, по идее выполнявших систему вывода тепла. Когда же эти детища передали на Марс, то местные техники просто взвыли. В условиях, что если забудешь законопатить любую щель в корпусе, в нее сразу же набивается, чуть ли не тона песка, то здесь додумались специально сделать сразу доступ в сердце машину, - в двигательный отсек.
   Но побившись головами об стену, вместе с новой ходовой, тягачам сделали систему сменных фильтров, сразу же выставив модели по бросовой цене на продажу. Заодно наладив сервис, смекалистые техники радостно потирали руки, когда приезжал на обслуживание несчастный владелец десятка таких тягачей и заказывал внеочередное технический сервис систем охлаждения.
   Покупатели хитрость то конечно раскусили, но выбрасывать добро жалко было, поэтому такие машины использовались только по работам внутри подземных городов, или для транспортировки на поверхность но не в коем случаи не для дальнобойных перевозок на поверхности планеты.
   Чуть не заглохнув на въезде, тягач усилено зафырчал. Поравнявшись с Милашкой гордо демонстрируя свежеокрашенный корпус, развернулся, показывая свою ношу со всех сторон, качнувшись, замер.
  -- Не понял.. - задумчиво пробормотал Дыба, - этому тягачу ща будет кабздец. Зачем его пригнали в такую даль?
  -- А что тут странного? - спросил Косяк, недоуменно разглядывая груз, обветренную песками капсулу, - как на картинке. Пьявка как пьявка.
   Рассчитанная на пехотное крыло, не много не мало,- двадцать человек в полной форме тяжелого пехотинца "саранчи", капсула выглядела приплюснутым с двух сторон яйцом. С общей длиной в девять метров, но в тоже время выглядела компактно. Вцепившись в грузовой платформе мощными присосками, производила впечатление перевшей пиявки.
  -- Да не в капсуле дело. Я говорю что тягач этот и километра не протянет. Что-то Шпильман не похож на человека, не соображающего в технике. Ладно я пошел, - пробасил Дыба начав отключать многочисленные трубки и провода, на последок наставительно бросил, - Косяк если что -то не понравиться в начале припали песок возле грузовика. Пугни. А потом все что шевелится.
  -- Все будет, как ты захочешь, - проржал Косяк, - ...переспать с циклопом и вырвать глаз принцессе.
   Погрохотав створками мини шлюза, Дыба был выплюнут вместе с трапом на песок. Ушиблено потер наколенник, Дыба похромал к застывшему грузовику. Сверкая самодельными швами молекулярной сварки, скафандр выделялся своей не стандартностью и диковатой для красных песков зеленной расцветкой. Переваливаясь и утопая по щиколотку, Дыба добрался до распахнутого люка.
  -- Череп, просканируй бархан, третий слева. Нас оттуда щупают, - недоуменно настороженно проговорил Косяк, окрашивая нужный бархан контурной сеткой.
  -- Сек, - отозвался Череп, протянув руку и виртуальными пальцами начал ощупывать бархан.
   Подвергаясь сканированию различных излучений, бархан окрашивался всеми цветами рапортов системы бортового наблюдения. Отображая силу ветра, состав породы и температуру на поверхности все что угодно но только не источник слабенького сигнала, - рядом побежали колонки цифр. Как вдруг на безмятежной симуляции проступило едва заметное щупальце, которое липко держало машину в луче слежения.
  -- Милашка боевой режим! - вскрикнул Череп, моментально перебрасывая управление ходовой на автоматику. Сам начал всматриваться во все окружающие барханы, - Косяк готовь стволы! Милашка! Карту с учетом всей доступной телеметрии. И связь с Дыбой.
   Фигура стрелка начала наливать энергией. Легкорозовые контуры фигуры налилась темно бардовыми оттенками. Энергия двух генераторов, застопоренной машины, за мгновения напитали энергетический контур боковых орудий для серии непрерывных импульсов.
  -- Стрелок готов... тока махни рукой, выжгу любую сторону света.
  -- Данные получены. Начинаю коррекцию изображения с учетом полученных данных, - бесцветным голосом рапортовала Милашка, - Связь установлена.
  -- Дыба , Дыба , Слышишь меня?!
  -- Слышу, зачем так кричать то?! На Фобосе оглохли от ора...
  -- Дыба у нас гости. Сканируют системой наведения. Мы готовимся к бою, ты долго еще там?!
  -- Понял... сейчас проверяю опись, затем отстрел, - отвлеченно перечислял Дыба, попутно разговаривая с представителем торговца.
  -- Дыба, по быстрому заканчивай.
  -- Принял командир. Все будет как в лучших домах Ландона и Жмэренки.
   Череп крутил проекцию барханов. Ярко отмеченные уменьшенные копии Милашки и грузовика, выделялись четкими контурами. А неизвестный гость тайно щупавший Милашку, мерцал темным пятном. Невидимая для бортовых сканеров, машина не фонила на тепловом сканере, и выдала себя только излучением плохо скрываемых систем дальномеров. Но будь на их месте обычная машина, вряд ли бы кто смог засечь такие нюансы. Хваля себя за чувство паранойи, заставляющие выполнять любую работу с запасом "на всякий случай", Череп заставил себя собраться и начал просматривать комплексный анализ всей телеметрии.
  -- Цель не реагирует на запросы "свой - чужой", - Милашка вывела приблизительную проекцию невидимой цели.
   Собирая информацию с многочисленных сенсоров, щупающих нежданного гостя во всех диапазонах частот, бортовые вычислители составляли вероятный "портрет" незнакомца. На бесформенном пятне распластавшемся за барханом темной кляксой постепенно стали проявляться общие контуры машины - невидимки.
   - Класс цели -малый. Вооружения - "система шквал" - 90%. Две тяжелых ракеты класса "земля- земля"- 85%, остальным системам не найдено аналогов в базе данных.
   Нет аналогов в базе тогда вывод однозначен. Невидимка явно продукт "черных" мастерских, не маркирующие свои изделия и даже наоборот. Мастера стараются затруднить опознание моделей техники, которую заказывают клиенты явно не стремящиеся к известности.
   - Ого, - довольно пробормотал Косяк, рассчитывая траекторию залпа главным калибром, - тем интересней будет такой трофей пристрелить. Птичка видно не простоя.
   Череп ломал голову над ситуацией. С одной стороны Дыба возится с торговцем, с другой стороны не понятный гость. В наглую рассматривающий Милашку в прорезь прицелов.
  -- Череп я думаю что это девочки из поддержки. Старичок то тоже рисковать не хочет. Вот и нанял ребяток присмотреть за сделкой?
  -- Скорее всего ..., - задумчиво пробормотал Череп, - Милашка осадное положение.
  -- Принято.
   Выпустив избыточное давление с гидравлики, Милашка осела в облаке песка. Лязгая броневыми пластинами уверенными щелчками входившими в пазы фиксаторов, танк приобрел компактную форму. Закончив превращение, машина окрасилась ореолом оживших комплексов маскировки, и за считанные секунды превратилась в неожиданно возникший бархан.
   - Дыба как дела ? - поинтересовался Череп.
  -- Командир все нормально. Закончил сверку. Сейчас готовлю к передаче деньги и все. Деньги на счету и расходимся как в море корабли, - бодро рыкнул механик.
  -- В начале пусть отстрелят капсулу, а только потом давай денег и в темпе вальса сваливай оттуда.
  -- Обижаешь командир.
   Череп все равно нервничал. Что-то все равно не давало покоя. Вроде бы все выглядело нормально, но внутри свербело предчувствие,- не давало покоя, мешало расслабиться. Уже сбившись со счета, в какой раз, запросил у Милашки обновление данных со спутников.
  -- Милашка, обновление данных с пол минутным интервалом.
  -- Принято командир.
  -- Косяк просмотри рельеф и помозгуй. Откуда нас удобно приложить, - хмуро разглядывая карту, проговорил Череп, -... слишком уж явно парни нас взяли на прицел. Как бы еще чего-то не припасли на закуску.
  -- Командир все будет в лучшем виде. Я уже тут набросал кое-что, глянь-ка.
  -- Погоди, кажется, Дыба выбирается.
   Уступавший размерами Милашке грузовик, натужно вздрогнув начал опускать свою ношу. Легко скользя по блину платформы, капсула замерла на кончике. Подчиняясь команде встроенной автоматики, хлопками распрямились пневматические присоски. Напоминая мелкого паразита насытившегося плотью, капсула с металлическим лязгом распрямила захваты. Закончив плавный полет, приземлилась на четыре псевдолапы, присев, спрятала под себя коварные присоски. Поблескивая на свету, еще сохранившейся маскировочной окраской и залатанными пятнами спешной сварки, капсула ждала новую жертву.
  -- Ух, ты, - восхищенно вскрикнул Косяк, -... Череп ты видал какая штучка то прыгучая, прямо как живая.
  -- Нужно было на занятиях не спать, - улыбнувшись, проговорил Череп, - там показывали, как эта штука боевое десантирование производит. Вот там да, как блоха скачет.
   Тем временем грузовик раскрыл боковую дверь, выпуская на свет Дыбу. Пока тот утопал в песке пробираясь к Милашке, грузовик взревел не отрегулированными установками, облегченно рванув тремя парами огромных колес, засыпал торопящуюся фигурку чуть ли не по пояс. Изрыгая в эфир проклятия, Дыба забрался в Милашку и продолжая проклинать "недоделанных водил" укладывался в свою берлогу.
  -- Механик на борту, - раздался раздраженный голос Дыба, -...вот тоже мне гонщики, куда спешить то?! Не понимаю.
  -- Ты взгляни на карту может поймешь, - улыбнувшись проговорил Череп.
   Слушая доклад Милашки и просматривая результат упорной работы бортовых вычислителей, Дыба размышлял вслух:
  -- М-да уж. Начни мы сейчас цеплять капсулу они могут в нас всадить свои гостинцы, а потом и добить. А там и денежки поиметь, да и товарчик вернуть. Ай да пройдоха, ай да Шпильман.
  -- Все может быть, - задумчиво проговорил Череп, - Шпильман, а может и еще кто либо...
   Вспоминая "веселую ночку" бесшабашной вседозволенности, Череп уже начинал сомневаться, а стоило ли так бесцеремонно копаться в хранилищах "теневых воротил" и хорошо ли он замел следы.
  -- Командир две цели с пустыни подбираются, чуть не пропустил. Они накатом шли с возвышенности, без двигателей, - сообщил стрелок, - ну что шарахнуть по ним ?
  -- Погоди посмотрим. Вдруг парни генераторы спалили, обрадовались что ели докатили, а ты им горячий прием устроишь, - все надеясь на мирную развязку, проговорил Череп.
   Тем временем датчики уловили оживление "невидимки". Едва уловимые свечения, фиксировались датчиками на пределе досягаемости. Явно работали системы экранирования двигателей и теплопоглащения. Сделав приличный круг, незваный гость скрытно пробирался в тыл Милашке. Считая себя не обнаруженным, взобрался на гребень заднего бархана. Замер в ожидании. Вывод напрашивался только один, - гость явно поджидал подмогу для одновременного появления на разъездном пятачке сразу всех участников разбоя.
  -- Ты смотри, что удумали, - пробасил Дыба, появившись на общей симуляции. Прослеживая маршруты общей точки встречи всех машин, следил за движением проекций противников. - Пока мы будем с двумя бодаться, этот тихоня нас сзади поцелует...
  -- Вся ясно, - заключил Череп, - Как только грохнет первый выстрел, они твои Косяк.
  -- Принято.
   Значит будет бой. То что их пытаются зажать и выпотрошить, а кто и за что не имело смысла . Основная задача - выжить.
  -- Внимание неизвестным бортам, - строго проговорил Череп в эфир, на всех частотах, - Я борт 13 механизированного корпуса Русского Наемного Батальона. Приказываю заглушить двигатели и не нарушать километровую зону. Иначе ваше поведение будет расценено как нападение!
   Неизвестные гости вдруг резко ускорились с места. Спустя мгновения, сократили расстояние и вскоре должны показаться в прямой видимости. Выскакивая на бархан двумя волками явно знающих, что за барханом добыча, танкетки незнакомых конструкций явно были готовы нападать. Но застыв в нерешительности, растеряно рыскали турелями в поиске цели.
  -- А это еще что за звери Командир? - удивленно прошептал Косяк, рассматривая чудную конструкцию, нежданных гостей.
  -- Тебе не все равно, - в тон шепотом ответил Дыба, - это самоделки.
   Тем временем машины легко покачиваясь, настороженно разъехались по краям пятачка и застыли.
  -- О, командир наша "невидимка" опять ожила, - отрапортовал Косяк.
  -- Без тебя вижу, - оборвал его Череп.
   Невидимка окрасилась сполохами выстрелов крупнокалиберных спарок. Под грохот выстрелов, по брони забарабанили попадания. Указывая сородичам где спряталась хитрая добыча, плотность огня усилилась. Местами броня Милашки не выдержала начав отлетать мелкими сегментами.
   Моментально развернувшаяся башня главного калибра ответила оглушительным хлопком. Вздрогнув от залпа 140 миллиметрового калибра, Милашка успокоилась. На момент выстрела, маскировочный ореол спал, показав Милашку во всей грозной красоте.
   Получив привет от главного калибра под брюхо, "невидимка" подлетела в воздух. Сделав неполное сальто, завалилась на спину. Неприлично расставив вращающиеся колеса, оголила отшлифованное песком дно с безобразной бороздой и оплавленной дырой.
   Кумулятивный резонаторный снаряд, проев броню словно масло, с чавкающим звуком пропал в корпусе.
  -- Э ...мальчики затыкаем ухи, - азартно заорал Косяк, -... ох и рванет сейчас!
  -- Косяк, гостей не забудь...
   Милашка предупредительно смягчила чувствительность симуляции, когда в корпусе "невидимки" разорвалась вторая часть главного калибра. Полыхнувшая вспышка заполнила всю симуляцию белым сиянием. Перейдя на другой световой диапазон, Милашке понравился ультрафиолет. Окрашивая всю симуляцию тонами фиолетовых цветов, показывала последствия взрыва.
   Разлетевшиеся колеса переднего моста, метнулись по небу причудливыми коптящими кометами, оставляя жирный шлейф скрылись за барханами. Милашку тряхнуло взрывной волной, вслед забарабанили осколки и заканчивая светопреставление по броне грохнуло остатком чего-то тяжелого.
   Увидевшие цель, нежданные гости включились в танец огня и стали. Сорвавшись с места пыльными столбами, устремились к месту где показалась Милашка. Поливая свинцовым дождем искусственный бархан, стволы гостей украсились бутонами огненных вспышек. Нарастающая трель пушек вдруг захлебнулась, не успев добраться до пронзительно грохота в ушах.
   Под свистящий кашель плазменных орудий, "гости" поймали по прицельному заряду. Укутавшись багровым свечением на месте попадания, броня потрескивая налилась белым свечением. Пронзительно хлюпнув, разлетелась брызгами раскаленного металла. Машины обрели абстрактный дизайн, зияя выплавленными дырами с пол корпуса, безвольно уткнулись стволами в песок.
  -- Ну что делаем командир? Цепляем капсулу? - прерывая размышления Черепа, как ни в чем не бывало, пробасил Дыба.
  -- Давай...,- Череп стряхнул остатки напряжения первого боевого крещения экипажа. Встрепенулся от облегчения и пьяного азарта продолжил, - И шустрее девочки пока нас не застукали за кровопусканием.
   Сказано, но не так просто сделано. Дыба вспахал весь склон, пытаясь удачно встать к капсуле. Тихо ругаясь, подгонял Милашку задом. Но упертая капсула категорически не хотела воспринимать не стандартные габариты бронированного зада, за свое положенное место. Пока Череп боролся с кодами управления капсулой, Дыба уперто сопел, давя педали и накручивая шаровое управление.
  -- Дыба готово, - обрадованно вскрикнул Череп, - подставляй зад, я сейчас подам команду и она прыгнет.
  -- О! Слушай Дыб, а может свой зад подставишь... Капсула обалдеет и западет на тебя? - уже откровенно ржал Косяк, - Милашка ее не возбуждает, капсула же женского рода. А вот на тебя встанет ... и запрыгнет.
  -- Косяк умолкни, - улыбаясь, Череп осадил разошедшегося Косяка, -...если скучно стало, поговори с Милашкой на эту тему, она там уже истосковалась, меняя наряды.
  -- Э...командир. Может, я здесь пригожусь, мот нужно чего ни будь померить, посмотреть? - забеспокоился Косяк, - могу даже сбегать и уговорить капсулу все-таки запрыгнуть.
  -- Вот и сиди помалкивая.
   Череп вышел на связь с убогим интеллектом бортового управления капсулой. Минимум функций и возможностей. Вогнав в ручном режиме параметры ширины и высоты плоскости, которую стоит воспринимать как грузовую платформу, заставил заработать хватательный рефлекс капсулы.
   Получив команду на погрузку, стальная пиявка заворочались на прыжковых ножках. Выросшие шляпки системы наведения, блеснув хитрыми объективами, сориентировались в пространстве. Втянув "глазки", корпус покрылась мелким дрожанием, закончив процедуру накачки пневматики, капсула взвилась дрессированной блохой.
   Милашка натужено качнулась. Десантный модуль плотнее прижимаясь, заскрипел гидравликой захватов. Закрепившись, сверкнул точечной сваркой и прирос осиным брюшком.
   Аккуратно скатившись со склона Милашка покружилась с новой ношей. Сделав пробный круг по плату, машина пропустила на плато тягачи СБ. После минутного разговора Череп получил разрешение, и спеша убраться с глаз долой дотошных безопасников, нанес на симуляцию маршрут к месту встречи с караваном.
  
   ************
  
  -- Здорова черти, - в потрескивание эфира ворвался обрадованный рев Носорога, - мы уже здесь вас заждались.
  -- Привет, - улыбнувшись, ответил Череп, - и давно ждете?
  -- Да нет...,- слегка обеспокоено ответил Носорог, после изучающей паузы продолжил, - я смотрю, вы время даром не теряли. Уже успели, где-то обзавестись новыми украшениями.
  -- Да так ерунда, - ответил Череп, - какие-то сумасшедшие налетели. Ну и пришлось, поспорить.
   Уступая рвущемуся пообщаться Косяку, включил внутренний селектор на эфир. Получив наконец желаемое Косяк заорал во всю мощь легких:
  -- Эй парни вы такую веселуху пропустили! Я там такой фейерверк устроил! Они сзади, а я им главным хрясть, тут двое спереди. А я бац, бац! Я их и так и этак, кароче это было... ну я не знаю по сравнению с учениями, тьфу...
   Поведав краткое содержание, Косяк под давлением заинтригованных слушателей засмаковал красочные моменты, с каждым повторением противников было как минимум пятеро, и все классом не меньше "кабана". Дуэли, горящие машины, запах горящей плоти все это обрушилось на уши трепетно умолкшего экипажа "семерки".
  -- Ну,- задумчиво протянул Носорог, вклинившись в глубокий вдох Косяка, - даже если поделить все что, тут наплел Косяк на два - получается впечатляюще.
  -- Эй, чего ты там делишь, - с новым вдохом заобижался Косяк, - я вам как на духу всю правду рассказал и ты мне не веришь ?!
  -- Верю, верю. Да вот только почему-то Дыба молчит, да и Череп хихикает.
  -- А у них это, ну как его ... О! Шок у них! Настоящее нервное потрясение. Один я вот могу все рассказывать. И еще контузии... Они вообще, еще не отошли от первого боя, сидят и гадят под себя и не могут остановиться...
  -- Ну все понесло...., - утомленно вставил Череп, -все Косяк, занимайся цацками.
   Обсудив с Носорогом маршрут, Череп набросал Дыбе ориентиров на симуляцию. Под обиженную бубниловку Косяка, экипажи занялись подготовкой к скоростному переходу к точке встречи с караваном.
   Устраивая перегонки, машины сорвались с места. Вырвавшиеся на простор танки, неслись дикими хищниками. Играючи пролетая впадины и мелкими лощины, утробно вгрызались в склоны барханов, что провожали нарушителей пылевыми тучами.
   Преодолев песчаное море окружавшее столицу сто километровой зоной безопасности, выскочили к первым скалам начавшегося спуска.
   Заросшая лесом каменных столбов долина купалась в лучах заходящего солнца. С далекой пустыни "лес" производил впечатление сложенных друг на друга блинов. Забытые безумным кулинаром, скалы выпекались и запекались солнцем, остужались ночным холодом и под натиском песчаных бурь обретали лики причудливых истуканов.
   Замершие в надменной высоте, фигуры с недоумением рассматривали несущихся букашек. Своей возней посмевших потревожить вековой покой скал. Выражая свое недовольство, каменный лес наполнялся тихим шелестом трусливо опадавшей щебенки. Выкатываясь изо всех щелей и уступов, остатки пиршества песчаных бурь старались попасть по наглым пришельцам. Но только зря оголив отвесные склоны, отесанные бурями столбы укутались накатившем следом гулом и вихре песчаного шлейфа.
   Наполняя лес движением, машины ныряли и выпрыгивали. Показываясь грозными хребтами то с одной то с иной стороны верениц столбов, соперники не желали уступать друг другу и метра.
  -- Дыба! Жми на полную! - восхищенно орал Косяк, с замиранием сердца следя за стремительно вырастающими и так же пропадающими столбами, - Туз обходит! Ты что хочешь меня разорить на ящик пива?!
  -- А ты что уже успел поспорить?! - вмешался отстраненным шепотом Череп. Едва не вскрикнув от несущегося навстречу каменного выступа, и в последний миг нырнувшего в сторону, - Еще пару таких моментов... и кому будем отдавать твое пиво?
  -- Я вам дам отдавать! Лучше бы напряглись и что нить придумали. Все-таки жаба душит Слепню пиво дарить. Что зря столько сил и денег в колымагу грохнули?! Ползем как беременная черепаха!
  -- Косяк, - отрывисто бросил Дыба, - отдай резерв орудий!
  -- Э.. ,- призадумался Косяк, - командир, я тогда глушу башни, все равно не с кем стреляться.
  -- Тебе бы только по-стреляться, глуши.
   Получив резерв от оружейного контура Милашка натужно взвыв ускорившимися приводами, рванулась вперед. Череп болезненно сморщился. Чувствуя ускорение всеми швами скафандра вдруг ставшими острыми рубцами, ощутил прибавку в весе. Стараясь не дергать сердце лишними переживаниями, о близком мелькании каменных клыков, заломив голову любовался неспешно проплывающими в вышине кромками вершин.
  -- Череп ты бы отрегулировал бы свои генераторы, у меня сейчас зубы начнут выпадать от такого воя, - прошипел Косяк.
  -- А вы бы еще тягач на буксир взяли и устроили бы регату. У нас же капсула весит в треть Милашки. Если бы "Вепрю" пяток тонн нацепить, он бы так не носился, - отвлекаясь от легкой тошноты начал объяснять Череп.
   Рассматривая окно с проекцией кривой петли маршрута гонки, Череп сам болезненно морщился чувствуя противный свист генераторов сводивший зубы до крови в деснах. Стараясь отвлечься от зуда, рассчитал время прибытия с такой скоростью к южной трассе, что массивным рукавом отходила от столицы прямым лучом бетонного покрытия. Только в одном месте луч делал ответвление на технический космопорт, алевший на проекции предупреждающем сообщением о старте челноков.
   - Кстати Косяк хочешь увидеть не забываемое зрелище? - вскинувшись, спросил Череп.
  -- Эт еще какое? - настороженно поинтересовался Косяк, не думая предположил, - Опять Дыба покажет танец живота?
  -- А что понравилось?
  -- Да не то слово, - пробурчал Косяк, - у меня с прошлого показа,...живот неделю синяками исходил.
  -- Да нет, - отмахнулся Череп, - мы сейчас будем проезжать, вернее, пролетать мимо стартовых площадок. Посмотрим отгрузку на орбиту.
   Рассматривая уже поредевший лес Косяк недоверчиво хмыкнул. Выскочив на горку, Милашка оторвалась в краткий миг полета. Оторвавшись от песчаного шлейфа, неотрывно сопровождающий машину песчаной завесой, мягко приземлилась и набирая потерянную скорость, рванулась по багровому морю песка.
   В наступившем закате, истуканы причудливых горных столбов сменились кладбищем скал. Порождая полчища теней, камни уже начинали светиться собранной за день энергией, превращая долину в пепелище огромного костра, где в роли потухших углей будут выступать, рассеянными внутри скал частички кристаллов.
  -- Ну и где твое зрелище? - сварливо начал Косяк, - опять мне по ушам проехал?
  -- Сейчас будет, - с обещанием в голосе ответил Череп, - смотри, не пропусти.
  -- Ага, будет. О потом догонит и еще раз сто...
   Голос Косяка прервался. Последний слог, ослабился пробившимися сквозь электронную защиту разрядами атмосферных возмущений. Помехи в эфире сменила нарастающая дрожь земли, и следом, сквозь толщину броневых пластин пробился нарастающий рокот. Заглушая рабочий шум силовых установок, шум накатывал волнами. Неожиданно затих заканчивая заниматься шалостями, вновь ворвался в перепонки отбойными молотками шутя преодолевая шумоизоляцию тройного слоя брони.
   - Хватит мотать балбеской, - перекрикивая рокот, проорал Череп, - Направо смотри, в сторону космопорта!
   Правая часть небосвода окрашивалась теменью ночи, как ковер звездного неба начал раскалываться под напором вздымающихся от поверхности стальных игл. Складывалось впечатление, что пустыня решила впиться в небо многочисленными рядами стальных клыков.
   Отражая остатки затухающего кровавого заката металлическим блеском, стальные иглы т втыкались в небосвод, грозя превратить его в мелкое решето. Опираясь на яркие следы огненных струй, спустя мгновение ракеты ускорились, оставляя в небосводе уродливые шрамы дымных следов. Проведенные жалами изумрудных кинжалов, выхлопы работающих дюз растворялись зеленым заревом. Медленно уменьшаясь и тускнея, огромная клякса из изумрудов бледнела и вливалась в звездный небосвод пятном безымянного созвездия.
  -- Вот это да, - проорал Косяк, - такого представления.... я еще не видел.
  -- Чего орешь? - улыбнулся Череп.
  -- Как чего, - продолжал орать Косяк, - оглох маленько вот и ору.
  -- А ты пробовал громкость убрать... говорят, помогает.
  -- Ерунда. Отмокнут, и все пройдет. Слушай, а чего они зеленные? - не дожидаясь ответов, засыпал новыми вопросами, - ... а чего их так много? Слушай, а где они ...А этот как его....
  -- Косяк, - перебил Череп, улыбаясь, поучительно забубнил, -... специально для тебя я приготовил весь материал. Тебе все равно еще делать нечего, по крайней мере, минут двадцать. Кидаю тебе ссылку на массив. Сиди и читай, а потом мне расскажешь.
   В селекторе установилась мертвая тишина. Фон словесных потоков Косяка выстреливаемых со скорострельностью бешеного дятла, внезапно сменился редким хмыканьем. Опять вернулся свист натужно воющих установок.
   Опустив взгляд Череп окунулся в мир стремительно пролетавших мимо барханов. Ощущая взлеты и падения заметной тяжестью или облегчением всего нутра, застонал от ожившей тошноты.
   Ныряя и выпрыгивая подобно заигравшимся рыбам, машины приближались к оживленной трассе.
   Широкая магистраль была ярко освещена многочисленными прожекторами и наполнена гулом никогда не останавливающегося движения. Словно гигантская змея из света и стали, трасса пронизывала ночь движением. И словно пытаясь загипнотизировать наблюдателей, поражала воображение хороводом огней и теней всех размеров.
   Большие многосоставные туши легендарных марсианских дальноходов, казались не поворотливыми гусеницами, но приближаясь, личинки вырастали в огромные многосегментные составы ведомые пустынными тягачами.
   Плавно перекатываясь на четырех парах слегка сплюснутых шин, что подымались над корпусами на добрую треть, гигантские колеса скрывали за собой большую часть корпуса. Усеянные отметинами бурь, проевшими в некогда ровных окрасах заметные проплешины отполированной стали, корпуса были покрыты желтоватыми пятнами антикоррозийного покрытия.
   Меланхоличный разрез обзорных окон давал широкий обзор экипажу, что бы осторожно катясь по бетонным плитам не раздавить многочисленную "мелочь" огромными колесами. В свое время именно эти невероятные сплетения жгутов спиц и стали, обрамленных потрескавшимся псевдокаучуком и прославили легендарную устойчивость трехэтажных тягачей. Из-за особенностей размещения колес и огромной массы, тягачи славились способностью спокойно продолжать движение по маршруту в любую бурю, обеспечивая бесперебойные доставки грузов в любую часть освоенного Марса.
  -- Вот это громадина! - восхищенно выдохнул Косяк, - Командир это что же за драндулет такой?
  -- Эх, Косяк, Косяк. Нужно было не по девкам мотаться а почитал бы историю освоения, - немного раздражаясь произнес Череп, - это же и есть марсианские поезда. Такие штуки мотаются между столицей и заставами. В основном это грузовые составы но в них есть возможность перевозить пассажиров. Если я не путаю, то они трех этажные. Даже лифт есть для удобства пассажиров. Но в основном, - это транспортники. Сюда везут кристаллы, а обратно оборудование, продукты ну и всякую нужную мелочь.
   Оживленная трасса необратимо надвигалась. Превращаясь из полоски света - в непреодолимую преграду, проступила массивными плитами покрытия, словно плотина перекрывшей море песка.
   Бетонные покрытие, по замыслу строителей укладывались на сваи, с таким учетом что бы в сквозном туннеле под трассой можно было проскочить на другую сторону долины. Но толи не просчитали плотность грунта, толи не взяли в учет кочующие пески, но перебраться на другую сторону песчаного моря, было возможно только покружив по редким развязкам. Которые "радовали" заплутавших путников, встречаясь только на сотых километрах трассы.
  -- Дыба, вы решили попробовать лбами прочность бетонных плит? - обеспокоено поинтересовался Череп, - пора уже гонку прекращать.
  -- Сейчас, - тяжело выдохнул Дыба, -... мы с Тузом договорились до развязки.
   Череп взглянул на спутниковую проекцию. На ней две букашки резко сворачивали и неслись вдоль жирной полосы трассы. До развязки оставалось каких то двадцать километров. Вздохнув, Череп прикинул расстояние до места встречи с караваном.
   С такой скоростью они успеют как раз вовремя. Можно смело прикорнуть. Передав командование Милашке, убаюканный мягким покачиванием, Череп уплыл в легкую дрему.
  -- Череп! Хватит дрыхнуть вставай. Приехали, - разрывая паутину легкой дремы, голос Косяка вернул Черепа к реальности, - А то прохрапишь все на свете.
  -- Все, все не ори, - пробурчал Череп, пытаясь прогнать остатки дремы мощным зевком.
   Оглядываясь в окружающем столпотворении техники, Череп пытался понять, где они находятся. Милашка стояла на обочине трасы, а бетонного бордюра противоположной стороны, не видать из-за рядов стремительных теней стальных гончих. Пролетавшие со свистом машины, обдавали упругими волнами воздуха. Побеспокоенные потоки разряженной атмосферы резко хлопали о броню, пытаясь перевернуть посмевших встать на пути, но добивались только мягкого покачивания корпусов.
   Разнообразие видов техники поражало своей фантазией. Зачастую проносились такие образцы, что Дыба как знаток просто хлопал глазами, пытаясь понять принцип по которому это чудо не разваливается и вообще несется с приличной скоростью. Занося очередную диковинку в базу, с удивлением узнавал как тот или иной образец являлся стандартной моделью. Купленной, а зачастую и угнанный траулер, изменялся до неузнаваемости обводов фантазией владельца или величиной суммы на счету.
  -- Командир нам долго еще загорать? - с ленцой протянул Косяк.
  -- Еще десять минут, - ответил Череп, рассматривая всплывшую часть карты.
   На просвечивающейся плоскости, Милашка выстроила симуляцию с приближающимся караваном и условным местом встречи.
  -- А то мне уже скучно, - избаловано произнес Косяк, - Командир а дай канал с "кабанчиком".
  -- Косяк, а как же Милашка?! - встрял Дыба, - ты ее променял на Слепня?!
  -- Вообще-то вы гады! Испохабили всю идею! У нее только секс везде и во всем, - стараясь добавить в голос обиды, Косяк перестарался, скатившись к обычному ерничанью, - вы ее под себя готовили что ли ? Озабоченые. Вам только порнопьесы сочинять. Я ей говорю, а ну-ка проверку систем давай, а она сразу раздевается. Или я с ней на серьезную тему хочу поговорить а она.... В общем нужно ее стирать, я долго не выдержу. Выбирайте или я, или разоритесь на отхожих капсулах.
  -- Ого, - хохотнул Дыба, - командир ты мне проспорил червонец.
  -- Похоже на то, - в тон ответил Череп, с деланным сочувствием вздохнув, продолжил, - Косяк быстро ты сдался. Я то думал ты у нас мачо! Секс-гигант, а ты и недели не выдержал...
  -- Ах вы жульё, - возмутился Косяк, - опыты на мне удумали делать?! Ну ничего. Теперь только расслабитесь. Я вам такого устрою... да я ...да вам...
  -- Все, все я уже сдаюсь, - выдохнул Череп, утираю проступившие слезы - ...тебе то связь давать?
   Косяк еще возмущался когда в внутреннем селекторе засопел сломанным носом Слепень.
  -- Эй косой, ты чего разоряешься?
  -- Сам такой, - в тон обрадовался Косяк, - ... ты чего делаешь?
  -- Жду пиво!
  -- Как?! С меня?! Головой где стукнулся? - от возмущения Косяк, аж поперхнулся, - вы разве первыми пришли?
   Чувствуя, что лишается последней конфетки, Слепень насупился и уперто проговорил:
   - Мы же с тобой спорили, что вы нас обойдете. А выскочили на трассу мы вместе, так что с тебя пиво. На заставе рассчитаешься.
  -- Разве я такое говорил ? - начал юлить Косяк, -ты точно помнишь?
  -- Точно, точно, - вмешался Носорог, - я все слышал. Так что тебе не отвертеться, на заставе ставишь пиво.
  -- Дыба, а ты чего молчишь, - чувствуя затылком стену, Косяк решил втянуть в спор по больше "весомых" аргументов, - тут обдирают как липку, а ты молчишь?!
  -- Все правильно Косяк, - поставил точку в споре Дыба, - Мы одновременно пришли. Так что если ты спорил на таких условиях, ставь парням пиво.
   Косяк для формы, возмущался. Ссылаясь на грузовую капсулу, на хитрость и коварность оппонентов, начал разводить. Углубляясь в словесные дебри и игру слов, одним словом пытался отвертеться. Точку еще раз обозначил Дыба, вступаясь за не сильного в словесных доводах Слепня:
  -- Косяк не юли! Дал слово так держи его. А то начинаешь тут тень на плетень наводить.
  -- Сговорились, - горестно вздохнул Косяк, - подчиняюсь грубой силе.
  -- А кстати Слепень, а ты видел зрелище? - переходя на доверительный шепот, голос Косяка так и светился доброжелательностью.
  -- Какое? Ракеты что ли? - сбитый с толку быстрой сменой темы разговора, доверчиво уточнил Слепень, - ну видел и че?
  -- Тю ...деревня, - с интонацией всезнайки, Косяк обрабатывал клиента, - это же настоящие грузовики были. Они на орбиту вывозят кучу таких "кабанчиков" как ваш. Спорим на ящик пива?
  -- Да так и кучу..., - недоверчиво протянул Слепень.
  -- Спорим!? - обрадовался Косяк.
  -- Слышь Косяк, а ты кто по национальности? - вмешался смеющийся голос Туза.
  -- Как кто!? - переспросил Косяк, не улавливая хода мысли, продолжил -... русский я.
  -- А по повадкам не скажешь..., - откровенно заржал Туз.
  -- Так он с Шпильманом общался, - вставил Дыба, - вот у него и нахватался.
  -- Да ну вас, - улыбаясь прыснувшему на обоих бортах смеху, Косяк по хозяйски пробубнил, - ...я тут пиво пытаюсь вернуть, нет чтобы помочь....
  -- Караван показался, - серьезным тоном вмешался Череп, - тишина в эфире.
   Увеличивая разрешение карты Череп насчитал три поезда. Большой гусеницей занимавших добрую треть всего участка карты, караван медленно продвигался по оживленной трассе. Впереди и сзади в два ряда шли машины охранения. Следом прибились несколько гражданских траулеров.
   Вспомнив установленный порядок, Череп вызвал командира боевого охранения. Представившись, переслал данные по распределению. Командир охранения приняв данные, пробубнил в эфир скупую фразу приветствия. Все происходящее заняло не больше двух минут. Заняв образовавшиеся в колоне дыры, новоиспеченные наемники влились в строй. Не останавливаясь караван тащился по трассе, ожидая команды старшего на съезд с трассы. Где можно будет развернуться в походный строй, и подобно псам пастухам, гнать стадо тягачей под звездным небом.
  
   *****
  
   Шел второй день, как "тринашка" влилась в доблестные ряды боевого охранения каравана 256. За это время уже успели узнать что такое не расставаться со скафандром вторые сутки. Запах тела пробивался сквозь работающий на износ систему жизнеобеспечения стойким амбре. Быстро забивающиеся фильтры, постоянные сбои системы регенерации воздуха, - вышибли с экипажа последние остатки романтики. Забыв о открывающихся красотах, новоиспеченные наемники мечтали только о глотке свежего воздуха и о душе.
  -- Череп сколько нам осталось? - спросил, замученным голосом Косяк.
  -- Ты уже сотый раз спрашиваешь, - раздражаясь ответил Череп, - от того что ты меня дергаешь ближе мы не становимся.
  -- Да я знаю. Просто уже сил нету.
  -- Ну , - на остатках оптимизма предложил Череп, - ...порисуй.
  -- А что рисовать то?
  -- Ну я откуда знаю, - отмахнулся Череп, не зная чем занять Косяка - возьми придумай раскраску Милашке.
  -- Хм, а чем рисовать будем. Краска слазит как кожура с банана, каждый раз перекрашивать, - протянул Косяк, впадая в творческую задумчивость, вдруг встрепенулся, - О Череп, идея! А что если ей сделать, типа татушки?
  -- Все Косяк, я спать хочу.
   Раздавшийся храп не огорчил Косяка. Загоревшись идеей, стрелок вызвал панель графического редактора. Мелко покусывая губу, задумчиво забарабанил пальцами. Вспоминая бурную молодость, Косяк набрасывал привычные эскизы, которыми они украшали закоулки родного мегаполиса. Переезжая с города в город, у Косяка в голове уже скопилось эскизов на свою выставку. От нечего делать, Косяк погрузился в удовлетворенное хмыканье.
  -- Эй Дыбы? - позвал Косяк, - глянь что я придумал.
  -- Да что б тебя... что это за страшилище?! - встрепенулся Дыба
  -- Ни чего ты не понимаешь в искусстве, - обиженно засопел Косяк, - А это будет, татушка Милашке.
  -- Чего?! - встрепенулся Дыба, - и зачем ей эта... твоя какушка?
  -- Деревня! Для красоты и устрашения врагов! Будет нашей визитной карточкой.
  -- Вот делать тебе нечего. Изнутри порнушка, а снаружи страхушка, - улыбнулся Дыба, - детство еще не выветрилось ?
  -- Да причем здесь детство просто... красиво смотреться будем. Вот представь битва, взрывы и тут мы вступаем и Милашка вся в татушке начинает всех крушить. Враги обосрались и бегут разбегаются, - красота! А потом только нас завидев будут, улепетывать дерьмо роняя.
  -- Ага, - раздумывая усмехнулся Дыба, - или наоборот. Все побросают и начнут исключительно нас валить.
  -- Ну все может быть, - в тон ответил Косяк, - О, кажись застава показывается. Череп хватит дрыхнуть! На горизонте конечная остановка!
  -- Для кого-то она точно станет конечной, - недовольно пообещал командир, едва успевший прикорнуть.
   Застава показалась на симуляции тонким блеском стали. Переливаясь на солнце чужеродным в песках металлическим блеском, увеличивалась в размерах. Медленно вспучиваясь стены выросли в пол неба. По эфиру пронеслась команда сбросить скорость. Выезжая с мягких песков на плато, плохо обработанными огрызками проступающего сквозь песок гранита, Милашку здорово тряхнуло. Клацнув зубами Косяк ругнулся:
  -- Вот тоже мне строители. Не могли уже нормальный заезд сделать.
  -- Специально так сделано. Проверка на голограмму, - пояснил Череп, - если будет подъезжать фальшивый караван, то его тряхнет и сразу станет видно кто есть кто.
  -- Каким Макаром это станет видно? - сварливо спросил Косяк, заинтересованно примолк в ожидании продолжения.
  -- А таким, что при резком изменении угла обзора голограмма дает сбой и на аппаратуре это фиксируется.
  -- А толку то... Погляди на стены, - нахмуренно пошутил Косяк.
   Казалось что кубы зданий образуют непрерывную стену, что упиралась в небо массивными блоками без окон. Один внешний вид только внушал несокрушимость и величие. И словно рассеивая впечатление непобедимости, в глаза бросились свежие следы восстановительных работ.
   Россыпи заплат кучковались в верхних частях зданий. Словно следы поклева гигантских птиц, белели раствором застывших капель вокруг точно обрезанных стальных пломб.
   А фасадная часть первого периметра обороны украшалась разводами копоти и легкими шрамами от рикошетов, что располосовали гранит причудливой вязью плавленых шрамов, с основным узоров возле бойниц стационарных орудий. Словно весла древних галер, торчавшие со стены стволами с набалдашниками дульных компенсаторов.
   В приближении показались и стыки огромных плит, которыми были обшиты нижние части монументальных конструкций. Проступая деталями массивных стыков, местами оплавленных от кучных попаданий и мест пожаров, плиты венчались новыми корпусами ниш противопехотных турелей. Отсвечивая свежеокрашенными боками, полусферы с пучком коротких стволов и матрицами ракетных шахт, щупали подступы в дежурном рысканье.
  -- Мда, - протянул Косяк, даже не пытаясь вернуться к веселости,- парням досталось по самое не балуйся. Ты смотри, живого места нету.
   На что Дыба пробасил:
  -- Явно был не пикник.
   Череп отвлекся на переговоры с командиром охранения. Сопровождая караван к транспортному шлюзу, вереант отправил новоприбывших к общему шлюзу. Уже заходя на прямую видимость главного шлюза , Череп тоже был потрясен масштабом произведенных работ. Представляя картину развернувшейся баталии, он пришел в себя только после тревожного зуммера дальней связи. Пропустив вызов диспетчера главных ворот, сержант чертыхнулся, проклиная себя за невнимательность. Напугав диспетчера своим молчанием, теперь Череп занимался разговорами с дежурным офицером СБ, настойчиво претендующего на звания чирья на заднице.
   Поверяя и перепроверяя полученные данные, безопасник придрался к незнакомым обводам Милашки.
   Получив однозначные команды, Черепу пришлось обесточить оружейный комплекс, шипя от недовольства собой и нудность "особо одаренных", прошипел в селектор сквозь зубы:
  -- Ну что с этим бараном делать?! Я ему уже все данные назвал. Так нет, теперь нас все равно не впускают к шлюзу. Так что девочки улыбаемся и расслабляемся, сейчас будут насиловать мозг ...
   Выехали "встречать" Милашку два полных наряда Службы безопасности. Высыпав с ворот, как горох сквозь дыру в мешке, машины разъехались веером. Прикрыв все пути отступления, грозно уперлись стволами в пуповину Милашке. В добавок активизировали автоматическую систему защиты. Нацелив на застывшую в одиночестве Милашку весь арсенал ближайшего квадрата, автоматика вклинилась в разговор, между офицером СБ и Черепом.
  -- Внимание! Любое движение расценивается как агрессия. Не опознанные объекты будут уничтожены!
  -- И так господа продолжим, - прочистив уши от грохота системы безопасности, патрульный офицер дотошно забубнил, - еще раз назовите полный идентификационный номер машины.
  -- Учетный номер 623634ф6199298М в реестре механизированного корпуса,- ответил замученным попугаем Череп, - Наши обводы нестандартны, так как машина экспериментальная модель. В единственном экземпляре. Это можно проверить по запросу в столицу. Мы выпускники учебного корпуса, вместе с "Вепрем", пополнение по запросу командования заставы Южная. Все документы в отправленном Вам пакете...
  -- Я спросил только учетный номер. Если мне нужна будет дополнительная информация, я ее запрошу, - обдав холодом, проскрежетал в эфире голос безопасника, - ожидайте ответа!
   Видно получив ответы на запросы, машины окружившие Милашку, не хотя разъехались в стороны. Откатившись назад, безопасники насторожено застыли злым конвоем.
   Перед Милашкой щегольским разворотом на месте, заурчала офицерская "одноместка". Подняв осевшую пыль, малявка медленно покатилась к открывающимся воротам.
  -- Следуйте за мной, - раздался в эфире, ровный голос офицера.
  -- Ага, все таки получил взбучку чудила на букву "м", -злорадно хихикнув, прокричал Косяк, - я тут в штаны чуть не наделал, вот тоже делать нечего, только бы народу нервы по мотать.
  -- Косяк у него служба такая, - посочувствовав безопасникам, пробасил Дыба.
  -- У мы что бабочек приехали ловить? - возмущался Косяк, едва не брызгая слюной, продолжал разоряться, - Только какой раз нас за прошедшую неделю патрули проверяли. Каждая встречная собака чуть ли не в задницу заглядывает, выискивая сами не знают чего - обидно! И вообще Череп... долго мы еще стоять будем?!
  -- А ты куда-то спешишь ? - усмехнулся Череп.
  -- Ну да, - выговорившись, мечтательно заулыбался Косяк, - Меня ждут.
  -- Ой и кто же?
  -- Как кто?! Холодное пиво и местные пташки.
  -- Ага, прям изнывают от безделья, - рассмеялся Дыба, - ты давай смотри за хозяйством, а то сейчас поведешь стволами и нас поджарят мигом. Паленным гребнем да копченостями, заинтересуешь только местных гурманок.
  -- Дыба, Дыба такое ощущение что романтику твою, в детстве гантелями забили. Все тебе только пожрать да поспать, а ну еще железки потягать.
  -- Зато у меня здоровье отменное.
  -- Все парни хватит, - вмешался в пикировку Череп, - дали добро. Дыба трогай.
   Милашка обрадовано качнулась, и сорвав тонкий налет вездесущей бардовой пыли, расплылась в рывке. Пролетая в широкие ворота, чуть не переехала стальную черепашку офицера СБ. Оставив смешной зазор между машинами, Милашка невинно замерла. Запоздало рванувший вперед, офицер выдал возмущенный гудок. Дыба мигнул прорезями мощных прожекторов.
  -- Я не понял, -ворвался возмущенный крик безопасника, - вы что хотите под арест попасть?! Я вам это устрою!
  -- Мой капитан я думал проверка пройдена, и мы свободны, - оправдываясь, Череп вложил в голос ангельскую непорочность.
   Офицер раздраженно дал отбой связи на последок прошипел что то по поводу детского сада и бронированный жук СБ едва дождавшись открытия вторых створок шлюза, уже более торопливо помчался по магистрали.
   Массивные балки решетчатых перегородок свисали с потолка ровными рядами усиленных распорок. Словно раздирая пространство между внутренней стеной и внешней гранитной стеной, хитросплетения перегородок терялось во мраке высоты. Проскочив часть окружной магистрали и выскочив на площадь три машины оказались на распутье.
   Выехав на площадь, Милашка с "Вепрем" застыли стальными изваяниями. Покрытые пылью и маревом перегретой недельным маршем стали, машины были окружены конвоем из низких танкеток СБ. Отблескивая новизной корпусов и не изношенностью колес, танкетки отличались и вооружением. Основной целью машин данного класса было патрулирования внутри заставы с короткими выходами на поверхность. Так что такие машины не нуждались в комплексах автономного жизнеобеспечения, и массивных орудийных блоках. Но вооружение присутствовало, и не слабым образцом. Узнав одноствольную модификацию плазменного орудия, Косяк ревниво пробурчал:
   - Боя с нами они конечно не выдержат. Блин... но попыхтеть придется.
   В открывшиеся ворота ангара Милашка и "Вепрь" вкатились в одиночестве. Следуя командам диспетчера, машины распределились по указанным боксам. Остановившись в логове из сплетения стальных ферм, издав уставший свист гидравлики, Милашка прижалась раскаленным брюхом к спасительно прохладе бетона.
  -- Конечная остановка. Господа просьба пустые банки в салоне не оставлять. Отхожие капсулы забирать с собой а не разводить мне ту антисанитарию, - раздался капризный женский голос.
  -- Это что еще за номер, - встрепенулся Дыба, - Череп это твои проделки?
  -- Нет, - растерянно проговорил Череп, забегав по системам, искал источник заботливой мамочки.
  -- Ну вот , дожилась, - обвиняющие нотки искрились иронией, - Мало того что мне никто внимание не уделяют, а только носятся на мне как на породистой КОБЫЛЕ, так еще теперь и не признают свое творение.
  -- Косяк! - одновременно воскликнули Череп с Дыбой.
  -- Че ?! - как будто не причем, Косяк пытался сыграть под дурачка.
  -- А ну-ка чубатый, - ласково позвал Дыба, - твоя работа?!
  -- А что ?! Где?! Я ни чего не брал и все за собой убирал!
  -- Хватит Косяк, ты что сделал, - сдавшись Череп, откинулся в кресле.
  -- Ни чего я не делал, - не сдавался Косяк, - у нее наверное разум проснулся, как его ...самосознание и все такое.
   Череп ухмыльнулся. Еще раз пробежал по системам, не нашел ничего подозрительного. Наклонившись к Дыбе отрицательно помахал головой.
  -- Я еще раз напоминаю! Мальчики, после себя оставляем порядочек. Вы же все таки не в свинарнике, - голос переливаясь наставительными нотками, залился в озорном смехе, - а то никого не выпущу.
  -- Слышь Череп чего-то мне не нравиться вся это история, еще не хватало этой гангрены, - озабоченно проговорил Дыба на ходу переводя систему управления в дежурный режим.
  -- Э, Дыба какая гангрена, очень даже миленькая девонька, - заступившись, за ухмылялся Косяк, - вы когда мне подружку стругали о чем думали?
  -- Так все таки это ты..., - заключил Дыба, - давай убирай свою заразу из общей системы!
  -- А хуху не хохо ?
   Растаяв в симуляции, Косяк защелкал зажимами. Освободив скафандр от оптоволоконных уз, попытался первым вырваться в сияние открытого шлюза. Но предательски закачавшаяся земля ушла из под ног, и загремев щитками скафандра, Косяк закувыркался по короткой лестнице. Изображая морскую звезду раскинувшуюся на пляже, распластался перед шлюзом.
   Освободившись от пут шлейфов и трубок систем жизнеобеспечения, Череп попытался броситься на помощь другу, но сам повалился на пол.
  -- Ни хрена се заявочки, - чертыхаясь, Косяк привстал на четвереньки. Пытаясь удержаться руками за переборки поднялся на дрожащие ноги, - Череп что за ерунда?!
  -- А я доктор?!
  -- Ну у тебя голова вон какая большая. Давай думай, а то еще если на нас Дыба грохнется...-наконец утвердившись на неожиданно предавших ногах, Косяк помог Черепу подняться с четверенек.
  -- Скорее всего это с непривычки, - борясь с подкатившему к горлу приступу горечи тошноты, Череп задумчиво продолжил, - двое суток в симуляции...наверное мозг отвыкает и нарушается работа вестибулярного аппарата. По этому и встать не можем.
   Раздавшийся грохот и затухающая дрожь пола, прервали рассуждения Черепа о научном объяснении явления. Косяк вытащил Черепа из Милашки и положив того у трапа, сшибаю углы поплелся в полуосвещенную утробу машины.
  -- Эй Дыба... Шкафчик ,шкафчик где же ты упал, - пробравшись к отсеку водителя, Косяк запнулся о замычавший скафандр, - а вот ты где залег. Дыба ну ты мог бы и место по свободней найти. А то раскорячился в самом узком месте!
   Раздавшееся шипение вырвавшегося воздуха, совпал бряцанием покатившегося шлема. Вздох вынырнувшего с огромной глубины пловца, растерянно пробормотал:
  -- Косяк что это было ?!
  -- Де сынку?! - подыграл Косяк, усмехнувшись подхватил Дыбу за протянутую ручищу, - це ж морэ... сынку.
  -- Да иди ты..., - натужно рассмеявшись, Дыба оперся на крякнувшего Косяка, - Чего так штормит?!
  -- А, это... Череп сказал твой мозг съел вертикулярный аппарат. И теперь ты будешь инвалидом ! И у тебя теперь никогда не встанет! - уклонившись от тычка, проворчал: - Э, э ...я щас брошу. Будешь червем ползти до выхода.
   Помогая Дыбе хромать на две ноги, Косяк кряхтел под тяжестью. Пробираясь по отсеку, вскрикнул:
  -- Милашка дай свет то! Темно как в ж... В общем свет давай!
  -- Для тебя дорогой все что угодно, - заворковала Милашка включив яркость освещения до рези в глазах.
  -- Ну что ты как ..непутевая девка все с перебором делаешь, - зажмурился Косяк, - Нормальное освещение.
  -- А волшебное слово? - обиженно надулась Милашка.
  -- Отключу как кофеварку!
  -- Подчиняюсь грубой силе.
   Косяк усмехнулся, довольно улыбнувшись подмигнул Дыбе.
  -- О как. Теперь мы с ней заживем душа в душу.
  -- Ага, - окрепнув на ногах, Дыба пытался встать самостоятельно, -... заживешь. Кстати, как ты умудрился ее в собачить в общий контур. Череп до сих пор наверное волосы дергает.
  -- А не скажу, - отмахнулся Косяк, - Вы ее отрубите. А мне скучно станет наслаждаться ее выкидонами в одиночестве. Теперь пожуете с мое. Будете знать как на меня спорить!
  -- Ну и ладно, сам потом похвастаешься.
   В роли костыля Косяк довел Дыбу до люка, где уже Черепа обступил местный народ. Переговариваясь с усмешками, обсуждали причину, повального мора экипажа.
  -- Эй "зелень" уже в дороге успели нажраться? - вытирая руки чавкающей губкой, ехидничая задал вопрос усатый техник.
  -- Да вот всю дорогу к вам везли привет и не удержались, - криво усмехнулся Косяк, - вы уж пардонте, но переданное пиво не довезли.
   Зашумевшие в недовольном ропоте техники встревожено переглядывались. Из под Милашки выбрались самые любопытные, бросив осмотр диковинки, стали прислушиваться к судьбе неожиданно прибывшей халявы.
  -- А чего это вы наше пиво то выжрали, - встрепенулся дядька с большим аквариум для пивных рыбок.
  -- Да не было никакого пива, - решил разрядить обстановку Череп, - укачало нас.
  -- Ну не знаю, не знаю, - задумчиво протянул любитель дармового пива, - мы проверим.
   Пошумевшие техники, опять разбились по группкам, бесстыдно заглядывали во все узлы Милашки. Озадаченно переговариваясь комментировали машину, местами вспыхивали споры, а где то слышалась критика и варианты как улучшить, тот или иной агрегатный узел.
  -- Эй "зелень", - приглушенно прокричал усатый техник, ползая между колесами, - а что это за зверюга такая. Что смотрю знакомое, а что то совсем новое?
  -- Если ты такой "спелый", - отозвался Косяк, - то сам и доходи. А то усы отрастил, а с умом времени не хватило?
  -- Хм ..гордый, что ли?
  -- Себя уважаю.
  -- Ну для нас ты "зелень", - проигнорировал желание Косяка нарваться на пикировку, спокойно продолжил, - Пока в бою не докажешь что ты чего то стоишь. Хоть и игрушка у вас занятная, но вы еще себя не показали. Так что ты не гоношись об уважении, заслужишь - будет уважение. А пока ты "зелень".
   Косяк устало отмахнулся, сполз на корточки. Почувствовав взмокшей спиной прохладу стойки, огляделся. Бокс не сильно отличался от столичного. Такое же ремонтное стойло, такие же тестовые консоли. Только видно уже сильно по использованные. Общий ангар пониже и стены сплошным металлом обшиты.
   В проглядывавшиеся сквозь переплетения шлангов да подвижных реек, потолок тускло освещался осветительными плафонами горящими где через один, а где через два светильника.
   Мотая головой по сторонам заметил, что в соседнем боксе просматривается машина "семерки".
   Сквозь замысловатые переплетения кабелей и ребер жесткости, чернел откинутый люк "кабанчика".
  -- Эй, Носорогие?! Живые есть. Ни кто пивком не желает побаловаться? - вымучив улыбку, вскрикнул Косяк.
  -- Понятно. Выжил только я. Один настоящий мужчина, - заключил по раздавшимся проклятиям Косяк.
   На фоне въезда в бокс показалась рослая фигура. Приближаясь широкими шагами, попала под боксовое освещение. Моментом налившись яркостью и контрастом, превратилась в белобрысого наемника с блеснувшими бликами офицерских ромбов. Окинув открывшееся лежбище тюленей, лейтенант презрительно скривился. Поведя орлиным носом, блондин явный любимец женщин попытался уловить запах алкоголя.
   Задумчиво наморщив косматые брови, забегал зеленоглазым взглядом по телам, пытаясь определить старшего. Не придя к моментальному решению, поиграл желваками.
  -- Кто старший?
   Открывая глаза Череп встретился с требовательным взглядом. Резко встал. По крайней мере, изобразил попытку рывком встать на ноги. Раскачиваясь как под порывами ветра, отдал рапорт.
   Ожидавший, как минимум без связанного мычания, лейтенант поднял обоженную бровь.
  -- И так сержант Черепков. Я ваш командир крыла. Меня интересует, как я представлю свое пополнение командиру корпуса?
  -- Мой лейтенант... мы не под действием алкоголя или наркотических веществ. Мы не успели испытать новую навигационную систему, и то что вы видите, - неучтенный побочный эффект!
   Выслушав объяснение Черепа, офицер уже другим взглядом сфотографировал экипаж. Раздумывая над услышанным, блондин подошел к Дыбе, наклонившись, не учуял ни чего подозрительного, хмыкнул.
  -- Мой лейтенант, рядом с нами есть еще экипаж на котором установлена такая же система. Эффект такой же, - продолжил Череп, пытаясь прочесть эмоции на не естественно бледном лице офицера.
  -- И сколько вы... в таком состоянии собираетесь проваляться?
  -- Я думаю. Еще минут десять, пятнадцать и мы будем готовы, - четко отрапортовал Череп.
  -- Хорошо. Вам времени двадцать пять минут, - отрезал офицер повернувшись на каблуках, спокойно вышел с бокса.
   Только заметил, что не осознано задерживал дыхание, Череп выпустил воздух. Повернувшись к экипажу, увидел Дыбу делающего гимнастику. Выдыхая паровозом, Дыба выполнял наклоны и взмахи руками.
  -- Череп присоединяйся, помогает, - заметил Косяк, пытаясь не сбиться с темпа заданного Дыбой.
   Присоединившись к друзьям, Череп засопел. Борясь с накатывающей тошнотой, загнал вырывающийся на экскурсию желудок, в тиски пресса. Зашумевшая в голове кровь, растекалась по телу лавой, но в тоже время вернула устойчивость, и возвращая привычные ощущения, весело застучала в висках глухим пульсом.
  -- Дыба, сходи к Носорогу, подыми их тоже на ноги ладно? А мы тут уже с Косяком сами справимся.
   Слегка покачиваясь, Дыба поплелся на ругань из соседнего бокса. Срезая дорогу пробрался сквозь джунгли силовых кабелей и едва не наступил на распластавшегося Туза.
  -- Ну ты нашел где улечься, - усмехнувшись пробурчал Дыба, - Вставай давай. Сейчас командир крыла привалит, а вы тут лесоповал устроили.
  -- Тебе легко сказать вставай, - перевернувшись на спину ответил Туз, алея свежими ушибами на лбу, досадливо поморщился, - Ваша штука... поубойнее всякого похмелья. Звери. Сами то - как огурчики.
   Подперев ремонтную консоль качающимся Тузом, "везунчик" показал упражнение и дождавшись пока стрелок семерки перестанет заваливаться, осмотрелся.
   Слепень откачивал Носорога. Вскрыв стандартный пакет, достал металлического ежа. Поигрывая на свету игольчатым блеском, плоская аптечка замигала индикаторами готовности. Механик взвесил на руке чуду высоких технологий, уже присматривался куда бы пристроить "ежа".
  -- Погоди, - поторопился Дыба, - ты ему только хуже сделаешь. Накачаешь сейчас химией, он и поплывет. Давай по-другому.
   Объясняя идею физического упражнения, Дыба терпеливо дожидался пока механик семерки сообразит в какой последовательности делать упражнения. Ставя ругающегося Носорога на ноги, Дыба уважительно посматривал на Слепня.
  -- Молодец. Вы с Косяком как братья. Прям по одному рецепту деланные. Вестибулярный аппарат как у пингвина.
  -- Че?
  -- Да я говорю, хорошее чувство равновесия. Хорошо мозг адаптируется к резкой смене реальностей.
  -- Че?
  -- Да ни че!
  -- А че?
   Дыба в сердцах плюнул. Развернулся к Носорогу. Тот уже бодро делал взмахи, чередуя с наклонами. Раскрасневшаяся рожа, еще сохранила пятна бледности. Но в целом приобретала привычный окрас.
  -- Все парни. Я потопал.
  -- Дыба а что за ерунда то такая, это так каждый раз будет?! - поинтересовался Носорог, попробовав сделать первый шаг.
  -- Череп, сказал что привыкнем и все. Типа мозги еще не привыкли к таким сменам. Ну в общем он тебе сам по научному объяснит, - ответил Дыба, пробираясь назад к Милашке.
   Возле Милашки толпа удвоилась. Заслышав о новинке, технари не ленились и стягивались с соседних ангаров. Окружив Черепа плотным кольцом, разномастный люд задавал вопросы по достоинствам грозно выглядевшей машины.
   Косяк прикинулся по пояс деревянным, состроив дебильную рожу, убивая всякое желание задавать вопросы, отшивал очередного любопытного стеклянным взглядом. Еще только слюней не хватало. Блаженно развалившись у колеса, завидев Дыбу, стрелок оживился:
  -- О, ну как там? Доблестные "кабанчики" обгадили бокс?
  -- Да нет, - отмахнулся Дыба, усаживаясь рядом, - они молодцы. А Слепень, меня вообще удивил. Как ни в чем не бывало. Аппарат пашет без сбоев.
  -- Ну еще бы, - за ехидничал Косяк, - ...у него весь мозг и есть ентот аппарат. Ты что не заметил?
  -- Да есть немного. Вообще он какой-то, странный.
  -- Да нормальный пацан, - заступился Косяк, - просто у него, такая психологическая защита от быстрых смен обстановки. Можно сказать, первичная реакция организма.
  -- Ничего себе... Косяке ты чем успел удариться? Голова не болит?
  -- Да ладно тебе... О, кстати, вон и наш командир, с каким-то коротышкой топает.
   В лифтовом проеме показались фигуры офицеров, энергично переговариваясь, направились к боксу с толпой. Одна из фигур белела знакомой белобрысостью, а вторая выделялась энергичными шагами.
  -- Кстати... капитан, - прищурился Косяк. Вздохнув, заскрежетал ботинками по полу. - Дыба видать, лейтенант решил взять себе подмогу. Ни как сам командир корпуса, почтит нас своим вниманием.
   Дыба свистнул. Командир выглянул из толпы техников, коротко извинился, подошел к друзьям. Проследив за мотком головы Косяка, слеповато прищурился.
  -- И чего?
  -- Что чегокаешь, - усмехнулся Косяк, - начнем с забивания болта на целого капитана?
  -- Глазастик ты наш, - подобравшись Череп, провел руками по мятому комбезу. Проверив опрятность, поправил Косяку открывшийся нагрудный клапан.
   С входом офицеров, раздался окрепший крик Черепа:
  -- Экипаж. СМИРНО!
  -- Вольно сержант, - поморщился капитан, с любопытством разглядывая экипаж.
   Запрокинув голову, при взгляде на Дыбу, перевел взгляд на гребень Косяка. Ироничная улыбка спряталась в уголках пышных усов пшеничного цвета висевших ниже подбородка. Сразу же приковывая к себе внимание своей ухоженностью, тем самым давая хозяину время на рассматривание обалдевших новобранцев. Сфотографировав всех пронзительным взглядом голубых глаз, капитан обернулся к лейтенанту.
  -- Негр и чего ты дергался. Вроде все нормально. Трезво стоят на ногах. Взгляд ясен, стойки строевые, сразу видно - образцовую "зелень" только с учебки.
  -- Ты их сразу не видел, - пояснил лейтенант, - тогда они были как наши после канистры спирта.
  -- Что скажите? - повернулся капитан к экипажу, заложил руки за спину.
  -- Мой капитан. Я уже объяснял лейтенанту суть, - начал Череп, уже сомневаясь в правильности идеи о создания Милашки. Заученным голосом продолжил, - У нас новая система навигации. Основанная на имитации боевой обстановки при помощи виртуального симулятора. Более шести часов не тестировали, а тут сразу неделя без перерыва. Поэтому только сейчас, обнаружился этот эффект, но это временное, с непривычки.
  -- Ну что же показывайте, - буднично ответил капитан. С деланным пониманием выслушал пояснения. Чего только не услышишь от оправдывающихся.
   Проходя мимо строя, попросил техников убраться с обзора. Остановившись напротив опущенной морды Милашки, долго всматривался в незнакомые обводы.
  -- Постой-ка, так это машина что на показухе была в столице?! - обернулся капитан.
  -- Так точно она. Она единственная.... пока, - не без гордости ответил Череп. Подойдя, продолжил, - Мы ее с Петко делали.
   Углубившись в историю, Череп воодушевлено рассказывал о основных принципах ожививших Милашку. Таская капитана по всем доступным узлам, размахивал руками, и тыкал пальцем в основные различия. Забравшись с капитаном во внутрь, оставил с наружи жадную тишину. Не проронившие ни слова техники, помолчав с минуту, начали галдеж. Все никак не прейдя к однозначной оценки, продолжали спорить. Спор прервал свист запускаемых силовых установок. Прыснувшие в стороны техники, с замиранием следили за просыпающимся стальным зверем.
  -- Ну все , - махнул рукой Косяк, - это надолго. Сейчас начнется показуха.
  -- А что есть на что посмотреть? - заинтересовался Негр.
  -- Ну вам есть на что, а я уже насмотрелся до усрачки. Все эти финты, сами рожали в муках.
   Тем временем Милашка покрылась сетью багровых искр. Разбив корпус на ячейки, грани паутины наливались цветом. Затихшие техники, попятились к выходу, а когда ячейки затянулись опасно красным цветом, откровенно рванули к выходу.
   Негр если и нервничал то вида не подал. Держа боковым зрением скучающую рожу Косяка, широко расставив ноги любовался светопреставлением. Раздавшийся свист разом опал. На месте машины, красовался обычный бархан. На котором четко просматривалась каждая песчинка, и слегка меняющийся узор волн.
  -- Хм, - мотнул головой лейтенант, - хорошая мыслишка. Еще что ни будь?
  -- Смотрите, - пытался скучать Косяк. Сам же, с жадным любопытством впитывал реакции лейтенанта.
   Пол заметно дрогнул. Разлетевшийся эхом составной бряцающий звук, вернулся с запозданием. Вздрогнувший офицер, наклонив ухо, пытался по звуку догадаться о происходящем под маскировкой. Повисшая пауза, обросла тишиной, за спиной зашаркали осмелевшие техники. Опавший переливающимися искрами ореол, открыл Милашку в осадном положении. Вырвавшийся вздох, прокатился по всем углам бокса.
  -- И что это дает? - не оборачиваясь спросил лейтенант.
  -- Ну во первых, скорострельность и точность попаданий. Во вторых скорострельность главным калибром, ну и это положение разрабатывалось для охоты. Ну а также, можно использовать как элемент стационарной обороны, - блеснул умными словечками Косяк, наслаждаясь проступившими обрывками эмоций офицера, накладывая бальзам самолюбия на сердце ложками, да что ложками, - килограммами!
   Офицер морщил лоб. Задумчиво скрестив руки на груди, покусывая сжатый кулак, взглядом вцепился в поигрывающими стволами Милашку. Сжав до хруста кулак, закусил фалангу указательного пальца.
  -- Все таки же можем делать, - горячо прошептал Негр. Повернувшись горящим взором к новобранцам, требовательно спросил, - почему же раньше таких машин не было?! Почему?
  -- Ну,- замялся Косяк. Почувствовав себя виновато, не знал куда деть глаза. Оправдываясь прошептал - ..ну мы ее сами сделали . Она даже не в серии. Мы ее с Петко делали на свой страх и риск.
  -- Как всегда,- горько усмехнулся офицер и уже потеплевшим голосом продолжил, - ну парни если ваша ...кстати как вы этого монстра прозвали?
  -- Они ее Милашкой зовут, - выручил замявшегося Косяка, подошедший с экипажем Носорог, - вы бы видели что она вытворяла на учениях. Нас тогда решили Шершнями обкатать. Только они и остались на ходу, причем засчитали тогда всему корпусу ничью.
   Лейтенант вскинул бровь, уже с неподдельным интересом рассматривая зардевшегося Косяка, и Дыбу разглядывающего потолок.
  -- А вы кем приходитесь? - развернулся Негр, уперев взгляд в Носорога, - секретуткой?
  -- Пардонте, пардонте..., - тут же поправился Носорог, - ...Мой лейтенант! Экипаж боевой машины среднего класса для дальнейшей службы прибыл. Старший экипажа сержант Рогов.
  -- Ясно, - заключил Негр, - позывной?
  -- Носорог.
  -- Достойно. И так, у вас такое же чудо?
  -- Ни как нет, - рапортовал Носорог, поедая боевого лейтенанта глазами, - стандартный "Вепрь". Только... добавили систему виртуальной симуляции, как у них.
  -- Так..,- протянул Негр, - только и слышу новая система да новая система. Что за чудо такое?
  -- Это надо почувствовать,- зазывно заулыбался Носорог.
   Из заглушенной Милашки выбрались довольный Череп и задумчивый капитан. Сославшись на дела, бегло принял рапорт "семерки", и едва ли не бегом покинул бокс. Лейтенант недоуменным взглядом проводил капитана. Заинтересованно повернулся к довольной улыбке Черепа.
   Узнав тактико-технические характеристики Милашки, да и воочию воззрев все достоинства тяжелого танка. Капитан в начале не поверил, долго гонял Черепа по всем бортовым системам. Заглядывая в каждый угол интересовался вооружением. Буквально руками ощупал энергетические выводы генераторов, достойно прошедших весь путь без замены вставок, являющихся слабым местом всех тяжелых машин. А узнав суммарную мощность залпа, впал в тихую прострацию и сославшись на необходимость срочного разговора с командиром заставы, сорвался с темпом курьера со срочной депешей.
  -- Ну тогда сделаем так парни, - выслушав Черепа, лейтенант подвел итог. И с загоревшимися глазами начал выстреливать предложения. - Сейчас расквартировка. Утром вас представят корпусу. Там уже более тесно познакомитесь с крылом. Если все что вы здесь рассказали, правда, то не вылезать вам с рейдов, - взглянув на часы, охнул, - Берите личные вещи, проведу вас в казарму.
  
   **********************
  
   Раскинув руки Косяк завалился на койку. Рассматривая узорчатый потолок, с интересом замечал пристрастия бывших хозяев. На потолке красовались глубокие шрамы от боевого тесака.
  -- Однако... безбашенный тут народ проживал, - заключил Косяк.
  -- Что знакомый запах уловил? - поддерживая беседу, отвлеченно поинтересовался Череп. Борясь с заклинившей лямкой вещевого кофра, раздраженно треснул кулаком.
  -- А ты попробуй. Лежа на койке, пометать тесак в потолок. Я пока не самоубийца. - протянул Косяк, втихую от Черепа понюхав подмышкой.
   Хлопнула дверь душа. Пофыркивая, Дыба по собачье встряхнулся. Улыбаясь натягивал свежее белье.
  -- Дыба не надо рожи корчить, - сказал Косяк, ужимаясь от разлетающихся капель, - ...мне уже страшно.
  -- Слышь, пугливый. Ты со жратвой что ни будь придумал?
  -- А чего думать, сейчас его святейшество соизволит поднять свой тощий, но царский зад, попарится в баньке, тогда и пойдем знакомиться с местными кабачками.
  -- Лентяй. Нет что бы сэкономить на приготовлении пайка, ты нас по кабакам таскаешь, - закончив бороться с кофром, отозвался Череп.
  -- Нет, ну если вы настаиваете, - выделяя ударенья, ухмыльнулся Косяк,- то я могу предложить фирменное блюдо...
  -- Все я уже иду мыться...- сдался Череп, сорвавшись пулей, заплескался под струями воды, - с меня с твоего прошлого фирменного... желудок с кишечником вообще перестал дружить.
   Коротая время, Дыба совратил Косяка сыграть в шахматы. Подключив терминалы, расселись по койкам, с хмурыми рожами погрузились в стремительное передвижение фигур.
   На самой заре шахматной эпопеи, Косяк соглашался с охоткой, но после проигрыша, постоянно разбивал терминал об стену. Все бы ничего, но новый терминал уже после пятого раза, ему не дали. Уступая слезным обещаниям "в последний раз" Череп залез в ящик с запчастями и собрал из пяти остатков один рабочий терминал. Приведя его в рабочее состояние, подарил потрескивающий и черно-белый терминал Косяку. Но выдвинул одно условие.
   Дыба взялся за натаскивание Косяка в шахматах. Тот сопротивлялся как мог, но просидев под домашним арестом два дня, да еще с таким цербером как Дыба, - согласился. Через неделю втянулся. Зачастую забывая о предвыходных посиделках в кабачках, увлеченно рубился с Дыбой в шахматы. Уже через месяц, Дыба сломал свой первый терминал...
  -- Все Дыба! Ты продул свой терминал! Давай мне его сюда, - довольно потирая колени Косяк демонстрировал все тридцать два зуба.
  -- Погоди, погоди. Я сейчас прикроюсь..., - собирая на лбу горные хребты умственных усилий, Дыба сверлил дыру в дисплее.
  -- Да чего годеть?! Тогда мат в три хода. И вообще ...Терминал гони! Ты продул! Забирай это пещерное детище, от которого в глазах рябит и отдавай свой!
   Череп одеваясь, заглянул в терминал Дыбе, задумчиво пожевав губу, цыкнул:
  -- Да, Дыба, ...сдаешь позиции. Тут он тебя прижал классически.
  -- Череп, а давай с тобой на твою навороченную игрушку сыграем? Три партии....,- Косяк воодушевленный успехом, уже косился на Череповский терминал.
  -- Что крылья отросли? - усмехнулся Череп, - ты пока с Дыбой побалуйся, а потом посмотрим.
  -- Да что там Дыба, - скривив высокомерную рожу надулся Косяк, - наш зверобой сильно увлекся железяками. Забросил взращивания своего грецкого орешка. Скоро как динозавр...
   Прервался на уклон от подушки, просвистевшей с третьей космической скоростью. Укоряющий погрозил пальцем.
  -- Дыба , Дыба , а это уже не честная игра. Травмировать соперника перед матчем это..., - задумавшись над перспективой развития событий, Косяк почесал затылок, - Что то я проголодался, терминал я завтра заберу. И вообще, не пора ли нам пойти похомячить, - спрыгнув как лягушка, Косяк умчался к двери. Повернувшись в проеме, продолжил , - ... Дыба ты вообще-то в шахматы когда нить играл, как конь то ходит, знаешь?
   Услышав грохот резко отодвинутой кровати, и грохот упавшего тела, стрелок скрылся за створками двери.
  -- Да ладно тебе Дыба, - успокаивал Череп, набычившегося водителя, - не корову же проиграл.
  -- Да Череп, самое обидное, что сам! Сам! Вот этими руками такую змеюку взрастил. Пригрел на груди. А теперь меня обставляет как пацаненка, - потирая ушибленную коленку, усмехнулся поднявшийся Дыба.
  -- Да ладно тебе пошли ...а то Косяк опять на японскую кухню потянет, заставит жареных змей жрать.
  
   ***************************
  
   Наступившее утро встретило вышедший в коридор экипаж оживлением. Спешащие люди заполнили коридор морем голов и шумя водопадом, создавали фон разговоров и смеха. Попав в бурное течение, троица не понятливо переглядывалась.
  -- Череп, - непонимающе оглядываясь, полушепотом спросил Косяк, - откуда столько народа? Вчера подумал, что нас на кладбище поселили.
  -- А я что, местный старожил? - сделав невозмутимое лицо, Череп плыл по течению, - видать вчера тоже все в кабаках сидели.
   Поток все уплотнялся. Широкий проем, выхода в ангар, показался надеждой на скорое освобождение с тисков людского течения. Выплеснувшись с проема, наемники целеустремленно растекались ручейками, каждая группка впадала в свои боксы заставленные боевыми машинами.
   Коротко переглянувшись, троица побрела к своему боксу.
  -- Косяк, ты у нас самый глазастый. Сколько заполнено боксов. И сколько вчера? - спросил Череп.
  -- Сегодня почти все заполнены, - замотав головой ответил Косяк.
  -- Так значит, все вчера были не в кабаках, - подвел итог Дыба.
  -- Одно слово. Гений! - восхищенно усмехнулся Косяк, -Дыба тебе в разведку нужно. Будешь всех поражать своим мозгом.
  -- Я тебя сейчас буду поражать - у стоматолога дневать и ночевать будешь, - отмахнулся Дыба всматриваясь в даль. Рассмотрев, усмехнулся: - ...у нас комитет по встрече.
   Перед боксом с Милашкой собралась небольшая толпа. Стоя по парам и тройкам серые комбезы техников перемешались с песочными цветами наемников, и активно жестикулируя спорили с выходившими из бокса новыми оппонентами, пытавшимися доказать какую-то свою правоту.
  -- Так дяденьки... прошу разойтись. Пропустите меня к мамочке, - взяв снисходительно шуточный тон, Косяк в наглую протискивался ко входу в бокс, - ...цветы можно на потом и вообще за... За зрелище всегда деньги платят!
   Оборачиваясь на наглый голос наемники уже прожившие не малый срок жизни, слегка опешив рассматривали щуплую фигуру наглеца. Готовые сорваться резкости, так и оставались желаниями. За Косяком, проплывал, видимы почти по грудь айсберг фигуры Дыбы. Смотрящие снизу вверх наемники почтительно расступались. Кому охота попасть под танк?
   Дойдя до Милашки, Косяк повернулся, по хозяйски подпирая бронированное крыло, окинул умолкших наемников.
  -- Ну, кого покатать? Всего лишь за ящик пива.
  -- У тебя справка то от мамочки есть? - задал вопрос бородатый наемник. Ехидно склонив голову, щурился глазом, уцелевшем от полосы лицевого ожога, - еще придется перед лейтенантом краснеть за облеванный ангар ...
  -- А вот моя, справка идет, - перебивая взрыв смеха, Косяк мотнул на Дыбу.
   Пробираясь к трапу с серьзным выражением кирпича во все лицо, Дыба обернулся. По "доброму" улыбнувшись, полез во внутрь.
  -- Знатная зверюга, - ухмыльнулся одноглазый.
   Услыхавший последнее слово, Дыба выглянул с нахмуренной рожей.
  -- Машина выглядит красиво...,- поспешил исправиться одноглазый наемник.
   Следом за Дыбой, юркнул мышкой Череп. Косяк же, для установления дружеских отношений, балагурил с наемниками. Вступая в словесную пикировку, успел раскатать пару шуток, и уже улыбаясь, перезнакомился со всеми наемниками "ветеранами".
   Размахивая руками, поведал историю создания Милашки, первое боевое крещение и перепуганных местных службистов. Попав на понятливую аудиторию, уже травил все что приходило в голову.
  -- Ну так вот. Едим мы как то по пустыни, ну с караваном этим. Жара стоит, плюнешь на броню, не успеешь увидеть как испарится. Ну и тут командир говорит, мол глянь что там на востоке отметку дает. Ну я стволами повел, гляжу и ни чего не понимаю. Стоит городской траулер. Ну этот, на котором только по окрестностям мотаются. Смотрю по карте, а до ближайшего города как раком до Земли. Еще раз проверяю. Машина с задранными заслонками стоит. Чадит со всех щелей. А рядом фигурка руками машет. Ну я и говорю Черепу, так мол и так. Человеку помощь нужна. Мы к начкару, тот...валите, типа посмотрите что за ерунда. Подъезжаем. А там стоит это чудо, в нелепом скафандре. А на ногах ласты. Да , да... самые натуральные ласты. Ну, мы насторожились. Спрашиваем, ты вообще кто мол и что ты здесь делаешь в таком дебильном скафандре и ластах. Он на нас как на спятивших смотрит, и посылает дальше Фобоса... Тыкает нам носитель, а на нем красочная такая путевка с картинками. И спрашивает, как мол до моря добраться. Тут мы вообще обалдели. Представляете на Марсе море?! Одни пески и скалы, а он как до моря добраться. Я вообще говорить не мог, ну а Череп как самый умный, говорит что до море далеко, очень далеко...Ну а тот начинает орать словно песка в дюзу наловил. Матюками кроет, что ухи отваливаются ...что на Марсе одни идиоты, если такой пляж отгрохали...,- Косяк дождался пока поутихнет взрыв смеха, ответил на вопрос, -...а этому чудику, он только первый день был на Марсе. Какой-то умница впарил путевку на знаменитые Марсианские пляжи.
   Косяка уже воспринимали как своего. Послышались вопросы, уточнения, когда мол экипаж проставляется, что бы на халяву пива попить да и послушать байки в компании веселого парня.
  -- Слушайте, а наш капитан, что за человек? С виду, какой-то шкет и размазня, - спросил Косяк у одноглазого. По мигом установившейся тишине, Косяк понял что сморозил глупость.
  -- Ты это... зелень, больше таких слов не говори. Иначе рискуешь нарваться на череду серьезных разговоров с каждым экипажем, - сверкнув оставшимся глазом, бородатый нахмурил брови, - Капитан мужик мировой. Он нас с такого дерьма вытаскивал, что многие родились второй раз.
   Повторяющийся писк, звонкой нотой пронесся по боксу. Усиливаясь писком со всех сторон, нарастал подобно горной лавине. Даже не взглянув в надрывающиеся коммуникаторы, наемники быстро стали покидать бокс.
  -- Эй , что это? , - схватив за рукав мелькнувшего рядом наемника, спросил Косяк.
  -- Построение. Выходите из бокса, там увидите.
   Выскакивая из шлюза, Череп промчался с металлическим лязгом по трапу. Успев только, рассмотреть спину Черепа, Косяк слегка присел от резкого звука. Дыба решив срезать, сиганул с запасного люка. Кинувшись за товарищами, Косяк догнал экипаж.
   В центре ангара обрастала ровными углами коробка из человеческих фигур. Подбегающие со всех сторон наемники были похожи на муравьев решивших выстроить квадрат без одной стороны.
   Дыба рассмотрел лейтенанта. Потянув Черепа в сторону офицера, не глядя помахал Косяку. Проявив чудеса ловкости, Косяк изменил траекторию словно наткнулся на невидимую преграду. Шумно задышав, замер рядом с друзьями, поводя глазами отметил что большинство слушателей в той же стороне квадрата.
   - Корпус, смирно! - команда пронеслась эхом выстрела.
   В открывшемся проеме показался капитан, бодро пройдя в центр коробки, замер на середине. Окинув строй взглядом замер.
  -- Господа, - бодро начал капитан, - у нас сегодня знаменательный день.
   Нахмуренные лица слегка заулыбались.
  -- По результатам боевых действий по обороне заставы и разведывательных рейдов за месяц, было составлен рапорт в столицу. Сегодня пришел ответ. Командование Батальона отметило наш корпус как лучшее подразделение заставы, - в строю начал нарастать гул. Терпеливо дождавшись тишины, капитан улыбнувшись продолжил, -...и каждому экипажу назначена премия. В размере двух месячных окладов.
   Строй взорвался довольными криками. Слегка распадаясь, построение наполнилось смехом, где наемники наплевав на устав начинали балагурить и высказывать планы на вечер.
   Прозвучавший кашель капитана, услышала бы только собака, и то если бы сидела рядом, но смех и разговоры прекратились, как по команде.
  -- Я хочу вспомнить тех кто не дошел до конца, - на последнем слове, капитан четким движением снял берет.
   Уложив его на согнутую в локте руку, не подвижно замер склонив голову. Одновременно с капитаном, строй наполнился шелестом сминаемой ткани и угрюмым молчанием.
  -- Командирам крыльев, проследить за исполнением завещаний, - спустя минуту, голос капитана заставил ожить строй. Одевая берет, слегка улыбнулся, - Есть еще одна приятная новость. Наши ряды слегка позеленели.
   Наемники заулыбались выискивая в строю новеньких. С интересом поглядывая на новоприбывших, тихо перешептывались.
  -- Новоприбывшие, выйти из строя.
   Череп четко вышел из строя. Чувствуя на себе цепкие взгляды не полной сотни глаз, боролся с дрожью в коленях, пока не услышал за спиной успокаивающий грохот Дыба. Уже более уверенно развернувшись лицом к строю заметил свирепое выражение лица водителя, отбивающее охоту попасть в обзор бойниц холодных глаз.
   Стараясь быть похожим на большого брата, следом выдал дробь Косяк. Не став напяливать маску сурового война, сдерживал дежурную улыбку.
   Внимательные глаза ветеранов рассматривали новичков. Цепкие взгляды, занимались вскрытием. Не прейдя к однозначным выводам ветераны тихо переговаривались.
  -- И так господа. Первым представлю вам экипаж машины, заставивших нашу доблестную службу безопасности, оторвать зады от насиженных мест и понервничать отрабатывая бешенные оклады. Экипаж машины, которая вызвала такую бурю неоднозначных оценок. Итак. По традиции представляю экипаж по позывным. Сержант Череп - командир экипажа. Рядовой Дыба - водитель. Рядовой Косяк - стрелок. Позывной тяжелой машины - Милашка.
   Заулыбавшиеся наемники, наполнили ангар добродушным люлюканьем. Комментируя позывной для такого зверя, понимающе улыбались. Послышались соленные шуточки и предложения, а не повязать ли Милашку с "Медведем", для получения лютого потомства.
   Закончив представлять экипаж Носорога, командир корпуса отдал власть в руки лейтенантов. Разведя крылья в разные стороны, офицеры преступили к доведению мероприятий на день.
   За крайним боксом был устроено вместительное лежбище, - угол для летучек. На сложенных штабелями бронеплитах и мотках кабелей расположились наемники. Расслабленные позы, легкий треп, вспыхивающий местами смех, - все придавало не принужденный характер предстоящей беседы.
   Но при подходе лейтенанта, все моментом прекратилось. Позы остались те же, но казалось в воздухе сгустились грозовые тучи. Сосредоточенные лица, цепкие взгляды, и тишина как губка впитала все пустые разговоры.
  -- И так, у нас пополнение, - взяв быка за рога, начал лейтенант, - поэтому намечается сдвиг в патрулях.
  -- Наконец то.., - проговорил чернявый наемник, поигрывая тесаком. Тыкая титановым острием в обмотку кабеля, наемник с тремя нашивками ранений в бою, облегченно выдохнул, - .. от катетера в заднице, геморрой с голову...
  -- Перо, так это ты старый забыл вытащить ... - всхрапнул, лысый ветеран. Раздавшиеся смешки пробежали волной.
  -- Боюсь геморрой не рассосется ..., - улыбнулся лейтенант, - Этот экипаж будет участвовать в глубоких рейдах.
   Резко замолчавший смех, обозначил недовольство сказанным. Выражая общее настроение, поджарый наемник с многочисленными нашивками ранений, и планками участий во многих боях, начал заводиться.
  -- Негр а с какого перепуга их в рейд? - зло удивленно повел бровью лысый наемник. Оценивая взглядом, стоявших позади экипаж, перевел вопросительный взгляд на лейтенанта.
   Спокойно выдержав взгляды не довольства, лейтенант спокойно ответил :
  -- Лохматый ты их машину видел?
  -- Ну и что. Я буду подставляться под залпы, только из-за красивой жестянки? - не сдавался лысый ветеран, - Я даже не знаю, что они за бойцы. Ты же сам прекрасно знаешь, что машина это только пол дела, а тут предлагаешь необстрелянную "зелень" в напарники.
  -- Я тебя понял, - утвердительно мотнул головой лейтенант, - твои предложения?
  -- Пусть помотаются на конвое грузовиков, там иногда постреливают а потом посмотрим. А то тоже получается - ветераны натирают задницы на черновой работе, а "зелень" сидят на боевых окладах, и в ус не дует.
   Негр внимательно выслушал ветерана, протянул Лохматому свой терминал:
  -- Взгляни на приказ.
   Скривившись от безысходности, Лохматый взял терминал кончиками пальцев. Бросив касательный взгляд, зацепился за строчки. Привстав, с полулежащего положения нахмурил брови. Вцепившись взглядом в текст, шевелил губами. Поглядывая на троицу, наглаживал свою лысину.
  -- На сколько это правда?
  -- Подборка безопасников.
   Лохматый пожевав губу вернул терминал. Начал терзать троицу взглядом, выискивая промах службистов.
  -- Возражение снимаю.
  -- Лохматый ты что там вычитал. Письмо своей седьмой жены, о том что они твои не брачные дети? - возвращая долг рассмеялся Перо.
  -- Приказ Удава. - произнес Лохматый, любуясь вытягивающимся лицом вечного оппонента.
  -- Да иди ты ...
  -- Сам спроси, - пожав плечами, Лохматый откинулся, заложив руки за голову.
  -- Ладно хватит трепаться, - лейтенант подводя итог, взглянул в терминал, - И так в ночь. Перо - твой патруль сектора. Рогач, - на выбор двух разведчиков и на рудники. Мятый, Сахарок, Рупь, - смените дежурные патрули в секторе Б-6 и Б-7. Лохматый твой ночной рейд ... "зелень" ясен пень с тобой. Остальные до тринадцати на машинах, а там посмотрим. Вопросы? Тогда все свободны! Зелень с Лохматым на месте.
   Насест для летучек мигом опустел. Мозолить глаза начальству - последнее дело, найдется куча срочных дел, которые сможет выполнить только тот кто первый попался на глаза.
  -- Ну как выспались на новом месте?- широко улыбаясь спросил Негр, - Будем вам техника подбирать? А в четыре по нулям на инструктаж и в рейд.
  -- Есть, - ответил Череп, елозя вспотевшими руками по брюкам комбеза, - только.. вот так, вот сразу?
  -- А вы что, думали?! - резко вмешался в разговорЛохматый, - мы в песках будем подставляться под раздачу, а вам будут попки вытирать на заставе? Проснись! Тут не учебка и горшочки за вами носить, да сопельки вытирать ни кто не будет! - недовольно процедил Лохматый. Усмехнувшись, окинул экипаж не довольным взглядом.
  -- Слушай Лохматый, какой гвоздь у тебя в заднице сидит? - набычившись пророкотал Дыба.
  -- Гвоздя нет. Есть только прыщавая "зелень", которую мне усилено суют прикрывать задницу. И что бы она сразу не увяла, я расставляю все на свои места. Детство кончилось и цацкаться с вами, я не буду! - начав заводиться, чуть ли не плюясь, зашипел лысый ветеран. Задирая голову, сверлил Дыбу горящим взглядом, - И вам следует уяснить это. И забыть о любой поблажке. Вы на войне и здесь вас грохнут даже не окликнув.
  -- Браво..., - легко хлопая в ладоши, лейтенант встал между готовыми сорваться в драку наемникам, -...потрясающая речь. Если не возражаете я скажу одно слово...ЗАТКНИТЕСЬ!
   Слегка прищурившись, Дыба разжал побелевшие кулачища. Расслабив собранное в пружину тело, мягко отступил назад.
  -- Лохматый, - глядя в глаза произнес Дыба, - Для смерти нет разницы. Молодой ты или...спелый. Она забирает всех.
   Лохматый продолжал уничтожать Дыбу взглядом, и только после второго отклика Негра, пошевелился восстановив дыхание. - ...Лохматый свободен. В час, у меня как штык.
  -- Есть, - хмуро ответил Лохматый. На прощание "тринашке", выполнил шуточное приветствие двумя пальцами. Возглавляя экипаж, зашаркал развязанной походкой. Отойдя несколько шагов, смачно сплюнул.
  -- Чего он завелся, - проводив взглядом лысого ветерана, поинтересовался Косяк.
  -- Да была история...., - нехотя проговорил Негр . На лице отражались весы решения, рассказывать или нет. Сдавшись под вопрошающими взглядами, продолжил, - они один раз влипли в хорошую историю. Из трех экипажей с рейда вернулись только "одиночка". Паренек отрапортовал о засаде. Ну построение, почести. Парня почти к награде за мужество. А через четыре дня к заставе прикатил старатель. Приволок с собой Лохматого. Пока медики латали парня, старатель то и поведал, как он поймал "сос" на старой доброй морзянке. А когда пошел по пеленгу, наткнулся на свалку расстрелянных машин. Нашпигованный урановыми снарядами кабанчик, вернее то что от него осталось, светилось как солнце в зените. В двигательном, полуобоженный Лохматый, коротил силовые контуры сдыхающего генератора... Но Лохматый все-таки выкарабкался. А как только встал на ноги, сбежал с госпиталя. Вечером, пять человек не могли отодрать его от горла того "храбреца". Ну Лохматого на трибунал, там то он и все выложил, как по трусости того парня, наткнулись на патруль азиатов. Как тот прятался за спины парней, а потом удрал оттуда.
  -- Да..., - протянул Косяк. Прочувствовав историю, сглотнул комок, -.... Как таких земля носит.
  -- Уже не носит, парень повесился. Не дождался перевода.
  -- Да какая разница, все равно урод, - категорично заявил Косяк. Заводясь, нервно нарезал круги вокруг лейтенанта.
  -- Почему урод, нормальный был парень, - буднично сказал лейтенант. Двинувшись в глубь ангара, продолжил, - парень только прибыл с новой партией бывших военных с Земли. Наврал вербовщику или еще каким-то макаром подделал личные данные. Типа он до тотального разоружения отслужил в танковых войсках. Ну его сразу к нам. Ну а тут его стразу в рейд. Ну он и струхнул...
  -- Все равно урод, - злясь, ворчал Косяк, - он же парней этих всех сам считай и грохнул. Все из-за него, так ему и надо.
   Проходя мимо ватаги техников, увлеченно обсуждающих какую-то трансляцию, офицер окликнул не высокого человека. Раздражаясь на отрыв от увлекательного зрелища, щупленький мужчина невзрачного вида слеповато прищурился. Завидев лейтенанта, обречено поплелся навстречу.
  -- Негр, это срочно? - проговорил техник, в зашарканном комбезе, с надеждой поглядывая на увлеченных трансляцией товарищей.
  -- Доцент, хватит балду пинать. Принимай экипаж. Восьмой бокс.
   Поправив и без того аккуратную прическу, техник посмотрел на экипаж. Не задерживая взгляд, лениво окинул экипаж гримасой недовольства.
  -- Ну что же познакомились. Идите к боксу я вас догоню...
  -- Доцент так не пойдет. Парням вечером в рейд.
  -- Все вы куда то спешите, - обречено проговорил техник. Махнув рукой, вдруг встрепенулся, - ...погоди восьмой это с новой машиной?
  -- Ну что забыл уже нумерацию боксов? - улыбнулся лейтенант, глядя на мигом забывшего о трансляции Доцента.
  -- Ну это разом меняет дело, - обрадовано потер руки Доцент, - давно я не встречал такою интересность и все в одном месте.
   Проходя по ангару Дыба с интересом крутил головой. За такое короткое время в боксах развернулись целые трудовые эпопеи. Сыпались искры сварки, слышалось чваканье ремонтных манипуляторов, шипящий свист молекулярной сварки. Вспыхивая ярко - зеленными зайчиками, вспышки порождали причудливые тени.
   Поймав взглядом, рукотворное солнце сварки, Дыба захлопал глазами. Рядом требовательно запищало. Отойдя в сторону почувствовал ветерок, мелькнувшей транспортной тележки груженной, судя по резкому запаху жженого металла, свежими броне пластинами.
   То с одной то с другой стороны, их обгоняли автоматические тележки. На некоторых развалились наемники. Сидя на автокарах, груженных мотками кабеля или пачками броне листов, люди весело переговаривались, а то и остервенело спорили. Обсуждая какое-то улучшение или ремонт, сыпали научными терминами вперемешку с отборной руганью.
   Оставив экипаж в боксе, лейтенант напомнил Черепу о инструктаже. Обернувшись на оклик, извинился и быстрым шагом покинул бокс.
  -- Ну, что парни давайте знакомится. Меня вы уже знаете..., -суетливо проговорил Доцент, не зная куда деть руки засунул их в карманы.
   Назвавшись друзья замерли в ожидании. Повисшую паузу нарушил Череп:
  -- А вы какие машины знаете?
  -- Да почти все. Начинал с "Рысей". "Кабанчиков" тоже щупал., - помрачнев, Доцент продолжил, - последний экипаж "Медведь".
   Пытаясь уйти от тяжелой темы, техник начал сыпать вопросами по Милашке. Вооружившись стандартным ремонтным терминалом, дергая Дыбу вопросами, показывался со щупом то с одного края, а затем уже выныривал с противоположного.
  -- Дыба не отходи от него не на шаг, - проговорил Косяк, обеспокоено пытаясь высмотреть, куда лазит техник, -а то ненароком закоротит что нить или отломит. А потом перед Лохматым век не оправдаемся. Первый патруль и поломка.
   Следя как по хозяйски техник снимает бронированные лючки, Дыба проворчал:
  -- Ну что скажешь командир?
  -- Давай ему поможем, - проговорил Череп, закатывая рукава, - Мы же его незнаем.
   Сопровождая техника Череп с Дыбой облазили всю Милашку. Показывая основные узлы, сами прислушивались к дельным замечанием. Фонтан терминов, изливался с Доцента, с увеличивающимся напором. Указывая на тот, или иной узел давал оценки, тут же предлагал варианты улучшения. Выдерживая критику, Череп сам увлекся и спустя полчаса увлеченно спорил с техником. Теряясь в шквале теории, доказывал практикой. Загружая таблицы с результатами стендовых испытаний, тыкал в них пальцем.
   Дыба улыбаясь смотрел на беготню. Подпирая Милашку, вовремя уходил в сторону, когда увлеченные спором "умники" носились от консолей к установкам. Подмигнув Косяку, мотнул головой в сторону, нашедших общий язык "братьев по разуму".
  -- Нашла коса на камень, - снисходительно улыбнулся Косяк.
  -- Не говори, они нашли друг друга, - поддерживая друга, усмехнулся Дыба, - теперь Череп будет переделывать Милашку как свой терминал.
  -- Ну в этом ничего плохого нет, - задумавшись, натер гребень Косяк, - ведь терминал у него что ни говори - последний писк.
  -- Эх Косяк, лучше - враг хорошего, - философски заключил Дыба собираясь, залезть во внутрь.
  -- Молодой человек, - вынырнула голова Доцента из раскрытой панели, - вы не уходите, я сейчас и вами займусь.
   Косяк хрюкнул, глядя на сползающую с Дыбы усмешку, ехидно захихикал. Получив легкий подзатыльник, ободряюще похлопал Дыбу по плечу. С водителем техник попытался проделать тот же номер. Но. Получилось совсем не так как задумал Доцент. Пытаясь блеснуть своей эрудицией, добился только более угрюмого вида водителя. Дыба набычившись молчал. Задавая вопросы, желая понять тот или иной узел, Доцент пытался вывести Дыбу на научный диспут.
   Роняя слова центнерными балками, Дыба отвечал на вопросы которые считал важными. За все время конструктивного диалога, произнес пару сложных предложений.
  -- В общем так, - прервал Дыба длительную речь, о необходимости коренных изменений в конструкции. Хлопнув кулачищем по раскрытой ладони, пригвоздил вздрогнувшего техника взглядом, - уважаемый, мы менять ничего не будем. Эта машина себя показала и нас это полностью устраивает.
  -- Да, но...
  -- И ни каких но, - переходя на ласковый тон, нежно пробасил Дыба, - я считаю, что этот вариант оптимальный и пока он не доказал обратное, он таким и останется. И вам нужно это принять как ....О! ...как аксиому. Как Фобос, - он есть и с этим ничего не поделаешь.
  -- Но ведь ...можно же...
  -- Доцент, - глубоко вдохнув, шумно выдохнул Дыба, - давай определимся. В этой машине, каждый узел перепроверяли по сотне раз. И пока другого не нужно. А если надо будет, мы обратимся к тебе за советом. Лады?
  -- Но, -растеряно протянул Доцент, увидев как Дыба нахмурился, махнул рукой, - Я то помочь хотел.
  -- Вот и ладушки, - радушно заулыбался Дыба, - значит сработаемся.
   Подмигнув измотанному диспутами Черепу, увел техника за Милашку, по ходу перечисляя марки смазочных материалов, указал какие узлы и какой смазкой обслуживать, а рядом пристроился Косяк. Успевая вставлять, свои пожелания, крутился вокруг парочки ужом.
   С поникшей головой Доцент, принял заказ первоочередных материалов. Обречено вздохнув, бросил печальный взгляд на детище, которому удалось избежать "улучшения". Утвердительно мотая головой, на несущиеся в спину уточнения, махал рукой, показывая что все понял и не морочьте голову.
  -- Дыба а не круто ты с ним обошелся? - спросил Косяк.
  -- Нормально, - улыбнувшись ответил Дыба, - понимаешь Косяк, есть такая порода людей. Которые сами ничего сделать не могут. А вот улучшить...дай только согласие. А в итоге, еще и сам окажешься виноват.
  -- Так что он пустозвон?
  -- Да нет. Просто мне не нравятся люди, которые сразу и все мажут грязью.
  -- А может... он знает что говорит? Спец.
   Дыба ухмыльнулся. Хлопнул Косяка по плечу. Не раздумывая Косяк со всей дури, вложился в удар в плечо.
  -- Ты чего Косяк!? - удивился Дыба.
  -- А просто так, - потирая ушибленное плечо, поморщился Косяк, -достал уже! То подзатыльник до звездочек, по чуть по броне не размазал. Дури много?! Сними вручную колесо, и поставь назад!
  -- Какие мы нежные, - усмехнулся Дыба, бросив хитрый взгляд на Черепа, продолжил,- ну извини. И вообще. Что то вы расклеились. Завтра возобновляем тренировки. По утрам доспехи в зубы и подубасимся.
  -- Садюга, - поежился Косяк. Посмотрев, на икнувшего Черепа, усмехнулся, - а говорят что большие люди добрые и ласковые.
  -- Ну а я что не добрый?! - искренно удивился Дыба, - не насмерть же, а так что бы тело держать в норме, а то уже от дружеской тычки ноете.
  -- Череп тебе не кажется что кто-то слишком много говорит, - прищурился Косяк. Многообещающи смотря на Дыбу, продолжил, - как насчет подловить его ... ну например в сортире, или например, когда эта туша будет дрыхнуть без задних ног?
  -- А в этом что то есть Косяк, - оживился Череп. Резко поднявшись, походкой чемпиона мира по всем видам борьбы, подошел к Дыбе. Задрав голову, цыкнул, -...давно я свежатинки не пробовал.
  -- Ну вот это другое дело, - заулыбался Дыба,- только честная борьба. Без всяких там подтишков и засад.
  -- Ну Дыба, а это уже как получится, - едва не пуская слезу, скорбно проговорил Череп, - Ты же знаешь, как тяжело было предкам выжить. Мамонт большие и свирепые, - а кушать то охота. Так что, не обессудь.
   В бокс вкатилась тележка, с гордо восседающим Доцентом. Свесив ноги с баллонов, техник беспечно болтал по коммуникатору. Удержав равновесие, под скрип тормозов, спрыгнул. Показывая Дыбе, что все нормально можешь проверить, отошел в угол.
   Вскидывая баллоны техникой дюжего штангиста, Дыба приседая взваливал ношу себе на плечи. Аккуратно разнося и складывая ношу к ногам Косяка, возвращался за новым. Тот шустро одевал на горловины баллонов раструбы гофрированных шлангов, поворачиваясь к консолям щелкал тумблерами.
   Утробно заурчав, консоли оживали веселой беготней индикаторов. Дождавшись мелодичной трели Косяк переходил к следующим консолям.
  -- Череп, хватит отлынивать давай, начинай, - проворчал Косяк, ревниво следя за полной занятостью экипажа.
  -- Погоди, -ковыряясь в подвешенных на дальней стене трубках, пробурчал Череп, -кажется я знаю как сделать твой рисунок.
  -- Как? - вскинулся Косяк, за очередной стойкой.
   Закончив возиться, подошел к Черепу. Став с интересом наблюдать как командир, перебирает трубки, щупает наконечники, примеряет к другим трубкам.
   - Череп чего ты мне тут по ушам ездишь? И как я этими наконечниками рисовать буду. Выдалбливать что ли!?
  -- Косяк это старые добрые резаки, - взглянув на непонимающие глаза Косяка, продолжил, - ...газовые горелки. В общем раньше ими резали метал, а потом уже начали лазером резать.
  -- И что порежем Милашку дольками?
   Объясняя идею, Череп упрощал суть как можно больше. Пытаясь рассмотреть в глазах Косяка понимание, горестно вздыхал и начинал все сначала.
  -- Косяк погоди. А вот. Когда в бутылку набираешь воду, она прозрачная?
  -- А зачем мне туда набирать то? Мне с сифона больше нравиться.
  -- Да нет, я не про сифон. Я тебе для образа говорю. Вода прозрачная. Луч света проходя сквозь воду, тоже прозрачный. Если воду подкрасить то цвет луча какой будет?
  -- Ну это просто. Такого же цвета как стенки бутылки.
   Череп ругнулся, услав Косяка заниматься консолями сам начал возиться с трубками. Подгоняя размеры трубок, под новые разъемы ремонтных манипуляторов, задумчиво бубнил расчеты. Закончив работы, вытер, взмокший лоб.
   Только заметив, что за его действиями внимательно следит три пары глаз. Молчаливо стоя за спиной, друзья вместе с техником хлопая глазами следили за метавшимся по боксу Черепом.
  -- Все! Готово, - удовлетворенно отошел назад Череп. Открыв обзор, на результат часа упорной работы.
  -- Это что еще хрень, - подойдя ближе, заключил Дыба.
   Рассматривая стандартный ремонтный манипулятор, подобный протезу человеческой руки. Все три пальца, подобно ногтям были увенчаны трубами резаков. Только вместо шлангов, подобно сухожилиям обвивавшим кости, в раструбы входили трубки от газовых горелок.
  -- Вот это да, - пораженно выдохнул Косяк, прочистив горло продолжил, - вот это я понимаю...инструментище. Дайте поскорее по рулить.
   Дорвавшись до пульта, Косяк вставил носитель в пульт управления ремонтным боксом. Закачав изображение, долго убеждал Дыбу, что так будет красивее и Милашка приобретет неповторимое лицо, которое будет ее отличать от безликих машин. Обреченно махнув рукой Дыба сдался уговорам и сев в сторонке со скептическим интересом стал наблюдать за работой.
   Переливаясь радугой, шар плазмы пронзительно искрил косматым сиянием. Шипя пламенем сфокусированных горелок, модернизированный манипулятор метался по Милашке, подобно ласкающей руке, пытавшейся отмыть броню от краски, опадавшей искрами огненного водопада.
   Закончив елозить по машине, манипулятор застыл в оценивающем жесте. Пару раз укрылся сиянием, быстро помелькал, как бы проверяя и убирая лишние штрихи.
   В начале с интересом наблюдавший за процессом Дыба, наловив новых бликов, отошел в сторону. Присев возле стены, прикорнул, но уловив прекратившееся убаюкивающее шипение, чутко поднял голову.
  -- Ну чего Косяк?
  -- Все можно любоваться, - гордо произнес Косяк. Широко улыбаясь, вышел из бокса. Став вдалеке, оценивая, щурился.
   Дыба, охая на затекшие мышцы, похромал к Косяку. Вставая рядом, попытался рассмотреть "новое лицо" Милашки.
  -- Косяк вижу только какие-то кляксы.
  -- Ну на свету лучше будет. А на солнышке, - просто песня, - довольно замурлыкав, бегом вернулся в бокс.
   Дыба пожав плечами похромал следом. Завидев Доцента, хлопочущего с распылителем смазки, одобрительно хмыкнул. Техник, уже обработал основные узлы задних дуг, капая дымящейся смазкой, критически рассматривал правую дугу. О чем то разговаривая с Черепом, также машущим длинным щупом обслуживающего комплекса, утвердительно мотал головой.
  -- Доцент, а куда можно капсулу сбросить? - спросил Дыба, - там наши пожитки и барахло на все случаи жизни.
  -- Ну не знаю, сбросьте здесь, потом разберу, - отмахнулся техник.
  -- Только ты это смотри, что бы не ушло никуда, - предупреждая лукавый блеск в глазах, предупредил Дыба, - а то я вашу братию знаю. Я потом проверю, весь список наизусть помню.
  -- Ой можно подумать ты казну со столицы уволок, - раздраженно бросил доцент, пряча за ехидством, легкое раздражение.
  -- Я предупредил, - поймав взгляд техника, выдержал трагическую паузу. Улыбнувшись спросил, - ну сколько вам еще?
   Закончив обработку, техник связался с диспетчерской. Озадаченный запросами боекомплекта, спорил с дежурным диспетчером. Тот в ни какую не хотел выдавать разрешение на загрузку новичка, по двойной норме, да и еще боезапасами смешанного класса. Поминая не легкую, принесшую на его голову такую мигрень, Доцент ушел на прием к главному оружейнику.
  -- Череп выкатывай Милашку. Пока он бродит, отложим "личинку", - предложил Косяк, поглядывая на висящую капсулу, закрывающую доступ к полупустым контейнерам боекомплекта, - а то мне не зарядиться.
   Череп глянул на часы, отметив что время есть, свистнул Дыбе. Заканчивая возиться с консолью, нырнул в люк. Не останавливаясь, Дыба нырнул следом. Услышав падение тела и придавленный вскрик, Косяк гыкнул.
  -- Дыба ты же не на пальме. Передушишь так всех, -ухмыляясь, Косяк поднимался по трапу. Размышляя вслух о том как поддеть Дыбу, начал изливаться соловьем, - ты же туша, чуть ли не два центнера живого веса. Имея такую массу покоя, носишься обезьяной. Слушай а у тебя на родине случаем пальм нету? Может у тебя просто тоска? Так сказать зов инстинктов. Так мы купим тебе, кадушку с пальмой. Что ты не забывал откуда слез. Так сказать родину помнил...
   Размышляя вслух, Косяк без задней мысли вошел в полутемный проем люка. Уткнувшись лицом, в терпеливо дожидающегося Дыбу, попытался дернуться назад. Но сумел только сдавленно охнуть.
  -- Дыба ты чего, - глядя на многообещающую улыбку Дыбы, смог прошипеть Косяк, - это не я. Это мужик проходил. Я ему говорил что бы так не разговаривал с тобой, а он так и шел все про тебя говорил. А я ...совсем не причем.
   Дыба понимающе мотал головой, мол да, да я верю, верю. Не выпуская ценную добычу, пнул ногой створку люка. Получив команду, створки съехались, с чмокающим звуком. Закрывая от посторонних глаз, внутренние разборки.
  
   **********************
  
   Просторная комната, называемая залом заседания младших командиров, пустовала. Ярко освещение обдало волной нежилого помещения. За столами, опоясавших комнату по периметру, ни кто не сидел и по слою пыли, уже дано.
  -- Череп а нам точно сюда? - заглядывая следом, оглядевшись шепотом спросил Косяк.
  -- А куда еще? Табличку видел на двери? - отмахнулся Череп, рассматривая голопроектор, гордо торчавший потертым корпусом по центру комнаты.
   Следом за Косяком, в комнату вплыл Дыба. Плавно опустившись на ближайшую лавку, брезгливо провел пальцем по столу.
  -- М-да. Хоть огурцы сажай.
  -- Ой чистюля нашелся, - усмехнулся Косяк, пытаясь уложить натертый большой пятерней гребень. Борясь с стоящими торчком волосами, пытался придать волосам нужное направление. Остервенело наглаживая гребень, бросал на Дыбу обиженные взгляды, - мойдодыр хренов. И что мне теперь с волосами делать, пугалом быть?!
  -- Нечего язык распускать..., -улыбнулся Дыба, - а то как помело. Кстати Череп, а давай Косяку генератор, какой нить приделаем к языку, или ну худой конец динамо вставим, а то столько энергии и все в пустую.
  -- ...на конец, - пересаживаясь подальше, ухмыляясь передразнивал Косяк, - себе в ж... ну ты сам понял куда всадить этот моторчик.
  -- Косяк не начинай...
  -- Ну ты сам начал про конец..., - заулыбался Косяк, - а я только развернул тему...
  -- Хватит уже вам, - вмешался Череп, поглядев на время, задумчиво произнес, - ...чего то командование опаздывает.
  -- Ну Череп...ты прям как ни разу не военный, - с интонациями всезнайки, закинув ноги на стол, протянул Косяк. Наставительно поднял палец, поучал, - Командование задерживается, решая жизнено важные задачи, по обеспечению боеспособности вверенного соединения...
   Раздалось шипение входной двери. Обернувшись друзья встали. В комнату торопливо вошел лейтенант. Окинув комнату взглядом, бросил терминал на стол. Вытащив из карманов носители, начал возиться с проектором.
  -- Решили пораньше? - не оборачиваясь спросил Негр. Шелестя клавиатурой проектора, задумчиво продолжил, -...ну это и к лучшему. Пока остальные не подошли, я дам обстановку.
   Обернувшись, взглянул на рассевшихся кучкой наемников. Взяв в руки короткую трубку пульта, встал рядом с проектором.
  -- И так. Ситуация следующая. После нападения на заставу, "неопознанных" сил - положение у нас аховое. Разрушены западная и южная стена. Сорок пять процентов стационарных орудий выведен из строя. Станции дальнего обнаружения сожжены в комок метала. Трассовые маяки, постигла такая же судьба. Потери среди личного состава порядка пятнадцати процентов, техники - тридцать пять. О том что бы осваивать новые месторождения, не может быть и речи. Все ресурсы брошены на восстановления прежнего влияния и поддержки того что есть. По этому, сейчас ведутся восстановительные работы и наращивании ударной группировки. А пока мы не имеем сил для полного развертывания, делаем только ночные рейды глубокий тыл соседей, - тыкнул пультом в проектор.
   Куб проектора, подмигнул индикаторами. Над излучателем, метровым блином , верхней плоскости куба пробежала легкая рябь. Забегавшие лучи уплотнились до объемного полотна на котором проступил участок поверхности.
  -- Мы здесь, - окрасив точку, тыкнул в центр проекции, - С юга нас подпирает " АРАВИКА", с запада "ТЕХАСКО" на востоке пустыня, - ничейная территория.
   За словами лейтенанта карта окрашивалась жирными кляксами. Окрашивая территорию влиянию других корпораций соответственно в желтый и синий цвет, проектор заполнил большую часть изображения. Оставив чистым не вытянутый участок, чем то напоминающий земной Крым.
  -- ...таким образом, "РУСЭНЕРГО" потеряла сорок пять процентов южной территории. Вместе с передвижными добывающими комплексами. Поэтому цели рейдов - выведение заводов из строя, любыми средствами, сбор разведывательной информации...ну и диверсии.
  -- Мой лейтенант, разрешите вопрос, - четко встав, отчеканил Череп.
  -- Валяй...
  -- Хм.., - сбитый толком не уставной реакцией офицера, Череп замялся подбирая тон вопроса, - что значит неопознанные силы?
  -- Неопознанные силы, - криво усмехнулся Негр, -... политика корпораций. По соглашению- военные действия на Марсе не ведутся. А то что происходит, называется нападением неизвестных сил.
  -- Номано, - не выдержав, усмехнулся Косяк, - ..нас крепко били ногами, и даже по лицу, и мы и не смогли запомнить кто нас приласкал?!
  -- Почему же, - в тон Косяку, усмехнулся лейтенант, - ...не официально, мы знаем. Но ничего не делаем. Не можем. Так как в драке, получили... как ты говоришь сильно по лицу, и возможно ногами. И до новой драки, - не жужжим.
  -- И кто же нас так не любит? - допытывался Косяк.
  -- На данном моменте, - наши соседи.
   В зал вошел Лохматый. Окинув троицу угрюмым взглядом, козырнул лейтенанту. Заняв место напротив, вольготно развалился на спинке. Следом валились наемники. Веселой гурьбой, заняли свободные места, рассевшись, умолкли. Бросая косые взгляды рассматривали, "зелень" которую так невзлюбил Лохматый.
  -- И так все в сборе, - подытожил офицер, - Цель рейда - сектор "Аравики".
   Проходя возле столов, разбрасывал носители:
  -- Карта, коды, частоты все как обычно. Лохматый - старший. Состав - два "шпаненка", и одна "тяжесть". Задача, - как обычно. Расчет - после анализа записей. Вопросы?
  -- Разрешите? - поборов смущение, Череп поднялся. Чувствуя насмешливые взгляды, покрылся красными пятнами, - доступ к орбитальным разведданным будет?
  -- Не понял, - нахмурился Негр, - Зачем?
  -- У наша система ориентирования может напрямую работать с таким форматом, - пояснял Череп, с удовольствием замечая как удивились ветераны, - Что нужно, что бы получить канал с орбитой на время рейда?
   Лейтенант задумчиво, повел глазами по потолку. Скрестив руки за спиной, качнулся на каблуках.
  -- Ну я думаю, вопрос решаемый. На выходе получите, коды доступа к ретранслятору, - обвел всех взглядом, - вопросы? Все свободны. Выезд что бы был без опозданий.
   С задумчивым видом, лейтенант собрал вещи. И озадаченный просьбой Черепа, покинул зал. Вслед за лейтенантом, потянулись ветераны. Некоторые ободряюще улыбались новичкам, желали удачи. Оставшись наедине экипажи Лохматого и Черепа, сидели на своих местах. Лохматый без церемонно рассматривал новичков, рассеяно слушая нашептывание на ухо сверлил Дыбу взглядом. Раздражено отмахнувшись, от пытающего успокоить командира наемника, резко встал.
  -- Через полчаса выезжаем из ангара. Буду смотреть что вы умеете, - вытирая блестящую лысину платком, проворчал Лохматый. Грохоча тяжелыми подошвами, застучал по полу. Стукнув кулаком по панели, в дверях обернулся, на прощание одарил тяжелым взглядом, - ...и не опаздывать.
   Послышался треск. Пластик стола под побелевшими кулаками Дыба, опасно прогнулся. Покраснев от сдерживаемой ярости, Дыба тяжело задышал.
   Экипаж Лохматого, настороженно посмотрел на Косяка с Черепом. Решив не дергать судьбу за причинное место раньше времени, вышли из комнаты...
  
   ********
  
   В проеме бокса топтался Доцент. Завидев троицу, едва не бросился навстречу. Дождавшись экипаж, довольно рассказал как он выбивал боекомплект. Получив, хмурый кивок, Дыба, техник растерянно смотрел тому вслед.
  -- Все нормально? - решив не обижать человека, поддержал разговор Череп.
  -- Ну в принципе да. Только нужно будет еще поставить в вас в ведомость на получение такой нормы. А то сами понимаете. С ракетами напреженка. Со снарядами то же самое, - виновато развел руками Доцент.
  -- Да ладно не бери в голову, - проследив за взглядом техника, улыбнулся Череп, - первый выезд, да и с Лохматым чего-то не за ладилось. Вот он и разнервничался.
  -- А , - обрадовано протянул Доцент. Сообразив, что могут не так понять его радость, смутился, - Лохматый всегда такой. Пока человека не узнает будет плеваться до победного...
  -- Спасибо..., - скривился Череп, - обнадежил.
  -- Череп ты долго еще, - высунулся с люка Косяк, потряс скафандром, - тебе еще шкурку натягивать, лягуха ты наша царская.
   Махнув рукой технику Череп рванул к Милашке. Простучав ботиками по трапу, поймал брошенный скафандр и весело подмигнул Косяку.
   Свист разгоняемых установок, перешел в низкое гудение. Заработавшая гидравлика добавили тихий шелест. Милашка тихонько выкатившись из бокса, рванулась к воротам. Заскрипевшие тормоза машины вцепилась в пол застопорившимися колесами.
  -- Дыба полегче, - возмутился Косяк, -.. я чуть язык не прикусил.
  -- Давно пора, - между делом, усмехнулся Дыба. Ожидая разрешения с диспетчерской, Дыба высматривал Лохматого, - Череп, где Лохматый?
  -- Уже ждет перед внешним шлюзом.
   Рванув в открывшиеся ворота, Милашка вырвалась на кольцевую магистраль. Мелькнув в считанных сантиметрах от стены, взревела форсажным воем генераторов. Набирая на прямой дистанции скорость, мелькала в свету потолочных фонарей размытым контуром.
   Влетев в шлюзовую, машина взвизгнула шинами. Мягко качнувшись, пятнадцати метровая бандура мигом погасила момент инерции.
  -- Командир, я на месте, - ровными голосом доложил Череп.
  -- Принято, - равнодушно бросил Лохматый, - держись за мной.
   Взвыла сирена. С мягким шипением опали створки внешних ворот. В отличии от столицы все происходило проще. Дежурный диспетчер, автоматически получив коды с машин, без лишней нервотрепки выпускал всех на волю. Пожелав удачной охоты, отключился.
   Выкатившиеся разведчики, задали резкий темп. Взлохматив песок, рванули на перегонки с ветром. Милашка словно давая фору, медленно выкатилась из ворот, зашевелив навигационными антеннами, словно принюхиваясь, медленно покатила следом. Закончив настройку систем, прижавшись к песку превратила колеса в песчаные вихри.
   Слегка виляя пылевыми столбами, Милашка взобралась на вершину бархана. Качнувшись на гребне, грузно перевалилась на вершине. Слетая со склона подобно лавине, набрала маршевую скорость. Легко подпрыгивая на мелких собратьях песчаных королей пустыни, устремилась за юркими "Рысями".
  -- Косяк, успокой Милашку, - пожаловался Череп, - она уже утомила своим стриптизом.
  -- Да ладно тебе... ей же скучно, - скалился Косяк, - Поговори с ней. Стишки ей по рассказывай. Лаской нужно лаской.
  -- Да какая ласка! - возмутился Череп, срываясь на крик, - она и в бою мешаться будет?
  -- Неа... в бою не будет.
  -- Ну и на этом спасибо, - вздохнул Череп.
   Пышногрудая девица, возлежавшая на боку, занимая добрую треть обзора, бросала на Черепа обиженные взгляды. Проводя по роскошным бедрам, играючи закрывала обзор на сферы управления. Все попытки, очистить сферы, приводили к озорному смеху и расценивалось как знаки внимания, желание пошалить. Вскакивая шалуньей, усаживалась перед Черепом на коленки и щебеча всякие милости, начинала поигрывать бретельками футуристического наряда, скрывавшего темным бархатом, откровенности стройного женского тела.
  -- Кстати, - ворвался голос Косяка, - нащупай там Косматого, а то заблудимся, вот позорнемся...
  -- Впереди он, - смутившись, оторвался от гипнотических движений Череп, -... Что бы Дыба его потерял, - хвостиком носиться будет.
   Милашка догнала разведчиков уже при съезде с плато. Стремительно настигая меньших собратьев, вынырнула из песчаных клубов массивной тенью.
   Ниже Милашки на добрую половину не ожидавшие разведчики прыснули в стороны. Сбросив скорость, Милашка скромно пристроилась чуть позади. Укрывая заботливой тенью успокоившихся разведчиков, походила на матерую волчицу, вывившую волчат на первую охоту.
  -- Эй вы что там заснули? - ворвался в фон работающих установок, раздраженный голос Лохматого, - Дурь девать некуда?!
   Погрозив Дыбе виртуальным кулаком, Череп сослался на плохую видимость. Лохматый исходя интонациями ветерана, не ожидавшего ничего другого от "зелени", пригрозил отправить экипаж обратно. Успокоившись, передал Черепу координаты места встречи.
  -- Хочу посмотреть на ваш, расхваленный суммарный залп, - ехидно пояснил Лохматый, поясняя причину смены курса на прямой угол, - ...там остатки добывающего завода, и все равно это нам по пути.
  -- Командир, уточните координаты, - перепроверив данные, Череп с недоумением рассматривал точку, лежавшей на юге, когда нужен запад.
  -- Все там у тебя нормально, - шумно выдохнул Лохматый, - мы нырнем к арабам, а от них, в тыл, к америкосам. Типа мы взбесившиеся абреки.
  -- Так опознавательные знаки... контуры, - размышляя, протянул Череп.
  -- Ну и что...сколько было распродано "Рысей" ты знаешь? А ваши обводы, вообще устанут узнавать, - усмехнулся Лохматый, смакуя момент, когда с чувством полного превосходства можно поучить "зелень", - ...а тем более когда размалевались, в это страшилище. Пижоны.
   Косяк, заслышав такую оценку, обрадовано хрюкнул. Такие речи из уст Лохматого, по лучше скупого Дыбинского "ни че...". Наслаждаясь моментом истины, довольно замурлыкал песенку. На радостях, приласкал Милашку. Обсыпав комплиментами, уговорил капризулю, играть в шахматы на раздевание.
   Дыба, раскинув руки, возлежал на своем кресле. Чувствуя руками шероховатость полусфер, слегка вздрагивал пальцами. На что машина заваливаясь, изящно уклонялась от сокрушительного столкновения с коварными обломками скал клыками поджидавших момента, что бы вцепиться в проносившиеся машины острыми краями.
  -- Череп маршрут давай.
  -- Смотри.
  -- Так это уже рядом, - заметил, Дыба рассматривая возникшую иконку, - Косяк, хватит Милашку дурить. Через пять минут прибываем. Что бы цацки были на высоте.
  -- Ты за своим хозяйством присматривай, - отвлеченно проговорил Косяк, рожая идею как выкрутиться с матовой позиции, - а со своим курятником я разберусь сам.
   Выбрасывая мелкий щебень, буксуя всеми колесами Милашка взобралась на вершину очередного склона.
   Привыкшему к бардовым просторам песков, взгляду становилось тесно во впадине кратера. Пологие стены еще хранили ровные кромки оплавленного базальта, но под напором песков и времени стенки украсились вязью трещин и с каждым глотком песчаной напасти, стены разрушались, наполняя каменной крошкой километровую гладь кратера.
   Продолжая работу времени и песчаных бурь в центре впадины засел перекошенный передвижной завод. Вздуваясь сегментами стального корпуса, имел сходство с огромной черепахой, задремавшей на дне высохшей лужи. Такой же бронированный панцирь, некогда укрывавший от разряженной атмосферы хрупкую аппаратуру и людей, покоился на сохранившихся сегментах огромных гусениц.
   Печально смотря на железных собратьев провалами ободранных броне листов и вереницей рваных пробоин, больше похожий на решето, завод еще гордо держал балки, к которым крепились буры под глубокие скважины, что оставили после себя только просвечивающиеся отверстия и глубокие следы торопливого грабежа.
  -- Вот это махина, вот это я понимаю, - уважительно протянул Косяк, в общий селектор. Задирая голову, рассматривал верхушку панциря, - слушай, такой на Милашку наедет, и все. Пиши пропало.
  -- Не наедет, - знающи вставил Дыба, - такие махины медленно ворочаются. Обычно их собирают уже на месте. В первую очередь, пригоняют ходовую. А потом как конструктор, пригоняют ставят, пригоняют монтируют...
   Следуя за разведчиками хвостиком, Милашка объехала громадину накренившегося завода. Грозя поддаться наклону, купол завода навис над колесными танками исполинской горой, способной оставить на месте стальных букашек сплюснутые монетки.
  -- Череп, становись под тень, - скомандовал Лохматый, - и так, перед вами обычный завод. Подобные черепахи дожидаются и нас, но уже под присмотром новых хозяев.
   С непривычки к долгим речам, прокашлялся, поминая все что относилось к вездесущей пыли, громко продолжил:
  -- Слабые места, - в первую очередь, гусеницы. Если сбить два ряда с одной стороны машина завалиться набок. Такой крен ломает буры как спичку. Завод не рабочий, как минимум на неделю.
   Череп наносил ценный советы в базу. Нанося на контур завода зоны расчетного залпа, прикидывал, сколько же нужно такой громадине, для заваливания.
  -- Следующие цели, это буйки, - продолжал монотонно бубнить Лохматый. Перечисляя разновидности выделил причину их ценности, - ... буйки, служат для ориентирования грузовых тягачей. Хоть и на машинах есть экипажи такая громадина управляется автоматикой, и ориентируется по сигналам навигационных маяков, то бишь буйков. Выжигая участок, мы лишаем их больших поставок. Что есть, увеличения времени ремонта завода.
  -- Командир,...разрешите вопрос...
  -- Череп, я закончу тогда вопросы, - раздраженно отмахнулся Лохматый, - боевое охранение завода... В основном одно крыло тяжелой пехоты, три машины среднего класса, один разведчик и тяжелая машина. Обычно сидящая в укромном месте возле завода. Зазеваешься и получаешь полный залп.
   Череп услышав ответ на незаданный вопрос, прикидывал схему. При таком раскладе картина получалась не ласковая. Тяжелая пехота, может больно покусать ракетными комплексами, а если еще с машинами среднего класса, то получается что штурмовать заводы, то же самое что биться головой об стену. Только крови больше будет.
  -- ...сейчас, хочу посмотреть что мы имеем, - выдохнув, наполняя эфир шумом втягиваемой через трубку воды, повеселевшим голосом продолжил, -... и так парни, это чудо нужно уговорить прилечь ... -полностью. Ваши действия?
  -- Сколько залпов? - спохватился Череп, вынырнув из рассеянного прокручивания возможных схем.
  -- Это уже не мой геморрой, - протянул Лохматый.
   Окликнув в эфире напарника, Лохматый рванул машину на вершину склона. Выехав из тени остатков передвижного завода, "Рыси" сделали поправку на возможные траектории заваливания, взобрались на дальний склон. Развернув машины, заблестели оптикой систем наблюдения.
  -- Дыба , идеи? - спросил Череп, разглядывая вращающуюся модель завода, - ...как валить будем монстра?
  -- А чего тут думать. Куда валится туда и будем ее валить.
  -- Косяк, твои мысли, хотя какие мысли - рефлексы? Или на худой конец, какое ухо, глазик чешется? - усмехнулся Череп, уже придя к решению, решил получить подтверждение идеи.
  -- Дыба ты гений. Достойно. Чего думать трясти нужно, авось и свалиться, - съехидничал Косяк, - Череп, а ты вообще ступил. Нужно валить совсем в другую сторону. Посмотри как он в грунт осел. Мы посадим все генераторы стараясь проплавить такую толщу металла.
   Череп задумался. Завод осев на одну сторону, вдавив край панциря в грунт, производил впечатления вросшего шляпкой в землю. Соглашаясь с Косяком, набросал схему действий.
   Милашка нехотя выбралась из тени. Переваливаясь на дугах, кроша потрескавшиеся обломки стен в порошок, взобралась на горку позади завода. Недовольно взвыв генераторами, перевалилась за горку. Замерла. Присев, поводила стволами башен. Заработавшая гидравлика, зашумела нагоняемым давлением. Прекратив шипение, машина резко осела. Раздавшийся грохот залпа, забившись эхом о вздрогнувшие стены кратера, слился в рев.
   Два раза грохнув главным калибром, не дожидаясь результатов, Милашка засвистела разгоняемыми турбинами, выпячивая бронированный зад, перевалилась через кромку.
   Запустив под завод два разрывных снаряда, с выставленной задержкой детонации, Косяк задал Милашке режим автоматического залпа, по заранее нанесенным зонам.
  -- Ну а теперь, фокус покус..., - откинувшись на кресле, повторяющим контуры полулежащего тела, вскрикнул, - и так будет с каждым, кто не уважает Русский Батальон
  -- Причем тут это? - моментом отозвался Череп, но все понял не в силах оторвать взгляд от вырастающей тени.
   Как только, купол завода силой разрывов приподняло в воздух, Милашка всадила плазменный залп в уцелевшие гусеницы. Получив сильный боковой импульс, купол завода медленно поворачивался в воздухе. Соприкосновение с дном кратера, совпало со становлением завода на ребро.
   Заслоняя все видимое пространство, купол показался макушкой. Сверкнув шрамами межмодульных стяжек, замирая на секунды, словно в последний раз хвастаясь правильными формами, сотряс кратер нарастающим дрожанием земли. Под грохот и скрежет метала, купол завода начал сминаться. Складываясь в гармошку, металлические листы неестественно изгибались и под собственным весом многотонного естества, рвано лопались, разлетаясь далеко за пределы кратера.
  -- Красиво ничего не скажешь, - слегка подтаившими интонациями, раздался в эфире голос Лохматого, -.. и так. Бычок?...Бычок?...Хватит клинов ловить!
  -- Чего разорался.., - пробасил голос командира второго разведчика.
  -- Даю общий канал. Ныряем к арабам. И что бы ни один, в эфир не лез, без моего вызова, - собранным голосом предупредил Лохматый, ..Череп держитесь между нами.
   Словно убегая нашкодившими зверьками, разведчики скатились со склона. Оставляя клубы пыли, далеко позади рванули догонять заходящее светило.
   Закончив укладывать главный калибр в пазы походного положения, Милашка ласково зашипела гидравликой, поднимаясь на дугах, дождалась щелчка фиксаторов и рванулась по не успевшему осыпаться следу.
  -- Лохматый, - встревожено вызвал Череп, - Лохматый...
  -- Я же предупредил, - раздраженно прошипело в эфире.
  -- Держи картинку с орбиты, - перебивая Лохматого, дал команду на передачу данных, - ...нам на перерез три засечки.
   Раздавшийся писк окончания передачи, сменился отрывистой командой. Машины свернули с курса, резко подпрыгнув на склоне, нырнули в ближайший овраг. Выбросив вместо себя тучу песка, машины замерли.
  -- Похоже патруль, - прозвучал полушепот Лохматого. Рассуждая вслух, задумчиво перебирал варианты, - ...с какого перепуга нам на перерез.
  -- Еще снимок, - сказал Череп, привычно коснулся иконки, - изменили курс. Застыли.
  -- Так, так, так - затараторил Лохматый, - ...странно, как они нас могли засечь, мы же шли по нейтралке.
   Череп, рассматривая рамку с маленькой копией поверхности, лихорадочно пытался поймать разбегающиеся мысли. Почувствовав вспотевшие ладони, выругался. Первый рейд, а тело предательски подрагивает.
  -- Череп, давай мы этих возьмем на себя, а Лохматый пусть топает дальше, - заявил Дыба.
   Восприняв слова водителя, понял то чего и не было сказано. Дыбе не терпелось завоевать уважение Лохматого.
  -- Тогда сидим, и не жужжим, - заключил Лохматый, - Череп, девятый канал. Картинка с десяти секундным интервалом. Бычок, оттянись в право. Вмерзни под склоном. Валить по обнаружению.
   Отдавая команды, машина Лохматого двинулась в противоположную сторону. Тем самым расставляя силы веером, командир готовился к возможной атаке.
  -- Лохматый, еще две засечки. Могу дать характеристики первых трех, - поборов дрожь в горле, четко отрапортовал Череп, - судя по скорости, и длине пылевого шлейфа первые три - разведчики. Следом средний класс, через пятнадцать минут они встретятся.
  -- Вот дерьмо, - выругался Лохматый чуть не оплевав забрало, - ...точно нас засекли. Но где ?! Завод пасли, гады.
  -- Лохматый дай нам повеселится..., - постарался весело предложить Череп, а сам, сжав кулаки до боли, боролся с волной нервной дрожи, - у нас скорость будет по более их. Разведчиков вырубим, от середнячков оторвемся, а вы под шумок, проскакиваете мимо.
   Внимательно выслушав, Лохматый пропал с эфира, спустя минуту, получив автоматически посланную картинку, выругался. Сомнений не оставалось, их засекли. Противник осмелел, не став группироваться, изменил маршрут с точкой встречи как раз у лощины, где они и засели.
   Оставалось только забросить идею рейда, и отступить. С таким соотношением сил, ловить нечего, а как только разведчики завяжут бой то и летуны подтянуться, тогда вообще пиши пропало.
  -- А точно оторветесь, - с нескрываемой надеждой спросил Лохматый, -... или это только гонор?
  -- Скажи ему, что даже премиальные насшибаем, - весело ляпнул Косяк. Удобнее устраиваясь, взволнованно поерзал на кресле.
   Выслушав идею Черепа, поинтересовался деталями. Признав все это авантюрой, коротко бросил:
  -- Ай ладно, давай. Встречаемся в этом квадрате, - переслав координаты, голосом полным азарта продолжил, - но только смотрите мне, если что ни так сразу отрывайтесь назад. Ни каких подвигов.
   Милашка пулей сорвалась с места. Выскочив с лощины, болванчиком с коробочки, рванулась на встречу вражеским разведчикам. Наблюдая на симуляции суммированные показатели датчиков и спутников, Череп отметил как резко остановились разведчики. Перегнавшие машину шлейфы, медленно рассеивались.
   В ночных сумерках атака одиночной машины, казалась полным самоубийством. Даже с надеждой на систему ночного ориентирования, развить приличную скорость, из-за сложности рельефа было проблематично. А тут, судя по скорости, один разведчик, летящий один против троих.
   Обозначенные на симуляции, желтыми проекциями, вражеские разведчики растянулись на вершине склона веером. Атакую одну, безумный разведчик подставлялся под залп остальных.
  -- Так Дыба, - торопился Череп, набрасывая водителю маршрут, - после двух барханов, ныряем в лощину. Осадка и маскировка. Косяк, тебе выбирать чем их крыть. Но так что бы ни один не укатил своим ходом.
  -- Обижаешь Череп, - ослабился Косяк, тоном бывалого повара, продолжил, - нашинкую в мелкую крошку...
  -- Косяк, без фокусов...
  -- Все будет нормально командир, не порть воздух, - веселился Косяк, заражая оптимизмом Черепа.
   Усмехнувшись неуклюжим попыткам друга успокоить, Череп обратил внимание на запищавший сигнал. Вызвав детализацию, обмер. К месту встречи приближался треугольник воздушной цели.
  -- Косяк, у нас воздух, - упавшим голосом, торопливо сообщил Череп.
  -- Да хоть космос, и подземелье, - не сбавляя оборотов, веселился Косяк, - давно я хотел испытать хваленные цацки, а то горбатимся под ними, и на что спрашивается?
   Перебирая варианты, Череп смотрел на прогноз тактического анализатора. Если вместо них, была бы простая "Рысь", то задание можно считать уже проваленным. Быть обнаруженными, да в добавок нарваться на перехват. Этого достаточно что бы вообще не вернуться с рейда. А так ...
   Выпрыгнув мутной тенью, Милашка пружинисто скатилась по склону. Застопоренными колесами сдирая тонны песка, сползла на дно лощины, взвывая гидравликой, приступила к боевой трансформации.
   Собравшись в броневую раковину, машина замерла, смотря на мир жерлами орудий. Раздавшийся шелест металлических створок, открыл доступ в небо опасным жалам, свив гнезда в круглых патрубках ракетных бобин, стальные птенцы дожидались первого полета.
   Косяк азартно порхал руками над мигающими иконками управления. Распределяя по накопителям, полившуюся мощным потоком энергию, командой вогнал в главный калибр кассету с бронебойными "приветами".
  -- ...четыре, пять...,- бубнил под нос прицепившийся мотивчик Косяк, - вышла миленькая погулять. Так главный готов. Накопители полны, а птенчики. Эй ?! Птенчики?! Ага... проснулись.
   Проверяя результаты тестов, Косяк высунув язык, краем глаза ухватив результат теста, уже торопился запустить следующий. Выполняя руками акробатические движения, не забывал стремительно ухватывать вспыхивающие в нарастающем танце огоньки индикаторов.
  -- Череп... ну где закуска? - удобно откинувшись на кресле, Косяк вывел рамку кругового обзора. Чувствуя в руках ребристые штурвалы управления башнями, почувствовал ручьи по спине, - у меня еще свидание. Дыба не сопи так , а то мне кажется, Милашка мне изменяет...
  -- А если и так, - в тон ответил механик, заканчивая превращение машины в крепкий орешек, - Череп, все готово давай поле. Косяк а если и так ты что приревнуешь?
  -- Нашли о чем говорить, - нервно вставил Череп, укрывая Милашку видимостью бархана, - ...все, заткнитесь. Косяк твой выход. Дыба готовься сорваться.
   Размышляя о том, что в ста метрах, за склоном, сидят люди, которые без колебаний лишат его жизни Череп зябко передернулся. И чуть не пропустил начало представления.
   Вынырнувший на небольшой высоте штурмовик, беспечно собирался совершить разворот над предположительно обреченной целью. Не обнаружив в лощине обреченной жертвы, растеряно порыскал турелями орудий. Наполняя ночь свечением взвывших двигателей, стал уходить свечой, что бы уже на высоте разобраться с разнобоем систем обнаружения. Не успев подняться на приличную высоту, как пилот заметил погоню дымных следов от ракет.
   Резко заваливаясь в сторону, пилот пытался уйти от встречи с изголодавшимися птенцами, но потеряв на маневре скорость, только оттянул момент вспышки.
  -- Врешь пес, не уйдешь, - с упорным азартом, шипел Косяк, выдавливал фразу раз за разом, как штурмовику удавалось увернуться с прицельной рамки, управляемых ракет. Наблюдая борьбу автоматики с человеческим мастерством, Косяк сочувственно подвел итог, -...кабздец птичке. Отлетался пернатый.
   Одна за другой, ракеты обрадовано взывая высокими нотами, впились в стальные бока штурмовика. Расцветая бутонами огненных роз, о корпус ударила череда взрывных волн.
   Еще с работающими турбинами, ободранный остов штурмовика пытался удержаться в воздухе, но нарушенное управление, растягивало конструкцию в разные стороны. Рассыпаясь пластами корпуса, штурмовик, вернее кусок метала, штопор рухнул за барханом.
   Качнувшись под взрывной волной, броня Милашки мягко отозвалась шелестением опадавшего песка.
   Успев взобраться на вершину склона, вражеские машины готовые растерзать дичь сворой голодных хищников резко прекратили подъем. Не ожидавшие такого финала помощи с воздуха, разведчики спешно разворачивались.
  -- Дыба пошел! - взревел Череп.
   Милашка словно ждала команды. Сбросив покров, рванулась на склон. Загребая колесами, непослушный песок, взобралась на вершину. Не успев коснуться передними колесами противоположной кромки, вздрогнув, взревела залпами плазменных орудий.
   Разведчики прыснули в разные стороны. Расходясь в маневре "атака с разворотом" вражеские машины все таки решили приструнить столь резвого нарушителя. Выполнив за два бархана перестроение, разведчики вылетели во встречной атаке. Левая машина решила остановить чужака точным залпом с места. Задрожав от работы главного калибра, вражеский разведчик огрызнулся серией бронебойных выстрелов. Но вдруг захлебнувшаяся огненная трель, прервалась от напора четырех стрел зеленного огня. Ослепительное сияние размазало контуры и вражеская машина разорвалась с чавкающим звуком. Полыхнувшая мгновенная вспышка, осветила застывшую на гребне разукрашенную Милашку. Оскаленная пасть черного пса украшавшая головную часть, заблестела тщательно прорисованными клыками.
  -- Эй парни улыбаемся ..., - взорвался демоническим смехом Косяк, наводясь на следующую цель, -... нас фотографируют. Дыба не стой пнем! Уйдут же.
  -- Ты за собой смотри, - огрызнулся Дыба, ожидая когда Череп закончит конфигурацию энергетических контуров для погони, - Череп все?
   Милашка стала смерчем. Резво набирая скорость, стремительно бросилась в погоню. Выпустив залп в спину удалявшейся машины, спешно разворачивающегося разведчика передумавшего атаковать цель из предполагаемой дичи вдруг ставшей матерой опасностью. Цель настигла ослепительная вспышка.
  -- Череп где третий? - спохватился Косяк.
   Песчаная арена, освещенная жерлами извергающихся вулканов огня и расплавленного металла, была пуста.
  -- За барханом, летит под прикрытие, - отозвался Череп, рассматривая детальную симуляции местности на которой высвечивались подробности схватки, - Дыба меняем позицию! Давай на левый бархан... посадка и дам поле!
   Оставив позади ярко освещенную межбарханную впадину, Милашка с опасным уклоном развернулась на соседнем бархане. Закончив маневр, не высовываясь за кромку вершины, зашипела в превращении в стальную ракушку.
   Косяк только собирался наброситься с расспросами о несостоявшейся погоне, как впадина оставленная справа вспучилась грохотом. Моментально расцвела выросшими в один миг зарослями песчаных деревьев, распустившихся облаками песка и огненными вспышками разрывов. Работавшая с расстояния тяжелая артиллерия вспахивала каждый метр с тщательностью мстительного садовника, желавшего выкорчевать злосчастный сорняк.
  -- Ого, - уважительно заметил Косяк, восхищенно цокая языком - ...я так понимаю, что нам крупно повезло?
  -- Да, конечно повезло, - усмехнулся Череп, - Они просто на бум пашут, интересно что там им наплел разведчик.... Ну да ладно. Поработаем и мы главным калибром?
  -- А толку то Череп, - заупрямился Косяк, - нужно в упор. А вот так как они... только возможности раскроем. Давайте в упор? Вылетим и всех в капусту.
  -- Ага так они и дали, - рассматривая карту, заметил как соединившись с разведчиком, темные прямоугольники еще не классифицированных целей начали удаляться, - слушай, а дают.
   Милашка сорвалась в погоню. Углубляясь в территорию неприятеля, стремительно настигала убегавшие остатки патруля. Выбравшись на простор, машина едва касалась барханов. Пролетая вершину соседней горки, грузно прогибаясь на дугах, срезала верхушку следующего бархана.
  -- Уже могу всадить главным калибром, - отозвался Косяк.
  -- Ну так чего ты спишь, - вспылил Череп, чувствуя подступавшую тошноту, уже сам был не рад что пустился в погоню.
  -- Так бы и сказал, а то мы люди типа военные. Без команды даже в туалет не ходим, - съехидничал Косяк, задавая координаты управляемым снарядам.
   Милашка вздрогнула. Не теряя скорость затряслась от частых выстрелов главным калибром.
  -- Что-то есть, - проговорил Череп, наблюдая замедление скорости уходивших прямоугольников.
  -- Не что то а из пяти - четыре попадания, - гордо вскинулся Косяк, - ...я же каждый, лаской оберегаю до касания.
  -- Ну и что там ?
  -- Три разыграли меж собой, монстры с огромными стволами, а один достался разведчику...
   Череп рассматривая карту, обратил внимание на тревожный зуммер бортового вычислителя. Закончив обработку всех данных, симуляция замерцала вводом новых данных. Проступившая тревожными цветами симуляция украсилась расстановкой новых фигур, наполнявших оперативный простор оживленным движением. На помощь хромающему на все лапы патрулю, мчалось как минимум два полных крыла. Увеличив масштаб спутниковой проекции, Череп только сейчас заметил, что Милашка уже преодолела границы захваченной территории и приближалась к сети застав, лежавших в глубине желтой территории, уже порядка десяти лет принадлежавшей корпорации "АРАВИКА". Азартно преследуя разведчиков, они глубоко вклинились во внутреннюю сеть патрулей, и на помощь вопившему во весь эфир остатку патруля стягивались два крыла патрулирующие соседние участки.
  -- Эй парни мы похоже влипли...,- прочищая вдруг пересохшее горло, проговорил Череп, - Дыба разворачивайся.
  -- Как разворачивайся? - встрепенулся Косяк, - мы же их вот, прижмем...
   Давай на общую проекцию уменьшенную карту вывел последнюю расстановку сил. Поясняя траектории движения кучек прямоугольников и треугольников, нарисовал перспективы.
  -- Ну хоть этим дадим по башке, - не унимался Косяк, - Мы же главный калибр разрядим, а потом налегке оторвемся.
  -- Нам еще к другим соседям на огонек заглянуть, - вставил Дыба, - А мы сейчас разгрузимся, а там голой задницей ежей пугать?
   Милашка резко вильнув на склоне, развернулась. Поменяв направление на противоположное, уже по знакомому маршруту, растворилась в ночи.
   До указанного места встречи оставалось еще сотня километров, когда в эфир ворвался обеспокоенных голос Лохматого:
  -- Череп, Череп, твою мать...отзовитесь.
  -- Похоже парни нарвались, - грустно заключил голос Бычка, - эх...надо было отступить. Капитан нас с дерьмом сожрет. Кинули "зелень" на погибель...
  -- Заткнись Бычок, и без тебя тошно..., - проворчал Лохматый, - Череп! Череп...
  -- Так полыхало, думаешь выжили? - похоронившем голосом Бычок, пытался унять Лохматого, - ...Возвращаемся на заставу, а там усиленным составом заглянем на останки.
  -- Лохматый мы рядом, - прервав Бычка, доложил Череп, - идем с юга...
   Лохматый только смог выдохнуть с многоэтажным построением всех доступных междометий. Отдышавшись после всплеска эмоций, накинулся с расспросами, а узнав что за ними погоня, отложил разговоры на потом. Догнав разведчиков, Милашка пристроилась на привычном месте. Миновав, условную границу территории "ТЕХАСКО", машины сбавили скорость.
   На смену просторным барханам, проступило поле усеянное мелкими валунами, словно в наказание норовившими подвернуться под мощные колеса. Хотя вес машины колол остатки скал в песок, все чаще и чаще машины стали подпрыгивать на нет от нет попадавшихся крупных обломках. Виляя между особо крупными клыками скал, машины заблестели горбами башен, под набравшим яркость сияния восходящего Фобоса.
  -- Ну так еще куда ни шло, - проворчал Дыба, даже при симуляции, приходилось резко подпрыгивать или клацать зубами, на незамеченных ухабах и каменных горбах.
  -- Череп, через двацатку начнется трасса, - убрав с голоса пренебрежение, по-простому бросил Лохматый, - сшибаем маяки. Они с интервалом ста метров, на восток идут.
  -- Принял.
   Сбрасывая скорость темная стая хищников, крадясь свернула на восток. Засверкавшие сполохи пулеметов разведчиков прорезали темноту трассерами очередей. Касаясь возвышавшихся над песком шаров на тонкой ножке, трассеры оканчивались снопом искр. Дополняя сухой кашель пулеметов звонким треском, шары разлетались подобно елочным игрушкам.
   Вырвавшись вперед, Милашка выставила бронированное крыло и слегка качаясь на сминаемых шарах буйков, играючи разрушала маяковую привязку, тем самым создавая транспортной службе соседей большую проблему по восстановлению движения автоматических грузовых платформ.
   Прекратив стрельбу, разведчики пристроились рядом, почтительно сопровождая каток, смявший уже десятки километров трассы.
   На розовое пятно Фобоса, пески угрюмо смотрели, слегка порозовевшими верхушками барханов, казавшихся макушками больших голов, по самые брови похороненные песком. Морщась под протекторами пролетавших машин, песчаные короли Марса с хрустом проминались, проступая на краях морщин, иголками инея, сохраняя для солнца доказательства беспокойной ночи.
  
   *****
  
   На кромке горизонта, подмигивало яркое пятнышко. Стремительно вырастая, превратилось в купол не свойственного для царства красных тонов - островок белого сияния. Яркие горошины многочисленных прожекторов, поднятые на тросах зарослей высотных мачт, казались слетевшимися на гульбище светлячками, любовавшихся вздутым панцирем завода.
  -- Череп, засядешь здесь, - коротко бросил Лохматый. Звуча доверительными нотами, голос уже не напоминал того нервного наемника, который бесился только заслышав о зелени, - ...я с Бычком, наведу там шороху, и рванем обратно. Ваша задача, не поджарить нас кода, будете расстреливать погоню. Ну а там по обстоятельствам.
  -- Принял, - спокойно отозвался Череп, порхая руками над командными сферами управления. Намечаю маршруты, сделал поправку на рельеф, - Лохматый возвращаясь, за пятьсот метров, прыскайте в стороны.
  -- Лады,- коротко отозвался командир ночного рейда. Забубнив Бычку указания, голос растаял в потрескивающем помехами эфире.
   Выбирая место посадки, словно принюхиваясь на манер собаки, Милашка закружила в выборе места засады. Забравшись на склон, выбрала участок с которой открывался полный вид на прилегающие окрестности.
  -- Череп я понимаю мой выход ?- встрепенулся от дремы Косяк. Рассматривая запищавшие готовностью орудийные накопители, стрелок сканировал местность. Занося в память участки сложного рельефа, переводил их в разряд автоматического подавления, на случаи если там проберется незамеченный противник.
  -- Твой, твой , - отозвался Дыба. Облегченно расслабив затекшие руки, вздохнул полной грудью. Жадно засопел трубкой минеральной водицы, запустил Милашку на осадное положение. Раскачиваясь при изменениях угла наклона, довольно выдохнул, -...хорошо.
   Сливаясь с темнотой, пустыня украсилась еще одним барханом, который можно было разоблачить, только попытавшись не него взобраться, так как доработанная Черепом экранировка излучений выпускала наружу очень маленький фон. На мираж которого ли обратят внимание командиры машин бросившись в погоню за лакомой наживкой.
   Ровное сияние заботливым ореолом укутывавшее завод мигнуло чередой коротких замыканий. Следом, потухли прожектора правого обзора и донесся грохот срезанной очередью балки. Заваливаясь на соседей, массивная конструкция рвала тесные узы опутывавших кабелей. Снопы искр, расцветающие на местах оборванных кабелей, высветили заметавшиеся горбатые фигурки тяжелых пехотинцев.
   Стремительно выскакивая, из впадины с заводом, горбатые букашки укутывались вспышками. Сияние перерастало в ядовито зеленые нити. Витиевато изгибаясь, следы самонаводящихся ракет рыскали по окрестностям, натыкаясь на клыки скал расцветали грохотом и вспыхивали бутонами разрывов.
   Пустыня заволновалась от частого грохота. Вспыхивая маленькими солнцами, ракеты раскрашивали барханы, в кровавые оттенки, а солнца плотной стаей вспыхивали барханы следом за метавшимися тенями разведчиков.
  -- Ты глянь как их берут в оборот! Ох и достанется дядькам, - посочувствовал Косяк. Наблюдая в какой близости вспыхивают разрывы от ярко освещенных боков "Рыси", стрелок вжимался в кресло, словно над ним проносятся опасные всполохи. Напрягаясь до судорог в груди, Косяк мысленно помогал ныряющему Бычку убирать разведчик с траектории рыскающих ракет. Водитель как будто слыша мысленные вопли, вилял меж скалами ужом.
  -- Череп давай им поможем, - не выдержав, выкрикнул Косяк, - они же сейчас их запекут.
  -- Сиди спокойно, - постарался ровно ответить Череп, сам еда сдерживал желание отдать команду Дыбе на стремительный рывок, -...не время. Ждем когда проявятся танки.
  -- Череп, да сейчас же...., - прервался Косяк, завидев полыхнувший борт Бычка.
   Разведчик вильнул задом. Угодившая в двигательный отсек ракета с детонировала на первом слое но так и не сумев проесть броню, только сорвала сегмент, разворотила заднюю часть левого бока. Высветив мгновенной вспышкой внутренности второго слоя броневых пластин, бутон разрыва воспламенил коптящее черным шлейфом пятно изоляционного слоя.
   Двигаясь по инерции, разведчик еще пытался набрать скорость, но видимо поврежденная ходовая заклинила рулевые тяги заднего моста. Припадая на заклинавшее колесо, разведчик натужно уползал с поля боя.
  -- Ну прикрыть то нужно, они же его в упор сейчас покромсают! - вскричал Косяк, наблюдая приближенную картину боя. Не отрываясь от трагедии, а руки уже порхали над расчетом траектории главного калибра. Рассматривая неторопливо бредущих пехотинцев, начинал закипать, - Череп твою мать, дай хоть шрапнелью жахнуть...
  -- Нет, - зашипел Череп, понимая состояние друга, сам боролся со здравым смыслом. Выдав себя, они перечеркивали всю авантюру, ради которой носились под ракетами Лохматый с Бычком.
   Косяк, чуть не воя, смотрел как расслабившись пехотинцы расставляли комплексы тяжелых ракет. Старшие сестры легких ракетных комплексов, уже могли за раз прорвать все три слоя брони. Но в отличии от легких сестриц тяжелый комплекс требовал усилия нескольких пехотинцев и применялся в основном для добивания обреченной жертвы.
   Уползавший с черепашьей скоростью разведчик, вдруг взвыв турбинами, закрутил дымовой шлейф в круг. Мгновенно развернувшись, машина сбросила роль подраненной дичи и резво понеслась на расслабившуюся пехоту. Затарахтев вспышками заработавших спарок, стрелок разведчика выкашивал пехоту взбесившейся газонокосилкой.
   Залпы в упор рвали фигурки в клочья. Прошибая броню тяжелой пехоты, очередями опасными даже и броне средних танков, разведчик носился ангелом смерти, что презрев собственную безопасность, мстил мелочи нанесшей серьезную рану. Настигая спохватившихся пехотинцев, корпус машины слегка вздрагивал, подскакивая на смятой в бесформенную кучу броне.
   Как услышав в эфире крики пехотинцев, из оврага выскочила тройка легких машин. Беспечно светя установленными прожекторами, запоздавшее охранение рыскало по побоищу. Поймав лучами разъяренного разведчика, с крыльями окропленными алыми брызгами, спешно выпустили пристрелочные очереди.
   Выписывая петли словно заяц, машина рванула прочь, искрась под рикошетом касавшихся очередей, подняла шлейф подмерзшего песка. Удачно вильнув, за широким клыком, оставила на растерзание лучам прожекторов, клубы пыли в перемешу с черной копотью.
  -- Косяк как только пересекут отметку четыреста метров, лупи в упор, - сбросив оцепенение, ожил Череп.
   Отдавая команду стрелку, Череп пытался прийти в норму. Чувствую остатки оцепенения, мелкими иголками отдающегося во всех конечностях, пытался разобраться в себе. Увиденная картина проявлялась в любой стороне куда бы не отводил взгляд. Всюду казались шевелящиеся остатки человеческих тел. С треском лопнувшая броня, сминаемая тяжелыми колесами, прыскающие во все стороны, словно сок переспелой ягоды, кровь.
   Уловившие нервное состояние датчики скафандра, дали команду аптечке. Пронзившая короткой вспышкой боль в шее, растеклась горячей волной онемения. Иглы, впрыснув коктейль стимуляторов, с жужжанием втянулись.
  -- Ох твою..., - запоздало охнув, Череп дернулся. Растекавшееся тепло вернуло мозг к привычной ясности. - Косяк, что у тебя?
  -- Ты чего ? -встрепенулся Косяк, - ... у меня все по прежнему.
  -- А у меня аптечка среагировала, - коротко пояснил Череп. Чувствуя себя виновато, постарался разозлиться, - ...нервы сдали. И в такой момент. Меня вызывали?
  -- Да нет, - понимающе хмыкнул Косяк, - все Череп не отвлекай, Лохматый показался на арене.
   Выскочивший разведчик, огласил появление голодным треском очередей, вцепился в правый фланг разбежавшейся пехоты.
   Уже установив бобины ракетных комплексов, пехотинцы рассчитывали только на одну безумную машину, а тут еще такая же сестрица "Рыси" доставившая такие потери. Спешно развернутые орачивая раструбы тяжелых ракет украсились вспышками. Выпущенные в второпях ракеты, взмывали в высь. Опираясь на яркие столпы реактивных струй, не дождавшись управляющих сигналов, расцветали фейерверками.
   Остатки уцелевшее после кровавой жатвы Бычка, на ученные горьким опытом пехотинцы жались к скалам. Забившись в трещины, выставляя раструбы ракетных комплексов, отстреливались со всей накопившейся злобой. Торчащие клыки скал стали опутываться яркими следами носящихся в поиске цели ракет. Поняв, что выковыривать, пехоту себе дороже, разведчик бросился в глубь пустыни.
   Петляя между редеющими клыками, Лохматый несся к спасительно краснеющим барханам. Идя на перерез Бычку, обогнул его. Погасив скорость поворотом на склоне первого бархана, развернулся на встречу погоне. Заполыхавшие стволы, высвечивали покореженную броню. Правый ствол верхней башни, раскалившись кашлянул. Умолкнув на полуслове, виновато обвис, свисающими лохмотьями разодранной рубашки охлаждения. Отстреливаясь уцелевшей спаркой, сдал назад.
  -- Лохматый сверни левее, - предупредил Череп, вслушиваясь в выкрики эфира. - ты на нас идешь.
  -- Чего вы сидите!? - раскаленным от ярости голосом, взревел Лохматый.
  -- Уйди с линии огня, я тебя зацеплю!
  -- Плевать, Бычок ели ползет. А только обозначу разворот, с меня фаршированную курицу сделают!
   Не дожидаясь дублирования команды Косяк потянулся руками к контурам машин погони. Следом за его касаниями, в танки противника ударили столбы зеленого света. Перекрывая сухой треск очередей, нарастающим ревом Милашка затряслась серией зеленых сгустков.
   - Мать моя женщина, - потрясенно протянул Лохматый. Остановив машину, наблюдал за писком температурных датчиков, фиксировавших резкое повышение температуры внешней брони, -... только по точнее, только поточнее...
   Частое взывание боковых башен, переросло в мощный рев. Спекая одну машину, до расплавленной лужи металла, Косяк не мог переметнуться на другие цели.
  -- Лохматый, сейчас пять секунд окно, - торопливо выкрикнул Череп, выслушав длинную тираду из ругани Косяка, добавил, - на счет три, и рывок влево!
  -- Понял, понял, - прошептал Лохматый, - как там Бычок? А то я как на солнце. Ослеп и оглох.
  -- Нормально, - заметив позади коптящую "Рысь", ответил Череп, обратив внимание на сплавленный гриб антенны, - ...у него связь сдохла.
   Давая краткий миг отдыха перегревшимся орудиям, Косяк напряженно вглядывался в поле брани.
   Широкая полоса простора, разделявшая редкие посадки каменных клыков и кочующими барханами, украсилась танцем теней, пляшущие от лавового озера, в котором плавно оседал раскаленный остов танка. Освещая черные пятна спекшегося песка, остов светился жаром остывающего металла. Растеряно закружившие вокруг озера разведчики, забыв о добыче, устремились под укрытие скал.
  -- Ну кто не спрятался я не виноват, - криво усмехнулся Косяк. Взмахнув руками как великий пианист, устремился руками к скалам.
  -- Косяк сильно не напрягайся, - промолвил первые слова с начала битвы Дыба. Сонно протягивая слова, продолжил -... такими темпами сожжешь, все вставки. А нам еще... возвращаться.
   Вняв словам водителя, Косяк грохнул главным калибром. Слегка качнувший корпус, выровнялся гулом гидравлики. Дав ожившей системе амортизации настроиться под раскачивания корпуса, огласил пустыню целой серией выстрелов.
   Сметая скалы вместе у упрятавшимися за ними машинами, главный калибр словно садовник, увлеченно выкорчевывал сорняки в виде каменных клыков. Разбивая в крошку, или проделывал брешь в скалах, в которую, тут же влетал добавочный снаряд.
   Поздно понявший о ветхости укрытия противник, лишился еще одной машины, разлетевшейся осколками прямого попадания. Спешно отступая, пехота побросала бесполезные комплексы, вылезая из щелей словно муравьи, спешила убраться с мистического поля, в котором снаряды вылетали из неоткуда, а оживший мрак, огненными стрелами сжег дотла бронированную машину.
  -- Все Череп, хватит, - скомандовал Лохматый, - теперь уложи весь боекомплект на завод.
  -- А персонал? - вспоминая кровавые картины, уже не так терзавшие воображение, Череп все-таки передернулся. Представляя во что превратятся люди, при бомбардировке главным калибром.
  -- Мы что и их ?
  -- Какой персонал?! - не понимающим голосом, полного боевого азарта переспросил Лохматый.
  -- Какой, какой?! Рисованный, - раздражаясь бросил Череп. Набравшись смелости, уперся, - Я не мясник.
  -- Череп. Так ты у нас чистоплюй? Может ты еще и ...как его там ... пацифист?! - ощерился Лохматый, мигом наполнив голос злым презрением. Выплюнув последнее слово как, отборное оскорбление, ожидающе умолк.
  -- Не вижу в этом слове ничего плохого, - пытался объяснить свою точку зрения Череп, - мы же солдаты воюем против солдат, а не против...
  -- Умолкни..., - сдерживая порыв наорать, сказал Лохматый, -... у нас тут война. Если замешкаешься то тебя в миг поджарят даже не спрашивая мнения! Есть задачи по диверсиям, которая сейчас лишит противника средств, которые ... Я тебя уверяю! Пойдут на новые танки, на новые орудия, и на всякую хрень, которая снесет тебе мозги даже не спросив с оружием ты или без. Стреляй я сказал!
   Набычившись Череп вслушивался в слова Лохматого, сквозь которую прорывался грохот канонады. Не имевшая звуковой изоляции, подобно Милашке, "Рысь" пропускала грохот орудия, придавая словам Лохматого весомые аргументы. Мотнув головой, молодой сержант упрямо проговорил:
  -- На заставе продолжим, - сразу же переключаясь на внутренний селектор, четко сказал: - Косяк, одиночный по заводу, но так что бы их хорошо тряхнуло. А через три минуты ложи все в яблочко.
  -- Чего молчишь? - спросил Лохматый.
  -- Даю предупредительный, потом выполняю твой приказ, - найдя компромисс, улыбнулся Череп -....Кстати пока мы будем утюжить завод, ты бы глянул что с Бычком.
   Смачно помянув всех пацифистов, и где он их всех видал, Лохматый отключился. Его разведчик, остановился возле Бычка. Выбравшаяся фигурка, застучала по броне покореженной машины условленным сигналом. Завидев открывшийся люк, фигурка неуклюже взбираясь по раздолбанному трапу, нырнула в черный проем.
   Косяк четко следовал инструкции. Выпустив предупредительный наблюдал, как засуетились вокруг завода человеческие фигурки. Добавив разрешения, рассматривал эвакуацию.
  -- Эй Череп, а это дело у них поставлено. Глянь-ка, - улыбаясь забавной торопливости, охватившей освященный впадину, проговорил Косяк, -...как тараканы со всех щелей.
  -- Тебе бы начали сваливать на голову сто килограммовые болванки, начиненные взрывчаткой, посмотрел как бы ты суетился, - не весело усмехнулся Дыба, не разделяя веселости друга, хмуро смотрел за картинкой, - Череп, ты кстати прав. Я тоже не разделяю идеи воевать с работягами... тоже самое что бить лежачего.
  -- Не, ну вы как дети малые, - проворчал Косяк, - ...и на елку взлезть, и задницу не порвать. Если ты знаешь что здесь стреляют, то что тут делаешь? А они пошли. И мне до ствола, там он или уже смылся. Если он на заводе, то почему я за него должен думать как уцелеть? Пусть сам думает, как уберечь свою задницу.
  -- Ну, ну , - неопределенно хмыкнул Дыба.
   Отстреляв весь запас главного калибра, Косяк попытался рассмотреть деяние своих рук. Весь котлован, скрылся за разбухающим облаком песка. Сквозь песчаный занавес прорывались одинокие лучи уцелевших прожекторов, белесыми пятнами выхватывая черную копоть стального панциря. Коптя черными шлейфами пробоин, завод оседал набок. То и дело покрывался всполохами и пронзительным скрежетом сминаемых матч и всполохами обрываемых кабелей. А за заводом барханы украшались конусами маршевых прожекторов, мчащихся прочь траулеров и перегруженных грузовых платформ, словно гроздями виноградов увешанная фигурками людей старающихся подальше оказаться от ночного ада, за краткие минуты превратившего махину завода в чадящее решето.
  -- Готово! Командир можем рвать когти.
   Вернувшийся Лохматый, запыхавшись бросил в эфир:
  -- Череп у нас проблема, - отдышавшись, пояснил, - Бычок загнал генераторы. У вас захваты выдержат Бычка?
   - Думаю выдержим. Капсулу тащили не сильно устав. Думаю и разведчик вытащим, - ответил Череп, - Мы уже закончили, так что пусть цепляют тросы.
  
  
   ********************
  
  
   Догоняя друзей, Косяк затормозил подошвами. Скользя по техническому бетону пола зашлифованного под черный мрамор, озвучил коридор скрежетом.
  -- Косяк уймись, - поморщился Дыба.
  -- Ого, Дыба да у тебя с нервишками не лады, - схватив пациента за пульс, судорожно дергался повисая на руке, - Дыба сердце вот, вот взорвется! И глаза краснеющие. И бледный ты какой. Нет, нет и не проси! Искусственное дыхание делать не буду...
   Заливаясь смехом над своей шуткой, засверкал подошвами до ближайшего поворота. Выглянув из-за угла, удивился отсутствию грохота погони.
  -- Дыба, чего ты киснешь? Я уже думаю куда промотать премиальные, а вы тут...своими постными рожами все мои планы хороните.
  -- Командир, может его на опыты сдать ? - со спокойствием танка, меланхолично наклонив голову, спросил Дыба, - а то резвости, хоть консервируй.
  -- Не. Не возьмут, - интонациями бывалого мясника, Череп скептически рассматривал фигуру Косяка, - Мелковат. Организм зашлакован. И жрет как стая саранчи. Одни убытки.
  -- Нет, ну вот наглость. Я их тут стараюсь расшевелить. А они меня на опыты, - выйдя из угла, Косяк упер руки в боки, -вот она - человеческая благодарность. Ну и фиг с вами, а я жрать пошел.
   Нырнув в двери столовой, издал голодный клич. Заслышав такой вой впервые, повара дергались от позыва молодого организма, но после нескольких приступов икоты уже привыкли, только досадливо морщась и воспринимали Косяка как плохую погоду.
   Гремя подносом и протирая раздаточное окно до блеска, Косяк давал ценные замечания. Критикуя монотонность меню, выпытывал у оживившегося повара свежие новости.
   Когда Дыба с поклонов вошел в помещение, Косяк уже гостеприимно лыбился. Выбрав из пустых столов крайний у стены, уставил стол дымящимися подносами.
  -- Ну вы как на собственные похороны плететесь, - воспринимая ухмылку Дыба за пожелание приятного аппетита, замелькал ложкой.
  -- А ты как дикий. Нет что бы степенно сесть поесть, насладиться процессом еды. Получить удовольствие, - с нотками гурмана, Череп запрыгнул на лавку, вдохнул носом.
  -- ... ты хочешь что бы я подавился?! - борясь с рвущимся кашлем, Косяк покраснел. Простучав по груди, утер слезы, - Череп ты извращенец! Наслаждаться казенной пищей, это мазохизм. Как ты можешь, этот, сбалансированный питательными веществами состав, назвать едой?!
  -- Избаловался ты по кабакам, - уплетая первое как, божественный дар вставил Дыбы, без передышки подвинул добавку, - нужно как нить по экономить. Подкопить на новые генераторы. А там глядишь, тебе и понравится.
   С лицом, искаженным картинным ужасом, Косяк оглядывался. Ища свидетелей такого ужасного издевательства над человеком, сказал:
  -- Вы парни вообще как с головой дружите!? Жить на этом ? Нет уж увольте пусть меня разорвет от залпа "саранчи", но жрать вот это неделю?! Это уже статья в уголовных правилах корпорации и имя ей - издевательство, в извращенной форме!
  -- Куда ты денешься, - сладостно протянул Дыба, подвинув вторую порцию пшенной каши. Щедро поливая гуляшом из грибного "мяса", аппетитно заурчал, - тут же витамины, минералы, все сбалансировано, все подобрано. Чтобы тебе было полезнее. А ты , все пищишь о гадости и извращениях. Эх...
   Загребая ложкой горки величенной с кулак, забрасывал кашу в жернова челюстей. Равномерно разжевывая, жмурился от удовольствия.
  -- Не. Натуральное мясу лучше, - оторвавшись от зрелища снабжения топки дровами, Косяк завозился ложкой в супе, - Это ты помешан на своем здоровом образе жизни. Ты прям как женщина - за фигурой следишь, с весами не расстаешься. Чуть что сразу на тренажеры.
  -- А в чем радость быть такой худобой как ты? - взялся за компот, Дыба рассеяно рассматривал размокшие ломтики фруктов, -... о мой любимый! Молодец. Хвалю.
  -- За то я живу как хочу. Хомячу что хочу....
  -- Да ладно вам ерундой маяться, - не доев первое Череп, сыто откинулся на спинку, - Какие новости? Что молвит тыловое радио?
   Косяк еще блестя глазами, добивал кашу. Заулыбавшись, выдержал театральную паузу.
  -- Новостей хоть отбавляй с какой начинать ? С хороших или плохих?
  -- Даже так? Начинай с плохих, - расправившись с завтраком, Дыба зычно отрыгнул.
  -- Не тяни ... , - скривившись от манер Череп наградил товарища укоризненный взгляд. Получив однозначный ответ, обречено помотал головой.
  -- Застава опять на военном положении. Кабаки закрываются. Так что кухня скоро отработает свое жалование по полной.
   Выпалив новость Косяк ожидал буйных расспросов по поводу причин вопиющего факта.
  -- Ну нашел чем расстроить. Давно пора жирок растрясти, тренажеры уже наверное заржавели. И вам тоже..., - глядя на скиснувшие рожи, Дыба загоготал удачной шутке.
  -- Садист, - развел руки Косяк, - тут только с рейда пришли, а он новую пытку придумывает. Самый натуральный садист.
  -- Ну а хорошая новость какая? - спросил Череп.
  -- Организуется новое подразделение. Верховодить будут безопасники.
   Дыба хмыкнул. С тоской заглядывая в пластиковый стакан Черепа, получил добро кивком. Выпив компот, утерся ладонью.
  -- Ну и что в этом хорошего? Нас каким боком это касается?
   Требовательно запищал коммуникатор. Недоуменно оглядев вздернутые брови товоарищей, Череп сам пожал плечами.
   По подтянувшемуся лицу, ударившимся в раздумье бровям стало ясно что звонок не прост. Мотнув сторону выхода, Череп продолжал односложно отвечать по коммуникатору. Затолкав друзей в лифт сбивчиво поведал суть разговора.
   Качнувшись, кабина затормозила. Мягко разошедшиеся створки, открыли вид на тамбур командного этажа. Перед пятачком лифта, нервничал Негр. Протаптывая не первый круг под взором натыканных по всем углам видеокамер, поглядывал на часы. С надеждой обернувшись, облегченно выдохнул.
  -- Ну наконец-то. У нас еще пять минут. Командир заставы хочет вас видеть, - нервничая как на экзамене, лейтенант торопился выложить всю информацию, - Значит так. Речь пойдет о вашем рейде. Рапорта я уже сдал, наверное какая-то формальность.
   Глядя на ковыряющегося в носу Косяка, пораженно замер, а тот с умным видом достав сокровище, напряженно его разглядывал. Обратился за советом к Дыбе. Получив ответ, примерил за спину. Печально вздохнув, начал скатывать в шарик. Подняв взор, на потерявшего дар речи лейтенанта, невинно оглянулся.
  -- Э... я что-то пропустил?
   Обречено махнув рукой, лейтенант рванул к массивной двери. Блестя вороненой сталью с эмблемой оскаленной пасти, створки неторопливо разъехались в тороны открывая проход в небольшую комнату. Ожидавшие за дверью пехотинцы, заслонив дорогу и шумя двигателями тяжелой брони, потребовали сдать все личное оружие.
   Лейтенант без слов снял импульсник. Грохнув об поверхность стола массивной кобурой, развел руки в стороны. После минутного препирательства Косяк уловил что получить прикладами можно уже очень скоро, сложил в затянутую броней перчатку свои любимые метательные ножи.
   Пройдя по наполненным суетой коридорам штаба, экипаж очутился в просторной приемной.
   Мягкая прохлада встретила экипаж вместе с внимательными взглядами. Сидящие по расставленной с казенным вкусом мебели, солидные люди не малых чинов оглядели разношерстную компанию. Оценив посетителей, вернулись к своим делам, в которых коротали очередь приема. Сидевший за столом адъютант оторвал взгляд от терминала, кивнув в узнавании мотнул подбородком в сторону дверей.
   Лейтенант сделал глубокий вдох, словно собирался нырнуть в бездну океана. Не оглядываясь мотнув головой, решительно коснулся рукой сенсора управления двери.
  -- Косяк, - стоя перед дверьми, скороговоркой прошептал Дыба, - если выкинешь номер, как в лифте.... займусь твоим воспитанием, но уже на свой лад, так что не серчай.
  -- А я че? - хотел оправдаться Кося, но Дыбы нырнул в темень тамбура двойных дверей.
  -- Мы и так знаем что ты неповторим и уникален, но другие могут не так понять. Так что давай без выкидонов, - добавил Череп.
  -- Буду молчать как рыба об лед, - обижено засопев, промычал вслед командиру Косяк.
   Просторный кабинет производил впечатление рубки космического корабля. На выкрашенных в мягкий зеленный цвет стенах, висели настенные проекторы. Взиравших на обитателей, заставкой с эмблемой батальона на черном фоне, отражали поверхность огромного стола для совещаний, в данный момент с глухо задвинутыми спинками стульев.
   Лейтенант застыл в начале стола. Вытянувшись, четко отрапортовал. Поднявшийся из-за стола пожилой полковник, выслушав доклад, мотнул седеющей головой.
  -- Вольно лейтенант, - раздался голос властного человека.
   Бодро подойдя к застывшему на манер лейтенанта экипажу, пригвоздил всех заинтересованным взглядом пронзительно синих глаз. Разглядывая троицу, словно фотографируя, а за одно и делая вскрытие пытаясь заглянуть в душу, прошелся вдоль строя.
  -- Ну что капитан, славный у тебя экипаж, - оставшись довольным осмотром, командир заставы в пол-оборота бросил за спину, - Выделяющийся.
  -- Не жалуюсь, - поднявшись из-за проектора в начале стола, в тон отозвался капитан. Подойдя к лейтенанту, спрятал в усищах ухмылку, -...и Негр не чурается.
  -- Вот как? - заинтересовался полковник, усмехнувшись посмотрел на офицера, - и что, даже не успели ничего у чудить?
  -- Ну кроме предупредительного выстрела по заводу, - ослабившись, лейтенант позволил себе почесать затылок, припоминая нахмурился, -... ничего.
  -- Предупредительный - это правильно..., - нахмурившись, серьезно проговорил полковник. Прохаживаясь вдоль шеренги, заложил руки за спину, - ...нельзя звереть. Наша первоочередная задача - защита материальных интересов корпорации. Мы отстаиваем его - с оружием в руках. И это оружие направлено против таких же как и мы - воинов. А не против безоружного персонала. Так что ...все правильно. Молодцы.
   Зардевшийся Череп, стоял на вытяжку. Блестя глазами, поедал полковника уважительным взглядом. Найдя такого соратника своим взглядам, мысленно уже укладывал Лохматого на лопатки.
  -- Но и не стоит забывать, что мы воюем, а войны без жертв не бывает, - остановившись напротив Черепа, полковник стальным взглядом пригвоздил сержанта к полу, - и вы об этом не забывайте. Иначе, ваше колебание и человеколюбие может обернуться трагедией для доверившихся вам товарищей. Могут пострадать люди, за которых вы отвечаете своей совестью. Смотрите не ошибитесь, когда будете делать выбор.
   Напрягшись под взглядом, Череп проглотил лом. Застыв каменным изваянием смотрел полковнику в кадык. Оглушенный добавкой, пытался привести мысли к общему знаменателю. Спор с Лохматым уже не казался таким однозначным.
  -- Ну что же, - поглядев на стеклянный взгляд сержанта, потеплевшим голосом продолжил, - с вами, я заочно знаком. Меня вам представлять не нужно.
  -- Ну почему же..., - успел вставить Косяк. Едва не согнувшись, от тычка Дыбы, затрясся от кашля.
   В повисшую паузу, полковник поднял в усмешке бровь, оглянулся на капитана.
  -- Усач ты чего это? Не проводил инструктаж?
  -- С ними не успел, - наградив Черепа многообещающим взглядом, развел руками командир крыла, - ... текучка. Могу сейчас.
  -- Сейчас я и сам смогу, - отступив назад, молодцевато вздернулся, будь в сапогах - щелкнул бы каблуками, -.... Полковник Алексей Владимирович Рыков. Командир заставы "Южная", позывной - Удав.
   Улыбнувшись, убойной иронией продолжил:
  -- Этого достаточно?
  -- Вполне..., - ограничился Косяк, напрягая бок, делал мышечный массаж ушиба.
  -- Тогда прошу поближе к проекторам.
   Усевшись в массивное кресло, дождался пока рассядется экипаж.
  -- И так. Сержант расскажите нам о возможностях экипажа.
   Слегка запинаясь, Череп поведал историю создания Милашки. Опуская детали, изложил основные преимущества Милашки. Перечисляя огневой потенциал, увлекся перечислением возможностей электронной маскировки и спустя пятнадцать минут, замер под внимательными взглядами.
  -- Ну это все техника, - прерывая повисшую паузу, Удав скрестив пальцы домиком, рассматривал крутящиеся голограммы Милашки, - меня интересуют люди. Техника - это только инструмент.
  -- То есть мы? - пожал плечами Череп,- Так это есть в личных делах.
  -- В том то и дело, что в личных делах ничего нет, - рассматривая экипаж ироничным взглядом Удав, остановился на Дыбе, - По материалам личного дела, каждый из вас был забракован специалистами еще на первом полугодии.
   Не упуская из виду ни одной ужимки и молчаливого обмена взглядами, полковник хмыкнул. Разношерстнее не бывает. Каждый из этой тройки был не похож на другого как два полюса планеты, но такие различия почему-то не разрушали коллектив, а дополняли его. Превращая экипаж в единое целое, и судя по отчетам аналитиков переворошивших каждое слово из переговоров экипажа, пытавшихся найти следы психологических проблем внутри коллектива, - только недоуменно пожимали плечами, признавая свое бессилие. Уникальный случай. Идеальное совпадение типажей. Стечение многих факторов и в результате - этот экипаж как единое целое, как один человек мог понимать друг друга с полуслова и как чуткий организм выравнивал все шероховатости отношений с окружающим миром, правильной реакцией одного из тройки.
  -- Ну значит, такие хреновые специалисты, - встрял Косяк, бросая косые взгляды на Дыбу заинтересовано сверлившего стол взглядом, продолжил, - Еще раз двинешь, в глаз дам.
   Серьезно глянув на Усача, заметил как лейтенант вжался от стыда в кресло.
  -- Ну что вы и успешно доказываете, - тихо рассмеявшись, полковник расслабленно откинулся на спинке кресла. Взглянув Косяку в глаза, - что еще можете сказать?
  -- А что говорить. Экипаж у нас нормальный. Машина крутая. Так что... любой каприз за ваши деньги.
   Если бы можно было превратится во что ни будь незаметное, - Череп стал бы невидимкой. Чувствуя что упускает ситуацию из под контроля, и Косяка как обезьяну с гранатой нужно пристреливать пока не выдернула запал, ерзал на кресле не зная куда деться. Так разговаривать с человеком каждый день решающем судьбы тысячи людей одним касанием командного пульта, - Косяк определенно получит на сухари.
  -- Ну что же... каприз значит, - если Удаву и не понравилась манера разговора, то больше чем в усмешке это не выразилось. Рассматривая Косяка, бросал взгляды на Милашку, -хорошо. И так господа. Если вы так цените прямоту. Давайте поговорим в открытую. Судите сами, положение не простое. Контроль над территорией сократился из тысячей километров, до жалких сотен. Стачки уже происходят почти под стенами заставы. Что бы мне раньше, выдали такую оперативную обстановку, - я бы усомнился в штабных аналитиков. И тут приходят новобранцы, новая машина. В первом же рейде добивается успеха, как целое крыло. Надо бы радоваться. Но...
   Оглядев всех многозначительным взглядом, включил проектор. Остановился на одном не русском, шелестя клавиатурой подключил синхронный переводчик. На общем фоне тарабарщины, прорезался компьютерный голос переводчика. Выделился канал с логотипом официального канала корпорации "АРАВИКИ", проступило изображение. Слащавый паренек с прилизанной прической, надувшись как индюк, радостно вещал:
  -- ...как мы уже говорили. Этой ночью Русские предприняли попытку глубокого вторжения. Но наши пограничные заслоны отбили коварный удар. Потерпев очередное поражение косолапые медведи откатились назад в свою берлогу, зализывать раны огромных потерь..., - желая добавить выразительности репортер размахивал руками и корчил жуткие гримасы.
  -- Вот это да, - пораженный Дыба, обалдевши смотрел в настенную голограмму.
  -- ...Даже применения нового супер-оружия не помогло Русскому Медведю прорваться сквозь ряды наших доблестных воинов с молитвой встретивших эти исчадья..., - продолжал разоряться репортер. На заднем фоне возникла картинка с Милашкой освещаемой вспышками боковых орудий. Творческий подход стрелка к боевой раскраске, на оперативной съемке одного их участников ночного боя, выставил Милашку порождением ада извергающем потоки огня несущего смерть всему живому.
  -- И вот это крутят целыми днями напролет, - наблюдая удивление на лицах экипажа, полковник спокойно продолжал, - я уже был в столице. Генштаб на ушах. Безопасники плешь проели, требуя наложить вето на вашу машину. Ходил на ковер в корпорацию. Хорошо, что спецы, успели обработать, с вашей машины все записи, было чем хоть прикрыться. Что скажете " Бешенные псы"?
  -- В каком смысле ... бешеные? - переваривая информацию, растерянно посмотрел Косяк.
  -- Так вас окрестили на просторах медийного пространства.
   Переглянувшись друзья, напоминали определение недоумения. Переваривая услышанное молча хлопали глазами.
  -- Я так понимаю, - усмирив робость, Череп прямо посмотрел в глаза Удаву, - что это всего лишь одна из методик информационной войны. Так что ничего не обычного нет. Попытка оправдать потери. Создать..
  -- Согласен, но не все так просто. - прервал полковник, постукивая пером световой указки по столешнице.
   Оказывается ситуация вокруг батальона сложилась необычная. С одной стороны потери контроля над большой территорией сказывались постоянными репликами от управления корпорации о плохом исполнении договора найма. Со своей стороны батальон пытался привести аргументы срывов поставок необходимых материалов, техники и нехватки людей. На что корпорация начинала упрекать Службу безопасности в неисполнении надзора над действиями батальона, над растратами фондов, на слабую дисциплину наемников, на плохую работу с личным составом, в конечном счете приведшему к печальному положению. И все эти "обмены любезностями" казали бы обычными буднями подковёрной борьбы, в которую корпорация играла на протяжении многих десятков лет. Но в последнее время все внутреннее дрязги стали придаваться огласке. На лицо было нагнетание обстановки на фоне общего концепции - мира любой ценой. Ни каких провокаций дабы не спровоцировать дополнительного передела территории.
   В результате исторически натянутые отношения между Батальоном и Службой Безопасности, перешли от холодной вежливости в стадию звонко натянутых непониманий.
   -С одной стороны, мы сейчас не в той силе, что бы вести полноценные боевые операции. И все это прекрасно понимают. Но с другой стороны с нас дерут в клочья, требуя результатов.
   Закончив рассказ, Удав осмотрел притихший экипаж. Не понимая, зачем им все было сказано: Череп хмурился, Дыба молчал, а Косяк рассматривал ногти, мурлыча какой-то мотивчик.
   - Мне придется пригласить еще одного участника разговора, очень жаждущего этой встречи, - проговорил Удав собираясь словно перед нырков в прорубь, - и хочу сразу предупредить. Что бы здесь не звучало Вы должны помнить, что батальон своих не бросает.
   Соединившись с адъютантом, бросил пару ели слышных фраз. Через пару минут появился гость. Высокий мужчина в черном комбезе, вплыл с достоинством, как минимум члена королевской семьи. Величаво усевшись, свободно закинул ногу за ногу. Обозначив кивок полковнику, вцепился бесцветными глазами в экипаж.
  -- Господа. Глава Службы Безопасности заставы, подполковник Серпов - ровным голосом представил Удав.
   Серпов победоносно улыбнувшись кончиками глаз, бросил терзать покрывшегося пятнами Черепа. Не задерживая взгляд на Дыбе своим настороженным видом готового к любому повороту событий, уделил пристально недоуменное внимание Косяку, увлечено надкусывая не угодивший ноготь, продолжавшего заниматься маникюром.
  -- Очень рад, очень. Хотел вас сразу после рейда пригласить к себе, но ...капитан ваш, настоял на отдыхе, - раздавшийся голос безопасника походил на треск сухого дерева, - ... я вас "приглашу", после того как покинете этот кабинет.
   Повисшую тишину, при желании можно было пощупать руками. Схлестнувшись взглядом с командиром заставы, Серпов выдержал опасно запылавший взгляд Удава.
  -- Я следую инструкции. И это уже не в нашей с вами компетенции. Экипаж под арест до выяснения всех подробностей и установления меры виновности в нарушении приказа. Машину пока перегонят в технический отдел Службы Безопасности...
  -- Какого хрена?! - видя паралич Черепа, Косяк решил играть до конца в сольной партии.
   Перебивая подполковника, с шумом отодвинул стул. Расслабленно откинувшись, едва не забросив ноги на стол. Не обращая внимания на вскипающего белыми пятнами и желваками Серпова, Косяк с недоумением оторвался от рассматривания ногтей, -... Начальник, ты по какой статье дело шьешь?
   - Полковник, я уже обращал внимание на низкую дисциплину рядового состава, - зашипел Серпов, в точности превращаясь в символ Службы Безопасности, - ...ваши подчиненные - это пародия, на воинское подразделение.
  -- Мы и не являемся воинским подразделением. Мы - добровольная наемная организация, - не меняя позы, проговорил полковник. Рассматривая Серпова сквозь бойницы прищуренных глаз, окаменел лицом, - и если у вас есть приказ, от вашего командования, то могу вам напомнить что заставой командуя я. И я не подчиняюсь СБ. У меня есть вышестоящий командир, и приказа об аресте, я не получал.
   Подполковник успокоился. Расслабив плечи, переложил ноги. Скрестив руки на коленях, сбавил обороты.
  -- Полковник, этот вопрос мы можем обсудить и без ваших подчиненных.
  -- Почему же..., -в тон расслабился Удав, позволив усмешку от короткой победы, осмотрел присутствующих.
   Капитан Усачев терзал Серпова взглядом, словно цепной пес, бесился от понимания короткого поводка. Услышав последние слова полковника, едва не показал безопаснику кукиш. Довольно блеснув глазами, посмотрел на лейтенанта.
  -- Лейтенант вы подготовили детализацию? - голосом полным липкой вежливости спросил Усач.
  -- Да мой капитан, - ерзая на стуле Негр не знал куда деть, беспокойные руки. Такой открытой пикировки с могущественной Службой Безопасности он еще не видел. А когда бодаются большие начальники - достается больше всего подчиненным.
  -- Передайте его подполковнику.
   Кончиками пальцев взяв диск, Серпов вопросительно посмотрел на полковника.
  -- Полная расшифровка записей. С комментариями из устава Наемного Батальона моих штабников, - вывел на настенную голограмму поток данных, с кучей дополнительных окошек, начал комментировать, - Мои подчиненные не нарушили ни одного параграфа приказа который утверждался вашей службой в том числе. Согласно полученному заданию диверсионная группа проникла на территорию противника. Встретив патруль, попыталась уклониться от столкновения. Совершив прорыв, выполнила поставленную задачу. В чем вы усмотрели повод для заседания трибунала?
  -- Ну ...,- протянул Серпов. В примеряющем жесте лениво поднял руки, - трибунал... Это вы громко сказали. У меня приказ провести расследование. Выявить - были ли нарушения. Если да виновных наказать нет,- наградить. И представить подробный рапорт. Я считаю, что для полноты и ускорения процесса расследования необходимо, первое - экипаж не привлекать к службе, второе - машину в технический ангар СБ.
   Удав рассматривал безопасника начавшего любимую игру в недоговоренности во взаимоотношениях Батальона и СБ. Понимая что кроется за безобидными формулировками, представлял как начнутся бесконенчые допросы молодых парней. Будут бессмысленные мордобои. А спустя две недели будут показания сломленных пацанов которые сами себя оговорят и подпишут все что угодно лищь бы прекратить мучения. А дальше позорная казнь и чан с переработкой отходов.
   Сколько их было у него? Сколько он еще должен потерять парней, что бы перестать уважать себя и безропотно идти по дну каньона пылавшего в конце муками совести?
  -- То есть экипаж под арест, машина изымается в распоряжение СБ? - глухо спросил Удав.
   Проступившая в голосе сталь заставила Серпова, опытного ломателя человеческих душ вздрогнуть словно шакала почуявшего вблизи матерого хищника. Безопасник взглянул в глаза полковника. Уже не так уверено удерживая на лице маску победителя, улыбнувшись спросил:
  -- У вас есть другие предложения?
   Удав потянулся за терминалом, и протянул Серпову.
  -- Ознакомьтесь с разработанным моими штабистами проектом. Вкратце могу пояснить, что суть этого приказа сводится по усилению диверсионной работы, в ответ на директиву ставок которые в том числе утверждаются Вашим начальством.
   Углубляясь в чтение, выражение лица Серпова менялось от довольного собой человека до вымученной улыбки хорошей мины при плохой игре.
  -- И что это вам даст? - отложив терминал на стол, исчезнувшее с лица выражение близкой победы, оставило от себя только вежливый тон, - У вас нет никакой базы для такого подразделения. Нет подготовленных аналитиков, в конце концов и машины ваши не соответствуют, для такого рода деятельности.
  -- Ну почему же первая машина уже есть. Боксов хоть отбавляй, персонал техников выделим, а что касается экипажа, - так он уже есть, разведданные, - на них будет работать целый отдел аналитиков. Так что не вижу трудностей.
  -- Я доложу командованию о вашем проекте, думаю что мы еще обсудим эту тему, но уже в другом месте, - хищно улыбнувшись, Серпов мягко поднялся. Наградив троицу взглядом-обещанием не последней встречи, обозначив кивок прощания покинул кабинет ровным шагом. Совсем уж ровным.
   Проводив безопасника взглядом, Удав отодвинул стул. Шумно выдохнул. Повернулся к оставшимся гостям кабинета.
  -- Ну что же, - вздохнул, словно вытянул застрявший в бархане танк, окинул экипаж веселым взглядом, - этот раунд за нами.
   Рассматривая Косяка с новым выражением, усмехнулся:
   - А ты сынок не промах. Держишь удар.
   - Да я таких следаков, пачками обламывал, - довольный похвалой, Косяк сиял начищенной медалью.
  -- - Тогда вернемся к нашему приказу, который будем быстро воплощать, пока безопасники не придумали новую каверзу.
   Выводя информацию с терминала на общий проектор, Удав поведал что к чему. Результаты рейда, ошеломили видавших виды штабников. Да и не только их. Еще только машины развернулись для следования к заставе, когда штаб уже гудел от переданной со спутников информации. Аналитики осипшими голосами в конце насыщенной вахты представили полковнику полный рапорт.
   Использование Милашки в связке с "Рысями" показало эффективность стандартного крыла и если сделать подобные соединения регулярными, то эффективность действий военного подразделений возрастет на тридцать пять процентов.
   Естественно что к таким же результатам и пришли аналитики СБ.
   И тут то и начиналась возня под ковром. Так как машина уникальна и в единственном числе, начались интриги. Желая заполучить данный экземпляр в свои руки, Серпов спешно начал компанию по созданию специальных отрядов.
   Забросав столицу рапортами долбился утверждения "своего" проекта. Оставалось только изъять машину.
  -- Когда мне в генштабе показали проект представленный Серповым и данный на согласование в Генштаб, - устало проговорил Удав, - Я в начале не поверил глазам. Присвоить чужую идею, чужую машину.... Мне пришлось на ходу придумывать свой проект.
   Слушая речь, Череп, складывал мозаику. Получалась любопытная картина. Оказывается Милашка стала призом в очередном противостоянии СБ и Батальона. Только если бы Удав не проявил настойчивость, - затаскали бы по трибуналам, а потом в лучшем случае Обеспечение, а так еще и в шахту загреметь можно.
   Глянув на Косяка, продолжавшего выковыривать пустынную смазку из под ногтей, Череп внутренне улыбнулся. Не ожидая что вот так запросто можно подтасовать факты и состряпать обвинение и упрятать человека в дали дальние, Череп буквально опешил под гипнотизирующим взглядом Серпова. И если бы рядом не было командиров, и самое главное верных товарищей он был бы банально ошеломлен и сломлен таким напором лжи и наглости. Но Косяк, Косяк своими выходками словно выдернул из пелены сна. Помог стряхнуть оцепенение. Вот кому легко. На хамил безопаснику, можно и расслабиться. И нет никакого дела, что придется быть почти смертником.
   Рассматривая общую структуру подразделения, теперь Череп думал о том как приложить все усилия что бы воплотить идею командования и самое главное увеличить шансы экипажа на выживание. Быть им отныне первыми во всех пеклах, быть тем пальцем, которым пробуют кипяток.
   - Мой полковник, - дождавшись паузы, Череп оторвался от высвеченной проектором структуры будущего подразделения, - Здесь не указанны позывные экипажей и командира.
  -- Командиром отряду утверждаю Негра, - ответил полковник, бросив на опешившего лейтенанта взгляд с легкой усмешкой, продолжил, - да, да. Засиделся ты уже в командирах крыла. Тем более что опыт у тебя есть. Экипажи разведчиков наберешь сам.
   Глянув на капитана, Негр сдержанно улыбнулся. Бросив короткий взгляд на Удава, ловко поднялся из за стола.
  -- Я! Есть! - замирая по стойке смирно, четко гаркнул лейтенант.
  -- Негр... расслабься, - проговорил Усач, с усмешкой реагируя на не растерянные армейские рефлексы, - не на плацу.
   Слегка ослабив ногу, лейтенант взглянул на Удава, вибрирующим голосом проговорил:
  -- Спасибо за доверие. Готов к исполнению обязанностей.
   Полковник подошел к своему креслу, взяв что-то, повернулся к лейтенанту. На вытянутой ладони показалась черная шкатулка, с эмблемой батальона. Поблескивая вороненой сталью, закругленные края отсвечивали неяркими бликами.
  -- Лейтенант, с назначением на новую должность вам присваивается звание капитана, - торжественно протянув Негру открытую шкатулку. На красном бархате, поблескивая золоченными гранями красовались восемь ромбов капитанского звания.
  
   *******
  
   Топая к лифту, Косяк посматривал на друзей. Больше всего его волновал вид Дыбы. Промолчавший все время приема, как немой от рождения, великан угрюмо плелся позади.
  -- Дыба, ты чего ели ноги переставляешь? - подобрав шаг, засеменил рядом, - все обошлось. Полковник мне понравился. Мировой дядька. Не по боялся с СБ поцапаться. И безопаснику нос утерли. Он собака, меня на понт хотел ! Да я таким лосям, еще в песочнице рога обламывал !? Ну чего молчишь ? Эй! Скажи что ни будь?
   Оглянувшись, на предмет лишних ушей, Дыба выдал словесную конструкцию. Тесно переплетая, в принципе не совместимые вещи, охарактеризовал особенности анатомического строения всех придурков не дающих хохлу нормально прожить свой век. От эмоций бьющих через край, срываясь на родную речь, распылялся уже не на шутку.
  -- Дыба, Дыба, по медленнее, я не успеваю запоминать, - выросший на улице Косяк, с интересом вслушивался в словесные кружева, - ты хоть по-русски говори, а то я не улавливаю сути. И вот эту связку - о заднице и мозгах повтори еще раз.
   Глянув на Косяка, великан замер. Пытаясь поймать в глазах след иронии, натолкнулся только на внимание прилежного ученика. Обречено махнув рукой, резко засунув руки в брюки и не оборачиваясь, Дыба зашаркал к лифту.
  -- Череп, чего он так? - смотря в ссутулившуюся спину Дыбы, растеряно спросил Косяк.
  -- Косяк, ты хоть сам понимаешь во что мы влипли то? - посмотрев на друга, взглядом врача сообщающего смертельный диагноз, Череп слабо улыбнулся, - Мягко говоря мы в дерьме по самое не хочу. Наши шансы на выживание резко скакнули к нулю. И что бы нянчить внуков нам придется очень сильно постараться.
   Глядя на улыбающегося Косяка, Череп вспомнил истину. Счастлив тот, кто не ведает. Грустно улыбнувшись, пытался на лице друга найти хоть какой-то след понимания.
  -- Да ладно тебе. Какая разница, где и когда. Все там будем, а так хоть повеселимся от души, - выковыривая мизинцем остатки завтрака, Косяк озаботился большим куском, - Чего вы как маленькие раскисли?
  -- Косяк, ты наверное и в гробу будешь улыбаться...
  -- Улыбаться в гробу? Хм... а это будет круто смотреться ?
  -- Круто, круто..., - заражаясь бесшабашностью друга, Череп выплыл из омута тоски, - ... извращенец.
   Добравшись до кубрика, Косяк уселся на койку Дыбы, посчитав что залезать с ногами будет последней каплей в тяжелом дне водителя, скромно уселся придавая лицу выражение психотерапевта. Встретил вышедшего из душа Дыбу, невинным взором, спросил:
  -- Поговорим?
  -- О чем? - не оборачиваясь буркнул Дыба, снимая комбез копался в настенном шкафу. Достав одежду, выкатил чемоданчик с разобранными примочками к стандартным тренажерам, - С тобой разговаривать - лучше сразу застрелиться. Все равно результат тот же будет...
  -- Да ладно тебе. Сразу пулю в лоб, - вольготно раскинувшись на койке, кинул в Дыбу подушкой, - ты чего такой пришибленный? У тебя что родичи померли? Или тренажеры сломались?
   Хмыкнув, Дыба подобрал подушку. Не оборачиваясь кинул назад. Дождавшись смачного стука головы об стену, довольно хрюкнул. Подушка на месте. Собрав в охапку выбранные конструкции, сложил их перед выходом. Оглядывая комнату на предмет- чего еще не взял, встретился взглядом с пришибленным Косяком.
  -- Дыба так чего ты такой хмурый ..., - потирая шишку, скривился Косяк. Мирно улыбаясь, продолжал тихонько готовить подушку для повторного запуска.
  -- Завидую я тебе Косяк, - не упуская изготовления Косяка, слабой улыбкой разогнал хмурые мысли, - тут такая каша заварилась, а тебе все нипочем. Как с гуся вода. А когда эта скотина в черной пижаме начала говорить о расследовании. Ты знаешь... признаюсь, я струхнул. Я конечно готов был проломить кому голову но что делать потом ? Я не знал. Одно дело в танке или на ринге там все понятно наши тут а враги впереди. А с такими гадством в жизни сталкиваться... Ты знаешь какие байки об уровнях СБ ходят ?
  -- Да! Да! Я знаю! - подорвался Косяк, - Там сдирают со всех кожу живьем вымачивают в химическом растворе и делают их них ручки для спортивных тренажеров!
   Сияя призером интеллектуальной игры, Косяк вскинул руки в ожидании аплодисментов.
   Дождавшись слитного эпитета придурка горестно закатил глаза к потолку. Шепча молитвы одними губами, просил благословения на преодоление трудности просвещения заблудших. Окинул товарищей ироничным взглядом и спросил:
  -- Да какая каша? Ну подумаешь будем чаще кататься. Чаще воевать. Ну и что ? Ты же хотел же стать героем или нет ? Так станешь героем после смерти. Какие дела?
  -- Тьфу, только бы покаркать. А меня вот мандраж пробирает, - поймав подушку, запущенную в тихушку Косяком, сел рядом. Заключив стрелка в захват, пятерней начал натирать рыжий гребень до разрядов статики, - ...вот тебя ща по натираю глядишь, там и успокоюсь. Как кошку гладишь, а она мурлычет. Кстати а ты чего не мурлычешь?
  -- Эй Череп, и ты меня еще извращенцем называл?! - вырвавшись вскричал Косяк, запыхано прилизывая встопорщившийся гребень. Гребень упорно тянулся к яркому освещению, - Я к нему как к человеку. Ну там поговорить успокоить. На худой конец обнадежить, а он.... по мурлыкать!? Садюга! В деревне наверное все коты передохли, от такого успокоения.
   Собираясь в душ, Череп включил терминал. Подождав пока начнется загрузка, ели успел убраться с траектории полета просвистевшей мимо подушки, словно управляемые ракеты носившиеся по кубрику стремительными тенями. Убирая терминал под лежак, от возможных попаданий, с улыбкой наблюдал за сеансом психотерапии. По Косяковскому варианту это даже было интереснее.
   Спровоцировав Дыбу на детские выходки, Косяк добился желаемого эффекта. Водитель уже не тужился в хмурых мыслях, а высунув язык гонял Косяка по всему кубрику. Запуская подушки со скорострельностью зенитного комплекса, подстреливал Косяка в полете. С обезьяньей проворностью вскакивая, Косяк отвечал не быстрыми, но меткими бросками. Прыгая по кубрику стадом бешеных носорогов, один тяжелый по полу а второй по всем углам, превращали помещение в точное определение бардака.
  -- Детский сад, - Под нос пробурчал Череп. Дождавшись писка готовности к работе, отодвинул терминал подальше, под лежак, - Эй ломбасы, вам по скока годков? Вы в какие ясли ходите? У самих дети уже в яйцах пищат, а что вытворяете?!
   Закончив фразу, которая по идее должна вразумить зашалившихся, Череп пожалел, что тихонько не пробрался в душ. Получая первую подушку, начал думать что нужно было сказать помягче, а получая вторую, выбившую остатки воздуха из легких, - подумал что бардак, это одна из наиболее продвинутых форм современного дизайна.
   Но когда размахивающую руками фигуру в начале подняли до потолка, а затем ей же испробовали мягкость казенного матраса. И так несколько раз, Череп понял что ему не устоять. Не успев восстановить резкость в глазах, как снова в опасной близости замелькал потолок.
  -- Косяк! На халяву дам прошвырнуться по порнопорталам! - понимая что супротив двоих не выжить, вскричал Череп.
   Раздавшийся гогот, а затем крик раненого медведя, известил Черепа что семена упали на благодатную почву. Услышав заветное слово, да еще и такой стимул, Косяк превратился в фанатичного телохранителя дарителя дармовщины. Кружа вокруг Дыбы охотничьим псом, цепким взглядом оценивал матерого косолапого.
  -- Череп как минимум два часа. Он уже разогрелся, валить будем долго, - прохрипел улыбающийся Косяк. Размазывая кровь из рассеченной губы, весело подмигнул Черепу, - Ща главное завалить, а там свяжем и кстати, а что с ним потом делать?
  -- Будем дрессировать, - шатаясь Череп, помотал головой выгоняя остатки звона из ушей. Подавляя приступ тошноты, встал в стойку, - долго дрессировать! Сперва научим хорошим манерам, сделаем культурного медведя.
   Не добро улыбаясь, Дыба щурил припухший глаз. Широко расставляя ноги, мягко отбрасывал ногой попадавшуюся утварь. Отступив к входной двери, держал обоих на виду.
  -- Ну что мелочь пузатая сдохли? - похрустев костяшками, заняв выгодную позицию Дыба уверено улыбнулся, - ну идите ко мне, идите. Щас я вам устрою поиски пятого угла...
  -- Череп а может, его простим? - рассматривая живые бугры, устраивающие гонки на голом торсе, сделал несколько шагов назад. Приняв не принужденную позу, исказил лицо в муках тяжкого раздумья, - Зачем нам дрессированный медведь? Если он и сейчас не понимает разницы между туалетной бумагой и занавесками....
   Дыба было дернулся, провести на Косяке техничный прием снятия часового со спины, но остановился. Глянув на сузившиеся глаза Черепа, и моментом напрягшуюся спину Косяка, - разгадал провокацию.
  -- Грубо работаешь рыжик, - довольно усмехнулся Дыба. Пружинисто подпрыкивая в боксерской стойке выполнил серию коротких ударов с воображаемым противником, - ... Эй парни а что за душком от вас потянуло?!
  -- Ишь ты , - покровительственно ухмыльнулся Косяк, - битый уже...боится, уважает!
   Резко развернувшись бросил в Дыбу скомканным покрывалом. Грубый синтетик, в полете, привычно развернулся во всю свою площадь. Под прикрытием импровизированной завесы, псы бросились на медведя...
   По кубрику прокатилась звонкий перелив сигнал вызова. Входной монитор засветился голубым изображением. Глянув на дисплей Дыба, не понимающе нахмурился. Разглядывая толпу под камерой, сделал жест Косяку. Уловив озабоченность, Косяк резко остановился.
  -- Ну и чего вы там увидели !? - промычал Череп. Тяжело дыша, вытер потный лоб. Взглянув на алые руки, ощупав лицо, ойкнул, наткнувшись на рассеченную бровь, - ну блин повеселились...
   Собираясь более подробно развернуть тему, где он видал такие разминки и сеансы терапии, вдруг ощутив на рту крепкую ладонь.
  -- Парни отбой. Свои.
   В открывшуюся дверь ввалилась тройка наемников. Разглядев знакомую лысину, Косяк облегченно выдохнул, расслаблено вставил ножи в чехлы.
  -- Эй парни, вы чего так долго то не открывали ? - осоловевшим голосом, поинтересовался Лохматый. Наведя фокус, заметил царивший в комнате бардак и припухшие рожи с красными потеками и начавшими наливаться синевой фингалами, - Не понял. Это что еще за клоунада?
  -- Да это мы так. Расслабляемся вернее - разряжаемся, - копаясь в аптечке, Косяк рассматривал инструкцию на баллончике с красным крестом. Дочитав, пшикнул на губу, ойкнув зашипел ругательства.
   Ввалившийся следом Бычок мотнул головой, не понятно что означающий жест, сопровождался глухим бульканием. Как мать с новорожденным, в обнимку с объемной ношей, командир второго разведчика синусоидой пересчитал все выступы по пути к столу. Громко стукнув пластмассовой канистрой пестрой от предостерегающих надписей, обвел всех взглядом, героя спасшего человечество.
  -- Ого, ну вы и набрались, - усмехнулся Дыба.
   Выполняя маневр штурмовиков, уходившего от зенитной атаки, оставшиеся наемники просачивались в кубрик. В сразу же ставшем тесном кубрике стало тесно и тяжело дышать.
  -- Ерунда, нам можно, - тоном знающего человека, Лохматый усаживал экипажи по койкам, - вот дерьмо где стулья?
  -- Так нам они не нужны, обходимся встроенными, - весело ответил Косяк, уже догадавшись что сейчас предстоит, радостно потер руки, - а это у вас что? Пиво?
  -- Эх зелень. Пиво, шмиво - гордо улыбаясь, заплетаясь протянул Лохматый, - Бычок покажи что пьет наемник, опосля того как спас свою задницу.
  -- Спирт, - тяжело, но гордо выговорил Бычок, любовно обняв пятилитровую канистру, - самый настоящий, не разбавленный.
  -- Мать моя женщина, - потрясенно протянул Косяк, оглянув всех участников, озаботился - тока у нас стока тары нету.
  -- А нам и нэ надо, - гордо заявил чернявый механик Лохматого.
   Гордо поведя орлиным носом, с явным намеком на Кавказ, наткнулся на литровую миску, в которой Дыба часто замешивал диетическую бурду с биодобавками, вскрикнул:
  -- Вот она и будет ...Чашей!
  -- Тише вы, - перейдя на полушепот проворчал Дыба. Подойдя к двери увеличил угол обзора потолочного видео глазка.
  -- Парни, чета я не понял. Вы чего? Тут понимаешь ветераны пришли проставиться, а вы шикаете, - увидев манипуляции с дверью, нахмуренно поинтересовался Лохматый.
  -- Да так, - не хотя проговорил Дыба, усаживаясь на чемодан с тренажерами, подвинулся к столу, - так что там о проставе?
  -- Вот так сказать..., - начал Бычок, пытаясь свести Дыбу в одну картинку, - как говорится за знакомство, за боевое крещение ...ну и за наши задницы. Если бы не вы...
  -- Погоди Бычок, - сверля Дыбу взглядом прервал Лохматый. Согнав опьянение, серьезно всматривался в "зелень", - что у вас случилось ?
   Видя что просто так не отделаться, Дыба помотал головой. Поведав вкратце историю с приемом, оглядел серьезные лица ветеранов, в теле тяжело заухал паровой молот сердца.
  -- Значит говоришь, Серпов был?, - задумчиво мял подбородок Лохматый.
  -- Ну да, - мрачнея с каждой секундой Дыба, только заметил сжатые кулаки ветеранов, - и вот это чудо, на выпендривалось по полной программе.
  -- Да ни чего я не выпендривался, - возмущаясь от такой не справедливости, Косяк, оставил в покое канистру спирта.
   Вскинувшись, под угрюмыми взорами, начал оправдываться:
   -...Он нас на понт брал! Хотел нас под трибунал, а машину себе забрать, ну вы что не понимаете , что он хотел сделать ?
   Возмущаясь Косяк заходил по комнате. Пытаясь по понятнее объяснить, сбивался на простых словах. В конце рассказа, уставился на всех терпеливым взглядом учителя талдычащего элементарное сложение.
  -- Серп может, - обдумав услышанное, протянул Лохматый, - сволочной человек. Погоди, и ты такое при нем заявил?!
  -- Ну нет... Хотя, хотел ,- гордо заявил Косяк, улыбаясь словно выиграл миллион.
  -- Мда... хорошо что при нем этого не ляпнул. А то бы уже без головы валялись...
  -- В смысле без головы? - не понял Косяк.
   Лохматый посмотрел на молодняк протяжным взглядом не понимания, а вспомнив сказал:
  -- Ах да, вы же вольнонаемные, - задрав голову, показал блеснувшую на затылке горошину, - у каждого бывшего заключенного, вживлен вот это подарочек. В случае неповиновения, разряд в позвоночник, а что нить серьезнее, раскидываешь мозги по стенкам.
  -- Опаньки, - пролепетал Косяк.
   Подойдя ближе, потрогал незаметную опухоль, сквозь которую пробился точечный индикатор, в металлической оправе.
  -- Погоди а сейчас, - словно обжегся Косяк убрал руки за спину, - она, что же работает!?
  -- Как подписали контракт, их отключили, по крайней мере так сказали, - ухмыльнувшись, Лохматый оглядел притихший экипаж, - а вытаскивать не вытаскивают.
  -- Лохматый не трави - и без тебя хреново, - проворчал Дыба, угрюмо протягивая бадью , - наливай.
  -- Правильно, не чего каркать, - попытался весело поддакнуть Косяк, - Ну?! И так, за что и как будем пить?
   Окинув троицу взглядом, Лохматый подивился такой выдержке. Списав все на молодость, сказал:
  -- Ладно потом поговорим. По трезвости обсудим... Эй Бычок! Хватит ее так обнимать - выдохнется. Ты так девку обнимал, как канистру тискаешь.
  -- А что...девок много, а канистра одна, - резонно заметил тот, бережно опуская канистру на пол.
   Залив на половину чашу спиртом, добавили туда воды из сифона. Растолкав прикорнувших товарищей, рассевшиеся кругом наемники смотрели на Бычка. Застыв с чашей, Бычок обвел всех повлажневшим взглядом.
  -- Парни... Братья. Я не мастак говорить, речей как Джигит, - послышались понимающие смешки, стихшие, под серьезным взглядом, - скажу как получится. Я хочу выпить, из этой Чаши, - за экипаж. За молодой экипаж, который не смотря на "зелень", делом доказал, что он достоин звания Русского Наемника. И я рад, что рядом со мной будут сражаться надежные товарищи, которые прикроют, которые на своем горбу вытянут из огня и о которых я смогу гордо сказать: " я с ними сражался..". Так пусть эта чашу будет передаваться из рук в руки чем проливаться на последний бархан!
   Припав к чаше, сделал пару мощных глотков, зажмурился. Протянув чашу Черепу, резко выдохнул.
  -- Ох , хорошо пошла, - хлопая прослезившимися глазами, по массажировал гортань.
   Приняв эстафету, Череп обречено вздохнул. Взяв чашу, вдруг вспотевшими руками, почувствовав резкий запах спирта. Зажмурив глаза, сделал первый глоток, удивившись отсутствию жжения, сделал еще глоток как простой воды. Протягивая Лохматому чашу, почувствовал в гортани раскаленный штырь.
  -- Ааа..., - смог выдавить Череп, глотая ртом воздух, дышал как утопленник, всплывший на поверхность.
  -- Что пробрало? ...Ты так не дыши, глотку сожжешь! - участливо глядя на заходящегося в кашле Черепа, сделал пару глотков, - ну что ж ты так то? Ни разу спирта не пил?
   В бухыкающий кашель, вплелась трель входной двери. Доделав глоток, Дыба вернул чашу.
  -- Кого тут еще принесло, - повернувшись, рассматривал фигуру звонившего, -Опаньки! Вот и посидели. Негр.
  -- Вот говорил же я, у него нюх! - встрепенулся Бычок, схватив канистру начал метаться по комнате в поисках, самой глубокой ямы. - У него не нос, а датчики! Везде учует, вот засада, куда же деть ...куда?!
  -- В душевую, или в вентиляцию, - взволнованно предложил Косяк, переживая за сохранность такого ценного продукта, - или может в наглую, под койку поставить?
   Когда Дыба впустил лейтенанта, в комнате царила полная тишина. Расставленный на полу чемоданчик, служил столиком для карт. Рядом уже лежал терминал с нанесенными жирным шрифтом, росписями игры, которая уже занимала умы участников как минимум с часа три. Все собрались в тесный кружок, подняв на офицера взгляды тут же уперлись в карты.
  -- Ну вы что уже так нажрались что команду подавать мне самому? - гаркнул Негр, обведя всех хмурым взглядом.
  -- Э..э.. СМИРНО! - вспомнив устав, вскочил Лохматый.
   Изображая усердное рвение, и крайнюю почтительность к уставу, наемники шумно вскочили в строевые стойки.
  -- Вольно, - окинув всех насмешливым взглядом, проговорил Негр. Присев на лежак, тяжело вздохнул. Растирая лицо, словно пытаясь смыть усталость тяжкого дня, протянул руку, - Дайте Чашу...
  -- Какую Чашу, - сделав глупое лицо бравого военного, встрепенулся Лохматый.
  -- Лохматый, хоть ты уже голову не морочь...
   Лысый ветеран не сдавался. Продолжая хлопать глазами, косил под человека с умственными отклонениями, - ...Вы бы помещение проветрили. Спиртом прет как с бочонка...- насмешливо окинув наемников взглядом видевшем всех насквозь и на два метра под землей, Негр усмехнулся,- Да и карты нужно держать картинками во внутрь, это так... если решите сыграть.
   Обречено протянув Чашу, Лохматый скривился. Горько вздохнув, представил картину выливания в унитаз. Наблюдая как Негр сделал три глотка, стукнул челюстью об пол. Офицер, да и еще запросто с рядовыми, грохнул спирта!
  -- Правильно разведенный, - подпер нос пальцев, выдохнул Негр, - ...алкоголики. Молодежь чему учите ?
  -- Негр, ты что лекцию пришел читать? Что стряслось? - не зная чего ожидать от нежданного визита, Лохматый на всякий случай сел.
  -- Ну и вас и рожи, господа наемники. Такое и захочешь не придумаешь, - глядя на застывшие позы, усмехнулся лейтенант.
  -- Слушай чего ты тогда приперся? Не видишь мы тут в карты играем, и на тебя места нету, - в тон огрызнулся Лохматый, - если просто так, отдых обломить то ты его уже обломил, можешь спокойно топать дальше.
  -- Отдых?. Ну, ну - распитие спиртных напитков, когда застава на боевом расписании, - как минимум "губа", с удержанием месячного жалования.
  -- Все равно мы не в рейде. Формально мы восстанавливаем силы. Только штраф, в размере 25 процентов оклада, - четко отрапортовал Лохматый, -а на случай тревоги у нас "ежи" с собой.
  -- Тертый калач, ладно успокойся ни кто вас дергать не будет. Штрафовать тоже. - осмотрев настороженно застывших наемников, не знавших какую пакость выдадут в наказание, Негр усмехнулся, - сформирован диверсионный отряд. И судя по проекту приказа о применении, жить им в барханах до конца своих дней, на заставу тока на "пописать" будут заезжать. А теперь догадайтесь с трех попыток, кто в него попадет?
   Кто-то икнул. Незаметный шум климатической установки, казался рокотом канонады. Раздавшийся скрип лежака прозвучал стартом для посыпавшихся вопросов. Отмалчиваясь, Негр обернулся только в предбаннике выхода.
   - Что касается стариков, то вы еще сможете отмазаться. А вы парни, - посмотрев на Черепа, печально мотнул головой, - ...а вы уже в отряде - или на растерзание СБ. Удав с Батей разговаривал. В ставке интрижка еще не закончилась. Но по вам решение приняли.
   Закрывшаяся дверь, казалось стукнула крышкой гроба. Жадно глотнув с чаши, Бычок откинулся на койку. Раздавшийся гул удара об стену, напомнил с какого хорошего метала сделаны переборки.
  -- Я чего то не понял, - Глотая гласный буквы протянул Косяк. Спирт с газом, давал о себе знать, - чего он хотел сказать ?
  -- Он сказал что отныне ты живешь в песках, - хмуро проговорил Лохматый, - ладно мы еще заглянем. Кое что обсудим в тесном кругу, а потом заглянем.
  
   **********************
  
  
   С памятного разговора прошло уже много дней. Косяк уже сбился со счету, забывая какой день недели за бортом, уже начинал проверять год на панели своего терминала. Слившиеся в череду дни запоминались чередой из койки, боевого кресла и песков. Дни размазались сплошным месивом из оброков воспоминаний, в котором выделить отличный от другого день, а то и неделю, было из разряда - посчитать каких песчинок не хватает на соседнем бархане.
   Криво усмехнувшись, Косяк вспомнил первые недели. Все складывалось в череду увеселительных прогулок. Они были быстры и не уловимы, словно развлекались в тире. Не поворотливые противники, только засекали Милашку на обзорных датчиках, улепетывали - пыль столбом. На задание уходило времени совсем ничего- прокатиться туда и обратно. Завалил караванный дальноход и на заставу за премиальными. Красота.
   Но с каждым рейдом противники становились все злее и коварнее. Как в симуляции, словно мозгов им там добавляет какой-то умный дядька. Изменилось стандартное формирование, появились новые уловки и хитрости.
   Теперь наткнуться на патруль меньше пяти машин - что встретить озеро в пустыне, а сегодняшний случай... Вспоминая карусель в которой закрутились тогда машины, Косяк передернулся. С его-то вестибулярным аппаратом, да так обделать лицевое забрало и как тогда впервые проклинал себя, что не послушался деда и не пошел, как сверстники по проторенной дорожке "золотого мальчика".
   Им сегодня крупно повезло. И только из-за того что за время рейдов обостренные нервы Дыбы превратились в перо, и на любой сквозняк подозрительных событий, водитель мигом отзывался маневрами Милашки. Завидев что ни будь необычное, зачастую улавливал чутче радаров, он сразу менял местоположение машины или загонял генераторы в дикий форсаж, от которого зубы крошились в корнях, а волосы вставали дыбом норовя порвать стенки шлема.
   В этот раз Лохматый с Бычком слегка отстали, пытаясь разобраться с мелкой поломкой, и если бы не эта случайность то дымились бы в пустыне, двумя грудами искореженных памятников. Восстанавливая картинку боя, Косяк зябко передернулся, сегодня они прошли по краю лезвия как никогда близко...
   Выскочив на бархан, Милашка сходу зафиксировала пуск ракет. Мгновенно сработавшая программа самообороны сразу отстрелила "болванчиков". Переливаясь солнечными бликами на веерах лопастей электронные ловушки все-таки оттянули на себя тугодумную автоматику ракет самонаведения. Маневр Дыбы бросившего Милашку в невероятном пируэте во впадину межбарханного лежбища совпал с ожившими на дальних барханах вершинами. Опираясь на столп реактивных тяг, тройка стремительно низких силуэтов словно тени стелились по земле. Это уже позже их назовут "осами"...
   Невидимые до первого залпа, "осы" становились идеальным оружием для засад. Словно содрав идею экранирования всех энергетических контуров и имея до неприличия низкий облик, "осы" словно стелились по бархану и маневрировали с недоступной для колесной техники резвостью. А когда они залегали на бархане и каким-то невероятным образом прикапывались песочком, то хотелось кого-то пристрелить за такую коварность. Различить "осу" можно было только двумя способами: получить залп в борт и коптить небо шлейфом фейерверка или нечайно на нее наехать. Имея на вооружении пару ракет, напоминавших скорее торпеды, танки на реактивной тяге, были опасны из-за своих пушек. Техники еще не разобрались в принципе этих жал, но последствия для легких машин - катастрофические достаточно одного попадания что бы "Рысь" разворотило как стухший фрукт...
   И только невероятное стечение обстоятельств, позволило им победить явно похоронную команду, отправленную на отлов их отряда.
   В одно мгновения произошло три события. Пытаясь погасить инерцию взбесившейся машины, готовый было встать на левую пару колес, Дыба боролся с управлением и едва не заставив машину выполнить "перевертыша", все-таки умудрился припечатать бархан передней парой дуг, как машина взвыла залпами боковых орудий...
   Сорвавшиеся с бархана каратели уже готовы были прижечь ненавистную машину терзавшей караваны "ТЕХАСКО" на протяжении полумесяца, как вдруг взбесившаяся машина сотворила "цирковой номер". Прошедшие мимо ракеты погнались за ловушками, а "бешенная сука" совершила невероятный кульбит и ушла с рамок прицеливания. Скрывшись за барханом мелькала над срезом бархана то колесами дуг то бронированным задом явно переворачиваясь. Одновременно выскакивая на верхушку дюны пилоты готовы были добить взбесившуюся "псятину", как вместо перевернутой машины их встретил прицельный залп плазменных орудий...
   Болтаясь словно "дерьмо в проруби", Косяка штормило в полукрессле с зажатыми дугами безопасности. И как только круговерть окружающего мира закончилась, Сквозь облеванное стекло шлема и начавшую рябить виртуальную симуляцию, стрелок прямо в рамке прицеливания увидел компактную группу ненавистных чужаков. И даже не успев осознать движения, вцепился в гашетки и влепил "боковушками" всей накопленной в контурах энергией.
   Две "осы" вспучились огненными шарами. Разбрасывая огненные обломки, огненные сгустки зацепили третью машину взрывной волной и тяжелыми осколками. Успевая все-таки сделать захлебнувшуюся очередь смазанного залпа, пилот уцелевшей машины был ошеломлен скоротечностью боя и разгромным счетом встречи. Решая не искушать судьбу, вызвал огонь тяжелых танков прикрытия в квадрат встречи, и форсируя тяги двигателей, сорвался с места смерчем песка. Обтекая вершины барханов скоростными маневрами, скрылся из виду радаров, оставив после себя только нарастающий грохот канонады.
   - Ну, ни хрена себе хрена! - потрясенно прошептал Череп любимым выражением стрелка, вглядываясь в закипающую отметками симуляцию - Дыба! ХОДУ ОТСЮДА!
   Огненные столбы подымали в небо горы песка. От грохота близко разрывающихся снарядов барабанные перепонки сводило судорогой и нестерпимым зудом. Срываясь с места, Милашка пыталась вырваться из чащи огненных деревьев вспахивающих каждый метр бархана огненным валом...
   Очнувшись от воспоминаний Косяк подавил очередной позыв опустошенного желудка. И глядя на симуляцию то и дело укрывавшуюся рябью начавшей сбоить электроники, скривился от ужимок Милашки продолжавшей следовать заложенному алгоритму.
  -- Милашка какой сегодня день? - устало спросил Косяк. Равнодушно наблюдая за стараниями Милашки, не бросавшей идею стать секс символом в умах своих создателей.
  -- Вторник дорогуша, - чарующим голоском проворковала Милашка.
  -- А до базы сколько?
  -- Еще две пуговки. А если еще немножко то на мне будут только...
  -- Слушай.... немножко, было полтора часа назад! - вспылил Косяк, - отрублю тебя на хрен. Загружу в столовый агрегат, будешь консервы вскрывать!
  -- Косяк чего ты раскричался, - вмешался Череп, анализируя показания индикаторов повреждения, взволновано следил за показаниями температуры.
   Выпущенный предсмертный поцелуй "техасца", вспорол броню генераторного сегмента. Чудом не с детонировав внутри корпуса, вырвал пол "задницы".
   - Отруби левую пушку - у нее утечка на контурах, генераторы и так ели дышат.
   - Сам и отруби, - огрызнулся Косяк, - У тебя доступ ко всем контурам есть. Вот и рули. Я уже спать хочу, нормально пожрать. И смыть эту вонь!
  -- Косяк хватит истерику закатывать! - теряя терпение уже сотый раз успокаивать стрелка, в тон окрысился Череп, - Только тебе хреново?! Дыба вон молчит всю дорогу после боя, а ты варнякаешь уже битый час.
   Угрюмо сопя Косяк начал проверку энергосистем. Вновь вспоминая карусель, в которой закрутились тогда машины, Косяк передернулся. Тогда сработавший аптечный "еж", исколол шею коктейлем до синевы дождевых туч. А сейчас опухшая от уколов шея, растерлась вдруг ставшие грубыми швами скафандра, и теперь боль доставляла такое ощущение, что он изгрыз весь мягкий пластик внутри шлема.
   - Череп готово, - пробормотал Косяк.
   На симуляции проступили знакомые окрестности заставы. Запищали коды узнавания "свой-чужой". Нарисовались машины патрулей, плотной сетью дежурств накрывших окрестности плотным покрывалом.
   - Эй, Дыба?! Решил вехать на заставу, собрав впереди паровозик из безопасников?!
   Мелькавшие вблизи машины патрулей прыскали в стороны от машины чадившей шлейфами черного дыма и словно иди на таран заставы не зачавшая никого вокруг. Раздражаясь затянувшимся молчанием товарища, всегда поддерживающим словесные баталии, так сказать не отказывающим в словоблудии, теперь Дыба молчал, словно воды в рот набрал.
  -- Дыба, ты че меня игнорируешь?...
  -- Отвали..., - вяло прозвучал голос Дыбы.
  -- Ой ,ой, ой, какие мы стали нежные, - начиная злиться едко проговорил Косяк. Сам удивляясь злости, уже не мог остановиться, - поистер попочку о памперс!? Или моча на глазки давит?! Ну ты че балбес не видишь куда мы едем?!
  -- Косяк заткнись, - осадил друга Череп.
   Отстранено, краешком сознания Череп отмечал неповоротливость Милашки, но больше его волновали индикаторы температуры. Напряженно следя за показателями и филигранно переплетая энергетические контуры, постоянно перебрасывал перегретые цепи на уже остывшие контуры. И сбрасывая напряжение на резервные контуры, пускал энергию по параллельным цепям, тем самым давая поврежденной системе охлаждение, больше времени на сброс избытков тепла. И полностью поглощенный операции с контурами , особо не обращал внимание на происходящее..
   - Косяк, нечем заняться? - продолжая осаживать разошедшегося Косяк, Череп гаркнул: - Проверь герметизацию. Где-то пробоины есть?
   Проворчав, что-то о грецком орехе вместо мозгов и куриной слепоте, Косяк начал проверку. Запустив программку ревизора, присвистнул. Судя по показаниям - они "выжрали" двухсуточный запас кислорода. И это всего за шесть часов?! Начав ковыряться в телеметрии, отметил что часть цепей Милашки, отвечавших за внутренние сети повреждена и не откликается.
  -- Череп у нас попец, - заключил Косяк. Перепроверив результаты, почувствовал укол беспокойства, - Милашка! Проверить Системы целостности броневого слоя. Первый уровень?!
  -- Нет информации, - возникнув с тестовым терминалом в руках, Милашка вырядилась в как заправский техник, - Контуры С6 и С2-6 выведены из строя.
  -- Второй и третий?!
  -- Второй уровень - информации нет. Третий уровень - повреждения по сегментам генераторной и рубке водителя.
   У Косяка похолодело в груди. Снедаемый не добрыми предчувствиями, почувствовал узость воротника.
  -- Вывести проекцию повреждений на общей схеме, - глядя на проекции, замер. Сглотнув сухой комок в горле, полушепотом, словно боясь сорвать снежную лавину, спросил, - Дыба, ты меня слышишь?
  -- Слышу....
  -- Ты как там, нормально? - вслушиваясь в полушепот, Косяк закусил губы. Проклиная себя за язык и тупость, переслал Черепу результаты проверки. После боя они проверили только целостность энергетических контуров, и проверив первые отчеты успокоились, радуясь что легко отделались. Но оказалось что повреждение секции увеличилось, и словно язва расползлось на добрую треть машины.
  -- Все нормально... доедем. Еще немного осталось.
  
   *****
   Вяло вкатившись после тамбура. Милашка с усилием вкатилась в ангар. Не докатившись до бокс, взвизгнула тормозами. Чадивший, как древний паровоз двигательный отсек заалел лепестками открытого огня. Разгораясь в богатом кислородом помещении, пожар заставил аварийную команду понервничать. Если рванет боекомплект - мало никому не покажется.
   Вой сирена пожарной безопасности резанула по ушам истерическими нотами. Пожалев что рано снял шлем, Косяк досадливо морщась, торопливо дергал лямки скафандра. Выбравшись из тесных объятий датчиков, по-морскому спустился по лестничке.
  -- Внутреннее освещение на 75! - гаркнув на Милашку, Косяк подрезал командира перед входом в рубку водителя, - Череп медиков!
   Вбежав в рубку, закрыл нос воротником. Вонявший химией воздух, резал глаза и раздирал нос когтями боли, а тут еще и глаза, словно набрали песка, заволокло пеленой слез.
  -- Дыба не снимай шлем! - клацая зажимами, Стрелок освободил скафандр от "пуповины" Милашки. Натужено дергая не посильную ношу, Косяк пытался стащить Дыбу с кресла, - Ну в кого же ты такой здоровый. Блин ...ну не мог уродиться Дюймовочкой?!
   Задыхаясь едким дымом, мутной пеленой стелящейся в рубке, Косяк стаскивал тело по частям. Сначала спустил ноги. Глотнув воздуха закашлялся.
  -- Потерпи Дыба. Я сейчас. Еще немного. Я вытащу..., - повторяя как заклинания, простые слова Косяк по сантиметру стягивал Дыбу с ложа водителя. Раздавшийся стон пробился сквозь шипение плавящегося пластика. - Ну где же долбанные медики?! Терпи Дыбы. Еще немножко.
   Загромыхавший топот многочисленных шагов, сменился цепкими руками. Вытащив Косяка, медик приложил респиратор. Услышав писк "ежа", Косяк задергался.
  -- Только не "ежа", - пытаясь отползти, вновь закашлялся, слепо протирая глаза лягнул медика по руке, - Мне уже лучше. Засунь его себе в задницу!
  -- Сплошные Айболиты пошли..., - не церемонясь, санитар крепко приложил Косяка. Получив хлесткий удар в челюсть, безвольно свесил голову на бок. "Ёж" пища красными индикаторами, зашипел пневматикой шприцов, - сиди не дергайся.
   Двое техников с эмблемами мед службы, тяжко переставляя ноги, с грозившимися обломиться держалками носилок, двигались с громадой туши к выходу. Взвалив Косяка на плечи, словно мешок с костями, медик быстро двинулся следом.
   Нервничая от суеты людей, забурливших деятельность вокруг и внутри Милашки, Череп попытался было сунуться в люк, чуть не столкнулся с выносящими Дыбу медиками. Бросился к носилкам.
  -- Погоди сержант. Не мешайся, - коротко бросил ведущий санитар.
   Сноровисто уложив носилки на медицинский погрузчик, начали срезать скафандр. Оголив тело, октрыл белый чемодан реаниматора, и вытаскивая разноцветные жгуты капельниц сноровисты втыкал в разные части тела. Ожившая автоматика, утробно заурчала насосами. По прозрачным лианам поползли разноцветные растворы. Глядя на дисплей, санитар шустро шелестел клавиатурой. Непрерывно шепча в соломинку коммуникатора, термины.
  -- Все. Трогаем. Нужно успеть. Большая потеря крови, - вскочив на подножку медицинского автокара, на котором лежал неестественно бледный Дыба, в перевязи прозрачных шлангов, мотнул головой напарнику, - Аквариум уже подготовили. Осколочные ранения, химические ожоги, начало заражения...
  -- Эй мужики... это серьезно? - сглотнув комок, Череп вцепился в рукав санитара.
  -- Спокойнее сержант. Все будет нормально, - болезненно поморщившись, попытался разжать хватку медик. Терпеливо посмотрев в глаза, спокойным, чуть ли не ласковым голосом продолжил: - ... парень, если будешь меня держать, то уже будет серьезнее. Его ждут. Заштопаем и будет как новенький.
   Извиняясь за порыв эмоций, Череп расслабил хватку. Отстранено наблюдая, как пожарные "муравьи" ползают по "добыче", отметил что дежурная команда с пожаром справились.
   Залитая пеной Милашка напоминала припорошенное снегом животное, застигнутое внезапным снегопадом. Удручающую картину дополняли росчерки попаданий, проступая алыми рубцами застывшего метала, добавляя причин для волнения красных автокаров, тревожно носившихся вокруг Милашки в ожидании новых очагов возгорания.
   Заметив медика склонившегося над безвольно раскинувшимся Косяком, Череп застыл статуей.
  -- Что с ним ?! - бросившись к стрелку, схватил медика за плечо. Вглядываясь в окровавленный комбез, Череп с замиранием сердца боялся найти открытую рану, - Он тоже ранен?!
  -- Да нет, - поднявшись отряхнулся медик, - просто отравление химией. Что то ядовитое там горело. Сейчас очухается.
  -- А кровь? - не понимающе, пробормотал Череп, растерянно разглядывая багровые кляксы, украсивши комбез Косяка.
  -- Так это не его. Это он вытаскивал здоровяка, вот и попачкался, - успокоил санитар. Глянув на начавшего подергивать ногами Косяка, торопливо закончил, - Ну я это. Пойду уже...
   Махнув на прощание, Череп бережно поднял голову Косяка, на колени. С радостным писком закончившихся процедур "еж" отвалился. Втянув иголки инъекторов, безжизненно брякнув пустотой, покатился под Милашку.
  
  

Оценка: 5.43*28  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"