Вольских Алека Альбертовна: другие произведения.

12 городов. Тенеуст

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


Оценка: 6.11*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В день своего рождения Ростик снова попадает в мир Двенадцати городов. Это случается как раз в канун грандиозного для жителей этого мира события - первой Фаталунской гонки! Мальчика ждет новая встреча со стражами ордена, поездка в Мардол, город, где сны запросто ходят по улицам, а также знакомство с лучшей рок-группой двенадцати городов - "Грёзами Орфея". Но главное - со снами мардолцев происходят загадочные вещи, грозящие бедой жителям Мардола. Смогут ли стражи ордена разгадать загадку оживающих снов и помочь городу?

  Цикл:
  12 городов. Фаталуния.
  12 городов. Тенеуст.
  
  СОДЕРЖАНИЕ:
  
  Глава 1. Родившийся 29 февраля.
  Глава 2. Заклинатель теней.
  Глава 3. Фаталунская гонка.
  Глава 4. Город снов.
  Глава 5. Управитель снов.
  Глава 6. "Грёзы Орфея".
  Глава 7. Казначей его величества.
  Глава 8. Знахарство Фиалки и грёзы Дрю.
  Глава 9. Зов крови и цена свободы.
  Глава 10. Кошмар наяву и канцлер-бунтовщик.
  Глава 11. Замок Тарханкута.
  Глава 12. Крик ворона и сила крадуна.
  Глава 13. В преддверии.
  Приложение. Рок-группа "Грёзы Орфея"
  
  
  
  
  Глава 1
  РОЖДЕННЫЙ 29 ФЕВРАЛЯ
  
  Из книги мага западных владений - Тарханкута:
  "Маг - человек наделенный силой и знанием, которые недоступны простому смертному, способный совершать деяния значительные и впечатляющие и постигать умом вещи, находящиеся за гранью человеческого разумения.
  Испокон веков многие люди стремились постичь непостижимое: кто-то пытался продать душу темным силам, кто-то всю жизнь свою посвящал науке магии в надежде приобщиться к ее могуществу. Одержимые любой ценой стать магами, некоторые из них достигали вершин человеческих возможностей и, обладая способностью делать то, что им было недоступно ранее, мнили себя магами. Другие становились лишь орудием разных сил, когда получали сверхъестественные способности, - будучи сосудами, наполненными чужой силой, заблуждаясь, они принимали ее за свою собственную. Они не знали простой истины: родившись магом, можно не стать им, но совершенно точно нельзя стать магом, не родившись им.
  Истинная магия всегда была тайной, и вся жизнь магов окутана множеством тайн. Путь мага скрыт от глаз непосвященных, и если маг рождается в мире простых смертных, то рождается он в тайный день - день, который становится видимым лишь раз в четыре года. И происходит это затем, чтобы тайное, выйдя из тени, обрело свою полную силу".
  
  * * *
  
  Толстый белый ковер из снега лежал повсюду. Асфальтовые тропы и ветви деревьев, скамьи во дворах и козырьки подъездов - все было укрыто чистым, сияющим, нереально белым снегом. Несмотря на то, что стояли последние дни зимы, город был похож на холодную заснеженную пустыню.
  Двое ребят неторопливо шли по плохо протоптанной в снегу тропе, вразнобой при каждом шаге издавая то ли скрип, то ли хруст, когда их ноги, обутые в зимние ботинки, прибивали мягкий снег к спрятанной под ним асфальтовой дорожке.
  Невысокий черноволосый паренек по имени Ростик рассматривал снежные узоры на окнах домов, мимо которых они проходили, а его приятель тем временем рассудительно говорил:
  - Я с тобой ссориться не хочу. А то ты опять исчезнешь на неделю.
  - Лешка! - предупредительным тоном воскликнул Ростик. - Ты опять!? Говорю же тебе по-русски: никуда я не исчезал!
  - Ага, - недоверчиво проворчал Лешка, - рассказывай... Я к тебе несколько раз домой приходил после того, как ты два дня в школе не появлялся. Звонил-звонил, но дверь никто не открывал.
  Ростик пожал плечами.
  - Может, я не хотел никому открывать? - предположил он. - Я же школу прогуливал - вот и не подавал никаких признаков жизни.
  - Ну да, а по вечерам свет в окнах не горел, - не унимался Лешка; недоверия в его голосе не уменьшилось ни на йоту. - Ты что, так скрывался, что ходил по квартире на ощупь? Или научился видеть в темноте? Может, и меня научишь?
  Ростик разозлился.
  - Слушай! Что ты пристал?! - огрызнулся он. - В сто первый раз тебе повторяю: я никуда не исчезал! Может, я спать ложился, когда темнело?
  - Угу, убедил, - промычал Лешка, покосившись на приятеля, и обиженным тоном добавил: - Мы с тобой, вообще-то, друзья - мне бы мог и рассказать, где ты тогда пропадал целую неделю.
  Ростик сделал глубокий вздох.
  - Совершенно нечего рассказывать, - упрямо нахмурился он. - Абсолютно.
  Лешка недовольно засопел, но настаивать больше не стал. Какое-то время они шли молча. Под ногами хрустел снег. Рюкзаки, набитые учебниками, оттягивали спины. В воздухе стояла звенящая тишина, которая бывает только зимой, вне зависимости от времени суток. Первому молчать надоело Лешке.
  - У тебя вроде день рождения на выходных, - примирительным тоном сказал он.
  - Угу, - промычал в ответ Ростик.
  - Наверное, отец устроит тебе грандиозный сабантуй, - предположил, улыбнувшись, Лешка, - все-таки у тебя день рождения бывает раз в четыре года, правильно?
  - Правильно, - кивнул Ростик. - Двадцать девятое февраля бывает раз в четыре года. Но никакого сабантуя не будет.
  - Как это? - озадаченно воззрился на приятеля Лешка. - Ты серьезно?
  - Придешь в выходные - посмотрим вместе гонку по телевизору. Так и отпразднуем мой день рождения, - на одном дыхании отчеканил Ростик и, повернув лицо к Лешке, быстро спросил: - Придешь?
  Лешка с готовностью кивнул.
  - Приду, конечно. - И тут же недоверчиво вытянул брови. - Но почему твой отец...
  - Он занят, - перебил Лешку Ростик. - У отца работы много - ему некогда мне праздники устраивать.
  Лешка секунды две молчал, а потом сказал:
  - Понятно.
  Еще через несколько секунд он спросил, не скрывая своего любопытства:
  - Слушай, а как это - когда у тебя три года подряд не бывает дня рождения?
  Ростик пожал плечами.
  - Не знаю. Я привык.
  
  * * *
  
  В воскресенье Ростик встал пораньше, чтобы сбегать в ближайший супермаркет. На карманные деньги, которые ему выделял отец, мальчик купил двухлитровую бутылку какого-то напитка и десяток эклеров - чем-то же нужно было угощать друга, день рождения все-таки.
  Дома он выложил эклеры на блюдо, открыл бутылку с напитком и достал из кухонного стола два стакана. Все это отнес в залу и поставил на журнальный столик напротив телевизора. Посмотрел на часы - до начала гонки оставалось пятнадцать минут. Лешка опаздывал - в пятницу друзья условились, что тот придет за полчаса до гонки. Они решили, что перекусить лучше заранее, чтобы ни на что не отвлекаться, когда подойдет время старта гонки.
  Ростик взял в руки пульт управления, включил телевизор и нашел спортивный канал. Шли новости спорта, и невидимый диктор рассказывал о победе украинского боксера над американским. Боксом Ростик интересовался мало, поэтому отвернулся от экрана и посмотрел на часы. До старта гонки оставалось пять минут, а Лешки все не было.
  В коридоре хлопнула дверь - это вышел из своей комнаты отец. Ростик знал, что он дома, работает за компьютером над очередным социологическим проектом. Отец Ростика был социологом. Ростик сделал потише звук. Ему не хотелось привлекать внимание отца. Мальчик был слишком обижен на него.
  Накануне дня рождения отец сообщил Ростику, что в этом году подарок от него тот может не ждать.
  - Ты не заслужил подарок, - сказал он. - На мой взгляд, это справедливое наказание за твои осенние прогулы.
  В первой четверти текущего учебного года Ростик действительно целую неделю не появлялся в школе. Впрочем, его не было не только в школе, но и в городе. Больше того - Ростика не было в этом мире. Случайно прочтя заклинание из волшебной книги, он открыл коридор теней и, бросившись за соседским котом по кличке Рыжий, оказался в другом мире - мире Двенадцати городов. Уже потом Ростик узнал, что он недостающий страж Ордена Двенадцати Камней и, кроме всего прочего, маг.
  С другими стражами они отправились с Фаталунию - город, на котором лежало проклятие. В конце концов стражам удалось освободить от проклятия город, и Ростик вернулся домой. За две с лишним недели в мире Двенадцати городов здесь прошло не больше семи дней. Отец как раз был в командировке и вернулся в тот же день, что и Ростик. Благодаря звонку из школы, ему стало известно, что Ростик не появлялся там целую неделю. Но о том, что сына вообще не было в городе, отец так и не узнал. А Ростик не стал ничего объяснять. Какой смысл? Отец все равно не поверил бы.
  От размышлений Ростика отвлек звонок мобильного телефона. На дисплее высветился Лешкин номер.
  - Ты где? Сейчас уже гонка начнется, - возмутился в трубку Ростик.
  - Слушай, извини, - голос друга в ответ прозвучал приглушенно и сипло, - но я не смогу прийти - заболел.
  Плечи Ростика разочарованно опустились.
  - Ты не думай, - заверил его Лешка, - я все равно хотел прийти. Но родители даже к двери не подпускают. Мама бегает за мной с градусником... А никакой температуры у меня нет. Я ей так и сказал. Но они все равно не отпустят.
  - Понятно, - огорченно вздохнул Ростик. - А в школу ты придешь в понедельник?
  - Не, вряд ли, - уже более жизнерадостным тоном ответил Лешка. - Мама сказала, врача в понедельник мне вызовет.
  - Ты только не обижайся... - начал Лешка, когда Ростик секунд десять молчал в трубку.
  - Ты чего?! - возмутился тот. - Ты же заболел! С чего я буду обижаться! - И деланно бодрым голосом добавил: - Ты это... выздоравливай. Созвонимся.
  - Ладно, ну тогда пока, - с неожиданной торопливостью отозвался Лешка, - а то тут гонка уже начинается. Вот-вот старт. Ты же гонку будешь смотреть?
  - А то! Ну пока!
  Ростик нажал на отбой и со вздохом отбросил мобильный в сторону. Подняв голову, посмотрел на экран телевизора, где уже выстроились на стартовой решетке двадцать гоночных болидов. Похоже, сегодня день рождения, которое бывало у него лишь раз в четыре года, ему предстояло отмечать в одиночестве.
  Неизвестно, что послужило тому причиной, но впервые в жизни прямо в середине гонки, сидя на диване перед телевизором, Ростик... заснул.
  
  * * *
  
  Ростику приснилось, что он оказался в каком-то странном месте. Это была небольшая круглая площадь, вымощенная серым булыжником и окруженная со всех сторон непроглядной стеной тумана. Прямо с неба медленно падали сухие листья, неторопливо и размеренно пошатываясь в воздухе, словно качели. В центре площади стоял рыжий мальчишка. Он перекидывал горстку листьев из одной руки в другую, и они перелетали туда-сюда слаженной стайкой.
  Заинтересованный, Ростик направился в сторону мальчишки. Шаги в тишине звучали гулко. Заметив Ростика, мальчишка бросил на него косой взгляд и тут же вернулся к своему занятию, словно присутствие другого человека его ни в малейшей степени не интересовало.
  Ростик поднял глаза, наблюдая за медленно падающими на землю рыжими листьями - такими же, как всклокоченные волосы мальчишки. Остановившись от рыжего в трех шагах, Ростик посмотрел на его руки и только теперь заметил - то, что он сначала принял за листья, было колодой карт. Мальчишка перебрасывал колоду из одной руки в другую - карты сначала растягивались гармошкой прямо в воздухе, а потом с тихим хлопком ложились в ладонь, одна к другой.
  - Как ты это делаешь? - спросил Ростик.
  Мальчишка пожал плечами, не прекращая своего занятия.
  - Просто они знают, чего я от них хочу - вот и все.
  - Карты? - недоверчиво хмыкнул Ростик. - Это же картон. Всего лишь. Ничего они не знают.
  Мальчишка неодобрительно наморщил веснушчатый нос.
  - Это не простые карты, дубина, - снисходительно сказал он и вдруг вскинул глаза на Ростика. - Хочешь - сам убедись.
  Рыжий с плутоватой улыбкой протянул колоду. Взяв ее в руки, Ростик посмотрел на карты. Туз бубен, король червей, десятка треф, шестерка пик - это была самая обычная колода карт.
  - Ну и что в них особенного? - спросил Ростик, начиная подозревать, что мальчишка его разыгрывает.
  Рыжий ухмыльнулся и, не церемонясь, отобрал у Ростика колоду. Перевернул вверх рубашкой, стасовал и снова протянул Ростику.
  - Вытащи карту, - велел он командирским тоном.
  - Не хочу, - заявил Ростик.
  - Тебе что, трудно, что ли? - возмутился рыжий. - Давай - тяни.
  С таким видом, будто делает одолжение, Ростик протянул руку и вынул из колоды одну карту.
  - Ну? Дальше что? - спросил он.
  - Переверни, - велел рыжий.
  Ростик так и сделал, и тотчас внутри что-то ёкнуло. На карте был изображен рыжебородый старик в нелепой красной шляпе с широкими полями. В ромбиках на уголках карты стояла буква "М". Ростик точно знал, что она означает.
  - Маг? - удивился Ростик, держа карту в руке. - Но... Это неправильно! Маг должен быть в другой колоде!
  Рыжий мальчишка улыбнулся от уха до уха и кивнул.
  - Верно, магу здесь не место. Маг должен быть в другой колоде.
  Ростик посмотрел на карту в своей руке и чуть ли не набросился на мальчишку.
  - У тебя она есть?! Другая колода? Есть?! Откуда она у тебя?!
  Но в этот самый момент там, где только что было веснушчатое лицо мальчишки, появилась усатая кошачья морда, и большой рыжий кот прыгнул Ростику на голову, словно выталкивая его из сна в явь.
  
  * * *
  
  Почувствовав, как по лицу его хлестнуло что-то мягкое и пушистое, Ростик замахал руками и открыл глаза. Вскочил с дивана, поначалу не понимая, где находится. Осознав, что он дома, а все привидевшееся было лишь сном, Ростик в то же мгновение понял, что во рту у него полно то ли волос, то ли шерсти. Отплевываясь и недоумевая, Ростик направился было в кухню, чтобы прополоскать рот, но вдруг заметил, что дверь на балкон открыта.
  Ростик точно помнил, что она была закрыта, когда он садился смотреть гонку. Вероятно, пока он спал, в залу заходил отец и, решив проветрить комнату, открыл балконную дверь. Это было странно, учитывая, что на дворе зима и Ростик мог замерзнуть, но другого объяснения у него не находилось.
  Мальчик подошел к окну, закрыл дверь и уже собирался опустить задвижку, как вдруг краем глаза уловил на балконе какое-то движение. Он резко дернул головой и не поверил собственным глазам: на балконные перила взметнулось что-то большое - лишь на какой-то миг в поле зрения возник и исчез... рыжий хвост.
  Ростик зажмурил глаза и потряс головой. Когда он снова посмотрел через стекло на балкон, там никого не было.
  - Чертовщина какая-то, - произнес Ростик все еще сонным голосом. - Привиделось спросонья.
  Услышав шаги, Ростик обернулся - в залу вошел отец. Окинув комнату беглым взглядом, он озадаченно выгнул бровь.
  - Ты один? - спросил он у Ростика. - Разве к тебе не должен был сегодня прийти твой друг?
  - Он заболел, - насупившись, ответил Ростик.
  Отец многозначительно хмыкнул.
  - Ты сам виноват, - холодно сказал он. - Все потому, что у тебя больше нет друзей. Тебе нужно было быть дружелюбнее и попытаться понравиться другим ребятам. Если бы не твой характер, ты не сидел бы в свой день рождения в одиночестве. Сам виноват, значит, заслужил.
  - Я не хочу нравиться тем, кто мне не интересен, - нахмурился Ростик.
  Отец покивал головой.
  - Вот видишь - в тебе говорит гордыня. - Он неодобрительно вздохнул и поправил указательным пальцем очки на носу. - Если бы твоя мать могла тебя сейчас видеть, она бы расстроилась, увидев, каким упрямым, высокомерным и недружелюбным ты стал.
  С этими словами отец вышел из комнаты, оставив сына одного.
  "И вовсе я не такой", - обиженно подумал Ростик.
  - Если бы мама была жива, - уже вслух произнес он, - все было бы по-другому.
  Его мама умерла год назад от рака. После ее смерти Ростик остался с отцом. Они переехали в другой город, Ростик поступил в новую школу, у отца теперь была другая работа. Прошло время - и жизнь как будто стала такой как прежде. Вот только Ростик изменился. Он стал замкнутым - и сам не понимал, почему теперь у него не получалось так легко дружить со сверстниками, как это было раньше. Единственным его другом был Лешка - они оба были просто помешаны на гонках, это их и сблизило. А вот с остальными ребятами в классе отношения так и не складывались, хотя он проучился в новой школе уже почти три четверти.
  Но изменился не только он - отец тоже стал другим. Раньше он улыбался Ростику, шутил, был добрее к нему. А теперь, после того, как они остались вдвоем, отец все время был недоволен Ростиком, он стал строгим, а подчас даже равнодушным - как будто ему было все равно, есть у него сын или нет.
  Какое-то время Ростик задумчиво смотрел отсутствующим взглядом в экран телевизора, все еще настроенного на спортивный канал. Шла трансляция футбольного матча национального чемпионата, но у Ростика даже желания не было поинтересоваться, какие команды играют, хотя футбол он любил почти так же, как гонки.
  Он думал над словами отца, насчет того, что в своем одиночестве виноват сам, и вдруг вспомнил увиденный только что сон и рыжего мальчишку с колодой карт. Одна из карт была из колоды для "Кикиморы болотной" - игры, в которую играли в мире Двенадцати городов.
  Ростик вспомнил Саньку, Арни, Мольфара, Фиалку, даже воображалу Дрю. А ведь с ними, в отличие от своих одноклассников, он хорошо поладил. Так разве отец прав, называя своего сына высокомерным и недружелюбным?
  - Магу не место здесь, - задумчиво нахмурился Ростик, вспомнив последние слова рыжего мальчишки из сна. - Маг должен быть в другой колоде.
  С внезапной досадой Ростик схватил с дивана пульт и, выключив телевизор, решительно направился в прихожую. Стены квартиры сейчас невыносимо давили на него, словно выталкивали наружу. Ему просто необходимо было прогуляться.
  
  * * *
  
  Под ногами хрустел снег, а небо расстилалось на горизонте алым полотном.
  "Если на закате небо красное, значит, завтра будет ветреный день", - вспомнил Ростик услышанную где-то примету.
  Он не знал, говорит ли эта примета правду, но вид малиново-красного заката почему-то вызвал у него приступ необъяснимой тоски. Ростик все еще ощущал себя так, словно ему было тесно, хоть и сбежал из дома на улицу, не сказав отцу, куда идет и когда вернется.
  День был воскресный, смеркалось, и людей в лабиринте дворов было немного. Изредка Ростику встречались прохожие, спешащие с холода в теплые квартиры. Ростик чувствовал себя единственным человеком в целом мире, которому совсем не хочется идти домой.
  Пальцами правой руки, которую Ростик держал в кармане, он крепко обхватил лежащий там же камень в холодной серебряной оправе. Это был Змеевик Тарханкута - камень одного из четырех великих магов Двенадцати городов, чьим преемником был Ростик.
  Он и сам толком не знал, зачем взял его с собой, но в последнее время Ростик делал так все чаще. После возвращения из мира Двенадцати городов он спрятал змеевик в надежном тайнике у себя в комнате и первое время лишь изредка заглядывал в тайник, чтобы убедиться в сохранности камня. Но последние недели три у Ростика вошло в привычку забирать камень из тайника и носить с собой. Однажды он даже взял его в школу и все уроки проносил в кармане школьной формы.
  Возможно, все дело было в том, что с приближением дня рождения Ростику становилось на душе все муторнее. Впервые в жизни близость этого дня его не радовала, скорее, повергала в уныние.
  Сегодня ему исполнилось двенадцать. Он стал старше на год, но, казалось, что между прошлым его днем рождения и этим прошла целая жизнь. Тогда, год назад, мама еще была жива, хотя болезнь уже убивала ее. Но, несмотря на боль, мама улыбалась и поздравляла его с днем рождения, которое они по заведенной в их семье традиции отмечали на день раньше - двадцать восьмого февраля.
  Сегодня Ростика не поздравил никто: ни Лешка, когда звонил ему и сказал, что заболел и прийти не сможет, ни отец.
  Ростик и сам не заметил, как ноги привели его к Лешкиному дому. Его лучший друг жил на первом этаже, и окна его выходили во двор.
  Озадаченно вздохнув, Ростик прислонился спиной к стволу самого большого во дворе дерева - как раз напротив Лешкиных окон. Спрашивая себя, что он здесь делает, Ростик заметил, что свет у его друга горел только в кухне.
  На зашторенном окне двигались две тени - мама и отец Лешки, без труда догадался Ростик. Сквозь едва приоткрытую форточку до Ростика долетел женский смех, потом низкий мужской голос, а следом - легкоузнаваемый смех его друга. Наверное, Лешкина мама приготовила ужин, и теперь они всей семьей собирались садиться за стол.
  Ростик вдруг понял, что завидует своему лучшему другу, из-за того, что у того есть настоящая семья. У него, у Ростика, такой семьи уже никогда не будет.
  Резко отпрянув от дерева, Ростик побрел через двор, еще пока не зная, куда направляется.
  Он миновал несколько дворов, погруженные в темноту детский сад и школу, и остановился только тогда, когда оказался перед заброшенной стройкой.
  Ростик еще ни разу не бывал здесь, только видел эти пустые бетонные коробки из школьных окон. Черные проемы в недостроенном здании смотрели на него неприветливо, как на незваного гостя, а серые угрюмые стены, казалось, прятали какие-то неприглядные тайны.
  Найдя большую дыру в ограждении, Ростик подошел к зданию, поднялся по лестнице и шагнул в густую темноту.
  Внутри стояла странная, непривычная тишина. Вдоль пустых оконных и дверных проемов лежал снег, занесенный сюда последним снегопадом.
  - Эй, - негромко произнес Ростик, словно человек без спросу вошедший в чужой дом.
  В пустоте бетонных стен его голос откликнулся гулким эхом. Он и сам не знал, кого и зачем звал, ведь понимал, что на самом деле никого здесь нет и быть не может. Даже для бездомных это место сейчас, в такой холод, было не самым лучшим пристанищем.
  Ростик подошел к одному из окон. За стройкой простирался заснеженный пустырь. Из снега вырастали столбы высоковольтных линий. Вдали виднелась дорога.
  Отвернувшись от окна, Ростик прислонился спиной к стене. Откинул голову на голый бетон, тут же почувствовав, как затылок охватило холодом, и закрыл глаза.
  - Магу не место здесь, - прошептал он, во второй раз повторяя слова рыжего мальчишки из своего сна. - Не место...
  Ростик зажмурился, пытаясь справиться с неожиданным приступом досады, и, засунув руку в правый карман куртки, снова сжал в ладони холодный змеевик.
  Ну почему он не оставил себе Тайндар, книгу Тарханкута, когда несколько месяцев назад возвращался в свой мир из мира Двенадцати городов?! Если бы она сейчас была у него, он нашел бы нужное заклинание, прочел его и прошел сквозь коридор теней туда, где он должен быть. Без книги он никогда не сможет вернуться! А ему так хотелось оказаться в Гелионе или в Фаталунии! Оказаться там, где сейчас были Санька, Арни, Мольфар и другие стражи Ордена Двенадцати Камней! Он ведь должен быть рядом с ними - это его место!
  Ростик вдруг почувствовал, как змеевик в его ладони налился теплом. Открывая глаза, он одновременно вытащил камень из кармана и глянул на него с удивлением.
  Другие стражи называли этот камень Змеиной Кожей, и сейчас Ростик хорошо понимал, почему. Змеевик слабо светился, и его пятнистая поверхность с оттенками от желтого до темно-зеленого казалась живой. В эту секунду на раскрытой ладони Ростика словно извивалась одетая в серебро змея.
  Подспудно Ростик почувствовал - рядом что-то изменилось. Он поднял голову, и тотчас его глаза широко раскрылись - прямо перед ним, там, где должна была находиться серая стена, расползалась в ширину и в высоту непроницаемая черная тень.
  Ей не откуда было взяться - в этом царстве пустых бетонных стен нечему было отбрасывать тени, кроме самого Ростика. Но удивления он не испытал. Он знал, что это. В эту самую минуту, прямо у него на глазах открылся коридор теней.
  Ростик перевел взгляд на светящийся на ладони змеевик.
  - Это ты сделал? - спросил он у камня, но ответа не ждал.
  Ростик не знал, почему именно здесь и сейчас открылся коридор теней и куда он вел, но времени сомневаться не было. Если он помедлит, коридор может закрыться, и возможность снова попасть в мир Двенадцати городов будет потеряна. Тогда Ростик останется здесь, чтобы вернуться домой, где его встретит с уже привычным недовольством отец. Все будет по-прежнему: тоска, одиночество и ощущение, что все вокруг него чужое и сам он чужой здесь.
  С этой мыслью Ростик сжал в кулаке змеевик и решительно шагнул в тень.
  
  
  Глава 2
  ЗАКЛИНАТЕЛЬ ТЕНЕЙ
  
  С открытым от изумления ртом Ростик стоял в узком переулке, в нескольких шагах от оживленной улицы, запруженной людьми.
  Не решаясь верить своим глазам, он медленно направился вперед. Шагнув из переулка на широкую, мощеную гладким булыжником мостовую, остановился и посмотрел вокруг.
  В паре метров от него господин с тросточкой в руке расплачивался с лоточником серебряными монетами с выгравированными на одной из сторон летучими мышами. Мимо прошли две женщины, в оживленном щебетании которых Ростик разобрал лишь обрывки фраз: "Его величество... Город полон гостей... Так волнующе!". Заметив над головой пятно света, Ростик поднял глаза: прямо над ним пролетел стеклянный фонарь с серебряными крыльями.
  Ростик улыбнулся от уха до уха и прошептал, обращаясь к самому себе:
  - Фаталуния! Я в Фаталунии! У меня получилось!
  Жадно рассматривая все вокруг, Ростик заметил, что город, который он покинул несколько месяцев назад, заметно изменился. В Фаталунии по-прежнему было пасмурно - видимо, такова уж была особенность этого места. Но все остальное...
  Жители города выглядели счастливыми и довольными, а ведь совсем недавно, когда на Фаталунии лежало проклятие, они даже ходили с опаской, ведь на каждом шагу их подстерегали неприятности.
  Приглядываясь к сияющим лицам горожан и прислушиваясь к их оживленным разговорам, Ростик продвигался вперед по улице, которая называлась улицей Злополучия. Это была центральная улица города. Свое название она получила во времена проклятия. Видимо, фаталунцы были не суеверны, раз не стали ее переименовывать.
  Внимание Ростика привлекло большое яркое пятно на стене высокого здания, в котором находился фаталунский банк. Ростик присмотрелся внимательнее и потрясенно застыл посреди улицы.
  На огромном рекламном щите красовалась надпись, выведенная алыми буквами: "Впервые в истории! Фаталунская гонка! Событие века!". Над надписью неподвижно застыла фигура Дориана Фаталунского в серебряном комбинезоне. Его серо-голубые глаза-льдинки смотрели с плаката по обыкновению холодно, а короткие светлые волосы как всегда были взъерошены, словно молодого короля только что разбудили. В руках Дориан держал серебряный шлем с изображением черной летучей мыши - символа Фаталунии.
  - Он сделал это, - потрясенно прошептал себе под нос Ростик и уже с ликованием в голосе добавил: - Дориан все-таки сделал это!
  - Ростик? - вдруг раздался недоверчивый голос у него за спиной.
  Ростик резко обернулся, услышав свое имя, и... оказался лицом к лицу с самым младшим стражем Ордена Двенадцати Камней. Заулыбавшись во весь рот, он воскликнул:
  - Санька!
  
  * * *
  
  - Ростик, ты хоть понимаешь, что ты сделал? - щурясь, с улыбкой спросил Мольфар.
  - Н-не... не совсем, - честно ответил Ростик.
  Сейчас он стоял посреди тронного зала Фаталунского замка в окружении стражей Ордена Двенадцати Камней. Здесь были все, кроме Невера.
  Санька Бамбур и Арни Лис, судя по их широким улыбкам, больше всех обрадовались появлению Ростика. Фиалка, Мераби и Михей смотрели на мальчика дружелюбно и приветливо - кажется, они тоже были рады его видеть. Рогатый магус Анчутка - четырехсотлетний болотник, который, несмотря на свой внушительный возраст, ростом был не выше пятилетнего ребенка, - как всегда выглядел чем-то недовольным. Болотные глаза на кислой физиономии смотрели на Ростика так, словно Анчутке до смерти хотелось за что-нибудь его отчитать, но к своей досаде он не мог придумать за что. Сидящий на подоконнике Орландо - краснокрылый золотоглазый рубеал семнадцати лет - выглядел безучастным. По его лицу никогда нельзя было прочесть, о чем он думает. Еще более равнодушным казался Решка Плут - владелец волшебной монеты, всегда падающей решкой вверх. Дрю, сверстница Ростика и младшая сестра Фиалки, на него не смотрела, но выглядела так, словно она и сама не знает, рада она его появлению или совсем наоборот.
  Мольфар, внимательно посмотрев на двенадцатого стража, сделал глубокий вздох.
  - Ты открыл коридор теней, Ростик, - спокойно сказал он. - Сам. Без посторонней помощи. Только лишь силой своей воли и желания. Вот, что ты сделал.
  Ростик взволнованным взглядом окинул стражей ордена.
  - А что, это... плохо?
  Арни тихо рассмеялся, качая головой так, словно не мог справиться с удивлением.
  - Что мне всегда нравилось в этом парне, - сказал он, - так это его неповторимое чувство юмора.
  Ростик нахмурился, понимая, что Арни насмехается над ним.
  - Зато твое чувство юмора тебя сейчас подводит, - насупившись, парировал он. - Мне не смешно.
  В этот раз Арни действительно удивился, но, быстро оправившись от удивления, поднял вверх большой палец.
  - Зачет, - ответил он и повернулся к Мольфару. - Старейшина, парень, кажется, готов услышать важные новости.
  Мольфар сдержанно улыбнулся в бороду.
  - Сам вижу, - ответил он.
  - Но я не понимаю, какие новости?! - возмутился Ростик, подозревая, что его решили разыграть. - Ну открыл я этот коридор теней! Вы же все умеете это делать?! Значит, и я когда-нибудь должен был научиться. Вот я и научился.
  Мольфар удивленно приподнял левую бровь. Арни весело хмыкнул. Остальные как-то неловко переглянулись между собой.
  - А почему ты решил, что каждый из нас способен открыть коридор теней, Ростик? - спросил Старейшина.
  Мальчик растерялся.
  - А что... разве... не умеете?
  Мольфар снова вздохнул.
  - Пожалуй, действительно пора тебе все объяснить, - решительно сказал он. - Видишь ли, друг мой, прежде всего, ты должен знать, что среди магов есть в некотором роде избранные - те, кто обладает каким-нибудь особым магическим даром. Сегодня ты открыл коридор теней - совсем не так, как в прошлый раз, когда тебе помог змеевик, наделив магической волей заклинание Тарханкута из его волшебной книги, Тайндара. Ты открыл его сам, ведь Тайндара с тобой не было - это я знаю наверняка, ибо именно я спрятал его в укромном месте, которое тебе неизвестно.
  - Но змеевик со мной! - воскликнул Ростик, и в доказательство вынул из кармана зеленый камень в серебряной оправе, похожей на свернувшуюся спиралью змейку.
  Мольфар даже не посмотрел на камень, по-прежнему пристально глядя в глаза Ростику.
  - Но ты ведь не произносил заклинание, не так ли?
  Ростик отрицательно покачал головой.
  - Нет, - он опустил голову. - Я его даже не помню. Мне кажется... мне кажется, я забыл его давно. Я забыл его...
  - Ты забыл его сразу же, как только произнес, - закончил Мольфар, вместо него. - Заклинание, которое ты тогда прочел, когда-то придумал Тарханкут. Оно - его собственное. А Тарханкут, насколько мне известно, наделял все свои заклинания одной уникальной особенностью - они исчезают из памяти, стоит только произнести их вслух. Поэтому Тарханкут записывал их в книгу - для себя, конечно. Поскольку чары действовали на него так же, как на всех остальных.
  - Но зачем он это делал? - удивился Ростик.
  - Чудак был человек, разве не понятно! - тихо посмеиваясь, ответил Арни.
  Мольфар покачал головой, бросив предупредительный взгляд на Лиса.
  - На самом деле, Ростик, - сказал Старейшина, - заклинания Тарханкута обладают большой силой. Тарханкут был очень могущественным магом и, все, что он создавал, он невольно наделял таким же могуществом. Любое заклинание, созданное Тарханкутом - это опасное оружие в плохих руках. Поэтому, даже тот, кому довелось узнать хоть одно из них, мог воспользоваться им только единожды. Из этого я делаю вывод, что ты просто не мог снова открыть коридор теней, воспользовавшись заклинанием из Тайндара, которое привело тебя в мир Двенадцати Городов в первый раз.
  - Я не понимаю. - Ростик нахмурился сильнее. - Мольфар, но вы-то наверняка можете открыть коридор теней!
  Старый маг лишь отрицательно покачал головой.
  - Нет, Ростик, - ответил он. - Я, разумеется, хожу между мирами, когда в этом есть нужда. Но зачастую я пользуюсь услугами Хранителей Границ. Ты видел их. Именно они помогли тебе вернуться домой, когда мы прибыли в Гелион из Фаталунии.
  Ростик вспомнил кривоногих коротышек: лысоватых, со студенистыми глазами и неприветливыми лицами. Значит, их называли Хранителями Границ, мимоходом подумал он.
  - Иногда я использую другие способы, - продолжал Мольфар. - Но сам создать коридор теней я не смогу. Ты же смог это сделать, потому что у тебя есть особый дар, Ростик.
  - Дар? - переспросил Ростик, задержав дыхание. - Какой?
  Мольфар против обыкновения не улыбнулся, а посмотрел на мальчика серьезным взглядом.
  - Ты - тенеуст, Ростик. Иначе говоря - Заклинатель Теней.
  Ростик какое-то время молчал и, не мигая, смотрел на Мольфара.
  - Надо же, - произнес Анчутка, почесав один из маленьких рожек, торчащих из вихрастых черных волос, - я-то думал, мальчишка только под ногами зря путаться будет, а он, оказывается, ценное приобретение для ордена. Вот тебе и на!
  Арни расхохотался.
  - Чего ты смешного услышал, весельчак? - стрельнул недовольным взглядом в его сторону болотник.
  - Не злись, рогатый, - миролюбиво отозвался сквозь смех Арни. - Просто меня порадовал до глубины души твой хозяйственный подход. Сразу видно - зрелый болотник почтенного возраста. В твоих годах оно и правильно - прежде всего думать о пользе вещей.
  Ростик покашлял, хмуро глядя на обоих стражей. Лис, обратив на него внимание, широко ухмыльнулся и поднял вверх руки, мол: "Все-все, умолкаю".
  - Я тенеуст? - переспросил Ростик, вновь поворачивая лицо к Мольфару. - Что это значит?
  - Это значит, - ответил старый маг, - что ты можешь повелевать тенями. А одна из возможностей этого дара - открывать коридор теней между мирами.
  - Но... - Ростик недоверчиво переводил взгляд с Мольфара на других стражей. - Может быть... это случайность. Может быть... дело в чем-то другом, а не во мне.
  - Нет, Ростик, - твердым кивком возразил Мольфар. - Открывать коридор теней лишь силой собственной воли способны только тенеусты и Хранители Границ, которым дана власть над границами между мирами.
  - А еще, коллега, - с иронией добавил Арни, - теперь тебе придется в одежде отдавать предпочтение исключительно черным тонам.
  Ростик удивленно вытаращил глаза на Арни.
  - Черным? Почему черным?
  Лис пожал плечами.
  - Такова традиция. Тенеусты и чернокнижники одеваются в черное, чтобы обозначить природу своего колдовства.
  - Подожди, - нахмурился Ростик. - Но как тогда отличить чернокнижника от тенеуста, если и тот и другой одеваются в черное?
  - А никак, - ответил Арни.
  Мольфар усмехнулся, заметив недоумение на лице Ростика.
  - Видишь ли, Ростик, - произнес он, - в былые времена не стояло такой дилеммы, ибо зачастую тенеусты одновременно были чернокнижниками - эти области магии кое в чем схожи, я бы даже сказал - родственны.
  - А самым знаменитым тенеустом, - вновь подал голос Лис, - был небезызвестный тебе Казантип Чернокнижник, который, как ты уже знаешь, занимался чернокнижием, о чем говорит и его имя. Кроме того, тенеустами были все его наследники по крови.
  Ростик какое-то время обдумывал услышанное, пытаясь осознать внезапно открывшийся в нем дар, как вдруг до него дошел весь смысл сказанного Арни и одновременно пришло на ум, что он лично знает одного мага, которого никогда не видел в одеждах какого-либо иного цвета, кроме черного.
  - То есть... ты говоришь, все-все наследники Казантипа были тенеустами?
  Арни со смехом ответил:
  - Ну и туго же ты соображаешь, парень. По лицу вижу, что догадался наконец. Все правильно, Невер - тенеуст. Так что у нас в ордене теперь два тенеуста.
  И пока Ростик пытался справиться с неприятным чувством, волной подкатившим к горлу, Арни добавил:
  - Что касается твоего вопроса. В наше время чернокнижники в опале, поэтому они не слишком стремятся выделяться среди своих собратьев-магов и не носят черное. Так что, если видишь перед собой мага, который всегда одевается в черные одежды, можешь быть уверен - перед тобой тенеуст.
  Ростик собирался было задать еще один вопрос, но передумал, когда через открытую настежь дверь тронного зала из коридора донеслись звуки шагов. Они становились все громче, и уже через несколько секунд в дверном проеме возникла высокая фигура в черном. Ростик нахмурился, вспоминая про себя поговорку: "Вспомни черта - он и появится".
  Изумрудные глаза Невера, прямого потомка великого Казантипа Чернокнижника, сразу же остановились на лице Ростика. Лишь на мгновение они сузились в недобром прищуре, но уже в следующий миг выражение лица Невера стало бесстрастным. Едва заметно кивнув Ростику, холодным, ровным голосом он произнес:
  - Приветствую тебя, двенадцатый страж.
  Ростик открыл рот, чтобы ответить, хотя ему показалось, что похожее официальное приветствие в его устах будет звучать просто нелепо, но Невер избавил его от необходимости отвечать, поспешно отведя глаза и обратившись к Мольфару:
  - Случилось какое-то экстраординарное событие, Старейшина?
  Мольфар в очередной раз улыбнулся в бороду и озадаченно хмыкнул.
  - Зависит от того, что считать экстраординарным событием, - задумчиво ответил он.
  Невер вопросительно приподнял одну бровь, явно не понимая намеков Мольфара, и произнес:
  - Я лишь подумал, что раз призвали двенадцатого стража, значит, случилось что-нибудь серьезное, из-за чего понадобилось вновь собрать весь орден.
  Арни весело ухмыльнулся.
  - Невер, дружище, тебя ждет приятный сюрприз.
  В том, как Лис произнес слово "приятный", было столько неприкрытого ехидства, что не обратить на это внимание мог бы только глухой. Невер, по всей видимости, обладал очень чутким слухом и язвительные нотки в голосе Арни распознал тут же. Он неприязненно скривил рот и окинул Лиса колючим, злым взглядом прищуренных изумрудных глаз. Лицо Арни еще шире расплылось в ухмылке, выражающей уже неприкрытую насмешку и злорадство, причину которого Невер никак не мог разгадать, что было заметно по его озадаченному взгляду. Ростик невольно поежился, догадываясь, что козырной картой, которую Лис сейчас припрятал в рукаве специально для Невера, был он сам.
  - Видишь ли, Невер, - подал голос Мольфар, не обращая ни малейшего внимания на безмолвную пикировку двух молодых магов. - Ростика никто не призывал в мир Двенадцати городов.
  - Почему же он тогда здесь? - нахмурился Невер, бросив косой взгляд на мальчика.
  - Ну, по всей видимости, потому что ему захотелось навестить нас, - невозмутимо ответил Мольфар, добродушно, с заметным лукавством во взгляде, поглядев на Ростика.
  Невер растерянно перевел взгляд со Старейшины на Ростика и обратно.
  - То есть - как? Что значит "ему захотелось"? Ну не пешком же он сюда пришел, в самом деле? - холодно спросил Невер.
  Арни издевательски хохотнул. Мольфар же только развел руками.
  - Откровенно говоря, Невер, именно это Ростик и сделал, - сказал Старейшина. - Открыл коридор теней и, пройдя его, оказался в нашем мире.
  Лицо Невера на несколько секунд словно одеревенело. Какое-то время он, не мигая, смотрел на Мольфара, а потом медленно, будто бы шея не желала его слушаться, повернул голову и уставился на Ростика пронзительно острым, ледяным взглядом. Ростик невольно сглотнул подкативший к горлу комок: ему казалось, что Невер сейчас не совладает с собой и убьет его одним лишь взглядом, вложив в него всю мощь своей магической силы.
  В зале повисло почти осязаемое напряжение. Мольфар нарушил тишину негромким покашливанием. Это подействовало.
  Невер все еще смотрел на Ростика, но взгляд его изменился: он стал сдержанным и почти безразличным.
  - Что ж, - очень тихо произнес Невер слегка охрипшим голосом, - наш двенадцатый страж - тенеуст.
  - Конкурент, - ехидно вставил Арни, которому, похоже, доставляло ни с чем не сравнимое удовольствие дразнить Невера.
  Наследник Казантипа чуть склонил голову, улыбнулся едва заметной, опасной улыбкой и, повернувшись к Арни, сказал:
  - Появление еще одного тенеуста лишь сделает орден сильнее. Это единственное, что имеет значение.
  Арни с деланным удивлением округлил глаза.
  - О! Ты благороден, Невер! Я восхищен тобой!
  Невер улыбнулся еще шире и деланно приятельским тоном заявил:
  - Перестань паясничать, Лис. Надеюсь, ты не забыл, что ты маг, а не шут?
  Арни перестал улыбаться, его глаза заблестели от гнева, но Невер не дал ему ни малейшего шанса по-настоящему, уже без шуток, сцепиться с ним. Он резко повернулся, так что подол его черной накидки взлетел в воздух, и, не сказав ни слова, широким, но при этом размеренным шагом вышел из залы.
  Пока Арни испепелял глазами дверь, за которой только что скрылся наследник Казантипа, к Ростику подошел Санька.
  - Забыл сказать, - улыбнулся он. - С возвращением!
  Ростик неловко улыбнулся в ответ и хмыкнул.
  - Спасибо. Кажется, здесь у вас ничего не изменилось.
  - В ордене все по-прежнему, если ты об этом! - воскликнул рядом Арни и хлопнул Ростика по плечу. - Зато Фаталуния переменилась неузнаваемо.
  Он многозначительно пошевелил бровями и интригующим голосом спросил:
  - Хочешь посмотреть?
  
  * * *
  
  Из окон самой высокой башни замка открывался вид на Фаталунские земли - владения короля Дориана. Ростик смотрел, словно завороженный. Он хорошо помнил, что раньше за высокой скалой, на которой стоял замок, стелились зеленые поля. Но теперь все изменилось. Внизу распростерся огромный автодром с кольцевой трассой, по форме напоминающей раскинувшую крылья летучую мышь.
  - Это... - едва дыша, прошептал Ростик, - потрясающе!
  Арни рядом с усмешкой хмыкнул.
  - Жаль, что тебя не слышит его величество Дориан, - сказал он. - Ему было бы приятно.
  - Автодром... - Ростик все еще не мог вздохнуть от восторга, - великолепный! Ничего подобного никогда не видел. Он просто... великолепный!
  - Ты повторяешься, - нахмурилась Дрю.
  Она почему-то была недовольна реакцией Ростика на представшую его глазам картину, но самого Ростика причины ее недовольства нимало не интересовали. В данный момент он был не способен думать о чем-то, кроме этого бесподобного, неповторимого, восхитительного автодрома.
  - Трасса по форме напоминает летучую мышь, - произнес он, поедая глазами предмет их разговора. - Это просто... слов нет! В нашем мире есть автодромы в форме носка и в форме кубка, но летучая мышь - это в десять раз... Нет! В сто раз круче!
  - Да это же просто гербовый знак Фаталунии! - проворчала Дрю. - Что здесь особенного?
  Ростик вытаращился на нее широко расставленными глазами.
  - Что особенного?! Да что ты в этом понимаешь! - нахмурившись, отмахнулся он и тут же повернулся к Саньке. - А когда гонка? Я видел в городе плакаты с рекламой.
  - Через два дня, - ответил Санька, поедая трассу тем же взглядом, что и Ростик. - Уже нет сил ждать.
  - Еще бы! - согласился Ростик и вдруг ужаснулся: - Кошмар! Если бы мне ни с того ни с сего не захотелось в мир Двенадцати городов, я бы... я бы... я бы все пропустил!
  Санька посмотрел на него с неподдельным восхищением.
  - У тебя нечеловеческая интуиция!
  Ростик ошеломленно покачал головой.
  - Никогда бы себе этого не простил. Кстати, а где Дориан? Я не видел его в замке.
  - В ближайшее время и не увидишь, - ответил Арни. - Его величество занят подготовкой к гонке. Мы его тоже не видели с самого нашего приезда в Фаталунию.
  Арни с улыбкой посмотрел на Ростика.
  - Ничего, подожди до гонки. Там он обязательно появится.
  Ростик чуть не подпрыгнул.
  - Точно! Я же видел его изображение на плакатах! Он был в гоночном комбинезоне и в шлеме! Значит, он принимает участие в гонке!
  - А ты как думал! - подтвердил Лис. - Не сомневаюсь, что он и гонку организовал только для того, чтобы самому в ней участвовать.
  Ростик улыбнулся и снова посмотрел на раскинувшийся внизу автодром.
  - Верно. Быть гонщиком - его мечта. Он все сделал, чтобы ее осуществить. Даже принес свою мечту из чужого мира в родной, - вдруг прозвучал за их спинами мягкий голос.
  Обернувшись, молодые стражи увидели подошедшего к ним Мольфара. Старейшина посмотрел на Ростика - вокруг глаз от улыбки веером рассыпались морщинки.
  - А ведь Дориан в последние наши встречи часто повторял, что это стало возможно только благодаря тебе, Ростик, - сказал старый маг.
  - А? Мне? - озадаченно переспросил мальчик.
  - Не помнишь?
  Ростик покачал головой. Мольфар окинул взглядом раскинувшиеся внизу фаталунские земли.
  - Увидев эти поля, ты сказал, что король Алекс обязательно превратил бы их в лужайку для гольфа. Ты заметил, что самое большое увлечение гелионского правителя - игра в гольф. Дориан знал об этом, и после твоих слов понял, что может использовать для осуществления своей мечты то, чем владеет, то, от чего так упорно отказывался много лет.
  Ростик отвел взгляд, смущенный тем, что его словам придают такое большое значение. Ведь он никакого особого смысла в них не вкладывал, и даже успел напрочь забыть о том, что когда-то их произнес.
  - Король Дориан считает себя твоим должником, - произнес Мольфар.
  - Глупости, - пожал плечами Ростик. - Ничего особенного я не сказал.
  Арни рядом присвистнул.
  - Не разбрасывайся титулованными должниками, салага, - с ухмылкой сказал он, глядя на Ростика. - Авось пригодятся.
  Ростик нахмурился, неодобрительно покосившись на Лиса, словно говоря, что не желает принимать его слова всерьез. Однако в глубине души, глядя с высоты птичьего полета на абрис в форме раскинувшей крылья летучей мыши, он радовался, что мечта Дориана не осталась всего лишь мечтой. Этот автодром и трасса были свидетельствами того, что мечты, даже те, что кажутся неосуществимыми, могут сбыться. Почему-то от этой мысли его переполняло чувство почти абсолютного счастья.
  "Наверное, я просто рад, что оказался сейчас здесь, в Фаталунии", - подумал Ростик. - "Ни за что не хотел бы пропустить эту гонку. Она будет грандиозной. Иначе и быть не может".
  
  
  Глава 3
  ФАТАЛУНСКАЯ ГОНКА
  
  - Просыпайся! Эй, Ростька, вставай, ну! Открывай глаза!
  Буквально только что Ростик видел замечательный сон, в котором его друг Лешка подарил ему на день рождения красную спортивную машину. Сияя ярким глянцем, новенькое авто стояло прямо у его подъезда, а отец Ростика ошеломленно повторял: "Сынок, какие у тебя замечательные друзья! Они дарят тебе такие роскошные подарки!". И вот сон свернулся, как лист пергамента, и растаял призрачной дымкой, а знакомый голос кричал Ростику прямо в самое ухо:
  - Эй, дома кто есть? Ростька, вставай! Просыпайся уже! Ты проспишь гонку!
  Когда последнее предложение, прошмыгнув по слуховому проходу, достигло сознания Ростика, он резко вскочил, даже не успев открыть глаза... и тотчас больно ударился обо что-то лбом.
  - Ай! - воскликнул все тот же голос.
  Ростик с трудом разлепил веки и уставился слезящимися от боли глазами на Саньку.
  - Ты чего свою голову подставляешь!?
  - А ты чего вскакиваешь, как ужаленный?!
  - А кто виноват, что я вскакиваю?! Зачем было меня пугать, что гонку просплю?!
  - Потому что ты ее проспишь, бестолочь! Я для него стараюсь, и еще по голове за это получаю!
  - Ай, - скривился Ростик, потирая лоб.
  Санька в точности повторил его жест. В этот момент через закрытое окно послышались звуки пищалок, доносящиеся, судя по всему, с автодрома. Скинув ноги с постели, Ростик соскочил на пол.
  - Сколько осталось до гонки?
  - Меньше часа, спящая принцесса, - поддел его Санька.
  - Ты это кого принцессой называешь?! - с угрозой проворчал Ростик, переодеваясь из пижамы в джинсы и футболку.
  - Между прочим, нам только со скалы полчаса спускаться, не меньше, - напомнил Санька, когда они выходили из спальни Ростика в коридор. - Хорошо хоть Фаталунский замок не такой огромный, как у короля Алекса, иначе пока в коридорах и лестницах разобрались бы, старт как пить дать пропустили.
  В отличие от мира За-Гранью-Теней, где еще вчера был последний день зимы, в мире Двенадцати городов уже наступило лето, поэтому зимнюю куртку за ненадобностью Ростик оставил в комнате. Он был рад, что выходя вчера на прогулку, надел на ноги кроссовки, а не сапоги - в кроссовках Ростик мог ходить в любое время года.
  Ребята так спешили, что спустились со скалы даже быстрее, чем предполагали. Уже через двадцать минут они были на месте.
  Автодром буквально сиял - солнце словно решило в этот особенный для Фаталунии день сделать исключение и щедро пролиться солнечным светом на обычно пасмурный город.
  По широкой гостевой аллее прогуливались некоторые из гостей: богато одетые, с красивыми лицами и сияющими улыбками. Гостевой аллеей здесь называлась улица с внешней стороны гаражных боксов, и Ростик знал, что сюда приглашают только очень важных особ, к которым, конечно, относились и стражи Ордена Двенадцати Камней.
  От мысли, что его сочли важным, Ростик уже было загордился, но поспешил напомнить себе, что его личной заслуги в этом нет. То, что он стал одним из стражей, не более чем случайность.
  В поисках гаражного бокса его величества Дориана Фаталунского или кого-нибудь из стражей ордена, они с Санькой на пару вертели головами во все стороны. На пути им встречались самые колоритные личности. Среди них было как минимум два короля и одна королева, насколько можно было судить по коронам на их головах и вышитым королевскими лилиями мантиям, а также не меньше десяти богачей в одеждах, щедро украшенных золотом и драгоценными камнями.
  Один раз Санька ткнул Ростика локтем в бок, заметив возле одного из гаражных боксов короля Алекса. Гелионский правитель, в отличие от своих коллег, явился на гонку без короны, зато под мышкой у него была зажата клюшка.
  - Старый любитель гольфа в своем репертуаре, - со смехом фыркнул Санька.
  - Боится, что его любимую клюшку кто-нибудь стащит, пока он будет гостить в Фаталунии, - предположил Ростик.
  - Да кому она нужна? - отозвался Санька. - Разве что канцлер из вредности...
  - Не в этот раз, - перебил его Ростик, кивком головы предлагая посмотреть правее.
  Канцлер, одетый в серебристо-синий камзол, стоял в нескольких шагах от короля Алекса. В сочетании с пепельными, прореженными сединой волосами, вся его фигура, худощавая и высокая, казалась серой, и Ростик почему-то подумал: "Серый кардинал". Он помнил, что где-то слышал это выражение, но не знал, что оно означает.
  На плече канцлера сидел большой черный ворон. Ростик озадаченно хмыкнул, подумав, что для такого холеного сноба это странный выбор питомца. Самовлюбленному придворному гелионского правителя больше бы подошло завести себе павлина.
  Но уже в следующую минуту Ростик и думать забыл о важных гостях из Гелиона, потому что они с Санькой наконец обнаружили гаражный бокс с эмблемой Фаталунии. Там же стояли Арни Лис и Дрю. Остальных стражей видно не было.
  Когда ребята приблизились к боксу Фаталунского правителя, Арни встретил их широкой улыбкой. Дрю же выглядела по обыкновению неприветливой и смотрела на мальчишек как будто бы свысока.
  Ростик, встретившись взглядом с девочкой, хотел сообщить ей, что у нее даже лицо позеленело от зазнайства, но, стоило ему только увидеть Дориана, как он напрочь потерял интерес к Дрю.
  Его величество король Фаталунии был одет в серебряный комбинезон. Он стоял возле своего гоночного автомобиля и о чем-то говорил с человеком в точно таком же комбинезоне, только более темного, рабочего, серого оттенка. Ростик видел лишь заднюю часть машины и пока не мог понять, как же она выглядит вся целиком. Он даже вытянулся, став на носки, чтобы рассмотреть получше, и в этот момент его заметил Дориан.
  Было у его величества такое своеобразие: если он не улыбался, то казалось, что этот человек создан изо льда, но стоило на его лице появиться улыбке, как над Арктикой всходило солнце. Только вот на памяти Ростика улыбка посещала лицо Дориана исключительно редко. Сейчас, направляясь им навстречу, он улыбался.
  - Здравствуй, - приблизившись, сказал Дориан, глядя прямо на Ростика и протягивая ему руку.
  Ростик, смущенный тем, что его выделили среди остальных стражей, пожал руку с заминкой. Похоже, у Дориана действительно засело в голове, что он обязан Ростику, ведь именно по его, Ростика, подсказке Дориану пришла в голову идея о создании Фаталунского автодрома.
  "Ну и глупость, - отчего-то испытывая неловкость, подумал Ростик. - Забивают же люди себе голову всякой ерундой".
  - Я рад, что ты здесь, - искренне сказал Ростику Дориан.
  Ростик не нашел ничего лучше, как кивнуть, но на самом деле он был бы очень благодарен его величеству, если бы тот перестал относиться к нему так, будто он какой-то особенный. Ростик уже видел ехидную усмешку на лице Лиса - от взгляда Арни наверняка не ускользнуло смущение мальчика.
  В этот момент кто-то позвал Дориана, и тот, извинившись, ушел в глубь гаражного бокса. Ростик облегченно выдохнул.
  - Странный ты паренек, - насмехаясь, тихо сказал ему Арни. - Не стесняться надо, а пользоваться тем, что к тебе благоволит королевская особа.
  Ростик хотел сказать просто "Да ну тебя!", но в последний момент передумал и наугад кивнул в сторону человека, который только что вышел из соседнего бокса.
  - А этот парень, случайно, не гонщик? - спросил он.
  Арни проследил на его взглядом и, удивленно вытянув брови, снова повернулся к Ростику.
  - Санька прав, у тебя нечеловеческая интуиция.
  - Ты о чем? - хмуро скосил на него глаза Ростик, подозревая, что Арни продолжает над ним издеваться.
  - Ты ведь этого парня впервые видишь? - уточнил Лис.
  - Ну?
  - Ну так ты угадал - он действительно гонщик. Его зовут Ангел, герцог Кара.
  Ростик и сам удивился, что слова, сказанные наобум, оказались правдой. Он перевел взгляд на человека, которого они обсуждали, и уставился на него с немалым интересом, ведь это был первый соперник Дориана Фаталунского, которого Ростику довелось увидеть.
  Ангел был темнокожим, темноволосым юношей с цепким взглядом карих глаз и одновременно широкой, обаятельной улыбкой. Одет он был в черный комбинезон с золотыми вставками. Вдоль пояса тянулась надпись: "Ангел", почему-то без титула. В руке молодой герцог держал такой же черный, как и комбинезон, шлем, отливающий ярким глянцем.
  Несмотря на дружелюбную улыбку, сверкающую ослепительно белыми зубами, Ангел вовсе не производил впечатления эдакого своего парня. Его осанка и взгляд выдавали в нем человека, который везде и во всем хочет быть первым.
  - Главный соперник его величества, если судить по ставкам - сказал Арни, заметив, что Ростик разглядывает Ангела. - Фаворит - Дориан. На его победу ставят почти все.
  - А этот Ангел, он что, правда, герцог? - спросил Ростик.
  - А то как же?! - ухмыльнулся Арни. - Третий сын короля Караглада. Самый младший. В связи с наличием двух старших братьев, короны ему не видать как своих ушей, вот он и решил сделать карьеру гонщика. Судя по тому, какая толпа сюда приехала на первую гонку, если он победит - то станет популярнее любого правителя двенадцати городов. Но шансов у него немного. Всем известно, что Дориан в мире За-Гранью-Теней был гонщиком, а значит, он здесь больше остальных знает и умеет. Тем более, стартует первым, он на вчерашней квалификации был самым быстрым, и вряд ли просто так даст себя обогнать какому-то зеленому юнцу.
  За спиной Ростика зазвучали чьи-то громкие голоса. Он непроизвольно обернулся. Мимо стражей двигалась небольшая группа людей. В центре шел крупный человек с выдающимся брюшком, а вокруг него кружили суетливые мужчины и женщины с писчими перьями и пергаментными свитками в руках. Они сыпали вопросами, а человек с брюшком на ходу отвечал на них.
  - Господин распорядитель, - обратился к нему худосочный молодой человек из толпы. - Известно, что в мире За-Гранью-Теней для автомобилей используют специальную жидкость, называемую топливом. Также известно, что когда это вещество сгорает внутри автомобиля, его отходы попадают в воздух и делают его совершенно непригодным для дыхания. Что вы на это скажете?
  - Никакого топлива! - впечатляющим басом заверил всех вокруг человек с брюшком. - Ничего такого, что будет загрязнять воздух! Только магическая энергия! Разумеется, дозированная! Перед стартом все гоночные автомобили тщательно исследованы - мощность магической энергии не должна превышать установленных пределов! Все гонщики должны быть в равных условиях!
  Когда толпа во главе с распорядителем прошла мимо, Ростик озадаченно спросил у стоящих рядом стражей:
  - Как много людей в мире Двенадцати Городов знают о мире За-Гранью-Теней?
  Санька весело хмыкнул, а Лис ответил:
  - Раньше кто-то знал, кто-то нет, а теперь, когда Дориан принес частицу твоего мира в наш, знают многие.
  - И что? - еще больше озадачиваясь, спросил Ростик. - Люди, наверное, в шоке?
  - Почему это? - На этот раз ему ответил Санька. - Это в твоем мире люди в чудеса не верят, а в мире Двенадцати Городов магия и вообще все необычное - в порядке вещей. Эту новость какое-то время обсуждали, а потом и думать забыли. Большинству-то что? Ну есть где-то другой мир - и ладно. Все же знают, что это по части магов. Обычный горожанин понимает, что его такие вещи все равно не касаются.
  Ростик задумчиво хмыкнул, решив для себя просто принять тот факт, что люди здесь отличаются от жителей его мира. Хотя, подумал он, люди в его мире ведь знали о существовании других планет, но по большей части вели себя так, будто это их не слишком волнует. Выходит, что люди везде одинаковые.
  Когда Дориан наконец освободился, он попросил одного из своих подручных рассказать стражам, что происходит в гаражных боксах и по какому принципу шла подготовка к гонке.
  После короткой лекции, стражи узнали, что у каждого гонщика есть своя команда магов-техников. В обязанность одних входит с помощью каких-то волшебных приборов следить, чтобы не было утечки магической энергии из автомобилей. Другие по телепатическому мосту должны держать связь с гонщиком: сообщать ему все подробности гонки и узнавать, не возникло ли у гонщика каких-то проблем на трассе. Третьи назывались предсказателями погоды - перед ними стояла задача заранее предупредить гонщика и команду о близящемся дожде, чтобы гонщик на очередном круге мог заехать в свой гаражный бокс для смены обычных шин на дождевые.
  Ростик, который уже много лет был гоночным болельщиком, довольно быстро во всем разобрался. Между гонками его мира и той, которая вот-вот должны была стартовать в Фаталунии, существовала только одна разница - Дориан, как он и обещал, на полную катушку использовал магию своего мира. Ростик не сомневался, что от этого предстоящая гонка будет стократ интереснее.
  Через некоторое время стражей отвели на трибуны, где для них были специально отведены места поудобнее. Там Ростика, Саньку, Дрю и Арни уже ждали все остальные стражи за исключением Орландо. Мольфар сообщил, что рубеал будет наблюдать за Фаталунской гонкой с высоты птичьего полета. Когда Дрю предположила, что Орландо отказался от места на трибунах, поскольку ему мешали крылья, Мольфар только усмехнулся в бороду. Ростик же сразу понял, что вовсе не в крыльях была причина, просто в отличие от зрителей на трибунах, с высоты птичьего полета Орландо будет видеть всю трассу, а значит, сможет следить за ходом гонки от старта до финиша и ничего не пропустит. Мальчик завистливо вздохнул: да уж, с трибун всю трассу не увидишь.
  С этой мыслью он огляделся и сразу обратил внимание, что, помимо обычных трибун, вдоль трассы по всему автодрому были выстроены высоченные башни. Зрители внутри башен приникли к оконным проемам, едва ли не вываливаясь наружу - каждый хотел выбрать себе лучшее место, чтобы во время гонки увидеть как можно больше.
  Заметив, что на трибуны легла большая тень, Ростик непроизвольно поднял голову и тотчас почувствовал, как волосы на голове встали дыбом. Над автодромом высоко в небе кружил... дракон. Это было огромное существо, покрытое темно-зеленой чешуей, с длинным хвостом и великолепными, хотя и устрашающими на вид, черными перепончатыми крыльями. Дракон спокойно кружил в воздухе, словно не замечая гудящей под ним толпы людей. К его хвосту было привязано длинное полотнище, и даже на таком большом расстоянии Ростик прочел надпись: "ФАТАЛУНСКАЯ ГОНКА! ПОБЕДА ДОСТАНЕТСЯ ЛУЧШЕМУ!".
  - Это что... дракон!? - выдохнул Ростик, от испуга вжавшись в сиденье.
  Сидящий слева от него Арни вскинул глаза к небу.
  - Ага, дракон, - непринужденным тоном ответил он, а потом, глянув на до смерти перепуганного Ростика, ухмыльнулся и похлопал его по плечу: - Не бойся, этого дракона готовили специально к гонке - он не опасен.
  - Что значит - "готовили"? - недоверчиво нахмурился Ростик, глядя, как огромная туша пролетает прямо над ними - тень дракона накрыла собой не только трассу внизу, но и трибуны по обеим ее сторонам.
  - Во-первых, это значит, что он сыт, - объяснил Арни. - А во-вторых, с ним работали лучшие маги-укротители двенадцати городов, специализирующиеся именно на драконах. Благодаря целому ряду заклинаний на данный момент мы для этого дракона разве что нежелательный шумовой эффект. Эти заклинания работают так, что один только вид человека напрочь отбивает у дракона аппетит. Поверь мне - эта ящерица ни за какие коврижки не станет тебя есть. По крайней мере, пока действуют заклинания.
  Ростик проследил взглядом, как дракон, резко пойдя на снижение, пролетел мимо одной из башен прямо перед глазами зрителей, высовывающихся из ее верхних окон. Находящиеся в башне люди отпрянули, кто, затаив дыхание, кто с испуганными возгласами. Похоже, большинство зрителей не разделяло уверенности Арни в том, что дракон совершенно безопасен.
  Дракон же тем временем поднялся на прежнюю высоту и, совершая очередной круг над Фаталунским автодромом, издал громоподобный рев, после чего чуть ли не торжественно изрыгнул огромную струю огня. Пламя резко взметнулось ввысь и мгновенно рассеялось в воздухе.
  - Орландо нужно быть осторожнее, - задумчиво произнесла Дрю, наблюдая за драконом. - Если на его крыльях появятся подпалины, это будет некрасиво.
  - Это все, что тебя волнует? - через плечо покосился на нее Санька.
  - Что ты хочешь сказать? - ответила ему подозрительным взглядом Дрю.
  Санька только потрясенно покачал головой, а Ростик подумал: действительно, вряд ли кого-то будут волновать подпалины на крыльях, если дракон ненароком поджарит самого Орландо.
  
  * * *
  
  На стартовой решетке выстроилось десять машин: все они отличались друг от друга по форме и по расцветке. Самой первой на старте стояла машина молодого короля Фаталунии - серебряная, с удлиненными крыльями по бокам, которые чем-то напоминали хвост кометы, отчего и сама машина в сочетании с цветом выглядела как комета. На боку у нее красовалось изображение летучей мыши, точь-в-точь такой же, как и на гербе Фаталунии.
  С другой стороны трассы, чуть дальше, стояла черная, как уголь, машина с изображением устремленного острием вверх меча на круглом щите. По глянцево-черному шлему без какого либо рисунка Ростик узнал Ангела - герцога Кару.
  До старта оставалось не больше двух минут. Зрители с противоположных трибун зашумели сильнее. Привлеченный этим шумом, Ростик увидел целую делегацию странного вида существ: низкорослых, коренастых, с густыми коричневыми бородами и грубоватыми, хмурыми лицами. Они были одеты в удлиненное подобие шапок и темные с золотыми пуговицами камзолы. Те из них, что сидели на верхних скамьях трибуны, держали поднятый кверху транспарант с надписью: "Вилли Шпора - чемпион!". А у сидящих на нижних скамьях в руках были красные флаги с извергающим пламя черным драконом в центре.
  - Кто они? - спросил Ростик у Саньки, кивком головы указывая вперед.
  Санька быстро глянул.
  - А-а, - лениво протянул он, - это гномы.
  Ростик вернулся к ним взглядом. Ему еще не приходилось видеть гномов, но, сравнив тех, которые сидели сейчас перед ним, и гномов с изображений на картах "Кикиморы болотной", Ростик сделал вывод, что просто обязан был и сам догадаться - сходство было очевидным.
  - А почему они болеют за Вилли Шпору? - снова спросил у Саньки Ростик.
  - Потому что они из Драгонбурга, - ответил Санька. - И Вилли Шпора оттуда же. Болеют за своего гонщика - вот и все.
  Санька вытянул шею и, глянув вниз, указал Ростику на машину, стоящую на стартовой прямой четвертой: ярко-красную с черным драконом на боку, выдыхающим пламя, точно как на флагах гномов.
  - Вон он - четвертый на старте, - проинформировал Санька, - лучший объездчик драконов во всех двенадцати городах. Говорят, одним из первых дал заявку на участие в Фаталунской гонке. Наверное, драконы надоели.
  - А этот Вилли Шпора что, тоже гном? - озадаченно поинтересовался Ростик.
  - Нет, конечно! - воскликнул Санька, посмотрев на Ростика так, будто тот только что сморозил откровенную глупость. - Ты что, гномов плохо рассмотрел? Ты их рост видел? Такими короткими ногами до педалей не дотянешься.
  - Я просто подумал, что в Драгонбурге только гномы живут, - обиженно буркнул Ростик.
  - Нет, - покачал головой Санька. - Правильнее сказать, что большинство гномов в мире Двенадцати Городов живут в Драгонбурге. - Он пожал плечами. - Не знаю почему. Нравится им там, наверное.
  В этот момент над гоночными машинами прямо в воздухе материализовались полотнища, созданные словно из смеси воды и серебряного дыма, а поверх этих полотнищ появились имена гонщиков. Ростик принялся читать их, соблюдая ту же очередность, в которой гонщики выстроились на старте: "Дориан Фаталунский", "Ангел Кара", "Ян Бабочка", "Вилли Шпора", "Юрка Вихор". Но полотнища вдруг стали таять в воздухе, и взгляд Ростика успел ухватить только имена последних двух гонщиков: "Жан Клошар" и "Балуй Кульга".
  Словно упав прямо с неба, над трассой, перед выстроившимися на старте машинами, завис золотой крылатый фонарь. Ростик подумал, что это, видимо, подарок короля Алекса к открытию Фаталунского автодрома. Фонарь явно был гелионский, ведь все фаталунские фонари обладали исключительно серебряными крыльями.
  Внутри стеклянного плафона не было огня, а золотые крылья плавно покачивались в воздухе. Тысячи зрителей на трибунах и в башнях замерли в ожидании. Казалось, что каждый из присутствующих пытается одним глазом наблюдать за фонарем, а другим - за машинами на старте, чтобы не пропустить самого главного момента.
  И вот фонарь вспыхнул ярко-зеленым огнем, взревели моторы и машины сорвались с мест. Они промчались мимо взмывающего в небо крылатого фонаря, но Ростик лишь краем глаза заметил мелькнувшие на уровне их яруса золотые крылья, потому что вдруг увидел нечто невероятное! Гоночные машины, созданные при помощи магов, могли нестись вперед, отрываясь от земли!
  Ростик представления не имел, насколько высоко они могут подниматься в воздух, но заметил, как черный автомобиль Ангела поднялся над трассой, словно намереваясь обойти серебряную комету Дориана по воздуху - прямо над головой гонщика с летучей мышью на шлеме! Но Дориан среагировал молниеносно, оторвавшись от серого полотна асфальта и перекрыв Ангелу воздушную траекторию. Многотысячные трибуны разом выдохнули, кто с облегчением, кто с досадой, поскольку здесь было предостаточно болельщиков как одного, так и другого гонщика.
  - Нельзя подниматься в воздух выше одного автомобиля, чьи колеса касаются трассы! - выкрикнул Арни на ухо Ростику, при этом умудряясь не отрывать взгляда от происходящего внизу. - Дориан только что не позволил Ангелу совершить обгонный маневр!
  Лису приходилось повышать голос, иначе Ростик просто не услышал бы его - автодром гудел от рева машин и возбужденного гула зрителей на трибунах.
  Тем временем Вилли Шпоре удалось то, что не смог сделать герцог Кара. Притворившись, что собирается по внутреннему радиусу первого поворота обойти едущего впереди него на машине, окрашенной в синие и белые цвета, Яна Бабочку, Вилли неожиданно взмыл в воздух и, не дав сопернику опомниться, стремительно пролетел над головой гонщика в сине-белом автомобиле. После этого красная машина Вилли опустилась на трассу уже впереди нерасторопного Бабочки.
  - Смысл маневра в том, - уже спокойно говорил Арни, поскольку вереница автомобилей умчалась вперед, на время оказавшись вне пределов видимости для их трибуны, - что в воздухе автомобиль становится в два раза быстрее, а значит, тот, кто сможет подняться над головой соперника, гарантированно его обойдет.
  - Но это же опасно! - воскликнула позади ребят Дрю, наклонившись к ним поближе, чтобы слышать, что говорит Лис. - А если тот, кто едет впереди, тоже поднимется вверх, чтобы не дать себя обогнать, но выберет неудачный момент?! Они же могут столкнуться в воздухе!
  Санька громко фыркнул, оборачиваясь к Дрю.
  - Ну конечно, опасно! - заявил он. - Это тебе что, карусель для детишек? - И напыщенно добавил: - Так вот, нет - это спорт настоящих мужчин!
  Дрю хмыкнула и, скрестив руки на груди, откинулась на сиденье.
  - Глупых мужчин, - пробурчала она с хмурым видом, - которые рискуют своей и чужой жизнью.
  Санька посмотрел на нее взглядом, полным превосходства и важно заметил:
  - Тебе не понять. Ты же девчонка.
  Потом, как будто интересуясь мнением Ростика, посмотрел на него и многозначительно закатил глаза к небу. Ростик в знак согласия покивал: действительно, ей не понять - она же девчонка. Дрю, обидевшись на такое единодушие ребят, шмыгнула носом, но больше ничего не сказала.
  Из-за внушительной протяженности автодрома, у зрителей на трибунах не было возможности видеть всю трассу целиком. Но не успел Ростик расстроиться, что не может сейчас следить за гонкой, как прямо перед их трибунами, высоко над трассой, возникло полотно, одновременно водянистое и дымчатое. Оно было похоже на недавние полотна с именами гонщиков, но только в несколько раз больше.
  На полотне возникла картинка - в этот самый момент гонщики один за другим проходили связку поворотов. Юрка Вихор на входе в первый поворот по внутреннему радиусу пытался пристроиться вплотную к автомобилю Яна Бабочки, с явным намерением выйти из связки поворотов первым. Ему удалось поравняться с соперником на полкорпуса, но этого явно было недостаточно, и уже на входе во второй поворот Бабочка смог оторваться, удержав в этот раз свою позицию в гонке.
  Картинка сменилась: теперь на полотне гонщики один за другим неслись по прямой - расстояние между ними увеличивалось на глазах. Ростик подумал, что на время можно расслабиться, ведь чем больше расстояние между автомобилями, тем меньше шансов на обгоны.
  Он не ошибся - гонка вошла в спокойное русло. Смотреть на то, как автомобили следуют друг за другом на безопасном для обгонов расстоянии, было не очень интересно, зато на трибунах можно было увидеть самых разных существ.
  Кроме людей, магов и гномов, Ростик обнаружил как минимум четырех кикимор. В отличие от гномов, их он узнал сразу: костлявые, низкорослые существа с длинными носами и взлохмаченными волосами.
  Когда Ростик заметил их неподалеку, с первого взгляда ему показалось, что выглядят они жутковато: желтые глаза с крохотными бусинами черных зрачков, хищные улыбки, обнажающие острые зубы, длиннопалые с загнутыми ногтями руки. Но к середине гонки, Ростик умудрился привыкнуть к их виду, и они уже не казались ему такими жуткими. Кикиморы активно размахивали флагами, которые держали в своих костлявых длинных пальцах и, когда мимо их трибуны внизу по трассе проносились гонщики, громко свистели.
  Наблюдая за трассой, Ростик уже начал зевать. Расстояние между гонщиками не сокращалось - видимо, скорость тех, кто пас задних, была недостаточно хороша, чтобы догнать лидеров. Когда мальчику уже начало казаться, что никаких событий ждать не приходится, и гонщики придут к финишу в том же порядке, в котором их автомобили растянулись сейчас вереницей по трассе, внезапно что-то начало происходить.
  Оставалось четыре круга до финиша, когда едущий по трассе Дориан вдруг увеличил скорость. Ростик и Санька, заметив это, переглянулись между собой.
  - Он возглавляет гонку, - рассуждая вслух, сказал о гонщике в серебристом автомобиле Ростик. - Расстояние между ним и Ангелом очень приличное. За четыре круга Ангел никак не сможет сократить дистанцию до возможности обгона. Почему Дориан вдруг ускорился? Не понимаю.
  - Кажется, я понял, - ответил Санька, и в ответ на вопросительный взгляд Ростика указал пальцем вверх.
  Ростик поднял голову, и его глаза непроизвольно округлились. Наверное, зрители на трибунах еще какое-то время не замечали бы этого, если бы ни изменилось поведение лидера гонки. Но стоило только посмотреть на небо, как причина его спешки становилась очевидной - на автодром с востока надвигались грозовые тучи.
  - Предсказатели погоды, - сказал Арни. - Они наверняка по телепатическому мосту сообщили Дориану, что близится дождь.
  Ростик заволновался, моментально забыв о том, что несколько секунд назад зевал от скуки, мечтая о том, чтобы что-нибудь случилось. Теперь уже он предпочел бы, чтобы гонка так и закончилась тихо-мирно, без всяких эксцессов. Как зритель, Ростик, конечно, хотел, чтобы гонка была зрелищной, а дождь зачастую был едва ли не лучшей гарантией зрелищности. Но как болельщику, Ростику страшно не хотелось, чтобы что-то помешало Дориану победить в его первой Фаталунской гонке.
  - Вот черт, осталось всего четыре круга, - запричитал он. - Не мог бы этот дождь еще чуть-чуть подождать, а? Если Дориан сейчас поедет менять обычные шины на дождевые, он упустит лидерство.
  - Но ведь остальные гонщики тоже поедут менять шины, - сказал Санька и тут же сам себе возразил: - Хотя ради победы кто-то из них, конечно, может рискнуть и остаться на трассе.
  - Постой-ка! - вспомнил Ростик. - Но ведь эти машины могут передвигаться по воздуху! Значит, дождь - не проблема, верно?
  - Забудь об этом, - сказал ему Арни. - По правилам подниматься в воздух можно только для совершения обгонных маневров, иначе зачем нужна была бы трасса? А в дождь воздушные обгоны будут вдвойне рискованными - на мокрую трассу тяжело приземляться.
  Ростик, выслушав пояснения Арни, совсем поник. Когда тучи наконец добрались до автодрома и накрыли трассу в форме летучей мыши свинцовым полотном, до финиша оставалось меньше двух кругов.
  - Балуй Кульга поехал менять обычные шины на дождевые, - сообщил Арни.
  - И пока что он единственный, кто это сделал, - заметил Ростик.
  - Он последний в гонке, ему терять нечего, - пожал плечами Санька.
  Зрители нервничали, наблюдая за гонкой и одновременно поглядывая на небо - оно стремительно темнело. Балуй Кульга вернулся на трассу с дождевыми шинами на колесах своего гоночного автомобиля. Его примеру последовало несколько гонщиков, но четверка лидеров оставалась на трассе. Серебристое авто Дориана мчалось по абрису летучей мыши так, словно Дориан выжимал из него все, что мог.
  "Только бы он успел. Только бы дождь подождал. Только бы он успел. Только бы дождь подождал", - как мантру повторял про себя Ростик снова и снова.
  Но его слова не были услышаны. Ливень упал на автодром, когда до финиша оставалось немногим меньше одного круга.
  - Надо было догадаться, что на солнце в Фаталунии нельзя рассчитывать! - причитал Санька, то закрывая глаза рукой, то с мольбой во взгляде гипнотизируя сквозь пелену дождя висящее в воздухе полотно, на котором показывали несущиеся по трассе автомобили.
  Казалось, что небо прорвало. На землю обрушился колоссальный водопад - на трассе уже был настоящий потоп. Люди на открытых трибунах попрятались в дождевики и теперь зрительские ряды выглядели словно закрытые целлофановой простыней грядки. Стражи находились на единственной крытой трибуне автодрома, поэтому никакого дискомфорта из-за дождя не испытывали.
  Картинка на волшебном полотне показала лидера гонки. Ростик застонал от отчаяния - колеса серебристой машины скользили по трассе, скорость упала. Дориан приближался к последнему перед финишем повороту.
  - Осталось совсем немного, - захрипев от волнения, произнес рядом Арни.
  Когда Дориан уже входил в поворот, прямо позади него неожиданно возник черный гоночный автомобиль Ангела. Ростик успел позабыть о главном сопернике короля Фаталунии. Казалось, что при таком ливне лидерам будет не до обгонов. Было сложно даже предположить, что Ангел, несмотря на экстремальные условия последних кругов гонки, сможет приблизиться к Дориану на расстояние обгона. Однако именно это и случилось.
  - Что он делает?! - завопил, хватаясь руками за голову, Санька.
  Ангел сел Дориану на хвост, пытаясь обойти его в повороте, но Дориан боролся за лидирующую позицию из последних сил, не пропуская своего соперника. Колеса обоих автомобилей скользили, рассекая воду, и Ростик понятия не имел, каким чудом двум лидерам гонки до сих пор удавалось удерживать свои гоночные автомобили на трассе.
  Они уже выходили из поворота на прямую, как Ангел вдруг увеличил скорость, упрямо пытаясь совершить обгон. Дориан перекрыл ему траекторию и вдруг...
  Нос черного автомобиля слегка задел крыло серебристой кометы. Легкого столкновения оказалось достаточно, чтобы оба гонщика потеряли управление над своими гоночными машинами. Авто Дориана занесло вправо, и лидер гонки вылетел с трассы на зеленый газон. Ангела закрутило на середине трассы. Вилли Шпора, до сих пор замыкающий тройку лидеров, при попытке избежать столкновения, вылетел с трассы следом за Дорианом. А идущий за ним Ян Бабочка без колебаний врезался в Ангела, после чего они оба, кружась в хаотичной карусели, оказались на зеленом газоне с другой стороны от Дориана и Вилли Шпоры.
  После долгой и тяжелой паузы, Санька не выдержал первым:
  - Все. Приехали, - замогильным голосом подытожил он.
  - Э-э-эх, а так все хорошо начиналось, - протянул Арни.
  - Не может быть, - расстроенным голосом выдавил из себя Ростик. - И вот так закончилась первая Фаталунская гонка? А ведь Дориан так старался, чтобы все получилось как можно лучше!
  - Ничего страшного, - раздался позади него голос Мольфара.
  Ростик в пылу гонки уже успел забыть, что Старейшина ордена сидит прямо за его спиной. Мальчик обернулся.
  - Как это - ничего страшного? - возмутился он. - Дориан ведь проиграл! Хуже того - он даже не дошел до финиша!
  Мольфар погладил бороду, уверенно кивнул, будто бы самому себе, и сказал:
  - Теперь Дориан непременно еще сильнее захочет выиграть и попробует сделать это в следующей гонке.
  - Не понимаю, - нахмурился Ростик.
  Старейшина посмотрел на мальчика и улыбнулся ему.
  - Когда победе предшествуют поражения, она становится в разы дороже.
  И в этот момент Ростик понял: если бы Дориан победил в первой же Фаталунской гонке, то это было бы слишком легко для него, он мог бы растерять весь свой азарт. Но, проиграв, Дориан будет жаждать реванша, поэтому уже совсем скоро он перестанет думать о своем поражении - все его мысли будут направлены на следующую гонку.
  В итоге гонку выиграл тот, у кого с самого начала, казалось, было меньше всего шансов на победу. Стартуя последним, Балуй Кульга на протяжении почти всей гонки оставался в хвосте гоночной цепочки, но, вовремя поменяв обычные шины на дождевые, после схода с трассы четверки лидеров он возглавил гонку и первым пересек финишную черту.
  - Вот уж повезло, так повезло! - злился Санька, когда стражи собрались возле гаражного бокса Дориана. - Худший гонщик стал лучшим.
  Дождь уже закончился, и сквозь посветлевшие тучи то и дело пробивались солнечные лучи. Можно было подумать, что небеса нарочно послали на землю ливень, чтобы испортить гонку. Ростик поглядывал в глубь гаражного бокса - Дориан что-то серьезно обсуждал со своими техниками. Конечно, он выглядел расстроенным, но для себя Ростик отметил, что Мольфар был прав: Дориан не сдался - во взгляде светлых глаз Фаталунского короля читался боевой настрой.
  - Ты несправедлив, - возразил Саньке Арни. - Балуй Кульга шел последним, шансов на победу у него не было, но он все равно поехал менять шины. Это говорит о том, что он и его команда не хотели сдаваться до самого конца. Они проявили бойцовские качества, поэтому заслужили свою победу.
  Санька насупился, осмысливая слова Арни и глядя на него недовольным взглядом, потом пробурчал:
  - Ну ладно, победу он заслужил. - И тотчас упрямо добавил: - Но ему все равно повезло!
  - Иногда везение - это заслуженная награда за упорство, - сказал рядом Мольфар.
  Ростик с улыбкой вздохнул.
  - А все-таки классная была гонка! - сказал он.
  - А по-моему, в конце был ужасный бардак! - высокомерным тоном вставила Дрю. - Это было опасно, кто-то из гонщиков в той аварии мог пострадать. Я еще понимаю - рисковать своими жизнями, чтобы защищать других. Но такой риск всего лишь ради забавы - глупость.
  - Ты просто ничего не понимаешь в гонках, - парировал Ростик.
  - А все потому, что ты девчонка, - язвительно заметил Санька.
  Дрю фыркнула и обиженно надулась.
  - Мне очень жаль прерывать вашу беседу, достопочтенные стражи ордена, - раздался рядом вальяжный голос, - но у меня к вам неотложное дело.
  Стражи обернулись - перед ними в серебристо-синем балахоне стоял канцлер гелионского короля.
  - Канцлер Грэм, - с кивком головы поздоровался Мольфар. - Кажется, сегодня у нас с вами еще не было шанса поприветствовать друг друга. Рад видеть вас.
  Ростик впервые слышал имя канцлера, и оно показалось ему подходящим. "Гр!" - это было что-то очень в духе этого язвительного и чванливого человека.
  - Взаимно, - холодно и сухо отозвался канцлер, всем своим видом давая понять, что радости от общения со стражами не испытывает.
  Ростик еще со своей первой встречи с канцлером знал, что тот по какой-то причине недолюбливает Орден Двенадцати Камней.
  - Вы сказали, у вас к нам дело, - доброжелательно напомнил Мольфар, кажется, намеренно игнорируя недружелюбный тон собеседника.
  - Именно, - подтвердил канцлер.
  Он приподнял левую руку, слегка взмахнул кистью и вытряхнул из рукава тонкий свиток. После чего протянул его Мольфару.
  - Это письмо моего дядюшки, правителя Мардола, его величества короля Теодора, - сказал он.
  Мольфар взял свиток и улыбнулся канцлеру Грэму.
  - Любезный канцлер, я убежден, что вы, несомненно, осведомлены о содержании этого послания.
  - Несомненно, осведомлен, - кичливо поморщился тот.
  - В таком случае, не могли бы вы в двух словах ввести нас в курс дела?
  Канцлер с важностью вздохнул, мол, все вам надо на блюдечке подать, и, прокашлявшись, сообщил:
  - С недавних пор в Мардоле начали происходить весьма неприятные события, источником которых предположительно является колдовство. А так как колдовство - это по части магов, то мой дядюшка нижайше просит орден в полном составе навестить Мардол. Его величество уповает на то, что вы сможете помочь жителям его города.
  Ростик видел, как переглянулись Арни и Санька. Мольфар задумчиво хмыкнул и произнес:
  - Вот как.
  Канцлер снова покашлял.
  - Я передал послание короля Теодора, как он о том просил. Вам решать, принимать ли его приглашение. Разумеется, я не могу бросить своего дражайшего дядюшку в трудный час, поэтому если вы все-таки решите приехать в Мардол, мы непременно там с вами встретимся. На сим позвольте откланяться.
  Канцлер попрощался кивком головы. Не сказав больше ни слова, он развернулся и ушел. Какое-то время Ростик провожал его взглядом.
  "Куда он подевал своего ворона, интересно?", - задался вопросом он, но тотчас забыл об этом, поскольку внезапно осознал весь смысл сказанных канцлером слов.
  "Весь орден в полном составе...".
  Выходит, что это приглашение касалось Ростика в той же мере, что и остальных стражей.
  - Старейшина, что вы решите? - раздался рядом голос Невера.
  Ростик перевел на него взгляд. Наследник Казантипа не пошел вместе с другими стражами в гаражный бокс короля Фаталунии, чтобы выразить ему свои сожаления по поводу поражения в гонке. В какой момент Невер подошел к ним и как много слышал из слов канцлера, Ростик не знал, но суть вопроса он, по-видимому, уловил.
  Мольфар прочел письмо правителя Мардола и свернул свиток. Потом поднял глаза на Невера.
  - Его величество король Теодор в своем письме был немногословен, - сказал он. - Видимо, это случай из тех, о которых лучше лишний раз не распространяться. Однако он упомянул, что дело не терпит отлагательств. Я не вижу причин колебаться. Один из правителей двенадцати городов просит орден о помощи. Помочь ему - наш долг. Поэтому, если никто из стражей не возражает, мы должны отправиться в Мардол без промедлений.
  Мольфар опустил глаза на Ростика, его серые глаза улыбнулись.
  - Что скажет на это двенадцатый страж?
  - А? - удивленно вздрогнул Ростик.
  Санька толкнул его локтем в бок.
  - Чего непонятного? Ты с нами?
  Ростик немного огорчился. Задав ему такой вопрос, Мольфар словно отделил его от остальных. Не стоило большого труда понять свое обособленное положение в ордене. Он до сих пор так и не стал одним из них. Проглотив обиду, которая показалась Ростику детской, он твердо кивнул:
  - Меня ведь тоже пригласили, разве нет? И вообще, я что, зря пришел?
  Санькины глаза округлились.
  - Слушай, а ведь правда. Ты появился здесь прямо перед гонкой, а теперь и приглашение короля Мардола... Нет, серьезно, у тебя просто нечеловеческая интуиция!
  - А то! - с наигранным важничаньем задрал нос Ростик.
  Арни рядом рассмеялся и потрепал Ростика по голове.
  - Наш человек.
  - Ну что ж, - сказал Мольфар, с улыбкой глядя, как веселятся младшие стражи. - В таком случае, мы отправляемся немедля.
  
  
  Глава 4
  ГОРОД СНОВ
  
  Карета въехала в город, когда было уже за полдень. Разглядывая в окно улицу, по которой они ехали, Ростик с интересом заметил, что Мардол очень похож на Гелион. Люди здесь были такими же жизнерадостными и улыбчивыми. То и дело раздавались приветствия и пожелания здоровья - складывалось ощущение, что в этом городе все друг друга знают.
  Двери магазинов и закусочных были открыты настежь, а с уличных лотков шла оживленная торговля. Плафоны фонарных столбов, точно так же, как в Гелионе и Фаталунии, были оснащены крыльями. Но если в Гелионе у фонарей крылья были золотыми, а в Фаталунии - серебряными, то в Мардоле они были словно из толстого прозрачного стекла.
  - Работа лучших магов-стеклодувов, - заметив, что Ростик рассматривает фонарные столбы, пробасил своим низким голосом сидящий напротив него Михей. - Хорошие они делают крылья. Надежные. Такие в полете не разобьются.
  Внезапно впереди, на дороге, раздался какой-то шум. Карета, в которой ехали стражи, остановилась.
  - Что случилось? - спросил разбуженный шумом Решка; все время их пути он умудрился проспать, не интересуясь ни дорогой, ни разговорами стражей.
  Арни, высунувшийся в окно с другой стороны кареты, сообщил:
  - Дорогу загораживают две торговые повозки. Не могут разъехаться - из одной повозки на мостовую рассыпался груз. - Арни вернулся на место и обернулся к остальным со словами: - Кажется, это надолго. Придется ждать, пока освободят дорогу.
  Решка зевнул во весь рот.
  - Значит, можно еще поспать.
  После чего закрыл глаза и бесцеремонно уронил голову на широкое плечо Михея.
  Ростик снова глянул в окно. Мимо кареты как раз в этот момент проходили две женщины, и он не нарочно услышал их разговор.
  - Нашему казначею опять приснился жирный боров, - сказала одна.
  - Ох, ему всегда снится одно и то же, - с порицанием ответила ей другая. - Что за человек такой? Разве можно все время думать только о еде?
  - А самое досадное, - возмутилась первая, - что он всю ночь хрюкал под моими окнами!
  Ее собеседница участливо охнула.
  - Бедняжка, ты наверное, совсем не выспалась! Жизнь несправедлива: одни видят во сне боровов, а другие из-за этого лишаются сна.
  Ростик озадаченно поморгал, глядя вслед двум горожанкам. Он так и не понял, кто же хрюкал ночью под окнами: боров или казначей?
  Тряхнув головой, мальчик решил не забивать себе голову непонятными разговорами мардолцев, а вместо этого повернулся к Саньке:
  - Не хочешь пойти купить чего-нибудь поесть, пока мы тут застряли?
  - А почему ты у меня спрашиваешь, не хочу ли я? - с подозрением покосился на Ростика Санька.
  - Потому что у меня нет местной валюты, - честно ответил тот.
  - Ва... чего? - не понял Санька.
  - Денег у него нет, - со смешком пояснил Арни и, достав из кармана небольшой мешочек, бросил его мальчишкам: - Это мары - мардолские монеты. Купите какой-нибудь сдобы для всех - и тащите сюда. Не вы одни голодные.
  - Э? - удивился Санька. - С чего такая щедрость? Получил наследство?
  - А он никогда и не был бедным, - не раскрывая век, пробормотал полусонным голосом Решка. - Лис - ловкач. К его рукам денежки сами липнут. Вы просто его совсем не знаете.
  - Сдается мне, у кого-то слишком длинный язык, - зловеще ухмыльнулся Арни, поглядывая на Решку. - Если тебе вдруг понадобится его укоротить - обращайся, я окажу тебе дружескую услугу.
  Решка, осторожно открыв один карий глаз, с опаской покосился на Лиса.
  - Тебе показалось. Он короткий. - И как будто на всякий случай пояснил: - Язык.
  Арни расплылся в довольной улыбке, а Санька с Ростиком обменялись непонимающими взглядами. Но так как никто больше ничего им пояснять явно не намеревался, ребята покинули карету, чтобы исполнить поручение.
  Спрыгнув с подножки, Ростик отошел в сторону. В ожидании, пока Санька к нему присоединится, мальчик посмотрел на карету фаталунского короля и не в первый раз поразился, как такой маленький экипаж мог вмещать столько людей. Из Фаталунии в Мардол она везла десять стражей ордена. Только двое откололись от остальных: Орландо и Невер. Рубеал, как всегда, предпочитал путешествовать по небу на своих огромных красных крыльях, а наследник Казантипа, сославшись на личные дела, сказал, что доберется до Мардола своими силами. Этому никто не удивился - как однажды говорил Ростику Арни, Невер всегда держался особняком.
  - Куда пойдем? - спросил Ростик, когда Санька оказался рядом с ним.
  Бамбур огляделся и тотчас воскликнул, указывая пальцем влево:
  - О! То, что надо!
  Ростик проследил за его взглядом и обнаружил невдалеке булочную. На стекле перед витриной красовался зазывной плакат: "Самая свежая сдоба в Мардоле!", а вывеску украшал гигантский крендель с подрумяненными боками. Ростик вдруг ощутил, как усилился приступ голода. Ему даже показалось, что большая псина, которую выгуливал идущий им навстречу горожанин, тоже смотрит на этот крендель голодными глазами.
  - Пошли накупим всего и побольше, - сказал Ростик, - пока деньги не отобрали.
  Он решительно направился к булочной, но неожиданно знакомый голос окликнул:
  - Эй, погодите, я с вами!
  Узнав Дрю, Ростик непроизвольно оглянулся назад. Глядя, как девочка догоняет их с Санькой, он пожал плечами, дескать, еще чего - да кто будет тебя ждать? С этой мыслью Ростик развернулся и двинулся уже было вперед, как внезапно увидел всего в шаге от себя горожанина с собакой. Ни остановиться, ни податься назад Ростик уже не успевал - он неминуемо должен был врезаться в прохожего, и даже зажмурился, ожидая столкновения. Какого же было его удивление, когда сначала собака, а потом и ее владелец просто прошли сквозь него, словно бы даже не заметив никакого препятствия.
  Первые несколько секунд Ростик ошеломленно моргал, не понимая, что произошло. Потом оглянулся: мужчина вел на поводке собаку, они оба выглядели вполне настоящими, из плоти и крови, но тем не менее...
  - Я что, превратился в привидение? - потрясенно произнес вслух Ростик.
  - Ты чего несешь? - спросил рядом Санька. - От голода свихнулся?
  Ростик похлопал себя ладонью по груди, убеждаясь, что его тело твердое и рука в грудную клетку не проваливается.
  - Сквозь меня только что прошел вон тот тип с собакой, - ответил он Саньке, не вполне доверяя собственным словам.
  Бамбур проследил за его взглядом. Как раз в этот момент их догнала Дрю.
  - Он в первый раз видит мардолское сновидение, - с ходу догадалась девочка, обращаясь к Саньке.
  - Сновидение? - переспросил Ростик, удивленно округлив глаза.
  - А, точно! Ты же раньше никогда здесь не был, - сказал Санька.
  - Вы о чем?
  Санька объяснил:
  - Сны в Мардоле ходят по улицам.
  - Как это? - не понял Ростик.
  - Ты ему неправильно объясняешь, - упрекнула Саньку Дрю, после чего, игнорируя рассвирепевшего от ее слов Бамбура, повернулась к Ростику и, важничая, отчеканила: - Сны жителей Мардола обладают свойством показывать себя. Иначе говоря, они видимые. Но это не опасно. Даже если мардолские сновидения выглядят, как живые, они бесплотные и не могут причинить никакого вреда. Мардолцы говорят, что их сны не интересуются ими - они живут своей жизнью.
  - Вот как, - произнес Ростик и озадаченно огляделся вокруг: если все мардолские сновидения выглядят так же, как горожанин с собакой, то как же их отличать от настоящих людей?
  Он задумался, сколько же вокруг в этот самый момент сновидений, но потом сообразил, что сейчас середина дня, а значит, большинство горожан бодрствует.
  - Интересно, а наши сны здесь тоже будут по городу гулять? - спросил он вслух.
  - Конечно, - ответила Дрю и, словно объясняя очевидные вещи ребенку, сообщила: - Дело не в людях, а в земле. Мардол был построен на месте Маревой Долины. И такое название она получила именно потому, что наделена особым волшебством - показывать миражи, видения.
  Ростик задумался: не должен ли он удивиться, узнав о том, что сны могут вот так запросто разгуливать между людей? Но удивления не было. Кажется, магия мира Двенадцати городов стала для него обычным делом.
  - Эй, мы так и будем тут стоять? - спросил Санька. - Может, уже зайдем в булочную? Есть охота.
  Ростик и Дрю молча согласились и последовали за ним. Накупив кренделей, бубликов с маком и медовых пряников, ребята вернулись в карету. К тому времени, как стражи расправились со сдобой, повозки, перекрывающие дорогу, разъехались, и карета стражей смогла продолжить путь. По приглашению правителя Мардола они направлялись прямиком в королевскую резиденцию.
  
  * * *
  
  Дворец Мардола по форме напоминал подкову, а высокие башни, выделяющиеся на фоне небесной лазури, имели немалое сходство с зубьями короны. В чертах королевской резиденции Мардола не было ни роскоши гелионского дворца, ни загадочной мрачности фаталунского замка. Дрожащая в мареве послеполуденного солнца, эта каменная подкова казалась миражом.
  Ростик, который вышел из кареты одним из первых, на миг зажмурил глаза и снова открыл их. Воображение разыгралось, подумал он. Все из-за того, что рассказала ему об этом городе Дрю.
  - Думаете, нас ждут? - спросил Арни, скользя взглядом по рядам высоких арочных окон дворца.
  - Несомненно, - ответил ему Мольфар, выходя их кареты. - Его величество очень внимателен к гостям города. К тому же, он ни в коем случае не забыл, что отправил нам приглашение.
  Фиалка, спрыгнув с подножки, потянулась.
  - Ох, все тело затекло. Сколько мы добирались? Сутки?
  - Двое, - хмуро посмотрев на старшую сестру, поправила Дрю, словно удивляясь, как можно быть такой легкомысленной.
  - Надеюсь, мне уже приготовили комнату? - зевнул Решка, выходя из кареты последним. - Сейчас бы поспать, отдохнуть с дороги.
  - Нешто за два дня пути не выспался? - пробасил Михей. - Все плечо мне отдавил.
  - Твое плечо твердое, - пожаловался Решка, - на нем не выспишься как следует.
  - Надо же, он еще жалуется, - одарила его колючим взглядом Мераби и строго велела Михею: - В следующий раз не позволяй ему использовать твои плечи, как подушку. Я запрещаю.
  Михей покорно вздохнул, а Решка обиженно надулся.
  В этот момент навстречу стражам вышел не кто иной, как правитель Мардола собственной персоной. Король Теодор торопливо спускался по лестнице Мардолского дворца, влача по ступеням подол длинной красной мантии, расшитой золотыми королевскими лилиями.
  Это был низкорослый круглолицый человек - еще не старик, но возраста преклонного - с тонким улыбающимся ртом и круглыми, как у хомяка, щеками. Казалось, что он заложил за щеки вату.
  Король поднял глаза от ступеней и одарил прибывших гостей лучистым взглядом голубых глаз, выражающих какую-то детскую непосредственность и наивность. Его взгляд казался добрым-добрым, а выражение лица в крайней степени гостеприимным. Король Теодор не был толстяком, однако обладал небольшим животиком. А вот плечи у него были узкими, как у ребенка. Поправив на голове, покрытой волнистыми каштановыми волосами, корону, король протянул свою маленькую пухлую ручку Мольфару.
  - Рад принимать вас у себя дорогой Мольфар, дорогие стражи! Очень-очень рад принимать таких важных гостей в нашем гостеприимном городе!
  - Мы тоже крайне рады погостить у вас, ваше величество, - ответил Старейшина.
  Король Теодор обеспокоенно нахмурился и смешно вытянул шею, глядя на собеседника снизу вверх - старый маг был едва ли не на две головы выше него.
  - Надеюсь, мое приглашение не нарушило ваши планы, любезный Мольфар?
  - Не стоит беспокоиться на этот счет, ваше величество, - ответил Старейшина. - Ваше приглашение застало нас на Фаталунской гонке. Иными словами, мы отдыхали и не имели на тот момент никаких важных дел.
  Король радостно заулыбался.
  - Очень хорошо. Вы меня успокоили.
  - Ну что вы, ваше величество, - возразил Мольфар, - Орден Двенадцати Камней призван охранять города, посему решать возникшие проблемы - наша прямая обязанность. Откликнуться на вашу просьбу было долгом для нас.
  Его величество слушал старого мага с вежливым вниманием и с каждым словом его лицо мрачнело.
  - Да, любезный Мольфар, вы очень верно сказали - у нас возникла проблема. И мы абсолютно не знаем, что делать, поскольку ни с чем подобным прежде не сталкивались. Как правитель я чувствую себя совершенно беспомощным. Вот почему я вынужден был побеспокоить уважаемых стражей ордена.
  Мольфар ответил кивком головы.
  - Мы к вашим услугам, ваше величество.
  Король Теодор оглядел остальных стражей - все взирали на него с готовностью помочь. Его величество улыбнулся открытой улыбкой ребенка.
  - Ну, отложим все дела на потом! - словно вмиг позабыв про все тревоги, беззаботно сказал он. - Сначала вам нужно отдохнуть с дороги. Для вас уже приготовлены покои и ждет обед. Добро пожаловать в Мардол, господа стражи.
  
  * * *
  
  Слуги мардолского дворца провели гостей в их покои. Ростик умылся с наполненного водой чана, предусмотрительно поставленного в его комнате. Отдернув полог кровати, мальчик упал на постель прямо в одежде, раскинув в стороны руки и свесив ноги вниз. Тело блаженно ныло. Возможность лежать на спине казалась райским удовольствием. Еще бы - двое суток трястись в карете в сидячем положении! Они ведь даже не останавливались на ночлег в какой-нибудь гостинице. Мольфар считал, что дело может оказаться серьезнее, чем кажется, поэтому им следует поторопиться.
  Не успел Ростик сполна насладиться отдыхом, как в дверь постучали - мардолские слуги звали стражей в обеденный зал.
  За трапезой мальчик не поднимал глаз от тарелок и почти не слышал, о чем говорили за столом старшие стражи и король. Они, конечно, не раз во время пути посещали придорожные трактиры, но Ростик все равно чувствовал себя ужасно голодным, поэтому сейчас, равнодушный ко всему прочему, уплетал за обе щеки горячие блюда мардолской кухни.
  После обеда все стражи собрались в тронном зале дворца. Ростик даже не удивился, увидев Невера, хотя и не имел ни малейшего представления, когда наследник Казантипа прибыл в Мардол. Здесь же был и Орландо, по обыкновению восседая на подоконнике настежь открытого окна.
  - Как вы знаете, госпожа стражи, - со своего трона сказал король Теодор, взволнованно теребя край мантии, - наш город дарит сновидениям одну уникальную особенность: он делает их видимыми.
  Ростик живо припомнил, как познакомился с одним таким сновидением - горожанином, выгуливающим собаку - и случайно прошел сквозь него. Воспоминание заставило его поморщиться.
  - Но вам также известно, - продолжал король, - что наши сны безобидны. Они как видения: бродят по городу, не причиняя никому никакого вреда. Мы любим наши сны - они неотъемлемая часть нашей жизни. В Мардоле мы привыкли доверять друг другу, поскольку слишком хорошо друг друга знаем. А как же иначе, когда даже сны твоих соседей для тебя не тайна?! Так, знаете, даже интереснее жить, поскольку сны бывают такие увлекательные...
  Король тяжело вздохнул.
  - Но в последнее время с нашими снами стали происходить странные вещи, - озабоченно покачав головой, произнес он и, подняв глаза на стражей, испуганным громким шепотом сообщил: - Они оживают! Понимаете? Сны перестают быть только безобидными видениями. Они обретают что-то вроде плоти, и самое ужасное - они начинают интересоваться нами!
  - Что значит - "начинают интересоваться"? - нахмурившись, спросил Невер.
  - Сновидения есть сновидения, вы же понимаете, - принялся объяснять король, - они существуют только в сознании того, кому снятся. В нашем городе мы просто видим их, как будто некая неведомая сила открывает для нас сознание спящего человека. Но сон все равно остается сном. Вернее, оставался - до недавнего времени, - поправился Его Величество. - Не далее как три дня назад к одному молодому человеку, который возвращался домой с какой-то вечеринки, подошел старик и спросил у него дорогу. Юноша чуть не умер от страха, когда понял, что к нему обращается не живой старик из плоти и крови, а сновидение! Более того, это сновидение не просто разговаривало с ним - что само по себе никак не возможно - старик положил руку на плечо парня! Его рука не была горячей, как рука человека, но она была словно из плоти!!!
  - Да, это очень странно, - задумчиво произнес Мольфар, - но, насколько мне известно, сны Мардола всегда были мирными и безмятежными. Такие сны вряд ли способны принести какой-то вред. Возможно, настоящей угрозы спокойствию жителей Мардола нет.
  - Ох, Мольфар, - удрученно покачал головой король Теодор. - Если бы! Были! Наши сны были мирными и безмятежными! Но в последнее время людям все чаще снятся сны тяжелые, мрачные... Нам снятся кошмары, любезный Мольфар. И чем дальше, тем чаще кошмарные сны приходят к жителям Мордола. Это все очень-очень плохо.
  Король угрюмо посмотрел в пол, покивал своим мыслям и, окинув своих гостей беспокойным взглядом, сообщил:
  - Именно поэтому я и позвал вас, уважаемые стражи. Чтобы вы помогли нам разобраться в том, что случилось с нашими снами и какая опасность может таиться в происходящем.
  Все стражи, как один, устремили взгляды в сторону Мольфара. Старейшина какое-то время поглаживал длинную белую бороду, глядя перед собой сосредоточенным взглядом. Потом глубоко вздохнул, кашлянул, словно выходя из задумчивости, и посмотрел на короля Теодора.
  - Как глава Ордена Двенадцати Камней, я обещаю, что мы сделаем все возможное, чтобы помочь жителям Мардола, ваше величество.
  Король Теодор всплеснул пухлыми ручками.
  - Чудесно! Я так рад, что могу на вас положиться! - воскликнул он с детской непосредственностью. - В свою очередь обещаю оказать всяческое содействие стражам, любезный Мольфар. Если вам что-то потребуется, обращайтесь прямо ко мне.
  Старейшина улыбнулся и кивнул.
  - Так и сделаю, ваше величество.
  Он окинул взглядом стражей ордена.
  - Пожалуй, стоит начать с небольшого расследования. Думаю, прогулка по городу нам не помешает.
  - Ах, да! - воскликнул вдруг король Теодор и почему-то поморщился, словно съел что-то кислое. - У нас же тут событие одно намечается... На днях в город приезжает известная рок-группа... - Тут король нахмурил брови, словно пытаясь что-то припомнить. - Как, бишь, они называются? Что-то я запамятовал... То ли "Розы Орфея", то ли "Слёзы Орфея"...
  - "Грёзы Орфея"?! - вдруг воскликнула Дрю, и Ростик удивленно заметил, что она вдруг засияла, как электрическая лампочка, и покрылась ярким румянцем. - Ваше Величество, вы хотите сказать, что в Мардол приезжает самая лучшая рок-группа Двенадцати Городов - "Грёзы Орфея"?!
  - Да-да, - согласно кивнул король, - кажется, так. С концертом. В городе просто сумасшествие какое-то по этому поводу. А принимать их мне, между прочим...
  - Невероятно! - захлопала счастливыми глазами Дрю. - Не верю! Таких совпадений не бывает! Мы приехали в Мардол именно тогда, когда "Грёзы Орфея" будут давать здесь концерт!
  - Да это же просто какая-то рок-группа, - неодобрительно косясь на девочку, произнес Ростик. - Чего особенного-то?
  - Чего особенного?! - возмущенно сверкнула в него разноцветными глазами Дрю. - Да что ты понимаешь?! "Грёзы Орфея" это... Ах, да что тебе объяснять!
  Она вдруг осеклась, бросив смущенный взгляд на короля Теодора, который озадаченно моргал, наблюдая за короткой перепалкой двух молодых магов.
  - Они настолько знамениты? - спросил он.
  Дрю твердо кивнула.
  - Очень!
  Король после ее ответа почему-то совсем поник.
  - Надо же, как некстати. Ох-ох-ох...
  - Не волнуйтесь, ваше величество, - сказал Мольфар, словно читая мысли Теодора. - Мы присмотрим за важными гостями, чтобы с ними не случилось никакой беды.
  Король положил пухлую ручку на сердце и облегченно выдохнул.
  - Все-таки я несказанно рад вашему приезду, любезный Мольфар. Прямо гора с плеч...
  В этот момент раскрылись двери тронного зала. Человек, возникший перед стражами, поднял одну бровь.
  - О, - произнес он, и в этом коротком звуке было столько высокомерия, что, даже если бы сейчас перед глазами Ростика была кромешная тьма, по одному только короткому "О" мальчик непременно узнал бы канцлера Грэма. - Господа стражи ордена все-таки оказали нашему скромному городу такую великую любезность и прибыли с визитом.
  Санька тихо заскрипел зубами, и Ростик был с ним солидарен - чванливое поведение канцлера отчего-то вызывало непроизвольное желание стукнуть его чем-нибудь тяжелым.
  - Рад видеть вас в добром здравии, канцлер Грэм, - с непритворным добродушием улыбнулся Мольфар.
  - Гм, - кашлянул канцлер и недовольным тоном добавил: - С чего мне хворать?
  - Мой дорогой племянник был так любезен, что временно оставил свою службу у гелионского правителя, чтобы помочь нам в наших трудностях, - пояснил король Теодор. - Его поддержка для нас неоценима.
  - Да уж, дядюшка, - холодно согласился канцлер. - Вы слишком мягкосердечны для правителя. И это ваше мягкосердечие - причина всех неприятностей Мардола.
  Король Теодор с искренним огорчением покачал головой.
  - Ах, если бы я знал, где недоглядел, я бы тотчас же все исправил! Но я, право, не представляю, что смогло заставить наши сны измениться.
  - Город нужно держать в ежовых рукавицах, - едко сказал канцлер, - чтобы никто не посмел нарушать порядок. А с вашим попустительством, дядюшка, совсем не удивительно, что в конце концов даже сны от рук отбились.
  Король Теодор со страдальческим выражением на лице посмотрел на племянника, но, вместо того чтобы ответить, лишь тяжело вздохнул.
  - Что ж, господа стражи, - с удовлетворенным видом перевел взгляд со своего дяди на гостей канцлер, - мы рассчитываем на вашу помощь, раз уж вы здесь.
  Ростик только покачал головой - канцлер говорил таким тоном, будто делал ордену одолжение, разрешая помочь мардолцам в их проблеме.
  "Не будь я стражем Ордена Двенадцати Камней, - подумал мальчик, - я бы как пить дать стукнул его чем-нибудь тяжелым".
  
  * * *
  
  Во время прогулки по городу Ростику довелось самолично убедиться в том, что приезд в Мардол рок-группы, которой так восхищалась Дрю, для горожан было событием нерядовым.
  Все столбы на улицах города были обклеены огромными афишами, которые сообщали, что через два дня на главной площади Мардола состоится концерт знаменитой рок-группы "Грёзы Орфея". Кроме того, на каждой афише было изображено пятеро молодых ребят, которые что-то пели и играли на гитарах. Ростик не слышал с изображений ни звука, зато, встречая одинаковые афиши буквально на каждом шагу, не мог не подойти к одной из них и не рассмотреть хорошенько, что собой представляют эти "Грёзы Орфея".
  На лица всех участников группы был нанесен броский макияж. Особенно выделялись глаза: густо подведенные черной краской, они делали своих обладателей похожими на гостей с того света. Костюмы музыкантов кому угодно в мире Двенадцати городов могли показаться оригинальными, но только не Ростику, который видел отнюдь не первую рок-группу: кожаные брюки, протертые на коленях джинсы, цепи. Рокерский образ, как положено, дополняли многочисленные татуировки и пирсинг.
  "Н-да, - подумал Ростик, - рокеры во всех мирах - рокеры. И эти от наших совсем не отличаются".
  Так как над головами музыкантов периодически высвечивались имена в виде плавающих надписей, то Ростик довольно быстро разобрался, кто есть кто.
  Барабанщика с ярко-рыжим ирокезом на голове и двумя массивными кольцами в обеих ноздрях звали Арий. Одного из гитаристов с таким же точно ирокезом, только черным, и пирсингом - по три маленьких кольца на каждую бровь - звали Патрик. Бас-гитариста группы: брюнета с длинной копной вьющихся волос, демоническим взглядом зеленых глаз и улыбкой змея-искусителя - звали Тит. У этого Тита и татуировка была соответствующая его образу: длинная змея, обвивающая всю правую руку от плеча до кисти. Другого гитариста, который, судя по наличию перед ним стойки с микрофоном, был еще и бэк-вокалистом, звали Иво. Длинноволосый, сероглазый блондин, Иво отличался редкой улыбчивостью и все время лукаво поглядывал с афиши, как будто над кем-то посмеивался.
  Ростик не совсем понял, что ему там с его афиши показалось таким забавным, поэтому переключил свое внимание на того парня, который стоял в центре группы, наклоняя к себе стойку с микрофоном и держа ее при этом обеими руками. Прямые, до плеч, черные волосы, тонкое овальное лицо, большие голубые глаза с потусторонним взглядом - Ури, как звали вокалиста, чем-то неуловимо отличался от остальных участников группы. В его взгляде был какой-то затягивающий магнетизм и легкая отстраненность. На каждой руке от плеча до кисти у него был вытатуирован ангел. Только это были вовсе не веселые румяные ангелочки, как на старых картинах. На руках Ури, казалось, жили своей собственной жизнью два печальных ангела с опущенными крыльями и глазами, из которых текли тонкими струйками слезы.
  Почему-то Ури вызвал у мальчика странное беспокойство - как будто, глядя на него, Ростик непременно должен был что-то понять об этом голосе "Грёз Орфея", но никак не мог. Возможно, он поймет, когда услышит этот голос через два дня на концерте?
  - Ты на Ури смотришь? Правда, он очень... необычный? - раздался за спиной Ростика елейный голосок.
  Обернувшись, Ростик увидел Дрю, которая каким-то глуповатым взглядом пялилась на афишу. Да и вообще, она выглядела так, будто была немного не в себе.
  Ростик взволнованно нахмурился.
  - Э-э-э... Дрю, ты себя хорошо чувствуешь?
  - Что? - вздрогнула девочка, подняв на него взгляд.
  - Я спрашиваю, ты в порядке?
  Настала очередь нахмуриться Дрю.
  - Да. А почему я должна быть не в порядке?
  Ростик немного растерялся.
  - Ну, не знаю... У тебя взгляд сейчас такой был...
  - Какой "такой" взгляд?
  - Ну...
  Ростик подумал, что Дрю пару секунд назад выглядела как человек, которому на голову упало что-то тяжелое, и он в одночасье сделался идиотом. Однако мальчик тут же решил, что этого говорить, пожалуй, не стоит.
  - Проехали, - покачал головой он.
  Дрю раздраженно пожала плечами.
  - Так что ты там говорила? - пытаясь припомнить начало разговора, спросил Ростик.
  Дрю со вздохом посмотрела на афишу и, не глядя на Ростика, отрешенным голосом протянула:
  - Проехали.
  Компанию в прогулке по городу Ростику и Дрю составили Санька и Решка. Вчетвером они бродили по улицам, глазея по сторонам, как туристы. По большому счету, не кем иным Ростик себя и не ощущал. Отправляя их в город, Мольфар сказал, что для начала, чтобы разобраться в том, что происходит со снами мардолцев, нужно провести расследование. Но Ростик плохо представлял, как его проводить. Глядя на лица Дрю и Саньки, он сделал вывод, что они знают об этом не больше него. Решка же вообще всю дорогу только и делал, что зевал.
  На деньги, оставшиеся с тех, что дал им Арни, ребята накупили мороженого и других сладостей, после чего устроились на каменном бордюре фонтана. Пока Дрю кормила голубей, рассыпая вокруг себя кукурузные хлопья, Решка продолжал зевать, а Санька сосредоточенно лопал тающее на солнце мороженое. Ростик же, лениво бросая в рот хрустящие сладкие палочки, смотрел по сторонам, не зная, чем еще себя занять.
  На углу одного из многочисленных магазинов он заметил чистильщика обуви. В этот самый момент его клиент - похожий на угря худосочный господин с длинными и скользкими на вид волосами - поднял трость и, размахнувшись, ударил ею чистильщика обуви. Тот вжал голову в плечи и испуганно уставился на своего клиента снизу вверх.
  - И это, по-твоему, называется "натереть обувь до блеска"?! - кричал на всю улицу "угорь". - Вот за эту халтуру я должен платить тебе деньги, бездельник?!
  - Но господин, - попробовал замолвить за себя слово чистильщик обуви.
  - Ты еще и спорить со мной надумал?! - взорвался "угорь". - Да ты просто наглец, гарпия тебя разорви!
  Чистильщик обуви горестно вздохнул, очевидно, как и Ростик, догадавшись, что его работа останется без оплаты.
  "Угорь" тем временем, с недовольным ворчанием рассматривая свои ботинки, повернулся спиной к чистильщику обуви, отошел в сторону и чуть не налетел на один из столбов, где красовалась точно такая же афиша "Грёз Орфея", какую совсем недавно рассматривал Ростик.
  Охнув от неожиданности, "угорь" тут же раздраженно нахмурился, и довольно громко с негодованием в голосе произнес:
  - Какой черт несет этих бездельников в наш город, когда у нас и своих хватает?! - Он презрительно оглядел всех, кто был изображен на плакате. - И до чего же непозволительный у них внешний вид, стаю гарпий на их головы!
  С этими словами он выпрямил плечи и с видом, исполненным достоинства, направился прочь, важно постукивая тростью о булыжную мостовую.
  - Какой напыщенный, - глядя ему вслед, неодобрительно нахмурилась Дрю.
  Ростик бросил на нее косой взгляд:
  "Чья бы корова мычала... Ты себя-то хоть раз в зеркале видела?"
  Но вслух, конечно же, ничего не сказал.
  - Это королевский казначей, - вдруг сказал Решка.
  "По-нашему, министр финансов, значит", - подумал про себя Ростик.
  - Откуда знаешь? - спросил его Санька.
  - Видел его сегодня во дворце, - ответил Решка. - Совершенно случайно услышал, как слуги шептались у него за спиной, что, мол, казначей приворовывает из казны, а король, наивный человек, ничего не замечает.
  - Случайно слышал, да? - подозрительно зыркнула на него Дрю.
  - Шпионил, - уверенно заявил Санька.
  - Разведывал, - поправил его Решка, нахмурившись с оскорбленным видом. - Мольфар сказал, надо расследовать - вот я и расследую. Это вы без толку по городу шатаетесь. Бесполезные люди.
   - Эй, это кто тут бесполезный?! - разъярился Санька.
  В другой раз Ростик бы поддержал приятеля, но сейчас спорить на эту тему ему было неохота. Всю дорогу из Фаталунии в Мардол он думал о словах, которые сказал ему Мольфар.
  "Ты - тенеуст, Ростик. Иначе говоря - Заклинатель Теней. Это значит, что ты можешь повелевать тенями. А одна из возможностей этого дара - открывать коридор теней между мирами".
  Пока что он не знал, радоваться этому известию или нет. Конечно, хорошо, что он может в любой момент открыть коридор теней между мирами и благодаря этому свободно путешествовать из своего мира в мир Двенадцати городов. Однако эта способность полезна только для него самого.
  Вот, к примеру, сейчас: сны Мардола оживали и, со слов короля Теодора, могли представлять опасность для жителей города. Его величество попросил стражей помочь, но что конкретно он, Ростик, способен сделать? Как он может применить свой внезапно открывшийся дар тенеуста, чтобы помочь мардолцам?
  Ростик не находил ответа, поэтому чувствовал себя именно так, как сказал Решка - бесполезным человеком. Ведь он, по большому счету, оставался все тем же несведущим в магии мальчишкой, который пришел в мир Двенадцати городов впервые несколько месяцев назад. Ростик до сих пор владел только одним заклинанием - призывающим огонь. Больше он ничему так и не научился.
  - Эй, Ростька! - услышал он Санькин окрик и моментально вышел из задумчивости.
  Ребята стояли в нескольких шагах от него - он даже не заметил, когда они поднялись с бордюра фонтана.
  - Ты чего в облаках витаешь? - спросил Санька. - Возвращаемся во дворец. Толку от этой прогулки никакого. Идешь?
  Ростик кивнул, встал и последовал за друзьями. На углу, где пересекались две улицы, мальчик остановился и обернулся вслед проходящему мимо мужчине, который вел за руку маленького ребенка. Малыш канючил, и отец, чтобы успокоить сына, подхватил его под руки и усадил себе на плечи. Ребенок тут же перестал ныть и рассмеялся.
  Эта сцена вынудила Ростика вспомнить о собственном отце. В прошлый раз, когда Ростик находился в мире Двенадцати городов, отец был в командировке, поэтому так и не узнал, что сын не появлялся дома целую неделю. Но сейчас никакой командировки не было, и отец, конечно, уже должен быть заметить, что его сын пропал. Хотя Ростик и не был уверен в том, сколько времени сейчас прошло в мире За-Гранью-Теней после его перехода в мир Двенадцати городов, но предполагал, что, как минимум, одна ночь наверняка миновала. Переживает ли его отец из-за того, что Ростик не ночевал дома?
  Со вздохом мальчик отвел взгляд от счастливой картины и нахмурился. Почему он вообще об этом думает? После смерти мамы отец ему ни одного доброго слова не сказал, был холодным и равнодушным. Возможно, он даже обрадуется, если Ростик вообще никогда больше не вернется домой.
  "Не буду об этом думать, - твердо сказал он себе. - Не хочу".
  Он снова посмотрел вслед прохожему с ребенком и отстраненно подумал:
  "Может быть, эти двое даже не настоящие живые люди, а чей-то сон. - И тут же задался вопросом: - Как вообще мардолцы распознают свои сновидения?".
  Памятуя разговор двух женщин, который он услышал по приезде в Мардол, Ростик был уверен, что для жителей города узнавать свои сны, насколько бы настоящими они ни казались, - пустяковое дело.
  Мальчик уже собирался догнать друзей, которые, не заметив его заминки, успели уйти далеко вперед, но вместо этого застыл на месте, словно его парализовало. В эту самую секунду прямо перед собой он увидел нечто совершенно неправдоподобное.
  Из ближайшей к нему подворотни появилось странное существо. Оно передвигалось широким пружинистым шагом на длинных страусовых ногах. Однако перед мальчиком, вне всяких сомнений, была не птица - сморщенное тело и почти лысая, с пучками седых волос над ушами голова определенно принадлежали человеку. На старческом лице отсутствовал нос, и Ростик почему-то удивился этому сильнее, чем страусовым ногам. Если не считать коротенькой распахнутой безрукавки, существо было абсолютно голым.
  Ростику не стоило большого труда догадаться, что перед ним сновидение. Время близилось к вечеру, а значит, некоторые горожане вполне могли уже лечь спать и видеть сны. Не успел Ростик подумать об этом, как произошло нечто такое, что заставило его задрожать мелкой дрожью, несмотря на летнюю жару.
  Странное существо, не замедляя своего бега, внезапно повернуло голову, и с безносого лица прямо на Ростика глянули маленькие злобные глазки. Почувствовав, как на затылке зашевелились волосы, мальчик непроизвольно задержал дыхание. Старик со страусовыми ногами словно почувствовал, что Ростик смотрит на него, и ответил враждебным взглядом на внимание мальчика. Но разве сновидение может почувствовать, что на него смотрят?!
  "Сны перестают быть только безобидными видениями. Они обретают что-то вроде плоти, и самое ужасное - они начинают интересоваться нами!", - живо вспомнились ему слова короля Теодора.
  Ростик не мог пошевелиться. Все его тело словно налилось свинцом. Это существо с безносым лицом и крохотными бусинами глаз, из которых прямо на Ростика смотрела полная злобы тьма, не имело ничего общего с давешним сновидением - горожанином с собакой. Никаких сомнений: кому бы оно сейчас ни снилось, это был дурной сон.
  Словно утратив интерес к любопытному ребенку, существо с безносым лицом отвернулось и пружинистым шагом продолжило свой путь по улице. Ростик хотел облегченно выдохнуть, но воздух как будто застрял в легких. Мальчик пристально смотрел вслед удаляющемуся сновидению и внезапно заметил странную вещь - спина и страусовые ноги существа странно подрагивали и расплывались, как...
  "Как мираж!" - мысленно догадался Ростик.
  Выходит, вот как мардолцы отличают порождения своих снов от реальности?! Стоит только присмотреться повнимательнее, как сразу же замечаешь - перед тобой не живое существо, а сновидение!
  Как только эта мысль прозвучала в сознании Ростика, из его груди вырвался долгий и громкий выдох. От испытанного напряжения он едва не сел на землю.
  - Жуткий старик с жутким взглядом, - прохрипел он вслух, пытаясь привести в порядок дыхание.
  Мардол больше не казался Ростику похожим на солнечный и жизнерадостный Гелион. Словно бы кто-то одернул яркую ширму, а за ней вдруг обнаружилась темная подворотня, где в каждой тени таились злобные твари, только и ждущие момента, чтобы напасть на него и утащить в темноту.
  Где-то рядом раздалось воронье карканье, и напуганному Ростику оно показалось предзнаменованием плохих событий.
  
  * * *
  
  Вечером в своей комнате Ростик забрался с ногами на широкий подоконник. Поскольку дворец был построен в форме подковы, то из каждого окна хорошо просматривалась любая его часть. Например, сейчас Ростик из своего окна смотрел на высокую башню, которая именовалась Королевской, поскольку внутри этой башни находились покои его величества короля Теодора. Она была расположена в центральной части дворца и значительно возвышалась над остальными башнями.
  Интересно, что сейчас снится его величеству, подумал Ростик. Узнают ли мардолцы сны своего короля так же хорошо, как узнают сны казначея, в чем он мог убедиться еще по приезде в город? По всей вероятности, именно так дела и обстояли. А еще Ростик вдруг задумался, как бы он стал относиться к другим стражам, к другу Лешке и даже к своему отцу, если бы мог видеть, что им снится. Но для этого ему, наверное, пришлось бы довольно долго прожить вместе со всеми ними в Мардоле, потому что сейчас, даже если бы Ростик опять увидел живое сновидение, он бы все равно ни за что бы не угадал, чей перед ним сон.
  Какое-то движение в вышине привлекло внимание Ростика. Закинув голову, он заметил летящий по небу фонарь. Крылатые фонари уже давно не удивляли Ростика, но все же этот был странным - под стать городу снов. Крылья, созданные из стекла, теряли свои очертания на фоне ночного неба, и, казалось, что прозрачный плафон с огоньком внутри движется по небу сам по себе. И только в те моменты, когда на стеклянные крылья попадали блики света, по обеим сторонам фонаря возникал их размытый абрис - и тотчас исчезал, словно мираж.
  Чувствуя, что начинает клевать носом, Ростик часто поморгал.
  "Спать, - сказал он себе, слезая на пол. - Будет совсем не весело - заснуть сидя на подоконнике открытого окна и упасть вниз".
  Отодвинув полог, Ростик забрался на кровать и, уткнувшись лицом в мягкие подушки, моментально уснул.
  
  
  Глава 5
  УПРАВИТЕЛЬ СНОВ
  
  Ростик проснулся от стука в дверь. Сквозь полусонное состояние он слышал какой-то голос, но лишь с заминкой догадался, что мардолские слуги созывали гостей дворца к завтраку.
  Заставив себя раскрыть глаза, мальчик привстал на постели - лучи утреннего солнца пробивались сквозь полог. Ростик зевнул и вспомнил, что этой ночью ему снились странные сны. Через его комнату, пользуясь стенами, как дверями, туда-сюда бродили какие-то люди и существа. Среди прочих, Ростик хорошо запомнил господина в черном фраке и с рыбьей головой. Сквозь щель в пологе мальчик во сне наблюдал, как человек-рыба, постукивая тросточкой, прошел мимо его кровати.
  Ростик озадаченно поморгал. А если это ему вовсе не приснилось? Разве не может быть такого, что, просыпаясь ночью, он видел гуляющие по дворцу сновидения?
  Кажется, один раз сквозь сон он даже пробормотал что-то вроде: "Проходной двор какой-то. Убирайтесь из моей комнаты!". Это было после того, как мимо его кровати прошествовали строем четыре канцлера Грэма. Причем, несмотря на то, что все четверо были безголовыми, Ростик, как часто это случается во сне, все равно не сомневался, что перед ним не кто-нибудь, а именно канцлеры Грэмы.
  - Может, мне все-таки это приснилось? - озадаченно промямлил он сонным голосом.
  Услышав шум со двора, Ростик, потирая слипающиеся веки, слез с кровати и выглянул в окно. Несколько мардолских слуг прикрепляли над парадным входом во дворец длинное белое полотно с большой надписью. Мальчик прочел:
  
  ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В МАРДОЛ, "СЛЁЗЫ ОРФЕЯ"!
  
  Ростик какое-то время недоуменно моргал. Потом, наконец, догадавшись, что мардолские слуги допустили ошибку в названии рок-группы, написав "слёзы" вместо "грёзы", прыснул со смеху.
  - "Слёзы Орфея"... Ой, не могу... Умереть не встать... - И, простонав сквозь смех, заключил: - Кажется, теперь я точно проснулся.
  Спустившись к завтраку, Ростик еще с лестницы увидел возле дверей обеденного зала Мольфара в компании какого-то незнакомого человека. Чуть поодаль от них стоял, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди, Арни. Со стороны он казался скучающим, но Ростик почему-то не сомневался, что Лис прислушивается к разговору.
  Незнакомец, с которым беседовал Старейшина, выглядел, без преувеличений, необычно. Он был высок и худ. Его волосы серебристой волной падали на спину, как у Мольфара, хотя, Ростик мог поклясться, что, в отличие от седин старого мага, таков был их природный цвет. Из-под длинной черной мантии выглядывал изумрудный атлас. Но самым странным было то, что лицо незнакомца полностью закрывала маска из темного бархата.
  Когда Ростик подошел ближе, до него донесся обрывок разговора:
  - Я готов оказать вам любую помощь, глава ордена, - раздался приглушенный голос, низкий и хриплый, и Ростик не сразу понял, что исходил он из-за маски. - Таков был приказ его величества, а я всегда следую приказам короля.
  - Благодарю вас, любезный Управитель Снов, - вежливым кивком головы ответил Мольфар. - Буду знать, что могу рассчитывать на вас.
  Старейшина склонил голову набок.
  - Вы присоединитесь к нам за завтраком?
  Сребровласый бросил взгляд на двери обеденного зала, и Ростик сразу догадался, каким будет ответ. В черной маске из бархата имелось только две узкие прорези для глаз. Это означало, что, не сняв маску, этот человек не сможет ничего съесть. С другой стороны, зачем носить маску, если приходится снимать ее при всех за обеденным столом?
  - Вынужден отказаться, - ожидаемо прозвучало из-за маски. - Примите мои извинения, но я предпочитаю уединенную трапезу.
  Мольфар спокойно улыбнулся, и Ростик сразу понял, что старый маг тоже предвидел такой ответ. Сребровласый, не сказав больше ни слова, откланялся. Наблюдая, как он удаляется по коридору, Ростик подумал, что еще не встречал в мире Двенадцати городов столь загадочного человека. Мальчик даже не сумел бы определить, сколько ему лет, потому что и взгляд темных глаз в прорезях маски, и низкий с хрипотцой голос одинаково могли принадлежать, как молодому мужчине, так и глубокому старику.
  В этот момент, повернувшись, Мольфар заметил Ростика и с улыбкой кивнул ему:
  - Доброе утро, Ростик.
  - Доброе утро, - машинально отозвался мальчик.
  Старый маг исчез за дверями обеденного зала, а Ростик подошел к Арни. Заметил, что Лис все еще провожает взглядом сребровласого, и спросил:
  - Кто он?
  - Разве ты не слышал? - не отводя взгляда от удаляющейся фигуры, произнес Лис. - Это был Управитель Снов.
  Ростик посмотрел в том же направлении - черная мантия сребровласого скользила по каменному полу дворцового коридора и издавала тихое шипение, словно змея.
  - Можно подумать, я понимаю, что это значит, - обиделся он на Арни.
  Лис наконец повернулся к нему и с улыбкой потрепал по голове.
  - Не дуйся, салага. Не подобает стражу Ордена Двенадцати Камней дуться, как обычному ребенку.
  Солнечный луч сквозь разноцветные стекла ближайшего к ним окна скользнул по лицу Арни, и Ростик впервые обратил внимание, что глаза его были такими же рыжими, как и волосы.
  - Я не ребенок, - хмуро проворчал мальчик.
  Арни хитро прищурился.
  - Серьезно? - И хмыкнув, добавил: - А давай проверим? После завтрака у меня будет к тебе разговор.
  С этими словами, усмехнувшись и еще раз взъерошив волосы Ростика, он исчез за дверями обеденного зала, как за минуту до него Мольфар.
  Ростик тихонько прорычал, глядя ему вслед, и пригладил встопорщенные волосы.
  - Ну и что он задумал?
  Со вздохом мальчик повернулся к ближайшему окну. С витража на него без выражения глянула большая синяя птица, похожая на павлина. Ростик отвернулся и направился в обеденный зал.
  За столом, кроме стражей и короля, присутствовали также канцлер Грэм и королевский казначей, которого Ростик вчера уже видел во время прогулки по городу. Последние двое сидели рядом и обменивались холодными фразами, между делом орудуя ножом и вилкой.
  С аппетитом отправляя в рот мясо, щедро политое соусом, Ростик обвел взглядом остальных. Мольфар о чем-то переговаривался с королем Теодором. Арни, как всегда, подшучивал над Анчуткой. Дрю и Санька тихонько спорили о том, каким должен быть соус для телятины. Девочка утверждала, что сладким, а Бамбур злился, и доказывал, что к мясу подходит только острая приправа. Фиалка пару раз пыталась вмешаться в их спор, примирительно утверждая, что соус для мяса может быть и сладковато-острым, но ребята ее не слушали, и девушка махнула на них рукой. Мераби и Михей ели молча, как и Решка, который постоянно брал себе добавки и ел за десятерых.
  Орландо, как всегда за обеденным столом не было - мальчик даже не удивился, обнаружив его сидящим на подоконнике. Рубеал держал в одной руке большой золотой кубок, время от времени поднося ко рту другую руку с куском пирога, и смотрел в окно, нимало не интересуясь трапезой остальных.
  Наконец взгляд Ростика остановился на черной фигуре наследника Казантипа. Изумрудные глаза тотчас посмотрели на мальчика, словно Невер почувствовал, что на него смотрят. Его рука с кубком остановилась на полпути и опустилась. Вопреки ожиданию, наследник Казантипа сейчас смотрел на Ростика без обычной неприязни, скорее изучающе.
  "Наверное, пытается понять, как невежда, вроде меня, умудрился оказаться тенеустом, - недовольно подумал Ростик и, неожиданно для самого себя, тяжело вздохнул: - Я бы и сам хотел это знать. Заявили мне, что я тенеуст, и никто не сказал, что теперь с этим делать".
  До Ростика долетел обрывок разговора канцлера Грэма и казначея. Мальчик прислушался.
  - Как поживает королевская казна, любезный казначей? - по обыкновению едким голосом спросил канцлер, отправляя в рот кусок телятины.
  - Увы, казна не так полна, как хотелось бы, наследник Грэм, - отозвался казначей.
  Ростик впервые слышал, чтобы к канцлеру обращались подобным образом. Это напомнило ему, что здесь, в Мардоле, этот человек был не высокопоставленным придворным, как при дворе короля Алекса, а единственным наследником короны, поскольку его величество Теодор не имел ни сыновей, ни дочерей.
  - Поведайте мне, уважаемый казначей, - натянуто поинтересовался канцлер, - что же мешает нашей казне наполняться?
  Казначей положил в рот тушеную морковь, тщательно, неторопливо пережевывал около минуты, и только после того, как канцлер произнес раздраженное "Гм-м!", проглотил и ответил:
  - С позволения сказать, причина бедственного положения королевской казны - щедрость вашего дядюшки. Следуя королевскому указу, казначейство постоянно оказывает помощь бедным и больным горожанам. Его величество обладает поистине ангельской добротой. - Угорь-казначей притворно смахнул несуществующую слезу умиления.
  Прожевав еще один кусок телятины, канцлер, не глядя на собеседника, произнес ехиднее обычного:
  - Хотелось бы мне по душам побеседовать с тем горожанином, чье крайне бедственное положение требует наибольших пожертвований из королевской казны.
  Ростик едва не прыснул, вспомнив, какие слухи ходили о казначее. Похоже, разговоры о том, что глава казначейства обкрадывает казну, дошли и до ушей канцлера.
  - Вы говорите загадками, наследник Грэм, - невозмутимо произнес казначей, с умиротворенным лицом кушая морковку, словно любимое лакомство.
  Канцлер произнес еще одно многозначительное "Гм-м", по которому легко можно было понять, что он еще много чего мог бы сказать казначею прямо сейчас, но предпочитает промолчать, руководствуясь принципом "всему свое время". Ростик же в свою очередь подивился, как хорошо мардолский казначей мог притворяться. Сейчас он выглядел невозмутимым и даже равнодушным, а вчера в городе, не сдерживая гнева и недовольства, призывал всем на головы стаи гарпий.
  Из обеденного зала Ростик выходил последним. В коридоре мальчика уже поджидал Лис. Когда все разбрелись по своим делам, и коридор опустел, Арни сделал Ростику знак следовать за ним. Завернув за ближайший угол, они оказались в небольшом закутке в стороне от лестниц и коридоров. Убедившись, что здесь их никто не подслушает, с ухмылкой завзятого проныры Арни сказал:
  - У меня есть к тебе предложение, приятель.
  Ростик посмотрел на него, подозрительно нахмурившись.
  - Какое еще предложение?
  - Не напрягайся ты так, - похлопал его по плечу Лис. - Хочу попросить тебя составить мне компанию сегодня ночью.
  - Ночью? - невольно заинтересовался Ростик. - И что ты собираешься делать в такое время?
  Арни бросил взгляд через плечо, словно желая убедиться, что рядом нет посторонних ушей, и, подавшись вперед, тихо сказал:
  - Я хочу проследить за Управителем Снов.
  - За этим странным типом в маске? - удивился Ростик. - Зачем? И кто он такой, между прочим? Что значит - Управитель Снов? Разве можно управлять снами?
  Арни потер указательным пальцем подбородок и лениво прислонился плечом к стене.
  - Ну как тебе сказать... Если сны вот так свободно шастают по улицам, когда им вздумается, может случиться всякое. А значит, необходим кто-то, способный с ними обращаться.
  - С кем? - запутался Ростик.
  - Со снами, дурачина, - беззлобно обругал его Арни. - Как тенеусты умеют заклинать тени, так существуют маги, имеющие связь со снами. На самом деле их способности влиять на сны могут быть разными, а Управитель Снов - это всего лишь должность, созданная специально для мардолского мага. Каким образом наш королевский маг управляет снами Мардола, я не в курсе. Расспрашивал сегодня дворцовых слуг, но ничего не узнал. Похоже, это держится в секрете... Хотя, мне кажется, я догадываюсь, но не прочь выяснить наверняка.
  - Для этого ты хочешь проследить за ним? - озадачился Ростик. - А разве это так важно?
  - Какой же ты тугодум, приятель, - цыкнул Арни. - Ну пораскинь мозгами. Сновидения в Мардоле способны покидать границы человеческого сознания, и в целом городе есть только один человек, о котором наверняка известно, что он имеет на них какое-то влияние, - Управитель Снов. А теперь по какой-то причине сны вышли из-под контроля. Разве не логично предположить, что именно он за это в ответе?
  Ростик нахмурился.
  - Это, конечно, логично, но...
  - Ну вот поэтому я и хочу немного за ним понаблюдать, - сказал Арни.
  - А почему ты зовешь с собой меня? - спросил Ростик. - От любого другого стража в ордене пользы будет намного больше.
  Лис в первый момент озадаченно вскинул брови и хмыкнул.
  - Скромность, конечно, украшает, - лукаво улыбнулся Лис, - но после того, как выяснилось, что ты тенеуст, я бы предпочел держать тебя поблизости.
  Ростик недовольно сжал рот.
  - Не знаю, зачем тебе это нужно, но... я в любом случае представления не имею, что такое быть тенеустом.
  - Не беда, - подбодрил его Арни. - Со временем все узнаешь.
  - Но пока что я бесполезен, - нахмурился Ростик, отводя взгляд.
  - В таком случае, считай, что я проявляю о тебе заботу, - сказал Арни.
  - В каком смысле? - удивился Ростик.
  - Если хочешь стать настоящим стражем ордена, то для начала ты должен как можно больше узнать о магии. Поэтому, если увидишь этой ночью что-то интересное, тебе это только пойдет на пользу. Еще вопросы будут?
  Ростик отрицательно качнул головой, соглашаясь с доводами Арни.
  - Значит, заметано, - улыбнулся Лис. - Сегодня нас ждет небольшое приключение.
  
  * * *
  
  После завтрака Ростик целый час без дела слонялся по дворцу. Саньки не было в его комнате, а искать другой компании мальчик не стал.
  Интересно, чем сейчас заняты старшие стражи ордена: Мольфар, Невер, Мераби с Михеем и остальные? Хотелось бы ему знать, Арни решил проследить за Управителем Сном по собственной инициативе, или это было указание Старейшины?
  Странно, но Ростик только сейчас впервые подумал: а можно ли назвать Орден Двенадцати Камней сплоченным? Раньше ему не приходило подобное в голову, но теперь казалось, что в ордене присутствует едва видимая для глаза разобщенность. Честно говоря, Ростик и сам толком не понимал, чем вызваны такие мысли.
  Проходя по пустому коридору дворца, мальчик вдруг краем глаза уловил какое-то движение и подошел к ближайшему окну.
  В открытые ворота въезжала большая серебристо-черная карета. Двое вороных коней, клацая серебряными подковами по мощеному двору королевского дворца, миновали ворота и остановились перед широкой лестницей Мардолского дворца.
  Открылись дверцы с обеих сторон кареты, и на каменную брусчатку почти одновременно спрыгнули двое парней. Один из них - длинноволосый блондин - обошел карету и широко улыбнулся другому - худому, высокому парню с черным ирокезом на голове, - после чего бросил взгляд на дворец.
  Пока он изучал великолепие королевской резиденции Мардола, Ростик вспоминал лица на афише "Грёз Орфея". Без особого труда ему удалось опознать в ребятах гитаристов рок-группы: светловолосого Иво и обладателя черного ирокеза - Патрика.
  Ростик стоял возле раскрытого настежь окна, поэтому голоса со двора были хорошо слышны.
  - Посмотри-ка, Патрик, нас здесь встречают! - улыбаясь открытой солнечной улыбкой, сказал Иво, кивнув в сторону лестницы. - Трогательно до слез.
  Мальчик припомнил, что на полотне над главным входом во дворец вместо "Грёзы Орфея" красовалась надпись "Слёзы Орфея", и отметил, что у Иво определенно было чувство юмора. Это же заметил и Патрик, который даже зажмурился от беззвучного смеха.
  В этот момент из кареты вышел высокий длинноволосый брюнет, в котором Ростик легко опознал Тита. Откинув с лица вьющиеся волосы, он глянул на плакат прищуренным насмешливым взглядом зеленых глаз и весело хмыкнул:
  - Н-да уж... Так трогательно, что на слезу и правда пробивает, - он по очереди посмотрел на Иво и Патрика и как ни в чем не бывало предложил: - Всплакнем?
  Иво от души рассмеялся непринужденным заразительным смехом.
  Судя по всему, ребята не страдали звездной болезнью и не обиделись на то, что мардолские придворные неправильно написали название их группы.
  - А они ничего - веселые, - раздался над головой Ростика женский голос и, обернувшись, он увидел стоящую рядом Фиалку, с интересом и улыбкой выглядывающую в окно. Ростик подумал, что улыбку у нее на лице, видимо, вызвал заразительный смех Иво.
  Вдвоем они наблюдали, как дворцовые слуги извлекли из кареты огромных размеров черный сундук, увешанный тяжелыми цепями и с большим серебряным черепом на фоне скрещенных костей на крышке. Пока Ростик недоумевал, как такой громоздкий сундук мог вместиться в карете, и что может храниться там, внутри, навстречу гостям вышел его величество король Теодор - лично поприветствовать именитых рок-звезд.
  По-видимому, это было традицией, как и обязанность принимать самых важных гостей в королевском дворце. Но Ростик уже давно прекрасно понял, что это была традиция не столько Мардола, сколько мира Двенадцати городов в целом. Так было в Гелионе, где стражей ордена принимал в своем дворце король Алекс. Так было в Фаталунии, где Дориан, будучи тогда еще принцем, прислал за важными гостями своего придворного с тем, чтобы передать приглашение остановиться в его резиденции. Мардол в этом отношении всего лишь не был исключением.
  - Какие гости! - послышался со двора голос короля Теодора. - Очень-очень рад приветствовать столь знаменитых музыкантов в нашем гостеприимном городе!
  - Знакомая песня, - тихо хихикнула Фиалка.
  Ростик тоже усмехнулся, продолжая наблюдать из окна за только что прибывшими музыкантами.
  В этот момент из кареты появился парень с ярко-рыжим ирокезом на голове и довольно угрюмым лицом. Это, конечно, был Арий - ударник группы. Он присоединился к остальным ребятам, которым по очереди пожимал руки король. Ростик заметил, как, подняв глаза на рыжий ирокез Ария, его величество на мгновение потерял дар речи. Видимо, подобные прически ему приходилось видеть не часто. Однако король Теодор быстро пришел в себя и, приветливо улыбнувшись, пожал Арию руку. Тот ухмыльнулся в ответ краем рта. Несмотря на то, что эта улыбка была, по сути, вполне дружелюбной, у Ария, благодаря природной угрюмости его лица, она вышла немного жутковатой, что не ускользнуло от внимания его величества.
  - Э-э-э, - протянул тот, с заметным усилием воли заставив себя не одернуть руку, и пробормотал с по-прежнему радушной, но уже не столь непринужденной улыбкой: - Добро пожаловать, добро пожаловать...
  Видимо, его величеству юноша, увешанный цепями, обтянутый в кожу, с рыжим ирокезом на голове и улыбкой настоящего головореза, казался дикарем из какого-нибудь жуткого племени людоедов.
  Ростику было забавно наблюдать за терзаниями его величества, но в этот момент его взгляд привлекло движение возле кареты - с подножки только что сошел на землю последний гость.
  Молодой юноша с прямыми черными волосами, обрамляющими тонкое овальное лицо, и небесно-голубыми глазами, осмотрелся вокруг. Он засунул руки в карманы узких джинсов с низким поясом, украшенным широким металлическим ремнем, и, не обращая внимания на короля, приветствующего других участников группы, поднял глаза на дворец. Его взгляд безошибочно выхватил из огромного количества окон одно - откуда за гостями наблюдали Ростик с Фиалкой.
  Ростик удивленно вздрогнул, будто его застали за подглядыванием.
  - Ури, - сказала над его головой Фиалка.
  В этом не было никакой необходимости, потому что Ростик узнал его сразу, как будто он сошел прямо с одной из афиш "Грёз Орфея" - тот же загадочный, потусторонний взгляд, то же отстраненное выражение на лице. На нем была черная майка без рукавов и кожаная жилетка. На оголенных руках Ростик увидел двух вытатуированных ангелов, и у него вдруг возникло странное ощущение, что эти ангелы совсем не выглядят как нечто чужеродное - они были словно единым целым с кожей Ури, как будто на его руках им было самое место.
  В этот момент вокалиста "Грёз Орфея" заметил и король Теодор. Его величество двумя руками пожал протянутую ему ладонь с длинными пальцами - утонченную кисть прирожденного музыканта.
  - Очень рад! Очень рад! - не уставал повторять король. - Мы все ужасно рады, что вы решили дать концерт в нашем городе. Вы даже не представляете как много здесь ваших почитателей! Но, однако же, прошу вас во дворец, дорогие гости! Вам приготовили самые лучшие покои...
  Король первым стал подниматься по лестнице, и Ростик услышал, как идущий позади Тит, склонившись к Иво, который шел рядом с ним, проронил:
  - Ну уж о чем о чем, а о покое они могут не беспокоиться. Пока мы будем тут гостить, эти покои успеют забыть, что такое покой.
  Иво снова засмеялся своим открытым заразительным смехом, так что Ростик с Фиалкой невольно поддались влиянию этого смеха и улыбнулись. Но когда музыканты скрылись во дворце, Фиалка перестала улыбаться и задумчиво посмотрела на Ростика. Поколебавшись секунду, она спросила:
  - Тебе тоже показалось, что в Ури есть что-то... странное?
  Ростик пожал плечами. Он не ответил, но про себя подумал, что ему это показалось еще тогда, когда он разглядывал Ури на афише одного из городских столбов. А теперь, когда он увидел этого юношу воочию... Да, в нем действительно было что-то необычное, но понять, откуда у него такое ощущение, Ростик не мог.
  
  * * *
  
  Не успели музыканты приехать в Мардол, как город уже стоял на ушах. За воротами дворца толпились горожане, в основном молодежь. Многие из них были одеты в футболки с изображениями музыкантов, а иногда - с короткими надписями, в которых между словами "Я" и "Ури" красовались малиновые сердечки.
  Ближе к обеду стало известно, что в королевском дворце устраивается специальная вечеринка с участием музыкантов "Грёз Орфея". Организаторами этого события были придворные дамы, по-видимому, большие поклонницы группы. Король Теодор благосклонно относился к тому, что его резиденцию используют в подобных целях, а вот канцлер Грэм рвал и метал. Стражи ордена не раз слышали, как он вслух ругался, что королевский дворец превращают в балаган, воздерживаясь, впрочем, от прямых упреков своему дядюшке.
  Что касаемо стражей, то все они, в полном составе, получили приглашения присутствовать на вечеринке "Грёз Орфея", поскольку тоже являлись гостями мардолского дворца. В приглашениях не забыли указать время и место проведения.
  Больше всех радовалась Дрю. Она едва не повизгивала от счастья, постоянно повторяя: "Не верю, что смогу так близко увидеть Ури-и-и!".
  - Признаюсь честно, всегда терпеть не мог ее заносчивую физиономию, - мрачно поглядывая на девочку, говорил Санька. - Но сейчас я даже начинаю по ней скучать.
  Первое впечатление, когда вечером Ростик в компании Саньки и Дрю вошел в один из самых больших залов дворца, было довольно странным - словно они попали в какое-то подземное царство мертвых.
  На черных воздушных шарах, парящих под потолком, были изображены черепа со скрещенными костями. Разноцветные леденцы на столиках для гостей были вылиты в форме черепов с костями. Стаканы с напитками обхватывали металлические обручи в виде черепов с костями.
  - Склеп какой-то, а не вечеринка, - очумелым голосом пробормотал Санька, не менее очумелым взглядом взирая на все вокруг.
  - А, по-моему, мило, - с оптимизмом в голосе заявила Дрю звенящим от возбуждения голоском.
  Ростик с Санькой, не сговариваясь, повернулись к ней с вытянутыми лицами.
  - А что? - смутившись, спросила Дрю, переводя наивно-непонимающий взгляд с одного на другого. - Разве нет?
  - Нет! - в один голос ответили Санька с Ростиком.
  - Это все даже с натяжкой милым не назовешь, - сказал Ростик и, оглядевшись с любопытством вокруг, добавил: - Хотя прикольно.
  И тут же почувствовал, как теперь уже на него с недоумением покосился Санька.
  - Пойдемте посмотрим - здесь так интересно! - прощебетала Дрю, потянув ребят за собой сквозь толпу приглашенных.
  Следуя за Дрю, Ростик продолжал глазеть по сторонам. Чуть в стороне один из приглашенных фанатов - мальчишка в футболке с логотипом группы, волосами торчком и множеством металлических браслетов на руках - пытался играть на электронной гитаре. Ростик поморщился - звучание его гитары оставляло желать лучшего. Другие гости либо обходили его стороной, либо тихонько посмеивались.
  Отвернувшись от горе-музыканта, Ростик обратил внимание на галерею картин слева от себя. Это были древние портреты, по всей видимости, многих и многих поколений прародителей короля Теодора. Присмотревшись к их лицам, Ростик моментально понял, что, в отличие от Дрю, они вовсе не считают царящий в зале бедлам милым.
  Старый король с полными щеками и тонкими губами, напоминающий его величество Теодора, хмурился и разъяренно косил глазами во всех направлениях. Молодая дама с высокой напудренной прической на большом портрете рядом, возмущенно качала головой и даже один раз ахнула, когда с другого конца залы послышался дикий рев, похожий на крик взбесившегося морского котика.
  В этот момент гитара издала такой пронзительный и резкий звук, что одна из прародительниц короля Теодора, старушка-королева в бантах и рюшах, охнула и, трагично вскинув лилейную морщинистую руку, хлопнулась в обморок у себя в картине.
  Ростик взглядом поискал музыкантов "Грёз Орфея".
  Иво, Патрик и Арий держались вместе. Светловолосый гитарист все время смеялся, разговаривая с Патриком, и время от времени поворачивался, чтобы с широкой улыбкой помахать рукой кому-нибудь из окликавших его фанатов. Ури в самом центе зала был окружен толпой девочек. Дрю, заметив его, поначалу просияла, а потом загрустила - можно было и не надеяться пробраться сквозь эту живую стену.
  Ближе всего к троице молодых стражей находился Тит, возле столика с напитками раздающий автографы.
  - Графине Розетке, - отвечала на вопрос Тита "Кому?" юная девушка, с ног до головы обтянутая в кожу и увешанная металлическими украшениями с рокерской символикой.
  Пока Тит размашистым движением руки рисовал автограф фанатке-графине, с другой стороны со щенячьи восторгом во взгляде и фотографией группы в руках к нему подошел тот самый мальчишка, который несколько секунд назад пытался сразить собравшееся общество своей игрой на электрогитаре.
  - Я тоже рокер, - улыбаясь диковатой, безумной и сияющей от счастья улыбкой, сообщил Титу парень. - Начинающий. Меня Тремо зовут.
  Тит хмыкнул.
  - Мои поздравления, - с ухмылкой ответил он, принимая в руки фото, чтобы оставить на нем свой росчерк. Возвращая парню фотографию с автографом, Тит добавил: - Соседям соболезнования.
  Он снял с себя шляпу с белым, словно нарисованным белилами, черепом на тулье и ловко подбросил в воздух.
  - Это вам, фанаты. С любовью от Тита. Большой привет!
  После чего с непринужденной и довольной улыбкой взял со столика бутылку с ядовито-зеленым напитком и поспешил покинуть своих поклонников, которые в этот самый момент в четыре руки поймали упавшую вниз шляпу.
  - Эй, это он подарил мне! - пытаясь вырвать головной убор Тита из цепких рук юной графини, недоброжелательно пробурчал начинающий рокер Тремо.
  - С какой стати - тебе?! - воскликнула девушка, не собираясь уступать. - Кто это сказал?
  Тремо громко засопел.
  - Я сказал! Отдай! Это мое! - начинал свирепеть он.
  - Нахал! Девушкам нужно уступать! - яростно вцепилась в поля шляпы графиня Розетка. - Отпусти! Порвешь, дурак!
  - Сама такая! Ты что, не видишь, что это мужская шляпа? Значит, он дал ее мне!
  - Это дискриминация! - взъярилась, словно дикая кошка, графиня. - Кто сказал, что я не могу носить мужскую шляпу?
  - Дискриминация? - озадаченно переспросил Санька у Ростика, с философской невозмутимостью наблюдая за стычкой графини и рокера-дилетанта и потягивая при этом через трубочку ярко-желтый напиток. - Это что еще такое?
  Ростик пожал плечами.
  - Не знаю.
  Он подумал, что, наверное, стоило бы вмешаться, а то, чего доброго, графиня и рокер подерутся из-за этой шляпы, но вместо этого потянулся к ближайшему столику за напитком кроваво-красного цвета.
  - Какие же вы невежды, - неодобрительно фыркнула Дрю. - В данном случае, дискриминация - это ущемление прав по половому признаку.
  - Чего? - чуть не поперхнувшись, переспросил у нее Санька и повернулся к Ростику. - Ты понял, что она сказала?
  - Не-а, - покачал головой Ростик, потягивая свой коктейль, который на вкус оказался очень даже ничего, и тут же, в точности как Санька, чуть не поперхнулся, встретившись взглядом с парой изумрудных глаз Невера.
  Наследник Казантипа стоял возле стены, скрестив руки на груди, и наблюдал одновременно за ними - Ростиком, Санькой и Дрю - и ругающейся парочкой поклонников "Грёз Орфея". На лице его явственно читались презрение и насмешка. Ростик нервно сглотнул. Еще бы! Стоя в стороне и не принимая никаких попыток разнять фанатов, он дал Неверу лишний повод думать о себе как о никудышном страже. Прокашлявшись, Ростик уже собирался было предложить Саньке пойти и вместе уладить конфликт, но сделать это не успел.
  - Что вы тут стали на проходе! - раздался вдруг резкий голос. - Дайте пройти!
  Ростик оторвал взгляд от Невера и увидел канцлера, который, растолкав в разные стороны графиню и рокера, прошел мимо них с раздраженным видом.
  Заметив в той стороне, откуда шел канцлер, Управителя Снов с неизменной черной маской на лице, Ростик решил, что именно разговор с мардолским магом так разозлил королевского племянника. Интересно, о чем они говорили?
  Канцлер тем временем исчез в толпе, а Ростик перевел взгляд на фанатов "Грёз Орфея". И почти сразу заметил, что канцлер невольно решил итог сражения за шляпу Тита. В тот момент, когда он растолкал графиню Розетку и рокера, пальцы девушки, по всей видимости, оказались более цепкими, потому что именно она сейчас сжимала в руках шляпу Тита с белым черепом на тулье. Осознав, что выиграла схватку, графиня заулыбалась от уха до уха, ловким движением надела шляпу себе на голову и, показав язык сопящему от злости и обиды начинающему рокеру Тремо, вильнула хвостом и юркнула в толпу.
  - Вот вам и дискриминация, - хмыкнул Санька, сочувствуя растяпе Тремо.
  - Так ему и надо! - мстительно улыбнулась Дрю. - Он должен был сразу уступить девушке. Это было бы по-мужски.
  - Подумаешь! - пренебрежительно фыркнул в ответ Санька и без всякого зазрения совести вернулся к ядовито-желтому напитку. - И вообще, при чем здесь "по-мужски"? Когда речь заходит о фанатских трофеях - каждый сам за себя.
  - Как можно так говорить?! - возмутилась Дрю.
  Санька, игнорируя ее негодование, развернулся на сто восемьдесят градусов, по-видимому, собираясь побродить между гостей. Дрю, выпуская пар из ноздрей, двинулась следом, явно настроенная доказать, что он не прав.
  Ростик хотел уже было идти за ними, но вдруг почувствовал, как кто-то схватил его за локоть. Обернувшись, он обнаружил рядом Арни. Лис мимолетным движением приложил палец к губам, после чего быстро кивнул в сторону. Проследив за его взглядом, Ростик увидел, как из залы сквозь открытые настежь двустворчатые двери выходит Управитель Снов, влача за собой подол длинной черной мантии.
  - Сейчас? - догадался Ростик.
  - Лучшего момента не будет, - тихо ответил Лис и сделал мальчику знак следовать за ним.
  Поначалу следить за Управителем Снов было несложно. На первом этаже дворца, где проводилась вечеринка, то и дело сновали мардолские слуги и придворные. То же самое происходило на лестнице. Но когда Арни с Ростиком вслед за королевским магом поднялись на третий этаж, где было совсем безлюдно, им пришлось действовать осторожнее.
  Выглядывая из-за угла, они дожидались, пока Управитель Снов свернет в один из коридоров, и только после этого выходили из своего укрытия и шли за ним. Вечеринка "Грёз Орфея" началась в восемь часов вечера. Наугад прикинув, сколько времени он провел вместе с Санькой и Дрю, Ростик решил, что сейчас должно быть около девяти. Большинство горожан, в отличие от заезжих музыкантов и их фанатов, уже спали в своих постелях и видели десятые сны.
  Чтобы проверить свою догадку, Ростик повернул голову к окну - у многих ли жителей города еще горит свет в окнах? Однако напрочь забыл о своем намерении, застыв с открытым ртом, - за стенами дворца, прямо в воздухе зависла винтовая лестница, увитая неестественно ярким, ядовито-зеленым плющом. Лестница вела вверх и исчезала где-то там, в сизом сумраке ночного неба.
  Арни дернул Ростика за руку и потянул за собой.
  - Не отставай.
  - Что это? - удивленно спросил его Ростик.
  - Сновидение, ясное дело, - ответил Лис. - Кому-то снится лестница в небо - ничего особенного.
  Ростик, без конца оборачиваясь, чтобы посмотреть на зависшую в невесомости лестницу, спрашивал себя: интересно, кому снится этот сон? А потом вдруг задумался о другом - неужели прошлой ночью его сны тоже разгуливали по дворцу?
  Эта мысль показалась ему настолько поразительной, что на минуту он напрочь забыл о слежке. И вспомнил только тогда, когда налетел на Арни. Лис остановился возле очередного поворота, осторожно выглядывая за угол. Ростик молча ждал, и уже через десять секунд Арни сделал ему знак, что можно идти дальше.
  Когда Арни свернул в следующий коридор, Ростик последовал за ним, и тотчас его глаза полезли на лоб - прямо на мальчика несся огромный, высотой почти до потолка, черный ротвейлер. Увидев в раскрытой пасти клыки величиной с горящие на стенах подсвечники, Ростик едва не заорал от ужаса, но Лис вовремя закрыл ему рот ладонью.
  - Тихо! Не шуми! - шепотом приказал он. - Это всего лишь еще одно сновидение.
  Мальчик даже зажмурился, когда гигантский ротвейлер пронесся прямо сквозь них. Он раскрыл глаза только после того, как Арни убрал свою руку. Обернувшись, Ростик сглотнул, глядя, как огромная, занимающая почти весь коридор туша удаляется по коридору.
  - Ха... ха... хороший песик, - заикаясь, прошептал он охрипшим голосом и облегченно выдохнул: - Ну и сны людям снятся.
  - А теперь представь, что это сновидение ожило, - шепотом сказал ему Арни, тоже глядя вслед псу, очертания хвоста и задних лап которого сейчас заметно подрагивали, словно мираж.
  - То есть...
  - Его величество Теодор, - напомнил мальчику Арни, - говорил, что сновидения мардолцев в последнее время обретают некое подобие плоти и начинают интересоваться людьми. Теперь представь, если бы этот песик вдруг заинтересовался нами. Представил?
  Ростик не жаловался на плохое воображение, поэтому от развернувшейся в сознании картины его кровь сразу же похолодела. Он моментально вспомнил старика со страусовыми ногами, которого видел вчера во время прогулки по городу. Ростик не сомневался, что перед ним в тот момент было не обычное сновидение, а в точности такое, о которых говорил король Теодор.
  "Ожившие сны, которые начинают интересоваться людьми...", - пронеслось у него в голове.
  - Эта псина могла бы проглотить нас за мгновение, - сказал мальчик вслух.
  - Вот именно, - подтвердил Арни. - Теперь понимаешь, насколько опасно то, что сейчас происходит в Мардоле?
  Из-за задержки со сновидением-псом они едва не потеряли мардолского мага из виду, буквально в последний момент заметив край черной мантии, скользнувший в одно из помещений дворца. Высокая и массивная дверь закрылась тотчас же, как за ней исчезли полы длинного одеяния Управителя Снов.
  Больше не скрываясь, Лис и Ростик вышли в коридор и приблизились к нужной двери.
  - Откроем? - шепотом спросил мальчик у Арни.
  Лис хмыкнул.
  - Это было бы весьма опрометчиво с нашей стороны, ты так не думаешь?
  - Думаю, - все так же, шепотом, согласился Ростик. - Но как мы узнаем, что он там делает? Ты ведь хотел за ним проследить.
  - Смотри внимательно и запоминай, - с хитрой улыбкой на лице сказал Арни.
  Он взял в руку висящий у него на шее медальон и повелительным тоном негромко произнес:
  - Ахерорп!
  Авантюрин в его медальоне на миг озарил лицо Арни медово-кирпичным светом. И в то же мгновение по поверхности двери, возле которой они стояли, стало расползаться пятно, пока не превратилось в большую кляксу. Ростик с жадным любопытством обнаружил, что сквозь эту кляксу может видеть то, что находится за дверью.
  - Заклинание, которое делает почти любую поверхность прозрачной и проницаемой для звуков, - пояснил Лис.
  - А если он заметит эту дыру?! - громким шепотом ужаснулся Ростик.
  - Во-первых, это не дыра, а всего лишь зачарованный участок двери, сквозь который мы можем все видеть и слышать так, будто преграды не существует, - сказал Арни. - А во-вторых, это работает только с нашей стороны, поэтому можешь не переживать - он нас не увидит.
  Когда они приблизились к прозрачной кляксе вплотную, Ростик убедился в правдивости слов Лиса. До ушей мальчика донесся низкий и хриплый голос - этот голос читал заклинания на непонятном языке. Глянув сквозь кляксу, словно сквозь окно, мальчик увидел большую темную залу, освещенную только лунным светом. Все окна были раскрыты настежь, а посреди залы неподвижно застыла фигура длинноволосого человека в черной мантии.
  - Управитель Снов, - сам не зная зачем, констатировал Ростик. - Что он делает?
  - Разве не очевидно? - наблюдая сквозь прозрачную кляксу за происходящим в зале за высокой массивной дверью, спросил Лис. - Он заклинает.
  Ростик не понял, что хотел этим сказать Арни, но уточнять не стал - вместо этого с возрастающим интересом он наблюдал за Управителем Снов.
  Голос из-за маски тем временем продолжал читать заклинания: монотонно, гулко, не делая пауз. И тут Ростик заметил, как в одно из раскрытых окон залы влетела тень, смутными очертаниями напоминающая большого зверя. Он хотел было спросить у Арни, что это, но почти моментально забыл о своем намерении, когда по ту сторону двери началось настоящее светопреставление. Во все окна залы влетали тени - множество теней, им не было числа.
  Рогатые и клыкастые, рычащие и воющие - казалось, сюда слетались тени всех зверей и чудовищ, какие только водились на много миль вокруг. Они собирались над головой Управителя Снов и кружили над ним, сливаясь в черном смерче. То и дело из этого смерча высовывалась чья-нибудь лапа и тянулась к худой фигуре мага с серебряными волосами. Но дотянуться не могла - будто бы незримая преграда отделяла тени от Управителя Снов.
  В какой-то момент маг замолк. Ростик заметил, что Управитель Снов посреди залы поднес руку к лицу. Он даже дышать перестал, когда мардолский маг снял маску. Все чувства мальчика обострились - он вот-вот должен был увидеть лицо, которое этот таинственный человек по каким-то причинам скрывал от всех. Однако Ростика ждало разочарование - в темноте освещенной лишь лунным светом залы он ничего не мог разглядеть.
  Черные тени продолжали кружить над головой сребровласого мага, рыча и завывая. Вглядываясь в темноту, Ростик вдруг понял, что видит нечто странное - как будто маг в центре залы широко раскрыл рот. Однако в следующую секунду мальчик уже не сомневался в том, что видит - Управитель Снов раскрывал рот все шире и шире. У Ростика глаза на лоб полезли, когда рот мага растянулся до того широко, что обычному человеку сотворить такое было бы совершенно невозможно. Ростик не мог видеть лица Управителя Снов, зато ясно и отчетливо видел его растянутый, словно огромная дыра, рот.
  Раздался протяжный звук, в котором непостижимым образом слились шум ветра, шипение змеи и гул подземных глубин. С запозданием Ростик понял, что это сребровласый маг втягивает в себя воздух. Но он ошибся и понял это почти тот же час.
  Тени зверей и чудовищ внезапно стало затягивать в неестественно широко раскрытый рот Управителя Снов. Они выли и рычали еще громче, словно были не тенями, а живыми существами, и друг за другом исчезали в глотке мага.
  Наконец, осталась только одна тень - чудовище, по размытым очертаниям похожее на большого червя с четырьмя когтистыми лапами и драконьей головой. Ростик был уверен, что последняя тень, как и остальные исчезнет в теле Управителя Снов, но тут произошло неожиданное.
  Тень-дракон заревел. Звук был такой, будто с гор с оглушающим грохотом обрушилась лавина камней. Внезапно бросившись на мага, тень накрыла его собой и повалила на пол, после чего стремительным вихрем вырвалась в ближайшее окно.
  Управитель Снов встал с пола, увлекая за собой шипящие полы своей одежды. Он надел маску - Ростик от досады цыкнул, ему так и не удалось разглядеть лица мага - и повернулся в сторону окна, где только что исчезла тень, похожая на уродливого и чудовищного дракона.
  В этот момент Арни слегка тряхнул плечо Ростика и, когда мальчик повернул голову, сделал знак, смысл которого понять было несложно - "уходим". Только в этот момент Ростик заметил, что прозрачная клякса на двери словно стягивается, уменьшаясь в размерах. Почти сразу же он догадался - заклинание Арни начало терять свою силу.
  Пройдя по коридору несколько метров, Ростик невольно обернулся - прозрачная клякса на двери исчезла.
  - Так и знал, - ухмыльнулся Арни, когда они спускались по лестнице на второй этаж. - Мардолский маг - ловец кошмаров. Теперь ясно, как он держит под контролем сны Мардола.
  Лис задумчиво хмыкнул.
  - Но, кажется, он не справляется со своей работой.
  - Ты говоришь о том, что одной тени удалось уйти? - уточнил Ростик.
  - Именно, - подтвердил Арни и задумчиво добавил: - Вопрос только в том, ушла ли она сама или ловец кошмаров позволил ей уйти.
  Ростик удивленно заморгал, пытаясь понять, что имел в виду Лис.
  - Ты думаешь, Управитель Снов нарочно отпустил одну из теней?
  - Начнем с того, что эти тени - не что иное, как плохие сновидения. Иными словами - кошмары. Для сильного ловца кошмаров, каким и должен быть мардолский Управитель Снов (все-таки он королевский маг), ловить кошмары - дело настолько же простое, как для сильного тенеуста управлять тенями. Хотя на деле все может оказаться проще, и сила нашего Управитель Снов не соответствует его высокой должности.
  Ростик на секунду задумался, но неожиданно для себя - вовсе не об Управителе Снов.
  - Невер - сильный тенеуст? - тихо спросил он и одновременно испытал необъяснимый стыд, задавая такой вопрос.
  Арни глянул на него без привычной улыбки. Он смотрел так долго, что Ростик, чувствуя его взгляд, не выдержал и поднял глаза.
  - Невер, пожалуй, самый сильный тенеуст мира Двенадцати городов, - серьезно сказал Лис. - И если ты не хочешь, чтобы он всегда смотрел на тебя свысока, тебе придется сравняться с ним по силе. Готовься к тому, что это будет нелегко.
  От серьезного тона Арни мальчик в первый момент стушевался, а потом задумался. Хотел ли он сравняться с Невером? Ростик никогда не помышлял об этом. Но он точно мог сказать: ему очень не хотелось, чтобы Невер всегда смотрел на него так, как сейчас - надменно, с презрением. Как сказал Арни - свысока.
  Да, он хотел бы это изменить.
  
  * * *
  
  Утро следующего дня было ознаменовано тревожными известиями. Началось все с того, что, разбудив стражей, мардолские слуги, вопреки обыкновению, пригласили их не в обеденный, а в тронный зал, оговорив, что их срочно хочет видеть его величество.
  Быстро умывшись холодной водой, Ростик вышел из комнаты. В коридоре он встретился с Санькой. Юные стражи обменялись озадаченными взглядами и спустились вниз. Вместе они вошли в тронный зал Мардолского дворца, где кроме короля на троне и канцлера, стоящего возле окна, сложив руки за спиной, уже собрались все остальные стражи ордена. Мольфар кинул быстрый взгляд на вошедших ребят и повернулся к королю.
  Его величество сидел в кресле, удрученно ссутулив спину. Рукой, локоть которой лежал на подлокотнике трона, он подпирал голову. Выглядело так, словно король находится в тягостном раздумье. Но тут он вскинул голову и, сделав глубокий вздох, обратился к стражам:
  - Произошла трагедия, господа стражи. Ужасная трагедия. Даже не знаю, с чего начать...
  - Гм-гм! - подал голос канцлер, отвернувшись от окна и повернув голову в сторону дяди. - Вы можете начать с того, дядюшка, что потеряли контроль над ситуацией. Ваше королевское величество не может навести порядок в городе - вот с этого и начните.
  Король Теодор нахмурился и, одарив канцлера взглядом, полным упрека и горьких слез, с трагизмом покачал головой.
  - Мой племянник сыпет соль на мои раны. Но поверьте, - он обратился к стражам и, в первую очередь, к Мольфару, - я не снимаю с себя ответственности! Однако то, что произошло - это из ряда вон... подобного никогда прежде...
  Похоже, король Теодор был так взволнован, что говорить по существу ему давалось с трудом.
  - Постарайтесь успокоиться, ваше величество, - сказал Мольфар, и Ростик мог бы поклясться, что в голосе старого мага в этот момент прозвучала такая сила убеждения, что даже на рассвирепевшего дракона это определенно оказало бы успокаивающее воздействие.
  - Да, вы правы, друг мой, - прикрыв на секунду глаза, закивал король.
  - Расскажите же нам, что случилось, - попросил Мольфар. - И мы вместе подумаем, как разрешить возникшую проблему.
  Канцлер возле окна скептически хмыкнул, но Ростик так и не понял, что он хотел этим сказать.
  - Как я уже сообщил, - взволнованно начал король, - произошла трагедия. Сегодня ночью снова случилось ЭТО.
  - Это? - переспросил Мольфар.
  - Да, ЭТО, - нервно кивнул король, и его круглые щеки задрожали как желе. - Сны, многоуважаемый маг. - Король вдруг заговорил суеверным шепотом: - Как я уже говорил вам прежде, наши сны оживают! И это вновь случилось! И впервые - впервые! - дело приобрело такие ужасные масштабы, такие трагические последствия...
  - Вы не могли бы по существу, ваше величество, - холодным тоном обратился к королю Невер. - Хотелось бы уже, наконец, понять, что, в конце концов, произошло.
  Король сцепил свои маленькие пухлые ручки в замок и положил их на колени, отчего сразу стал похож на растерянного ребенка.
  - Этой ночью призрак, в котором опознали ожившее сновидение, напал на единственную дочь графа Розетки. И когда я говорю "напал", я отнюдь не преувеличиваю! Девочка в ужасном состоянии! Она до сих пор не пришла в сознание! Ее отец потерял разум от горя! Подумать только! Он в самых нелицеприятных выражениях заявил мне буквально час назад, что если я не могу защитить своих подданных, то, что я делаю на этом троне! Немыслимо...
  Ростик, покосившись на Саньку, толкнул его в бок.
  - Графиня Розетка! - шепотом сказал он. - Это та девчонка, которая вчера поругалась с этим... начинающим рокером из-за шляпы Тита.
  Санька округлил глаза, судя по всему, припоминая вчерашний инцидент, и согласно закивал.
  Ростик бросил взгляд на Дрю, чтобы узнать, вспомнила ли она девочку, о которой шла речь, но Дрю была слишком взволнована и даже не смотрела в его сторону. Закусив губу, она хмурилась, и, судя по ее виду, была готова хоть сейчас броситься на поиски виновного в содеянном, даже если этим виновным являлся призрак из сновидения.
  - Вам известно, как выглядело это сновидение, ваше величество? - поинтересовался Мольфар.
  - Ах, да! - оживился король. - Говорят, это был человек в черном плаще, но вместо лица у него был ужасный оголенный череп.
  - Это вряд ли чем-то поможет нам, Старейшина, - уверенным тоном произнес Невер. - Я не удивлюсь, если после приезда этой рок-группы всем в городе еще долго будут сниться черепа и кости. Вчерашняя вечеринка в этом плане весьма показательна. Кому угодно мог присниться сон, вроде описанного его величеством.
  - Да, но не все на вчерашней вечеринке ссорились с дочерью графа Розетки, - вставила вдруг Дрю, чем привлекла всеобщее внимание.
  Ее взгляд был полон праведного гнева. Ростик сразу же догадался, что за этим последует - и не ошибся.
  - Это все тот мальчишка! Это его рук дело! Я уверена! - заявила Дрю и тут же осеклась, когда поняла, что ее слова противоречат здравому смыслу, поскольку случившееся с графиней было делом рук сновидения, а не живого человека. - То есть... Я хочу сказать... Короче, это мальчишка виноват в том, что произошло с графиней!
  - О ком ты говоришь, Дрю? - спросила Фиалка, которая вчерашней сцены не видела.
  - Я говорю о мальчишке, который вчера на вечеринке строил из себя гитариста! - высокомерно заявила Дрю. - Притом, что играть на гитаре он совершенно не умеет - это всем было очевидно. Они с графиней вчера не могли поделить шляпу Тита. Мальчишка - его зовут Тремо - все никак не хотел уступать, но шляпа в конце концов досталась девочке. Если бы вы видели, в какой он был ярости из-за этого!
  - Ну и что тут такого? - спросил Санька; судя по сведенным на переносице бровям, ему не понравились обвинения Дрю. - Что ты хочешь этим сказать?
  - А то, - с умным видом воззрилась на него девочка, - что для такого нападения, которое было совершено на дочку графа, нужен был мотив. И у Тремо такой мотив был.
  Санька недовольно хмыкнул, но ничего не сказал. Ростик догадывался, о чем думает его приятель - ему и самому пришлось не по душе, что Дрю обвиняет мальчишку на основании дурацкой ссоры. Так ведь кого угодно можно обвинить в самых страшных злодействах - люди часто с кем-то ссорятся.
  - Ты хочешь сказать, что на графиню напало сновидение Тремо? - спросил он напрямик.
  Дрю резко сверкнула глазами в его сторону и, ни секунды не колеблясь, заявила:
  - Да! Я в этом уверена!
  - Знаешь, что, - недовольно сказал Санька, - он тебе просто не понравился, но это еще не повод...
  - При чем тут это! - возмущенно перебила его Дрю. - Я же тебе сказала - у него был мотив!
  - Откуда тебе знать, - не сдавался Санька, - может быть, эта скандальная девчонка вчера за вечер успела перегрызться с кучей народа!
  - Какие глупости, - фыркнула Дрю. - Не выдумывай.
  - Это ты выдумываешь, - парировал Санька. - Обвиняешь человека только из-за своей личной неприязни.
  - Я?!
  Ростику показалось, что Дрю с Санькой вот-вот подерутся из-за графини и Тремо. Возможно, так и случилось бы, но в перебранку младших стражей вмешался Мольфар.
  - Хватит, - строго осадил он спорящих.
  Дрю и Санька под тяжелым взглядом Старейшины стушевались и замолчали. Ростик едва ли не впервые видел Мольфара таким недовольным. Мальчик пробыл со стражами совсем недолго, но даже он понимал, что своим поведением Санька и Дрю выставляют орден в самом неблагоприятном свете.
  - Мераби, Михей, - распорядился Старейшина, - узнайте, где живет этот мальчик, с которым вчера повздорила юная графиня. Найдите его и сообщите мне.
  Глава ордена перевел взгляд дальше:
  - Арни, Фиалка, расспросите всех, кто был вчера на вечеринке, не ссорилась ли графиня еще с кем-то из гостей. Обязательно поговорите с музыкантами. Возможно, они что-то видели.
  Взгляд Мольфара скользнул с Лиса на болотника. Рогатый магус отчаянно водил большими, на пол-лица, глазами, словно надеясь, что поручения Старейшины обойдут его стороной. Разумеется, этого не случилось.
  - Анчутка, Решка, поговорите с дворцовыми слугами - они всегда замечают больше, чем хозяева и гости.
  Маленький болотник, вытянув брови домиком, смиренно выдохнул, принимая поручение.
  - Я и Невер навестим особняк графа Розетки. Надеюсь, разговор с отцом пострадавшей девочки поможет нам разобраться в причинах произошедшего.
  Мольфар бросил угрюмый взгляд на Саньку и Дрю.
  - Остальные пока могут быть свободны.
  Оба молодых стража поникли, но Ростик, вместо того чтобы посочувствовать им, испытал досаду. Он понимал, что Санька и Дрю были наказаны за свое поведение, оставшись в стороне от расследования. Для Орландо, которого Мольфар тоже не упомянул, по-видимому, просто не нашлось работы, ведь рубеал был молчалив. Насколько Ростик мог догадываться - не без причины. Однажды он слышал голос Орландо - этого хватило, чтобы отпала надобность в объяснениях, почему крылатый магус почти не разговаривает. Но из-за чего Мольфар оставил в стороне от расследования его, Ростика?
  "Несправедливо", - с обидой подумал мальчик, покидая тронный зал, когда собрание было закончено.
  На душе у Ростика скребли кошки. Неужели Мольфар считал его бесполезным?
  Он уныло брел по коридору, отстав от прочих стражей, и, наверное, поэтому едва не подпрыгнул от неожиданности, когда рядом раздался знакомый голос.
  - Почему двенадцатый страж не носит свой магический амулет?
  Резко повернув голову, Ростик увидел Невера. Тот стоял возле лестницы, прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Наследник Казантипа смотрел на мальчика холодным взглядом изумрудных глаз - мрачно, неодобрительно. Ростик так растерялся, что просто моргал в ответ и ничего не отвечал. Оторвав спину от стены, Невер подошел, протянул руку и быстрым жестом оттянул воротник мальчика.
  - Я был прав. - Невер нахмурил брови и строго, словно высекая каждое слово ножом, приказал: - Если у тебя хватило наглости прийти сюда и вести себя так, будто ты действительно один из стражей ордена, то хотя бы надень на шею свой змеевик. Пока ты трусливо прячешь его в кармане, ты не более чем бесполезный, мешающийся под ногами мальчишка.
  С этими словами Невер без церемоний отодвинул Ростика и, обойдя его, широким шагом устремился в глубь коридора. Глядя вслед высокой фигуре, облаченной во все черное, мальчик сглотнул подкативший к горлу комок. У него было такое чувство, будто его только что окатили ледяной водой.
  Придя в себя, Ростик первым делом разозлился.
  "Да что он о себе возомнил?! - мысленно негодовал мальчик. - Он не глава ордена, чтобы мне приказывать!".
  Но вспомнив о Мольфаре, Ростик тотчас широко распахнул глаза от неожиданной мысли. Всего лишь пару минут назад он пережевал, что Старейшина не дал ему никакого задания, по-видимому, считая его бесполезным. Неужели Невер прав? Возможно ли, что Мольфар, заметив, что Ростик не носит свой змеевик, решил, будто мальчик сам не хочет принимать участие в делах ордена?
  Ростик, взволнованно дыша, поморгал.
  Он сам виноват, что его держат в стороне?
  "Но почему, - спросил себя Ростик, - я до сих пор не надел змеевик на шею? Почему я ношу его в кармане? Может быть, подсознательно я сам отделяю себя от других стражей?".
  Достав из кармана серебряный амулет, Ростик посмотрел на камень в оправе - зеленый, с желтыми и черными прожилками. Змеевик Тарханкута, один из амулетов Ордена Двенадцати Камней - символ стража.
  "Символ стража, - произнес про себя Ростик. - Так вот в чем дело".
  Он все еще испытывал сомнения и не осознавал себя в полной мере стражем ордена. Потому ли, что считал себя бесполезным для ордена? Или потому, что в этом мире чувствовал себя лишь гостем? Все это было не существенно. Ему не хотелось это признавать, но Невер и в самом деле был прав. Змеевик Тарханкута являлся символом двенадцатого стража. Если Ростик и впрямь хочет, чтобы к нему в ордене относились как к одному из них, он должен сам дать понять, что он действительно один из них.
  Взяв амулет за цепочку, мальчик надел его на шею. Тяжелый камень в оправе из серебра тотчас лег ему на грудь. Ростик кивнул собственным мыслям.
  "Вот теперь все, как надо".
  
  
  Глава 6
  "ГРЁЗЫ ОРФЕЯ"
  
  Влившись в толпу, стекающуюся с улиц и переулков, Ростик, Санька, Решка и Арни, а вместе с ними, чуть впереди, Фиалка и Дрю, направлялись в сторону главной площади города, где меньше чем через час должен был начаться концерт "Грёз Орфея".
  - Девчонке крупно не повезло, - рассказывал последние новости Арни. - Сновидение оказалось на редкость злобным - малышка летала по комнате, отскакивая от стен, как резиновый мячик...
  - Какой ужас! - воскликнула, обернувшись на ходу, Дрю.
  Она споткнулась и упала бы, если бы Фиалка вовремя не подхватила сестру под руку.
  - Да, - согласился Арни, - приятного мало. Сейчас она вся в синяках и переломах, до сих пор не пришла в сознание. Мардолские маги-целители, правда, утверждают, что ее жизнь вне опасности.
  - Это действительно было сновидение? - спросил Ростик.
  - Похоже на то, - кивнул Арни. - Местные жители так привыкли видеть сны наяву, что с легкостью отличают их от настоящих призраков и всякой нечисти. Это сновидение видела служанка, которая живет в доме графа. Она прибежала на крик - девчонка успела позвать на помощь, когда на нее напали. Так вот, служанка уверяет, что это, без малейших сомнений, было сновидение - ожившее сновидение. И как только она вошла и закричала от испуга - существо в плаще и с голым черепом вместо головы ее заметило и тут же исчезло.
  - Он что, испугался ее? - недоверчиво спросил Ростик.
  - Глупости! - бросила через плечо Фиалка, не глядя на ребят. - Служанка появилась неожиданно, и, вероятно, тут же стала частью сна того самого человека, которому и снился этот сон. Человек проснулся от ее крика...
  - И этот черепоголовый сразу же исчез, - догадался Ростик.
  - Потому что сновидение вне сна не существует, - подытожил Санька.
  - Именно, - подтвердил Арни.
  Ростик посмотрел по сторонам: поток людей, направляющихся к главной площади, увеличивался на глазах. Все смеялись и громко разговаривали друг с другом - в толпе царило радостное оживление, вызванное близящимся действом, которое обещало быть ярким и впечатляющим. Ростик подумал, что юная графиня Розетка была ровесницей многих парней и девушек в этой толпе и, к тому же, ярой фанаткой "Грёз Орфея". Скорее всего, сейчас она тоже направлялась бы на концерт... если бы ночью призрак из чьего-то ожившего сновидения не переломал ей все кости.
  - Так чей же это был сон? - словно читая мысли Ростика, спросила, обернувшись к ребятам, Фиалка. - Неужели все-таки того мальчика, рокера, с которым эта девушка вчера повздорила?
  - А вот это - загадка, - пожал плечами Арни. - Парень исчез. Бесследно. Опросили его родных, но либо они не знают, где его искать, либо не хотят говорить.
  Лис вдруг качнул головой и усмехнулся.
  - Зато выяснилось, как он попал на вечеринку. Туда ведь не так просто было попасть - приглашали только цвет общества: знатных, богатых, знаменитых и таких важных особ, как мы. - Тут он снова усмехнулся, но уже с иронией. - Оказалось, что его старший брат работает помощником королевского шеф-повара. Так он своего родственника через кухню провел - тайком. Граф Розетка требует уволить обманщика, но Мольфар пообещал семье Тремо заступиться за их старшего сына перед королем, чтобы ему оставили место. Семья у нашего горе-рокера не из богатых.
  - Но ведь... - неуверенно начал Ростик. - Даже если это был сон Тремо, то разве он виноват в том, что произошло? Я имею в виду... разве можно контролировать свой сон? Вряд ли он хотел, чтоб с девчонкой такое случилось. Он, конечно, совсем чокнутый фанат, но ведь не какой-нибудь злодей или убийца - обычный парень.
  Арни с интересом посмотрел на Ростика.
  - Самое интересное, дружище, что Мольфар сегодня днем высказал аналогичную мысль. Он считает, что это злодейство умышленное, но запланировано оно было совсем не тем человеком, чей сон навредил графской дочке.
  - Что это значит? - с интересом спросил Санька, воззрившись на Арни.
  - Мольфар предполагает, что за всем этим стоит некто или нечто, наделенное магическими способностями, - задумчиво нахмурившись, ответил Арни. - Видишь ли, оживлять сны ведь не каждый маг способен, а уж простому смертному такое и подавно не под силу.
  - Хм! - снова подала голос Дрю. - По-моему, нельзя вот так сразу снимать с этого Тремо все подозрения. В конце концов, что мы о нем знаем? И ведь он сбежал, не так ли?
  - Может, он просто испугался, - бросился на защиту юного рокера Санька.
  Дрю насупилась, готовая ввязаться в спор, но Арни ее опередил.
  - Может быть, испугался, а, может, была другая причина, но пока мы его не найдем и не выясним всю правду, он будет под подозрением.
  Дрю бросила на Саньку ликующий взгляд, видимо, в отместку за то, что этим утром он подверг ее версию сомнению. Весь ее вид выражал многозначительное: "А я что говорила?!". Бамбур в ответ раздраженно насупился.
  - Ладно, хватит об этом. - Арни кивнул головой куда-то вперед. - Мы уже почти пришли. Еще один поворот - и мы на главной площади.
  Ростик и сам почувствовал, что гул толпы нарастает с каждым шагом. Лис оказался прав: только они повернули за угол, как их глазам открылась широкая площадь, заполненная людьми, а впереди, над толпой, возвышалась тянущаяся по всей ширине площади огромная сцена.
  Толпа гудела в предвкушении. Чтобы убить время до начала концерта, зрители развлекались, как могли. Одни распивали в компаниях веселящие напитки. Другие громко горланили песни группы. Третьи ходили вдоль лотков по обеим сторонам площади, где продавали всевозможные сувениры: от значков и брелоков с символикой группы до фотографий с плакатами.
  Купив с одного из лотков какую-то вещицу, Арни направился к Ростику. Когда он подошел ближе, мальчик увидел в его руках черные солнцезащитные очки. Пока Лис вертел их в руках, Ростик заметил прикрепленный к оправе крылатый металлический череп - логотип "Грёз Орфея".
  Арни нацепил очки на нос. Постоял так несколько секунд, потом повернул голову сначала вправо, затем влево, обернулся назад - на его лице отразилось разочарование. Сняв очки, он глянул на Ростика и протянул их ему.
  - Надень-ка, - предложил Арни.
  - Зачем? - удивился Ростик.
  - Надень-надень! - настойчиво повторил Лис. - Ничего с тобой не станется.
  Ростик пожал плечами и, взяв из рук Арни очки, надел их на нос.
  - Что видишь? - спросил Арни.
  - Пустую сцену, - ответил Ростик, не понимая, что еще он может видеть, если концерт пока не начался.
  - Налево посмотри, - скомандовал Лис.
  Ростик послушался и удивленно разинул рот.
  - Что видишь теперь? - опять спросил Арни.
  - Пустую сцену, - озадаченно ответил Ростик, понимая, что в той стороне, куда он смотрит, сцены точно нет, а потому видеть ее он никак не может. Но тем не менее именно ее он и видел.
  - Посмотри направо, - снова распорядился Лис.
  Ростик и в этот раз послушался.
  - Там что?
  - Пустая сцена.
  - Теперь поверни голову назад.
  Ростик так и сделал и даже не удивился, когда и позади себя, вместо улочек, с которых стекались на площадь горожане, тоже увидел сцену. Видимо, все дело было в очках. Так, наверное, задумано, решил про себя Ростик. Предупредив вопрос Арни, он сообщил:
  - Пустая сцена.
  Сняв с глаз очки, он протянул их Арни:
  - Они все время показывают пустую сцену.
  - Во-во, - с досадой протянул Лис, забирая очки из рук Ростика. - И что в этом интересного?
  Арни с недовольным видом повертел очки в руках, и, вместо того чтоб надеть, как полагается, на глаза, отправил их на голову, зацепив дужками за уши.
  Ростик надеялся, что Арни объяснит, зачем нужны такие очки, в которых, куда ни глянь, ничего кроме пустой сцены не увидишь, но Лис, судя по его кислой физиономии, был настолько недоволен своей покупкой, что пояснять, что к чему, не горел желанием. Подумав, что это не слишком важно, Ростик не стал ничего спрашивать, тем более что именно в этот момент на сцену стали выходить музыканты.
  Первым появился Арий. Неспешным шагом под приветственные выкрики фанатов он дошел до середины сцены и занял свое место за ударной установкой. Следом за ним с разных сторон на сцену поднялись Иво, Патрик и Тит. В этот раз возгласы ликования были громче. Отовсюду из толпы фанаты выкрикивали имена музыкантов. По частоте выкриков Ростик сделал вывод, что из четвертки появившихся рокеров самым популярным был Тит.
  Длинноволосый бас-гитарист с татуировкой-змеей на руке, однако, на приветствия поклонников не отвечал, как и остальные участники группы. Музыканты были заняты настройкой инструментов перед концертом.
  Прошло еще немного времени, и наконец ожидание фанатов было вознаграждено - на сцене появился Ури. Из толпы поднялся невообразимый вопль, так что Ростику непреодолимо захотелось закрыть руками уши. Он подумал о Дрю, большой фанатке вокалиста "Грёз Орфея", и огляделся по сторонам, но девочки поблизости не оказалось, как, впрочем, и Саньки, и Решки с Фиалкой.
  Ростик и не заметил, как они разделились. Наверное, это случилось, когда он остановился, чтобы подождать Арни, задержавшегося возле лотков с сувенирами. Теперь четверка стражей, с которыми они пришли на площадь, должно быть, находилась где-то в толпе перед ними, ближе к сцене.
  - Не волнуйся, потом найдем их, - видимо, заметив ищущий взгляд Ростика, успокоил его Лис.
  Нетерпение среди зрителей тем временем нарастало. Мальчик почти физически ощущал звенящее в ожидании напряжение толпы. И вот инструменты были настроены, музыканты заняли свои места на сцене, а люди на площади затаили дыхание.
  Ростик ждал, что Ури, как лидер группы, начнет с приветствия. Бодро, с запалом скажет что-то вроде: "Всем привет! Вы хотели услышать нас? Вы готовы?". Но, к удивлению мальчика, вокалист "Грёз Орфея" повел себя совсем иначе.
  - Зачем вы пришли сегодня на эту площадь, жители Мардола? - громко спросил без улыбки Ури; его глаза в вечерних сумерках сияли необычайно ярким блеском.
  Толпа онемела - никто не понимал, что скрывалось за спокойной, и даже какой-то холодноватой интонацией, прозвучавшей в голосе темноволосого юноши.
  - Я скажу вам, зачем вы пришли. - В голосе Ури появились другие нотки, как будто он, этот голос, сулил что-то еще не совсем ясное, но уже витающее в воздухе.
  Толпа, словно единый организм, перестала дышать в предвкушении.
  - Вы пришли сюда, чтобы открыть двери в мир грёз, - продолжил Ури почти шепотом, но неестественно громким, дошедшим до ушей каждого человека на площади. - Вы пришли, чтобы сегодня грезить вместе с нами...
  Он медленно шагнул назад, отступив от микрофона, и, повернувшись спиной к толпе, отошел в глубь сцены.
  Ростик посмотрел на Арни - тот в ответ лишь непонимающе пожал плечами. Однако, оглядевшись по сторонам, Ростик заметил, что большинство зрителей смотрят в сторону сцены, словно загипнотизированные. Все вокруг, замерев, ждали.
  И в этот момент наэлектризованную тишину площади разрезал вибрирующий стон, слившийся с дыханием толпы и поднявшийся в небо над Мардолом. Это Иво заставил петь струны своей гитары. А вслед за этим послышалась тихая дробь, которая мгновенно переросла в танцующий гром, когда Арий заиграл на барабанах. И уже в следующее мгновение музыка заполнила площадь всю целиком, и толпа взорвалась.
  Судя по реакции зрителей, первая песня, которой "Грёзы Орфея" открывали концерт, была чем-то вроде визитной карточки группы. Фанаты исступленно визжали. Ростик даже подумал, что его барабанные перепонки вот-вот полопаются, но крики толпы внезапно смолкли, словно кто-то сверху накинул на людское море непроницаемое для звуков покрывало.
  Обратив взгляд к сцене, мальчик понял, в чем было дело. К микрофону подошел Ури. И в следующий момент будто бы сердцебиение толпы остановилось и все вокруг исчезло. Существовал только он - голос Ури.
  В нем была чистота первозданного снега. В нем была сила горного водопада. Он подхватывал бурным течением. Он заполнял все пространство вокруг. Этот голос пел:
  
  Мы выпьем волшебное зелье,
  Чтоб крылья появились за спиной.
  Мы полетим в Долину Грёз.
  Лети за мной...
  
  В тот момент, когда Ури повторял припев, и над толпой волной прокатилось его "Лети за мной", стоящая рядом с Ростиком бледная, без кровинки в лице девушка с татуировкой на плече в виде сердца с именем "УРИ" в центре, закатив глаза, простонала и рухнула в обморок.
  - Опаньки! - заинтересовался Арни, кинув на нее быстрый взгляд цепких глаз. - Молоденькая вампирша! Солнце не успело закатиться за горизонт, а она уже тут как тут - выпорхнула из склепа. Я бы, конечно, по-джентельменски привел ее в чувство, но боюсь, что тогда настанет моя очередь терять сознание. Лучше пошли-ка отсюда, пока она сама не очухалась. Поищем наших.
  Лис положил руку на плечо Ростика и увлек за собой сквозь толпу подальше от вампирши.
  - Этого голосистого малого можно смело брать с собой, если планируешь охоту на упырей. Слетаются на голос, хлопаются без чувств - тут и бери их тепленькими, - на ходу заметил он, косясь в сторону сцены.
  Ури в этот момент не пел, а площадь наполняли звуки электрогитар, рвущиеся в толпу из динамиков. Иво, Тит и Патрик истязали струны своих гитар золотыми медиаторами, а Арий с видом обезумевшего дикаря изо всех сил бил по барабанам.
  Пока Ростик и Лис пробирались сквозь толпу в поисках кого-нибудь из стражей ордена, заиграла другая музыка. Уже иначе, без захватывающей силы в голосе, с какой-то обволакивающей интонацией Ури пел очередную песню:
  
  Я несу тебя в черный замок -
  Ты останешься там навсегда.
  В черный замок из старых сказок
  Ты не верила никогда...
  
  Либо эти слова не на шутку испугали некоторых впечатлительных девочек, либо, наоборот, они размечтались, что именно одну из них Ури унесет в черный замок, но пока он пел, а Арни с Ростиком продолжали свои поиски, еще как минимум пятеро девочек на их пути с безжизненным стоном рухнуло наземь.
  Когда ребята наконец нашли других стражей, то подошли как раз вовремя, чтобы застать невообразимую сцену. С полоумным видом Дрю улыбалась во все лицо и глазела в сторону сцены, где Ури пел про черный замок и протягивал свободную от микрофона руку к толпе, неистово визжащей в ответ. Склонившись к ее уху, Санька зло и раздраженно внушал девочке сквозь зубы:
  - Не позорься! Ты же маг Ордена Двенадцати Камней! Опомнись: кто он и кто ты? Убери с лица эту дурацкую слабоумную улыбочку! Да что ж это такое в конце концов!?
  Санька закатил глаза, поскольку все его увещевания не имели ни малейшего воздействия: Дрю его как будто и не замечала вовсе, всецело поглощенная происходящим на сцене.
  Санька заметил подошедших Ростика и Лиса и, многозначительно скосив глаза в сторону Дрю, покрутил пальцем у виска с таким остервенением, будто хотел просверлить себе голову.
  - О-о, Ури, - восторженно пролепетала Дрю, хлопая ресницами. - У него такой завораживающий голос! Просто необыкновенный...
  У Саньки перекосило лицо от отвращения. Повернувшись к Ростику, он произнес таким голосом, словно бы из последних сил пытался подавить в себе приступ тошноты:
  - Я ухожу отсюда. Не могу на это смотреть.
  Он снова покосился на Дрю, но уже с совершенно убитым выражением на лице, всем своим видом давая понять, что больше не в силах терпеть, как некоторые безответственные личности порочат честь ордена своим возмутительным поведением.
  Только Санька ушел, как меланхоличная, тягучая песня о черном замке сменилась ритмичной, жесткой музыкой.
  - О! А это мне нравится, - заметил Лис, с интересом повернув голову в сторону сцены.
  Электрогитар стало в два раза больше, так что Ростик почувствовал, как у него зазвенело в ушах. Он прислушался к пению Ури, голос которого в этот момент звучал хрипло и гораздо грубее, чем перед этим:
  
  Пять капель крови дракона
  Выпей - и станешь таким, как они.
  Скажи волшебное слово -
  И оторвись от земли!
  
  Двое коренастых коротышек, в которых Ростик, к своему удивлению, опознал гномов, с запалом принялись подпевать басистыми голосами. Песня им явно пришлась по вкусу.
  Несколько ребят - местных горожан - с головы до ног украшенные татуировками, как в припадке затрясли лохматыми головами. Они поднимали руки, изображая какой-то жест, и, повернув голову в сторону сцены, Ростик увидел, что парни просто повторяют жест Ури.
  На поднятой вверх руке голоса "Грёз Орфея" указательный палец и мизинец были подняты вверх, а средний и безымянный прижаты большим к внутренней стороне ладони. Ростик не стал забивать себе голову, что означают эти "рога", а вместо этого прислушался к словам песни:
  
  В вышине драконья стая -
  Небо пламенем сжигают.
  Ты этого хотел, смотри -
  Ты теперь один из них...
  
  Ростик был солидарен с Арни - ему тоже нравилась эта песня. Когда некоторое время спустя закончилось первое отделение концерта, и музыканты объявили перерыв на час, Ростик с уверенностью мог сказать, что песня о драконах была лучшей из всего, что на этот момент исполнили "Грёзы Орфея".
  Музыканты ушли за кулисы, но примерно половина фанатов осталась на площади, не желая покидать удобные места, откуда было лучше всего видно сцену. Однако вторая половина зрителей разбрелась кто куда. Дрю ни в какую не хотела уходить, боясь, что потом не сможет пробиться поближе к сцене. Фиалка вынуждена была остаться с ней, не рискнув оставлять младшую сестру одну в такой толпе.
  Что касается ребят, то Ростик, Арни и Решка без всяких сожалений покинули площадь, чтобы найти местечко, где можно было бы провести этот час с пользой - отдохнуть и промочить горло. Возле площади они встретили Мольфара.
  - Старейшина, - с иронией поприветствовал старого мага Арни, - вы решили приобщиться к молодежной культуре?
  - Хочешь сказать, я слишком стар для подобных развлечений? - улыбаясь, парировал Мольфар и с наигранным огорчением посетовал: - Эх, молодежь! Нельзя же отказывать старикам в праве насладиться на досуге хорошей музыкой.
  Ростик улыбнулся шутке Мольфара, понимая, что на самом деле старого мага привел на площадь вовсе не интерес к року. Старейшина ордена обещал его величеству Теодору, что присмотрит за музыкантами - чтобы с ними, как с важными гостями города, ничего не случилось. Сейчас он, похоже, выполнял свое обещание.
  К вящему огорчению стражей в кафе и барах, куда они заглядывали по пути, не было ни одного свободного столика. Им пришлось уйти довольно далеко от площади, когда наконец их поиски увенчались успехом.
  В баре "Кошмары улицы Див" было полно народу. Видимо, желающих опрокинуть стаканчик-другой во время перерыва между отделениями концерта было так много, что они добрались даже сюда. Однако, в отличие от предыдущих заведений, здесь все же имелись свободные столики.
  - Ну что ж, в тесноте, да не в обиде, - произнес Мольфар, оглядываясь по сторонам. - Время у нас есть - по коктейлю выпить успеем.
  Они заняли свободный столик в самом дальнем темном углу.
  - Пойду-ка возьму нам по стаканчику веселящего напитка, - сказал Арни, отправившись к барной стойке.
  Ростик с интересом огляделся по сторонам. Один из столиков поблизости занимали четверо бородатых гномов с массивными золотыми кольцами в ушах и татуировками в виде пятиконечных звезд на кряжистых руках. За другим устроились две тощие кикиморы с черным лаком на острых длинных ногтях и ярко-розовыми волосами, которые были так сильно начесаны, что напоминали вороньи гнезда. Еще за одним столиком сидело человек шесть местных горожан - молодых ребят не старше восемнадцати лет. Однако больше всего в баре было представительниц слабого пола: девчонок возраста Ростика, девушек постарше и даже женщин средних лет, которые при этом были одеты и накрашены так же, как и юные посетительницы этого заведения.
  - Неужели все эти люди с концерта? - удивился он вслух.
  - Видимо, да, - ответил Мольфар, проследив за его взглядом. - А что тебя удивляет? Даже я со стороны видел, какая толпа была на первом отделении концерта. Зритель заполонил всю площадь. Эта группа пользуется здесь большой популярностью.
  Решка многозначительно хмыкнул:
  - Их музыка, конечно, звучит здорово и все такое, но, судя по количеству визжащих девчонок на площади, самой большой популярностью пользуется их вокалист - этот Ури.
  - Между прочим, не согласен, - возникнув возле столика, возразил Арни. Ребята поспешили забрать у него кружки с веселящим напитком, которые Арни донес до стола чуть ли не в обнимку. Присев рядом с Ростиком, он продолжил: - На площади публика разная и парней там тоже немало. - Арни, ухмыльнувшись, качнул головой: - Они просто не визжат - потому не так заметны. А этот Ури девчонок и правда будто гипнотизирует. Штабелями хлопаются в обморок от избытка чувств.
  - Не понимаю, - озадаченно пожал плечами Ростик. - Почему они все ведут себя как ненормальные? Они что, действительно, все поголовно в него влюбляются без памяти?
  - Да, странно, - согласно кивнул Решка, поднося ко рту кружку с веселящим напитком.
  - На самом деле, - сделав пару глотков, вступил в разговор Мольфар, - если хорошо подумать, то в этом нет ничего странного.
  - Что значит - "хорошо подумать"? - спросил Ростик.
  - Это значит, мой юный коллега, - по-доброму посмеиваясь на Ростиком, сказал Мольфар, - что смотреть нужно глубже - в корень вещей. Чтобы понять суть человека - мало просто окинуть его беглым взглядом. Гораздо больше можно узнать о человеке, если посмотреть на него внимательно.
  - А вы, видимо, уже что-то разглядели, Старейшина, - лукаво улыбнулся Лис. - Угадал?
  - Верно, - одобрительно кивнул Мольфар. - Угадал.
  - Поделитесь с нами? - спросил Арни.
  Мольфар обвел взглядом ребят, и, качнув головой, усмехнулся в бороду. Потом отхлебнул веселящего напитка и сообщил:
  - Руководствуясь мудростью, что ответы на самые сложные вопросы всегда удивительно просты, я рискну предположить, что юноша, которого мы обсуждаем...
  - Ури, - подсказал Ростик, тщетно пытаясь припомнить, где именно он уже слышал эту мудрость прежде.
  - Да, Ури, - кивком головы поблагодарил за напоминание Мольфар. - Так вот, его влияние на толпу схоже с влиянием, которым простой человек обладать никак не может, зато им может обладать маг. Соответственно, было бы логично допустить, что в Ури скрыта недюжинная волшебная сила.
  Ростик и Решка переглянулись.
  - То есть, - недоверчиво произнес Решка, - он что, маг?
  - Не совсем, - покачал головой Мольфар. Он на секунду отвлекся, повернув голову в сторону двух кикимор, которые скрипучими голосами принялись напевать одну из песен "Грёз Орфея". Видимо, веселящего напитка они выпили уже больше чем достаточно.
  - Э-э-э... - протянул Мольфар, чуть заметно скривившись, поскольку кикиморы фальшивили самым безжалостным образом. - Так вот. Я не думаю, что он маг в полном смысле этого слова. Видите ли, можно носить в себе магическую силу, но для того, чтобы стать магом, ей нужно дать выход, как это когда-то случилось с Ростиком в тайной комнате принца Дориана. Полагаю, Ури даже не подозревает, что носит в себе волшебную силу, и не делает ничего, чтобы дать ей выход. Однако, магическая сила, судя по всему, в нем есть, и выход она ищет сама. Как может. Например, через музыку, которую он пишет, или через его голос.
  Ростик вспомнил, как Дрю назвала голос Ури завораживающим. Может, Мольфар прав? Ведь и он сам, если быть откровенным, почувствовал что-то такое, когда услышал голос Ури в первый раз. Вот только, в отличие от Дрю, к ощущениям, которые вызывал голос Ури, Ростик отнесся спокойно.
  - Если это так, - спросил мальчик, - то почему это действует только на девчонок?
  - О-о, это загадка даже для меня! - воскликнул старый маг с лукавым блеском в глазах. - Могу только предположить, что скрытая волшебная сила Ури проявляет себя в том, что привлекает ее владельца. Ему нравится сочинять музыку - и магия находит выход через музыку. Ему нравится петь - магия выходит наружу вместе с его голосом. Если следовать этой логике, то, судя по всему, упомянутому юноше просто нравятся девушки. То есть, иными словами, ему нравится производить впечатление на девушек.
  Ростик и Решка обменялись многозначительными взглядами, и Решка сказал:
  - Э-э-э... Ну и слава богу. То есть... Я имею в виду, это очень здорово, что ему нравятся девушки.
  Мольфар хмыкнул и скрыл улыбку, поднеся ко рту свою кружку, а Арни, откинувшись назад, от души рассмеялся.
  - Да уж, - сквозь смех сказал он. - В самую точку попал. Кстати, если хотим узнать, что будет во втором отделении концерта, то лучше поспешить.
  Возвращаясь со всеми на площадь, Ростик думал над словами Мольфара. Он вспомнил, какое у него было ощущение, когда он впервые увидел Ури на одной из афиш. Ему тогда показалось, что есть нечто важное, что он обязательно должен понять о голосе "Грёз Орфея". Может быть, это было связано с тем, о чем рассказал Мольфар, - что в Ури скрыта сила мага?
  Когда стражи вернулись на площадь, второе отделение концерта уже началось. "Грёзы Орфея" были на сцене, играли гитары и барабаны, Ури пел. Мольфар остался стоять в стороне от толпы, а ребята стали пробираться сквозь море живых тел к тому месту, где оставили Дрю с Фиалкой. Не прошло и минуты, как Ростик обнаружил, что они с Решкой в толпе потеряли Арни. Рыжей головы Лиса поблизости видно не было, как Ростик ни озирался по сторонам.
  - А-а-а-а!!! - пронзительно завизжала рядом какая-то девочка, так что у Ростика едва не лопнула барабанная перепонка в левом ухе. - Ури мне улыбнулся! Не могу поверить! Ури! Ури-и-и-и!
  Ростик почувствовал, что начинает понимать Саньку, который просто не смог наблюдать за этим массовым помешательством. С раздражением он подумал, а не уйти ли отсюда и ему? Найти в Мардолском дворце Бамбура и сыграть с ним в "Кикимору болотную" - не слишком оригинальное времяпрепровождение, но хотя бы будет гарантия, что он не оглохнет на всю оставшуюся жизнь. А когда позади него снова раздался короткий вскрик, Ростик окончательно решил, что с него хватит. Он был не против послушать музыку, но ему уж никак не хотелось, чтоб это было последним, что он услышит в своей жизни.
  Машинально обернувшись, чтобы посмотреть, кто издал крик, Ростик, к собственному удивлению, увидел позади себя не оголтелую фанатку, а испуганную девушку, которая стояла с раскрытым ртом и таращилась куда-то вверх широко распахнутыми глазами. Тут же поблизости раздался другой похожий возглас, и Ростик невольно проследил за взглядом девушки. Подняв глаза к темному небу Мардола, он увидел двух парящих в воздухе существ. Одно из них было вдалеке, а другое - совсем рядом, в нескольких метрах над головой Ростика, так что он хорошо мог его рассмотреть.
  Это было существо похожее одновременно на стервятника и на женщину. У него были крылья и нижняя часть тела хищной птицы, а лицо уродливой старухи - с длинным крючковатым носом и искривленным в отвратительной гримасе ртом. Кроме крыльев, это существо имело еще и руки, кисти которых напоминали птичьи лапы с длинными костлявыми пальцами и огромными загнутыми когтями. Существо повернуло свое уродливое лицо к Ростику - страшные, налитые злобой глаза словно пронзили его насквозь - и, раскрыв беззубый рот, издало пронзительный визг. У этого существа был жуткий голос, от которого холодела кровь в жилах.
  Ростик только открыл рот, чтобы спросить, что это, но еще раньше прозвучал не на шутку встревоженный и напряженный голос Решки:
  - Гарпии!
  Он оглянулся по сторонам, и Ростик понял - Решка хочет убедиться, что чудовищ только двое. Но уже в следующую секунду им пришлось уклониться от стремительно пронесшегося над их головами монстра.
  - Черт! - выпрямляясь, яростно ругнулся Решка. - Откуда они здесь взялись!? Подожди-ка...
  На лице Решки ярость вдруг сменилась озадаченностью.
  - Но это же... - он явно не мог правильно подобрать нужное слово, но потом все-таки договорил: - Это не настоящие гарпии... Это... Это же чей-то сон!
  Ростик подумал, что это странно: если гарпии всего лишь сновидения, то почему они так напугали мардолцев, ведь для жителей этого города видеть сны наяву - привычное дело.
  Однако увидев, как одна из гарпий бросилась прямо в толпу, заставив людей на площади закричать от ужаса и попадать на землю, мальчик сразу понял, в чем дело. И, видимо, мардолцы осознали проблему раньше него, поэтому и запаниковали.
  - Решка, кажется, эти гарпии, они не простые сновидения, они... - начал было Ростик, но конец предложения застрял у него в горле.
  Решка закончил вместо него голосом, который ничего хорошего не предвещал:
  - Да, ты прав: эти гарпии - такие же, как призрак, напавший вчера на девчонку-графиню. Ожившее сновидение. Обычные мардолские сны вели бы себя иначе, а эти гарпии нападают на людей.
  В этот момент в толпе началась настоящая паника: гарпий было уже не двое, они словно материализовались из воздуха одна за другой. Люди в толпе принялись толкать друг друга, пытаясь покинуть площадь, поднялся дикий визг десятков, или даже сотен голосов. И только сейчас Ростик осознал, что замолчала музыка и голоса Ури уже давно не слышно.
  Обернувшись в сторону сцены, он увидел, как одна из гарпий кинулась на ударника "Грёз Орфея". Арий вовремя бросился на пол и буквально в следующую секунду оказался погребен под останками ударной установки, которая разлетелась под ударами мощных крыльев монстра. Пусть эта гарпия была сновидением, но при этом она обладала невероятной силой.
  - Никуда не уходи! - быстро выкрикнул Решка. - Я сейчас!
  После чего, с удивительной ловкостью лавируя между мечущимися вокруг людьми, растворился в толпе.
  Оставшись один, мальчик растерялся и почувствовал, что его, как и всех остальных людей на площади, охватывает паника. Его то и дело толкали со всех сторон, и лишь каким-то чудом ему удавалось удерживаться на ногах. Где-то здесь должны были быть еще Дрю, Фиалка и Арни, но где - это еще вопрос. Рядом с площадью остался Мольфар, но Ростик не был уверен, что старый маг сможет пробраться сквозь лавину обезумевших зрителей. Остальные стражи сейчас были в Мардолском дворце - они и знать не знали о том, что творится в этот момент на площади.
  Тем временем, сновидения-гарпии вели себя с каждой секундой все агрессивнее, с душераздирающим визгом носясь над толпой. Ростик проследил за одной из них - в этот момент она пролетала у него над головой. Тело мальчика одеревенело, как будто инстинктивно он боялся, что если хотя бы шевельнется, то сон-монстр тут же заметит это движение и бросится на него. Однако гарпия пролетела мимо.
  Провожая ее взглядом, Ростик не сразу сообразил, куда она направляется. И только, когда его глаза выхватили из всего, происходящего вокруг, растерянно замершую на краю сцены фигуру Ури, который до сих пор держал рукой стойку с микрофоном, Ростик понял, на кого в этот момент нацелилась гарпия.
  Мальчик не успел даже рта открыть, чтобы предупредить Ури об опасности, как чудовищный монстр был уже над ним. Видимо, Ури почувствовал угрозу. Он вдруг закинул голову вверх и в ужасе отшатнулся, уронив стойку с микрофоном. Даже находясь внизу, в нескольких метрах от сцены, Ростик отлично видел страшные глаза призрачной гарпии и извивающиеся в воздухе, подобно змеям, ее волосы. Только один ее вид внушал оцепенение, от Ури же она была лишь в десяти футах.
  Ростик дернулся вперед, еще толком не зная, что собирается делать, и сквозь панику понимая, что просто-напросто не успеет. Гарпия тем временем стремительно рванулась к оцепеневшему от страха музыканту и протянула к нему огромные когтистые лапы, но в этот момент над головой Ури мелькнуло покрывало из красных крыльев, и золотоглазый рубеал оторвал его от земли под самым носом разъяренной гарпии. Чудовище издало вслед Орландо душераздирающий вопль, похожий на крик хищной птицы и ополоумевшей старухи одновременно.
  Поняв, что Ури в безопасности, Ростик облегченно выдохнул. Он проследил взглядом, как Орландо пронес Ури по воздуху и опустился на сцене в той стороне, где была лестница. Однако облегчение Ростика было преждевременным, потому что та самая гарпия, которая упустила Ури, с еще более диким воплем обозленной бестии бросилась на Тита.
  Ростик повернул голову в сторону Ури и Орландо, чтобы понять, видит ли это рубеал. Орландо увидел и, оставив Ури, поднялся в небо, чтобы поспешить на помощь Титу, который в этот момент, атакуемый гарпией, закричал от страха, прикрыв лицо руками. Его крик сначала словно разорвал воздух, но в следующее мгновение потонул в оглушающем визге обезумевшей толпы.
  Уповая на то, что Орландо успеет вовремя, Ростик решил приглядывать за Ури, который снова остался без защиты. По пути его взгляд выхватил две фигуры на сцене - он наконец-то увидел Арни. Лис уводил со сцены Ария, прикрывая его собой и одновременно отражая атаки гарпий магией своего амулета. Об ударнике группы теперь можно было не беспокоиться.
  "Ури", - напомнил себе Ростик и повернул голову правее.
  Голос "Грёз Орфея" даже не обернулся на крик Тита, но в этот момент на его лице отразился ужас еще больший, чем прежде - когда его самого атаковал жуткий монстр в облике женщины-птицы. Он сделал шаг вперед, огромными глазами глядя в сторону другого конца сцены, и, споткнувшись, упал на колени. Не обратив на это никакого внимания, он поднял голову и крикнул обезумевшим голосом:
  - Иво! ИВО!!!
  И только тут Ростик догадался посмотреть туда, куда смотрел Ури, и обомлел от увиденного.
  Одна из гарпий схватила Иво и подняла его в воздух. Ростик сразу понял, что юноша без сознания - его руки безжизненно свисали вдоль туловища, а длинные светлые волосы на откинутой назад голове безжалостно хлестало ветром. Гитара, которая и сейчас была с ним, перекрутилась на ремне, накинутом на шею Иво, и в эту минуту выглядела как болтающаяся в воздухе деревянная игрушка, а не инструмент, создающий звуки, способные заставить целую толпу кричать в экстазе.
  - Иво!!! Не-е-е-е-ет!!! - отчаянно крикнул Ури, и Ростик, осознавая несвоевременность этой мысли, подумал, что за себя голос "Грёз Орфея" боялся меньше.
  А Ури, словно услышав мысли Ростика, повернул голову и нашел в толпе его взгляд. Ростик понял этот взгляд без малейших сомнений: Ури просил, нет - умолял! - о помощи.
  Обернувшись к гарпии, сжимающей в когтях безжизненное тело Иво и впивающейся в свою жертву жутким взглядом, Ростик лихорадочно пытался заставить себя что-то придумать.
  В растерянности он огляделся вокруг, но лишь для того, чтобы убедиться, что помощи ждать неоткуда. Орландо исчез из поля его зрения вместе с Титом - зеленоглазого басиста уже не было на сцене, видимо, рубеал отнес его в безопасное место. Что касается Лиса, тот был слишком занят, защищая Ария, и, конечно, не смог бы разорваться надвое.
  Взгляд Ростика вернулся к Иво - и вовремя. Разъяренная гарпия подняла его над своей головой, и Ростик вдруг отчетливо понял, что она собирается сделать - разорвать светловолосого музыканта напополам своими жуткими когтистыми лапами. Эти лапы резко напряглись, и одновременно прозвучали полный ликования вопль бестии и обезумевший крик Ури, заглушивший беспорядочное многоголосие толпы:
  - Не-е-е-е-е-е-е-ет!!!
  И тогда Ростик, сам не понимая, откуда в его голове за считанные секунды отыскалось решение, отнял от груди медальон со змеевиком и во весь голос воскликнул:
  - Итолп Тенансу!!!
  Змеевик вспыхнул так ярко, как никогда прежде, так что на какое-то мгновение Ростику показалось, что он ослеп в этом ярко-зеленом сиянии. А когда свет перед его глазами рассеялся, он увидел падающее вниз тело Иво - гарпия исчезла.
  Ростик не слышал звука падения, хотя ему показалось, что до его ушей донесся треск деревянного корпуса гитары, зато он увидел, как вскочил с колен Ури и сломя голову бросился к неподвижно лежащему на другом конце сцены Иво.
  Мальчик опустил глаза на медальон в своей руке. Не замечая людей вокруг, не слыша криков толпы, не обращая внимание на постоянные толчки со всех сторон, Ростик смотрел на змеевик. Зеленый камень едва-едва светился, но его сияние исчезало на глазах. Мальчик ошеломленно моргал, не веря тому, что произошло.
  "У меня получилось? - недоверчиво спросил он самого себя. - "У меня и вправду получилось!".
  До сих пор единственным заклинанием, которое он смог применить лишь однажды, был простой призыв огня - "Менго". Ростик даже какое-то время считал, что в тот раз все вышло случайно. Но теперь его переполняло странное и очень сильное чувство - как будто чей-то голос сказал ему, твердо и ясно: "Ты маг. Твое место здесь".
  
  
  Глава 7
  КАЗНАЧЕЙ ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА
  
  Утром следующего дня напротив ворот королевской резиденции собрался настоящий митинг. В сущности, это были все те же фанаты "Грёз Орфея", которые дневали и ночевали возле Мардолского дворца с приезда группы в город. Вот только теперь вместо плакатов с атрибутикой группы и лицами музыкантов, они размахивали транспарантами с гневными лозунгами, вроде: "Кто в ответе за нападение на концерте?!", "Королевских магов - к ответу!" или "Куда смотрит король?!".
  Во время завтрака канцлер Грэм заявил, что на толпу нужно спустить королевскую стражу, мол, если половину из них заточить в тюремное подземелье, то остальные уползут, поджав хвосты. Но король Теодор, хватаясь за сердце, заявил, что не может так поступить со своими дорогими горожанами, ведь их возмущение и тревогу можно понять. Канцлер в свою очередь упрекнул дядю в слабоволии и продолжил завтрак в крайнем раздражении.
  - Куда ты ушел вчера? - хмуро глянув на Решку, спросил Ростик, когда после завтрака они столкнулись на этаже, где находились апартаменты "Грёз Орфея".
  - Звать Орландо, конечно! - возмущенно фыркнул тот, ничуть не смутившись. - Он был единственным, кто срочно мог прилететь на помощь.
  - Как ты мог быть в этом уверен? - подозрительно спросил Ростик, все еще не желая прощать Решку, что тот бросил его одного.
  На его взгляд, Решка явно привирал. Орландо появился слишком быстро, почти сразу, как Решка ушел. Скорее всего, это означало, что рубеал на тот момент уже находился поблизости: к примеру, кружил над городом на своих огромных красных крыльях, - поэтому и заметил вовремя, что на площади что-то происходит.
  "Плут - он Плут и есть, - про себя подумал Ростик, вспомнив фамилию Решки. - Не зря Дрю называет его симулянтом".
  - Я просто знал, что Орландо где-то рядом.
  - Откуда?
  Решка явно начинал злиться.
  - Потому что он всегда где-то рядом, - сквозь зубы процедил он. - Чего это ты меня допрашиваешь? Ты что, считаешь, что я удрал? В конце концов, Орландо прилетел или не прилетел?
  Ростик засопел, не желая уступать, но все же через силу выдавил из себя:
  - Прилетел.
  - Вот именно! - подтвердил Решка. - И, между прочим, вовремя. Иначе от нашей звезды - Ури этого - только один микрофон и остался бы.
  Ростик решил, что спорить бесполезно. Все равно он не мог доказать, что Решка просто смылся подальше от опасности. Но интуиция подсказывала ему, что на деле именно так все и было.
  С раздраженным вздохом он оставил Решку в коридоре, а сам вошел в большую гостиную. На диванчике в центре залы сидели Санька и Дрю. Завидев Ростика, Бамбур поприветствовал его растопыренной пятерней, а Дрю проронила "Привет".
  Бросив взгляд на дверь смежной комнаты, Ростик спросил у ребят:
  - Иво там?
  - Угу, - подтвердила Дрю. - За ним сестра присматривает. В целительной магии Фиалка разбирается лучше всех в ордене.
  - И как он?
  - До сих пор не пришел в сознание, - вздохнула девочка. - Досталось ему. Но Фиалка говорит, что жить будет.
  - А как?..
  Ростик и сам моментально забыл, о чем хотел спросить, потому что в этот момент в гостиную вошел Ури. Дрю тотчас словно подменили - не мигая она уставилась на музыканта сияющим влюбленным взглядом. Голос "Грёз Орфея", в отличие от нее, выглядел мрачнее тучи.
  "Наверное, от беспокойства, - решил про себя Ростик. - Но почему кажется, что он переживает только об Иво?".
  Ури повернул голову в сторону ребят. Голубые глаза остановились на Ростике. Юноша смотрел так несколько секунд, потом кивнул в знак приветствия и, не сказав ни слова, вошел в комнату, где находился Иво.
  - Странно, - задумчиво произнес Ростик, глядя на дверь, за которой только что скрылся Ури.
  Дрю рядом блаженно вздохнула и вдруг, словно очнувшись, повернула к нему свое лицо.
  - А? Что - "странно"?
  Ростик озадаченно почесал в затылке.
  - Когда опасность угрожала Титу и Арию, Ури оставался спокоен. А увидев, что одна из гарпий схватила Иво, словно с ума сошел от ужаса. Мне даже показалось, что он за себя так не боялся, как за Иво.
  Дрю хмыкнула и пожала плечами.
  - И что в этом странного? Иво и Ури - родные братья. Конечно же, Ури за него волнуется. - И заметив удивление Ростика, спросила: - Ты что, не знал?
  Ростик отрицательно покачал головой.
  - Нет, не знал.
  - Ну ты даешь! - фыркнула Дрю с напыщенным видом. - Об этом все знают.
  - Все поклонники "Грёз Орфея", ты хочешь сказать? - уточнил Санька.
  Дрю бросила на него косой неодобрительный взгляд.
  - Не важно, - недовольным тоном ответила она и, уже обращаясь к Ростику, добавила: - Теперь будешь знать.
  Ростик снова посмотрел на дверь.
  - Тогда понятно, почему для Ури спасение Иво было важнее всего остального.
  - Ну конечно! - убежденно подтвердила Дрю и уже другим тоном, словно внезапно ее что-то растрогало, добавила: - Я даже слышала, что у них, кроме друг друга, больше никого нет. Родных, я имею в виду.
  - Бедолаги, - с притворным сочувствием сказал Санька и, не обращая внимания на сопящую от обиды Дрю, повернулся к Ростику с довольно расплывшейся физиономией: - А здорово ты воспользовался моим заклинанием. Это ж я тебя ему научил - во сне принца Дориана. Помнишь?
  - Ага, помню, - кивнул Ростик и озадаченно пожал плечами. - Сам не знаю, как оно мне в голову пришло.
  "Итолп Тенансу" - заклинание, рассеивающее сон, - Ростик слышал лишь однажды, от Саньки. Он даже не знал, что запомнил его, и удивился чудесам своей памяти не меньше приятеля. Хотя больше всех был удивлен Арни, сказав, мол, как так могло получиться, что Ростик знает заклинание, которое не известно ему. Оказалось, что заклинание "Итолп Тенансу" передала Саньке его бабка. Оно было чем-то вроде семейного наследства Бамбуров, поэтому Арни его и не знал. Но находчивый рыжий страж тотчас заявил, что теперь возьмет его на вооружение.
  В этот момент в помещение вошли Мольфар, Невер и Михей с Мераби.
  - Ну, по какой бы причине оно не пришло тебе в голову - это спасло одну человеческую жизнь, - с улыбкой глядя на Ростика, произнес Старейшина. - Не так уж мало, верно?
  Он сел в одно из кресел и, бросив помрачневший взгляд на дверь, где лежал все еще не пришедший в сознание Иво, произнес, словно обращаясь к самому себе:
  - Скорее всего, это не существенно, но все-таки мне хотелось бы знать, чей это был сон.
  - Этот кто-то явно не в восторге от приезда в город "Грёз Орфея", - сказал Невер, присаживаясь в соседнее с Мольфаром кресло. - Гарпии хоть и напугали толпу на площади, но нападали в основном на музыкантов.
  Мольфар покивал головой:
  - Да, очень похоже, что именно так и было.
  Ростик вдруг вспомнил небольшое происшествие, случившееся несколько дней назад.
  - Этот сон с гарпиями... может быть... - задумчиво произнес он, и все взгляды тотчас обратились к нему. Ростик растерянно заморгал. - То есть я не уверен, но...
  - Если ты вспомнил что-то важное, Ростик, - сказал Мольфар, - то мы с интересом выслушаем тебя.
  Ростик некоторое время колебался - в конце концов, со стороны его подозрения могут выглядеть немногим лучше, чем обвинения Дрю в адрес Тремо. Но все же мальчик решил рассказать - а там уж пусть старшие стражи думают, есть в его словах что-то стоящее внимания или нет.
  - Вечером в день приезда мы видели в городе казначея, - сообщил он, глядя на Мольфара. - Кажется, у него есть привычка ругаться, упоминая гарпий. Вот я и подумал, а вдруг это был его сон?
  - Казначей? - удивленно поморгал Санька: то ли с трудом припоминая инцидент в вечер их приезда, то ли не понимая, почему ему самому не пришло в голову вспомнить об этом.
  Ростик кивнул.
  - Казначей был недоволен тем, что "Грёзы Орфея" приезжают в Мардол. Он тогда так и сказал, глядя на афишу: "Стаю гарпий на их головы". По-моему, это вообще его любимое ругательство. Он точно так же прикрикнул на чистильщика обуви, когда ему показалось, что обувь плохо блестит. Сказал что-то вроде: "Гарпия тебя разорви".
  Мольфар задумчиво погладил бороду.
  - Думаю, в нашем положении нельзя разбрасываться даже незначительными вероятностями, - произнес Старейшина. - Пожалуй, имеет смысл навестить главу казначейства и задать ему пару вопросов. Возможно, в наших руках наконец появилась нить, которая поможет нам распутать этот загадочный клубок.
  - Невер, Ростик, - произнес он, - вы ведь не возражаете против того, чтобы составить мне компанию?
  
  * * *
  
  Ростик не знал, зачем Мольфар решил взять его с собой. Однако это определенно его радовало, поскольку означало, что его больше не держали в стороне от дел ордена. Расстраивало только одно - присутствие Невера.
  Наследник Казантипа всегда относился к нему с неприязнью, но только теперь, когда Ростик пришел в мир Двенадцати городов во второй раз, он и сам начал ощущать подспудное напряжение при мыслях о Невере.
  Мальчик догадывался, в чем было дело. Его отношение к стражу в черном начало меняться, когда он узнал, что они оба тенеусты. Теперь он невольно противопоставлял себя Неверу - потому что оказалось, что они в чем-то одинаковы. Такого сходства у него не было ни с кем другим в ордене. Вот только в сравнении Ростик проигрывал без малейшего шанса. Невер был сильным магом, а он - всего лишь ребенком.
  - Мы пришли, - произнес Мольфар, невольно вынудив Ростика вынырнуть из размышлений. - Кабинет главного казначея здесь.
  Трое стражей ордена стояли перед высокой и черной, как уголь, двустворчатой дверью. Мольфар постучал. Прошло секунд десять, когда дверь открылась. Перед стражами стоял низкорослый человечек в сером балахоне. По смиренному виду и опущенным глазам можно было предположить, что это мелкий служащий казначейства.
  - Кто там? - послышался из кабинета раздраженный голос, в котором Ростик тотчас узнал главного казначея.
  - Господа стражи ордена пожаловали, - угодливо ответил коротышка текучим, как мед, голоском, не поднимая взгляда от пола.
  Ростик даже удивился: как этот человек узнал, что перед ним стражи, если все, что он мог видеть с опущенным взглядом, это ноги посетителей?
  - Впусти, - с заминкой распорядился глава казначейства.
  Коротышка сделал шаг назад и изобразил рукой приглашающий жест. Когда стражи друг за другом переступили порог, он тихо закрыл дверь и тотчас исчез - словно растворился в воздухе.
  Кабинет главного казначея его величества выглядел непритязательно: простой письменный стол, пол без ковров, деревянные стулья вместо кресел. Сквозь открытую дверь, ведущую в смежное помещение, Ростик видел ряды стеллажей. Он знал, что казначеи заведуют казной, и почему-то ожидал увидеть здесь сундуки, набитые золотыми монетами, или, на худой конец - сейфы с огромными замками. Однако если сейфы где-то и были, то прятали их подальше от глаз посторонних.
  Казначей - худой и скользкий, как угорь, - встал из-за стола, приветствуя посетителей. Ростик ожидал, что этот человек будет притворяться господином Сама Невозмутимость, как он делал это во время завтрака за королевским столом, но мальчик ошибся.
  Вместо того чтобы предложить стражам ордена хотя бы присесть, глава казначейства, сцепив кисти рук перед собой в замок, неприветливо и раздраженно обратился к своим посетителям:
  - Насколько я понимаю, вы пришли ко мне по делу, господа стражи. Буду крайне признателен, если вы изложите суть как можно короче. Я, видите ли, занят - у казначейства много забот.
  Видимо, подумал Ростик, главный казначей готов был притворяться паинькой только в присутствии короля Теодора, и еще, может быть, канцлера Грэма - наследника короны. Мальчик знал, что в мире Двенадцати городов есть люди, которые недолюбливают стражей ордена, но неприязнь казначея явно не адресовалась лично им - у этого "угря" был просто-напросто крайне скверный характер.
  - Разумеется, мы постараемся не отнимать у вас много времени, уважаемый глава казначейства, - с неизменной любезностью ответил на нерадушное приветствие Мольфар. - Посему сразу перейду к делу.
  Казначей кивнул в знак того, что внимательно слушает. Старейшина бросил быстрый взгляд назад, где за его спиной стояли Невер и Ростик. Мальчику показалось, что этот взгляд словно приказывал им оставаться на месте и не вмешиваться в разговор - просто слушать. Невер скрестил руки на груди, уставившись в пространство перед собой. Ростик хотел было прислониться к стене, чувствуя неудобство от того, что приходится столбом стоять в метре от двери, но, глянув на прямую спину Невера, ограничился тем, что засунул руки в карманы.
  - Как вам наверняка известно, - словно в задумчивости сделав несколько шагов в глубь кабинета, произнес Мольфар, - вчера вечером на главной площади города во время концерта произошло чрезвычайное происшествие.
  - Да-да, конечно, - нервно подтвердил казначей. - Наслышан. Все только об этом и твердят с самого утра, вместо того чтобы упорно трудиться на благо королевской казны!
  - В таком случае, - игнорируя сетования собеседника, продолжил Старейшина, - вы, наверняка, уже знаете подробности: ожившие сновидения Мардола нападали на горожан и музыкантов, в итоге один человек серьезно пострадал.
  Мольфар медленно мерил шагами кабинет, из-за чего недовольный взгляд казначея постоянно перемещался из стороны в сторону. Внезапно Старейшина остановился прямо перед ним и, глядя ему в лицо, спросил:
  - Скажите, любезный казначей, вы вчера хорошо спали?
  Лицо казначея вытянулось от удивления.
  - Простите?
  Мольфар вежливо улыбнулся.
  - Я спросил, хорошо ли вы спали.
  Глава казначейства нахмурился и, одарив старого мага подозрительным взглядом, хмыкнул.
  - Вас, магов, порой не поймешь. Как по мне, так ваш вопрос не имеет смысла, - безапелляционно заявил он. - Но коль скоро глава Ордена Двенадцати Камней проявляет беспокойство о моем сне, то, видимо, неспроста.
  Старейшина учтиво кивнул.
  - Благодарю за понимание.
  Казначей опять хмыкнул, досадливо дернул краем рта и произнес:
  - Что ж, мне от вас скрывать решительно нечего, господа стражи. Извольте.
  Лицо Мольфара приняло выражение вежливой заинтересованности, словно он давал понять, что внимательно слушает.
  - Вчерашней ночью мой сон оставлял желать лучшего, - нервно шевельнув бровями, начал казначей. - Сначала мне не давал спать крик ворона. Эта мерзкая птица уселась на дереве за моим окном и своим назойливым карканьем испытывала мое терпение. Наконец ворон замолчал, а я уже было начал засыпать, как вдруг загремела эта отвратительная музыка, которая доносилась с площади. Я затыкал уши ватой! Я прятал голову под подушку! Под две подушки!!!
  Чем больше казначей говорил, тем сильнее росло его раздражение.
  - Однако уснуть не удавалось! Эти невыносимые звуки, казалось, просачивались сквозь стены! Это было ужасно! Поистине невыносимо!
  Он нарочито глубоко вздохнул, словно пытаясь призвать себя к спокойствию, и продолжил:
  - В конце концов я все-таки уснул. Хотя, должен вам заметить, что сон мой был очень тревожным и беспокойным, а я, знаете, люблю спать крепко и без всяких сновидений.
  "Но иногда тебе снятся толстые боровы, которые хрюкают под окнами несчастных мардолцев", - подумал Ростик, припоминая случайно подслушанный им разговор по приезде в город.
  - Но в этот раз сон вам приснился, - предположил Мольфар.
  Казначей поморщился, словно от укуса, и с неохотой процедил:
  - Да, сон был.
  - Что же вам снилось, господин казначей? - настойчиво спросил старый маг.
  - Ну, разумеется, эта вакханалия на площади! - зло воскликнул казначей. - Что еще могло мне сниться при данных обстоятельствах?!
  - Разумеется, - невозмутимо согласился Мольфар. - Что-то еще?
  Глава казначейства снова вздохнул, в этот раз с недовольством, и нервно причмокнул губами.
  - Я, конечно же, не запоминал свой сон. Зачем мне это было нужно, скажите на милость?
  - Но что-то вы все-таки помните? - терпеливо продолжал Мольфар.
  Ростик про себя подивился его спокойствию. Было видно, что главному казначею это разговор не по душе, однако, каким-то образом Мольфару удавалось вытягивать из него все, слово за словом.
  Глава казначейства сощурился и, вызывающе глянув на Старейшину ордена, заявил, нервно притопывая ногой:
  - Думаете, я не знаю, к чему вы клоните? Зря вы так считаете! Я прекрасно вижу, куда вы клоните! И не стану ничего отрицать!
  Казначей вдруг так разозлился, что слова полились из него потоком, даже если в его намерения поначалу совсем не входило выкладывать все начистоту:
  - Во сне я сотрясал кулаками и призывал этих нарушителей спокойствия к порядку. Я кричал: "Стаю гарпий на ваши головы, дерзкие музыкантишки! Пусть они вас всех растерзают! Всех до единого!". Но они не унимались! Они заставляли свои инструменты греметь еще громче! Меня никто не слышал!
  Тут на лице казначея появилось выражение такого бесконечного удовлетворения, будто он стал свидетелем истинного торжества справедливости. Почти с ликованием он продолжал:
  - А потом появились ОНИ! Гарпии! И их было много - стая! Они стали бросаться на этих дерзких юнцов с гитарами! И я ликовал!!!
  Стражи молча смотрели на казначея, когда он закончил. Ростик не догадывался, о чем думают Мольфар с Невером, но ему самому показалось, что перед ним одержимый сумасшедший, с таким удовольствием на лице он говорил о том, как в его сне кому-то угрожала смертельная опасность.
  - Дальше я ничего не помню, - совершенно обыденным тоном подытожил казначей, успокоившись так же внезапно, как только что впадал в ярость. - Я крепко заснул, и до самого утра никакие сны меня больше не тревожили.
  Он одарил Мольфара предупреждающим взглядом из-под бровей.
  - Но прежде чем вам взбредет в голову делать заведомо ложные выводы, уважаемые стражи ордена, я должен заявить, что не имею ни малейшего отношения к тому, что происходило той ночью на площади. То, о чем я рассказал вам, и то, что случилось во время концерта, никоим образом между собой не связано. Мой сон... - Глава казначейства на секунду заколебался, но тут же убежденно заявил: - Это был только сон - и не более! Слышите? Не более!
  Мольфар, не глядя на казначея, кивнул. У него был очень серьезный и задумчивый вид. Ростик молча наблюдал за ним, ожидая какой будет его реакция.
  - Спасибо, уважаемый казначей, за то, что пошли нам навстречу и ответили на наши вопросы, - наконец сказал Мольфар. - Мы вам благодарны и не смеем вас больше беспокоить. Всего доброго.
  С этими словами он посмотрел на своих спутников, давая понять, что визит закончен и пора уходить.
  
  * * *
  
  - Что вы думаете, Старейшина? - спросил Невер, когда они втроем шли коридорами, покидая ту часть дворца, где располагалось казначейство его величества.
  - Кто-то манипулирует снами мардолцев, - сказал Мольфар; он был мрачен. - Теперь это совершенно очевидно. Казначей - всего лишь самый обычный королевский чиновник. Даже если бы он захотел, он не смог бы разбудить свой сон, сделав его явью.
  - Но в таком случае, этот некто должен обладать впечатляющей магической силой, - сказал Невер. - Превосходящей силу многих из ордена.
  Мольфар какое-то время молчал.
  - Не только сила решает, Невер, - наконец сказал он, - не только сила. Изобретательность подчас куда страшнее.
  - Вы имеете в виду что-то конкретное? - спросил наследник Казантипа.
  Ростик с интересом слушал, не вмешиваясь в разговор.
  - Использовав подходящие возможности, даже маг с умеренной силой сумеет добиться своего, - сказал Мольфар. - Могу тебе с уверенностью сказать, что выбрав правильный способ, как минимум пятеро стражей ордена смогли бы воздействовать на сны, включая меня и тебя.
  Ростик перевел взгляд на Невера. Наследник Казантипа, казалось, задумался.
  - Возможно, вы правы. Но тогда поиски виновного становятся во много раз сложнее. Найти мага, могущество которого по-настоящему велико, проще - их единицы. Но как найти одного из многих равных?
  Старый маг тяжело вздохнул и после паузы сказал:
  - Вот это меня и беспокоит больше всего.
  
  
  Глава 8
  ЗНАХАРСТВО ФИАЛКИ И ГРЁЗЫ ДРЮ
  
  Когда Ростик вошел в гостиную, специально выделенную для досуга стражей ордена, то увидел сидящую на диване в позе йога Дрю. Девочка выглядела очень странно: она зачем-то вытягивала шею вперед, а на глазах у нее было нечто вроде черных солнцезащитных очков. При этом Дрю что-то тихо бубнила себе под нос и странно покачивалась из стороны в сторону.
  Ростик подошел к дивану, постоял несколько секунд, раздумывая, стоит ли ее беспокоить, и, наконец, решившись, протянул руку и легонько потряс плечо девочки. Однако, к его удивлению, она не обратила на это ни малейшего внимания, продолжая методично раскачиваться и с зомбированным видом шевелить губами.
  Тогда Ростик снова потряс Дрю за плечо, но уже не легонько, и, видимо, он немного перестарался, потому что Дрю вдруг замахала руками, как мельничными лопастями, и, потеряв равновесие, соскользнула с дивана. Оказавшись на полу, она сняла с глаз очки и, став на четвереньки, возмущенно посмотрела на Ростика.
  - Ты что, сдурел? Зачем ты меня с дивана скинул?
  Ростик протянул ей руку, помогая подняться на ноги.
  - Ни откуда я тебя не скидывал, - возразил он. - Ты сама упала. Нечего было раскачиваться здесь, как неваляшка. Еще под нос себе что-то бормотала... Ты знаешь, что люди, которые бормочут себе что-то под нос, выглядят подозрительно?
  Ростик сопроводил свои слова косым прищуренным взглядом. Дрю в ответ шмыгнула носом и уселась обратно на диван в прежней позе. Ростик сел рядом, откинувшись на спинку.
  - Я не бормотала, - неохотно пояснила Дрю. - Я подпевала.
  - Подпевала? - переспросил Ростик и покрутил головою, озираясь по сторонам. - Кому? Здесь, вроде, никто не поет.
  Дрю шумно выдохнула и закатила глаза к потолку.
  - Здесь никто не поет, - подтвердила она и, приподняв вверх черные очки, добавила: - Зато вот здесь кое-кто поет. И, между прочим, поет просто замечательно.
  Ростик демонстративно отодвинулся от Дрю подальше, скосив на нее глаза с еще большим подозрением.
  - Где? В очках? - осторожно спросил он, начиная думать, что Дрю не в своем уме.
  Девочка тяжело вздохнула, снова закатила глаза, после чего со страшно деловым видом воззрилась на Ростика:
  - Это, к твоему сведению, не очки - это инклипус.
  - Ин... что? - не понял Ростик.
  - Инклипус, - повторила Дрю. - Я купила его на концерте "Грёз Орфея". Вернее, перед концертом. - Дрю влюбленным взглядом посмотрела на очки. - Здесь одна из их лучших песен - "Черная вода" называется.
  Потом с явной неохотой перевела взгляд на Ростика, дав ему понять, что инклипус ей кажется куда более симпатичным, чем он.
  - Здесь рассказывается одна очень грустная история. Если хочешь - можешь посмотреть сам.
  Дрю протянула инклипус Ростику. Поколебавшись несколько секунд, Ростик взял его в руки и с интересом рассмотрел. Это были обычные на вид очки, только совсем черные и оправа с левой стороны была украшена крылатым металлическим черепом. Он вдруг вспомнил, что похожие перед концертом купил Арни, и они показывали, куда ни поверни голову, пустую сцену. Интересно, что покажут эти, подумал про себя Ростик. Повертев инклипус в руках, он пожал плечами и надел его на глаза. В тот же момент Ростик погрузился в кромешную темноту.
  Первым порывом было - снять побыстрее очки, чтобы снова увидеть свет. Но тут в глазах немного прояснилось, и Ростик увидел, что стоит в незнакомом лесу. Была ночь, но сквозь кроны деревьев пробивался свет звезд, которые ярко сияли на чернильном небе.
  Не успел Ростик задаться вопросом, где он находится, как в его ушах заиграла музыка. Собственно, музыка, казалось, шла отовсюду: мелодичные наплывы фортепьяно, звенящие раскаты электрогитар. К своему собственному удивлению, Ростик сразу вспомнил эту песню - он слышал ее на концерте.
  Пока музыка играла, Ростик стал пристально всматриваться во мрак леса и заметил виднеющееся между деревьев небольшое озеро. Даже отсюда он видел яркие отблески отражающихся в воде звезд и, не долго думая, пошел в ту сторону.
  Пока он шел, гитары смолкли, а в воздухе зазвучал знакомый голос - голос Ури. Ростик даже не стал прислушиваться к словам, потому что сквозь деревья увидел, как на берегу озера появились какие-то люди. Прибавив шагу, мальчик поравнялся с кромкой леса и нерешительно остановился, наблюдая за происходящим.
  Из темной стоячей воды незнакомые Ростику люди вытаскивали на берег мертвое тело красивой светловолосой девушки. Ее глаза были закрыты. Длинные темные ресницы резко выделялись на бледном без единой кровинки лице.
  Ростик стоял и смотрел во все глаза, не шевельнувшись даже тогда, когда несколько человек пронесли тело утопленницы мимо него. Впрочем, они его как будто не заметили. А в это время невыразимо печальный голос Ури пел:
  
  В заколдованном лесу
  Ждет нас черная вода,
  Отражая звезды.
  
  В заколдованном лесу
  Только черная вода
  Смоет мои слезы...
  
  И в этот момент Ростик увидел его: Ури стоял на противоположном берегу озера, так же, как и Ростик, прячась среди деревьев. Он выглядел странно: одет в рваные лохмотья, черная краска под глазами потекла, отчего казалось, что по его щекам льются черные слезы. Ростик подумал, что Ури, наверное, как и он сам, только что наблюдал, как из пруда достали мертвое тело девушки.
  Заглушая мысли, в его ушах гремела музыка: барабаны, гитары, фортепьяно - в ней появилось что-то похожее на всепоглощающую печаль и решительную ярость одновременно. Вдруг Ростик заметил, что Ури вышел из-за деревьев и стал спускаться к озеру. Он подошел к воде и поднял голову. Ростику на секунду показалось, что Ури посмотрел прямо на него, но тот уже опустил глаза и шагнул в темную воду.
  Ростик понимал, что сейчас должно случиться, но почему-то ему и в голову не пришло что-то предпринять. Наверное, потому что, несмотря на реалистичность происходящего, он все равно осознавал, что происходит это не на самом деле. Тем временем Ури уже был по пояс в воде и продолжал заходить все глубже и глубже в черное озеро, сияющее звездными бликами.
  Когда Ури исчез под озерной гладью, Ростик увидел круги, расходящиеся по воде. В тот же миг над озером пронесся яростный порыв ветра, сорвав с деревьев листву и закружив ее в воздухе в каком-то диком танце. А когда смерч из листьев начал редеть, а потом и совсем исчез, растворившись, как дым, Ростик увидел, как уже знакомые ему люди вытаскивают на берег мертвое тело молодого юноши - тело Ури. Мокрые черные волосы окаймляли бледное, как мел, лицо, а голос в воздухе продолжал петь, но уже не печально, а надрывно, трагично:
  
  В заколдованном лесу
  Ждет нас черная вода,
  Отражая звезды.
  
  В заколдованном лесу
  Только черная вода
  Смоет мои слезы...
  
  Ури унесли. Голос смолк. Больше не разрывали воздух звуки электрогитар. Молчали барабаны. И только фортепьяно, словно прощаясь, плакало. Но вот смолкло и оно, а черное озеро стало погружаться в темноту... Когда все исчезло, Ростик потянулся рукой к лицу...
  Первое, что он увидел, отняв от лица инклипус, это восторженные глаза Дрю, глядящие на Ростика с нетерпением и любопытством.
  - Понравилось? - спросила она, хлопая ресницами.
  Ростик покосился на нее с недоумением.
  - Что? Утопленники? - уточнил он и, поморщившись, отрицательно покачал головой. - Нет, спасибо, что-то не очень. По-моему, утопленники - это не самое приятное зрелище.
  - Но ты же ничего не понял! - воскликнула Дрю и с мечтательной улыбкой вздохнула, закатив глаза к потолку: - Там такая красивая и грустная история...
  В этот момент раздался издевательский смешок, и Дрю с Ростиком повернули на звук головы: позади них стоял, сложив руки на груди, Санька и скептически улыбался краем рта. Они даже не заметили, как он вошел в комнату.
  - Ага, расскажи ему! - сказал Санька и, усевшись с ногами в одно из кресел в той же позе, в которой рядом с Ростиком сидела Дрю, торопливо поправился, пока девочка не успела даже рта открыть: - Хотя, нет! Лучше я сам расскажу! Посчастливилось это увидеть, - многозначительно выпучил глаза он, обращаясь к Ростику. - Значит, слушай. История такая. Сначала она, в смысле, героиня этой душещипательной истории, с какой-то радости пошла и утопилась. Он, герой, долго грустил и лил слезы, а потом тоже взял, пошел и утопился. Все.
  Ростик прыснул со смеху, но, увидев выражение лица Дрю, перестал смеяться, однако улыбку сдержать все равно не мог. Санька же, вскинув брови, как ни в чем не бывало посмотрел на девочку и спросил:
  - Я правильно изложил?
  Дрю несколько секунд сидела с раскрытым ртом - у нее был такой вид, будто она увидела верлиоку, пляшущего гопака. Потом ее губы задрожали, а брови вытянулись домиком. Она посмотрела на Саньку с такой обидой во взгляде, словно он ногами в грязной обуви безжалостно растоптал самую красивую афишу "Грёз Орфея".
  - Ты... - со слезами в голосе выдавила из себя Дрю, но тут же с явным усилием взяла себя в руки и, рассерженно нахмурившись, заявила: - Ты просто ограниченный и... и... и примитивный чурбан!
  После чего резко вскочила с дивана и, выхватив у Ростика из рук инклипус, буквально выбежала из комнаты.
  - Чего это она? - искренне удивился Санька, боязливо косясь на захлопнувшуюся за Дрю дверь. - Я же, вроде, в целом все верно изложил, а?
  Он вопросительно уставился на Ростика, и тому ничего не оставалось делать, кроме как утвердительно кивнуть, про себя поражаясь душевной простоте приятеля:
  - В целом? В целом - верно. - И добавил с важным видом: - Она, наверное, из-за Иво переживает.
  Санька понимающе закивал:
  - Ага, точно. Ты прав. Девчонки, они все такие - слишком чувствительные.
  - Кстати, вас что, выставили? - спросил у Бамбура Ростик. - Вы же в гостиной рокеров были еще совсем недавно.
  - Ага, в точку, - откидываясь на диван, ответил Санька. - Фиалка сказала, что мы шумим, а Иво нужен покой, чтобы быстрее выздороветь. Хотя, не думаю, что мы ему мешали. В смысле... он же все равно еще в сознание не пришел.
  - Все с вами ясно, - сказал Ростик. - Опять с Дрю поцапался?
  Санька страдальчески вздохнул.
  - Я как вижу ее самодовольную физиономию, так прям не могу пройти мимо - хочется сказать, чтоб сделала лицо попроще. - Он поморщился, потом тряхнул головой: - Да ну ее! Лучше расскажи, что вы выяснили у казначея. Ты же ходил туда с Мольфаром?
  Ростик вкратце пересказал Саньке разговор Мольфара с казначеем, а потом поделился выводами, которые сделал старый маг в разговоре с Невером.
  - Мольфар с Невером сейчас пошли к королю. Наверное, буду говорить насчет казначея, - предположил Ростик. - Может, его посадят под арест? Это же все-таки его сон напал на толпу горожан и на музыкантов.
  Санька отмахнулся.
  - Да ничего с ним не сделают, - уверенно сказал он. - Я знаю Мольфара. Если он считает, что казначей не в ответе за свои сны, то уж использует свое влияние, чтобы его оставили в покое.
  - Думаешь?
  - Ага.
  Ростик скинул обувь и подтянул к себе ноги, согнув их в коленях. Положив на колени локти, он уткнулся подбородком в сцепленные кисти рук.
  - А мне вот интересно, - задумчиво произнес он, глядя на оконные витражи, где русалки плескались в озерах, а крылатые феи водили хороводы над лесом, - когда Мольфар сказал, что пятеро из ордена могли бы повлиять на сны, используя подходящий способ, кого он имел в виду? Ну, двоих он назвал, себя и Невера. А еще трое?
  Санька весело хмыкнул, насмешливо покосившись на Ростика.
  - Ну, можешь быть уверен, он точно говорил не о тебе.
  Ростик нахмурился и, расцепив руки, ткнул Саньку локтем в бок.
  - Сам знаю, - проворчал он на смеющегося приятеля. - И между прочим, не о тебе тоже.
  - Ага, - не стал спорить Санька; он перестал смеяться, зевнул и сказал: - Думаю, еще двое - это Орландо и Анчутка. У магусов, в отличие от людей, почти всегда какие-то способности волшебные есть. А наши магусы посильнее прочих будут. Вот тебе третий и четвертый.
  - А кто пятый?
  Санька почесал в затылке.
  - Наверное, Лис.
  - Арни? - удивился Ростик. - А как же Мераби и Михей? Они же старше него!
  - М-м-м, - задумчиво протянул Санька. - Мераби учил магии сам Мольфар, это да, но у нее природные способности к магии не очень высокие. Михей, как маг, еще слабее ее будет. Он у нас, в основном, физической силой пользуется - такие ручищи, как у Михея, еще поискать. А Лис... - Санька на секунду замолчал, будто что-то вспоминая. - Лис, может, и кажется разгильдяем... ну, со стороны... но иногда он бывает очень крут. Я всего пару раз видел Арни, когда он был по-настоящему серьезен в деле, и понял, что, оказывается, до тех пор ничего о нем не знал.
  Санька повернулся к Ростику.
  - Ты знаешь, какие маги были в роду у Лиса? Ну, допустим, он в этом смысле не так крут, как Невер - все-таки не потомок самого Казантипа Чернокнижника. Но все равно... колдуны у него в роду были известные, в свое время совершили много всякого-разного. Ну там... королям служили, были магами-генералами.
  Ростик удивленно округлил глаза. Он не очень хорошо понимал, кто такие маги-генералы, но звучало впечатляюще.
  - Так что не верь его улыбочкам, - с напускной серьезностью предупредил Санька. - Лис не такой простой, как кажется.
  Ростик посмеялся, хотя в глубине души почувствовал шевельнувшееся сомнение. Он понимал, что сейчас Санька говорит шутя, но почему-то уже во второй раз подумал - орден не так сплочен, как кажется на первый взгляд.
  Стражи не доверяют друг другу до конца, о чем-то умалчивают или недоговаривают. Уже второй раз всего за несколько дней, он слышал, что Лис не такой, каким кажется - сначала от Решки, теперь от Саньки. И несмотря на то, что оба раза это прозвучало как шутка, интуиция подсказывала Ростику, что здесь есть и доля правды, хотя Арни нравился ему в ордене больше многих - наравне с Санькой и Мольфаром. Сам Ростик, когда смотрел на Невера, мог с уверенностью сказать, что тот очень многое скрывает о себе от других стражей. Впрочем, и сами стражи говорили о том, что наследник Казантипа держится особняком.
  Сейчас, начав думать о таких вещах, Ростик мог бы сказать, что между стражами нет полного доверия друг к другу. Сначала, когда он пришел в мир Двенадцати городов, ему казалось, что орден - это сплоченная команда, что они все друг друга хорошо знают. Однако теперь он ощущал, что, общаясь между собой, они стараются соблюдать дистанцию.
  - О чем задумался? - спросил Санька, озадаченно вглядываясь в лицо Ростика.
  Глянув на него, Ростик сначала хотел выложить приятелю начистоту свои мысли, но потом передумал. Не стоит тому, кто является стражем без году неделя, говорить о таких вещах как единство ордена. Сначала, наверное, он должен лучше узнать их. К тому же, уж кто-кто, а Санька точно ничего о себе не скрывал. Он был простой и понятный. И Ростику это в нем нравилось.
  - Да так, обо всем понемногу.
  Санька зевнул.
  - Наверное, думаешь об этих оживающих снах? - предположил он. - Сейчас все об этом...
  Он не договорил, потому что в этот момент открылась дверь и в комнату вошла Фиалка. Разноцветные глаза, зеленый и черный, остановились на ребятах.
  - Отдыхаете, бездельники? - с открытой улыбкой спросила девушка; она быстро пересекла комнату, направившись к маленькому сундучку, стоящему на столе в гостиной.
  Ростик проводил девушку взглядом. С тех пор, как он был в мире Двенадцати городов в прошлый раз, ее короткие черные волосы совсем не отрасли - наверное, она их все время подстригала. Мальчик со вздохом улыбнулся, глядя на сияющее лицо Фиалки. И все равно, подумалось ему, даже со стрижкой, как у парня, она намного симпатичнее и приятнее своей младшей сестры. Дрю неплохо было бы брать с нее пример - девушка выглядит милой, когда улыбается, а не ходит с заносчивой постной физиономией.
  - Что-то хорошее случилось? - с любопытством спросил у Фиалки Санька. - Выглядишь довольной.
  Фиалка взяла сундучок за круглое металлическое кольцо в центре крышки и направилась к выходу, по пути бросив через плечо:
  - Иво наконец-то пришел в сознание.
  Уже возле дверей она обернулась и, приподняв сундучок согнутой в локте рукой, жизнерадостно сказала ребятам:
  - Теперь я его быстро на ноги поставлю.
  С этими словами девушка вышла из гостиной, закрыв за собой дверь.
  - Радуется, как будто он ее родственник, - удивился Санька.
  Ростик пожал плечами.
  - Но это же хорошие новости, - сказал он приятелю. - Это значит, что орден в этот раз справился, и никто серьезно не пострадал.
  Санька поморгал.
  - Ну да. В общем-то, ты прав. В этот раз обошлось.
  Ни один из них не стал развивать тему дальше, хотя оба без лишних слов понимали - даже если случай на концерте не повлек за собой серьезных последствий, проблема не решена. Не было никаких сомнений в том, что сны будут оживать снова.
  
  
  Глава 9
  ЗОВ КРОВИ И ЦЕНА СВОБОДЫ
  
  На следующий день Фиалка сказала Ростику, что мальчику следует навестить Иво. Музыкант под чуткой заботой лучшей целительницы ордена шел на поправку очень быстро. Девушка пока не разрешала ему много двигаться - у юноши после падения осталось на теле немало синяков, а самым тяжелым последствием падения был перелом ноги.
  - Навестить? - поморгал Ростик, глядя в разноцветные глаза девушки. - Зачем?
  - Как - "зачем"?! - возмутилась Фиалка. - Ты спас ему жизнь! Неужели не хочешь убедиться, что старался не зря, и с ним все хорошо?
  "Для чего мне в этом убеждаться? - задумался Ростик, мысленно ей отвечая: - Тем более, из твоих слов и так ясно, что все с ним в порядке".
  - К тому же, - улыбнулась Фиалка, - он наверняка хочет сказать тебе спасибо.
  Тут Ростик нахмурился: прежде Дориан смотрел на него благодарным взглядом, теперь Иво будет? Это, на самом деле, очень смущало его. И вовсе не из-за скромности, а потому что оба "спасения" получились у Ростика как-то неосознанно, словно нечаянно. В итоге у него оставалось ощущение, что он, вроде бы, ничего особенного и не сделал.
  - Не пойду, - буркнул мальчик, отворачивая лицо от Фиалки.
  Девушка хмыкнула, упрямо свела брови на переносице и, бесцеремонно развернув его на сто восемьдесят градусов, легонько, но твердо подтолкнула в спину.
  - Сходи-сходи, - скомандовала она. - С тебя не убудет. А если станешь упираться, отведу за ручку, как ребенка.
  Ростик бросил на нее через плечо мрачный взгляд из-под насупленных бровей, но Фиалка одарила его такой ослепительной улыбкой, что он вмиг потерял всякую способность сопротивляться.
  - Ладно, схожу, - выдохнул он, и со смирением направился в апартаменты "Грёз Орфея".
  
  * * *
  
  Иво сидел возле балюстрады террасы на высоком стуле без подлокотников и спинки и держал на коленях гитару. Рядом, прислоненный к перилам, стоял костыль. Ростик опустил взгляд на ноги музыканта - вся правая ступня его была обмотана бинтами и выглядела огромной, как лапа верлиоки.
  Иво перебирал струны, напевая какую-то песню, и Ростик, почему-то постеснявшись его беспокоить, остановился в стороне, в тени одной из колонн. Он прислушался к пению Иво и подумал, что у него хороший голос - не хуже, чем у его брата. Правда, его голосу не хватало магии, которая слышалась в пении Ури. Но, может быть, именно из-за того, что никакого волшебства в этом голосе не было, он звучал как что-то хорошо знакомое, напоминая Ростику обо всем том, что он любил в своем мире.
  Ростик прислушался к словам:
  
  Я несу тебя в черный замок -
  Ты останешься там навсегда.
  В черный замок из старых сказок
  Ты не верила никогда...
  
  Ростик помнил эту песню - Ури пел ее на концерте. Но в исполнении Иво она звучала совсем по-другому: вместо тягучей мрачной меланхолии сейчас в ней слышалась простая тихая грусть. В руках Иво была обычная акустическая гитара, а потому струны под его пальцами издавали негромкие, мелодичные звуки, от которых вовсе не хотелось ни визжать, срывая голос, ни трясти головой, словно в припадке, как при звуках электрогитары, а хотелось просто молчать и слушать, и думать о самых простых вещах - ни о чем серьезном.
  И Ростик, наверное, так и стоял бы, не двигаясь с места, если бы Иво вдруг не оторвал взгляда от гитары и, подняв голову, не заметил бы его. Светловолосый гитарист улыбнулся и, снова опустив глаза на корпус гитары, спросил:
  - Ты тот самый парень, который спас мне жизнь?
  Ростик растерялся. Во-первых, оттого, что его заметили, когда он этого совсем не хотел. А во-вторых, он просто не знал, что ответить. Сказать "да", вроде как, не скромно, но, с другой стороны, в общем-то, так оно и было.
  Иво снова поднял глаза на Ростика.
  - И сам не знаешь, ты это был или не ты? - по-доброму посмеиваясь, спросил он.
  Ростик пожал плечами.
  - Если я это и сделал, то пока еще и сам не понял как. В смысле... ну... это, вроде как, само по себе получилось. Случайно.
  Иво озадаченно изогнул рот, не переставая при этом улыбаться краешками губ, и задумчиво уставился куда-то в пространство.
  - Забавно, - хмыкнул он, - мне уже не в первый раз спасают жизнь, не зная, как это получилось. - Он глянул на Ростика и кивнул головой вбок, как бы приглашая мальчика подойти ближе. - Тут есть еще один стул. Садись. Неудобно с тобой разговаривать, когда ты за колонной прячешься.
  Ростик сел на второй стул - напротив Иво. Этот был гораздо удобнее: с высокой спинкой и широкими подлокотниками.
  - Фиалка говорит, ты поправляешься, - сказал Ростик, чтобы поддержать разговор, но думал в этот момент, о последних словах Иво - ему вдруг стало интересно, что он имел в виду, когда сказал о спасении своей жизни. Если этот случай был не первый, значит, когда-то его жизни уже что-то угрожало.
  Оторвав руку от гитары, Иво откинул упавшие на лицо длинные светлые волосы и с улыбкой проницательно посмотрел на мальчика:
  - Она тебя заставила сюда прийти, угадал?
  От удивления лицо Ростика вытянулось.
  Иво жизнерадостно засмеялся. Его глаза во время смеха закрылись, а улыбка наоборот растянулась от уха до уха. Ростик и сам не понял, почему тоже улыбнулся. Наверное, смех Иво был заразителен - казалось, что он смеется или улыбается от всей души.
  - Точно угадал, - отсмеявшись, подытожил гитарист "Грёз Орфея".
  - Фиалка тебя сильно опекает? - заинтересованно заморгав, спросил Ростик. - Надоедает, наверное, когда тебе все время говорят: это нельзя, то нельзя.
  В этот раз удивленно заморгал Иво, после чего зачем-то опустил глаза и с улыбкой ответил:
  - Совсем нет. Она милая девушка. Обо мне так еще никто не заботился. Оказывается, это приятно.
  Ростик опять удивился. Ему казалось, что знаменитости окружены со всех сторон вниманием, и неважно где - в его мире, или здесь, в мире Двенадцати городов.
  - Мы, я и Ури, - словно разгадав мысли Ростика, произнес Иво, - остались без родителей, когда еще были детьми. И мне, как старшему брату, приходилось заботиться о нем. Там, где мы жили, люди были отзывчивыми и добродушными, поэтому нам помогали, но все-таки помощь со стороны совсем не похожа на родительскую заботу.
  Ростик застыл. После слов Иво он посмотрел на него по-новому. Надо же, у них, оказывается, есть что-то общее. Год назад он, Ростик, остался без матери, а Иво и Ури, когда были детьми, потеряли обоих родителей. У Ростика по крайней мере есть отец и, даже став холодным и отстраненным, он все равно продолжает заботиться о нем.
  - Хочешь расскажу о том случае, когда мне спасли жизнь в первый раз? - поднял на него улыбающиеся серые глаза Иво, продолжая не глядя перебирать пальцами струны гитары. - Тебя же это заинтересовало?
  Ростик утвердительно кивнул - Иво был наблюдательным.
  - Хорошо, - беззаботно отозвался светловолосый гитарист. - Тогда слушай.
  
  ИСТОРИЯ, КОТОРУЮ РАССКАЗАЛ ИВО
  
  В то время, когда мы - я и Ури - были детьми, в местность, где мы жили, пришел один странник. Это был высокий человек в длинном до земли балахоне и широком капюшоне, накинутом на голову, отчего лица его совсем не было видно. На шее у этого странника был намотан широкий толстый шарф, и из-за этого никто не мог определить его возраст. Если бы он был без шарфа, то по наличию или отсутствию бороды местные жители могли бы попытаться угадать, стар он или молод. Но все, что открыл нам тогда Странник Без Лица, как его прозвали, это свой голос: спокойный, мудрый, доброжелательно-веселый - голос, не имеющий возраста.
  Никто из посельчан не возражал против пребывания гостя в поселке - это были очень радушные люди. А потому странника не чурались, его принимали самым наилучшим образом, несмотря на то, что он не открыл никому ни своего лица, ни своего имени.
  Однажды мы с братом развлекали толпу на площади. Мне было всего десять лет, но я уже очень хорошо играл на разных музыкальных инструментах. А пятилетний Ури уже тогда любил петь. Правда, пел он, в основном, нехитрые развлекательные куплеты, которые были популярны среди простых жителей поселка.
  Я играл что-то веселое на скрипке, сидя на бордюре небольшого фонтана на площади, а Ури напевал одну забавную песенку. Люди вокруг нас смеялись и хлопали. Кто-то подпевал. Было очень здорово и весело. Но тут толпа расступилась и вперед вышел Странник Без Лица. Я невольно перестал играть и, встав с бордюра, толкнул брата себе за спину, непонятно по какой причине испугавшись за него.
  Тогда странник посмотрел прямо на меня, и мне показалось, что взгляд его глаз, сверкающих в черном проеме капюшона, пронзает меня насквозь.
  - Этот мальчик... - сказал он тихо, но так, что в его голосе послышалось что-то роковое, эхо чего-то неизбежного и зловещего. - Однажды этот мальчик помешает величайшему черному магу Двенадцати Городов начать свою войну, и война будет отсрочена.
  Затем, ни на кого не глядя, Странник Без Лица повернулся ко мне спиной и неторопливо пройдя сквозь вновь расступившуюся толпу, ушел прочь.
  Все вокруг смотрели на меня с интересом и настороженностью. Веселье и легкость солнечного дня были безнадежно испорчены. Поэтому я взял за руку Ури и, прижимая к себе скрипку, поспешил покинуть площадь, уводя брата за собой.
  В те же времена в наших землях жил один черный маг. Пророчество Странника Без Лица очень скоро дошло до его ушей. И не удивительно - об этом говорили все в поселке. Кажется, мы с братом были единственными, кто не воспринял это пророчество всерьез. Я даже не подозревал тогда, чем все это вскоре для меня обернется...
  Однажды ночью я проснулся в подвалах черного замка - обители того самого черного мага. Этот замок стоял в чаще леса, словно спрятанный от людских глаз. Я сразу понял, где нахожусь, хотя не имел ни малейшего представления, каким образом очутился там. Думаю, черный маг похитил меня прямо из дома, где мы жили с братом и нашей матерью, которая тогда еще была жива. Я был напуган и не знал, зачем меня спрятали в этих подвалах и как мне выбраться.
  Однако долго ждать не пришлось. В полночь открылись двери подземелья, и ко мне в заточение вошел черный маг. Не сказав мне ни слова, он схватил меня за руку и потащил за собой. Мы долго шли по длинным коридорам и поднимались по бесконечным крутым лестницам, пока, наконец, не оказались в самой высокой башне замка. Колдун подвел меня к одному из окон башни, и, глянув вниз, во тьму, где не было видно ни зги, я вдруг догадался, зачем он привел меня туда. Он хотел сбросить меня вниз с этой высокой, как скала, башни!
  - Я слышал пророчество Странника Без Лица, - сказал холодно колдун. - Он предсказал, что однажды ты станешь на пути самого могущественного черного мага Двенадцати Городов - а в этом мире нет никого могущественнее меня, - поэтому я решил избавиться от тебя.
  Я был напуган и не верил собственным ушам.
  - Возможно, - продолжал черный маг, - Странник соврал. Может быть, его пророчества ничего не стоят. Но ты все равно умрешь. Поскольку, кто знает, может статься, странник сказал правду. Я избавлюсь от тебя сейчас, чтобы потом не сожалеть об упущенной возможности.
  Он шагнул ко мне и уже собирался было схватить и выбросить из окна, но вдруг раздался голос... И этот голос пел! Я сразу узнал его - это был голос Ури! Он пел песню на непонятном мне языке, но она совсем не походила на веселые куплеты, которые я так любил. Эта песня была похожа на заклинание. И хоть я ни слова не понимал, я заметил, как испугался черный маг. Он смертельно побледнел - я видел это в лунном свете. Но самым странным было то, что голос, так напугавший колдуна, существовал будто сам по себе - он шел из ниоткуда и отовсюду. Ури в башне не было!
  Черный маг вдруг начал метаться как сумасшедший, в панике натыкаясь на стены, словно ослеп. Он совсем забыл обо мне. Казалось, что голос Ури отнял у него разум.
  В какой-то момент мне показалось, что он что-то разглядел внизу, возле замка: он высунулся из окна чуть ли не по пояс и низко перегнулся через каменный выступ. И вдруг голос Ури заполнил все пространство башни и стал в два раза громче. Колдун с криком обернулся и, сделав неверное движение... выпал из окна. Тотчас голос, поющий таинственную и незнакомую песню, смолк, а крик колдуна еще какое-то время доносился до моих ушей. Через несколько мгновений в башне стало совсем тихо.
  Как только я пришел в себя, то бросился бежать. К счастью, я нашел выход из замка и, ни на секунду не оглядываясь, помчался прочь от жуткого места.
  Ури ждал меня во дворе нашего дома. Он сидел под старым дубом и тихо что-то напевал. Я подошел ближе и, вслушавшись, вздохнул с облегчением: он пел хорошо знакомую мне песню - не было никаких незнакомых слов, и напев совсем не походил на странное и пугающее заклинание.
  Я спросил его, знает ли он, где я был. Мой младший брат ответил, что знает - я был в черном замке злого колдуна, и этот колдун хотел меня убить.
  - Но злого колдуна больше нет, - сказал Ури. - Он больше никогда не заберет тебя у меня.
  Каким-то непостижимым образом я знал, что это Ури заставил черного мага выпасть из окна. Но как он это сделал... для меня навсегда осталось загадкой. Я спросил его, что случилось с черным магом, на что Ури дал очень странный ответ:
  - Я забрал у него глаза, - спокойно сказал мой пятилетний брат, - и его съела темнота.
  А когда я спросил его, откуда он узнал, где я, Ури ответил:
  - Меня позвал голос крови - твоей и моей - и мой голос пошел за ним.
  
  - Несколько дней спустя, когда ужас всей этой истории немного развеялся, я вспомнил о предсказании Странника Без Лица, и понял, что он говорил не обо мне. Не меня он имел в виду, когда произнес свое предсказание, ведь я никогда не обладал никакой особенной силой. Тогда, в толпе, на главной площади у фонтана, он смотрел не на меня. Сквозь меня он видел Ури, который прятался за моей спиной. Я всегда чувствовал, что мой брат не такой, как все. И когда он спас мне жизнь, я окончательно в этом убедился. Странник Без Лица говорил об Ури. Я уверен, что этот человек был магом. Потому что только маг может смотреть сквозь человеческое тело и человеческую душу, словно сквозь стекло.
  - А как же тот черный колдун? - спросил Ростик.
  Иво пожал плечами.
  - Тот колдун, видимо, решил, что когда Странник говорил о самом могущественном черном маге двенадцати городов, то подразумевал именно его. Ясно, что он ошибся. Ведь Странник не предсказывал, что этот могущественный маг будет уничтожен - он только сказал: "мальчик помешает черному магу начать войну и война будет отсрочена". Колдун, который похитил меня, умер и уже никак не сможет никому причинить зла. Если Странник Без Лица говорил о будущем правду, то он, очевидно, имел в виду какого-то другого черного мага.
  Ростик задумался.
  - Впрочем, - Иво беспечно улыбнулся своей открытой и солнечной улыбкой, так что и Ростик помимо воли улыбнулся тоже, - далеко не все предсказания сбываются. Кто знает, сбудется ли когда-нибудь предсказание Странника Без Лица, кем бы он ни был?
  Ростик какое-то время молчал, слушая, как Иво извлекает подушечками пальцем тихие и мелодичные звуки из своей гитары. Потом спросил:
  - Песня, которую ты пел... песня о черном замке... Это ведь о замке того колдуна, который тебя похитил?
  Иво, не поднимая глаз от гитары, улыбнулся и кивнул.
  - Эту песню Ури написал спустя несколько лет. В ней поется совсем не о том, что тогда произошло со мной. Но я уверен, что черный замок из песни - тот самый.
  Иво поднял глаза и на секунду посмотрел прямо перед собой задумчивым и слегка рассредоточенным взглядом.
  - Иногда мне даже кажется, что Ури просто забыл обо всем, что тогда случилось.
  Светловолосый гитарист пожал плечами:
  - В общем-то, это не удивительно - он был совсем ребенком.
  Какое-то время они молчали. Иво продолжал извлекать из своей акустической гитары негромкие, мелодичные звуки. Эта песня странно успокаивала - Ростику вдруг показалось, что он мог бы просидеть здесь, слушая игру Иво, несколько часов к ряду. В сознании мальчика все еще стояли картины истории, рассказанной светловолосым гитаристом: черный замок, Странник Без Лица, гибель злого мага. Из раздумий его вывел голос Иво:
  - Как тебя зовут? - спросил он.
  Мальчик вздрогнул и посмотрел на него.
  - Ростик, - ответил он и, подумав, зачем-то добавил: - Вообще-то полное имя - Ростислав.
  Иво неожиданно развеселился:
  - Твое имя могло бы стать девизом "Грёз Орфея".
  Ростик в первый момент удивленно округлил глаза, а потом догадался. И правда - его имя можно было толковать как пожелание умножающейся славы. Очень подходило для популярной рок-группы. Это показалось мальчику занятным, и он со смешком хмыкнул. Заметив, что Иво перестал играть, поднял глаза. Светловолосый гитарист смотрел на него с улыбкой.
  - Спасибо, что спас меня, Ростислав, - просто сказал он.
  Ростик, как и ожидалось, смутился и не знал, что сказать. Пряча глаза и хмурясь, он невольно остановил взгляд на корпусе гитары и, сам не понимая, как ему пришло это в голову, выпалил первое, что пришло на ум:
  - Главное, что твои руки не пострадали. Иначе ты не смог бы играть. Верно?
  Иво в первый момент удивился, а потом захохотал. Потянувшись, он похлопал Ростика по плечу.
  - Ты потрясающий парень, ты в курсе?
  
  * * *
  
  Два дня спустя произошло событие, которое взбудоражило весь мардолский дворец. Незадолго до полудня в гостиную стражей ордена, где в это время находились только младшие, влетел весь взмыленный Решка.
  - Тремо нашли! - с порога воскликнул он.
  Дрю, Санька и Ростик подскочили с кресел.
  - Где? - первым выпалил Ростик.
  Решка сделал большие глаза:
  - Ни за что не поверите! Его прятали наши музыканты! Во дворце короля Теодора - под самым носом у королевской стражи!
  - Не может быть! - нахмурившись, категорично заявила Дрю; она побелела, как мел, словно не веря даже в возможность того, что подобное могло произойти. - Музыканты "Грёз Орфея"?
  - Они самые, - подтвердил Решка. - А если точнее, то Тит собственной персоной.
  Ребята ошеломленно взирали на Решку.
  - Ну чего застыли? - удивленно возмутился тот. - Пошли вниз - по пути все расскажу.
  Ребята не заставили себя просить дважды.
  Пока они спускались вниз, минуя бесчисленные лестницы Мардолского дворца, Решка возбужденно рассказывал:
  - Тит нашел парня утром в том самом зале, где проходила вечеринка накануне вечером. Тремо прямо там и заснул, под одним из столиков с напитками... Интересно, что ж это были за напитки? Впрочем, когда Тит обнаружил Тремо, тот уже не спал, а, спрятавшись под столом, трясся от страха и поначалу, когда Тит спрашивал, что с ним такое, не мог и двух слов связать. В конце концов, Титу как-то удалось парня разговорить, и Тремо рассказал о том, что ему приснился жуткий сон, что он точно знает - все, произошедшее в его сне, случилось на самом деле, и что теперь его будут искать и накажут, и, может быть, даже упекут в тюрьму, потому что из-за его сна случилось нечто ужасное. Тогда Тит, не долго думая, предложил Тремо спрятаться в его покоях. Сказал, что там его никто искать не будет. И ведь не нашли бы, если бы он сам себя не выдал! Ему, видите ли, очень захотелось разочек сыграть на гитаре. А так как на гитаре он играет... все слышали как, то... Словом, на этом он и попался.
  Дрю покачала головой, как будто не могла поверить в этот рассказ.
  - Но почему?! - воскликнула она. - Почему Тит его спрятал?
  Решка пожал плечами.
  - Сказал, что для любого рокера самая важная штука в жизни - свобода. Поэтому он никак не мог позволить, чтобы мальчишку из-за какого-то сна заточили в тюрьму.
  Дрю не нашлась, что на это сказать. Она только удивленно моргала и, похоже, не знала, как к этому отнестись.
  - И что теперь? - спросил Ростик. - Где сейчас этот Тремо?
  - С ним разговаривает Мольфар, они в тронном зале, - ответил Решка. - Пошли быстрее, может, еще услышим, о чем они говорят.
  Первое, что увидели ребята, войдя в зал, - сидящих на стульях друг напротив друга Мольфара и Тремо. Старый маг спокойно смотрел на мальчика, в то время как Тремо поглядывал на старого мага исподлобья и испуганно шмыгал носом.
  Ростик окинул взглядом зал и заметил покровителя юного рокера.
  Тит стоял в непринужденной позе, прислонившись спиной к стене: ноги скрещены в щиколотках, руки в карманах, во рту леденец, по-видимому, все из тех же - с вечеринки, в форме черепа с костями. Палочка от леденца то и дело перемещалась из одного угла его рта в другой. Длинноволосый басист "Грёз Орфея" не выглядел, как можно было бы предположить в связи с обстоятельствами, ни виноватым, ни испуганным.
  Остальные музыканты тоже были здесь. Арий и Патрик сидели на подоконнике одного окна слева от Тита. Иво и Ури стояли возле окна справа в одинаковых позах - прислонившись к подоконнику и скрестив руки на груди. Впервые Ростику показалось, что внешне они похожи друг на друга, хотя раньше никакого сходства между ними не находил, несмотря на то, что они были родными братьями. Рядом с Иво к подоконнику был прислонен костыль, и Ростик, опустив взгляд ниже, заметил, что нога светловолосого гитариста все еще обмотана бинтами.
  Здесь же были стражи: Невер, Мераби, Михей, Арни и Фиалка. Отсутствовали только Анчутка и Орландо.
  Кроме того, в зале находились король Теодор и канцлер Грэм. Первый скромно сидел на своем троне, положив пухлые руки на подлокотники. Второй же стоял в центре залы в нескольких шагах от дрожащего под его безжалостным взглядом Тремо.
  Ребята вошли в зал, закрыв за собой двери и, не сговариваясь, подошли к стоящим рядом Арни и Фиалке.
  - По-моему, все ясно как день, - резким голосом заявил канцлер, сверля взглядом Тремо. - Мальчишка виновен! Он сам во всем признался!
  Тремо испуганно вжался в сиденье своего стула.
  - И в чем же он виновен, канцлер? - спросил, подняв невозмутимый взгляд на королевского племянника, Мольфар. - В том, что ему приснился сон?
  - Однако, уважаемый Мольфар! - пошел в наступление канцлер. - Вы, по-моему, в корне неверно оцениваете ситуацию. Не просто сон - сон-убийца! Как это у вас все просто выходит - сон! Да если всем станут сниться такие сны, то в городе ни одной живой души не останется! Нет-нет-нет, - вкрадчиво заговорил канцлер и тут же, переведя взгляд на Тремо, гневно воскликнул: - Этот мальчишка злоумышленник - он натравил свой сон на несчастную жертву! И она была бы уже мертва, если б не подоспела помощь! Мальчишку следует тотчас бросить в тюрьму!
  - Но в таком случае нам бы следовало арестовать и королевского казначея, - взвешенно заметил Мольфар. - Его сон мог забрать десятки жизней, если бы несколько стражей ордена не оказались поблизости. Казначей, выходит, тоже злоумышленник.
  Канцлер ничуть не смутился.
  - Казначей? - вдруг заинтересовался он. - А как же! Отъявленный злоумышленник! Как еще назвать казначея, который должен пополнять королевскую казну, а казна при нем стоит пустая? Его всенепременно нужно бросить в тюрьму!
  Ростик понимал, что канцлер перегибает палку насчет Тремо, но, кажется, по поводу казначея, он не ошибался. Угорь-казначей показался Ростику тем еще пройдохой.
  - Это дело никак не касается ордена, канцлер, - заметил Мольфар. - Меня сейчас интересуют только сны Мардола, и прежде чем вы всех побросаете в тюрьму, я хотел бы успеть выяснить, почему сновидения оживают. Смею надеяться, что вы и сами понимаете одну простую вещь: даже если казначея и Тремо посадят в тюрьму, это не даст ни малейших гарантий, что сны больше не будут оживать и нападать на людей. А потому, с вашего позволения, я задам мальчику еще несколько вопросов.
  Канцлер поджал губы и закатил глаза, что, по всей видимости, должно было означать, что он уступает против своей воли.
  Мольфар повернулся к дрожащему Тремо.
  - Ты говорил, что, проснувшись, был уверен, что все, увиденное в твоем сне, произошло на самом деле, - сказал Мольфар. - Почему ты так решил?
  Тремо поднял на мага испуганный взгляд.
  - Ну... Когда та женщина, служанка, закричала, я, сам не знаю как, понял, что она мне не снится. То есть... я ее видел, но она мне не снилась! Я не знаю, почему так решил, но я жутко испугался и проснулся. И сразу почувствовал, что все, что я видел во сне, случилось взаправду. - Он вдруг отчаянно покачал головой из стороны в сторону: - Но я этого не хотел! Клянусь! Честное слово! Я не хотел того, что произошло! Вы должны мне поверить! Это правда!
  Тремо в порыве подскочил со стула.
  - Успокойся, - негромко сказал Мольфар, возвращая Тремо на место. - Сядь, пожалуйста. У меня к тебе еще один вопрос.
  Тремо заморгал, послушно опускаясь на стул.
  - Какой вопрос? Я рассказал все и больше ничего не знаю.
  Он выглядел настороженным, словно боялся, что скажет что-то не то.
  - Это не сложный вопрос, не волнуйся, - заверил его Мольфар. - Я всего лишь хочу понять, как так получилось, что ты заснул в замке, да еще и под столом. Согласись, это довольно любопытно.
  Тремо смущенно улыбнулся.
  - А-а... это... - протянул он и глубоко вздохнул. - Ну... я хоть и расстроился из-за того, что шляпа Тита досталась этой девчонке, и из-за того, что, когда я играл, все надо мной смеялись...
  Он поник и нахмурился.
  - Я знаю, что плохо играл. Я ведь только учусь и... пока мало что получается. - Тремо снова вздохнул, но тут же просиял. - Но я все равно был счастлив, потому что мне повезло - я познакомился со своими кумирами! И взял автограф у Тита!
  У паренька даже глаза загорелись, когда он об этом говорил. А Ростик заметил, как обменялись взглядами Тит и Иво: первый изобразил на лице наигранное самодовольство, а второй тихо посмеивался над ним. Тремо тем временем продолжал:
  - В общем, это был самый счастливый вечер в моей жизни, и мне совсем не хотелось возвращаться домой. Но я не собирался засыпать в замке! Я только хотел еще немного послоняться по зале, где была вечеринка. Ну... побродил немного вдоль столов, леденцы попробовал... Снял со стакана металлический обруч... Их так сделали классно: ухмыляющийся череп, а под ним кости, как настоящие... Он здорово смотрелся на руке! Только спадал все время, потому что стакан толще моей руки... - Тремо вдруг встрепенулся. - Но я совсем не собирался его красть! Честное слово! Я хотел только посмотреть, как он на руке будет...
  Мольфар снова уверенным жестом опустил подскочившего было Тремо обратно на стул.
  - Я тебе верю. Рассказывай дальше, пожалуйста.
  Тремо шмыгнул носом и с готовностью кивнул. Кажется, он уже готов был делать все, что скажет Мольфар.
  - В общем, я вернул обруч обратно и уже хотел уходить, как вдруг услышал какой-то звук. - Тремо с надеждой вскинул глаза на старого мага. - Я испугался, меня ведь не должно было быть в замке, вы же знаете. И если бы меня там застали, начали бы расспрашивать и, в конце концов, выяснили бы, как я попал на вечеринку. А я не хотел, чтоб у моего брата были из-за меня неприятности.
  - Я тебя прекрасно понимаю, Тремо, - заверил мальчишку Мольфар. - Продолжай. Что было потом?
  - В общем, как я уже сказал, я испугался и... спрятался под стол. Это было первое, что пришло мне в голову. Потом я стал прислушиваться, но звук больше не повторялся. А потом послышалось карканье ворона за окном, и я понял, что это была всего лишь птица - это она меня напугала. Я перевел дух и собирался покинуть свое укрытие, как услышал шаги, но они были не в зале, а в коридоре - за дверью. И я вдруг подумал, что это, наверное, ночная стража, и если часовой пришел на свой пост и останется на всю ночь, то я теперь не смогу выйти из залы незамеченным.
  Тремо устало покачал головой.
  - Я долго там просидел, пытаясь придумать, как мне выбраться. Но придумать ничего не получалось. А стража за дверью все ходила и ходила... В конце концов я даже не заметил, как уснул прямо там где был - под столом. А потом... - Юный рокер поднял измученный взгляд на мага и закончил: - Дальше вы уже знаете.
  Старейшина ордена кивнул.
  - Спасибо, что честно все рассказал.
  Тремо вздохнул, наверное, с тяжелым сердцем думая, какое наказание ему теперь грозит.
  - Итак, господин Тит, - выпятив нижнюю губу, начал канцлер Грэм, когда стало ясно, что Мольфар закончил расспрашивать Тремо. - Я надеюсь, вы понимаете, что скрывали от властей человека, подозреваемого в преступлении?
  Тит ничего не ответил, только палочка от леденца переместилась из левого угла рта в правый.
  - И также надеюсь, - продолжал канцлер, - что вы не собираетесь ничего отрицать.
  Палочка от леденца переместилась в левую сторону.
  - Я полагаю, - прищуренным взглядом сверлил Тита канцлер, - ваши коллеги также были в курсе того, что вы прячете у себя этого мальчишку.
  Дрю взволнованно вскинула голову, устремив взгляд на Ури. Санька, заметив это, насмешливо хмыкнул.
  - Не-а, - категорично заявил Тит краем рта, поскольку по-прежнему удерживал во рту леденец. - Ничего они не знали. Они тут ни при чем.
  Канцлер с сомнением постучал носком ботинка по полу, после чего развел руками, будто хотел сказать, что ему ничего не остается делать, как поверить Титу на слово. Он собирался что-то сказать, но вынужден был застыть с открытым ртом, поскольку его опередили.
  - Глупости! - вдруг воскликнул Патрик. - Я знал.
  Не успели все в зале повернуть головы в его сторону, как раздался голос Иво:
  - И я знал.
  Он пожал плечами и непринужденно улыбнулся.
  Тут кашлянул Арий.
  - Я тоже был в курсе, - заявил он с безучастным видом, как будто происходящее действовало на него как снотворное, а в подтверждение этого лениво зевнул.
  Все взгляды обратились к Ури. Голос "Грёз Орфея" ничего не сказал, только пожал плечами, совсем как Иво, и улыбнулся одними губами. Это было равноценно признанию, похожему на то, которое сделали остальные музыканты.
  Тит весело хмыкнул, перемещая палочку от леденца слева направо, и качнул головой, будто растрогавшись от такого единодушия своих друзей.
  - Великолепно! - прогремел канцлер Грэм гневным голосом. - Да у нас тут целый заговор, оказывается! Заговор против королевской власти! Это вам не шутки!
  Ростик с Санькой и Решкой переглянулись - похоже, дело могло принять неожиданный оборот, как для Тита, так и для всей группы. Музыканты тоже обменялись взглядами, но, судя по выражениям их лиц, в отличие от троих младших стражей ордена, даже и не подумали принимать канцлера всерьез.
  - Да-да, господа музыканты! - метал гром и молнии наследник Грэм, а его голос сотрясал воздух под сводами потолка. - Никаких шуток! Заговор карается по всей строгости закона! Вам грозит, ни много ни мало...
  - Ну, будет вам, канцлер, - вдруг раздался голос Мольфара.
  Он встал со стула и обратился к королю Теодору:
  - Я полагаю, его величество примет решение по существу. Вряд ли в сложившейся ситуации поспешные и опрометчивые действия могут принести хоть какую-нибудь пользу. Что вы скажете по этому поводу, государь?
  Король Теодор в первый момент несколько растерялся, но после минутной паузы произнес миролюбивым голосом:
  - Мой дорогой племянник, я не в силах поверить, что эти замечательные молодые люди могли замышлять против меня что-то плохое. Заговор? - Лицо короля растянулось в добродушной улыбке, и с детской непосредственностью он подивился: - Да зачем им это?
  Однако заметив устремленный на него мрачный и хмурый взгляд канцлера, он перестал улыбаться, прокашлялся и с важным видом обратился к музыкантам:
  - Но, тем не менее, до выяснения всех обстоятельств, связанных с укрывательством этого молодого человека, - король жестом указал на Тремо, - и его ролью в произошедших нападениях, я должен задержать вас в Мардоле, уважаемые господа музыканты. Вам воспрещается покидать город, но в остальном вы можете быть совершенно свободны.
  Музыканты снова переглянулись между собой. Было не похоже, что решение короля их очень огорчило. По крайней мере, возражений с их стороны не последовало.
  - Мудрое решение, - одобрил Мольфар, сопроводив свои слова уважительным кивком головы.
  - Скорее очередная благотворительность моего дядюшки, - едко проскрипел зубами канцлер.
  Он недовольно хмыкнул, одарив его величество презрительным взглядом и с яростью зыркнув на музыкантов. После чего, резко повернувшись, так что полы его серебряной мантии на мгновение взлетели в воздух, твердой, суровой походкой направился к выходу.
  Когда двери за ним закрылись, Мольфар положил руку на плечо Тремо и успокаивающе улыбнулся мальчишке.
  - Я думаю, тебе нужно поспешить домой. Твоя семья все это время очень переживала за тебя.
  Тремо, глядя на старого мага взглядом, полным безмерной благодарности, с готовностью кивнул.
  Старейшина обратил свой взор к королю.
  - Вы не возражаете, ваше величество, если этот напуганный ребенок вернется к своей семье? На мой взгляд, совершенно очевидно, что его нельзя считать виновным в нападении на юную графиню Розетку.
  Король Теодор важно покивал, сотрясая розовыми и круглыми, как у хомяка, щеками.
  - Разумеется, любезный Мольфар. Мальчик совсем измучен последними событиями. Я целиком и полностью доверяю вашему мнению. Если вы считаете, что этот юноша не виновен, то и у меня нет причин думать иначе.
  Король кивнул Тремо.
  - Ступайте домой, молодой человек. Однако моим королевским повелением вам воспрещается снова скрываться и прятаться. Надеюсь, вы усвоили урок.
  Тремо опять кивнул, одновременно вжав голову в плечи, когда к нему обратился сам король.
  - На всякий случай тебя проводят, - сказал ему Мольфар.
  Он посмотрел на стражей.
  - Михей, поручаю этого юношу тебе. Проследи, чтобы по дороге домой с ним ничего не случилось.
  - Будет сделано, Старейшина, - пробасил тот. - Доставлю в целости и сохранности.
  - Постарайся в ближайшие дни не выходить из дома, - напоследок посоветовал Тремо Мольфар.
  Наблюдая, как горе-рокер покидает тронный зал в сопровождении здоровяка Михея, Ростик подумал, что Мольфар, видимо, не зря соблюдает такие предосторожности. Канцлер явно остался недоволен тем, что музыканты, укрывавшие мальчишку, отделались так легко. Скорее всего, покидая собрание, он догадывался, что под влиянием Мольфара и Тремо тоже отпустят. Однако вряд ли он готов был смириться с этим. С него станется в сопровождении стражников подкараулить Тремо по пути домой, схватить и посадить под арест, как преступника. Все эти нападения оживших снов вызывали недовольство среди горожан. Людям нужно было предъявить виновника неприятностей, а Тремо лучше всего подходил на роль козла отпущения.
  
  * * *
  
  - Ури не сказал, что знал об этом! - упорствовала Дрю, когда ребята поднимались по лестнице наверх - в покои стражей ордена.
  Она никак не могла смириться с тем, что обожаемые ею музыканты "Грёз Орфея" по собственной инициативе укрывали мальчишку, которого она с самого начала с такой горячностью обвиняла. Санька ехидно фыркнул.
  - Ури улыбнулся, и вид у него при этом был довольный. А это все равно, как если бы он сказал на словах. Ты и сама знаешь, что я прав!
  - О чем вы спорите? - вмешался в разговор Ростик, пожимая плечами. - Ясно, что Ури все знал! Они же все время вместе проводят - Тит, даже если захотел бы, не смог бы от них этого скрыть. Впрочем, я сомневаюсь, что он захотел бы. И правильно он все сделал, когда Тремо спрятал!
  Ростик, решив сказать все, что думает по этому поводу, уже не мог остановиться.
  - То есть, это, по-моему, было совсем не обязательно - Мольфар все равно не позволил бы посадить мальчишку в тюрьму. Но Тит этого не знал, а потому поступил так, как поступил. По-другому он поступить и не мог бы. Не представляю себе кого-нибудь из "Грёз Орфея", кто смирненько так сдал бы Тремо королевской страже. По-моему, они на такое не способны.
  Дрю и Санька так опешили от речи Ростика, что даже остановились, хотя выражение лиц у них было разным.
  Дрю смотрела на Ростика, округлив глаза, будто он раскрыл ей секрет, над которым она ломала голову не одну бессонную ночь. Санька же, напротив, пялился на приятеля с перекошенным лицом, словно увидел его впервые в жизни.
  - Только не говори, что они тебе нравятся - эти музыкантишки размалеванные, - с непримиримой брезгливостью в голосе выдавил из себя он.
  Ростик пожал плечами и невозмутимо ответил:
  - А что? По-моему, они ничего. - И поразмыслив, добавил: - За всех, конечно, не ручаюсь, но вот Иво, например, отличный парень.
  - При чем здесь Иво? - не понял Санька, оторопело уставившись на приятеля.
  Ростик в раздумье пожал плечами.
  - Ну... Мы тут поболтали с ним... Он интересные вещи рассказывал и все такое... В общем, оказалось, что он действительно неплохой парень. - После чего уже решительно добавил: - Короче, я думаю, они все отличные ребята!
  С этими словами он оставил просиявшую от его слов Дрю и вконец ошарашенного Саньку и присоединился к ожидающему наверху лестницы Решке, который лишь равнодушно пожал плечами, поскольку "Грёзы Орфея" и все, что с ними было связано, у него не вызывали ни малейшего интереса.
  
  * * *
  
  Спустя час Мольфар собрал всех стражей ордена в отведенной для них гостиной. В этот раз здесь были даже Анчутка и Орландо.
  - Я хотел бы услышать от вас, не обратили ли вы внимание на некоторые совпадения в рассказах Тремо и главы казначейства? - спросил старый маг.
  Стражи молчали, словно пытаясь отыскать в памяти что-то общее между историей Тремо и тем, что поведал о своем сне королевский казначей. По большому счету из первых уст оба рассказа слышали только Невер, Ростик и сам Мольфар. Рассказ казначея все остальные знали уже от них. Из этого Ростик сделал вывод, что Старейшина в первую очередь обращается к нему и к Неверу. Однако наследник Казантипа молчал, а Ростик просто не мог сообразить, о каких совпадениях идет речь - ему совершенно ничего не приходило на ум.
  - Что ж, для меня очевидно, что связь между двумя этими рассказами есть, - произнес Мольфар. Он поднял глаза на стражей. - И в том, и в другом случае упоминалась птица.
  В этот момент Ростик наконец вспомнил, что и Тремо, и министр по налогам упоминали ворона. Судя по оживлению стражей, некоторые из них тоже припомнили что-то подобное.
  - Карканье ворона за окном предшествовало сну казначея точно так же, как оно предшествовало сну Тремо, - продолжал Старейшина. - Это о чем-то говорит вам?
  Некоторое время все молчали: старшие стражи напряженно думали, на лицах младших застыло непонимание. Со своей стороны, Ростик с уверенностью мог сказать, что указанное Мольфаром совпадение ему не говорит ровным счетом ни о чем.
  - Но, Мольфар, неужели вы... - взволнованно начала Мераби, однако почему-то замолчала и недоверчиво покачала головой.
  - Старейшина, - продолжил вместо нее Михей, - неужели вы думаете, что это может быть...
  Но и он словно не мог закончить свой вопрос.
  Однако, судя по всему, Мольфару и этого было достаточно. Он утвердительно кивнул и ответил:
  - Да, Михей, именно об этом я и думаю.
  Ростик покосился сначала на Саньку, потом на Решку и увидел, что они, как и он сам, ничего не понимают. Зато было очевидно, что старшие маги прекрасно знали, о чем идет речь.
  - Но тогда... - снова нерешительно заговорила Мераби, глядя в пространство перед собой то ли задумчивым, то ли не на шутку взволнованным взглядом. - Получается, что все это было запланировано, причем запланировано очень давно. Ведь чтобы создать это существо нужно довольно много времени. Разве это возможно?
  Она вскинула глаза на седобородого мага, не переставая недоверчиво покачивать головой из стороны в сторону.
  - Я согласен с тобой, - сказал Мольфар, - человек, о ком мы говорим, должен был много лет готовиться к событиям, происходящим сейчас в Мардоле.
  - И каким же могуществом должен обладать тот, кто это создал, если оно способно даже сны оживлять! - пробормотал Михей; вид у него был слегка шокированный.
  Ростику вдруг очень захотелось воскликнуть: "Что - "это"? О чем вы говорите?", но он не решался вмешиваться в разговор - ему казалось, что происходит что-то очень важное.
  Мольфар вдруг обратил свой взгляд к Неверу.
  - Что ты об этом думаешь, Невер? - спросил он.
  Наследник Казантипа едва заметным жестом развел кисти рук в стороны, мгновенно вернув их на подлокотники кресла.
  - Я думаю, ваша догадка весьма вероятна, Мольфар, - спокойно ответил он. - Это может быть сервус.
  Ростик заметил, как после этих слов вздрогнула Фиалка и помрачнел Арни. А Невер невозмутимо продолжал:
  - На фоне имеющихся у нас свидетельств, возможность этого велика. Разумеется, это означает, что где-то поблизости должен быть его хозяин - маг, в достаточной степени сильный и недовольный, чтобы создать себе такого слугу.
  В этот момент Ростик не выдержал и спросил прежде, чем смог бы остановить себя:
  - Что значит - "такого"? И что такое сервус?
  Он посмотрел прямо на Невера и не без усилий со своей стороны выдержал надменный взгляд наследника Казантипа, когда тот соизволил повернуть голову в его сторону.
  - Сервус - это слуга мага, его посланник, - ответил Невер, словно делая Ростику одолжение уже тем, что вообще вступает в разговор с ним. - У этого слуги есть опасная особенность - пока он не выполнит свое предназначение, то есть то, для чего был создан, его не сможет уничтожить даже его создатель. И если мы имеем дело с таким слугой, то и мы...
  - Мы тоже не сможем уничтожить его, пока он не доведет начатое до конца, - договорил за Невера Арни.
  - Именно, - холодно подтвердил Невер, отворачиваясь от Ростика.
  - А этот... это существо, - спросил мальчик, - оно что, может оживлять сны?
  - Если его создавали с этой целью - да, - ответил ему Мольфар. - Используя силы своего создателя, сервус становится способен даже на то, что неподвластно его хозяину. Умение преобразовывать магическую энергию - важнейшее качество сервуса.
  Ростик натужно выдохнул, растерянно моргая.
  - Я не понимаю.
  - Все просто, - улыбнулся ему Арни. - Представь, что есть сильный маг, который между тем не обладает способностью повелевать тенями, иными словами - он не тенеуст. Однако используя свою магическую мощь, он может создать слугу, который питаясь его силой и преобразовывая ее, сможет заклинать тени. Ну или, к примеру... сны.
  - Однако это не просто, - прикрыв глаза, и с недовольством на лице вмешалась Мераби. - Не любому магу хватит сил и умения, чтобы создать такое могущественное существо, как сервус.
  - Не все маги такие рисковые ребята, ты хотела сказать? - вступая в разговор, проворчал Анчутка. - Тут мало быть сильным магом, нужна еще осторожность. Создавая такого, с позволения сказать, слугу, можно и с жизнью распрощаться - вот, что я скажу.
  - Почему? - удивился Санька, опередив Ростика, который хотел задать точно такой же вопрос.
  Маленький магус шмыгнул носом и мрачно поглядел на него из-под бровей своими болотными глазами.
  - Ты что, не слыхал, что сказано было? Сервус питается силой своего создателя. Не углядишь - выпьет тебя без остатка.
  Мальчишки, как один, замерли с широко раскрытыми глазами. Мольфар покашлял, привлекая к себе их внимание.
  - На самом деле, когда сервус уже создан, - сказал Старейшина, - он не представляет опасности для хозяина. Завершенный сервус по магической мощи становится неким подобием двойника своего создателя. Иными словами, он наделен тем же количеством силы, но его умения использовать эту силу могут разительно отличаться от способностей его хозяина и зависят от того, с какой целью он был создан. Опасен сам процесс создания сервуса - в этот период он в прямом смысле питается силой своего создателя. Маг должен обладать поистине колоссальной волей, чтобы не потерять контроль над этим существом, когда формируются его тело и личность.
  Мольфар посмотрел сначала на Саньку, потом на Ростика и, увидев, как они хмурят лица в попытках понять его слова, улыбнулся.
  - Наверное, для вас это пока сложно.
  - Ох, учитель, вы и впрямь все усложняете, - вставила Мераби.
  Ростик удивленно вскинул глаз. Он впервые слышал, как к Мольфару обращались "учитель", и невольно вспомнил слова Саньки о том, что светловолосая магиня была ученицей старого мага.
  - Рождение сервуса можно сравнить с рождением ребенка, - сказала Мераби. - Разница только в том, что ребенок развивается в теле своей матери, а сервус с самого начала отделен от своего создателя. Но как человеческий плод формируется из жизненных соков своей матери, так и сервус питается силой создающего его мага. Когда тело и личность окончательно оформились, сервус, как и человеческое дитя, становится отдельным существом. И точно так же, как ребенок является подобием своих родителей, наследуя их внешние и внутренние качества, так и сервус по силе своей подобен своему создателю. Так проще?
  Светловолосая магиня посмотрела на ребят. Ростик с Санькой вразнобой кивнули. Хотя Ростик чувствовал, что все равно ничего не понимает. Например, какое отношение вороны имеют к сервусам?
  - Но ведь мы не можем быть до конца уверены, - вмешалась в разговор Фиалка. - Я хочу сказать, что нет более докучливых птиц, чем вороны. Их надоедливое карканье можно услышать на каждом шагу! Возможно, это простое совпадение.
  После ее слов все смотрели на Мольфара, но старый маг не спешил отвечать. Он отошел к окну, задумчиво погладил длинную седую бороду и, не поворачиваясь, ответил:
  - Возможно, я слишком тороплюсь делать выводы, и речь действительно идет о простых совпадениях. Но в этом городе сейчас оживают сны, которые несут в себе угрозу мирной жизни горожан, поэтому нельзя не учитывать вероятность того, что моя догадка верна. Мы должны подготовиться.
  Он повернулся и посмотрел прямо на двенадцатого стража.
  - Ростик, у меня есть для тебя важное поручение.
  Мальчик в первый момент растерялся. Почему из всех стражей Мольфар обратился именно к нему? Как будто существовало что-то такое, что мог сделать только он, и никто другой в ордене. А ведь он даже толком еще не понял, что происходит! Однако преодолев свое замешательство, Ростик с готовностью кивнул старому магу.
  
  
  Глава 10
  КОШМАР НАЯВУ И КАНЦЛЕР-БУНТОВЩИК
  
  Когда остальные стражи покинули гостиную, разойдясь по своим делам, Мольфар позвал Ростика на террасу. Встав рядом с седобородым магом возле перил, Ростик поднял на него глаза, гадая, что же хочет поручить ему Старейшина ордена.
  Мольфар сделал глубокий вздох.
  - Я, наверное, удивил тебя, Ростик? - спросил он.
  - Угу, - вынужденно согласился мальчик.
  - Уверен, сейчас ты думаешь, что раз я выбрал тебя, значит, речь идет о чем-то таком, что можешь сделать только ты, - предположил Мольфар.
  Ростик удивленно моргнул.
  - Да, я... думал именно об этом, - снова подтвердил догадку старого мага он и честно сказал: - Но я даже не представляю, что это может быть!
  Мольфар снова вздохнул.
  - Видишь ли, Ростик, действительно существует одна вещь, которую не может сделать никто, кроме тебя.
  - И что это? - с интересом спросил мальчик.
  Какое-то время Старейшина не отвечал, задумчиво глядя на залитый солнечным светом город, раскинувшийся за воротами королевского дворца.
  - Для тебя, наверное, осталось много неясного из разговора о сервусе, - наконец нарушил молчание Мольфар. - Однако одно ты должен был понять - нам неизвестно, как уничтожить это существо, чтобы оно больше никому не причинило вреда.
  - Да, это я понял, - с готовностью кивнул Ростик.
  - Скажу тебе прямо, - продолжал Старейшина, - я почти убежден в том, что никакой ошибки нет, и сны Мардола оживляет существо, о котором мы говорили - слуга некоего таинственного мага, сервус в облике ворона. Как ты сам, я уверен, понимаешь, происходящее сейчас в Мардоле нужно остановить, пока не случилось непоправимое. К счастью, ни одно из нападений оживших снов на сегодняшний день не закончилось трагедией. Но худшее может произойти в любой момент.
  Ростик задумчиво нахмурил брови. Он понимал, о чем говорит Мольфар - в следующий раз ожившее сновидение может отобрать чью-то жизнь. Возможно, даже случится что-то похуже - нечто такое, что он сейчас не может себе даже вообразить. Однако Ростик по-прежнему не понимал, какую пользу он может принести в такой ситуации.
  - Я понимаю, но... - неуверенно произнес он. - Разве я могу чем-то помочь?
  Мольфар повернул к нему лицо и посмотрел на мальчика серьезным взглядом серых глаз.
  - Можешь, - коротко сказал седобородый маг.
  Глаза Ростика непроизвольно раскрылись шире.
  - Ты можешь узнать, как уничтожить сервуса.
  Несколько секунд Ростик только тупо моргал. До него не сразу дошел смысл сказанных Мольфаром слов, но, осознав его в полной мере, мальчик озадаченно спросил:
  - Я действительно могу это сделать? Но как?
  - Так же, как однажды ты узнал способ избавиться от проклятия Фаталунии, - ответил Мольфар.
  Ростик задумался. Способ избавиться от проклятия Фаталунии ему подсказал Тарханкут Рыжебородый - тот Тарханкут, который жил в Тайндаре, древней магической книге, созданной когда-то им же, одним из четырех магов, основавших Орден Двенадцати Камней еще в незапамятные времена. Мальчик удивился, почему ему самому не пришло в голову спросить совета у древнего мага, живущего в книге. Это было так просто! Наверное, Ростик даже не вспомнил о Тайндаре, потому что очень давно не видел его - когда он покидал мир Двенадцати городов несколько месяцев назад, Мольфар пообещал найти для книги надежное место и спрятать ее до возвращения хозяина.
  - Но почему вы?.. - непонимающе начал мальчик, подняв на седобородого мага озадаченный взгляд.
  - Почему я прошу у тебя об этом с такой неохотой? - предупредил его вопрос Мольфар и улыбнулся, отчего вокруг его серых глаз веером распались лучики-морщинки.
  Однако почти тотчас же он посерьезнел. Сделав глубокий вздох, Старейшина ордена сказал:
  - Потому что мне слишком мало известно о Тайндаре, и я не уверен, что это путешествие будет для тебя безопасным.
  - Но ведь я уже был там! - возразил Ростик. - И со мной ничего не случилось!
  Мольфар кивнул.
  - Это так, - согласился он. - Но можешь ли ты быть уверен, что для тебя будет так же безопасно попасть туда во второй раз? Или в третий? Или в четвертый?
  Ростик задумался, сейчас же почувствовав внутри себя сомнение.
  - Тайндар, - продолжал Мольфар, - не обычная книга. Наверное, можно смело сказать, что Тайндар и не книга вовсе, даже если второе ее название утверждает обратное.
  Ростик тотчас же вспомнил, что иначе Тайндар называли Книгой Тарханкута.
  - Тайндар - предмет, наделенный множеством неразгаданных свойств, - сказал Мольфар. - Но больше всего меня настораживает, что Тайндар говорит с тобою обликом Тарханкута. Причем не заученными фразами, заложенными в книгу ее создателем, а так, как если бы Тарханкут был жив и говорил с тобою лично.
  Мольфар посмотрел на мальчика.
  - Хотя Тарханкут давным-давно умер.
  Ростик нахмурился.
  - Но ведь... эту книгу... то есть... - Мальчик почувствовал, что начинает путаться, поэтому уже решительнее закончил свою мысль: - Тайндар создал Тарханкут, а он не был коварным. Вы сами так говорили!
  Мольфар снова согласно кинул.
  - И это верно. Однако Тарханкут был очень могущественным магом, прожившим много сотен лет, а старости свойственна забывчивость. То, что древний маг мог считать безопасным для себя, может стать необратимо опасным для такого юного и неопытного мага, как ты, Ростик. Именно поэтому я не хотел бы, чтобы ты снова проникал внутрь Тайндара.
  Со вздохом покачав головой, Старейшина ордена посмотрел на Ростика.
  - И все же я вынужден тебя об этом просить, потому что кроме тебя этого не сможет сделать никто другой. Попасть внутрь Тайндара можно только с помощью Змеиной Кожи, а этот камень подчиняется только тебе.
  Ростик задумался. Ему казалось, что Мольфар зря осторожничает, и в книге совсем не опасно. Хотя слова старого мага и посеяли в нем сомнения, однако, стоило только вспомнить то место, где он говорил с Тарханкутом, как эти сомнения тотчас же развеивались.
  Посмотрев на Старейшину ордена, мальчик твердо сказал:
  - Я пойду и спрошу у Тарханкута, как нам одолеть этого сервуса. Я же страж ордена. К тому же, это не такое уж большое дело.
  Какое-то время Мольфар молча смотрел на Ростика, словно размышлял. Наконец он сказал:
  - Да, в этот раз другого выхода нет. Но я хочу, чтобы ты пообещал мне, Ростик, что в будущем не станешь входить в Тайндар, не посоветовавшись со мной. Дай мне слово.
  Ростик кивнул.
  - Хорошо, даю слово.
  Мольфар тяжело вздохнул и улыбнулся мальчику.
  - В таком случае, раз мы все решили, мне придется на два дня уехать из Мардола - чтобы забрать Тайндар оттуда, где он сейчас спрятан, и привезти сюда. И еще одно... Давай оставим наш разговор в секрете. Лучше, чтобы никто не знал, куда я отправился и с какой целью. Договорились?
  Ростик снова кивнул, не задавая лишних вопросов, - если Мольфар проявлял такие предосторожности, значит, на то были причины.
  
  * * *
  
  За ужином Мольфар сообщил его величеству, что вынужден на пару дней уехать по важному делу. Король Теодор воззрился на старого мага с искренним огорчением.
  - И когда же вы намерены покинуть меня, друг мой? - спросил он.
  - Завтра утром, - ответил Мольфар и поклонился королю кивком головы. - Я надеюсь, ваше величество простит мне мой отъезд, но, уверяю вас, все мои действия направлены на то, чтобы помочь вашему доброму городу в нынешних трудностях.
  - Ох, я уповаю на ваше скорейшее возвращение, - покачал головой король; он отложил столовые приборы и, поставив локоть на стол, уронил щеку в пухлую ладонь. - В своих бедах я могу положиться только на вас, любезный мой друг. Сам я чувствую себя крайне беспомощным. В мыслях о моем бедном городе я даже потерял сон.
  Ростик после этих слов ожидал услышать очередную язвительную реплику канцлера Грэма в адрес его дядюшки. Однако, отыскав канцлера взглядом, удивился: вместо того чтобы по обыкновению поддеть его величество, наследник короны смотрел на короля Теодора, хмуря брови и с беспокойством на надменном лице. Неужели, он волновался о здоровье родного дяди?
  Мальчик невольно двинулся взглядом в ту сторону, где по левую руку от канцлера обычно сидел казначей его величества. Однако его место за столом уже не впервые пустовало. С тех пор, как глава казначейства рассказал о своем сне с гарпиями, он ни разу не появлялся за королевской трапезой, хотя от других стражей Ростик знал, что никакого наказания к нему не применяли. Возможно, главный казначей сам побаивался гнева короля и поэтому старался не попадаться ему на глаза. Правда, думая о короле Теодоре, Ростик с трудом представлял себе, как его можно было бояться.
  - Ваше величество, вы сегодня плохо спали? - услышал Ростик заданный Мольфаром вопрос, и снова переключил свое внимание на беседу главы ордена и его величества.
  - Ох, друг мой, ужасно, ужасно, - пожаловался король Теодор. - Мне снилась моя кузина, герцогиня Грим. И знаете, что? Сестрица пыталась меня задушить! Можете ли вы себе вообразить?! И когда она держала меня за горло, она все время приговаривала: "Это тебе за то, что по твоей вине пострадал талантливый мальчик, бесполезный ты король!" Полагаю, она имела в виду светловолосого музыканта, который стал жертвой гарпий во время концерта. Кузина, знаете ли, поклонница этих... "Слёз Орфея".
  - "Грёз Орфея", ваше величество, - осмелилась поправить Дрю; впрочем, Ростик давно заметил, что ей и король не указ, когда речь заходит о вышеупомянутой группе.
  - Ох, да как угодно! - страдальчески всплеснул рукой правитель Мардола, продолжая жаловаться: - И это уже не в первый раз. Совсем недавно, мне снилось, как меня пытался проткнуть шпагой граф Розетка за то, что я не уберег его дочь. Ах, даже во сне мне нет покоя!
  Мольфар задумчиво смотрел на короля.
  - Меня тревожат ваши сны, ваше величество, - произнес вдруг он.
  - Ох, а как они меня тревожат, я вам передать не могу, друг мой! - согласно покивал в ответ король Теодор; его круглые розовые щеки затряслись как желе.
  - Ваше величество, - привлекая к себе внимание монарха, обратился к нему Старейшина.
  Король поднял взгляд своих по-детски наивных глаз на старого мага и озадаченно поморгал.
  - Да, друг мой?
  - В том, что случилось с юной графиней и молодым музыкантом, вашей вины нет, - твердо, с незаурядным убеждением в голосе сказал Мольфар. - Вашему величеству не стоит терзать себя из-за этого. Все мы знаем, что вы делаете для своих горожан все возможное. К тому же, сейчас нужно больше думать о том, чтобы подобное не повторилось. Если вы изволите принять совет от своего старого друга, то я скажу - сосредоточьтесь на дне завтрашнем, ваше величество.
  Король Теодор выслушал слова старого мага и приложил пухлую ручку к груди.
  - Ах, любезный друг мой, вы льете бальзам на мои раны! - тронутый до глубины души, произнес он. - Искренне благодарен вам за поддержку! И разумеется вы правы! Вы правы, как никогда, друг мой! - Его величество заметно взбодрился. - Нужно беспокоиться о том, чтобы впредь никто не пострадал. Сделай все, что от тебя зависит - вот теперь мой девиз.
  Мольфар улыбнулся и кивнул.
  - Рад, что смог приободрить вас, ваше величество.
  После ужина, когда стражи собрались в отведенной им гостиной, Мольфар объявил:
  - Все вы уже слышали, что два дня меня не будет в Мардоле. Я вынужден уехать по безотлагательному делу. Из-за обстоятельств, о которых мне не хотелось бы говорить, я еду один.
  Старейшина повернулся к наследнику Казантипа и добавил:
  - Невер, в мое отсутствие вся ответственность за действия ордена ложится на тебя. Как моя правая рука ты волен принимать решения, ежели потребуют обстоятельства.
  Невер кивнул. На этом короткое собрание было закончено, и стражи стали разбредаться по своим покоям. Ростик тоже двинулся к выходу. Уже возле дверей он увидел, как Невер приблизился к Мольфару, и задержался.
  - Вы так добры к его величеству, Старейшина, - произнес Невер. - Я всегда считал, что ко всем правителям двенадцати городов вы относитесь одинаково ровно. Признаюсь, был удивлен, впервые увидев, как вы поддерживаете одного из них с таким участием.
  - Я не так дружен с Теодором Мардолским, Невер, как это могло показаться, - ответил Мольфар. - Но я хорошо его знаю - с тех самых пор, как он занял свой трон. У его величества есть поистине выдающаяся склонность по любому поводу испытывать чувство вины. Из-за этого ему стали сниться плохие сны. А со снами в Мардоле сейчас шутить нельзя. Вот чем продиктовано мое беспокойство.
  Заметив, как Невер поворачивает голову в сторону двери, Ростик быстро отвернулся и вышел из гостиной.
  
  * * *
  
  Этой ночью Ростик плохо спал. Его сон был неглубоким и прерывистым. Множество раз он просыпался и в полудреме видел гуляющие по его комнате сновидения. Туда-сюда бродили странные люди и существа. Один раз со стороны балконной двери мимо кровати прошествовал лакей с двумя большими арбузами: первый лежал у него на подносе, а второй заменял ему голову. Позже, потявкивая, сквозь его комнату пробежала болонка. А уже под утро, проснувшись в очередной раз, рядом со своей постелью Ростик увидел Ури с вороном на плече. Сонно щуря глаза, Ростик сначала хотел сказать ему, что это опасно, ворон может оказаться сервусом, но потом передумал, потому что это был не настоящий Ури, а из инклипуса - с черными дорожками слез на щеках. Поймав себя на мысли, что этот Ури, возможно, сейчас снится Дрю, Ростик закрыл глаза и провалился в сон. Когда он проснулся в следующий раз, солнце уже встало и ярко било в окно.
  Во время завтрака за королевским столом ожидаемо отсутствовал Мольфар. Король Теодор, поглядывая на пустующий стул, который обычно занимал Старейшина ордена, тяжело вздыхал и делал несчастное лицо.
  После завтрака Ростик хотел предложить Саньке прогуляться по городу, но приятель опять сцепился с Дрю. Их спор, что в последнее время стало почти нормой, касался "Грёз Орфея", и Ростик предпочел уйти подальше, чтобы не попасть под горячую руку. Санька немного злился на него с тех пор, как Ростик хорошо отозвался о музыкантах.
  Заметив свернувшего на одну из многочисленных лестниц Арни, Ростик решил догнать его, чтобы спросить, следил ли тот еще за Управителем Снов. Однако когда мальчик спустился этажом ниже, Лиса и след простыл. Зато на нижней ступеньке сидел Решка.
  Сначала Ростик хотел повернуть обратно, но потом заметил, как Решка крутит что-то в руке, заинтересовался и решил подойти. Решка тем временем запрокинул кудрявую голову, над которой тотчас сверкающим плевком взлетела золотая монета - и сразу же начала падать.
  "Это же его заговоренная монета, которая всегда падает решкой вверх", - подумал Ростик.
  Он помнил, как Решка рассказывал однажды, что монета досталась ему вместе с волшебным амулетом, и что Решкой его называют из-за нее.
  Кучерявый страж тем временем на лету поймал монету, склонил над ней голову и негромко, но разборчиво сказал:
  - Решка, опять решка и снова решка. Почему она всегда падает решкой?
  Голос у него был недовольный.
  - Ну и что такого в том, что она падает решкой? - вслух спросил Ростик, остановившись за спиной мальчишки.
  Решка вздрогнул и обернулся.
  - Ты чего подкрадываешься? - Темные брови над большими карими глазами нахмурились.
  - Я просто по лестнице спускался, - ответил Ростик. - Это ты расселся на дороге.
  Решка пожал плечами, мол, места много, обойдешь, и, разжав ладонь, снова посмотрел на монету.
  - Давно хотел спросить, - произнес Ростик, не торопясь уходить. - Если тебя Решкой зовут из-за монеты, то, получается, это прозвище. А какое у тебя настоящее имя?
  Кучерявая голова повернулась на дюйм, но тотчас отвернулась обратно, словно Решка хотел посмотреть на Ростика, а потом передумал. Он снова подкинул монету в воздух и снова поймал ее в ладонь, после чего, держа круглый золотой слиток перед глазами, сказал:
  - Эта монета - и есть мое имя. Другого у меня нет.
  Он зажал монету в кулаке и снова разжал, не уставая на нее глазеть.
  - Меня и такое имя устраивает. Лишь бы было.
  Ростику вдруг показалось, что Решка недоговаривает.
  "И этот туда же? - подумал он. - Кажется, в ордене у всех есть свои секреты".
  Мальчик уже развернулся было, намереваясь подняться наверх и все-таки позвать Саньку гулять по городу, как его взгляд остановился на большой картине, висящей на стене, над лестницей.
  На полотне был изображен облаченный в доспехи воин, сражающийся с двухголовым крылатым чудовищем. Перепончатые крылья монстра заливали большие участки картины чернотой непроглядной ночи. А его змеиное тело венчали орлиные головы с козлиными рогами. От основания клюва у обоих голов росло по два розовых хобота. Существо выглядело настолько странно, что Ростик не сдержался и спросил вслух:
  - Интересно, в этом мире водятся такие твари?
  Решка, заинтересованный, оглянулся и посмотрел на картину.
  - Никогда не видел, - сказал он. - Даже не знаю, как эта зверюга называется.
  - Двуглавый аспид, - внезапно раздался снизу высокомерный голос.
  Опустив глаза, мальчишки увидели стоящего в нескольких шагах от лестницы канцлера Грэма. Наследник мардолской короны смотрел на юных стражей ордена снисходительным взглядом из-под лениво прикрытых век.
  - Полотно называется "Теофил Мардолский сражает двуглавого аспида", - таким тоном, словно делал ребятам одолжение, произнес он, - Здесь изображен далекий предок нашего рода. Один из правителей Мардола, как вы, надеюсь, уже поняли из названия.
  Канцлер с надменной многозначительностью глянул на ребят, словно выказывая немалое сомнение, что они вообще в состоянии что-то понять.
  - Легенды утверждают, что в те времена двуглавые аспиды были словно бич божий для Мардола. Без конца нападали на город, убивали людей, похищали детей, сжигали дома.
  У Ростика дернулась бровь - канцлер говорил обо всех этих ужасах с такой скукой на лице, что становилось не по себе. Мальчик перевел взгляд с королевского племянника на картину. Чудовище, конечно, выглядело, жутковато, и, пожалуй, можно было представить, как оно "нападает и убивает", вот только розовые хоботки, свисающие по обеим сторонам клюва у каждой из голов, выглядели забавно и портили все впечатление.
  - А что это за висюльки у этого аспида? - вслух спросил Ростик, не удержавшись от издевки в голосе. - Нелепые какие-то.
  Канцлер сузил глаза, окинув дерзкого шутника ядовитым взглядом, и мстительно заявил:
  - А из этих нелепых висюлек у аспидов капал яд. Легенды утверждают, яд был такой страшной силы, что, если попадал на человека, от того не оставалось даже пуговиц.
  Канцлер опустил взгляд на золотую монету, которую Решка по-прежнему непроизвольно вертел в руках, и заявил:
  - От яда аспидов даже золото таяло и обращалось в ничто.
  Ростик заметил, как Решка вздрогнул и крепко зажал монету в кулаке.
  - Между прочим, двуглавые аспиды встречаются в окрестностях Мардола и в наше время, - добавил канцлер. - Крайне редко, разумеется, мардолские маги истребляют их потихоньку, но на окраины города, случается, раз в десятилетие нападают. К слову, последний аспид появлялся здесь аккурат десять лет назад.
  Решка внезапно весь затрясся, как будто от страха, и прижал кулак с монетой к груди. Заметив это, Ростик удивился: когда канцлер рассказывал о том, как аспиды нападали на людей, Решка сидел с безразличным видом, а, услышав, что от яда аспида даже золото может растаять, испугался.
  "Что это с ним?", - озадаченно спросил себя Ростик, и неожиданно для самого себя разозлился.
  Во время концерта, когда сновидения-гарпии нападали на людей, Решка просто сбежал, хотя он страж ордена и должен был защищать людей. А из-за какой-то монеты, пусть даже и золотой, его аж трясет. И ведь даже ребенку понятно, что канцлер нарочно их пытается застращать - из вредности.
  - Что ты вцепился в эту монету? - не сдержался Ростик и раздраженно поддел: - Если какой-нибудь аспид расплавит твою золотую кругляшку, попроси Арни, у него целый мешочек золота, даст тебе взамен другую - он не жадный.
  Решка вдруг резко повернулся и посмотрел на него злющим взглядом.
  - Да что ты понимаешь, тупица! - взбеленился он. - Никакое золото в мире эту монету не заменит, понял?!
  С этими словами он подскочил и побежал по лестнице наверх. Глядя ему вслед, Ростик нахмурился. И чего Решка завелся так с пол-оборота? Подумаешь - монета! Да никакая монета не может быть важнее человеческой жизни! Ростик не сожалел о своих словах. Это Решка странный - о людях не беспокоится, а над монетой трясется.
  Ростик повернул голову и уткнулся взглядом во все еще стоящего перед лестницей канцлера. Королевский племянник улыбался с удовлетворенным видом. Еще бы - ему удалось рассорить мальчишек из столь нелюбимого им ордена.
  Заметив движение чуть в стороне, Ростик метнулся туда взглядом - на выходе из коридора застыла высокая фигура в длиннополых одеждах. Человек с серебристыми волосами, чье лицо скрывалось под маской, разумеется, был не кем иным, как Управителем Снов. И хотя мардолский маг смотрел не на него, а на канцлера, Ростик все равно с досадой подумал:
  "И все-таки зря я сцепился с Решкой. Теперь эти двое будут считать нас не стражами ордена, а парочкой мелких склочников. Ну и чем я лучше Саньки и Дрю?".
  
  * * *
  
  За окнами дворца тем временем продолжали собираться возмущенные горожане. В обеденное время их количество доходило до сотни. Но канцлер Грэм за обедом в свойственной ему чванливой манере заявил, что к кучке митингующих просто примыкают зеваки, которым нечем заняться. Вслух с ним никто не соглашался, однако в чем-то он был прав - к вечеру толпа совсем таяла. Оставалось около дюжины, как подозревал Ростик, самых преданных фанатов "Грёз Орфея". Обычно они носили плакаты: "Защитим Иво!" или "Защитим Грёзы Орфея!" и неизменное "Королевских магов - к ответу!". Ростик радовался, что мардолцы пока не призывают к ответу стражей ордена. Наверное, рядовые горожане просто не знали об их присутствии в Мардоле.
  За ужином король делился со стражами последними новостями. Королевский сыск докладывал, что после нападения во время концерта сновидения в Мардоле оживали трижды. Одно в виде безликого вора пыталось ограбить прохожего. Другое - призрачная ночная повозка - сбило лучшего часовщика города и его супругу, которые чудом остались живы, хотя и изрядно покалечены. Третье напало на пивоварню. Пока подоспели королевские маги, пивной склад был разгромлен, а хозяин пивоварни сломал руку, пытаясь убежать от ожившего сновидения - быкоподобного великана с булавой. Чьи это были сны, выяснить не удалось, хотя пивовар обвинял в нападении мардолских виноделов. Никто бы этому не удивился, потому что мардолские пивовары и мардолские виноделы враждовали с давних времен, но доказательств причастности виноделов к нападению не было.
  Ростик заметил, что ни за обедом, ни за ужином не было Решки, но не стал забивать себе этим голову. Даже если они слегка поцапались, Ростик ему не нянька. К тому же мальчик был уверен, что не сказал ничего плохого.
  Сразу после ужина Ростик решил заскочить в гостиную "Грёз Орфея". Он подумал, что было бы неплохо еще раз проведать Иво и узнать, как поживает его нога. Однако, заглянув на террасу, обнаружил там светловолосого гитариста в компании Фиалки. Иво играл ей на гитаре, а девушка улыбалась. Заметив, что эти двое обмениваются влюбленными взглядами, Ростик попятился и ушел незамеченным. Кажется, забота лучшей целительницы ордена о музыканте дала не только целительный эффект.
  В гостиной стражей ордена он нашел Саньку и Дрю. Они играли в "Кикимору болотную". После того, как Ростик к ним присоединился, ребята посидели еще около часа, после чего разошлись по своим комнатам. Уснул Ростик сразу же, только лишь его голова коснулась подушки.
  Мальчик, наверное, так и проспал бы без задних ног до самого утра, если бы в полночь его не разбудил стук в дверь. Ростик приподнялся на постели, пытаясь раскрыть глаза - тяжелые веки поддавались с трудом. Стук повторился. Гадая, кто это может быть и что ему надо, Ростик не стал кричать: "Кто там?". Он бы не удивился, если бы оказалось, что Арни хочет предложить ему очередную ночную авантюру, а в таком случае шум поднимать не стоило.
  Подойдя к двери, Ростик осторожно открыл ее - перед дверью никого не было. Нахмурившись, мальчик выглянул в коридор - опять никого. Он уже подумал, что ему послышалось, но, повернув голову в другую сторону, увидел в дальнем конце коридора чью-то фигуру. Когда она скрылась за углом, Ростик уже не сомневался, что человеком, постучавшим в дверь его комнаты, был Решка.
  "Он что, развлекается так?" - Ростик начинал злиться.
  Мальчик сначала подумал вернуться к себе в комнату и залезть в постель, махнув рукой на Решку, но любопытство пересилило, и он двинулся по коридору в ту сторону, где Решка завернул за угол. Дойдя до лестницы, краем глаза уловил движение внизу - ему показалось, что на нижних ступенях мелькнула кучерявая голова - и стал спускаться.
  Ростик оказался прав - на стыке трех коридоров и лестничного подъема, освещенный светом свечей, висящих на стенах в больших канделябрах, спиной к нему стоял Решка.
  - Эй, зачем ты меня сюда вытащил? - недовольно спросил Ростик.
  Решка повернул к нему голову и только тут Ростик заметил - его спина и профиль странно подрагивали, словно мираж.
  "Сновидение!", - только и успел подумать мальчик, как внезапно фигура Решки превратилась в столб дыма.
  А в следующее мгновение дым обрел другую форму - в воздухе, прямо перед Ростиком возник огромный двухголовый аспид.
  Таращась на него в ужасе, Ростик непроизвольно попятился, но забыл, что стоит на лестнице и, потеряв равновесие, начал заваливаться назад. Каким-то чудом умудрившись повернуть корпус и поднять руки, Ростик упал боком на ступени и избежал удара головой. Он даже не почувствовал боли при падении - все его существо было переполнено страхом перед зависшим над его головой чудовищем.
  "Постой! - сказал себе Ростик. - Это всего лишь сновидение, верно? Оно мне ничего не сделает".
  И сам себе не верил, потому что помнил - в последнее время сны в Мардоле оживают. А когда аспид раскинул перепончатые крылья - две огромные кляксы, разлитых прямо в воздухе черных чернил, - и обратил свой взор на мальчика, Ростик окончательно осознал, что он в беде. Будь перед ним обычное сновидение, оно не обратило бы на него внимания. Однако сновидение, пришедшее к нему в облике Решки, похоже, нарочно заманило его сюда!
  Тем временем орлиные головы аспида одновременно раскрыли клювы и издали пронзительный крик. Не колеблясь, монстр кинулся на мальчика.
  "Он меня сейчас разорвет!", - в панике подумал Ростик.
  Черная туча из перепончатых крыльев и змеиного тела стремительно надвигалась на него, лишая его возможности соображать. Смутно, сквозь страх, он помнил, что должен что-то сказать, что есть слова, которые могут его спасти, и что-то еще... Но был так парализован ужасом, что голова и руки отказывались его слушаться.
  Птичьи головы аспида прокричали еще раз, черные крылья заслонили собой весь мир вокруг, и Ростик заорал, закрывая голову руками.
  - Итолп Тенансу!
   Мальчик не сразу осознал, что услышал чей-то голос, выкрикивающий заклинание. Но когда Ростик понял, что ничего не происходит, и даже сквозь закрытые веки разглядел, что нависшая над ним тьма рассеялась, он наконец открыл глаза.
  - Ты живой, дружище?
  Над Ростиком склонилось улыбающееся лицо Арни. Ростик вдруг подумал, что он просто до смерти рад его видеть.
  - Откуда ты... Как ты... - сбивчиво начал мальчик, но почему-то не мог закончить ни одного вопроса.
  Арни протянул руку и помог Ростику подняться на ноги.
  - Да вот, проходил мимо, - с иронией ответил Лис, - смотрю - висит гигантская двухголовая курица. И что самое интересное - висит почему-то над тобой. Что ты с ней не поделил?
  Ростик посмотрел на Арни и, игнорируя его шутки, задыхаясь, признался:
  - Представляешь, забыл заклинание... На концерте вспомнил, а сейчас - забыл.
  - Это от страха, - похлопал его по плечу Лис. - И, между прочим... Это было ожившее сновидение, и оно напало на тебя. Ты, случайно, никому не насолил давеча?
  Ростик поднял голову, и в этот момент услышал, как кто-то бежит сюда. Обернувшись, он увидел застывшего на вершине лестницы Решку: глаза распахнуты на пол-лица, рот открыт, тяжело дышит, будто бежал стометровку. На Ростика внезапно накатила волна ярости, потому что он понял - это был Решкин сон!
  Ростик всегда неплохо бегал, и сейчас, перепрыгивая через две ступени, он преодолел лестничный подъем в считанные секунды. Он бросился на Решку, успев в последний момент заметить испуг в его взгляде, повалил мальчишку на пол и, замахнувшись сжатой в кулак рукой, ударил.
  - Ты что, меня убить пытался?! - в ярости крикнул Ростик. - Твой сон был? Говори!
  Не обращая внимания на то, что Решка скулит что-то невнятное и закрывает лицо ладонями, он замахнулся и собирался ударить еще раз, но кто-то остановил его руку.
  - Ой-ой, разбушевался, - раздался над ухом Ростика насмешливой голос Арни.
  Лис схватил его под руки и оттащил от Решки.
  - Пусти меня! - сопротивлялся Ростик. - Этот гад меня чуть не убил! Пусти!
  - Тихо-тихо, - уговаривал Арни. - Остынь ты, говорю! Да что ж такое!.. - В этот момент Ростик, вырываясь, случайно заехал Арни по подбородку. - Думай, дурачина! Даже если это был Решкин сон, оживил его кто-то другой!
  На этих словах Ростик перестал вырываться и замер.
  - Услышал меня? - спросил Лис, заглядывая ему в лицо.
  Ростик кивнул и шумно выдохнул.
  - Ну вот и славно, фу-у-ух, - следом за ним выдохнул Арни и весело ухмыльнулся. - А ты у нас, оказывается, вспыльчивый юноша.
  Ростик посмотрел на Решку - тот выглядел настолько жалко, весь в слезах, напуганный, что мальчик моментально пожалел о своей вспышке гнева. Он и сам не ожидал от себя такой реакции. Ростик натерпелся такого страха, когда этот аспид-сновидение кинулось на него, что страх обернулся злостью на Решку, как только мальчик понял, кому этим обязан.
  - А теперь, я думаю, самое время разобраться в том, что произошло, - веско и уже без всякой иронии в голосе сказал Арни.
  
  * * *
  
  В гостиной собрались все стражи ордена, за исключением, разумеется, Мольфара. Арни вкратце описал ситуацию, поделившись с другими стражами тем, что знал сам. Решку усадили в кресло. Под глазом у него красовался свежий кровоподтек - следы от кулака Ростика. Он больше не ревел, не скулил, но по-прежнему выглядел напуганным. Хмуро поглядывая в его сторону, Ростик против своей воли чувствовал вину и от этого только злился еще больше.
  - Ну, рассказывай, как замышлял злодейство против нашего двенадцатого стража, - сев на стул и закинув щиколотку левой ноги на колено правой, с неизменной ироничностью спросил Арни.
  Решка насупил брови, отвернул от него лицо и, зажмурив подбитый Ростиком глаз, буркнул:
  - Ничего я против него не замышлял. И вообще... Я ничего плохого не делал.
  - Ишь какой! - недовольно проворчал Анчутка, скрестив маленькие ручки на груди. - Моя хата с краю - ничего не знаю. Так, что ль? По чьей же вине наш младший тенеуст едва с жизнью не распрощался, а? Ты хоть смекаешь, кудрявая твоя башка, какой был бы урон для ордена?
  Анчутка бросил придирчивый взгляд на Ростика, который внезапно почувствовал себя ценным имуществом, хоть и не знал, радоваться ему или огорчаться по этому поводу.
  - Как тенеуст, он, конечно, пока ноль без палочки да точка без закорючки, но зато каков задел на будущее! А ты его аспидом травить удумал!
  - Да не нарочно я! - огрызнулся на болотника Решка. - Я не виноват, что мне этот монстр приснился!
  - Успокойся, - холодно и внушительно сказал ему Невер, сидя на диване напротив Решки, после чего повернулся к маленькому магусу. - Мы все ценим твою заботу о будущем ордена, Глум, но раз уж случилось такое счастье, и двенадцатый страж не пострадал, то не стоит ли сейчас уделить внимание вопросам более насущным, чем его несостоявшаяся кончина?
  Анчутка недовольно нахмурился, глядя на Невера, и хмыкнул.
  - Тебе виднее.
  Ростик после речи наследника Казантипа скривился - словосочетание "такое счастье" у Невера прозвучало почему-то с досадой.
  "Да уж, действительно, - с сарказмом в собственный адрес, подумал мальчик. - Почему бы это?".
  - Рассказывай все с самого начала, - велел Решке Невер.
  Решка воровато отводил взгляд, но ослушаться Невера не посмел.
  - Сначала мы поцапались с этим, - он не глядя кивну в сторону Ростика.
  Эпитет "этот" Ростику не понравился, и мальчик ответил Решке раздраженным взглядом.
  - Ты злился на Ростика, правильно? - спросил Арни.
  - И что с того? - буркнул Решка. - Он сам меня разозлил - не знает, что говорит.
  - Дальше, - велел Невер.
  - А тут еще канцлер со своими запугиваниями, - продолжал Решка. - У меня целый день было плохое настроение, даже есть не хотелось, поэтому я до самого вечера не выходил из комнаты. Так и заснул на голодный желудок.
  Ростик вспомнил, что вчера за ужином Решки действительно не было.
  - А потом мне приснился сон, - с неохотой говорил Решка.
  - Что тебе снилось? - спросил Невер.
  Решка молчал.
  - Не заставляй вытягивать из тебя каждое слово, - сказал наследник Казантипа.
  Изумрудные глаза резанули мальчишку холодом. Решка поежился от этого взгляда, но продолжал молчать, мяться и отводить глаза.
  - Ты забыл, что ты страж ордена? - нетерпеливо давил на него Невер. - Тебе напомнить?
  - А что я мог сделать?! - внезапно взорвался жалобным криком Решка. - Это же был сон! Я же не могу контролировать то, что мне снится!
  - Да не бойся ты, - миролюбиво пробасил Михей, по-видимому, решив вмешаться из жалости к Решке. - Ты просто расскажи все, как было, без утайки. Тебя никто не винит, но разобраться ведь надо. Сам же понимаешь, не маленький чай.
  Решка шмыгнул носом - кажется, слова или дружелюбный тон Михея его успокоили.
  - Мне приснилось, как я звал его, - он опять не глядя кивнул в сторону Ростика, - идти за мной. Во сне я не знал, куда и зачем его зову. Потому что это был другой я, не настоящий. Я привел его туда, где висит картина с аспидом, а потом... - Решка опять шмыгнул носом. - Потом появился этот двухголовый змей с крыльями, а другой я из сна исчез. Змей стал кидаться на него, - еще один кивок в сторону Ростика. - Ну... как все было дальше, вы знаете.
  Решка окинул всех собравшихся взглядом и опять начал канючить:
  - Чего вы на меня смотрите?! Я же думал, что это просто сон! Я же во сне не понимал, что это по-настоящему!
  - И когда ты это понял? - спросил Невер.
  Решка опять отвел взгляд.
  - Когда появился Лис и заставил аспида исчезнуть, - пробормотал он. - Я сразу же проснулся. Понял, что мое сновидение было одним из тех... которые оживают. Испугался и сразу побежал туда.
  Некоторое время все молчали, обдумывая услышанное. Первым нарушил молчание Арни.
  - А ты ничего не упустил? - спросил он.
  - А? - не понял Решка. - Ты о чем? Я все рассказал.
  И, словно испугавшись, что ему не верят, воскликнул:
  - Это правда!
  Дрю рядом с Ростиком закатила глаза и с осуждением прошептала, так, что слышал ее только Ростик:
  - Вот трус! Чуть что, всегда начинает трястись, как заяц. Противно смотреть.
  - Я тебе верю, верю, - успокоил Решку Арни. - Только вот... может, ты что-то слышал перед тем, как уснуть?
  Решка нахмурился, по-прежнему не понимая, а потом вдруг широко распахнул глаза.
  - Ворон! Каркал ворон! - Он поморгал, будто припоминал что-то. - Постойте... Я даже видел его! Точно видел! Он на ветке сидел - напротив окна. Обычный черный ворон. Я просто забыл, это же всего лишь...
  Решка обвел стражей растерянным взглядом.
  - Это был?.. А я даже не подумал...
  - Похоже, Мольфар был прав, - сказал Арни. - Мы имеем дело с сервусом. Что думаешь, Невер?
  Лис повернулся к наследнику Казантипа - выражение лица у него, как всегда, когда он говорил с Невером, было ехидным. Невер одарил его тяжелым взглядом, но отвечать не стал. Вместо этого задал Решке еще один вопрос:
  - Когда вы говорили о картине с аспидом, поблизости был кто-то, кроме канцлера?
  Решка озадаченно поморгал и покачал головой:
  - Я никого не видел.
  Невер задумчиво хмыкнул.
  - Управитель Снов, - сказал Ростик, глядя на стража в черном, и, отвечая на взгляд изумрудных глаз, повторил: - Там был Управитель Снов. Он стоял в стороне и, мне кажется, слышал все, что говорил нам канцлер.
  - Тебе кажется? - переспросил Невер.
  Ростик насупился и отвел взгляд.
  - Я не знаю, как долго он там стоял, - признал мальчик. - Но он мог слышать.
  - Послушайте, - вступила в разговор Фиалка. - Получается, что этот сервус способен внушить человеку любой сон?
  - Думаю, что не любой, - сказал Арни и снова повернулся к Неверу; глаза под цвет рыжих волос подначивающе улыбались. - Но наш наследник Казантипа более сведущ по части преобразующей магии, может быть, он нам объяснит.
  - Преобразующей? - удивился Санька. - Это что значит?
  - Это значит, дружище, - с удовольствием ответил Лис, - взять что-то простое и преобразовать во что-то гораздо более сложное. К примеру, магия тенеустов работает именно так. Для тебя тень - это всего лишь темное пятно под ногами. Тенеуст же может превратить тень почти во что угодно. А что такое, в сущности, сервус в облике ворона? Это обычная птица, которую маг при помощи своих способностей, превращает в могущественное существо, наделенное магией.
  Ростик смотрел на Невера широко раскрытыми глазами. Неужели, страж в черном действительно обладает такой силой - превращать тени во что угодно? И что еще больше интересовало Ростика - неужели, и он сам способен делать вещи, о которых говорит Арни? Пусть даже он еще не знает как, но... Неужели, способен?
  Невер перехватил взгляд Ростика и тотчас отвернулся, после чего спокойно произнес:
  - Скорее всего, сервус, с которым мы имеем дело, не способен внушать сны. Учитывая рассказы тех, чьи сны оживали, можно предположить, что он использовал эмоции людей и превращал их в сновидения, одновременно наделяя их способностью оживать.
  - Как я и сказал, - довольно улыбнулся Арни, - преобразующая магия во всей своей красе. Наш тенеуст прекрасно все пояснил, так ведь?
  Невер на миг закрыл глаза и сделал глубокий вздох.
  - Мне, безусловно, льстит твое особое отношение к моей персоне, Лис, хотя оно уже начинает казаться мне навязчивым, но, может быть, тебе все-таки пора прекратить паясничать, и заняться делом?
  - Заняться делом? - широко улыбнулся Арни и развел руками. - Но я всегда занят делом, даже если тебе кажется иначе. Я ужасно серьезный парень, честное слово.
  - Мне кажется, на сегодня можно расходиться, - вставила Мераби, недовольно поглядывая то на Лиса, то на Невера, словно беспокоясь, как бы они не сцепились. - Решка рассказал все, что знал. Мы убедились, что имеем дело с сервусом, но по-прежнему не знаем, кто его хозяин. Можно, конечно, подозревать Управителя Снов, который слышал разговор канцлера и наших младших стражей, но доказательств против него у нас нет. Сейчас мы все равно ничего не придумаем, а мальчишкам пора спать. Кое у кого сегодня выдалась непростая ночь.
  Она посмотрела на Невера, ожидая его ответа. Он кивнул, соглашаясь.
  - Значит, расходимся, - подытожила Мераби.
  Орландо, беззвучно просидевший весь разговор на подоконнике, нырнул в черный прямоугольник окна - красные крылья мелькнули в воздухе и исчезли. Все остальные стражи потянулись к выходу. Дрю - зевая. Санька - потягиваясь. Решка - осторожно касаясь подбитого глаза и шмыгая носом с видом жертвы. Анчутка - недовольно хмурясь и бурча себе что-то под нос. Мераби, Михей и Фиалка - с задумчивыми лицами. Арни напоследок посмотрел сначала на Невера, потом на Ростика, улыбнулся и вышел вслед за всеми.
  Ростик подошел к двери и, как до него Лис, оглянувшись на Невера, задержался. Он не мог перестать думать о словах Арни - о могуществе тенеустов. Наследник Казантипа стоял спиной к выходу, но, словно почувствовав на себе взгляд, повернул голову. Изумрудные глаза остановились на Ростике, и мальчик вздрогнул - он не ожидал, что Невер обернется. И еще меньше ожидал услышать то, что тот сказал ему, когда, кроме них, в гостиной никого не осталось:
  - Не обманывайся словами Лиса, тенеусты не всемогущи. Если бы это было так...
  Мальчик удивленно замер - Невер впервые разговаривал с ним спокойно, без неприязни. Однако Ростик так и не узнал, что еще он хотел сказать, потому что страж в черном не стал заканчивать свою мысль. Вместо этого, вернувшись к прежней холодной и надменной манере говорить, наследник Казантипа добавил:
  - Если этой ночью еще кто-то постучит в дверь твоей комнаты, смею надеяться, у тебя хватит ума не открывать.
  С этими словами он отвернулся, а Ростик, злой и раздраженный, вышел в коридор.
  
  * * *
  
  А на следующий день все в Мардоле вдруг перевернулось с ног на голову.
  Ростик, Санька и Дрю, вышли в город после обеда. Мальчик заметил, что канцлер Грэм на королевской трапезе не присутствовал, но ему и в голову не пришло подумать, что это может оказаться предвестником плохих событий.
  Ребята предусмотрительно вышли из дворца не через центральные ворота, а через парковые. Обогнув дворец, они к своему удивлению, обнаружили, что митингующих у дворца, по сравнению с прошлыми днями, совсем мало - горстка фанатов "Грёз Орфея". Виляя улочками Мардола, они заметили, что люди стекаются к главной площади города, и влились в течение.
  Отовсюду слышался взволнованный гомон. В городе что-то происходило, но ребята никак не могли понять, в чем дело. Наконец людской поток вынес их к главной площади - здесь было настоящее столпотворение. Людей было меньше, чем на концерте "Грёз Орфея", но достаточно, чтобы младшие стражи исподволь почувствовали нарастающую тревогу.
  В центре площади, на помосте, возвышалась над головами горожан фигура в серебристо-серых одеждах - королевский племянник и наследник мардолской короны собственной персоной.
  - В нашем городе творятся возмутительные вещи! - кричал канцлер в толпу. - Вы все знаете, какая беда постигла известных музыкантов на концерте!
  Среди людей раздались нерешительные возгласы, подтверждающие слова канцлера.
  - Что происходит? - озадаченно спросил Санька, глядя на королевского племянника с открытым ртом.
  - Тихо ты! Дай послушать! - цыкнула на него Дрю.
  - Но самое возмутительное, - продолжал негодовать канцлер, - что жителей Мардола держат в неведении!
  Толпа заревела, в этот раз поддержав канцлера гораздо активнее.
  - Это непростительно, скажу я вам! Непростительно относиться к жителям города так, будто происходящее их не касается!
  Люди в толпе ответили единодушным согласием, выкрикивая "Верно говоришь!" и "Мы имеем право знать!".
  - На этот момент, - внушительно начал канцлер с крайне серьезным выражением на лице, - в городе находятся стражи древнего и всемогущего Ордена Двенадцати Камней! Что, конечно же, держится в тайне от мардолцев! Непростительно, говорю я вам!
  Люди в толпе переглядывались между собой с удивлением и растущим возмущением. Ростик с Санькой тоже обменялись озадаченными взглядами, не понимая, с какой целью королевский племянник вдруг заговорил об ордене.
  - Наш король, - продолжал канцлер, - как велят традиции, принял магов ордена в своем дворце в качестве гостей!
  Народ на площади отреагировал выжидающим молчанием.
  - Но сегодня! - вдруг заметно повысил голос канцлер, мрачным взглядом окинув собравшихся горожан. - Сегодня ордену было нанесено оскорбление! Этой ночью ожившее сновидение напало на одного из всемогущих магов!
  После этих слов Дрю с Санькой дружно повернули головы к Ростику: их лица выражали большое сомнение. Дрю даже высокомерно хмыкнула, окинув Ростика наигранно-почтительным взглядом.
  - Что?! - не выдержал Ростик и хмуро добавил: - Чего уставились?! Это я, что ли, сказал?
  Канцлер тем временем продолжал, с каждым словом, брошенным в толпу, повышая голос до громоподобного раската:
  - И все это произошло в стенах королевского дворца! - Взгляд канцлера был полон возмущения. - Король оказался не способен оградить столь могущественных гостей от опасности! Он проявил немыслимую халатность! И нам, простым горожанам, остается только трепетать в ожидании, каким будет гнев великих магов ордена.
  После этих слов толпа взволнованно загудела.
  - О, этот гнев может быть страшен! - восклицал канцлер. - И он обрушится на весь город! Маги не простят нашему городу того, что жизнь одного из них этой ночью была в смертельной опасности. Они захотят покарать наш город! И разве пожелают они, обремененные великими делами, разбираться в том, что мирные жители ни в чем не виноваты перед ними? О нет! Они не станут разбираться в этом!
  Канцлер словно оплакивал жителей Мардола и в то же время весь клокотал от возмущения. Ростик, Дрю и Санька пялились в сторону сцены с открытыми ртами, не упуская не единого слова из речи королевского племянника, одновременно замечая, что в толпе поднялось волнение.
  - О чем это он? - ошарашенно проговорил Ростик, бросив быстрый взгляд сначала на Саньку, потом на Дрю, но тут же убедился, что его друзья и сами находятся в таком же недоумении, что и он.
  - Но почему?! - раздался с площади гневный крик канцлера. - Почему мы отныне должны жить в ожидании неминуемой расплаты?! Я отвечу вам! Только лишь потому, что король не смог оградить своих подданных от этих бедствий. Пострадало невинное дитя - девочка, едва не до смерти избитая призраком из сна! Затем была ужасная ночь концерта, когда зловещие гарпии-сновидения напали уже не на одного человека, а на толпу! Молодой юноша, знаменитый музыкант, долгое время находился между жизнью и смертью! Многие жители города потерпели увечья! И вот теперь нападение на стража ордена!
  Толпа гудела все сильнее, волнение нарастало и словно поднималось невидимым валом над головами собравшихся.
  - Никто не знает, что может случиться завтра! - неистовствовал канцлер, сотрясая поднятой к небу рукой, словно призывал в свидетели высшие силы. - Единственное, что я могу вам сказать наверняка, - орден потребует расплаты за нападение на одного из их стражей! Но народ не должен расплачиваться за слабоволие своего правителя!
  В толпе пронесся согласный ропот.
  - Народ не должен страдать из-за того, что король не способен защитить его! - с пылающими праведным гневом глазами гремел канцлер. - Нужен ли народу такой король, спрашиваю я вас?! - воззвал канцлер к толпе. - Нужен ли народу король, своей немощью обрушивший бедствия на головы простых людей?!
  Толпа гудела и гул этот становился все громче, так что ребятам, стоящим в последних рядах стало не по себе. Ростик почувствовал, как по коже пробежал холодок, словно от толпы повеяло чем-то опасным и неконтролируемым.
  - Есть только один способ спасти город! - словно мессия, вещал канцлер. Он окинул взглядом людей внизу, к этому моменту уже достаточно напуганных и разозленных, чтобы безоговорочно принимать на веру каждое его слово, и решительно воскликнул: - Свергнуть слабовольного короля! Свергнуть короля, не способного защитить свой народ!
  - Он это серьезно? - не веря своим ушам, спросил Ростик.
  - Он с ума сошел, - ошеломленно пробормотал Санька. - Он что... подстрекает мардолцев к мятежу?!
  - Да кто его послушает?! - надменно фыркнула Дрю, впрочем, не слишком уверенно.
  Но ее неуверенность оказалась прорицательнее ее слов, потому что в толпе поднялся оглушающий гул. Жители Мардола, собравшиеся на площади, поддерживали канцлера!
  - Кажется, здесь пахнет королевским переворотом, - в считанные секунды переменив свой взгляд на происходящее, заметила девочка. - Пошли быстрее во дворец - остальные стражи должны знать, что тут происходит.
  - Канцлеру поскорее захотелось надеть корону, - сказал Санька, когда они едва ли не бегом возвращались в королевскую резиденцию. - Решил воспользоваться ситуацией, вот гад!
  - Да уж, тот еще мошенник, - согласилась Дрю. - Давил на то, что напали на стража ордена, и ни слова не сказал, что ожившее сновидение - заслуга другого стража.
  - О чем вы говорите?! Откуда он вообще узнал о том, что случилось вчера ночью? - воскликнул Ростик. - Об этом было известно только стражам ордена!
  - Может быть, кто-то из слуг ночью случайно все видел и доложил канцлеру? - предположил Санька.
  - В любом случае, все это очень плохо, - сказала Дрю.
  - Ага, - согласился Санька. - Король будет в шоке.
  - А меня, знаете, что больше всего злит? - сквозь зубы произнесла Дрю. - Что канцлер использует имя ордена для своих мерзких целей. Но если он считает, что стражи двенадцати камней могут быть игрушками в его руках - он сильно ошибается.
  
  * * *
  
  Когда через полчаса ребята закончили рассказывать последние новости, в гостиной, где собрались стражи, воцарилось тягостное напряжение.
  - Вот так неожиданность, - изумленно покачал головой Михей, первым нарушив молчание. - Это что ж он такое наговорил, канцлер-то? Кого это мы будем карать? Мы ж напротив - помочь приехали. Что ж он нас какими-то злодеями выставляет?
  - Вот! - поддержала его с негодованием Дрю. - И я говорю! Настоящий гад - использует орден, как... как...
  Девочка запнулась, будто никак не могла подобрать нужное слово. Ей на помощь пришла Мераби.
  - Как жупел, - сказала светловолосая магиня. - Он использует нас как жупел. Или, если проще, как пугало.
  - Однако, - задумчиво почесал крохотные рожки Анчутка. - Кто бы мог подумать, что канцлер такое замышляет, а? Эк он ловко-то беду на свою пользу повернул. Уж не о благе горожан печется, ясное дело. Дядюшку своего решил по случаю с трона скинуть, чтоб самому на тот трон усесться. Невмоготу ему ждать, видно. Оно и понятно, его величество не стар совсем, годков двадцать спокойно на троне просидеть еще может.
  - Канцлер, конечно, пройдоха тот еще, - сказала Фиалка. - Только вот нам-то теперь что с этим делать? Мало того, что сны оживают, так еще и люди беспорядки устраивать начнут. Это только все усложнит.
  Стражи молчали, никто не спешил отвечать.
  - Да уж, еще и двух дней не минуло, как орден действует без своего главы, а все уже пошло кувырком, - наконец произнес Арни и язвительно добавил: - Ты не справляешься с гордым званием правой руки, Невер.
  Наследник Казантипа, до сих пор молчавший, сузил глаза и одарил его холодным взглядом:
  - Может, мне воспользоваться своим правом принимать решения, и наказать тебя за дерзость, Лис?
  Арни зловеще ухмыльнулся ему:
  - Попробуй.
  Невер напрягся - его рука потянулась к лежащему на груди большому красному рубину в золотой оправе. Арни медленно встал и пяткой отодвинул стул назад. Он не отводил от Невера взгляда - напряженного и злого, Ростик точно это видел, хоть Арни и не прекращал улыбаться.
  - Остановитесь, - осадила их Мераби. - Нам только между собой подраться не хватало. Не позорьте орден.
  Невер отнял руку от медальона, а Лис снова сел на стул.
  - Как интересно, Невер, что ты первым делом потянулся к медальону, - сказал он, - Знаешь, мне всегда было любопытно, почему ты предпочитаешь прибегать к магии ордена, и почти никогда не пользуешься своей магией теней. А, Невер? Не хочешь выдавать нам свои секреты?
  - А это уже не твое дело, Лис, - ледяным тоном ответил ему наследник Казантипа.
  Арни едко хмыкнул.
  - Что верно, то верно. - Он повернул голову и посмотрел на Невера с насмешкой. - Только вот тебе все равно скоро придется раскрыть свои тайны, тенеуст. Ты ведь и сам об этом догадываешься, не правда ли?
  Невер гневно сузил глаза и почему-то посмотрел на Ростика. Потом его взгляд вернулся к Арни.
  - И это тоже не твоего ума дело. Не суй свой пронырливый нос, куда не просят.
  - Это угроза? - ухмыльнулся Арни.
  - Дружеский совет, - холодно ответил Невер.
  Арни вдруг расхохотался.
  - Дружеский? - сквозь смех переспросил он. - Это хорошая шутка.
  - Рад, что поднял тебе настроение.
  Ростик следил за перепалкой двух молодых стражей. Он не впервые наблюдал, как они сцепляются между собой, но только сейчас задался вопросом, почему эти двое так недолюбливают друг друга. Хотел бы он знать причину.
  - Нам нужно решить, что делать дальше, - произнесла Мераби; она выглядела наиболее взволнованной из всех. - Нельзя допустить королевского переворота.
  - Ты полагаешь, - посмотрел на нее Невер, - мы должны вмешаться в дворцовые интриги Мардола?
  Мераби открыла рот, словно собираясь возразить, и тотчас закрыла, отводя взгляд.
  - Перевороты, мятежи, борьба знати за трон - это все дела, не касающиеся магии, - с холодным равнодушием произнес Невер. - Мы не должны в них вмешиваться.
  - Хочешь сказать, - нахмурилась Мераби, - мы будем просто смотреть, как разгорается народное восстание?
  - Королю уже наверняка доложили, о том, что происходит на площади, - невозмутимо ответил наследник Казантипа. - Дальнейшее - его забота. На то он и король. Что касается ордена, то единственная наша задача - найти сервуса и уничтожить его, тем самым избавив Мардол от оживающих снов. Однако даже если мы сейчас бросим все силы на поиски этого существа, нам по-прежнему неизвестно, как его одолеть.
  - А я согласна с Мераби, - гордо вскинув подбородок, заявила Дрю. - Неужели мы позволим этому гадскому канцлеру пользоваться Орденом Двенадцати Камней как предлогом, чтобы свергнуть короля с трона? Это унизительно!
  - А я согласен с нашим тенеустом, - недовольно проворчал Анчутка. - Нечего корчить из себя благородных защитничков. Не наше это дело, я вот что скажу. Лезть в такие заварухи, как мятеж, все равно что класть пятки на сковороду. Осмотрительнее надо быть, осмотрительнее.
  - Ничего другого от тебя и не ожидалось, - косо глянув на болотника, сказала Мераби, - осмотрительный ты наш.
  - Мы могли бы, - пробасил Михей, - посторожить его королевское величество. Охранную магию какую к нему приставить, еще чего. Племянничек-то его, кажись, серьезно за дело взялся.
  - А королевские маги на что? - недовольно зыркнул на него болотными глазами Анчутка. - Вот пусть они свою службу служат и короля охраняют.
  - Если хотите знать мое мнение, - вмешался в разговор Арни; он откинулся на спинку стула и, поставив его на задние ножки, забросил на край маленького кофейного столика скрещенные в щиколотках ноги, - то я считаю, что мы не должны связываться со взбунтовавшимися горожанами. Это действительно не наше дело. Король как-нибудь сам разберется со своими подданными.
  Ростик удивленно вскинул брови. По сути Арни соглашался с Невером - это было неожиданно. Однако Лис продолжил:
  - А вот посторожить короля - дельная мысль. Тот, кто затеял всю эту свистопляску с оживающими снами, преследует какую-то цель. И сдается мне, его величество сейчас в большой опасности.
  Поставив стул на все четыре ножки, Арни поднялся.
  - Сегодня ночью я присмотрю за королем, и постараюсь не мозолить глаза королевским магам. Буду тише воды, ниже травы. Правая рука Старейшины не возражает?
  Лис повернулся к Неверу с плутоватой усмешкой. Страж в черном сузил глаза - изумруды в них холодно сверкнули.
  - Раз уж ты вызвался побыть сторожевым псом, Лис, как я могу возражать? Благородное дело.
  - Ну вот и ладненько, - как будто совсем не оскорбившись нелестными словами Невера, улыбнулся Арни. - Сегодня его величество будет спать спокойно, а завтра... Завтра вернется Мольфар. И, возможно, решит проблему, которая оказалась не по зубам его правой руке.
  Невер ответил рыжему стражу взглядом, исполненным холодной ярости, а Арни, полностью довольный собой, вышел из гостиной.
  
  
  Глава 11
  ЗАМОК ТАРХАНКУТА
  
  Рано утром следующего дня Ростика разбудил стук в дверь. Мальчик с трудом разлепил веки. Стук повторился.
  "Ну чего от меня надо в такую рань? - промелькнула в голове Ростика сонная мысль. - Если это еще одно Решкино сновидение, то пусть убирается. Какой нормальный человек станет...".
  Он не успел закончить мысль, как за дверью раздался знакомый голос:
  - Это я - Решка. Открывай.
  Ростик широко распахнул глаза и приподнялся на постели.
  - Правда, что ли? - пробормотал он себе под нос, удивляясь: он ведь пару мгновений назад не всерьез думал о том, что за дверью может оказаться Решкино сновидение. Неужели угадал?
  В дверь снова постучали.
  - Открывай, - уговаривал Решкин голос. - Это, правда, я.
  Ростик нахмурился и свесил ноги с кровати.
  "Если это опять Решкин сон, - раздраженно думал он, - то уж в этот раз я точно заклинание не забуду!".
  На полпути к двери Ростик вспомнил ехидное предупреждение Невера:
  "Если ночью еще кто-нибудь постучит в твою дверь, надеюсь, у тебя хватит ума не открывать?".
  Почему-то это разозлило Ростика еще больше, и ему захотелось сделать наоборот - из чувства противоречия.
  Подойдя к двери, мальчик резко открыл ее, готовый в любую секунду схватиться за медальон со змеевиком и воскликнуть: "Итолп Тенансу!". Однако, округлив глаза, он озадаченно поморгал, глядя на мнущегося у его двери кудрявого стража.
  - Решка?
  - А ты кого ждал?! - возмутился тот. - Я же через дверь тебе сто раз крикнул, что это я!
  Ростик на всякий случай оглядел его с головы до пят - вроде бы, не подрагивает и не плывет, как мираж. Без предупреждения он стукнул гостя обутым в тапок носком по колену.
  - Ай! Ты чего!? - взвыл от боли Решка, запрыгав на одной ноге.
  - Проверяю, - ответил ему Ростик недоверчивым взглядом. - А то вдруг ты опять в аспида превратишься.
  - Да ни в кого я не превращусь! И вообще, это не я был! - сначала взбесился Решка, а потом вдруг утих и отвел взгляд; кажется, он чувствовал себя виноватым за давешнее нападение.
  - Ну? Чего надо? - негостеприимно спросил Ростик.
  - Тебя Мольфар зовет, - хмуро ответил Решка.
  Ростик широко распахнул глаза:
  - Он уже вернулся!? Когда?!
  - Только что, - ответил Решка. - И сразу велел тебя позвать.
  Он окинул Ростика неодобрительным взглядом - тот стоял в пижаме и ночных шлепанцах.
  - Переодевайся быстрее. Он ждет тебя в своих покоях.
  Ростик без лишних слов закрыл дверь перед носом Решки и бросился назад в комнату. Наспех переодевшись (ведь мальчик хотел побыстрее узнать, какие новости привез Мольфар), он выскочил в коридор и, увидев Решку, подпирающего стену, удивился:
  - Ты еще здесь?
  - Мольфар велел привести тебя. - Судя по выражению Решкиного лица, указания Старейшины ему и самому не слишком-то нравились.
  Следом за Решкой Ростик проследовал по коридору до комнаты Старейшины. Решка постучал. Из-за двери раздалось: "Войдите", и мальчики зашли в покои главы ордена.
  Мольфар встал со стула и направился им навстречу.
  - Здравствуй, Ростик, - с улыбкой в серых глазах сказал он, глядя на двенадцатого стража.
  Мальчик кивнул. Он сразу же хотел спросить у Мольфара, привез ли тот Тайндар, но при Решке не решился. Старый маг тоже не спешил начинать разговор. Не говоря ни слова, он переводил взгляд с Ростика на Решку и обратно, словно чего-то от них ждал. Мальчики озадаченно переглянулись, и тотчас же отвернули друг от друга раздраженные лица.
  - Спасибо, Решка, - наконец нарушил молчание Мольфар. - Ты можешь идти.
  Кудрявый страж с видимым облегчением поспешил выйти из комнаты. Бросив ему вслед косой хмурый взгляд, Ростик с недоумением посмотрел на Мольфара. Старейшина сказал:
  - Ты, наверное, не понимаешь, зачем я попросил Решку привести тебя?
  Ростик вместо ответа недовольно поморщился - похоже, Мольфар уже знает об их с Решкой стычке. И когда только успел? Ведь он только что с дороги.
  - Ты злишься на него?
  Ростик упрямо сжал рот.
  - Я просто не понимаю: как можно о какой-то монете переживать больше, чем о людях? Меня это разозлило, вот и все. Он над ней трясется, как над своей жизнью.
  Мольфар задумчиво хмыкнул.
  - Ну, в каком-то смысле, ты недалек от истины, - сказал он. - Хотя, думаю, Решка и сам лишь недавно осознал, какую ценность для него представляет эта монета.
  Глаза Ростика непроизвольно округлились. Он ждал, что Мольфар пояснит, но старый маг лишь улыбнулся ему.
  - К сожалению, я не вправе сказать больше. Это может сделать только он. Я лишь хочу попросить тебя быть терпимее и не делать поспешных выводов.
  Ростик вздохнул и с неохотой согласился:
  - Хорошо.
  Однако, Мольфар, казалось, был удовлетворен и этим.
  - Присаживайся, - предложил Старейшина, указывая на один из стульев возле круглого столика.
  Ростик послушался и оглядел комнату. Покои Мольфара были раза в три больше, чем те, в которых поселили его самого. Полог кровати наглухо задернут, что не удивительно, ведь глава ордена сегодня не ночевал в Мардолском замке. А вот портьеры на окнах раскрыты - видимо, Мольфар сам раздвинул их, чтобы впустить в комнату свет занимающейся зари.
  Пока Ростик разглядывал комнату, седовласый маг положил на стол перед мальчиком большой прямоугольный сверток, завернутый в вишневый бархат.
  - Это... - произнес Ростик, глядя на сверток, который уже видел прежде.
  - Да, - подтвердил невысказанную догадку мальчика Мольфар, - это Тайндар. Я уже в курсе того, что произошло в Мардоле за последние два дня.
  Ростик подумал, что Мольфар, видимо, говорит о вчерашнем выступлении канцлера Грэма на площади перед толпой мардолцев и его призывах к свержению короля с трона.
  Вчера жители города собрались у королевского дворца и выкрикивали упреки в адрес его величества. К счастью, мятеж ограничился разбитыми окнами - королевским магам удалось разогнать толпу, применив ложные взрыв-заклинания, которые лишь напугали людей, но никому не причинили вреда. Однако старшие стражи были уверены, что это только начало, ведь возмущение среди горожан росло, и революционные речи наследника короны на площади только подливали масла в огонь.
  Что касается непосредственно канцлера, то после своего выступления перед горожанами он так и не появлялся в Мардолском дворце. Фиалка предположила, что племяннику стыдно показаться на глаза дяде, но более дальновидный Арни заметил, что канцлер, скорее всего, кует железо, пока горячо. Иными словами - собирает новые силы для королевского переворота. И если помимо простых горожан его поддержит недовольная последними событиями знать, среди которых немало наследных магов, то в следующий раз разобьются не только дворцовые окна.
  Этот разговор состоялся за полночь, после чего Арни ушел выполнять свое обещание - приглядывать за его величеством, а все остальные, кто на тот момент находился в гостиной стражей, разошлись по своим комнатам. Сейчас было раннее утро, поэтому Ростик еще не знал, как прошла эта ночь.
  - Его величество пока жив и здоров, - словно читая мысли мальчика, произнес Мольфар. - И это всецело заслуга Арни.
  Ростик округлил глаза, почувствовав в голосе Мольфара тревожную интонацию.
  - Что-то случилось?
  Старейшина вздохнул.
  - Двое королевских магов пытались проникнуть в покои его величества этой ночью, - сказал он.
  Заметив непонимание на лица Ростика, он пояснил:
  - Они были подкуплены мардолской знатью. В частности, один из них заявил, что за предательство ему щедро заплатил граф Розетка, но, предполагаю, что за этим стоит канцлер Грэм.
  - Это Арни их поймал? - жадно выспрашивал Ростик.
  Мольфар кивнул.
  - А что сказал король, когда узнал? - Ростик припомнил привычку его величества всех прощать и поморщился. - Он их хоть в тюрьму бросил или отпустил?
  В этот раз поморщился Мольфар.
  - По некоторым причинам, посадить их под стражу сейчас не представляется возможным.
  - А? - не понял Ростик.
  Мольфар покашлял.
  - Оба изменника с помощью магии замурованы в стену напротив королевских покоев. Снаружи остались только лица, чтобы они могли дышать, - пояснил Старейшина. - Арни решил, что так будет проще, чем возиться с арестом. К тому же, по его мнению, это станет наглядным предупреждением для тех, кто попробует повторить покушение на короля, поскольку некоторое время извлечь этих двоих из стены будет невозможно. Хоть они и маги, но разрушить заклинание Арни им не под силу.
  - Н-ну Лис дает, - не зная, восхищаться или ужасаться, выговорил Ростик.
  Мольфар тяжело вздохнул и неодобрительно покачал головой.
  - Ирония Арни иногда бывает довольно... своеобразной. Однако оставим это. Думаю, нам пора уделить внимание тому делу, ради которого я тебя позвал. Ты знаешь, о чем я говорю, верно, Ростик?
  Мальчик кивнул.
  - Мне нужно проникнуть в Тайндар и спросить у Тарханкута, знает ли он способ уничтожить сервуса.
  Мольфар улыбнулся, и морщины-лучики рассыпались вокруг его серых глаз.
  - Все верно, друг мой. И меня безмерно радует твой настрой.
  Старый маг откинул вишневый бархат, и Ростик увидел перед собой так хорошо знакомый ему фолиант: рыжеватый кожаный переплет и серебряное тиснение в центре - свернутая спиралью змейка, по форме один в один схожая с оправой его змеевика.
  - Насколько я помню из твоего рассказа, - произнес Мольфар, - в прошлый раз змеевик случайно затянул тебя в книгу, когда совпали оправа и тиснение. Верно?
  Ростик кивнул - именно так все и было, когда он первый раз проник в Тайндар и встретился там с Тарханкутом.
  - Насколько я понимаю, тиснение на обложке книги работает как замок, а Змеиная Кожа - своего рода ключ, который этот замок открывает.
  Мольфар со вздохом посмотрел на мальчика.
  - Я думаю, Ростик, тебе нужно снять амулет с шеи и держать его в руке. Мы же не хотим, чтобы твой змеевик тебя задушил, правильно?
  Ростик кашлянул. И действительно, в прошлый раз так и случилось: когда змеевик стало затягивать в книгу, перекрученная цепочка, надетая на шею Ростика, едва не задушила его.
  Сняв амулет через голову, мальчик несколько раз обмотал цепочку вокруг запястья и взял змеевик в руку.
  - Что ж, - сказал Мольфар, - ты готов?
  Ростик не разделял опасений Старейшины насчет Книги Тарханкута, поэтому без колебаний ответил:
  - Готов.
  Мольфар смотрел на него несколько секунд, потом, прикрыв веки, кивнул, словно давая разрешение. Ростик протянул руку над книгой в рыжеватом переплете и положил поверх тиснения в виде свернутой спиралью змейки свой амулет, так чтоб углубление в обложке и серебряная оправа совпали. И почти тот же час серебро тиснения сделалось мягким, словно мед, а амулет со змеевиком начал погружаться в него.
  Ростик был готов к этому, но все равно испытал непроизвольный прилив паники. Знать, что сейчас провалишься в книгу, став непонятно чем и очутившись непонятно где, - от этого было как-то не по себе.
  Но когда из-под амулета просочилось зеленое сияние, беспокойство Ростика вмиг куда-то пропало. Яркий свет ударил ему в лицо, словно вырвавшийся из земли поток воды, и все вокруг исчезло в этой вспышке цвета луговой травы.
  
  * * *
  
  Это место было ему знакомо. Круглый внутренний дворик полуразрушенного замка. Зияющие чернотой глазницы оконных проемов. Большие, раза в два превышающие человеческий рост каменные статуи воинов - Ростик видел их мечи, кольчуги и бороды, но не видел лиц. Увитые плющом и покрытые мхом серые стены.
  Повернувшись вокруг своей оси, мальчик взглядом прочертил круг вдоль внутреннего дворика - все здесь казалось очень древним. Таким древним, что даже сам мир, должно быть, уже давно забыл о существовании этого места, неподвижно застывшего где-то глубоко под толщей веков.
  Ярко светило солнце. Ростик посмотрел на него и замер, раскрыв рот от удивления. Солнечный свет - медово-желтый, каким он бывает после обеда, - разливался по голубому небу, однако... Вместо солнечного круга на небе висел черный диск с часовым циферблатом! Секундная стрелка двигалась странно: перепрыгивала на деление назад, потом надсадно вперед и резво - опять назад. И так снова и снова, будто застряла на одном делении. Однако самым удивительным было то, что часы не заслоняли солнце, они словно занимали его место!
  - Вот как, - вдруг раздался откуда-то мягкий голос. - Сегодня выдался славный день. Давно мне не доводилось встречать гостей, да еще таких!
  В растерянности Ростик блуждал взглядом по внутреннему дворику, не в силах определить, откуда исходил этот голос. Хозяина замка он заметил лишь тогда, когда внутри заросшей зеленью крытой беседки появились очертания высокой фигуры.
  Выйдя из тени беседки, рыжебородый старик в красной мантии и широкополой шляпе улыбнулся Ростику.
  - Добро пожаловать в Тайндар, мой дорогой преемник.
  Ростик моргнул, но, вместо того чтобы ответить на приветствие, стремительно повернул голову назад - туда, где только что видел прямо в небе циферблат часов. Однако мальчик тотчас был вынужден зажмуриться - яркий свет ослепил его, как всегда бывает, если посмотреть прямо на солнце. Часы исчезли.
  "Что это было? - подумал Ростик. - Мне ведь не показалось, это точно".
  - Ты долго не навещал меня, мой юный друг, - приближаясь к мальчику, произнес рыжебородый маг.
  Ростик смотрел на Тарханкута с недоумением. Долго? Но ведь он был здесь всего несколько месяцев назад, если считать по времени его мира - мира За-Гранью-Теней. Да и в мире Двенадцати городов прошло не намного больше. Может быть, здесь, в Тайндаре, время текло иначе? Сколько месяцев, лет или десятилетий подразумевал Тарханкут, говоря "долго"?
  Ростик внезапно почувствовал, что не может подобрать слова, чтобы поздороваться. Почему-то казалось таким неуместным сказать обыденное "Здравствуйте" древнему магу, живущему в книге.
  - Я... - неуверенно начал он и внезапно решил, что будет просто говорить, как есть. - В прошлый раз я попал сюда случайно. Но сейчас я пришел, потому что мне нужен ответ.
  Тарханкут с улыбкой кивнул.
  - Я предчувствовал, что ты придешь, - сказал он. - Хотя мне и не было известно, когда это случится.
  Янтарные глаза рыжебородого мага смотрели на мальчика прозорливо, как будто этот старик знал все на свете.
  - А теперь расскажи мне все. И задай свой вопрос.
  
  * * *
  
  - Сервус. Вот как, - произнес Тарханкут, когда Ростик рассказал ему все от начала и до конца.
  Они сидели в беседке, на скамьях, друг напротив друга. Ростик смотрел на рыжебородого мага в ожидании, что он скажет. Даст ли он тот ответ, за которым мальчик сюда пришел?
  - Я не совсем понял, что такое сервус, - честно сказал Ростик, - но если сны в Мардоле оживают из-за этого существа, то его надо остановить.
  - Что такое сервус? - переспросил Тарханкут. - О, сервус, мой юный друг, это вершина магического искусства! Сервус - это олицетворение надежд, стремлений и замыслов его создателя. Маг, который решится создать сервуса, должен обладать поистине впечатляющими способностями по части магии, поскольку это существо обладает собственной личностью. Об этом говорит хотя бы то, что сервус способен пережить своего создателя. Он может жить столько, сколько ему понадобится для воплощения в жизнь той цели, для которой был создан. Цель может нести в себе как зло, так и добро - не каждый сервус приносит с собой несчастья, но это уже зависит от намерений его создателя. Однако если сервус создан со злым умыслом, то подчас он бывает опаснее того, кто его создал.
  - Почему? - спросил Ростик.
  - Потому что он никогда не откажется от своего предназначения, - ответил Тарханкут. - Даже самый ожесточенный маг, чьи помыслы устремлены только ко злу, может в последний момент отречься от своих планов, ведь у человека... а маг, как бы там ни было, обладает человеческой сущностью... Так вот, у человека всегда остается право выбора. У сервуса выбора нет - он не может передумать. Он словно рок - надвигающийся и неотвратимый. И в то же время, он сам по себе обладает силой того мага, который его создал. Хотя, разумеется, он слуга, а значит, будет подчиняться своему создателю, но только если это не противоречит его цели. В тех же случаях, когда цель сервуса - зло, разумеется, он должен быть уничтожен.
  - Но почему все решили, что тот ворон - сервус? - недоуменно спросил Ростик. - При чем здесь вообще вороны?
  Тарханкут хмыкнул.
  - О, это очень просто. Все дело в том, что обычно сервусы создаются в облике животных. Чаще всего это ворон, кот или пес, то есть именно те животные, которые могут появляться везде, и их появлению при этом никто не удивляется. Зачастую на этих животных попросту не обращают внимания. Трудно придумать лучшую маскировку для сервуса. По цвету сервуса можно определить с добрым или злым умыслом он был создан. Не во власти мага наделить своего слугу какими бы то ни было внешними особенностями, точно так же как родители будущего ребенка не могут по своему желанию выбрать для будущего наследника внешность или характер. Ребенок станет их зеркалом - зеркалом многих поколений их предков. Точно так же внешность сервуса - это словно зеркало его хозяина. У черных магов сервус обладает черной окраской, у белых - белой. За всю мою долгую жизнь мне довелось знать одного-единственного сервуса другого окраса. Один-единственный случай, который противоречит тысячелетним наблюдениям многих магов. Но это уже другая история. Возвращаясь же к тому, что важно для нас сейчас, я думаю, ты способен сделать вывод самостоятельно, Ростик.
  Мальчик подумал, припоминая все, что рассказывали о вороне те, кто его видел, и хмуро сказал:
  - Ворон, оживляющий сны Мардола, черный. Значит, он был создан со злым умыслом.
  Тарханкут кивнул.
  - И в этом нет никаких сомнений. Хотя бы просто потому, что этот сервус приносит с собой зло.
  Ростик с надеждой посмотрел на Тарханкута.
  - Вы знаете, как его уничтожить?
  Рыжебородый маг задумчиво погладил бороду.
  - Существует всего два способа уничтожить сервуса, - ответил он. - Первый способ очевиден: его может уничтожить тот, кто его создал, но... Только если цель достигнута, а создатель к этому времени еще жив. Как ты и сам понимаешь, в этом нет ни малейшего смысла, поскольку уничтожать сервуса, когда он воплотил в жизнь зловещие планы своего творца, уже поздно. До этого момента сервуса не сможет уничтожить даже его создатель.
  Ростик нахмурился - слова Тарханкута показались ему не слишком обнадеживающими. Янтарные глаза рыжебородого мага тем временем смотрели на него со странной многозначительностью.
  - Но есть еще один способ, - сказал после короткой паузы Тарханкут. - Однако случается подобное крайне редко. Ты сам все поймешь, когда я расскажу тебе одну историю...
  
  ИСТОРИЯ, КОТОРУЮ РАССКАЗАЛ ТАРХАНКУТ
  
  В стародавние времена в этом мире обитали существа, которых люди называли крадунами. Такое имя им дали неспроста. Все дело было в том, что крадуны похищали маленьких детей.
  Однажды на небольшое селение напала стая уродливых существ. Они были похожи на тощих безволосых кошек с кожистыми крыльями и птичьими лапами. Завидев эту стаю, люди в панике закричали: "Крадуны!", ибо это были именно они.
  Матери бросились к своим детям, пытаясь спрятать их и защитить. Однако один ребенок остался без присмотра - его мать на берегу реки полоскала белье. Заслышав крики, женщина устремилась к своему сыну, но не успела. Один из крадунов на своих больших крыльях опустился на землю и схватил птичьими лапами младенца, после чего поднялся в воздух и улетел в сторону леса. Как ни кричала несчастная мать вдогонку похитителю, все было зря - ее ребенок исчез.
  Прошло десять лет. Люди забыли об этом дне, поскольку людям свойственно забывать и хорошее, и плохое. И только поседевшая от горя мать каждый день продолжала приходить к лесу, словно надеясь, что ее дитя вернется к ней. И вот однажды из леса вышел ребенок.
  Это был десятилетний мальчик, в котором ждущая у леса мать признала свое дитя, ведь материнское сердце не могут обмануть даже годы. Вне себя от счастья она привела сына домой, но когда соседи узнали, что похищенный крадунами ребенок вернулся, они испугались. "Помеченный крадуном", - говорили они, и смотрели на мальчика со страхом и ненавистью.
  В те времена среди людей ходило поверье, что крадуны, забирая детей с собой, крадут их души, а значит, если похищенный крадуном ребенок вернулся, то на самом деле это вернулся крадун, принявший его облик. Люди верили, что крадун в теле ребенка может забрать у любого живого существа то, что ему захочется, но только что-то одно. Поговаривали, что в соседнее селение когда-то тоже вернулся похищенный крадунами мальчик. Его мать в то время была на сносях, и он забрал у нее нерожденное дитя, а позднее отобрал у своего отца глаза и тот ослеп.
  Селяне боялись мальчика и, завидев его на улице, шарахались от него. Другие дети, наученные родителями сторониться его, бросались от мальчика в слезах. Но были и такие, кому мало было избегать его - страх перед этим ребенком рождал в их сердцах злобу. Многие хотели прогнать его из селения, бросали в него камни и посылали вслед проклятья. Возможно, селяне не боялись бы его так сильно, веди он себя как обычный ребенок. Но похищенный крадуном вернулся странным. После своего возвращения он не произнес ни единого слова и ни разу не улыбнулся. И поэтому селяне все больше убеждались, что вернулся не ребенок, а крадун в его облике, ведь крадуны, в отличие от людей, не умеют говорить и не умеют улыбаться.
  Похищенный крадунами всегда был один и, чтобы как-то развеселить себя, он смастерил из деревяшки дудочку. Он играл на ней в одиночестве: иногда на берегу реки, иногда в роще за селением. Люди, слыша эту дудочку, старались держаться подальше - они знали, что это играет похищенный крадунами. Мать отверженного мальчика старалась, как могла, оберегать свое дитя от ненависти других селян. Но однажды ее не оказалось рядом, и случилась беда.
  Произошло это в сезон дождей. За долгие годы мучительного ожидания женщина подорвала свое здоровье. В ту пору от сырости и холода она захворала и слегла, и не могла заниматься домашним хозяйством. Муж ее два года назад ушел на заработки в большой город и до сих пор не вернулся - поговаривали, что он давно сгинул, как это случалось со многими, кто искал счастья на чужбине. В доме закончились продукты, и женщине ничего не оставалось, кроме как послать своего сына к торговцу, чтобы он купил хлеба и крупы.
  В торговой лавке в дождливый день людей было немного - две женщины и мальчик, которого престарелая бабушка также послала за хлебом. Завидев похищенного крадунами, торговец потемнел лицом, а обе женщины попятились. Ребенок протянул хозяину лавки монеты, которые дала ему мать, и жестами попытался объяснить, что ему надо. Однако торговец не понимал его и начал злиться.
  Тогда второй мальчик, внимательно наблюдавший за похищенным крадунами, сказал: "Ему нужны хлеб и крупа". Торговец прислушался к его словам, положил на прилавок булку хлеба и мешочек крупы, после чего зло крикнул: "А теперь проваливай отсюда, да побыстрее, не то разгонишь мне всех покупателей, проклятый крадун!". И пока он кричал, из его рта вдруг выпал зуб - гнилой и черный. Торговец заметил это и накинулся на ребенка с криками: "Ты отнял у меня зуб, проклятый крадун! И это благодарность за то, что я не прогнал тебя сразу, а дал тебе еды?!". Мальчик хотел убежать, но торговец схватил его и начал избивать, при этом громко ругаясь. И в этот момент напуганный ребенок закричал.
  Не успел его крик стихнуть, как раздался новый - в этот раз кричали женщины. Они смотрели на торговца в ужасе. Забыв про мальчика, хозяин торговой лавки глянул на себя и обмер - его правая рука, та самая, которой он только что избивал ребенка, исчезла, словно ее никогда и не было, словно торговец родился одноруким.
  Похищенный крадунами вырвался и бросился прочь из лавки. Второй мальчик какое-то время смотрел на торговца - ноги хозяина лавки от ужаса подкосились и он упал на колени. Не став ждать, что будет дальше, мальчик выбежал на улицу.
  Догнав похищенного крадунами, он схватил его за руку и остановил. Видя, что тот напуган, мальчик сказал: "Не бойся, я на твоей стороне. Торговец получил по заслугам. Ты не забирал его зуб. Если бы это было так, ты уже не смог бы забрать его руку. Все знают, что крадуны могут забрать у живого существа только что-то одно. У торговца просто гнилые зубы, вот и все. Он избил тебя ни за что".
  Увидев, что похищенный крадунами успокоился и слушает его с интересом, мальчик сказал: "Хочешь, я буду твоим другом?". Похищенный крадунами посмотрел с недоверием, его глаза говорили: "Разве ты не боишься меня?". Мальчик нахмурился: "Ты прав, я, наверное, буду бояться, что ты отберешь у меня руку или ногу". Подумав, он сказал: "А знаешь, что? Давай чем-нибудь обменяемся? Ты что-то возьмешь у меня, а я - у тебя". Вспомнив торговца, он воскликнул: "Точно! Возьми у меня один зуб! Их во рту много, без одного не пропаду! А взамен...". Мальчик еще немного подумал, потом заметил, что у похищенного крадунами из кармана выглядывает дудочка, и улыбнулся: "А взамен ты дашь мне свою дудочку. Идет?".
  Похищенный крадунами был удивлен, но сделал, как предлагал ему мальчик. Он зажмурил глаза, постоял так немного и снова открыл. Другой мальчик подвигал языком во рту и воскликнул: "Одного зуба не хватает! Он просто исчез! И совсем не больно! Как ты это сделал?". Похищенный крадунами пожал плечами, словно отвечая, что и сам не знает, после чего достал из кармана дудочку и протянул второму мальчику. Тот взял ее с улыбкой: "С сегодняшнего дня мы друзья, согласен?". Похищенный крадунами кивнул. Он не знал, что такое "друзья", но после его матери, этот мальчик был первым, кто заговорил с ним.
  С тех пор ребят часто можно было увидеть вместе. Вдвоем они ходили к реке, и похищенный крадунами учил своего друга играть на дудочке. Другим детям не понравилось, что один из них сдружился с похищенным крадунами, но второй мальчик мог постоять за себя и за друга, надавав тумаков любому, кто дразнил их. После случая с торговцем селяне поначалу стали сторониться похищенного крадунами еще больше. Его друг был единственным, кто находился рядом. У второго мальчика не было родителей, только бабушка. Но она была так стара и больна, что не могла следить за внуком.
  Время шло, случай с торговцем не повторялся, но страх людей перед странным ребенком рос. И в конце концов они сговорились прогнать похищенного крадунами из селения, а, может быть, даже и убить его, если он не захочет уходить. Неизвестно, исполнили бы селяне свой замысел или нет, если бы не бедствие, которое заставило их забыть об этом ребенке.
  Обитавший на другом конце леса колдун создал страшное существо - черного пса. С помощью бесовского зверя колдун хотел увеличить свое могущество. Чтобы увидеть истинную мощь созданного им чудовища, колдун приказал черному псу напасть на людей. Это создание родилось, чтобы приносить гибель всему живому - уничтожать все на своем пути. По велению своего хозяина он бежал сквозь лес к ближайшему селению, чтобы сеять смерть среди людей, и лесные тропы привели его туда, где жил ребенок, похищенный крадунами.
  Ворвавшись в селение, черный пес устремил к вечернему небу свои алые, как кровь, глаза, и издал звериный вой. И одновременно с тем, как селяне, еще не подозревающие о пришедшей к ним беде, услышали его голос, дома на окраине охватило бушующее пламя.
  Высыпав из домов, люди увидели пожар - огонь перекидывался от дома к дому. Те, кому удалось не сгореть заживо, спасались бегством. Они кричали: "Черный пес! Черный пес! Его вой сжигает наши дома!".
  Бесовский зверь - порождение страшного колдовства - носился по селению. Он выл, лаял и рычал, и на его пути сами собой вспыхивали пламенем дома и люди, словно голос черного пса обладал ужасающей властью над огнем.
  В ту самую ночь умерла мать похищенного крадунами. Несчастная женщина держалась из последних сил, не желая оставлять свое дитя, но недуг одолел ее. Мальчик сидел у постели своей скончавшейся матери. Он думал о том, что теперь остался один, когда услышал доносящиеся с улицы крики людей. Выглянув в окно, мальчик обнаружил, что селяне бегут в ужасе и панике. Тогда он вышел из дома и увидел охваченные огнем дома - воздух вокруг словно плавился. Казалось, что все селение превратилось в дрожащее огненное марево.
  Похищенный крадунами брел по селению без всякой цели, не зная, куда он идет и зачем. На пути ему встречались спасающиеся от пожара люди - с обгоревшими лицами и одеждой. Они кричали от ужаса и не обращали внимания на маленького мальчика, один вид которого прежде так страшил их. Они бежали - бежали от смерти.
  Мальчик все шел и шел, и вот наконец ему навстречу выскочил из-за поворота огромный черный пес. Рожденный колдовством зверь и похищенный крадунами ребенок застыли друг напротив друга. Глядя в алые, как кровь, глаза пса, мальчик вдруг понял, что мог бы спасти селян. Однако его сердце не желало этого. Ведь они всегда относились к нему плохо - сторонились его, ненавидели, бросали в него камни и гнали прочь. Пусть они все умрут, с охладевшим сердцем подумал он.
  Черный пес бросился в сторону, не тронув похищенного крадунами. Раздался его вой и запылал ярким пламенем еще один дом. Мальчик повернулся спиной к огню и пошел прочь. Он, наверное, так и не обернулся бы, если бы вдруг не услышал, как играет дудочка. Словно очнувшись ото сна, похищенный крадунам побежал назад и увидел своего друга. Сжимая в руке дудку, тот дрожал от страха и смотрел прямо в красные глаза смерти - глаза черного пса.
  И тогда в сердце похищенного крадунами что-то изменилось. Тот, кто стоял сейчас перед черным псом, был его единственным другом. Когда все боялись, что маленький крадун отнимет у них что-нибудь, этот мальчик был тем, кто сам предложил: "Ты возьмешь что-то у меня, а я - у тебя". И в руке в эту минуту он держал ту самую дудочку, которую взял взамен своего зуба.
  Я не хочу, чтобы он умирал, с ожившим сердцем подумал похищенный крадунами. И когда черный пес обратил к небу свой взор, готовясь издать несущий погибель вой, мальчик зажмурил глаза и мысленно произнес: "Я забираю у тебя голос и никогда его тебе не верну. Тебя поглотит молчание". И в ту же минуту черный пес заметался, словно впал в бешенство. Несколько минут он бился в припадке, потом упал и остался недвижим.
  Увидев своего спасителя, мальчик с дудочкой спросил: "Это ты его убил?". Похищенный крадунами подумал и кивнул. Он не убивал черного пса, он всего лишь отобрал у него голос, но не знал, как это объяснить - ведь он не мог говорить. "Это хорошо, - сказал его друг. - А то я чуть не помер от страху". Немного помолчав, он сказал единственное, что мог сказать: "Я знал, что ты придешь. Ты же мой друг".
  На следующий день оба мальчика ушли из селения: один потерял мать, скончавшуюся от болезни, другой - бабушку, сгоревшую в пожаре. Перед уходом похищенный крадунами отобрал у селян память о себе, и они забыли его. И только однорукий торговец, уцелевший во время пожара, рассказывал о крадуне в облике ребенка, который отнял у него руку. Но никто из селян не верил ему. Они смеялись над ним и говорили, что торговец просто-напросто выжил из ума.
  
  Закончив свой рассказ, рыжебородый старик посмотрел на Ростика.
  - Ты догадался, кем был черный пес?
  Мальчик кивнул.
  - Сервусом?
  - Правильно, - довольно улыбнулся Тарханкут. - Когда похищенный крадунами заглянул в глаза черного пса, чутье подсказало ему, в чем сила этого страшного зверя.
  - В его голосе? - снова предположил Ростик.
  Древний маг в знак согласия на мгновение прикрыл веки.
  - Голос... - задумчиво произнес он. - Да, именно голос - это то, с помощью чего сервус способен источать волшебную силу. Сервус не бывает немым. Всегда, во все века, колдовство сервуса вступало в силу лишь в тот самый момент, когда он подавал голос. В самый ответственный момент, когда по замыслу своего создателя сервус должен применить свою магию, пес-сервус принимается лаять, кот-сервус - мяукать, ворон-сервус - каркать. Голос - это сила сервуса. Но в этом и его слабость. Похищенный крадунами отнял у черного пса его голос, и сервус потерял возможность колдовать, а вместе с ней - возможность исполнить свое предназначение, поэтому он сразу же умер, поскольку жизнь сервуса напрямую зависит от тех целей, ради которых он был создан.
  - Значит, этот мальчик действительно был крадуном? - спросил Ростик. - Ведь он отбирал у людей части их тела и даже память?
  Тарханкут ответил не сразу. Он окинул взглядом вереницу пустых окон полуразрушенного замка, сквозь которые во внутренний дворик проникали солнечные лучи. Прошло какое-то время, когда он наконец нарушил молчание:
  - По прошествии многих лет крадуны исчезли из нашего мира. Люди боялись этих существ, охотились на них и убивали, пока не уничтожили всех. Однако по какой-то причине сила крадунов осталась в этом мире, и она до сих пор иногда пробуждается в людях. Поэтому я думаю, что тогда, много лет назад, в селение вернулся тот же самый мальчик, которого похитил крадун. Он просто принес в себе колдовскую силу этих загадочных существ - отбирать по своему желанию.
  Ростик задумался. Он понимал, зачем Тарханкут рассказал ему эту историю. Мальчик спрашивал у рыжебородого мага, как можно одолеть сервуса, и ответ был получен. Сервус совершает свое колдовство, используя голос - значит, нужно лишить его голоса. Но как это сделать?
  - А маг не может отобрать у сервуса голос? - спросил Ростик. - С помощью магии наверняка можно...
  Тарханкут качнул головой, перебив мальчика.
  - Магия не способна на такое, - сказал он. - Ни один маг не может отобрать голос даже у самого обычного человека или животного. Магу по силам лишь наложить заклятие немоты, иными словами запечатать голос живого существа, чтобы тот не мог им пользоваться. Но это сработает только с тем, кто не способен побороть наложенное на него заклятие. Иными словами - с тем, кто не обладает магической силой, ибо магию всегда можно побороть магией. Сервус же, как ты знаешь, магической силой наделен - и эта сила изнутри способна разрушить любое заклятие. Иными словами, маг может лишить сервуса его голоса лишь на время, потому что это существо обязательно разрушит чары немоты.
  - Тогда как же... похищенный крадунами, ведь он... - неуверенно начал Ростик, но Тарханкут покачал головой, словно хотел сказать: "Ты мыслишь в неверном направлении".
  - Мальчик, похищенный крадунами, не накладывал на сервуса заклятие немоты - он просто отнял у него голос. Насовсем. Точно так же, как до этого забрал руку торговца и зуб своего друга.
  Ростик помолчал, обдумывая слова рыжебородого мага.
  - Как видишь, чтобы отнять у сервуса голос, с помощью которого это существо несет в мир свое колдовство, нужен особый дар - сила, способная отнимать. А сила эта встречается очень редко.
  Мальчик совсем поник.
  - Но где же ее найти? Где найти такую силу, которая может отобрать голос у сервуса? На это ведь может уйти уйма времени! Что будет с Мардолом?!
  - Думай, - сказал Тарханкут и улыбнулся в рыжую бороду. - Иногда то, что мы ищем, находится совсем близко.
  Ростик недовольно выдохнул: рыжебородый маг говорил так, будто ему известно, где нужно искать. В таком случае, почему бы не сказать прямо? Неужели это так обязательно - говорить загадками?
  Улыбка коснулась янтарных глаз Тарханкута.
  - Увы, но в этот раз я не могу дать тебе точный ответ, - сказал он. - Я знаю только одно: то, что ты ищешь, - рядом с тобой.
  Он посмотрел на Ростика с лукавством во взгляде.
  - Назови это чутьем старого волшебника.
  Мальчик тяжело вздохнул. И впрямь - в отличие от их прошлой встречи, когда Тарханкут в точности рассказал, что ему нужно делать, теперь у Ростика осталось едва ли не больше вопросов, чем прежде. Пора было уходить, но перед тем, как покинуть Тайндар, Ростик хотел задать еще один вопрос.
  Почему-то с того самого момента, как он увидел в небе вместо солнца круг с циферблатом часов, это не давало ему покоя. Возможно, его беспокойство было вызвано словами Мольфара о том, что Тайндар может оказаться небезопасен для Ростика. И если раньше полуразрушенный замок с беседкой во внутреннем дворике не вызывал у мальчика никакого беспокойства, то часы в небе с застрявшей на одном делении секундной стрелкой навели его на тревожную мысль, а именно - это место не то, чем кажется.
  - Я вижу, ты хочешь спросить что-то еще, - с улыбкой заметил Тарханкут.
  Ростик помялся в нерешительности - теперь уже он сомневался, а не привиделось ли ему, - но все же сказал:
  - Когда я попал сюда, я видел часы. Прямо в небе. Они... выглядели так, как будто висели на стене, но... - Ростик вдруг окончательно смутился. Пока мальчик думал об этих часах, увиденное казалось ему реальностью, но как только он сказал о них вслух, тотчас почувствовал, как нелепо звучит это "часы в небе". - Мне показалось?
  Янтарные глаза Тарханкута на миг ожили - в них вспыхнул и тотчас потух огонек, как будто кто-то чиркнул спичкой. Он погладил рыжую бороду и размеренно вздохнул.
  - Возможно, тебе показалось. Возможно, ты на самом деле что-то видел. И то, и другое - одинаково вероятно. Но одно могу сказать наверняка - в этом месте нет времени. Здесь нет ни минут, ни часов, ни дней. Здесь не было вчера и не наступит завтра. Это место затеряно во времени.
  Ростик нахмурился. Ему казалось, что Тарханкут мудрит, ведь если в этом месте нет времени, тогда почему при встрече он сказал: "Ты долго не навещал меня"? Там, где нет минут и часов, точно так же не существует ни "скоро", ни "долго". Однако вслух Ростик ничего не сказал - в конце концов, это сейчас было не так важно, как проблемы Мардола. Представив, как он вернется назад, и что будет говорить Мольфару, Ростик почувствовал недовольство собой - в этот раз он не принесет стражам ордена помощь. А ведь Ростик так надеялся на это!
  Тарханкут посмотрел на мальчика своими янтарными глазами и, склонив голову набок, улыбнулся.
  - Верь в себя, - сказал он. - Ты найдешь решение в положенный срок.
  Ростик недоверчиво нахмурился.
  - Откуда вы знаете? - Ему казалось, что ободряющие слова ничем не помогут, когда не знаешь, что делать.
  - Все просто, - ответил рыжебородый маг, и в его взгляде внезапно промелькнуло знание настолько древнее и могучее, что Ростик испытал трепет. - Ты - преемник Тарханкута. И если я говорю, что ты найдешь решение, значит, ты его найдешь. Неужели ты забыл, что я говорил тебе во время нашей первой встречи? Мои слова никогда не подвергаются сомнению. Я всегда знаю, что говорю: Тарханкут еще никогда не ошибался.
  
  
  Глава 12
  КРИК ВОРОНА И СИЛА КРАДУНА
  
  Яркое сияние скрыло от Ростика и рыжебородое лицо Тарханкута, и заросшую зеленью беседку, и стены полуразрушенного замка. Все исчезло - остался только зеленый, как молодая трава, свет вокруг.
  Ростик упустил момент, когда этот свет рассеялся. Он был всецело поглощен лишь одной мыслью: почему Тарханкут говорит, что Ростик найдет решение? Как древний маг, который встречал его всего лишь второй раз в жизни, может быть так уверен в нем - в мальчишке, который даже от родного отца получал одно лишь неодобрение?
  - Ростик?
  Голос Мольфара вывел мальчика из задумчивости. Оглядевшись, он увидел комнату Старейшины ордена: кровать с задернутым пологом, стол, окно с раскрытыми бархатными портьерами.
  - С тобой все в порядке? - спросил седобородый маг, заглядывая в лицо мальчика.
  Ростик кивнул. Заметив ожидание во взгляде серых глаз Мольфара, мальчик поник.
  - Ты встретился с Тарханкутом?
  - Да, - подтвердил Ростик. - Я спросил его... о сервусе... о том, как одолеть это существо.
  - И что он тебе ответил?
  Мальчик вздохнул - ничего не поделаешь, придется говорить, как есть. Пересказав свой разговор с Тарханкутом и историю о похищенном крадунами ребенке, Ростик умолчал только о часах, которые он видел в небе, вместо солнечного круга.
  Мальчик и сам не знал, почему утаил это. Может быть, он просто побаивался, что Мольфар станет еще осторожнее в отношении Тайндара, и вообще запретит Ростику обращаться за помощью к Книге Тарханкута. Хотя, возможно, была и друга причина - Ростику еще предстояло разобраться в этом.
  - Найти того, кто владеет даром отнимать по своему желанию? - задумчиво произнес Мольфар, когда Ростик замолчал. - Да, пожалуй, это задача не из легких.
  Посмотрев на мальчика и увидев его расстроенное лицо, седобородый маг улыбнулся.
  - Однако теперь мы по крайней мере знаем, что искать, - сказал он. - Это немало.
  Ростик вскинул удивленный взгляд на Старейшину.
  - Неужели... Вы не знали о том, что существует такой дар? - недоверчиво спросил он. - Не знали о крадунах?
  Мольфар покачал головой.
  - Видимо, эти существа жили в нашем мире действительно очень-очень давно. Настолько давно, что даже взгляд такого старика, как я, не способен заглянуть столь далеко в прошлое. А что касается людей, носящих в себе силу крадунов... Могу предположить, что в наше время она встречается крайне редко и еще реже проявляет себя, поэтому и о ней мне до сих пор ничего не было известно.
  Мольфар усмехнулся.
  - Ты выглядишь очень удивленным, Ростик, - сказал он. - Наверное, для тебя и я, и Тарханкут - одинаково древние старики, поэтому ты в каком-то смысле отождествляешь меня с ним. Но на самом деле, в том, что Тарханкуту известно то, чего не знаю я, нет ничего удивительного, ведь между ним и мною - тысячелетия.
  Ростик сначала поморгал, дивясь про себя проницательности старого мага, а потом издал вздох отчаянья.
  - Но если даже вам ничего не известно об этом... Если люди с этим даром встречаются настолько редко... - Он снова вздохнул и поник. - Я так и думал, что это безнадежно - найти кого-то с силой крадуна!
  Мольфар помолчал.
  - В действительности, - сказал он после паузы, - то обстоятельство, что найти нужного нам человека будет нелегко, ничего не меняет.
  - Как это? - не понял Ростик.
  Седобородый маг пожал плечами.
  - Для жителей Мардола оживающие сны представляют угрозу. Помочь им - наш долг, как стражей Ордена Двенадцати Камней. Поэтому, насколько бы легкой или трудной ни была поставленная перед нами задача, мы в любом случае будем искать, пока не найдем. - Старый маг улыбнулся мальчику. - У нас нет выбора. А когда выбора нет, ты просто делаешь то, что должен.
  Ростик выдохнул, признавая, что Мольфар прав.
  - Меня радует, что ты принимаешь проблемы Мардола так близко к сердцу, - мягко сказал старый маг. - Это означает, что ты уже в полной мере осознаешь себя стражем ордена.
  Ростик опять удивленно моргнул. Он вспомнил, как переживал из-за того, что Мольфар относится к нему не так, как к остальным стражам. Вспомнил резкие слова Невера по поводу того, что Ростик держит змеевик в кармане, а не носит его на виду, как и полагается стражу. Ему стало немного легче от слов Мольфара, хотя в эту минуту Ростик ни за что не признался бы: на самом деле он так сильно старался помочь не из-за того, что принимал проблемы Мардола близко к сердцу. Ростик просто хотел быть полезен для ордена. Он хотел, чтобы они воспринимали его как одного из них.
  
  * * *
  
  В этот день Мольфар больше не звал Ростика к себе. Мальчик слышал от других стражей, что у Старейшины был долгий разговор с королем Теодором. О чем они говорили, в точности никто не знал, но можно было легко предположить, что речь шла о насущных проблемах Мардола.
  К полудню возле ворот дворца опять собралась толпа возмущенных горожан. Мардолцы вразнобой выкрикивали негодования в адрес короля и королевских магов, возмущались и требовали навести порядок в городе. Все чаще звучало: "Долой короля!" и "Наследника Грэма на трон!".
  - Они что, и правда думают, что если королем станет канцлер, то сны в городе сразу перестанут оживать? - возмущенно спросила Дрю, когда несколько стражей находилось в отделенной им гостиной. - Почему эти люди так глупы?
  - Они просто напуганы, - сказала Мераби. - Большинство людей в этой толпе - примерные горожане, не нарушающие законы и работающие на благо города и короны. Они знают, что король должен защищать своих подданных, поэтому и требуют защиты. Это их право.
  - Но ведь канцлер их обманывает! - воскликнула Дрю. - Он наговорил им на площади всякой ерунды, а они и поверили!
  Мераби пожала плечами.
  - Но ведь и король, и канцлер живут во дворце, вдалеке от простого народа, поэтому люди просто не знают, кому верить. Вот они и верят тому, кто обещает им защиту.
  Дрю нахмурилась.
  - А по-моему, они должны больше верить своему королю. Его величество ведь всегда был добр к своим горожанам. Или они уже забыли об этом?
  Мераби на секунду задумалась.
  - Думаю, они одинаково хорошо помнят и о доброте своего короля, и о его слабоволии.
  Дрю помолчала с хмурым видом, потом заключила:
  - Неправильно все это. Канцлер использует их точно так же, как и нас. А они даже и не понимают. Просто позволяют себя использовать. - Девочка раздраженно хмыкнула и, прикрыв глаза, отвернула лицо, словно выражая этим жестом свое порицание. - У этих людей совсем нет чувства собственного достоинства!
  Ростик краем уха прислушивался к разговору Мераби и Дрю. Он поглядывал на стражей - здесь сейчас находились также Анчутка, Михей и Санька с Решкой, остальные выполняли какие-то поручения Мольфара - и думал о словах Тарханкута:
  "Я знаю только одно: то, что ты ищешь - рядом с тобой".
  Ближе всего к нему, безусловно, сейчас были стражи Ордена Двенадцати Камней. Может ли такое быть, что кто-то из них обладал даром отбирать по своему желанию? Взгляд Ростика перемещался с Мераби на Дрю, с Саньки на Решку, с Михея на Анчутку.
  Нет, невозможно, сказал себе мальчик, Мольфар наверняка знал бы об этом. С другой стороны, Старейшина сказал, что этот дар, вполне вероятно, очень редко себя проявляет. Что, если кто-то из стражей обладает даром крадунов, но даже не подозревает об этом, потому что его способности еще ни разу не проявляли себя?
  Ростик тяжело вздохнул. Попробуй выясни, действительно ли это так. Бессмысленно спрашивать у человека, есть ли у него то, о чем он знать не знает, ведать не ведает. Лучший пример - он сам. Если бы у него еще неделю назад спросили, а не тенеуст ли он, у Ростика этот вопрос не вызвал бы ничего, кроме недоумения. Пока Мольфар не сказал ему о его даре заклинателя теней, мальчик даже слово "тенеуст" ни разу не слышал. Впрочем, он и сейчас все еще очень слабо представлял себе, что такое быть тенеустом.
  За ужином Ростик был рассеянным и все время думал о том, как найти человека, обладающего даром крадунов, поэтому последние новости о нападениях оживающих снов слушал вполуха. Его величество, постоянно вздыхая, жаловался на мучающие его кошмары и не прекращал охать по поводу коварной измены своего племянника. Казначей, который после демарша канцлера Грэма, вновь появился за королевским столом, поддерживал короля, всячески восхваляя его доброту и порицая наследника короны.
  Вечером, когда настало время сна, Ростик переоделся в пижаму, расстелил постель, но, понимая, что все равно сейчас не заснет, залез с ногами на подоконник. В вечернем небе летали фонари со стеклянными крыльями. Они оставляли за собой размытые полоски света. Над дворцом уже сгустилась ночная тьма, но горизонт все еще светился слабым сиянием - на его фоне черными силуэтами выделялись деревья и островерхие крыши самых высоких городских домов.
  Наблюдая за крылатыми фонарями, мальчик неустанно размышлял, снова и снова вспоминая свой разговор с рыжебородым магом.
  "То, что ты ищешь - рядом с тобой".
  Если это не стражи, то кто тогда? Мардолская знать? Ведь, насколько понял Ростик из слов Тарханкута, этот дар может проявиться у кого угодно. Возможно, сам король обладает даром крадуна? Или бунтовщик канцлер? Или угорь-казначей? Или Управитель Снов, который, помимо прочего, возможно, и является тем самым магом, заставляющим сервуса оживлять сны мардолцев?
  Ростик с тяжелым вздохом уткнулся лбом в колени, понимая, что его попытки угадать ни к чему не приведут - человеком, обладающим даром отбирать по своему желанию может оказаться любой, кто поблизости. Вычислить его нет никакой возможности. К тому же, не исключено, что Тарханкут вообще ошибся. Хотя он и говорит, что никогда не ошибается. Разве бывают такие люди, которые никогда не ошибаются? Даже если они древние маги, живущие в книге...
  Услышав резкий хлопок крыльев, раздавшийся как будто бы прямо над его ухом, Ростик непроизвольно оторвал голову от коленей. В этот момент ему показалось, что время замедлилось.
  Мимо него большой темной тенью летела птица. Замершему без движения Ростику на миг почудилось, что он увидел невозможное - в черном зрачке птицы отразилось его удивленное лицо. Но в тот же миг время снова ускорило свой бег, и птица в мгновение ока оказалась далеко впереди.
  Это был черный ворон. Он летел в сторону Королевской башни.
  - Не может быть, - пробормотал Ростик; не доверяя пульсирующему внутри него беспокойству, он провожал ворона взглядом. - Это просто самая обычная птица. Не бить же теперь тревогу при виде каждого пролетающего мимо ворона - их тысячи...
  Однако уже в следующую минуту Ростик спрыгнул с подоконника и бросился к двери. Перед тем, как он это сделал, черный ворон сел на шпиль башни, соседствующей с Королевской, и издал громкое "Кар-р-р!".
  От этого звука все тело Ростика покрылось мурашками. Он не понимал, как этот крик, вибрирующий колдовством и одурманивающий сознание, другие люди принимали за карканье обычного ворона. Ростик больше не сомневался - это был сервус. И в этот раз его целью стал король Теодор.
  Выскочив в коридор, как был: босиком и в пижаме - Ростик принялся колотить в соседнюю дверь. Это была комната Дрю. На стук никакой реакции не последовало. Решив, что девочка крепко спит, Ростик громко постучал в дверь напротив, где была комната Бамбура. И чтобы уже наверняка разбудить приятеля, прокричал:
  - Санька, открывай! Это я - Ростик! Слышишь?!
  Однако и в этот раз ему не открыли. Отбросив мысли о том, чтобы не наделать лишнего шума, Ростик двинулся вперед по коридору, стучась поочередно в комнаты всех остальных стражей: Арни, Анчутки, Мераби, Михея, Мольфара. Он даже вернулся назад, чтобы постучать в комнату Невера, которую сначала нарочно пропустил. Но никто, ни один из стражей, ему так и не открыл.
  - Да что же такое?! - озадаченно таращился на двери Ростик. - Что происходит?
  Он даже не допускал мысли, что они спят и просто не слышат, как он стучит и зовет их. Такой шум, который поднял в коридоре Ростик, и мертвого разбудил бы! Значит, в комнатах их нет. В этом не было бы ничего удивительного, случись это днем, но... За окнами мардолского дворца стояла ночь!
  - Куда они все подевались?!
  Ростик растерянно озирался, все еще надеясь, что кто-нибудь откроет. Ему совсем не улыбалось бежать на помощь королю в одиночку. Конечно, покои его величества сейчас должна была охранять королевская стража, но раз двум предателям из королевских магов один раз удалось пройти мимо них, то полагаться на стражу нельзя.
  На всякий случай он вернулся и еще раз постучался в несколько комнат. Однако и в этот раз ему никто не открыл. Он даже прислушался, надеясь, что из какой-нибудь комнаты послышатся звуки шагов, но ответом ему была тишина, как будто ни одного из стражей в этот момент действительно не было в комнате.
  Ростик надсадно выдохнул и с неохотой побежал в сторону Королевской башни, надеясь встретить кого-нибудь по пути и рассказать, что королю прямо сейчас угрожает опасность.
  Минуя лестницы и коридоры, Ростик время от времени слышал карканье ворона. Казалось, оно доносится из всех без исключения раскрытых окон и даже просачивается сквозь стены. Это было невозможно - карканье того ворона, который сел на шпиль башни, рядом с Королевской, не могло быть слышно по всему дворцу. И тем не менее Ростик слышал его!
  Удивление и страх в нем росли тем больше, чем ближе он был к Королевской башне. По пути мальчика встречали только пустые коридоры - ни единого человека! Ни королевской стражи, ни слуг, никого! Мардолский дворец как будто впал в загадочный сон.
  Сон!
  В сознании Ростика промелькнула неожиданная догадка: неужели карканье сервуса усыпило всех во дворце?! Но почему в таком случае это не подействовало на него? Он единственный, кто не спит?
  Домчавшись, наконец, до королевских покоев, он убедился, что был прав. Двое стражников сидели на полу, под стенкой, уронив головы на грудь. Ростик без церемоний потряс за плечо сначала одного, потом другого - тщетно. Стражники спали мертвым сном.
  Оглядевшись, Ростик едва не вскрикнул от неожиданности, когда увидел в противоположной стене два лица. Но уже в следующую секунду, вспомнив о королевских магах, замурованных Арни в стене, мальчик выдохнул от облегчения. Судя по громкому сопению, оба стенных узника спали так же крепко, как и стража.
  Ростик опять выдохнул, глянув на дверь, ведущую в королевские покои.
  - Почему не сплю только я? - с досадой пробурчал себе под нос он.
  Мальчик понимал, что как только он откроет эту дверь, проблемы короля тотчас станут и его проблемами. Ему придется в одиночку противостоять сервусу - а ведь даже старшие стражи ордена признали, что не знают, как одолеть это существо. Ему совсем не хотелось так глупо геройствовать, но...
  "Меня радует, что ты принимаешь проблемы Мардола так близко к сердцу. Это означает, что ты уже в полной мере осознаешь себя стражем ордена"...
  "Если у тебя хватило наглости прийти сюда и вести себя так, будто ты действительно один из стражей ордена, то хотя бы надень на шею свой змеевик. Пока ты трусливо прячешь его в кармане, ты не более чем бесполезный, мешающийся под ногами мальчишка"...
  "Невер, пожалуй, самый сильный тенеуст мира Двенадцати городов. И если ты не хочешь, чтобы он всегда смотрел на тебя свысока, тебе придется сравняться с ним по силе. Готовься к тому, что это будет нелегко"...
  Голоса Мольфара, Невера и Арни в голове Ростика перебивали друг друга, вызывая в нем одновременно чувство вины, уязвление и непримиримость. Все это подталкивало его к действиям. Решительно сведя брови на переносице, Ростик взялся за дверную ручку, потянул дверь на себя и переступил порог королевских покоев.
  
  * * *
  
  Они глянули на него все сразу, как только он появился в комнате. Люди, стоявшие вокруг королевского ложа, на самом деле людьми не были. Ростик понял это сразу - их фигуры слегка подрагивали, как миражи. Но при этом он моментально понял еще одну вещь: если мужчина в черной мантии с бородкой клинышком проткнет его своей длинной шпагой, то у Ростика непременно потечет кровь, не говоря уже о том, что это наверняка будет очень больно.
  "Ожившие сновидения", - подумал Ростик и бросил взгляд на королевское ложе.
  Его величество спал на своей постели за полупрозрачным шелковым пологом. Сон короля был неспокойным - он стонал и вертел головой, но все равно не просыпался.
  Переведя взгляд на ожившие сны, Ростик с удивлением заметил за собой, что напуган намного меньше, чем во время нападения на него сна-аспида. Наверное, все дело было в том, что сейчас Ростик ожидал увидеть именно ту картину, которая перед ним предстала. Точно так же, как ожидал услышать карканье сервуса за окном.
  "Все они сейчас снятся королю, - пронеслось в мыслях мальчика. - А сервус оживил этот сон".
  Для чего? Это было очевидно - люди-сновидения вышли из сна и обрели подобие плоти, чтобы убить короля Теодора, пока он спит.
  Немного оробев перед их фанатичными взглядами, Ростик сделал маленький шажок назад, но сразу же остановился, потому что ожившие сновидения вдруг потеряли к нему всякий интерес - они отвернулись от него все одновременно.
  Мужчина с бородкой клинышком направил свою шпагу в сторону королевского ложа. Это словно послужило знаком для всех остальных. Несколько женщин и мужчин в одеждах придворных, богатых торговцев и простого люда окружили королевское ложе, обступая его все теснее и теснее.
  - Эй, постойте! - крикнул им Ростик, догадываясь, что будет, если они доберутся до короля.
  Однако люди-сновидения даже не глянули в его сторону, как будто мальчик был пустым местом. Ростик вдруг разозлился: вот только что он боялся, что они нападут на него, а теперь видит, что им до него и дела никакого нет.
  - Не игнорируйте меня, тупые кошмары, - недовольно проворчал он себе под нос, после чего, взяв в руку змеевик, уже во весь голос воскликнул: - Итолп Тенансу!
  Амулет вспыхнул зеленым светом, и люди-сновидения пошли рябью, как отражение на воде, в считанные секунды растворившись в воздухе.
  - Так вам! - довольно воскликнул Ростик.
  Однако радовался он преждевременно. Сквозь открытое окно в комнату донеслось громкое "Кар-р-р-р!". В воздухе на мгновение возникла странная, вызывающая подспудную тревогу вибрация. Материализуясь по велению голоса, принадлежащего черному ворону, мужчина со шпагой и все остальные возникли в комнате снова. Вот только теперь они были ближе к королевскому ложу, чем перед исчезновением.
  Ростик в первый момент растерянно моргал, но когда король громко простонал во сне, мальчик пришел в себя от удивления.
  - Сервус снова их оживляет, - мрачно констатировал он.
  А Ростик уже было обрадовался, что все решилось слишком просто. Он снова громко воскликнул:
  - Итолп Тенансу!
  И в этот раз они испарились в рассеивающемся свете змеевика в тот же миг. И опять донесшееся из окна "Кар-р-р!" заставило их появиться вновь - еще ближе к полупрозрачному пологу, за которым метался во сне король Теодор.
  - Так ничего не получится! - досадливо цыкнул Ростик. - Пока этот ворон за окном каркает, они будут оживать снова и снова!
  Мальчик перевел взгляд в сторону окна, откуда доносилось размеренное: "Кар-р-р! Кар-р-р! Кар-р-р!".
  - Надо заставить его замолчать, - сказал себе Ростик и бросился к окну.
  В этот раз он порадовался, что люди-сновидения не обращают на него внимания. Беспрепятственно мальчик бегом пересек комнату и чуть ли не упал животом на подоконник, вывалившись из окна, чтобы увидеть сервуса.
  Ворон - большой и черный, как самая непроглядная ночь, - чуть повернул голову и глянул на мальчика одним глазом. Ростик невольно сглотнул подкативший к горлу комок. Ему вдруг показалось, что из тела ворона на него посмотрело совсем другое существо. Таинственное и страшное нечто словно использовало ворона, как замочную скважину, чтобы подглядывать за Ростиком. Оно глядело на него одним птичьим глазом со шпиля соседней башни - Ростик хорошо видел ее, благодаря подковообразной форме дворца.
  Мальчик резко зажмурился, отгоняя парализовавший его страх, и тряхнул головой.
  - Не напугаешь, - сквозь зубы прошептал он.
  Хоть он и обращался к сервусу, но на самом деле внушал это самому себе.
  Ворон снова каркнул - протяжный и вибрирующий звук разлился в воздухе волной. Ростик вздрогнул и бросил взгляд через плечо - в глубь комнаты, где люди-сновидения вплотную подошли к ложу короля.
  - Итолп Тенансу! - в панике схватившись за змеевик, воскликнул Ростик.
  Зеленая вспышка заставила сновидения исчезнуть, но громкое "Кар-р-р!", резанувшее слух Ростика, снова оживило их.
  - Да замолчи ты! - неожиданно для самого себя вспылил мальчик.
  Повернувшись опять к окну, он сжал змеевик в вытянутой руке, направил его в сторону сервуса, и прокричал второе из двух заклинаний, которые умел использовать:
  - Менго!
  Ворон-сервус тотчас вспыхнул оранжево-желтым факелом, но не прошло и двух секунд, как из этого факела донеслось очередное "Кар-р-р!" и пламя сошло с тела птицы. Сервус в облике черного ворона остался совершенно невредим.
  "Все, как они говорили, - лихорадочно подумал Ростик. - Его невозможно уничтожить магией. Если даже огонь не действует...".
  От этих мыслей его отвлек крик его величества. Ростик обернулся и увидел, как мужчина с бородкой клинышком отвел в сторону полог, по-прежнему указывая острием шпаги на короля - Теодор отчаянно метался во сне. В этот момент ему должно было сниться, что его вот-вот убьют.
  Ростик сделал единственное, что пришло ему на ум - он бросился к королевскому ложу, на ходу выкрикивая: "Итолп Тенансу!".
  Он подбежал к полупрозрачному пологу через мгновение после того, как подрагивающие, словно миражи, фигуры исчезли с его пути во вспышке зеленого света. Снаружи раздалось новое "Кар-р-р!", и мальчик снова выкрикнул заклинание.
  Это продолжалось несколько долгих минут. Ворон-сервус оживлял сновидения своим "Кар-р-р!", которое с каждым разом звучало все громче, отчего у Ростика зазвенело в ушах. Мальчик почти беспрерывно выкрикивал "Итолп Тенансу!" - снова и снова, снова и снова. Люди-сновидения возникали и исчезали прямо перед его глазами, как будто мигал старый экран телевизора.
  Ростику казалось, что эту дуэль сервус может продолжать вечно - в отличие от него. По вискам и шее мальчика уже стекали струи пока, а голос начинал хрипеть и срываться.
  "Да почему он никак не проснется?!" - мысленно выкрикнул он.
  Но уже знал ответ - король будет спать, пока действует магия сервуса. В этот раз все было не так, как раньше.
  "Я больше не могу!", - в отчаянии думал Ростик, вслух при этом без конца повторяя:
  - Итолп Тенансу! Итолп Тенансу!
  Черт бы побрал этого сервуса!
  Ну не мог же Ростик позволить, чтобы ожившие сновидения прямо на его глазах убили короля - слабовольного, но добродушного толстяка, который даже негодяя в тюрьму посадить, и то стыдится! Да и еще и настолько терзается чувством вины перед всеми подряд, что это его ожившее чувство вины теперь пытается его убить!
  А люди-сновидения тем временем перестали игнорировать Ростика. Теперь он мешал им добраться до короля, и все они - мужчина с бородкой клинышком, женщина с высокой прической, какой-то толстяк в меховой куртке, старичок в цилиндре и еще человек пять - тянули руки к мальчику.
  "Кар-р-р!"
  "Итолп Тенансу!"
  "Кар-р-р!"
  "Итолп Тенансу!"
  Сервус за окном словно глумился над ним - Ростику уже навязчиво казалось, что в этом протяжном "Кар-р-р! Кар-р-р! Кар-р-р!" он слышит "Ха-а-а! Ха-а-а! Ха-а-а!". Мальчик едва ли не лег спиной на полог королевского ложа, рискуя вот-вот завалиться назад.
  Глаза людей-сновидений впивались в него фанатичными взглядами, и Ростик пожалел, что перед ним не обычные, живые, люди. Он мог бы ослепить их, чтобы они перестали видеть его. Ростик даже помнил нужное заклинание, которое когда-то услышал из уст Невера. Правда, он никогда не испытывал его на практике, но какое это имеет значение? Он ведь все равно не мог ослепить сновидения - точно так же, как не мог заставить сервуса замолчать!
  И в этот самый момент, когда Ростик уже совершенно сорвал голос и выкрикивал "Итолп Тенансу!", хрипя и сипя, в его голове вдруг возникли слова.
  Сначала он услышал голос Тарханкута, который говорил за ребенка, похищенного крадунами:
  "Я забираю у тебя голос и никогда его тебе не верну. Тебя поглотит молчание".
  А следом - голос Иво, повторяющий слова, когда-то сказанные ему Ури:
  "Я забрал у него глаза, и его съела темнота".
  Ростик вдруг к собственному изумлению осознал - они были похожи: похищенный крадунами, забравший голос у пса-сервуса, и маленький Ури, забравший глаза у черного колдуна, который похитил его старшего брата.
  - Неужели... - забывшись, пробормотал Ростик, и тотчас вынужден был снова воскликнуть: - Итолп Тенансу!
  "Кар-р-р!"
  Шпага мужчины с бородкой клинышком царапнула Ростика по щеке, перед тем, как люди-сновидения исчезли под действием рассеивающего сон заклинания.
  Чувствуя, как по лицу бежит теплая струйка, мальчик зажмурился, собирая остатки мужества. Следующее "Кар-р-р!" - и шпага может проткнуть его насквозь.
  Ростик вдруг почувствовал отчаяние. Он просто мальчишка! Почему именно он сейчас сражается с этими ожившими кошмарами? Почему он тоже не уснул, как все?! Почему никто не придет на помощь?! Хоть кто-то! Хоть кто-то должен прийти и помочь ему! Хоть кто-то пусть заставит этого ворона замолчать!!!
  "Кар-р-р!"
  - Итолп Тенансу! - сорвавшимся голосом воскликнул Ростик в последний раз.
  Под взглядами горящих фанатичным блеском глаз Ростик подался назад. Люди-сновидения тянули к нему руки, а шпага мужчины с бородкой клинышком вдруг воткнулась ему в плечо. Ростик вскрикнул от боли и, непроизвольно пытаясь отклониться от шпаги, опрокинулся назад. Он упал на постель короля, смутно слыша, как его величество кричит во сне, и заслонился руками.
  "Не хотел глупо геройствовать, - в последний момент подумал он о самом себе, - а сам...".
  Впоследствии, если бы у Ростика спросили, что он чувствовал в тот момент, он бы не знал, что ответить. Боль в плече отвлекала от страха. Страх перед ожившими сновидениями вытеснял чувство боли. Но на самом деле все происходило так стремительно, что он просто не успел ни по-настоящему испугаться, ни в полной мере осознать, что он ранен. Он хотел только одного: чтобы опасность миновала, чтобы и люди-сновидения, и сервус просто исчезли бы каким-нибудь чудесным образом. И чудо произошло.
  Сначала Ростик услышал голос. Этот голос произносил что-то на непонятном языке - неведомая речь лилась единой волной, словно река. Ростик вспомнил: точно так же, без пауз, Управитель Снов заклинал кошмарные сновидения. Только если голос королевского ловца кошмаров произносил заклинания гулко и монотонно, то этот голос был похож на песню - очень странную, потому что она не была ни веселой, ни грустной, ни быстрой, ни медленной. У этой песни не было настроения.
  Ростик открыл глаза и хотел отвести руки от лица, но понял, что, падая, сорвал полог и теперь запутался в нем. Ткань полога была прозрачной, однако мальчик, пытаясь из нее выбраться, все равно ничего не видел. Выпутываясь, он вдруг осознал, что больше не слышит карканья ворона. Когда с шумным выдохом ему наконец удалось сорвать с себя полог, первым, что увидел Ростик прямо перед собой, был юноша с темными прямыми волосами до плеч. Люди-сновидения исчезли, словно их и не было.
  - Ури? - спросил мальчик, но вдруг поймал себя на мысли, что почему-то совсем не удивлен.
  И только в тот момент, когда Ури повернул к нему свое лицо, Ростик увидел у него за спиной большую и черную тень на стене. Эта тень очевидно не принадлежала Ури - она была слишком огромной для его стройной фигуры. Тень поглотила королевские лилии на стенах и портреты, мебель и ковры, и Ростик в первый момент ошеломленно таращился на нее, не в силах осознать произошедшее.
  Он открыл коридор теней? Как в тот вечер, на заброшенной стройке? И снова сделал это, сам не понимая - как? Или это сделал не он?
  - Что произошло? - спросил он у Ури.
  Небесно-голубые глаза глянули на мальчика привычным потусторонним взглядом.
  - Каркал ворон, - сказал Ури. - Он пробуждал зло. Я забрал у него голос, и его съело молчание.
  Ростика изнутри словно ударило молнией. Значит, в последний момент он правильно догадался! Ведь перед тем, как люди-сновидения набросились на него, Ростик успел подумать, что Ури и похищенный крадунами мальчик из рассказа Тарханкута похожи.
  "То, что ты ищешь - рядом с тобой", - пришли ему на ум слова рыжебородого мага.
  Вот как, значит? Голос "Грёз Орфея" обладал даром отбирать по своему желанию - потерянным даром крадунов. А ведь Ури действительно все это время был рядом.
  - Но... как ты здесь оказался?
  Голубые глаза Ури без выражения смотрели на Ростика.
  - Меня позвал голос кровного долга. И мой голос пошел за ним, - ответил он.
  Ростик поморгал, в первый момент решив, что не понимает ни слова, но потом вдруг сообразил. Под кровным долгом Ури, наверное, подразумевал тот случай, когда Ростик спас Иво от гарпии-сновидения. А что касается слов "мой голос пошел за ним"... Мальчик озадаченно хмыкнул.
  "Кажется, это все-таки сделал я, - подумал он. - Открыл коридор теней, который почему-то привел прямо к Ури... Впрочем, ясно почему - ведь именно о нем я и подумал в последний момент".
  - Э-э-э, - протянул вдруг сонный голос позади Ростика.
  Мальчик резко обернулся и увидел сидящего на постели короля. Его величество выглядел слегка ошалевшим и явно не понимал, что происходит.
  - Э-э-э... А что вы делаете на моей кровати, молодой человек? - очень вежливо, словно необходимость задать такой вопрос чрезвычайно стесняла его, поинтересовался Теодор.
  Глаза Ростик широко распахнулись. Вскочив с постели, он опрометью бросился к окну и, перегнувшись через подоконник, посмотрел сначала на шпиль соседней башни, а потом вниз. На вымощенном брусчаткой королевском дворе, раскинув неподвижные крылья, лежала мертвая птица - большой и черный ворон.
  - Сервус, - тихо произнес Ростик.
  Ури отобрал у него голос, и сервус, потеряв способность воплощать в жизнь свое предназначение, умер. Когда это случилось, его сонные чары потеряли силу - вот почему король Теодор наконец проснулся.
  "Но в таком случае и остальные..." - подумал Ростик, но не успел довести свою мысль до конца, как двери в королевские покои распахнулись. На пороге стоял Арни, встревоженный и тяжело дышащий, как будто он только что быстро бежал.
  Оглядев королевскую опочивальню, Лис оценил обстановку - остановил взгляд на короле, заметил Ури - после чего направился прямо к Ростику. Подошел, выглянул в окно, хмыкнул, заметив мертвое тело птицы внизу, и только после этого посмотрел на мальчика. Окинув его цепким взглядом, улыбнулся и потрепал Ростика по голове.
  - Ну вот, опять тебе досталось все самое интересное.
  
  
  Глава 13
  В ПРЕДДВЕРИИ
  
  Проснувшись, Ростик с трудом разлепил веки. Зевнул. Принял сидячее положение и обнаружил себя на диване в гостиной стражей ордена. Он смутно помнил, как Фиалка колдовала над его плечом и давала пить какие-то зелья. Ростик скосил глаза на предплечье - оно было обвязано бинтами и, как ни странно, совсем не болело. А вот щеку, которую ему поцарапало шпагой одно из оживших сновидений, саднило. Наверное, эту царапину Фиалка посчитала незначительной и сильно лечить не стала.
  - Проснулся?
  Подняв голову, Ростик все еще мутным после сна взглядом посмотрел на стоящего у окна Арни и снова зевнул.
  - Я долго спал? Не помню, как заснул.
  - Еще бы! - весело отозвался Арни, склонив голову набок. - Пока мы дрыхли без задних ног, ты всю ночь отбивался от оживших сновидений. Не удивительно, что после всего этого тебя сморило.
  - М-м-м, - неопределенно промычал Ростик, и сам не зная, что хотел этим сказать. - А где все?
  Судя по приглушенному сиянию солнечного света, льющемуся в окна гостиной, день близился к вечеру.
  - Доедают остатки твоего пиршества, - со смехом сказал Арни.
  Ростик не увидел никакого смысла в его словах и нахмурился.
  - Ну, раз уж ты сделал основную работу, то другим ничего не остается, кроме как убрать последние крохи, - пояснил Арни.
  Мальчик все равно ничего не понял, но он до сих пор чувствовал себя таким сонным, что решил махнуть рукой на загадки Лиса.
  - Все в порядке? - спросил он.
  Ростик помнил, что сервус должен быть мертв. Однако сейчас, спросонья, все, что произошло ночью, казалось каким-то нереальным, и он даже подумал: а не приснились ли ему и сервус, и ожившие сновидения, и Ури?
  - Его величество жив и здоров, - ответил Арни, - а сервус, который оживлял сны Мардола, больше не представляет угрозы для жителей города. Думаю, учитывая это обстоятельство, можно сказать, что все в порядке.
  Ростик несколько секунд колебался, потом спросил:
  - А как Ури?
  Он подумал, что Арни наверняка ничего не известно о крадунах и даре отбирать по своему желанию. Скорее всего, Лис даже не понял, что Ури делал в королевских покоях прошедшей ночью. Однако хитрый взгляд рыжеволосого стража подсказал Ростику, что он, возможно, ошибается.
  - Рок-звезда пребывает в хорошем здравии, если ты об этом, - сказал Лис.
  Ростик помялся и кашлянул.
  - Нет... я хотел спросить... он ничего не говорил?
  Арни многозначительно хмыкнул.
  - Этот парень настоящий молчун, из него слова не вытянешь. Сказал только, что проснулся, потому что ты его позвал. - Лис усмехнулся: - И еще что-то вроде: "Эта птица издавала плохие звуки".
  Глядя на Арни, Ростик думал: может быть, Мольфар догадался, что Ури оказался именно тем, кого им нужно было найти, а, догадавшись, рассказал обо всем Лису?
  - Ты осознаешь, что этой ночью мог лишиться жизни? - внезапно переменил тему Арни.
  Ростик озадаченно моргнул - рыжеволосый страж смотрел на него таким взглядом, словно испытывал.
  - Ну... наверное, это было опасно, - согласился Ростик и пожал плечами: - А что было делать? Все остальные спали под заклинанием.
  Арни хмыкнул.
  - Любопытно, конечно, почему на тебя не подействовало колдовство сервуса, но разве тебе не пришло в голову, что своя жизнь важнее, чем жизнь правителя Мардола?
  Ростик широко распахнул глаза и, озадаченно моргая, уставился на Арни.
  - А ведь и точно, - честно признал он. - Его величество, конечно, добряк и все такое, но моя жизнь для меня важнее. Я просто в тот момент об этом не подумал.
  Лис какое-то время смотрел на него молча, а потом подошел к сидящему на диване по-турецки Ростику, положил ладонь ему на макушку и улыбнулся так, словно мальчик только что чем-то очень его порадовал.
  - Хоть ты и тенеуст, но совсем не такой, как он.
  Ростик удивленно крякнул и поморгал. Он догадался, что под "ним" Арни подразумевал Невера, но не мог понять, к чему это было сказано.
  - Издеваешься? - насупился он, решив, что Лис намекает, будто Ростику до Невера далеко.
  - Наоборот, - по-доброму усмехнулся Арни. - Хвалю.
  Ростик совсем растерялся. Он вдруг подумал, что совсем не понимает, о чем сейчас говорит рыжеволосый страж. Снова тайны?
  В этот момент в гостиную вошла Фиалка. Увидев, что Ростик чувствует себя неплохо, девушка просияла, но все равно заявила, что мальчику нужно выпить лекарство. Все протесты Ростика, что, мол, у него уже ничего не болит, юная целительница ордена проигнорировала.
  Достав из своего чемоданчика флакончик с какой-то зеленой настойкой, она накапала несколько капель в стакан и протянула его Ростику. От резкого запаха настойки у Ростика даже желудок свело. Он был уверен, что если выпьет эту отраву, то его стошнит. Неизвестно, оправдались бы его опасения или нет, потому что дверь в гостиную снова открылась. В дверном проеме появилось лицо Саньки Бамбура.
  - Эй, вы чего здесь сидите?! - воскликнул он, глядя на них большими глазами. - Канцлера арестовали! Сейчас ведут в тронный зал! Мольфар и король уже там!
  
  * * *
  
  По дороге Санька рассказывал последние новости.
  - Канцлера сдал - не поверите! - граф Розетка! Канцлер, мол, убедил его, что в нападения оживших снов на горожан, в том числе на его дочь, виноват король, поэтому граф и помогал ему. Но когда граф Розетка узнал о покушениях на жизнь короля, он тотчас понял, что канцлер его обманывает, пытаясь с его помощью занять трон своего дяди. После этого он немедля выдал канцлера, которого укрывал в своем особняке, королевской страже.
  - Политические интриги - страшное дело, - ухмыльнулся Арни. - Никогда не знаешь, когда твой союзник станет твоим врагом. Теперь поди разберись, кто был обманщиком, а кто был обманут. Но король, конечно, графу все простит.
  Ростику показалось, что Лис иронизировал, вот только он не понял, кому предназначалась ирония: канцлеру или графу Розетке. Но подумать над этим Ростик не успел - они уже были на месте.
  Посреди тронного зала, друг напротив друга стояли Мольфар и канцлер Грэм. Старейшина ордена буравил лицо канцлера гневным взглядом, но канцлер на его взгляд не отвечал.
  Позади Мольфара, на троне, закрыв лицо рукой и сокрушенно качая головой, сидел король Теодор. Здесь же были другие стражи ордена и несколько придворных, среди которых Ростик опознал главу казначейства. Кроме того, мальчику был знаком мужчина в черной мантии с бородкой клинышком и длинной шпагой на поясе. Именно этот человек среди прочих снился королю прошлой ночью. Ростик предположил, что перед ним, видимо, граф Розетка.
  - Посмотрите на меня, канцлер Грэм, - грозно сказал Мольфар, и Ростик обратил взгляд на седобородого мага одновременно с канцлером.
  Лицо королевского племянника словно посерело от досады, что все его планы рухнули. Он был раздавлен, но и очень зол.
  Подняв глаза на Мольфара, канцлер прошипел сквозь зубы:
  - Что вам от меня нужно?
  Мольфар остался равнодушен к этой демонстрации бессильной ярости.
  - Вы знаете, что мне нужно, - спокойно ответил старый маг. - Имя.
  - О чем вы? - едко улыбнулся канцлер, сощурив глаза. - Какое имя?
  - Не будьте дураком, канцлер! - прогремел Мольфар, так что эхо его голоса заставило дрожать стекла в окнах огромной залы. - Мне нужно знать, кто тот маг, который все это время помогал вам! Кто хозяин черного ворона?
  Ростик в первый момент не понял, о чем говорит Старейшина, но несколько секунд спустя на него словно снизошло озарение. А ведь он видел канцлера с черным вороном! Это было на Фаталунской гонке - птица сидела на плече канцлера. Но Ростик тогда не придал этому значения, а потом и вовсе забыл. Выходит, что сервус все это время помогал канцлеру! Вот только... канцлер не был магом, а значит, не мог быть и хозяином сервуса. Получается, что, даже помогая наследнику мардолской короны, черный ворон на самом деле служил кому-то другому!
  Канцлер поджал губы, будто хотел сказать, что будет молчать, даже если его начнут пытать, но вместо этого холодно и безразлично заговорил:
  - Не знаю. Я не знаю, кто он. Я видел его несколько раз только в темноте, ночью. И он всегда был одет в плащ с капюшоном и черную маску. За маской его голос звучал приглушенно - он не показался мне знакомым.
  - Когда вы встретились с ним впервые? - продолжал допрашивать Мольфар.
  Глаза канцлера сделались тусклыми, а лицо безвольно вытянулось.
  - Три месяца назад, - холодно ответил он.
  - Что он предложил вам? - снова спросил Мольфар, не отводя взгляда от канцлера.
  Тот глубоко и тяжело вздохнул.
  - Корону. Он предложил мне корону Мардола.
  Король Теодор позади Мольфара взялся за сердце и трагично закатил глаза, словно вот-вот намеревался рухнуть в обморок, сраженный таким предательством.
  - Дальше, - не останавливался Мольфар.
  - Он предложил мне корону Мардола, и я согласился без размышлений, - резко сказал канцлер. - Мардолу нужен был король с сильной волей, а не жалкий бесхребетный правитель, способный только обанкротить казну своей благотворительностью. А мне нужен был трон. Мне надоело терпеть выходки этого самодура - короля Алекса. Он доводил меня до белого каления. Я ненавижу подчиняться!
  Последнюю фразу он процедил сквозь зубы, и глаза его коротко блеснули гневом.
  - Вы заключили сделку с магом, который приходил к вам? - Мольфар скорее утверждал, чем спрашивал.
  - Да, я согласился на его условия, - кивнул канцлер.
  - Плата, - вмешался Арни. - Чем вы обещали заплатить, Грэм? Человеческими жертвами?
  Канцлер только лишь косо глянул на Арни с презрением.
  - Так какова же была плата, канцлер? - спросил Мольфар.
  - Сущая безделица! - с едким удовольствием зловеще прошептал канцлер. - Он пообещал мне трон и корону, а взамен потребовал сущую безделицу - чтобы я, став королем Мардола, объявил войну любому из одиннадцати городов. Он даже заверил меня, что лично поможет мне найти предлог для объявления войны.
  Ростик видел, как Фиалка прикрыла рот рукой, в ужасе глядя на канцлера, а король Теодор медленно опустился на спинку своего трона, словно его покинули последние силы.
  Арни был поражен - видимо, когда он говорил о человеческих жертвах, он даже не подозревал, о каком количестве жизней может идти речь. Он думал лишь о тех, кто пострадал и еще мог пострадать из-за оживающих сновидений. Стражи выглядели серьезными и встревоженными. Только на лице Невера, как всегда, было холодное и бесстрастное выражение - лишь черные брови слегка нахмурены.
  - Неужели... - тихим голосом прошептала Мераби. - Неужели вы действительно готовы были сделать это? Объявить войну! Втянуть ни в чем не повинных жителей двух городов в смертоносную бойню! И все ради того, чтобы занять королевский трон?
  - Более того! - высокомерно выпятив нижнюю губу, заявил канцлер. - Я даже выбрал город. Я решил, что, став королем, я объявлю войну... Гелиону!
  Ростик невольно подумал о том, что ожидало бы в скором времени короля Алекса и весь его солнечный город с добродушными, улыбчивыми жителями, если бы не Ури. И тут же его словно озарило. А ведь предсказание Странника Без Лица сбылось! И Иво был прав! Ведь выходило, что Ури, придя на помощь Ростику и уничтожив сервуса, помешал черному магу начать войну!
  Ростик вспомнил всё предсказание целиком, и на душе у него стало мрачно. Странник Без Лица сказал: "Этот мальчик помешает величайшему черному магу Двенадцати городов начать свою войну... и война будет отсрочена".
  "Отсрочена, - подумал про себя Ростик. - Надо будет обязательно поговорить об этом с Мольфаром".
  Он поднял глаза на старого мага. Мольфар смотрел на канцлера с бесконечным презрением, и Ростик заметил, как канцлер потупил взор. Даже его циничная натура не выдержала взгляда седобородого мага. Канцлер сумел прочесть в глазах Мольфара нечто не совсем приятное. В этом взгляде, как в зеркале, он увидел всю свою ничтожность.
  - Вас ожидает заключение, канцлер, - негромко, но оттого не менее зловеще, сказал Мольфар. - Я не могу сказать, сколь долгим оно будет - это решать не мне. Но, однако же, мне есть чем вас утешить, даже если это покажется вам удивительным.
  Канцлер сначала посмотрел на старого мага с недоумением, потом его рот высокомерно искривился. Судя по всему, он решил, что Мольфар смеется над ним, смеется над его поражением. Он просто очень плохо знал Старейшину ордена. Ростик видел, что Мольфар говорит серьезно.
  - Вы хотели освободиться от подчинения, канцлер, - продолжил старый маг. - Боюсь, вам бы не удалось этого сделать. Тот, кто помогал вам, на самом деле всего лишь использовал вас. Та власть, которой вы так жаждали - ничто, по сравнению с намерениями черного мага, в кабалу к которому вы могли попасть, если бы стали королем Мардола. Похоже, вы совсем не представляете, каков тот человек, что скрывался за черной маской.
  - Можно подумать, вы представляете! - злобно выкрикнул канцлер.
  Мольфар чуть прикрыл веки и сдержанно кивнул.
  - Поверьте тому, кто знает людей больше трех столетий, - сказал старый маг, - поверьте мне - я могу себе представить насколько дерзок и честолюбив тот, кто хотел посадить вас на трон Мардола, судя по тому фрагменту его замысла, который открылся нам. - Взгляд Мольфара стал жестким и безжалостным. - Вы стали бы его марионеткой, канцлер. А потому у вас есть причины для радости - под землей вы будете чувствовать себя гораздо свободнее.
  С этими словами Мольфар сделал жест рукой, и в тронном зале появилась мардолская стража. Канцлер даже не сопротивлялся, когда стражники окружили его живой цепью и подтолкнули к выходу. Все в зале наблюдали, как он уходит. Его голова в шапке серебристо-пепельных волос была гордо поднята вверх. Как будто у него действительно был повод для гордости.
  Уже возле дверей он остановился и, обернувшись, посмотрел прямо на Мольфара.
  - Вы ошибаетесь. Я бы никогда не стал ничьей марионеткой.
  Мольфар ничего на это не ответил, спокойно взирая, как канцлер покидает тронный зал короля Теодора.
  После того, как последний стражник вышел из залы, еще долго было слышно эхо удаляющихся шагов. Когда все стихло, Мольфар повернул голову к Ростику и сказал:
  - Мне нужно поговорить с тобой, Ростик. Жди меня в башне Безмятежных Снов. Я подойду через несколько минут.
  
  * * *
  
  Ростик поднимался по винтовой каменной лестнице в башню Безмятежных Снов и думал о тех словах, которые услышал несколько минут назад: "Поверьте тому, кто знает людей больше трех столетий". Он даже не представлял, что Мольфар настолько стар. Хотя, ведь Ростик не знал, сколько живут маги. Вполне возможно, что волшебная сила дает магам гораздо больше жизненных сил. Интересно, сколько же может прожить он сам?
  Ростик подумал, что Мольфар, наверное, хочет услышать в подробностях его рассказ о событиях прошлой ночи. Он ведь так до сих пор никому и не рассказал о том, что произошло, хотя был уверен, что Мольфар о многом догадался и сам.
  Поднявшись в башню, мальчик подошел к одному из стрельчатых окон. Интересно, почему Мольфар решил поговорить с ним именно здесь? Башня Безмятежных снов была второй по высоте после Королевской. Она располагалась вдали от остальных и, казалось, немного не вписывалась в дворцовый ансамбль, как будто была пристроена к южному торцу королевской резиденции со временем. Весь город был отсюда как на ладони.
  Наблюдая за тем, как солнце клонится к закату, Ростик не заметил, как появился Мольфар. Старейшина стал рядом с мальчиком, положив руки на каменный выступ окна.
  - Управитель Снов бежал, - без всяких предисловий сообщил он.
  - Управитель Снов?! - удивился Ростик.
  - Да, только что стало известно, что королевский маг покинул город. Он выехал верхом, без кареты или повозки, через южные ворота Мардола. Стража южных ворот сообщила об этом тогда же, когда получила приказ его величества - никого не выпускать из города. К сожалению, приказ припозднился.
  - Значит, за канцлером стоял Управитель Снов? - спросил Ростик.
  Мольфар вздохнул.
  - Король Теодор и преданная ему знать города полагают именно так. Бегство королевского мага стало для них косвенным указанием его причастности к попытке королевского переворота.
  - А вы как думаете? - спросил Ростик. - Ведь если это так, то вы были правы.
  - Прав? - удивился Мольфар.
  Ростик кивнул.
  - Когда говорили, что не обязательно быть сильным магом, чтобы провернуть все это дело со снами, нужно только выбрать правильный способ.
  Мольфар отвел глаза от мальчика и снова вздохнул - в этот раз тяжелее прежнего.
  - Нет, Ростик, я был неправ. Я ошибался. В том-то все и дело.
  - Но почему?
  - Потому что за всем этим мог стоять только по-настоящему сильный маг - равный мне или даже превосходящий меня по силе. Теперь я не сомневаюсь в этом. Мне триста лет. Я знаю всех могущественных магов этого мира. Соответственно, либо это один из них, либо... - Старейшина ордена помолчал и закончил: - Либо это кто-то, чья поистине огромная сила от меня скрыта.
  - Но Управитель Снов... - нерешительно начал Ростик и замолчал.
  - Что ты хотел сказать? - добродушно улыбнулись ему серые глаза Мольфар. - Договаривай.
  - Мне показалось, что Управитель Снов - не очень сильный маг, - сказал Ростик и тотчас смутился: - Но я не уверен. Я в этом не разбираюсь.
  Однако мальчик лукавил: на самом деле ему казалось, что он прав. Ростик помнил, как Управитель Снов, в ту ночь, когда они с Арни за ним следили, упустил одно из кошмарных сновидений - длинную змею с драконьей головой. Перед глазами Ростика и сейчас на фоне освещенной лунным светом залы стояла фигура длинноволосого человека в маске. Что-то такое было в этой фигуре... Ни досады, ни удивления, ни растерянности - как будто для него это было... привычно.
  - Наверное, Санька прав насчет твоей интуиции, - улыбнулся Мольфар. - Вряд ли ловец кошмаров, который регулярно упускает кошмарные сновидения, смог бы создать такого могущественного сервуса.
  Ростик удивленно округлил глаза.
  - Вы знали?!!
  Во взгляде Мольфара промелькнуло лукавство.
  - Не только Арни знакомо заклинание "Ахерорп".
  Ростик задумался.
  - Но тогда... почему Управитель Снов сбежал, если он не виноват?
  Мольфар озадаченно хмыкнул.
  - Могу лишь предположить, что королевский ловец кошмаров чего-то боялся, поэтому и бежал.
  Ростик помолчал и снова спросил:
  - Неужели канцлер и правда объявил бы войну Гелиону? - Мальчик нахмурился. - Если так, то он совсем чокнутый.
  Мольфар посмотрел в сторону горизонта и произнес:
  - Каким бы зловещим, Ростик, не казался замысел канцлера и его тайного покровителя, я убежден: война между двумя городами - лишь часть какого-то большого и ужасного плана. Кто-то захотел нарушить устоявшийся покой нашего мира. Двенадцать городов ждут непростые времена, если мы не разоблачим этого мага, если не остановим его, пока еще не поздно.
  После этих слов седобородый маг какое-то время молчал. Ростик думал, что Мольфар в конце концов спросит его об Ури, но вместо этого услышал совсем другой вопрос.
  - Скажи, Ростик, - повернувшись к мальчику, попросил Мольфар, - ты все рассказал мне о своем посещении Тайндара в этот раз? Ничего не упустил?
  Ростик моргнул, не отвечая на взгляд старого мага. Ему было стыдно, и он чувствовал себя обманщиком, но почему-то не мог признаться, что умолчал о часах, которые видел в небе, в полуразрушенном замке Тарханкута. Нужно было рассказать об этом сразу, говорил он себе. Если он скажет теперь, то Мольфар поймет, что Ростик намеренно утаил от него правду в прошлый раз. Мальчик отрицательно покачал головой.
  - Нет, не упустил. А что?
  Мольфар задумчиво хмыкнул.
  - Меня беспокоит, что ты оказался единственным во дворце, на кого не подействовали сонные чары сервуса. Этому должно быть какое-то объяснение. Я нахожу только одно - это как-то связано с твоим посещением Тайндара как раз накануне событий прошлой ночи. Однако из твоего рассказа следует, что ничего необычного с тобой в Тайндаре не произошло.
  Ростик осторожно сглотнул, начав сомневаться - может быть, все-таки лучше рассказать о часах? Но так ничего и не сказал. Мольфар вздохнул и отвел взгляд от мальчика.
  - Что ж, - произнес он. - Возможно, причина в чем-то другом. В любом случае, в этом нужно будет разобраться. Тот факт, что на тебя не подействовали такие могущественные чары, нельзя считать случайностью.
  Чувствуя себя последним лжецом на свете, Ростик уже хотел было повиниться и все рассказать, когда Мольфар опять заговорил:
  - Есть еще один вопрос, который я хотел бы с тобой обсудить.
  Ростик наконец осмелился поднять глаза на Мольфара.
  - Какой?
  Старый маг повернул голову и посмотрел на мальчика.
  - Ты уже дважды открывал коридор теней, Ростик, и оба раза делал это неосознанно. Я полагаю, это веский повод, чтобы принять очевидное в данной ситуации решение.
  - Решение? - пока не понимая, к чему клонит Мольфар, повторил Ростик.
  Старейшина кивнул:
  - Ты должен начать постигать мастерство тенеуста, а это значит, что тебе нужен учитель.
  Ростик, еще более озадаченный, поморгал. В первый момент, он подумал, что Мольфар сам предлагает учить его, но почти сразу же Ростик осознал свою ошибку. Мольфар говорил о постижении мастерства тенеуста, а это значит...
  Старейшина на миг прикрыл глаза и кивнул, заметив промелькнувшую на лице мальчика догадку.
  - Ты все правильно понял, - сказал он. - Единственный, кто может научить тебя пользоваться своим даром заклинателя теней, это Невер.
  Ростик мгновенно поник. Этого еще не хватало. Невер будет учить его?! Хуже не придумаешь...
  - Но ведь я не могу все время находиться в этом мире, - сказал Ростик, прекрасно понимая, что его слова звучат, как попытка к бегству.
  Мольфар улыбнулся в бороду, словно пытаясь скрыть улыбку. Конечно же, он разгадал тайные мысли Ростика.
  - Мы с тобой говорим об одном из самых сильных тенеустов мира Двенадцати городов. А одна из способностей тех, кто обладает этим даром, - открывать коридоры теней между мирами.
  Ростик тяжело выдохнул, догадавшись, какие слова последуют дальше. И не ошибся.
  - Невер будет учить тебя в твоем мире, Ростик.
  Мольфар так и не спросил ничего об Ури, и мальчик сделал вывод, что старый маг обо всем догадался сам. В конце концов, он был трехсотлетним магом и, наверное, в мире было много такого, что он понимал без лишних слов.
  
  * * *
  
  На следующий день гости покидали королевскую резиденцию Мардола. Во дворе стояло две кареты. Одна из них, запряженная двумя вороными жеребцами, была серебристо-черной - экипаж "Грёз Орфея". Пока мардолские слуги запрягали карету фаталунского короля, на которой стражи ордена приехали в Мардол, Ростик, Санька и Дрю стояли в сторонке, наблюдая за отъездом музыкантов.
  За воротами дворца собралась толпа фанатов группы. Они издавали столько шума, что Ростик с Санькой все время кривились. А вот Дрю, в отличие от ребят, на шум не обращала никакого внимания. Она все время вздыхала и почти не отводила взгляда от Ури.
  - Зря стараешься, - злорадно сообщил Санька.
  - Стараюсь? - нахмурилась Дрю, подозрительно на него покосившись. - Ты о чем?
  - О том, что ты Ури гипнотизируешь, - не моргнув глазом ответил Санька. - Между прочим, только время теряешь.
  - Это почему? - Дрю нахмурилась еще сильнее.
  - Да потому что ему уже девятнадцать лет, а тебе всего двенадцать. Ты для него букашка под микроскопом. Он тебя даже не заметил, пока ты на него влюбленным взглядом пялилась.
  - И ничего я на него не пялилась! - вспыхнула Дрю, покрывшись ярким румянцем. - Влюбленным взглядом... Глупость какая!
  Девочка с важным видом вздернула подбородок и бросила на Саньку взгляд полный превосходства.
  - Он мне просто интересен как личность, если тебе это о чем-то говорит, конечно.
  - Нет, - покачал головой Санька. - Это мне ни о чем не говорит.
  Дрю удовлетворенно хмыкнула, а Санька плутовато ухмыльнулся.
  - Зато мне о многом говорит вот это, - произнес он и, явно подражая голосу и интонации Дрю, промурлыкал, многозначительно закатив глаза: - О-о, У-ур-р-ри-и...
  Ростик не выдержал и засмеялся - до того уморительно у Саньки вышло его кривляние.
  Дрю резко повернула лицо к Ростику и, одарив его убийственным взглядом, так что Ростик проглотил смех, развернулась и пошла прочь, ни разу даже не оглянувшись на карету "Грёз Орфея".
  Ростик осуждающе посмотрел на Саньку и многозначительно хмыкнул. В ответ на что Санька только пожал плечами.
  - Да-а ла-а-адно, - протянул он немного виноватым тоном. - Надоела она со своими влюбленными вздохами. Еще про личность какую-то лапшу на уши вешает. Лучше бы прямо сказала, что втюрилась.
  Санька бросил оценивающий взгляд на подходящего к карете Ури. Походка у голоса "Грёз Орфея" была плавная, мягкая, какая-то воздушная, как будто ногами он почти не касался земли. Поставив одну ногу на ступеньку кареты, Ури повернул голову в сторону стоящих в отдалении ребят. Потусторонний взгляд из-под темных прядей, падающих на высокий лоб и глаза цвета полуденного неба, остановился на лице Ростика, но лишь на мгновение - уже в следующую секунду Ури исчез в карете.
  - Что она в нем нашла? Не понимаю, - пожал плечами Санька, изобразив лицом недоумение.
  Ростик тоже пожал плечами и ответил:
  - Это не она нашла. И, думаю, она вообще не втюрилась.
  Санька повернул к нему голову и посмотрел с недоумением во взгляде.
  - Не понял...
  - Э-э-э... - озадаченно протянул Ростик; он припомнил, что Саньки не было с ними, когда Мольфар говорил о том, как скрытая в Ури магическая сила действует на девушек. Но объяснять это сейчас было долго и неудобно, поэтому Ростик решил отделаться от Саньки обещанием: - Я тебе как-нибудь потом объясню.
  Тем временем из окна кареты высунулась голова Тита, который громко позвал Иво, стоящего в стороне вместе с Фиалкой. Иво обернулся и, откликнувшись широкой улыбкой, махнул рукой, давая понять, что уже идет.
  Фиалка, держа руки за спиной, склонила голову набок, улыбнулась и что-то сказала. Иво рассмеялся своим привычно заразительным смехом, достал что-то из заднего кармана кожаных брюк и протянул девушке. Та высвободила из-за спины одну руку и взяла то, что он ей давал. Пока она рассматривала этот предмет, Иво наклонился, быстро поцеловал ее и бросился бегом к карете.
  - О! - воскликнул Санька. - И эти туда же! Любовь-морковь или, скажешь, что Фиалка тоже не втюрилась?
  - Нет, Фиалка, по-моему, все-таки втюрилась... То есть... это... влюбилась, - ответил Ростик. - И, кажется, взаимно.
  Санька недовольно хмыкнул, хмуро соединив брови на переносице. В этот момент серебристо-черная карета тронулась с места. Пока Ростик смотрел, как покачивается на ходу вывеска "Грёзы Орфея", провожающие музыкантов поклонники толпой ринулись следом за каретой, как только она покинула королевский двор. Последним, что видел Ростик, перед тем, как карета скрылась за воротами, была рука Ури, которую он высунул из окна, чтобы попрощаться со своими поклонниками привычным жестом: соединив вместе все пальцы, кроме оттопыренных указательного и мизинца. Толпа завизжала в ответ, а Ростику вдруг показалось, что вытатуированный на руке Ури ангел шевельнул опущенным крылом. Но так как расстояние было приличное, мальчик списал все на разыгравшееся воображение.
  - Наконец-то уехали, - сказал Санька, когда ворота королевского замка закрылись. - Очень надеюсь долго не иметь счастья видеть их снова, а то не успеешь и глазом моргнуть, как Орден Двенадцати Камней превратится в фан-клуб "Грёз Орфея". Тоже мне... музыкантишки какие-то...
  - Ну, это ты зря так, - послышался за спинами Ростика и Саньки веселый голос, и, обернувшись, они увидели Лиса. - Ребята, по-моему, играют классную музыку. - Арни деловито покивал головой, будто находясь под впечатлением, и добавил: - Лично мне понравился Арий. Только вот не знаю, что мне в нем понравилось больше: его барабаны или этот бесподобный рыжий ирокез на голове.
  Лис погрузил пальцы в волосы и потрепал свою рыжую шевелюру, после чего задумчиво произнес:
  - Себе такой сделать, что ли?
  Санька шумно выпустил воздух из ноздрей.
  - Ну все! - раздраженно пробурчал он. - Надоело! Осталось только найти в ордене поклонника Тита. Пойду поищу. Или сделаю себе татуировку на лбу. К примеру, надпись большими буквами: "Ненавижу Грёзы Орфея!".
  Санька развернулся и направился во дворец.
  - Бедняга, - с иронией протянул Арни, глядя ему вслед. - Совсем ничего не понимает в музыке. Он никогда не сможет стать настоящим фанатом. Как ты думаешь?
  Ростик улыбнулся и качнул головой.
  - Не, не сможет.
  Арни некоторое время молчал, а потом, многозначительно покосившись на Ростика, сказал:
  - Все верно. Каждому своё: один никогда не сможет стать настоящим фанатом, другой никогда не сможет стать настоящим магом. Так?
  Ростику не нужно было быть телепатом, чтобы догадаться на кого Лис намекает.
  - Но самое важное, - продолжал Арни, - что кому-то, возможно, совсем не нужно быть фанатом. Или так: кому-то совсем не нужно быть магом. Верно я говорю, дружище?
  Ростик молча кивнул.
  В этот момент мимо них, то оглядываясь в сторону ворот, то опуская глаза на предмет, который она держала в руках, прошла Фиалка.
  - Эй, сестренка! - фамильярно окликнул ее Лис.
  Она остановилась и обернулась.
  - Если не секрет, конечно, - с неприкрытым интересом косясь на руки девушки, полюбопытствовал Арни, - что он тебе дал?
  К изумлению ребят Фиалка вдруг залилась ярким румянцем и как-то растерянно протянула руку с зажатым в пальцах предметом в сторону Арни.
  Ростик увидел небольшую фотографию, на которой вне всяких сомнений был запечатлен не кто иной, как Иво. Одна его рука лежала на корпусе гитары, другая, с оттопыренными мизинцем и указательным пальцем, была протянута вперед. Поверх фотографии красовался какой-то непонятный росчерк.
  - Дал мне свой автограф, - все сильнее покрываясь краской от неловкости, пробормотала Фиалка и, глянув на фото, смущенно добавила: - Так самоуверенно... Ведь я даже не просила у него автограф. Зачем он мне?
  Фиалка пожала плечами и, продолжая нерешительно держать в руках фотографию, при этом время от времени опуская на нее взгляд, отошла от Лиса с Ростиком и направилась во дворец.
  - По-моему, она расстроилась, - заметил ей вслед Арни.
  - Почему? - не понял Ростик.
  Арни неодобрительно качнул головой.
  - Из-за Иво, конечно! Что тут непонятного? Подарил ей свою фотографию с автографом - как какой-нибудь обычной фанатке.
  Ростик на секунду задумался.
  - А по-моему, он к ней так не отнесся. Мне кажется, он в нее влюбился.
  Лис недоверчиво хмыкнул и посмотрел на Ростика сверху вниз.
  - Ты-то что в этом понимаешь, парень? Почему же он ей тогда подарил фото с автографом, а не сердце на веки вечные, если не отнесся к ней, как к одной из этих девочек из толпы, больших поклонниц "Грёз Орфея", а?
  Ростик неуверенно пожал плечами.
  - Не знаю. Наверное, в этом есть какой-то особый смысл.
  Лис издал скептический смешок.
  - Не выдумывай, салага! - с превосходством старшего похлопал он по плечу Ростика. - Ну какой особый смысл может иметь фотография с автографом?! Фиалку нашу жаль только. Девчонка, похоже, и правда, влюбилась.
  Арни, словно сокрушаясь, покачал головой, но по ироничной улыбке было заметно, что не так уж он переживает за Фиалку.
  Вскоре карета стражей была запряжена и готова к отъезду. Из Мардола стражи должны были выехать вдевятером. Невер покинул город снов еще накануне вечером. Орландо улетел сегодня утром, обменявшись с Мольфаром только парой взглядов, причем Ростик был уверен, что Мольфар из этого безмолвного послания понял намного больше, чем способен был понять кто-то еще.
  Что касается Ростика, то его ожидало возвращение домой - в мир За-Гранью-Теней. Оказалось, что в Мардоле, как и в Гелионе, тоже есть контора Хранителей Границ. Мольфар пообещал проводить мальчика, после чего карета с остальными стражами отправится дальше.
  Ростик, конечно, сказал, что он сам может открыть коридор теней - ведь он делал это уже дважды. Но Мольфар возразил, заметив, что Ростику лучше не прибегать к своему дару до тех пор, пока он не научится правильно им пользоваться.
  Карета остановилась в тихом переулке. Контора Хранителей Границ в Мардоле была самым настоящим близнецом конторы в Гелионе: двухэтажное здание с тремя обшарпанными деревянными дверями и статуями мифических монстров на террасе второго этажа. Только крылья фонарей на столбах перед зданием были не золотыми, как в Гелионе, а стеклянными.
  В этот раз стражи не прощались с Ростиком. Они лишь улыбались ему, встречаясь с ним взглядами, когда мальчик вылезал из кареты. Из-за этого у Ростика было ощущение, что они расстаются ненадолго.
  - Кстати, у меня для тебя есть подарок, - вдруг сказал Лис, высунувшись из окна, когда Ростик спрыгнул с подножки кареты. - На, держи.
  Арни протянул Ростику знакомые очки с металлическим черепом на оправе.
  - Дарю.
  - Это те, что ты купил перед концертом? - спросил Ростик, принимая подарок.
  - Те самые, - ухмыльнулся Лис. - Будешь развлекаться, если соскучишься по двенадцати городам.
  Ростик с сомнением покосился на Арни.
  - Развлекаться видом пустой сцены? - уточнил он и с деланным недовольством протянул: - Ну-у не знаю... Я не уверен, что это очень весело.
  - Бери-бери. - Арни дружески похлопал Ростика по плечу. - Увидишь - это тебя развлечет.
  - Ладно, - улыбнулся Ростик, нацепил очки на голову и, махнув Арни рукой напоследок, сказал: - Ну, я пошел.
  Направляясь к Мольфару и стоящему возле него Хранителю Границ - низенькому старичку с лысиной и мутными, как холодец, глазами - Ростик думал о том, что он скажет в этот раз своему отцу, когда вернется. За все время, проведенное в Мардоле, Ростик старался даже не вспоминать об отце, но сейчас не думать об этом уже не получалось. На самом деле он не знал, чего страшился больше: услышать от отца в очередной раз, что Ростик разочаровал его, или увидеть по его лицу, что отец даже не волновался о нем?
  Именно с такими мыслями мальчик попрощался с Мольфаром и вошел в коридор теней.
  
  * * *
  
  Шагнув из черной тени на свет, Ростик оказался там же, где был в последний раз перед своим переходом в мир Двенадцати Городов - на заброшенной стройке. Наверное, Хранители Границ могли открывать коридор теней только в точку отбытия. В прошлый раз, прочтя заклинание из Тайндара, Ростик открыл коридор теней в собственной комнате - туда же и вернулся с помощью Хранителей Границ. Теперь - стройка.
  Выйдя из пустых бетонных коробок на свет, Ростик обнаружил, что повсюду лежит снег - точно, как в тот день, когда он пришел сюда в последний раз. Значит, времени с его перехода прошло немного. От силы неделя-другая, ведь на дворе стоял март месяц.
  Было светло, и Ростик сделал вывод, что сейчас не больше двух часов дня. В это время года к трем часам дневной свет уже казался тусклым, приглушенным. Застегнув на все пуговицы зимнюю куртку, которую Ростик на всякий случай надел на себя перед тем, как войти в коридор теней, мальчик направился домой.
  Открыв двери квартиры и войдя в коридор, Ростик прислушался - было тихо. Осмотрелся - ни отцовской обуви, ни его сумки нигде не видно. Зато на тумбочке в коридоре лежала записка:
  
  "Если ты решил переночевать у друга, то мог бы предупредить меня заранее. Твое поведение эгоистично и неприемлемо. Когда я вернусь вечером с работы, мы серьезно поговорим об этом".
  
  Подписи не было, но Ростик с легкостью узнал почерк отца. Он ничего не понимал. Переночевать у друга? Что это значит? По самым приблизительным подсчетам в мире Двенадцати Городов он провел две недели. Сколько времени прошло здесь?
  Он бы, наверное, еще долго гадал, что скрывается за словами отца, вертя в руках записку, если бы не услышал звонок своего мобильного телефона. Полифоническая мелодия раздавалась из залы - именно там Ростик бросил свой мобильник перед уходом из дома.
  Скинув с ног кроссовки, мальчик опрометью бросился в глубь квартиры. Вбежав в залу, он в последний момент успел схватить лежащую на диване трубку и нажать на кнопку ответа.
  - Ростька? - спросил в трубке знакомый Лешкин голос.
  - Угу, привет, - задыхаясь, ответил Ростик.
  - Не "угу, привет", а где тебя носило этой ночью?! - почему-то сиплым голосом закричал в трубку Лешка.
  - Ночью? - тупо переспросил Ростик.
  - Ну да - ночью, - подтвердил Лешка. - Вчера поздно вечером звонил твой отец! Хорошо, что я первым подошел к телефону, потому что как раз выходил в туалет. Если бы трубку взял кто-нибудь из моих предков, представляешь, какие у тебя были бы проблемы?!
  - Подожди, - перебил его Ростик. - А зачем отец звонил?
  Лешка помолчал в трубку, как будто вопрос Ростика показался ему самым нелепым в мире.
  - Ты с дерева упал? - с сарказмом спросил он. - Твой отец сказал, что ты ушел из дома и еще не вернулся. Спрашивал, ты у нас или нет.
  Ростик поморгал.
  - Я ему сказал, что ты у меня, - добавил Лешка. - Говорю, мол, я заболел, а ты пришел меня проведать и решил остаться на ночь.
  - А что отец? - спросил Ростик.
  - Сказал: "Хорошо, спасибо" и положил трубку, - ответил Лешка. - Слава богу, что он не нагрянул сюда за тобой.
  Ростик безрадостно выдохнул.
  - Мой отец не пришел бы, не волнуйся.
  - Ну ладно, - успокоился Лешка. - Но в следующий раз предупреждай, что тебя прикрывать надо, чтобы я чего-нибудь не то твоему отцу не ляпнул.
  - Хорошо, - виновато сказал Ростик и добавил: - Извини.
  Лешка в трубке вздохнул.
  - Проехали... Взамен расскажешь мне, где ты был, когда я в школу приду. - Его голос стал более жизнерадостным. - Сегодня мама вызывала мне врача - освобождение от школы получу как минимум на неделю. Здорово, а?
  - Здорово, - подтвердил Ростик.
  - Ну все, меня мама зовет обедать, - выпалил в трубку Лешка. - Пока!
  Ростик уже хотел было отключиться, как приятель добавил:
  - А, кстати, с днем рождения тебя! Извини, что вчера не поздравил. С меня подарок!
  Сказав спасибо, Ростик бросил мобильник на диван, вернулся в коридор, снял куртку и повесил на вешалку, после чего направился в свою комнату.
  Если у него еще и были какие-то сомнения, то последние слова Лешки окончательно все прояснили. Значит, за две недели, которые Ростик провел в мире Двенадцати городов, в этот раз здесь прошел всего один день. В прошлый раз за две недели там здесь миновала неделя.
  Он не знал, почему происходит именно так, но его это устраивало. Конечно, вечером ему предстоит выслушать упреки отца. Но если бы он пропал на две недели, было бы намного хуже.
  Забравшись с ногами на подоконник, Ростик посмотрел в окно. На улице было сумрачно и серо. С высоты пятого этажа мальчику хорошо было видно то, чего он не замечал внизу: снег на обочинах дорог был грязный, небо над городом заволокло сизой мглой. Люди, дома и машины - все казалось унылым и скучным. Ростик почувствовал острую тоску по миру Двенадцати городов. А ведь он только что оттуда!
  Он вспомнил совет Арни: если будет тоскливо, воспользоваться его подарком. Решив, что даже вид пустой сцены на площади в Мардоле сейчас может показаться ему гораздо приятнее, чем увиденное за окном, Ростик вынул очки из кармана и, пожав плечами, как бы говоря самому себе: "А почему бы и нет?", надел их на нос. И в ту же секунду почувствовал, как лицо непроизвольно растянулось в широкой улыбке.
  Там, в черном инклипусе с крылатым металлическим черепом на оправе, гремели барабаны, дрожал воздух от звуков электрогитар, рвущихся из динамиков, а Ури, стоящий на сцене с поднятой вверх рукой, на которой пальцы изображали хорошо знакомый Ростику жест, надрывая голос до хрипа, пел:
  
  В вышине драконья стая -
  Небо пламенем сжигают.
  Ты этого хотел, смотри -
  Ты теперь один из них...
  
  1 марта 2014 г.
  
  
  Приложение
  
  РОК-ГРУППА "ГРЁЗЫ ОРФЕЯ"
  
  Ури. Вокалист. Лидер группы. 19 лет. Сочиняет музыку и стихи к песням группы. Играет на фортепиано. Внешность: прямые, до плеч, черные волосы, голубые глаза, утонченные черты лица. На руках есть татуировки: два плачущих ангела. Молчаливый, живет в мире своих фантазий, очень привязан к старшему брату.
  
  Иво. Гитара, бэк-вокал. 24 года. Старший брат Ури. Внешность: длинноволосый блондин, глаза серые. По характеру добродушный, веселый, смешливый. Помимо гитары играет и на других музыкальных инструментах: скрипка, бубен, флейта и т.д.
  
  Тит. Бас-гитарист. 20 лет. Внешность: брюнет, волосы длинные, вьющиеся, глаза зеленые. Всю правую руку, от плеча до кисти, обвивает татуировка в виде змеи. После Ури пользуется наибольшей популярностью у фанатов группы. Любит находиться в центре внимания, умеет себя подать. Раздает автографы чаще, чем остальные участники группы.
  
  Патрик. Гитарист. 20 лет. Внешность: на голове черный ирокез, на лице пирсинг - по три кольца на каждую бровь. Характер: тихий, скромный, улыбчивый, мало говорит.
   Арий. Ударные. 26 лет. На голове ярко-рыжий ирокез. На лице пирсинг - по кольцу в каждой ноздре. Благодаря грубым чертам лица обладает угрюмой, устрашающей внешностью, но на самом деле отзывчивый и простодушный. Среди фанатов группы бытует мнение, что в крови Ария течет кровь людоедов, от которых он и унаследовал свой кровожадный вид. Сам барабанщик группы эти слухи не подтверждает, но и не опровергает.
Оценка: 6.11*7  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"