# Подаренная сказка. Королева

Kathrin Ander

Окончательная редакция текста полностью - существенные изменения по сюжету и характерам.

Все начинается банально - дитя 21 века оказывается в другом мире. Вот только не ради незабываемых приключений в компании друзей, выполняя очередной замысловатый квест по спасению мира от черного властелина. Ее история начинается с пари и свадьбы, с попытки доказать свое право быть равной, в мире где правят мужчины, а женщины интригуют за их спиной. Новая жизнь, новые друзья, потрясающий успех. Только вот ничто не дается легко и просто так, за все приходится платить. И плата порой оказывается слишком высока для хрупких женских плеч, для той, что так и не услышит обращенного к ней 'мама'. Но уж если ты решила стать полновластной КОРОЛЕВОЙ, то готовься к тому, что не всем ты придешься по вкусу, готовься к дворцовым интригам и покушениям, готовься к тому, что придется забыть об отдыхе и сне, готовься к жертвам, которые от тебя потребуют новый долг. Но путь выбран, правильный ли рассудит время, а пока сворачивать с пол пути не в принципах Эллис, ведь где-то там ее ждет такая манящая свобода.

Пролог.


В этом году начало сентября выдалось непривычно теплым для Сибири, и люди радовались последней возможности пощеголять в летних нарядах. Вот и Эллис, убегая на работу, не удержалась и облачилась в свой любимый льняной костюм. Подчеркнуто строгий, как и требовалось на работе в серьезной конторе, но в то же время сексуальный, почти на грани приличия, как раз в ее стиле. Стоило только снять пиджак, и взору представали плотно облегающие, просвечивающие бежевые брюки и приталенная безрукавка с прозрачными светло-розовыми цветами из шифона. Она не была красавицей, но как показывала практика, для мужского внимания это и не нужно.

Имя же этой девушки совершенно не сочеталось ни с отчеством, ни с фамилией, но для ее родителей это не имело значения. Песня "Allice" популярной некогда группы "Smokie" зажгла в двух сердцах яркое пламя любви, и это предопределило имя ребенка. Так появилась на свет просто Эллис.

Она шла по улице и ругала себя за идею вернуться из университета пешком. Как же, хорошая погода, клонящееся к закату солнышко на лазурном небе, и вместо десяти минут в душном автобусе около получаса неспешным шагом - отличная прогулка перед сном. Только вот поднявшийся холодный ветер спутал все планы, как ни как, а осень уже вступала в свои права. От тщательно сделанной утром укладки не осталось и следа, колорированые волосы чуть ниже плеч, хоть и не отличались особой густотой, но теперь так и норовили залезть в лицо, прилипнуть к остаткам блеска на губах, в общем, вели себя самым неподобающим образом. Льняная безрукавка с глубоким вырезом, да еще и с шифоновыми вставками совсем не грела, продуваемая насквозь. А пиджак был еще днем забыт на работе и теперь, чтобы не замерзнуть, ей пришлось почти сразу перейти на очень быстрый шаг. Какая тут неспешная прогулка, какое наслаждение последними лучами солнца, уже наполовину скрывшегося за горизонтом, когда хочется поскорее добраться до тепла родной квартиры!

Мимо девушки пролетали машины и автобусы, но она продолжала стойко идти вперед, полагая, что садиться на автобус и выходить через одну остановку уже не имеет смысла. Если она принимала решение, то никогда не сворачивала с выбранного пути. "Раз уж решилась на такую авантюру, не подумав о последствиях, то иди и не жалуйся, - наставляла она саму себя по дороге, - в следующий раз лучше оценишь ситуацию, прежде чем принять решение".

Ей осталось перейти дорогу, подняться в горку и уйти во дворы. Эллис осмотрелась по сторонам, и, дождавшись, когда поток машин замрет перед красным огнем светофора, сделала шаг и исчезла, то ли растворилась, то ли растаяла в загазованном уличном воздухе. Мир почувствовал легкое вмешательство, но, поняв, что это ему ничем не грозит, успокоился. Он очень быстро забыл о том, что в нем жила девчонка с красивым именем Эллис. Она могла бы многое сделать для этого мира, но превратиться из пешки в ферзя даже ей было бы не по силам. Лишь нескольким людям удалось сохранить в своем сердце память о той, что так неожиданно для себя покинула бренную землю. Как жаль, что им ее дальнейшая судьба так и осталась неизвестной...


Часть 1: Успехи


Глава первая. Здравствуйте, я ваш муж.


Его величество Ксаниэль сидел на троне и откровенно скучал. Странно, вот так в огромной пустой зале ожидать явления своей будущей супруги из ниоткуда. Но таковы традиции и не ему столь неприлично молодому для короля их менять.

Когда-то давным-давно, так давно, что этого времени не помнит даже долгоживущая нелюдь, существовали Первые. Они пришли в этот мир и породили в нем жизнь - создали представителей тринадцати рас. Они были величайшими магами и путешественниками по мирам. Но их творения получили лишь небольшие крохи знаний, и одно действующее до сих пор заклинание. Какие цели преследовали этим созидатели, покрыто мраком сотен веков, но вечное заклинание продолжало исправно работать сквозь незаметно бегущие годы. Раз в сотни лет, а порой и тысячелетия оно отправляло в этот мир иномирянку - избранницу Первых, ту, которой они завещали нелегкое бремя королевы. Возможно, они хотели вечного мира и стабильности на столь приглянувшейся им планете, а может, и вовсе задумали нечто ведомое лишь им одним. Но стоило пошатнуться равновесию, стоило начаться волнениям, ропоту, или же душами больших масс овладевали идеи войны, как первому же юному принцу сообщалось о чести взять в супруги иномирянку. И уже сам ее приход нередко охлаждал особо ретивые умы, приводил к свержению воинственно настроенных правителей других рас, но порой королевам и собственных мужей приходилось усмирять. Они все ненавидели войны, они все были хранительницами очага и мира в доме, и они всегда добивались желаемого, эти девушки, которым подарили сказку....

Когда юному Ксаниэлю исполнилось десять лет, он как, и все наследники трона до него, посетил главный храм Первых, материальное воплощение заклинания. Тогда-то и стало известно, что принцу уготована судьба взять в супруги избранницу. Многие расстраивались от такой участи, ибо не все обещало быть ладно в королевстве, не всякий хотел оказаться правителем в смутное время, но многие и радовались, ожидая великой любви, что всегда скрепляла сердца короля и королевы.

Молодому же принцу не хотелось ни беспокоиться, ни жить предвкушением и он пошел третьим путем, решив, пусть будет, что будет, а он просто возьмет от этой жизни все. И его полностью поддержали родители, так любившие своего единственного наследника, и так переживавшие о том смутном будущем, что ему грозило. С тех пор Ксаниэль смело мог рассчитывать на исполнение любого своего пожелания. И он ударился во все тяжкие, прожигая жизнь так, как это принято у золотой молодежи всех времен и миров. Он кутил во всех хоть сколько-то подходящих для этого местах королевства и не только него, ввязывался в самые авантюрные дуэли, устраивал грандиознейшие охоты, не боясь в качестве дичи использовать опасные порождения проклятых мест. И, конечно же, активно портил юных аристократочек, не опасаясь, что, застав его в комнате дочери, отец влиятельного семейства потребует свадьбы с его попорченной стараниями его высочества, дочерью. И не важно, что до принца успел постараться кто-то еще, а может быть, и не один. Так что его величество Ксаниэль еще до своей коронации успел прослыть на все королевство первым бабником. Лишь его мудрая прабабка-эльфийка, да еще несколько старых и почтенных учителей, положенных юному принцу, пытались образумить его, и, как это ни удивительно, будущий король все же учился прилежно и старательно, вот только от прочих увлечений отказываться никак не желал.

А потом случилось непредвиденное, печальной вестью ворвавшееся в душу каждого жителя королевства. Несчастный случай унес жизни короля и королевы. Еще совсем молодой принц, несовершеннолетний ребенок по меркам носителя эльфийской крови, которому едва исполнилось двадцать пять лет, который мечтал еще не меньший срок посвятить всем удовольствиям жизни, вдруг стал королем не меленькой страны. Два года он приходил в себя, а на двадцать седьмой день рождения ему сообщили точную дату появления будущей супруги. Заклинание не ошиблось и в этот раз.

Ксаниэль продолжал скучать, размышляя над тем, как весело удалось бы провести это время. Ведь уже третий день во дворец съезжалась вся знать страны в ожидании предстоящих торжеств. И приехавшие вчера близняшки Аривиали весьма недвусмысленно строили глазки его величеству. А эта парочка блистала немногим меньше его самого.

Несмотря на два года усердной работы на благо страны, он так и не стал королем по духу, радуясь отлаженному механизму управления страной и неплохому кабинету министров, заботливо созданному еще его родителями. Пока это сводило его королевское вмешательство к минимуму, который все равно требовал от Ксаниэля огромных усилий. И, пожалуй, в глубине души он с нетерпением ждал свою королеву, надеясь на ее помощь, иначе, зачем еще ему эта избранница нужна.

Задумавшись, его величество не сразу заметил, как появилась она. Девушка возникла в паре метров от тронного возвышения и теперь недоуменно рассматривала огромный зал. А там всегда было на что посмотреть: гобелены эльфийской работы, мозаика на полу из пород каменного дерева, что только у тех же эльфов произрастает, и попробуй их еще уговори срубить хоть одно деревце, шпалеры с россыпями драгоценных камней и хрустальные витражи в огромных сводчатых окнах.

Ксаниэль поспешно принял надлежащее королю положение на троне, не забыв рассмотреть иномирянку. Девушка была одета по-мужски, в соблазнительно просвечивающие, облегающие ее стройные ноги штаны неведомого покроя. Ее верх слабо прикрывала и вовсе местами прозрачная ткань. Но, по мнению короля, любителя пышных форм, ее небольшую грудь не спасал, ни глубокий вырез, ни прозрачность одеяния. Шея, плечи и руки оказались обнажены, и, судя по всему, девушка замерзла то ли перед перемещением, то ли во время него. Взъерошенные жиденькие волосы трех или четырех светлых и темных цветов, ничем не примечательное лицо, слегка великоватый нос и, наоборот, небольшие глубоко посаженные глаза завершали картину. И, тем не менее, ее хорошая фигура, а так же несомненно подходящее ей странно откровенное одеяние понравились Ксаниэлю.

Девушка все это время продолжала заинтересованно разглядывать зал, совершенно игнорируя торжественно сидящего на троне Ксаниэля. Король даже начал недоумевать от такого пренебрежения к собственной персоне. Но когда девушка наконец-то перевела на него взгляд, его величество едва не сверзился со своего седалища, вмиг растеряв всю свою официальность. Взгляд иномирянки оценивающе заинтересованно скользнул по королю, полный уверенности в себе, он не имел ни капли того восхищения, которое Ксаниэль так ожидал увидеть. Наоборот, на него смотрели, словно на вещь, прикидывая при этом, как лучше ею воспользоваться, или еще хуже: так смотрит оголодавший зверь на свою будущую добычу.

Очутившись в тронном зале, Эллис удивилась лишь слегка, что поделать, у нее едва ли не с рождения были проблемы именно с этим чувством. Пожалуй, если что и удивляло девушку в этот момент, так то, что перед этим ее не сбивала машина. Сей факт, она помнила твердо - все-таки даже на дорогу выйти не успела. Но в большинстве прочитанных ею книг главные герои, всегда предварительно погибали в своем. А когда изо дня в день мечтаешь о том, чтобы оказаться в другом мире или в любой другой необычной ситуации, то, наконец-то достигнув желаемого, отчего-то воспринимаешь это как должное, и никакой романтики. По крайней мере, она воспринимала эту ситуацию именно так. Вот и сейчас, рассматривая место своего пребывания, Эллис уже думала о том, как правильно повести себя на новом месте. Подражать многочисленным попаданкам сразу же бросаясь во все тяжкие ей не хотелось. А с другой стороны ей еще больше не хотелось терять уже привычную роль хозяйки положения.

"А вот и он сам", - решила девушка, обнаружив на троне мачо, словно сошедшего со страниц дамского глянцевого журнала. Ожидающий ее мужчина выглядел очень молодо, совсем мальчишкой. Высокий, широкоплечий, даже под многослойной одеждой ощущалась сталь накачанных мускул, и все это странным образом сочеталась с какой-то нечеловеческой утонченностью и изысканностью. Правильные черты лица, красивые глаза изумрудного цвета и чувственные губы, так и манящие впиться в них страстным поцелуем, непременно французским. Лицо обрамляли золотистые волосы, прикрывающие золотой же обруч, изыскано инкрустированный драгоценными камнями.

Бросив на венценосную особу первый взгляд, Эллис быстро определила в нем человека, избалованного вниманием окружающих и совершенно не готового к такому вызывающему пренебрежению. Неожиданно у девушки проснулось "хорошее" настроение, этакое состояние абсолютной вседозволенности, когда кажется, что нечего терять, когда происходящее вокруг воспринимается то ли сном, то ли иллюзией, а разум умолкает, оказавшись на задворках сознания. Как бы ни казалась она самой себе абсолютно спокойной, как бы ни гордилась своей гибкой психикой и стрессоустойчивостью, у любого человека есть предел, за которым отказывают тормоза и остается только нестись вперед.

Теперь она внимательно рассматривала мужчину холодным расчетливым взором, прикидывая в уме, как и на что он способен. Эллис прекрасно знала, что при таких мыслях она становится похожа на оголодавшего вампира, наконец увидевшего в темном переулке тонкую девичью шейку, с такой манящей, бьющейся в такт сердцу жилкой. Ее так и подмывало облизать губы и оскалиться, что она, впрочем, и сделала, совсем немного поколебавшись. Даже если эта шалость обошлась бы ей ценою в жизнь, выражение на лице короля стоило того.

Однако молчание затягивалось, а она нуждалась в информации.

- Приветствую, - сказала девушка, глубоко поклонившись, тигра за усы она уже подергала, пора было вновь проявить благоразумие. - Я буду глубоко вам благодарна, если вы подскажете мне, как следует к вам обращаться, а так же причину, по которой я нахожусь в этом месте, да еще так неожиданно для себя?

Когда девушка заговорила, Ксаниэль смог расслабиться: голос у нее оказался вполне приятным, говорила она вежливо, и возникший перед этим ореол хищницы исчез, словно его и не было, словно Ксаниэлю со скуки начало мерещиться непонятно что. Впервые Ксаниэль не представлял, как вести себя с девушкой.

- Приветствую и вас, прекрасная юная леди, - при слове "прекрасная" юная леди едва заметно дернула уголками губ, словно она отлично знала, что уж прекрасной-то он ее точно не считает. Привлекательной возможно, но не прекрасной. Король же едва не поперхнулся от самокритичности или все же реалистичной прагматичности, но продолжил, стараясь вернуть себе невозмутимый вид: - Позвольте представиться, король объединенного людского королевства западного материка, Ксаниэль. А причина, по которой вы, леди, оказались в тронном зале моего дворца, такова, что требует весьма подробного рассказа и большого количества времени.

- Ваше величество, я буду вам премного благодарна, если у вас найдется, хоть немного времени для самых коротких объяснений, или же пара слов для соответствующего приказа. Это так тяжко прибывать в неизвестном месте в полной неизвестности относительно своей дальнейшей судьбы.

Закончив проникновенную речь, девушка сняла со своего плеча большую и тяжелую сумку странного покроя, и опустила ее на пол - разговор по всему предстоял долгий. Эллис было не по себе, из глубин подсознания уже выбирался страх, и она начала жалеть, что так глупо показала свое истинное лицо в самом начале. Хотя сейчас, когда голова опять работала в нормальном режиме, кое-какие варианты использования этой оплошности себе на пользу уже просчитывались ею.

Речь девушки удивила короля. Не ожидал он от нее столько вежливости и смиренности, другими всегда представлялись ему избранницы Первых.

- Мы, как лицо, обремененное полнодержавной властью, и высочайшей заботой о благосостоянии подданных, к сожалению, не владеем своим временем в полной мере. И мы были вынуждены ожидать вас с того момента, как ярколикое солнце показало свое сияние над бескрайней морской гладью, а сейчас оно уже стремится скрыться за далью высоких лесов. За день накопилось много дел, которые требуют нашего неусыпного внимания и контроля.

Ксаниэль понимал, какой бред несет и как выглядит в глазах своей будущей жены, но он никак не мог решиться сказать самое главное, словно непонятный страх пронзил его насквозь. Такого с ним еще не бывало и это пугало куда сильнее. Вот он и говорил непонятные речи про собственную занятость, надеясь, что все разрешится быстро и само собой.

- А причина, озвученная в нескольких словах, боюсь, может повергнуть вас в шок и породить целый ряд никому не нужных проблем. Но все же мы, так и быть, милостью нашей рискнем посвятить вас в суть заданного ранее вопроса, пусть и излишне кратко. Через семь дней вам надлежит стать нашей супругой. Посему надеюсь на ваше благоразумие, извечная женская истеричность по поводу и без нами не приветствуется.

- Спасибо ваше величество, и простите за невольно вызванную мною задержку. Меньше всего мне хотелось бы отрывать ваше величество от столь важных государственных дел. Следует ли мне знать еще что-то важное? И каковы будут ваши дальнейшие распоряжения?

Эллис безупречно играла покорность королю и судьбе. Она очень вовремя успела вспомнить, что она женщина, а не неприлично юный руководитель проектной группы. В ситуациях со столь высокой неопределенностью всегда лучше заставить противника поверить в свою покорность и слабость, заставить его недооценивать тебя. А король после его слов о свадьбе мгновенно стал ее противником. Она слишком хорошо знала такой тип мужчин, слишком отчетливо видела в его глазах, как уже стала собственностью. И ждать чего-то хорошего ей, привыкшей к свободе и независимости, от этого не приходилось. Она не сомневалась, что придумает выход, главное чтобы хватило времени и терпения, удалось получить нужную информацию.

И все же предложение короля порадовало Эллис, порадовало несказанно. Она уже предвкушала все открывающиеся перед ней возможности. Это был просто предел мечтаний для весьма успешной начинающей бизнес-леди ее мира, в меру феминистичной и стервозной. Но в любом случае, она непременно хотела отстоять свою свободу, потому что иначе просто не сможет жить, она уже сформировавшаяся сильная личность, истинная отягощенная эмансипацией леди двадцать первого века. А матриархат встречается крайне редко, и уж точно не в этом мире. Хотя, в крайнем случае, у нее всегда будет шанс осторожно устранить супруга и стать регентом при своих детях. Вот только стоило непременно проверить, не палка ли это о двух концах. А то мало ли, для каких кровавых ритуалов может понадобиться новоиспеченная королева.... Ну и про саму возможность регентства тоже стоит узнать заранее.

- Если вы согласны и не имеете ничего против...

- Конечно нет, ваше величество, как я вообще могу посметь отказаться.

- Тогда дальнейшие подробности и о вашей судьбе, и о месте, где вы оказались, вы сможете получить от вашей камеристки. Она ожидает вас по ту сторону от выхода из тронного зала вместе с пятеркой гвардейцев назначенных вам в сопровождение.

- Еще раз спасибо, ваше величество, за то, что смогли уделить мне время, разрешите теперь откланяться, не смею больше отрывать вас от столь важных дел управления странной.

Эллис всем своим видом выражая смиреннее, подхватила с пола сумку с ноутбуком и отправилась к огромным створчатым дверям, больше похожим на произведение искусства. Стоило ей приблизиться к ним на расстояние пары метров, как они самостоятельно распахнулись, заставив девушку довольно улыбнуться. Такой уровень развития технологий или магии ее более чем устраивал. Эллис совершенно не хотелось оказаться в классическом средневековье с его громадами мрачных замков, грязью, антисанитарией и амбре от немытых тел.

Когда массивные створки сомкнуться за ее спиной, девушка огляделась в поисках своей камеристки, замершие гвардейцы статуями стояли по обе стороны дверей. Служанка, судя по всему, сладко посапывала в тени ниши с весьма оригинальной статуей. Других кандидатов на роль обещанной камеристки Эллис не обнаружила, поэтому она подошла к нише и тихо кашлянула. Девушка подскочила от неожиданности, так что ее лоб едва не встретился с крылом местной горгульи, и вытянулась по стойке смирно:

- Простите ваше высочество, такого больше не повторится, вы вправе наказать меня на свое усмотрение! - буквально выкрикнула девушка на одном дыхании.

Ну и порядки у вас, - подумала Эллис, разглядывая служанку. Та оказалась куда миниатюрнее своей госпожи. Самая обыкновенная фигура, непримечательное лицо с легким налетом кукольности, но все еще живое. Лишь внимательный цепкий взгляд не сочетался с тем выражением покорности, которое она тщательно изображала. Скорее всего, еще пару минут назад так выглядела и сама Эллис, только вот в отличие от камеристки она куда старательнее скрывала свои глаза от короля. Теперь же настоящее предназначение прислуги у будущей королевы не вызывало сомнения. И Эллис мгновенно собралась, ей предстояло играть новую роль постоянно, даже когда кажется, что вокруг нет ни души. У стен наверняка будут и уши, и глаза. И это вполне можно использовать, если учитывать при построении собственных планов, в качестве источника дезинформации....

- Ничего, ничего, - поспешно и словно робко заговорила Эллис, - это ты прости, что напугала. Меня Эллис зовут, просто Эллис.

- Простите, но это слишком большая честь для меня, ваше высочество. Я пре-виконтесса Миларина Ромуаль, но дома меня называли Мил, зовите меня, как вам будет удобнее.

Эллис удивилась. Хоть она никогда и не слышала о пре-виконтах, но, то, что это дворянский титул было очевидно, как и значение слова камеристка - служанка. Но титулованная дворянка в роли служанки, а не придворной дамы, этого будущая королева представить себе не могла.

- Миларина, почему ты служанка, ты же дворянка?

- Ваше высочество я не служанка, я камеристка.

- Но это же одно и то же.

- Ох, простите, ваше высочество, в вашем языке наверное просто нет точно такого же понятия или вы его не знаете. Но у нас камеристкой может быть только носящая титул, это должность при королеве. И это очень высокая честь для меня вчерашней горожанки и простой служанки получить ее.

За что именно получила столь высокую должность эта девушка, Эллис даже не сомневалась.

- Миларин, проводи меня тогда, пожалуйста, в мою комнату, а разговор продолжим по дороге. И если тебе не трудно, расскажи, в чем все же отличие, где я вообще оказалась и почему король обязан жениться именно на мне, а то его величество был столь занят. Государственные дела это, наверное, так сложно, так много времени отнимает...

Камеристка шла впереди и ее лица Эллис теперь не видела, но в его выражении после своих слов она не сомневалась. Король бабник, и его сегодняшние дела явно имеют вид пышногрудых девиц. Фырк на грани слуха, окончательно подтвердил сложившееся в голове у Эллис впечатление. А следом на нее обрушился настоящий потоп из самой разной информации. И Эллис сосредоточилась на ней, боясь упустить хоть одну детальку.


Ксаниэль задумчиво смотрел на закрывшиеся массивные створки парадной двери. Он не знал, что и думать об иномирянке. Она вела себя как идеальная невеста, покорно и смирено, так как подобает женщине. Это было правильно, и он хотел этого, или не хотел... Червячок разочарования грыз его где-то в глубине. Избранница первых должна быть сильной. Должна быть настоящей властительницей, хищницей, которой показалась ему в первое мгновение. А должна ли? А показалось ли? Ответов на эти вопросы Ксаниэль не знал, лишь все больше терялся в ворохе все нарождающихся вопросов и догадок.

Неприметная дверца позади трона открылась почти бесшумно, и из небольшой, но удобно обставленной комнаты вышел лучший друг короля герцог Кэриен Каэрсанит.

- О ваше несравненное величество, удалось ли прекрасной леди, нареченной вам в будущие супруги усладить ваши очи своею иномирскою красотою? - в несколько шагов герцог не только обогнул огромнейший трон, но и сумел почти по всем правилам предстать перед своим правителем, отвесив достаточно глубокий, в соответствии с этикетом, поклон, но при этом не опустив взора лукавых глаз. После чего его высочество, недолго думая, уселся прямо на тронные ступеньки. Хоть он и слышал все происходящее в зале, но его должностные обязанности давно приучили герцога к тому, что информация лишней не бывает. Особенно если учесть, что его убежище оборудовалось отнюдь не как наблюдательный пункт, и лицезреть будущую королеву ему оттуда не удалось.

- Кэр, она же совершенно непримечательна в плане внешности, не страшная, но и не красивая. Да и вообще какая-то никакая. Прямо идеальная жена, мечта любого, кроткая и покорная.

Ксаниэль, покинул жесткий трон, успевший ему надоесть за день, и перебрался на ступеньки к своему другу. Ему, в отличие от герцога, совершенно не хотелось говорить высокими обтекаемыми фразами. Он никогда не любил подобные словесные реки с мутной водой, и многочисленные знакомства за пределами дворца только способствовали этому.

- Не повезло тебе друг, - уловив настроение сюзерена, Кэриен, недолго думая, выкинул из своей речи все лишние слова, не забыв при этом одной рукой ободряюще хлопнуть короля по спине, а второй телепортировать бутылку вина и бокалы из своей комнаты. Король, привыкший к подобным выходкам единственного друга, лишь обреченно вздохнул. А вот Кэриен неожиданно продолжил, попав как всегда в точку: - Но что-то при этом все равно не дает тебе покоя, так?

- Да, - коротко ответил король, дожидаясь бокала с вином, чтобы промочить горло. - Когда она взглянула на меня, знаешь, она показалась мне хищницей, которая примеряется, с какого бока начать есть свою добычу. А потом заговорила, так спокойно, так покорно. И еще мне показалось, что она ничуть не удивилась, ни тому где и как очутилась, ни дверям что сами по себе перед ней открываются. Знаешь же, каких только реакций раньше не было. Но такое спокойствие, вроде как и робкое, но...

- Ксан, очень похоже, эта девушка не так проста, как кажется. Ты видел ее глаза?

- Нет, даже не пытался их рассмотреть, какие-то невзрачные, вроде как серо-голубые.

- Да не о том я, если она все же хищница, что играет роль жертвы, какой бы хорошей актрисой она не была, глаза выдадут настоящую суть. При каждой возможности старайся смотреть ей в глаза.

- Кэр, но что нам это даст? Она же не враг, она избранница первых, она здесь чтобы помочь нам.

- И все же лишняя осторожность не помешает. Знаешь, я не хочу, чтобы моего друга, скажем, отравили во благо мира во всем мире.

- Кэр, ты что?

- Не обращай внимания, это у меня служебная паранойя. Но завтра я обязательно познакомлюсь с твоей невестой и пообщаюсь с ней.

- Так, только не напугай мне будущую жену, а то, что я с ней потом делать буду.

- Не переживай, я только ее коварно соблазню, надо же проверить устойчивость будущей королевы к нашим многочисленным соблазнам.

- И это мой лучший друг! Не успела у меня невеста появиться, как он уже обольстить ее пытается! - наигранно возмутился король, но тут же нахмурился. Практически развалившись на ступеньках, он с грустью отметил, что чем-то его эта девчонка все же зацепила. Одна мысль о том, что кто-то из мужчин может увидеть ее в сегодняшнем наряде, пробуждала в нем бешенство. Она должна быть его и никого больше, а уж какое ей место отвести в своих предпочтениях он сам решит.

- Ладно-ладно, не хмурься, соблазнять не буду, и прослежу, чтобы никто более тоже не посмел. А говоришь внешность ничем не примечательная.

- Да причем тут внешность, ты бы видел, как она была одета, я бы сказал, скорее раздета. Мало того что одежды минимум так все еще плотно облегающее и просвечивающее. Я же ее нижнее белье во всех подробностях рассмотрел, пока она стояла.

- Ну а чего ты хочешь, другой мир, другие нравы. Может это у них вообще верх консерватизма.

- Хороший мир, но мне все равно это не нравится.

- Не беспокойся, я думаю, у нее хватит ума следовать местной моде. Кстати, ты даже имени ее не спросил.

Остатки вина оказались в бокалах, а пустая бутылка исчезла в направлении, ведомом лишь одному герцогу.

- Демоны! - король ударил себя по лбу.

- Ладно, завтра на утреннем докладе узнаешь ее имя. Но что ты намерен делать остаток вечера?

Кэриен плавно поднялся на ноги. Разговор близился к концу, а дел у службы безопасности всегда очень много. При таком скоплении аристократии во дворце да подготовке грядущих мероприятий времени на отдых совершенно не остается.

- Пожалуй, воспользуюсь вчерашним приглашением близняшек Аривиали. Не подскажешь, в каких именно покоях их разместили?

- Ты неисправим, я уже устал проверять всех твоих женщин на предмет причастности их к очередному заговору.

- Кэр, у меня скоро свадьба, стоит повеселиться напоследок. Так что там с покоями?

Кэриен недовольно скривился, но ответил.


Дверь плавно открылась от легкого прикосновения. Дворец был построен на славу и содержался в идеальном состоянии. Эллис, играя в робость и нерешительность, вошла в первую комнату своих апартаментов. Двое из гвардейцев остались снаружи, остальные и пре-виконтесса последовали за ней.

- Что это за комната? - тихо, почти шепотом и с беспокойством в голосе спросила будущая королева, словно испугавшись предназначения столь мрачного помещения. Эллис даже вся как-то скукожилась, изображая страх перед всем новым. Багровые тона, изобилующие в этом помещении, создавали мрачную гнетущую атмосферу.

- Это малая гостиная, госпожа, здесь ваши гости ожидают аудиенции, - скороговоркой ответила Мил. Умение этой девушки говорить очень быстро и очень много слегка напрягало Эллис, но в то же время лучшего источника информации и придумать нельзя. За не слишком долгую дорогу избранница Первых получила массу знаний почти из всех сфер жизни, наверняка предварительно одобренную, как дозволенную достигнуть ушей неизвестной и непонятной невесты короля. Молчаливых гвардейцев будущая королева и вовсе старалась не замечать, но помнить о них и имеющихся у них ушах помнила.

Будущая королева вздохнула облегченно, скрывая за этим непрошенную улыбку - ее предположение о назначении комнаты подтвердилось. После секундного колебания она легонько толкнула следующую дверь, и оказалась в еще одной гостиной. Эта комната раза в два превосходила по размерам предыдущую и имела оформление в темно-синих тонах. Почти всю стену напротив занимало огромное окно, сейчас наполовину занавешенное тяжелыми портьерами. А центральную часть соседней стены украшал камин, в котором уже потрескивал заранее разведенный огонь.

- Скажи, пожалуйста, куда ведут остальные двери? - спросила девушка, приметив еще пару дверей, абсолютно идентичных той через которую они вошли. Сейчас они остались одни, гвардейцы не переступили порог большой гостиной.

- Дверь, что справа, ведет в ваш кабинет, а та, что слева, в будуар и дальше в спальню, из которой можно также попасть в гардеробную или ванную комнаты.

- Мы можем пойти в ванную? - продолжая играть в нерешительность, спросила Эллис, и, получив утвердительный кивок от пре-виконтессы, улыбнулась робко и неуверенно, но очень располагающе.

Огромная каменная ванна, устроенная в полу, своими размерами больше соответствовала небольшому бассейну. А камень, отполированный до блеска, вполне мог являться местным аналогом мрамора. Вдоль стен помещения располагались полки с множеством баночек и бутылочек. Такого их количества девушке не доводилось видеть, даже в косметологических салонах. Выделенные Эллис апартаменты произвели на нее приятное впечатление, одна только ванная по площади соответствовала ее родной квартире. Какой человек в здравом уме откажется от таких возможностей, главное, чтобы они не вскружили голову и не начали управлять тобой.

- Миларин, а с чем принимают ванны? У вас есть что-то вроде соли, ароматизаторов, пены? - спросила Эллис, осторожно присев на краю "ванны", и пробуя воду на ощупь, та оказалась приятно горячей.

- А какой запах вы предпочитаете? - камеристка поспешила к одному из баночных рядов.

- Я даже не знаю, Миларин, ведь наши миры навряд ли настолько похожи, чтобы ароматы моего были и в вашем, может мне лучше самой понюхать?

- Да конечно, вот этот ряд - это благовонья.

- А еще что-нибудь полезное у вас есть? - спросила Эллис, уже поднося к лицу первую баночку с жидкостью красного цвета. В нос ударил запах белых роз, однажды подаренных ей на день рождения другом, но все же немного другой: несколько более терпкий, с легким привкусом горечи, очень уж похожим на полынь - странное сочетание.

- Так, вот это различные добавки, чтобы снять напряжение или усталость, взбодриться или расслабиться, для улучшения цвета кожи, для придания ей гладкости и шелковистости, и так далее, там, в общем-то, все подписано, - только тут Эллис заметила, что на баночках есть множество закорючек, очень напоминающих надписи. К сожалению, прочесть эти закорючки она не смогла. Способность говорить и понимать девушка получила от заклинания, перебросившего ее в этот мир, по крайней мере, так это объяснила камеристка, рассказывая про различия в понятиях. Камеристка в их мире исполняла роль постоянного сопровождения при королеве или невесте короля, а так же от ее имени общалась со слугами, по сути, являясь доверенной управляющей.

- Прости, но, кажется, ваше заклинание не научило меня читать.

- Ой, простите меня, ваше высочество, какая же я глупая, что не подумала об этом. Все перечислять будет слишком долго. Вы раздевайтесь да полезайте в ванну, и скажите, что вы желаете получить в итоге, а я уже добавлю все, что нужно...

Горячая вода расслабляла, снимала накопившуюся за день усталость. Успокаивающе позвякивали баночки. Волна чарующих ароматов разливалась по комнате, а Миларина выливала в воду один флакончик за другим. Эллис так расслабилась, что не заметила, как ее окунули в воду с головой. От неожиданности она едва не наглоталась воды, но возмущаться не стала - сама виновата. Служанка наверняка ее предупредила, только вот она слишком расслабилась и прослушала. Местный шампунь оказался на волосах девушки. Нежные и в то же время сильные руки принялись массировать голову. Эллис едва слышно постанывала от удовольствия. Уже давно парикмахерская стала для нее самым надежным средством от любых проблем, депрессий, хандры и всего прочего. Ничто так не успокаивает, как умелые руки парикмахера, приятно массирующие голову. Очередное окунание вновь вырвало будущую королеву из объятий неги. И опять нечто нанесено на голову, касание рук, и дикое желание, чтобы почесали за ушком, чтобы можно было по-кошачьи помурлыкать в ответ. А потом еще целая серия процедур, прямо как в первоклассном спа-салоне.

Из ванной они выбрались где-то через час, а может и больше. Эллис, замотанная на несколько раз в огромнейшее полотенце, своими размерами больше походящее на простыню, последовала за Мил в гардеробную. Как оказалось, туда можно было попасть не только из спальни, но и напрямую из ванной. Гардеробная своими размерами ничуть не уступала ванной комнате, но, к счастью Эллис, оказалась заполнена едва ли на четверть. Вот только увидев находящиеся там наряды, ее высочество пришла в ужас, хотя и ожидала чего-то подобного, встретив по пути из тронного зала, пару местных дам, до синевы затянутых в корсеты, окруженных ворохом кринолиновых юбок в платьях ядовито-розового цвета с изумрудной и сапфировой отделкой. Она, конечно, ничего не имела против розового и в четко дозированных объемах любила этот цвет. Но тут его оказалось слишком много, вернее, все наряды представляли собой вариации на тему розового, поражая как причудливыми оттенками самого цвета, так и невероятными сочетаниями несочетаемого.

- Прости Мил, я, наверное, спрошу глупость, но у вас что, тканей других цветов не существует? - будущая королева с интересом покосилась пусть и на весьма добротное, но очень простое платье коричневого цвета своей камеристки. Впрочем, коричневый цвет она тоже не особо жаловала.

- Что вы, - встрепенулась девушка, с неподдельным удивлением смотря на невесту короля, - просто розовый сейчас очень моден. Более того, это цвет признали цветом аристократии, и носить розовое имеют право только очень знатные дворянки.

- Спасибо за заботу, даже жаль, что я не люблю розовый так сильно.

- Не беспокойтесь, это временный гардероб, пока вам не сошьют на ваш вкус. Мы же не знали ни размеры, ни предпочтения, вот и постарались, чтобы на первый вечер хоть что-то да подошло.

- Ох, ты меня очень обрадовала, а когда я могу увидеть портного и заказать одежду?

- Да хоть сейчас, ваше высочество, королевский портной ожидает вас весь день, ведь завтра состоится бал в вашу честь, где вас представят аристократии.

- Ой, надо, наверное, поспешить, ведь меньше суток уже остается, а ему работать и работать!

Эллис заметалась по гардеробной, словно она не знала что делать, но и ничего не делать в этой ситуации ее маска просто не могла. Она, наконец, окончательно вжилась в выбранную роль, убедила саму себя в робости, страхе, нерешительности и полной покорности судьбе. Теперь беспокоиться о разоблачении игры уже не приходилось, ведь она не играла, она жила.

Кое-как все же взяв себя в руки, Эллис сосредоточилась на инвентаризации находящегося в комнате.

- А можно мне вот это платье попытаться одеть. Его не посчитают излишне простым? Я ничего не нарушу, так одевшись? А то я как-то не привыкла ко всем этим рюшечкам, многочисленным украшениям и такому количеству пышных юбок.

Миларина поспешила заверить госпожу, что все представленные одеяния она может носить спокойно, а выбранное платье является образцом домашней повседневной одежды. Простыня с тихим шорохом опала на пол. А спустя некоторое время Эллис разглядывала себя в зеркале. Теперь она была одета в простое платье молочно-розового цвета, с длинной юбкой, клином расходящейся к полу. Наверное, только благодаря свободной шнуровке естественно сзади, так что без служанки и не оденешься, это платье пришлось девушке впору. Ее размеры хоть и были недалеки от идеальных параметров ее мира, в этом оказались слишком велики, по сравнению с царившей миниатюрностью аристократок.

- Я сейчас же пошлю за портным, - сообщила Мил, скрываясь в последней из находящихся в гардеробной трех дверей. Видимо эта третья вела в служебные помещения.

- И еще, пожалуйста, пусть он прихватит образцы ткани, всей, которая у него есть. А мне нужна бумага и карандаш, или ручка, или перо, в общем, то, чем у вас пишут, - крикнула Эллис вдогонку уже почти скрывшейся за дверью камеристке.

Ее высочество еще раз поморщилась при виде кринолиновых платьев, излишне отягощенных "рюшечками". Придется неплохо поломать голову, придумывая модели так, чтобы они были удобны и в то же время сексуальны. Завтра она покажет всем, что значит иметь вкус и уметь правильно подбирать наряд. С брюками в качестве постоянной одежды Эллис про себя уже распрощалась. Это, конечно, безумно удобная, да и привычная одежда, но и платья бывают разные. Впрочем, в памяти тут же всплыла юбка-брюки, популярность которой пришлась на ее раннее детство. И эта идея вполне может понравиться женской половине простого населения.

Эллис едва успела обойти по кругу большую гостиную, разглядывая ее убранство, как с легким шорохом распахнулась одна из дверей-близнецов, и в комнату вошли портной и Миларина со стопкой бумаги. Как это оказалось ни удивительно для избранницы Первых, но местный аналог средства для письма и рисования являл собой перьевую ручку, снабженную емкостью для чернил. Внешне он ничуть не походил на аналогичные устройства прошлых веков ее мира, но принцип действия оказался полностью идентичен.

- Пре-Виконт Август Ромуаль, портной. Рад быть представленным ее высочеству.

Мужчина склонился в изящном поклоне, едва переступив порог большой гостиной.

- Здравствуйте, а меня зовут просто Эллис, и я очень рада нашему столь своевременному знакомству, - девушка протянула руку портному. Элегантное движение и легко обозначенный поцелуй немного смутили будущую королеву, еще не привыкшую к подобным знакам почтения. Улыбнувшись, она жестом пригласила портного за стол, на котором заботливая Миларина, судя по всему его дочь, уже раскладывала письменный принадлежности.

Эллис внутренне собралась, стараясь не выйти из образа, но при этом тщательно обдумывая как добиться необходимых ей изменений в моде. Она должна настоять на своем, но при этом не показать, ни своей силы, ни властности.

- Отлично, - с легкой полуулыбкой на губах начала будущая королева, едва они опустились в кресла. Она решила начать с привычной неуверенности, а вот потом увлечься процессом, до возможных споров. - Простите, если я спрошу у вас что-то не то, я совсем плохо ориентируюсь в том, что и как у вас принято. Но для меня это очень важно. Скажите, пожалуйста, как вы относитесь к принятой здесь моде? И я очень прошу ответить вас честно, даже если вам покажется, что подобный ответ может меня расстроить.

- Полная безвкусица, - пренебрежительно фыркнул пре-виконт, по выбранному девушкой платью догадавшись о ее собственном отношении. В данном случае их мнения совпали, и он, естественно, не видел смысла кривить душой, хоть и привык к этому за долгие годы службы при дворе. Слишком уж мало у него было клиентов, с которыми стоило общаться предельно честно, и появление еще одного, к тому же в лице будущей королевы, порадовало портного не меньше, чем его собственный ответ избранницу.

- Хорошо, тогда покажите мне образцы ткани. А то не хотелось бы потратить наше весьма ограниченное время на фасон платья, которое невозможно сшить по причине отсутствия подходящих материалов.

Выложив на стол несколько папок, Ромуаль довольно улыбнулся, наблюдая за разгорающимися глазками девушки. Его личное изобретение пришлось Эллис по душе, в отличие от большинства остальных придворных. Те по старинке предпочитали иметь дело с куда более крупными отрезами ткани, в которые так и норовили закрутиться с ног до головы, воображая будущее свое одеяние.

Создание коллекции из десятка нарядов заняло почти два часа. Порой они спорили так громко и рьяно, что в гостиную заглядывали встревоженные гвардейцы. Их с пре-виконтом вкусы совпали далеко не полностью. Но так оказалось даже к лучшему, хотя Эллис пришлось потрудиться, дабы отстоять возможность одеваться на грани приличий, так, как она привыкла, и не вызвать при этом лишних вопросов. Просто, сексуально и элегантно, уже давно эти слова стали самыми верными определениями ее стиля. И теперь стол покрывал ровный слой эскизов. Тут уж девушка проявила весь свой талант художника. Портной хоть и стремился сделать ее наряды более нравственными, сами идеи принимал на ура.

- Знаете ваше высочество, вы первая моя клиентка, с которой мне действительно понравилось работать, - произнес Ромуаль, когда они закончили обсуждение будущего королевского гардероба. - Большинство придворных барышень очень редко имеют хоть какое-то представление о том, что они хотят. Но что бы я ни сделал, что бы ни предложил, это всегда не то. Вы же не только точно знаете, что желаете получить в итоге, но и прекрасно представляете, как этого следует достигнуть. Я не удивлюсь, если вы сами занимались кройкой и шитьем, и считайте это комплиментом из моих уст, ваше высочество.

- Вы не так уж и далеки от истины, - Эллис откинулась в кресло, излишне насыщенный день давал о себе знать. Пока она была во власти своих идей, силы и не думали ее покидать, но теперь, стоило чуть-чуть расслабиться, как девушка поняла, насколько устала. А уютное кресло действовало весьма усыпляюще. Подавив рвущийся наружу зевок, она все же продолжила: - Моя мама отлично шьет и вяжет. Мне тоже доводилось в юности и шить, и вязать, но последние лет пять ничем подобным я уже не занималась. В нашем мире проще пойти в магазин и купить готовую одежду. Хотя порой очень хочется оригинальности и индивидуальности, тогда не грех взять в руки крючок.

- Крючок?! Это как? - удивился портной, потихоньку собирая бумагу с рисунками, записями и комментариями. Ему еще предстояла полная работы ночь.

- Ну, раз вы не знаете, значит, в вашем мире такого еще не придумали. Но я как тут освоюсь, постараюсь найти мастера, который сможет сделать нужный инструмент. А потом свяжу что-нибудь и покажу вам.

- Буду ждать с нетерпением, ваше высочество. Но думаю, мне уже пора. У вас был такой насыщенный день, не смею больше занимать ваше внимание.

- Это вам спасибо за чудесную компанию и с пользой проведенный вечер. Как только закончите с тем, что мы придумали, приходите вновь, у меня еще столько интересных идей.

И Эллис мечтательно улыбнулась, предвкушая, как она воспользуется появившимся влиянием в целях кардинального изменения местной моды. Кто, как не королева, должна являть собой законодательницу мод, и не важно, что большинство идей принадлежит далеко не ей.


Глава вторая. Ребята, давайте жить дружно.


Привычка - страшная сила! А Эллис всю свою сознательную жизнь приучала себя вставать рано утром - часиков в семь, вне зависимости от того, как поздно она отправилась спать, и какой день недели стоял на дворе. Сотовый, предусмотрительно оставленный на ночь рядом, показывал ожидаемые семь утра. Местные часы располагались в другом конце комнаты, и определить точное время по этому градуснику, с такого расстояния не представлялось возможным. Ядовито красная полоска устройства, остановилась, приблизительно, на трети его общей длинны. Прикинув в уме, Эллис решила, что это около шести ночи. Только это ей все равно почти ничего не дало. Она просто не знала рано это или поздно. Очень хотелось, чтобы рано - слишком многое надо было успеть узнать в этот день и наличие в местных сутках пары-тройки лишних земных часов панацеей отнюдь не являлось.

Хотелось поскорее встать и кинуться приводить себя в порядок, но Эллис сомневалась, что такое поведение подобает невесте короля. Наверняка ее утреннее пробуждение это целый местный ритуал. Иномирянка пока решила не спешить и основательно обдумать полученную вчера информацию. Она хотела самым тщательным образом рассмотреть со всех сторон созданную ею маску и определить, что из запланированного на сегодня впишется в роль, а что не будет соответствовать и каким образом это несоответствие убрать. Стоит ли, пока не поздно, раскрыть зрителям новые грани маски? Игра в шпионов всегда захватывала эту девушку, и все же она прекрасно отдавала себе отчет, что с профи ей не тягаться. Одинаково нельзя переоценивать ни силы противника, ни свои собственные, но кто не рискует, тот не пьет шампанское. Главное, мысленно она уже просчитывала все варианты реакции окружающих на те или иные ее действия. Увы, придерживаться единого невинного образа не совсем получалось, и Эллис решила отдать это на откуп своей женской интуиции.

Обдумав все или почти все, девушка поняла, что дальше ждать уже не стоит - она все-таки мало знакома с местными реалиями, и поэтому может позволить себе небольшие отступления от общепринятого. В ванную она вошла одновременно с Милареной, решившей заняться приготовлениями к пробуждению ее высочества.

- Ваше высочество, вы уже изволили проснуться? - от удивления спросила очевидное пре-виконтесса. Но она не могла себе позволить долго пребывать в растерянности, поэтому спустя сотку Эллис наблюдала, как возникшие из ниоткуда служанки вихрем летают по комнате под чутким руководством камеристки Миларины Ромуаль.

- Прости, я, наверное, не должна была сама вставать, - почти прошептала Эллис, всем своим видом напоминая в этот момент трусливую пичугу.

- Ну что вы, ваше высочество, это мне следовало предположить, что вы не будете разлеживаться до поздней ночи как наши леди.

- Да, я привыкла рано вставать, - невеста короля постаралась улыбнуться как можно ободряюще, словно она понемногу приходила в себя и смелела.

- Простите, ваше высочество, к сожалению, до свадьбы круг допущенных к вам лиц ограничен, поэтому помогать вам с утренним туалетом буду только я и служанки, если вы дозволите, а не придворные дамы, как положено. Но не беспокойтесь, как только состоится свадьба, вы выберете себе и статс-дам и фрейлин на свое усмотрение. Простите еще раз, за эти временные неудобства.

- Ну что ты Мил! - воскликнула якобы недоумевающая девушка, - какие неудобства! Мне вообще никто никогда не прислуживал, все сама... А тебя я могу сделать своей фрейлиной?

- Нет, ваше высочество, я не достаточно высокородна, но большое вам спасибо, - о чем думала в этот момент камеристка, Эллис могла лишь догадываться. Но девушка была честолюбива, и будущая королева, кажется, нашла тропинку к ее сердцу и верности. - Ванная уже готова.

Миларина принялась снимать с Эллис одеяние, принятое в этом мире в качестве ночной рубашки, когда та повернулась к одному из зеркал и так и замерла, не веря своим глазам и отражению. Нет, она не стала писаной красавицей в одночасье, но вот ее жидковатый разноцветный волос, отражался в зеркале непривычно густым и длинным серебром.

- Мил, - едва слышно выдохнула, находящаяся в полной растерянности девушка, - Мил, мои волосы, они и правда... это мне не кажется?

Миларина оторвалась от скрупулезного развязывания, очередного узелка, посмотрела на отражение Эллис непонимающе, но в следующее мгновение и у нее невольно расширились глаза. Девушка даже отошла на некоторое расстояние, старательно рассматривая иномирянку со всем сторон.

- Красота-то какая! - наконец, резюмировала она завороженным голосом. - Да вы теперь первой красавицей у нас будете!

- Почему? - Эллис уже осознала свой новый образ, но продолжала сохранять на лице глубокое удивление и непонимание. Мысли же тем временем повторяли утренние размышления, только с учетом новых изменений. Она уже знала, что серебро это цвет королевы, и именно этот цвет она выбрала для своего первого бального наряда. Теперь... Эллис едва сдержала предвкушающую улыбку. Теперь, все мужчины гарантированно упадут к ее ногам, а король будет беситься от ревности, и на этом можно попробовать сыграть, ускорив достижение ее главных целей и устранив основные опасения. Девушка даже непроизвольно закусила губу от нетерпения и предвкушения, каждой частичкой себя моля о том, чтобы ее первое впечатление о короле не оказалось ошибочным, что она прочитала его, смогла понять, а значит, сможет управлять.

Только вот, будущая королева слишком опасалась подобных чудесных совпадений. Эллис не любила настолько откровенных подарков судьбы, хотя всегда относила себя к любимчикам жизни. А сейчас подарки просто сыпали валом, и где-то глубоко внутри во всю надрывался голос, кричащий, что такого везения не бывает.

- А у людей светлых волос от природы не бывает. Можно магически, но это очень дорого и временно, не все имеют такую возможность, поэтому ненатуральных блондинов очень мало. Единственные, у кого от природы светлые волосы это полукровки да квартероны от браков с эльфами. В половине случаев блондины получаются, дальше очень редко и непредсказуемо. Так что если увидите светловолосого человека, то знайте, среди его ближайших родственников, есть эльфы.

- Это получается, король тоже имеет родственников-эльфов? - Эллис припомнила блондина, самодовольно восседающего на троне.

- Его прабабушка по материнской линии эльфийка, и он получил ее красоту в полной мере, хотя этого почти никто и не ожидал, все-таки только восьмая часть крови.

- А со мной-то тогда что? - поспешила задать вопрос девушка, заметив на лице камеристки решимость перечислить ей всех родственников будущего супруга колена до седьмого, не меньше. - Я точно чистокровный человек, у нас эльфов нет и, наверное, никогда и не было.

- Я даже не знаю, ваше высочество. Возможно, это реакция на магию, что есть в наших средствах, вам об этом лучше спросить у придворного мага.

А потом стало не до разговоров. Миларина определенно решила сделать из Эллис самую красивую девушку во дворце, и старалась изо всех сил. Только спустя местный час, а то и больше Эллис вернулась в комнату тщательно вымытая, намазанная кучей кремов, одетая, со сложной прической на голове и килограммом драгоценностей на всех частях тела. Попытки сопротивления этому произволу она подавила сама в себе, не рискуя выбиваться из выбранной роли. А еще Эллис очень хотелось есть, ведь вчера она даже не поужинала, увлеченная новым миром.

- Скажи, пожалуйста, а когда я смогу позавтракать? И как вообще должен проходить мой завтрак, кто там должен быть, что можно делать, а что нет?

- Обычно все завтракают в общей трапезной дворца, но еще рано, наши господа предпочитают просыпаться куда позже. Да и представление вас вашим подданным запланировано только на вечер, до этого вас как бы нет для знати. Я прикажу, чтобы вам принесли завтрак сюда. Вы желаете откушать в малой или большой гостиной?

- Мил, а на кухню ты меня проводить сможешь?

- Зачем, ваше высочество? - вопрос Эллис явно испугал камеристку, и это будущей королеве не понравилось. Она понимала, что кухня не место для королев, но информация... Слуги всегда и все знают и обсуждается это все наверняка на кухне. Она должна создать для себя хоть маленькую лазеечку появляться там не вызывая излишне пристального внимания, хотя бы первое время.

- Совместить приятное с полезным, - Эллис была сама невинность полная праведного удивления. - Я понимаю что это, наверное, совсем у вас не принято, но я же из другого мира, я просто не знаю что и из чего готовится и можно ли это вообще мне есть. А то позавтракаю тем, что для вас нормально, а мне плохо станет, а вечером бал и как я на нем буду выглядеть...

- Ох, ваше высочество, и попадет мне, возможно, за это, но куда уж деваться, а, то и правда чего приключится.

Сомнения Миларины большими буквами были написаны у нее на лице - не подчинение приказу это неминуемое наказание, но и ее высочество полностью права, и если что случится ей опять же достанется.

- Не беспокойся, я в обиду тебя не дам, раз ты моя камеристка, то и наказывать тебя только я право имею, а кому что не нравится, пусть мне сначала скажут, а там уж я буду решать, где и чья вина. Иначе, какая из меня королева будет!

Мил лишь благодарно улыбнулась в ответ, но слова Эллис вновь попали в цель.


Парадных дверей кухня не имела - не пристало господам посещать служебные помещения. И Миларин провела будущую королеву через наименее используемую неприметную дверь.

Помещение, отведенное под кухню, потрясало своими размерами, соизмеримыми с размерами тронного зала, и все это огромное пространство занимали столы и плиты, между которыми суетилась не одна сотня слуг. Обозревая кухню, Эллис едва не пожалела о том, что вообще сюда пришла. Но пре-виконтесса, в отличие от ее высочества, не растерялась и быстренько повела ее между рядов с уже готовыми блюдами, не забывая со своей излюбленной скоростью рассказывать, что из чего и как приготовлено. Пара слуг удивленно застыла, увидев среброволосую девушку. Несмотря на простое платье, и отсутствие драгоценностей - их все-таки убрали обратно в шкатулки - никто и не подумал принять ее за служанку, служанок не сопровождают верными псами гвардейцы. Спустя несколько соток все слуги уже перешептывалась по поводу появления будущей королевы, а в том, что это именно она никто и не сомневался.

Стол, за которым расположилась девушка, оказался сравнительно маленьким и находился в стороне от основной кутерьмы. А аромат свежесваренного кофе перебивал все прочие запахи, изобилующие на кухне. Местная сдоба просто таяла во рту, доставляя неземное блаженство. И только ради этого стоило плюнуть на все приличия, нарушить не одну норму этикета, и к великой радости узнать, что кофе не обошел стороной и этот мир. Напиток, естественно, на местном языке назывался совсем иначе, да и на вкус соответствовал лишь приблизительно. Он оказался куда крепче и горче, а так же имел странный терпкий привкус крепкого алкоголя и определенно содержал очень много кофеина, бодря почти мгновенно. Но положение, как всегда, спасло молоко, пусть далеко не коровье, но по вкусу ничем ему не уступающее. Сам кофе у людей популярен не был, употребляли его лишь некоторые аристократы, считающие себя гурманами, поэтому Эллис долго могла даже не догадываться о возможности выпить привычную чашечку кофе на завтрак. А вот демоны пили его в огромных количествах, от них он, собственно, и распространился по миру - быстроговорящая Миларина в очередной раз зарекомендовала себя отличным источником информации.

Блаженство уединения нарушил еще один местный красавчик, явно принадлежащий к родовитым дворянам. После вдохновенного общения с портным Эллис уже на глаз могла определить приблизительную стоимость большинства нарядов. А стоимость одеяния у людей чаще всего оказывалась прямо пропорциональна их статусу в местном обществе. Этот молодой человек, на вид даже младше ее самой, был одет очень дорого, да и отказать ему во вкусе будущая королева не могла. И это в глазах девушки поднимало оценку дворянина очень высоко.

В отличие от ее будущего мужа, представитель местной аристократии имел черные как смоль волосы, собранные в длинный хвост. Несколько прядей выбилось из прически, подчеркивая его снисходительно небрежную элегантность. А в его темных, как небо в новолунье, глазах, хотелось раствориться - Эллис всегда неровно дышала к темноволосым и темноглазым юношам. Удивительно гармоничные и изыскано правильные черты почти мальчишеского лица, одеяние, сексуальное и великолепно подчеркивающее все достоинства фигуры, походка, жесты выдавали в нем юного повесу. А если бы она лучше знала расы этого мира, то без труда догадалась бы о многочисленном присутствии темных эльфов среди его близких и далеких родственников.

- Ваше высочество, прошу простить мой дерзкий язык, забывший обо всех приличиях при виде столь прекрасного цветка в столь неподобающей для него обстановке. Будущая королева и кухня, кто бы мог подумать!

Герцог Каэрсанит лучезарно улыбнулся и элегантно присел за стол напротив Эллис, послав в ее сторону пламенный и весьма многообещающий взор.

- Простите, - щеки Эллис полыхнули в смущении, - я очень боялась, что ваша пища может мне не подойти. Заболеть перед самым балом, это было бы непростительно... Я бы так всех подвела.

- Нет, это вы простите нас, ваше высочество, похоже мы совсем разучились принимать Избранниц Первых.

- Ну что вы, не корите себя, уж вашей вины в этом точно нет. И прости за вопрос, если он неуместен, как мне к вам обращаться?

- Нет, это вы простите, что вынудил вас просить то, что обязан был сделать в первых же словах. Но ваша красота, похоже, окончательно помутила мой разум. И все же разрешите отрекомендоваться: герцог, его высочество, Кэриен Каэрсанит, для друзей просто Кэр, лучший друг вашего будущего супруга.

Герцог весьма проворно поднялся со стула и галантно склонился в поклоне, весьма удачно уткнувшись своим взором в декольте Эллис.

- Очень приятно, ваше высочество. Меня можете звать просто Эллис. Не думаю, что мое полное имя имеет тут хоть какое-то значение.

От поцелуя герцога Каэрсанит по руке Эллис побежали мурашки. Он был доволен и до неприличия самовлюблен, а Эллис, не ожидавшая от своего тела подобного предательства, растеряна.

- Я тоже рад, что счастливая случайность освятила наше знакомство и я праздно гуляющий этим прекрасным ранним утром, услышав весть о явлении будущей королевы, не удержался от соблазна взглянуть на вас.

- Надеюсь, мое явление в столь неподобающем месте не разочаровало вас? - девушка изобразила на лице смущение и легкую вину.

Лучший друг короля, праздно гуляющий по дворцу в такую рань - на взгляд Эллис объяснение было не самым лучшим, слишком много вопросов оно у нее вызывало, и слишком слабо в него верилось. Но как же ее влекло к герцогу, даже несмотря на иррациональное чувство опасности, которое этот юноша в ней вызывал.

- Кого угодно, но только не меня. Боюсь, как только у вас появится свита, а возможно и раньше, вас непременно просветят во все чудачества герцога Каэрсанита. Друг короля в этом дворце самая обсуждаемая персона, - улыбка герцога не оставляла сомнений в истинных причинно-следственных связях. Его высочество, несомненно, страдал звездной болезнью, скандально известной на все королевство персоны, и весьма старательно поддерживал свою репутацию.

- А вы и рады подкинуть новый повод для сплетен, - Эллис улыбнулась довольная собой, именно так, как и ожидал от нее герцог. Пока у нее легко получалось разгадывать ожидания Кэриена в отношении самой себя, но будущая королева не расслаблялась, все еще интуитивно чувствую исходящую от человека угрозу ее планам, ее самоконтролю. Он был плохим мальчиком, настолько, насколько мог себе это позволить герцог и друг короля.

- Ну, ведь без этого было бы так скучно жить. Да и имел бы я тогда возможность так мило пообщаться с такой красавицей как вы! Я даже стал завидовать Ксану.

- Спасибо за комплимент. Знаете, Кэриен, вы мне определенно нравитесь, - внимательно следя за мимикой герцога, Эллис заметила блеснувший в глазах огонек и уголки губ тронутые зарождающейся улыбкой. Возможно, он был рад комплименту, а может наоборот решил, что птичка попала в силки, но она не собиралась, ни попадаться, ни тешить его мужское самолюбие: - как человек. А раз вы друг моего будущего мужа, то и я буду очень рада, если вы примете и мою дружбу.

- Быть другом женщине, это необычно, - Кэриена удивило подобное предложение, даже наемницы в первую очередь в нем видели мужчину и лишь потом друга. Впрочем, это было его первое удивление - девушка вела себя неожиданно предсказуемо. И, несмотря на это, а может и благодаря, в будущей королеве было что-то милое, привлекательное, она не казалась опасной, но и на глупышку совсем не тянула. Она была идеальна, но эта идеальность говорила ему о многом, куда большем, чем все остальные произнесенные слова.

- Неужели у вас это не принято? - вполне естественно удивилась Эллис. - У меня, наоборот, большинство моих друзей, оставшихся дома, противоположного пола. Так уж получается, что в мужских компаниях мне куда интереснее, чем в женских. Да и женская дружба слишком хрупка, тяжело найти верную подругу.

- Мне остается лишь заметить, что я польщен вашим предложением и с радостью готов его принять.

Эллис вспомнила про свой недопитый и почти остывший кофе и сделала небольшой глоток из чашки, едва закончив свою речь.

- Ваше высочество, позвольте поинтересоваться, что за интересный напиток услаждает ваши уста?

- Кофе с молоком, не желаете попробовать?

- Спасибо, но нет, - по скривившемуся лицу Кэриена стало понятно, что пробовать кофе ему уже доводилось, - неужели вам это нравится?

- А вы попробуйте мой вариант, и возможно вы измените свое мнение, - устоять перед загадочной улыбкой Эллис герцог не смог. Он всегда был не в меру любопытен. И девушка с довольным видом наблюдала, как лицо Кэриена обретает удивленно-непонимающий вид.

- Но как? Да и зачем это пить?

- Просто, - легкое пожатие плеч, словно нет никакой необходимости в ее ответе. И подробные разъяснения, после того как удивление на его лице сменяется замешательством. - Я добавила молоко. А зачем... тут все индивидуально, но в первую очередь этот напиток неплохо бодрит, то, что нужно по утрам, или в любое другое время, когда есть потребность прогнать сон. Однако не рекомендую пить слишком часто, это плохо для сердца, по крайней мере, так было в моем мире.

Девушка замолчала, опустила глаза, крутя в руках почти пустую чашку. Кэриен понял, что она разрывается между желанием что-то спросить и пониманием неуместности вопроса. Он уже решил подтолкнуть ее какой-нибудь фразой, как она сама упрямо отставив чашку, подняла свой не менее упрямый взгляд.

- Вы можете мне помочь? Как друг?

Эллис наконец решила что достаточно очаровала и удивила своего компаньона по завтраку, чтобы перейти к делам естественно и не вызывая лишних подозрений. Все что имело для нее значение это информация, и ради нее она готова была играть любую роль.

- Думаю, да, - неуверенно потянул герцог.

- Я хотела бы изучит дворец, у вас есть его план? - едва спросив, Эллис закусила губу, с мольбой и страхом смотря на своего собеседника, он должен видеть ее сомнения, ее непонимание и страхи, рожденные новым непривычным миром.

- План должен быть в библиотеке.

Ответ Кэриена прозвучал как нечто совершенно несущественное, хотя внутри он сжался тугой пружиной. Интерес девушки к насущной информации выглядел бы почти естественным, будь она мужчиной, но она была женщиной, а они в первую очередь интересуются совсем другим. Герцог был рад, заинтригован и насторожен одновременно. Многое уже указывало косвенно на наличие у будущей королевы деловой хватки, и превосходных актерских способностей. Кэриену теперь оставалось только одно, проследить чтобы все таланты избранницы Первых оказались направлены на благо государства, а не против него.

- Только зачем вам это? - повеса герцог был крайне удивлен и озадачен. - У вас же есть милая пре-виконтесса Ромуаль, она сопроводит вас куда угодно. К чему забивать вашу столь очаровательную головку лишней информацией!

- Спасибо, Кэриен, и могу ли я обращаться к вам на ты, или это не принято даже между друзьями?

- Конечно можно, и конечно принято, Эллис, - и герцог вновь улыбнулся как-то слишком уж соблазняюще.

- А по поводу забивания очаровательных головок... Королева, которая не знает собственного дворца, на мой взгляд, это неприлично. И я буду очень благодарна, если ты сможешь проводить меня до библиотеки. А взамен я расскажу тебе о себе и своем мире, наверняка ведь все во дворце просто жаждут заполучить эту информацию.

Сделав последний глоток и опустив на стол, пустую чашечку, Эллис стала подниматься из-за стола, решительно настроенная попасть в библиотеку как можно скорее. Однако к длинным платьям и тяжелым массивным стульям она еще не привыкла. Кэриен успел почти вовремя - за мгновение поднявшись и обогнув стол. Платье зацепилось подолом за массивный стул и ничего не подозревающая его хозяйка едва поднявшись, потеряла равновесие.

Герцог успел подхватить падающую девушку, спас ее от знакомства с местным полом в своих излишне крепких для такого случая объятиях. Руки не упустили случая едва уловимо, будто случайно коснуться нескольких точек на ее теле, стараясь пробудить сильнейшую волну желания.

Эллис все почувствовала, но не спешила, ни отстраняться от Кэриена, ни задерживаться в его объятиях больше положенного. Все выглядело предельно естественно, и милая улыбка полная благодарности и легкое смущение на щеках. И все же что-то было в ее виде, возможно в осанке, или блеске глаз, что предупреждало столь очаровательного герцога - повторно падать в его горячие объятия будущая королева не собирается. Она оценила, но вынесенный вердикт, увы, отрицательный - он друг ее без пары десяток мужа.

Миларина с гвардейцами молчаливо стояли позади Эллис, не смея вмешиваться в разговор двух высочеств, однако взгляд их определенно одобрял стойкость девушки.

- Спасибо, иначе я бы упала, я еще не успела привыкнуть к столь длинным платьям.

- А во что ты тогда одевалась раньше? - Кэриен галантно предложил даме руку. Благодарность девушки прозвучала необычно и интригующе. Он просто не смог удержаться от столь неприличного вопроса, но иномирянку, в отличие от ее камеристки, гневно сверкнувшей глазами на герцога, это совсем не смутило.

- В основном ходила в штанах, у нас это нормально и является такой же женской одеждой, как юбки и платья, кстати, последние преимущественно были выше колена и совсем редко - ниже. У нас вообще вроде как полное равенство полов. Живи, с кем хочешь и как хочешь, даже официальный брак заключать не обязательно. Еще в моем мире почти не осталось монархии, а где она еще есть, это скорее красивая традиция, чем реальная власть. Правят у нас выборные органы, которые избирает народ голосованием. У нас, скорее всего, нет магии, а если что и есть то редкость. Поэтому мой мир пошел по пути развития технологий.

С самым невиннейшим выражением лица Эллис щедро делилась информацией, старательно вышагивая подле герцога точно так же как и мельком виденные ею накануне дамы. Впрочем, каждое ее слово, каждый озвученный о прошлой жизни факт имел далеко идущие цели. Пре-виконтесса и гвардейцы сопровождали свою подопечную на почтительном расстоянии.

- Необычный у вас мир, и чем ты занималась там?

- Наверное, но он так же необычен для вас, как ваш для меня, - сейчас Эллис собиралась пройти по тонкой грани и велика была вероятность ошибки. Она уже сложила всю информацию воедино, поняла, какая роль ей предназначена, и поэтому собиралась убедить непременно за ней наблюдающих и приглядывающих, что собирается следовать именно этой роли. Тем более ее собственные планы во многом соответствовали этому, ну за исключением ряда мелочей... Сейчас она будет предельно откровенна и открыта, так чтобы ей поверили окончательно и безоговорочно. - А вообще, еще вчера я училась в магистратуре университета, работала, за год успела сделать неплохую карьеру, перед исчезновением уже практически возглавляла проектную группу, и руководство компании строило в отношении меня далеко идущие планы. Я привыкла всегда добиваться поставленных целей, быть лучшей, постоянно учиться чему-то новому. С детства очень много думала, анализировала, понимала, работала над собой. А еще я альтруистичная эгоистка - что может быть прекраснее чувства собственной значимости, нужности. Мне действительно нравится помогать людям, делать их счастливее, это как ничто иное тешит мое эго. К тому же я прагматик, а значит, не вижу в этом ничего плохого: если я могу помочь, я помогу и неважно, что за этим таится лишь осознание собственной важности и незаменимости. И если ради самоутверждения, ради собственного счастья мне потребуется изменить мир, доказать что круче меня только боги, я это сделаю, Кэриен...

- С таким настроем из тебя должна получиться хорошая королева... - задумчиво проговорил герцог, не понявший и половины слов сказанных девушкой. Но он был обескуражен такими откровениями с ее стороны. Он пытался услышать хотя бы нотку фальши в ее голосе, потому что как глава службы безопасности просто не мог поверить, что кажущаяся умной девушка, может просто так, ни о чем, не заботясь, выдать всю свою подноготную, с достоинством рассуждать о том, что многие навряд ли причислят к добродетелям человеческим.... Но все его чувства твердили о ее искренности. Это было как послание - вы, собирающиеся вручить мне государство, верьте мне, я вас не подведу, я не ангел, но разве ангелы правят странами... И Кэриену хотелось ей верить, хотелось радоваться тому, что Первые снова правы в своем выборе, но только его должность не располагала к этому. Эллис была слишком хороша, слишком идеальна, чтобы вручив ей все карты в руки, оставить ее без присмотра. И все же такая красивая, необычная, открытая, она вызывала уважение и желание помогать, защищать, оберегать.

- Знаешь, я уже начинаю жалеть, что моим мужем предстоит стать не тебе, - слова произнесены вскользь, как нечто само собой разумеющееся, ни лести, ни подобострастия, просто констатация факта, и еще одно очко в свою пользу. - Ты интересный собеседник и, скорее всего, очень умный человек.

Неожиданно Кэриен поймал себя на мысли, что на многое готов ради этой девушки, особенно после такого признания. И тут же выругался про себя, понимая, что им все же умело манипулируют, и для этого Эллис использует правду и собственную откровенность. Она сильно рисковала, ставила почти все на кон, и похоже выигрывала. Герцог слишком привык ко лжи под маской лжи, забыв о многогранности правды.

"Из нее действительно получится отличная королева, если она не попытается стать королем", - невольно подумалось герцогу.

- Спасибо, но ты слишком хорошего обо мне мнения. Любой в этом дворце скажет тебе, что я пьяница, балагур и повеса, не пропускающий мимо ни одной юбки. И вообще я люблю только себя самого и никого более.

Раскрывать свое истинное я, Кэриен не спешил, если худшее из его предположений все же оправдается, этот козырь ему еще пригодится. Надейся на лучшее, но готовься к худшему, - всегда было основным принципом службы безопасности.

- И до сих пор тебя, друга короля, наверняка самого лакомого кусочка для придворных интриганов, не заставили жениться? - Эллис иронично изогнула бровь, любуясь смущением Кэра.

- Ну, я вынужден быть очень осторожным. И я склонен думать, что мне везет.

- Знаешь, я тоже всегда считала, что мне везет в учебе, в работе, в жизни, но, если хорошенько подумать, мое везение - лишь результат моего труда, ну и ума кончено. Вот только сейчас я почти ничего не знаю об окружающем мире, наверное, это неправильно... для королевы.

Стремление девушки познать мир, в котором ей предстояло жить, выглядело похвальным и естественным, но ее повышенная активность в первый же день пребывания здесь все сильнее и сильнее настораживала герцога. Для Кэриена было бы куда проще, если бы Эллис просидела весь день в своих покоях и занималась бы нарядами, драгоценностями и прочими женскими штучками. Так понятнее, привычнее и бесполезнее.

- В библиотеке много разнообразных книг, в том числе и по нашей истории. Только предупреждаю сразу, хранителем библиотеки является друид, а он не очень-то жалует людей. Суметь ему понравится, надо постараться.

- А как мне научиться читать и писать? И сколько у вас языков?

- Язык у каждой расы свой, соответственно их всего тринадцать. Но поскольку нелюдь немногочисленна и живет куда дольше людей, всеобщим является язык нашего королевства, им проще выучить наш язык, чем слушать, как люди коверкают их великие языки. Так что совсем немного людей знает хотя бы пару других. Думаю, тебе стоит попросить короля нанять для тебя учителей, - как бы между делом заметил Кэриен и тут же подумал: "а я уж позабочусь, чтобы ты получила нужную, на мой взгляд, информацию и ничего лишнего, пока у меня не будет более веских оснований тебе доверять".

- А сколько у вас в среднем живут люди? - Эллис продолжала любопытствовать, полностью перехватив инициативу в вопросах.

- Среди аристократии много примеси крови нелюдей, поэтому очень многие доживают до двухсот лет и даже больше. Среди простого населения благополучные слои живут в среднем около ста лет, среди остальных высока смертность в расцвете сил: от болезней, от преступников, от слишком тяжелой работы. Тебе вот сколько лет? Прости, если вопрос покажется бестактным, - герцог невольно обрадовался тому, как сменилась тема беседы.

- Да нет, вполне нормальный вопрос, мне двадцать один год, весной должно будет исполниться двадцать два. А тебе сколько?

- Мне тридцать пять, а твоему будущему мужу стало двадцать семь буквально месяц назад.

- Сколько тебе? - Эллис аж встала от удивления, не в силах поверить своим глазам. - Ты же выглядишь...

- Кровь темных эльфов, - беззаботно пожал плечами Кэриен, вновь увлекая девушку за собой.

- Но у Ксаниэля тоже, только выглядит он старше тебя?

- Там светлые, у крови каждой расы свое влияние на смесков. Кстати у нас девушки в двадцать один год как раз достигают брачного возраста, хотя крайне редко родители отдают своих дочерей замуж до пятидесяти лет, так что ты уже достаточно взрослая.

- То есть, если бы я оказалась еще моложе, мне пришлось бы ждать своего совершеннолетия по вашим меркам? - поспешила вновь полюбопытствовать будущая королева, не забывая разглядывать богато обставленные коридоры.

- Тебе нет, ваша свадьба независимо от твоего возраста должна состояться через семь дней после твоего появления. Так что готовься, человек, отвечающий за эту церемонию жутко нудный и педантичный тип.

- Ну, дворец большой, так что, я думаю, найду, где скрыться, а они пусть делают что хотят, потому что мне все равно, какой будет моя свадьба, - беспечно пожала плечами девушка.

- К сожалению, это сложная церемония, и тебе придется не просто ознакомиться с ней, но и знать все досконально.

- Жаль, я это время лучше бы уделила более интересным вещам, - проскользнувшие в голосе мечтательные нотки, ничего хорошего окружающим при этом не обещали.

- Что поделать, привыкай к тому, что у тебя будет очень много обязанностей, и очень мало свободного времени. А вот мы и пришли.

Кэриен и Эллис остановились почти в самом начале умеренно длинного коридора, который заканчивался массивной деревянной дверью, просто и добротно сработанной.

- К сожалению, дальше я не могу составить тебе компанию. Мне самому в библиотеке делать совершенно нечего, да и хоть иногда, но я вынужден заниматься государственными делами. До встречи на балу.

- До вечера, герцог.

Эллис присела в реверансе одновременно с поклоном Кэриена, после чего герцог поспешил обратно, оставив будущую королеву в обществе камеристки и гвардейцев.

- Ваше высочество?

- Миларина, я думаю, справлюсь в библиотеке сама. А ты отдохни до вечера, и в половину шестого забери меня. Если я закончу раньше, то пошлю за тобой.

- Но ваше высочество...

- Нет, я, правда, не хочу тебя утруждать, гвардейцев у дверей для моей охраны более чем достаточно.


Кэриен одарил Эллис искренней улыбкой и поспешил скрыться за поворотом. Ему не очень-то хотелось оставлять девушку в первый же день в компании нелюдя, но его действительно ждало слишком много дел. Пусть хранитель библиотеки, друид, и слыл весьма безобидным стариком, помешанным на своих старинных книгах, да еще и нелюдимым... Но Кэриен помнил с каким уважением и опаской говорил о нем его наставник и предыдущий глава СБ королевства. Сам он, сколько не проводил времени в библиотеке так и не смог не только сдружиться с друидом, но и вообще хоть как-то развеять или подтвердить свои опасения. Оставалось надеяться на пре-виконтессу, приставленную к невесте короля именно с этой целью, а еще жалеть о том, что одна из первых иномирянок, став королевой, озаботилась о том, чтобы ее последовательниц до свадьбы не окружала многочисленная свита.

Не пройдя и пары метров по коридору, Кэриен резко шагнул в сторону стены, и просто прошел сквозь нее. Непреодолимой стеной это место являлось для всех, кроме королевской семьи и очень узкого круга лиц из самых проверенных и заклятых нерушимыми клятвами агентов службы безопасности. Этот дворец строили гномы, а потому подобных тайных дверей, проходов и комнат в нем было великое множество, и благодаря техномагии, они были крайне неприступны - последний шанс королевской семьи на спасение.


Аппетитное жаркое ласкало обоняние его величества, сочное мясо манило божественным вкусом. Ныне утром дворцовый повар превзошел самого себя. Ксаниэль искренне пожалел, что ему одному не осилить этот завтрак на двоих. И, словно вторя его мыслям, позади короля сработал механизм потайной двери.

Кэриен слегка повел носом, улавливая ароматы, витающие в королевском кабинете, и коварно облизнулся. Он быстро покинул тайный проход, обогнул стол и развалился в кресле напротив, прихватив по пути половину жаркого, на заботливо, между делом телепортированной откуда-то тарелке. Король возмущенно промычал возмущение своим непочтительным другом. Сказать что-либо членораздельно он не мог по причине поедания второй половины похищенного жаркого. Однако такое происходило не в первый и далеко не в последний раз. Ксаниэль всегда делал недовольный вид при неподобающем поведении герцога, и, тем не менее, был ему за это благодарен. Кэриен - единственный, кто всегда видел в короле в первую очередь друга и человека, и лишь потом короля.

- А почему ты завтракаешь не в главной трапезной, вместе с гостями? - герцог, наконец, оторвался от поглощения королевских деликатесов.

- Кэр, ты издеваешься?! - воскликнул король спустя минуту, в конце концов, прожевав приличный кусок поджаристого мяса. - Со сборищем этих напыщенных индюков только так можно заработать несварение, к тому же у меня была весьма уважительная причина. Я сказал, что с моей стороны было бы некрасиво оставить завтракать будущую супругу в одиночестве, ведь у нее здесь никого нет и она совершенно одна.

- Что-то я не замечаю тут присутствия твоей благоверной.

Герцог демонстративно осмотрелся, тщательно пытаясь отыскать Эллис в кабинете, и не менее тщательно стараясь подавить ехидную улыбку, норовившую занять пол-лица.

- Ну, я же не виноват, что ее уже не оказалось в покоях, и никто во дворце не имеет понятия, где она находится, и куда она успела скрыться с утра пораньше. Кстати, ты, случайно, не в курсе?

Ангельское личико Кэриена стало молчаливым ответом на вопрос.

- Да я вообще-то, как раз от нее, и она уже давно позавтракала. Собственно говоря, завтракающей на кухне ранним утром я ее и застал. Потом мы очень мило побеседовали, и я проводил ее до библиотеки, где она, скорее всего сейчас и находится.

- Она завтракала на кухне? Куда смотрит твоя Миларина? - король едва не подавился от такой неслыханной новости.

- Пре-виконтесса Ромуаль как раз смотрит, а вот указывать, что делать будущей королеве, она права не имеет. К тому же это все имело смысл. Эллис вполне могла отравиться привычной нам, но не ей пищей, она все-таки иномирянка. И вообще пока ты тут прохлаждаешься, твоя невеста развила весьма бурную деятельность. Вчера она до поздней ночи развлекалась с портным..., - герцог заботливо сделал паузу, позволяя другу "насладиться" двусмысленностью произнесенной фразы, - периодически переходя на повышенные тона и пугая стражу. Думаю, сегодня вечером она утрет нос всем придворным леди.

- Это ладно, главное чтобы не похитила разом все сердца придворных кавалеров... - с некоторым недовольством в голосе отшутился Ксаниэль.

- Сегодня она встала очень рано, едва ли не раньше самих слуг, - невозмутимо продолжил глава СБ, словно не заметив комментария короля. Ибо он-то, как раз знал, что этим вечером половина мужчин не меньше упадет к ногам королевы. - И без дела она, похоже, старается не сидеть. Впрочем, ведет себя весьма спокойно и вполне ожидаемо для избранницы Первых. Однако на твоем месте я был бы настороже, она явно себе на уме, и, несмотря на всю свою открытость, искренность и кажущуюся слабость, эта леди опаснее самых лучших наших интриганок. И что будет, когда она достаточно освоится, я боюсь предположить. Увы, девушка совершенно нечитаема, то ли заклинание постаралось, то ли ей есть что скрывать. Хотя ее эмоции вполне уловимы и в них ничего подозрительно опасного я пока не нашел. Она даже предложила мне свою дружбу, а вот позволить себя очаровать не дала, хотя я и старался. Вроде, как и не сопротивлялась особо моим чарам, но границу провела почти сразу и четко ее придерживалась. Ксан, это первая женщина, которую я боюсь и которой восхищаюсь.

По мере того, как глава СБ произносил свой монолог, лицо короля все более и более приобретало печально-задумчивое выражение. Он знал, что избранницы не простые девушки, но эта обещала превзойти всех своих предшественниц.

- Что еще ты выяснил из вашей беседы? - все же недоверчиво спросил Ксаниэль.

- Как ты уже понял, ее зовут Эллис, ей двадцать один год, кроме этого она немного рассказала о своем мире и порядках в них. Вроде как у них полное равноправие между мужчинами и женщинами, а также считается нормальным жить вместе до брака. В ее мире практически нет магии, и основное развитие идет за счет технологий, и я думаю, ее знания в этой области могут оказаться очень полезными для нас.

- Это действительно неплохо, ты же знаешь, какие проблемы существуют уже не одно столетие у магов. С каждым поколением теряются бесценные знания, а новых разработок нет. Возможно, идеи ее мира смогут стать спасением для нас.

- Ты планируешь встретиться с ней до бала? - неожиданно для самого себя спросил герцог.

- Скорее всего, нет, не хочу навязывать ей свое общество раньше времени. И вообще мне как-то не хочется, чтобы эта Эллис начала из меня веревки вить...

Ксаниэль откинулся в кресле, сытым взглядом обозревая пустые тарелки, позавтракал он знатно.

- Это неизбежно Ксан, да и ты сам ведь не хочешь прозябать в государственных делах!

Кэриену совсем не нравилось такое отношение друга к своим обязанностям. Но ничего поделать с этим он не мог, боле того во многом и сам был виноват - недоглядел.


Эллис уверенно толкнула массивную дверь. То ли библиотекой часто пользовались, то ли за ней хорошо следили, но дверь открылась легко и без малейшего скрипа. Сделав пару шагов, девушка замерла перед просторами огромнейшей комнаты, заполненной читальными столами и стеллажами высотою в четыре этажа дворца, устремляющимися в бесконечность. На ее лице застыло восхищение, радость и довольная улыбка.

Друид с интересом наблюдал за необычной посетительницей, скрываясь за своим столом в тени угла. Избранница Первых, как долго он ожидал эту девушку, почти полтысячелетия он тешил себя надеждой дожить до дня ее появления, и теперь его мечта начала осуществляться.

Спустя пару мгновений девушка оторвала свой горящий взор от книг, и, повернув голову, заметила хранителя библиотеки. Он поразил ее своей веселостью, не смеющейся и не улыбающейся, а тихо сияющей, спокойной веселостью рассудительного существа. Пара уверенных шагов, и вот она склоняется в уважительном поклоне перед ним.

- Что же привело столь юную особу в обитель знаний, что навевают скуку?

Дэриэн не слишком жаловал большинство посетителей, они не умели ценить книги и знания, относились к ним, лишь как к средствам, а не цели. Но в эту девочку он верил, она принесла с собой страсть, охоту до новых открытий. Он чувствовал это, он предвкушал ее появление, и он молился Первым, дабы его предчувствия не оказались ошибочными.

- Ну, это смотря, как знания подавать, в устах неумелого человека, относящегося к ним пренебрежительно, они и в правду будут скучны, но если человек или не человек любит книги и хранящиеся там знания, то и делиться ими он будет вдохновенно и проникновенно, а такая речь скучной не бывает.

Эллис сама не понимала, почему сказала эти слова, почему вообще стала вести себя иначе, чем планировала, едва переступив порог библиотеки. Это место словно снимало все маски, как не нужную шелуху, оставляя только суть, единственно возможную и верную. Она осознавала это, но страха тут тоже не было места, не для нее и не сейчас.

- Ваши речи согрели мое старое сердце, - Дэриэн жестом предложил леди присесть в ближайшее кресло.

- Я очень рада, что могу быть вам хоть так полезна, - в тон ему ответила девушка, как можно удобнее устраиваясь в кресле. - Тогда, быть может, вы не откажете в помощи мне. Я жажду знаний! Что высшая ценность для меня. Как хорошая королева, я много знать должна.

- Первые не ошиблись и в этот раз, и благим целям под этими сводами я только рад. Так с чего бы нам начать?

- С плана дворца, - не в ритм, но по сути, отозвалась улыбающаяся Эллис. Смешинки в глазах древнего старца обещали прекрасную компанию и помощь в его лице. Странно, но этому даже не человеку Эллис мгновенно прониклась доверием. Словно откуда-то извне пришло знание того, что перед ней верный друг, на которого она сможет всегда рассчитывать. Она вполне могла обвинить себя в неподобающей наивности, но если не доверять всем и всегда, то для чего тогда вообще жить? Даже если ты современная бизнес-стерва, где-то в глубине тебя все равно есть наивная девчушка, восторженно смотрящая на мир. - Потом буду крайне признательна, если вы научите меня читать и писать, к сожалению, при переходе я получила только разговорные знания языка. А еще я не отказалась бы узнать о мире, в который я попала. Тут я буду рада любой информации.

- Это очень приятно, что будущая королева в первый же день бросилась на поиски знаний, а не на копание в гардеробе и драгоценностях. Подождите немного, и я принесу план.

Друид скрылся за стеллажами со скоростью, явно не подобающей существу столь преклонного возраста. Вернулся он так же стремительно, неся в руках листы наподобие ватмана, свернутые в трубочку.

- Это секретный план дворца, доступ к нему имеют только члены королевской семьи и люди, получившие от них личное разрешение, никому кроме я не имею права его предоставлять, и не предоставлю, хотя бы в силу связывающей меня магической клятвы. Но вы невеста короля, а значит уже член семьи. - Друид с довольным видом разворачивал на столе самый подробный из всех существующих планов. - В этом дворце очень много тайных ходов, защищенных гномьей магией. До свадьбы воспользоваться ими вы не сможете, но уже сейчас вам будет нелишне знать об их существовании и расположении.

- Вы оказываете мне огромную честь своим доверием, - Эллис не могла не отблагодарить друида хотя бы словами за такой подарок, намного превосходящий ее самые смелые надежды. И в очередной раз тоненьким колокольчиком звенела в подсознании мысль о том, что так везти не должно.

Твердая рука с легкостью наносила ровные линии на бумагу. Вынести план дворца, тем более секретный, из библиотеки нельзя, но зато его можно перерисовать. Естественно без закрытой части, от нее остались лишь пометки означающие входы, а так же мертвые зоны - те помещения дворца, где можно уйти от тайной слежки или поговорить, не боясь быть подслушанной. Дэриэн же, слегка улыбаясь, помогал Эллис с полезными комментариями. И упрощенное изображение плана было буквально усеяно подписями, русского в этом мире все равно никто не знал.

Друид произнес последний комментарий, будущая королева поставила последнюю точку. Немного порошка на только что написанный текст, пара секунд, пока впитываются остатки чернил и аккуратно сложенный листочек оказывается среди своих братьев. Работа выполнена на славу, хоть и заняла немало времени. Приглашение друида отобедать пришлось весьма кстати, у девушки уже начало посасывать под ложечкой, несмотря на непривычно плотный завтрак.

Оторвав взгляд от собственного творения, Эллис обнаружила богато заставленный соседний стол. Она так вдохновенно перерисовывала план, что не заметила, как друид накрыл на нем обед. Естественно полностью отсутствовало мясо, но на него во всевозможных видах Эллис насмотрелась еще утром.

- К сожалению, наша аристократия не жалует растительную пищу, считая это едой плебеев, а мужчины вообще ничего кроме мяса или хотя бы немного содержащего мясо не признают, - горестно вздохнул друид, рассматривая специально приготовленные для него яства.

- Похоже, местные придворные не знают толка не только в одежде, но и в еде! Уважаемый Дэриэн, у меня к вам просьба, не позволите ли мне ужинать вместе с вами? Мясо на ужин - это слишком для моего изнеженного цивилизацией желудка, а ничего полегче, боюсь, во время трапезы мне не сыскать.

- Милая Эллис, я буду только рад этому! Я прожил немерено лет, и знаю, что в одиночестве нет ничего прекрасного. Но и общаться с людьми, которые мне не интересны или неприятны, только чтобы не быть одному я все же не считаю верным.

- Значит, мы нашли друг друга! - Эллис улыбнулась, довольная тем, как складываются их отношения. Общаться с друидом оказалось очень легко, несмотря на огромную разницу в возрасте. Дэриэну как-то удавалось не подавлять своим жизненным опытом и знаниями. - Извините, если спрошу сейчас что-то не то, но меня сюда проводил герцог Каэрсанит. Друг моего будущего мужа, и мой друг... не ошибаюсь ли я с выбором друзей?

- Нет, думаю как раз этого человека лучше иметь в друзьях, - из глаз друида пропал привычный веселый огонек, и Дэриэн мгновенно приобрел пугающе серьезный вид. - Но, милая Эллис, будьте с ним осторожны. Его считают лишь другом короля, собутыльником и повесой, недалеким парнем, очень далеким от интриг. Всерьез его тут никто не воспринимает, так что не удивляйтесь пренебрежительному отношению к нему. Но и сами не попадайтесь в силки общественного мнения.

Холодный ветерок, неведомо как залетевший в помещение, словно отозвавшись на мысли девушки, заставил ее поежиться. Казалось только сейчас Эллис, наконец, осознала затеянное ею в полной мере. Дворцовые интриги... Да она разбиралась в людях, понимала человеческую психологию на интуитивном уровне, могла манипулировать типичными и не только представителями человеческой расы. В тоже время она умела оставаться в стороне от любой борьбы, нормально общаться с врагами лучших подруг, еще со времен школы. Но задуманные ею интриги - они требовали знаний, информации. Они как паутина, что оплетает события и их участников, охватывают прошлое, настоящее и будущее. Ей неведомо было прошлое, она только столкнулась с настоящим, и едва смела предположить будущее. Мало, так мало для задуманного. Но ей уже не отступить, стоит сойти со своей паутинки, как тут же вляпаешься в чужую.

- Спасибо, буду осторожнее с комплиментами в его адрес.

Серебристая прядка упала на лицо, выбившись из сложной прически. Пытаясь спрятать ее обратно или, на худой конец, просто убрать, чтобы не мешалась и не лезла в глаза, Эллис подумала о том, что по этому вопросу тоже можно проконсультироваться у почтенного хранителя библиотеки.

- Дэриэн, не подскажете ли мне, где проще всего найти придворного мага?

- А зачем вам маг? - удивился друид, убирая остатки трапезы парой магических жестов. Перед ней впервые кто-то кастовал заклинание, но как ни странно, никаких особых чувств у девушки это не вызвало.

- Видите мои волосы? Еще вчера они были, по меньшей мере, пяти разных цветов. После того, как я помылась с множеством различных полумагических средств, они приобрели нынешний цвет, и теперь я боюсь, что после очередного мытья цвет моих волос вновь изменится. Это, конечно, интересно, но я не уверена, что ярко-розовый так же хорошо подойдет мне, как серебро.

- Сомневаюсь, что придворный маг сможет тут помочь. А вот у меня есть одна идея, вы позволите вас просканировать?

- Конечно.

Одного слова хватило, чтобы хранитель вновь обратился к магии. Несколько пассов руками в совокупности с непонятным бормотанием смотрелись слегка комично. Эллис пришлось сдерживать себя, чтобы воображение не нарисовало каких-нибудь неприличных, но очень смешных образов. Спустя полсотки, Дэриэн расплылся в довольной улыбке.

- Все в порядке, - поспешил обрадовать девушку друид, снова устраиваясь в своем любимом кресле. - Структуру ваших волос изменили еще в вашем мире, и заложенные в средства заклинания, не рассчитанные на это, дали такой вот побочный эффект. Отныне это ваш природный цвет, который можно изменить лишь магически и, скорее всего, ненадолго.

- Отлично, сбылась еще одна мечта, - облегченно вздохнула Эллис, опять думая про себя, что в последнее время судьба слишком щедра к ней в плане исполнения желаний, как бы потом она не захотела вернуть все с троицей.

Остаток своего свободного времени Эллис провела в подготовке к вечеру. Аристократы - это немалая сила в любом королевстве, и с ними стоило дружить. Следование их правилам и традициям - это в первую очередь дань уважения, и здесь она не имела права оплошать.

И все же изучение этикета, местных традиций и еще целой кучки полезных на вечер нюансов плавно перетекло для Эллис в изучение местной письменности. Это оказалось куда интереснее, чем слушать неписанный свод правил поведения благородной девицы. А так, что может быть проще, чем сорок пять букв, каждая из которых имеет свой собственный звук, а слова пишутся в точности так, как произносятся? А произносила она их правильно, и не задумываясь. Вот только думала Эллис все так же на своем родном языке. И поэтому для нее проблема решалась просто, но непривычно: чтобы читать и писать, приходилось проговаривать текст и мысли вслух.

Уходя от друида, будущая королева чувствовала внутри себя нарастающую уверенность. Нет, она не сбиралась скидывать свою маску, но теперь надеялась играть куда тоньше и вернее, а не тыкаться слепым котенком на одной интуиции.


Глава третья. Представление первое - бал.


В главном тронном зале могла разместиться не одна сотня гостей, и сегодня он был заполнен как никогда. Собравшиеся кто с любопытством, кто с трепетом ожидали появления будущей королевы. А главной темой для разговоров, естественно, стала внешность девушки. То там, то тут возникали удивленные охи, да ахи. Ведь на этот счет существовало два противоположных мнения. С одной стороны близняшки Аривиали ссылаясь на короля, называли внешность девушки самой обыкновенной и ничем не примечательной. Где и как было высказано это мнение, как и сам факт того, что близняшки виделись с королем ни у кого не вызывал сомнения. Весь высший свет уже давно ожидал, когда эти трое встретятся. И если бы не избранница Первых, главной темой для обсуждений наверняка стала бы прошедшая ночь. С другой стороны оказались те, кто успел расспросить дворцовых слуг. Их мнение являло полную противоположность, слуги просто благоговели при упоминании девушки, и иначе как прекрасной и сияющей ее никто не называл. Оба источника информации внушали доверие, и поэтому большинство пребывало в непривычном замешательстве.

Ровно в восемь вечера прекрасно поставленный глас церемониймейстера пронзил мгновенно воцарившуюся тишину:

- Невеста короля объединенных людских земель западного материка, ее высочество Эллис!

Створки дверей разошлись, едва затихли последние отзвуки эха. Все взгляды устремились в одну точку. В этот момент присутствующим казалось, что дверь раскрывается слишком медленно, словно издеваясь над ними.

С высоко поднятой головой она вошла в зал под свет магических софитов. Те, кто прибывал в конце зала подле тронного возвышения, могли заметить лишь строгое платье цвета серебра и странный головной убор в тон одеянию. Они вздохнули разочарованно. Им не повезло. Те же, кто находился подле дверей, замерли в немом изумлении, забыв о том, что стоит дышать. Кружева из тончайшей серебряной нити оплетали стройную фигуру, подчеркивая все ее достоинства и оттеняя недостатки. В этом мире даже не подозревали о том, что, одевшись, можно выглядеть почти обнаженной. Платье скрывало все и в то же время почти не оставляло простора воображению.

Она шла легко и клином расходящаяся к полу юбка, шелестела вслед ее шагам. Высоко уложенные волосы переливались алмазной пылью и драгоценностями в лучах волшебного света. А обнаженная спина, прикрытая лишь частой шнуровкой, так и притягивала взоры всех тех, кто остался позади. Такого высший свет не видел ни разу за всю свою многотысячелетнюю историю. Она знала что рискует, очень сильно рискует, но против женской натуры не пойдешь. Какой девушке не хотелось выглядеть как само совершенство, притягивать сотни восхищенных и завистливых взглядов, а уж когда для этого есть возможности.... Это был большой риск, на грани безрассудства. Но Эллис хотела всего и как можно быстрее. А так есть шанс, что красота, необычность и смелость уронят большинство к ее ногам, дадут ничем не ограниченную власть. Вот только если не повезет, если она не справится в этот вечер, придется на весьма продолжительное время забыть про свои честолюбивые желания и затаиться.

Она шла по живому коридору, и все смолкали при ее приближении, боясь вздохнуть, боясь не успеть насладиться иномирским волшебством, а в том, что это волшебство, не сомневался более никто.

Не бывает не красивых девушек, бывает мало денег, - невольно в мыслях переиначила крылатую фразу будущая королева.


Король печально рассматривал пол, не в силах определиться, как же ему быть со своей невестой. Самые противоречивые чувства вихрем кружились вокруг него. Ему было скучно править страной, но отдавать власть девушке, как он желал того прежде, теперь совершенно не хотелось. А уж мысль о том, что она, возможно, сможет манипулировать им, как ей заблагорассудиться, приводила его в ярость. До вчерашнего дня он с нетерпением ждал иномирянку, но встретив ее, отчего-то захотел обратного. Он понимал, что сам себя накручивает, и ничего не мог с этим поделать. Она должна была быть его и только его, и делить ее хоть с государством, хоть с подданными казалось королю чем-то противоестественным. Но и показывать ей свою зависимость, страсть и желание он не желал.

Голос церемониймейстера вырвал его из бредовых раздумий. Однако взора на появившуюся в дверях невесту он так и не поднял. Восхищенные и разочарованные вздохи заинтересовали его, но он усилием воли заставил себя сохранить скучающий вид и не отрывать взгляда от пола. Он попытается игнорировать ее сегодня столько сколько сможет, нельзя позволить ей быть о себе слишком высокого мнения. Это он, король, должен использовать ее, а не наоборот.

Тишина накрывала зал постепенно, по мере приближения будущей королевы к трону. Лишь когда легкие шаги и шелест платья стихли в метре от короля, тот немного помедлив, поднял пренебрежительно разочарованный взгляд на Эллис и замер, так и не окончив выдох. Увидеть такое он совершенно не ожидал - какое пренебрежение, какое разочарование, стоящее перед ним создание могло лишь восхищать.

Воцарившуюся тишину прервали, глубокие вдохи людей, наконец-то вспомнивших о том, что следует дышать. Именно это и вывело Ксаниэля из оцепенения. Король есть король, но даже ему не стоит нарушать порядок церемонии. С изяществом, заложенным в крови и впитываемым с молоком матери, он покинул трон, представ перед невестой во всем своем великолепии, пусть теперь и уступающем ее.

- Сегодня вы божественно красивы, дорогая, - Ксаниэль со всей присущей ему грациозностью взял правую руку девушки и поднес к губам. Взгляд невольно уперся в размеренно вздымающуюся грудь, слегка прикрытую изящными кружевами и золотым колье. При каждом вздохе свет иначе преломлялся в светло голубых камнях рассыпанных по металлу. Волей неволей он завораживал, притягивал взор, не позволял тому сосредоточиться на том, что скрывалось за драгоценностью. Изящная находка. Эллис улыбнулась ему в ответ, полностью довольная собой и произведенным эффектом.

- Спасибо, мой король, - она пыталась казаться самой добродетелью и обаянием, уж очень ей не понравился безумный отблеск в глазах жениха. Но Ксаниэль даже внимания не обратил на ее слова, лишь развернулся к гостям, увлекая девушку за собой. Эллис предстояла самая тяжелая часть вечера.

От обилия неповторимых и труднопроизносимых имен раскалывалась голова. И каждому представляемому семейству следовало сказать нечто уникальное, не забыв обратиться к главе по полному имени. Она, конечно же, могла лишь кивать в ответ и протягивать руку для поцелуя, но этого бы никто не оценил, это было бы слишком просто. А для нее сейчас важнее всего показать, что она знает этикет, знает ценности элиты, и душой и телом принадлежит высшему свету, она своя, независимо от того, кем являлась до этого, какой успела показать себя здесь за недолгое пребывание. Ее оценивают сейчас, и именно от этой оценки будет зависеть количество будущих врагов и друзей. Никто не должен почувствовать, что прошедший час превратился для нее в ад, что позвоночник устал, и тяжелое платье все сильнее оттягивает шею вперед, заставляет ссутулиться, опустить взор. Она знала, что будет непросто, что тончайшая серебряная нить куда тяжелее обыкновенной, что без корсета носить такие платья невыносимо. Она сама отказалась от удобства ради красоты. А красота требует жертв, вот она истина в любом из миров. Сила воли, и нестерпимое желание достичь поставленных целей, вот то единственное, что не позволило ей отступить, хотя бы на мгновение показать собственную слабость.

Но у всего есть свой конец, и церемониальная часть вечера все же подошла к концу. В стане сторонников будущей королевы значительно прибавилось, дворяне как никто умели ценить стойкость ради идеи, ради одобрения. Гомон сотен человеческих голосов, нетерпеливо обсуждающих сегодняшние потрясения, зазвучал по всему залу и стих лишь со звуками первого танца. Музыка чарующей мелодией разлилась по зале. Этот танец принадлежал королю, как самый первый, как самый простой и сложный. Его придумали специально, чтобы оценить танцевальное мастерство мужчин. От партнерш в этом танце ничего не зависело, и высшим пилотажем являлось провести в нем, совершенно не умеющую танцевать девушку.

- Не боитесь за свои ноги, ваше величество, ведь я не обучена местным танцам, и вполне могу неоднократно пройтись по вашим конечностям?

Эллис мило улыбнулась, всем своим видом показывая искренность своих переживаний, и скрывая за ними свой страх. Страх, совершенно неожиданно для девушки поднявшийся из неведомых глубин ее души. Будущая королева собиралась покорить не только подданных, но и жениха, окончательно и бесповоротно завладеть его сердцем, играть его любовью, его ревностью, своей недоступностью и пламенеющим в сердце огнем страсти. Она собиралась, пока не встретилась с ним глазами, пока не разлились первые звуки прекрасной музыкой. Странное безумство застилало его взор, ударяя по всем чувствам волной едва переносимой опасности. Эллис даже не предполагала, что может так бояться.

А музыка захватывала, обволакивала нежностью нот, нашептывала о том, что все хорошо, словно намеренно пытаясь ее расслабить. Король же вел уверенно, порой напористо, не допуская малейшей фальши, не давая даже намека на то, что скрывалось в его взоре.

- Не беспокойтесь, дорогая, мы уже позаботились об этом, наложив на наши ноги защищающее заклинание.

Лихой поворот, и девушка взлетает ввысь, едва сдержав невольный вскрик. Сейчас она парит в его руках, едва касаясь пола кончиками ног.

- Я очень рада вашей предусмотрительности, мой король, - ни капли дрожи в голосе, одно лишь обаяние, но чего это стоило Эллис, не знал никто. Страх шевелился, расправлял свои крылья, затмевая ими взор и разум. Ее будущий муж, ее иррациональный страх, а значит главный враг. Враг, которому она обязана проиграть этот раунд. Друид посвятил ее в особенности местных танцев. Сейчас у нее нет права вести, нет возможности показать свою силу, хоть как-то преодолеть наваждение. Легкая улыбка, на первый взгляд нежная и благодарная, но это только на первый взгляд.

- Не слишком ли открыт ваш наряд, дорогая? - рука короля уверенно ласкает ее спину, осторожное касание кошачьей ямки, внимательный взгляд, ожидающий хоть какой-то реакции. Только вот девушка совершенно не замечает его ласк, ни румянца, ни участившегося дыхания, даже тело мелкой дрожью не реагирует на касания. Она холодна как лед, она в своей стихии, это ее последняя защита. Она не даст ему даже видимость власти над собой.

- Ну что вы, я считаю его наоборот излишне закрытым, - слова вылетают с томным придыханием, над самым ухом его величества, легкая дрожь, ему куда сложнее справиться со своим телом. Ветер слишком непостоянен, слишком изменчив, и так чувствителен, он не способен как вода обращаться в лед.

- О, если вы решитесь раздеться еще больше, боюсь, мы лишимся доброй половины своих подданных, их сердце не выдержит такого.

Крепкие объятия, на грани хруста костей, ни вздохнуть, ни выдохнуть. И музыка вторит им, сменяя нежную мелодию, страстным надрывом. Но она не замечает и этого, глаза смотрят прямо в глаза. Его взгляд застилает ревность, но он пытается с ней бороться, и это ослабляет давление страха. Ее не выражают ничего, кроме смеренного достоинства, все остальное запрятано слишком глубоко, не разглядеть, даже с такого расстояния. И не важно, что воздух в ее легких давно закончился, а вздохнуть не дают крепкие объятия, он ведет, она в его власти, но никогда не покажет ему этого, потому что для нее это значит проиграть.

Король первым не выдерживает прямого взгляда, и взор уходит в сторону, объятия ослаблены. Из первого сражения она вышла победительницей. Главное не вздохнуть судорожно, не показать, как тяжело ей пришлось. Музыка смолкла, танец закончен, на лицах придворных немое изумление: так чувственно, так страстно не танцевал еще никто. Танец на острие клинка, но им не понять этого, не рассмотреть за милыми улыбками.

Она сбежала, как самая последняя трусиха, не смогла выдержать накала чувств бурлящего внутри его величества. Нырнула в толпу гостей, и привычная к столпотворениям легко скрылась от жениха. Но теперь, оставшись одна, растерялась, не зная, что делать дальше, боясь нарушить этикет.

- Ваше высочество, вы разбили мое сердце! - шепот над самым ухом заставил Эллис вздрогнуть и излишне поспешно обернуться. Кэриен, довольный произведенным эффектом, сиял как начищенный ботфорт.

- Рада вас видеть, ваше высочество! - ее щеки все еще заливал румянец, и справиться с этим у девушки никак не получалось.

- Тогда не откажите мне в следующем танце, - как можно безмятежнее бросил герцог, но у него до сих пор все внутри переворачивалось от страсти, воспылавшей между венценосной парой.

- К сожалению, я не осмелюсь станцевать следующие два танца, они слишком сложны, а вот третий с радостью подарю тебе, - открытый взгляд и легкая улыбка самыми кончиками губ.

- Ты меня удивляешь, когда только успела узнать какие танцы, и в каком порядке, будут сегодня вечером?

- Пусть источник информации останется моим маленьким секретом, - кокетливая улыбка и хитрый прищур глаз, ответный дружеский флирт, она уже в достаточной мере контролирует себя. - Лучше расскажи мне, кто есть кто в этом зале, с кем мне следует познакомиться поближе, кого лучше игнорировать, а с кем стоит дружить, дабы не приобрести опасного врага.

- Эллис, ну как ты можешь, это вечер твоего веселья, не стоит думать о делах, танцуй, веселись, это больше тебе к лицу. При твоем-то наряде, даже я заядлый холостяк готов бросить к твоим ногам руку и сердце. Да и вообще, чем я тебе помогу, никогда не интересовался местным гадюшником.

Вялая попытка отбиться. Эта девушка своим напором и хваткой нравится ему все больше и больше, правда и чувство опасности увеличивается в той же мере. А еще этот непонятный взгляд, то и дело бросаемый на короля, словно девушку снедают небывалые сомнения или даже страхи.

- Кэриен, я просто не могу иначе. Более того, я доверяю твоему мнению, ты лучший друг моего будущего супруга, получая от тебя информацию, я могу быть уверена, что меня не втягивают в интриги против короля и королевства. Да и не нужны мне тонкости, так самое главное, то, что знают все кроме меня, - нескрываемое беспокойство в голосе, мольба и отведенный в сторону взгляд, ему не стоит всматриваться в его глубину, ему не стоит знать, что между будущими супругами пробежала иррациональная искра взаимной вражды. - Я ведь совсем ничего не знаю. Представь, что может случиться, если в следующем танце меня пригласит более ушлый кавалер и даст намеренно ложную информацию. На мне как на будущей королеве лежит слишком большая ответственность, чтобы я могла допускать ошибки в общении с аристократией, или попадаться в сети дворцовых интриганов. А постоянно всех и во всем подозревать я не смогу, ни физически, ни морально.

"Как же хороша" - вновь невольно подумалось Кэриену. Идеальные доводы столь умело что-то скрывающие, и лишь его многочисленные служебные таланты позволили уловить, нет, не то, что скрывается, лишь сам факт сокрытия. А главное ни капли лжи.

Вопросы будущая королева задавала редко и в основном они касались людей связанных с королевскими финансами и экономикой страны. С одной стороны именно это и интересовало ее больше всего, а с другой стороны она обозначала Кэриену сферу своих интересов, несколько успокаивая тем самым его бдительность.

Они уже кружили в танце - три простых па запомнились мгновенно. А герцог оказался танцором не хуже ее жениха, он с легкостью помогал ей не допускать мелких ошибок, не забывая при этом нашептывать о пролетающих мимо парах. Нашептывать в самое ухо, почти касаясь его губами. Ему нравилось ощущать как пробегают по ее телу волны дрожи, как она борется сама с собой, изо все сил пытаясь сохранить дистанцию.

Но вот прозвучали последние ноты, и Эллис, решив, что хватит, одним вопросом-просьбой закрыла свою милую беседу с Кэриеном:

- Кэриен, не представишь меня вон той графине, Кельнистро, если я не ошибаюсь?

Будущая королева не знала, кто на самом деле герцог Каэрсанит и чем занимается при дворе, более того она решила даже не думать на эту тему. К предостережениям умных людей и нелюди стоит прислушиваться, а девушка прекрасно помнила слова друида. Кэриен был опасен, слишком опасен для нее, он был давней слабостью, такой хороший плохой мальчик, которого просто невозможно не захотеть. И все же получить информацию она решила именно из его уст. И, похоже, не ошиблась, легкие нотки одобрения ей все же удалось разыскать в его голосе. Оставалось лишь усыпить бдительность, всех тех, кто за ней приглядывал.

То, что будущая королева предпочитала мужские компании, отнюдь не означало, что она не способна найти общий язык с представительницами своего пола. Пара комплиментов, искренняя и доброжелательная улыбка, а так же советы в отношении наряда на следующий бал, делали свое дело, сокращая число потенциальных врагов. Сейчас она являла собой законодательницу новой моды, и это значительно упрощало задачу. Единственное что не давало ей покоя, так это настойчивый взгляд в спину - не герцог, его внимание она приметила очень быстро, едва они расстались, и зуда между лопаток оно не вызывало. К сожалению, за ней сейчас наблюдали слишком многие из присутствующих. Кто-то более внимательно, кто-то с любопытством, кто-то с восхищением, кто-то с недовольством. Отыскать среди них владельца излишне пристального взгляда, не выдав себя, не представлялось возможным. Девушка лишь печально вздохнула, старательно удерживая безмятежный вид. Вот они первые последствия ее опасной игры. Вторя ее мыслям, по залу пронесся легкий сквознячок, неприятно охладивший открытую спину.


Она рассматривала будущую королеву непозволительно пристально, но ничего не могла с собой поделать. Девчонке удалось покорить сердца многих, и это раздражало еще больше. Простушка, это герцогине удалось выяснить наверняка, в своем мире она была почти никем, по крайней мере, по рождению. Но тут держалась неплохо, даже более чем хорошо для никого, но недостаточно для леди достойной быть королевой. И это бесило герцогиню. Если бы не избранница Первых, королевой стала бы она, наследница одного из древнейших родов, который уже тысячу лет не роднился с королевским, а потому имел на это наивысшие права.

Герцогиня давно смерилась с неизбежным, семнадцати лет вполне хватило для этого. Но позволить, чтобы трон заняла, во многом уступающая ей девчонка.... Она могла смириться с лучшей, более достойной кандидатурой, но никак не с уступающей ей. Конечно, эта девочка оказалась не так плоха, как могла бы, но пока уступала, и это обижало. Да, она хорошо держала ее пронзительный взгляд, почти не выдавала своего беспокойства, и источник пыталась отыскать незаметно. Но интриганка из нее слабая, в этом герцогиня не сомневалась, полагаясь на свое особое чутье, которое никогда не подводило. К сожалению, это важнейшее умение для королевы, особенно если она хочет мира во всем мире. Мужчины всегда думали о женщинах свысока, а те в ответ научились искусству интриг. Даже глава службы безопасности королевства не всегда мог превзойти интриганок, правильно распутать сплетенный клубок. Он даже не подозревал, как много герцогине о нем известно, и как часто она его использовала. Именно поэтому она была, как никто другой, достойна, возглавить страну.

Впрочем, герцогиня еще не отчаялась, все последние дни, используя все свои таланты, она осторожно внушала королю самые противоречивые чувства в отношении будущей жены. Они не должны спеться, не должны найти точки соприкосновения, они должны стать врагами... И, судя по всему, становились ими. А еще следовало подумать о том, чтобы столкнуть короля и его лучшего друга. Герцог уже пленен девчонкой, подтолкнуть его самую малость, и служба безопасности может остаться без своего главы, такое Кэриену король не простит, да и невесте своей тоже.


Его взгляд сам по себе стремился отыскать серебро ее одежд. Но вновь подойти к столь поспешно, как-то испуганно сбежавшей девушке, Ксаниэль просто не решался, совершенно не понимая своих чувств. Неограненный алмаз вдруг превратился в бриллиант в серебряной оправе. Какая ирония, серебро издревле считалось цветом королевы, как золото цветом короля. Стоило ей облачиться в свой цвет, и все в восхищении замирают перед ней, и он в том числе. Хотя всей душой желает обратного.

Оркестр играл очередной шедевр маэстро, вторя мыслям Ксаниэля. Музыка едва заметная на фоне общего шума сотен голосов, казалась чем-то нереальным. Стоило к ней прислушаться, и она мгновенно ускользала, то ли играя со слушателем, то ли просто затихая подвластная руке дирижера. Так и Эллис появлялась то тут, то там, но стоило попытаться ее рассмотреть, или приблизиться, как она оказывалась в другом конце залы.

Разговоры у короля, увы, не ладились. Серебристая фигурка занимала все его внимание, и не позволяла сосредоточиться на прочих делах. Ксаниэль попытался хоть немного развлечься. Обольщение провинциальной девицы, впервые прибывшей в столицу и смотрящей на все с искренним восхищением, и король, вдруг снизошедший до общения с ней, что может быть интереснее и проще. Поинтересоваться именем, обедневшего, но древнейшего рода, пригласить на танец, и утонуть в по-детски наивных глазах. Это помогало всегда, но не сегодня. Как бы он хотел, чтобы его королева таким же взглядом смотрела на него... Словно под действием наваждения королю казалось, что вот-вот и аристократочка превратиться в Эллис, а восхищение ее взгляда, вдруг смениться уверенностью и сознанием собственного превосходства. Ведьма! Иначе объяснить творившееся с ним, Ксаниэль не мог. Как и не мог танцевать так же страстно, с той же самоотдачей, что в самом первом танце. Музыка кружила, манила, требовала слиться с ней в едином ритме. Но он не мог, не хватало чего-то или кого-то....

Его королева каждый раз обнаруживалась в компании первейших модниц страны. И по блеску глаз, что затмевали сияние драгоценностей, становились очевидными ее советы. Следующий бал в канун их свадьбы приурочат к прибытию делегаций от других рас. И если у Эллис хвати фантазии на сотню нарядов, не уступающих ее собственному, то нелюдь окажется, приятно удивлена. Они всегда относились с пренебрежением к человеческой моде. И обычно оказывались совершенно правы. Но человеческие леди, с каким-то маниакальным упорством отказывались принимать достижения других рас, и старательно придумывали туалеты обязанные, в конце концов, затмить творения нелюди. Это непременно должно быть что-то свое, уникальное, никем ранее не придуманное. Бедные портные, очень тяжело создать то, что сам заказчик представляет очень смутно. Но по сравнению с нарядом Эллис все их потуги выглядели полной безвкусицей. Слишком пышные платья для хрупких женских плеч, максимально затянутые корсеты, почти лишающие возможности дышать, превращающие попытку улыбнуться в сущее мучение. И просто невероятное количество кринолина, драгоценностей, рюшечек, финтифлюшечек, и ярчайших, аляповых сочетаний цветов от которых рябит в глазах.

Размышляя о грядущем, под непрекращающуюся болтовню леди, король с удивлением обнаружил невесту в компании дурно прославленных ловеласов столицы. Он отказывался поверить глазам, такого просто не могло быть. Как его невеста может так непринужденно общаться с ними!? Ксаниэль как никто другой знал этих ребят, своих нередких собутыльников. И приличные девицы старательно обходили их стороной, не желая оказаться предметом сальных шуточек, и страстных попыток обольщения. А неприличные довольно быстро исчезали с кем-нибудь из кавалеров. Недолго думая, Ксаниэль направился к своей невесте, согласно этикету он должен провести с ней большую часть вечера, пора отбросить собственные страхи и показать кто в этом доме хозяин.

Графине уже десятку казалось, что она разговаривает со стеной. Но перед ней стоял его величество король, а выказывать свое недовольство царствующей особе, считалось дурным тоном. Впрочем, покидать собеседницу, не промолвив и слова, тоже.

Стоило королю приблизиться к цели, как вновь зазвучала музыка, приглашая пары к танцу. Простой, но страстный танец, он не желал его упускать, и словно насмехаясь над ним, Эллис уже спешила к центру залы, в сопровождении кавалера. Огромная волна ревности, слилась с первыми нотами и захлестнула Ксаниэля. Ее обнаженной спины касались чужие руки. И она со всей страстью отдавалась танцу, это только с ним она превращалась в лед. А музыка кружила и кружила, наращивая темп. Разгоряченная и страстная, она звала к себе, манила. Несколько прядей выбилось из прически, и теперь ниспадало на спину, взлетало ввысь, при каждом резком повороте. Она не умела танцевать этот танец, но это нивелировалось тонким чувством музыки, собственным ритмом, порой идущим в тон, порой отстающим на полтакта. Как хороший танцор он не мог не засмотреться на нее. Такая близкая и такая далекая, она пугала и завораживала, манила и отталкивала, вода и пламя, обжигающе холодная.


Не забывая попивать вино в компании, таких же молодых аристократов, Кэриен привычно болтал с ними на извечные темы: оружие, лошади и женщины. А то, что он то и дело смотрел в сторону невесты короля, удивления ни у кого не вызывало, в этом он был совсем не одинок. Однако мысли его витали далеко от обсуждаемых тем. Между королем и будущей королевой происходило что-то странное, чего он пока, увы, не мог понять. И герцог, и глава службы безопасности совсем иначе представляли этот вечер и взаимоотношения будущих супругов. Эллис уже показала себя толковым и разумным человеком, а его друг давно ждал иномирянку, чтобы скинуть на нее ворох своих государственных дел, и столь старательные попытки не приближаться друг к другу после первого танца вызывали недоумение.

- Герцог Каэрсанит, не будете ли вы столь любезны, представить мне ваших друзей? - смеющийся голос Эллис, молнией ворвался в мысли, разбив их в дребезги.

- Ваше высочество?! - он изобразил почти неподдельное удивление. Впрочем, откуда Эллис знать, что именно представляют собой его друзья и сколь далеко от них следует держаться приличным девушкам.

- Герцог, я всего лишь устала говорить о моде и ни о чем, позвольте отдохнуть душою в вашей славной компании!

- Конечно, ваше высочество, позвольте вам представить маркизов Нарнуно и Аривиалли, герцога Эстеперато, и графов Десталь, Бранш и Каэрс.

- Вы затмеваете свет в этом зале, ваше высочество! - не растерялся маркиз Аривиалли. По слухам именно он увел своих близняшек кузин с праведного пути.

- И что же интересное вы тут обсуждали господа?

- Оружие, ваше высочество.

- Герцог рассказывал нам об одном удивительном клинке, недавно покинувшем подгорное царство и попавшем в королевскую оружейную.

- А мы спорили о том, не преувеличены ли его свойства, любителями приукрашивать рассказы.

- Но думаю, это не будет интересно вам, ваше высочество, - с нажимом на последних словах произнес Кэриен, намекая девушке, что тут ей оставаться, не стоит. И Эллис даже поняла его, однако ни он, ни она не успели придумать причину уйти, как зазвучала музыка, призывая на танец. Маркиз Аривиалли не растерялся и в этот раз, настойчиво пригласив девушку на танец.

Кэриен выругал себя, за то, что не успел первым и не воспользовался таким хорошим поводом увести Эллис подальше от дурной компании. По привычке пройдясь взглядом по залу, он тут же увидел направляющегося к ним короля и выругался еще раз. Весь вид Ксаниэля не сулил Эллис ничего хорошего. Таким герцог своего друга еще не видел. Тот казалось, не замечал никого и ничего вокруг, только восхищенно-бешенный взгляд был устремлен в центр танцующих, где кружилась его невеста.

Кэриен поспешил отшутиться от друзей и незаметно приблизился к королю, идущему на перехват заканчивающей танцевать пары. Происходящее герцогу совсем не нравилось, и он решил за лучшее, пока не вмешиваясь, все же быть как можно ближе к королю и будущей королеве.


Эллис уже давно находилась на пределе своих сил. Незнакомые танцы и вовсе были не в радость, но отказывать или хоть как-то показывать свою усталость, она не имела права. Только молилась, чтобы танец поскорее закончился, и она смогла бы покинуть кавалера, как ее и просил Кэриен. Тем более кавалер вел себя излишне навязчиво, явно переходя дозволенное рамками приличий.

Девушка окончательно осознала, что должна хоть немного отдохнуть от всех и вся, иначе скоро просто свалиться без сил. Наконец мелодия стала стихать - можно с милой невинной улыбкой раскланяться с Артуро и под шумок удалиться в какое-нибудь уединенное место. Однако покинув маркиза Эллис даже обрадоваться не успела, как передней словно из-под земли появился Ксаниэль.

- Позволите сопроводить вас, ваше высочество, - голос короля прямо таки сочился ядом ревности, поднимая из глубин ее души, казалась бы уже забытый страх. Только сейчас Эллис поняла, почему Кэриен так поспешно пытался ее спровадить от своих друзей.

- Конечно, мой король, я хотела бы немного отдохнуть от суматохи бала.

- Наши желания на удивление совпадают, - еще более едко заметил Ксаниэль, со всей силы сжав на ее локте свои пальцы, и настойчиво увлекая девушку за собой. Эллис оставалось лишь повиноваться, плотно стиснув зубы. Было не столько боль - изнеженной девицей она никогда не была - сколько обидно. Не успел жениться, а уже такое грубое обращение. Эллис едва переносила такой типаж мужчин и всегда старалась держаться от них подальше, вот только корона оказалась слишком желаема.

Ее стремительно провели по каким-то галереям, лестницам и переходам, пока, наконец, не втолкнули в пустой альков, явно удаленный и скрытый от посторонних глаз и ушей.

- Что ты себе позволяешь! - перемена в Ксаниэле произошла столь стремительно, что даже внимательно смотрящая на него и ожидающая всего, что угодно Эллис ничего не успела уловить.

- О чем вы, ваше величество!? - она сама покорность и удивление - отчаянная попытка скрыть страх, от которого уже подрагивают колени. Ее будущий муж в бешенстве, они одни и никто не придет ей на помощь. Эллис слишком хорошо знала, чем заканчиваются подобные разговоры, и все ее естество противилось этому. Она разрывалась между сотней вариантов развития событий и просто не знала, какой выбрать. Растерянность, непонимание, страх, все мешало думать, анализировать, искать наименее болезненный выход из ситуации. Ей хотелось ругать себя последними словами, за самонадеянность, непроходимую глупость и дурацкие желания.

- О чем!? О том, что приличные девушки обходят некоторых молодых людей стороной, а моя невеста должна быть девушкой приличной, - нет, Ксаниэль теперь не кричал, но тщательно удерживаемая спокойным голосом ярость пугала куда больше.

- Но, ваше величество, откуда мне знать? Там был Кэриен, я подошла к нему, он же ваш друг! - глупость, несусветная глупость так сейчас оправдываться, но других идей у Эллис просто нет, словно в голове поселилась пустота. Осталась лишь роль, проработанная со всех сторон роль, совсем не подходящая сейчас, но кроме нее ничего нет.

- Об этом друге, такая слава по дворцу ходит! Хочешь, чтобы меня считали рогоносцем еще до свадьбы? - Ксаниэль наслаждался, впервые за этот вечер он так наслаждался... Безграничная власть, столь желанная, над столь желанной девушкой, ее робкие и глупые оправдания, ее страх, что он ощущал каждой клеточкой своего тела. Такой возбуждающий, такой манящий.

- Нет, ваше величество, я, правда, даже не знала, это случайность! - еще большая глупость, еще больше неконтролируемого страха, и понимание собственной абсолютной никчемности. Ей только казалось, что она способна просчитать все.

- А твое платье, этот вот разврат, хочешь сказать тоже случайность, что ты понятия не имела что сошьет тебе портной, что не ты уговорила его именно на эту ничего не скрывающую ткань! - он наслаждался, наслаждался собственным бешенством, ревностью, что, наконец, нашла выход, что освобождала его измученное тело.

- Но у нас так принято...

- Я заметил, что у вас в норме отдавать себя налево и направо всем встречным!

- Да, как вы смеете бросаться такими обвинениями! - несправедливое обвинение короля стало последней каплей. Чаша страха вдруг переполнилась, и он ушел, просто исчез в неизвестном направлении, проснулась холодная расчетливая ярость. Эллис достаточно хорошо знала, что лучшая защита это нападение. И хотя стало уже поздно, она больше не боялась сделать хуже, потому что хуже быть уже не могло. До рукоприкладства оставались считанные мгновения.

- Смею, я король! - Ксаниэль едва не дал петуха, изменение в тоне девушки, ее переход от оправданий в наступление вдруг сбили его настрой.

- А я будущая королева и не позволю так о себе думать!

- Да?!

- Да! Предлагаю сделку! - слова сорвались с губ, прежде чем Эллис сообразила что говорит.

- Сделку?! - король удивился, разыгрываемый сценарий развития событий вдруг затрещал по швам.

- Я докажу что способна устоять перед любыми соблазнами, что ни один мужчина, ни одной расы мира не сможет добиться меня, включая вас ваше величество, моего мужа, первого среди людей, бесспорно самого красивого и лучшего любовника! - Эллис буквально выкрикивала каждое слово, словно в запале пытаясь доказать этим своему жениху всю их силу. Но теперь она вновь играла, кидала в свою речь крючки, мимо которых сбитому с толку его величеству уже не пройти. Хотя сама она до сих пор не понимала, что творит и к чему это все приведет.

- Смелое заявление! - ему, королю, бросили вызов, и отчего-то ему это нравилось, будоражило кровь, пробуждало в глубине души еще толком не уснувшего охотника.

- Только у меня условие, никакой магии и никакого принуждения, только мое осознанное и добровольное желание отдаться вам. И до тех пор, пока я не проиграю или вы не признаете себя проигравшим, я буду абсолютно свободна в своих действиях и поступках, а в случае моего выигрыша и после. Но если я проиграю, я всецело отдамся в вашу власть, буду послушна и исполнительна.

- Хорошо, но не надейтесь, что я поверю вам на слово...

- Отлично, я сама хотела попросить вас о скреплении сделки магией, увы, сама я подобными навыками не владею, - она вновь само очарование и добродетель, ласковая кошечка, укрывшая свои коготки, словно их у нее и нет вовсе.

- Нам нужна третья непредвзятая сторона, Кэриен хватит шпионить, выходи! - Если бы герцог сам не подсказал другу о своем присутствии, Ксаниэль никогда бы об этом даже не догадался. И король хорошо это понимал, но не покрасоваться такими способностями перед своей будущей добычей он просто не мог.

- Даже уединиться не дадут, везде король отыщет, - попытался отшутиться вынырнувшись откуда-то из-за зарослей герцог.

- Брось, ты уже оформил сделку? - королю было не до игр, ему не терпелось заключить сделку и приступить к долгожданной охоте. Ревность и бешенство покинули его мгновенно, уступив место новым куда более ярким чувствам.

- Да, можете взглянуть...

- Проверти, ваше высочество, все ли так, как вы хотели? - снисходительное пренебрежение, он ни капли не сомневается в своих силах, и не боится этого демонстрировать. Пусть жертва начинает готовиться к проигрышу. И тогда он получит именно то, что хотел.

Кэриен при этих словах едва не похолодел, однако девушке тоже было не до деталей, и его вольности с формулировками условий остались незамеченными.

- Да, ваше величество.

- Тогда скрепляй Кэр, и посмотрим, насколько же вас хватит, моя дорогая!


Глава четвертая. Славься блеск мечей.


Открывать глаза, королю не хотелось. Но и уснуть вновь, отчего-то никак не получалось, оставалось только нежиться на мягких перинах, смакуя воспоминания о прекрасном сне. Однако и этого ему не дали. Ксаниэль всегда удивлялся способности друга появляться в его спальне с утренним докладом сразу же после его пробуждения. На все вопросы и даже приказы, Кэр лишь туманно улыбался, ссылаясь на свою излюбленную отговорку - везение.

Любопытство побороло лень, и король приоткрыл левый глаз. Теперь он имел возможность наблюдать, как герцог с самодовольным невозмутимым видом устраивается на краю королевского ложа, совершенно не смущаясь своего неприличного поведения. Впрочем, поведи его друг себя иначе, и король решил бы, что случилось что-нибудь непоправимое, а так можно не волноваться. Губы сами по себе расплылись в улыбке, и правый глаз тоже соизволил открыться.

- Ты неисправим, мой друг, никакого почтения к венценосным особам, - тяжелый обреченный вздох, призванный вызвать хоть капельку сочувствия у собеседника.

- Почтение надо заработать Ксан, и явно не сомнительного рода сделками с будущей женой...

- Ну, что опять не так? - почти взмолил Ксаниэль. Весь остаток бала Кэриен порывался прочистить другу мозги, но король этого не желал и всеми правдами и неправдами отмахивался от надоеды советника, старательно избегая оставаться с тем один на один. Ксаниэлю самому не нравилось произошедшее, он чувствовал себя виноватым за то, что дал волю своим чувствам. Но отказываться от сделки он пока и не думал, слишком пресной стала его жизнь в последнее время.

- Ох, Ксаниэль, ну нельзя же быть таким слепым... Ты что, так до сих пор и не понял, какой карт-бланш предоставил своей супруге?

- Ну и что? Она для того нам и дарована, пусть делает что хочет! - уж что-что, а свободы невесты интересовали короля в самую последнюю очередь, и то исключительно в силу любопытства - а чего она со всем этим сможет придумать? Править он не желал, а вот охота...

- Ну, уж нет. Тебе может и все равно, а я предпочитаю не терять контроль над ситуацией. Хорошо хоть все произошло спонтанно, она явно сама не ожидала такого развития событий и даже не перечитала условия сделки.

- Что ты там написал?

- Ничего особенного, просто сформулировал ее пожелания несколько иначе, заложив в них некоторые ограничения. А то, знаешь ли, не спать с мужчинами - совсем не сопоставимо с даруемыми вольностями. Да и ты случайно можешь перестараться...

- Ладно, со сделкой я как-нибудь разберусь сам, и хитрости твои не понадобятся. Как она вообще?

- Держится молодцом, не ожидал такой выдержки, платье-то у нее самое тяжелое на балу было. А признаков усталости она старалась не выдавать до последнего. А уж, с каким трудом, ее высочество вставала сегодня и приводила себя в рабочий вид... У Эллис железная воля, в таком состоянии в такую рань, я бы ни за что не встал, даже если бы от этого зависела моя жизнь. Так что думаю поставленное ею условие не с бухты-барахты взялось. И я настоятельно рекомендую тебе разобраться с вашей сделкой иначе, чем попытавшись выполнить ее условие. Она выстоит.

- Посмотрим...

Так просто сдаваться, даже не попробовав, Ксаниэлю совершенно не хотелось. Слишком давно он не охотился на тварей из магических аномалий, и устоять перед сопоставимой по азарту схваткой он теперь просто не мог. А уж после убеждений Кэриена, у него и вовсе взыграла гордость, так хотелось доказать тому, что он со своей паранойей главы СБ слишком переоценивает иномирянку. Она женщина, всего лишь женщина, а значит рано или поздно не устоит, перед ним, или же перед скоро пребывающими гостями. В отношении способностей некоторых представителей иных рас затащить в свою постель даже неприступную скалу он не сомневался. Тут же возникла мысль, в крайнем случае, попросить кое-кого о помощи, только вот всколыхнувшаяся в глубинах ревность заставила отринуть ее как несостоятельную. Ксаниэль должен был сделать это сам, тем самым еще и доказав что он ничуть не хуже всяких драконов, да демонов с эльфами.

Кэриен легко прочитал по лицу друга все его размышления, и едва удержался от того, чтобы не скривиться в ответ. Впрочем, он и сам в качестве крайнего варианта обдумывал подобное разрешение ситуации. Как окончательно относиться к заключенной сделке, герцог еще не определился, ему очень нравилась Эллис, но полностью доверять ей он пока остерегался. Теперь она все-таки заполучила возможности действовать как во благо, так и во вред, считая это благом...

- Ты так и думаешь нежиться в постели до обеда? Подготовка к свадьбе, все еще требует твоего участия, - Кэриен решил за лучшее переключиться на другую тему, но это отнюдь не означало, что он оставит Ксаниэль в покое и не попытается, так или иначе его образумить.

- А Эллис на что? Как раз, будет занята полезным! - невинное выражение лица, портили демонята, пляшущие в глазах его величества.

- Тогда хоть с отчетом по безопасности соизволь ознакомиться, - герцог протянул другу внушительную папку, искрящуюся от обилия защитной магии, - и не забудь убрать ее в хранилище, я буду очень недоволен, если ты опять забудешь ее в своем всем-кому-не-лень-доступном кабинете!

Ксаниэль горестно вздохнул, мечтая заниматься совсем другими делами, но папку взял и даже раскрыл.


Цокая небольшими коблучками и стараясь не запутаться в многочисленных юбках, Эллис неслась по коридорам дворца со скоростью явно не подобающей не то что королеве, но и даже простой служанке. Гвардейцы и те едва поспевали за ней. Однако войти в обеденную залу после короля стало бы верхом неприличия, вот и приходилось спешить. Ощущение что она не успевает, как посетило ее во время утренних дел, так и не отпускало до сих пор. Даже невероятно раннее пробуждение не спасло ее, все равно потом пришлось слишком долго приводить себя в рабочее состояние. А потом потянулась нескончаемая вереница знатных дам, желающих личной аудиенции у ее высочества, к которым еще и маркиз Бали добавился, оккупировавший ее гостиную и нудно вещавший о свадьбе и во время прочих аудиенций, и в перерывах между ними.

Перед двустворчатыми дверями, изобилующими позолотой и деревянными мозаиками, Эллис вынужденно притормозила, оправляясь и пытаясь отдышаться. Под глас церемониймейстера в зал с нескрываемым достоинством вошла невеста короля. Вот только на обед ее совсем не ждали, и место по правую руку от короля занимала герцогиня Орьениаль, самая высокороднейшая из присутствующих дам, наследница огромного состояния и герцогского титула. Свободны были только кресла короля и королевы. Все гости, приветственно поднявшись со своих мест, как один пристально смотрели, на почти остановившуюся девушку, кто-то со злорадством, но большинство с сочувствием. Эллис же приняла решение быстро, и лишь обозначив небольшую растерянность и отсутствие выбора, она устремилась к месту королевы.

Короля объявили, едва девушка опустилась в кресло. Ксаниэль с постным выражением лица прошел к своему месту во главе очень длинного стола, на сотню гостей не меньше. Невесту и ее нарушение этикета он словно и не заметил. Однако стоило свершиться церемонии с первой переменой блюд, как его величество склонился к уху девушки.

- Уже пользуетесь плодами нашей вчерашней сделки, - его голос не осуждал, а заигрывал.

- Увы, мой король, мне просто не оставили выбора, - печально и томно вздохнула девушка. Даже в столь резко переменившейся ситуации Эллис решила за благо продолжать играть свою кроткую роль, и действовать, как и задумывалось ранее, осторожно и обходными путями, теперь возможно чуть более короткими. Наконец получив столь желаемое, да еще и в полной мере, она вдруг поняла, что просто не знает, что со всеми своими свободами делать. Эллис, несмотря на все утренние размышления, так и не придумала с какой вообще стороны подступиться к дарованным возможностям и как их можно использовать в складывающейся ситуации. Зато охотящегося на нее непредсказуемого супруга она на свою голову заполучила.

- Ваше величество, - подала голос, сидящая достаточно близко, чтобы все слышать, герцогиня Орьениаль, - я думаю, здесь несомненна вина распорядителя церемоний, он должен был рассчитывать на появление ее высочества, даже если она не почтила завтрак своим присутствием и присутствовать на обеде не собиралась. Да и моя вина несомненна...

- Ну что вы Ориона, о какой вине может идти речь! Это место уже давно было вашим по праву.

А вот сейчас король явно заигрывал с миниатюрной, фигуристой и вполне симпатичной на личико герцогиней. При своей абсолютной неревнивости, Эллис оставалось лишь потешаться над подобными попытками, да украдкой изучать собравшихся в зале людей. Все двадцать герцогов и одна герцогиня, наследница титула, присутствовали в этой зале, и располагались ближе всего к королевской чете по древности своего рода. Почти все они были либо с супругами, либо с наследниками. И они все выглядели непривычно молодыми, но лишь у пятерых еще не было своих детей, включая Орьениаль и Каэрсанит. Единственный близкий знакомый Эллис, уже пребывая в далеко не трезвом виде, продолжал накачиваться вином через пару человек по левую руку от нее. Кэриену явно было скучно без его обыкновенной компании, и он, не скрываясь, демонстрировал это.

Понаблюдав немного за своим единственным другом, сейчас совсем не похожим, на того человека, с которым ей доводилось общаться, будущая королева переключилась на дальнюю половину стола, где присутствовали наиболее видные государственные деятели страны. Всех этих людей ей предстояло узнать, понять и найти к ним подход. Лишь король, постоянно пытающийся соблазнительным голосом прокомментировать какое-нибудь блюдо, отрывал девушку от наблюдения за интересующими ее персонами, от разговоров, что велись во время королевского обеда.

Будущая королева утолила свой голод довольно-таки быстро. Для приличия поковырявшись вилкой в очередном блюде еще некоторое время, Эллис все же решила первой покинуть обеденную залу.

- Ваше величество, позволено ли мне будет покинуть вас? Я более не голодна, а подготовка к свадьбе требует много времени.

- Жаль, дорогая, что вы спешить нас покинуть, но возражений мы не имеем.

Автоматические двери залы медленно и привычно закрылись за спиной девушки. Слуги и свитские ожидающие господ у трапезной мгновенно склонились в поклонах. Эллис растерялась на мгновение, еще не привыкшая к оживленности дворца. Но Миларина вовремя оказалась рядом, позади стукнули каблуками готовые гвардейцы.

- Миларина, - негромко подозвала к себе камеристку будущая королева, едва они достигли первого пустого коридора.

- Да, ваше высочество!

- Я хочу, чтобы ты взяла четырех гвардейцев и с ними отправилась в мои покои из холла Величия, - Эллис говорила едва слышно, так чтобы ее могла расслышать лишь идущая рядом камеристка. - Там ты всем кто пожелает меня видеть будешь сообщать, что я устала за утро, а обед оказался слишком плотен, поэтому я уединилась в своих покоях для отдыха. Если мною будет интересоваться король, и только в этом случае, и только ему сообщишь, что я занимаюсь в библиотеке. Мне хватит и одного гвардейца.

"Тем более один гвардеец никак не сможет покинуть свой пост и доложить о месте моего пребывания".

- Но, ваше высочество...

- Я думаю, с хорошим приданным вами вполне может заинтересоваться даже граф.

- Спасибо, ваше высочество!

С каждым часом проведенным во дворце, уверенность Эллис в собственных силах только крепла. Одна проблема уже решена, а в холле свернув в нежилой дворец, она скинет еще и хвост тайной слежки...


Эллис прокралась в библиотеку как мышка, скрывающаяся от кошки, вызвав веселую улыбку на старческом лице. Дэриэн уже почти забыл, каково это иметь дело с детьми, особенно считающими себя взрослыми и очень-очень умными. Они думают, что хитрее всех окружающих, что их уловки и попытки манипулировать это высший пилотаж, а не детский лепет. И какой бы способной не была избранница Первых ей еще очень долго и очень многому придется учиться и у него самого, и у жизни, что не любит зазнайства и рано или поздно не больно, но очень обидно дает по носу.

Дэриэну очень многое хотелось обсудить с Эллис, пожурить ее за ту массу глупостей, что она успела совершить за последние сутки, но раскрывать хотя бы малую часть карт еще рано. Девушка должна привыкнуть к нему, должна найти в нем мудрого и заботливого отца, которого ей так всегда не хватало, почувствовать единственную опору в этом нестабильном мире. Она совсем не глупенькая и даже сейчас способна все понять, и не задавать лишних вопросов... вслух, а вот про себя их возникнет тысячи, и десятки тысяч возможных ответов на них. Увы, сомнения не самый лучший советник. Но вот за столь явный уход от слежки будущую королеву надо обязательно пожурить, незачем навлекать на него лишние подозрения, один глава СБ уже смог заглянуть в игры высоких. А вот обсуждение сделки он оставит на потом, благо девушка пока не спешит пользоваться внезапно свалившимися на нее возможностями, значит не все еще потеряно.

Легкий хруст бумаги, магический свет, словно разлитый в воздухе и не дающий теней, и огромное количество букв, еще мало знакомых Эллис, но за ними скрывается так много интересного. Дэриэну нравится жажда знаний избранницы и стоит ей устать от мельтешения букв, стоит ей задать вопрос, как он начинает говорить. А он всегда был одним из лучших рассказчиков, его плавная речь ничуть не убаюкивает, наоборот заставляет концентрироваться на услышанном, с жадным блеском в глазах внимать каждому слову. И казалось, они начали буквально с часок назад, а впереди целое море неизведанного, такое огромное, что кажется глупостью мысль пойти спать и оставить все это до следующего дня. Но Дэриэн понимает что пора, и чтобы не казалось его подопечной, большего она за сегодня уже не усвоит. Хватит с нее и геополитических особенностей того места, куда она попала: круглая планета, два материка, находятся они на западном, самом крупном, протяженностью с севера на юг в шестьсот пятьдесят десятин, а с запада на восток лишь в триста тридцать. Климат у них на всей планете мягкий, с очень низкой амплитудой колебания температур. Есть моря, заливы, горы и тринадцать рас, живущих на этой планете. Вот про расы он рассказал девушке куда подробнее, уже через три дня ей предстояло познакомиться с представителями всех из них. Да и прибудут не просто полномочные послы, а сами августейшие особы. А вот информация про межрасовый совет вызвала в глазах девушки совсем не понравившийся друиду блеск. Теперь ему надо подумать, как уберечь новоиспеченную королеву от излишней активности на межрасовой сцене, там собрались слишком крепкие для нее орешки.


Кабинет герцога выдавал в нем человека практичного и склонного к абсолютизации порядка. Что совершенно не вязалось с обыкновенно пусть и элегантным, но все равно небрежным видом самого герцога. Каждая бумажка здесь имела свое место, точно отведенное ей хозяином. Массивный стол и удобное кожаное кресло, с отличными эргономическими показателями, позволяли Кэриену работать подолгу, не заботясь об усталости. Нередко в этом кресле глава СБ проводил ночи напролет, забыв об отдыхе и сосредоточившись на работе. Увы, его день и вечер принадлежал маске вызывающе наслаждающегося жизнью молодого герцога.

Всю остальную площадь комнаты занимали стеллажи с книгами и документами, скрывающие не один потайной механизм. Кабинет являлся святая святых службы безопасности, располагаясь в одном из помещений закрытого дворца.

Дверь отворилась бесшумно, как почти все двери во дворце. Но Кэриену, чтобы узнать о посетителе, оказалось достаточно небольшого колебания воздуха, и едва различимого звука. Оторвав взгляд от документов, он сильно удивился, обнаружив на пороге короля. Ксаниэль появлялся в этой комнате очень редко и в основном по не требующим отлагательства делам.

- Ксан, что-нибудь случилось? - причины столь непривычного поведения его величества, сильно заинтересовали Кэриена, неужели тот тоже уже обнаружил пропажу ушедшей от слежки девушки.

- Ну, если считать случаем ответственного за свадьбу маркиза Бали, - начал Ксаниэль, удобно устраиваясь в еще одном кресле, - то можно сказать и так, потому что он, в самом деле, случился на мою голову: видите ли моя невеста так устала после обеда, что категорически отказывает всем в аудиенции и он занялся мной. Я едва скрылся от него и надеюсь немного отсидеться у тебя. А заодно мне интересно, чем занята настолько уставшая, ее высочество.

- Она кропит над книгами в библиотеке, в обществе нашего почтенного хранителя. Видимо ее стремление получить как можно больше знаний о нашем мире благосклонно сказалось на их общении.

- А что тогда делает пре-виконтесса в апартаментах моей невесты?

- Выполняет просьбу, ее высочества, за графский титул между прочем.

- И ты весьма этому доволен, - обижено и ревниво отозвался Ксаниэль, то, как друг благоволил будущей королеве, ему совсем не нравилось.

- Ну, пока наша иномирянка действует излишне топорно и прямолинейно, но за ней есть, кому приглядеть, поэтому не беспокойся. Хотя то, что она нашла общий язык с почтенным Дэриэном, мне совсем не нравится, лучше бы дать ей других учителей и наставников.

- Но зачем, Кэр, друид работает у нас хранителем еще со времен какого-то там моего прадеда. Сомневаюсь, что он может научить Эллис чему-то не тому.

- Да, пока он только научил ее читать, писать и тонкостями этикета. Только вот меня это наводит на куда большие подозрения. Арен не просто так относился к нему с осторожной опаской. Дэриэн всегда был темной лошадкой, и с чего вдруг такой нелюдимый он воспылал жаждой помогать какой-то там иномирянке?!

- Твой наставник мог бы, и просветить тебя на этот счет, а не бросать в пучину неведомых событий, уходя. Ладно, не будем о грустном, как идет подготовка к прибытию делегаций? Межрасовый совет не собирался сотни лет, и возможно в следующий раз он состоится не скоро. Мне не хотелось бы упасть в грязь лицом.

- И это говорит тот, кто только что сбежал от старины Бали, вместо того, чтобы лишний раз убедиться, что все идет как надо!?

- Ну, со стариной Бали за торжества нам беспокоиться не стоит, и меня куда больше интересует вопрос о безопасности гостей.

- Так, утренний отчет, ты, конечно же, так и не прочитал...


Утро началось привычно: с раннего пробуждения, французского завтрака в местном исполнении и маркиза Бали, решившего отыграться за ее вчерашний побег. Отделаться от него удалось лишь спустя полтора часа. Маркиз буквально вцепился в невесту короля мертвой хваткой и не успокоился, пока не решил все вопросы, которые запланировал. При этом он клятвенно заверил, что непременно посетит девушку еще и после обеда. Эллис не стала его разочаровывать сообщением о том, что после обеда она будет занята в библиотеке, где на пару с хранителем они расправятся с его сиятельством очень быстро.

Легкий скрип двери удивил девушку. До сих пор все встреченные во дворце двери открывались если не автоматически, то легко и бесшумно. Дверь оружейной казалось, не принадлежала этому зданию, настолько она не вписывалась в помпезный интерьер, своею кажущейся ветхостью. Гвардейцы и понурая Миларина остались у входа. Эллис пришлось очень постараться, чтобы убедить будущую графиню в необходимости этого визита.

Оружейная по праву занимала одну из самых больших зал дворца, лишь немногим уступающую тронной. Здесь хранились шедевры мастеров столь далекой древности, что не всякий долгожитель смог бы вспомнить клеймо оружейника. Обилие оружия поражало взор, и глаза Эллис мгновенно загорелись жадным пламенем. Видеть так близко настоящие боевые клинки ей еще не доводилось. И в руках ничего смертоноснее кухонного ножа она не держала, а тут такая возможность.

Внимательный взгляд пытался охватить как можно большую часть помещения. Будущую королеву интересовало не красивейшее подарочное оружие, очень часто вручаемое очередному королю по поводу и без. Нет, ее влекли боевые шедевры мастеров, те, что уже имели великую историю, прежде чем попасть в стены дворца, или же дожидались, пока умелая рука не вырвет их из заточения и направит навстречу славным подвигам. Боевое оружие подобно ее вчерашнему платью, оно драгоценно само по себе и в украшениях не нуждается. Такие клинки обнаружились в самом дальнем конце залы. У этой стойки Эллис замерла, потерявшись во времени, пока не услышала покашливание за спиной.

Она вынырнула из сладкого плена мастерства слишком резко, тело среагировало на рефлексах, но уже спустя мгновение контроль был восстановлен. Она вновь олицетворяла собой само спокойствие и невозмутимость, перед мастером нельзя падать в грязь лицом, с ее-то далеко идущими планами. Нет ничего удивительно в том, что мастер Грейн смог подойти столь бесшумно, без этого умения Эллис просто не представляла себе искусного воина и наставника. Еще на балу подслушав несколько разговоров об оружии девушка узнала о смотрителе оружейной, сто шестидесяти двухлетнем виконте Эскаре Грейн, лучшем мастере королевства. Годы и многочисленные раны, конечно, дали о себе знать, поэтому вот уже тридцать лет виконт официально занимал спокойную должность смотрителя оружейной, а неофициально обучал всех желающих, сумевших его заинтересовать. Но над добычей этой информации Эллис пришлось порядком потрудиться.

Девушка положила саблю на место и повернулась к ожидающему ее человеку. Мужчина оказался раза в полтора шире ее и как минимум на полголовы выше. Его одеяния не соответствовали принятым у аристократов в той же мере, что и дверь оружейной прочим дверям во дворце. Не молодой, но далеко и не старый мужчина, в самом расцвете лет, лишь полные жизненного опыта глаза выдавали в нем истинный возраст. Стандартные темные волосы, опять же остриженные слишком коротко для его титула, делали ее будущего учителя таким похожим на среднестатистического сорокалетнего соотечественника-военного. Немного повеяло Землей, Эллис на миг показалось, что все лишь сон. Она скоро проснется в своей любимой кровати. Новый день закрутиться вокруг нее, и она вновь и вновь будет стремиться к недосягаемым вершинам.

- Рад приветствовать в своей скромной обители ее высочество, - еще не совсем привычный титул, мгновенно развеял ореол узнавания. Виконт Грейн вновь оказался плоть от плоти этого мира, сказка продолжалась. А вот хорошая или плохая, это теперь зависит только от нее. - Разрешите представиться: смотритель оружейной виконт Эскар Грейн.

- Я рада познакомиться с вами виконт, - привычно протянута рука. Концентрация на пределе возможностей, у нее сейчас нет права на ошибку. Ей нужен учитель, и даже не столько ради реальных умений в будущем (зачем они королеве), сколько ради доказательства, что она сможет, что она ничуть не хуже.

- И что же привело вас ваше высочество в столь исконно мужское место? - виконт рассматривал свою будущую королеву с большим интересом, пожалуй, даже на грани непочтения. А в голосе проскальзывала легкая ирония. Причуды невесты короля, что еще можно ожидать от девушки, да еще чуждой их миру. А может всего лишь испытание, проверка на стойкость, не ошибся ли он.

- Я ищу учителя, - спокойно и искренне. Виконт слишком внимателен и чуток, он воин, с ним не стоит играть. Либо она сможет сразить его своим главным оружием - искренностью, либо останется ни с чем. Уже сейчас из пары слов, из интонаций голоса, из внешнего вида, из движений - легких, порой незаметных глазу, понятно, что лучшего учителя во дворце ей не сыскать. Все остальное мишура, не заслуживающая внимания. Перед ней мастер своего дела, а это дорогого стоит.

- Позвольте поинтересоваться, для чего вам нужен учитель? - все та же легкая ирония, и немного насмешки, опять на грани почтения, опять снисходительно, словно к малому ребенку. Конечно, он догадался, что за учитель и для чего. Но достойна ли ученица учителя?

- Чтобы научиться владеть оружием, - улыбка лишь кончиками губ, почти ухмылка, и те же интонации, что прежде наполняли другой голос. И в то же время ее слова звучат вдохновенно. Она ведь знает, чего хочет, знает, что достойна этого, знает, что сможет.

- Но это не пристало девушке. Да и для будущей королевы - более чем странное желание, - виконт Грейн улыбается в ответ, ирония из голоса никуда не исчезла, но все же эта девчонка ему нравиться. А сердце кричит: поверь, ты не ошибся.

- Знаю, но ничего не могу с собой поделать. Я очень давно об этом мечтала, к тому же я считаю важным уметь постоять за себя и защитить своих будущих детей. Моя жизнь оказалась слишком непредсказуемой, чтобы я смогла поверить в то, что дальше она окажется спокойной. Спокойствие не для королев.

- Я наблюдал за вами, с того момента как вы зашли, и заметил, что вы полностью проигнорировали самое красивое оружие в коллекции его величества, зато заинтересовались этим невзрачным стендом, что вас привлекло? - вопрос задан неспроста, лишь честный правильный ответ, даст этой девушке шанс. Ее аргументы весомы, но этого мало для обучения. Она тоже понимает важность вопроса, и в то же время рада, что он задан; рада, что изначально повела себя правильно; рада, что не ошиблась.

- Работа мастера, мне самой доводилось творить, а вычурность и обилие украшений отнюдь не являются показателем совершенства.

Просто. Возможно, слишком мало. Но это говорит не разум, это слова сердца. Сейчас время чувств, только они бывают, искренни до конца.

- Но ведь недалеко от входа тоже стоят стенды с простым оружием, без излишеств?

- Но в нем не чувствуется руки мастера, - недоумение, словно все настолько очевидно, что и спрашивать не стоит. - Я хоть и не разбираюсь в оружии, но тот, кто творит, вкладывает душу, и тогда результатом трудов становится суровое изящество и аскетичная элегантность. Не знаю, может, я и ошиблась, но именно такие вещи всегда привлекали меня, я люблю, когда вещь сделана просто, но со вкусом, с какой-то изюминкой.

- Ну что же, вы ответили достойно, - проверка пройдена. Он не ошибся, и девушка далеко не так проста, как кажется на первый взгляд. С ней будет очень интересно, об этом буквально кричат все чувства воина. Пора повеселиться, его времени осталось не так уж и много. - Возможно, из вас и получится толк, при должном стремлении. Ко мне уже давно не обращались достойные стать мастером, а другой мастер и вовсе обращается впервые.

- Не хочу вас разочаровывать, но я еще не мастер, даже в том, что получается у меня лучше всего. - Не стоит себя переоценивать, говорят ее глаза. Хотя такая высокая похвала необычайно приятна. И такому комплименту хочется соответствовать. - Но я обязательно им стану, чтобы ваши слова не оказались напрасны.

- Такое стремление похвально. Тогда позвольте вопрос, как вы собираетесь заниматься в юбке? - виконт Грейн демонстративно осмотрел одеяние девушки. Он все еще не верит, все еще проверяет, пусть разумом, а не сердцем, но на то он и лучший воин королевства.

- О, если проблема только в этом, то она решаема, - Эллис интригующе огляделась. Взгляд быстро отыскал у одной из стен скамеечку. Оставив теперь уже учителя недоумевать, девушка спокойно устроилась на ней. Из сумки вытащены девять лент: одна для волос, остальные напополам, по четыре на каждую ногу. Пара минут несложных действий и из юбки-брюк получились весьма оригинальные штаны.

- Непривычное решение! - довольно хмыкнул виконт, еще раз убедившись в том, что чутье его не подводит. - От себя смею порекомендовать вам, скрывать волосы под платком, повязанным на морской манер, а так же одевать жилетку. Возможно, вам удастся достаточно долго сохранять свое инкогнито.

- К сожалению, пока в моем гардеробе нет ничего такого.

Да и не достать мне, ничего подобного так, чтобы не привлечь ненужного внимания, - подумалось уже про себя.

- Тогда я возьму это на себя, - недоговоренное, мастер понимал, ничуть не хуже Эллис. И еще лучше, чем она, он знал, что королю о тренировках невесты знать пока не стоит. - Да, миледи, можете даже не рассчитывать получить в самое ближайшее время в руки меч. Вам потребуется не меньше месяца ежедневных тренировок, чтобы просто прийти в нужную форму. Только потом начнем работать с учебным утяжеленным мечом, ну а там уж посмотрим, когда вы дорастете хотя бы до постановки простых ударов. Кроме того, хочу сразу предупредить, чтобы сразиться на равных с нашим средним воякой, вам ваше высочество придется тренироваться лет пять, так что на скорые успехи не рассчитывайте.

Эллис лишь пожала плечами в ответ. Хоть все и кажется похожим на сказку, это все же ее реальная жизнь, а в жизни ничего просто так и сразу не дается. Пожалуй, за исключением королевского титула. Улыбка покинула уста, так же быстро, как и появилась. Сейчас не время и не место. Пора начинать.


Глава пятая. Стриптиз с тяжелыми последствиями.


Тренировочная зала сияла в лучах утреннего солнца. Пока еще длинные тени, плясали вслед за своей хозяйкой. А ту нещадно гонял виконт. "Легкая" разминка, спустила с ученицы, все семь потов, но та, несмотря на непривычные нагрузки, продолжала старательно выполнять все команды учителя. Растяжку она восприняла как глоток долгожданного свежего воздуха. Но вздох облегчения оказался преждевременным. Да, вторая тренировка, своим началом, и в подметки не годилась вчерашней ознакомительной. Закончив мучить связки девушки, Эскар Грейн отправил Эллис на полосу препятствий. И количество весьма болезненных падений с каждым шагом по полосе множилось в арифметической прогрессии.

Она все же зашла на второй круг, когда в тренировочном зале появился герцог Каэрсанит. Эллис, увлеченная борьбой с деревянным противником, далеко не сразу заметила появление постороннего.

- Мое почтение вам, мастер! - Кэриен изящно поклонился виконту. Виконт же в этот момент, ухмыляясь, наблюдал, как далеко не так изящно в очередной раз падает его новый ученик. На этот раз причина падения стояла прямо перед ним. Естественно Эллис узнала голос лучшего друга короля, и от неожиданности полетела вниз, совершенно забыв о том, как следует группироваться при падении. Однако стоит отдать девушке должное, она быстро вспомнила, что узнать ее теперь проблематично, и вместо того, чтобы с покаянием идти к герцогу, продолжила свою борьбу со снарядами.

- И мое вам, ваше высочество, - виконт все еще продолжал, улыбаясь, наблюдать за стараниями ученика, но глубокий поклон герцогу он отвесить не забыл. - Что привело вас в мою обитель, вы уже давно не приглашали меня для тренировок.

- Я бы рад учитель, да только времени нет совершенно. Столько красивых женщин во дворце, столько развлечений...

- Зачем же вы здесь, ваше высочество?

Учитель, наконец, оторвал свой взгляд от ученика, и наигранно печально вздохнул, обращая свое внимание на герцога. Того следовало отвлечь от полосы препятствий.

- Ищу ее высочество, - Эскар лишь понимающе улыбнулся в ответ. - Его величество желает совершить конную прогулку перед обедом и показать своей невесте прилегающие к дворцу территории. Ее высочество у нас уже пятый день, но до сих пор не покидала дворца. И теперь я имею сомнительную честь - разыскать ее высочество. Камеристка взявшаяся покрывать свою госпожу, под напором моих чар все же сообщила, что ее высочество возможно в оружейной или где-то еще в этой части дворца.

- Да, ее высочество, была здесь и вчера, и сегодня. Даже немного посмотрела на тренировку, но незадолго до вас, кажется, ушла. Поищите ее в синем зале или в галерее славы, - небрежно заметил виконт, надеясь, что Кэриен ничего не заподозрит. Между ними давно установилось некое подобие доверительных отношений, Грейн знал, что герцог не так прост, как хочет казаться, но в ту часть его жизни не лез, Кэриен же доверял его молчанию и отсутствию любопытства. Увы, с появление королевы все грозило измениться.

- Хорошо, попробую последовать вашему совету. А у вас мастер, я смотрю, новый ученик.

- Как видите, желающих терпеть мои издевательства до сих пор не убавилось, - виконт Грейн обреченно улыбнулся, но то, что Кэриен завел речь об ученике, ему не понравилось. И смог ли это заметить герцог оставалось лишь гадать, внешне он виду не подал.

- Я бы с радостью поболтал с вами еще, учитель, но вынужден спешить, - голос Кэриена был полон печали, якобы оттого, что беседу приходится так быстро заканчивать. Эскар Грейн наоборот был этому рад.

Эллис как раз закончила круг на полосе препятствий, и поспешила к учителю, едва герцог скрылся за дверью.

- Спасибо что прикрыли, - сказать, что Эллис была благодарна за это учителю, значит, ничего не сказать.

- Не думаю, что король обрадуется тому, что его супруга стала моей ученицей. Хотя не уверен, что у нас получится это скрывать достаточно долго. Надеюсь, к тому моменту вы уже станете королевой, и запретить вам продолжать начатое, будет тяжело. Или же вы найдете аргументы способные убедить вашего супруга в необходимости вашего увлечения, - непривычно серьезный голос и вид виконта, лучше всяких слов подтвердил грустные предположения девушки.

- А Кэриен тоже был вашим учеником? На балу я слышала, что его называют счастливчиком: он весьма неумел с оружием, но по воле случая не ведает поражений.

На балу о Кэриене говорили очень много, особенно в присутствии невесты короля. Не обсуждать же ее саму, или то с кем провел ночь ее жених. А богатый красавец герцог являлся вечной темой дворцовых сплетниц.

- Его высочество, герцог Каэрсанит мой лучший ученик на данный момент, - не без гордости в голосе сообщил виконт, - и может позволить себе поиграть с противником, притворяясь полной неумехой. Но, тем не менее, выигрывая, как говорят, якобы чудом. На самом деле он контролирует ситуацию от и до, а о том, что он учился у меня в светских кругах никому известно. Поверь Кэриен очень опасный соперник, его лучше иметь в союзниках.

- Знаете вы второй человек, который мне это говорит, - Грейн лишь понимающе ухмыльнулся на такое заявление.

Друг короля, с каждым новым фактом, выясненным Эллис, казался все опаснее и опаснее, хоть и вовсе о нем ни у кого не интересуйся. Но отчего-то именно эта опасность нестерпимо влекла к нему.

- А теперь быстро снимайте все лишнее, вам стоит прогуляться и побывать вне стен дворца.

Виконт, как и любой талантливый военный, умел отдавать приказы тихо и спокойно, но так, что даже не возникнет желания возражать. Эллис приняла подобающий королеве вид, меньше чем за полдесятки. И уже направилась на выход, когда граф остановил ее.

- Пойдемте, я покажу вам еще один выход из зала. Он напрямую ведет в галерею славы, вы как раз успеете опередить герцога.


- Кэр? - Эллис оторвалась от очередного портрета очень далекого предка ее жениха. Виконт оказался прав в своем предположении. - Что ты здесь делаешь?

- О, прекрасная Эллис, неужели ты решила забрать мои лавры главного нарушителя придворного этикета?

- Ну, если ты промолчишь, никто о нарушениях и не узнает, - беззаботно отозвалась девушка, смотря на распущенный волос герцога и борясь со своим желанием зарыться в его прическу руками. Он впервые за время их недолгого знакомства изменил строгому хвостику, и Эллис даже догадывалась почему - потому что нельзя быть столь соблазнительно очаровательным. Хаос отпущенных на свободу, блестящих агатовых волос мало кого мог оставить равнодушным.

- Хорошо ты меня убедила, - он подошел близко, очень близко, словно намеренно играя ее желаниями, заботливо взял под руку, и повел к выходу, - и все же тебе не стоит гулять одной, без камеристки и гвардейцев, даже в этой части дворца, особенно в этой части дворца.

- Хорошо я постараюсь, но что ты тут делаешь?

- Ищу тебя, чтобы пригласить составить компанию мне и его величеству на прогулке.

- Тогда веди меня, от прогулки я не откажусь. Если честно мне уже надоело сидеть в четырех стенах. Мне даже стало казаться, что его величество совершенно про меня забыл.

- Хотел бы я тебе сказать, что твой жених не забывает о тебе ни на минуту, и лишь государственные дела не позволяют вам быть вместе. - Сегодня Кэриену отчего-то не хотелось врать этой девушке. Но он обещал другу помощь, несмотря на все свое неодобрение. Как опытный охотник Ксаниэль не спешил, а тщательно все обдумывал, расставляя незаметные ловушки и силки. При этом казалось, что про Эллис он и вовсе забыл, видя ее лишь во время обеда и то по необходимости. - Но боюсь, мне придется тебя разочаровать. На балу ты, конечно же, произвела на всех неизгладимое впечатление. И все же мой друг уже порядком пресытился самыми разнообразными девушками, даже ты ему интересна постольку, поскольку заключена сделка.

- Кэриен, ты не только не разочаровал меня, но еще и порадовал, - Эллис едва сдержалась от легкой ухмылки. Герцог говорил очень правдиво, вот только она уже достаточно много знала о нем, да и в отношении будущего мужа иллюзий не испытывала. Неужели они надеются, что видимое равнодушие короля заставит ее возжелать уже почти супруга. - Ты же слышал, я про сделку вообще от отчаянья заикнулась, просто не знала, что еще делать. Да и внимание супруга мне особо не нужно. У вас в библиотеке столько интересных книг, а в оружейной столько красивого оружия. Даже не вериться, что такой красотой можно убивать, настоящие произведения искусства. Я там нашла столько поразительных и великолепных узоров и надписей, никогда бы ни подумала, что можно любоваться несущей смерть сталью.

Ее слова должны были успокоить бдительность герцога, но в итоге лишь возымели обратный эффект. Отчего-то вспомнился новый ученик виконта, говорить о котором тому совершенно не хотелось. Кэриен внимательно посмотрел на будущую королеву, одетую сегодня на удивление просто и непритязательно и почти без драгоценностей и вдруг решил не заметить очевидного, хотя бы на месяц.


В парадной центрального крыла Эллис бывать, еще не доводилось. И хотя ее собственные покои располагались лишь парой этажей выше, так уж сложилось, что почти все время девушка проводила в северной части дворца.

Парадная плавно переходила в полузакрытую террасу, и дальше в сад, которой она тоже видела лишь из окон. Только сейчас будущая королева заметила все великолепие местной природы. Она увлеклась добычей знаний и совсем забыла о том, как любит прогулки на свежем воздухе.

Король поджидал их с бокалом вина, искусно изображая скуку и недовольство от задержки, вместе с полным равнодушием к своей невесте. Все, как они обговорили с Кэриеном. Девушка должна почувствовать себя, по меньшей мере, неуютно. Только вот она просто не заметила жениха. Ее захватил, заворожил сад, а все остальное не имело значения. Вдохновение, что в этот момент плескалось из Эллис, как из переполненного сосуда, притягивало взоры. Ксаниэль опять не менее зачарованно смотрел на невесту, и восхищался ей не меньше, чем она восхищалась садом.

- Кэр, почему так долго, неужели нашей невесте нужно полчаса, чтобы одеться так просто? - король все же смог преодолеть наваждение, и попытался вернуться к первоначальной задумке. С одной стороны он стремился привлечь к себе внимание девушки, а с другой пытался наполнить свой голос пренебрежением и сарказмом.

- О, мой король, прошу меня простить, я совсем не думала, что могу вам понадобиться до свадьбы, - вроде бы совсем невинный и четный ответ, произнесенный извиняющимся голосом, но как двояко его можно понимать.

- Ксан, Эллис просто была не у себя, поэтому мы и задержались.

- Ладно, я уже приказал оседлать лошадей. Любовь моя, я надеюсь, вы справитесь с дамским седлом? - неверие, ехидство и любовь, он не смог сдержаться до конца, не смог не вложить в слово "любовь", хотя бы капельку той теплоты, что испытывает.

- Ваше величество, я бы предпочла мужское, - а в ответ ему, спокойный и деловой тон. - К сожалению, мне доводилось ездить верхом всего пару раз и исключительно в обыкновенном седле.

- Но вы же в юбке, дорогая, вам будет неудобно, - он удивлен, а потому в голосе искренняя забота. И это чертовски приятно, но Эллис контролирует себя лучше, королю пока не стоит знать о наличии у нее слабостей.

- Поверьте, ваше величество, для этой юбки это не проблема, - девушка очень вовремя заметила вошедшего слугу и поспешила обратиться к нему: - Эй, ты, будь добор, скажи на конюшне, чтобы переседлали для меня лошадь, я поеду в обыкновенном седле.

- Будет исполнено ваше высочество, - слуга исчез обратно быстрее, чем кто-либо из мужчин, успел что-либо возразить. Они просто не ожидали, что Эллис умеет так лихо приказывать, словно леди, привыкшая к этому с детства.

- А мне полагается какая-нибудь куртка или плащ, - спросила девушка, поежившись от холодного ветра, залетевшего в помещение из сада, и заприметив симпатичное темно-зеленое нечто лежащее рядом с ее женихом. Герцог где-то между делом тоже успел облачиться в теплый пиджак поверх своей фривольной рубашки. - Я, конечно, не была на улице и не знаю, какая у вас погода. Но, судя по вашему облачению, мне в моей рубашке будет прохладновато.

- Об этом можете не беспокоиться, - изящным движением руки, Кэриен достал из воздуха плащ приятно зеленого цвета, - держите, это очень хороший эльфийский плащ, и он защитит вас от любой непогоды.

Плащ оказался не только в пору, но и потрясающе легкий, почти невесомый. Эллис искренне понадеялась, что ее представления об эльфах не ошибочны, и эта тонкая ткань прекрасно держит как тепло, так и прохладу. Уже спустя десятку они втроем вышли во двор, где их поджидали оседланные лошади. Огромный двор девушка порой наблюдала из окон северных галерей, но лишь оказавшись в нем, она поняла, насколько он велик и насколько загроможден при этом различными хозяйственными постройками.

Погода для лета стояла прохладная, да еще и легкий северный ветер норовил пробраться под одежду и охладить горячие тела. Эллис порадовалась тому, что не забыла поинтересоваться плащом, а то с этих мужчин вполне могло статься проверить ее на морозоустойчивость. Она, конечно же, в грязь лицом не упадет, как-никак сибирячка, но именно поэтому она умела ценить тепло и комфорт.

Слуга подвел к будущей королеве оседланное как того, и требовалось животное. Симпатичная вороная лошадка олицетворяла собой само спокойствие. Проверять ее как наездницу явно не собирались, наоборот позаботились о максимальном комфорте и безопасности. Погладив лошадь по шее, Эллис, не дожидаясь помощи, от уже направившегося к ней Кэриена, закинула ногу в стремя и с первой же попытки запрыгнула в седло. Получилось, конечно же, не слишком эффектно, но и корячиться не пришлось. Для короля и герцога это оказалось, однако более чем поразительно. Они застыли на месте от удивления, пытаясь понять, что же не так, в произошедшем.

- Эллис, что с вашей юбкой? - первым опомнился лучше себя контролирующий герцог.

- Это юбка-брюки, - недоуменно невинная улыбка в ответ, а про себя ехидное "что не ожидали". - У нас они были в моде одно время, когда я была еще маленькой. И я решила что в качестве повседневной одежды это очень удобно.


Все пространство от дворца и до побережья занимал огромнейший парк. Порой он поражал своей ухоженностью, и мастерством садовника, порой напоминал лесную чащобу. А сколько великолепных цветов, раскрыли свои бутоны навстречу яркому солнцу. Иногда Эллис казалось, что среди всего этого многообразия, она замечает цветы, так похожие на те, что бережно выращивал в саду ее дедушка. И лишь приглядевшись внимательно, она понимала, что общего во флоре миров, не так уж и много. Вскоре от ярких цветочных клумб, а порой и целых полян начало рябить в глазах. Но к ее счастью процессия выехала на тенистую аллею, окрашенную исключительно в мягкие зеленые тона.

Эллис не удержалась и почти всю дорогу настойчиво расспрашивала герцога обо всем, что видела. Как называется то дерево, или тот цветок, их особенности и возможное применение - вопросы лились сплошным потоком. Кэриен старательно отшучивался, но рассказал ей о многом. Король же всю дорогу демонстративно молчал, продолжая играть в равнодушие. А она просто наслаждалась окружающим миром с той непосредственностью, что свойственна лишь маленьким детям.

На песчаном пляже, по крайней мере, для Эллис, они оказались неожиданно. Еще мгновение назад они ехали среди буйства зелени, а аллея изгибалась причудливым образом, и лишь легкий соленый ветерок говорил о близости моря, и вот резко расступились деревья, а передние копыта коней зарылись в песок.

- Как тут красиво, - море нравилось ей всегда, а тут оно просто поражало своей синевой и прозрачностью. Золотой песок, голубое небо и яркое солнце на нем. Эллис спешилась, и вновь слишком быстро и неожиданно, чтобы ей успели оказать помощь. Сквозь мягкую кожу туфлей, ступни ощутили тепло, почти жар. Шаги давались легко, песок пружинил, не позволяя увязнуть в нем даже по щиколотку, и вскоре она оказалась у воды. Легчайший ветерок лишь создавал рябь на гладкой водной поверхности. Ей хотелось увидеть волны и шум прибоя, но и в спокойствии есть своя прелесть. Рука опустилась в воду, несколько плавных движений и искренне изумление, - какая теплая вода, гораздо теплее воздуха, почему так?

- Рядом с горами дроу в море бьют горячие ключи, и теплую воду течениями разносит по всему морю, поэтому морской народ так облюбовал его. Жить в холодной воде не слишком-то приятно, - продолжил просвещение ее высочества Кэриен.

Идея возникла мгновенно, и тут же поразила девушку своей дерзостью, но удержаться она уже не могла. Вода, такая теплая, такая манящая, внешне спокойная, это оказалось выше ее сил. Плащ плавно слетел с плеч и опустился на песок. И пока никто не успел возразить, за ним последовала юбка. А вот с корсетом вышла заминка, и Эллис заметила недоуменную пару взглядов, непонимающе смотрящих на нее.

- Слушайте, вы чего на меня так смотрите, я всего лишь хочу поплавать, надеюсь это не опасно?

В этот момент, она вернулась к той себе, что жила в другом мире; той, что привычно ходить в бикини среди множества людей. В этот момент, она искренне не понимала, чего такого может быть в почти обнаженном теле, или же в желании поплавать.

- Да нет, я и сам тут частенько плаваю, правда, когда потеплее, - ели пробормотал Кэр, не в силах оторвать взгляда от стройных обнаженных ножек. Впервые его хваленая выдержка пасовала. Что удивительно у этой иномирянки и мысли не возникало, соблазнить их таким образом, она всего лишь хотела поплавать. А может именно в этом вся причина, их так притягивала ее непосредственность.

- Отлично! - Эллис принялась воевать со шнуровкой корсета, попросить кого-то о помощи в этот момент ей и в голову не пришло.

- Любовь моя, - привычно начал король, кое-как справившись с собой. Да он видел много обнаженных и прекрасных женских тел, и поэтому сам не понимал, почему ее еще вполне приличный вид, так сводит с ума. - Но ведь на улице холодно для купания.

- Ваше величество я из страны, где зимой гномья настойка замерзает, и легкая летняя прохлада отнюдь не препятствие для купания, тем более вода теплая. Кстати из вас никто случайно одежду сушить не умеет.

Она, наконец, приноровившись, справилась с корсетом. Кучка вещей на песке значительно возросла. Руки на автомате потянулись к шнуровке блузки, но голос разума успел их вовремя одернуть. Эллис могла раздеться полностью, особой стеснительностью она не страдала, тем более перед мужем, а друзей вообще чаще всего воспринимала как бесполых существ. Хотя не воспринимать Кэриена как мужчину, особенно когда ветер, вот так вот играет его распущенным волосом, было мучительно тяжело. И все же она сильно сомневалась, что реакция на ее действия окажется адекватной. Да и не выглядели мужчины равнодушными. Хотя по меркам своего мира она была одета более чем прилично - блузка до середины бедра вполне сопоставима с летним платьем.

Девушка вновь бросила вопросительный взгляд на короля и его друга, на этот раз, получив утвердительный кивок от герцога, который естественно, как и любой имеющий к тому способности дворянин, сносно владел бытовой магией. Раздеваться дальше не имело смысла, вот если бы никто не умел сушить одежду..., тогда да, в мокрой рубашке, да на холодном воздухе вполне можно простыть.

Пара шагов по влажному песку, и ступни опускаются в тепло воды. Ее водная половина возликовала, огненная недовольно зашипела, напоминая о том, что покидать теплую воду потом будет далеко не так приятно. Еще несколько шагов, и вода достигает колен. Мелкая рябь приятно ласкает ноги. Подгоняющий ее ветерок, норовит залететь под блузку, охладить разгоряченное в предвкушении тело. Лишь солнце светит ярко, но не греет, словно и не лето вовсе.

Морское спокойствие немного разочаровало девушку. Она куда больше любила небольшие, и даже большие волны. Это так интересно, это так сложно, это так захватывает. Ты маятником то поднимаешься вверх на гребень, то опускаешься вниз, лишь для того, чтобы вновь взлететь. Зато так она смогла лечь на спину и подробнее рассмотреть небо и солнце. Последнее оказалось странным, на первый взгляд оно светило сильнее, чем на земле, и было крупнее в размерах, но при этом на него можно было спокойно смотреть. Оно не слепило, и казалось, почти не грело. Не ощущалось того жара, что привычно дарили солнечные лучи в погожий день. Лишь теплая вода обволакивала тело, защищала его от холодного воздуха. Идиллия. И так не хочется ее покидать, так не хочется возвращаться на сушу.

Она не знала, сколько провела в воде, мгновение, минуту, десять, час. Недовольных криков с берега пока не слышалось. И все же Эллис решила, что хорошего понемногу. Несколько стремительных гребков, и ноги уже касаются дна. Но, только начав выходить из воды, по окончательно вытянувшимся лицам парней, она поняла что просчиталась. Мокрая рубашка облепила тело, совершенно ничего не скрывая. Мужчины пылали пурпурным цветом, и в то же время не могли отвести взгляда.

Что она творит, - думал про себя король, видя, как его невеста выходит из воды. Он понимал, что должен отвернуться, и заставить сделать тоже самое Кэриена. Но не находил в себе сил, оторвать взгляд от девушки. Никто из них никогда бы не подумал, что мокрая рубашка может придать женскому телу настолько соблазнительный вид - все внутри просто рокотало от желания. И это притом, что доводилось им видеть очень многое. Чего только женщины не придумывали, чтобы соблазнить кого-нибудь из них, но до такого эффекта им оставалось далеко.

Наконец, когда вода опустилась до колен, король опомнился, и кинулся к Эллис, по пути стягивая свой плащ и не обращая внимания на мгновенно промокшие ноги. Он спешно завернул ее в одеяние и, подхватив на руки, вынес на берег. Кэриен к этому времени тоже пришел в себя, быстренько пробормотал что-то себе под нос и сделал пас руками. От Эллис и Ксаниэля пошел пар, а спустя пару мгновений они полностью просохли.

- Спасибо, Кэр! Ваше величество, вам не будет сложно меня отпустить, дабы я могла одеться? - Эллис поняла, что почти выбилась из выбранной роли и теперь пыталась вновь показать свою слабость и смирение. Ксаниэль немного замялся, и вновь покраснел, самыми кончиками ушей. Девушка едва сдержала смешок, о таком она лишь читала в книжках про эльфов. На деле это оказалось очень мило и трогательно, руки едва не потянулись почесать за этими самыми ушками.

- Ты что творишь, черт побери? - Ксаниэль едва не кричал, ставя девушку на твердую землю, и не замечая коварного блеска глаз. - Мы же не железные, мы нормальные мужчины! А ты себя ведешь просто непозволительно вызывающе!

- Простите, - Эллис стало немного стыдно, совсем капельку. Все еще не отпустившее ее желание почесать за ушком жениха, не позволяло девушке осознать собственную вину в полной мере. Игривое настроение лишь набирало обороты. Пришлось якобы виновато опустить взгляд и сосредоточиться на процессе одевания. - Но я и правда хотела всего лишь искупаться, я не думала, что вы так отреагируете. Я еще не привыкла, что у вас все не так, что мой вполне приличный по меркам моего мира вид произведет на вас такое впечатление.

- Первые, ну за что мне такое наказание, - искренне простонал король. - Больше никогда так не делай, прошу тебя, особенно в присутствии других мужчин. Если бы на месте Кэра оказался кто-то другой, то по твоей вине погиб бы ни в чем неповинный человек.

Тон короля ясно свидетельствовал о том, что он не шутит, и вполне способен отправить на плаху подданного увидевшего слишком многое.

- Простите еще раз, ваше величество, но мне хотелось бы иметь возможность загорать и купаться здесь, когда потеплеет, - взгляд Эллис был полон мольбы. Она вообще слишком привыкла находиться в состоянии постоянного флирта с большинством своих друзей. Она привыкла к тому, как оборачиваются ей в след мужчины на пляже, все-таки стринги в качестве нижней части купальника, не слишком часто встречаются на девушках. Здесь же приходилось от всего этого отказываться, и Эллис это не нравилось.

- Сможешь, но только под моим присмотром, и при охране, которая проследит, чтобы не возникло случайных свидетелей, - голос короля стал немного мягче, искреннее недоумение и недовольство девушки сделали свое дело. Да и не мог он отказать ей, а может быть себе, слишком соблазнительная вырисовывалась картина.

- Нда, насколько все проще в моем мире, наши мужчины более приучены к виду женских тел. У нас на пляже принято прикрывать только грудь, ну и естественно, то, что пониже, лишь небольшими кусочками ткани.

- Знаете, Эллис, мне жалко мужчин в вашем мире, - тяжелый вздох Кэриена лучше всяких слов описал его отношение к ситуации.

- Кэриен, вас это удивит, но им-то, как раз это нравится. Для себя девушка одевается, а для мужчины она раздевается, потому что иначе как раздеванием, назвать наши летние наряды, нельзя. - Одежда покорно заняла все положенные на теле Эллис места, осталось лишь зашнуровать корсет. - Надеюсь, вы сможете помочь мне с корсетом, ваше величество?

Ксаниэль обреченно вздохнул. Он чаще снимал подобные части дамского туалета, чем одевал и шнуровал. Серебристые волосы, распущенные после купания, небольшими волнами спадали ниже лопаток и значительно усложняли работу. Привычным движением он откинул их в сторону, обнажив шею с левого бока. Руки еще затягивали низ, а губы уже тянулись, к столь соблазнительной нежной коже. Робкий поцелуй, так непривычно, он уже давно не испытывал робости с женщинами, так откуда это чувство взялось вновь? Страх. Она может отстраниться, не позволить ему насладиться ее ароматом, вкусом. Но нет, страх напрасен. Она не стала противиться. Девушка расслабилась, почти обмякла в его руках, ее тело впервые отозвалось на его поцелуи легкой дрожью. Еще пара нежных и в то же время нетерпеливых касаний губ. И вдруг она резко развернулась к нему. Ее губы коснулись его губ, страстно, требовательно, но легко, паряще. Голова пошла кругом, мир вокруг просто перестал существовать. Остались лишь руки, что ощущали гибкое тело, и губы, что наслаждались, ловили каждое мгновение.

Но ничто не вечно в этом мире. Эллис ловко покинула королевские объятия, и стремительно отошла на пару шагов. Она смотрела на жениха сочувствующе, и в то же время с видом довольного кота, налакавшегося сливок от пуза. Ей тоже было приятно и волшебно, но ведь это ничего не значит, по крайней мере, для нее и сейчас.

- Считайте это платой за причиненные неудобства, ваше величество, но не думайте, что я так просто проиграю вам, мой король, - а ее улыбка словно извиняется за все, словно говорит "вы сами вынудили меня". Рука подхватывает плащ с земли, а тело поворачивается к Кэру. Немного изумления во взгляде, ему не привычны такие сцены; немного одобрения, наконец, короля поставили на место; немного жалости, все-таки он его друг; немного зависти, он не прочь оказаться на месте Ксана. И словно прочитав его последнюю мысль, словно уловив желание в его глазах: - Извините Кэриен, я бы и вас поцеловала, но боюсь, ваш друг и мой жених этого не поймет.


Переменившийся ветер дул с моря, и маркиза чувствовала себя в относительной безопасности. Все же она неплохо подготовилась, несмотря на поспешность и спонтанность происходящего. Здесь нет охраны, которая все поймет мгновенно, а потом будет поздно. Почти идеальная задумка, она покажет этой выскочке. Маркиза едва сдерживалась, ибо ветер прекрасно доносил до нее все слова этой дерзкой девицы. Такое непочтение к королю, да это немыслимо. Но сейчас не время, еще рано. Лошадка не подвела и скушала все угощение. Теперь стоит ее оседлать, и неконтролируемая езда с ветерком гарантирована наезднику. Разговор на берегу затих, пора уходить, не стоит случайно выдать себя в самый неподходящий момент.

Миниатюрная фигурка скрылась в зарослях. Но как бы она не готовилась, осталось слишком много следов. Ей не уйти от возмездия. А вот герцогине переживать не о чем, эта дура даже не поняла, кто подкинул ей идею, кто направил ее руку. Как и король, никогда не догадается о том, кто посеял в его мыслях желание показать невесте море. Жаль ей не увидеть, как все произойдет, она слишком осторожна и опытна, чтобы так рисковать.

На время позабытые хозяевами лошадки, угуляли в ближайшие заросли, и теперь спокойно паслись на небольшой полянке. Первыми к ним вышли Эллис и не отходящий от нее ни на шаг Ксаниэль. Кэриен погруженный в свои думы слегка отстал. Девушка к моменту его появления уже восседала на своей лошадке, на этот раз не без королевской помощи. А его величество успел положить ногу в стремя. Смутная тревога, на уровне чувств заставила герцога покинуть свои размышления, и окинуть взглядом поляну. Все хорошо и спокойно, венценосные особы устроились в лучших седлах королевства. Взор пробежался по белоснежной кобыле короля, как всегда божественно прекрасна, спокойна и дерзка одновременно, лишь в глубине разумных глаз легкое недовольство и испуг. Это странно, Реаста не паникует без причины. Вороная лошадка будущей королевы привычно убийственно спокойна. Убийственно.... Тревога резкой вспышкой скрутила все внутренности герцога в тугой узел. Но оказалось поздно. Он слишком поздно заметил мутные глаза лошади, без единого проблеска разума. Трава поляник, идеальный лошадиный яд, и при неумелом наезднике, верная смерть для него.

Лошадка нервно затанцевала, чем вызвала недовольство и недоумение наездницы. Но не успел Кэриен хоть что-то предпринять, как лошадь взвилась на дыбы. Если бы не чудо, катиться сейчас Эллис по траве, собирая ухабы и получая новые синяки и ссадины. Но уже в следующее мгновение она пожалела об этом чуде. Лошадь ушла с места в карьер, не дав ей даже возможности осознать происходящее.

Ветер, а порой и ветки били в лицо, заставляя наездницу все сильнее и сильнее прижиматься к лошади, она практически лежала на ней. Поводья оказались бесполезны, взбесившаяся лошадь их просто не замечала. Лишь трезвость чувств, и отсутствие паники позволяли Эллис удерживаться в седле и планомерно искать выходы к спасению. Прыгать с лошади на такой скорости, это если не самоубийство, то серьезные травмы уж точно. Мир конечно магический, но у всего и всегда есть предел. К сожалению Эллис пока просто не знала возможностей местной медицины, а посему рисковать не хотелось. Еще одна надежда на короля или герцога, они ведь тоже маги, наверняка в состоянии усмирить лошадку, но почему тогда медлят?

И как бы не были быстры мысли девушки, лошадь неслась еще быстрее. Сквозь пелену слез, застилающую глаза, будущая королева увидела стремительно вырастающую пятиметровую каменную стену, что окружала парк. Лошадь галопировала прямо на нее и поворачивать не собиралась. Она возможно и остановится перед препятствием, вот только Эллис при такой скорости не только не удержится в седле, но и будет не слишком красиво размазана по стенке.

Все еще прижимаясь к лошади, девушка вынула ноги из стремян, и откинувшись назад, завалилась с лошади влево. Это все-таки позволило не попасть под копыта, а благодаря тренировке на полосе препятствий, тело успело сгруппироваться. Не зря, видать, она сегодня так часто падала, за те два несчастных круга, что успела пройти. Коснувшись земли, Эллис перекатилась еще несколько раз, гася инерцию удара, и замерла на дороге, боясь пошевелиться. Время, столь стремительно летящее прежде, вдруг потерялось. Оно больше не ощущалось девушкой, то ли вовсе замерло, то ли еще сильнее ускорило свой ход. Она не знала, сколько пролежала так, мгновение, сотку, десятку, час. Лишь лицо встревоженного короля, склонившегося над ней, вновь вернуло ее в реальность. Мысли, догадки, подозрения лавиной обрушились на ее бедную голову.

- Ты ничего не сломала? Пошевелиться можешь? - за толчеей собственный мыслей, чужой голос доносился, словно из-за стены. Потребовалось время, чтобы привести царящий в голове хаос, хоть в какое-то подобие порядка и понять, кто и что от нее хочет. Пошевелиться, хорошая идея, вот только как это сделать? Но именно эта мысль позволила ей вновь ощутить свое тело. Мысленный осмотр подтвердил: ничего не болит сверх меры, кончики пальцев всех четырех конечностей шевелятся без проблем. Эллис очень понадеялась, что это не шок, и она, в самом деле, легко отделалась.

- Я в порядке, честно, ничего не сломано и не болит, - девушка попыталась сама приподняться, желая подтвердить свои слова, но король ей этого не позволил, прижав к себе.

- Никогда, пожалуйста, больше никогда не пугай меня так! - соленая капелька упала ей на лицо и скатилась по щеке - слеза Ксаниэля. Слеза от беспокойства за нее, от пережитого страха. Так непривычно, так странно. Она никогда и ни у кого не вызывала беспокойства, она всегда была сильная и самостоятельная. И сейчас она была бы безмерно благодарна жениху, была бы готова сделать для него все, отказаться от сделки и не только, если бы на нее саму не обрушилась запоздалая волна страха. Это все-таки был шок. Теперь он прошел, теперь ее воображение услужливо подкидывало все новые и новые картины смерти. Ее собственной смерти. Страшно, это слишком страшно, особенно когда привыкаешь вообще ничего не бояться. Дыхание смерти ощущалось излишне отчетливо, словно старуха с косой совсем недавно стояла у нее за плечом, и только неотложное дело очень кстати увело ее.

Лишь остатки разума, лишь сила воли, лишь вырабатываемый годами контроль чувств, позволили обуздать страх. А еще огромное желание, она не хотела, чтобы король почувствовал, как ее трясет, почувствовал весь охвативший ее ужас. Вся благодарность ему мгновенно исчезла перед другим страхом, страхом потерять собственную независимость. Этот страх оказался, куда привычнее, роднее и милее. Король не должен стать свидетелем ее слабости, настоящей слабости, а не той что она обычно изображает. Она еще не готова настолько ему доверять. Она все еще в чужом мире, где все слова могут оказаться ложью, а она сама жертвой или пешкой в блестяще разыгрываемой партии.

Во дворец Эллис возвращалась в объятиях Ксаниэля. И это было приятно. Тепло, такое родное, такое успокаивающее. Оно быстро прогнало прочь все сомнения, все ненужные мысли. Он любит ее, он боится ее потерять. Она ощущала это дыханием, кожей, всем своим телом. Какие сомнения, какие игры, какое противостояние. Сейчас все ушло, оставив лишь безграничное чувство защищенности. Но разум не хотел сдаваться, не хотел отдавать контроль сердцу, не позволял до конца раствориться в счастье единения, сделать шаг навстречу. Она так и не смогла отказаться от всей своей прежней жизни, ради теплого комочка в груди. Еще слишком рано, ему нужно больше времени.

Король не посмел отпустить ее ни на секунду. Слишком велик, оказался его страх. Поэтому до ее покоев, до ее кровати, он нес девушку на руках, трепетно прижимая к груди. Ее и раньше носили на руках. Но так долго, так самозабвенно, с таким теплом, еще никто и никогда. Сердце вновь забилось быстрее, преисполненное благодарности.

Врач, завершив осмотр, лишь подтвердил ее собственные подозрения. Ничего серьезнее синяков и ссадин она не заработала. Да и то половина из них остались еще с тренировки. Только вот король, казалось, ничего этого не слышал. Понять его дальнейшие планы не составило труда. И сердце, что едва не одержало победу, растопленное шквалом непривычных чувств, вновь уступило место рассудку.

Едва за королем закрылась дверь, девушка с резвостью ракеты покинула постель. Вошедшая в комнату Миларина была мгновенно захвачена в вихрь сборов. А скорости облачения Эллис в одежду позавидовал бы бывалый солдат.

- Быстрее, ты меня должна вывести через служебные помещения!

- Но, ваше высочество.

- Нет времени, все объясню потом.

Если Эллис хотела, то выбора она не оставляла, задавливая своею властностью. Крыло они покинули без проблем, задолго до того как гвардейцы оцепили покои невесты короля со всех сторон.

Ее исчезновение, несомненно, взбесит Ксаниэля, как же удрать из-под охраны, когда на нее покушаются. Вот только неизвестность собственного местонахождения для нее, куда лучшая защита. А уж пробраться в компании камеристки незамеченной до библиотеки, и вовсе не составит труда. И там не придется скучать от ничего неделанья. А еще друид обещал ей мазь, которая будет очень быстро сводить синяки и ссадины, хотя идея ее тренировок у виконта Грейн почтенному Дэриэну совсем не понравилась.

Королевский кабинет вновь превратился в обеденный. Но на этот раз его хозяин явно был лишен аппетита, в отличие от герцога Каэрсанит. Ему даже самые тяжелые думы не мешали со смаком вкушать пищу. Кэриен вновь и вновь мысленно повторял события дня и принятые контрмеры, пытаясь понять, не пропустил ли он чего-то важного. Короля с невестой на руках, никто кроме его сотрудников, изображающих слуг, не видел. С доктора, что осматривал Эллис, взята клятва о неразглашении, но для всех остальных это он, Кэриен, пострадал, решил покрасоваться перед девушкой, не справился с конем, упал, теперь хромает. Обедать они отправились в королевские покои, поскольку до них гораздо ближе, чем до обеденной залы. А еще Ксаниэль успел повздорить со своей невестой, и в сердцах посадил девушку под домашний арест. Устроившую покушение маркизу его сотрудники тоже нашли, как нашли причину отбыть ей из дворца, чем девушка, опасающаяся невольно себя выдать, и воспользовалась с радостью. Совсем скоро она покинет дворец и будет взята в оборот, самыми надежными из его людей. Вроде бы все хорошо, все учтено, даже слухи, которые неминуемо возникнут, но на сердце тоскливо и неспокойно, словно он упускает что-то очень важное.

Дежавю всколыхнуло память герцога. Так уже бывало прежде и не раз. Сначала те странные события и метания наставника, после которых он ничего не сказав, просто бросил на Кэриена службу безопасности. Потом несчастный случай с королевской четой, что не давал покоя еще чувствующему себя зеленым юнцом герцогу Каэрсанит. А уж сколько раз возникали подобные ощущения по мелочи, Кэриен и упомнить уже не мог. Но сколько он и вся его служба не рыли землю носом, так ничего и не находилось. Вот и сейчас он был уверен, что дальше злосчастной маркизы они не уйдут, все придумала и реализовала она, и никаких следов воздействия.

- Ксан, хватит хмуриться и ковыряться вилкой в несчастном мясе! - не выдержал терзаний друга герцог. - Оно такого отношения не заслужило.

- Она чуть не погибла! - воскликнул король и вновь погас, захваченный пережитыми чувствами - он вновь плакал, плакал от страха за жизнь дорогого человека. Прежде такое случалось лишь единожды. Он слишком хорошо помнил ту боль потери. Помнил, как спасался от нее в работе, давая себе перерывы лишь на сон. Помнил, как устав от работы пытался спастись в объятиях многочисленных любовниц. Помнил, как пытался утопить боль в вине, лишь больше ее разжигая. Помнил и не хотел повторения. Еще тогда два года назад, он поклялся на могиле родителей, что никому не позволит забирать дорогих ему людей преждевременно. Эллис, такая странная, ни на кого более не похожая, неумолимо чем-то его зацепившая до всепоглощающей ревности, до глупых сделок, до неудержимого страха за ее жизнь. Ксаниэль даже не думал, что все зайдет так далеко и быстро. Он считал, что ему на нее плевать, а оказалось наоборот.

- Но не погибла и не погибнет. Ксан у нее лишь синяки да ссадины, ее хранят Первые, до свадьбы уж точно.

- А потом?

- А потом ее будет хранить дворец, - герцог и не думал оставить попытки образумить короля. - Пообедай, наконец, нормально, и выражение лица смени. Нам нужно показаться придворным, мне хромая, а вам, явив примирение.

- Зачем Кэр? - голос короля оптимизма не внушал.

- Потому что никто не должен узнать о случившемся, понимаешь никто. Я хочу найти настоящего виновного, а не считающего себя таковой несчастную маркизу, которой видимо весьма искусно запудрили мозги.

- Идем! - Ксаниэль решительно поднялся из-за стола, без колебаний оставив свой почти не тронутый обед. Кэриен, едва не схватившись за голову, успел лишь направить друга в тайный ход.

Зайдя в комнаты невесты, его величество направился в спальню, но застал там лишь смятую постель. На зов ни Эллис, ни оставшаяся с ней Миларина не откликнулись. Магическая проверка лишь подтвердила, отсутствие разыскиваемой. Строгий опрос охраны ничего не дал, никто не входил и не выходил из ее комнат. Ксаниэль едва сдерживал себя от того, чтобы накинуться на гвардейцев, прозевавшую его невесту. Сердце вновь защемило, от одной только мысли, что их опередили, что начатое завершено. Лишь спокойствие Кэриена не позволило ему сорваться.

- Мне кажется охрана тут ни причем, - озвучил свои мысли глава СБ, внутренне усмехаясь. Шестое чувство молчало, а значит с девушкой все в порядке. Она предугадала действия короля и не захотела сидеть остаток дня под замком - терять столько времени впустую.

- Но куда она делась, если гвардейцы не выпускали ее?

Ксаниэль нервно расхаживал по гостевой комнате. Слишком тяжело отогнать вот так сразу все нехорошие мысли, что он успел надумать.

- Эллис поняла, что ты запрешь ее в этих апартаментах. И подозреваю, ушла коридорами для слуг с помощью пре-виконтессы, до того как их успели перекрыть. Когда надо она умеет весьма настойчиво приказывать.

Кэриен расплылся в неудержимой улыбке, наблюдая за мельтешением его величества.

- Ну, все, она доигралась, как только найду, силой уведу, и посажу под замок, пока не закончится совет, и я не смогу заняться ей всерьез. И эту твою камеристку надо сменить, она должна выполнять наши приказы, а не потакать ее высочеству!

- Она, как раз мой приказ и выполняет, - герцог оскалился ну очень коварно. - Во всем потакать, ее высочеству. Ксан, не забывай, мы условились, что бурная деятельность твоей невесты, это моя забота, а не твоя. И лучше тебе Эллис под замок не сажать, она тебя возненавидит за такое.

- И пусть, главное, чтобы живой осталась.

В короле сейчас говорили чувства, а не разум. Спорить с ним лишь время зря потратить, все равно он никаких доводов не услышит. Но учитывая то, где сейчас находилась будущая королева, а Кэриен в ее текущем месторасположении не сомневался, кое-какую выгоду из всей этой истории он вполне мог извлечь.

- Я думаю, она в библиотеке, больше ей некуда пойти, и там ее никто из придворных искать не будет.

Наживка есть, удочка закинута, осталась одна сущая малость: под левой рукой герцога трепыхнулось миниатюрное заклинание.

- Отлично, ты со мной? - его величество, как всегда был напорист.

- Нет спасибо, я не могу в это время надолго лишать придворных своего общества. Тем более мне следует засвидетельствовать свою хромоту, да еще пару занимательных историй по дороге сочинить. А потом, я всего лишь твой друг-собутыльник, чего мне лезть в ваши с невестой разборки, да еще в вотчинах всяких друидов. Не Ксаниэль уволь меня от этого! -разразившийся длинной триадой герцог направился на выход, не забыв ободряюще хлопнуть друга по плечу. Теперь он узнает все происходящее там и без личного присутствия. Или не узнает, что тоже кое-что да прояснит.

- Ну, как хочешь, - бросил король, на этот раз не забывший, что свидетели на его пути в библиотеку не нужны, и свернувший к потайной двери. Хорошо хоть все приставленные к королеве гвардейцы из службы безопасности, и можно не беспокоится хотя бы о их молчании.

В библиотеку Эллис вошла крадущимся шагом, словно до сих пор пробиралась по дворцу, боясь быть обнаруженной. Миларина вдохновленная госпожой семенила следом с еще большей опаской. Друид ожидал ее появления не в силах согнать улыбку с лица. Никто не может так забавлять умудренного жизнью старца как высоко возомнившая о себе молодежь. И все же предательская тревога тугим комочком свернулась в сердце. Близость смерти не проходит бесследно и кроет в себе немало опасностей для столь молодой и самонадеянной девушки.

Он знал все. Он уже давно знал много больше почти любого из живущих в этом мире. Но за любые знания надо платить и его плата весьма заинтересованно разглядывала накрытый к обеду стол. Уж ее аппетиту случившее потрясение ущерба точно не нанесло, скорее наоборот, плотоядный взор был весьма красноречив.

- Ваше высочество, пре-виконтесса не окажите ли мне честь, разделив со мной сию скромную трапезу?

- Ой, - встрепенулась Милирина, - простите нас, мы, наверное, не вовремя?

- Мил, мы как раз вовремя, я очень хочу есть!

- Тогда прошу, ваше высочество!

Друид галантно помог присесть своей будущей королеве. Пре-виконтесса Ромуаль устроилась рядом, всеми силами изображая скромность и незаметность, только вот уши разве что не шевелились, да глаза прикрытые ресницами так и бегали, стремясь подметить любую мелочь. Две юные самонадеянные интриганки. Одна пытается усидеть на двух стульях, не в силах решить кто ей выгоднее королева или король. Другая искренне считает, что своими детскими хитростями способна перевербовать агента СБ, даже столь небрежно подготовленного. Хотя если уж глава этой самой службы безопасности частенько не знает что и для чего он делает, что уж говорить про все остальное. Дети они и есть дети. Жаль их детству отмерян короткий срок...

От своей камеристки будущая королева не скрывалась, намекая на оказываемое доверие, поэтому светская беседа за столом продлилась недолго, и очень быстро перешла сначала в подробный рассказ о случившемся, потом в разряд обсуждений внешнеторговых взаимосвязей. В которых пре-виконтесса совсем не разбиралась, и Эллис явно это знала. К приезду гостей она готовилась тщательно, и это не могло, не радовать Дэриэна. Касаясь практических дел, любимой экономики будущая королева словно преображалась, выкидывая из головы всю свою юношескую дурость.

Огромный фолиант опустился на стол перед Эллис. И ее глаза загорелись жадным блеском знаний. Один из годовых списков магической книги - очень древнего наследства. Любые законные внешнеторговые сделки любых двух рас отражались в той книге. Потом данные переписывались, обобщались и анализировались. Друид знал что девушка не сможет устоять перед такой информацией. Миларина Ромуаль тоже получила вполне сносно написанное приключение с красивыми дамами и храбрыми кавалерами. В библиотеке воцарилась идиллия. Почтенный Дэриэн весьма надеялся, что это несколько собьет праведный гнев уже спешащего к ним короля.

Двери распахнулись стремительно, Эллис даже вздрогнула от неожиданности, и теперь отданным на заклание зверьком смотрела на ворвавшегося жениха. Самая "умная женщина" этого королевства, естественно не подумала, что ее найдут так быстро, и что ей придется объясняться с его величеством, она тоже явно не думала. Дэриэн знал, что такие уроки весьма полезны для юных девушек, нахватавшихся многих знаний, но имеющих мало опыта, а потому лишь скромно наблюдал за разворачивающимся действом. Пре-виконтесса как и он сочла за благо стать как можно незаметнее, и ни в коем случае не вызывать на себя королевский гнев.

- Слава Первым, что ты хотя бы в этом оказалась предсказуема, - начал король едва успев войти, и даже не подумав поприветствовать друида и камеристку, - оставляй книгу, или если почтенный хранитель позволит бери с собой, мы идем к тебе. С сегодняшнего дня и до окончания совета ты под домашним арестом!

- Извините ваше величество, - спокойно начала Эллис, сумев, по крайней мере, взять себя в руки, и даже не думая подниматься с места. Слова сами пришли на язык, но правильные ли? - Вы не можете так поступить, или вы уже забыли о нашей сделке? Там было условие, что до его окончания я вольна поступать, так как мне заблагорассудиться. Если вы сейчас ограничите мое перемещение, вы этим признаете меня равной себе, и мы опять возвращаемся к условиям заключенной между нами сделки. Клятва не даст вам это сделать!

- Да мне плевать на сделку. Тебя едва не убили! Пойми, это же ради твоей безопасности. Мы не знаем, была ли это часть плана, или просто дурость одной из дам. Ради своего спокойствия я без проблем найду того, кто освободит меня от клятвы. Поверь, таких специалистов хватает. Так что самое позднее вечером ты все равно окажешься под арестом, и будет лучше, если ты пойдешь по-хорошему, пока я не решил отвести тебя силой!

Такой подлости Эллис от короля не ожидала. И это смогло обидеть ее до глубины души. Да еще и воспоминание о том, что она едва не рассталась с жизнью, не вовремя всплыло в ее голове.

- Ну, так беги, избавляйся от клятвы, делай что хочешь, я умываю руки, никакой свадьбы не будет, я расторгаю помолвку! - Эллис почти перешла на повышенные тона, едва сдерживая обиду. Комок слез все выше подступал к горлу.

- А твое мнение уже никого не интересует! - не менее тихо ответил ей король, - не хочешь, заставим, поверь, у нас имеется опыт по укрощению строптивых девиц.

- И не мечтай, я успею убежать раньше! - уже срываясь, прокричала девушка. Первая слеза пока еще незаметно пробежала по щеке. Тщательно скрываемые чувства, наконец-то выбрались из заточения и намеревались повеселиться по полной. Лишь внутренняя упертость не позволяла окончательно скатиться в обыкновенную женскую истерику. Совсем недавние события подорвали ее силы и внутреннее равновесие, куда серьезнее, чем Эллис могла предположить.

- С твоей-то приметной внешностью? Да тебя поймают уже через час!

- Ваше величество извините, что вмешиваюсь в ваши дела, - очень тихо начал друид, решив, что для этого урока сказано уже достаточно и Эллис, к сожалению, всего лишь в шаге от тяжелой истерики. Слишком много свалилось на девушку в столь короткие сроки. - Но боюсь, что вы, беспокоясь о телесном здравии девушки и ее безопасности, совсем забыли про ее душевное состояние. Пожалуйста, вспомните, пока вы везли ее во дворец, был ли хоть один признак того, что она испытывает страх? Ведь даже когда лошадь понесла, она не испугалась, в отличие от вас, иначе бы вы остановили лошадь уже спустя пару мгновений.

Щеки короля покраснели. Он по собственной глупости, из-за охватившего его ужаса подверг жизнь любимой опасности. Отрицать это не имело смысла, он и сам корил себя за такой просчет. Друид очень хорошо знал, куда и когда стоит давить.

- Но вернемся к ее высочеству. Сначала она просто не успела испугаться, потом пребывала в состоянии шока. И если бы она осталась в своих покоях одна, как вы планировали, а не сбежала бы ко мне, то она наверняка невольно пережила бы случившееся вновь. А если к этому прибавить и все то, что свалилось на хрупкую девушку в последние дни. Нервный срыв ей был обеспечен. И не факт что ее высочество пришла бы в себя до завтрашнего бала. В любом случае вид у нее оказался бы соответствующий, и что тогда подумали бы делегации других рас? Что же касается покушения, то если это тщательно спланированная многоходовая интрига, то более безопасного места, чем здесь не придумать. Вашу невесту просто никто не стал бы искать в библиотеке, ни вообще, ни после того как на нее совершено покушение.

- Мы даже не думали об этом, - практически промямлил король, таким подавленным Эллис его еще не видела. Доводы Дэриэна озвученные вслух, заставили заработать ее собственную голову, а подлые чувства вновь скрыться в своей норе.

- Вот именно что вы, ваше величество, об это не подумали. Вы как король не имеете права давать волю своим чувствам. Сейчас состояние ее высочества почти не вызывает опасений, я позаботился об этом. В то время как это является Вашей прямой обязанностью, как ее будущего супруга. Я не рекомендовал бы вам оставлять ее одну сегодня ночью.

Такого предложения от почтенного хранителя королевской библиотеки будущая королева никак не ожидала, от негодования она поперхнулась и изошлась в нервном кашле. Ксаниэль было кинулся к ней на помощь, но друид отрицательно качнул головой, останавливая короля. Миларина благоразумно продолжала не привлекать к себе внимание, вся обратившись в слух.

- С ней все в порядке, а вот мы еще не договорили, ваше величество. Для вашей невесты провести ночь с будущим мужем не является предосудительным, и даже не пытайтесь возражать, ваше высочество, - Дэриэн вовремя перехватил попытку девушки запротестовать. - Для вас же не составит труда появиться в ее покоях и покинуть их никем не замеченным. Таким образом, видимость традиций сохранена. И вашей сделке это совершенно не противоречит.

- Ладно, я согласна, - обреченно и с легким сожалением вздохнула девушка. Идея ей не нравилась, но друид явно знал и понимал больше ее, а отрицать чужой опыт, она не настолько глупа. Эллис очень боялась, что не выдержит, не справится одна сама с собой.

- Вот и отлично. Ваше величество, я попросил бы вас зайти сюда еще раз вечером, и сопроводить вашу невесту на ужин.

Ксаниэлю ничего не осталось, как согласиться и покинуть библиотеку. Едва за его спиной закрылась дверь, как Эллис попала под строгий с примесью недовольства взгляд. Невольно она почувствовала себя провинившейся школьницей. Странное ощущение, почти никогда ею не испытываемое. Примерная девочка, отличница, хорошо дисциплинированная, неудивительно, что учителя ее любили.

- А теперь мы займемся разбором совершенных вами ошибок, - классическим нравоучительным тоном, школьного учителя, заговорил друид, еще больше усиливая возникшие прежде ассоциации. Эллис лишь подивилась такой схожести, и, отметая лишние мысли, сосредоточилась на словах Дэриэна. - Во-первых, не стоит вам, ваше высочество, при первой же возможности давить на его величество вашей сделкой. Если есть другой путь, используйте его, иначе ничему так и не научитесь. Во-вторых, вы не подготовились заранее, растерялись, обиделись и потеряли контроль над тем, что говорите. Впрочем с учетом пережитого, пока вам это простительно, но только вам и только пока, королеве уже нет. В-третьих, шантаж никогда не позволяет выиграть. Тот, кто пытается шантажировать рано или поздно проигрывает. Если кто-то вас принуждает, ищите весомые аргументы против, но не пытайтесь давить в ответ. В-четвертых, это вы должны были попросить его величество не оставлять вас одну ночью, а не возражать против этого. Подумайте, что вы выигрываете в этом случае.

- Судя по всему, это должно успокоить Ксаниэля, показать мою покорность, и усыпить его бдительность, - ответила ученица после некоторых раздумий. Стоило Дэриэну озвучить ее ошибки, как все стало понятно и логично.

- Вот, ваше высочество, вы же сами выбрали такую стратегию едва появившись у нас. Неужели что-то поменялось за прошедшее время? Не забывайте - вы женщина, и сила ваша именно в этом. Любую слабость всегда можно обратить в собственную силу, главное не забывать работать головой.

Вполне довольный собой и всем произошедшим друид, украдкой подмигнул окончательно слившейся с обстановкой пре-виконтессе и глазами указал на выход. Про девочку все забыли, так пусть уйдет пока не вспомнили, тем более ей нужно сделать столь важный доклад. Стоило преподать еще один урок будущей королеве, но Дэриэн решил, что пока рано...

Она сидела в кресле в ожидании жениха. Король, как и договаривались, сопроводил ее на ужин, где они старательно изображали последствия небольшой ссоры. Обратно Эллис шла под конвоем гвардейцев, ее камеристка как исчезла из библиотеки, так и не появлялась, скорее всего отосланная ее женихом. Именно по этой причине девушка оказалась вынуждена ожидать появления Ксаниэля. У нее самой просто не осталось сил еще раз воевать со шнуровкой корсета.

Кресло оказалось на удивление уютным, еще немного и она наверняка уснет сидя в нем. Мазь друида, выданная после разбора полетов, тоже произвела поистине чудодейственный эффект, от синяков и ссадин не осталось и следа. Но вот общую усталость тела никто не отменял, кости и мышцы неприятно ныли, напоминая о насыщенно прожитом дне.

Король не заставил себя долго ждать и появился спустя пару десяток. Эллис прогнала уже почти овладевший ею сон, и с трудом покинула кресло. Она очень надеялась, что будущий супруг проникнется всем произошедшим, и не воспользуется ее слабостью. Она воспользовалась бы непременно. Но Ксаниэль вполне способен проявить благородство, тем более он ощущал себя виновным.

- Надеюсь, вы поможете мне раздеться, - Эллис повернулась спиной, к вошедшему в спальню королю.

- Любовь моя, мы готовы раздевать вас всю нашу жизнь, - спошлил его величество. И следом принялся расшнуровывать корсет, не забывая при этом покрывать поцелуями шею и плечи девушки. Все-таки он решил не упускать шанса. Но тут ее собственная усталость сыграла ей на руку. Пусть сил на сопротивление просто не осталось, но и домогательств она тоже не ощущала. Вернее ей было все равно. Она стояла и ожидала лишь одного, когда надоевшая часть наряда покинет тело и появится возможность вздохнуть полной грудью. Как только Ксан закончил, Эллис не обращая внимания на попытки того ее обнять, прямиком направилась в гардеробную.

Последние силы девушки ушли на поиск самого строгого и закрытого ночного платья. В прежнем мире она предпочитала спать и вовсе без одежды. Тут такое не дозволялось и сейчас играло на руку Эллис. В спальню она вошла с единственной мыслью, как можно скорее упасть на кровать и провалиться в долгожданный сон. Однако картина, представшая ее взору, заставила повременить с этим желанием. Ничего не подозревающий король, зато полностью обнаженный, задергивал портьеры. Странное занятие в странном виде, но мало ли какие причуды есть у королей. Однако у Ксаниэля было на что посмотреть. Практически идеальное тело, наверняка бы возбудило девушку, не устань она так сильно. Ксаниэль, почувствовав пристальный взгляд, изучающий его, резко обернулся.

- Мы не думали что вы так быстро, - попытался оправдать свой вид король, когда прошел первый шок. Его удивило не столько присутствие Эллис, сколько то, как беззастенчиво она его разглядывала, даже не думая смущаться по этому поводу. Раздевшись, он очень надеялся, что девушка застанет его в таком виде. Он рассчитывал смутить ее, возможно, всколыхнуть потаенные желания. Только вот она, как всегда, и не думала считаться с его планами.

- Простите ваше величество, - поспешно потупила взор девушка, вспомнив разговор в библиотеке, и ту роль, которую взялась играть. Не смея поднять взгляд, Эллис отвернулась и легла в постель, король окончательно исчез из поля ее зрения.

Сон отчего-то не шел. Но и бодрствованием ее состояние вряд ли могло называться. Будущая королева пребывала где-то на границе между сном и явью. Возможно, причиной тому служило мерзкое ощущение, что не желало покидать девушку. События дня не собирались так быстро отпускать свою пленницу, студеным холодом проникал в ее тело все еще не побежденный страх. Где-то рядом шевельнулся Ксаниэль, крутанулся сквозь сон, оказавшись подле нее, и бесцеремонно сграбастал в объятия. Стало теплее.

- Прости, меня дурака, я был неправ, - прошептал он почти над самым ухом девушки, она в ответ лишь издала невнятный звук. Эллис совершенно не хотелось говорить. Она боялась, что тогда не сможет удержать комок слез подступивших к горлу. Боялась, что из благодарности ответит на нежность и заботу короля. Боялась и ненавидела себя за этот никому не нужный, но столь глубоко въевшийся в ее душу страх - страх любви. И все же крепкие мужские объятия, ощущения рядом еще одной живой души сделали свое дело. Спустя какое-то время ей удалось расслабиться и уснуть.


Глава шестая. Встречайте гостей иностранных!


Ксаниэлю снился чудесный сон. Яркое солнце в зените. Пляж с золотым песком. Шум небольшого прибоя. И Эллис. Веселая, звонко смеющаяся, женственная. Она бежала по песку у самой кромки воды, подобрав руками многочисленные юбки нежно голубого платья. А волны силились ее догнать, омыть так и мелькающие стопы босых ног. Брызги искрящимся хрусталем падали на нее. И она смеялась, радостно, открыто, так маняще. Он оказался рядом, подхватил ее на руки. Его малышка, его девочка, скромная, застенчивая, боящаяся нового мира, но нашедшая в нем крепкую защиту. Ее взгляд был полон любви, а губы призывали к поцелую. Неумелому, но прекрасному - ведь это была его принцесса. Закончить они не успели. Эллис вдруг стала таять, удаляться, меняться, в ее глазах мелькнуло нечто странное, заставившее испуганно забиться сердце. Где-то недалеко хлопнула дверь и Ксаниэль окончательно и бесповоротно проснулся.

Нельзя сказать что, незнакомый потолок над головой сильно удивил его величество, ему доводилось не единожды просыпаться не в своей постели. Но ни правая, ни левая рука не обнаружили на кровати его ночную спутницу. Он был один. А значит это покои его невесты и она только что ушла, невольно его разбудив, впрочем, как всегда в несусветную рань. Как жаль, что его принцесса, на словах так похожая на девочку из снов, на делах все больше и больше оказывалась опытной и независимой женщиной, кошкой, что гуляет сама по себе. Тяжело вздохнув, Ксаниль поднялся, дальше оставаться в этой комнате ему не стоило.

Кэриен уже поджидал его в королевской опочивальне. Немаленькая фигура герцога, тем не менее, слегка терялась среди огромной кровати. Он ощутил возвращение друга, но даже не подумал покинуть временное ложе, и как положено поприветствовать своего короля.

- Ну и как ваши дела, мой король? - нарочитая ирония с явным подтекстом о прошедшей ночи. Герцог ни мгновения не верил в столь легкую победу.

- Кэр, я вот никак не могу понять, и где же тебя так отменно учили манерам? - в попытке достойно ответить на подначку проскользнула явная обида.

- Мой король, я не ожидал что у вас такая негодная память! - все так же иронично, с легкой насмешкой, но отчего-то обиды на этого нахала у короля как не бывало.

- Это ты уже от моей дражайшей невесты нахватался? За всю свою жизнь такое обращение я слышал лишь из ее уст.

Ксану надоело изображать статую над не реагирующим на его намеки другом, и он блаженно развалился по соседству.

- О, она всегда произносит это с таким благоговением, что я просто не мог пройти мимо. И все же, как там поживает Эллис? - шутливый тон герцога сменился на более серьезный. Безопасность девушки тяжелым грузом лежала на его плечах.

- Отлично! Уже сбежала куда-то с утра пораньше. Словно вчера не на нее покушались. Надеюсь, хоть гвардейцев она прихватила, да и камеристку не мешало бы. У меня все чаще и чаще возникает беспокойство по поводу ее нормальности. Например, вчера вечером она застала меня в полном неглиже, закрывающем окно портьерой.

- О, какое же зрелище я пропустил, - перебил короля Кэриен, уже догадываясь о реакции девушки. - И как она себя повела, смутилась хоть чуточку?

- Представь себе ничуть, просто стояла и разглядывала, даже скорее изучала. Правда потом опомнилась и, извинившись, юркнула в постель.

- Она интересная, но ничего у вас не было, - задумчиво пробормотал герцог, наконец, соизволив принять сидячее положение.

- Да, - признал очевидное король, и поспешил переменить тему: - А что у тебя, с какими новостями пожаловал?

- Вроде как хорошими, но для меня плохими. Мои опасения подтвердились, и все обрывается на маркизе, так словно действительно она и только она виновата в случившемся. Типичная придурь светской дамы, вызванная завистью к твоей невесте. Даже самый тщательный осмотр не выявил следов постороннего влияния. Вот только я не верю в это, и вся моя интуиция прямо-таки кричит, что не все так просто как кажется.

- Нам осталось продержаться всего два дня, - то ли с надеждой, то ли с грустью заключил король.

- Я не думаю, что сейчас есть чего опасаться. Если у меня не паранойя, то наш противник затаиться, пока не усыпит мою бдительность. Но вот потом...

- Ваше величество! - стайка служанок разлетелась во все стороны от будущей королевы, замерев в глубоком поклоне.

- Ваше величество! - его невеста, вздрогнув как испуганная лань, вскочила со стула и сделала реверанс. Хрустальным звоном осыпались на пол шпильки и заколки, а волосы серебряной волной упали на плечи и грудь. Сделанная лишь наполовину прическа не выдержала резких движений.

- Ваше высочество, вам не стоило подниматься, - его голос был тверд, но нежен. - Мы пришли несколько рано, но нам не терпелось увидеть новый и вне сомнения прекраснейший бриллиант нашего королевства.

- Ваше величество, спасибо! - девушка присела еще раз и вернулась за столик. Служанки промедлили немногим больше, дождавшись, когда король расположиться в кресле у камина.

Будущая королева сидела прямо, гордо расправив обнаженные плечи. Она и платье для церемонии доработала так, что не понять то ли это верх строгости, то ли неприличия. Глубокое декольте прикрыл золотой шифон, нижние юбки заменил все тот же шифон. Когда она стояла в реверансе перед ним, это смотрелось красиво и строго. Сейчас же легкий, почти воздушный материал так четко обрисовал ноги, что казалось, его и вовсе нет. Ксаниэль сглотнул. Теперь он не сомневался и мгновения, эта женщина отлично знает, как заставить мужчину желать ее, каким бы невинным ангелом она при этом не казалась.

- Ваше величество! - пре-виконтесса Ромуаль, склонилась в реверансе перед задумавшимся королем. - Ее высочество, полностью готова. Вам пора.

- Еще не полностью, сидите дорогая.

Ксаниэль проворно покинул глубокое кресло, поспешив оказаться позади невесты. Та сидела, не смея шелохнуться, прямо смотря в зеркало. Жестом он подозвал слугу, пришедшего с ним.

- Это наш подарок вам, дорогая! - на шею изумленной девушки опустилось богатейшее серебряное колье инкрустированное брильянтами. Ксаниэль, начав решительно действовать, и мгновения не сомневался в том, что драгоценности самый верный ключик к сердцу любой красавицы.

- Спасибо, ваше величество, это очень щедро! - Эллис поднялась, склонившись в благодарном поклоне. Блеск ее глаз не оставлял сомнений, он попал в цель: рано или поздно, но будущая королева не устоит. Все женщины продажны, главное назначить правильную цену. А сделка... тем приятнее будет его победа.

- Его величество, король объединенного людского королевства Ксаниэль и его невеста, ее высочество Эллис! - громкий, хорошо поставленный голос маркиза Орьени разнесся по огромному полупустому залу. На столь значимую церемонию допускали далеко не всех, даже древность и значимость рода порой не являлись определяющими. Но перед теми, кому подобное все же удавалось, в дальнейшем раскрывались почти любые двери.

Король и будущая королева прошествовали к тронному возвышению под многочисленные восторженные вздохи и, опустившись в кресла, принялись ждать. Красивейшая пара последнего тысячелетия, а может и дольше, столь гармонично они смотрелись вместе: золото и серебро.

Эллис едва ли не светилась от радости, лишь в сердце своем опасаясь что вся эта сказка - сон или мираж, которые рано или поздно растают. Впрочем, забывать события вчерашнего дня она тоже не собиралась, все больше и больше убеждаясь в правильности своего желания овладеть холодным оружием. В этом мире до конца она сможет рассчитывать лишь на себя.

- Повелительница темных эльфов Баграсинаэралин Да'Эльявере из правящего дома Блекер и ее сын Стренджераэль Да'Эльявере со свитою, - вновь нарушил тишину недолгого ожидания маркиз.

Эльфы вошли в зал торжественно. Они оказались еще интереснее и по-своему красивее, чем в многочисленных рассказах: преимущественно длинные и прямые иссиня черные волосы, свободно спускающиеся ниже плеч, темная с серым отливом кожа и янтарные глаза. Дроу как на подбор оказались высокими и худыми, такими хрупкими на первый взгляд. Сейчас Эллис ни на мгновение не удивилась бы внешности герцога Каэрсанит, темноэльфийская кровь была в нем весьма сильна. И он являл собой столь же опасно-обманчивое представление: не ходят поступью хищной кошки хрупкие существа...

Их шаг завораживал: они шли величественно, как и подобает высокой делегации, но так бесшумно, так плавно, словно не на приеме, а на охоте. Ассоциация с большой черной кошкой, иногда ласковой, а иногда опасной хищницей, возникла сама собой, окончательно покорив сердце страстной кошатницы. И лишь на первый взгляд эти десять дроу казались похожими. Стоило немного присмотреться, как вырисовывалась индивидуальность каждого из них, как во внешних чертах, так и в манере поведения, походке, мимике, жестах.

Официальные цвета дроу черный и янтарный - этой расе шли, вне всякого сомнения. Легкое, простое и удобное платье повелительницы, мгновенно заинтересовало будущую королеву, особенно ткань, угольно-черная с густой желто-оранжевой отделкой по краям. Так и казалось, стоит Багире (Эллис просто не могла пройти мимо столь явной ассоциации) захотеть и это платье превратиться если не в смертоносное оружие, то в надежную защиту уж точно.

Засмотревшись на черных кошек, Эллис даже не поняла, как поднялась вместе с женихом и спустилась навстречу делегации, дабы поприветствовать их.

- Приветствую вас, ваше величество, ваше высочество! - начала повелительница речь на родном языке, и Эллис не поверила своим ушам. Она понимала язык темных эльфов, словно с ней говорили на английском. И хотя слышала она странные непривычные звуки резкого и в то же время мелодичного языка, для ее восприятия это вне всякого сомнения был английский.

Девушке пришлось взять себя в руки, чтобы ни единым жестом, ни единым взглядом, ничем не выдать своего знания. Приятное открытие обещало принести немало бонусов в будущем. И Эллис порадовалась, что, несмотря на отсутствие талантов и способностей, она все же старательно учила иностранные языки.

- Благодарю вас, ваше величество, да прибудет с вами благословение Первых!

- Благодарю вас, ваше величество, да прибудет с вами благословение Первых! - не задумываясь повторила за женихом Эллис и только тут поняла, что сделала это, как и он на языке темных эльфов.

Удивились все, включая будущую королеву, но вида не подал никто - это высшая политика, и нежданное проявление эмоций она не приветствует. Король начал на всеобщем ответную речь, Эллис изобразила внимание и милейшую из своих улыбок, глазами продолжая обшаривать дроу. Только глаза здесь ничего не могли увидеть, уж если ей совсем молоденькой для этого мира девчонке удается так держать себя, что говорить о великих интриганах сидящих на троне. И все же будущую королеву не оставляло ощущение, что стоящей перед ней повелительницы невыносимо скучно и ее просто разрывает от желания сделать какую-нибудь пакость, а сын с ней полностью солидарен.

Почтенный Дэриэн говорил ей что темные эльфы любознательные, беспечные, но очень целеустремленные личности. И все это они весьма умело скрывают за внешним спокойствием, запутанными, но обязательным к исполнению до последних мелочей традициями, ну и конечно присущей всем эльфам надменностью и самолюбованием. Повышенной кровожадностью они тоже не отличались, и со своими светлыми собратьями ладили вполне нормально. Так легкая неприязнь, но кого она беспокоит, "только если этих выскочек светлых". Причин не верить друиду и своим ощущениям Эллис не имела.

- Ваше величество, ваше высочество, ваши милости! - поклонились король и его невеста гостям на прощание.

- Ваше величество, ваше высочество! - откланялись гости.

Повелительница и ее сын, направились в специально оборудованную для глав делегаций часть залы: комфортные кресла, столики с множеством закусок, вышколенные и готовые исполнить любой каприз слуги. Остальные дроу растворились среди человеческой аристократии, наверняка решив заранее прощупать почву для будущих соглашений. Эллис же нестерпимо захотелось узнать, о чем принялись перешептываться мать и сын с такими непроницаемыми, но столь коварными по ее ощущениям лицами. Увы, повышенной остротой слуха она не обладала.

- Великий триумвират гномов: Тором глава Дакир из Драконьего хребта, Ратен глава Дэлир из Аэлиринской цепи, Норан глава Думир из Темноэльфийских гор, со свитою. - Не прошло и десятки, как громкий глас церемониймейстера объявил о гномьем триумвирате. Эллис была счастлива, до последнего опасаясь, что где-то в порядке прибытия делегаций закрадется ошибка. Кроме английского она сносно знала немецкий и очень надеялась, что именно язык гномов станет им для нее.

Гномы оказались почти такими же, как их представляло большинство в мире Эллис, низкие - порядка полутора метров роста, очень широкие в плечах, с длинными бородами преимущественно каштанового и рыжего цвета, в пятнисто-коричневых одеяниях, чем-то напоминающих камуфляж. Именно этот цвет являлся их официальным, а вот отделку выполняли в цвете клана, для гномов эльфийской цепи - зеленый, для соседей дроу - желтая охра, а для освоивших драконий хребет красное золото.

Приветственную речь начал старейший из триумвирата - Тором. Эллис все же довольно улыбнулась, ее предположение относительно языков подтвердилось. Она поняла гораздо меньше, чем в речи темных эльфов, все-таки немецкий она учила не очень долго, но и такие знания для человека в этом мире посчитались бы весьма хорошими. Король в очередной раз ответил на приветствие на языке говоривших, а его невеста с легкостью повторила слова. После чего, наконец, сообразила, во что вляпалась. Ведь еще десяток рас ей придется приветствовать на языках, которых она не знает, которые вообще чужды ее прежнему миру...

Третьими прибыли эльфы. Возглавили делегацию их повелитель Мириалиреаль Лья'Лирин - тысячелетний эльф, его гораздо более молодая супруга Арианналир Лья'Этерн и две дочери: старшая Мирабеллалир Лья'Лирин и младшая еще не достигшая ста лет, и поэтому не получившая полного имени Асирья. Присутствие несовершеннолетней эльфийки вызывало неподдельное уважение к ней. Девочка обещала далеко пойти, раз уж добилась того, что ее взяли на столь важное мероприятие в состав делегации в обход всех эльфийских традиций, которые однозначно запрещали участие несовершеннолетних.

Изяществу и вычурности нарядов этой расы могли смело позавидовать даже кутюрье ее родного мира. Эллис оставалось лишь гадать, как все это изумрудное великолепие одевалось, и держалось на теле. Сами эльфы утонченно-изысканные, все до последнего естественно являлись блондинами.

В речи владыки Эллис не поняла ничего, да и намека на какой-нибудь знакомый язык не услышала. Пришлось стоять с милой улыбкой и украдкой рассматривать гостей. Внимание тут же привлекла Асирья, она выглядела сущим подростком, несмотря на превосходно сформированное взрослое тело и, словно чувствуя, что выделяется, стремилась затеряться в глубине свиты. Вполне удачно, на нее никто не смотрел кроме будущей королевы и Стренджераэля Да'Эльявере. А вот что значил этот взгляд, казалось бы, случайно скучающий, но столь постоянно неустанный, невеста короля могла лишь предполагать. Но на заметку взять это стоило непременно. Несовершеннолетние просто так таких нарушений традиций не добиваются. Хотя насколько успела узнать Эллис темные и светлые эльфы в отличие от прочих рас могли иметь совместное потомство, и рождались у них чистокровки, а не полукровки как в случае с людьми. Дроу иногда порывались разгадать эту особенность, но отчего-то великих генетиков из них не получилось.

После эльфов предстали перед королем и его невестой дриады. Самая старая из них - великая мать Саэна, старухой в глазах Эллис отнюдь не выглядела. А вот ее свита, казалось, состояла из сущих девочек. Просторные и легкие одежды светло-желтого, почти лимонного цвета, местами переходящего в салатовый, так и порхали вокруг них. И сами они казались мотыльками - красивыми и нежными. Мотыльками что встречались во многих лесах королевства и материка в целом. Только самые старые и молодые предпочитали эльфийские владения как самые дружественные и безопасные.

Язык дриад, был словно шуршание листвы на ветру, такой певучий, красивый. Эллис потребовалось приложить много сил, чтобы воспроизвести приветствие вслед за женихом, с эльфами все же было проще.

А за дриадами прибыли друиды, их вечные соседи по лесам. И представлял их совет старейшин, состоящий из семи древнейших друидов, и троих молодых и предприимчивых помощников. Главой совета являлся почтенный мастер Далир.

О друидах Эллис знала немного, но больше чем об остальных: хранитель библиотеки охотно рассказывал ей о своей расе, вот только времени у них было так мало.

Друиды проживали не только в лесах, но и в человеческих городах, принимая подданство, как Дэриэн. Они славились как отличные лекари, некоторые занимались еще и алхимией. Только в отличие от темных эльфов, работающих преимущественно с неорганическими материалами, друиды использовали органику, добившись наилучших результатов в фармацевтике. У них не было своих женщин, так же как у дриад отсутствовали мужчины. Именно последние нередко становились матерями для их детей, ну и, конечно же, куда чаще человеческие женщины.

Сегодня Эллис впервые услышала родной для своего учителя язык, плавный и степенный, подобный могучей реке, несущей свои полные воды по бескрайней равнине. Услышав его, девушка поняла, что непременно попросит учителя обучить ее этому языку, хотя очень сомневалась, что сможет говорить на нем так же величественно.

- Повелитель демонов Рстатришстрен Ньядшастли со свитою, - от гласа церемониймейстера задумавшаяся Эллис едва не вздрогнула. Демонов она мечтала увидеть более всего. При дворе ходило столько историй про этих роковых красавцев, в их человеческом обличии. Они, как и все еще не представленные расы, за исключением троллей, были метаморфами.

Делегация выглядела шикарно и экстравагантно. На головах у них царствовала гремучая смесь панка с кислотником и по яркости раскрасок и по изощренности самих причесок. Эллис даже подумала, что идею ирокеза они воспримут на ура, если конечно они сами до такого не додумались.

Государственным цветом демонов являлся красный гранат, но эта раса всегда отличалась пренебрежением к традициям и церемониям. Каких только цветов и их ярчайших оттенков, не заметила девушка в этой пестрой компании. Самое удивительное, что при всем этом одеяния демонов не смотрелись ляписто и безвкусно, наоборот их вид был вполне элегантен, и полон воистину демонического шарма.

Среди делегации даже оказалось трое демонес. Представительницы этой расы почти не признавали платьев и щеголяли преимущественно в штанах, капри, бриджах и шортах, ну и естественно мини-юбках. Вот кем Эллис хотела бы оказаться в этом мире, пожалуй, не меньше чем ранее хотела оказаться дроу.

- Ваше величество, ваше высочество! - поприветствовал принимающую сторону повелитель - молодой и очень амбициозный, совсем недавно выигравший битву за право повелевать. Пожалуй, он единственный, кто хоть как-то соответствовал церемонии, одевшись во все красное. В совокупности с огненно-красными волосами, он походил на ожившее пламя. И сказать, что он был чертовски красив, значило, по мнению Эллис, ничего не сказать. Кэриен, а уж тем более Ксаниэль проигрывали ему с разгромным счетом. Увидев повелителя Рстатришстрена, Эллис поняла, что находится в шаге от полной потери головы. Перед ней стоял предел ее мечтаний, с дьявольским огоньком в глазах, этакий хороший плохой мальчик - мужчина которому можно простить все. А его волосы, в отличие от изысков у свиты, простыми волнами спадали ниже плеч. Но именно такую прическу, лишь немногим более короткую имела первая безответная, но самая продолжительная любовь девушки.

- Ваше величество! - будущая королева поспешила склониться в поклоне в ответ, но от Рена явно не укрылось, какими полубезумным и плотоядным взором она смотрела на него.

- Благодарю вас, ваше величество, да прибудет с вами благословение Первых! - каким-то чудом почти без ошибок повторила за женихом Эллис, теперь отчаянно боящаяся поднять глаза на рокового красавчика.

Ей вполне хватало непонятной сделки с женихом, и привлекать чье-то еще внимание будущая королева не собиралась, как и проигрывать. Впрочем, демона ее планы волновали слабо, стоило только королю начать свою речь, а девушке поднять глаза, как повелитель нахально и весьма многообещающе подмигнул ей. В том, что теперь Рен непременно попытается соблазнить невесту короля накануне их свадьбы, Эллис не сомневалась. Не будь сделки, она возможно и не отказалась бы от такого приключения, но, увы, вместо сладких грез о красавчике демоне, она должна сейчас думать о том как избежать их воплощения в жизнь.

Следом за демонами появились не менее прекрасные и опасные вампиры. В этом мире им были присущи темные волосы с красноватым отливом, и очень светлая кожа. Вампиры не боялись чеснока, осины и солнца, однако последнее не слишком любили. Кроме того, вампиры не пили крови представителей других разумных рас. Вместе с кровью вампир получал и память существа, заложенную в ней. Память животных обычно достаточно бледна и мала, а значит не опасна кровопийце. А вот память любого другого столь же разумного существа, могла свести неподготовленного вампира с ума.

Вампиры предпочитали темные одежды, и официальным их цветом являлось столь символичное красное на черном. Стиль их одеяний стоило назвать аристократической изысканностью. Они жили крупными семьями в родовых замках-дворцах, и централизованной власти как таковой не имели, лишь раз в пятьсот лет, выбиралась семья, которая представляла интересы вампиров на межрасовой арене ближайшие пять веков. Сейчас у вампиров такой семьей выступали Арьенары. Ее глава, уже умудренный годами двухтысячилетний вампир Ардинар, и возглавлял их делегацию.

Несмотря на аристократичность манер и изысканность в одежде, в плане дуракаваляния вампиры немногим уступали демонам. Обладатели повышенной склонности к авантюрам и взрывного характера, эти существа крайне редко переживали трехтысячилетний рубеж. Они вообще излишне пренебрежительно относились к смерти. Вечные дети, которым неведомы страхи. Вампиров люди не любили, потому что непременно там, где появлялся путешествующий вампир, очень скоро что-нибудь приключалось и все переворачивалось с ног на голову.

Вместе с Ардинаром, прибыли и его правнук и правнучка - близнецы Арледар и Атера, неоднократно замеченные ранее в компании нынешнего повелителя демонов. А это означало, что эта тройка непременно повеселиться на завтрашней свадьбе. И веселье это новоиспеченную королеву уж точно не минует стороной.

Очередной делегацией, стала делегация оборотней. Эти ребята в отличие от двух предыдущих рас обладали более спокойным характером. Многие из перевертышей наемничали в объединенном королевстве. Ценные и всеми любимые наемники, благодаря повышенной выносливости, огромной силе и ловкости, а так же возможностям второй ипостаси. К тому же большинство оборотней свободно перекидывались более чем в одного зверя.

На своей территории оборотни жили общинами, и каждой такой общиной управлял старейшина, а вопросы общерасового масштаба решались на общем собрании старейшин. В качестве делегации прибыло десять старейшин, самых крупных и влиятельных общин, четыре из которых являлись женщинами. А одна и вовсе возглавила делегацию. Звали эту весьма молодую, но не по годам умную оборотниху - Жальен.

Когда прибыли Ангелы, Эллис очень надеялась увидеть их крылья. Но те разочаровали, как всегда приняв свою человеческую ипостась. О красоте ангелов ходило не меньше легенд, чем об их противоположности демонах. Именно ангелы в своей крылатой ипостаси считались вершиной прекрасного, вершиной гармонии идеального. Но увидеть ангела доводилось лишь единицам. Эта раса жила очень закрыто, пуская к себе лишь проверенных людей и нелюдь, а за пределами своего королевства появлялась лишь во второй ипостаси. Это обличие ангелов не могло похвастаться неземной красотой, и практически не отличалось от большинства людей. Лишь легкое сияние, иногда проскальзывающее от ярких эмоций, выдавало ангела, в казалось бы, ничем не примечательном человеке.

Одеяния их воздушно белые с голубой отделкой парили, словно на ветру. Юная королева Екатерин и ее жених Дар'эрин оказались очень красивы даже в таком облике. Все время пока они шли к тронному возвышению, эти двое представлялись кружащимися в небесах, в танце небесной стихии. А от их речи, подобной шепоту ласкового ветерка, вся кожа покрывалась мурашками. Красивые, хрупкие, беззащитные, бесконечно добрые и открытые, для них не осталось иного пути, как надежно закрыться от остальных. Иначе им просто не выжить, иначе им не устоять против скверны, что полно в любом мире.

После ангелов должны были прибыть еще одни представители летающей расы - драконы, первые создания Первых, настоящие повелители неба. В своих человеческих ипостасях они оставались невероятно красивы, ни в чем не уступая ни демонам, ни ангелам. Только в отличие от них красота драконов казалась более величественной и таинственной, в их глазах плескался не демонический огонь, или ангельская любовь, а мудрость прожитых тысячелетий. Они жили небольшими стаями, раскиданными по горам восточного материка, но, тем не менее, у них всегда имелся единый вожак, старейший и сильнейший дракон.

- Повелитель драконов Шссаришнаэссси Саащисса Лу'ехссиш Шссса со свитою! - с благоговением произнес королевский церемониймейстер.

Он шел сквозь залу, привычно ловя восхищенные взгляды. Со всех сторон его обволакивало преклонение, любовь, восхищение и зависть. Куда уж без этого, коли на старости лет, захотелось выглядеть идеально, подобно ангелам. Страх и нервозность пришли столь неожиданно, что древнейший дракон едва не сбился с шага. Юная королева, избранница, та ради которой и устраивалось все действо, переживала. И по поводу чего!? Она боялась, что не сможет ответить на приветствие на драконьем языке, глупенькая, неужели ее не просветили!? Драконы используют свой язык лишь в истиной форме, только драконья пасть способна воспроизводить такие звуки.

Он заговорил на общем, и волна облегчения накрыла его. У нее оказались потрясающе яркие чувства. Шссаришнаэссси удивился, внешне она не выдала ни своего страха, ни своего облегчения, что совершенно не соответствовало той чистоте, и яркости чувств, что она испытывала. Обычно если прячут внешние проявления, то смазываются и сами чувства, они становятся, словно вывалянные в грязи. Интересно! Он посмотрел на нее лукаво, внутренне усмехаясь ее страхам, и она заметила его взгляд. Новая волна чувств: озарение, смущение, страстное желание. Похоже, он произвел на нее впечатление. Жаль! Девочка оказалась такой же, как и все, обожание, восхищение, надуманная любовь и страсть. Всех интересует лишь ангельская внешность, желание утонуть в объятиях самого красивого мужчины. А то, что ему пять тысяч лет и он давно пресытился женщинами любых рас, об этом никто не думает. Глупенькие, даже наблюдать за ними скучно, все так предсказуемо. И вновь яркое чувство: понимание. Все что вспыхнуло прежде ушло. Она знает, что для столь древнего существа она младенец, что он читает ее как раскрытую книгу, а еще он не в ее вкусе. Дракон незаметно для всех улыбнулся, становилось все интереснее и интереснее

Их с королем обмен любезностями окончен, повелитель располагается среди прочих владык. Взгляд то и дело срывается на Эллис. Такой наряд на избраннице он видит впервые. Вроде бы он полностью соответствует тому, что было принято, но насколько он откровеннее. Эта малышка любит ходить по грани. А может, стоит поразвлечься, с ней игра получится непредсказуемой и от того захватывающей. От мыслей о будущей королеве, его оторвал чей-то пристальный интерес. Демон. Эссси с легкой улыбкой повернулся к коллеге, уже догадываясь, о чем пойдет речь.

- Нравится? - в лоб, без всяких прелюдий и церемоний, полностью в стиле демонов.

- Интересно.

Им не нужно много слов, они оба прожили достаточно долго, чтобы понимать куда больше, чем то, что облачается в звуки.

- Пари?

- Пожалуй.

Он и так собирался поухаживать за будущей королевой, теперь же игра приобретет особый накал страстей. Интересно, останется ли она, верна своему долгу и мужу, или же попадется под демоническое обаяние, хватит ли у нее сил устоять против его эмпатических возможностей.

- Кто первый переспит, тот и победитель, награда уступка на совете.

Да, этот демон, несмотря на свою молодость не промах. Не зря он стал повелителем. Его похождения лишь одна сторона медали, за которой скрывается вторая, куда более важная. Стоит обратить на него внимание, в мире не все спокойно, а способные соратники никогда лишними не бывают. Легкий кивок головы, и мощнейшие завихрения в магическом плане. Пари заключено. Вовремя. Последние гости поприветствованы. Пришло время для торжеств.

Музыка лилась по залу, кружа пары в танцах. Слуги с напитками искусно лавировали между гостей. Легкий фуршет, изящные столы с закусками. Особая зона для делегаций. Множество скрытой охраны, следящей за порядком и безопасностью высокопоставленных персон. Все это так напоминало Эллис светские мероприятия ее мира. Но лишь до тех пор, пока над залом не расцвели иллюзии. Одни словно зеркала отражали все, что творилось внизу, другие разыгрывали красочные постановки, рассказывая древнейшие легенды, третьи устремлялись вниз, яркими лентами охватывая танцующие пары, ниспадая на них цветочным дождем. А еще предстояли выступления танцовщиц, и в заключении грандиозная иллюзионная постановка в ночном небе. И это все посвящалось ей, будущей королеве...

Невеста короля, как и положено, станцевала несколько танцев с женихом, и некоторое время неотступно следовала за ним, отдавая дань этикету и усыпляя бдительность. Наконец, его величество, направляясь к кому-то из эльфов, раскланялся с герцогиней Аривиали и дамами собравшимися вокруг нее.

- Ваше величество, ваше высочество!

Эллис едва успела, но все же смогла поймать взгляд герцогини и глазами указать на одну из террас. Король пошел дальше, что-то активно обсуждая с маркизом из своей свиты, и невеста, воспользовавшись этим, покинула его по дороге, устремившись на указанную ранее террасу.

Долго ждать будущей королеве не пришлось, герцогиня поняла все правильно, но в этом Эллис и не сомневалась. Все что ей доводилось слышать об этой женщине, вызывало уважение... Кроме дочерей. К сожалению, герцогиня почти все свое время, посвятившая матери ее жениха, не смогла подобающим образом воспитать своих дочерей близняшек. Дворец развратил находящихся при нем почти с рождения девочек, и когда об этом узнала мать, оказалось уже слишком поздно. Даже отправка дочерей в родовое имение не особо помогла, девочки и там нашли способ проворачивать свои амурные дела, нисколько не заботясь о своей репутации.

- Ваше высочество, вы желаете разговора?

- Не только герцогиня, не только, - Эллис старалась выглядеть как можно величественнее, как настоящая королева, она нуждалась в поддержке этой женщины и намеревалась ее получить. - Ваше высочество, я желаю, чтобы вы сегодня еще раз попались на глаза моему жениху и напомнили ему о той должности, что занимали при его матушке.

- Помянуть, как я скучаю по прежним временам и как хотела бы их вернуть?

- Да, герцогиня, я рада, что вы понимаете.

- Спасибо, ваше величество, но это слишком большая честь для меня, я уже стара, а былого, увы, не вернуть.

- Я бы поверила вам, будь мы в моем мире, но тут... Вам еще далеко до старости, ваше высочество, вы в самом расцвете сил. К тому же тогда вы сможете вернуть дочерей ко двору, и я постараюсь повлиять на них лучшим образом. В любом случае через некоторое время мое слово кролевы-избранницы станет весьма веским.

Взгляд Эллис выражал непоколебимую уверенность в собственных способностях образумить юных куртизанок и наставить их на путь истинный.

- Спасибо, ваше величество, - вновь самым спокойнейшим тоном сказала женщина, она была достаточно умна, чтобы, не рассыпаясь в благодарностях, выразить свое отношение всего лишь в трех словах.

Эллис ликовала, из последних сил удерживая на лице маску королевы. Рекомендации и предостережения почтенного друида ей действительно помогли.

- Я очень надеюсь увидеть вас завтра утром в качестве моей старшей дамы. Герцогиня, подумайте о составе моих фрейлин и дам, допущенных ко двору. Не хочу, чтобы моя свита превратилась в гадюшник.

- Я не разочарую вас, ваше высочество. Для вас я теперь просто Акрила.

- Тогда я просто Эллис, - невольная улыбка на губах, приправленная легкой грустью. Просто Эллис, напоминание о доме, весточка из прошлого, такого близкого, но такого далекого. Словно все произошло не шесть дней назад, а шесть долгих лет. Спасибо гибкости ее психики - она уже расставалась с прежней жизнью и начинала новую. Пусть это лишь второй раз, но кто знает, что ждет ее впереди, и как еще повернется жизнь. Завтра ты станешь королевой, а послезавтра...

От Акрилы естественно не скрылась грусть, что промелькнула в глазах девушки. Тут не нужно слов, не нужно участия, тут лучше уйти. Но стоило герцогине Аривиали покинуть террасу, как там появился Рстатришстрен, излишне довольно улыбающийся:

- О прекраснейшая из девушек иного мира, позволено ли мне будет похитить вас из этого скучного места, хотя бы ненадолго?

Пока Эллис решала, стоит ли возразить, демон взял ее за руку и телепортировался. Непривычные ощущения, почти незаметные. Если бы не изменился пейзаж, она и вовсе не поняла бы произошедшего. Демон наверняка надеялся ее удивить, поразить. Увы, эти чувства не для нее. И от демона не укрылось ее равнодушие, так же как от нее не укрылось его легкое разочарование этим фактом. Эллис все еще была в образе величественной королевы и сейчас это, похоже, играло ей на руку. Красавчик демон уже не казался настолько притягательным, и смотреть на него глазами полными щенячьего восторга она не собиралась. Впрочем, отделаться от Рстатришстрена одной своей величественностью она тоже не рассчитывала, тут требовалась более тонкая игра с изменением плоскости интересов.

А вот открывшийся пейзаж впечатлял. Берег горного озера. Со всех сторон высятся неприступные пики драконьего хребта, а вокруг заливные луга. И солнце сказочным светилом виднеется между вершин. Здесь странный воздух. Он словно дрожит в лучах закатного солнца, переливается всеми оттенками красного. И дышится так легко, пьяняще, словно кислород в избытке, а не в недостатке. Так не бывает в горах. А еще прохладно, самую малость, скорее бодряще. Прекрасный вечер. Приятное похищение. С таким великолепием природы не сравнятся даже лучшие иллюзии, первейших дворцовых мастеров

- Где это мы? - все еще заворожено, но чувства уже приходят в норму.

- Почти над самым моим дворцом, - гордо и довольно, хотя бы этим демону удалось поразить девушку.

- А у вас тут красиво, - уже спокойным голосом, констатация факта, и сразу же вопрос: - но почему вы решили показать мне это место, а не дворец, например?

- А там у меня не прибрано, - не задумываясь, легко, шутя, непринужденно. К чему игры, к чему контроль, когда можно просто расслабиться и повеселиться. И столь долгожданная улыбка в ответ: ты прав.

- О! Вы не видали бардаки, которые устраивает мой младший брат. Раньше чего мне только не доводилось выуживать из собственной кровати.

- Веселая у вас семейка, не скучаете?

- Если честно, то пока некогда было, да и смысл, обратно мне не вернуться, так что стараюсь отрываться здесь по полной программе.

- Может, оторвемся сейчас? - Рен мгновенно переместился за спину девушки и приобнял Эллис за талию. Она не менее стремительно и ловко освободилась от объятий и повернулась к демону.

- Буду честна с вами, Рен, вы классный парень, а я, в общем-то, девушка, не обремененная предрассудками. Но есть большое но, мы с его величеством заключили сделку, я взялась доказать что никто не сможет меня соблазнить, ни он сам, ни кто-либо другой.

- И зачем вам это понадобилось? - демон недоумевал, во-первых, от непривычного сокращения собственного имени, во-вторых, от отказа, когда он был уверен, что будущая королева совершенно не против, ну и, в-третьих, от самой причины отказа. А еще он почувствовал глубокую симпатию к Эллис, она тоже использовала разного рода сделки для достижения своих целей.

- Чтобы он признал меня равной! Я не желаю принадлежать своему мужу. Свобода вот самое сладостное из слов, для моих ушей.

- О, вам определенно стоило родиться демонессой, они у нас тоже обожают доказывать всем и вся, что ничем не хуже нас, - мечтательно потянул демон, вспоминая, как именно доказывают это демонессы.

- И правильно делают! - улыбнулась Эллис, догадавшись о ходе мыслей Рена.

- А я что спорю, - театрально изумился демон, - но тогда через годик, вы непременно устроите официальный визит к нам. Надеюсь, к тому времени вы уже одержите победу.

- Да без проблем! - привычной фразой ответила Эллис на оба предложения. В своем мире она нередко говорила своим друзьям, "да без проблем" или, "а почему бы и нет". И именно друзей ей не хватало в этом мире больше всего. - Кстати, я могу называть вас Рен, а то ваше имя для меня почти непроизносимо.

- Да без проблем! - точно скопировав интонации девушки, ответил повелитель демонов, и оба одновременно засмеялись. - Раньше друзья сокращали мое имя до Триша, но Рен мне даже больше нравится.

- Тогда я с радостью стану твоим другом, - весело заметила Эллис, и поняла, что не кривит душой, что действительно хочет быть другом повелителю демонов, что, больше всего на свете, сейчас она мечтает об искренности ответной дружбы, об отсутствии великой игры во имя интересов собственного народа. Ей хотелось поверить, и она поверила, каким бы глупым и неосторожным не казалась бы такая вера для королевы. - В моем мире у меня тоже был один друг, такой же вечно веселый и бесшабашный, как и ты. Вот кого-кого, а его мне тут точно не хватает. С ним можно было все, даже переспать и не беспокоиться потом об изменении в отношениях.

- Знаешь, я тоже не откажусь иметь такого друга как ты. Вообще у демонов очень редко бывают друзья среди людей, слишком мало ваших, способно хорошо к нам относиться и понимать наши шуточки. Когда отправишься к нам с официальным визитом, я смогу познакомить тебя еще и с моими друзьями, - при этом демон так хитро ей улыбнулся, что не стоило и гадать о смысле знакомства.

- Слушай, вы с Дюхой даже мыслите одинаково! Жаль, ему в свое время так и не удалось реализовать эту идею, жили далеко и виделись редко.

- Твой друг уже определенно начинает мне нравиться, так каков будет ответ? - мольба в глазах демона, у которого там вечно пляшут бесята, выглядела комично

- А почему бы и нет, - тот самый ответ, уже неоднократно используемый. На сей раз в памяти не всколыхнулись воспоминания, и грусть не просочилась среди прочих чувств. У нее вновь появляются друзья, а значит, прошлую жизнь пора оставить раз и навсегда, пути назад нет, да и нужен ли он. - Жизнь у нас одна, так что следует ее прожить по максимуму.

- Тогда, как насчет посмотреть, как иногда развлекаются демоны? - коварная улыбка, не сулила ничего хорошего предмету демонических развлечений.

- Непременно, уже сгораю от любопытства!

- Тогда вашу руку, ваше высочество!

- Ваше величество! - раскланялся король с одним из придворных и вдруг осознал, что казалось ему странным последние пару десяток - никто вслед за приветствием королю не произносил приветствия его невесте. Ксаниэль повернулся к свите. Эллис, конечно же, отсутствовала. Отлучилась, не предупредив его, нарушив немало правил этикета. А ведь где-то там, среди гостей, бродил повелитель демонов, этот чертов Ньядшастли явно положивший глаз на его невесту, и плевать этому дорвавшемуся до власти юнцу на междурасовые скандалы и прочие последствия.

- Кто заметил, куда отлучилась моя невеста? - деланно равнодушно спросил король у свиты. Лучше было бы и вовсе не заметить исчезновения девушки, просто дождаться ее возвращения, но он не мог так рисковать. Маркизы и графы удивились вопросу, впрочем, двое из них вполне уверенно указали на одну из террас.

Она стояла там, величественная и прекрасная, чем-то весьма довольная и в то же время грустная. Ксаниэль устремился к ней, тем более вот-вот должен был начаться танец, который он давно мечтал подарить любимой. Но его опередили. Повелитель демонов, словно из ниоткуда оказался подле девушки, а уже спустя мгновение телепортировался с ней в неизвестном направлении. И это из дворца, на который наложили поистине лучшую и самую надежную защиту, в том числе и от любых теллепортаций. Захотелось срочно разыскать развлекающегося Кэра, и высказать ему все, что он думает о такой работе.

Он не мог найти себе места, единственное, что успокаивало его хоть немного, так это то, что об измене супруги он узнает благодаря магической клятве. Пока этого не произошло, и оставалась надежда, что ее силы воли, ее желания выиграть хвати, дабы устоять перед демоническими чарами обольщения. Впервые он порадовался тому, что они заключили эту сделку. Но как же удивился король, когда спустя полчаса, эти двое появились посреди зала, свалившись прямо из воздуха, в чем-то перепачканные, дымящиеся и дико хохочущие, так что сил остановиться, не было. Эффектное появление не прошло незамеченным. Аристократы недоуменно смотрели на венценосных особ, ведущих себя беспрецедентно неподобающим образом. Увы, Эллис, возвращения во дворец не заметила.

Первым в себя пришел демон. Он с легкостью поднялся на ноги, и щелкнул пальцами, вернув себя и девушку к первозданному виду. С аристократическим изяществом, и насмешкой во взоре, он помог подняться будущей королеве, еще не до конца справившейся с приступом смеха.

Поднявшись при помощи Рена, Эллис, наконец, осмотрелась, и с ужасом осознала, что они уже вернулись во дворец, что все ее старания практически пошли прахом. Она вела себя немыслимо для королевы...

- Ваше величество, благодарю вас! - она гневно сверкнула глазами на демона. - Но, надеюсь, ваши шуточки больше не повторяться, они здесь неуместны.

Повелитель лишь пожал плечами и радостно улыбнулся в ответ, показывая всем, а чего вы еще могли ожидать от демона?!

- О ваше величество, и вы тут, - демон заметил сомневающегося короля, уже успевшего оказаться в эпицентре события. - Вам так повезло с супругой и ее добродетельностью и верностью. А знаете, в мире ее высочества есть забавный обычай, там принято похищать невесту со свадьбы...

Эллис мгновенно пожалела о своей болтливости. Повелитель демонов же, столь многозначно закончив свою речь, еще раз лучезарно улыбнулся и поспешил скрыться среди гостей. Будущая королева посмотрела на жениха, и решила, что вернуться к нему стоит несколько позже, чертов демон таки подложил ей большую свинью. Удалилась она поспешно, но полная достоинства. Едва скрывшись от взора короля, Эллис заметила в конце зала гномов и поспешила к ним. Она надеялась перекинуться с ними хотя бы парой фраз, а там возможно и удастся приобрести нужные на будущее связи.

Зазвучала музыка... неуловимо знакомая, прекрасная, таинственная, пробирающая до глубины души, она уже ощущала такое раньше. Что-то в мелодии и игре музыкантов было от привычных и столь любимых рок-баллад, когда от звуков щемит сердце, когда трагичность мелодии пронизывает все естество и вместе с тем дарит надежду. А с этой мыслью пришло узнавание. Wind of Change. Scorpions. Эллис не верила своим ушам. Как она могла не узнать с первых аккордов, эту легендарную песню любимейшей группы. Конечно, играли ее совсем на других инструментах, да и схожесть мелодий, темпа и прочего была далеко не стопроцентной, и все же, она словно слышала весточку из не столько далекого, но уже прошлого. Она заслушалась, забыла, куда и зачем идет. Боль и радость смешались в ее сердце. Ветер перемен. Как символично.

Полуобнаженная грудь дракона возникла слишком неожиданно, она не успела среагировать, полностью погруженная в воспоминания. Нос уткнулся в гладкую нежную кожу. Что произошло, зачарованная музыкой девушка поняла далеко не сразу. Однако сохранить достоинство Эллис удалось, она не отскочила от дракона как ошпаренная, поняв, в кого уткнулась. Нет, она сделала небольшой шаг назад и с вызовом подняла свой взор. Ее нес ветер перемен, она ничего не боялась, она была готова на все. Странное чувство привычного вдохновения и страстное желание летать.

- Простите, - произнесла Эллис спокойно, и все же уже не в силах оторваться от сапфировых глаз, в них тоже плескался ветер перемен. Ее кожа ощущала его дыхание, так близко они стояли, и казалось, вот-вот между ними забегают электрические разряды. А музыка звучала знакомыми аккордами, отгораживая их от прочего мира.

- Это нам стоит извиниться за то, что так неожиданно преградили вам путь. Но эта музыка столь прекрасна, надеюсь, вы не против разделить этот танец с нами?

Он не дал ей возможности ответить, просто подхватил за талию и повел... Но дальнейших слов в их беседе уже не требовалось. Глаза, движения, тело, они говорили на своем непонятном окружающим языке. Они слились с этой музыкой, их подхватил чарующий ветер, устремил навстречу переменам.

Она не понимала, что с ней происходит, откуда это небывалое ощущение полета. Она забыла, что они находятся в зале полном людей и нелюди. Ей казалось, что они кружат высоко в небесах, где легкий ветерок подхватывает и развивает их одеяния и волосы. А вокруг бесконечный простор бескрайнего неба, и всеобъемлющее чувство свободы, столь долгожданное и желанное. Вдохновенная свобода полета на крыльях ветра перемен.

Она не заметила, как они в своем танце оказались в центре зала, как остальные расступились перед ними. И если в самом начале мероприятия самой красивой парой казались король и его невеста, то теперь многие поменяли бы свое мнение. Девушка из серебра летала в объятиях ярко-синего дракона. Сапфир в серебряной оправе, ничто не сравниться с ним по красоте и изяществу. И музыка. Никто из приглашенных никогда не слышал ничего подобного, но как гармонично танцевала пара этот незнакомый и непонятный танец. Они все словно были созданы друг для друга, дракон, будущая королева и музыка.

Остатки разума кричали своей хозяйке, что этот танец и это пьянящее чувство свободы слишком дорого ей обойдутся. Ветер перемен не звучит просто так. Но она слишком любила музыку, не смела скинуть оковы ее магии. То, что не смог совершить демон, с легкостью может закончить дракон, она уже готова на все, и плевать ей на последствия, она и так получила больше, чем смела мечтать. Сопротивляться этим полным мудрости и понимания глазам, зачем? Если бы повелитель драконов похитил ее, как это сделал немногим ранее Рен, она отдалась бы ему без сопротивления и сожаления. Никого и никогда ранее она не желала столь страстно. Но музыка закончилась, и вместе с ней ушла магия, ушло чувство полета, свободы, любви. Осталось лишь недоумение, и ощущение, как после приятного сна, который не помнишь по пробуждению.

- Спасибо за полет ваше высочество, - произнес Эссси, целуя руку девушки на прощанье. Легкий поклон, и дракон уже растворился в толпе, оставив ничего не понимающую Эллис посреди свободного пространства.

За их танцем наблюдали почти все присутствующие. Драконы так редко танцуют. И Эллис сейчас завидовали все до единой присутствующие девушки - кто не мечтал о магическом танце с драконом. Но впервые Кэриен и Ксаниэль видели будущую королеву настолько растерянной. Им оставалось лишь гадать, что произошло во время волшебного танца. Кэриен даже посочувствовал девушке, если маэстро Майнарт писал специально для кого-то музыку в приливе вдохновения, для этого кого-то она всегда оказывалась судьбоносной. Необычное музыкальное предсказание, понятное лишь тому, кому оно адресовано. А тут еще Эссси наверняка своей магии добавил, ведь драконы просто так не танцуют. И это очень опасно. Кэриену совсем не понравилось внимание, оказываемое юной королеве этим давно уже не юным драконом.

В поле зрения задумчивого взгляда Эллис появился спешащий к кому-то гном. Девушка мгновенно вспомнила о своих делах, и, как и Риш, растворилась в толпе. Танцы танцами, музыка музыкой, воспоминания и недоумения туда же, а вот запланированных дел никто не отменял. Что с ней сотворил дракон, откуда взялась эта музыка, и испытываемые при этом ощущения она обдумает на досуге, если появится свободное время.

Сапфировый дракон задумчиво наблюдал, как будущая королева, придя в себя, скрывается в толпе. С одной стороны она его разочаровала. Слишком легко и быстро она поддалась магии, даже сопротивляться не подумала. Он ощущал все ее желания, и если бы Рстатришстрен не успел сообщить ему о сделки, он выиграл бы его, почти не прикладывая к этому усилий. И то что он сам решил принять сторону королевы хоть немного но понятно, а вот что нашел в ней Ньядшастли?! Демонам вообще не свойственно так близко сходиться с людьми. Впрочем, тот же вопрос он мог смело задать самому себе. Потому что с другой стороны он летал. Непривычно.

Так он не танцевал со времен своей юности. Его магия должна была вызвать лишь любовь и страсть. Но эта девушка полетела. Теперь ему не забыть то пьянящее чувство свободы, что испытала она в полете танца. Не той привычной всем свободы, иной, драконьей. И не понять. Так чувствуют лишь драконы. Даже ангелы ощущают свой полет иначе. Но она не дракон, и прежде никогда не летала. Загадка. Возможно все дело в странной музыке маэстро Майнарта. Адресованная Эллис, она через ее чувства зацепила и его. Но что ожидать от этого предсказания известно лишь девчонке. Пожалуй, стоит уделить избраннице больше своего внимания. То, что с ее предшественницами оказалось скучно, еще ничего не значит.


Глава седьмая. Ах, эта свадьба!


- Ваше высочество, вчера вы были крайне неосмотрительны, трижды! - с мягким укором в голосе сказал Дэриэн, его пальцы неуловимо порхали над головой Эллис, впервые страдающей от похмелья.

- Я знаю, - обреченно ответила ему девушка, и скривилась от пронзившей голову боли. Руки друида запорхали еще быстрее и ему, наконец, удалось снять ночные последствия с почти уже королевского чела.

- И все же я повторю этот урок для вас, ваше высочество, - почтенный хранитель перебрался в кресло напротив. Для столь молодых и самонадеянных особо порой мало слов, даже часто повторяемых, а вот правильный взгляд может остаться в памяти надолго. Эллис невольно поежилась, в полной мере уловив направленный на нее холод глаз. - Во-первых, никогда не доверяйте демонам, всегда будьте с ними настороже. Они интересные друзья, но, увы, друзей они разыгрывают ничуть не меньше, чем всех остальных, и уж точно куда изощреннее. К слову того же они будут ждать и от вас.

- Я постараюсь, - многообещающе улыбнулась будущая королева, и друид лишь обреченно покачал головой. Молодость так любит слышать, только то, что ей хочется услышать. Но надежда умирает последней, а Эллис девочка большей степенью разумная, сообразила же она как выйти из той ситуации с наименьшими потерями, а в глазах умеющих видеть она еще и высокую оценку заработала.

- Во вторых, никогда не танцуйте с драконами, особенно со столь старыми. Каждый танец дракона, это необузданная стихия, это магия в чистом виде. От Эссси вас даже Первые не защитят...

Уже не защитили, - продолжил про себя Дэриэн, с грустью смотря на воспитанницу. Снимая похмелье, он пытался понять, что же натворил его старый приятель своей магией, но Эссси - это Эссси. Что его пара тысяч лет, по сравнению с пятью повелителя драконов.

- Вот только как отказать ему?

- Просто держись подальше от него и поближе к мужу.

- Но он повелитель драконов, он нужен мне!

- О ваших грандиозных планах мы поговорим чуть позже. Теперь, в-третьих, никогда не пейте с гномами, если вы не герцог Каэрсанит, - при упоминании герцога Эллис поникла окончательно, по мнению друида зря, но сообщать ей это он не собирался. До такого доходят своим умом или не доходят вовсе. Девочка сама того не подозревая заручилась безмолвной поддержкой единственного человека во дворце, способного покрывать ее промахи. - Идя в парк, вы слишком рисковали, ваше величество. За вами следят, очень пристально следят, и подсыпать несчастной Миларине сонного порошка, который я вам опрометчиво дал, это не выход. То, что вам удалось вернуться вчера в парк, а сейчас придти ко мне незамеченной - это чудо, которое, скорее всего, больше не повторится.

- Это не чудо, это расчет! - Эллис упрямо мотнула головой. - Слишком много слишком важных гостей, за которыми надо следить и которых надо слушать, а сотрудников допущенных в секретную часть дворца не может быть много. Миларина возможно что-то и заподозрит, но десять раз подумает, прежде чем сдавать меня. Сегодня я стану королевой, а завтра найду способ помочь ее возвышению. Кэр меня тоже не выдаст.

Почтенный друид на мгновение прикрыл глаза, сейчас его взгляд был излишне красноречив. Да, герцог не выдаст королеву, но именно поэтому не будет и следующего раза...

- К тому же мне удалось прощупать почву и заинтересовать всех присутствующих. Вы сможете сделать договор до завтра? И клятву о неразглашении?

- Он уже почти готов, но всего учесть невозможно, а повелители лучше всех умеют искать бреши в подобных сделках, да и в клятвах тоже.

- Это займет время, надеюсь много времени, и к тому моменту вполне возможно необходимость кинуть меня ли, всех ли отпадет.

Друид в очередной раз подивился самонадеянности и уму избранницы, но действительно ли Первые никогда не ошибаются? Девочка, даже не успев толком освоится, уже замахнулась на поле деятельности игрока, такого иномирские королевы прежде не творили. Но возможно именно в этом ключ к его собственному успеху.

- Вам пора возвращаться, пре-виконтесса проснется уже через полчаса, а через час ваша свита придет готовить вас к церемонии. Не забывайте, с сегодняшнего дня у вас появились придворные дамы и фрейлины, и их много.


Герцог Каэрсанит пребывал в тихом уединении своего кабинета. Задумавшись он касался пальцами губ и горько улыбался, вспоминая горечь того поцелуя. А ведь начиналось все более чем хорошо. Убедившись, что король и его невеста отправились к себе спать, даже более того, что они действительно дошли до своих комнат и, по крайней мере, легли в постель, он смог отыскать повелителя демонов, и по старой дружбе напроситься к нему в компанию. Официальное окончание вечера ничуть не мешало продолжить празднование тем, кому показалось мало. Главная зала опустела, зато огромный дворцовый парк с радостью приютил нежелающих прекращать веселье людей и нелюдей.

Сначала Кэриен пил с демонами, на одной из многочисленных уютных и скрытых от посторонних глаз полянок, между делом пытаясь выяснить, что успели натворить Эллис и Рстатришстрен во время своего отсутствия. Увы, почти безрезультатно. Зато потом прочие демоны куда-то испарились, а их место заняли юные Арьедар и темноэльфийский принц со светлоэльфийской принцессой. Глава службы безопасности предвкушающее потер руки, узнать истинные расклады сил среди прочих рас никогда не бывает лишним. Тем более столь невероятные расклады.

Но именно с явлением той четверки все пошло кувырком. Они позвали к гномам, Триш и Кэр думали не долго, с радостью согласившись - их запасы вина уже подходили к концу, а телепортировать было лень обоим. И вот тут герцога Каэрсанит поджидало немалое удивление - без пары десяток королева собственной персоной. В своем простом повседневном платье с собранными на затылке волосами она замысловато сидела на земле и блаженно потягивала гномью настойку, уже более чем прилично опьянев. Ее не могло быть в парке, но она была в нем, вызвав в Кэриене очередной приступ восхищения. К тому же в полумраке парка, с разрумяненным от алкоголя лицом она была прекрасна как никогда.

Эллис обрадовалась вновь прибывшим гостям ничуть не меньше, чем они ей. И только когда она заметила его, по лицу ее скользнула на мгновение тень. Будущая королева с вызовом вскинула голову и, улыбнувшись, послала герцогу воздушный поцелуй.

Кэриен не знал рвать ли ему на голове волосы за немыслимый промах или все же радоваться тому, что обстоятельства так сложились. Речи всех присутствующих были столь многозначны, а будущей королевы вдвойне. Что-то затевалось, что-то грандиозное и затевалось вне всякого сомнения избранницей Первых. И сильные мира сего действительно готовы были пойти за ней.

Какое-то время спустя Эллис направилась в ближайшие заросли. Кэриен не удержался и последовал за ней, уже прозевав невесту друга один раз, он опасался сделать это вновь, а ее жизнь все еще находилась под неведомой угрозой. Да и следовало проследить, чтобы девушку никто не побеспокоил, пока она справляет естественные нужды.

Герцог задумался и прошел дальше, чем планировал, увидев то, что не собирался видеть. Эллис, склонившись у дерева, весьма умело использовала два пальца для избавления организма от излишков алкоголя. Будущая королева явно знала свою меру, как и то, что следует делать, если обстоятельства вынуждают выпить больше. Если она и была пьяна в этот вечер телом, то трезвости разума все равно не теряла. Кэриен был горд своей королевой.

Закончив, девушка утерлась заранее припасенным платком, проверила чиста ли ее одежда и обнаружила перед собой фляжку в протянутой руке. Герцог сам не понял, как оказался рядом и зачем столь опрометчиво выдал себя. Он чувствовал себя пьяным, впервые за долгие годы.

- Спасибо, - Эллис даже не подумала смутиться, со знанием дела прополоскав рот вином.

Она стояла спиной к дереву и смотрела на него, все еще хмельная, с румянцем на щеках и неукротимым желанием в глазах. Бесстрашная девчонка, рискнувшая сыграть с весьма опасным противником. Его ладони коснулись шершавой древесины по обе стороны от ее головы. Он нависал над ней, высокий, худой, с давно распущенной гривой непослушных, черных как ночь волос. И она смотрела на него, смотрела и видела то, что никто так до сих пор и не смог разглядеть. От этого было страшно... ему было страшно. Они поцеловались, страстно, безумно и отчаянно. И каждый знал, что это первый и последний поцелуй, что они могли полюбить, но не судьба... Он не пойдет против друга. Она не откажется от короны. Их чувства подвластны разуму и никогда не выйдут из-под контроля. Лишь на память останется им горький от привкуса желчи и сладкий от вина поцелуй. Поцелуй что скрепил так и не озвученный договор, договор, о котором одна из сторон даже не подозревает.


Толпа взрывалась криками, при виде медленно едущего по улицам помоста с ее высочеством. И тут же замирала в немом восхищении, смотря на красочные иллюзии, что расцветали вокруг Эллис. Как на заказ светило яркое солнце, на чистейшей голубизне неба. Сияние серебра одежд в ярких лучах заставляло глаза слезиться, но никто не смел отвести взора. В этом сиянии девушка казалась еще более прекрасной, избранница Первых, почти что божество.

Он ехал позади, на самом почетном месте в свите невесты и неотрывно наблюдал за ней. В такой толпе было тяжело слушать кого-то конкретно, слишком много ярких эмоций вокруг. Но, тем не менее, ему удавалось перехватывать обрывки ее чувств. Все такие же незамутненные, несмотря на милую улыбку не сползающую с ее уст. Как ее внешнее спокойствие не соответствовало тому хаосу, что творилось внутри. Девушка совсем запуталась, ее разрывали противоречащие чувства, и она тщетно пыталась их обуздать. Ей было холодно, неприятно от пристального внимания, болела спина от тяжести серебряного платья, а вчерашний вечер оказался слишком богат на события. Демон, дракон и герцог. Обрывки воспоминаний на сущие мгновения касались Эссси, и он никак не мог уловить, кто и что на самом деле значит для этой девушки. Кажется, она до дрожи в коленях боялась всех троих, или чувств, что испытывала к ним. Дракон не понимал. И кажется, ревновал. Эта девочка была слишком интересна, чтобы выпускать ее из поля зрения, чтобы не попытаться размягчить ее сердце дружбой. А уж в свете надвигающихся событий... Дэриэн хоть и один из трех, но самый младший, все еще не игрок.


Церемония бракосочетания в храме растянулась на несколько часов. Всю первую ее половину, короля и королеву проверяли на выносливость. Служители храма произносили свои пафосные речи, восславляли Первых и их избранницу, ну а сама избранница истуканом стояла на специальной площадке, немного радуясь тому, что в своих мучениях она не одинока, и его величество страдает ничуть не меньше. К слову сказать, ей тупое радостное выражение на лице давалось куда легче. В какой-то момент Эллис искренне возблагодарила мастера Грейна за ту пару тренировок на выносливость, что он успел провести.

Однако самое сложное предстояло впереди, сначала королю, а потом и королеве следовало произнести сложную церемониальную речь на древнейшем языке Первых. Смысла этих речей уже никто не знал, но как говорится, традиции обязывали. Тут оставалось лишь молиться собственной памяти, дабы она не подвела в самый ответственный момент. Лишь произнеся последнее слово, Эллис смогла на некоторое время вздохнуть с облегчением.

В руке служителя, словно из воздуха соткался призрачный клинок. Эллис, забыв про милую улыбку, с жадным блеском в глазах любовалась ритуальным оружием. Прозрачный различимый лишь по легкому уплотнению воздуха, одновременно простой и изящный, он невидимо сиял в полумраке храма. Казалось, клинок менял свою форму ежесекундно, перетекая из одного своего состояния в другое. Завороженная зрелищем она не сразу заметила, как служитель осторожно провел лезвием по запястью его величества. Алая кровь отрезвила на мгновение девушку. Небольшая струйка тягуче-красной жидкости стекала на свободно одетый браслет, и мгновенно впитывалась им. От нового чуда ее оторвало прикосновение теплых рук служителя. Призрачный клинок коснулся ее запястья. Странное ощущение теплоты и легкости, разлилось по телу от этого прикосновения. Совсем не больно. А кровь так же стекает на браслет и впитывается им. Оставленная клинком ранка затянулась сама собой, стоило браслету напитаться кровью. Лишь тонкая белая полоска на месте пореза свидетельствовала о том, что все реальность.

Они сняли браслеты с рук и обменялись ими, окончательно и бесповоротно скрепив свой брак. И едва другой браслет коснулся ее запястья, как его размеры поменялись, уменьшились по руке хозяйки, став ее продолжением, частью, без которой на сердце возникнет пустота. Эллис вдруг поняла, что его не снять, что они муж и жена и это навсегда. Вторя мыслям девушки, где-то за гранью сознания билось второе сердце. Их связали самыми надежными узами. В них теперь течет одна кровь. По словам друида именно благодаря браслету замок признает ее своей хозяйкой...


Эллис с достоинством королевы и невыносимо болящей спиной весь вечер неотступно следовала за супругом. И никто не смог бы упрекнуть ее сейчас в нерадивом исполнении церемоний. Девчонки попавшей в другой мир больше не было, была королева. Королева, которая, несмотря на всю свою самоуверенность, окончательно запуталась в происходящем, в том кто ей друг, а кто враг, и как к кому относиться. Она понимала, что вчера вечером бесповоротно утратила контроль над событиями, до дрожи боялась, что все лишь используют ее, и все равно верила, что поступает правильно, что идет верной дорогой. Она знала, что сегодня не нужны сюрпризы, что ей нельзя себя компрометировать, и все равно скучала, все равно хотела, чтобы повелитель демонов выполнил свою угрозу. Даже больше, она всем сердцем надеялась на это, ее планы требовали еще одного вечера в неформальной обстановке с сильными мира сего. Возможно, это было несусветной глупостью столь много доверять другим повелителям, действовать за спиной короля, но в мужа Эллис не верила. Им управляли чувства, а не разум, он не сможет понять ее и ее планы. И она все еще боялась его, той власти над ней, что он могу получить при малейшем промахе. Промахе, который едва не произошел вчера.

Повелительница темных эльфов выросла перед новобрачными, словно из-под земли.

- Ваши величества, мое вам почтение и не позволите ли вы поговорить нам с вашей супругой о своих небольших дамских секретах, - дроу сказала это настолько непринужденно, и неожиданно для короля, что у него просто не успели возникнуть какие-либо опасения. А возможно спокойствие вечера усыпило его бдительность.

- С вашего разрешения, ваше величество, - покорно склонилась в поклоне королева.

- Конечно ваше величество, не буду вам мешать, - Ксаниэль немного отдалился от них.

Глаза Эллис сверкнули предвкушением. Беглый взгляд по залу. Нет, она не ошиблась. Вампирские близняшки о чем-то спорят с Кэром, полностью завладев его вниманием. Светлоэльфийская принцесса уже направляется к освободившемуся Ксаниэлю. Все прочие призванные активно присматривать за королевой ненавязчиво оттесняются подальше от нее. Ну а ее свита, навострившая ушки, не помеха.

- Что-то здесь душно, не находите ваше величество? Может, стоит выйти на балкон? - как бы, между прочим, осведомилась Багира.

- С превеликой радостью, мы так устали от этого гомона, - поддержала игру Эллис, уже догадываясь о том, что вскоре произойдет.

- Ваше величество, а как вы находите идею полетать на драконе? - вопрос дроу в присущей им чинно-величественной манере поставил девушку в тупик, а слова о драконе, повергли в шок. На грани слуха послышалась знакомая мелодия ветра перемен. Биение сердца предательски участилось. Ей безумно хотелось полетать на драконе, на одном единственном сапфировом драконе. Столь сильное желание, что способно заглушить голос разума и от этого вновь страшно, и от этого вновь кружатся в голове вопросы. "Никогда не танцуйте с драконами", - как жаль, что предупреждение запоздало. Но ей нужен этот дракон, нужен для ее грандиозных планов. И чтобы он не намагичил, она найдет способ устоять. Вызывающая улыбка была ответом темной эльфийке.

- Тогда прошу! - и они вышли на свежий воздух. Дамы и фрейлины, так и не понявшие сути вопроса, столпились у выхода на небольшой балкончик, как требовал того этикет. Недоуменно шушукаясь между собой.

Блеск сапфировой чешуи в свете магических огней едва не ослепил Эллис. Но, несмотря на влагу, что мгновенно выступила на глазах, она не посмела отвести взгляда от дракона. Величественный и прекрасный, сияющий подобно драгоценному камню. Лучшей огранки у лучшего из ювелиров. Первые действительно создали шедевр, красивейших существ - драконов. Он едва уместился в одном из внутренних дворов. А на спине у него развалился чрезвычайно довольный собой демон, сияющий своей клыкастой улыбкой.

Но насладиться этим зрелищем новоиспеченной королеве не позволили. Багира с легкостью подхватила не самую легкую девушку в далеко не самом легком платье, и словно они ничего не весили, кинула на спину дракону. Эллис едва удержалась от визга. Так с ней еще не обращались. А сила, такой хрупкой на вид эльфийки, просто потрясала. Рен с еще большей легкостью и показным изяществом поймал девушку, и удобно устроил на спине Эссси.

Плотно покрывающая тело чешуя оказалась очень теплой на ощупь, и, к сожалению Эллис, не менее острой. Алая капелька упала на синее сияние чешуи и исчезла, ей не место на ней, не сейчас.

Спустя мгновение с филигранной точностью рядом с ними приземлилась дроу. Масштабы посвященного королеве сговора приятно удивляли. А вслед за удивлением пришло и понимание. Все оказалось куда проще и прозаичнее. Скучающий за древностью лет дракон просто заинтересовался, чем же очередная избранница так привлекла демона. Не как женщина, а как человек, чистокровный человек, пусть и из другого мира. А еще его наверняка забавляли ее чувства. Нет ну, в самом деле, что еще может найти такое древнее создание, в таком ребенке, как она. Это ей голову забило магией, а не ему.

- Ну что взлетаем? - как бы между делом поинтересовался Рен. Но даже невооруженным глазом было заметно предвкушение и нетерпение демона. Даже у сильнейших и величайших владык этого мира почти нет шанса полетать на простом драконе, а уж когда под тобой сам повелитель - сильнейший, мудрейший и древнейший дракон. Тут не нужно лишних слов, особенно для дракона.

Резкий толчок вертикально вверх. Все внутренности устремляются вниз. Но вот расправлены крылья, и теплый воздух овевает их со всех сторон. Снизу пришли отголоски шума, и Эллис оставалось лишь надеяться, что ее муж сумеет сделать вид, что все так и задумывалось.

От полета перехватывало дух. Хаос чувств. И где-то там, в этой мешанине вновь проскользнуло то небывалое чувство, что Эллис довелось испытать во время танца. Небо и нежные объятия ветра. Когда тебе жарко, он приятно холодит, когда холодно, ласково согревает. Небо и свобода. Бескрайняя, бесконечная и вечная, полная единения с небом, с природой, с миром. Это нельзя описать, это нельзя изобразить, это можно лишь почувствовать. Да и то не всякому. И музыка, сейчас для нее не нужны инструменты, она звучит внутри, в сердце. А там, где-то на краю восприятия что-то вещает Рен. Он тоже восхищен и очарован, он тоже преисполнен чувств, и он желает поделиться ими.

- К чему? - изумилась Эллис, когда до нее дошел смысл услышанных сквозь завыванья ветра слов: продолжение и веселье.

- Уж не думаешь ли ты, дорогая подруга, что то, что было сегодня можно считать нормальной свадьбой!? - искренне изумился демон, внимательно изучая оторвавшую его от выражения чувств девушку. - Это же такая скукотища! А у нас еще вся ночь впереди.

- Мама роди меня обратно, - обреченно выдохнула Эллис, на излишне коварно сказанную последнюю фразу демона. Она слишком отчетливо представила, какое утро ее ожидает. Вкупе с воспоминаниями о сегодняшнем своем состоянии, это вызывало немалые опасения. - Но постой, а как же жених, то есть уже мой муж?

- Да ну его, - излишне эмоционально отмахнулся от вопроса Рен, чуть не скатившись с дракона. Но, едва ловя равновесие, тем не менее, продолжил, - в последнее время он какой-то слишком серьезный. Он бы только все веселье нам испортил.

- В последнее время!? - девушка вопросительно и настойчиво уставилась, на все еще балансирующего на драконьей спине демона. Она, конечно же, немного слышала о прежних похождениях короля, но подробностей ей никто не рассказывал. А тут такая возможность разузнать, мало ли что ей пригодится в будущем.

- Еще спрашиваешь! - довольно улыбнулся, наконец-то вернувший равновесие Рен. - Будучи принцем, он веселился не хуже моего, и вовсю прикрывался своей избранностью. Если захочешь, как-нибудь на досуге помогу тебе выбраться в таверну, где до сих пор помнят и Ксана, и Кэра. А уж про его участие в нашем ежегодном празднике, завершающемся грандиозной оргией я тем более молчу. Кстати! Непременно стоит пригласить туда тебя.

- Однако интересные факты всплывают, о прошлом короля. Багира я вот одного не пойму, а ты-то как на эту авантюру согласилась? - Эллис решила выяснить мучающий ее с начала похищения вопрос, и даже не заметила, как обратилась к той на ты. Непозволительное нарушение этикета, которое повелительница и не думала замечать.

- Эллис, я ведь сама далеко не ангел! - фыркнула в ответ Багира, вмиг растеряв весь свой прежний официоз правительницы. Лицо дроу мгновенно ожило, передав всю гамму чувств по этому поводу. - А мой сын так нахваливал ваши вчерашние посиделки. Как я могла такое пропустить? Лет двести уже не имела возможности повеселиться неформально. Вот и предложила свою помощь Тришу. Только, почему ты назвала меня Багира, а не Багра?

- Просто в моем мире есть сказка о мальчике, выросшем в джунглях и воспитанном дикими зверьми. И в ней есть черная пантера по имени Багира. Не знаю, есть ли у вас такой зверь, но ты очень на нее похожа и имя созвучно.

- Пантеры мне не ведомы, но я догадываюсь, о чем ты.

- Девушки, мы почти прилетели, - прервал только наметившийся разговор все такой же веселый голос, не менее веселого повелителя демонов. Где-то на задворках сознания промелькнула мысль, как у демонов до сих пор страна не развалилась, при такой-то власти.

Дракон пошел на снижение, куда более плавно, чем на взлет, избавив своих пассажиров от непомерных перегрузок. Небольшая полянка посреди бескрайних лесных просторов отнюдь не выглядела как конечный пункт назначения. Непродолжительная задержка, но она того стоила. Все-таки драконы крайне редко меняют ипостась при свидетелях. А с этим не сравнится даже лучшее иллюзорное представление, когда-либо показанное магом. Концентрация магии оказалась настолько велика, что ощущалась буквально кожей. Воздух дрожал и переливался всеми оттенками синего и голубого. А сам дракон плавно растворялся в центре этой красочной феерии. Яркая слепящая вспышка, волна магического восторга, и взорам венценосных особ предстал ухмыляющийся Эссси. Все такой же ангельски красивый и соблазнительно, то ли одетый, то ли раздетый.

- Ну, теперь, когда все готовы, телепортируемся в трактир!

Такая мааааленька кафешка, - невольно подумалось Эллис, при виде огромного помещения едва ли не в половину тронного зала. Кроме большого размера ничего особенного, типичный трактир всех времен и народов, миров впрочем, тоже.

- Это мой любимый трактир! - довольно заявил Рен, любуясь уже составленными в ряд столами. Трактирщик отчего-то страдальчески закатил глаза, блестящие, тем не менее, в предвкушении немалого заработка. Этого демона он знал не понаслышке.

Из посетителей остались самые бесстрашные и любопытные в составе десяти человек. Но на появление собственной королевы, да еще и в свадебном платье они не рассчитывали. Не узнать новую королеву, к сожалению, мог только слепой. Весть о сереброволосой красавице уже разлетелась вплоть до дальних границ королевства. Но насладиться невменяемым видом собственных подданных Эллис не дали. Посреди залы один за одни стали появляться прочие приглашенные. Королева еще раз подивилась размаху собственного похищения. Делегация гномов почти в полном составе, все три демонесы, светлоэльфийская принцесса и принц дроу, близняшки Арьедар, оба вождя троллей, и так еще по мелочи.

Вот тут действительно началось веселье. И Эллис пришлось приложить немало сил, чтобы не опьянеть мгновенно. При каждой возможности она пропускала, не допивала или выливала содержимое своего бокала, и все равно ощущала, как предательски разливается по телу хмель. Напитки мешались просто страшно, тут был и эль, и различные вина, и гномья настойка, и еще тысяча и одно неведомое название от умельцев всех рас.

Демонессы активно флиртовали с гномьим триумвиатом, Атера соблазняла совершенно случайно попавшего на мероприятие оборотня. Арледар, Рен и Эссси наперебой ухаживали за невестой, старательно соревнуясь в том, кто первым доведет ее до невменяемой кондиции. Эллис естественно сопротивлялась, как могла, но даже Багира периодически отвлекающая повелителей на себя, не особо спасала.

Как-то между делом оказалось, что дракон очень интересный собеседник и умеет веселиться не хуже демонов. В его компании было на удивление легко. С ним не нужно было много слов и пространных объяснений, чтобы передать собственные чувства, он и так их прекрасно ощущал. С ним не нужно было пытаться облечь сумбурные мысли в стройные и логичные фразы, он и так их понимал. А еще казалось, он знает все на свете и может ответить на любой невероятный вопрос. Страхи, сомнения, подозрения, все ушло, утонуло в хмельном угаре. И он сразу стал как-то понятнее, привычнее, роднее и милее. Куда-то сбежало предательское чувство из сердца, и вот перед ней сидит не желанный мужчина, а просто приятель, пусть и со смазливой ангельской внешностью. И настолько приятно ощущать, что в этом мире есть кто-то, кто не откажет в мудром совете, кто, кажется, способен решить любую проблему, кто поддержит тебя, кому можно доверять, на кого можно рассчитывать.

Уже через пару часов, большинство достигло необходимого состояния нестояния. Одна из демонес вдохновленная рассказами Эллис о ее прошлых вечеринках устроила на столе танцы с раздеванием. Тролли почти тут же устроили драку с людьми, не поделив двух оставшихся демонес порывающихся составить компанию первооткрывательнице. Рен откуда-то принес еще девочек, как он сказал, чтобы больше не возникало поводов для ссор.

Разгоряченные демонессы потребовали танцев, однако местная музыка не понравилась Эллис. Ее заявление о том, что у нее есть и получше, принесло неожиданные плоды. Из запечатанного от всевозможных проникновений дворца каким-то чудом телепортировали ее мр3-плеер. Еще кто-то наколдовал заклинание, транслирующее звук на весь зал. Любимая подборка танцевальной музыки ее мира и естественно огромное количество рока. На ура пошли оба направления. Рен пришел в дикий восторг именно от рока, заявив, что это воистину демоническая музыка и теперь он бросит все силы, на создание нужных для игры инструментов. И не важно, что в этом мире электричество еще не придумали, какие проблемы, заменим магией. Уж струны-то гномы создадут, а корпус вырастят эльфы. А там собрать группу и вперед, на музыкальный слух, пластичность и подвижность рук и отличную память демоны никогда не жаловались.


Светало. За окном, не до конца прикрытым портьерами, уже голубело, в предвкушении нового дня, небо. Воздух в спальне постепенно приобретал мягкий розовый оттенок, словно норовя разрядить напряженную атмосферу, что воцарилась в этой комнате.

Тяжелый вздох. Пустой бокал отставлен в сторону. Еще одна бутылка прекраснейшего вина пуста. Но даже лучшее вино из королевских погребов, так и не смогло развеять ночные тревоги. Буря чувств порождала все новые и новые мысли. О, как же он завидовал своей супруге, как беспокоился за нее, как ревновал ее к демону и дракону, как ненавидел и как любил. Приходя в отчаянье, он готов был простить ей все, пусть только вернется, пусть не поддастся соблазну демонического очарования, пусть он сможет вновь увидеть свою сереброволосую королеву. Когда она улетела на сапфировом драконе, он страстно желал собственноручно убить и ее, и ее новых друзей - похитителей. Сколько же сил пришлось приложить Кэриену, чтобы мгновенно погасить ярость и ревность короля, не дать случится межрасовому скандалу, убедить его сделать вид, что все именно так и задумывалось, что он покидает гостей для встречи со своей королевой. Поймав себя на этой мысли, Ксаниэль подумал о том, что он совсем никудышный король, даже его новоиспеченная супруга и то держится достойнее, не позволяя своим чувствам брать верх. О да, она умеет бывать холодна как лед.

Вспышка телепорта вырвала короля из раздумий. Облегчение смешалось с негодованием. Этот чертов повелитель демонов, не напрягаясь, обходит защиту дворца - о какой безопасности в таком случае может идти речь. Да он сильнейший и талантливейший маг своей расы, иначе не стал бы столь юным повелителем. Но как же неприятно ощущать свои недоэльфийские способности, по сравнению с возможностями и способностями прочих властителей. Никому не нужный и ничего не стоящий, правитель по рождению, а не по заслугам. Его супруга и то куда больше интересует и восхищает нелюдь. Ее-то заклинание наверняка выбрало и за способности, и за прежние достижения.

Шевеление на кровати оторвало короля от самобичевания, и привлекло его внимание к Эллис. На королевском ложе барахтался далеко уже не чистый и местами порванный ком, из его супруги и ее платья. Похоже, она пыталась подняться, или выпутаться из своих многочисленных юбок, но запутывалась еще больше. Мученический стон, слегка растопил его сердце. Она жива и здорова, и ничего сильнее похмелья ей не грозит. Стоит порадоваться, хоть кто-то провел эту ночь весело, не мучаясь грустными мыслями. Но отчего так паршиво на душе.

- Ваше величество вы тут? - осторожно, с попыткой изобразить подобострастие, подала голос Эллис. Ее язык заплетался, пьяна королева, оказалась не на шутку, странно как вообще она находилась во вменяемом состоянии.

- Слава Первым, я был тут всю ночь, - едко ответил король. Теперь, когда облегчение накрыло сердце, прежние чувства вновь рвались наружу. Успокоенные прежде доводами разума ревность и ярость закипали внутри, приправленные неудержимым хмельным желанием - она должна расплатиться за все те беспокойства, что причинила.

- Простите ваше величество, я не хотела, но меня похитили и не отпускали, - в голосе неподдельная грусть. - И я буду очень благодарна, если вы разденете меня. Я, похоже, окончательно запуталась, да и снять это платье мне даже трезвой не под силу! - Эллис пришлось приложить немало сил, чтобы высказать столь длинную мысль. Язык совершенно не желал издавать требуемые звуки.

- И что же творили с тобой похитители? - с недобрыми интонациями спросил Ксаниэль, пытаясь разобраться, где голова, а где ноги, и откуда вообще стоит начинать снимать платье.

- Спаивали, - честно и горько призналась королева, - и почему вы не стали меня искать, я так ждала вас всю ночь!

Попытка искренне возмутиться провалилась, пьяным голосом все звучало слишком наиграно. Король лишь пренебрежительно фыркнул в ответ.

- А если честно, то было очень весело, вы пропустили самое интересное на нашей свадьбе!

- Не сомневаюсь, демоны умеют веселить и соблазнять, - очередная волна ревности. С корсетом покончено, можно пытаться снять платье и юбки. А тело девушки легкой дрожью отзывается на его случайные прикосновения.

- Но вы же знаете! - искреннее изумление, такое сильное, что язык на время стал послушным. И одновременно попытка совладать с собственными желаниями, отвлечься от них. Что поделать, жар алкоголя прекрасно топит лед, это опасно, она может и не устоять.

Он молчит. Ему плевать на ее слова. Платье отброшено в сторону. Впервые она перед ним полностью обнажена и беззащитна. Но она словно не замечает отсутствия одежды, не пытается прикрыться, лишь заинтересованно смотрит на супруга.

Ей не нравится воцарившееся молчание, ей не нравится взгляд, которым его величество жадно осматривает ее тело. Так и хочется поежиться, укрыться, скрыться от его горящих очей. Но нет, нельзя, она не должна показывать свою неуверенность, свой страх. Она не жертва, пусть и не способна сейчас дать отпор. Хмель отступил на время, а значит, она еще поборется.

Ее тело, так и притягивает взор и желания. Он чувствует, она едва контролирует себя и все равно пытается сохранить достоинство, не показать своих опасений. Она опять смотрит на него с вызовом и без малейшей капли желания, хотя он уверен, она хочет его не меньше. И он поможет ей пробудить это желание. Стремительное движение, за один шаг он оказывается подле нее, а его рубашка уже летит в неизвестном направлении. Красивый торс сильного мужчины, она пытается, но не может отвести взгляд. А в мыслях лихорадочное: - он понял, что ей не устоять. Мужские руки, она забыла, как бывают, нежны и приятны их прикосновения. Тело не повинуется ей, ведь воздвигнутая стена льда растоплена высоким градусом алкоголя. И она все стремительнее обращается в бушующее пламя, в страстный огонь. А он, вторя ее мыслям, покрывает разгоряченное тело поцелуями. Как хорошо. Зачем сопротивляться, кричат все ее чувства, ведь тебе хорошо, ведь ты ждала этого так долго, зачем вновь обращать нас в лед. И его губы такие нежные, а объятия такие крепкие. Ей уже не вырваться, она почти вся в его власти. Ее тело решило само, и хозяйке остается лишь наблюдать и наслаждаться.

Стон удовольствия против воли срывается с ее губ. А в голове из неоткуда возникает образ Эссси, с его всегда полуобнаженной грудью, и лукавыми глазами, полными тысячелетней мудрости. И ее супруг мгновенно меркнет по сравнению с этим ведением. Вода возвращается, гасит разбушевавшийся огонь. Она вновь контролирует себя и свои желания. Руки отталкивают мужа. Мгновение и она сидит уже на другой стороне кровати, крепко обняв себя за плечи, с детской обидой во взгляде смотря на него.

- Я не шлюха, - почти выкрикивает девушка, а слезы текут из ее глаз, - я могу контролировать свои чувства и тело, они не должны быть властны надо мной!

Соленые дорожки на щеках и не думают сохнуть, а голос уже не кричит, он шепчет, и с последними словами Эллис резко подскакивает с постели и быстрее ветра скрывается в своей ванной.

Во дворце ванные комнаты изнутри не закрывались, снаружи впрочем, тоже. Однако Эллис было наплевать, она хотела остаться одна и как можно скорее. К тому же ей повезло, один из гномов входящих в состав делегации являлся прямым потомком мастера, который и проектировал защиту дворца. В отличие от многих королей, боявшихся сказать слишком много своим детям и ближайшим родственникам, гномы очень тщательно оберегали знание своих собственных наработок. И теперь Эллис знала о возможностях дворца больше самого короля. Гномья настойка, всеобщее веселье, восхищение и уважение к новой королеве прекрасно разговорили гнома.

Дворец мог выполнять почти любые приказы, произнесенные членом королевской семьи на языке гномов. И забежав в ванную, Эллис тут же вымолвила уже заготовленную фразу "Закрой дверь". Кончики пальцев на мгновение похолодели, но королева даже не думала о том, подействовало заклинание или нет. Ей было больно от своей слабости, от бессилия, от ненависти. Она ненавидела короля за то, что у него почти получилось, за то, что она хотела, страстно желала его, за поцелуи и прикосновения что до сих пор кружили голову. Она ненавидела дракона за ту власть, что он приобрел над ней, за желания, что охватывали ее при воспоминаниях о нем, за то, что ничего не значит для него, так временно интересная человечка, не больше. Она ненавидела герцога за то, что хотела полюбить, но не посмела и не посмеет, за то, что обратит единственное свое настоящее чувство в дружбу, за тот поцелуй, что казался сейчас пьяным бредом, глупой фантазией.

А слезы катились из глаз, и тело сотрясалось в дрожи.

Ксаниэль протрезвел мгновенно, но это так и не помогло понять, что же произошло с его королевой, почему уже казавшееся неминуем счастье вдруг обратилось в горе. Он не хотел ее обижать, или хотел... Глупая сделка.

Медленно поднявшись, король подошел к двери в ванную комнату.

- Эллис, - позвал он негромко, но ответа не последовало. Он попытался осторожно приоткрыть дверь, но та не поддалась. Ксаниэль дернул сильнее - дверь была заперта, хотя этого никак не могло быть. Окончательно переставший что-либо понимать король сполз по двери.

- Прости...


Странное чувство, словно в голове поселился персональный будильник. Но как же не хочется просыпаться, она еще не отдохнула в достаточной степени. И вдруг неприятный звон в голове стихает, а ему на смену приходит понимание, кто-то вошел в соседнюю комнату через потайной ход. Странное знание, дарованное извне и не вызывающее сомнений. Дворец принял ее, дворец рад ей, рад тому, что с ним вновь заговорили. Он не бездушный камень, он тоже живой, он тоже способен мыслить, пусть и благодаря искусству гномов, пусть в рамках заданных алгоритмов, но способен. Дворец уже давно скучал, никто не желал с ним разговаривать, а он так старательно исполнял свои обязанности по защите. И теперь он готов явить все свои возможности новой собеседнице. Еще одно знание, словно в ответ на закравшуюся мысль: король тоже слышит, когда рядом пользуются закрытой частью дворца. Но об их мысленной связи ее супруг не узнает, дворец способен говорить лишь с тем, кто первым обратился к нему.

Довольная улыбка на сонном лице. Полуприкрытые глаза. Сон еще не ушел до конца. Но его уже прогоняет извечный женский порок - любопытство. Шальная мысль: а если попробовать так. И шепотом, мыслить на языке гномов она еще не способна, хотя возможно это уже и не преграда для их связи.

- Слышать, о чем говорят в гостиной!

Тишина. Кажется, что ничего не происходит. Но древняя магия опять отозвалась легким холодом. А уже спустя мгновение слышны шаги. Они вошли в гостиную. Едва различимый скрип - устроились в мягких креслах. И первые звуки человеческого голоса.

- Ксан, ужасно выглядишь! - голос Кэриена. Тут можно не сомневаться, кто еще посмеет ввалиться в покои короля утром после его первой брачной ночи. - Чем все закончилась?

- Она вернулась на рассвете, - уставший и непривычно печальный голос, внутренняя боль и сожаление гложет говорящего. - Пьяная, сильнее, чем я. В жутком виде. В спальне валяется ее платье, можешь посмотреть на этот кошмар. Мне пришлось ее раздевать, она сама была не в состоянии.

- Ты попробовал воспользоваться ее состоянием? - и не понять, то ли герцогу любопытно, то ли он осуждает подобный исход.

- Да, она едва владела собой, она не устояла, на какое-то время. - Теплота, любовь, приятные воспоминания и снова бескрайняя грусть и сожаление. - Понимаешь, она... я не знаю, как это описать словами. Она почти была моя, еще чуть-чуть и все бы закончилось. И вдруг лед. Словно она не отвечала страстным стоном на мои поцелуи. Она оттолкнула меня, сказала что не шлюха, что может контролировать свои желания и тело. Она плакала, а потом скрылась в ванной и как-то заперла ее изнутри. А я так и не понял, чем обил ее.

- Хочешь сказать, она спала в ванной? - удивление, сочувствие другу и жалость к ней. Кэриен словно разрывается между ними. Необычный способ подслушивания дает необычные результаты. Слишком хорошо слышны чувства в интонациях голоса. Сам собой вспоминается тот отчаянный поцелуй.

- Я думаю, она до сих пор спит там.

- Так пошли, проверим! Но запертая дверь это очень странно.

Ей не пришлось напрягаться, чтобы изобразить из себя спящую. Она и так прибывала на пороге сладкой неги. Лишь легкий шепот с приказом открыть двери. Спокойное дыхание, ровное сердцебиение и ангельское выражение на лице. Вчерашняя истерика сделала свое дело, сняла все накопившее нервное напряжение. Эллис была пуста как младенец и счастлива.


Кэриен осторожно приоткрыл дверь. На пару с другом они заглянули в ванную. Их взорам предстала мирно посапывающая в полотенцах девушка. Ангелок - такая же беззащитная, хрупкая и ранимая. Она только пытается быть сильной, но душу не спрячешь во время сна. И так хочется ее защищать. От всего на свете. Странные чувства, совсем нетипичные для герцога, но этой любви не пылать, лишь тлеть, обратившись в дружбу. Он понимает друга, и понимает ее. Маленькая глупая девочка, которой так хочется быть самой сильной, самой умной. Которая взвалила на плечи непосильный груз, замахнулась на те сферы, в которых ничего не понимает. Естественно ей страшно, она боится ошибиться, проиграть, ведь ставки столь высоки. А тут еще подводит собственное тело и чувства, да и он с тем свои пьяным поцелуем наверняка голову заморочил. А женщины они ведь так хрупки...

Сейчас не нужно слов, пока внутри кипят чувства, можно сказать то, о чем вскоре пожалеешь. Королю не стоит знать о его отношении к девушке. Ей впрочем, тоже. Остается лишь надеяться, что эта женщина достойна предательства лучшего друга. Теперь он недоговаривает королю много больше чем ранее. Он знал, где пройдет вечеринка. Зная о похищении, и зная любимые места демона, проверить их не составило труда. Он послал туда лучших своих людей, с приказом присматривать за ее величеством и слушать все, о чем она будет говорить с другими. Он уже знает, что и как там происходило. Его люди даже устроили драку, когда королева решила потанцевать на столах вслед за одной из демонес. А еще собранные сведенья окончательно пролили свет на планы королевы, опасные планы, очень опасные, но возможно единственные способные что-то да изменить. Но он не сообщил об этом королю, ни ночью, когда тот изнывал от безызвестности, ни сейчас. Ночью Ксан наверняка попытался бы туда отправиться, и испортил бы весь праздник, а заодно мог и межрасовые проблемы породить. Ну а сейчас.... Он просто не простит друга, который все знал, но ничего не сказал.

Герцог, покинув свои невеселые думы, слегка оттеснил Ксаниэля с прохода. Пара шагов и вот она прямо перед ним. Немного магии, чтобы лишними движениями не разбудить девушку, и она у него на руках, все так же завернутая в кокон из полотенец. Игнорируя удивление друга, Кэриен плавным шагом отнес Эллис в спальню и аккуратно уложил на кровать. Пусть досыпает в более подходящих условиях. Она конечно девушка неизнеженная, в отличие от местных леди, те на полу ни за что не уснули бы, но боль во всем теле, да еще и к неслабому похмелью, что у нее наверняка будет, да после нервного срыва - не самая приятная штука.


- У нее просто был нервный срыв! - начал Кэр, едва они с королем покинули спальню, не забыв плотно закрыть за собой двери. Однако второй приказ Эллис продолжал действовать, и она вновь могла слышать их разговор.

- Но от чего?

- Ну, подумай сам, хоть немного! Она одна, в чужом мире, где никому не может верить, ей некому довериться, некому поплакать о своих страхах. А она должна быть королевой, избранницей Первых, она чувствует что от нее все чего-то ждут, и она из всех сил пытается соответствовать этим ожиданием. Неужели не видишь, как она старается, да не каждая наша леди способна себя столь достойно вести в столь недостойных ситуациях. А ведь ее никогда не готовили ни к чему такому. А тут еще ты со своей глупой ревностью и необузданными чувствами, этой наиглупейшей сделкой. Она просто не может проиграть, это сломит ее Ксан окончательно и бесповоротно.

- Кэр, отчего она на меня так влияет!? Почему я теряю голову!? Почему я не могу справиться с собственной ревностью. Стоит этому демону появиться рядом с ней, как я теряю над собой контроль.

- Дурак, какой же ты дурак, мой король, если до сих пор не понял, что твоя дорогая супруга, нашла в этом демоне друга, а не мужчину.

- Но...

- Никаких но, ты что забыл, как они появились, хохоча на весь зал. Разве я тебе не говорил, что у Эллис и раньше хватало близких друзей противоположного пола. И сейчас ей это нужно в двойне, хоть какая-то видимость привычного и незыблемого. Хотя Рстатришстрен не самый лучший выбор на эту роль. Ксаниэль я тебя очень прошу, научись справляться со своими чувствами и откажись от вашей сделки, признай ее победу. Неужели ты не понял, что Эллис дороже всего ее собственная свобода. Чем больше ты ее ограничиваешь, тем сильнее отдаляешь от себя.

Вслушиваясь в проникновенную речь герцога, королева всем сердцем жалела, что ее супругом стал Ксаниэль, а не Кэриен. Герцог был в ее вкусе, что поделать, она неравнодушна к брюнетам. Он понимал ее, понимал как никто другой, и любил, а она... она могла бы полюбить, по-настоящему, всем сердцем, но не судьба. Лишь поцелуй остался горьким напоминанием ее способности не влюбляться, даже когда сердце жаждет этого.

- Спасибо Кэр, но я как-нибудь сам во всем разберусь. А сейчас мне нужно собираться на совет.

Нда, сдаваться король все еще не намерен, - сказала сама себе Эллис, едва его величество и герцог удалились на совет. Сон все же прошел, и оставшееся время следовало провести с пользой.


Глава восьмая. Сыр из мышеловки.


Она не высыпалась уже третий день подряд, но пропустить утреннюю тренировку ради лишней пары часов в кровати, не смела. Лишь время от рассвета и до завтрака, принадлежало Эллис и только ей. Королеве приходилось вставать очень рано, уходить и возвращаться коридорами для слуг, скрывая свои волосы под чепцом служанки, и притворятся спящей, когда ее свита, приходила будить свою королеву к завтраку.

Совсем недавно выпитый кофе еще не подействовал. Так и хотелось свернуть челюсть в излишне широком зевке. А в тренировочном зале вновь обнаружилась пара вампиров. Мелочь, не допущенная на совет, и предоставленная самим себе, что им еще делать, как не резвится в самых укромных уголках дворца. Но недооценить эту парочку мог лишь полный глупец. Эллис же знала, на что способны двойняшки лучше всех прочих. Атера и Арледар, казалось, сутками сновали по всему дворцу, вынюхивая информацию для своего деда и для нее, как и принц темных эльфов вместе с юной светлоэльфийской принцессой. Они считались друзьями между собой, но иллюзий молодая королева не питала, долг перед народом мог призвать каждого из них. О излишней осведомленности вампиров Эллис пока тоже не беспокоилась, скорее надеялась извлечь дополнительную пользу. Вчера вампиры, впервые оказавшиеся на ее тренировке, слишком уж красноречиво сочувствовали ее способностям и слишком уж явно красовались своими. Ей такой уровень мастерства не светил и через пару десяток лет, пока...

Вампиры явно пытались что-то доказать или в чем-то убедить ее учителя виконта. Он был недоволен, предлагаемое ему не нравилось, но и найти что-то в противовес аргументам парочки у него не получалось.

- И что за заговор вы здесь устроили? - не удержалась от полушутки Эллис, надеясь хоть немного разрядить наметившуюся грозовую атмосферу.

- Ничего подобного! - тут же возразила Ара. - Просто мы вчера посмотрели, как ты мучаешься, и придумали, как помочь тебе ускорить обучение.

- Интересно как?

Эскар Грейн сделал крайне недовольное лицо, по поводу проявленного ученицей интереса.

- Понимаешь, у нас есть один ритуал. Любой вампир может признать любого человека своим братом или сестрой на крови. При смешении крови, мы способны передать все наши навыки и знания новому родственнику. Мы с Атерой конечно еще слишком молоды, и сами мало что умеем, но мы будем рады поделиться с тобой хотя бы этим, и получить такую сестру как ты!

- Хотите сказать, что после этого я стану такой же сильной, как и вы?

Глаза девушки загорелись жадным блеском. Она вспомнила, с каким изяществом и скоростью летали вчера клинки двойняшек. Она тоже хотела так сражаться и чем раньше, тем лучше. И не важно, что подобные успехи бывают лишь в книжках и лишь у нерадивых героев нерадивых авторов. Оказавшись в другом мире, став в одночасье королевой, начинаешь вновь верить в сказки.

- Нет, ты не так поняла Арледара, - вновь вступила в разговор Ара. Сейчас она говорила тоном строгой наставницы, что совершенно не вязалось с обычной взбалмошностью вампирши. - Ты получишь только знания, которые растворятся в твоей крови. Ты не станешь сильной мгновенно, но тебе будет гораздо легче тренироваться. Твое тело само будет знать, как правильно делать все то, что мы умеем. Тебе лишь останется научиться не мешать ему. За несколько лет ты вполне сможешь приблизиться к нашим нынешним способностям. Если конечно не упрешься в предел возможностей собственного тела. Оно хоть и изменится немного - улучшаться некоторые твои способности - но все равно останется человеческим. То, что нам дано от природы, тебе придется добиваться многочисленными тренировками. В любом случае, даже если ты решишь в какой-то момент остановиться, в экстренных ситуациях, когда действуешь на одних инстинктах, ты будешь способна на почти невозможное для человека.

- Это очень щедрый подарок. Ар, Ара вы уверены, что хотите этого, и для чего все это вам?

С одной стороны Эллис не хотела, чтобы эта парочка пострадала из-за своей молодости, и чрезмерного любопытства. С них станется случайно узнать о ритуале и кинуться его опробовать при первой же возможности, не подумав о последствиях. С другой стороны вампиры никогда не страдали отсутствием ума, и за всеми их даже самыми немыслимыми поступками всегда стояло достижение каких-то выгод. По крайней мере, в рамках их логики, порой очень уж отличной от человеческой.

- Ну, поскольку это может быть в некотором роде опасно для вампира, ты же знаешь, как на нас действует кровь разумных существ, тут важно несколько другое. Ты королева людей станешь нашей сестрой. Мы не слепые и не глухие и видим твой потенциал и оказываемую тебе поддержку. А отношения наших рас в последнее время слишком натянуты, нашу семью это не устраивает, мы хотим гарантий мира.

- Ты получаешь защиту для себя, а мы для себя - честная сделка! - перехватила инициативу у брата Атера, весьма умело подводя нужный итог всему сказанному.

Эллис никогда не относила себя к глупым доверчивым дурочкам, хотя и старалась по возможности доверять окружающим ее людям, ведь обмануть искреннее доверие очень тяжело любому нормальному человеку. В этом же мире она вынуждена была доверять еще больше, просто потому, что в одиночку с поставленными задачами ей ну никак не справится. Сейчас королева тоже склонялась к тому, чтобы поверить в доводы вампиров, вот если бы они не обозначили своих интересов, это вызвало бы подозрения. Но это все соответствовало человеческой логике, вампирская наверняка тоже имелась, и о ней Эллис придется помнить всю оставшуюся жизнь. За все всегда нужно платить, юная королева это понимала и осознавала, что в будущем ей еще предъявят счет, и она заплатит, но лишь в той мере, в которой сочтет нужным.

- Хорошо, я согласна!

Ар и Ара от радости едва не задушили девушку в своих объятиях. Они хоть и знали о возможности обряда едва ли не с рождения, но вот как провести этот ритуал, поняли лишь вчера.

Их прадед непредусмотрительно оставил любимую книжку с описанием самых важных вампирских ритуалов на видном месте. Очень кстати, они как раз думали, где бы подробнее узнать о ритуале обращения. Любопытство. Самый главный вампирский порок. Они просто не смогли устоять. Это так интересно приобрести сестру, поделиться своими знаниями, получить в ответ частичку другого разумного существа. Ну и, конечно же, принести пользу своей семье. Утащить ритуальный кинжал деда тоже не составило большого труда, Ардинар был таким же беспечным, как и большинство его сородичей, и даже прожитые века и принятая ответственность ничего не смогли с этим поделать.

Быстрым, почти незаметным движением Арледар достал небольшой кинжал. Эллис на мгновение показалось, что тот просто возник из воздуха. Весь исписанный странными письменами, он притягивал взор не слабее призрачного клинка. Королева легонько улыбнулась, уже догадываясь о том, что произойдет вскоре. Свадебный ритуал и ритуал вампиров, похоже, имели одни и те же корни.

- Протяни обе свои руки, ладонями вверх, - Эллис послушно выполнила просьбу. Руки Арледара оказались холодны, в отличие от теплых рук храмовника. Он этот холод ощущался как нечто приятное и долгожданное. Легкое движение кинжалом, на это раз она почувствовала, как рассекли плоть на ее ладони. Но опять же без боли. Странное ощущение, словно все происходит не с тобой. Темно красная кровь медленно, тягуче выступает на месте пореза. И пока она любуется ей Ар успевает проделать тоже самое со своей рукой.

- Теперь следи, чтобы не потерялось ни капли. Атера, - обратился брат к сестре, передавая кинжал. Она один в один повторила все его действия. Слова разорвали тишину, еще пока непонятные, на еще пока незнакомом языке. Ловкими движениями вампиры пожали ее руки, не проронив при этом ни капли чьей-либо крови. Воздух дрожал, его наполняла магия, сильная, безрассудная и опасная, такая же, как и вершащие ее существа. Ритуал под слаженный речитатив двух голосов достиг предела. Мгновение и голоса замолкли, словно и не звучали вовсе. Свершилось. Ладони Эллис свободны от крепких рукопожатий нелюди. Ни капли крови, о порезах свидетельствует лишь пара розовых полосок. Магия.

- Регенерация у тебя теперь лучше человеческой, но до нашей все же далеко, - начал просвещение девушки Арледар, - возможно появятся небольшие способности к магии крови. Но заклинать ты сможешь только на своей, в отличие от нас. И не удивляйся, если начнешь понимать наш язык. А если забудешься, так и отвечать сможешь, наверное. Теперь ты всегда можешь рассчитывать на помощь любого вампира из семьи Арьенар. Как и любой вампир из семьи теперь надеется получить твою помощь. Но о том, что произошло здесь лучше молчать, люди не жалуют вампиров, а обращенных опасаются вдвойне.

- Я понимаю брат, и я пока еще хочу жить.

Эллис внимательно посмотрела на учителя, но он лишь ухмыльнулся в ответ - храня один секрет, он сохранит и второй, тем более поклявшись на крови двойняшкам. Эскар Грейн и сам когда-то приобрел брата вампира, пусть и не по своей воле. Тогда это спасло жизнь Эскару, а потом помогло стать лучшим воином королевства. Вампиры не могли не почувствовать это, скорее всего именно он навел их вчера на мысли об обряде. Ну а ученице, знать такие подробности его жизни не обязательно.

- А теперь, ваше величество, поспешите. У нас не так много времени.


Первый удар, ответный взмах. Она неумела, ее представления о том, как следует фехтовать ошибочны. И новый град ударов. Арледар стремительно наращивает темп. И не важно, что машет она клинками как палками, постоянно открывается и делает слишком много лишних движений. Она пока не может отключиться, не может перестать мешать собственному телу, знающему сейчас куда больше. Но темп растет. Он слишком быстр, чтобы голова успевала за движениями тела. У нее начинает получаться. Движение обретают выверенную точности и скупость. Пусть ненадолго, всего на сотку, но она отдается во власть инстинктов, во власть собственного тела. И нет больше корявых взмахов. Звон зачарованной стали плетет свой ритм, свою мелодию и тело идет вслед за ней в своем смертельном танце. Она на пределе, слишком быстро для человеческого тела, но так красиво, именно так как она мечтала.

Клинки просто выпали из ее рук. Как же она устала. Напряжение боя слишком велико, но она, наконец, довольна. И не важно, что она рухнула на пол вслед за своим оружием полностью без сил. Отличное завершение занятия. И благодарность вампирам за кровь и за новый элемент тренировки. Именно Атера настояла на том, чтобы в стандартный комплекса виконта, был добавлен финальный спарринг, пробуждающий знания в ее крови. Это противоречило всей его методике, но вампирам так тяжело отказать.


Возвращалась к себе Эллис в большой спешке, ей ни в коем случае нельзя было опоздать. И когда перед ней словно из под земли вырос Стенжеральд, а затем не спрашивая затащил за собой в какое-то подсобное помещение, королева готова была обрушить на его голову любые проклятия.

- Я быстро, - шепнул принц. И одним смазанным и невероятно быстрым движением он подхватил со стола какой-то сверток, тут же развернув его в черное платье из того самого материала, что пленил воображение Эллис на церемонии.

- Это...

- Это подарок от моей матери, она просто очарована тобой, - хитро улыбнувшись, дроу с таким видом подмигнул Эллис, что вечно невозмутимая девушка смутилась. - Наша самая последняя разработка, и наша гордость. Прочнее ткани не существует. Она способна выдержать скользящий удар, даже очень острого меча, или же попадание стрелы на излете. Само платье способно трансформироваться по твоему желанию. Естественно имеются уникальные маскировочные возможности, - Джер говорил очень быстро, совершенно не обращая на впавшую в прострацию девушку. - На левой руке находится браслет, камни в нем переключают режимы. Отыскать эти камушки можно только на ощупь, или внимательно присмотревшись при хорошем освещении. Советую запомнить их расположение, и тренироваться до тех пор, пока все переключения не будут происходить на автомате.

Закончив, темноэльфийский принц свернул одеяние обратно в сверток, вручил его королеве и быстренько выставил ее в коридор, не дав сказать даже слова в ответ. Эллис чертыхнулась про себя, вспомнив, что опаздывает, и практически побежала по еще пустынным коридорам. С этим подарком она разберется позже, и принца к стенке прижмет и не отпустит, пока не выяснит всех мотивов. Жесты доброй воли королеву совсем не устраивали, потому что ничто не делается просто так, в этом мире уж точно.


Гостиная королевы была полна молоденьких фрейлин, ибо ее же приемную наполняли дворцовые лоботрясы, жаждущие прекрасного общества, но получившие, увы, лишь общество замужних и почтенных дам королевы. Часть девушек читала вслух книгу, сочтенную королевой полезной для юных умов, другая часть под вышивание внимала мастеру Риено, весьма толково рассказывающему о грамотном управлении домашним хозяйством. Сама Эллис расположилась чуть в стороне с герцогиней Аривиали и Милареной. Сегодня после завтрака королева корпела над отчетом управляющего дворцом и планами на оставшееся время торжеств, любезно предоставленными ей маркизом Бали.

- Ее высочество Асирья просит аудиенции ее величества, - доложил вошедший из приемной распорядитель ее величества виконт Протерад.

- Пригласите, - разрешила королева, отдавая пре-виконтессе отчеты.

- Ваше величество! - вошедшая эльфийская принцесса была одета непривычно торжественно.

- Ваше высочество, мы очень рады вашему визиту, желаете чай с легкими закусками? - Эллис поднялась из кресла и направилась навстречу подруге.

- Спасибо ваше величество, но я не намеренна в такой чудесный день сидеть в четырех стенах и поэтому прошу почтить меня честью и составить компанию для прогулки в сад.

- Мы находим это прекрасной идеей, ваше высочество. Герцогиня мы попросим вас остаться, Миларина можешь пока быть свободна, леди Анжела, леди Лионе, леди Релена и леди Марин буду рада, если вы составите нам компанию.

Эллис очень старалась выглядеть, говорить и вести себя как настоящая королева, внимая всем урокам герцогини Аривиалли. И это уже начало приносить свои плоды, партия королевы при дворце набирала обороты с каждым днем.

На прогулку королева со свитою направилась короткой дорогой через опоясывающую этаж галерею и спускающуюся прямо в сад лестницу. День действительно был необычайно теплый, солнечный, с прохладным бризом, налетающим с моря. Едва они скрылись из вида охранявших лестницу гвардейцев, как Асирья уверенно повела Эллис к какой-то полянке сквозь дурманящие ароматы цветов позднего лета. Фрейлины послушно отстали, давая возможность подругам переговорить с глазу на глаз.

- Спасибо что вырвала меня из этого нескончаемого заточения.

- Да ладно, на что еще нужны несовершеннолетние принцессы. Но я преследовала свои коварные цели!

- Есть какая-то срочная информация для меня?

- Нет, после обеда все без изменений. Просто хочу вручить тебе один подарок.

- Подарок? - удивилась Эллис, смотря на протянутую ей пустоту в сжатых руках.

- Это брат и сестра, парное оружие нашего дома. Пока клинки в ножнах они невидимы даже для очень сильных магов.

Асирья извлекла меч, а затем и кинжал. Клинки, оказались, по-эльфийски изящны, брат имел тонкий эфес явно для женской руки, с гардой надежно прикрывающей кисть, обоюдоострое лезвие длиной сантиметров семьдесят, такое же узкое и изящное, как и сами эльфы. Эллис, осторожно взяла меч в руки и поразилась его легкости. Сестра, выполненная в виде тонкого кинжала, казалась почти невесомой, но от этого она явно не становилась менее опасной.

- Какой он легкий! И красивый! - девушка не видела смысла скрывать свое искреннее восхищение работой эльфиских мастеров.

До сих пор в оружейной она видела лишь изготовленное гномами или же человеческими кузнецами оружие. А ведь каждая раса имела своих выдающихся мастеров, и свои уникальные наработки. Такие клинки и не только являлись символом расы и имели немало своих секретов. Шедевры оружейного искусства, создаваемые и доводимые до совершенства не одно тысячелетие. Они не выходили за пределы расы, а еще чаще за пределы правящей династии и особой касты элитных воинов. И только посвященные могли передать чужоку свои собственные клинки - в знак наивысшего доверия и покровительства.

- Но я не могу принять такой подарок! И твои родители, они не поймут...

- Они ничего не узнают, тем более это не мои клинки, я не воин, да еще не совершеннолетняя, кто бы мне сделал? Нет, это подарок от моей наставницы.

- Наставницы?

- Не спрашивай большего Эллис, без ее разрешения я не могу сказать ни кто она, ни для чего этот подарок, но последнее я и так не знаю... Просто носи их всегда с собой, хотя бы кинжал. Она ничего не делает просто так, а уж такой подарок.

- Значит, мне грозит опасность...

- Вполне возможно, ты слишком хорошая королева, не всем это по нраву. Но клинок может пригодиться тебе и через десяток лет. Надеюсь, ты научишься хоть немного с ним управляться. Жаль, что ваших женщин не учат обращению с холодным оружием.

Эллис лишь внутренне ухмыльнулась на это заявление, взяв на заметку, что Джер с эльфийкой делится далеко не всей информацией. Об этом стоило подумать, как и о столь странном подарке от неизвестной доброжелательницы, да еще третьем за едва начавшийся день. Поверить в такое совпадение означало расписаться в собственной глупости, чего Эллис делать явно не собиралась.


Королева крутила в руках бокал с остатками вина. В противоположном крыле, в другом конце дворца, в самом разгаре торжеств веселились придворные и многочисленные гости. Но королевы на балу не было. Она сказалась приболевшей, отослала всех веселиться и в очередной раз при помощи пре-виконтессы сбежала из-под бдительного ока гвардейцев. Теперь она сидела напротив почтенного хранителя библиотеки и была задумчива как никогда. Дэриэн очень хорошо понимал юную королеву и свою воспитанницу, сомнения, что одолевали ее.

- Я не знаю, Дэриэн, как я могу столько и всего доверять..., - голос Эллис разорвал царящую в библиотеки тишину. - Кто они мне эти повелители рас, друзья или враги? Я даю им бесценные сокровища, мои знания, я позволяю выворачивать себя наизнанку вампирам, постоянно рискую, что кто-то из девчонок случайно все узнает и доложит королю... Я даже в Миларине не могу быть хоть сколько-то уверена, хотя делаю все для ее возвышения.

- Ваши сомнения естественны, моя королева, - он говорил мягко и ободряюще. Эта девочка должна верить в себя, в свою правоту и тогда остальные не усомнятся ней, не поставят свои интересы выше общих. - Когда вы поделились со мной своими планами и идеями, вы попросили совета, и я его вам дал. Неужели выполняя все наставления, вы усомнились в своих силах?

- Но кто я и кто они!

- Вы избранница Первых и королева, и никогда не забывайте об этом. Вас не предадут, пока вы стоите твердо, так не качайтесь!

- Я стараюсь, - голос Эллис был полон вызова и горечи, нестерпимой печали. - Но я хочу друзей, а не временный союз властителей. Я хочу верить Багире и ее сыну, Рену, гномам, даже Эссси. Но они, как и я, короли, а у королей друзей не бывает.

- Вы ошибаетесь ваше величество. Правители способны дружить между собой, особенно когда интересы их рас ведут их в одних и тех же направлениях. И эта дружба ничем не хуже прочих, просто каждый из вас знает, что пожертвует другом если того потребуют интересы народа, так же как могут пожертвовать им. Но если быть к этому готовым, можно обойтись и без нежелательных жертв.

По лицу друида скользнула ободряющая улыбка, Эллис ответила благодарным взглядом и в очередной раз крутанула в руках бокал. Она так сомневалась не в первый раз и точно знала, что не в последний.

- Это так странно, и так тяжело быть королевой. Я даже не знаю, так ли все это представляла себе и зачем вообще все это делаю.

- Так надо ваше величество. Этот союз назревал годами, все просто ждали избранницу. Мир жаждет перемен и вы единственная кто способен их дать. У всех кто подписал договор, кто поклялся нам тут, есть множество застарелых проблем и то направление что вы выбрали, поможет им их решить. Естественно они не делают ничего просто так, и их мало волнуют нарисованные вами картины общего благоденствия, но векторы совпадают, а когда начнут расходиться вы уже будете способны играть с ними на равных, ведь вы избранница Первых.

- И все же я сомневаюсь, что мне стоило так поступать за спиной у мужа и службы безопасности...

Сообщать королеве о том, что служба безопасности давно в курсе ее проектов Дэриэн не стал, Эллис девочка умная и когда придет время сама все поймет. Главное что Кэриен поверил в нее, решил поддержать, а большего пока и не нужно.

- Ваш муж мальчишка, и, увы, мыслить стратегически его не научили.

- А научили ли меня? Мне кажется, я не вижу дальше собственного носа. Что значат все эти вчерашние подарки, посыпавшиеся как снег на голову. Да и сам проект, когда он начнет приносить результаты, очень многие потеряют работу, окажутся на грани разорения, а я не могу этого допустить, я должна как-то перенаправить их способности на что-то другое, или дать им знания для успеха в новом мире. Оно все так сложно, а я имею лишь самое общее представления о тех силах, что собралась сдвинуть.

- Время еще есть, ваше величество, вы только начали делиться своими знаниями. Ваше обращение ускорило и упростило процесс управления вашей памятью, но все равно это лишь начало. Времени у вас еще много. И я не сомневаюсь, что вы сможете использовать его с пользой.


Ксаниэль любил балы и торжества... раньше. Сегодня он был готов благодарить Первых за их окончание. Тяжело веселиться от души, когда за день из тебя все соки на межрасовом совете выпивают. И ничего с этим поделать нельзя, остается только терпеть. Слишком редки явления Избранниц, очень уж много всего накапливается за время без них и все это потом надо обсудить, согласовать и решить за какой-то жалкий месяц.

Его супруга - несравненная Эллис - выглядела и чувствовала себя явно лучше, а может лучше держала маску... Вот только где и когда ей уставать, если только от непривычной жизни. Глаза ее то и дело поблескивали предвкушением какого-то озорства. Ее величество оказалась отнюдь не кроткой и далеко не добродетельной женой, слишком уж хорошо нашедшей общий язык с самой непредсказуемой нелюдью. И если со своими подданными промахов первого дня торжеств она старалась не повторять, то от мужа таилась королева не столь тщательно.

Окончательно устав от всего, в том числе и собственных предательских мыслей Ксаниэль увлек супругу на один из небольших балкончиков, оставив снаружи всю их свиту. Эллис бросила на него проницательный взгляд, что-то увидела и, отвернувшись, облокотилась на перила. Что-либо говорить она явно не собиралась, но сейчас это устраивало короля полностью - он хотел покоя.

Увы, его мечты не могли долго оставаться реальностью. Черной тенью проскользнула на балкон Баграсинаэралин. К сожалению, приказ никого не пускать, на царствующие особы не распространялся и никто не посмел препятствовать темной эльфийке.

- Дорогая, - Баграсинаэралин завораживающе скользнула к Эллис и очень нежно приобняла девушку, совершенно игнорируя присутствие его величества. - Как хорошо, что я смогла застать тебя одну, это наш последний вечер и так невыносимо проводить его без тебя!

Ксаниэль замети в глазах королевы проскользнувшее удивление, с котором она посмотрела сначала на повелительницу, потом на него. А в следующий миг эта коварнейшая из женщин уже таяла в руках эльфийки, устремив на нее такие влюбленные глаза. Ксаниэль дар речи потерял. Однополая любовь в его мире не приветствовалась, и активно осуждалась обществом. Исключением как всегда выступали демоны, но и они не выносили такие отношения на глаза посторонних. То, что творила сейчас Эллис, переходило все мыслимые границы дозволенного.

- Бигира, милая, не напоминай мне о предстоящей разлуке, это так печально. Эти мужчины, они одинаковы во всех мирах, и совершенно не способны доставить женщине истинное наслаждение!

- Не переживай, любовь моя, я непременно найду способ видеться с тобой, - сильные руки дроу шаловливо поглаживали спину Эллис. И ей было приятно, она таяла в руках повелительницы. Слишком естественно, чтобы король мог поверить в игру, в розыгрыш. Кажется, он в очередной раз забыл о том, что людям необходимо дышать. - Как там поживает твой муж, все так же тщетно пытается доказать, что он лучше всех?

- Ну а что ему еще остается, он даже не понял, почему я выбрала такое необычное условие для сделки, - усмехнулась Эллис, якобы не замечая супруга и его присутствия. - Я так рада, что нашла тебя в этом мире! А еще больше я рада тому, что обещала Ксаниэлю не изменять лишь с мужчинами! У вас такой наивный мир!

Эллис коварно улыбнулась Баграсинаэралин, и та в ответ поцеловала ее. Такого страстного поцелуя, Ксаниэль на своем веку еще не видал. Видимо выражение его лица было столь многоговорящим, что смотрящая на него в этот момент Эллис не выдержала.

- Ксан, неужели ты нам поверил? - сквозь смех проговорила Эллис. Темная эльфийка мгновенно присоединилась к подруге. Лишь он, король, стоял столбом посреди балкончика и не знал, что делать - сердиться или смеяться.


Эссси очень удачно устроился на одном из балкончиков. Весь зал как на ладони, а вот его заметят, только если будут знать, где искать. Гомон бала, напыщенные маги, что вечно стараются превзойти друг друга в своих представлениях, как это скучно. Из года в год из тысячелетия в тысячелетие так ничего и не меняется. За единственной, что способна развеять его скуку слишком тщательно присматривают. Она больше не боится его, она смогла увидеть в нем мудрого друга. И отчего-то это так приятно. Странно. Он никогда ранее не привязывался к человечкам.

Откровенная игра двух властительниц скорее почувствованная им, нежели увиденная, позабавила дракона. Кровь вампиров пробуждалась в королеве, а вместе с ней и безрассудный авантюризм. Но пока она держалась и это обнадеживало. Эта человечка могла устроить подобную сцену при всех, а не при одном муже. Она так стремиться быть сильной и взрослой, но она еще такой ребенок. Ребенок, которого так и хочется защитить от всех напастей жизненного пути.

Смотря вслед скрывающейся в толпе Эллис, дракон довольно улыбнулся. Лишь он сильнейший маг разума мог заметить зачатки новой энергетической структуры. Прекрасные кружева вампирского совершенства. Малыши оказались предсказуемы. Впрочем, их прадед тоже. С вампирами всегда легко, эти во всем непредсказуемые существа слишком предсказуемы в одном. Любопытство...

Он не знал, почему так поступает, и зачем все это нужно, а такое с драконом случалось очень редко, но этот внутренний голос никогда еще его не подводил. Опасное мероприятие, если враги королевы узнают об обряде, ее не спасет даже статус избранницы. Подобные кровосмешения членов королевских семей запрещены всеми межрасовыми договоренностями. На ее счастье слишком древними, чтобы о них помнили даже сами вампиры. Хотя глава семьи Арьенар помнил и все понял. Но не в их интересах разоблачать королеву, такое родство дарит им лояльность, ну а ей возможность выжить. К тому же процесс уже необратим. Ну а о том, чтобы информация не просочилась из других источников, он позаботился. Для него не сложно поставить пару блоков на память свидетелей. Так что они, даже если захотят рассказать, то не смогут этого сделать ни в каком виде. Скрыть вторую структуру королевы от посторонних глаз куда сложнее, но и это вполне ему по силам. И сапфировый дракон очень надеялся, что девушка сможет по достоинству воспользоваться столь дорогим подарком.

Что руководило Хранительницей, Эссси, наверняка, не знал, но чувствовал - пока играют они на одной стороне. И ее подарок прекрасно дополнял его планы.

Дроу тоже не подвели. Баграсинаэралин слишком сильно заинтересована в избраннице, маленький легчайший намек и щит в распоряжении королевы. Дроу не готовы к войне. А трон повелительницы не так прочен, как видится со стороны. Зря она так поспешно избавилась от своего супруга в свое время. Но что сделано, то сделано и некоторым темным кошкам теперь остается лишь расхлебывать последствия.

И все же главное: Эллис получила защиту, почти всестороннюю. Но в то же время ее теперь легко убрать, если она станет опасна для мира. Достаточно снять защиту, и напомнить про договоренности. Однако она, похоже, скрылась в саду, а значит, самое время посветить ее, во что ей грозит ввязаться, и кому противостоять. Старый друид наверняка не спешит выдавать свою чрезмерную осведомленность.


Темнота обволакивала, дарила долгожданное чувство уединения. Легкий ветерок трепал выбившиеся из прически локоны. Свежесть ночного сада никогда не сравнится с душными помещениями полными толпы человекоподобных существ. До полуночи еще далеко, и у нее есть время на заслуженный отдых. Да и не стоит пока попадаться королю на глаза, он парень горячий. Пусть остынет.

Вот только что же она сама творит?

Эллис не знала, не понимала себя и эти свои странные порывы. Она чувствовала, что это вечер будет не прост, да и темноэльфийский принц намекал днем на веселье. Какое счастье, что Багира решила разыграть представление только перед ее супругом, а не всеми гостями. Эллис прекрасно осознавала, что даже многочисленная толпа не остановила бы ее от шалости. И все с таким трудом отвоеванные позиции полетели бы в тартарары. Хотя лицо Ксаниэля стоило того, ее до сих пор пробирал смех при воспоминании. А ведь он видел удивление и промелькнувшее на мгновение непонимание в ее глазах.

Зайдя в самую глубь сада, Эллис прислонилась к одному из деревьев. Теплая, нагретая солнцем древесина, как приятно было опереться на могучий ствол, чувствовать его жизнь своей спиной. А вокруг все та же тьма, и тишина, лишь листья шуршат на ветру - она ушла далеко, и звуков бала тут не услышать. Тени так и мелькают вокруг, неповторимая игра, причудливые очертания. Ей не страшно, но как-то не по себе, ведь вокруг несравнимая таинственная атмосфера. А в голове уже роится множество мыслей, из ранее слышанных страшилок, стремительно прогоняя все прочие раздумья. И, кажется что, вот-вот что-то непременно произойдет. И сердце уже бьется в предвкушении.

- Ваше величество, почему вы решили скрыться в саду, а не наслаждаться деянием рук своих? - насмешливый голос Шссаришнаэссси слишком неожиданно и слишком близко пронзил тишину, а ведь она уже несколько минут старательно вслушивалась в окружающие звуки. Ее тело вздрогнуло само по себе, хорошо хоть невольный крик удалось сдержать.

- Ваше величество, пожалуйста, не пугайте меня так больше, у меня чуть разрыв сердца не приключился! - королева резко и поспешно обернулась на голос дракона. Ее недовольный взгляд и голос не сулил тому ничего хорошего. Но дракона не проняло. Он лишь ухмылялся своей ангельской улыбкой. - Увы, мне нечем наслаждаться, но откуда вы знаете? И что здесь делаете?

- Искали вас, ваше величество, не желаете прогуляться?

Соблазнительная улыбка.

А почему бы и нет? - старой памятью грянувшее в голове. Да и протянутая в предлагающем жесте рука не потерпит отказа.

- Не откажусь, - она благосклонно принимает руку. Еще одна дуэль, еще одна борьба с самой собой. После свадьбы дракон вел себя как хороший приятель. Но искренен ли он? Королева никак не могла отделаться от мысли, что мудрый Эссси ведет какую-то свою игру. Непонятную ей - простой смертной. Вот только она не согласна на роль шахматной фигуры. - Так зачем вы меня искали?

- Мы хотели поухаживать за вами, без конкуренции со стороны вездесущего Рстатришстрена, пока они там Баграсинаэралин охмуряют.

Веселый блеск в его глазах. Он шутит. Наверное.... Он и сам пока не понял.

Шутка, вроде бы ни к чему не обязывающая. Шутка, вроде бы хороших друзей. Но она не хочет рисковать. Продолжение этой темы слишком непредсказуемо. Рядом с драконом она всегда не уверена в своих силах. А значит стоит перевести разговор на более интересную и нейтральную тему. Ей хочется верить в то, что Эссси ей друг. Ей хочется доверять ему. Но что на уме у столь древнего существа понять никому не под силу, а уж ей и гадать не стоит.

- Знаете, лучше расскажите мне что-нибудь про магию. А то почти все во дворце от этого вопроса делают такие страшные лица.

- Хорошо, - на удивление быстро соглашается дракон. Словно он именно этого вопроса и ожидал. Словно шутка имела цель спровоцировать именно эту просьбу. - Во-первых, у каждой расы есть своя специфика. Например демоны лучше всего работают с пространственной магией, для них телепортироваться так же естественно, как для тебя ходить пешком. На втором месте у них магия огня. В магии воздуха сильны ангелы, в магии воды естественно морской народ, ну а эльфы хороши в магии земли. Дроу специализируются непосредственно на земле: землетрясения, камень, элементали, и тому подобное. А светлые любят работать с растениями и животными. Кроме них к магам земли можно отнести и дриад, но их магия все же иного характера, чтобы понять, тебе стоит самой пообщаться с ними и желательно на их территории. Я бы назвал их магию магией любви. Это то, что касается стихийных видов. В магии жизни или целительстве сильнее всех друиды, в магии смерти естественно вампиры, хотя их магию правильнее называть магией крови. Оборотни прирожденные метаморфы. Гномы имеют способности исключительно к техномагии. Они могут создавать только заклинания вложенные, в созданные ими же предметы. Другими словами их можно назвать артефакторами. У троллей шаманство, общение с духами, провиденье. Ну а мы драконы владеем магией разума: эмпатия, телепатия, теликинез и много другого. Правда нам не чужда и стихийная магия огня и воздуха, а так же работа с пространством, но только в полете и все это в основном в истиной форме. А вот люди настоящие универсалы, среди вашей расы есть способные к любому из вышеперечисленных разделов магии, и даже одновременно к нескольким в равной степени.

- Даже так? - Эллис была крайне заинтересована, кроме магов иллюзионистов работающих во дворце с другими проявлениями магии и самими магами она не сталкивалась. Да и в расчет почему-то их не принимала, возможно, все еще не привыкнув к таким возможностям человеческой расы.

- Да, только вот последние три тысячи лет ваша магия постепенно приходит в упадок. Люди слишком мало живут, чтобы знания не терялись со временем. Раньше у магов была книга. Она описывала основные принципы работы с заклинаниями, объясняла как и какой элемент заклинания влияет на конечный результат. Но три тысячи лет назад, ваши маги ее не поделили. Они устроили грандиозную битву, но в результате погибли сами, и книгу ту уничтожили. С тех пор знания и уходят как песок сквозь пальцы. Маги очень переживают по этому поводу, их сила растет, а вот с эффективным ее применением проблемы, и все исследования пока не дали результата. Ваш совет магов тщательно скрывает собственную уязвимость, потихоньку все больше и больше вмешиваясь в управление объединенным королевством через экономику. И, судя по всему, в последнее время именно они стали разжигать расовую неприязнь. Они добиваются войны между светлыми и темными. Твое появление наверняка связано, именно с этими событиями.

Эссси все же покривил душой, прекрасно зная о настоящей причине появления девушки и том, что это появление спровоцировало. Она не должна была противостоять кому-либо, с магами можно разобраться и без нее, пусть не так быстро и легко, она всего лишь не позволяла занять королевский трон другой, той, что могла впасть в тщеславие, опьянеть от власти и обрушить этот мир в бездну. Ей надлежало всего лишь оставаться живой и здоровой, но это значит играть по навязанными правилам, и это так предсказуемо и скучно.

- Хотите сказать я должна остановить магов?

Рассказ впечатлял. Эллис знала, что раз появилась в этом мире, то не все в нем в порядке. Но чтобы так. Маги очень опасный противник для простого человека.

- Это в ваших силах. В объединенном королевстве вы единственная кто имеет достаточный авторитет, чтобы выступить против Совета Магов. Не все повелители осознают, то, что происходит, некоторые излишне надменны и самоуверенны. Другие и вовсе наедятся половить рыбку в мутной воде. Но если начнется война, то она ударит по всем расам, и многие потеряют столь бережно хранимые знания, именно на это и рассчитывают ваши маги. Будьте осторожны, ваше величество, если они узнают о ваших планах, вас постараются вывести из игры.

- Ваше величество, вы говорите ужасные вещи. Но я постараюсь, этой войны быть не должно, - резко бросила Эллис и умолкла. Ей предстояло хорошо обдумать рассказ дракона и понять, что же за игру ведет этой древнейшее в мире существо. И как бы ее сердце не жаждало дружбы, поверить в нее королева не могла.

Пляж, как и в первый раз, возник неожиданно. Морской соленый воздух, шум прибоя, тепло золотистого песка. Им удалось на время отогнать невеселые думы девушки. Она слишком любила жизнь, чтобы предаваться печальным мыслям в таком красивом месте. Взор коснулся ночного неба, и королева поняла, что не посмеет отвести взгляда. Недолго думая, она упала на песок. Жительнице большого города с извечной световой завесой, ей всегда не хватало россыпи звезд на небосводе. Тут не было фонарей, неоновой рекламы, света из тысяч окон. Тут только море, несущее свои волны к берегу, ветер, шевелящий листву в парке и небо, не затуманенное светом. Как давно она не видела такого множества звезд, когда кажется, что небосвод просто усыпан мерцающими точками разной величины. Жаль тут не найти привычных взгляду очертаний.

- Какое у вас красивое небо, пусть оно всегда будет таким же мирным как сейчас! - вдохновенно выдохнула девушка, почти забыв про присутствующего рядом дракона.

Эссси устроился рядом. Яркие чувства королевы коснулись и его. Их чистота лучше всякого алкоголя опьянила дракона. Он слегка навис над девушкой, разглядывая отражение звезд в ее глазах, жадно ловя ее эмоции, как наркоман во время ломки. Жаль. Еще одно непривычное чувство. Ему жаль, что этой человечке не посчастливилось родиться драконом.

- Ваше величество, скажите, почему вы так хорошо ко мне относитесь? - Эллис заметила нависшего над ней дракона, его глаза полные странных чувств, его хмельное блаженство. Вопрос сам собой сорвался с губ. Он слишком давно мучил девушку.

- А вы понравились нам с первого взгляда. Вернее с первых ваших чувств, что мы услышали. Они такие яркие и чистые. Поверьте это большая редкость в нашем мире. Да и мало кто из человеческих женщин понимает, что ничем не может заинтересовать такого долгожителя как мы...

Они вновь смотрят друг другу в глаза, как тогда во время танца. И больше не нужно слов. Лишь эти звезды, что отражаются в зрачках. Лицо Эссси в опасной близости. Их губы разделяют считанные сантиметры, и как же ей хочется рывком преодолеть это расстояние, почувствовать вкус его поцелуя, окончательно утонуть в сапфировых глазах. Но она пообещала всю себя другому. Слишком поздно. Она уже все решила. А от своих решений Эллис никогда не отказывалась.

- Не стоит, - спокойный голос, хотя это спокойствие дается ей с трудом. Дракон отпрянул. Его вновь поражает контраст между внешним спокойствием и царящей внутри бурей. - Даже если я... не теперь уж мы поддадимся этому странному зову сердца, и примем ваше чувство, если оно на самом деле существует, и это не игра от тысячелетней скуки... Вам тысячи лет, ваше величество, и вы проживете еще столько же. А мы, мы будем жить слишком недолго, лишь мгновение. Мы знаем это, и это знание не позволит нам обрести счастье с вами. Похитьте вы меня тогда, после танца и мы бы ушли с вами, не смогла бы воспротивиться. Но теперь, мы отдали себя другому, мы приняли возложенную на нас миссию. Наши чувства больше не властны надо нами. Мы не хотим изменять, мы не хотим жить мечтой о новой встрече, не хотим сгорать в запретной любви. Это не приносит счастья.

- Вы правы Королева. - Эссси откинулся на песок, и Эллис больше не могла видеть его глаз, его лицо. Она могла лишь слышать голос полный уважения. - Но именно поэтому, вы нам так нравитесь! Ну почему вы не дракон?

Он спросил это шутя. Она все равно не увидит боли в его взгляде, не почувствует, как она похожа, нет не внешне, но где-то там, в глубине души, на ту другую. Она все равно не услышит его эмоций.

- Вы неисправимы, мужчины! - она приняла его шутку и засмеялась, пытаясь снять напряжение. Пытаясь отдышаться, словно опасная близость выбила из ее легких весь воздух. А его грустные глаза смотрели на небо. Правители разных рас никогда не смогут быть вместе. Он слишком хорошо это знал, и уже давно нес этот крест - половину своей бесконечно долгой жизни. Драконы никогда ничего не забывают, но лишь сейчас Эссси осознал это в полной мере.

Воцарившийся на пляже штиль нарушил порыв ветра, принесший из сада благоухание ночных цветов. Эллис не поняла, в какой миг рука дракона закрыла ей рот, но спустя минуту она уже сидела на песке, и смотрела, как из-за деревьев выплывает Кэриен, испытывающий на себе все прелести драконьего телекинеза. Наконец, Эссси, уже стоящий в полный рост, опустил Кэра на землю перед собой.

- Герцог, вы еще не доросли, чтобы суметь незаметно проследить за драконом! - повелитель смотрел на Кэриена со странным снисхождением, словно знал о нем что-то особенное, неведомое никому более.

- Ваше высочество, но зачем вы это делаете? Нам казалось, вы понимаете, что изменять королю мы не собираемся, даже с первейшими красавцами этого мира, - с легкой обидой в голосе спросила Эллис.

- Вы долго отсутствовали, ваше величество, и я беспокоился о вас. Вот и пошел искать в парк, ну и нашел вас, - Кэриен ухмыльнулся, - в самый пикантный момент.

- Что теперь будем с ним делать, моя королева? - дракон задал этот вопрос с таким видом, словно ничего, кроме смертной казни на месте, не предполагал услышать в ответ.

- Ваше величество! - Эллис гневно посмотрела на него. - Не шутите так! Ничего мы не будем делать. Кэриен, надеюсь, вы понимаете, что нашему супругу лучше не знать, в чьей компании вы нас нашли.

- Да уж понимаю, - невесело усмехнулся герцог, смотря на королеву, тем не менее, с уважением. Он в отличие от друга способен по достоинству оценить ее стойкость. - Ксаниэль слишком ревнив, для подобных новостей, а дипломатические скандалы нам ни к чему. И если вы не желаете стать причиной оного, то нам пора возвращаться, до полуночи осталось совсем немного времени.


Глава девятая. Танцуя на лезвии клинка.


В потайных ходах дворца всегда царил полумрак. Так задумал построивший его король, а может кто-то из его потомков, Кэриен доподлинно этого не знал. Он просто стоял недалеко от ближайшего к библиотеке выхода и наслаждался темнотой и тишиной. Через десятку, может чуть дольше, здесь должна была пройти королева со своею свитою.

Избранница Первых, иномирянка, его королева... Эллис, девушка, что в последнее время занимает все его мысли. Девушка, из-за которой он сейчас скрывается в темноте, вместо того, чтобы заниматься более важными делами. Хотя, что может быть важнее затеваемого этой леди союза.

Герцогу Каэрсанит было страшно, впервые за последние годы. Посильную ли ношу взвалила на свои хрупкие плечи эта девчонка? Прав ли он, приняв ее сторону, скрывая ее деятельность от друга короля? Не руководит ли им безрассудная любовь, а не голос разума? Он не мог, не смел, забыть тот шальной поцелуй накануне свадьбы, но и жить с ним как раньше похоже не мог. Драконы, демоны, темные эльфы, да вампиры так и вились вокруг избранницы, она давала им надежду, протягивала руку помощи... Но чем обернется этот союз?! Кэриен был слишком молод для столь высоких игр, как и королева, но, похоже, ничего иного им обоим просто не оставалось.

В конце галереи ведущей к библиотеке послышались легкие девичьи шаги. Ее величество со свитою как обычно незадолго до ужина направлялась в библиотеку. Теперь Кэриен знал, что друид - хранитель библиотеки весьма не прост. Именно он, наверняка, покрывал межрасовую деятельность королевы. И юным фрейлинам, сейчас спешащим за своей королевой, тоже невдомек, что они лишь ширма для тайных встреч Эллис в тишине и уединении библиотеки. Если бы не Миларина главе службы безопасности было бы на порядок сложнее присматривать за иномирянкой и быть в курсе ее деятельности. В этот момент герцог даже порадовался своей предусмотрительности - подробная, грамотно составленная магическая сделка, не оставляла пре-виконтесе выбора, хотя королева могла предложить ей и предложила много больше.

Сложная высокая прическа, гордо поднятый подбородок, королевская осанка, роскошное платье - сейчас эта женщина ничуть не подходила на ту девчонку, что вдруг оказалась в их мире. Первые никогда не ошибаются, так говорили из поколения в поколения, так хотелось сказать и Кэриену. И все-таки он в первую очередь глава службы безопасности, а потому маленькое почти неуловимое магами заклинание прослушки, придуманное его наставником, соскользнуло с руки и крохотной мушкой затерялось в волосах королевы. Сегодня должно было состояться что-то масштабнее обычного совещания, а потому оставить все на откуп Миларины Кэриен не мог.

Герцог Каэрсанит, тяжело и обреченно вздохнув, развернулся от входа и направился тайными и такими узкими коридорами обратно в центральную залу дворца. Королевская приемная осталась без строго надзора ее величества, а значит, именно там надлежит быть первейшему красавцу, естественно после короля, герцогу Каэрсанит.


Она блаженно растянулась в уютном кресле. Очередная битва окончена ее победой. Эллис никогда бы раньше не подумала, что сводить воедино интересы многих народов так сложно, а она-то считала, что ее работа в команде раздолбаев самое невыносимое, что может быть на этом свете. Голова раскалывалась от обилия информации, что приходилось учитывать уже на самых ранних стадиях проекта. Да и осуществляемое под контролем вампиров выворачивание собственной памяти к приятным процедурам никак не относилось. Юной королеве оставалось лишь пенять на себя за то, что влезла во все это, но иначе она все равно не смогла бы поступить - не тот характер. Но самое тяжелое кажется уже позади и от жизни ничего кроме этого удобного кресла не надо. Хотя можно добавить теплый пледик на ноги, камин с потрескивающими дровами и всполохами огня, мерзкую дождливую погоду за окном, бокал с теплым пряным вином, любящего мужа и пару тройку маленьких детишек резвящихся на полу с большой мохнатой собакой.

Однако размечтались вы мадам королева, - осадила полет своих мыслей Эллис. И вовремя. В комнату как раз вернулся друид, провожавший гостей до телепортационной точки.

- Ваше величество!

- Да, Дэриэн.

- Вам пора возвращаться в общую залу, не следует задерживаться дольше необходимого.

- Вы правы, - согласилась Эллис, но подняться из столь уютного кресла не смогла и тут же придумала отговорку: - Но мне нужно время собраться с новыми силами. Если я появлюсь в таком виде перед фрейлинами, это вызовет куда больше вопросов и подозрений, чем мое затянувшееся уединение.

- Тогда позвольте развлечь вас беседой, ваше величество, или вы желаете остаться в тишине? - друид был галантен как всегда, вот только что на самом деле на уме у этого старца королева судить не взялась бы. В почтенном хранителе, ее величество, сомневалась ничуть не меньше и не реже, чем во всем остальном. Но против обаяния старика и непривычного чувства защищенности это помогало слабо.

- Нет, Дэриэн я буду рада с вами пообщаться. Тем более мне сегодня вновь намекнули на магов, как потенциально самую большую мою головную боль в будущем.

- Вы о том разговоре с его величеством Лу'ехссиш Шссса?

- Кем?

- Эссси...

- Ах... да, Дэриэн, да. Маги опасны сами по себе, а уж если у них есть экономические и политические ниточки, за которые они способны дергать... Мне нужно знать кто, где и какое отношение к ним имеет. Черт мне нужна разведка, мне нужен ее глава, а я даже понятия не имею, кто он, и готова поспорить на что угодно, мой дражайший супруг ни за что не поделится со мной этой информацией.

Этот вопрос тоже не давал покоя королеве, а сам таинственный глава внушал суеверный страх - каких только ужасов про него не рассказывали при дворе. И что-то подсказывало Эллис, что все ее фокусы и придумки способны одурачить лишь ее свиту, да мужа, но никак не людей из СБ.

- Ну, так вычислите сами, я уверен вам это по силам, ваше величество. Но проблема с магами не только в них самих, знания уходят, и восполнить их люди бессильны.

- Дэриэн, а насколько, например, язык магии отличается от разговорного? - Эллис поспешила сменить неприятную тему, тем более ей не давало покоя слово язык. Что-то крутилось в голове с этим связанное, но поймать ценную мысль пока не получалось.

- Сложно сказать, в целом эти языки похожи, но скорее как родитель и дитя. Наши далекие предки говорили на том же языке, который использовали при построении заклинаний, но со временем он упрощался, подстраивался под требования времени, в то время как маги блюли чистоту и неизменность.

- Хм, есть одна идейка, но над ней видимо придется сильно попотеть. Учитель, вы знаете язык дроу, гномов и вампиров?

- Я знаю языки всех рас, этого мира, - не без гордости отозвался друид, - вы решили научиться на них читать и писать, ваше величество?

- Естественно, - Эллис, захваченная новой идеей уже забыла про усталость и теперь предвкушающее потирала руки. - А еще я могу попробовать освоить ваш язык, наставник.

- Думаю после обращения, это не проблема. Теперь ваша память много лучше.

Дэриэн естественно узнал о свершившемся ритуале, причем до того как Шссаришнаэссси замел следы, а ее величество решила посоветоваться по поводу странных даров. Такой ход дракона он полностью одобрял, и корил себя за то, что не догадался до подобного сам. Быть столь близко к королеве и уступить инициативу залетному дракону. Это серьезный удар по его честолюбию. И разделяющие их три тысячи лет служить ему оправданием никак не могли.

- Спасибо, но скажите, нет ли среди людей или нелюдей хоть кого-то занимающегося именно изучением и сравнением языков этого мира?

Похоже его девочка ухватила нужную мысль и теперь развивала ее в стоящую идею, настолько просветлело ее хмурое лицо.

- Нет, - отрицательно кивнул Дэриэн, про себя уже догадываясь к чему ведет королева. - Людям сложно учить языки других рас. А среди нелюди такое никому в голову не приходило.

- Тогда возможно я попрошу вас этим заняться. В моем мире есть целые науки, посвященные изучению языков. И мне кажется, что раз все расы были созданы Первыми, то и языки на которых вы стали говорить произошли от их языка. Это одна языковая группа, а значит что-то общее просто обязано быть и это общее будет ключом.

- Ваше величество, я восхищен!

Дэриэн настолько проникся озвученной идеей, что даже поднялся из кресла и принялся прохаживаться по комнате. Столь простое и изящное решение открывало потрясающие горизонты. Нет, он не зря решил в свое время поставить на иномирянку и предпринял все возможное, чтобы оказаться как можно ближе к ней. Избранница Первых была сущим ребенком, но с каким потенциалом... и теперь он верный слуга этого мира просто обязан помочь раскрыться этому потенциалу в нужном направлении. Пусть остальные играют в свои игры, считая Эллис обыкновенной пешкой, пытаясь сделать из нее королеву... А она уже королева, королева что станет игроком.

- Значит, вы уже поняли, что нужно делать? - глаза его ученицы горели, наверное, немногим меньше его собственных.

- Да, ваше величество, думаю да. Но мы в любом случае еще это подробно обсудим, только не сегодня. Вам пора немного побыть в обществе фрейлин. Пойду, приведу пре-виконтессу.


Магический свет едва разгонял мрак коридора. Но она не боялась споткнуться или заблудиться, слишком привычной стала за последнее время эта дорога. Где-то позади недовольно сопела Миларина, отчаянно сдерживали зевоту парочка фрейлин и невозмутимо вышагивали гвардейцы сопровождения. К этому Эллис тоже привыкла за пролетевший со дня ее свадьбы месяц. Мысли ее в этот момент занимали совсем другие вещи. Именно сегодня заканчивался межрасовый совет - все договора и соглашения уже подписаны, остался лишь завтрашний праздничный обед, небольшие торжества после него и проводы многочисленной гостившей во дворце нелюди.

И если до сих пор она иногда обнадеживала себя мыслью, что вся служба безопасности занята переговорами и ее собственная деятельность пока не раскрыта, то через парочку дней ситуация должна была перемениться с точность до наоборот. И тут утешить себя не чем, ее маскарад только слепого проведет, в этом королева не на мгновение не сомневалась. А ведь она уже так много сделала и узнала, такие планы успела настроить, было бы жалко потерять все это, вернее потерять время нужное на учебу более тонким интригам. Да, ее фрейлины и дамы уже подавали неплохие надежды на поприще промышленного шпионажа за мужьями, братьями, сыновьями, отцами, да кавалерами и тонкого влияния на их умы, но как же этого было мало.

Магический свет стал ярче. Эллис вышла в жилую часть дворца, еще немного и она окажется в королевских покоях. Там ее ждет удобная кровать и долгожданный отдых измученному телу. Или же король с бесконечными вопросами на тему: почему она допоздна засиживается в библиотеке? А ведь теперь у него появится много больше свободного времени, и он наверняка вспомнит об их сделке и примется соблазнять свою благоверную супругу.

Когда долгожданная спальня, наконец, была достигнута, Эллис к своему удивлению обнаружила пустую кровать, пройденные только что комнаты их покоев так же не несли в себе следы пребывания короля. Пару раз такое уже случалось, и юная королева иллюзий по поводу своего супруга не питала. Скорее даже понимала его, зная, сколько всего и вдруг свалилось на Ксаниэля, а у мужчин два основных способа избавления от стресса: секс и выпивка. В последнее время у нее самой проскальзывали схожие желания, но, увы, первое было недоступно в силу сделки, а для второго нужна подходящая компания иначе толку не будет.

- Мил, ослабь мне шнуровку, и можешь быть свободна, девочек не присылай, мне подумать надо.

- Да, ваше величество, - немного недовольно согласилась пре-виконтесса и принялась за дело. Новоиспеченная королева всячески старалась не пренебрегать этикетом, особенно при муже. Но сегодняшнее ее настроение требовало одиночества. А еще неожиданно взыграла женское любопытство.

Едва за камеристкой закрылась дверь, как в голове Эллис сформировался мысленный приказ. Связь с дворцом крепла с каждой десяткой, раскрывая перед ней все новые и новые возможности. Вот и мужа находить где бы то он ни был, она уже могла, жаль что только его. Ответный мысле-образ дворца не заставил себя ждать: Ксаниэль пребывал в своем кабинете, да еще и не один. Уже проверенным способом Эллис решила послушать, о чем в столь поздний час ведут беседы король и его друг герцог. А поскольку спать все же хотелось сильно, параллельно она занялась и приготовлениями ко сну. Незачем терять столь драгоценное время.

- ...мой король, - произнес вдруг Кэриен ее любимое обращение к супругу.

- Кэр, если ты и вправду мой друг, то прекрати так меня называть, мне хватает и моей дражайшей супруги. - Ксаниэль был чем-то весьма раздражен и недоволен.

- Ты случайно вызвал меня столь поздно не для разговора о ней? - девушка обратилась в слух, на время забыв про снятие макияжа.

- Кэр, я завидую твоей догадливости. Посмотри на часы, когда я заходил в кабинет, а это произошло всего десятку назад, она еще не появлялась в покоях.

- Ты ее в чем-то подозреваешь? - Эллис показалось, что голос Кэриена прозвучал странно. Словно он знает больше, чем намерен сообщить другу.

- Нет, но мне очень интересно, где она пропадает до глубокой ночи, и почему приходит такой уставшей, что засыпает, едва ее голова касается подушки.

- Ксан я, конечно, самый грозный глава службы безопасности королевства, - королева едва не споткнулась на ровном месте, от такой весьма неожиданной, но такой ожидаемой новости. С памятного совета друида прошла всего лишь декада, но она нет-нет, да пыталась понять, кто скрывается за грозными легендами. Но Кэриен... увы о нем она старалась не думать, боясь что мысли приведут ее к одному из чувств, что испытывать верной жене никак не положено, - ...за последнюю тысячу лет, но мне кажется, муж должен сам разбираться со своей супругой.

- Кэээр, - Ксаниэль произнес имя друга таким медовым голосом, что даже Эллис стало не по себе, - неужели ты бросишь лучшего друга на растерзание это демонессы?

- А в этом определенно что-то есть, - задумчиво, почти мечтательно потянул Кэриен.

- Ага, и с повелителем демонов они естественно подходят друг другу больше чем мы...

- Ксан, не пори чушь! Я тебе уже говорил - не того опасаешься!

- Ты о чем? Я чего-то не знаю?

- Нет, просто Рстатришстрен тебе не соперник, он лишь друг, именно так воспринимает его Эллис и именно так воспринимает ее он сам. Демон увидел в твоей супруге демонессу, соратницу по веселью, а их флирт при тебе, это лишь очередная выходка с целью позлить тебя, заставить ревновать, посмотреть на твое вытянувшееся лицо и тому подобное. Я уже не раз говорил тебе об этом, и не устану повторять впредь. На твоем месте я бы опасался повелителя драконов.

- Ты шутишь Кэр, чтобы дракон влюбился в человечку, тем более старейший из... Между ними такая бездна времени!

- Чтобы затащить ее в постель ему совсем не обязательно в нее влюбляться. А твоя супруга сильно заинтересовала сапфирового дракона. В каком плане я судить не берусь, драконы слишком себе на уме. Но именно поэтому его стоит опасаться.

Услышав это, Эллис всерьез обеспокоилась. Ее приятель герцог был не тем за кого себя выдавал, и ночь на пляже помнил не хуже ее, и скорее всего не только ту ночь. Но тот поцелуй... он джокер в их игре, один на двоих, и он же - договор, вдруг со всей ясностью осознала королева.

- Возможно, но Кэр, нелюдь покинула нашу страну, и теперь объявится не скоро. Я думаю, лет на пять они про нас, и думать забудут, а за это время мои отношения с Эллис наверняка наладятся, и опасаться будет нечего.

- Хотел бы и я быть таким оптимистом, - грустно и серьезно парировал герцог.

Он знал куда больше, чем смел рассказать королю. Теперь и это не оставляло у Эллис сомнений. Она оказалась права, СБ ее уловки не провели..., но во главе стоял Кэр и прикрывал ее. Пока... Иллюзий в отношении того, как долго это продлиться она не питала - до первой серьезной ошибки.

- Кэр, прекрати, ты увел разговор совсем не в ту сторону. Ты должен как можно скорее узнать, чем занимается Эллис целый день.

Судя по звукам, донесшимся после этих слов, кто-то куда-то стал собираться.

- Все будет сделано в лучшем виде, - королева почувствовала, как открылся потайной проход, - постой, ты куда, Ксан?

- Как куда, к фрейлинам моей супруги. От нее, по крайней мере сегодня, дождаться тепла и ласки мне не светит. У меня и так со всеми этими гостями было считай месячное воздержание. И не смотри на меня так, боюсь, моя супруга моей верности не оценит, а я лишусь последней радости в этой жизни. К тому же она сама пропадает неизвестно где.

- Вот только если она тебе изменит, ты узнаешь об это первым же, - Эллис приятно удивило возмущение Кэриена. А уставший за день разум, вдруг воспрянул духом и принялся обсчитывать сложившуюся ситуацию с учетом новых подробностей. Ее величеству предстояло сыграть в хоть и опасную, но такую интересную игру...


Ранним утром герцог Каэрсанит осторожно вошел в тренировочную залу. Он давно хотел понаблюдать за необычайно ранними тренировками нового ученика мастера, но только сегодня получил такую возможность. Гора отчетов немедленных к прочтению этим утром не ожидала его при пробуждении. Совет окончен, можно самую малость вздохнуть с облегчением.

Учитель и ученик самозабвенно ушли в бой и ничего вокруг не замечали. Вернее не замечал ученик, виконт Грейн наверняка почувствовал явление незваного гостя.

Клинки рассекали воздух на пределе человеческих возможностей. Двое танцевали, отдав свое тело во власть смертельного ритма. Странно, непривычно, изумительно. Герцог невольно залюбовался плавными кошачьими движениями ученика, его излишне стройным для мужского одеяния телом. Тренировка преподнесла занимательный сюрприз - ни одного из своих учеников мастер не учил так и такому. Спарринг через какой-то месяц - это немыслимо, а уж спарринг на таком уровне. Сколько невольно возникших вопросов, сколько загадок, которые надо разгадать и насколько это интереснее головной боли по обеспечению безопасности гостей.

Тренировочный бой закончился быстро, на взгляд Кэриена излишне быстро, и этот факт не остался без внимания. Складывалось впечатление, что ученик не слишком вынослив. Он едва стоял на ногах, так словно отдал сражению все силы до последней капли. Тяжелое дыхание. Наконец, слова благодарности учителю. Женский голос, такой знакомый женский голос. И опрометчиво снятый с головы платок высвобождает серебряный водопад волос. Королева была прекрасна, как только может быть прекрасна воительница и горьковатый привкус поцелуя, сам собою вновь возник на губах.


Сегодняшняя тренировка Эллис была хороша даже на строгий взгляд виконта. Оказывается, стоило ей задуматься, и все упражнения делались сами собой без малейших ошибок. А сегодняшнее утро было богато на размышления. Герцог Каэрсанит, вот кто никак не желал покидать мысли девушки. Слишком много информации она получила вчерашним вечером. А сегодня предстояло решить, как же ей себя вести с этим человеком, а главное как использовать вновь открывшееся знание.

За размышлениями незаметно пролетела тренировка. Финальный бой. До сих пор у Эллис уходило очень много времени, только на то, чтобы перестать мешать собственному телу. Как итог в режиме боя на пределе возможностей она выдерживала сотку, не больше. Но сегодня разум думал о своем, ему было не до контроля тела. Клинки запели. Движения поймали ритм. И все мысли покинули голову. Им там сейчас не место. Лишь упоение боем, собственными возможностями и скорость, нечеловеческая скорость. Как же это приятно и долгожданно. Но как же тяжело потом. Она впервые продержалась более двух минут.

Сердце бьется излишне быстро. Легким не хватает воздуха. Она пытается отдышаться. А еще болит все тело. Мышцы так и не привыкли к такому интенсивному их использованию. Но все же ее самочувствие на порядок лучше, чем обычно. Она быстрее восстанавливает нормальное дыхание, она быстрее успокаивает сердце. Она уже в состоянии отблагодарить учителя за прекрасную тренировку, и услышать похвалу ее достижений в ответ. Да, сегодня она вправе гордиться собой. Вот только надо поскорее снять платок. Она повязала его излишне плотно, и он надавил голову, а это не самые приятные ощущения. До сих пор она ни разу не снимала его в зале, всегда переодеваясь в небольшой комнатке, дабы ни в коем случае не раскрыть своего инкогнито. Но вот бандана в ее руке, а волосы рассыпаются серебряными волнами по плечам.

Странное чувство ворвалось в ее сознание. Непривычное и нехорошее. Она обернулась. Кажется никого. Преждевременный вздох облегчения едва не сорвался с ее уст. Герцог Каэрсанит почти незаметен среди тренировочных снарядов. Прекрасная наблюдательная позиция. Хотя именно этого и следовало ожидать. Она ведь знает, кто он такой, и он уже бывал на ее тренировке. Наверняка, Кэриен все понял еще тогда, а сейчас всего лишь пришел окончательно удостовериться, и сыграть в свою игру.

Легкий кивок в его сторону, она показывает, что заметила его. Мгновенно возникшее удивление на лице и растерянный кивок в ответ. Он незамедлительно покинул свое укрытие, пара мгновений и их разделяет меньше метра пространства.

- Ваше величество, что вы здесь делаете? - ни одна интонация голоса не выдает знания, но изумлению герцога, написанному на лице большими буквами, Эллис не верила.

Изящный поклон с его стороны, едва обозначенный поцелуй руки. Церемонии соблюдены, ведь она теперь королева, а он всего лишь родовитый подданный. И никакие странные заряды никогда не пробегали между ними.

- Герцог, только не говорите, что вы ничего не видели? - легкая полуулыбка, шутливый тон, она не собирается показывать свое замешательство или знание. Дуэль актерского мастерства, так дуэль.

- Но Эллис, это не женское дело, - мгновенно возмущается Кэриен, все так неожиданно, но так ожидаемо. - Очень сомневаюсь, что такие новости порадуют короля.

- Но ты ведь можешь и не говорить ему об этом. Тем более признайся, у меня неплохо получается.

И опять скромная улыбка, и озорное подмигивание. Главное не переиграть, ему совсем не обязательно знать о том, что и она многое знает.

- Подожди немного, я сейчас переоденусь и поговорим по дороге, а то иначе мои фрейлины обнаружат пустую опочивальню и устроят переполох на весь дворец.


- Доброе утро мастер, - соизволил поприветствовать смотрителя оружейной герцог, едва королева скрылась в неприметной комнатке.

- Доброе, ваше высочество, - ответил на приветствие виконт Грейн, но продолжать разговор не стал, благоразумно посчитав, что от происходящего стоит держаться подальше. Ему уже доводилось тайно, ранним утром обучать самого Кэриена, и мастер прекрасно знал, когда стоит ничего не видеть и не слышать.

Сам же герцог раздумывал о том, а не поспешил ли он из-за своего любопытства раскрыть эту карту королевы. Слишком уж неудачно она его обнаружила... герцог Каэрсанит в это время отсыпаться должен, а не посещать тренировочную залу. Патовая ситуация.

Эллис вернулась, очень быстро. Даже не дав ему, как следует все обдумать. То как скоро ей удалось переодеться в полностью закрытое черное платье без посторонней помощи, оставило Кэриена в недоумении. И добавило еще пару фактов в копилку требующего пристальное изучение.

- До завтра учитель! - прощание с мастером. И пока задумчивый герцог не пришел в себя, она подхватывает его под руку, увлекая за собой к выходу. - Ну, так что ты надумал?

- Я думаю нехорошо обманывать Ксана.

- Согласна, но если я признаюсь, он запретит мне тренировки. Сошлется на этикет и прочее, и тут уже не важно, что никто ничего больше не узнает.

Минуя главные галереи, Эллис уверенно повела его служебными коридорами, в этой части дворца и в это время совершенно пустыми.

- Так ли? - не удержался Кэриен от капельки ехидцы в голосе. - А слуги, или случайные встречи как сегодня, да и служба безопасности не дремлет.

- Риск есть всегда, Кэр, - легкое пожатие плеч, и немного фатализма в голосе, - но слуги умеют молчать, все остальные еще сладко спят, ну а службе безопасности и вовсе нет резона что-то менять. Ведь я облегчаю им работу. Случись что, какое-то время я смогу противостоять опасности или сыграть на эффекте неожиданности. Иначе я думаю, его величество давно бы был в курсе моих тренировок. Более того для СБ выгодно покрывать меня и приложить все силы, чтобы не возникло случайной утечки информации. Королева способная постоять за себя и своих детей в грядущее неспокойное время это сильный козырь, ваше высочество.

Эллис вроде бы рассуждала в общих чертах, доказывала ему свою позицию, но его натренированному чутью казалось, что королева говорит это все ему именно как главе СБ. Но еще декаду назад она и догадываться не смела о его роли, неужели по совету друида смогла вычислить? Если это так, то это весомый удар по его самолюбию, и ушат холодной воды на голову совсем расслабившемуся герцогу Каэрсанит.

- Да, ваше величество, возразить вам весьма и весьма сложно!

- Прекрати, - шутливо одернула его юная королева, - мы одни, могу я хоть с кем-то поговорить нормально.

- А что если сам Ксаниэль как-нибудь проснется и обнаружит, что тебя нет, ты не боишься? - уступать Кэриен пока не собирался и продолжал попытки нащупать брешь в защите ее величества.

- Он под утро как убитый спит. Да и всегда могу сказать, что выходила в туалет. Я знаю что рискую, но пока мне везет, и я надеюсь пользоваться этим. Сегодня вот он и вовсе ночевал невесть где. А потом ситуация и вовсе может измениться.

Гладкая речь, вроде бы к слову пришедшееся сообщение. Но чутье главы службы безопасности просто вопит о том, что начинающая интриганка что-то умалчивает, и про отсутствие короля этой ночью упомянула не просто так.

- Кстати для месяца тренировок твои успехи потрясающи. И не поделишься секретом, как ты уговорила старика на спарринги?

- Я очень давно увлекаюсь оружием, и тренироваться начала еще в своем мире. Но таких хороших учителей как виконт, в моем городе, к сожалению, не было. А тут тот разговор на балу, посещение оружейной, знакомство с виконтом. Ему понравилось, что я заинтересовалась именно стендом с боевым оружием. Мы разговорились, я рассказала, что немного умею махать мечом, он попросил показать, и в итоге я стала его ученицей. Для меня это попытка осуществить еще одну давнюю мечту, - честно, искренне, почти правду. Так вполне могло бы быть. Ну а то, что было иначе, так этого никто кроме нее и не знает. Единственный свидетель, он же учитель, тоже знаком с легендой. Ей не о чем беспокоится.

Кэриен лишь подивился тому, с какой легкостью вдруг прочитал королеву. Это было странно, до сих пор он мог полагаться лишь на интуицию, а тут за словами словно мысли услышал. И еще целая серия фактов для пристального изучения. Покоя главе службы безопасности в ближайшее время точно не видать...

- Теперь понятно, почему твоя техника показалась мне странной, в ней не чувствовалось руки учителя.


Обед принес с собой пугающе озорное настроение. Видимо ее излишняя утренняя задумчивость, привела к таким неожиданным результатам. Боясь в таком состоянии сказать что-то лишнее или опасное, Эллис с упоением ковырялась в очередном кулинарном шедевре, не смея вести светские беседы. Но это было скучно и украдкой королева нет-нет, да посматривала на свою свиту пытаясь понять, у кого же ее супруг провел эту ночь. Вдруг задранные вверх подбородки, да взгляд свысока легко выдавали очередную мимолетную фаворитку его величества. Но сегодня у Эллис ушло немного больше времени, никто не отвечал этим признаком, вот только у баронессы Релены Амри оказалось до неприличия хмурое настроение. Всегда веселая и по-детски наивная девчушка, она провела обед в грустном молчании, всячески стараясь не смотреть в сторону задумчивого короля и подозрительно улыбающейся королевы.

На взгляд Эллис, самая благовоспитанная из всех фрейлин, являлась одной из настоящих красавиц дворца. Модельная для этого мира внешность, помноженная на детскую непосредственность и живое веселье глаз, делали девушку лакомым кусочком для придворных кавалеров. Но Релена отличалась еще и строгим воспитанием, поэтому просто затащить ее в постель никому до сих пор так и не удалось. Эллис очень надеялась, что слухи об одном порочащем честь девушки мутном случае возникли не на пустом месте, и король не стал ее первым мужчиной. Он конечно наверняка мастер в постельных утехах, но он король и этим все сказано. Да и как-то особо некрасиво это с ее стороны, ведь это она приблизила девушку ко двору, и это она косвенная причина того, что Ксаниэль ищет утешение в объятиях других женщин.

За размышлениями обед подошел к концу, по крайней мере, для насытившейся королевы и свита покорно поспешила за Эллис в ее большую гостиную. Послеобеденное время она собиралась посвятить очень важной гостье. Еще несколько дней назад молодая королева послала приглашение во дворец маркизе Сильви Таради, супруге министра финансов. Познакомившись поближе с самим маркизом Таради, Эллис немало удивилась. Этот весьма недалекий человек, не отличающийся особым умом, никак не мог проводить столь грамотную политику в области финансов страны. Наличие так называемого серого кардинала у королевы сомнений не вызывало и после оценки окружения министра маркиза лучше всего подходила на эту роль. Еще на первом балу их представили жруг другу, и эта женщина показала себя весьма умной леди и интересной собеседницей. Теперь ее величество очень надеялась, что им удастся найти общий язык.

В большой гостиной королевских апартаментов, Эллис всегда располагалась со всем своим двором, предпочитая держать юных фрейлин под личным присмотром и заставляя всевозможных кавалеров томиться в приемной. Пока сама королева под видом женских посиделок занималась делами государственной важности, фрейлины как им и положено вышивали, читали, вязали крючком, обученные королевой, и прислуживали по первому требованию, а почтенные дамы помогали наблюдать за ними, да учить уму разуму.

Едва Эллис устроилась в просторном и таком неуютном кресле, как к ней с обреченной решительностью на лице устремилась юная баронесса Амри. Ее величество старалась не замечать похождений мужа и никак не реагировать на пару деньков возникающее зазнайство любовниц Ксаниэля, но сегодня по всему выходило ей придется поговорить со своей свитой начистоту. Едва девушка приблизилась, как Эллис указала ей на кресло рядом с собой, стараясь при этом выглядеть как можно доброжелательнее.

- Релена, - обратилась к ней королева, стоило девушке робко устроиться на краешке кресла, - не стоит так переживать. Мы прекрасно знаем, где и с кем провел эту ночь наш муж, и совершено не имеем ничего против.

- Но ведь ... - робко, удивленно, с испугом. Девушка не ожидала такой прямолинейности от молодой и красивой королевы. И несмотря на столь необычное заявление ей очень страшно, возможность находится при дворе, для нее слишком много значит.

- То, что мы женаты, не означает, что Ксаниэль является нашей собственностью, - Эллис поняла, что без подробных объяснений своей позиции и активного убеждения баронессы, что все в порядке, ей не обойтись. - Он свободный человек и сам решает, когда и с кем ему спать. Тем более мы были прекрасно осведомлены о репутации нашего супруга еще до свадьбы, и отлично понимали, что рассчитывать на верность - это сверхглупость. Более того, мы понимаем, почему ты так грустна, я твой сюзерен. Проведя ночь с нашим мужем, ты считаешь, что предала нам, но и королю отказать, вчера не посмела. И это во многом наша вина, а не твоя. Это мы косвенная причина того, что наш супруг ищет утешения в объятиях наших фрейлин. Ты здесь всего лишь жертва обстоятельств, Релена. И мы хотим, чтобы ты вновь улыбалась и больше не переживала из-за подобных пустяков.

- Спасибо ваше величество, - девушка улыбнулась, пусть пока еще с натяжкой и не так искрометно как обычно, но и это уже прогресс. Эллис тоже улыбнулась, заметив, как внимательно прислушиваются к ее словам прочие девушки, и какое непонимание написано на их лицах. Но что-либо объяснять сверх сказанного она не собиралась. Слухи о королевской сделке и так уже ползали по дворцу, а герцог Кэрсанит и вовсе в свойственной ему манере устроил тотализатор, принимая от всех желающих ставки.

Коварно улыбнувшись, Эллис обвела гостиную взглядом, и обнаружила сумевшую войти без доклада маркизу. И судя по взгляду ее сиятельства Таради, сказанное баронессе она слышала в полном объеме.

- Ваше сиятельство, вы уже здесь!? Мы очень рады вас видеть. Не составите ли нам компанию, за чашечкой послеобеденного чая?

- Ваше величество, ваше приглашение для меня большая честь, - маркиза с удобством устроилась в освобожденном Реленой кресле. Уже вышколенные фрейлины поспешили переместиться в другой конец залы, дабы не мешать своей королеве вести занимательную беседу, но слух, тем не менее, обострили до предела. - Стоит признаться, когда я вошла, то немного испугалась, увидев как вы беседуете с непривычно грустной Реленой. Я даже решила, что вы пригласили меня во дворец из-за провинности моей воспитанницы.

- Релена ваша воспитанница? Мы совершенно не знали об этом, - ответила Эллис с искреннем сожалением, и даже досадой в голосе, поставив в уме пометку, что не мешало бы завести досье на всех допущенных к ее двору девушек и дам.

- Да, Релена дочь моей покойной сестры. Бедняжка не пережила тяжелых родов. Мне же Первые детей так и не дали, поэтому девочка стала мне как дочь. Я растила ее с младенчества.

- Тогда нам остается только поблагодарить вас маркиза, за то, что вы воспитали такого хорошего человека. Боюсь, не все наши фрейлины так бы мучились от мысли, что предают свою королеву, проводя ночь с ее мужем.

- К сожалению, нравы придворной жизни способствуют лишь разврату. Если бы отец Релены не сдал в последнее время так сильно, я ни за что не позволила бы девочке стать фрейлиной. Но сейчас это единственный шанс для нее найти хорошего мужа.

Эллис понимающе кивнула. Вдруг возникшее желание лично заняться судьбой девочки, пусть эта девочка и старше ее самой на три года, от этих слов только сильнее окрепло.

Во время светской беседы за чашечкой чая, Эллис в меру своих способностей прощупала маркизу и, удостоверившись, что именно она ей и нужна, уединилась с ней, герцогиней и прислуживающей им Милариной в будуаре. Увы, рабочий кабинет королеве в новых апартаментах не полагался, и пришлось искать ему замену.

Время уже близилось к ужину, когда довольная собой и намечающимся союзом избранница и ее спутницы вернулись в гостиную. А там, в курятнике, вовсю резвился лис. Герцог Каэрсанит - один из немногих мужчин имеющих свободный доступ в их комнаты - лучась самодовольством, и исключительностью собственной личности, раздавал мгновенно собравшимся вокруг него девушкам комплементы. Особо легкие поведением уже млели в его руках, даже баронесса Амри оттаяла и с привычной озорной улыбкой принимала оказываемые знаки внимания, впрочем, держась от герцога на достаточном расстоянии.

Эллис давно заметила что, общаясь с ней тет-а-тет, Кэриен вполне интересный собеседник и вменяемый человек, а вот при наличии посторонних глаз он становился невыносим. Поначалу столкнувшись с его аристократическим снобизмом и заботливо пестуемым нарциссизмом, юная королева была весьма удивленна, а порою и вовсе бесилась от разыгрываемых на ее глазах ситуаций. Но только сейчас она понимала, что все это едва ли не с детства надетая маска. И настоящего Кэриена возможно не знает даже сам король.

- Ваше высочество, герцог, чем мы обязаны такому сюрпризу? - прервала развращение своих фрейлин Эллис, добавив в голос самую малость недовольство. Девушки, обнаружив возвращение королевы, мгновенно отхлынули от герцога и склонились в почтительном реверансе.

- О, ваше величество! - герцог изящно склонился перед Эллис и, подхватив ее ручки, принялся осыпать их поцелуями. - Мое сердце затосковало без лицезрения вашего прекрасного лика, но, увы, здесь мне сказали, что вы заняты гостьей и я решил немного развлечь бедных заскучавших без вас фрейлин.

- Вы желали лишь лицезреть нас, ваше высочество?

- Боюсь, прочие желания мне не простит мой друг король, - вызов во взгляде темных, почти непроглядно черных очей, и горьковато-сладкий привкус на губах. "Ты ходишь по краю, мой друг". Эллис даже не сомневалась, что лица герцогини и маркизы закаменели от такой наглости. Но это был известный на весь дворец герцог Каэрсанит и поставить его на место они не смели, этот мог и на дуэль вызвать, даже женщин, ему один указ - король, но тот лишь баловал любимого друга.

- Боюсь, ваши желания не простим вам мы, ваше высочество. Но раз уж вы наш гость... Чаю предлагать не будем, не оцените, а вот от вина, надеемся, не откажитесь? Ваше высочество, ваше сиятельство, можем мы еще некоторое время рассчитывать на ваше общество?

- Конечно, ваше величество, вы всегда можете рассчитывать на нас! - не замедлила с ответом маркиза, вложив во фразу куда больше одного смысла.

А вот этого говорить не следовало, - подумала Эллис уже прекрасно осознав причину внезапного появления герцога.

- Дамы, позволите ли мне угостить вас в этот прекрасный вечер, бутылочкой хорошего вина из лучших виноградников герцогства Каэрсанит.

И не дожидаясь ответа Кэриен телепортировал бутылку вина, как доказательство своих намерений. Эллис едва сдержала ухмылку и немного склонила голову в утвердительном ответе. Бутылка оказалась на чайном столике, а следом к ней присоединились еще пять бокалов. Королева смотрела на это представление с ничего не выражающим лицом, но до сих пор Кэриен при ней свои недомагические способности не демонстрировал, хотя слухов про них она знала превеликое множество. Большинство считало, что герцог Каэрсанит только на телепортацию вина из королевских погребов, да посуды, к горю кухарки, и способен, ну и так кое-что по бытовой мелочи. Имея способности чуть выше минимума, посвящать себя магии единственный наследник покойного герцога не стал, зато как богатый аристократ, он смог нанять одного из профессоров академии научить его таким вот фокусам, чем и бравировал постоянно перед публикой. Теперь Эллис подозревала, что дело не так просто и сам Кэриен способен на много большее.

- Позволите ли мне почтенные дамы пригласить в наш круг юную баронессу Амри, что сегодня так несравненно прекрасна.

Герцог вновь заинтриговал королеву. Если вначале его приход был понятен, то начавшаяся сейчас игра удивляла, но никаких ее объяснений Эллис не находила. Пока двери гостиной не распахнулись и громкий голос виконта Потерада не возвестил о приходе короля. Они как раз едва расположились милой такой компанией на ривийских стульях и пригубили весьма хорошего молодого вина.

- Ваше величество, - мгновенно вскочили со своих мест фрейлины и присели в глубоком реверансе.

Герцогиня, маркиза и сама королева поднимались куда величественнее, и приветствие свое обозначили не столь глубоко. Герцог тоже не спешил подскакивать при виде друга, да и вместо поклона лишь приятельски кивнул королю.

- Ваше величество, - поприветствовал супруг Ксаниэль, - ваше высочество герцогиня, ваше высочество герцог, ваше сиятельство маркиза, баронесса.

Приветствуя девушку, с которой провел ночь, и которая теперь смотрела на него со смесью страха и вызова, чувствуя поддержку Эллис, Ксаниэль был явно недоволен. Зато королева, наконец, поняла коварный замысел Кэриена, и добавила еще один фактик во взаимоотношения их треугольника.

- Что так нежданно привело вас к нам, ваше величество? - на правах хозяйки начала Эллис.

- О, сущий пустяк моя дорогая, мы узнали, что утром вам доставили прекрасный туалет и решили, что вот это подойдет к нему, вне всякого сомнения.

По жесту короля, перед юной королевой мгновенно появился слуга с футляром и взгляду Эллис и ее гостей предстали, по меньшей мере, шикарные драгоценности. Работа драконов, вернее даже одного хорошо ей известного дракона, если судить по изяществу огранки сапфиров и их обилию, по тому какими живыми казались они, одновременно хрупко невесомые и массивно значимые. Скорее всего, бережно хранимый в малой королевской сокровищнице подарок Эссси одной из ее предшественниц.

- Спасибо ваше величество, вы так щедры к нам! - Эллис постаралась говорить тепло, но с благодарностями она не перебарщивала и иллюзий относительно целей подарка не питала, ее пытались обольстить как какую-то простушку сверкающими камушками, только вот она никогда особого трепета перед драгоценностями не питала. И все равно король знал куда бить, драгоценное великолепие завораживало, не позволяло отвести взор. Ксаниэль просчитался лишь в одном - в авторе этой красоты, и излишне близком знакомстве Эллис с ним, советам друга он так, похоже, и не внял, либо наоборот сделал это излишне хорошо.

- Вы достойны этого, моя королева! Надеюсь, вы порадуете наше сердце сегодня за ужином? Думаю это прекрасная возможность оценить ваш новый наряд.

- Как вам будет угодно, мой король, - Эллис склонилась в почтительном реверансе, даже гордый взгляд на время спрятала в пол. Пусть считает, что почти победил.

- Тогда я жду вас, моя дорогая, через час на центральной террасе, сегодня прекрасная погода, для ужина на свежем воздухе.

- Да, ваше величество, - еще один учтивый реверанс, и король, наконец, покидает ее гостиную.

Проводив супруга взглядом, Эллис развернулась к гостям, подхватила со столика бокал и пригубила вино. Драгоценности оставили тут же на столике, и ее гостьи смотрели на них не в силах отвести взор и сказать хоть слово, даже ее жалким подобием иммунитета к драконам они не обладали.

- Ваша светлость, вино как всегда великолепно, но, увы, вам придется нас покинуть. Пожелания его величества не оставляют выбора и не учитывают наших предпочтений на вечер, - обратилась королева к герцогу, старательно делающему безразличный вид.

- Это пустяки, - небрежно бросил Кэриен, все же скосившись на мгновение на столик, - но коль скоро вы нас покидаете, ваше величество, позвольте развлечь вашу гостью. Маркиза, вы все еще пленяете горячие молодые сердца, и я буду рад поухаживать за вами в этот дивный вечер.

На требовательный взгляд темный глаз, Сильви благосклонно улыбнулась, лишь в глубине глаз скользнуло тщательно сокрытое недовольство.

- Как я могу отказать вам, герцог! - почти воскликнула Эллис, стоило только Кэриену перевести свой требовательный взгляд на нее. - Релена, составишь компанию тетушке и герцогу, или поможешь нам собраться?

- Я с вами, ваше величество, - поспешно заявила девушка, едва бросив опасливый взгляд на герцога, сияющего самодовольной улыбкой.

- Миларина, прикажи подготовить ванную и наряд. Ваша светлость, ваше высочество, простите, что вынуждены столь скоро покинуть вас. Маркиза Таради, вам будет дозволено навещать племянницу в любое удобное для вас время, наша приемная отныне всегда для вас открыта.

- Благодарю вас, ваше величество, и непременно воспользуюсь вашим приглашением в ближайшее время.

Довольно, но по возможности незаметно для герцога улыбнувшись, Эллис скрылась в будуаре, сопровождаемая своими фаворитками. Во дворце становилось все интереснее и интереснее, и предстояло подумать, как грамотно подготовиться к усиленному вниманию со всех сторон. Вольная жизнь для королевы окончательно подошла к концу.


Пот застилал глаза, учащенное сердцебиение, тяжелое дыхание, сегодня учитель особо требователен. Сегодня ей впервые дали тренировочный меч и заставили разучивать простейшие и не только стойки. И Эллис этого не понимала, еще вчера ничто не предполагало столь стремительного изменения в планах. Но мастер явно что-то знал. Причиной мог быть и нагрянувший вчера Кэриен, и пристальное внимание, что вдруг уделил ей собственный супруг. Тот, похоже, решился взяться за нее всерьез: драгоценности, романтический ужин, он - сама галантность и любезность и полнейшее ее игнорирование едва они добрались до спальни. Ксаниэль пытался играть на контрастах, на ее гордости и женском тщеславии. Она же вела себя в ответ так, словно ничего не видит и не понимает - ни намеков, ни того что за ними стоит.

Учитель вдруг вновь усложнил стоящую перед ней задачу. Уж насколько Эллис прежде была несведуща в разнообразных стойках, ударах и связках, но то, что ей показывали сейчас, и что она тщетно пыталась повторить к простейшему, годному для первых уроков никак не относилось. А в следующее мгновение она уловила скользнувший по полу сквозняк, и краем глаза заметила, как кто-то скользнул через едва открытую дверь в тренировочную залу. Увы, мастер Грейн и не подумал позволять ей удовлетворить любопытство, принявшись гонять ее еще нещаднее. Даже крепким словцом пару раз не побрезговал. Но теперь и сама Эллис догадалась для чего и кого разыгрывается этот спектакль. Наверняка герцог Каэрсанит вновь навестил ее тренировку, больше некому. Ну а виконт предположил это заранее и подготовился, а то плакала бы их легенда.

Отпущенное на тренировку время как всегда подошло к концу. Порой Эллис просто жаждала этого мгновения загнанная виконтом, а порой наоборот, войдя во вкус, поняв, что что-то, наконец, получается, она желала продолжать до бесконечности. Сегодня, сейчас... Королева не знала: вздохнуть ли с облегчением или же с непередаваемой грустью. А еще ей было крайне интересно, что же задумал вездесущий герцог. Он не скрывался, но и мгновенно отыскать взглядом его тоже не получилось бы, а ученику мастера непонятливо озираться по сторонам не пристало. Мучаясь этой дилеммой Эллис, как и положено, поклонилась Грейну, а в следующий момент встретилась взглядом с невесть как оказавшимся совсем рядом Кэриеном.

- Доброе утро, учитель, - поприветствовал виконта герцог Каэрсанит, королеве достался еще один поклон, но без словесного сопровождения.

- И вам доброе, ваше высочество, но что привело вас в мою скромную обитель? Неужели решили-таки вспомнить былое и потренироваться? - Грейн был любезен, но присутствие герцога его явно не вдохновляло.

- В некотором роде можно сказать и так. Меня вдохновил ваш вчерашний поединок с учеником, не позволите ли и мне скрестить с ним учебный клинок?

- Боюсь, мой ученик еще не готов для подобных поединков, может учитель подойдет вашему мастерству лучше?

- Я ценю ваше столь высокое обо мне мнение и все же, какого будет ваше мнение? - напрямую обратился к королеве Кэриен и взгляд его не давал возможности выбора, только согласие.

- Пожалуй, я рискну, но сомневаюсь, что смогу выступить вам хорошим соперником.

Тяжело вздохнув, мастер тут же погнал обоих разминаться, даже разгоряченная во время тренировки Эллис успела за разговорами остыть. Делая простенькие упражнения, королева хорошо осознавал, что близка к провалу как никогда. Нет лучшего способа узнать соперника как сразиться с ним. Видимо их легенда оказалась не слишком гладка, и герцог что-то заподозрил, а может он просто перестраховывается, судить о том, что творится у него в мыслях, Эллис не бралась. В любом случае согласившись, она всецело отдалась на откуп победителю.

Первый выпад. Обманчиво неумелый. Глухой стук учебных мечей разрывает тишину. Они начали танец. И обоим неизвестно куда он их в итоге заведет. Кэриен блокирует с легкостью и тут же переходит в интенсивное наступление. Ее спасает лишь гибкость и прекрасная реакция. Ее защита слаба и все так же обманчиво неумела. Впрочем, и герцог не спешит показать себя во всей красе, ошибаясь и столь заманчиво открываясь для контратак. В ответ глухая оборона, она даже не пытается контратаковать. А он наступает все интенсивнее и интенсивнее. Раскрылась. Атака. Не хватает самой малости, лишь непрерывно ускоряется темп. Наконец, герцогу надоедает нападать, и Эллис сама не понимает, как переходит в решительную атаку. Обманный финт, удар с плеча, легко отведенный в сторону, нет, герцог явно не думает сражаться всерьез, он играет словно кошка с мышкой. И королеве это не нравится все больше и больше, но, увы, посторонние думы мешают, не позволяют хоть как-то изменить ситуацию. А может оно и к лучшему, не зачем знать Кэриену всего ее потенциала. Еще пару ударов и усталость неминуемо навалится на нее, лишит даже призрачной надежды победить герцога.

Резко потяжелевший меч отлетел в сторону. Кэриен так ни разу и не дотронулся клинком до ее тела, но вот она безоружна, а он опять победитель, на сей раз не чудом, слишком уж несравнимы силы. Ей хочется просто упасть и не двигаться, он же бодр и свеж. Безоговорочное признание поражения. Но танец их еще не закончен...


Часть 2: Расплата


Глава десятая. Все тайное становится явным.


Он вошел бесшумно, так умеют ходить только первоклассные воины. Зачем? Герцог сам не знал ответа на этот вопрос, возможно, ему всего лишь хотелось не играть хотя бы перед кем-то, стать хоть на время самим собой: умным мужчиной, великолепным воином и сильным магом, а не той вечно пьяной пародией на шута. И в роли кого-то ему все чаще и чаще хотелось видеть именно ее, ту, что задумчиво сидела в ворохе бумаг. Но... он слишком долго носит свои маски, ему слишком тяжело открыться перед кем-то до конца. Даже перед ней, или тем более перед ней, этого Кэриен так до сих пор и не решил.

Цепкий взгляд опять же скорее по привычке, чем по необходимости внимательно прошелся по малой гостиной. Раздвинутые портьеры обрамляли окно в полстены, сквозь мутноватые стекла которого в комнату пробивались лучи утреннего солнца. На противоположной стене серело пятно потухшего еще накануне камина, легкая прохлада первого зимнего месяца похоже совершенно не тревожила королеву. А вот удобное кресло значило для нее куда больше, наверное, именно из-за него Эллис и облюбовала эту комнату, столь редко используемую ее супругом.

Он вновь поймал себя на том, что уже соток пять находится в гостиной, ничем не выдавая своего присутствия, и просто любуется девушкой. Несколько серебристых прядей выбилось из простой, но аккуратной прически ее величества. Они настойчиво лезут в глаза, но увлеченная чтением и раздумьями королева, словно не замечает этого. Строгий деловой костюм - очередное новшество Эллис с радостью принятое аристократками. Герцог не раз замечал, как, проходя мимо зеркала в таком виде, девушка странно вздыхает и бурчит себе под нос: "Ты все больше и больше похожа на "бизнес-леди"". Но ей идет этот непривычный элегантный костюм темно серых цветов, в нем она выглядит женственнее и прекраснее чем в пышных платьях с глубокими вырезами прошлых мод. Ее ухоженные руки с кажущейся небрежностью тасуют исписанные мелким подчерком на непонятном языке листы. Лишь шелест бумаги да очередной печальный вздох разрывают тишину раннего утра.

- Кэр, ты так и будешь стоять молчаливым столбом!? Не уверенна, что ты пришел сюда за этим, - Эллис подняла глаза на герцога, и только сейчас обратив внимание на выбившиеся пряди, попыталась одной рукой спрятать их обратно.

Герцог никак не выказал своего удивления, хотя когда он того желал, например как сейчас, то обнаружить его становилось крайне проблематично, даже с более близкого расстояния. Как же она смогла, да еще не отрываясь от своего занятия - очередная загадка, подаренная несравненной Эллис. На слегка лукавый прищур серо-голубых глаз он ответил вежливым поклоном и, не медля более, развалился в соседнем кресле, на его счастье свободном от бумаг, которые в живописном беспорядке, казалось, занимали все свободное пространство комнаты.

- Ты как всегда с утра пораньше занята своими научными изысканиями? - слегка насмешливо спросил Кэриен.

- А ты как всегда бездельничаешь с утра пораньше и мешаешь прочим заниматься чем-то полезным? - в тон ему ответила девушка.

За те три месяца, что прошли со дня знаменательного спаринга между ними, подобные диалоги по утрам в этой гостиной звучали не единожды. Им обоим нравилось так общаться, порой ехидно и насмешливо, порой предельно откровенно. Герцог был почти уверен, что королеве известно о занимаемой им должности, но она до сих пор продолжала старательно делать вид, что ничего не знает, порой настолько естественно, что Кэриен начинал всерьез сомневаться в своих подозрениях.

Он же знал об активности девушке в экономике и на политической арене, о том, что она вместе со своими подругами все крепче и крепче перехватывает нити управления, становясь настоящей полновластной королевой. Последнее время она весьма успешно наступала на любимые мозоли магов и неоднократно, но крайне виртуозно поджимая им хвосты. И Кэриен мог поклясться чем угодно: о том, что за всем этим стоит именно Эллис, знал лишь он один. И опять же она наверняка догадывалась об этом, но никак не выдавала своего знания, раз за разом удивляя главу службы безопасности своими актерскими способностями и выдержкой. Рядом с ней ему приходилось балансировать на острие клинка, пытаясь подтвердить свои подозрения, не подтвердив ее собственные. И это было чертовски интересно и захватывающе. Достойный противник, даже если и выдуман он его разыгравшимся воображением. Ну а чем так нравились эти беседы королеве, герцогу оставалось лишь гадать. Когда ему казалось что он, наконец, понял ее и движущие ею мотивы, девушка преподносила ему очередной сюрприз и вся выстроенная прежде идеально-выверенная теория летела в бездну. Она словно насмехалась над ним.

- Ваше величество, это с вашим-то супругом!? Не смешите меня! Ксан только и делает, что перекидывает на меня все новые и новые дела, вот уж кто точно бездельник каких свет не видывал. Наверняка до сих пор сладко посапывает в обнимку с подушкой, все еще мечтая, что это ты.

Эллис слишком живо представила эту картину, дорисовав в воображении смешную пижаму в знаменитых кроликах ее мира и еще пару соответствующих неприличностей, и звонко рассмеялась. Кэриен поддержал ее своим куда более низким, но от этого не менее чарующим, почти бархатным смехом.

- Герцог, только не говорите, что пришли сюда вновь обсуждать моего супруга! - обреченно выдохнула девушка, и расплылась в широкой улыбке. Не самое хорошее настроение стремительно улучшалось. Общаясь с Кэриеном, Эллис ничего не боялась, она давно поняла, что он принял ее сторону, что он страхует ее и не даст совершить непоправимых ошибок. А все эти их игры, ну надо же на ком-то тренироваться, тем более, когда есть такой достойный и главное надежный противник. - Хватит с меня того, что вы выдаете ему все мои слабости, которыми он без зазрения совести пользуется, пытаясь меня обольстить.

- Я просто уверен в вас Эллис! Да и без этого у его величества не было бы ни единого шанса в вашей сделке. Согласись это же скучно.

Она уже не первый месяц попрекала этим герцога, но при этом продолжала раскрываться в беседах, упоминая о тех или иных слабых местах. Кэриен подозревал, что Эллис самой интересно проверить себя на прочность, на устойчивость перед соблазнами.

Но сегодня он пришел не для разговоров о своем друге и не для выяснения ее слабостей, герцога беспокоили куда более серьезные вещи. Некоторые из проектов королевы все-таки перешли из стадии разработки в стадию реализации. Гномы запустили ряд производств по новым тщательно сокрытым от посторонних технологиям, значительно увеличив объемы производимой продукции и что самое важное уменьшив на нее цены. И основной поток этой продукции шел именно в объединенное королевство. А это влекло за собой весьма неоднозначные последствия для экономики.

- Все-то ты знаешь герцог Каэрсанит! - лукаво ухмыльнулась девушка, и, отложив в сторону аккуратно собранные бумаги, еще комфортнее устроилась в кресле, готовясь к очередной занимательной беседе.

- Тебе как обычно? - и не дожидаясь ответа Кэриен телепортировал с кухни уже приготовленный кувшин теплого пряного вина с кусочками фруктов, которое Эллис частенько называла странным словом глинтвейн. Распитие теплого вина стало еще одной традицией их утренних посиделок в малой гостиной. До этого Кэриен с большой прохладой относился к любым изменениям классического винного вкуса, но глядя на блаженствующую королеву, и сам распробовал этот самый глинтвейн. Кофе по рецепту девушки, впрочем, тоже стал одним из наиболее часто употребляемых напитков, особенно когда предстояла бессонная ночь за работой.

- Кэр, ты просто прелесть, я все утро мечтаю о чем-нибудь согревающем, а то в этой комнате в очередной раз неприлично холодно.

В подтверждение своих слов девушка поежилась и попыталась еще глубже закопаться в кресло.

- А просить слуг разжечь камин естественно не пристало королеве?! - совершенно серьезным тоном, слегка небрежно бросил герцог, одной рукой протягивая бокал с вином королеве, а другой, отправляя в потухший камин маленький огненный шарик. Приняв бокал, Эллис состроила максимально невинное лицо, и отчаянно хлопая ресницами, уставилась на герцога, чем вызвала очередную волну заразительного смеха.


Из малой гостиной герцог вышел нескоро, да и то, потому что кто-то там испросил аудиенции у ее величества. И вышел он еще более задумчивый, чем заходил туда. Эллис определенно понимала что творит, осознавала она и последствия, и вроде как готовила контрмеры. Но, к сожалению, человеку, который привык всегда и всем не доверять, слишком тяжело преодолеть собственное неверие, даже по отношению к одной единственной девушке. Особенно когда интуиция прямо таки кричит об опасности, а вот прошлой, мнимой или будущей не разобрать.

Мрачные серые ступени, при ярком свете они наверняка покажутся бордовыми от обилия пролитой на них за столько лет крови, но к счастью тут царит вечный полумрак. Здесь все лишь кажется ветхим, ибо является таким с момента строительства - небольшая шутка гномов, подарок тогдашнему главе службы безопасности королевства, их хорошему приятелю.

Предшественники герцога неоднократно пытались переделать хоть что-нибудь: избавиться от текущей по стенам воды, починить ступени или стены, которые казалось, могут обратиться в песок в любой момент. Но все тщетно, что бы не предпринималось, это подземелье всегда принимало свой первозданный удручающий вид. Кэриен в отличие от них не видел в этом ничего плохого, еще сильнее раздувая слухи о мрачных подземельях дворца и его грозном хозяине сидящем там безвылазно, но знающем все и вся. Как показал опыт, это неплохо остужало некоторые особо ретивые умы, жаждущие перемен и желающие показать свое мастерство в искусстве интриг. И все же он бывал здесь не слишком часто, лишь по особо важным делам, таким как это. К сожалению все еще требуются способы получения информации, доступные лишь ему одному. Дар или проклятье всех тех кто занимает эту должность - издревне хранимые запретные заклинания передающиеся от одного главы СБ другому.

Глухие шаги звонким эхом отражались от каменных стен, заглушая монотонное капанье воды. За своими мыслями он и не заметил, как спустился в свою вотчину. Сегодня ему предстояло одно крайне неприятное дело - пойманная накануне шпионка. И это дело вновь касалось королевы. Шпионку или убийцу закрыли профессионально, так, что не имелось ни единого шанса получить информацию из ее уст, или напрямую из ее головы. По крайней мере, так думали стоящие за ней личности. К ее несчастью они не знали о возможности обойти такую защиту одним единственным способом - нечеловечным, излишне жестоким и потому применяемом лишь в крайних случаях, таких как этот. Если бы это оказалась простая шпионка, герцог не стал бы с ней возиться, но такая защита просто вопила, что девчонка далеко не так проста, как кажется, и знает куда больше, чем предполагалось с самого начала.

Такая же мрачная и едва освещенная комната, как и все прочие в этом подземелье, она ничем не отличалась от своих соседок, кроме одного... Девчонка, лет семнадцати не больше, распятая на цепях, висела прямо по центру помещения. Кэр знал о том, что она юна, но чтобы настолько. Хотя ее возраст многое объяснял, наверняка ее стали готовить с рождения, и именно для избранницы Первых, ведь как раз семнадцать лет назад стало известно о ее грядущем появлении. Подготовка девушки должна быть идеальной, и то, что она вообще попала в его руки, иначе как чудом не назовешь. Видимо Первые все-таки хранят свою избранницу.

Ее возраст конечно неприятный сюрприз, однако, своего недовольства этим фактом он не выдал, спокойно обойдя девчонку по кругу и старательно изучая. Почти полностью целая одежда служанки, которой она притворялась, идеальное девичье тело, самым лучшим образом подчеркнутое таким простым и непритязательным нарядом. Эта шпионочка выглядела демонически соблазнительно, многие сочли бы ее бесспорной красавицей, но только не герцог, другая служила для него эталоном красоты. Ни ее тело, ни ее смазливое личико не имели следов насилия, в службе безопасности с этим строго, и попусту издеваться над пленниками герцог Каэрсанит никогда не позволял, держа своих сотрудников в ежовых рукавицах. Этой хватит и тех пяти соток, на которые он ее обрек. Герцог вздохнул печально и едва слышно, если бы дело касалось привычных дел госбезопасности, он, возможно, отказался бы от предстоящего извлечения информации и просто приказал бы убить девчонку, быстро и безболезненно.

Она дерзко вскинула голову, и с вызовом уставилась на Кэриена, надеясь выиграть у него поединок взглядов. Но он без труда разглядел в глубине ее глаз недоумение, слишком уж не соответствовало все происходящее тем слухам, что ходили об этих местах и этом человеке. Ну а в его глазах она могла увидеть лишь жалость, обреченность и смерть, свою собственную. Никто не в силах выдержать подобный взгляд. Девчонке хватило пары мгновений, чтобы ее глаза покинула и дерзость, и уверенность, гонимые страхом и паникой. Тело дернулось в цепях - тщетно, эти кандалы прочны, они выдерживали взрослых мужчин полукровок, куда ей мерится с ними силой. Теперь уже жалостливый затравленный взгляд. Будь эта девочка способна рассказать все, что знает, она уже сделала бы это. Но к ее несчастью об этом позаботились ее хозяева. И Кэриен так до сих пор не смог решить, кто же из них бесчеловечнее он, не отказавшийся от необходимости или они, создавшие эту необходимость.

Он сделает это не в первый раз и наверняка не в последний, но сегодня это вдвойне неприятно, она все-таки еще ребенок, пусть и лишенный детства. И она ничем не заслужила такой смерти, таких мучений, пожалуй, только родилась не в то время и не в том месте. Она все еще пытается сохранить свое достоинство, собрать последние силы, чтобы еще раз с вызовом посмотреть на странного человека в дорогих одеждах аристократа, что с каменным лицом стоит перед ней и одними губами произносит древнейшее заклинание, попавшее в списки запрещенных, едва оно появилось на свет.

Последнее слово произнесено и их глаза встречаются вновь. Так надо, это плата за использование столь жестокого оружия. Мгновение и ужас, боль, страх наполняют ее взгляд, зрачки изумрудно-зеленых глаз неестественно расширяются, усиливается натяжение цепей, ее тело стремиться сжаться в комочек, избавиться от той боли, что жаркой волной разливается по телу. На лице выступает испарина, рот искривляется в немом крике. Пять соток, пять долгих соток, что покажутся ей вечностью, она будет прибывать в сознании, хотя оно покинуло бы ее и от впятеро меньших мучений. Заклинание терзает не только ее тело, но и сознание, душу, причиняя максимально возможную боль. А ему предстоит смотреть ей в глаза все эти долгие пять соток, у него будет лишь одна попытка, одно мгновение, когда она окажется на грани. Один лишь миг между тем как рухнет защита и тем когда она, наконец, покинет этот мир, перейдя черту. Только в это мгновение можно считать всю столь бережно оберегаемую информацию.

Звук захлопнувшейся двери, разорвав царящую тишину, больно ударил по обостренному происшедшим слуху. Теперь он знает все, но вновь ужасается той цене, которую приходится платить за эти знания. А перед глазами стоит симпатичное девичье личико с пустыми глазами, полными боли и обрамленное, поседевшими за полдесятки до абсолютной белизны волосами. И все же то, что он узнал, стоило того, но ему от этого не легче, знания лишь увеличили количество вопросов на которые предстоит найти ответы, а ситуация стала во много раз запутаннее. Появление таинственных игроков знающих о нем достаточно много никак не входило в его планы. То, что шпионку раскрыли действительно самое настоящее чудо, и имя у этого чуда все тоже - Эллис. Она между делом заметила то, на что никто и никогда не обратил бы внимания. Теперь же надо собраться с последними силами и закончить все прочие дела, запланированные на сегодня, освободив время для раздумий и анализа ситуации в новом свете.

Кабинет встретил герцога тишиной и спокойствием. Упав в кресло, Кэриен не задумываясь телепортировал бутылку вина, и практически залпом опустошил ее, и только после этого сообразил, что все напрасно. Для него вино уже давно являлось виноградным соком, еще со времен его буйной юности, когда лучший друг принца пообещал тому, что всегда будет его защищать. Кэриен, только начавший изучать магию, в одной из толстых книжек нашел необычное заклинание - оно наделяло мага, его применившего, иммунитетом к любому алкогольному напитку на всю оставшуюся жизнь. Юный герцог не раздумывая, воспользовался им, о чем в последствии иногда очень жалел, ведь обернуть заклинание оказалось невозможно, а порой так хотелось напиться. Об этом секрете главы разведки не знал даже король, всегда удивляющийся способности своего друга пить алкоголь в огромных количествах и продолжать трезво мыслить. Кэриен на это отшучивался: он так много пьет, что чтобы напиться, ему надо выпить гораздо больше. Сейчас ему хотелось напиться как никогда. Слишком много всего не давало покоя его сердцу и разуму. Узнай Эллис о том, на что он не только обрек эту девчонку, но и что он сам проделал, и она наверняка бы его возненавидела. И от этой мысли сердце разрывалось вдвойне. А уж от выясненной при этом информации казалось, и вовсе закипят мозги.

Еще одна бутылка внутрь и опять никакого эффекта, пора бы смириться, но разве это возможно!? И нет средства, чтобы нырнуть в спасительное забытье, но он сам сделал когда-то такой выбор, и как Эллис, он не отступал перед трудностями, появляющимися на пути. Она ни раз говорила о том, что все мы виноваты, перед кем-то, перед чем-то, и этот факт лучше принять, чем бежать от него, перекидывая свою вину на окружающих.

От грустных мыслей, герцога оторвал король, диким вихрем степной грозы, ворвавшийся в кабинет. Ксаниэль не обращая внимания на удивление друга, схватил бутылку вина и стал пить его прямо из горлышка, как немногим ранее проделывал это сам герцог. Таким своего короля Кэриен еще не видел. Обреченный вздох, как видно, судьба решила, что на сегодня ему мало проблем.

- Предательница! - почти выкрикнул Ксаниэль, наконец, оторвавшись от бутылки.


Король нерешительно замер перед массивной дверью ведущей в библиотеку. По обеим ее сторонам стояло по паре гвардейцев, гвардейцев ее величества. Его собственные с такими же непроницаемыми лицами каменных истуканов уже располагались рядом. А ближайшая к двери пара спешила распахнуть их, приняв королевское промедление на свой счет. Ксаниэль же в последний раз собирался с силами и мужеством. Он, наконец, решился закончить со сделкой, супругу он жаждал все больше и больше с каждым прожитым днем.

Стоило ему перешагнуть порог и вступить под казавшиеся бесконечными своды хранилища знаний, как со своих мест поспешно поднялись и присели в реверансе фрейлины ее величества - ее фаворитки. Баронесса Амри, что до сих пор смотрела на его величество со странной смесью чувств во взгляде. А ведь он тогда хотел сделать ее постоянной своей фавориткой, по крайней мере, до тех пор, пока не сломит сопротивление супруги. Но Эллис оказалась гораздо прозорливее, чем стоило бы ожидать... Будущая графиня Дерьян, а ныне пре-виконтесса Ромуаль, еще одна отыгранная у них фигура. Хотя Кэриен продолжал утверждать, что Миларина верна ему, сам Ксаниэль в этом весьма сомневался. Эллис глупышкой не была и навряд ли стала бы хлопотать о графском титуле, если бы не была уверена в девушке. И пусть избранному ей в мужья уже перевалило за сотню лет, особой красотой, древностью рода и богатством он не блещет, зато в приданное Миларине королева давала свое высочайшее покровительство и наверняка карьерный рост графа до будущего министра финансов, на смену еще более старому маркизу Таради, когда придет к тому время. Еще несколько месяцев и в первый день весны, отыграв свадьбу, эта девушка из камеристки превратиться в придворную даму. Третья и четвертая девушки вовсе были близняшками Аривиалли, последнее время ведущими себя тише воды, ниже травы и по какой-то прихоти приближенными Эллис.

В углу за столом хранителя оказался не сам почтенный друид, а его юный помощник, уже застывший в глубоком поклоне. Дэриэна и королевы в главной зале не наблюдалось.

- Где ее величество? - прямо спросил Ксаниэль.

- Во внутренних комнатах, - поспешно отозвался мальчишка, - позволите проводить вас?

- Нет, мы сами, - отмахнулся король и стремительным шагом направился к неприметной дверце, уже не видя, как в ужасе исказилось лицо юного помощника и фрейлин. Но возразить королю никто из них не посмел. Ксаниэль же не желал иметь свидетелей предстоящего разговора и был рад предполагаемому уединению королевы, в тактичности друида он не сомневался.

Спустя пару пустых комнат, король услышал чьи-то голоса и уверенно направился на источник звуков, пока не оказался перед неплотно закрытой дверью. Услышанное и увиденное сквозь небольшую щель заставило его остолбенеть. В зале с большим круглым столом находилась его супруга в окружении нелюди, их разговор изобиловал множеством неизвестных его величеству слов, но общая суть была понятна и без них, они обсуждали внедрение достижений мира Эллис. Тех самых технологий, на которые он так рассчитывал, надеясь улучшить пошатнувшееся положение своего королевства, и над применимостью которых якобы работала все это время его супруга, но которые она оказывается уже передала нелюди. Ему не хотелось верить глазам, ему не хотелось слышать их разговора. Неужели все ее возвышенные слова о стремлении помочь своим подданным, оказались ничем. Обида от предательства и обмана затуманила голову.

Не осознавая, что он творит, король распахнул дверь. Все, в том числе и его супруга повернулись на звук. Он ожидал увидеть в ее глазах страх, надеялся, что она бросится к нему в ноги и попытается оправдаться. Поступи она так, он, наверное, поверил бы всему, что она скажет. Но его королева даже не изменилась в лице, лишь вопросительно изогнула бровь, словно требуя объяснений от короля. Это оказалось последней каплей.

- Как ты могла? - с болью в голосе произнес Ксаниэль и, не дожидаясь ответа, стремительно бросился прочь.


Эллис печально смотрела на то место, где только что стоял ее супруг. Сегодня ей придется применить весь свой дар убеждения, чтобы Ксаниэль поверил ей. Не вовремя Дэриэну понадобилось в город, естественно ни его помощник, ни ее фрейлины, даже при всем желании не смогли бы остановить его величество. Это мудрый друид нашел бы и способ подать ей знак, и задержать разговором Ксаниэля. И она хороша - так привыкла чувствовать себя в полной безопасности здесь, что не озаботилась даже элементарными мерами предосторожности в виде закрытых дверей.

- Мы думаем, на сегодня мы закончим, - медленно, почти по слогам произнесла королева, пытаясь привести в порядок разбегающиеся во все стороны мысли. - В интересах вашей же безопасности, как можно скорее покинуть дворец, неуверенна, что Ксаниэль накрутив себя, не решит арестовать всех здесь присутствующих.

- Может тебе стоит уйти со мной, хотя бы на пару дней, пока его величество не остынет и не начнет мыслить осознано, - хрупкая, но сильная рука дроу ободряюще легла на плечо королевы. Багира, единственная из повелителей, постоянно присутствовала на всех советах. За это время они сдружились еще сильнее.

- Спасибо, но не стоит, если я пропаду, он и войну может объявить всем расам, решив, что вы запудрили мне мозги и просто мною пользовались, а теперь похитили. Раз уж я решила играть за его спиной, то должна и отвечать за свои поступки. Не бойся, он ничего непоправимого не сделает, а в случае чего я вполне смогу постоять за себя, ты же знаешь.

Однако попытка улыбнуться Эллис не удалась, получилось слишком вымученно и неестественно, да и в глазах не было и тени радости.

- Тебе видней! Свяжешься с нами, как все уладится.

- Непременно! - кивнула в ответ королева, провожая взглядом покидающую комнату нелюдь. Эллис не стала сопровождать их до телепортационной комнаты, просто отдала приказ замку выпустить гостей. Теперь ее путь лежал в ставшие уже своими покои ее мужа.

Ожидание - что может быть хуже. Она уже устала ждать, но ничего другого ей просто не оставалось. Она могла найти его в любой момент, но выносить их разборки на глаза прочих обитателей дворца - слишком высокую цену пришлось бы платить за такую ошибку. Однако нервы натянулись до предела, и это очень плохо, в таком состоянии куда сложнее уследить за собой и своей речью, сыграть нужную роль. Еще несколько минут пассивного ожидания и ей придется отказаться от разговора, по крайней мере, в этот вечер.

Двери жалобно заскрипели - он распахнул их излишне сильно, выметая свою злость на ни в чем не повинное дерево. Мутные пьяные глаза, в удивлении смотрящие на нее, заставили Эллис внутренне содрогнуться и проклясть свою нерешительность. Ей стоило уйти и отложить этот разговор на утро. Сейчас Ксаниэль просто неспособен на адекватную реакцию на ее слова и доводы. Она подставилась, очень сильно подставилась, и насколько плачевно для них закончится этот вечер, оставалось лишь гадать. Кое-как справившись с удивлением, король неровной походкой пересек комнату, и, упав в соседнее кресло, обхватил голову руками.

- Скажи, зачем ты так поступила с нами! Неужели все твои речи о стремлении помочь людям оказались лишь набором слов? - он поднял на нее свои глаза полные недоумения.

- Нет, я действовала, действую, и продолжаю действовать в интересах людей! - как можно тверже и увереннее парировала королева, таким же взглядом отвечая на вопросительный взор короля. Она молила всех известных ей богов, чтобы ее супруг понял этот взгляд и эту твердость голоса правильно.

- Отдав свои знания нелюди?! - недоуменный вскрик в ответ. - Неужели ты не понимаешь, что против них ты никто, какие бы договоренности ты не заключила, они найдут способ их обойти, попользуются тобой и выкинут, как ненужную вещь.

Король смотрел на Эллис едва ли не с мольбой, он так надеялся, что она хотя бы сейчас раскается в своих делах, поймет, что была неправа, попросит прощение. Но она оставалась, все такой же непоколебимой. Да, она могла сказать что угодно, лишь бы успокоить Ксаниэля, но, к сожалению, тогда переубедить его утром станет и вовсе невозможно. С другой стороны продолжать настаивать на своем сейчас не меньшее самоубийство. Разум старательно пытался отыскать третий путь.

- Ксаниэль, я не хочу с тобой спорить, лучше пойдем спать, и поговорим обо всем завтра с утра, на ясную голову, - как можно мягче и нежнее произнесла Эллис - не слишком удачная, но все же попытка избежать неприятных последствий.

- Да мы пойдем сейчас спать! Но отныне и впредь ты будешь подчиняться мне беспрекословно, и прекратишь свои связи с нелюдью. Все больше никаких библиотек и совещаний! Будешь весь день проводить, как и подобает королеве со своими фрейлинами за вышиванием, придумыванием нарядов, рисованием, чем угодно, кроме вмешательства в мои дела! - король едва не кричал на супругу, а Эллис из последних сил сохраняла спокойствие. Нервное напряжение дало о себе знать, и ситуация начала стремительно надоедать ей.

- Тебе не удастся меня заставить делать то, чего я не хочу! - ровным и все еще спокойным голосом ответила ему супруга, начиная внутренне вскипать, и из последних сил контролируя свои эмоции. Как же ей не хватало мудрого друида, способного парой слов разрешить любую спорную ситуацию. Она до сих пор не научилась так выражать свои мысли и так высказывать свои аргументы, чтобы для возражений не оставалось и места.

- Ты так думаешь!? - Ксаниэль очень недобро усмехнулся и что-то прошептал. Легкий холодок пробежал по телу девушки. Мгновение и голову пронзает паническая мысль, она почти не чувствует свое тело, даже пары слов сказать не в состоянии. Странные и неприятные ощущения, словно ты сторонний наблюдатель за самим собой, словно кто-то большой и сильный отодвинул часть твоего сознания, и у тебя никак не получается вернуться обратно.

- Встань, женщине не пристало сидеть в присутствии мужа!

Эллис и не думала вставать, но тело само поднялось из кресла.

- Ну, как ощущения? - ехидно и самодовольно вопросил Ксаниэль, с удовольствием рассматривая недоумение и панику заполняющие серо-голубые глаза девушки. - Разве я не говорил, что у нас есть средства по укрощению строптивых? Сейчас я полностью контролирую твое тело, и твою волю, причем сил осуществлять такой контроль у меня хватит надолго, а когда закончатся... у нас много магов, которые не откажут в помощи своему королю. А теперь скажи, да, мой господин!

- Да, мой господин!

Горечь обиды волной накатила на девушку, такого поступка от своего супруга она не ожидала. Эллис могла простить ему что угодно, понять что угодно, но лишить себя свободы и независимости не могла позволить никому. Всю жизнь она стремилась к ним, а тут в одночасье выяснилось, что есть люди способные полностью подчинить ее тело, сделать ее послушной марионеткой, и она даже слова против не сможет сказать. Все барьеры столько долго ею выстраиваемые, рухнули за мгновение. Сознание заполнила мысль о том, что она всего лишь слабая девушка в чужом мире с чужими порядками, где у нее никого нет, где она совершенно одна. Одинокая слезинка покинула глаз и поспешно скатилась по щеке. Если бы она все еще контролировала свое тело, она наверняка сжалась бы в комочек от боли раздирающей в клочья ее душу. Но король не заметил пустоты возникшей в глазах девушки, как и едва заметной полоски от той одинокой слезинки, он продолжал свою речь:

- Поэтому предлагаю тебе в последний раз согласиться с предложенными условиями, и не лезть туда, куда тебя не просят. Ну, так что?

Эллис почувствовала, как нечто прежде полностью овладевшее ее телом немного подвинулась, дав ей возможность говорить самостоятельно, а не то, что приказывают. Но она не спешила с ответом, пытаясь хотя бы на пару мгновений прогнать боль и страх. Она не покажет свою слабость этому человеку, ни за что на свете.

- Ты пожалеешь об этом, - не смотря на то, что девушка произнесла эти слова очень холодно почти отрешенно, ей казалось, что голос ее дрожал, что она не смогла справиться. Король дернулся от этих слов, словно от пощечины, настолько холодным и безжизненным послышался ему голос Эллис.

- Я надеюсь, что к утру, ты все же одумаешься! И не вздумай покидать наших покоев, я приказал всей страже дворца никуда тебя не выпускать, и при обнаружении сопровождать сюда. Спокойной ночи, дорогая! - теперь голос подрагивал у Ксаниэля, неприятные предчувствия сжали его сердце, но избыток алкоголя в крови, не позволил разуму понять, что же не так в произошедшем. Недолго думая, он покинул гостиную, скрывшись в спальне.

Королева почувствовала, как тело вновь ей повинуется, но сил управлять им не осталось, ноги подкосились, и девушка оказалась на полу. В голове роем носились мысли, но боль и обида не позволяли сосредоточиться ни на одной из них. Никогда в жизни Эллис не было так плохо. Она знала, что за все надо платить, но не подозревала что плата за ее силу окажется такой... Те чувства, что она отвыкла чувствовать, что давно выкинула из своей жизни, обрушились всепоглощающим цунами и разум больше не смел противится им. А вслед за бурей эмоций пришла пустота, нещадная всепожирающая пустота и порожденное ею безразличие. Эллис не знала, сколько она просидела объятая пустотой до того момента, когда двери гостиной распахнулись в очередной раз, от излишне сильного толчка.


Нервные шаги глушил мягкий ворс ковра. Рабочий стол оказался буквально заставлен пустыми винными бутылками, но вино так и не принесло успокоения, ни нервно выхаживающему по кабинету герцогу, ни только что покинувшему его королю. Голова раскалывалась от обилия обрушившейся на нее самой невероятной информации. А еще ныло сердце, ускоренно бьющееся от дурных предчувствий. Сейчас он как никогда боялся за королеву, и молил всех богов, что бы ей хватило благоразумия не попадаться на глаза мужу, хотя бы ближайшие несколько часов.

Информация, полученная из сумбурно-сбивчивого рассказа Ксаниэля, ничего хорошего им обоим не сулила. Это пока мысль о причастности ко всему этому друга, еще не посетила короля. Но он не дурак, каким бы молодым и беззаботным не казался бы. И хорошо если не завтра, протрезвев, он поймет, что напивавшийся с ним весь вечер Кэриен уже давно был в курсе происходящего, но молчал.

Жаль осторожно переубедить короля, изменить направленность его мыслей, оказалось герцогу не по силам. Сосредоточившись на мысли о предательстве, Ксаниэль отказывался слушать доводы разума, и воспринимать информацию с любой другой позиции. А Кэриен не мог рассказать все, что знал сам, ибо и эти факты король повернул бы против королевы и ее друзей, а заодно досталось бы и самому герцогу, как за сокрытие информации, так и за поддержку ее величества. Так рисковать сейчас он не имел права, слишком опасная назревала ситуация. Остановить, пресечь разворачивающиеся события уже не в его власти, слишком поздно, можно лишь попытаться контролировать и корректировать их ход.

Еще пара кругов и, кажется, что голова пойдет кругом от излишне быстро сменяющихся видов. Тяжелый вздох, и Кэриен буквально падает в свое любимое кресло. Рука на автомате тянется к полупустой бутылке, но, задержавшись на ней пару мгновений, отпускает. Вино уже стоит поперек горла, а хоть какого-то облегчения все равно принести не способно. Еще один тяжелый вздох и руки обреченно сжимают голову не желающую мыслить в нужном направлении. И невероятное ощущение того, что на сегодня неприятности не закончились, еще настойчивее разгорается внутри сердца. На ум приходит только одно - от чего становится вдвойне не по себе.

Кресло покинуто и герцог опять на ногах, но вновь расхаживать по кабинету он не намерен. Глубокий вздох, попытка прогнать из головы все лишнее - там остается лишь одна, но крайне неприятная мысль. Медлить больше нельзя, он и так потерял много времени, пытаясь разобраться в хаосе мыслей и чувств. А сейчас они в один голос твердят о том, что не стоило отпускать короля одного.

Путь от кабинета, до королевских покоев, показался герцогу невероятно долгим, хотя их разделяли считанные метры. Он в нетерпении излишне резко и сильно толкнул дверь, но замер едва переступив порог, мгновенно растеряв всю свою стремительность. Чувства в очередной раз не обманули его, но он слишком долго над ними размышлял и опоздал. В очередной раз он опоздал, и позволил неприятностям настигнуть девушку, столь близкую и столь далекую, единственную и неповторимую.

Она сидела на полу с упавшей на грудь головой, в какой-то неестественной позе, словно ей перерезали сухожилия и она не в силах более удерживаться на ногах, осела на пол. Серебристый волос в беспорядке ниспадал на лицо, от утренней элегантной прически не осталось и следа. Ее руки так сильно обхватили себя за плечи, что побелели костяшки пальцев. В его голове мгновенно пронеслись тысячи сцен того, что король мог сотворить со своей супругой. Шквал непривычных, доселе почти не испытываемых чувств обрушился на Кэриена, заставив того броситься к девушке. А в голове билась одна единственная мысль, лишь бы с ней все оказалось в порядке, лишь бы произошедшее оказалось поправимым, иначе он просто не сможет простить этого другу. Конец объединенному королевству слишком четко вырисовывался в свете полученной сегодня информации.

- Эллис, что случилось? - взволнованным голосом спросил герцог, опустившись на пол подле королевы. Но она продолжала сидеть, окаменевшим изваянием, совершенно не реагируя на его вопрос. Кэриен схватил ее за плечи и встряхнул, отчаянно пытаясь привести девушку в чувство. И ему это удалось, но уже в следующее мгновение герцог пожалел об этом. Она подняла голову, и их глаза встретились. На мгновение ему показалось, что перед ним сидит не Эллис: серебро волос превратилось в белизну седины, лицо молодой женщины обернулось девичьим личиком, лишь взгляд остался неизменным, такой же пустой, и в то же время наполненный неестественной болью. Он невольно отшатнулся, едва не отлетев от девушки на метр, ведение тут же исчезло, и перед ним вновь находилось королева. Вот только взгляд оставался прежним. Смесь боли, обиды, одиночества и угрозы сквозь пелену невыплаканных слез, невероятным образом сочетались с всепоглощающей пустотой и отчаяньем.

- Уйди, - безжизненно произнесла Эллис. Он хотел возразить, но почувствовал на ней след магии, след от заклинания полного подчинения. Других слов не нужно, теперь все предельно ясно, но легче от этого не стало. Он неторопливо поднялся, не отводя грустного взгляда от вновь сжавшейся девушки. Сейчас все его силы устремились на сдерживание так и рвущихся наружу чувств. Превозмогая желание свернуть в королевскую спальню, он все же покинул гостиную тем же путем, которым пришел. Больше всего Кэриен жалел, что внес те злополучные изменения в формулировку сделки, иначе ждал бы сейчас магический откат Ксаниэля за нарушения условия.

Кэриен уже достаточно хорошо разобрался в Эллис, чтобы знать о ее пунктике, связанном с собственной свободой и независимостью. О свободе, которая для нее была неразрывно связана с ответственностью за весь мир, она могла говорить бесконечно много. Абсолютная свобода и независимость, достижимые лишь полным осознанием этой самой свободы и тем, что скрывается в ее тени, тем, про что многие забывают, подменяя свободу беспределом. Только полное подчинение могло причинить ей столько боли, Ксаниэль сам того не осознавая, жестоко ударил любимую по единственному по-настоящему слабому месту. Он лишил ее того самого фундамента, на котором стоилась вся ее жизнь.

Кэриену очень хотелось остаться с девушкой, крепко прижать ее к своей груди и гладить ее серебристую головку, пока не прольются все невыплаканные слезы, а его рубашка не промокнет насквозь. Но, к сожалению, это только навредит ей. Если он хочет и впредь видеть сильную и непоколебимую Эллис, он должен дать ей шанс самой справиться со случившимся, победить боль, отчаянье и пустоту. Его жалость облегчит ее душу, поможет выплакаться, но скорее всего и надломит.

Поверь в нее, она сможет, она справится, - отчаянно твердил себе герцог всю обратную дорогу. Он во второй раз за вечер пожалел, что не может напиться, а это уже своеобразный рекорд.


Глава одиннадцатая. Побег из Алькатраса.


"Уйди, и он ушел. Молодец, он вновь все понял без лишних слов и расспросов. Как жаль, что их не поменять местами..."

Пальцы, сжимающие плечи слегка расслабились, и болезненная белизна покинула их. Но на большее сил просто не осталось. Долгий вдох, долгий выдох и еще раз. Ей надо прогнать подступивший к горлу ком слез, нужно удержать себя от истерики, что неразлучной подругой следует за пустотой. Она сильная. Кэриен понял это и ушел. Он поверил в нее. Разве она имеет право не оправдать его доверие. Разве может она сломаться, когда опасная игра только началась, и в ней она окончательно обрела надежного союзника.

- Но почему? - едва слышно сорвался с губ недоуменный вопрос. Но почему, вроде бы неглупый король, имеющий такого друга, так старательно избегает любых попыток понять ее, узнать лучше. А может... Но почему, королем является не Кэриен?

Серебряные пряди взвились вверх. Она отчаянно тряхнула головой, прогоняя странные мысли, хотя еще мгновение назад была не в состоянии просто поднять голову. Взгляд сам собой остановился на двери. Внутри девушки жадным пламенем закружили, все нарастающие и нарастающие недоумение, негодование и упорство. Боль, одиночество, обида и прочие чувства никуда не ушли, но пришло осознание того, что нужно действовать. Пустота бесследно покинула взгляд, не оставив в нем и намека на свое недавнее присутствие. Она сильная, и пора это доказать тем, кто до сих пор не желает в нее поверить.

Захваченная мыслями и бурей эмоций, девушка рывком поднялась на ноги, но в следующий момент едва удержалась в таком положении. Боль затекших мышц скрутила тело, лишь оказавшееся под рукой кресло спасло ее от неминуемого падения. Слезы едва не брызнули из глаз, но она удержалась, пусть на одном бараньем упорстве, но удержалась. Первый шаг подарил королеве очередную волну непередаваемых ощущений. Ноги подгибались в коленях и не желали слушаться хозяйку, но та лишь сильнее стискивала зубы и делала еще один шаг, а потом еще и еще. Совсем немного и дороги назад не будет. И сейчас она молилась всем известным ей богам, чтобы принятое решение действительно оказалось единственно верным в этой ситуации, а герцог сумел бы удержать друга от неминуемых глупостей.

Двери распахнулись стремительно, от сильного толчка, на пределе возможностей уже почти пришедшей в себя королевы. Ничего не понимающая охрана замерла и вытянулась по стойке смирно, а Эллис безудержным вихрем пронеслась мимо них и скрылась за поворотом, еще до того как они пришли в себя и вспомнили о приказе не выпускать королеву из ее покоев. Гвардейцы с не меньшей скоростью бросились за девушкой, но галерея за поворотом уже опустела.

Королева шла на большой риск, выходя через двери и скрываясь в ближайшем потайном ходе, но еще большим риском она считала воспользоваться тайным ходом в непосредственной близости от короля. А так есть надежда, что охранники достаточно промедлят, сначала пытаясь догнать ее самостоятельно, потом возвращаясь с докладом королю. И главное ее супруг не начнет поиски беглянки и в закрытом дворце. Он в отличие от герцога до сих пор не догадался о том, как порой королева перемещается по дворцу. Ну а Кэриен не должен ее выдать, по крайней мере, она надеялась на это всем своим сердцем.

Полсотки на то, чтобы на грани падения сбежать по лестнице, и осторожно войти в свои прежние комнаты, находящиеся этажом ниже королевских. Нормальной дорогой она добиралась бы сюда соток пять не меньше. А значит, пока у нее есть это время. Немного ностальгии, буквально на пару мгновений, пока взгляд пробегает по совершенно не изменившейся обстановке комнат.

Краска для волос, когда-то давно подаренная друидом, стояла на своем месте, среди множества прочих средств, расставленных по всей ванной. Простота в приготовлении и быстрота в действии, очень выгодно отличали творение друида, от аналогов ее родного мира. Едва нанеся черную смесь на голову у самых корней волос, Эллис почувствовала, как кожа головы очень быстро ее впитывает, одновременно меняя цвет волос. Удобно, чертовски удобно и быстро: не нужно ничего смывать, а потом еще дольше ждать пока просохнет голова. Пара выжданных для надежности секунд, и иссиня черные, прямые волосы собраны в хвост.

Тональный крем нашелся не менее быстро. Эллис еще раз порадовалась тому, что покинула свой мир в начале сентября, и косметичка с тональным кремом, рассчитанным на загорелую кожу, переместилась вместе с ней. С ее нынешней аристократической бледностью, даже пытаться не стоит выдать себя за наемника полукровку. Прихваченная немногим ранее из камина сажа, смешалась с тональным кремом. Добившись нужного цвета, Эллис нанесла получившуюся смесь ровным слоем на все открытые части тела: лицо, шею и руки. Теперь из зеркала на нее смотрел молодой дроу полукровка. Цвет волос и кожи, тонкость пальцев и не слишком крупная для мужчины фигура делали ее маскировку почти идеальной, заставляя довольно улыбаться. Но надолго задерживаться перед зеркалом королева не стала, время поджимало, убегая подобно песку сквозь пальцы.

Девушка как раз успела избавиться от лишней одежды, оставшись в одном лишь подаренном Багирой одеянии, замести следы своего пребывания в бывших покоях: спрятать платье среди прочих вещей, прихватить все еще висящий в гардеробе эльфийский плащик - любезный подарок герцога - и маскировочные средства, и скрыться в потайной двери за сотку до того, как в комнате появились обыскивающие дворец гвардейцы. Конечно, узнать сейчас в ней королеву смогли бы лишь хорошо ее знающие люди, но и дроу-полукровка во дворце вызовет слишком много вопросов. А потому не стоит попадаться на глаза, как придворным, так и слугам.

Оружейная встретила девушку тишиной и покоем. Мастер Грейн наверняка уже видел десятый сон, а гвардейцы, обыскивающие дворец, еще не успели добраться до нежилой части дворца. Неплохо видя в полумраке, королева очень быстро отыскала простой, но добротный меч. Наемник без меча выглядит не менее странно, чем тот же наемник обладатель чрезвычайно редких эльфийских клинков, да еще и светлых собратьев. Впрочем кинжал уже давно и круглосуточно носимый на поясе или в складках пышных платьев, Эллис оставлять не стала, такой козырь всегда стоит иметь под рукой. Последний этап маскировки: костюм дроу обратился во вторую кожу, как в поединке с герцогом, создав великолепную иллюзию обнаженного мужского тела, а поверх уже одета привычная тренировочная одежда и накинут эльфийский пращ, все-таки за стенами дворца уже полмесяца как наступила зима.

До библиотеки Эллис добралась вовремя, стоило ей запереть за собой дверь, как в коридоре послышался топот спешащей отыскать королеву охраны. Друид не успел еще вернуться из города, а его помощник давно убрался отсюда и наверняка где-нибудь затаился, не желая случайно попасться под горячую королевскую руку. Это играло беглой королеве на руку.

Помещения библиотеки утопали в чернильной мгле, здесь отсутствовали окна, и в отличие от оружейной, сюда не проникал свет далеких, но ярких звезд. Но королеву это не пугало, как и неспособность зажечь свет, настроенный на магию друида. Эту часть дворца она знала настолько хорошо, что могла прекрасно ориентироваться даже в такой непроглядной черноте. Однако Эллис ожидал весьма приятный сюрприз, буквально спустя полсотки, мир вокруг расцвел всеми оттенками красного и зеленого, словно на нее надели прибор ночного виденья. Инфракрасное зрение - доступное в этом мире в той или иной степени эльфам, гномам, оборотням, демонам, драконам и, конечно же, вампирам. Приятный, но в то же время опасный сюрприз. Со слов вампиров, она со временем начала бы лучше видеть в темноте, что и произошло спустя месяц после ритуала, но она не должна была приобрести инфракрасного зрения. Выходит, кровь близняшек оказала на нее куда более сильное воздействие, чем предполагалось ритуалом. А вот почему, она подумает, как-нибудь потом на досуге, когда ей на пятки не будет наступать, разыскивающая ее охрана дворца.

Прекрасно видя очертания предметов, Эллис за сотку добралась до припрятанного у друида своего небольшого капитала. Сбегать из дворца без денег - самоубийство, а королева расставаться с собственной жизнью пока не собиралась. Надежно укрыв кошелек за пазухой, теперь уже наемник полукровка, скрылся в очередном тайном ходе, единственном выводящем не только за пределы дворца, но и за пределы столицы. Просто выйти в столицу гораздо быстрее и проще, но тогда она останется без входной грамоты. В обычном случае это оказалось бы непринципиально, документы на улицах проверялись слишком редко, но из-за ее пропажи, проверки наверняка участятся. К тому же Эллис очень надеялась, что про секретный ход, ведущий из библиотеки за пределы столицы, все уже давным-давно забыли. На плане закрытой части дворца он отсутствовал, да и она сама узнала о нем совершенно случайно, и лишь благодаря своей связи с дворцом.

Забытый то ли за ненадобностью, то ли еще по какой причине ход, создавал мрачное гнетущее впечатление, даже в инфракрасном спектре. Обычным зрением, да при пляшущем свете факела, или магического огонька, он наверняка выглядел бы зловеще, напоминая спецэффекты голливудских ужастиков. Свисающая со всех сторон паутина, капающая где-то в стороне вода, легкая сырость, и в то же время обилие пыли, вздымающейся в воздух при каждом шаге или резком движении. В носу отчаянно свербело, но Эллис мужественно сдерживала любые попытки громко чихнуть, мало ли какая пакость могла поселиться в этом туннеле, приведя его в такое запустение. Не стоит раньше времени выдавать своего присутствия.

Плавным неслышимым шагом она скользила по ровному полу просторного туннеля. Сейчас в ней не осталось почти ничего человеческого: все чувства обострены до предела, а стремительные неуловимые движения доступны лишь нелюди. Любой, кто столкнулся бы сейчас с королевой, ни на секунду не усомнился бы в ее принадлежности к расе темных эльфов - хищная кошка спешила к долгожданной свободе.

Путь занял остаток ночи, и к великому облегчению девушки прошел без приключений - ничего подозрительного или опасного в прямом, без малейших ответвлений туннеле она так и не обнаружила.

Поверхность встретила с ног до головы покрытого пылью и паутиной наемника предрассветным часом. Вокруг шелестели на ветру невиданные прежде деревья. В королевском парке такие не росли, хотя и там далеко не все лиственное опадало в преддверии зимы. Мягкий ковер из местами зеленой травки и опавших разноцветных листьев смягчал осторожные шаги девушки. Инфракрасный спектр уступил место обычному, стоило ей оказаться на поверхности. И небо над головой, проглядываемое сквозь листву и голые ветки "правильных" деревьев уже светлело. С каждой соткой тухли одна за другой яркие звезды, уступая место свету одной единственной, но зато самой близкой.

Розовый свет чарующей пеленой разливался по пробуждающемуся лесу, навевая романтическое настроение. Лишь предрассветная стужа заставляла полукровку плотнее кутаться в неплохо держащий тепло плащ, да ускорять и без того быстрый шаг. Пар изо рта свидетельствовал о температуре близкой к нулевой отметке, но сибирячку таким непривычным для этих мест холодом не пронять. Легкий морозец наоборот бодрил королеву, так и не сомкнувшую за ночь глаз, лучше всякого кофе.

Почти всегда оживленный южный тракт поразил наемника тишиной и пустотой. Не успевшие засветло попасть в столицу, и вынужденные заночевать в лесу караваны или путники только начинали просыпаться. Еще полчаса, и покатятся первые повозки, застучат по мощенной каменными плитами дороге подковы тяжеловозов, вихрем пронесутся быстроногие скакуны богатых всадников, стремящихся достигнуть моста среди первых и без ожидания в долгих очередях вступить на столичные земли. Сейчас королеве спешить не стоит: одинокий пеший путник, да еще в столь ранний час способен привлечь ненужное внимание...

Эллис отчаянно боролась со сном, навеваемым плавными покачиваниями плотно груженого обоза. Третий проезжающий мимо возница с радостью согласился подкинуть одинокого путника почти до центра столицы - главной улицы, на которой очень скоро развернется рынок, и куда он стремился попасть как можно скорее, дабы занять местечко получше, да побойчее. Крестьянин из близлежащей деревеньки оказался человеком словоохотливым, и лишь его полная эмоций речь позволяла ее величеству хоть как-то бороться со сном и сохранять бодрствующий вид.

Южный мост и находящийся там пропускной пункт они преодолели среди первых - быстро и без проблем. К тому же один из стражников оказался бывшим односельчанином Никопа, как представился возница, а потому дотошно проверять обоз не стали. Эллис естественно удостоилась, куда более внимательного расспроса, но время придумать правдивую историю у нее было. Наемник-полукровка по имени Кандер, неплохо заработал на последнем заказе, к сожалению, потеряв во время выполнения оного своего верного вороного друга с вещами, зато оказался недалече от столицы, да еще и при деньгах. А потому решил заглянуть в столичный город, прикупить хорошую лошадь, да кой-чего еще по мелочи, отдохнуть маленько, и подыскать новый заказ.

Благодаря советам Никопа приличный и не слишком дорогой постоялый двор отыскался на удивление быстро, да еще и рядом с рыночной улицей. Не место, а сказка для любого уставшего путника, впервые посетившего столицу. Комната для наемника нашлась почти без проблем и за вполне сносную плату. Кандер заплатил за семидневье вперед и роскошный завтрак. Не зря говорят, что нельзя покупать еду на голодный желудок. Эллис удалось справиться едва ли с половиной пищи, после чего из последних сил удерживая глаза открытыми, королева добрела до своей комнаты, и прямо в одежде упав на кровать, провалилась в долгожданный сон.


Ксаниэль в предрассветный час беспокойно метался по гостиной, регулярно налетая то на кресло, то на стол. Выдаваемые при этом нецензурные построения на светлоэльфийском заставили бы покраснеть любого портового грузчика со стажем. Кэриен с отрешенным видом развалившийся в кресле, лишь удивленно вскидывал брови на особо проникновенных местах, ранее таких познаний его друг не выказывал. Бушующая еще совсем недавно буря чувств улеглась, долгожданное спокойствие блаженным теплом скользило по телу. Эллис не подвела его, смогла собраться откинуть боль и обиду и начать действовать, в надежде отстоять завоеванные позиции.

- Нет, я не понимаю, как она смогла сбежать, с нашей хваленой безопасностью и с ее приметной внешностью? - продолжал негодовать король.

Герцог, ухмыльнувшись про себя, подумал, что королева и не смогла бы сбежать, если бы он не позволил ей реализовать задуманное. Хотя стоило отдать Эллис должное, она была готова к такому повороту событий и свои действия и скорость их реализации просчитала заранее. Сейчас королю и королеве будет полезно некоторое время побыть порознь, Эллис познакомится со своим королевством изнутри, а Ксаниэль может поймет, что пора менять путь к сердцу этой женщины. Но самому королю знать этих мыслей пока не стоило, а потому:

- Внешность не проблема, и Эллис далеко не дура. Если она решила убежать, то, скорее всего, знала, как решить эту проблему. Ей не сложно сойти за парня с ее то комплекцией, ну а волосы можно спрятать. К тому же у нее наверняка была припрятана какая-нибудь неприметная одежда и деньги. Да она королева, да она должна быть все время на виду, но это отнюдь не отменяет возможности подготовить и организовать свой собственный побег.

Кэриен не слишком покривил душой, и все сказанное им полностью соответствовало действительности, за исключением одного, готовился и организовывался побег под присмотром его людей. И сейчас, когда Эллис уже оказалась за пределами столицы, за ней продолжают следить его надежнейшие из сотрудников.

- Она могла спрятаться где-нибудь во дворце? - с надеждой в голосе спросил Ксаниэль. Ему, наконец, надоело сталкиваться с мебелью, и он замер посреди гостиной.

- Теоретически да. Но это куда сложнее, чем просто покинуть дворец. И я более чем уверен, ее здесь уже нет.

Король так до сих пор и не догадался о том, что его несравненная супруга во всю пользуется закрытой частью дворца, в противном случае покрывать ее герцогу стало бы намного труднее.

- Черт, она ведь совсем не знает опасностей города, да и самого города не знает.

Король не удержался и со всей силы ударил кулаком в стену, но, находясь на взводе, совершенно не почувствовал боли.

- Ксан, я не меньше твоего волнуюсь за нее, и сделаю все, что в моих силах, чтобы с ней ничего не случилось.

И опять он говорит другу правду. Его люди не позволят и волоску упасть с головы Эллис, слишком много всего завязано на эту несносную девчонку, слишком дорога она ему самому. В том же что ее величество весьма скоро вернется, он не сомневался и мгновения, уж настолько-то хорошо свою королеву он знал.

- Но о чем ты думал, скажи мне ради Первых, когда накладывал на нее заклинание полного подчинения? - все-таки не выдержал Кэриен, и задал давно мучивший его вопрос.

- Откуда ты ... - король недоуменно уставился на друга.

- Я был в гостиной после... - слова давались тяжело, слишком большое значение они имели. Очень важно сказать все так, чтобы не выдать своей осведомленности и в то же время подвести его величество к размышлениям в нужном направлении. - К сожалению, я помедлил некоторое время, пытаясь разобраться в том чувстве опасности, что терзало меня. Ты бы видел, то состояние, в котором я ее застал! - отступившие воспоминания, вновь нахлынули на герцога, и голос дрогнул на последних словах. Пришлось замолчать, собираясь с силами и прогоняя ненужные видения. - Она сидела на полу, опустив голову на грудь, застыв каменным изваянием, и ничего не слышала. Мне все же удалось обратить на себя ее внимание, и тогда она подняла на меня глаза.... Лучше бы я их не видел Ксан, столько боли, отчаянья, одиночества, обиды, и угрозы просто не может быть во взгляде столь молодой девушки. Она сказала лишь одно слово "уйди", но таким голосом, что я не посмел остаться.

- Но почему Кэриен? - слова и голос друга все-таки произвели на Ксаниэля нужное впечатление. - Почему она так отреагировала, на это чертово подчинение? Я ведь просто показал ей, что я сильнее!

- Если бы ты хоть на мгновение отвлекся бы от мысли о соблазнении собственной супруги, ты знал бы что такое для нее свобода, - обреченно и в то же время снисходительно.

- Я не понимаю тебя Кэр.

Король рухнул в кресло напротив, и с отчаяньем во взгляде посмотрел на друга.

- Для нее цель жизни свобода. Она боролась за свою независимость в своем мире, продолжила эту борьбу здесь. А ты за мгновение лишил ее смысла жизни, цели существования, показал, что все, что для нее важно, можно перечеркнуть одним заклинанием. Ну и, наверное, сказалось общее напряжение. Только подумай, она одна в незнакомом мире, и ей здесь не на кого рассчитывать кроме себя, даже собственному мужу как оказывается нельзя верить.

- Я не думал, Кэриен, я правда не думал, - в отчаянье заломил руки Ксаниэль, худо бедно осознавая масштабы своего поступка, и мотивы движущие супругой. К сожалению, слишком поздно. - Пожалуйста, найди ее, ты прав я самый настоящий дурак, и совершенно не умею обращаться с сильными женщинами! Черт попадись она мне сейчас, убил бы собственными руками, лишь бы больше не мучиться.

- Иди спать, хочешь, я усыплю тебя? - спросил герцог, наконец, покидая надоевшее кресло. Он достаточно времени провозился с другом, прикрывая побег королевы, теперь короля надо окончательно успокоить и заняться по-настоящему важными делами. - Сейчас тебе лучше отдохнуть, а я займусь поисками, и тем, чтобы информация не просочилась за пределы дворца. Побег королевы, может настроить народ против тебя.


Легкий скрип лестничных ступеней тонул в гомоне трактира с простором расположившегося на первом этаже. Вечернее время собрало в стенах заведения добрые полсотни людей и нелюди, решившей скоротать время в хорошей компании, да промочить горло в меру разбавленным элем, а то и чем покрепче. На последней ступеньке совсем недавно проснувшийся полукровка еще раз блаженно потянулся, разминая затекшие во время сна мышцы. Ступенька протяжно скрипнула, но разваливаться добротно сработанное дерево и не думало. Расслабленный взгляд пробежался по головам присутствующих, выискивая свободное местечко. Недовольно пробурчал желудок, поторапливая своего господина.

Справа от лестницы раскинулась барная стойка, оккупированная особо нетерпеливыми в ожидании выпивки клиентами. По другую ее сторону с довольным лицом протирая очередную кружку, стоял хозяин заведения. Типичный такой хозяин - обладатель массивной фигуры и былой роскоши рельефных мышц - наемник ушедший на покой, да еще и с примесью троллей крови, о чем свидетельствовал едва уловимый оливковый оттенок кожи. Слева от лестницы высился небольшой помост для выступлений. Свесив ноги, на нем восседал субтильного вида паренек, наигрывающий незамысловатую мелодию на местном струнном инструменте. Длинная челка свисала на глаза, мешая следить за собственными руками, и он поминутно забавным движением вскидывал голову, стремясь убрать проказницу с глаз долой. Играл он тихо, мурлыкая нечто себе под нос, и шум многоголосья посетителей, перемежающийся окриками хозяина на снующих меж столов слуг, почти полностью заглушал потуги менестреля. Все остальное пространство занимали плотными рядами расставленные столы, да расположившиеся за ними посетители. На счастье наемника и его живота, продолжающего выражать свое недовольство непристойными звуками, ему удалось отыскать свободное местечко за столом занятым компанией гномов.

Внимательно присмотревшись к заинтересовавшим ее коротышкам, Эллис без труда определила принадлежность оных к клану Думир. Со своими соседями по горам - дроу, гномы этого клана неплохо ладили, особенно когда те давали повод для шуток. С одной стороны в их компании ей опасаться нечего, но с другой стороны и возможность проколоться на какой-нибудь мелочи значительно возрастает. Все-таки расспросы Багиры о ее расе это одно, а реальная жизнь среди дроу совсем другое, и далеко не все ее нюансы отлично известны повелительнице. Особенно когда речь идет о полукровках, в лучшем случае получивших статус младшего члена семьи - фактически привилегированного слуги. Потому и встречаются полукровки все чаще по трактам, да с оружием в руках, а не в полумраке горных пещер, хотя многие ищут счастье в мире второго родителя, да немногие находят.

- Приветствую вас, славные труженики подгорья! - язык произнес традиционное приветствие на языке гномов, прежде чем его хозяйка сообразила, что делает. Опять поставила себя в двусмысленное положение, - подумала Эллис. С одной стороны таким приветствием, она показала, что наемник Кандер хоть немного, да жил среди темных эльфов, поскольку именно так они приветствовали соседей по пещерам. Но с другой стороны и вероятность проколоться в беседе еще сильнее возросла, особенно если речь зайдет про горы. С одной стороны, то, что Кандер говорит на других языках, отведет от нее ряд подозрений и соглядатаев разыскивающих королеву. Но с другой, если она выдаст себя чем-то другим и будет все же обнаружена, и королю и герцогу станет известно, о ее языковых познаниях. Это, в общем-то, мелочь, но даже такого мелкого козыря терять из рукава не хотелось, мало ли когда и что может пригодиться.

- И тебе приветствие, храбрый воин! - дружно ответили гномы. Эллис, скрывающаяся за маской Кандера, довольно улыбнулась - его приняли за наемника, а значит, она не ошиблась ни с маскировкой, ни с ролью.

- Не найдется ли у вас свободного местечка, для зверски голодного храброго воина? - полушутливый тон общения, да способность много выпить, всегда способствовали благорасположенности подгорного народа.

- Да как не найтись, - картинно изумился восседающий во главе стола гном, скорее всего старший в этой компании, - для собрата по пещерам всегда найдется!

Кандер довольно плюхнулся, на предложенное место. Едва успели представиться друг другу, как на время замолчавший живот, вновь напомнил о себе, вызвав довольный хохот коротышек, и легкое похлопывание по плечу соседом. От неожиданности и силы этого "легонького" хлопка наемник едва не врезался животом в стол. Гномы вновь разразились басовитым смехом, тонущим в шикарных бородах. Как выяснилось малыш Лори (всего-то за пятьдесят лет перевалило), никак не может научиться рассчитывать свою силушку, особенно для дружеских объятий. Представив, как затрещат ребра в хватке этого великана, по меркам гномов, Эллис под шумок отодвинулась от него на самый край лавки, чем заработала парочку улыбчивых взглядов.

Служанка появилась на удивление быстро, и, приняв заказ, мгновенно скрылась, если еда появится так же споро, а не после часового ожидания, то видать хозяин не зря с грозным видом покрикивает на слуг. Ну а заказанный на всю компанию эль еще надежнее расположил гномов к наемнику. Стоило служанке удалиться, как один из них поспешил завязать беседу:

- Ты ведь сегодня приехал? - скорее утвердительно, нежели вопросительно произнес сидящий напротив гном, с тонким шрамом через всю правую скулу, теряющимся где-то в недрах густой каштановой бороды.

- Так и есть, я тут на последнем дельце неплохо заработал, да вот только безлошадный недалече от столицы и оказался. Дай думаю, схожу сюда, посмотрю чего тут интересного, лошадкой хорошей обзаведусь, да прочими вещами наемнику необходимыми. А то все добро-то с кобылкой и кануло. Да и по дорогам слыхал, иномирская королева появилась! - Эллис решила как можно скорее перевести разговор, на интересующую ее тему, и уйти подальше от скользкой темы наемничества, придумать-то байку о своих похождениях несложно, но лишний раз рисковать совсем не хочется.

- Хорошая королева, - мгновенно среагировал один из гномов, по имени Гром, на взгляд Эллис более мелкий, чем остальные, если такое описание вообще применимо к этим кряжистым существам. - Мой дядька, лучший мастер нашего клана на торжествах-то присутствовал. Так вот он сказывал, что королева не баба, а огонь. Умная, дельная, настойки нашей не чурается...

- Уважение и почет от гномов, - хмыкнула Эллис, ничуть сказанному не удивившись, - а чего еще интересного скажите, уж не первый день здесь торчите?

- Да месяц считай, в столице-то, - печально вздохнул один из гномов на дальнем конце стола, за что тут же удостоился легкого тычка под ребра от более веселого соседа.

- А интересного тут, что не день так происшествие, не заскучаешь. Вот нынче ночью во дворце какой-то переполох приключился, да только никто ничего не слухом, ни духом.

Девушка про себя поаплодировала Кэриену, хотя и не сомневалась в его способностях и возможностях. Тут как раз принесли заказанную еду, и беседа на некоторое время прервалась. Гномы довольно мочили свои бороды в пиве, а наемник полностью сосредоточился на удивительно вкусной еде.

Дверь медленно, словно нехотя, закрылась за спиной полукровки, отрезая его от звуков царящего в трактире веселья, и назревающей в дальнем углу драки. Слегка покачнувшись от ударившего на свежем воздухе хмеля, Эллис поняла, что очень вовремя покинула компанию главных выпивох этого мира. Задержись наемник среди них еще на полчасика, и возвращаться в свою комнату пришлось бы походкой моряка на суше, а то и вовсе ползком. Да и эль под конец плескался из кружек излишне резво, попади он нечаянно на руки или лицо наемника и его маскировка приказала бы долго жить. Находиться двадцать часов в сутки под тональным кремом, да еще и опасаться любой жидкости, не самое приятное времяпрепровождение, но более стойких гримирующих средств, королева пока не имела.

Днем, распрощавшись со звуками трактира, Эллис окунулась бы в мир городских звуков, куда более интенсивных и громких. Но сейчас на улицах правил вечер. Зазывалы с главной улицы уже откричали свое в стремлении привлечь покупателей. Лишь припозднившиеся клиенты, да не успевшие продать все за день торговцы, продолжали свой торг; проносились по опустевшим улицам всадники и экипажи, спешащие на очередной светский прием; кое-где позвякивали доспехи и вооружение стажи, однако и они не спешили посещать территории, где царствует ночная госпожа; в стороне подвывала собака, да порой издавала звуки прочая домашняя живность, в прежнем мире королевы совершенно не водящаяся; а в остальном царила тишина, с приходом сумерек стремительно расширяющая свои владения.

Странное время - время лихих людей в темных переулках. Так отчего же оно так манит добропорядочных граждан. То ли крови не хватает адреналина, чувства неминуемой опасности, безрассудного риска, то ли так завораживающе действует подступающая к городу ночь. Есть что-то очаровательное в приходе этой красавицы, в удлиняющихся тенях, более мягких границах света и тени, все сильнее размывающихся с каждой прошедшей соткой, в царящем вокруг полумраке и магических огнях, что постепенно разгораются на главных улицах, да в богатых городских кварталах на севере. Звуки дневной суеты окончательно покидают город, почти уходит из ночной жизни города и вездесущий человек, наверное, этим более всего и приятен вечер.

Она помнила карту столицы до мелочей, но сейчас шла куда глаза глядят, не утруждая себя ориентированием на местности, или запоминанием дороги. Город сам вел королеву, вел в не самые лучшие свои кварталы, где не встретишь блеска дорогих домов, где нет праздно гуляющих горожан уверенных в своей безопасности, зато там с легкостью можно нарваться на грабителей и из-за пары медяков распрощаться с собственной жизнью. Эллис прекрасно осознавала грозящую ей опасность, но не слушать город и не идти на его зов не могла. Она еще не привыкла ощущать себя неуютно без оружия, хотя именно так должен чувствовать себя наемник, попавший в столицу и вынужденный хранить верный меч в комнате постоялого двора. Да и висящий на поясе невидимый эльфийский кинжал приятно холодил руку при каждом случайном касании.

Свернув в один из темных переулков, девушка ощутила движение позади себя, чувства мобилизировались, напряглись до предела, адреналин ударил в кровь и на место легко страха пришли азарт и риск, хищное предвкушение встречи и возможности поразмяться. Наемник продолжил путь, как ни в чем не бывало, лишь блеск посеревших глаз говорил о том, что сегодня кому-то очень сильно не поздоровится. Пройдя, метров пять он окончательно убедился в наличии парочки громил, идущих следом почти не скрываясь - то ли не посчитали это нужным, то ли не умели. Наконец, еще одна пара возникла из полумрака прямо перед полукровкой. Не так давно приобретенное острое зрение, позволило Эллис разглядеть противника, даже во тьме переулка. Внешность этих двоих ничего примечательного не содержала. Перед королевой стояли самые типичные представители местной человеческой расы, с легкой далекой примесью тролльей крови, наделившей обладателей шкафоподобной фигурой.

- Ну что грязный полукровка, будешь делиться золотишком по-хорошему? - на скромный взгляд Эллис, главарь этой банды выглядел излишне самоуверенно. Для настоящего полукровки наемника, да еще хоть немного пожившего у дроу, сделать четырех громил даже без оружия не составит труда. Только вот она далеко не полукровка и опыта уличных драк не имеет, а тренировочные спарринги здесь не лучшие помощники. Так думал холодный разум королевы, а вот горячая кровь звала в бой - звала проверить, испытать свои силы. А еще безудержным пламенем, где-то в крови разгоралось любопытство....

- Вы так уверены, что вчетвером сможете со мной справиться? - не смотря на неравные силы, сейчас Эллис совершенно не испытывала страха, и голос звучал твердо и уверенно.

Не без удовольствия она заметила, что заставила парней задуматься. И, тем не менее, грабители, находящиеся позади, попытались незаметно к ней подкрасться. Видимо они все-таки не умели этого делать. Она и простым слухом уловила бы их передвижения, что уж говорить об обостренном нечеловеческом.

- Эй вы, пара оболтусов позади меня! - весело окликнул их наемник. - Не смешите так больше, пожалуйста! К полукровке так подкрадываются только самоубийцы, вас же за Ди слышно!

Грабители замерли в нерешительности, а лицо главаря изобразило еще большую задумчивость, похоже, до него стало доходить, что перед ним не богатенький полукровка аристократ, а наемник, и не думающий дрожать при виде массивных ножей. Охвативший девушку немногим ранее азарт недовольно заурчал, почувствовав, что драки, скорее всего, удастся избежать, врожденная осторожность наоборот возликовала. Как оказалось преждевременно. Не успела королева расслабиться, как главарь переменился в лице. Недолгие размышления все-таки привели его к мысли, что четверо легко справятся с хрупким и безоружным полукровкой.

Эллис закрутилась волчком - четыре месяца почти ежедневных тренировок не прошли для нее зря - двигаясь намного быстрее неповоротливых громил, она с легкостью уходила из-под ударов, но наносить ответные пока не спешила - ей захотелось поиграть. Пьянящее чувство собственного превосходства и жгучее любопытство - а на что еще она способна, вскружили голову. Но силы все же неравны, а потому следует слегка подправить ситуацию. Скрестить траектории, незаметно оказаться между, спровоцировать удар, пригнуться за мгновение, и буквально кожей почувствовать, как совсем рядом всколыхнул воздух огромный кулак. Едва уловимый хруст, на пределе ее слуха - удар все же нашел своего адресата. Тело с протяжным кряком вписалось в стену. Слева от него скрипнула раскрывшаяся дверь, и на сцене появилось еще одно действующее лицо. Чувства лишь зафиксировали произошедшие изменения, думать по этому поводу пока некогда. Очередной разворот и еще пара стремительных движений, трое на одного все равно не очень-то честно. И они, не желая расставаться со своим преимуществом, из последних сил усиливают натиск. Веселье весельем, но на чистом адреналине ее надолго не хватит. Хотя так хочется узнать свой предел....

Зазевалась. Опасный удар, ей не уйти из под такого... раньше, но когда в крови бурлит адреналин, даже невозможное возможно. В последний момент она все же успела поднырнуть под замах ножом. Они с главарем оказались слишком близко, и он радостно оскалился, готовясь настигнуть полукровку. Но уже спустя мгновение улыбка сменилась недоумением и хриплым стоном. В это мгновение встретились их взгляды, в это мгновение грабитель увидел свою смерть в темно-серых глазах противника, в это мгновение клинок покинул ножны и обагренный в крови вернулся обратно. Этого мгновения оказалось достаточно, чтобы забрать жизнь неудачливого главаря банды. Бездыханный труп упал к ногам. Но смерть не охладила азарта боя, не ворвалась стремительной мыслью в сознание, не породила панику в чувствах. Если бы королева хоть на мгновение задумалась бы над этим, она очень сильно удивилась бы самой себе.

Стремительный разворот, там позади осталось еще трое противников не пожелавших закончить дело миром, и один новый игрок, чьи намеренья нужно выяснить. Но не она одна управилась за мгновение. Посреди переулка четко вырисовывался силуэт скрытого под плащом незнакомца, поигрывающего двурушником, так словно это легонький кинжал. Кровь, вязкой багровой жидкостью стекающая с меча свидетельствовала о том, что три громилы в неестественных позах развалившиеся между ней и незнакомцем, тоже мертвы. И опять разум и чувства лишь констатировали факт чужой смерти, ни страха, ни ужаса, ни содрогания.

- Спасибо за помощь, но в ней не было необходимости, я и сам бы справился, - едва Эллис договорила, как незнакомец поднял голову и удивленно уставился не нее, словно что-то пытаясь вспомнить, или кого-то узнать.

Этот проницательный взгляд, приправленный ехидцей и самодовольством, казался до боли знакомым. Теперь и она застыла посреди мрака ночи, пытаясь вспомнить, где же она могла видеть незнакомца, или хотя бы его взгляд. Он тряхнул головой, то ли недоуменно, то ли прогоняя наваждение, и огненная прядь выбилась из-под капюшона, прогоняя последние сомнения королевы.

- Мы случайно не знакомы? - произнес свои первые слова в этом переулке Рен. Этот бархатный тенор королева никогда не спутала бы ни с чем на свете, в ответ она лишь довольно улыбнулась и, заговорила, перейдя на язык дроу.

- Случайно знакомы, ваше величество, - девушка мгновенно оказалась рядом с демоном и радостно повисла на его шее, - четыре месяца назад мы очень славно погуляли в твоей любимой таверне.

Ничего не понимающий демон статуей замер посреди переулка. Успев слегка отстраниться, Эллис заметила, как немного покраснели щеки приятеля, а в глазах мелькнул странный огонек. Королева не удержалась от хмыканья, поняв, о чем подумал, не узнавший ее Рен, и какие грешки за ним оказывается, водятся. Но насладиться смущением приятеля у нее не получилось, пришлось спешно закрывать рот демону. Она вовремя заметила, как тот переменился в лице, а в глазах заплясали демонические огоньки узнавания.

- Меня зовут Кандер, если ты успел запамятовать, мой друг, - предупредила ненужные расспросы Эллис, освободив демона от своих объятий. - Давненько не виделись, ты какими ветрами в столице? - продолжила королева, рассматривая приятеля в непривычном для демонов неброском наряде. Он в ответ, не менее пристально разглядывал еще более кардинально изменившую внешность подругу. И глаза обоих лучились радостью встречи, а еще предвкушением, чего... пока неизвестно, но такие встречи всегда влекут за собой интересные события.

- А я смотрю, ты изменился, - наконец лукаво хмыкнул Рен, игнорируя только что заданный вопрос. Брошенный в ответ взгляд не предвещал ничего хорошего одному демону решившему потянуть кота за хвост и еще больше разжечь и без того немалое женское любопытство. - Хорошо, хорошо! - поспешно сдался повелитель, в подтверждение своих слов забавно взмахнув руками и сделав парочку шагов назад, подальше от грозной королевы в обличии дроу-полукровки. - Сам знаешь из-за кого!

Руки уперты в бока, брови вопросительно изогнуты, пара наступательных шагов, чтобы вновь сократить дистанцию. Оба приняли правила новой забавы, и неважно, что в паре метров от них по мостовой растекаются алые лужи. Это уже в прошлом. А может это всего лишь защитная реакция организма.

- Ее величество Баграсинаэралин рассказала мне о том, что приключилось, и попросила узнать как там дела у королевы, и не надо ли ее спасать из очередной неприятности.

Эллис презрительно фыркнула, она пока и без помощи демона неплохо справлялась. Рен лишь невинно пожал плечами и, подхватив под руку полукровку, направился прочь от места разборки. Рано или поздно здесь все же объявится стража, и тогда придется доказывать необходимость такой крайней самообороны.

- Ну а поскольку путь во дворец мне заказан, да и дополнительных неприятностей устраивать не хотелось, решил наведаться к своим осведомителям. Только вот никому ничего неизвестно, кроме того, что во дворце что-то произошло.

- Ну да, а потом вышел на улицу, где нехорошие дяденьки бедного полукровку обижают. Эх, почти не дал поразвлечься... - мечтательно и протяжно, голосом сытого хищника, успевшего не только расправиться с дичью, но и насладиться охотой, протянула Эллис. И вновь резкая смена тона и темы: - Слушай Рен, а где твой меч?

- А, это просто, - беззаботно отмахнулся грозный повелитель самой беспокойной расы мира. - Мы демоны вообще никогда не таскаем с собой оружия, нам проще телепортировать его в нужный момент сначала к себе, а потом обратно. Ведь замучаешься таскаться с такой дурой. Так что сейчас его приводят в порядок слуги. А ты рисковый, и чего тебе не сидится, сам знаешь где, и что ты вообще делаешь в таком виде в таком районе? - шутливый тон, продолжение начатой игры, только вот интуиция подсказывает, что отшутиться в ответ от подробного рассказа, все же не удастся. Не одной ей свойственно безудержное любопытство, не замечающее преград на своем пути, подобно разбушевавшейся стихии.

- Ну, я оказался тут, потому что решил прогуляться, обожаю бродить по вечернему городу, куда глаза глядят. А если серьезно, - Эллис от греха подальше перешла на шепот, уверенная что слух у демона будет получше ее собственного, - то про вчерашний совет ты в курсе. А дальше все просто и банально, он напился, накрутил себя, обвинил меня черти в чем, не дал и слова сказать в оправдание, и применил какое-то заклинание, полностью подчинив меня. Я едва не сломалась, спасибо Кэру вовремя появился и вернул меня к действительности. После чего, я просто сбежала из дворца, не на совсем конечно, так дней семь. Видеть его не могу, после того, что он сделал. Ну и наверное надо отвлечься от основных дел, разведать обстановку и настроения населения. К сожалению, я уже успела убедиться в правоте Эссси, весь вечер спиной ловлю недружелюбные взгляды. И это при том, что я скрываюсь под маской полукровки. Выдай я себя за чистокровного дроу, и одной этой заварушкой я наверняка не отделалась бы.

- Ага, и поэтому ты поперлась в самые опасные кварталы столицы!?

- Я не знала, что они такие, я просто гуляла.

Демон скептически взглянул на такое невинное личико приятельницы, что та все же смутилась, пусть всего на пару мгновений.

- Хотя если честно, я знала, что сегодня непременно во что-нибудь вляпаюсь, так было нужно.

- Нда, хорошенькое нужно, представляю, как удивится тот человечка, когда очухается, а его подельники нет.

- Ты ошибся, он не очухается, я его убила, - равнодушно, так, словно речь идет о ничего не значащем событии. Эллис сама удивилась своему спокойствию и холоднокровию, что уж говорить о демоне, замершем посреди улицы, и словно диковинку на рынке, разглядывающем королеву. Что за ирония судьбы, она столь радеющая за мир, является теперь убийцей. И не важно, что они грабители, и возможно на их счету не одна человеческая и не только жизнь; и не важно, что они вполне достойны смерти, они все равно люди, а она все равно не имеет права лишать другого человека жизни. Даже в мире, где жизнь не столь ценна, как она привыкла считать. Так почему же тогда ее не грызет чувство вины...

- Ты не ошибаешься? - Рен очень внимательно еще раз осмотрел ее с ног до головы. - У тебя же нет оружия!

- Есть, подарок Асирьи, - продолжила пугать демона своим равнодушием Эллис, где-то глубоко внутри довольная тем, что даже маг уровня Рена не смог почувствовать клинок.

- Ведь ты ... - Демон замялся, поражаясь свалившейся на него деликатности, и страха навредить этой девушке лишним словом, но как же тяжело удержаться от мечущихся в голове вопросов. - А как же...

- Да, - пронзительный серые глаза спокойно смотрели на повелителя, и в них сейчас плескалась мудрость не свойственная столь юному человеческому существу, - я убила впервые, и я помню, что говорила о войне. Я не отказываюсь от своих слов, более того не только война не может быть во благо, но и убийство всегда есть зло. Но я сама не знаю в чем дело. Мне страшно, что я не чувствую того, что должна бы чувствовать. И вместе с тем знаю - я поступила правильно. Словно решение о его смерти принимал кто-то кто имел на это полное право, а я лишь исполнила его волю... А черт, - неожиданно в отчаянии махнула рукой девушка, и тряхнула копной черных, как мрак переулка волос, что за время боя выбились из плотно перетянутого хвоста. - Все равно нет слов, чтобы это объяснить.

- Слов и не нужно, теперь я понимаю, чем ты покорила Эссси.

Недовольный вздох Эллис, заставил демона оставить его прочие мысли на эту тему при себе.

- Слушай, а куда мы идем? - спохватился наемник, обозревая сквозь ночной мрак смутно знакомые очертания улиц.

- Как куда, в мой любимый столичный трактир! Надо отметить нашу встречу!

- О, нет, ты хочешь моего разоблачения в первый же день? - осторожность и жажда веселья отчаянно боролись в душе ее величества.

- Наоборот, зная то, что говорят о вашем главе безопасности, это будет неплохим прикрытием. Он ведь не считает тебя дурой!

- Нет, скорее Кэриен знает, что я не так проста, как кажусь на первый взгляд.

- Значит, он должен понимать, что тебе хватит ума не светиться в моей компании, - довольно заключил Рен, еще стремительнее увлекая за собой полукровку. - К тому же я регулярно развлекаюсь в столице, и чаще всего как раз в компании наемников полукровок. Так что тебя примут лишь за одного из множества моих приятелей.

- Наверное, ты прав, - излишне грустно согласилась Эллис, думая о том, что последнее время все чаще идет на поводу у своих чувств. Хотя она и раньше никогда не отказывалась от возможности хорошо провести время, но там был другой мир и другая жизнь. - Пока я чист, у меня есть входная грамота, и болтаю я в основном не на всеобщем. Это должно отвести подозрения, главное под действием алкоголя не забыть, кто есть кто.

- Ну, об этом не беспокойся! Так ты, Кандер, со мной? - чего-чего, а вопросительных интонаций в голосе одного нахального приятеля королева так и не услышала.

- Спрашиваешь, когда еще доведется так повеселиться.

- Кстати мы уже пришли, - Эллис с удивлением обнаружила, что стоит перед собственной гостиницей, с таким банальным и в то же время забавным названием "У пьяного тролля"

- Хм, вообще-то я именно тут и остановился.

- Хороший вкус не пропить, - глубокомысленно изрек демон, вызвав крайнюю степень изумления королевы, перешедшую в не менее крайнее желание кое-кого придушить на месте. Но демон вовремя уловил смену настроения, и поспешно удалился на безопасное расстояние. - Эй, приятель полегче, это же шутка!

Эллис сделала вид что простила, но зарубку на память оставила, теперь, когда у нее очень хорошая память, не забыть про месть будет несложно.

Когда довольно улыбающийся повелитель демонов, уже не скрывающий свою внешность, и наемник полукровка вошли в таверну, лицо ее хозяина стало мрачнее тучи, однако руки так и терлись в предвкушении заработка. И Эллис помнившая, прошлую вечеринку, прекрасно понимала трактирщика - придется много чего восстанавливать, правда, оно стоило того, демон всегда щедро покрывал все расходы.


Глава двенадцатая. Rouge et noir.


Тайными тропами дворца, как всегда задумчивый глава службы безопасности, приблизился к королевской спальне. Ксаниэль естественно еще видел сны в столь ранний час. Но это дело поправимое. Одно маленькое заклинаньеце, едва не забытое из-за редкого применения, но все же сохранившееся на страницах древнего фолианта. И пусть король и дальше ломает голову над тем, как герцог безошибочно узнает момент пробуждения. Пожалуй, Эллис уже за пару месяцев поняла бы, что ее будят магическим путем, а вот Ксаниэлю и в голову не придет заподозрить друга в таком коварстве. Бесшумный механизм потайной двери сработал, освободив путь к королевскому ложу, где возлежащий Ксаниэль сквозь полуприкрытые веки задумчиво смотрел на друга. Кэриен привычно проигнорировав этикет, с комфортом устроился в кресле.

- Есть новости? - с надеждой в голосе спросил король, пытаясь принять подобие сидячего положения в ворохе подушек, переехавших к нему вместе с супругой.

- Почти, мой король, почти, - задумчиво потянул герцог, с маниакальным интересом рассматривая потолок. Должность требовала от него постоянных и правдивых отчетов сюзерену. Особенно когда хватало новостей. И герцог сам удивлялся тому, что ему до сих пор удается балансировать на грани, и король еще не прижал его к стенке, требуя немедленного ответа, как же его служба безопасности прозевала столь масштабную деятельность Эллис и ее побег. Слишком сильно Ксаниэль переживал произошедшее, и видимо, поэтому он так до сих пор и не начал думать.

- Прекрати интриговать и переходи к делу! - не выдержал возникшей паузы Ксаниэль.

- Вчера в столице объявился Рстатришстрен, и как обычно едва не разнес трактир, - принялся рассказывать чистые факты Кэриен, естественно без собственных выводов, и упоминания о том, что они получены от человека наблюдающего именно за Эллис.

- Она была там? - его величество, даже оставил борьбу с непокорными подушками, всецело сосредоточившись на ожидаемом ответе.

- Не думаю что ее величество настолько неосмотрительна.

Вернее будет сказать, не думал. Хотя не знай он наверняка что, за на удивление хорошей маскировкой скрывается Эллис, он бы не усомнился в том, что наемник просто один из множества приятелей повелителя. Похоже, придется в очередной раз пересмотреть модель поведения девушки.

- Триш гулял в компании наемника дроу-полукровки и гномов. Мои люди естественно проверили этого парня. Он пришел в столицу рано утром, в компании одного крестьянина из близлежащей деревеньки. Остановился в гостинице, где и произошло все веселье. Вечером ужинал в компании гномов, неплохо говоря на их языке, из чего можно заключить, что наемник проходил обучение у родственников.

Еще одна причина для удивления и недоумения. Знание королевой языка гномов и дроу, едва не поставило Кэриена в тупик. Она конечно иномирянка, и способна на куда большее, чем местные барышни, но даже у нелюди на изучение другого языка уходит значительно больше времени, чем четыре месяца. Про два языка и говорить не стоит. Он худо-бедно понимающий пять, потратил на это двадцать лет своей жизни. И эту загадку, ему как-то предстоит решить.

- На ночь глядя он пошел бродить по городу, причем быстро ушел в портовый район, где естественно подвергся нападению грабителей. Итог четыре трупа, один от руки наемника и три на счету подоспевшего на помощь повелителя демонов. Выглядит все это, как заранее назначенное рандеву. После чего они, спокойно болтая, направились в таверну, где и загуляли до утра. Но видимо, им не хватило девушек легкого поведения, и они отправились в дом к мадам Розалии, где до сих пор и прибывают. Более никого подозрительного и хоть как-то напоминающего Эллис вблизи демона обнаружено не было.

Третья и самая сильная причина для удивления - смерть грабителя. Эллис, конечно же, достаточно тренирована, чтобы постаять за себя, и судя из доклада, она неплохо справилась бы и без помощи приятеля. Но убить.... Кэриен искренне считал ее неспособной на убийство. Все ее проникновенные речи о мире, о неприемлемости войн, о ценности жизни разумного существа... Они так не соответствуют холоднокровному убийству грабителя. Он бы понял, если бы это произошло в состоянии аффекта, в попытке защититься в неравном бою, с непременной истерикой после. Первая смерть она вообще всегда самая тяжелая, она навеки остается рваным шрамом на сердце, и ему это очень хорошо известно. Но наблюдатель уверяет, что она убила, не имея никаких предпосылок к столь кардинальным мерам. Более того, никакой истерики, ничего похожего на сожаления не последовало, она, спокойно болтая с демоном, пошла в трактир, где веселилась всю ночь. Единственно объяснение, которое он в состоянии ей найти, Эллис просто не поняла что убила, возможно, выхватила кинжал машинально, просто не осознав этого факта, или уверена, что всего лишь ранила парня. Но что если это не так. Что если, она полностью отдавала себе отчет в действиях, что если он совершенно ничего о ней не знает, и все их разговоры это игра, где им так умело манипулируют, заставляют поверить в нее, поддержать, а за всем этим стоит всепожирающий мрак. Кэриен перевел сосредоточенный взгляд на короля, стремясь прогнать нехорошие мысли, сейчас не время так думать. Не время и не место.

- Каковы будут дальнейшие действия? - спросил погрустневший король, как бы он хотел, чтобы его королева поступила опрометчиво и связалась бы с Рстатришстреном.

- Я приставил к ним своих людей, если демон самостоятельно, либо через приятеля наемника попытается найти Эллис, мы тоже найдем ее.

Он-то, конечно, знал, что искать девушку ни тот ни другой не будут, но стандартную слежку непосвященных оставил, в дополнение к уже имеющейся. Повелитель демонов тоже не глупец и если после всего устроенного, он не обнаружит пристального внимания к их персонам, то вполне может, тщательно присмотревшись, обнаружить следящего за Эллис. А так решат, что наемника посчитали за связного, и он глава СБ пока ничего не знает.

- Ты в этом уверен? - настроение короля этим утром явно оказалось далековато от оптимизма.

- Конечно же, нет. Тришу ничего не стоит уйти от любого наблюдения, нам ли этого не знать. А вот с полукровкой вполне может получиться.


Довольный прошедшей ночью Триш с коварным оскалом в пол-лица и хитрющими глазами ввалился в комнату со сладко и мирно посапывающим наемником. Умильно взглянув на спящую девушку, демон бесцеремонно принялся ее будить. Эллис проснулась мгновенно, она всегда отличалась чутким сном и способностью быстро просыпаться. Но на этот раз королеве вставать совершенно не хотелось. Чертов демон вырвал ее из объятий такого прекрасного сна, что непременно хотелось его досмотреть. Ее попытки отмахнуться от приставучего приятеля и сохранить остатки сна, привели к непредсказуемому результату, в виде падения с дивана прямо на демона. Возникшее двусмысленное положение, неплохо заменило собой так и недосмотренный сон.

- Какого демона, ты не даешь мне поспать? - недовольно пробурчала девушка, с удобством устраиваясь на удивленном, от такого использования себя любимого, друге. При этом она все-таки сумела, как бы случайно, но очень больно пройтись по нему своими конечностями. А вот нечего будить в такую рань не выспавшихся его стараниями девушек.

- Такого, что если мы задержимся тут слишком надолго, это может вызвать подозрения, а мне очень интересно узнать, как тебе Роза и о чем вы уже успели договориться? - демон то ли от болевых ощущений, то ли еще от чего пришел в себя, и поспешил применить свободные руки по назначению. Эллис довольно то ли муркнула, то ли хрюкнула в ответ.

- Так остался бы с нами, а не развлекался бы в соседней комнате с девочками, - блаженно выдохнула королева, просто тая в умелых демонических руках. Ее супруг тоже не промах, а в попытках соблазнить ее так и вовсе проявляет чудеса изобретательности. Но с ним у нее нет возможности расслабиться и просто насладиться происходящим не опасаясь, что это приведет к проигрышу. А вот демон лишнего себе не позволит, знает, как победа важна для нее, особенно после того, что случилось.

- Ты что Кандер, они бы на меня обиделись! - с почти искренним недоумением в голосе ответил Рен, любуясь полностью посеревшими глазами девушки - интересная особенность радужки, менять цвет в зависимости от силы владеющих хозяйкой чувств.

И зачем ты только научилась сохранять в своих глазах ясную голубизну, ведь серый цвет тебе куда больше к лицу, - подумал демон, а вслух сказал:

- К тому же это могло вызвать подозрения, Роза никогда не развлекается с двумя мужчинами, когда один из них я.

- Ладно, а то время и вправду идет.

Глаза мгновенно приобрели свой обычный цвет, а Эллис ловко покинула объятия Рена, все же не удержавшись от еще парочки болевых подарков. Ведь вчерашней шутки она не забыла. Приняв вертикальное положение, королева попыталась привести свою одежду хотя бы в подобие нормального вида. К сожалению почти безуспешно, тут разве что с утюгом можно справиться.

- Мы с ней вчера очень мило побеседовали, Роза посвятила меня во все последние новости и слухи, которые гуляют по королевству. К сожалению, они неутешительные, межрасовая обстановка накалена почти до предела, лишь мое появление и дружба с нелюдью слегка постудили некоторые горячие умы. Но это лишь отсрочка неизбежного. Одно радует, моя деятельность еще не всплыла, и меня пока не пытаются дискредитировать, но это опять же дело времени. Я вчера весь вечер ломала голову над тем, как сработать на опережение. Ну а самое главное, Роза согласилась стать моим агентом. У нее много хороших знакомых среди наемников и она обещала поговорить с самыми надежными из них. Если их удастся завербовать, то я смогу получать информацию, о реальном положении дел в королевстве и проблемах существующих у простых граждан, как говорится из первых рук и без прикрас.

- Тогда прими мои поздравления королева! - Триш тоже соизволил подняться с пола.

- Спасибо Рен, ну что в трактир отсыпаться?

- В трактир это ты, а я к себе, в столице мне больше делать нечего. Да хочу предупредить, твой приятель, похоже, приставил к нам парочку своих людей, - беззаботно, как ни в чем не бывало, заметил несносный повелитель. - Думаю тот, что будет следить за тобой язык дроу и гномов наверняка знает, так что постарайся не выдать себя.

- Так может они уже знают, что я королева? - все еще весело поинтересовалась девушка, портить такое хорошее настроение, даже возможностью разоблачения совсем не хотелось.

- Может и знаю, а может связным считают.

- Я, конечно, убегая, не желала такого пристального внимания к своей персоне, но так даже интереснее, - вчерашний азарт, вновь проснулся в крови королевы. - Что ж посмотрим кто кого.

- Ну, лично я в тебе не сомневаюсь! - ехидно бросил демон, телепортируясь куда подальше, от одной девицы, решившей пошутить в ответ, чем-нибудь потяжелее.


Незыблемый гомон, почти полного трактира остался за дверью, зато на наемника полукровку обрушился извечный гул дневной столицы. Удачное расположение любимого трактира Рена, всего в квартале от главной улицы столицы, днем превращающейся в рынок, имело в связи с этим и ряд понятных минусов. Ведь найти рыночную улицу всегда можно по шуму, доносившемуся из торговых рядов: постоянные выкрики зазывал, сливались в единый рокот и разносились над значительной частью столицы. А Эллис уже порядком отвыкла от музыки большого города, за те четыре месяца почти безвылазного пребывания во дворце.

Большой город в любом мире - это город, населенный множеством далеко не тихих звуков сливающихся в неповторимую какофонию, присущую только этому месту. Если в родном городе Эллис, или в столице ее родины основные шумы производили машины, охладительные системы магазинов и супермаркетов, рабочая техника и прочие механизмы, то здесь их прекрасно заменяли сами люди. Королева, направляясь в сторону главной улицы, думала о том, как же у людей, получается, быть настолько шумными, что они почти ни в чем не уступают машинам ее мира, хотя, возможно это она слишком привыкла к тишине тренировочного зала и библиотеки.

Расставшись с демоном и плотно пообедав в трактире, девушка решила перебороть нахлынувший сон. Как результат, наемник, за которого она себя выдавала, вынужден теперь протискиваться в толпе людей заполонивших главную улицу. Эллис, активно работая локтями, думала о том, что любопытство до добра не доводит, ведь ей ничего не стоило пройти мимо этой людской толчеи и прямиком направиться по адресам, полученным от Розы. Но что поделать, королеве слишком хотелось посетить местный аналог рынка, не смотря на то, что в прошлой своей жизни она старательно избегала подобные места, предпочитая более дорогие, но зато и более комфортные, торговые комплексы.

Шопинг, сколько удовольствия и одновременно печали может принести это нехитрое действо в ее мире. Эллис никогда не была помешана на одежде, лейблах, и моде, главными критериями выбора всегда оставались удобство и соответствие собственному стилю. Она могла долго не покупать ничего нового, просто потому что ей хватало уже имеющегося, а могла вдруг пройтись по магазинам и купить нечто особо понравившееся для поднятия настроения. И все же, ей, гуляя по магазинам, порой так хотелось иметь возможность купить все приглянувшиеся и подошедшие вещи, невзирая на их цену. Пожалуй, сейчас она даже имела такую финансовую возможность, вот только магазины с пестрыми рядами готовых кофточек, юбочек, брюк и прочего остались в ее мире. Здесь тоже были лавки с готовой одеждой, но подобным разнообразием они похвастаться не могли. Пока не могли...

Сегодняшний шопинг носил в первую очередь вынужденный характер, ибо ее тренировочный наряд, после беспокойной ночи имел весьма плачевный вид и требовал срочной замены. Наконец, выбравшись из толпы и скрывшись в одной из боковых улочек, Эллис критически осмотрела свой внешний вид. Сейчас она выглядела еще хуже, чем после подъема устроенного Реном. Выругав себя еще раз за идею потолкаться на главной улице, девушка решила идти до рекомендованной лавки в обход прочих скоплений народа.

За примерками, да ходьбой от одной лавки к другой незаметно пролетело время. Улицы города все больше погружались во мрак удлинившихся теней. Но торговцы пока не спешили закрывать свои лавки, поджидая припозднившихся клиентов. Перехваченный у какой-то торговки местный аналог пирожка с мясом немного притупил голод, сослужив не самой полезной заменой ужину, зато Эллис решила заскочить напоследок в оружейную лавку, рекомендованную гномами. Она уже поменяла свое одеяние на новое и не мятое, а через пару дней следовало забрать целую коллекцию просто жизненно необходимой наемнику одежды. Ноги она упаковала в чертовски дорогие сапожки эльфийской работы, позволяющие бесшумно ходить по лесу, даже неопытному в таких делах человеку, про защиту от влаги, холода, скольжения и еще много чего, и говорить не стоит. Хотя самое главное тут удобство и комфорт, поэтому со значительной частью своего капитала королева рассталась без сожалений. Во дворце ей подобным не обзавестись, там, на пожелание иметь эльфийские сапожки она получит пыточный элемент моды светлых красавиц.

Красивым перезвоном прозвучал входной колокольчик, едва полукровка пересек порог оружейного магазинчика. Мягкий полумрак обычному человеку не позволил бы разглядеть обстановку комнаты, но она-то не обычный человек, а дроу-полукровка. Из уст едва не вырвался преждевременный вздох разочарования - маленькая комната, оказалась заставлена стойками с весьма добротным, а местами и посредственным, но стандартным вооружением. Ярко вспыхнувший магический свет едва не ослепил наемника, а из дверцы напротив входа пыхтя и чертыхаясь, выскочил всклокоченный гном. Короткие каштановые волосы на голове стояли дыбом, и его руки отчаянно пытались придать прическе более подобающий вид, борода, заплетенная в косу, выглядела бы вполне сносно, если бы не нечто белое покрывающее ее ровным слоем, как и часть традиционно коричневой одежды коротышки. Наконец, гном остановился прямо перед королевой, и махнув рукой на свой внешний вид поинтересовался:

- Чем могу служить вам господин? - только сейчас вблизи и при хорошем освещении Эллис заметила сеть морщин, покрывшую лицо почтенного мастера, и несколько едва приметных шрамов, указывающих на весьма насыщенную в прошлом приключениями жизнь. Эдгара ей рекомендовали гномы Думира, заверив ее в наличии у этого почтенного гнома весьма интересных и редких вещичек, да и цену за свой товар он всегда просил реальную.

- Даже не знаю, - наемник слегка растерянно еще раз пробежался взглядом по лавке, но ничего интересного так и не нашел. - Мне вас рекомендовали гномы из клана Думир, с которыми вчера мне довелось разделить вечернюю трапезу. Они сказали, что у вас можно найти очень необычное оружие.

- Необычного говорите? - гном якобы задумчиво поскреб бороду, но от внимательного взгляда полукровки не укрылся оценивающий взгляд мастера. Наконец, перепачкав все руки в белом нечто, Эдгар пришел к решению, которое тут же и озвучил: - Есть у меня и такое, пойдемте за мной золхти, нам в другую комнату.

Вторая комната поразила взор девушки не только своими размерами, но и ее содержимым. Глаза алчно скользили от одного стенда к другому, восхищенно останавливались на особо примечательных полках, все больше разгораясь желанием скупить если не все, то добрую половину уж точно. Гном же пристроился немного в стороне и, ухмыляясь, смотрел на странного наемника, почтившего его своим присутствием в столь поздний час.

- Я думаю, вам стоит посмотреть в первую очередь на это, - Эдгар приглашающее кивнул на один из стендов. Последовав за мастером, Эллис обнаружила целую полку со все возможными наручнями, руки сами потянулись к ближайшим, и взгляду девушки предстали собственные обнаженные запястья, на одном из которых красовался королевский брачный браслет. Она и не заметила, как у нее задрались рукава рубашки, перечеркнув одним штрихом всю ее тщательно продуманную маскировку.

- Не беспокойтесь, гномы не забывают о своих союзниках, - мастер ободряюще улыбнулся приунывшей королеве, и в ответ на ее радостное спасибо, продолжил: - Я рекомендую вам эту пару.

Эллис восторженно принялась разглядывать предложенные наручни. В их недрах скрывалась пара автоматических клинков появляющихся с тыльной и внутренней стороны руки. Механизм запускался в действие особым движением кисти, и блокировался, если рука находилась в неправильном положении, дабы не проткнуть выскочившим лезвием собственную плоть. Кроме таких вот лезвий наручни скрывали в себе целую коллекцию отмычек на все случаи жизни и по пятерке метательных кинжалов. Как все это добро умещалось в просто выделанной коже, плотно облегающей запястья, королева так и не поняла - техномагия подгорных мастеров, не иначе.

- И думаю, вам стоит приглядеться еще и к тем мелочам, - Эдгар кивнул головой на почти противоположный стенд.

Увидев эти мелочи, Эллис поняла, что оставит в этой лавки всю имеющуюся наличность и возможно еще разок заглянет сюда, перед возвращением во дворец. До сих пор она лишь слышала о том, что украшения могут быть весьма смертоносным оружием, сейчас же королева собственными глазами наблюдала подобные образцы лишения разумных существ жизни. Заколки с острыми стилетами, колье и прочие драгоценности, обращающиеся в экзотические составные клинки, пояса с сокрытыми в их недрах острыми металлическими пластинками, броши с парализующими ядами и великое множество непонятных вещей, о применении которых девушка просто не догадывалась.


Одинокий лучик солнца, пробившись сквозь плотно прикрытые ставни, скользнул по лицу молодого наемника, заставив того перевернуться на другой бок. Однако свое дело он все же сделал - сон как рукой сняло. Тело все еще пребывало в сладких объятиях неги, и отчаянно не желало шевелиться и вообще совершать какие бы то ни было действия. Но разум проснулся окончательно и бесповоротно, всласть отоспавшись, за прошлые бессонные ночи. Недолгая борьба закончилась безоговорочной победой разума, и тело нехотя потянулось, гоня свежую кровь по затекшим конечностям. Подлый солнечный лучик не преминул воспользоваться возможностью, и удачно выбрав момент, слегка ослепил не ожидавшего такого коварства полукровку, решившего открыть глаза. Эллис зажмурилась и тряхнула головой, словно собака вернувшаяся домой после прогулки под дождем. Искры полетевших прочь брызг с удовольствием заменили разметавшиеся по всей подушке волосы. Последний сладкий зевок, и резкая попытка сесть, завершившаяся полной победой. Слегка недоуменный взгляд, на еще не успевшую стать привычной обстановку, и довольная улыбка каким-то своим потаенным, а может и не очень мыслям.

Послеобеденное солнце, размеренно и чинно покидающее свой зенит, приятно припекало, прогоняя прочь любые мысли о зиме. Осенняя пора.... В ее прошлой жизни, такой бесконечно далекой, но все еще родной, все еще вызывающей сравнения и воспоминания, такая погода была свойственна именно поздней осени. Порой землю уже укрывало белоснежное покрывало первого снега, а яркое солнышко все продолжало сопротивляться подступающей зиме. И миллиарды водяных кристалликов отражали его пока еще теплые лучи, отчаянно стараясь задержаться в этом мире в своей столь прекрасной геометрически выверенной форме. Легкое облачко пара, вырывающееся на волю при каждом выдохе, отчетливо указывало на температуру близкую к нулю, несмотря на все попытки ближайшей звезды прогреть холодный зимний воздух. Он отчего-то отчаянно сопротивлялся, ни на градус не повышая своей температуры, солнце словно проходило сквозь него, заботливо даря всю свою ласку и тепло подставленным щекам.

А город жил своей жизнью, и ему было все равно на погодные причуды и вечные войны стихий. Как и в любой прочий день шумели повсюду люди, всхрапывали лошади порой шествующих мимо всадников, крутилась под ногами беспечная ребятня, не единожды получающая вслед бранные слова от зазевавшегося господина, натужно скрипели проезжающие мимо повозки, да цокали по каменным плитам подковы тянувших их тяжеловозов. Аккуратными плотными рядами раскинулись вдоль пока еще просторных улиц каменные дома центральной части города, где испокон веков селился мастеровой да торговый люд. Здесь в этих чистых и ухоженных кварталах, полных деятельной жизни, Эллис вновь накрыли воспоминания о доме. Когда-то и там существовали такие же ровные вереницы трех-четырех этажных домов, вдоль которых степенно прогуливались дамы в кринолиновых платьях в сопровождении почтенных господ, сновали мимо них слуги да простые горожане, трудились в своих лавочках ремесленники. Тогда еще не ведали люди двигателя внутреннего сгорания, не охотились за нефтяными месторождениями, не наблюдали над собой небоскребы из стекла и бетона, гигантскими колоссами устремляющиеся ввысь. И все же отличий много, слишком разные люди живут там и здесь. Такое похожее, но если присмотреться внимательнее такое чужое, а может вернее сказать чуждое.

Очередная вполне ровная улица вывела Эллис к дворцовой площади. В отличие от главной улицы торговля здесь не поощрялась, это место предназначалось для прогулок и любования величественным королевским дворцом, светлыми стенами виднеющимся позади высокой кованой ограды и небольшого парка, раскинувшегося между ними. Хотя порой и эту площадь заполняло несчетное множество людей, ожидающих пламенной речи своего правителя.

Раскинувшийся по центру площади каскад фонтанов безмолвствовал, зима все же не время для водных феерий. Но вот когда он оживал.... Сколько лучших человеческих магов из древнейших вложили свои силы в создание этого чуда, королева даже предположить не бралась, но оно того стоило. Тогда впервые покидая дворец во время свадебной церемонии, девушка самым первым увидела именно этот фонтан, и после него меркли все те иллюзии, что столь тщательно создавали вокруг нее маги. Как бы не была прекрасна в тот день сама Эллис, она никогда не смогла бы затмить величие и магию этого творения, лишь древнейшие драконы, если того пожелают, могут выглядеть прекраснее, изумительнее, величественнее и чудеснее, но они не спешат устраивать подобные представления, а потому людям остается с замиранием сердца любоваться фонтаном.

Дворец снаружи королева, по сути, тоже видела впервые, все прошлые ее визиты за стены ее дома не способствовали праздному разглядыванию самого высокого и светлого здания в столице. Четыре этажа, каждый из которых был вполне сопоставим с парой обыкновенных, возносил ее жилище высоко вверх. Жаль, что королевские покои находились в центральном крыле, фронтальные окна наверняка открывают чудесный вид, на раскинувшийся во все стороны город. И как это она раньше даже не подумала полюбопытствовать красотой открывающихся видов, ведь в последнее время она нередко наведывается в административное крыло. Фасад украшала причудливая лепнина, и не менее забавные, но все же непривычные статуи да колонны, таких существ в ее мире не наблюдалось, впрочем, диагональных и зигзагообразных колонн тоже. Трапециевидный балкон расположенные над арками парадного входа выдвигался глубоко в парк, максимально приближаясь к самой площади, своим узким основанием. Однажды и ей будет суждено, стоя позади каменных перил, предстать перед своим народом с важной и необходимой речью, возможно даже скорее чем она надеется.

Отогнав нахлынувшие мысли о месте ставшем для нее домом и неминуемом возвращении туда, Эллис резко развернулась и твердым, почти стремительным шагом направилась прочь. Можно было продолжить осмотр красивейших частей города, полюбоваться на памятники, площади, парки, скверы, что в бесчисленном множестве вольготно расположились в северных районах столицы, населенных аристократами да прочими богатыми горожанами. Но королеву отчего-то тянуло совсем не туда. Город вновь позвал ее, любезно указывая дорогу к тем местам, которые в куда большей степени требовали ее внимания, к тем людям, которые наверняка нуждались в ее помощи.

Трущобы, отчего-то подобные места можно сыскать в любом крупном городе, любой страны, любого мира. Бедные, почти нищие люди, вынужденные в большом количестве ютится на маленькой площади. Здесь неухоженные каменные строения, местами обвалившиеся, местами пошедшие трещинами, с пустыми глазницами ничем не застекленных, а порой и неприкрытых ставнями окон, соседствовали с такими же кое-где покосившимися полузаброшенными деревянными постройками, создавая причудливые переплетения улиц и множество узких переулков, да тупиков. Если ты не родился в этой части города, и с младенчества с молоком матери не впитал способность ориентироваться здесь, то заблудиться будет проще простого, оттого и не заглядывают сюда случайные путники, слишком низка вероятности выйти живым. А еще запах, тягучий запах нищеты и нечистот, заставлял вздыхать через раз, щадя слишком хорошее для подобных мест обоняние. Пустынно и неуютно, даже мелькающие в ничем не прикрытых окнах фигуры женщин, детей да стариков не создавали ощущения жизни. Да здесь и не жили, разве что существовали, стиснув зубы, неся свое нелегкое бремя.

- Мама, мама, - звонкий голосок девочки, вылетел из окна второго этажа, под которым приходила Эллис, - а когда папа вернется? Почему он так долго задерживается на работе, и зачем мы сюда переехали, мне тут не нравится, мама, здесь плохо пахнет!

- Я все равно их побежу! - воскликнули где-то с другой стороны.

- Тише-тише, малыш, не шевелись, - раздалось ему в ответ.

- Мама, а зачем к нам постоянно приходит тот дядя, я его боюсь, он так странно на меня смотрит.

- Они больше тебя не тронут, сестренка! - опять полный ярости мальчишеский, уже начавший ломаться голос. - Вот только отлежусь...

Кулаки Эллис невольно сжались до побелевших костяшек пальцев. Но стоило ли ожидать другого от подобных мест. Слишком многие в поисках столичного счастья потом оказывались здесь, не имея возможности себя защитить. А судьба попавших сюда женщин и девочек была предрешена, и хорошо, если им удавалось найти постоянного поклонника и защитника.

Женщины, дети, старики, которым просто некуда больше податься и сильные мира сего - отморозки, отбросы людского общества, нашедшие для себя безграничную власть в этих местах. Хотелось уйти отсюда как можно скорее, не видеть, не замечать, не впускать в себя боль и отчаянье, переполняющие эти места. Так и поступали многие. Но она не могла. Ее реформы должны усилить поток вдруг оказавшихся ненужными это жизни людей, тех самых, что попадают сюда. Она обязана знать, на что обрекает людей во имя идеалов прогресса, если вдруг контрмеры не принесут результата.

И все же пусть не сейчас, пусть даже не в ближайшие десять лет, но дети этой девочки уже не должны бояться чужих дядь, похотливо разглядывающих их юные тела... И словно вторя мыслям королевы, где-то впереди из окна вырвался испуганный всхлип, и робкое материнское "не надо, лучше меня, только не ее". Все кто в этот момент из любопытства наблюдали за невесть как занесенным сюда полукровкой, поспешили зарыться в свои норы, испугавшись в одно мгновенье посеревших глаз, и холодной, почти звериной расчетливости, в глубине этого взора, несущей безжалостную смерть, всем кто не успеет убраться с его пути.

Она вновь преобразилась, мгновенно утратив последнее человеческое, что можно было разглядеть в облике этого смеска. Слух без проблем определил не только место действия, но и количество, а так же расположение присутствующих там людей. Мать отчаянно прижимала к себе четырнадцатилетнюю девочку, недолго, один из хозяев этих мест рывком отдернул ее за волосы. Малышка в еще приличном платьеце, робкой мышкой сжалась, под не предвещающими ничего хорошего взглядами.

- Господин Крайлет вы же обещали нам защиту, за что? - вновь вымолила в отчаянье одинокая мать.

- Конечно, милая, - насмешливый грубоватый голос, хозяина этой никчемной жизни. - Но за защиту надо платить, если будете паиньками, твою ненаглядную девочку никто кроме меня и не тронет, а вот вздумаете глупить, отдам ее Грасту, он давно жаловался, что ему свеженьких девочек для клиентов не хватает.

Покорный всхлип, когда грязная мужская лапища схватила нежное тело за плечо.

- Ну, малышка, развлечешь дядю Края? - и противный гогот, вторящий собственному вопросу. - А другие дяди, пока помогут твоей маме получить удовольствие.

- Ты так в этом уверен? - одинокий холодный голос прозвучал как сталь клинка, поющего свою смертельную песню. Все невольно обернулись, на обманчиво расслабленно стоящего в дверях полукровку. Им хватило на пару мгновений встретиться с его глазами, чтобы понять, как мало отмерено им жизни. Но среагировать никто не успел, Эллис не стала ждать ответа, ей не нужна была бравада, ей не нужно было словами утверждать свое превосходство над противником. Она просто двинулась, и первое же ее движение забрало чью-то жизнь, хотя до ближайшего из трех мужчин, оккупировавших небольшое помещение оставалось не менее пары метров. Ни мать, ни девочка так и не поняли, как на вид хрупкий и безоружный парень за одно мгновение положил всех громил. Эллис и сама этого не поняла, раньше такая скорость достигалась лишь после длительно подготовки, а тут мгновенно. В крови бурлила невиданная прежде ярость, а руки ни разу прежде не использовавшие наручней на удивление легко, в обход разума хозяйки справились со своей задачей.

- Пойдем, вам не стоит здесь оставаться, кем бы не была эта мразь, наверняка найдется другая, которая не прости его смерти, и вам в этот момент лучше находится под надежной защитой, - королева вновь поразилась спокойствию и равнодушию своего голоса, три трупа и лишь констатация фактов.

- Но где? - изумление, отчаянье, надежда, как многогранны голоса людей.

- Все по дороге, советую побыстрее собрать то, что дорого, и у вас на это есть сотка, - бросил наемник все еще застывшей рядом с одним из трупов женщине, и подхватил ее дочь, ничего не понимающую в происходящем и оттого пребывающую в состоянии близком к шоковому. - Мы подождем на улице.

Отвести мать и дочь, едва не изнасилованных и не попавших к торговцу их телами, в дом терпимости со стороны могло бы показаться злой шуткой. Но Эллис пока знала в этом городе слишком мало людей способных помочь в этой ситуации, вернее не знала ни одного. А вот демонесса в помощи не откажет, тем более в разговоре она разок посетовала на то, что ее девочкам не хватает служанок, ведь так сложно найти приличных работниц. Несчастная женщина по имени Хлора, однако, не удивилась и не испугалась, вопреки всему оказавшись в таком заведении. Похоже, после недавней смерти мужа и стремительного падения на дно, ей приехавшей за ним в столицу в поисках достатка было уже все равно. И Эллис подобное отношение совершенно не нравилось. Но с этим мадам Розалия справится и сама.

Она вновь шла по грязным улочкам, пусть и немного более приличных кварталов, нежели трущобы. Сердце сжималось от тоски, от невозможности немедленно помочь всем этим людям, от несправедливости жизни. Практичная и холодная королева, подчинившая чувства разуму, и прежде всегда старавшаяся действовать по расчету, в глубине души оставалась идеалисткой, желающей, чтобы все в мире были счастливы, чтобы не было бед и горя, чтобы по улицам разносился невинный детский смех.

А мысли, бежали по одним им ведомым дорожкам, причудливо выворачиваясь и меняя направление со свойственной им непредсказуемостью. Прошлое вновь замаячило на горизонте. Дом, родные и близкие, друзья. Она провела в этом мире уже четыре месяца, но ни разу не ловила себя на мысли что скучает по прежней жизни, что вспоминает родных и друзей, или думает о том, как они без нее, помнят ли, или она покинула мир вместе со своим прошлым? Она и раньше, надолго уезжая куда-нибудь, никогда не скучала; она с радостью покинула свой родной маленький городок, и, став студенткой, появлялась там от силы пару раз за год и очень ненадолго. Даже уехав на месяц заграницу, она и не думала скучать или предаваться воспоминаниям, когда вокруг вертелась ярким калейдоскопом новая непривычная, и необычайно интересная жизнь. Ее сердце - сердце путешественницы, ей и сейчас хочется, самых обыкновенных фентезийных приключений, в компании со славными ребятами, да по дорогам этого мира. Свобода выбора - развилка двух дорог: одна ведет к мечте о счастье во всем мире, другая к мечте о странствиях и приключениях. Деньги и снаряжение имелось, так от чего не сделать шаг за пределы столицы, оставив королевство без королевы. Заманчиво, слишком заманчиво, чтобы стать явью.

Время близилось к ночи, и организм начал настоятельно требовать подкрепления. А мысли, они всего лишь мысли, и от них легко избавится, задумавшись над чем-нибудь другим. Например, о слежке, о которой ее заботливо предупредил эта рыжая бестия. Сколько ее величество сегодня не пыталась, но обнаружить соглядатаев так и не смогла, а значит, и уйти от них незаметно она навряд ли способна. Терять прикрытие и раскрывать ряд своих способностей очень не хотелось, а значит, стоило в оставшееся время хорошенько поломать над этим голову. Все-таки ее приятель и его желание погулять, подложили ей большую свинью.


Она вновь бесцельно бродила по южным окраинам столицы, каждый день ее тянуло сюда вновь и вновь. И эти, казалось бы, ничего не дающие на взгляд постороннего прогулки, для королевы значили очень много. Зрение, слух, обоняние и осязание, все органы чувств внимательно запоминали то, что творилось в окружающем пространстве. Она должна помогать своим подданным, быть для них справедливой королевой, знать о их бедах. А для этого нужно слиться с этим миром, понять его законы, основы жизни, психологию существ ему принадлежащих. Вот она и ходила, тщательно все запоминая и анализируя, выискивая во всем скрытые, да потаенные причины. Ничего и никогда не бывает просто так. И когда множество приличный людей вдруг оказывается на самом дне без возможностей его покинуть, за этим непременно что-то стоит.

Она не раз ловила на себе косые либо хмурые взгляды, но они пока безошибочно определяли в ней существо способное постоять за себя, а потому дальше взглядов и брошенных вслед "грязный дроу" или "темный приспешник" не доходило. Иногда встречаемые на улицах полукровки, коих всегда хватало в столице, настороженно смотрели по сторонам. Атмосфера была накалена. Простых горожан так и преследовали уже который год несчастья, и кто-то заботливо нашептывал им, от чьих же происков они страдают. Нелюдь, которой здесь поживало достаточно много, трогать пока опасались, да и те людские скопления от греха подальше обходили стороной. Но злость и ненависть искали выхода, и под раздачу попали полукровки да квартероны, значительно уступающие в способностях своему нечеловеческому предку.


Молодой квартерон, явно из простых горожан отчаянно спешил покинуть очередную улочку изобилующую питейными заведениями. Будь его воля, он бы и из дома носу не казал, но его работодатель приказал доставить срочное сообщение партнеру в порт. Из трактира с дурной репутацией, что расположился как раз в конце улицы, вывалилась подвыпившая компания. Квартерон нервно сглотнул, ничего хорошего это ему не сулило, в отличие от своих не слишком далеких родственников дроу он не обладал и десятой частью их способностей, да и своей физической формой никогда особо не занимался. Нервный взгляд бросился обшаривать улицу в поисках спасения, но как назло никаких неприметных переулков поблизости не оказалось, да и поздно уже было искать пути к отступлению, кампания его заметила и с улюлюканьем направилась к нему. Убежать бы, да некуда, он в этих краях в отличие от идущих к нему парней не ориентируется, а значит, его загонят в ловушку очень быстро и тогда наверняка будет куда хуже.

- Смотрите-ка ребята, кто нам попался! - гоготнул один из парней, и остальные поддержали его таким же мерзким смехом, ничего и никому хорошего не обещающим.

- Грязный полукровка, - тут же сплюнул на землю его товарищ.

Незаметно для квартерона, но очень быстро и эффективно его взяли в полукруг, словно подталкивая к последнему шансу - развернуться и убежать в поисках спасения, наградив хмельных ребят славненькой охотой. Кулаки у парней явно зудели, ведь подраться в трактире так и не довелось.

- Это ты кого назвал грязным, неужели на себя давно в зеркало не смотрел? - раздался позади насмешливый голос.

Пятерка лихих до драк парней развернулась как по команде. Оперевшись спиной на прохладный камень одного из домов стоял еще один дроу-полукровка, и он выглядел куда более серьезным противником. И было в нем что-то еще, что очень сильно настораживало, и любое разумное существо заставило бы поскорее убраться. Возможно, взгляд существа уже изведавшего чужой крови. Но над умами парней властвовал хмель, и исходящей от безоружного парня опасности никто так и не ощутил. Они медленно двинулись в его сторону, подчеркнуто вальяжно и небрежно, всем своим видом давая понять, кто хозяин этих пыльных пропахших потом давно не мытых тел улиц.

Квартерон, поняв, что у него появился шанс спастись, осторожно попятился к противоположной стороне улицы, готовый в любой момент броситься вперед и как можно быстрее покинуть это смертельно опасное место. Полукровка, подмечающий перемещения всех действующих лиц, довольно оскалился - толковый парнишка, понимает, что в драке он не помощник, а раз кто-то решился спасти его шкуру, то значит надо эту шкуру спасти доступными средствами, а не играть попусту в благородного героя. Слух полукровки улавливал пьяное улюлюканье, да грязные намеки должные подстегнуть его к поспешным действиям, а глаза продолжали наблюдать, как спасаемый по широкой дуге огибает свои неприятности.

- Эй, ты там оглох? - долетевшее от слишком близко подошедшего заводилы компании облако перегара, заставило королеву недовольно скривиться. Подмешиваемый к перегару запах давно нечищеных зубов, неприятно бил по слишком острому для обычного человека обонянию, хотя и с прежним ей пришлось бы несладко. Эллис бросила небрежный взгляд на говорившего, а уже через мгновение холодная сталь клинка из наручней замерла в опасной близости от его горла. Металл вжался в податливую плоть, слегка ее оцарапав, и небольшая струйка крови поспешила скатиться вниз. Вот тут-то парней и проняло, накрывшим их чувством смертельной опасности, да так, что у них даже мысли не возникло о своем численном преимуществе.

- По уму, прирезать бы вас, как грязных свиней, только вот сегодня я руки марать, не намерен. А потому живите, пока.... Но помните, что за каждым "грязным полукровкой" может оказаться другой, способный придти по ваши никчемные жизни.

Кинжал бесшумно скрылся в наручнях, а наемник довольный реакцией компании, спокойно развернулся к ним спиной и пошел в ту же сторону, куда немногим ранее поспешно убежал квартерон. Зеленый плащ развивался на ветру вслед его плавным шагам. Несколько дней не в лучших кварталах города научили его, куда большему, чем четыре месяца интенсивных тренировок. Они научили его убивать скверну, не пачкая рук....


Глава тринадцатая. Мистер и миссис Смит.


Надвигалась гроза. Одна из тех зимних гроз, столь привычных для столичных горожан, которые не сразу разрождаются серией молний и ударов грома, а медлят и долго копят силу. Уже больше часа она нерешительно бродила по небу, тихо ворчала, переливалась слабыми зарницами, перемещалась из одной части города в другую, продолжая при этом разрастаться. Она словно не знала где ей разрядиться, пока, наконец, не охватила собой всю столицу, накрыла тонким свинцовым покрывалом, и снова заколебалась, продолжая усиливать напряжение, но никак не решаясь начать. В душной атмосфере стылого зимнего воздуха не ощущалось ни малейшего движения, ни единый лист, ни единая пылинка не могли шелохнуться, город словно застыл. Он дрожал от замирания, дрожал от парализующего напряжения, так словно сам был грозой и собирался лопнуть в громовых раскатах.

Темная фигура, почти теряющаяся в вечернем полумраке, удобно прислонившись спиной к теплому, слегка шершавому камню трактира, с замиранием сердца наблюдала за разыгрывающейся стихией. Она стояла здесь уже более часа, не замечаемая снующими в заведение и из него редкими посетителями, что проходили мимо в паре метров. Да, она уже давно в этом мире, и за это время на столицу обрушилась не одна гроза. Но разве можно оценить, охватить все величие стихии, находясь за надежным камнем дворцовых стен, почти полностью заглушающем сильнейшие раскаты грома. А она любила грозы....

Летняя, стремительная, как быстроногая лань гроза накатывала нежданно, за пару мгновений покрывая небо фиолетовыми тучами. Предшествующая ей духота кружила голову, зной заставлял в недоумении смотреть на некогда чистое небо, совсем недавно чарующее взор своей голубизной. Пока, наконец, весь мир не замирал, почти так же как замер сейчас. Ни дуновения, ни шевеления, и резкий порыв стремительного, безудержного в своей страсти ветра, что нетерпеливо гнал грозу, подминал траву, до скрипа кренил деревья. Так тяжело устоять в его объятиях, но надо, ибо самое важное, самое прекрасное в грозе еще впереди. Наконец, строгие ломаные линии молний исчерчивали тучи, совсем рядом, почти над головой, и небо рождало вслед протяжный всепоглощающий грохот. Казалось, весь мир содрогается и вторит громогласному зову небес. Первые капли медленно и осторожно, словно нехотя опускались на землю и подставленное лицо, пытались прибить поднятую ветром пыль, а затем нарастали в неудержимой ярости, заполоняя собой все пространство между небом и землей, превращаясь в сплошные потоки воды, ниспадающие на землю. Минута, пять, десять. Такая гроза слишком быстротечна, чтобы задержаться дольше. Ветер уже гонит ее прочь, к новым неохваченным далям. А на той стороне, откуда она пришла, вместе с последними каплями начинает голубеть небо, выглядывает первый лучик солнца, пока еще робко, немного таясь и с опаской взирая на обновленный, помытый дождиком мир. Только сейчас все вокруг преисполнено живительной прохладой, поблескивают на солнце дождевые капельки и мир искрится, радуется ниспосланному очищению. А она, как и все вокруг промокла насквозь, но пройдет еще полчаса или час, и от грозы не останется и следа, нетерпеливо воцарятся зной и духота, запляшет маревой дымкой даль. Но буйство стихии, ветер и дождь, зарницы молний и раскаты грома - это все навеки остается в сердце того, кто хоть единожды не поддался страху, не скрылся с пути, выстоял перед вызовом природы, принял в себя грозу.

Грохот, один единственный удар грома, но такой мощный, словно взорвался весь город. Она вздрогнула всем телом, слишком неожиданно для человека ушедшего в воспоминания. И снова тишина. Лишь случайные прохожие ускорили свой шаг, стремясь попасть под надежную защиту стен и крыши, до того как тучи прольются ледяной водой. Эллис нехотя оторвалась от стены - пора возвращаться к себе. Пусть ее грим сейчас куда совершеннее, но зачем лишний раз играть с судьбой и порождать у наблюдательных людей лишние вопросы. Как дождь попытается отмыть пропахший людьми и нечистотами город, она может наблюдать и из окна собственного номера. Она уже достаточно окунулась в магию зимней грозы. Природа словно подарила ей прощальный подарок, перед возвращением в привычные дворцовые заботы, коих теперь станет намного больше. Последний вечер вне стен дворца....

Половицы коридора вторили шагам едва различимым скрипом. Первый капли уже упали со звоном на черепичную крышу постоялого двора. Скрежет метала проворачивающегося в дверном замке, скрип несмазанных дверных петель и протяжный стон рассохшейся древесины, неприятными звуками ударили по чуткому слуху. Полумрак комнаты встретил Эллис ощущением присутствия постороннего. В голове роем пронеслись мысли о разоблачении. Но, надеясь, что убийц к ней подсылать никто не станет, девушка, как ни в чем не бывало, отправилась к столу, чтобы зажечь свечу. Раскошеливаться на магическое освещение, гостиницы не спешили, а всеобщая электрификация только значилась в ее будущих проектах. Пламя разгоралось медленно, словно не желая прогонять из комнаты темноту и высвечивать таинственного посетителя. Эллис повернулась медленно, готовая увидеть кого угодно, но никак не того, кто так сексуально развалился на ее кровати.

- Вы?! - Королева и не пыталась скрыть свое удивление от повелителя, все равно бесполезно, - какого демона вы здесь делаете? Мало мне слежки, приобретенной стараниями Рена, - уже куда спокойнее и обреченнее закончила девушка.

- Так вы не знаете о том, что за вами приглядывают с того самого момента, как вы покинули тайный ход? - невозмутимо поинтересовался Эссси, с любопытством ожидая реакции девушки на такую новость. В этом мире не существует наблюдателя, способного укрыться от повелителя драконов, как и разума из которого он не смог бы извлечь необходимую информацию, пусть и незаметное ее извлечение стоило ему большей части магического резерва.

- Хотите сказать, король знает обо всем? - севшим голосом кое-как выговорила свой вопрос королева.

- Мы этого не говорили, - лениво потянул он в ответ, намеренно игнорируя пристальный взгляд Эллис полный незаданный вопросов. - Сами подумайте, чьи приказы исполняют соглядатаи и перед кем отчитываются. Настолько-то своего друга вы, надеюсь, знаете? Или вы считаете, что убежали самостоятельно, оставив с носом службу безопасности? Но вот чего у вас не отнять, ваше величество, так потрясающей способности располагать к себе нужных мужчин. А вот о том, что мы сейчас у вас даже он не сможет узнать.

Эти слова, произнесенные уверенным и чуть насмешливым голосом, вернули Эллис способность думать логически. Места иллюзиям более не осталось. Вот только все равно нормально поразмыслить над заданными вопросами не получалось, обнаженная грудь дракона пленила ее, гипнотизировала, пробуждая желания запрятанные глубоко внутри.

- Так зачем вы здесь? - спросила Эллис, присев рядом, и, не удержавшись, коснулась рукой обнаженной кожи сапфирового дракона.

- Чтобы помочь вам, ваше величество. Триш был у нас и все рассказал. В вас слишком много драконьей свободы, Эллис, и мы просто не могли позволить, кому бы то ни было уничтожить это.

Удивление в глубине серо-голубых глаз - она не ожидала таких откровений от Эссси. Ее рука замерла, и он накрыл ее своей, прижав к вздымающейся дыханием груди. Он еще не забыл того вечера на пляже, манящей близости ее губ и отказа в глазах, отказа на одной силе воли, на одном понимании неизбежного. И он до сих пор не понял, что толкает его к ней, заставляет проверять на прочность, искать близости, наслаждаться чистотой ее эмоций. Зачем он с маниакальным упорством то стремиться всячески помочь ей, как королеве, то пытается сломать ее венценосную жизнь. Виной ли память прошлого...

А Эллис лихорадочно пыталась осознать сказанное про свободу. Невольная грусть охватила ее сердце, безудержное желание стать драконом заполнило все ее существо. Тогда бы не пришлось сдерживать своих чувств, не пришлось бы думать о том, как приятно разливается тепло, от руки, прижатой к груди дракона. Протяжный раскат грома разорвал царящую тишину, причудливый изгиб молнии на мгновение наполнил комнату светом. Девушка, спохватившись, отдернула руку, как от раскаленной сковородки, и стремительно повернулась спиной к проницательным ярко-синим глазам, пытаясь обуздать всколыхнувшие ее естество чувства. Хлопнули на ветру ставни, и редкие капли обернулись нарастающим дождем, пока еще нехотя принимающимся за свои очищающие обязанности.

- Простите, - руки дракона опустились на плечи сжавшейся в напряжении королевы, слово прозвучало над самым ухом, Эллис кожей почувствовала жар дыхания, и кожа ее вопреки желаниям хозяйки покрылась мурашками.

Эссси после недолгого колебания, все же убрал руки, и отстранился от девушки. Капли все чаще и чаще ударялись о крышу, сливаясь в единый рокот дождя, пропитывая воздух стылой зимней сыростью. Его собственные чувства вдруг показались дракону такими же сырыми и по-зимнему холодными. Словно он так ничему и не научился, не извлек из той боли урока. Он чувствовал, не мог не чувствовать, какие эмоции вызывает у нее, и как она старается их побороть. Она могла бросить все, но и не думала сходить с выбранной дороги, и он уважал ее за этот выбор. Ее чувства, несмотря на внутреннюю борьбу, на отказ разума от них оставались ярки и чисты, как солнечный лучик в погожий день.

- Ничего, - королева окончательно взяла себя в руки, и повернулась к дракону, со спокойствием во взгляде и легкой улыбкой на губах. - И как же вы намерены мне помочь?

- Смотрите, - дракон указал ей на середину комнаты, где прямо из воздуха появилась точная копия полукровки. - Это иллюзия, очень сильная полностью осязаемая иллюзия. Более того, если вы позволите, мы сможем наложить на нее маску вашей личности, поэтому этот наемник будет вести себя так, как вели бы себя вы, будет слышать, о чем говорят окружающие, отвечать и выполнять приказы. Исчезнет он через сутки, выбрав подходящий момент, чтобы у окружающих возникло как можно меньше подозрений. Мы думаем, эта иллюзия сможет доставить герцогу немало головной боли в попытках разгадать, как же вы можешь находиться в двух метах одновременно, и за вами ли наблюдал его человек все это время.

- Круто, - выдохнула завороженная девушка, впервые столкнувшаяся с высшей магией этих существ. Только драконы могли создавать разумные иллюзии, а такого уровня в вовсе единицы, и слава Первым - Эллис не хотелось бы гадать кто перед ней живой человек или его иллюзорная копия. - Значит, эта иллюзия сможет пойти вместо меня с караваном торговцев?

- Конечно, а вы на рассвете прикрытые нашей защитой вернетесь во дворец.

- Спасибо, ваше величество! Вы мой лучший друг! - счастье, благодарность, нежность и восхищение уютным коконом окружили Эссси. А ведь на сегодня он еще не закончил с подарками.

- Это еще не все, - коварная улыбка заинтриговала королеву, и заставила еще внимательнее смотреть на довольного дракона. - Мы пришели бы к вам еще раньше, но изготовление амулета заняло четыре дня.

- Кого амулета?

- Вот этого, - в то же мгновение в руке Эссси появился кулон. Крупный сапфир искуснейшей огранки, нежно играл своими гранями в свете единственной свечи, разгоняющей полумрак. Изящное, тонкое серебро, паутинкой причудливых узоров окружало камень, окончательно превращая его в шедевр ювелирного искусства. Тонкая цепочка вьющаяся заковыристой змейкой завершала картину великолепия необычного подарка. Король неоднократно дарил ей ювелирные шедевры мастеров, стремясь растопить ее ледяное сердце, но все они меркли перед простотой и изящностью кулона, очень символичного кулона. - Если вы пожелаете, то он станет невидимым для окружающих. Его защитные свойства способны почувствовать разве что некоторые из драконов. Снять его можно только с вашего разрешения. Ну и самое главное он защищает от любой магии направленной на подчинение, будь то тела, разума или воли. С ним никто и никогда не сможет заставить вас делать то, что вам неугодно, лишь несколько драконов в мире способны взломать это заклинание.

Последние слова Эссси произносил, уже за спиной у девушки. Цепочка с легким щелчком соединилась позади шеи, подвеска, подмигивая хозяйке своими гранями, устроилась на груди королевы, накрыв ее теплой волной уверенности и ледяным спокойствием. Сейчас в свете зарниц и вспышек молний, что казалось, возжелали истратить все электрические запасы грозы в эту десятку, так интенсивно они рассекали темное небо за окном, Эллис сияла не меньше своего подарка, и мертвенно бледный свет молний лишь подчеркивал это сияние, вопреки всем законам восприятия добавляя жизни образу девушки. Она уже запаслась амулетами и прочими магическими вещичками почти на все случаи жизнь, но только сейчас, слегка склонив голову и рассматривая подарок на своей груди, королева понимала насколько им далеко до работы повелителя драконов.

- Спасибо, - Эллис быстро развернулась к все еще стоящему позади Эссси, и чмокнула его в щечку, в порыве лучших чувств. Но не успела она до конца отстраниться, как на этот раз лицо дракона стремительно приблизилось к ее лицу, и их губы слились в поцелуе. Страсть, желание, нежность, забота просто переполняли всегда невозмутимого и спокойного повелителя. Он не узнавал себя, не узнавал мир, в котором появилось это необычное создание, он разрывался перед долгом и собственными непонятно откуда вот так иногда берущимися чувствами. Такое случалось с ним прежде, в далекой молодости - печальной молодости. Но сейчас эти непривычные для дракона порывы выглядели более чем странно.

Он легко забывал о королеве, стоило ей исчезнуть из поля его зрения, и возвращался к ней мыслями, лишь обдумывая очередной расклад сил и ее роль в будущих играх. Но рядом с ней все переворачивалось с ног на голову. Сначала ему казалось, что им руководит любопытство, интерес, а справится ли она с очередной попыткой обольщения, сможет ли он подточить ее уверенность в выбранном пути. Потом какая-то неуловимая похожесть, желание вновь отдаться былому чувству, как тогда на пляже. Но тогда же что-то неуловимо изменилось, загорелось в сердце искрой нового чувства.

В первое мгновение ее величество замерла от удивления, во второе попыталась вырваться из крепких объятий дракона, а потом ее поглотила страсть поцелуя, и стало все равно. Так Эллис еще никто не целовал, казалось, в поцелуе слились воедино всепоглощающая страсть, трепетная нежность, бескрайняя любовь и щемящая сердце боль. Королева вновь парила в облаках, в бескрайних просторах неба, обдуваемая теплыми ветрами, и преисполненная ощущения столь сладостной свободы. Сейчас отдавая всю себя поцелую, она была свободна как никогда, и больше всего хотела, чтобы мгновение счастья превратилось в вечность. Но вот, где-то на просторах уже овладевшим ею состоянием бесконечной вечности, она перестала чувствовать нежные и сильные губы дракона, и поняла, что вновь стоит на земле, в своей комнате.

- Останься со мной! - прошептал сапфировый дракон севшим голосом, внимательно глядя в глаза королевы, и недоумевая, как он вообще смог озвучить такое предложение. А ей хотелось крикнуть да, бросится в объятия этого тысячелетнего красавца и остаться в них навсегда. Но память услужливо подкинула картины из бедных кварталов столицы: уставшие лица людей, вынужденных бороться за свое существование, маленьких детей, почти всегда голодных и почти разучившихся смеяться, разговоры, надежды, на то, что избранница Первых сможет изменить жизнь к лучшему.

- Нет, ваше величество, я не могу предать их надежды, - королева продолжала смотреть в глаза дракона, хотя в этот момент ей больше всего хотелось отвернуться и не видеть, как в прекрасных сапфировых глазах, смешались столь неподходящая для них боль с уважением и восхищением.

- Простите Эллис, вы правы, вы не можете поступить по-другому, иначе это будет уже не та Эллис, которую.... - Эссси замолчал, так и не закончив мысль, потому что не знал, как описать свои чувства, что шквалом обрушиваются на него в присутствии девушки. Ведь это все же не любовь, скорее воспоминание о ней, о лазурной голубизне глаз, что однажды уже смотрели так на него. Немного подумав, он продолжил: - И простите за то что, зная, что нам никогда не быть вместе, я из любопытства наполнил ваше сердце запретным чувством.

- Не вините себя, даже такие чувства по-своему прекрасны. Я справлюсь Эссси, - королева впервые назвала его этим именем. И от голоса, мягкого и нежного, наполненного теплотой и непоколебимой уверенностью в собственных словах, дракону стало еще печальнее. Эссси прозвучавшее из ее уст, до боли похожим ласковым весенним ветром ворвалось в его сердце, разжигая огонь в уже давно потухшем костре. - Надеюсь, несмотря на чувства, мы сможем остаться друзьями? Вы слишком нужны мне, чтобы, отказавшись от любви, я потеряла еще и друга.

- Конечно, - твердым голосом заверил ее дракон, стремясь скрыть свою неуверенность. - Но нам уже пора. Мы до утра закроем вас от любых наблюдателей, собирайте вещи и возвращайтесь во дворец, раз вы выбрали этот путь.

- Спасибо, ваше величество! - дракон лишь улыбнулся в ответ, сосредоточенно посмотрел на нее и бесшумно скрылся за дверью.

Эллис без сил упала на кровать, и бросила все силы на борьбу с подступившим к горлу комом слез. А гроза за окном и не думала прекращаться, наверняка решив обрушить на город все свои запасы воды и электрических зарядов, столь долго и бережно ею накапливаемых. Дождь с прежней силой и монотонностью барабанил по крышам, ручьями стекал по водостокам, превращал улицы в полноводные реки. Раскаты грома вторили ярким вспышкам молний, в хаотичном беспорядке мечущимся по всей туче. До утра и думать не стоит покинуть теплое и уютное помещение.


Снаружи на улице ее охватил прохладный серо-голубой рассвет. Дождь давно прекратился, но с крыш и водостоков все еще срывались в ритме весенней капели остатки влаги. Полноводные реки улиц повсеместно сменились слегка подмороженными небольшими озерцами, порой не оставляющими возможности их обойти иначе как вплавь. Кругом ни души, дома стояли тихо и скромно, в почти трогательной невинности. Казалось, дождь смыл с них всю гордость и тщеславное притворство, и угрожающий вид. Тщательно выбирая наиболее сухой путь, она, не замедляя шага, направлялась к ближайшему тайному ходу. Покупки оттягивали плечи, но это мелочи по сравнению с будущей независимостью от обстоятельств, которую сулили ей приобретения. Она шла спокойно, не таясь и не скрываясь, уверенная в наложенной защите. А уже через час проснется ее иллюзия и после непродолжительных сборов тронется с караваном в путь.

Дворец встретил королеву предрассветной тишиной, даже слуги не успели проснуться и приступить к своим непосредственным обязанностям. Да и тайный проход вывел королеву в нежилую часть дворца, преисполненную спокойствия, даже когда весь остальной дворец наполняется звуками нового дня. Королева, все еще прибывающая в облике полукровки, направилась в библиотеку.

Легонько толкнуть дверь и с замиранием сердца наблюдать, как она плавно почти беззвучно отворяется. Неприятный холодок легкого страха скользнул по позвоночнику. Убивать ее, конечно, никто не собирается, но потерять уважение учителя ей хотелось еще меньше. Вот если она действительно обыграла бы Кэриена, смогла бы уйти из-под его бдительного ока, а так гордиться ей совершенно нечем: маскировку она засветила, знание двух языков тоже. Да еще и четыре трупа на ее дремлющей по этому поводу совести. Ей-то не жаль, но из сложившегося благочестивого образа это слишком сильно выбивается, и неизвестно до чего додумается посвященный в такие подробности герцог.


Почтенный Дэриэн с откровенной насмешкой в глазах наблюдал как его ученица, входя, изображает из себя робкую студиозку вызванную на ковер к грозному директору, за совершенно не свойственные ей провинности. Она еще совсем юная и глупенькая, в очередной раз думалось в этот момент друиду. Он понимал сомнения девушки, он знал обо всех ее недоработках - в чем-то он не разделял ее методов, в чем-то восхищался и приятно удивлялся. И он ждал ее, пусть недолго, всего пару десяток, лишь с того момента, как она неожиданно вернулась раньше намеченного срока, но ей-то этого знать не обязательно - ученица должна видеть заботливого учителя, а не всезнающее древнее существо.

- Здравствуйте учитель! - робкое приветствие потонуло в грохоте опустившихся на пол сумок, напряжение и усталость дали о себе знать. Голубые глаза смотрят пристально, со странной смесью решимости, отчаянья, надежды и мольбы. Она готова к любому вердикту, ей не терпится, но в то же время несказанные слова друида страшат ее. А еще она ни о чем не жалеет, нет, она не уверенна в своей непогрешимости и правоте, она просто не жалеет.

- Здравствуй ученица! - добро и снисходительно, он подтверждает ее статус, и всполохи радости в глазах не скрываются от внимательного ока. Мгновение и робкую студентку сменяет властная и сильная женщина - королева. - Я думаю, тебе стоит сперва принять надлежащий ее величеству вид. Потешь самолюбие старика, позволь ему отчитывать королеву, а не сомнительного наемника полукровку!

Улыбка на губах и лукавый взгляд в ответ, брошенный прежде, чем она скрылась во внутренних помещениях. А в глубине глаз непоколебимая уверенность в том, что все будет хорошо, может быть чуточку наивная, детская, но кто сказал что, став королевой, она разучилась мечтать и верить в лучшее. Раз мастер шутит, значит не все так плохо, и она еще поборется за свое право повелевать, за свою свободу и независимость, и пусть остальные играют по ее правилам.

Полчаса, так мало для истинной леди, и так много для привыкшего к походной жизни и быстрым сборам наемника. Королева вернулась как раз к заботливо накрытому им столу с завтраком. Даже самый яркий магический свет не смог бы выявить в ее образе ни тени последствий полупроходной жизни последних дней. От наемника не осталось и следа, и это полностью удовлетворяло друида.

- Думаю за завтраком общаться куда приятнее, - приглашающий жест друида она приняла благосклонным кивком. Он для нее все тот же мудрый учитель, надежный наставник и просто друг, с которым все легко и понятно, с которым можно шутить, рядом с которым возникает странное чувство защищенности от всех несчастий мира. Ну а ему большего и не надо.

- Вы не сердитесь? - спросила девушка, скорее для того, чтобы начать разговор, чем на самом деле убедится в очевидных вещах.

- Как будто вы не знаете, ваше величество, - хмыкнул в ответ друид, подталкивая королеву к иному началу.

- Знаю, - и небольшая пауза, чтобы прожевать попавшую в рот пищу, отсутствием аппетита его ученица страдала редко. - Но раз вы хотите сразу и по делу, то каюсь, виновата, переоценила свои способности и возможности, и недооценила их у противника. Но мне не о чем сожалеть, а всесторонний анализ моих просчетов позволит мне избежать их в будущем.

- Опять собираетесь сбежать!? - наигранно удивляется друид и, не позволив девушке возразить, продолжает, в той же шутливой манере, обреченно качая головой. - Да, не повезло с королевой этой стране, она так и норовит сбежать из дворца куда подальше, да найти себе приключений, на одно место. Но раз так, то держи.

Эллис берет баночку, очень уж похожую на одну уже у нее имеющуюся. Внутри светло-желтый порошок, ее одна краска взамен утратившей актуальность.

- Вы, правда, думаете, что я вновь сбегу?

Он лишь многозначно улыбается в ответ, правду говорить еще рано, а лгать нельзя, никогда нельзя лгать тем на кого возлагаешь надежды, даже недоговаривать нужно осторожно, очень осторожно.

- Вы уже простили? - вдруг посерьезневшим голосом спросил Дэриэн, резко меняя тему. Пора подготовить избранницу к очередному шагу вперед.

- Не уверена, - покачала головой королева, прислушиваясь к своим ощущениям.

- Плохо, - тут же заметил он, - в предстоящем разговоре вам нужно сохранять беспристрастность, иначе еще больше дров наломаете. Поэтому обсуждать случившееся мы не будет. Сделанного не воротишь, а урок из произошедшего вы извлекли и без моей помощи. Предстоящая беседа меня беспокоит куда больше, сможете справиться, сможете сохранить свой разум холодным, не отдаться во власть чувств?

- Я постараюсь, но сами понимаете, я не бездушная машина, и мои предчувствия плохи, но и откладывать этот разговор дальше я не могу.

Он кивнул, выражая свое понимание. Можно сказать много слов, но эта девушка и сама их все знает. А душу ее направляет Мир и значит так надо, чтобы не произошло между королевской четой. Эллис же откинулась на спинку кресла в ожидании совета учителя.

- Вы правы, и поступайте, как знаете, и не оглядывайтесь постоянно на советы более мудрых наставников, это наша сила в знаниях и опыте, а не ваша, - подвел он черту. - Вы уже подумали что предпримете, по вашей второй проблеме? Вы ведь дворец покинули не только из-за ссоры с супругом.

- Ничего от вас не скроешь, - погрустневшая прежде девушка вновь улыбнулась, стремясь пошутить, развеять нависшую мрачную атмосферу, пусть не так задорно и беззаботно как вначале беседы, но кто сказал, что хорошее настроение мешает серьезным разговорам. Она и так до побега слишком привыкла к беспристрастной маске почти всесильной королевы, погруженной в свои дела. - Все время ломаю над этим голову, учитель. Знаю, что мне нужно сработать на опережение, и как-то разубедить людей, до того как магам станет известно о моей деятельности. Но стоит ли раскрываться первой, и обрести в одночасье могущественного врага, или продолжить свою деятельность из-за кулис, до тех пор, пока она не станет очевидной сама по себе, я еще не решила.

- Решать вам Эллис, ведь любую ситуацию, подумав хорошенько, можно поставить себе на службу. В этом можете всецело рассчитывать не меня, но все же прежде сами поломайте голову, ваше величество. А то будет плох тот учитель, что все делает за своих учеников.

- Ну, вам это точно не свойственно!

- Стараюсь, ваше величество!

- Хорошего помаленьку, - глубоко вздохнула королева, - надо идти.

- У вас есть защита? - Дэриэн, наконец, поинтересовался самым главным.

- Да, сильнее не найдешь, - совсем не шутя ответила Эллис, и продолжила в ответ на застывший в глазах вопрос: - Эссси...

Всего лишь три звука, произнесенные ее как нечто само собой разумеющееся, и щемящая печаль последнего расставания, все же проскользнувшая надрывной ноткой в голосе.

- Вчера он навестил меня, узнав от Рена о случившемся, и решив помочь. Разумная иллюзия Кандера, абсолютная невидимость до утра и вот эта подвеска.

Сапфир заиграл своими гранями, явив себя в мягком магическом свете. Друид задумчиво смотрел на камень в серебряной оправе - это было так нехарактерно для известного ему повелителя. Пятьсот лет близкого знакомства срок конечно не слишком большой, но все же достаточный для того, чтобы успело сложиться определенное представление. Хотя появление сапфирового дракона все расставляло по местам, и отвечало на все не заданные вопросы о таинственном возвращении королевы во дворец. И все же, это пока они с одной стороны игрового поля...


Двери распахнулись бесшумно, об этом позаботилась магия дворца, беспрекословно исполняющая любой понятный ей приказ королевы. Картина, представшая девушке, заставила ее улыбнуться. Король развалился в кресле, повернувшись спиной к двери, а Кэриен, словно лесной эльф балансировал на кончике стола, разглядывая на свет вино, и отчитываясь Ксаниэлю о проделанной работе.

- ... его связи и контакты нам ничего не дали. Мы проверяли всех, с кем контактировал этот полукровка, но никто так и не вывел на ее величество, - беспристрастно докладывал герцог, вновь говоря лишь правду, но естественно далеко не всю, и это поразительным образом меняло весь смысл. - Сам наемник сейчас покидает столицу с караваном, в который он нанялся. На всякий случай мои люди будут следить за ним до вечера. По остальным направлениям так же глухо. Но я думаю, Эллис показала и доказала все что хотела и не сегодня так завтра сама вернется, - почти закончил доклад Кэриен. Появление королевы во дворце он ожидал завтра, как раз столько ей понадобится времени, чтобы уйти по ее мнению достаточно далеко с караваном, а потом вернуться уже изведанным путем.

- Вы как всегда правы, ваше высочество, - королева не смогла удержаться и воспользовалась паузой в монологе Кэриена. Тот все еще обдумывающий ее возвращение, под присмотром своего человека, не сразу сообразил, кто и что сказал. А вот король среагировал почти мгновенно, подскочив с кресла. Взору Ксаниэля предстала стоящая в дверях королева. Выглядела она как всегда идеально: серебро волос упорядоченным хаосом спускалось ниже плеч, платье на грани дозволенного, и единственная непрозрачная в нем вещь - голубой корсет, расшитый серебром, все остальные детали наряда состояли из эльфийского грасеа ярко синих и серебряных цветов. При каждом движении легчайший грасеа взмывал вверх, окружая королеву со всех сторон, придавая ее образу и детскую невинность, и коварство взрослой леди. Ну а снисходительная усмешка на губах, завершающим штрихом подчеркивала ее безоговорочное превосходство.

Кэриен между тем, тоже догадался что происходит, что-то не то и перевел свой взор на Эллис. Две удивленные пары глаз говорили сами за себя. И изумление герцога переходило все мыслимые границы, ведь он буквально полчаса назад получил последний доклад о передвижениях замаскированной королевы, и за это время она никак не могла появиться во дворце и тем более привести себя в такой соблазнительно-очаровательный вид, надежно скрывающий все последствия ее жизни вне дворцовых стен. Мало ему было забот, теперь еще и над очередными секретами Эллис голову ломай. Неужели он ошибся, и тот полукровка, что вызвал столько вопросов нетипичным для знакомой ему девушки поведением и в самом деле не имел к ней почти никакого отношения, служа лишь прикрытием от его людей.

- Только не говорите, что не рады нас видеть и не жаждете наших объяснений!

- Но как? - спросили мужчины одновременно, и каждый в этот вопрос вложил свой смысл.

- А вот этот секрет нам не хотелось бы вам раскрывать, - невинная, но от того не менее загадочная улыбка. - Да, и Рена вы зря пасли.

- Хочешь сказать, что его появление с тобой не связано? - Кэриен уже пришел в себя, и теперь пытался узнать хоть что-то, чтобы потом на основе этой информации понять, что же произошло или происходит.

- Нет, появился он как раз из-за нас, ее величество Баграсинаэралин попросила его узнать, все ли в порядке с нами, и не нужна ли их помощь, - правда и в то же время небольшой намек королю, что ее не самые слабые друзья заботятся о ней. Хочешь, не хочешь, а в такой ситуации на уступки идти придется.

- Но откуда тебе это известно, если ты с ним не общалась и не встречалась? - теперь и Ксаниэль отошел от изумления. Опасное для него сообщение, и надо проверить его достоверность, ибо оно способно многое поменять в их отношениях.

- Нам сообщили об этом вчера вечером, но хватит вопросов, мы думаем уже пора перейти к объяснениям. Итак, чем вы ваше величество оказались так недовольны семь дней назад? - самоуверенность и превосходство. Это нервирует его, медленно, но верно приводит в бешенство. Он, конечно, рад тому, что она вернулась целая и здоровая, словно и не уходила, но смириться с ее самоуверенностью Ксаниэль не мог, он до сих пор считал себя правым в этой ситуации, и даже доводы герцога так и не смогли его разубедить.

- Как чем! Ты отдала технологии нелюди и после этого еще смеешь утверждать, что действуешь на благо человечества.

- Да смею, потому что так и есть. И будьте добры послушайте меня, внимательно! - холодно, спокойно, ни в коем случае не повышая голоса, но уверенно и требовательно, так что волей не волей начинаешь прислушиваться к словам. - Начнем с того, что я как таковыми технологиями своего мира не владею, самое большое, что мне известно - это общие принципы работы некоторой техники, а так же ряд законов моего мира, на которых все это построено. А теперь подумайте, смогли бы мы найти практическое применение этим знаниям? Нет, потому что у нас хоть какой-то наукой занимаются только маги, либо дворяне у которых это, что-то вроде хобби - изучение того, что и так известно нелюди, причем уже давно. Образованные круги государства придется слишком долго раскачивать, не говоря о том, что только на предварительные фундаментальные исследования может уйти столетие. Маги, конечно, справятся быстрее, они просто воспользуются идеями и возможно наваяют чего-нибудь нового, но это лишь усилит их позиции и их монополию на свою продукцию, а народ как не имел к ней доступа, так и не будет иметь.

- Хорошо, но нелюдь, тоже не позволит людям развиться!

На этот раз игнорировать доводы Эллис, у его величества, отчего-то не получалось, они холодными клинками входили в его голову и кричали о том, что девушка права. Но не попытаться контраргументировать он не мог.

- А вот тут вы ошибаетесь, ваше величество, они заинтересованы в нашем благосостоянии, потому что неустроенность народа, слишком хорошая почва, для нагнетания расовой ненависти. Что собственно и происходит сейчас. Есть силы, которые хотят мировой войны, дабы нелюдь тоже потеряла свои сокровенные знания. И плох тот король, что не замечает подобного в своей стране.

Небольшая шпилька в адрес его королевского величества, тут главное не переусердствовать, не вызвать противоположный эффект. Но пока все идет как надо, у Ксаниэля нет иного выхода, как признать ее невиновность, тем более в присутствии более рассудительного герцога.

- Именно тот союз, что я заключила, позволит нам, не только создать фундаментальную базу в кратчайшие сроки, но и обеспечит выгоду каждой расе, так или иначе связанной с каждым изобретением, с каждой технологией. Я считаю это справедливым. Более того, мы внимательно следим за тем, чтобы полученные знания нельзя было направить во зло, на военные цели. Дроу и вампиры проводят исследования, демоны обеспечивают связь, друиды контролируют отсутствие негативного воздействия на мир, а драконы хранят и систематизируют знания, гномы отвечают за техническую реализацию, и необходимые инструменты. Ну а я все это дело контролирую и координирую. Остальных, я надеюсь привлечь, после того как появятся первые результаты. Как видите, я действую в интересах своего народа, даже больше, всего мира!

Она права. И ум, и сердце Ксаниэля понимают это. Ему нечего ей возразить, тем более его друг все эти семь дней говорил нечто подобное. И от этого так обидно, так неприятно ощущать собственную ущербность, неспособность правильно понять, что происходит в его стране и мире. Она все продумала, обо всем позаботилась, как правительница она обходит его по всем параметрам. Вечно спокойная, вечно уверенная, как же он любит и ненавидит сейчас эту несносную королеву.

- Поэтому, мой король, - к сожалению, продолжила в запале девушка, попав в унисон с мыслями Ксаниэля, - мы очень надеемся, что вы не встанете у нас на пути, из-за своей ущемленной гордости.

И только закончив монолог, королева поняла, что стоило выражаться иначе. Угроза как часто бывает, возымела обратный эффект, стала той последней каплей, что превратила возникшее смирение и обреченность в безудержную ярость и злость.

- Ты так в этом уверенна? - несмотря на хаос чувств, далеко не лучших чувств, совершенно не достойных короля, Ксаниэль не собирался вставать на пути у Эллис, но удержаться от того, чтобы поставить ее на место, он не мог. - Может, ты уже забыла о заклинании полного подчинения? На моем пути тоже опасно становиться!

- Да!? - Эллис картинно изогнула бровь. Чувства короля неведомым образом передались и ей, словно она в одночасье стала эмпаткой, и неукротимой лавиной погребли остатки желания разрешить этот спор миром. - Хорошо, попробуйте, посмотрим, каковы будут ваши успехи на этот раз.

Кэриен все это время обреченно, но внимательно слушающий произносимые речи, и предпочитающий пока не вмешиваться в спор супругов, в изумлении уставился на королеву. Амулеты от этого заклинания были слишком редки, поскольку изготовить их могли только эльфы. Да и то, далеко не всякий эльф обладал нужными навыками, а уж, сколько времени уходило на каждый амулет. Конечно, в столице за большие деньги можно достать что угодно, но у королевы никак не могло быть такой суммы. Почему же она так уверенна в себе?!

Ксаниэль тем временем не раздумывая кастровал заклинание. А Эллис уже давно облокотившаяся на дверь, лишь довольно ухмылялась, следя за манипуляциями короля.

- Извинись! - приказал он, едва закончив заклинание. Королева только шире улыбнулась, сейчас к своему удивлению она почти не сдерживала свои эмоции. По крови гуляли ставшие в последнее время почти привычными азарт и предвкушение. С легкостью оторвавшись от двери, она в три шага оказалась рядом со столом, за которым все это время продолжал стоять Ксаниэль. Она понимала, что поступает неправильно, зля короля, но и удержаться от мести она не могла, пусть даже эта месть приведет к государственному перевороту. Слишком больно он ее ударил в прошлый раз, слишком большое влияние оказала на нее чужеродная кровь. И это плохо, и об этом она непременно подумает, но позже, не сейчас. А его величество недоуменно смотрит на ее перемещения, не понимая, почему заклинание не действует.

- Ни это, ни любое другое заклинание больше не имеет надо мной власти.

Эллис опустила руку на грудь и приподняла возникший из неоткуда серебряный кулон с сапфиром. Сейчас явившись взору мужчин, он, казалось, идеально гармонировал с ее фривольным одеянием, являлся естественным его продолжением, неотъемлемой частью, без которой ее образ оставался незавершенным. Последний штрих величия королевы.

Глаза Кэриена расширились более чем в два раза, сапфир для амулетов использовало лишь одно существо во всем мире - сам повелитель драконов. И если это действительно изготовленный им амулет, то Эллис больше нечего бояться. И неудивительно, что герцог не ощутил ни капли магии исходящей от девушки и способной принадлежать амулету. Драконы отлично умеют закрывать свои творения. Ксаниэль же таких подробностей не знал, поэтому с удивлением смотрел на обычную подвеску, совершенно не похожую на амулет от полного подчинения, и по его ощущениям лишенную какой-либо магии.

- Это подарок Эссси, - откровенное недоумение на лице короля, заставило девушку пуститься в объяснения. - Сделанный им амулет против ментальной магии.

- Щедрый подарок, интересно, чем же вы за него заплатили, ваше величество?

Ревность.... Стремительно расширяющаяся ураганная воронка чувств с огромной скоростью поглощала доводы разума. Все внутри короля смешалось и закружилось в танце хаоса при упоминании сапфирового дракона. Уязвленная гордость сжала его в тугих объятиях. А в голове набатом била одна единственная мысль, какой бы нелепой она при этом не казалась, - заслужить подобное его супруга могла лишь одним способом.

- Ничем, особенно тем, о чем вы подумали, мой король, - спокойная и непреклонная как всегда, она легко читала мысли супруга по лицу, глазам, движениям. И они не приносили ей радости, отчего-то они били прямо в ее сердце, нанося кровавые раны. - Сделка еще в силе, если вы не забыли. А Эссси, я даже не знаю откуда он узнал о случившемся, скорее всего от чего-то накопавшего Рена. Он просто пришел вчера ко мне, подарил кулон и почти ничего не объясняя, ушел. Мы друзья, Ксаниэль, а это что-то да значит. Это только вы, ваше величество, способны думать через одно место.

Откровенное оскорбление, наверное, не стоило так. Но ей слишком больно, чтобы думать над своими словами; и не понять, почему недоверие супруга, так на нее действует, отчего ей в последнее время все больше хочется поговорить с королем по душам, почувствовать его понимание и признание, ощутить доверие. Но он словно не замечает ничего, а ведь ей совсем не нужны его шикарные подарки и ухаживания по высшему разряду....

Оскорбление достигло цели, и в следующий миг король молниеносным выпадом схватил кулон. Эллис даже не изменилась в лице, погруженная в свои печальные размышления, но все так же хранящая на лице улыбку превосходства.

- Можешь распрощаться с подарком, твоего драгоценного дракона! - Ксаниэль со всей силы дернул кулон, и едва не потерял равновесие, когда драгоценность буквально растворилась в его руке.

- Зря стараетесь, его можно снять только с моего разрешения, - печально и безразлично, улыбка покинула уста, а превосходство взгляд, там осталось лишь равнодушие. - Так что ваше величество, лучше успокойтесь и посмотрите на ситуацию трезвым рассудком, нам с вами нечего делить.

- Хорошо, нам действительно нечего делить, - король из последних сил попытался ровно произнести дающиеся с таким трудом слова. Сохрани Эллис довольство во взгляде, сохрани она наглую улыбку, осознание собственного превосходства, и он наверняка ответил бы иначе. Но произнесенные с таким равнодушием слова, неожиданно больно ударили по его величеству. - Вы умнее и расчетливее нас и действуете исключительно на благо человечества... Вы хотели власти и независимости. Чтож тогда вы полновластная королева, ваш приказ и подпись равнозначны нашим, а мы удаляемся в летнюю резиденцию. Не смеем больше стоять на вашем пути, ваше величество, - голос все же дрогнул в конце, но королю было все равно, он с небывалой скоростью покидал кабинет, желая как можно быстрее закрепить делом свои слова и предаться щемящему одиночеству в компании с бутылкой вина.

Звук захлопнувшейся двери ударил по ушам, заставив оставшихся невольно поежится. Кэриен тяжело вздохнул, жалея о принятом раньше решении невмешательства. Теперь ему все же предстояло решить, чью же сторону окончательно принять и с кем остаться. С королем ли, которому наверняка нужна его поддержка, и которого окончательно сломит его преданность Эллис; с королевой ли, которая наверняка затеет опасную игру с магами, и которой непременно понадобится защита и помощь службы безопасности....

- Зря ты так.

- Знаю Кэр, знаю и понимаю, но пойми и ты, я ведь тоже человек, у меня не лед вместо сердца и я не лишена чувств, как кажется большинству придворных. Я так и не смогла забыть ту боль, не удержалась вопреки голосу разума. Знаю, что неправильно так поступать, знаю, что мстить глупо. Облегчение это точно не приносит, лишь сожаление, но я не всесильна, совсем не всесильна.

- О Первые, как же мне теперь быть! - едва слышно, подумал вслух герцог, обхватив голову руками. Сейчас будучи столь удрученной ценой, которой далась победа, Эллис казалась такой хрупкой и беззащитной.

- Поезжай с Ксаниэлем, ты ему нужнее, - королева, подняв прежде потупившийся взгляд на Кэриена, увидела принятое им решение. - Я сама могу за себя постоять, да и дворец самая надежная защита. Ты нужен сейчас своему другу как никогда, помоги ему успокоиться, поговори с ним. Он тоже все поймет и вернется... позже. Оберегай его, чтобы в расстроенных чувствах он не натворил непоправимого. Для него сейчас самая большая опасность это он сам. Я больно ударила его. Мне хватит и твоего человека готового выполнить задание в случае необходимости, и способного передать мне информацию.

Эллис попыталась ободряюще улыбнуться, но на душе все еще скреблись кошки, и улыбка получилась унылой. Он внимательно посмотрел на девушку. Она призналась в своих знаниях, и сейчас герцог был уверен как никогда в том, что королева говорит предельно откровенно, не используя эту самую откровенность. Но это породило еще больше вопросов, нежели ответов. И самый главный из них, кто же все-таки тот дроу-полукровка, за которым следил его лучший сотрудник.

- Ты хочешь что-то еще спросить у меня? - голос девушки, звоном разбившегося стекла ворвался в мысли герцога. Он вздрогнул, и от неожиданности, и от досады на самого себя, за утерю контроля, за подаренную возможность заглянуть в его святая святых.

- Полукровка, убивший грабителя, а потом и... это ты... это произошло случайно? - слова давались с трудом, хотя Кэриен и сам не понимал, почему задал именно этот вопрос из всего того множества, что крутились у него в голове. Почему для него так важно знать, способна ли эта, несомненно, опасная хищница на холоднокровное убийство.

- Я его убила, и не случайно, знала, что убиваю..., и мне не жаль. Как и тех трех в трущобах, - легкая грусть в по-прежнему безразличном голосе. Отчего-то именно сейчас так не хотелось лгать Кэриену, тому, кто всегда так хорошо чувствовал ее. Сможет ли он понять ее, как происходило прежде, она не знала, но осознавала, что не имеет права не сказать, пусть и потеряет от этих слов такого сильного союзника и дорогого друга. - Твой человек следил за мной, и все что он докладывал, правда, но не спрашивай меня, как я оказалась здесь, это уже не только моя тайна.

Не в силах больше смотреть на недоумевающего герцога, и боясь его новых вопросов, или открытого осуждения, королева так же быстро и не прощаясь, как и ее супруг, десяткой ранее, покинула кабинет. К сожалению порой столько долго приобретаемых друзей и союзников можно столь же быстро потерять, просто не в силах объяснить всей логики своего поступка. Теперь ей не исправить ситуацию, ведь завтра Кэриен покинет дворец вместе с королем, и остается лишь уповать на его мудрость. А пока она будет верить, верить в то, что он все поймет и примет...


Глава четырнадцатая. Королевская охота или охота на королев.


Жизнь в деревеньке Спанд, расположенной в глубине материка и достаточно далеко от королевских трактов, всегда соответствовала своему названию. На протяжении долгих тысячелетий здесь из года в год так почти ничего и не менялось. Крестьяне справно трудились на полях, правили выстроенные еще далекими предками дома, что вопреки всем их желаниям не желало щадить время; ребятня резвилась на улице, помогала в меру своих сил приглядывать за небольшой домашней живностью, гуляла по лесу, собирая урожай, заботливо даруемый людям природой; мужчины способные к охоте уходили в дремучие леса, влекомые выслеживаемой дичью, дабы хоть немного разнообразить скудный крестьянский рацион. Чужаки здесь появлялись раз в год, да и то они редко менялись на протяжении одного поколения, а потому очень быстро становились своими - ведь со сборщиками налогов лучше иметь хорошие отношения. Две ежегодные ярмарки тоже давно стали делом привычным, ибо проводились в этой деревеньке на протяжении ни одной сотни лет, давая возможность собраться вместе многочисленным родственникам, проживающим в еще нескольких деревеньках поменьше в пределах пары дней пешего пути. Случайных гостей у них почитай никогда и не появлялось, ну что может дать небогатая деревенская ярмарка, да и свой купец доставляющий немногочисленные излишки на рынок пары ближайших, но вместе с тем таких далеких городов, прекрасно справлялся со своей работой, балуя порой земляков невиданными прежде вещицами привезенными оттуда.

Но пару дней назад приключилось нечто, отчего большинство до сих пор недовольно качало головами, нехорошим словом поминая смутьяна и в то же время, благоговея перед принесенными им новостями. Демон появился неожиданно, буквально соткавшись из воздуха под музыкальное сопровождение голосистой Аськи, что так удачно решила помиловаться на улице со старостиным сыном Мишной. Самую красивую девку на деревне, да еще и на выданье уже давно пророчили ему в жены, так что дело оставалось за малым дождаться первого весеннего дня, да сыграть помолвку, ну а там и до свадьбы недалече останется. Перепуганные ее чистейшим фальцетом крестьяне, спешно вывалив из ближайших домов, кто с топорищем, кто со сковородкой, кто еще с какой кухонной утварью, с удивлением могли наблюдать презабавнейшую картину. Расхорохорившийся Миш грозным взглядом смотрел на чужака, что так неудачно помешал ему забраться под девичью одежонку, да поласкать упругое юное тело, а демон словно, и не замечая его, с любопытством вслушивался в выдаваемые девушкой ноты, довольно хмыкая на особо высоких построениях. Изумленно замерших крестьян демон впрочем, тоже не замечал.

Наконец до Аськи дошло, что визг ее так и не произвел ожидаемого результата, а, посему резко оборвав его, она с удивлением обнаружила перед собой предел девичьих мечтаний, так сказать воплоти. И не важно, что одет он в совершенно несуразную одежду, да еще и не по погоде, а цвет волос напоминает ядовитое растение Каучу, все равно ведь красив до невозможного, так что самый статный и симпатичный старостин сын, на его фоне кажется уродцем.

- Позвольте выразить вам мое почтение, леди, ваши вокальные данные потрясли меня до глубины души, даже среди лучших королевских менестрелей мне не доводилось слышать столь сильного и высокого голоса, - разорвал воцарившуюся тишину, приятный тенор королевского посыльного, сопровождаемый почти мгновенным перемещением к зардевшейся от похвалы девушке и лобзанием ее руки.

- Эй, ты..., - Миш едва дар речи не потерял от такого наглого поведения чужака, что уже успел приобнять смущенную девушку, и расположить свои конечности на самых приятных выступающих частях ее тела. - Руки прочь от моей невесты, - наконец нашелся, что сказать негодующий парень.

Аська спешно потупила пылающий взор и попыталась нехотя высвободиться из объятий чужака. Однако тот, наконец, заметив присутствие прочих зрителей, мгновенно потерял к девушке всякий интерес, стремительно вернувшись на место своего появления.

- Почтенные, - обратился к крестьянам демон, ехидно чему-то своему улыбаясь. - Позвольте представиться посыльный ее королевского величества Эллис - Страншнестриат, и можно без второго имени. Мне необходимо увидится с вашим старостой, и предать ему высочайшее королевское распоряжение.

- Так, вот жеж старостин сын, Мишной-то, пусть он к батюшке-то и проводит, - задумчиво почесав голову, выдал ближайший старичок, кивая в сторону все еще нахохлившегося паренька, да опираясь на обух здоровенного колуна, невесть как донесенного им почти до самого места событий.

Вот так и начали происходить в Спанде события, наблюдая за которыми почти все недовольно ворчали о том, что от перемен ничего хорошего ждать не стоит. Хотя ворчали они скорее по привычке, ибо инициатором перемен являлась избранница Первых, а в ее мудрости никто и никогда не посмел бы усомниться. В отличие от шумных городов, в деревнях еще не забыли своих созидателей, да не разучились почитать их наместницу. Потому и повеления королевского посланника выполнили споро да добротно, выстроив перед старостиным домом на самой широкой улице деревянный стенд, на котором сами собой впредь должны будут появляться королевские указы, да исписанная бумага названная замудренным словом газета. А сегодня и вовсе должно состояться нечто доселе невиданное - на главной улице перед стендом соберутся жители всех окрестных деревень, до которых успели добежать отправленные почти сразу же мальчишки. Королева лично хочет донести свою волю народу, через магический камень, передающий голос на такие далекие расстояния, и теперь бережно хранимый у старосты.

Такого скопления людей Спанд не видал даже во времена лучших своих ярмарок. Толпа людей от мала до велика, заполнила собой все свободное пространство, гудя, словно улей потревоженных пчел. Всем не терпелось услышать голос своей королевы, по слухам сереброволосой красавицы Эллис, что смогла покорить не только сердца людей, но и нелюди. И большинство собравшихся даже не предполагало, что они не одиноки в своем желании, ибо подобные скопления народа наблюдались сейчас во всех городах королевства, да почти во всех достаточно крупных деревнях.

- Подданные объединенного людского королевства западного материка... - зазвучал приятный женский голос, разрывая воцарившуюся с первым произнесенным словом тишину. Сейчас этот голос был слышен почти каждому жителю королевства, а те, кто не смог присутствовать на знаменательном событии, непременно услышит речь своей королевы из пересказов ближайших родственников, среди которых наверняка найдется немало рьяных рассказчиков, желающих поделиться своими впечатлениями. И сердце каждого жителя Спанда с трепетом замирало, внимая каждому слову почти богини, что решила почтить их своим вниманием, поделиться с ними своими планами на будущее, своим стремлением улучшить их жизнь и непременно добиться мира во всем мире.


Эллис упала в кресло и, наконец, смогла перевести дух. Повышенное напряжение последних дней не прошло для нее без последствий, и голос несколько раз едва не дрогнул во время ее пламенной речи. Она все-таки решилась на это, бросила открытый вызов магам, пусть и завуалировано, но обвинила их в большинстве бед нависших над страной, раскрыла свои договоренности с нелюдью и стратегическую программу развития мира. И это решение далось ей непросто. Но раз король уезжая в летнюю резиденцию на отдых прировнял ее подпись и волю к своей, ей следует извлечь из этого максимально возможную выгоду и выйти из тени полновластной королевой, избранницей Первых, чьи выдающиеся способности не побоялись признать сильнейшие правители этого мира.

- Молодец, - ободряюще произнесла дроу, во время выступления ожидавшая девушку в небольшой гостиной расположенной рядом с центральным балконом дворца, с которого и вещала королева.

Только благодаря Багире и прочим дроу, а так же демонам и гномам, королеве удалось воплотить в жизнь эту несомненную авантюру. И повелительница отнюдь не отдыхала в уютном кресле, пока сама Эллис произносила речь. Но это лишь первая демонстрация возможностей техномагии построенных на идеях ее мира. Еще вчера во дворец прибыл первый экспериментальный печатный станок, пока единственный в своем роде. Но королева уже имела на него далекоидущие планы. Как голос королевы, печатное слово послужит на благо увеличения грамотного населения, позволит вложить нужные ей мысли и идеи сразу в множество умов по всей стране. И это будет ее и только ее монополия, по крайней мере пока не решится проблема дефицита кадров, и реформы не наберут оборота. Она должна изменить образ мышления своих подданых, и она это сделает.

- Но как же я устала, - оторвавшись от раздумий, ответила на похвалу девушка. - Я уже декаду сплю не больше четырех часов в сутки, и если бы не моя великолепная память, я бы, наверное, сошла сума от такого количества обрабатываемой информации. И это только текущее управление страной, а еще надо найти время на концепции глобального развития, стратегического планирования и академию, без создания системы образования все мои идеи не стоят и выеденного яйца.

- Ничего ты справишься, - ободряюще улыбнулась дроу, - у тебя хватает помощников, да и такой тотальный контроль от тебя требуется только на первых этапах, вот разберешься с магами да министрами, и жизнь станет куда проще и веселее. Да и не забывай, что гномы уже сегодня вечером обещали доставить тебе электрогенератор.

- Знала бы ты, как меня это радует! Зря, что ли ноут вместе со мной стал межмировым путешественником. Надеюсь, за эти полгода я не забыла, как пользоваться благами своей цивилизации.

Довольная улыбка вновь вернулась на уставшее королевское лицо, а жажда знаний и новых деяний ярким пламенем загорелась в глазах. Наконец, у нее появится средство для прогнозирования своих действий, и проведения расчетов. Наконец, она сможет вернуться к нормальному режиму дня, поскольку ей не придется просчитывать вручную невероятные объемы информации. Наконец, она получит доступ, к тому, что было ей так дорого - фотографии, книги, документы. Нет, она до сих пор ни о чем не жалела, и почти не скучала, но Интернета и ее друзей в сети все же не хватало.

- Отдохни, сегодня ты это заслужила. Маги не могли ожидать от тебя такого хода, и им потребуется время на ответные меры. А тебе нужны будут новые силы, чтобы встретить их во всеоружии.

Дроу плавным движением поднялась из кресла, всем своим видом демонстрируя подруге, что той следует отправиться за ней, а не выходить к собственной свите, половина из которой жаждет объяснений, а вторая уже готова нагрузить ее новыми проблемами. Эти дела могут и подождать, в отличие от хрупкого человеческого тела неспособного долго выдерживать такие нагрузки.

- Я должна, - с сожалением отозвалась Эллис, и поднявшись из кресла, отправилась к закрытой пока двери. - Миларин, проводи мою гостью к ее подданным, и обеспечь всем необходимым до их отбытия.


Очередная королевская охота завершилась успешно, и на этот раз в полной мере смогла отличиться именно аристократия, оставив на своем счету почти половину добытого зверья. Сегодня слуги зажарят на вертеле целую пару матерых верях. Сразить хотя бы одного из которых это уже неслыханная удача, а тут двоих, да еще и одного уложил точным ударом сам король. Такой успешной охоты за последний месяц еще не случалось, а значит, пир предстоял отменный. Дамы, что всю охоту просидели в лагере, спешно окружили главных героев, и раскрыв рты слушали их героические россказни. Эта охота как раз и отличалась от всех предыдущих тем, что в ней никто не загонял животных на поджидающих их в засаде бравых аристократов. Нет, на этот раз охотиться пошли лишь умелые воины, которых среди знати вполне хватало, да их не менее умелые гвардейцы. А остальные с не меньшей радостью остались развлекаться в лагере, в компании юных фрейлин королевы. К горю кавалеров, фрейлины сменялись каждую десятку - только подберешь ключик к сердцу красавицы, а ей уже пора возвращаться во дворец.

Ксаниэль гордый собой, и своим точным ударом, против которого так рьяно возражала пара гвардейцев, сопровождавшая его на охоте, ехал впереди шествия на пару с магом, что неотрывно крутился вокруг его величества вот уже две десятки к ряду. Кэриен пристроившийся слегка позади своего друга и имеющий полное право гордиться своей не менее опасной добычей, с наигранным величием вещал дамам о своей мужественной охоте. Счастливчик, иного от него и не ожидали. Восхищенные леди стайкой кружились вокруг и явно не собирались отпускать этой ночью своего героя.

Король порой украдкой бросал на друга задумчивый взгляд, сожалея о том, что его актерские способности так далеки от герцогских. Ему приходилось прилагать очень много усилий, но оно того стоило, маг уже не сомневался в том, что его величество и его ближайшее окружение настроены против королевы. Едва маркиз Даберен - маг, год назад закончивший полный круг обучения, появился в его свите, как Кэриен предложил королю вспомнить былое, и вдвоем устроить в кабинете попойку. Вот только вместо вина там оказался сок, а вместо веселой болтовни на извечные мужские темы серьезный разговор. А потом все стало происходить именно так, как и предсказал в том разговоре глава СБ. На короля, герцога и еще некоторых людей из их ближайшего окружения поставили прослушку. И король, и герцог прекрасно знали как заставить это заклинание на время ничего не передавать, но чтобы не раскрыться и не вызвать подозрений раньше времени, использовать этот способ старались как можно реже. Вторым шагом маг начал их аккуратно обрабатывать при помощи магии разума, настраивая против королевы. Они оба опять же умели отлично защищаться от подобных внушений, но королю даже не пришлось тратить свои скудные эльфийские силы, весь негатив направленный на ее величество, отскакивал от него как мяч от стены. Ну а дальше пришлось играть.... Что же на самом деле задумал Кэриен, для Ксаниэля так и осталось загадкой, но все рекомендации друга он старательно выполнял.

Лес стремительно редел. Копыта лошадей уже ступали по вырисовывающейся дороге, что через часть десятины превратится в хороший мощеный тракт ведущий ровненько до парка летнего дворца. И не важно, что этим трактом пользовались лишь во время таких вот охот, сделали его все равно наславу. Ну а сам летний дворец, таковым лишь назывался, поскольку чаще использовался именно в зимнее время. Располагался он на самой южной оконечности внутреннего моря, и зимой температура крайне редко опускалась до пятнадцати выше нуля. Здесь никогда не бывало промозглой столичной сырости, не моросили нескончаемые зимние дожди, холодными струями стремящиеся попасть за шиворот любого добропорядочного жителя стольного града. Здесь почти всегда светило бледное зимнее солнце и лишь ветер с моря приносил влажный морской воздух.

Солнце уже почти коснулось горизонта, предвещая стремительное наступление темноты. Тем временем на огромной поляне перед дворцом слуги уже разжигали костры, одна из древнейших традиций - пир после охоты непременно проводили в лоне природы, пусть и в паре метров от дворца.

Наконец достигнув приготовленной поляны, маг, как и большинство аристократов, оставил короля, спеша привести себя в надлежащий вид. Кэриен не упустил эту возможность оказаться подле друга, мягко спровадив восторженных дамочек доводить себя до идеальнейшего на их взгляд состояния. Герцог ободряюще кивнул другу и жестом попросил следовать за собой, неустанно нашептывая себе что-то под нос.

Небольшой костерок разгорелся под ветвями раскидистого дабара, на его мощных корнях, что на полметра, а то и выше выпирали из земли, устроились два человека. Во тьме, что начиналась за их спинами, слышалось размеренное ржание, пасущихся невдалеке лошадей, а впереди виднелись огромные костры, и множество теней прогуливающихся вдоль них. Но никто из них даже не подозревал о том, что король и его друг, вместо того чтобы заниматься привычными после охоты процедурами, уединились во мраке парка.

- Теперь можно и поговорить, мой король, - первым нарушил молчание Кэриен, а Ксаниэль как обычно поморщился от этого обращения, но, тем не менее, возражать не стал. Да и выказал недовольство он лишь оттого, что эти слова произнес его друг, а не та, которую он все это время так желал увидеть и, заключив в свои объятья больше никуда и никогда не выпускать.

- Тогда я жду объяснений, - ухмыльнулся в слабых отблесках костра король.

- Я решил ловить их на нас, - ухмыльнулся в ответ герцог, - Эллис очень вовремя поджала им хвост, теперь они ищут твоего союза. И нам надо выяснить, масштаб этого заговора, а самое главное придумать, как устранить эту опасность. Врага надо держать как можно ближе к себе. Ведь еще чуть-чуть и они могут всерьез взяться за твою супругу, она конечно не промах, и за пазухой у нее должны быть сюрпризы на этот случай. Но мне не хотелось бы так рисковать, отпуская все на самотек, да и тебе думаю тоже.

К тому же те против кого выступает королева, куда сильнее и могущественнее чем она смеет полагать, да и маги всего лишь ширма, и копать под тех, кто скрывается за ширмой пока нельзя, чтобы не выдать собственной просвещенности, - с грустью подумалось герцогу, к сожалению, пока произнести эти мысли вслух, он не мог. Да и о своих возможностях он имел вполне реальное представление, но шанс выиграть все же был. Оставалось только убедить в этом короля и не вызвать у него лишних подозрений.

- Маги хотят, чтобы я вновь вернул себе полноту власти, - задумчиво пробормотал Ксаниэль, размышляя над идеей друга. - Но забрать власть у супруги я уже не в силах, только если она сама добровольно на этой пойдет - указ я составил на удивление удачно. Думаю, какое-то время у нас будет, пока я буду делать вид, что пытаюсь забрать у Эллис, то, что подарил ей перед отъездом. Но рано или поздно заговорщики поймут, что это не получается, и тогда жизнь королевы окажется под серьезной угрозой, но к этому времени мы должны быть готовы действовать. Я прав?

Король оторвал свой взгляд от мерно потрескивающих в огне сухих веток и внимательно посмотрел в лицо друга, почти полностью скрытое полумраком. Герцог утвердительно кинул, и слегка прикрыл глаза, опасаясь, что Ксан может разглядеть там то, чего ему знать, пока не стоит. Его собственный план был куда тоньше, да и план громко сказано, так набросок вероятностей развития событий в результате его нелогичных действий и наверняка не менее непредсказуемых действий королевы. Впервые глава СБ решил сыграть в удачу, не просчитывая все и вся, а надеясь воспользоваться всеми подвернувшимися случайностями и возможностями.

- Как думаешь координировать это с Эллис? - все еще задумчивый голос короля, вырвал герцога из размышлений. Он бросил на друга удивленный взгляд, но тот вновь смотрел на взвивающиеся вверх языки пламени, и ничего не заметил.

- Эллис ничего не будет знать, - спокойно произнес Кэриен, и теперь уже Ксаниэль с нескрываемым удивлением разглядывал его, тщетно пытаясь постигнуть планы загадочно улыбающегося герцога.

- Но если она будет уверена что мы на их стороне, она непременно придумает какую-нибудь авантюру!

- И правильно сделает, - довольно потянулся Кэриен, любуясь обескураженным лицом короля. - Хорошо, я сейчас все объясню. Во-первых, я не сомневаюсь в том, что Эллис хорошая актриса, но то, что знают трое - знают все. За нами будут слишком пристально следить во дворце, чтобы мы имели право хотя бы на одну малейшую ошибку. А она произойдет непременно, можешь поверить моему опыту. Во-вторых, ее авантюры пока заканчивались весьма неплохо, и ее непредсказуемость сыграет нам на руку, маги будут ждать удара именно с ее стороны, а не с нашей, но я уж придумаю, как воспользоваться дополнительными возможностями. К тому же, я более чем уверен, что наша королева достаточно быстро все поймет, или, по крайней мере, заподозрит, и в своих планах будет учитывать тот факт, что мы ведем свою игру с заговорщиками. Она слишком хорошо осведомлена как о твоих, так и о моих способностях и возможностях. К тому же прослушка висит не только на тебе, но и на мне, и я вынужден был отдать приказ об автономной работе службы безопасности.

- Да, похоже, я до сих пор далеко не все знаю о своей дражайшей супруге, - неожиданно тепло улыбнулся Ксан, зачарованно любуясь языками пламени, так похожими в своей настойчивости на его супругу. Но потом он невесело ухмыльнулся, слегка покосившись на герцога, и гадая насколько больше, тот знает об Эллис.

- О, в этом, ты не одинок. Последние две декады Эллис не перестает удивлять и меня, запустив свои станную машину, она увеличила свою работоспособность в разы. Она справляться с такими объемами работы, но тратит времени не больше, чем ты всегда тратил управление страной! - поделился герцог информацией полученной из дворца, в последнем письменном докладе, стараясь отвлечь друга от тех нежеланных мыслей, что так отчетливо читались на его лице. Зато его самого, вновь захлестнули еще более нежеланные раздумья. Уезжая, он наказал лучшим своим людям не спускать с нее глаз, записывая за ней все ее слова, все действия. И по возвращении ему предстояло незаметно, но как можно быстрее решить или же понять кто такая эта Эллис. Почему она не солгала и открыто призналась в убийствах, почему сказала те странные слова, почему ему так настойчиво кажется, что он просто чего-то не знает о ней, чего-то не понимает. Очень важного. Того, что объяснило бы ее странное поведение и не только в этом случае, того, что показало бы, что слова не расходятся с делом, расходится лишь их понимание или непонимание.

- Даже так? - отсветы пламени, оказались слишком слабы, чтобы высветить удивление, написанное на лице короля, но его другу этого и не требовалось, хватило интонаций голоса.

- Угу, - грустно вздохнул герцог, вытянувшись на толстом корне и устремив свой взгляд на скрытую во тьме корону дерева.

А еще он очень соскучился по их беседам, которые вполне могли пролить свет на мучавшие его вопросы, или же породить шквал новых. Но что-то останавливало его от того, чтобы поменять свои планы и действовать сообща с ней, что для большинства аналитиков должно было однозначно казаться наиболее правильным решением. Возможно тот самый непонятный страх, а возможно чувство именуемой интуицией. - Ладно, действовать будем, как решили. А во дворец вернемся к первому дню весны. Начало нового года стоит отмечать в столице, это прекрасный повод объяснить наше возвращение и не связать его с вашим примирением. Но нам уже пора, похоже, там все готово.

Кэриен кивнул головой в сторону больших костров и принялся затаптывать, тот, что они укрыли в корнях дерева. Не стоит вызывать у окружающих лишнего подозрения своей задержкой, эти подозрения вполне могут дойти и до маркиза, а это им сейчас совсем ни к чему.

- Думаю, стоит пойти и узнать, - вслед за герцогом покинул нагретое место и король. - Пора повеселиться так, как мы это умеем! Ведь именно за этим я отправились в летний дворец. И пусть назавтра у всех хорошенько поболит голова, так чтобы в нее и не подумала заглянуть мысль о том, где же пропадал король и его друг вместо того, чтобы приводить себя в приличный вид после охоты.


Первый день весны, праздник единения, праздник зарождения новой жизни и нового года. В глубинке королевства до сих пор почти все свадьбы и помолвки приурочивали именно к этому дню, казалось бы, благословенному самой природой. Но и здесь в столице этот день кружил, манил, восхищал, очаровывал своей детской невинностью и коварством юной леди. Все началось с возвращения короля в столицу. Пышно и помпезно обставленный проезд по утренним улицам города, толпа ликующих горожан и бочки хмельных напитков, да остатки последней слишком уж богатой на дары охоты, любезно выставленные правителем на главной площади города.

Сегодня веселье коснется каждого дома, каждого жителя, не важно роскошным ли праздничным ужином, или же бесплатным королевским угощением, да шикарными представлениями, устроенными на всех подходящих площадях города. Маги, лицедеи, менестрели и прочая артистическая братия буквально заполонили город, обустроились на каждой мало-мальски подходящей площадке, рассказывая, показывая, озвучивая оттуда древнейшие истории и легенды о славных героях, о великой любви, о незабываемых приключениях. И яркое солнце, что с утра не покидало небо, дарило всем столь долгожданное тепло, что несла с собой весна. Ласковые лучи солнечными зайчиками играли на улицах и в домах, стараясь осветить даже самые темные углы, ласково пробежаться, по невиданному недоразумению - хмурым лицам некоторых горожан. Но это ненадолго еще чуть-чуть и во всем королевстве не останется человека, не поддавшегося сочному веселью этого дня. Так было всегда, так будет и в этот раз, так решила сама природа.

Дворец кипел весельем не меньше, чем улицы столицы. Его вновь переполняла родовитая аристократия, безудержным вихрем ворвавшаяся в спокойную и максимально деловую жизнь его обитателей. Свита короля спешно приводила себя в порядок, после непродолжительной утренней дороги. Слуги с шутками, да прибаутками заканчивали последние приготовления к балу, который непременно должен затмить собой свадебные торжества. Казалось бы, куда уж лучше, но как говорила их любимая королева, нет предела совершенству. А потому все просто хорошо делали свою работу, да и как можно сделать ее плохо в такой чудесный день, когда, казалось бы, все благоволит безграничной радости.

Все начнется с праздничного обеда, красивейших представлений артистов и магов о прошлых веках, продолжится непременным балом и закончится в парке у гигантских костров. Этой ночью нет запретов, ни аристократам, ни простолюдинам, есть только общее правило всем должно быть хорошо и весело. Кто-то всю ночь проищет таинственный цветок, что цветет лишь одну ночь в году, но зато настолько красиво, что никому его нашедшему так и не удалось передать словами ли, нотами ли, красками ли увиденного ими великолепия и посетившего их восторга. Кто-то просто отдастся пьянящей страсти в лоне природы, кому-то хватит историй, что поведают друг другу люди у костра, а кто-то с блаженной улыбкой забудется в хмельном угаре. Этой ночью каждый найдет себе занятие по нраву.

Лишь троим, на этом празднике жизни, не нашлось места. Веселье не захлестнуло их бурлящим водоворотом, не настигло горной лавиной, не смогло прогнать тяжкие думы, что не давали покоя каждому из них. Но они оказались слишком хорошими актерами, чтобы хоть как-то проявить свои чувства, а посему для всех эти трое так же радовались первому дню весны, скрывшись за умело созданными масками.

Она кружила в объятиях очередного кавалера, что искусно вел ее в очередном танце. Она не считала ни этих кавалеров, ни эти танцы. Все происходящее вокруг слилось для нее в одну сплошную размазанную картину с того самого момента, как ее супруг вновь переступил порог дворца. Она встречала его в самом соблазнительном платье, которое только могла позволить, ведь если он смог понять ее, простить и потому вернулся к празднику во дворец, то эта ночь обещала стать незабываемой. Ночь, когда рушатся все запреты, ночь, когда их сделка не имеет над ними власти. Она до последнего не жалал верить докладам своих фрейлин, Кэриен обещал ей уберечь. Но встретила она лишь холод и враждебность, причем со стороны обоих самых дорогих ей мужчин в этой стране. Да они одарили ее тело плотоядными взглядами истинных самцов, но не более того, и причиной этому явно служил маячивший подле них маг, представленный ей супругом как его новый советник. И в этом смазанном пятне весь день отчетливо прорисовывали лишь две дорогие ей фигуры, куда бы она не отводила свой взор, он словно притянутый магнитом выхватывал из толпы то короля любезничающего с очередной фавориткой, то герцога с неизменным бокалом вина в руке.

- Ваше величество! - очередной мужской голос вырвал ее из раздумий, тщательно скрытых за озорной улыбкой.

- Да ваша светлость!? - на автомате отозвалась королева, определив стоящего перед ней мужчину как графа, каким-то седьмым, выработанным здесь чувством.

- Позвольте пригласить вас на танец, ваше величество! - в почтительном поклоне склонился этот юнец. Сегодня ей не позволяли передохнуть, ведь на остальных балах пригласить королеву на танец не так-то просто, а сегодня нет запретов, нет условностей, сегодня праздник весны.

- Конечно ваша светлость! - ответила Эллис величественным реверансом, и вновь оказалась среди танцующих пар, со всей страстью отдающихся прекрасной музыке Маэстро.

И вновь кавалер шептал ей комплименты, восхищался своей королевой, позволяя своим рукам порой излишние вольности, на что та хихикала с выражением глупенькой леди, томно вздыхала и вообще вела себя на удивление нетипично. Естественно нетипично для самой Эллис, потому что грустные думы не спешили ее отпускать во власть неудержимого, непринужденного праздника, где она могла показать себя во всей красе свободной от предрассудков и запретов леди. Но она сама виновата в том, что потеряла мужа, в том, что позволила жажде мести взять верх над разумом. Хотя и нынешней власти она не имела бы, а потому что сделано, то сделано, но заваренную кашу теперь придется расхлебывать со всей тщательностью, ибо, похоже, что маги сумели нанести ей достойный ответа удар, переманив ее мужа на свою сторону. А противостояние с королем совсем не вписывается в ее планы и значительно их усложняет. Да еще и герцог, как он вообще мог такое допустить, ведь она попросила его поехать с Ксаном именно для того, чтобы уберечь супруга от ошибок. Но тут виновата опять она одна - не следовало недооценивать герцога, полагать, что она сумеет незаметно покинуть дворец, и уж тем более не следовало убивать. Кэриен не дурак, и такое несоответствие слов и дела может не только его насторожить, но и напугать. Ну а что он там напридумывает одному богу известно, ведь она всегда оставалась для него загадкой постоянно ломающей все его стройные теории и предположения. Так почему бы ей не оказаться в его глазах чудовищным монстром лишь прикидывающимся бедной овечкой, а на самом деле ведущей весь мир на закланье невесть чему. По сравнению с этим маги не так уж плохи, все-таки они желают возвышения человечества, пусть и под своей твердой рукой, пусть и через жернова войны.


Он опять флиртовал с очередной разукрашенной куклой, что непрерывно щебетала о своих глупостях. Он не считал этих леди, бесконечной вереницей сменяющихся перед ним. Зачем?! Когда его сердце так надежно принадлежит одной единственной, что совершенно не желает принадлежать ему. Скорее раздетая, нежели одетая по случаю праздника королева неустанно танцевала со всем кавалерами подряд, словно нарочно дразня супруга, постоянно попадая в его поле зрения. И ему оставалось, лишь стиснув зубы, поступать так же, ради ее же безопасности в этой ею затеянной отчаянной игре. Она должна поверить, что он охладел к ней, что маги взяли его под свой контроль. Все должно быть естественно и тогда те непременно либо совершат ошибку, либо слишком доверятся своей игрушке. Главное чтобы Эллис не сломала его план со свойственной ей непредсказуемостью и небрежностью. А пока пусть радуется, что супруг, наконец, отстал от нее со своими жалкими попытками соблазнения, что не простил ей тех слов произнесенных в запале спора.

- Миледи, не позволите ли похитить внимание вашего кавалера? - очаровательно милый с нотками озорной веселости голос обратился к уже надоевшей королю красотке. Вернувшийся из раздумий король вздохнул облегченно, увидев лукавый прищур герцогских глаз.

- Конечно, ваше высочество, - мило улыбнувшись в ответ, девушка не забыла стрельнуть глазками в сторону обоих мужчин, ясно давая понять, что она не против продолжить их общение и ночью. - Ваше величество, ваше высочество, позвольте откланяться.

- Не стоит благодарностей, - хохотнул Кэриен, едва девушка скрылась из вида. - А ты неплохо держался, даже я почти не заметил того, что она успела тебя достать.

Ксан сделал вид, что слегка надулся на своего бесцеремонного друга, но тот лишь тихонько хлопнул его по плечу в ответ - зря стараешься. В очередной раз король поразился способности своего друга веселиться даже тогда, когда его мысли крайне далеки от этого.

Интересно когда Кэриен вообще последний раз веселился искренне, а не скрываясь за своей личиной, - подумал король, опять выхватывая взглядом среди толпы кружащую в страстном танце фигурку супруги.

Герцог проследил за взглядом мгновенно нахмурившегося друга, но в отличие от того, озорное выражение его лица ничуть не переменилось, лишь в глазах внимательный наблюдатель мог заметить всколыхнувшуюся печаль. Он непременно приложит все силы, чтобы как можно скорее добраться до ее врагов и разделаться с ними. И все вернется на свои места, она вновь будет рядом, он вновь сможет играть с ней в словесные игры, пытаться разгадать ее загадку. Нет, это существо не может быть монстром, она всегда так искренне выступала против любых убийств, ну а почему все же спокойно убила сама... Нет, он наверняка не знает чего-то очень важного. Уже в сотый раз промелькнула в голове эта мысль, а за ней появились и другие. Может, далось ей это не так уж легко и спокойно как кажется со стороны, ведь и сейчас по ней ни за что не скажешь, что она грустна и веселье так и не смогло закружить ее страстным водоворотом.

Однако пора что-то делать с его величеством, пока он не стал привлекать внимание остальных своим скорбным выражением лица, - подумал герцог, расплываясь в самой коварной своей улыбке. Ему тоже следует немного отрешиться от настойчивых мыслей, все-таки это первый день весны, день радости, счастья и веселья.


Ничто не разгоняло мрака ночного переулка, даже яркие звезды скрывали тучи, еще с обеда затянувшие небо над столицей. Мелкий моросящий дождик прекратился лишь пару часов назад, но от этого суше вокруг не стало. Противная промозглая зимняя сырость надежнее прочих причин заставила опустеть ночные улицы столицы. Даже лихому люду нечего ловить по такой погоде, а потому лучше с комфортом расположиться у очага, да попивать старый добрый эль, поучая молодняк житейской мудрости, да профессиональному кодексу чести.

- Фи, мастер, - разорвал тишину ночи надменный тонкий женский голосок, истинной леди, непонятно каким ветром занесенной столь далеко от роскошного тепла и уюта своих апартаментов. - Я, конечно, понимаю, секретность для нас сейчас превыше всего! Но вы вполне могли найти более комфортное и безопасное место для нашей встречи.

- Герцогиня, - терпеливо начал почтенный старец, которому стылая сырость вокруг доставляла куда больше неудобств, чем этой вздорной леди, с которой он к несчастью состоял в сговоре. Но она располагала столь нужной ему информацией, и беспрепятственным доступом к королеве. - Давайте к делу, я тоже буду рад покинуть это место как можно скорее.

- Хорошо, но, к сожалению новости не слишком хороши. Мне так и не удалось узнать кто же глава СБ и почему его не беспокоит то влияние, которое вы обрели над королем, - крайне печально вздохнула леди.

Ее лицо не задел даже след той коварной улыбки, в которой так хотелось скривить губы. Она-то как раз хорошо знала, кто возглавляет службу безопасности и почему он не предпринимает никаких действий. Единственная среди высокородных, кто не просто задумался над тайной этой личности, но и смог ее разгадать, а потом неоднократно использовать эту персону в своих целях. Но для герцога у нее в этой игре своя роль, как и у короля, и пока они неплохо с ней справляются. Нет, она совсем не намерена помогать магам, захватить власть, скорее они очередной ее инструмент для устранения неугодных персон. А потому она тоже играет свою роль, прекрасно играет.

- Да и не важно это. Ведь мы договаривались, что вы уберете эту выскочку и ее место займу я как достойная из достойнейших. Тогда уж король точно от нас никуда не денется, и мы покажем этой чертовой нелюди, что люди тоже что-то значат. А вот это все необходимые вам данные о деятельности королевы, - последнее слово герцогиня выплюнула со всей ненавистью, которую только могла изобразить, и протянула мастеру внушительный сверток.

- Ваше высочество, - Мастер довольно ухмыльнулся, приобретение в сторонники этой недалекой, но так легко подающейся чужому влиянию герцогини оказалось для него просто подарком небес. - Про свою часть обязательств я не забыл, завтра мы собираем совет и благодаря переданным вами данным о деятельности этой иномирянки, я без труда уговорю коллег на ее устранение. Так что уделите теперь более пристальное внимание королю и его службе безопасности, сами понимаете, они не должны нам помешать.

- Конечно мастер, - очаровательно улыбнулась леди в отблеске магического огонька и поспешно растворилась во мраке переулка.

Она сделала все что нужно, теперь остается только наблюдать за разыгрывающимся спектаклем в роли умелого режиссера, порой поправляющего недостаточно хороших актеров. Она позаботиться, чтобы ни король, ни герцог не вмешались в эту игру, уж очень ей интересно сможет ли эта выскочка самостоятельно справиться со своими проблемами. Ну а если не сможет тем лучше, для магов у нее припасено не меньше сюрпризов. Они слишком уверовали в свое величие и совсем забыли, что никто из аристократии никогда в здравом уме не поддержит их, даже будь они трижды их родственниками. Не стоило позиционировать себя как особую касту, не стоило так высокомерно смотреть на своих братьев и сестер, лишенных дара. Вас уважают и боятся, но ненавидят.


Просторная зала магического совета, могла вместить в себя несколько сотен магов. Когда-то давным-давно, когда эта зала только была построена, магический совет и в самом деле насчитывал сотню магов. Но вот уже три тысячи лет, как число входящих в совет равняется тринадцати: двенадцать архимагов и Мастер - глава совета. По обилию драгоценностей и великолепию эта зала ничуть не уступала главной зале королевского дворца, только вот полюбоваться этой красотой могли лишь избранные. Те тринадцать человек, что сидели сейчас за круглым столом, расположенным ровно по центру амфитеатра. И не смотря на то, что круглый стол всегда предполагал равенство сидящих за ним, одно место, место Мастера выделялось отчетливо. Иначе, как удобным мягким троном это кресло нельзя было назвать. Человек же, возглавляющий совет последнюю сотню лет казался сморщенным старичком. Многие кому доводилось видеть Мастера Романа впервые, удивлялись, как в этом теле еще держится жизнь. Мастеру уже давно минула пятая сотня лет, срок для человека почти немыслимый, но он оказался не только великолепным интриганом, но и действительно сильным магом, самым сильным из ныне существующих, а те, кто были когда-то сильнее, ныне кормят могильных червей. Мастер же предполагал прожить еще не одну сотню лет, наслаждаясь безграничной власть. За то время, что он возглавлял совет, он приблизился к своей мечте, как никогда близко. Он первый из магов, кто решился сыграть против Первых, кто решил, что заклинание за прошедшие тысячелетия ослабело. Но все же он недооценил названных богов, и новая королева оказалась реальной силой, способной противостоять его планам. Эллис, как же он ненавидел это имя. Но на этом заседании он надеялся покончить с этой проблемой раз и навсегда. Тем более данных для этого ему более чем хватало.

- Архимаг Оларан, как продвигаются дела у вашего человека, - Мастер обратился к магу сидящему почти напротив.

Живые глаза, не обремененные мудростью прожитых столетий, бледная аристократическая кожа, и темные длинные волосы с зеленым отливом, неизменно убранные лентой в хвост, так как принято у драконов. Этот штрих его образа не был случайным, среди его предков имелся изумрудный дракон, многие века назад, тот поразвлекся с одной селянкой, дальней прабабкой архимага. Родившаяся девочка, унаследовала красоту отца, а вот силы ей не досталось, Оларан единственный в ком проснулись способности драконов к магии разума. Более того, он являлся самым молодым магом в совете, ему едва перевалило за сто двадцать лет. Столь успешный карьерный рост ему обеспечила преданность Мастеру, и конечно же драконья кровь. Пожалуй, это был единственный человек в совете, которому Мастер доверял безоговорочно, и которому естественно поручались самые важные дела.

- Мы очень вовремя ввели нашего человека в игру, король прекрасно поддается его влиянию, еще немного и я с полной уверенность смогу сказать, что он на нашей стророне. А вот с королевой возникли проблемы, она отдала мужу лишь оперативное управление. Самые важные для нас ее проекты, она до сих пор контролирует самостоятельно, и королю их ни за что не отдаст. Я считаю, она прекрасно понимает, что через него действуем мы. Ее величество весьма внимательно следит за деятельностью супруга, и неустанно проваливает все наши проекты. Попытки повлиять на нее так же закончились ничем, когда мой человек поинтересовался этим у короля, тот сказал, что любые заклинания подчинения и внушения на нее не действуют, причины этого он, к сожалению не знает. Возможно, у нее есть очень сильный амулет, но наш маг так и не смог обнаружить следов магии.

- Спасибо Оларан, а у вас Архимаг Констанс есть, что сообщить нам? - на этот раз Мастер обратился к магу сидящему по правую руку.

Этот человек обладал непримечательной внешностью, стоящего на пороге старости мужчины, типичное лицо, типичное телосложение, даже цвет волос наиболее распространенный каштановый. Архимаг Констанс являлся первым специалистом по пространственной магии, что удивительно демонических кровей он при этом совершенно не имел, и родился в простой крестьянской семье, в дикой глуши. Возможно, именно желание вырваться из той глухомани, столь часто свойственное молодежи, пробудило в нем способности к перемещениеям и привело к воротам академии. Этому соратнику Мастер доверял немногим меньше, несмотря на верность последней сотни лет, он являлся весьма амбициозным человеком, и жаждал власти не менее самого Рамана, но и терпения ему было не занимать.

- К сожалению, вся наша столетняя деятельность, перечеркнута выступлением королевы, люди больше не слушают наших агентов. Королева очень вовремя напомнила о том, что она избранница Первых. За тот месяц что уже прошел, ей удалось заручиться безоговорочной поддержки народа, в нее верят, и ничего не хотят слышать о плохих расах.

- И тебе спасибо Констанс, - Мастер уже слышал эти доклады ранее, сейчас они прозвучали лишь для того, чтобы показать совету, как они близки к провалу. - Ну а предоставленную из дворца информацию моего агента, из близкого окружения королевы вы и сами уже прочитали. Как видите, господа Архимаги, королева обыграла нас по всем позициям, и если мы продолжим медлить, очень скоро она отрежет нас и от оставшихся источников влияния. Я продолжаю настаивать на ликвидации королевы. Более того, убийство следует организовать так, чтобы подставить ее друзей, преспешников темной магии, наших врагов. Они ведь используют нашу королеву, нашу избранницу, а когда она это поймет, они устранят ее.

Лишь трое Архимагов недовольно покачали головой. Мастеру за сотню лет удалось почти полностью переделать совет под себя, собрав в нем либо крайне преданных ему магов, либо честолюбивых властолюбцев, всецело поддерживающих его стремление поставить магов во главе человеческой расы. И лишь трое в совете вошли в него еще до Мастера, и обладали слишком редкими знаниями, чтобы их можно было так просто убрать. Архимаг Сильва, трехсотлетний маг, специализирующийся на магии жизни, Архимаг Зунер почти трехсот пятидесятилетний маг, прекрасный специалист в любовной магии, и Архимаг Эскар одногодка Зунера, кряжистый старичок, унаследовавший по нескольким линиям от давних предков гномов способность к техномагии. К сожалению, этим троим, пришлось подчиниться мнению большинства, эти сто лет Мастер весьма успешно подрубал им корни, лишал рычагов влияния на молодых магов, бывших соратников, друзей.

- Архимаги Констанс и Оларанс можете действовать, - убедившись, что большинству его идея пришлась по вкусу, приказал довольно потирающий руки Мастер.


Глава пятнадцатая. Убийственный подарок.


- И аси нет и Франтя меня не спасет, - глубокомысленно изрекла королева, откинувшись на спинку кресла и уперев свой взор в потолок. Но ничего нового на этой почти идеально белой поверхности, она так и не обнаружила, как-никак за последний месяц успела изучить его до последней трещинки.

Столбцы цифр на экране ноутбука казались бесконечными, а великолепная память услужливо подкидывала воспоминания о том, как она на этот самый ноутбук зарабатывала деньги. И ведь прошло совсем немного времени, наверное, два или три года, а кажется в прошлой жизни, в этом мире Эллис окончательно потеряла счет времени до. Да и чего лукавить, это уже, и в самом деле, прошлая жизнь, к которой нет возврата. Тогда она провела за стареньким монитором около двух месяцев, иногда прерываясь на поездки в университет и посещение некоторых пар, а все оставшееся время, подгоняя столбики цифр в матрице к правдоподобным значениям.

Она спасала его, он спасал ее, а история их общения на тысячу страниц до сих пор хранилась в ее компьютере. Но читать ее и вспоминать былое королеве не хотелось, и так настроение ниже пола. Все-таки прежняя жизни никого и никогда не отпускает до конца, пусть стираются воспоминания, но память все равно остается.

Эллис потерла виски, вновь опустила взгляд на монитор, недовольно поморщилась, и свернула окно с бесконечным рядом цифр, не желающих поддаваться анализу. Надо непременно чем-то себя отвлечь, пусть не захватывающей беседой и интересным собеседником, но в ее ноутбуке хватает ценного и без всемирной паутины. Защелкали кнопки мышки, пролистывая одну за другой папки, в поисках этих самых ценных объектов, которые могли развеять перетружденный королевский мозг. "А не тряхнуть ли стариной?" забилась в голове шальная мысль, стоило высветиться на экране директории с полезными на ее взгляд материалами по программированию. Ведь пока она не попала в этот мир, она грезила экономической информатикой, автоматизированными системами, реинженирингом. Да и языки никогда не оставляли ее равнодушной, в том числе и программирования, и последние давались на порядок легче иностранных. Рука тем временем отыскала документ с кодом последней программы, которую она когда-то пыталась написать, но так и не закончила.

- Операторы, массивы, функции, оказывается, я еще помню, как это все читать, интересно все же, где здесь закралась ошибка? - пробурчала девушка себе под нос, внимательно всматриваясь в экран. Спустя, казалось бы, вечность она вдруг расцвела лицом, а губы невольно прошептали: - Эврика!

Королева подскочила с кресла, стремительным шагом дошла до середины кабинета, резко остановилась, легонько хлопнула себя по лбу, не переставая что-то проговаривать про себя, лишь шевеля губами. Спустя пару мгновений, она так же стремительно вернулась к столу, и попыталась открыть один из его ящиков. От переполняющего ее восторга дрожали руки, но с третьей попытки он все же поддался. И теперь Эллис бережно сжимала результаты своих трудов по исследованию и восстановлению языка магии. Теперь она понимала, почему слово язык не давало ей покоя, и постоянно вертелось в голове. И как она раньше не поняла, что вербальная магия и программирование могут быть так похожи. Осталось только проверить ее предположение на известных ей данных, но в том, что она не ошиблась, Эллис уже почти не сомневалась. Ноутбук мгновенно оказался на дальнем крае стола, а все освободившееся пространство заполнили листы бумаги.

Спустя два часа, довольная королева вновь откинулась в кресле. Да, она не ошиблась, и теперь знала, что за основы построения заклинаний потеряли в свое время маги. Даже больше она наверняка сможет их усовершенствовать, ведь маги пользовались данными им внешними правилами, а не изначальной внутренней логикой языка и магии. Но для этого предстояло еще столько всего узнать, уточнить и исследовать, что дух захватывало открывшимся полем работы и грядущими перспективами. Теперь почти все встало на свои места: и жесты, сопровождающие заклинание, но до сих пор не поддававшиеся расшифровке, и некоторые слова, явно не принадлежащие человеческому языку магии, и многие другие элементы, непонятно зачем включенные в заклинание. А ведь маги шли в верном направлении, исследуя своих конкурентов, только вот нельзя программировать на Паскале как будто это СИ++ и наоборот, везде всегда есть свои нюансы, если бы они попытались выявить эти нюансы, то наверняка добились бы успеха. Хотя все было еще сложнее: энергетические структуры рас различались, и похоже работали как компиляторы для магического языка, переводя его в какой-то аналог двоичного кода. Отсюда же скорее всего и проистекали индивидуальные особенности каждого языка. Даже полукровки крайне редко наследовали энергоструктуры обоих родителей, и чаще всего доминировала человеческая. Ксаниэль, в этом плане, по рассказам друида, был исключением, ему через несколько поколений передалась энергетическая структура эльфов, а человеческую обозначил лишь легкий контур. Она сама тоже стала исключением - после обретения брата и сестры у нее начала формироваться энергетическая структура свойственная вампирам. Прежде подобный ритуал приводил лишь к появлению общих слегка обозначенных контуров, но у нее процесс на этом не остановился. Именно этим и объяснились новые возможности ее тела. Низший вампир, если следовать терминологии ее мира. Вернее Эллис предстояло им стать через год, когда формирование закончится. А еще следовало погостить в новой семье, чтобы научиться контролировать обретенные возможности и избежать возникновения неприязни солнца вкупе с жаждой крови.

Смотря на россыпь листов покрытых бесчисленным количеством символов, королева представила объемы новых исследований и невольно ужаснулась, с этим ей в одиночку никогда не справиться. И больше всего она сожалела в этот момент, об отсутствии в замке друида. У этой расы существовал свой тщательно выполняемый обычай, и в первый весенний день все друиды возвращались в леса, чаще всего, пропадая там до самого лета. Зачем это им надо, Дэриэн ей так и не объяснил, сославшись на тайну, не подлежащую разглашению, но лукавая улыбка глаз все же натолкнула девушку на кое-какие мысли. Сейчас же ей просто хотелось поделиться открытием с учителем, показать, что все эти месяцы они трудились не зря, порой отрывая время у сна. Возможно, у Дэриэна нашлись бы среди знакомых и надежные маги. Копаться с теорией больше не имело смысла, а на практику ее силенок не хватало. Слишком слабая энергоструктура, позволяющая наполнять лишь самые простые и легкие заклинания, да и то раз на раз не приходился, и в большинстве случаев у Эллис не получалось передать энергию заклинанию. Что поделать, магия такая наука, где самоучкой многого не достигнешь.

Обреченно вздохнув, королева принялась аккуратно сортировать результаты своего озарения, как бы ей не хотелось заниматься этим и дальше, но с теми бесконечными столбиками цифр тоже нужно разобраться и непременно сегодня.

- Ваше величество!? - в кабинет со всей церемонностью заглянула Релена, сегодня она охраняла королевский покой от назойливых визитеров. - Настойчиво испрашивает аудиенции...

Договорить баронессе Эллис не дала, перебив ту на полуслове:

- Мы не принимем! Никого! Всех желающих на завтра до обеда. И позови нам Миларину.

Баронесса Амри уже привыкшая к порой резковатому тону ее величества, не стушевалась, но обратно в гостиную поспешила. Вечером, когда королева запиралась в кабинете для работы, там оставалось лишь ближайшее ее окружение, верными церберами стоящее на страже ее покоя.


Заряд батареи заканчивался, да и голова напрочь отказывалась хоть как-то соображать, за окнами, если бы они были в библиотеке, уже стояла глубокая ночь. Королева поспешила закрыть все рабочие программы, и выключить компьютер, пока это не произошло без ее участия. К сожалению, генератор имелся лишь в одном экземпляре и был оборудован в ее кабинете, а ей как назло для анализа понадобились дополнительные данные, доступные лишь в библиотеке. Жаль, что разобраться за день со злополучным прогнозом так и не удалось, но, по крайней мере, дело сдвинулось с мертвой точки. Эллис осторожно поднялась из-за стола, на котором покоился ноутбук и развалы книг - любое неверное движение могло с легкостью обрушить эти неустойчивые конструкции.

Брать с собой компьютер, и нести его в руках через весь замок девушке совершенно не хотелось. На мгновение королева даже пожалела, что ради экономии времени отправилась в библиотеку тайным ходом, а не с толпой фрейлин и гвардейцев, как положено. Сейчас она едва стояла на ногах от усталости, и неподвижного пребывания в кресле последние три часа. Все конечности затекли и с трудом слушались хозяйку. И только несколько разминочных движений смогли прогнать прочь из тела неприятное покалывание. Решив, что в кабинет друида кроме нее все равно никто доступа не имеет, она со спокойным сердцем оставила там ноутбук, все равно завтра предстояло возвращаться и продолжать поиски недостающей информации.

Королева шла на автопилоте, она почти каждый вечер или ночь возвращалась этим путем в свою спальню, и была способна пройти по нему даже с закрытыми глазами. И последнее время за ее спиной все реже стучали сапоги гвардейцев, да слышалась легкая поступь фрейлин. После отъезда супруга в зимний дворец, Эллис, перебралась в свои первые апартаменты, работать в кабинете короля было слишком, а ее собственный будуар или гостиные подходили для этих целей еще меньше. Там же был кабинет, да еще и с удобным тайным выходом.

Усталость все сильнее наваливалась на ее плечи, веки норовили опуститься под собственной тяжестью, а позади стали мерещиться едва различимые, на грани ее обостренного слуха шаги. Эллис недоуменно остановилась и потрясла головой, пытаясь прогнать сон, еще немного и она свернет к потайной двери, а там почти напрямую до ее кабинета рукой подать.

Дыхание воздуха, потревоженного сильным движением, скользнуло по ее щеке. Мгновенный выброс адреналина в кровь, превосходящий все возможные для человека нормы. Уставший разум все еще недоумевает, пытаясь понять, что заставило ее столь стремительно насторожиться, а тело, почувствовав угрозу, прогибается невероятным образом, на пределе своих возможностей уходя из-под удара.

Рука с массивным и идеально гладким странным предметом не почувствовав должного сопротивления рассекла воздух, и Тени едва удается сохранить равновесие, такого он никак не ожидал. Эллис скорее почувствовала, что произошло, чем сумела разглядеть во мраке расплывчатый силуэт стремящийся нанести ей удар. Руки дернулись к эльфийскому кинжалу, сокрытому в невидимых ножнах, но движения своего не закончили, поскольку ноги уже мчали вперед. Убийца наверняка искуснее ее, да и он почти неразличим в этом полумраке, даже для ее усиленного новой порцией адреналина восприятия - не зная, что искать, сочтешь игрой теней, а простой человек и, уткнувшись носом, ничего не увидит. Вот она и бросилась бежать, еще до того, как они закончили свои движения, словно и не было той усталости, что так настойчиво пригибала ее к полу пару мгновений назад. Ее противник, слишком долго недоумевал по поводу прыти своей жертвы, и дал ей хорошую фору, но ее самое обыкновенное платье путалось в ногах, мешая бежать на пределе возможностей. И выигранные доли секунд убегали сквозь пальцы подобно морскому песку. Она отчетливо ощущала, как убийца настигает ее с каждым мгновением, но и она почти достигла своей цели. Она непременно успеет.

Тень резко выбросил вперед руку, его жертве уже не уйти, он слишком близко, еще пара выверенных в своей точности движений и он выполнит свой заказ. Кончики пальцев почти коснулись ее одеяния, готовые рывком бросить ее в его смертельные объятия, как девушка вновь резко ушла с траектории удара, бросившись на стену. Мелькнувшая на самых кончиках губ улыбка померкла - так не могло быть - жертва, вместо того чтобы сильно удариться о камень стены, просто исчезла в нем.

Он недоумевал, ему ведь заказали самую обыкновенную девушку, пусть и одну из придворных, пусть и странно любящую сидеть допоздна в библиотеке и бродить во мраке нежилой части дворца, пусть и обладающую странным цветом волос. Но она все-таки человек, чистокровный человек, она не могла почувствовать его удар, она не могла пройти сквозь камень. А руки уже ощупывали гладкую поверхность стены, лишь в нескольких местах прикрытую старыми, почти ветхими драпировками. Если это тайный ход, то должен быть механизм его открывающий, и его надо найти как можно быстрее, иначе выследить девушку и покончить с заказом станет крайне проблематично.

Королева прислонилась к гладкой холодной стене, пытаясь восстановить дыхание, ноги дрожали и подкашивались от чрезмерного напряжения. Пришлось сесть на пол. Она из последних сил повернула голову в бок. С этой стороны дверь оставалась прозрачной и Эллис могла наблюдать, как смутно различимый силуэт обшаривает камень. Она не могла видеть его лица, но не сложно догадаться, какое недоумение сейчас написано на нем. Кем бы не был этот убийца, и сколько бы информации ему не сообщили, он явно не ожидал от нее таких действий и возможностей. Любимая дверь вновь сыграла ей добрую службу. Для нее этого камня просто не существовало, а вот тем, кто не имел допуска, сквозь него не пройти, даже если она сама попытается провести это существо за руку.

Тень замер в задумчивости, видимо так и не отыскав отпирающий механизм. Возможно, он решил найти свою жертву обычными путями, а возможно и вовсе покинуть дворец, ведь она могла уйти достаточно далеко, чтобы поднять дворцовую охрану по тревоге. Но простое исчезновение убийцы не устраивало королеву. Он стал случайным свидетелем ее способностей, тех о которых никому пока не следовало знать. Дыхание девушки почти восстановилось, и все же она едва смогла выдохнуть из себя, одно единственное слово, первое из гномьего языка, что пришло ей сейчас на ум:

- Уничтожить!

Одно мгновение и убийца перестал существовать, серым пеплом обрушившись вниз. Когда королева вновь вышла в коридор, лишь едва заметное темное пятно на том месте, где он стоял, говорило о том, что ее преследователь вообще существовал в этом мире. И только тут, ее величество пожалела, что отдала приказ так поспешно, следовало хотя бы попытаться допросить его. Ведь предполагаемый сторонник магов во дворце, похоже, знал о ее прогулках тайными коридорами до библиотеки и в одиночестве. А она до сих пор была уверена, что о подобном знает лишь СБ. Но что сделано, то сделано. Следующие фразы возникли в ее мыслях лаконичными, но четкими приказами, на все еще не до конца освоенном языке гномов: "Постоянная защита, контроль систем жизнеобеспечения, будить при любой попытке войти или проникнуть в спальню". Но этого было мало, катастрофически мало для защиты. Дворец способен на большее, вот только она способна лишь на это немногое. Нужно было что-то делать, делать быстро и точно, но голова соображать отказывалась напрочь, она устала, она хотела спать, вот только после произошедшего ей все равно не уснуть. А значит...


Кандер быстрым шагом двигался по знакомому маршруту. Еще пара поворотов в этом хитросплетении кривых улочек, и усадьба мадам Розалии величественно предстанет его взору. Дом терпимостей встретил наемника, словно старого знакомого и постоянного клиента. И Эллис, не обремененная предрассудками, как и подобает наемнику, полапала девочек всласть, ожидая пока непривычно элегантная для демонес, да еще и в платье, мадам Розалия соизволит к ней спуститься. Непринужденность обстановки и звонкий смех вернее прочего прогнали печальные думы королевы, улыбка вырисовывалась на лице сама по себе. Это было странно для подобного места, но именно этим оно и привлекало Эллис. Она уже бывала здесь пару раз, во время отсутствия мужа и после его возвращения, ради несравнимого кофе, что был способен заставить соображать ее мозги, ради беседы и совета Розы, ради информации. А вот ради чего якобы отправившаяся спать королева, на которой лица не было, поспешно изменила свою внешность и тайными ходами сбежала из замка сюда в этот раз, Эллис не знала. Но чувствовала что на верном пути.

- Пойдем со мной! - глубокий бархатный голос демонессы, прозвучавший над самым ухом наемника, вывел Кандера из легкой задумчивости, и он, не скрывая обожающего взгляда, устремился на второй этаж, в личные покои хозяйки, где та принимала лишь особых посетителей. При посторонних Роза всегда оставалась немногословна, предпочитая словам взгляды, жесты, движения.

- Ну, вот мы и одни! - сказала демонесса, едва дверь затворилась за спиной Эллис, - очень рада видеть вас вновь, ваше величество!

- Эллис, - поспешно поправила, наверное, все-таки, подругу, королева. - Я уже говорила, для тебя я хочу быть просто Эллис.

- Будешь кофе? - тоном заботливой хозяйки спросила Розалия, жестом приглашая королеву устраиваться на шикарной кровати.

- Как всегда угадываешь мысли! Я за этим и пришла.

Наемник сладко потянулся на кровати, сумев занять своим телом большую часть этого аэродрома для любовных утех.

- Только ли? Что произошло? - встрепенулась колдующая у небольшого очага демонесса, безошибочно определившая недоговоренность в словах.

- Да ничего особенного, просто меня попытались то ли убить, то ли похитить, - теперь уже Эллис подивилась своему собственному спокойствию и совершено равнодушному голосу, словно не подкашивались у нее еще час назад ноги. Это было хорошим признаком, наверное.... Демонесса грациозно повернулась, и внимательно осмотрев наемника, распластавшегося на ее ложе, хмыкнула.

- И где теперь несостоявшийся убийца?

- Лежит на полу горсткой пепла, или еще чего-то в этом же роде, я сдуру его уничтожила, к сожалению, совсем забыв допросить.

- Как он выглядел? - аромат готового кофе, наконец, заполнил все воздушное пространство комнаты. Роза присела на кровать рядом с поспешно принимающей сидячее положение девушкой, протягивая ей невероятно вкусно благоухающий кофе со сливками. Так готовить этот божественный напиток способны только демоны, пусть сливки они и не признают, но Розалия все же добавила их исключительно ради королевы.

- После твоего кофе, дворцовый все равно, что растворимый в нашем мире, один кофеин и никакого эстетического удовольствия от употребления. - Эллис с непередаваемым блаженством на лице вдохнула аромат, исходящий от чашки, и отпила первый глоток. - А что до убийцы, то никак он не выглядел - тень, даже глаза не блестели. Напал, когда я, на ходу засыпающая, возвращалась из библиотеки, естественно для всех работая в тот момент в кабинете. И сделал он это в нежилой части дворца, там освещение ночью совсем никакое, я его скорее чувствовала, чем видела и слышала.

- Похоже на наших, - Эллис едва не разлила от удивления все еще горячий кофе, а демонесса, как-то грустно ухмыльнувшись, пустилась в объяснения. - Не удивляйся, лучшие убийцы - демоны полукровки, причем те у которых мать демонесса, а отец человек, их как раз Тенями и называют. Сама понимаешь, мы далеко не самые лучшие матери в этом мире, и такие дети растут обычно среди демонов предоставленные сами себе. А способности к перемещениям передаются им в очень урезанном виде, считай, вообще нет, вот и чувствуют себя такие полукровки калеками, а потому чаще всего уходят к людям. Ну а тут выбор небольшой, наемником или в гильдию, большинство выбирает жизнь Теней - элитный убийца, это вам все-таки не заштатный наемник. Хоть и расплачиваться за такую жизнь приходится порой слишком многим. У меня в гильдии найдется пара хороших приятелей, так что попробую узнать, кто был нанимателем последнего неисполненного заказа.

- Я даже не знаю, как тебя благодарить, - Эллис преданными глазами уставилась на Розалию, наконец, оторвавшись от уже пустой чашечки кофе. Не в правилах королевы смиренно дожидаться очередного покушения, а значит, нужна хоть какая-то зацепка, и тут Эллис могла положиться только на демонессу.

- Ну, благодарить еще рано, лучше скажи, что делать думаешь?

- Не знаю, - ее величество дернула плечом, якобы беззаботно, но скорее нервно. - У меня ни людей во дворце, которым бы я могла так доверять, ни знаний, ни информации. Я как слепой только что родившийся котенок, тыкаюсь куда-то носом, а что там? а для чего? И так со всем, только сейчас еще хуже. И ведь знала, что рано или поздно... Думала готова, что смогу, что придумаю...

- Тихо, малышка, тихо, все будет хорошо, - ласковый голос демонессы и мягкие руки, что принялись гладить королеву по голове, каким-то чудом остановили уже готовый брызнуть из глаз поток слез. - Уж вдвоем-то мы придумаем, как быть. Но сначала тебя надо привести в норму!

Не откладывая в долгий ящик, демонесса принялась раздевать Эллис, та от удивления даже сопротивляться не подумала, а потом комнату заполнил аромат масел и благовоний, а сильные руки нелюди принялись массировать каждую натянутую от напряжения мышцу, каждую косточку такого хрупкого человеческого тела. Королева постанывала от удовольствия и блаженства, так хорошо в этом мире ей еще никогда не было. Груз проблем, недоверия, страха, что уже давно пригибал ее почти к самой земле был наконец сброшен. Ей стало все равно, плевать на будущее и настоящее, существовал лишь этот миг счастья. А потом демонесса перевернула ее с живота на спину и...

- Роза, что ты делаешь! - голосом возмутилась Эллис на ласки, ибо тело сопротивляться им и не думала.

- Тшшш, глупенькая, у тебя слишком давно не было мужчин, нельзя так над собой издеваться!

- Но сделка! - едва заставила себя воскликнуть королева, но Розалия в ответ лишь лукаво и успокаивающе глянула на девушку, а следом мысли и сомнения окончательно покинули разум Эллис, давно уже оставленная без внимания жажда взяла свое.


Эллис свернувшись в клубочек лежала на груди демонессы, даже под платьем та оставалась мягкой, и так хорошо исполняла обязанности подушки. Сил у тела, пребывающего в сладкой истоме, совершенно не осталась. Зато теперь все проблемы и глобальные проекты казались такими незначительными. Роза оказалась права, от воздержания женщины звереют и начинают страдать дуростью. Ей надо было воспользоваться услугами мадам Розалии еще перед тем возвращением во дворец, - неожиданно поняла королева, и того желания мстить мужу у нее точно не возникло бы, и ссоры не произошло бы.

Но что сделано, то сделано. Зато теперь она полновластная королева с кучей проблем и магами, активно жаждущими ее смерти.

- Роза, могу я попросить еще об одном одолжении?

- Конечно, ваше величество! - Эллис недовольно сморщилась на обращение демонессы, но возражать не стала.

- Поговори с Тришем, я так до сих пор не знаю, что и как стоит делать. Может он хотя бы подскажет, кого привлечь. Кажется, я собираюсь совершить смертельную авантюру, но другого выхода я до сих пор не вижу.

- Что ты придумала? - мгновенно оживилась демонесса.

- Я сделаю вид, что ничего не произошло. Никто кроме тебя, Рена и тех, кому вы доверитесь не будет знать о покушении... о покушениях... Я уверена они не остановятся, будут продолжать свои попытки, а я буду очень внимательна, постоянно настороже, приложу все силы чтобы и дальше покушения проваливались. Но сама никаких действий предпринимать не буду, только наблюдать. А Рен пусть попробует придумать ловушку, рано или поздно им придет мысль что меня берегут Первые, рано или поздно они испугаются. И я к тому времени надеюсь понять кто и в какой степени замешан, мало поймать магов, я должна найти того кто помогает им во дворце.

- Рискованно. Может лучше скинуть это на СБ?

- Вполне вероятно, что наш легендарный глава СБ оказался не столь хорош, как о нем говорят и попал под влияние магов вместе с королем. А если все же нет... Я не хочу подставить его планы своими проблемами, пока лучше действовать параллельно.

- Странная логика, очень странная даже для человеческой женщины, но, возможно, поэтому у тебя получится. Я все расскажу Тришу. И еще думаю, вам стоит иметь прямую связь между собой.

- Спасибо, но мне пора, до рассвета уже недалеко...

Ей хватит времени только вернуться во дворец, вернуть себе нормальный вид и вздремнуть часок. А потом куча встреч, аудиенций и чертовый прогноз, параллельно с которыми стоит крепко подумать над защитой себя любимой от всего и вся, а так же возможностями техномагии дворца с этой области. Но сейчас она верила, что, в конце концов, все будет хорошо: она приструнит магов, помириться с Ксаниэлем и Кэриеном, их сделка теперь лишь формальность, последний шаг короля и препятствий между ними не останется. Дэриэн тоже скоро вернется, и они смогут приступить к полномасштабным исследованиям, а летом начнется первый прием в строящуюся королевскую академию. Для любых преобразований нужны кадры, способные воплотить их в жизнь, смысл улучшать технологии, если нет людей готовых и способных с ними работать.

- Ты и впредь можешь на меня рассчитывать, - Роза сладко потянулась и приняла сидячее положение, даже не подумав запутаться в своих многочисленных юбках. - Главное не затягивай, а то ваша человеческая дурость и стеснительность порой не знает границ.

- Я просто не знала что так можно. И все же надеюсь мне не придется прибегать к столь радикальным средствам.

- Жаль... - печально вздохнула демонесса, метнув маленькой подушечкой в усевшуюся на краю кровати девушку.

- Зря переживаешь, я ведь могу придти и просто так, - откинула подушку обратно королева, и, воспользовавшись тем, что все внимание демонессы приковано к снаряду, попыталась ее побороть. Вот только это оказалось ой как не просто, поэтому очень скоро они кубарем свалились с кровати, попутно запутавшись в простынях и платье Розы.

- Ничья, - изрекла демонесса, помогая девушке встать на ноги. Довольные улыбки озарили оба лица. - Но на будущее имей в виду, особенно когда сделку выиграешь, здесь ты можешь не только моими услугами воспользоваться.

- Ты о чем? - Эллис усердно пыталась сообразить, хотя бы, в какой стороне стоит искать ее нижнее белье, и смысл сказанного не сразу стал до нее доходить. Демонесса ловко выудила из-под простыней, совсем не мужские трусики и запустила ими в королеву.

- У вашего дворянства очень оригинальная мораль, до свадьбы девушки могут спать с кем захотят, главное, чтобы их не застали при этом, ну и слишком уж в вольностях границ не переходили, например как близняшки Аривиали. А вот после свадьбы уже ни-ни, даже слухов гулять не должно, а дамам иногда так хочется разнообразия, вот я им и помогаю. Макияжем или магией меняю внешность, и клиент получает такую даму вместо моей девочки. В качестве клиентов чаще всего молодые наемники выступают, они мужчины всегда видные, а для аристократок так вообще экзотика. Это обычно мои постоянные клиенты, и им тоже интересно с леди покувыркаться, поэтому меня они заранее уведомляют о прибытии в столицу и времени когда ко мне намерены заглянуть.

Эллис, открыв рот от удивления, весь монолог припрыгала на одной ноге, пытаясь влезть в штанину, но видимо услышанное так ее поразило, что это у нее никак не получалось.

- Нда, - глубокомысленно изрекла королева, когда левая штанина заняла положенное место на ноге. - Я, конечно, буду иметь это в виду, но, скорее всего, к подобному прибегать не придется. Ты же знаешь темперамент моего мужа, боюсь, когда мы помиримся, мне будет уже не до других мужчин, а учитывая, что здесь я от этого успела отвыкнуть...

- Как хочешь, но с наемниками всегда так интересно, и они всегда охочи до рассказов о своих приключениях, - Роза мечтательно облизнулась.

- Нет, ты не демонесса, ты дьяволица, вводящая меня в искушение, дабы заполучить мою бессмертную душу! - и девушки вновь рассмеялись, хотя Роза смысла сказанного совершенно не поняла.

Тьма глубокой ночи стелилась по ночному городу, спугиваемая редкими магическими фонарями. Невдалеке бряцали доспехи патруля, охраняющего покой спящих горожан. В этот час, да в этой части города можно не опасаться случайных встреч, которые порой стоят жизни незадачливому прохожему. Тенью скользящий по улице наемник в очередной раз отчаянно зевнул и как-то по-собачьи встряхнулся, борясь с настойчивым сном, что так жаждал заполучить его в свои объятия. Его мысли в отличие от быстрого шага текли спокойно и размеренно, пока среди них не промелькнула одна неожиданная о том, что минуло двадцать первое число первого весеннего месяца. Поразившись этой мысли, наемник на мгновение замешкался, но, ухмыльнувшись, продолжил свой путь, еще больше ускорившись. Теперь уже вчера было двадцать первое марта, если назвать мартом первый весенний месяц - день ее рождения. День, который Эллис отказалась сделать официальным днем ее рождения, день который она хотела подарить своим друзьям. Но про который совершенно забыла, окунувшись в море государственных дел. День, в который ей отправили прямо таки убийственный подарок. Хотя стоит признать - вечер удался, так оригинально она еще не отмечала этот праздник. Но теперь ей предстоит привыкнуть к мысли, что она стала на год старше, хотя в последнее время ее не покидало ощущение, что минувший почти год можно смело считать за десять.


Эллис лежала с закрытыми глазами и тщетно пыталась ухватиться за поспешно отступающий сон. И какого демона она так резко проснулась. Память не минула заботливо подсунуть воспоминания вчерашнего вечера и минувшей ночи, окончательно прогнав столь восхитительный и сладкий сон. Мысли все еще текли вяло, спать хотелось безумно, а вчерашняя усталость так вновь вернулась давящим грузом. Миларина тем временем осторожно прикрывала за собой дверь. А королеве уже не оставалось иного как мысленно обругать себя за собственную паранойю, лишившую ее нескольких столь драгоценных соток сна.

Графиня и доверенный секретарь, старясь не шуметь, заканчивала последние приготовления к пробуждению своей госпожи, передавать, кому бы то ни было, должность камеристки ее величества она отказалась на отрез. У Эллис, все еще борющейся со сном, на краю сознания промелькнула мысль о том, что если бы она так же старалась не шуметь во время тренировок, то у мастера Грэйна непременно случился бы разрыв сердца. И почему она раньше не просыпалась от натужного пыхтения графини, прямо ежик в тумане, и раскатисто громких шагов, лошадка спешит к ежику, или это у королевы все еще гуляет по крови избыточный адреналин?

От раздумий королеву отвлекла попытка Миларины ее разбудить, делать нечего, пришлось встать и проковылять в ванную - последнюю надежду привести себя в рабочее состояние. А ведь ее еще ожидал в библиотеке незаконченный прогноз, в который теперь следует внести еще несколько изменений. Про список назначенных встреч и вовсе вспоминать не хотелось.


Полумрак галерей уютным коконом окружал ее тело. Позади с легким шелестом затворилась дверь библиотеки, а руки уже доставали ключ, чтобы до следующего утра закрыть святилище знаний от неурочных визитеров. С момента покушения в относительном спокойствии прошла почти десятка, но сегодня королева ощущала странный прилив адреналина в крови. Хотя возможно это вызвала недавняя тренировка, в последнее время они происходили гораздо реже, чем того хотелось королеве. Но сегодня вечером мастер гонял ее по полной, и натуженные мышцы до сих пор ныли, приятной волной удовлетворения растекаясь по телу.

- Похоже я становлюсь спортивным наркоманом, осталось найти учителя по акробатике, и в довершении всего заняться паркуром по замку, вот подданных повеселю, - пробурчала себе под нос королева, провернув последний раз ключ в замочной скважине. А правая рука так и тянулась к пульту управления костюмом: перевести бы его сейчас в боевой режим, да прыгнуть по пустой галерее акробатическую дорожку. И не важно, что она даже приблизительно не знала какие связки элементов и как нужно делать, и нечто подобное лишь видела несколько раз по телевизору и довольно давно. Душа просила, а Эллис едва не расставшись с жизнью, больше не раздумывала над целесообразностью и безопасностью таких просьб. Но сегодня королева удержалась от очередного маленького безумства, ведь где-то впереди затаился нежданный свидетель, адреналин в крови кипел не зря.

Воздух впереди задрожал. Но королева даже шага не замедлила, ничуть не удивленная стрелой рассыпавшейся в прах столь близко перед ее носом. Правая рука, наконец, совершила такое желанное действие, переведя костюм в боевой режим, еще мгновение и на голову накинут капюшон, одновременно сделав шаг в сторону, она растворилась во мраке. Втора стрела, отправленная вслед за первой для надежности, пролетела мимо, и спустя пару мгновений острый слух королевы уловил едва различимое "дзинь". Разум среагировал на это пометкой "не забыть подобрать стрелу".

В боевом режиме, костюм не только маскировал тело, но и полностью поглощал его тепловое излучение. Так что убийца, даже если он обладал инфракрасным зрением, как например некоторые из нелюди, увидеть королеву никак не мог. А значит пришло время охотнику и жертве поменяться местами.

Дворец в ответ на мысленный вопрос с радостью выдал точное местоположение убийцы. Тот притаился в очень удобной нише наверху, но покинуть ее он мог лишь одним способом, спрыгнув вниз, а внизу его уже поджидала королева. Но ничего не понимающий киллер об этом не знал, и когда он, опустившись на пол, попытался оглядеться, то почувствовал лишь острый клинок на шее. Спустя мгновение неясная тень уже прижимала его к стене, а еще мгновение спустя, он осознал, что почти полностью погружен в камень и пошевелить может разве что головой. Рвущийся наружу крик застрял в горле, и перешел в непомерное удивление, когда поймавшая его тень откинула капюшон. Серебро волос не оставило места для сомнений. И это вызвало немало вопросов в голове незадачливого убийцы, просвещенного относительно своей цели, куда больше предшественника. Но Эллис не собиралась давать ему время на раздумья, ибо как говорится, куй железо пока горячо, а она не мастер пыточных дел, чтобы суметь получить информацию, проигнорировав подвернувшуюся возможность.

- Ну а теперь ты расскажешь нам, кто тебя нанял, - медовым голосом произнесла королева, и убийце впервые за долгое время стало слишком уж не по себе. Хотя на службе их натаскивали противостоять самым безжалостным палачам и допросам. Но то должны были быть палачи, а тут королева, да еще и не состоявшаяся жертва, которая по идее и сопротивления толком оказать не должна. Но раз она способна на такие сюрпризы, стоит опасаться ее способов получения информации. А она тем временем продолжала: - Кричать бесполезно, эта галерея звукоизолирована, а теперь еще и закрыта от случайных визитеров. Так что играться с тобой я могу до утра, а может и дольше.

Ее величество облизнулась с истинно вампирской грацией и хищно оскалилась. Чем привела наемника в еще больший трепет, в этот момент ему стало плевать и на кодекс чести, и на пройденную подготовку. Слишком уж нереальная вырисовывалась картина. Он уже раскрыл рот, чтобы все рассказать, как в голове произошел ментальный взрыв. Из приоткрытого рта потекла струйка слюны, глаза полные ужаса мгновенно остекленели, а носом пошла кровь.

- Нда, похоже, твои наниматели совсем не дураки и позаботились о твоем молчании, плохо... - печально вздохнув, обронила королева. Пара слов на гномьем и тело безвольной куклой упало на пол. Освещения катастрофически не хватало, и ее величество рискнула создать магический светлячок, одно из самых простейших заклинаний. С третьей попытки это удалось, и огонек осветил лицо наемника.

- Значит дроу, и даже не полукровка, но явно слишком молодой изгой, даже Стена я бы не смогла застать врасплох. Что-то мне подсказывает, что в моем убийстве наверняка обвинили бы нелюдь, - продолжила произносить мысли в слух Эллис, отчего-то это успокаивало и помогало трезво размышлять. Азарт охотника уже начал проходить, и королева очень надеялась, что успокаивающий эффект собственного голоса поможет. До истерики у нее, конечно же, не дойдет, но даже легкий мандраж будет отвлекать, а ей предстояло тщательнейшее исследование тела, мало ли что может навести на заказчиков. Но единственное что ей удалось обнаружить, так это знак сотрудника СБ, очень хитро запрятанный за подкладку одеяния. И эта находка вызвала немалое недоумение.

Королеве пришлось потрудиться, чтобы раздеть невезучего убийцу - одежда, оружие, и стрела могли пригодиться в расследовании. Тело дроу к сожалению пришлось уничтожить проверенным способом.


Тишина и покой, не слышно даже ночных обитателей сада. Слишком тихо для мест наполненных жизнью и живыми существами. После страшилок рассказанных на ночь, эта тишина наверняка показалась бы зловещей. А ведь строители дворца просто считали, что ничто не должно мешать королевскому покою. И теперь этот покой нарушало лишь ее размеренное дыхание. Веки уже давно не тянуло закрыться, сон прошел, едва она устроилась на своем огромном ложе, и даже изнуряющая тренировка и усталость во всем теле не смогли помочь. Слишком много мыслей роилось в голове, старательно удерживая сознание, концентрацию и внимание. И Эллис оставалось лишь в очередной раз ругать себя за привычку думать всегда и везде, за неспособность прогнать прочь надоевшие мысли. Несмотря на абсолютный мрак ее спальни, потолок она видела более чем четко. Но, как и любой другой потолок в этом дворце он поражал взор своей идеальной белизной и ровностью, просто не за что зацепиться глазу. И волей не волей королева сейчас использовала эту белую поверхность, как лист бумаги, в воображении чертя на нем схемы или записывая важные выводы.

Именно значок сотрудника СБ, найденный у убийцы, не позволял ей заснуть этой ночью. Это конечно могла быть подделка, но адекватного смысла Эллис в этом не видела. Только вот варианта почему на нее покушался именно сотрудник СБ существовало всего лишь два. Либо Кэриен прозевал в своей службе предателя, который взялся работать на врага. Либо убийца получил приказ от Кэриена, а тот от короля. И в этом случае у нее остается слишком мало времени, только вот Рен до сих пор молчит и не радует новостями.

Но с другой стороны она так и не смогла поверить в то, что и Кэриен, и Ксаниэль слепо внимают новому придворному советнику. И у короля и тем более у главы СБ должна быть защита от любых магических внушений. В пользу этого говорили некоторые взгляды бросаемые на нее герцогом, а порой и королем, королем даже чаще, ибо актер из него всегда был похуже. Но даже если это все так, а не только игра ее измученного раздумьями воображения, то вопросов возникает еще больше, чем находится ответов.

Ладони накрыли лицо, стон отчаянья против воли сорвался с губ. До рассвета осталось совсем немного, а она так и не сомкнула глаз, а ведь впереди очередной насыщенный событиями и множеством дел день. Как же королеве не хватало сейчас информации, но еще больше не хватало мудрого учителя. Он бы однозначно смог бы сказать, кто и какие игры ведет, а самое главное каких действий ожидают от нее самой. Ведь понять, что происходит это полбеды, нужно еще сработать на опережение, не подставить свою жизнь под удар и не испортить планы вероятных союзников. Печальный вздох и поворот на бок, лишь бы не видеть этот белый потолок изрисованный схемами. И установка самой себе - спать.


Глава шестнадцатая. Сквозь тернии к звездам.


Кофейный аромат мгновенно разлился по спальне, и пусть ему далеко до благоухания кофе сваренного демонами, в животе все равно довольно заурчало. Чашечка кофе и тарелка с нежнейшей выпечкой опустились под самый нос королевы, увлеченно просматривающей очередной отчет. Миларина уже давно поняла, как эффективнее всего оторвать госпожу от ее извечных бумажных спутников, за которые она хватается, едва проснувшись, и заставить перекусить. Ее коварство не знало границ и Эллис оставалось лишь печально вздыхать, с превеликой радостью поглощая свой любимый завтрак в тишине и покое все еще спящего дворца.

Едва завтрак был съеден, как гормон радости взбурлил застоявшуюся кровь. Легкая веселость нарастающей волной разлилась по телу. Мир вокруг вдруг окрасился в сочные ярчайшие цвета. А причина столь стремительно произошедших изменений породила волну задорного смеха, балансирующего на грани с истерикой. Эллис смеялась и не могла остановиться, да и, пожалуй, не сможет ближайшие полчаса. И от этой мысли становилось еще смешнее, отчего веселье новой волной прокатывало по телу, заставляя его сотрясаться мелкой дрожью. Сквозь смех и слезы королева молила Первых, чтобы никому не пришло в голову наведаться в ее спальню, слишком уж странно это все выглядело. Это она понимала происходящее, потому что совсем недавно уже испытывала все эти прелести, когда от любой самой простой мысли, от вида самой обыкновенной вещи тебе хочется смеяться, а жизнь вокруг кажется такой прекрасной.

Арледар, милый братишка, на последнем совете не минул похвастаться собственноручно изобретенным то ли ядом, то ли наркотиком с очень интересными свойствами. "Ар" являлся ядом замедленного действия, и убивал человека лишь сутки спустя, но так, что жертва совершенно ничего необычного не замечала и не чувствовала. Более того, яд никак не изменял вкус пищи и магически пока не выявлялся, а смерть наступала мгновенно: и по какой-нибудь естественной причине, вроде тромба в сосуде. Вот только когда он попадал в организм вампира, кровь того срабатывала как противоядие, расщепляя вещество до пресловутого гормона радости, и вызывая немотивированный приступ веселья. Естественно братец не минул испробовать свой яд на сестре, дабы убедиться, что ей он тоже безопасен и та кровь, что течет в ее венах, способна противостоять яду. Тогда она не могла просмеяться десятку, мечтая о том, как прикончит неугомонного братца, что лишь вызывало новый приступ смеха. Вот и сейчас даже самая нормальная мысль, проскальзывающая в голове, казалась ей неприлично смешной.

А маги оказались на удивление пунктуальны, что не декада, то покушение. И два исчезнувших в никуда убийцы, отступиться их не заставили, лишь средство достижения цели поменялось. Даже странно, что начали с наемников, а не с ядов, ведь именно последние столь популярны в дворянской среде. Но именно поэтому Дэриэн, еще на втором месяце ее пребывания в качестве королевы, больше декады гонял девушку по всевозможным ядам, как самому излюбленному способу устранения противника. Тогда она перепробовала немыслимое количество ядов и противоядий к ним. Некоторые особо трудно выявляемые приходилось употреблять в очень малых дозах до самого отъезда друида, приучая к ним организм. А уж с универсальным, естественно сделанным специально для нее, противоядием Эллис теперь не расставалась даже в постели.

Да, знали бы ее недоброжелатели, как на нее подействует наверняка с превеликим трудом добытый уникальный и безотказный яд, сами бы удавились от горя, - подумала с легким злорадством Эллис, опуская руки под струю холодной воды. Кое-как она все же добралась до ванной, и сейчас следовало приложить немало усилий, чтобы привести себя в нормальный вид. Раскрасневшееся и опухшее от смеха и слез лицо, с все еще лихорадочным веселым блеском в глубине глаз смотрело на королеву из зеркала. И этому лицу следовало как можно скорее придать строгий и деловой вид, появление очередных посетителей уже не за горами. Королева еще раз мстительно представила, какой видок будет у достопочтимого мага-советника, когда завтра с ней так ничего и не произойдет, и последний раз позволила себе вволю посмеяться. И едва она окончательно взяла себя в руки, как дверь в ванную приоткрылась, впуская верную графиню Дерьян:

- Ваше величество, там герцог Каэрсанит испрашивает аудиенции.


Кэриен нервно выхаживал по синей гостиной, под пристальными взглядами ранних пташек фрейлин. Нахватались от своей королевы дурного и встают ни свет, ни заря, а он так надеялся привлечь к этому разговору как можно меньше внимания. Впрочем, присутствующие относились к самому ближайшему окружению Эллис и болтливостью не отличались. Милашка Релена перебирала за столом какие-то бумаги, порой изучая их более чем пристально. Сереста и Сабрена Аривиали сортировали корреспонденцию ее величества, определяя, что достойно предстать перед королевским око как можно скорее, а с чем лучше повременить, или вовсе убрать с глаз долой. Вернувшись во дворец развратные близняшки преобразились буквально за несколько месяцев, но как этого удалось добиться Эллис, Кэриен так и не смог выяснить. Миларина на время операции отпущенная на вольные хлеба и не обязанная постоянно докладывать о деятельности своей королевы, уже скрылась в опочивальне ее величества, как надеялся герцог для подготовки скорой аудиенции. Последней, все еще расхаживающий по комнате Кэриен, заметил герцогиню Орьениаль, устроившуюся с книжкой в углу комнаты. Это было странно, более чем странно, герцогиня хоть и проводила во дворце большую часть своего времени, раньше обеда вставала редко, предпочитая вести ночной образ жизни. Неужели и она попала под влияние Эллис? - мелькнула у герцога удивленная мысль.

Ее величество появилась из своей спальни с явным запозданием и красными глазами, полными лихорадочного блеска, словно она, загоревшись очередной ненормальной идеей, провела всю ночь за ее обдумыванием и обсчитыванием.

- Ваше высочество, мы весьма удивлены вашим столь ранним визитом, - поприветствовала его королева, жестом предлагая устроиться в кресле у камина. Кэриен был разочарован, он надеялся на более приватную беседу в кабинете. А сейчас ему придется плести словесные кружева с таким же мастером по части плетения, и попробуй потом пойми, то ли Эллис просто развлекается, то ли говорит что-то важное. А важное должно быть непременно, он едва успевал читать доклады его службы про повышенную активность разного рода подручных совета магов. Они явно готовились к тихому дворцовому перевороту, через физическое устранение избранницы Первых. Увы, не привлекая лишнего внимания усилить охрану ее величества, он не мог, хотя уже поставил на это дело лучших из лучших своих людей. А Эллис еще как назло все больше и больше шастала по дворцу тайными ходами, да так что даже самые лучшие не имели возможности постоянно держать ее под присмотром.

- Да вот не спалось, ваше величество, впрочем, я не меньше вашего удивлен столь официальным приемом..., - бросил первый камень Кэриен.

- Времена меняются, герцог, как и ближайшее окружение или же друзья, - более чем прозрачным намеком ответила ему королева, в глазах которой так и плясали искорки неудержимого веселья. - Мы те, кем нас видят находящиеся рядом люди.

- Но всегда ли они видят то, что есть на самом деле, а не то, что хочется увидеть?

- Вы так думаете?

- Конечно, вот вы, например, как королева просто обязаны постоянно находиться со своими подданными, а не заниматься какими-то там делами в полном одиночестве в кабинете. Король должен быть королем, а королева королевой, иначе окружающие начнут видеть совсем не то, что есть на самом деле.

- Весьма интересное суждение, ваше высочество, мы даже обещаем подумать над ним...


Приглашение на чашечку чая от маркиза Даберен, после более чем странного и весьма неожиданного визита Кэриена, декаду назад, почти не удивило ее величество, причин для отказа она не нашла, да и любопытство не позволило бы сделать такую глупость. Тем более что в речах герцога она так и не разобралась, они могли принадлежать как беспокоющемуся о ней другу, вынужденному скрывать истенное положение дел, так и врагу желающему надовить и напугать. И вот уже полчаса Эллис удобно устроившись в весьма милом кресле в одном из кабинетов административного крыла, попивала вино с фруктами и выслушивала пространственные речи мага, так радеющего за родное королевство и проживающих в нем людей. Она давно успела бы заснуть раз десять, от нуднейшего голоса маркиза, если бы не проскальзывающие то тут, то там мысли, о том, что они ее едва ли не за дурочку держат. Слишком уж откровенно ей пытались втолковать факты, которые при первой же работе извилин мозга прекрасно покажут себя с самой неприглядной своей стороны. И пока это говорило в пользу Кэриена, уж он-то так ее недооценивать низачто не позволил бы.

- Так вот введение этой пошлины, сможет значительно подправить финансовое положение страны, а заодно и покажет нелюди, что мы не позволим закидывать свой рынок возмутительно дешевыми и недоброкачественными товарами, - продолжал вещать для самого себя маг, совершенно не замечая, как королева с умильным выражением лица, играет в тетрис на своем мобильном телефоне, в этом мире ни на что большее не пригодном.

- Как же вы правы, - поддакнула в очередной раз Эллис, отпивая еще один глоток вина из бокала и вновь возвращаясь, к столь неподобающе быстро заваленной мгновение назад игре. Похоже, в ее голосе все же проскользнули оттенки реальных чувств, поскольку краем глаза она уловила, как маркиз бросил на нее возмущенный взгляд и скривился как от кислятины. Королева в ответ едва не прыснула от смеха, но все же удержалась и окончательно продув, спрятала игрушку в один из многочисленных карманов своего очередного предельно откровенного платья. На свидание с магом она просто не могла надеть ничего другого, и как оказалось, не прогадала. Стоило взгляду маркиза Даберена, остановится на ее теле, прикрытом лишь множеством прозрачной ткани, как он заливался краской и непременно сбивался с мысли, начиная вещать полную ерунду.

- Похоже, вам очень понравилось вино, позвольте вам налить еще, насколько я понял это лучшее темноэльфийское вино, недавно присланное ко двору, - томно и с придыханием произнес маг, неожиданно для размечтавшейся королевы. Попытка произвести на нее такое впечатление Эллис естественно позабавила, но не помешала заметить как, наливая в бокал вино, маркиз отправил туда же и каплю странного вещества, хранящегося в ее перстне. Очередной яд, - мысленно застонала королева, очень надеясь, что на этот раз это окажется не "Ар", а что-то из арсенала дроу, еще одного приступа смеха она точно не переживет. По уму стоило не рисковать, и лишь пригубив вино вылить остатки в ближайший цветок, или якобы нечаянно опрокинуть бокал. Но это было бы так скучно и благоразумно... Она демонстративно почти за раз выпила полбокала вина, очень надеясь, что маг не рискнет использовать мгновенно действующий яд. Она-то успеет принять противоядие, но тогда весь ее план полетит к чертям собачьим, а ей так хотелось показать магам, что ни убийцами, ни ядами ее не пронять, что ее берегут сами Первые.

Маркиз с удовольствие пронаблюдал, как она ополовинила бокал, и, надеясь, что он ничем себя не выдал, продолжил вещать на извечную тему "кораблей бороздящих звездные пространства". Эллис теперь уж маленькими глоточками допила бокал до дна, с предельно туповатым выражением лица внимая россказням мага, и недоумевая как такому самодовольному дураку, могли доверить столь важную миссию. Любой хоть немного соображающий человек, во-первых, никогда бы не завел с ней подобных разговоров, а во-вторых, мгновенно понял бы, что над ним очень искусно насмехаются. Но маркиза казалось, подобное совершенно не заботило.

Боль пришла неожиданно быстро, пульсирующим комочком наливаясь во всем теле. Еще один редчайший яд нелюди, столь любимый дроу в своих интригах. Единственно, что могло спасти от этого яда - это индивидуальное универсальное противоядие, о котором люди почти не знали, а посему этот яд считался безотказным. Он мог начать действовать в любой момент после принятия, и данная человеку отсрочка зависела лишь от индивидуальных особенностей организма. А еще этот яд поражал своей жестокостью, убивая жертву почти полчаса, в течение которых все тело охватывала все нарастающая и нарастающая боль, не имеющая конкретной локализации. Казалось, что болит каждая клеточка тела, и жертва на собственно опыте убеждалась, что у боли не бывает предела.

- Простите ваше сиятельство, что вынуждены прервать ваши достойнейшие речи, но не могли бы вы указать нам уборную. Ваше замечательное вино, совершенно не желает задерживаться в нашем теле, - невинно хлопая глазками и преданно смотря на маркиза, спросила Эллис, ей стоило больших трудов не выдать своего состояния, сохранить на лице улыбку, не обезображенную пронизывающей все тело болью.

- Конечно, ваше величество, позвольте сопроводить вас, - учтиво и в соответствии с этикетом маг протянул королеве руку, помогая подняться. Легкое покачивание якобы захмелевшей королевы прекрасно замаскировало пронзающую ее с каждым шагом боль. Эллис хотелось плюнуть на все, как можно скорее кинуться в другую комнату и просто опустошить сосуд с противоядием, лишь бы все продолжающая нарастать боль покинула ее тело. Только врожденное упорство позволило ей степенно, как и подобает высокой леди дойти до ближайшей уборной в сопровождении маркиза, и подчеркнуто небрежно, затворить за собой дверь. Ее сил еще хватило недрогнувшей рукой достать противоядие и одним глотком опустошить сосуд, после чего силы окончательно ее покинули, и тело подобно подломившемуся деревцу опустилось на пол.

Пять соток, лихорадочно отсчитывал разум, моля тело поскорее прийти в себя, она не может себе позволить отсутствовать более продолжительный период времени. К счастью, боль покинула тело мгновенно, так же как и пришла, но общая усталость проходить не желала.

Ты можешь, давай, я знаю, что ты сильная и со всем справишься, - шептала себе под нос королева, по стенке пытаясь подняться на ноги, которые предательски дрожали и подкашивались. Но, выходя из уборной, и мило улыбаясь поджидающему ее маркизу, она не единым жестом или движением не выдала своего истинного состояния, и лишь вновь опустившись в уютное кресло, Эллис позволила себе вздохнуть облегчено. А маг вновь завел свою старую песню, про то, что нелюдь надо непременно приструнить, а то в последнее время они ведут себя излишне вызывающе и с людьми считаться совершенно не намерены.


Вечерело, сумрак грядущей ночи крадущейся кошкой подступал к дворцу, окрашивая сгустившийся воздух в многообразие оттунков багрянца. Эллис в легкой задумчивости брела по одной из нижних галерей дворца, местами переходящих в террасы. Одна. Если не считать сопровождающих ее гвардейцев, что крайне корректно и привычно незаметно маячили позади нее. Фрейлин Эллис отослала у поворота на галерею, ей вдруг захотелось самую капельку покоя.

Весь день маг "ненавязчиво" крутился поблизости, и лишь недавно, поняв, что яд на нее так и не подействовал, разочарованно убрался восвояси, наверняка готовить ей очередное испытание, способное оборвать ее столь юную жизнь. Несомый с моря ветер ворвался под своды галереи, и Эллис замерла на полушаге. На губах слишком отчетливо возник до боли знакомый солоновато-горький привкус моря. Именно так оно пахло в ее мире, и кто хоть единожды бывал на его берегах, поймет, о чем речь, когда говорят запах моря.

Но это не все, - пронзила ее голову еще одна невероятная мысль, к этому запаху примешивался еще один неуловимо знакомый аромат. Эллис попробовала его на вкус, вздула ноздри в надежде выделить вновь ускользающий полутон, чего-то до боли знакомого и родного.

Черемуха! - осенило девушку. Пахло цветущей черемухой и морем. Именно так однажды пахло в Питере, когда ее в очередной раз занесло туда на майские праздники.

Она вышла из метро недалеко от побережья финского залива. Тепло, непривычно тепло для этого времени года в Сибири, но вполне нормальное для расположенного куда севернее Санкт-Петербурга и легкий бриз с залива по дороге подхватывающий благоухание уже цветущей черемухи. Тогда она едва не опьянела от причудливого переплетения ароматов, от нахлынувшего волнения, от тщетных попыток понять, что же так маняще пронизывает воздух вокруг, наполняет дивным ароматом.

Она замерла у арки террасы, оказавшись там незаметно для самой себя, боясь шелохнуться, боясь прогнать приятное ведение из прошлого. Ведь здесь не растет черемуха, да и море хоть и пахнет похоже, но совсем не так, как там, в родном мире. И как она раньше не замечала тех запахов, что каждый день кружат вокруг нее, ведь они так прекрасны. А море и вовсе всегда манило ее, напоминая о родной стихии. И тут оно совсем рядом: пара десяток быстрым шагом и она на побережье, и пусть здешнее море славится спокойствием и не бросает вспененные волны на скалы, которых все рано нет - это тоже море. Здесь тоже есть бесконечный уходящий вдаль простор, и птицы крикливые как чайки, взмывающие ввысь. И после того памятного купания, выпросив возможность и дальше бывать на пляже у тогда еще жениха, она так этой возможностью и не воспользовалась. Первое лето пролетело словно мимо нее. А сейчас тоже происходило и с первой ее весной. Она так увлеклась своими делами и покушениями на собственную жизнь, что совсем забыла про то как прекрасна жизнь.

Она ведь совсем молода, и в ее возрасте совсем не пристало прозябать сутками во дворце. Уж если она едва не забыла про свой день рождения и пропустила почти всю весну, то это очень тревожные знаки. Пора что-то менять в жизни, пока она со свойственным ей легкомыслием не прошла мимо. И план грядущих изменений тут же нарисовался в голове: тренировки у мастера Грейна на свежем воздухе, послеобеденное время прекрасно располагающее к весеннему загару за интересной книжкой, или исследованиями, ну и, конечно же, помощь Асирьи, как истинной эльфийки способной зачаровать любую приглянувшуюся поляну от случайных и не очень прохожих. Необычный приступ вдохновения ласковым ветерком накрыл тело, лицо засияло мечтательной улыбкой, а ноги уже несли ее вперед, к новым свершениям, к жизни в которой найдется место слабостям, даже если это жизнь ледяной королевы.

Солнце окончательно скрылось за деревьями, а маленький магический светлячок на этот раз получился с первой попытки, но уютные корни дабара прекрасно скрывали его от посторонних глаз. Теплый ветер все так же дул с моря, принося с собой запах соли и шум прибоя, а окружающие деревья, вторя ему, шуршали своей листвой. Тишину наполняла музыка леса. Просыпались его ночные обитатели, скрывались в своих убежищах дневные. Давно на Эллис не снисходило такое умиротворение, граничащее с безудержным вдохновением. Ей казалось, что время остановилось, и мир замер в ожидании, а она способна свернуть горы и преодолеть любое препятствие - стать демиургом.

А почему бы и нет, - забилась в голове шальная мысль, - не этим ли ты занимаешься последнее время, ведь ты переделываешь мир под свои каноны и представления, пытаешься построить свою собственную утопию. Поучится ли у тебя, кто знает, но попытка не пытка, так что дерзай!

Она говорила с ветром, и он едва уловимым шепотом отвечал на ее мысли; она говорила с травой, и та склоняла свои травинки в ответ; она говорила с деревьями, и они покачивали своими роскошными кронами над ее головой; она говорила с прибоем, и он шумел там вдалеке, волнами накатывая на песок; она говорила с миром, и он благословлял выбранный ею путь.


Почти наступившее лето наполнило утренний воздух новыми запахами. Благоухание эризарии пьянило своим ароматом, а бледно-голубые, казавшиеся невесомо-воздушными на фоне такого же светлого, почти прозрачного неба лепестки, хлопьями зимнего снега кружили вокруг, подхватываемые с цветущих деревьев малейшим дуновением бархатного, уже по-летнему теплого ветра. Солнце едва поднялось над кронами деревьев, но уже успело устремить свои лучи даже в самые закрытые закоулки парка, стремительно прогревая воздух, прогоняя прочь легкую прохладу весенней ночи. Клинки, полированными гранями сияющие на солнце, стремительно рассекали подрагивающий воздух. Они играли в свои игры с ветром, то, следуя его переменчивым порывам, то, разрезая воздушные потоки неожиданным, но выверенным движением. А лепестки эризарии сонмом хороводов летали вокруг влекомые все тем же озорником ветром, направляемые холодным, но ярким металлом, либо безжалостно им рассекаемые, стоило нежнейшим лепесткам оказаться на пути идеально-отточенной кромки. Серебро волос собранных в конский хвост развевалось, летало по воздуху от каждого прерывисто резкого движения, яркой струей пропарывая плавные воздушные течения эризарии. И девушке, что в эти мгновения направляла клинки, слушала ветер и танцевала с призрачными лентами голубых лепестков, все творящееся вокруг казалось нереальным каким-то волшебно-мистическим, словно она вновь перенеслась в неведомые края.

Эта поляна со всех сторон сокрытая от случайных или же любопытных взглядов стала лучшей ее находкой. Сегодня утром, едва за окнами забрезжил рассвет, она отправилась сюда. Странное совершенно необъяснимое чувство нашептывало ей, призывало ее в это место - одну. И теперь она ни капельки не жалела о том, что не позвала с собой учителя. Присутствие постороннего человека нарушило бы царящую гармонию, не позволило бы слиться с окружающим миром, слушать его шепот, вдыхать чарующие ароматы свежескошенной травы, едва уловимыми нотами пробивающиеся сквозь благоухание эризарии. Мир вновь говорил с ней, как в тот памятный вечер декаду назад, когда он послал ей весточку из дома. Он направлял ее движения, заставлял не сражаться, а танцевать с клинками, в их собственном непередаваемом ритме, под только ей одной слышимую мелодию, что наигрывала в это утро окружающая природа. И вновь в ее гласе звучал ветер перемен, будь то легкие насвисты неведомых птиц, или же раскатистые отголоски шумящей в стороне воды, что сейчас казались гулкими переборами электрогитары. Одинокая мысль ворвалась в пустоту сознания: - она идет верным путем, тем к которому призывает ее мир, тем на который он ее благословил, и, несмотря на все трудности, что подстерегают впереди, все будет хорошо. Лишь ветер перемен овевает ее изменчивый путь.

Последняя связка ударов, напетая ветром, и кончики клинков смотрят в землю, а она неподвижной статуей замерла среди все еще кружащих вокруг голубых хлопьев, что падают с неба, но никак не могут коснуться земли, навечно обреченные следовать за малейшим капризом воздуха. А глаза что в этот момент застилает серебро смотрят в бесконечную небесную высь, туда, где сквозь призрачные струи голубеет небо, туда, где шествует по небосводу солнце, и защитная влага наполняет взор, устремленный к яркому свету, но нет сил его отвести - так надо.

Освобожденные от тесных объятий ленты волосы бушующим каскадом опадают на плечи. Подарок дроу вновь принимает вид простого, но изящного платья, а эльфийские клинки скрываются в невидимых ножнах. От мистической тренировки не осталось и следа, лишь королева стремительным шагом возвращается во дворец с утренней прогулки в парке, как всегда в сопровождении охраняющих ее одиночество гвардейцев. Ее лицо сияет подобно маленькому солнцу, глаза блестят в предвкушении, а губы раздвигает легкая улыбка, лишь очень невнимательному существу кажущаяся милой. Она наверняка проложит свой путь через административное крыло дворца, она наверняка встретит мага-советника. И тот в очередной раз, заметив ее бодрствующий, цветущий и довольный вид скривит свое лицо в кислой гримасе, считая, что королева этого не видит. Как же, на нее совершено уже четыре покушения, а она словно их не замечает, лишь хорошеет с каждым днем, покрывая тело легким весенним загаром, да нагуливая здоровый румянец на щеках. И этим она почти открыто насмехается над врагами, словно нет покушений на ее жизнь, словно нет проблем с мужем, нет потерянного для нее друга, словно не спит она по три-четыре часа в сутки, словно нет в ее жизни нехватки времени и обилия проблем, связанных с ее реформами и преобразованиями.

Ей всего двадцать два и никто и никогда не учил ее управлять огромной странной, да еще и с такими объективно ограниченными возможностями этого самого управления, когда вокруг просто не хватает людей способных не то что понять, а просто реализовать все ею задуманное. Это только сидя на скамье в аудитории все кажется легко и просто. В последнее время ей было крайне жаль собственного супруга, ведь два года назад он взошел на престол совершенно не подготовленный к этому. Лишь стабильность, что сложилась в этом мире за века, спасла его от запуска развала королевства. Это конечно правильно, что юным принцам дают насладиться жизнью лет до пятидесяти, набраться за это время опыта, остепениться, прогнать из головы юношеский максимализм. Но в случае преждевременной гибели правителя, на троне оказывается почти совершенно неготовый к этому король, который все еще свой среди аристократической молодежи, который не успел удалиться от них на почтительное требуемое пиететом расстояние, возникающее за годы усердной учебы и подготовки будущего короля. А она, она лишь немногим подготовленнее своего супруга, и не столько специфическим знанием ее мира, сколько более богатым жизненным опытом, более взрослым и мудрым взглядом на жизнь, куда более короткой, но насыщенной жизнью.

День пролетел на одном дыхании, почти так, как она планировала по дороге во дворец. Лишь только маг, как всегда встреченный по дороге проводил ее особо торжествующим взглядом, очень неприятным взглядом. Но настроения королеве это не испортило, наоборот лишь сильнее разогрело и без того плохо контролируемое любопытство.

Ночь все отчаяннее пыталась вступить в свои права, густыми сумерками накрывая дворец и недовольно урча, на вспыхивающее, на его территории магическое освещение. Казалось бы, всеми законами природы дневные обитатели этой каменной громадины должны успокоиться с ее приходом, оставить ночную жизнь на откуп ночным тварям. Но жизнь придворных лишь пробуждалась ото сна, залы наполняла популярная музыка известных менестрелей, обыкновенный ужин плавно перетекал в легкий фуршет с танцами, сплетнями, представлениями и прочими развлечениями сильнейших мира сего. Это только король да королева работали сутки напролет, не покладая своих рук, а золотая молодежь: юные герцоги и герцогини, маркизы и немногим реже графы и графини наслаждались дворцовой жизнью, которая из века в век съедала немалую часть их же родителями выплачиваемых в казну налогов. Королеве считала столь частые празднества (раз в месяц, а то и декаду), непозволительной роскошью, но, вступив в борьбу с магами, открывать второй фронт в виде противостояния с аристократией, Эллис возможностей не имела. Хорошо хоть от нее самой не требовалось постоянно присутствовать на этих вечеринках, и она по мере возможностей игнорировала их, а придворные быстро смирились с таким желанием собственной королевы. К чему им пусть милая и приветливая, но странная и соблазнительно коварная королева. Да и король прекрасно ее заменял, вновь отправившись в необузданный разгул с ежевечерней сменой фавориток. У молодой аристократии уже давно не было столь доступного им короля, который не гнушался переброситься парой слов с прежними своими приятелями, да охмурить очередную красотку сумевшую получить приглашение во дворец. Фрейлин своей супругу с некоторых пор он предпочитал обходить стороной.

Когда жизнь в южной части дворца лишь разгоралась, наполняясь сиянием магических софитов, королева своим привычно быстрым шагом шествовала по северному крылу. Путь вел ее в библиотеку, и как бы девушке не хотелось отдохнуть после многочисленных дел, советов с министрами и супругом, она еще не решила и сотой части все множащихся проблем, что непосильным грузом висели на ее юных плечах. Но она вновь и вновь гордо вскидывала голову и, расправив плечи, устремлялась вперед к новым знаниям, что хоть как-то могли ей помочь в решении сложнейших вопросов.

Ключ легко и привычно вошел в замочную скважину, рука напряглась готовая парой движений привести отлично сработанный механизм в действие. Кровь взорвалась, все чувства, все инстинкты закричали о неминуемой опасности. Тело само развернулось к источнику опасности, но предпринять что-либо еще, даже оно способное в такие мгновения ускориться до нечеловеческих скоростей не успевало. Заклинание оказалось быстрее. Взрыв, казалось, произошел перед самым носом девушки, сильнейший порыв воздуха, порожденный взрывной волной впечатал королеву в так и не открытую дверь. Натужно заскрипело дерево, недовольное столь непочтительным обращением. Из легких полностью вышибло воздух, открытый в беззвучном крике рот никак не мог получить необходимую порцию кислорода. На мгновение сквозь пелену боли, что сковала ее тело, Эллис показалось, что она слышит хруст собственных костей. Ноги отказали держать ее, и девушка по стенке осела на пол, лихорадочно пытаясь осмыслить произошедшее.

Понадобилась почти сотка на то, чтобы воздух, наконец, наполнил легкие и кислород устремился по кровеносным сосудам к голове. Сомнений в том, что на нее покусились в очередной раз, не было, но вот что на этот раз спасло ее жизнь оставалось тайной. Успокаивая сердцебиение и предательскую дрожь во всем теле, она перебирала приходящие на ум варианты, но ни один не казался ей правильным. "Что это было?", спросила она у дворца, и тот передал ей образ заклинания, "Кто?", и в голове всплыло лицо маркиза, под видом советника ни на мгновение не покидающего ее мужа. По всему выходило, что маги в отчаянье пошли на риск, раз так открыто засветили свою ключевую фигуру. Она добилась своего, заставила их паниковать, совершать рисковые поступки, вот только все это попахивает ее хладным трупиком. А решения как не было так и не появилось. Рен, вроде как что-то придумал, нашел кого-то, но на все ее расспросы лишь отмахивался, прося потерпеть, пока все не будет готово.

Покрытая плотно облегающим тело одеянием она бежала по укрытому ночной тьмой городу. Она буквально растворялась в черноте городских подворотен и переулков, проходила никем не замеченная по границе света крупных и освещенных улицах. Серебро ее волос, как и примечательные черты лица, скрывал глубоко накинутый на голову капюшон. Она поступала в очередной раз опрометчиво, рискованно, но возвращение к себе и потеря времени на необходимую маскировку, казались ей еще худшим вариантом. Детские игры кончились, и на самом деле гораздо раньше.

Достигнуть дома Розалии никем не замеченной, как и раньше, оказалось совсем нетрудно, главная сложность возникла с проникновением внутрь. Через главный вход без маскировки не пройти, а о черном ходе Эллис знала лишь то, что он в принципе существует. Оставалась лишь одна надежда на то, что Роза у себя, более того она одна, и сама Эллис правильно помнит расположение комнат. Слишком много но, слишком много отдавалось на волю случая, но другого путь королева пока не видела, чертов повелитель демонов продолжал игнорировать ее вызовы.

Проулок, в который как предполагала девушка выходили окна ее осведомительницы и подруги-советчицы, встретил ее уютным коконом черноты, лишь слегка разбавленной бледным светом, льющимся за пределы нескольких окон, в том числе и нужного самой Эллис. Взбираться на третий этаж, ничем по высоте не уступающий привычному в ее мире четвертому было страшновато. Но высота никогда не пугала девушку до дрожи в коленях, лишь охлаждала излишне ретивую кровь, жаждущую покорения новых вершин.

Выровняв дыхание и успокоив сердцебиение, с неожиданной грацией кошки устремиться вверх, недоумевая собственному испугу в таком легком деле. Настенный узор удобно ложился под руки, обращался ступеньками пусть и крутой, но добротной лестницы под ногами. Еще пара мгновений и она удобно устроившись под окном, легонько в него постучала. Несмотря на браваду и кажущееся отсутствие страха смотреть вниз балансируя на небольшом уступе Эллис не рисковала. Спустя сотку, показавшуюся девушке вечностью, окно над королевской головкой распахнулось, и в его проеме показалась пепельно-белая с россыпью едва уловимых тонких медных прядей головка демонессы.

- Кто тут? - в голосе хозяйки не чувствовалось ни капли беспокойства, лишь легкий деловой интерес.

- Это я Эллис, к тебе можно? - шепотом, почти одними губами произнесла королева, опасаясь присутствия в комнате посторонних, так чтобы только Розалия расслышала ее.

- Эллис? - теперь же в голосе демонессы отчетливо проскальзывало плохо скрываемое недоумение. - Но какого? Давай залезай быстрее, слава Первым я одна!

Еще полгода назад королева ни за что не смогла бы преодолеть подоконник одним на вид простым и легким движением. Особенно из того положения, в котором она пребывала. Но мастер Грейн гонял ее почти каждый божий день не зря. Легкий хлопок ставней за спиной возвестил о том, что на улице случайных свидетелей не оказалось и теперь можно расслабиться, перевести дух и приступить к делу.

- Что на этот раз? - требовательно спросила Роза, пристально рассматривая обернувшуюся с уже откинутым капюшоном девушку.

- Почти удавшееся покушение, и Рен как на зло не отвечает, хотя всю дорогу пыталась пробиться! - досада так и сквозила в голосе девушки. - Я не уверена, что выдержу еще...

- Присядь, - демонесса кивнула на аккуратно застеленное ложе, - я сейчас сварю тебе что-нибудь успокоительное, как раз кто-нибудь побесстрашнее отыщет нашего венценосного приятеля.

Роза совсем невесело ухмыльнулась и приступила к завариванию успокоительного настоя. Самые разнообразные травы в нужных объемах сразу же возникали в ее руках и мгновенно отправлялись в томящуюся на огне воду.

- Держи, - спустя, пару минут, в руках девушки благоухало варево, своим цветом напоминающее, красный чай. Вкус у успокоительного тоже оказался приятный, с легким сладким послевкусием, а по телу волнами расходилось расслабляющее тепло. Опять по комнате разнесся аромат благовоний, а Розалия присев позади королевы взялась за ее многострадальную голову. Сильные, но удивительно гибкие пальцы так и порхали над сереброволосой головкой, то едва касаясь, то, нажимая со всей силы на одни ей ведомые точки. Напряжение, да и тупая боль уже давно и прочно угнездившаяся в затылке Эллис отступили, вернулась ясность мыслей.

- Добрый вечер, дамы! - если голосом можно было бы убить от обиды, то у Рстатришстрена это непременно получилось бы.

Эллис с Розалией мгновенно обернулись на голос, прервав сеанс массажа, и обе же замерли в удивлении, второго гостя увидеть здесь и сейчас они никак не ожидали.

- Ваше величество! - демонесса мгновенно вскочила на ноги и тут же присела в глубочайшем из реверансов, еще сильнее удивив Эллис, ибо своему собственному повелителю такого уважения и почтения она никогда не выказывала.

- Ваши величества! - все еще сидя на кровати, склонила в приветствии голову Эллис, тоже решив вспомнить хоть о каких-то приличиях. Сапфировый дракон величественно кивнул им в ответ.

- Ээээ, я что ли спешил сюда изо всех сил, покинув таких... мм... женщин. Чтобы вы тут никому не нужным политесом занимались?! Роза, если ты так нервничаешь в присутствии нашего друга, то сходи что ли девочек проверь, а?

- Как покушались на этот раз? - прямо спросил Эссси, едва за на удивление притихшей демонессой закрылась дверь.

- А вы...? - Эллис явно не знала, как сформулировать свой вопрос. После их расставания в гостинице она считала, что дракон наверняка надолго забудет о ее существовании, да и должна она ему и так слишком много, чтобы в очередной раз просить о помощи.

- У нас тут личный интерес, мы не хотим войны с вашими магами, но мы для них слишком лакомый кусочек... чтобы нам в случае чего позволили отсидеться у себя в горах, - дракон явно почувствовал ее сомнения, и поспешил весьма прямолинейно их развеять. - Так что на этот раз?

- Какое-то заклинание, - Эллис равнодушно пожала плечами, и, повернувшись к другому своему приятелю, сверкнула очаровательной улыбкой: - Значит он твое решение моих проблем, о котором ты молчишь как партизан, кормя меня завтраками... и убери с лица расстроенные чувства, тебе совсем не идет! Лучше уж телепортируй нас в библиотеку.

- Есть моя королева! - преувеличенно легко согласился демон, сверкнув коварным блеском глаз. Мгновение и все трое переместились в библиотеку, так что Эллис едва успела попросить дворец пропустить их.

Сапфировый дракон, не раздумывая, направился в главную залу, к выходу.

- Дэриен вернется завтра? - спросил он уже на ходу.

- Должен был, но на днях была весточка от него, что скорее всего задержится на декаду, полторы.

- Понятно. Заклинание было с той стороны двери? - Эссси кивнул, на массивную входную дверь, к которой они уже подошли.

- Да. Сейчас проверю как там со случайными и не очень свидетелями, а то мои любимые враги вполне могли отправиться проверить валяется ли под дверью мой хладный трупик.

- Да, на это стоило бы посмотреть, - мечтательно потянул идущий следом Рен.

- Это почему? - уже предвидя месть за испорченный вечер, повернулась к другу королева.

- Так красиво же, "ледяная королева", вся такая синяя и в обрамлении серебра, прямо как твой кулон, - с наиневиннейшей улыбкой, мечтательно поглядывая в потолок, ответил демон.

Королева поперхнулась от возмущения, но так ничего и не придумав в ответ, решила махнуть на Рена рукой и продолжить конструктивно общаться с Эссси:

- Я вставила ключ в замок, собиралась как обычно в тайне ото всех почитать вечерком. Но не успела и на пол-оборота провернуть его, как почувствовала опасность, обернулась, что-то взорвалось передо мной, и меня ударило о дверь, - печально вздохнувшая девушка открыла дверь и выпустила друзей в галерею, незаметно просочилась за ними и, встав в сторонке, принялась наблюдать за их работой. Но ничего интересного увидеть ей не удалось, почти сразу Эссси что-то сказал демону, и тот присоединился к королеве, а сам дракон замер с сосредоточенным лицом. Соток десять, а то и пятнадцать он оставался недвижим. А Эллис и демон откровенно скучающие все это время, не рисковали даже парой слов переброситься, боясь сбить сосредоточие повелителя.

- Возвращаемся в библиотеку, - дракон вышел из транса неожиданно, а спустя мгновение за ним плавно закрывалась дверь. Демон первым покинул задумчивое ничего не деланье, и за руку затащил королеву в библиотеку. Спустя сотку они втроем удобно устроились в креслах. Эллис выжидательное смотрела на Эссси, полагая, что в ее вопросах смысла сейчас нет. Сапфировый дракон впрочем, не заставил их ждать:

- Работал маг разума, причем для человека очень сильный маг, второй или третий среди ваших. Заклинание представляло собой направленную ментальную атаку, тебе после такой не выжить, даже ему не выжить, только он в отличие от тебя успеет поставить щит или увернуться, - голос Эссси слегка дрогнул, забытые переживания встрепенулись, стоило ему вновь оказаться рядом с Эллис. Первые червячки сомнения закопошились в голове, норовя в очередной раз перевести его из разряда наблюдателя в разряд действующего лица. - Тебя спас наш амулет, к сожалению, дворец способен защитить тебя только от физических атак. Амулет же, мы изготавливали именно против заклинаний магии разума, но поскольку заклинание было не подчиняющим, а уничтожающим, сработал он не так чисто. Взрыв это последствие остановки заклинания чистой силой. Мы бы сказали, что тебе очень повезло Королева.

- Шссаришнаэссси, - Эллис до сих пор недоумевала, как у демона получалось так легко выговаривать имя дракона. Она сама, сколько не старалась, так и не смогла научиться произносить имена своих друзей чисто и на едином дыхании, язык постоянно заплетался, пытаясь воспроизвести слишком непривычные дня ее связок звуки. - Надо как-то ускорить процесс, если они начнут бить по ней магией, Эллис долго не протянет, даже если обвешается кучей амулетов.

- Согласны, - прекрасное личико повелителя драконов слегка скривилось. Он явно искал третий выход, ибо брать магов было еще рано, а терять человеческую королеву еще меньше входило в его планы, и не только из-за того чувства, что пробуждалось в его сердце, стоило ей появиться в его поле зрения. - Нам нужно выманить совет магов, с их острова. Его защите, к сожалению, куда больше чем три тысячи лет. Бесшумно и бескровно до них там не добраться. К тому же в этом случае мы и вовсе рискуем оставить человечество без магии. Обычное предъявление обвинений мы даже предлагать не подумаем.

- Но у вас ведь есть идея? - задумчиво пробормотала блаженно развалившаяся в кресле Эллис. Тело уже начало поругиваться на хозяйку, за все не так давно пережитые издевательства.

- Насколько сильна твоя связь с дворцом? - вопросом на вопрос ответил Эссси.

Эллис почувствовала себя полным ничтожеством, она-то думала об этом никто даже не подозревает. Что же тогда говорить о многих других вещах, которые она так же считает секретными. И как пытаться чего-то добиться в мире, где максимум ее возможностей - марионетка в чужих руках.

- Дворец может полностью заблокировать любую человеческую магию.

- Тогда мы инсценируем твою смерть, да так чтобы его величество вызвал во дворец совет магов в полном составе в качестве экспертной группы. Но чтобы они не почувствовали и намека на подвох нам нужно еще полторы декады. И твое разрешение на полностью разумную иллюзию.

- Согласна, что мне еще остается.

- Тогда следующий вопрос на повестки дня: как обеспечить безопасность самой Эллис на эти пятнадцать дней? - продолжал проявлять не свойственную ему заботу Рен.

- Может тогда мне прекратить делать вид, что ничего не происходит и усилить арсенал носимых амулетов? У меня их много, но я пока только стандартный аристократический набор использовала.

- Все не все, но это идея, где они у тебя? - дракон покинул кресло едва ли не после первой пары слов девушки, и, похоже, ожидал того же и от остальных.

- В моих покоях, - Эллис тоже поднялась, как ей казалось, уловив ход мыслей Эссси. - Рен ты туда уже телепортировался, когда в первую ночь все пытался составить компанию.

- Один момент, - демон изящно покинул кресло, как бы между делом подхватил за руки беспечно невесть чего ожидающих правителей и в следующее мгновение они втроем свалились на кровать Эллис. - Прости, я помню только эти координаты.

Демон ловко увернулся от попытки Эллис поставить ему затрещину и покинул взъерошенную кровать. Каким образом и когда он успел спеленать ее собственными простынями по рукам и ногам, девушка не поняла. Но поза оказалась настолько неудачной, что совершенно исключала возможность самостоятельно избавиться от коварной мести никак не желающего успокаиваться Рстатришстрена. Эссси бросил на демона взгляд, от которого вода испаряется, но Рен лишь беззаботно пожал плечами. Так что повелитель драконов оказался, вынужден высвобождать королеву, усилием воли сдерживая возникающую предательскую дрожь, стоило ему в очередной раз коснуться ее тела. Наконец мучения двух венценосных особо окончились, и Эллис скорчив крайне оскорбленное выражение лица, демонстративно не смотря на рыжеволосую бестию, повела якобы одного сапфирового дракона в свой кабинет. Демон в ответ лишь хмыкнул и состроил еще более оскорбленное в своей невинности лицо, в сочетании с ангельской внешностью и демоническим блеском в глазах это смотрелось потрясающе.

Ее королевское величество горстями выгребала магические штучки из ящика своего рабочего стола, а они все не желали кончаться, заставляя уважительно присвистнуть обоих повелителей. Теперь они в полной мере прониклись выражением - на все случаи жизни. Впрочем, и у самой королевы глаза все больше округлялись от удивления перемешанного с ужасом, она совсем забыла, что их так много, а уж про то чтобы вспомнить, что и от чего предназначено и вовсе речи не шло. "Нда, накупить-то накупила, самое необходимое отобрала, а вот как успеть быстро и вовремя воспользоваться именно тем, что нужно из оставшегося не подумала...".

Сапфировый дракон с этим проблем явно не имел, и, перебрав все амулеты буквально за пару соток, отложил в сторону всего один, в виде броши.

- Вот это может тебе помочь.

- Как?

- Он позволяет чувствовать магию. Но в таком виде он тебе не слишком подойдет. Мы его заберем, и немного усовершенствуем, так чтобы ты видела заклинания.

- Но это же магическое зрение!? - о том, что заклинания можно видеть, Эллис читала лишь пару раз, и там этот вопрос освещался вскользь, как почти недостижимый уровень владения силой.

- Вербальная форма заклинания, это самая простая форма, - лекторским тоном приступил к просвещению девушки Эссси, не забыв удобно расположиться в единственном стоящем за столом кресле. Чем вызвал бескрайнюю королевскую зависть. - Когда ты читаешь заклинание, твои слова и жесты правильно исполненные создают плетение, которое потом наполняется силой. Научиться видеть это плетение очень сложно, требуются порой сотни лет упорных тренировок, а научиться работать с ним напрямую силой мысли еще сложнее. Так что некоторые ваши маги считают это исключительно особенностью драконов, хотя у нас на такое способны не все и не сразу, как и в других долгоживущих расах. В нашем случае, поработав над амулетом, мы как бы поделимся с тобой своей способностью видеть. Но амулета хватит лишь на те недостающие нам полторы декады, это предел наших возможностей.

- И что мне это даст? - от обилия непривычной, но полезной и интересной информации Эллис впала в легкую прострацию, пытаясь переварить только что услышанное.

- Сможешь заранее увидеть магическую ловушку и обойти спусковые нити, их цвет обычно отличен от цвета основного заклинания, и к ним прикасаться нельзя ни в коем случае. Недавно поставленные заклинания будут видны лучше всего, а вот существующие больше года ты увидеть не сможешь. Ваш дворец насквозь оплетен магией, и это позволит тебе не отвлекаться на лишнее.

- Отличный план! - Рен оказался как всегда оптимистичен. - Ну а теперь нам пора, или тебя забрать потом?

На сей раз подзатыльником Рена попытался наградить Эссси, и в отличие от Эллис ему это удалось.


Глава семнадцатая. На пороге...


Крепкий стол из мореного дерева почти полностью скрылся под развалами разработанных неугомонной королевой законопроектов. Его величество тщетно пытался разобраться во всем это, понять хотя бы часть указов, ибо он уже отчаялся выявить то нечто грандиозное, что непременно стоит за этой горой бумаги. Ведь на его плечах лежала почти непосильная задача: продолжая отстаивать позиции магов не помешать Эллис в реализации своих идей. Легкий перезвон в голове возвестил о появлении из потайного хода слегка взволнованного герцога.

- Есть новости по нашей проблеме? - спросил король, не отрывая взгляда от расплывающихся букв очередной бумаги, едва нога Кэриена ступила в кабинет. То, что тот озаботился приватностью беседы, Ксаниэль почувствовал мгновением раньше. Глава службы безопасности полностью в своем духе проигнорировал вопрос сюзерена и развалившись в кресле, вместо привычного бокала, сразу телепортировав себе пузатую бутылку ольского вина с юго-восточных предгорий страны. И лишь ополовинив сосуд с вином на едином дыхании, герцог решил продолжить беседу, не забыв протянуть остатки хмельного напитка слегка встревоженному королю.

- Я уж думал что никогда не смогу найти весомых доказательств причастности совета к заговору против королевы.

Очень уж грамотное и своевременное обрезание всех ниточек могущих привести к совету убеждало Кэриена в причастности к происходящему тех неведомых хозяев юной шпионочки. Тех, кто не одно столетие ведет свою, никем непознанную игру. Тех, все сведенья о которых больше являются собственными домыслами герцога, нежели проверенными фактами.

- Но вчера случилось чудо, и у меня есть достаточно оснований для обвинения. Только вот прежде нужно поймать совет в полном составе, и боюсь без друзей Эллис, нам не справится. Но мне не поговорить с ней, похоже, они что-то подозревают после нашего последнего разговора. Ксан тебе придется действовать самостоятельно, с этого момента служба безопасности подчиняется напрямую вам, ваше величество, они уже получили приказ и скоро тебя разыщет координатор.

- Черт, Кэр, ты совсем не желаешь облегчать жизнь своего короля! - переданные герцогом полбутылки самого крепкого изготавливаемого у людей вина пришлись очень кстати. - Я ведь ничего не знаю ни о твоих планах, ни о том чего ожидать от собственной жены! Да и думаешь, она поверит, тому, что я ей сообщу? А вдруг она посчитает это придуманной магами провокацией?

- Мой король, ты опять ее недооцениваешь. Эллис очень умна и понятлива, я более чем уверен, она в ситуации разберется сходу, если конечно она о ней не знает куда более нас.

Последние слова герцога, произнесенные с насмешкой полной искреннего уважения, заставили короля насторожиться, как запах близкой дичи, чутких собак загонщиков.

- Есть, что-то еще? - все же озвучил вопрос после продолжительной паузы король. Бумаги, что самопроизвольно теребили руки, наконец, опустились на стол, недоговорки Кэриена достигли цели и разожгли неуемное королевское любопытство.

- Да, - коротко ответил герцог и на мгновение задумался, подбирая правильные слова, то, что он собирался сообщить другу, могло привести к крайне нежелательным последствиям, спровоцированным вспыльчивостью его величества. - Только дослушай до конца, прежде чем кинешься предпринимать самнезнаючто, лишь бы что-то предпринять.

- Кээр, мне не нравится твой тон, - от взгляда короля у менее стойкого человека вполне могла разболеться голова.

- Я ведь доказательства получил, только потому, что трое магов из совета сами вышли на службу безопасности, - обреченно начал Кэриен, внимательно следя за не забывающим прикладываться к бутылке с вином королем. - Они давно не согласны с политикой большинства, но ничего поделать естественно не могут, Мастер весьма умело подрубил их корни и оставил практически без сторонников. И решились они выйти на нас исключительно благодаря твоей супруге. Совет магов уже полтора месяца пытается ее убить...

Герцог остановил свою речь, дабы полюбоваться на вытянувшееся лицо короля, и в случае чего успеть его перехватить, прежде чем он кинется вытрясать душу из своего нового советника, но тот лишь недоуменно хлопал глазами, пытаясь осмыслить сказанное.

- Эллис пытались убить? - сиплым голосом спросил Ксаниэль, после того как остатки вина попали в его желудок.

- Да, и поверь, я, услышав это, удивился ничуть не меньше. Но информация точная, время и способы убийства каждый раз обсуждались на совете, как и результаты, вернее их отсутствие. Сперва ей послали двух убийц с интервалом в декаду, оба без вести пропали на территории дворца, на ее величестве ни царапины, и поведение ее после этого ничуть не изменилось. Так что непонятно то ли она постаралась, то ли таким образом сработала защита дворца. Совет магов после второй попытки сошелся именно на последней версии, и от убийц решили отказаться. Перешли к ядам, как проверенному тысячелетиями способу устранения людей в дворцовых интригах. Опять же все происходило с разрывами в декаду и против обоих не существует противоядия, причем против одного изобретенного вампирами совсем недавно, даже индивидуальное универсальное противоядие не спасало. Но изобретатель этого яда никто иной, как Арледар, так что возможно Эллис знает об этом яде куда больше магов, и они в своем стремлении подставить именно ее союзников в очередной раз перестарались. Второй яд небезызвестный тебе яд дроу, и им ее угости лично сам советник, более того почти все возможное время до начала действия яда он старался не выпускать ее из виду. Она при нем приняла тройную дозу яда, и он так на нее и не подействовал. Маги занервничали, и последнюю попытку опять предпринял твой друг маг, поставив на нее у библиотеки заклинание ментального удара, заклинание вне сомнения сработало, но наша королева до сих пор жива. И ведет себя она так, словно ничего не происходит, даже наоборот, ты заметил, как она похорошела в последнее время, просто летает по дворцу и светится неподдельной радостью?

Мечтательное лицо короля говорило само за себя, в последнее время ему все настойчивее хотелось как можно быстрее закончить с затеянными играми и утонуть в ее нежных объятиях. Последние две декады Эллис просто цвела, все сильнее и сильнее притягивая его взоры, все усложняя и усложняя условия и для без того не лучшего актера. Только вот покушения. У Ксаниэля никак не получалось увязать их с полной жизни и радости королевой. Кэриена впрочем, донимали схожие мысли. Только в отличие от друга он знал о королеве куда больше, и почти не сомневался в том, что Эллис прекрасно осведомлена о покушениях, что ее нелогичное поведение лишь часть затеянной ею игры. Игры, которая уже привела к нужным результатам, заставила магов сомневаться в правильности своих действий, дала службе безопасности шанс на обезвреживание заговора. И как он сам раньше не понял, что покушения не просто готовятся, а совершаются, да еще и так часто. Но самое тревожное в полученных данных было то, что информатор магов из дворца был осведомлен о тайных прогулках королевы по дворцу без сопровождения.

- Сдавшие совет маги решили, что ее величество даже не догадывается о покушениях и ее хранит магия Первых. Только мне шестое чувство подсказывает, что Первые тут ни при чем. Не забудь у нее поинтересоваться, а то мне очень любопытно, что же на самом деле происходило. Но вернемся к совету, они пытаются не просто убить Эллис, но и подставить, как я уже говорил ее друзей. Хороший предлог для войны, которую они так жаждут развязать, и тебе в этом отводилась не последняя роль. Именно ты под ненавязчивым влиянием своего советника должен обвинить в смерти королевы происки нелюди. Впрочем, Эллис смогла и нас спасти от раскрытия, вторым убийцей был недавно привлеченный мною молодой дроу, благо он пропал, прежде чем успел получить доступ хоть к сколько-то секретной информации. Он должен был стать двойным агентом, и если бы не первое же задание, прервавшее его жизнь, маги очень быстро узнали бы о том, что служба безопасности не бездействует.

Король поперхнулся, такого размера глаза, что сейчас украшали его лицо, в природе явно не существовало. Герцог в ответ лишь неопределенно развел руки, у него и самого в голове подобная информация едва укладывалась, но факты оставались фактами. Королева не просто не погибла, но и убийц после этого никто не видел, даже тел. Конечно, следовало проверить закрытую часть библиотеки, но доступ сейчас туда, пока не вернулся друид-хранитель, имела лишь сама королева, своему помощнику друид столь важные ключи не доверил.

- И ты предлагаешь мне придти к ней и сказать, что мы отнюдь не на стороне магов?

- Я не предлагаю, мой король, я настаиваю, - совершенно серьезно парировал герцог, сейчас не время шутника Кэра, сейчас есть только глава службы безопасности, которому предстоит сыграть свою очень ответственную роль. - И чем скорее ты сможешь поговорить с Эллис, тем лучше. Сегодня день очередного покушения, последнего на которое маги поставили почти все, но, увы, после стольких неудач Мастер оказался слишком осторожен и наши друзья не в курсе что это. И нам необходимо воспользоваться этим шансом, ты должен не просто сказать ей о нашей игре, но и вместе с ней воплотить в жизнь единственный шанс разделаться с магами. Сам понимаешь на острове совет не достать, и рискнут они с него выбраться лишь, когда угроза будет устранена. Вам необходимо придумать, как инсценировать ее смерть, как заставить магов поверить в эту смерть, и как их убедить появится во дворце, думаю только тут есть шанс взять их без лишнего шума..

Настолько серьезной речи от своего друга король не слышал слишком давно, и это лучше всего прогнало остатки хмеля из головы. Как бы он не хотел принимать на себя такую ответственность, другого выхода похоже не существовало...


Некогда ухоженная аллея, мощенная серым с зеленоватым отливом камнем, сейчас куда больше напоминала заросшую тропинку. В эту часть сада уже давненько не заглядывал ни престарелый садовник, ни его куда более молодые помощники. Нежилой северный корпус дворца окружал такой же нежилой парк, стремительно обретающий облик первозданного леса. И выбор Эллис места для уединения в лоне природы совершенно не удивил короля. И от любимой библиотеки недалеко, и праздные придворные эту часть парка особо не жалуют, а уж под защитой эльфийской магии и вовсе можно ни о чем не беспокоиться. Именно благодаря наложенной на поляну защите, Ксаниэль смог вычислить любимое местопребывание супруги, эльфийская кровь позволила почувствовать эльфийскую отводящую магию.

После утренних новостей от герцога, и случайно услышанного обсуждения фрейлинами королевской работы на свежем воздухе, его величество решил, что лучшего места для их с Эллис разговора просто не придумать. После обеда Ксаниэль не позволил супруге скрыться по делам, а потребовал от той прогулки в парке, решительно отослав при этом обе свиты, советника он же уверил в том что жаждет надавить на супругу без посторонних. Теперь он уверенно вел девушку в ее же секретное место, жестом попросив пока молчать.

Только вот не ведал король о том, что последнюю попытку разделаться с королевой маги предприняли именно накануне. И пологая, что за неудачными покушениями стоит дворец, новую ловушку решили устроить за его пределами и на день раньше истечения привычного десятидневного интервала. Конечно, они, не владеющие эльфийской магией, найти убежище королевы не смогли, да и не старались особо, оказалось достаточно знать путь, по которому ходит Эллис. И уже вчера королева обнаружила расставленную на самых подходах к поляне ловушку. Исправленный драконом амулет не только проинформировал о свежем пассивном заклинании, но и позволил увидеть ту паутину спусковых нитей, что не позволяла и мыши прокрасться по тропинке, не потревожив хотя бы одну из них.

- Зачем вы нас позвали? - не выдержав продолжительного молчания, наконец, спросила королева. Червячок сомнений уже засел в груди, намекая на конечную цель маршрута. Но Эллис все еще надеялась, что ошибается, и эту часть парка Ксаниэль выбрал для серьезного разговора потому, что тут хватало укромных уголков, а не потому, что вел ее на заклание.

- Подожди, как придем, все объясню, - излишне резко ответил ей король, с нескрываемой досадой в голосе. К сожалению Эллис, решила задать свой вопрос именно в тот момент, когда он приступил к отключению прослушивающего заклинания. Если маги заметят это, то их план окажется на волоске от гибели. Стиснув зубы, Ксаниэль принялся еще быстрее начитывать заклинание, пока его супруга не подумала невесть чего, вдохновленная его ответом.

Ответ короля заставил девушку подобраться, происходящее не нравилось ей все больше и больше. С мощеной аллеи они уже свернули на едва приметную среди зарослей тропинку, ту самую что, вне всякого сомнения, вела к поджидающему ее заклинанию. Беспечное щебетание разноголосых птах, что сопровождало их всю дорогу, в любой другой ситуации настроило бы на благорасположенное настроение, но сейчас оно навевало лишь печальные думы. Сомнения так и разрывали королеву изнутри.

Вчера она обошла ловушку через заросли, а вот как ей быть сегодня, и сработает ли она на короля, и знает ли он вообще о ее существовании. Может маги или король так и не получив вчера результата, сегодня решили все проконтролировать. И теперь ее супруг надеется сам проследить за действием заклинания, а в случае чего просто добить ее. Ну не может он так целенаправленно вести ее туда совершенно случайно, или может? Просто знает о ее любимой поляне, и решил, что для его целей она подходит лучше всего. Ведь Ксаниэль хотел поговорить без свидетелей. Ведь размышляя последние дни, она почти уверилась в том, что король и герцог отнюдь не попали под влияние нового советника, а лишь делают вид, наверняка пытаясь, таким образом, либо оградить ее от опасности, либо выйти на злоумышленников. Но что если она ошиблась, что если даже на хваленого главу СБ нашлась управа, ведь так подозрительно много указывает на это.

Мучимая сомнениями девушка слишком глубоко ушла в свои мысли. Привычное хладнокровие оставило ее, а чувства полной гаммой отражались на ее лице, обычно невозмутимо спокойном. Она шла на автопилоте, мягким кошачьим шагом ступая по сырой земле, и все напряженнее думала, как поступить: предупредить, убежать или умереть, раз он так отчаянно этого желает. От одной этой мысли сердце разрывалось от боли, и казалось, нет в мире ничего ужаснее, чем когда твоей смерти желает любимый человек. Любимый.... Пусть не так странно, страстно, и безумно как появляющийся в поле зрения дракон, но, несомненно, любимый, только ей одной предназначенный. И в последние дни она уже не сомневалась в своем чувстве, что столь долго сдерживала заключенная сделка.

Чувство опасности яркой молнией расчертило свои ломаные линии в ее голове. Все мысли мгновенно испарились оставив блаженную пустоту. Инстинкты, заложенные в ее обновленной крови, перехватили контроль над телом. Королева замерла перед первой нитью. Считанные сантиметры отделяли ее от неминуемой смерти. А рука уже давно непроизвольно касалась амулета, позволяя видеть все великолепие смертоносного плетения. Она не знала, что за заклинание приготовили ей, и кто создал этот шедевр, но еще в прошлый раз она почти полчаса любовалась искусным переплетением разноцветных силовых потоков. А король спокойно шел вперед, задевая недовольно подрагивающие спусковые нити, нити, рассчитанные на ее ауру и не способные сработать на случайного человека. Люди уже три тысячи лет как не могут творить подобное, а значит, заклинание принадлежало иной расе, и ставил его явно не человеческий маг.

Ксаниэль, наконец, закончил с заклинанием и с удивлением обнаружил, что Эллис больше не следует за ним. Она застыла посреди едва натоптанной дорожки. Неестественно бледное лицо с застывшей на нем печатью тревог и раздумий отчетливо бросалось в глаза. Тревожно зашуршали кронами окружающие их со всех сторон деревья, неуловимый порыв ветра пронес мимо последние почти растворившиеся в воздухе лепестки эризарии, ласково подхватил выбившиеся из строгой королевской прически локоны, попытался забиться под тяжелую парчовую юбку, непривычно строго платья Эллис. И в тоже мгновение все стихло, замерли в нерешительности деревья, задрожал остановившийся воздух, поблекли цветы, исчезли птичьи трели, даже шум прибоя уже недалекого океана стих вместе с опустившимся полным штилем. Немая и в тоже время звенящая тишина, мгновение и бесконечность, яркость и безликость, прекрасный подарок Первых, самая красивая и самая желанная, всегда сильная, но такая беззащитная, всегда уверенная, но такая растерянная, всегда спокойная, но такая недоуменная сейчас. И не хватало лишь ободряющей улыбки, ради которой он готов был свернуть любые горы.

- Что случилось, ты сама на себя не похожа, любимая? - он произнес это со всей теплотой и любовью, на которую оказался способен. А в следующий момент она от удивления слишком сильно сжала брошь, укололась и рефлекторно отдернула руку. Она не ожидала увидеть прежнего мужа, не ожидала услышать прежних интонаций его голоса, не ожидала увидеть его глаза полные любви. Любви что мгновенно сменилась страхом, страхом за нее. Случайное движение решило все за королеву, рука совсем немного, но коснулась спусковой нити. И Ксаниэль почувствовал сильнейшую эльфийскую магию, от неожиданности он мгновенно узнал самое жуткое заклинание дроу, которое когда-то с успехом переняли их светлые собратья. Но ничего сделать он уже не успевал, и все еще недоуменно смотрящие на него глаза, расширились в ужасе.

Она все поняла по его глазам, почувствовала летящее в ее спину заклинание. Время замедлилось до предела, но она знала, что не успеет, а если успеет, то на линии огня окажется он. Она бы никогда не простила себе этого, Ксаниэль не мог погибнуть из-за ее нерешительности, из-за ее неверия. Она не ошиблась, они тоже пытались противостоять совету магов, вывести их на чистую воду. Кэриен никогда бы никому бы не позволил влиять на короля с помощью магии или как-то иначе. Для понимания хватило мгновения, а уже в следующее боль разорвала ее тело, королева не успела даже крикнуть, как провалилась в спасительную темноту. И тело любимой обмякло в руках короля, что в последний момент успел подхватить ее за плечи. Лишь одинокая мысль пронеслась в этот момент в голове Эллис, - он станет достойным приемником, и доведет ее дела до конца, ну а она..., она, зато узнает, что же бывает после смерти.

Но Ксаниэль не мог позволить ей умереть. Только не сейчас, когда они были в шаге от решения всех проблем, когда не осталось смысла в дурацкой сделке, когда больше ничего не стояло между ними. Он с нечеловеческой скоростью уложил ее на землю, и запел. Сильнейшая эльфийская магия построена на темпе, ритме, размере строфы и, конечно же, интонации голоса. Он знает заклинание способное остановить разрушительную деятельность того, что поразило его любимую, и его голос не дрогнет. И не важно, что заклинание находится за пределом его сил и способностей, у него их хватит, непременно, иначе и быть не может. Первые не позволят уйти своей избраннице так быстро. Он верил, что и она справится, что жизненно важные органы еще не задеты, что она сильная, она выкарабкается, потому что тут у нее осталось еще много неоконченных дел, потому что тут остался народ, которому она очень нужна, со всеми ее невероятными идеями и представлениями. Он пел и вкладывал эту веру в заклинание, а мир пел вместе с ним, потому что не мог отпустить ту, что так любила с ним поболтать. Ту, что спрашивала совета, но и не забывала делиться радостью. Мир очень любил, когда ему радовались чисто и искренне, несмотря на проблемы и неудачи, просто потому, что жизнь достойна того, чтобы ей радовались. Голос оборвался на последней самой высокой ноте, не доступной большинству смертных. Черты лица королевы разгладились, заклинание больше не рвало ее тело изнутри, и она все еще дышала, пусть едва заметно, но дышала, и сердце продолжало биться, пока еще робко, неуверенно, как бы не понимая, что за напасть приключилась. А дальше она справится сама, потому что она сильная и никогда не сдается, даже на пороге смерти.

Король утер выступивший пот, и позволил себе облегченный вздох. Сейчас, когда боль не искажала ее лицо, он заметил на нем улыбку, ту улыбку ее последней мысли, и понял, что больше никому и никогда не позволит причинить ей боль. Аккуратно взяв супругу на руки, Ксаниэль стремительным и в то же время плавным шагом направился во дворец, теперь ей нужны совсем другие лекари.


Герцогиня со скорбным выражением лица, полным искренней тревоги и печали пребывала в женской комнате вместе с фрейлинами королевы и прочими придворными дамами. Они собрались здесь, едва весть о несчастье, приключившемся с королевой, облетела дворец. Она устроилась в неприметном углу комнаты, пока еще не время привлекать к себе внимание, да и лучшего места для наблюдения тоже сложно придумать. Сейчас самое время окончательно понять кто и как относится, к вне всякого сомнения покойной королеве, ведь ей очень скоро придется озаботиться созданием своей собственной свиты. И в этом ее и только ее заслуга, без ее вмешательства маги оказались неспособны даже на такую малость как устранить ее величество. А стоило всего-то, разглядев нестерпимое желание короля поговорить с супругой, невзначай, естественно через дур придворных натолкнуть того на мысль сделать это в любимом месте королевы, там, где уже установлена ловушка. И ловушка сработала. Дважды. Ведь королю у которого на глазах погибла "любимая" непременно понадобится утешение, да и чувство вины, можно будет так интересно использовать...


Темнота...

Эллис поняла, что вновь способна мыслить. "Мыслю, значит, существую", мгновенно всплыло в памяти изречение древнего философа. И королеве стало интересно, это ли, то самое существование бессмертной души после смерти бренного тела, и почему, собственно говоря, так темно.

- Может, попробуешь открыть глаза, - произнес ее собственный голос в ее же сознании.

- А они у меня разве закрыты? - спросил в ответ брат близнец первого.

- Похоже, у меня шизофрения, разговариваю сама с собой, - тут же вмешался третий.

Немного подумав, теперь уже, наверное, бывшая королева решила последовать совету своего первого гласа, и попыталась открыть глаза. Словно отозвавшись на ее мысли, пришло ощущение тела, пусть чувствовалось оно плохо, пусть оно почти ее не слушалось, но она его ощущала. Веки сотворенные, словно из свинца, никак не желали подниматься, и лишь после десятого усилия ей удалось их разомкнуть. Все вокруг мгновенно залили свет и где-то на грани слуха, она уловила удивленные вздохи. От яркого и непривычного света на глазах выступили слезы, и сквозь их пелену стало прорисовываться знакомое лицо.

- Откуда тут быть Эссси? - неподдельно удивился очередной ее голос.

- Это рай, дорогуша и теперь мы будем вместе навсегда, - подколол ее другой голос, так и лучащийся оптимизмом.

- Ага, размечталась, а может, я еще жива? - озвучил мысли еще более оптимистично настроенный.

- Точно прогрессирующая шизофрения, - безапелляционно изрек в ответ еще один скептически настроенный голос.

- Слава Первым, она пришла в себя! - а вот этот голос явно прозвучал не в ее голове, и так же несомненно принадлежал дракону, чье сияющее лицо она недоуменно наблюдала. Чувства возвращались стремительно, сметая все на своем пути, подобно горной лавине. Сейчас она уже ощущала сильную сухость во рту, а про то, что там, словно коты нагадили и упоминать не стоит. Краем еще не до конца вернувшегося в норму зрения королева уловила еще пару счастливых лиц, герцог и король сияли, ничуть не меньше дракона.

Эллис попыталась сказать, что хочет пить, но уста извлекли лишь едва уловимый сиплый хрип.

- Воды, она хочет пить, - голос Эссси все еще звучал, как не в этой реальности.

Интересно как он понял, - подумала королева, а потом вспомнила о его эмпатических способностях, и с удовольствием почувствовала, как живительная влага наполняет ее рот. Теперь Эллис ощущала себя на порядок лучше, и была крайне благодарна Первым за то что у нее ничего не болит. Отголоски той дикой боли еще не выветрились из ее памяти, и испытывать вновь нечто подобное совершенно не хотелось.

- А теперь по порядку, все, что я пропустила! - королева едва шептала и голос ее дрожал, но, тем не менее, она смогла вложить в него властные нотки. Трое мужчин недоуменно переглянулись. В качестве первых слов спасенной девушки, они явно ожидали услышать нечто другое. Но спорить никто и не подумал.

- Ну, ваши с его величеством Шссаришнаэссси планы, думаю, тебе известны лучше, чем мне. А наши, пожалуй, лучше расскажу я, а то твой супруг от переживаний за тебя еще в себя не пришел.

Сам Кэриен тоже едва пережил тот миг, когда увидел почти безжизненное тело на руках короля. Но он не имел права терять от этого голову, поэтому дурные мысли и переживания отогнал привычной бурной деятельностью.

- Я и сам испугался, когда увидел Ксана с тобой на руках. Но мой рассказ стоит начать с твоей памятной речи на всю страну. Вскоре после нее в летней резиденции появился маркиз Даберен и начал всячески обихаживать нашего короля и его ближайшее окружение. Вовремя вставленное слово, фраза, предложение, а кое-где и легкая магия разума. Действовал он конечно тонко и аккуратно, но чтобы повлиять, таким образом, на меня либо Ксана этого недостаточно. Это даже обидно, что маги так недооценивают наши способности и возможности, впрочем, это же говорит о том, что предпринятые меры по дезинформированнию в свое время прекрасно удались. Даже контроль над нами они осуществляли через использование прослушки, заклинания которое совершенно бесполезно ставить на магов, особенно с эльфийской кровью. Но именно благодаря этим просчетам противника, оказалось возможно, начать нашу игру. Поэтому поиски возглавивших заговор и свидетельств против них я передал своему заму и позволил СБ поработать автономно, лишь регулярно получая и читая отчеты о проделанной работе. Мы же с Ксаниэлем сосредоточились на игре в сторонников маркиза. Кроме того, я надеялся, что ты не останешься в стороне, и стоит сказать, не ошибся, хотя решись я скоординировать наши действия раньше, и возможно результат получился другим... Но в тот момент почти невменяемый король с едва живой королевой на руках оказался именно тем, что нужно. Никто из нас никогда бы не смог сыграть подобного, а так в стенания короля, в его желание вызвать непременно совет магов в полном составе для выявления виновных в твоей смерти все поверили безоговорочно и главное сами маги тоже. Но это произошло немногим позже, а пока лучшие лекари стабилизировали твое состояние, мы с Ксаном в соседней комнате пытались придумать, как воспользоваться сложившейся ситуацией и как оперативно выйти на твоих друзей. Но эту проблему они решили за нас. До сих пор не могу спокойно вспоминать как посреди комнаты во дворце, в который просто невозможно телепортироваться извне, кроме как в несколько специально предназначенных для этого местах, появляются повелитель демонов и повелитель драконов. И первый из них просто мечет гром и молнии, с порога обвиняет нас во всех смертных грехах, и пока мы приходим в себя от этого шоу, умудряется сцепиться с твоим мужем. Его величеству Шссаришнаэссси пришлось приложить немало сил, дабы разнять драчунов, поскольку Ксан тоже завелся и драку прекращать совершенно не желал, не особо стесняясь в выражениях высказывая все, что он думает о нелюди похищающей и соблазняющей его законную супругу. Но самое удивительное они даже синяков друг другу не наставили, так только особо помятый вид приобрели.

- У нас постоянная связь с твоим амулетом, - неожиданно вступил Эссси, - и мы сразу почувствовали, что ты на пороге, а при условии, что это был день покушения, мы сразу же связались с Тришем, чтобы как можно быстрее попасть во дворец. И, к сожалению, мы были не слишком многословны, вот он и завелся, накрутил себя со свойственной демонам беспечностью.

- Но мы потом все выяснили и помирились, - слишком уж печально сказал король, присутствие соперников его совершенно не устраивало, но без них они бы просто не справились.

- Ну а дальше их величества подтвердил информацию насчет покушений, рассказали о вашем плане, о почти готовой иллюзии, которую превратить в мертвую куда легче, чем моделировать до конца. Доктора к тому времени закончили, и сказали что твоя жизнь вне опасности.

- Триш перенес тебя в другую комнату, на твое место положили иллюзию, докторам мы подправили воспоминания, и отправил Триша готовить ловушку, а маркизу Даберену показали твой не вызывающий сомнений труп и помятого убитого горем короля, который потребовал немедленного появления во дворце всего совета магов. А его проклятия в адрес нелюди звучали весьма искренне, - в деловом и беспристрастном голосе дракона проскользнули насмешливые нотки.

- И стоило им появиться в телепортационном зале, как их схватили, а поскольку ты пробыла без сознания почти декаду, то мы уже успели их казнить, - поспешно закончил Кэриен, но перед глазами стоял непонятно как ускользнувший в последний момент Мастер. Его амулет, очень странный амулет, каким-то непонятным образом смог пробить щиты и отправить того в неизвестное, магически не желающее отслеживаться место. Лишь на лице дракона в числе прочих обеспечивающего поимку магов глава службы безопасности сумел заметить странную улыбку, возникшую в этот момент. Словно он ожидал нечто подобное, или догадывался о том каким образом Мастер Романа смог сбежать. Впрочем, сам Кэриен тоже догадывался, и не только об этом, но и о том кто так помог магу, и это было крайне неприятное знание, и очень хотелось, чтобы мудрый и всезнающий дракон в этой игре высших оказался на их стороне. Но Эллис они решили этого не сообщать, вернее так решил Ксаниэль, считающий, что не стоит беспокоить девушку напрасными переживаниями, пока она слаба после покушения. Дракон выступил крайне против, но в этом вопросе Ксаниэль оказался упертее барана, и нелюди пришлось пообещать не посвящать Эллис в проблемы. Сам Кэриен согласился бы скорее с повелителями, чем со своим другом, но все же пока безопасности девушки ничего не угрожало и Романа во дворец ради мести проникать не рискнет. А потом он сам не связанный клятвой сможет ее предупредить о потенциальной опасности.

- Мои подданные считали их память до казни, так что бесценные магические знания не утеряны, и думаем в имеющемся сейчас виде смогут весьма помочь твоим исследованиям. Кроме того, всплыл целый ряд махинаций, с которыми герцог сейчас пытается разобраться, параллельно проводя чистку в рядах своей службы.

Эссси уловил ход мыслей герцога, и поспешил отвлечь королеву от Кэриена, недостаточно хорошо в этот момент контролирующего свое лицо. Эллис и в таком состоянии вполне могла прочитать его, а это пока не входило в планы сапфирового дракона. Да и наличие среди людей хоть немного посвященного в игры оказалось приятным сюрпризом, о котором наверняка не догадывается одна особо самонадеянная дама. И это обещало в будущем много интересного.

- А сегодня утром, его величество, Шссаришнаэссси сообщил, что ты скоро придешь в себя. Кстати все врачи в один голос заявили, что у тебя великолепная природная регенерация, и с такими повреждениями внутренних органов, при многочисленных внутренних кровотечениях не один человек не выжил бы, - король все же решился озвучить терзающие его сомнения, и пристальный взор зеленых глаз требовательно смотрел на Эллис.

- А я и не совсем человек... почти, - неожиданно для себя почти нормальным голосом произнесла королева. Теперь две пары удивленных глаз смотрели на нее, в ожидании объяснений. Лишь Эссси ухмыльнулся ее поспешному заявлению. Эллис поступала опрометчиво, доверяя такую тайну посторонним, пусть и самым близким ей среди людей, но он сам позаботился о том, чтобы девушка не подозревала о грозящей ей опасности.

Молчание затягивалось, видимо сил у ее величества на более подробный рассказ не осталось, а из всех присутствующих только он и был в курсе изменений. Открывать Эллис свою излишнюю осведомленность не хотелось, но объяснить все остальным лучше сейчас и самому, во избежание...

- Эллис почти сразу после свадьбы побраталсь с вампирами. Арледар и Атера из правящей семьи Арьенар, сделали королеву своей сестрой. У вампиров есть ритуал, который позволяет им обменяться кровью с человеком. Человек в результате него получает знания, которые несет в себе кровь вампира. Более того, у Эллис начала формироваться и вторая энергетическая структура, именно благодаря ней, ваша королева обладает такой способностью к регенерации, и вообще осталась жива. Кстати имейте в виду годика через пол, ей потребуется уйти на некоторое время в семью, чтобы избежать некоторых негативных последствий появления второй структуры.

Кэриен сразу понял, о чем речь, и бросил вопросительный взгляд на дракона, снимая ментальные щиты и позволяя тому уловить беспокойство герцога. Кэриен к своему сожалению помнил о забытом древнейшем законе, запрещающем правящим лицам участвовать в этом ритуале. Дракон внешне никак не отреагировал на вопрос главы службы безопасности, продолжая рассказывать элементарные вещи Ксаниэлю, но в следующий момент герцогу пришло понимание или знание - он сам не до конца осознавал действие высшей магии разума. Но теперь хотя бы беспокойство оставило его, если Эссси озаботился о том, чтобы скрыть вторую энергоструктуру даже от очень пристального взгляда, а всем посвященным, в том числе и королю с самим герцогом установил блок на эту информацию, то пока повелитель драконов на стороне Эллис, она вне опасности. Только вот такая зависимость от старейшего дракона, все равно ничего хорошего не сулила.

- Она что становится вампиром? - удивленный и растерянный голос короля заставил Кэриена вынырнуть из своих размышлений.

- Нет, она остается человеком, - слегка покривив душой, ответил дракон, спокойствие короля, да и самой Эллис в этом вопросе куда важнее правды. - Просто ряд качеств присущих вампирам у нее развит лучше, чем у людей. А с некоторыми побочными эффектами, которые могут возникнуть через пару месяцев после окончания процесса изменения, вампиры научились неплохо справляться легкой коррекцией структуры с помощью ряда упражнений.

- Есть еще что-нибудь, чего я не знаю, но мне стоило бы знать? - наигранно недовольно спросил Ксаниэль, обижаться за подобные секреты на Эллис, после всего пережитого он просто не мог. Сейчас он простил бы ей все, и готов был простить еще больше.

- Есть, - невинно похлопав глазками, сказала королева, - но тебе пока еще рано их знать, должна же слабая и беззащитная женщина иметь пару козырей в кармане, так на всякий случай.

Против ее кристально честных глаз устоять не смог никто.


Солнце скрылось за горизонтом, предвещая скорую ночь. И тишину в королевской спальне нарушали лишь звуки припозднившихся певуний, что доносились из открытого окна. Приглушенный полумрак вольготно устроился в ее комнате, но думать он не мешал, а переводить магический свет из дневного режима в ночной, Эллис отчего-то не хотелось. В этой темноте не было ни капли опасности или тревоги, лишь умиротворение ранней летней ночи. Мир радовался тому, что она не покинула его, и как всегда погружена в свои глобальные раздумья о его судьбе. Для мира они казались смешными, но он никогда не шепнет ей об этом голосом ласкового ветра. Зачем!? Ведь она верит, а вера способна на очень многое, и ему нравится ее чистая не замутненная доводами разума искренняя вера. Ну а если для этого ей надо так много думать, пусть, ему и это придется по вкусу.

Дверь отворилась почти бесшумно, но королева оказалась все же недостаточно погружена в свои мысли, и появление супруга почувствовала. Он в отличие от графини умел ходить тихо, так что только колебания воздуха выдавали движения короля, желающего узнать как там его возлюбленная, но при этом опасающегося спугнуть ее чуткий сон.

- Я не сплю, можешь не красться.

Эллис вполне могла притвориться спящей, но спать ей совершенно не хотелось, выспалась, пока пребывала без сознания. А вот поговорить с супругом и между делом выяснить несколько интересующих ее вопросов, казалось ей более подходящим занятием на вечер.

- Как ты услышала?

Она не видела лица короля, но недоумение в голосе, говорило о многом. Он ведь вошел совершенно бесшумно, используя все свои эльфийские способности. Не могла же она ожидать его появления, а может, она ждала кого другого. Король недовольно тряхнул головой, прогоняя последнюю мысль, он поклялся, что отныне будет бороться со своей безумной ревностью.

- А я и не слышала, я почувствовала колебания воздуха, сначала от двери, потом когда ты двигался. Я в последнее время вообще удивительно тонко стала чувствовать именно воздух. Ты просто хотел меня проведать, или и поговорить тоже?

Король впервые слышал, как его супруга обращалась к нему с такой нежностью, лаской и добротой в голосе, сейчас она не скрывала свои чувства за щитами разума, в этот вечер она была полностью открыта миру, и своему мужу тоже. Он спас ее, он это заслужил. Ксаниэль осторожно сел на край кровати, глаза уже привыкли к полумраку и неплохо различали черты лица любимой.

- Первое, но раз ты не спишь, я хочу тебе признаться! - прошептал он заговорческим тоном, и в руки Эллис лег букет первых летних цветов, что так заботливо выращивал дворцовый садовник. - Ни один еще король не грабил клумбы с цветами, в своем собственном саду, а потом как провинившийся подросток убегал от грозного садовника. Он меня чуть не съел, правда-правда!

В голове Эллис всплыл образ садовника, потрепанного годами старичка, столь самозабвенно обожающего свой сад. А потом она представила своего супруга, который как минимум раза в два крупнее этого самого садовника, и улыбка против воли озарила ее лицо. На такое зрелище стоило посмотреть. Но что самое удивительное, сухонький старичок неоднократно гонял аристократов, всячески препятствуя разорению бережно выращиваемых клумб, а кое-кому менее ловкому иногда перепадало каким-нибудь садовым инструментом. Так что для садовника ничего не стоило и короля поучить тому, что цветы воровать не хорошо.

- Мог же просто его попросить, он бы тебе не отказал, а для меня тем более, совсем не бережете бедного старичка!

- Так ведь неинтересно! Ну, какой еще подвиг может совершить король ради своей королевы?! Эллис, прости меня за всем мои глупости, за ревность и недоверие. И за ту безобразную сцену с подчинением, я был не прав, признаю свой проигрыш, ты ведь меня простишь? - голос короля был настолько пронизан мольбой, что сердце девушки дрогнуло, и желание немного над ним подшутить отпало само собой.

- Конечно, мне тоже давно надоела эта глупая сделка, что мешает нам быть вместе. Да и мне самой есть за что просить у тебя прощение.

- Я люблю тебя! - пока король признавался в любви, в комнате появился еще один гость. Эссси вошел куда незаметнее короля, но Эллис все равно почувствовала его присутствие. Ее сердце трепетно забилось в груди, разрываясь между двумя воспылавшими чувствами. Сквозь своего супруга она посмотрела на дверь, в которой нерешительно замер дракон, понявший, что его уже опередили, но, не решавшийся пока скрыться.

- Я люблю тебя! - ответила она одному, думая в этот момент о другом, о том, что скрывался за его спиной. Один из костров в груди воспылал выше звезд на небе, почему он? Зачем? Она не понимала. Но сейчас голос Эллис был полон чувств: любви и нежности, ласки и трепета. Она знала, что он почувствует все, что чувствует она. Ей захотелось передать ему это прекрасное чувство как прощальный подарок, теперь уже прощальный раз и навсегда, ибо выбор сделан и сделан отнюдь не сердцем. И он почувствовал, только вот не подумал принять это на свой счет, ведь Эллис не могла знать о его присутствии.

Она так сильно его любит, - сердце сжалось в пульсирующий болью комочек, - видать все лишь мой самообман, высшая магия сильнейшего дракона...

Мир померк, обратился в непроглядную черноту, такого с ним не случалось давно, слишком давно. Эссси осторожно покинул комнату, так же незаметно, как и вошел. Он стал случайным свидетелем непредназначенного для него чувства, но какое ему до этого дело, и почему же так обидно!? Оставаться далее во дворце не имело смысла. И как ему в голову вообще пришла мысль попросить Эллис покинуть дворец вместе с ним. Конечно, теперь монополия магов разрушена, ее реформы уже набрали обороты и вспять их не повернуть, король и без ее помощи неплохо справится со всеми делами, и она может уйти, уйти вместе с ним. Но разве это нужно ему, разве это нужно ей!? Смог бы он сделать ее самой счастливой, смог бы защитить от сбежавшего Мастера!? Нет, она правильно выбрала другого, правители двух разных рас никогда не смогут быть вместе, это не их судьба. Ну а он, ему не привыкать, ему уже приходилось забывать, смирять боль, его обманывали и предавали, его покидали. А еще была она, такая же настоящая Королева....

Дракон стремительно шел по парку, по той самой аллеи, где они однажды уже проходили, и он рассказывал ей о магии, толкал на выбранный им путь борьбы, начинал грозящую стать весьма увлекательной интригу. Она тогда еще оставалась наивной девчонкой, с горящими глазами, любопытными до всего нового. Но уже тогда в ней чувствовалась королева, та, что сумела выстоять против его очарования и сказать нет. А вот и пляж где все это произошло, где в ее глазах горели звезды, такие же яркие, как и те, что сейчас усыпали небесный свод. И не замедляя ход, дракон принял свою истинную ипостась, а на последнем шаге, почти коснувшись своей огромной лапой спокойной воды, взлетел ввысь, к бескрайним звездным просторам. Пара взмахов, и сапфировый дракон слился с ночным небом, лишь звезды гасли, когда он пролетал под ними.


Король обнял супругу, осторожно устроившись у нее на груди, ее уста все еще озаряла нежная улыбка, вот только в глазах плескалась грусть. Она поняла что ошиблась, что сапфировый дракон принял ее прощальный подарок, за чувства к королю. Он ведь не знал, что она способна почувствовать его появление.

Но, наверное, так даже лучше, - подумала королева, на автомате гладя супруга по голове. Он сможет ее забыть, как забывал уже не раз, а она, ее сердце полно любви, самой разной. И второй костер полыхает лишь немногим слабее. Она ведь помнит всех, кого когда-то любила, и продолжает хранить каждое чувство, так же она сохранит и это, потому что любовь достойна того, чтобы ее берегли и хранили в сердце. Любовь слишком прекрасна, чтобы обижаться на нее, или ее неверный выбор. Любовь она как радуга, и каждый раз она новая, неповторимая, самая сильная, светлая, чистая, а мир, что простирается под ней, полон той свежести, что бывает после дождя, он также чист и непорочен. Жизнь прекрасна, потому что в этом мире есть любовь. И сегодня ночью она будет любить своего мужа, потому что ему тоже нужна ее любовь. Их губы слились в первом настоящем поцелуе, и Эллис растворилась в сладкой истоме охватившей ее тело. И пусть она еще слаба, но сегодня он будет нежен с ней как никогда, и ни за что не причинит вреда, не потревожит ран, он сможет...


Глава восемнадцатая. Принцесса, рыцарь и дракон.


Она сидела на берегу одна. Лишь небо летней ночи усыпали миллиарды звезд, да шумел прибой. Порывы ветра подхватывали легкое ночное одеяние, трепали волосы, но королева, казалось, не замечала этого. Она так и не поняла, что заставило ее проснуться посреди ночи, и осторожно выбраться из объятий супруга, чтобы спустя час сидеть на берегу и смотреть в темно-синюю почти черную даль. Просто проснулась, просто почувствовала, что хочет на свежий воздух, к морю....

А вокруг стояла тишина, та тишина, которую не мог нарушить ни прибой, ни прочие звуки неутихающей ночной жизни. И кажущееся спокойствие скрывало боль мира, кто-то слишком беспечно пользовался тем, что так чужеродно для него. Тупая боль никуда не уходила, и королева понимала, что она ей только кажется, но абстрагироваться от нее никак не удавалось. Душу терзали сомнения: от нее что-то скрыли, и она почувствовала это лишь недавно, уже после праздников, что водоворотом закружили ее. Сначала день рождения короля, потом приглашение к демонам, и ее собственный день рождения в этом мире. А потом повышенная хмурость овладела королем, и ее визит к демонам был тут явно не при чем. Да и Кэриен..., она несколько раз замечала, как он задумывался, считая, что его никто не видит, и то, что при этом отражалось на его лице пугало королеву. То, что от нее скрывали, то о чем не договаривали, определенно имело отношение к ее состоянию, к тому, что происходило где-то далеко и в то же время так близко. Особо ретивая волна коснулась ее ног, Эллис вздрогнула и вдруг поняла, что боль прошла. Ушла и давящая тишина, звукам вернулась яркость, ветру прежняя нежность, даже звезды казалось, засияли еще сильнее на фоне черного неба. Мир спешил залечить свои раны.

Она поднялась с песка, и устремила свой взор ввысь. Звезды, они, как и все прочее в этом мире отличались оттого, что осталось там, позади. Тут не было любимых ее сердцу песочных часов Ориона, ковша Большой Медведицы, ромба Андромеды и буквы даблве Кассиопеи. Лишь появление постороннего, отвлекло королеву от изучения небесных светил. Она слегка повернула голову в сторону возмутителя спокойствия. Вспыхнувшие с прежней силой звезды, даже при отсутствии в этом мире луны, давали немало света, а ее и без того острое зрение, позволило разглядеть новое действующее лицо. Сухонький сморщенный старикашка, смотрел на нее взором довольного собой человека. На первый взгляд он мог показаться совсем безобидным, чудом задержавшимся в этом мире жителем, но это впечатление было бы обманчивым, а его врагам вполне могло стоить жизни. Несмотря на свой невзрачный вид, человек лучился силой, той силой, что присуща сильнейшим из рода.

Королева лишь ухмыльнулась непривычно грустно. Она поняла, что он пришел за ней, она поняла, кто он и что ему нужно, она поняла, что недоговаривали ей, и почему были так хмуры король и его друг, а еще она поняла, что совершенно беспомощна, и ей нечего противопоставить этому человеку. Нет, она не смирилась, просто признала, что сопротивляться сейчас не имеет смысла, а потом время вполне может дать ей шанс. Мастер внимательно пригляделся к девушке и рассмеялся, противным каркающим смехом. Эллис слегка передернуло, но не от страха как посчитал он, нет, ей просто стало противно.

- Ну что ваше величество вы готовы проследовать со мной? - сухой старческий голос разорвал тишину, и королева невольно поморщилась как от кислятины, слишком чужд был этот голос гармонии ночи. - Брезгуешь?

Мастер просто лучился самодовольством. Пусть эта королева смогла разрушить все его планы, но он выкрутился, и даже приобрел в итоге нечто, что очень скоро позволит ему стать величайшим магом мира, и сами драконы склонят голову перед его силой. Осталась лишь самая малость, заставить эту девушку сделать то, что от нее требуется. Жаль она слишком умная, и просто придуманной сказки не хватит. Но он ломал волю и куда более строптивых и сильных духом, не силой так магией. Она активирует для него древнейший артефакт, и он получит всю его мощь, а не те крохи силы доступные ему сейчас.

- Что вы, - спустя мгновение ответила ему королева, ответила с достоинством в голосе, и теперь настала очередь мага скривить свое лицо, - я не брезглива.

Она спокойно смотрела, как Романа приближается к ней и параллельно активирует телепорт. И ни единый мускул ее тела не дрогнул от страха. Откуда ему знать о крови на ее королевских пальчиках, откуда ему знать об уроках городских трущоб. А вот она знала, что он с легкостью убьет ее, прежде чем она успеет пошевелиться, даже с ее вампирскими инстинктами и способностями. Она знала, что любой миг может стать для нее последним, но совершенно не боялась. Страх смерти ушел еще тогда в парке, когда она умирала с улыбкой на губах. Она просто приняла свою смерть, ну а последние месяцы счастливой и спокойной жизни - это лишь отсрочка, подаренная ей миром, в благодарность за ее понимание. А еще она знала, что маг пришел не за тем, чтобы закончить начатое весной, она нужна ему живой... пока. Но она ничего ему не скажет, она не предаст этот мир, и он убьет ее рано или поздно. Додумать королева не успела, телепорт бездонной черной дырой проглотил ее, и Эллис провалилась во мрак перехода, потеряв сознание, скорее всего стараниями Мастера.

Особо ретивая волна смыла следы ночных гостей. А одна из далеких звезд моргнула и погасла. Лишь ветер очень горевал о пропаже своей любимицы, ему так нравилось играть ее серебристыми локонами в своих объятиях.


Эллис пришла в себя на холодном и жестком полу. Судя по тому, как ныло ее тело, явно не довольное подобным обращением, она провела без сознания не один час. Кое-как сев, королева попыталась осмотреться. Небольшая комната метра три на четыре, каменный пол, каменные стены, и больше ничего, лишь на одной из стен вырисовываются смутные очертания двери. Для ее легкого одеяния здесь было холодновато, но хорошо хоть не сыро. Эллис, не долго думая, принялась разминать затекшие конечности, что впрочем, позволило ей быстро согреться. Маг особо не обеспокоился условиями ее содержания, возможно, пытался напугать, унизить, сломить, да мало ли какие цели мог преследовать этот сумасшедший. Ну а она... глупо попалась в расставленную ловушку, стала слишком сильно доверять своим чувствам. Теперь королева не сомневалась в источнике тупой иллюзорной боли, как и в неожиданно возникшем желании оказаться на пляже. Подарок дракона защищал лишь от магии разума, а вот против эмпатических заклинаний оказался не столь силен.

Единственная дверь резко распахнулась, и каменный мешок заполнил яркий свет. Эллис мгновенно закрыла глаза, и терпя резь в них, попытаться как можно скорее привыкнуть к новому освещению.

- Ну, как вам ваши новые апартаменты, ваше величество? - прозвучал рядом знакомый скрипучий голос, - надеюсь не слишком приятно, после шикарных кроватей дворца.

- Мы не привередливы, - спокойно ответила королева, наконец, обретая ясность зрения. Как все банально, уловки а ля допросов КГБ, только вот ее подобными вещами не сломить... наверное.

- Жаль, а я так хотел произвести впечатление на ее королевское величество. Вам, ваше величество, ведь наверняка интересно, зачем вы здесь, может быть, соблаговолите поинтересоваться? - Мастер принялся ходить вокруг нее кругами, подобно стервятнику, кружащему над добычей.

- Нет, что бы это ни было, оно не достойно нашего любопытства, - ее голос все так же оставался спокойным и беспристрастным, но сейчас Эллис была натянута как тетива, готовая мгновенно отправить в полет смертельное жало стрелы. Она собрала всю волю в кулак, отправила свои чувства куда подальше, отпустила на волю разум в поисках выхода, сдаваться и опускать руки не в ее правилах.

- Жаль, - королева невольно ухмыльнулась. "Жалостливый ты мой", - мелькнуло в ее голову, когда маг недовольно на нее покосился, но продолжил, - но тебе все равно придется это узнать.

Эллис молчала, не видела смысла что-либо говорить этому человеку. Пощечина, нанесенная костлявой рукой, оказалась слишком сильной, и королева отлетела к стене, больно ударившись плечом.

Неправильно я с ним играю, - зашевелились в голове извилины, подстегиваемые болью. Таким людям нельзя показывать свою силу. Достоинство и непоколебимость, они этого не переносят, для них слишком важно сломить человека. Но она и не думала ломаться, играть отчего-то тоже не хотелось, но и иного выхода не оставалось. Отсутствие страха перед собственной смертью, отнюдь не означает спокойного ожидания оной, наоборот, когда нечего бояться, легче рискнуть и побороться за жизнь, ведь она ничего не проиграет при любом исходе.

- Прости, я погорячился, - голос мага звучал слишком сладко, приторно сладко, "злой полицейский, добрый полицейский", прокомментировала про себя распластавшаяся у стены девушка. Маг со всей грациозностью, на которую был способен, подал ей руку, она постаралась принять ее по всем правилом, что в ее положении выглядело слегка комично. Что ж она попробует поиграть в послушную девочку, пусть считает, что она испугалась рукоприкладства, и решила стать сговорчивее.

- Мы тоже, нам любопытно, - покладисто ответила Эллис, прилагая все свои силы, чтобы в голосе не проскальзывало ехидство или ирония. Королева обхватила себя руками и якобы поежилась от холода. Сыграть слабую женщину не сложно, достаточно позволить себе ей стать.

- Другой разговор, - маг опять заговорил медово-елейным голосом, но тут же резко приказал, - пошли за мной!

Убежище Мастера взора королевы не поразило, голые каменные стены казались выстроенными без души, и даже роскошь обстановки королевского дворца, будь она здесь, не смогла бы скрыть этого. Маг не боялся идти впереди, наверняка укутанный с ног до головы щитами на все случаи жизни. Она бы, наверное, рискнула напасть, имей хоть какое-то оружие. Но спокойствие последовавшее за казнью совета разбаловало ее, она больше не находилась сутки напролет в подарочном одеянии дроу, не носила на поясе эльфийский кинжал, не скрывались среди ее одежд и волос смертоносные украшения, по крайней мере ночью.

Мастера же просто распирало от желания все ей рассказать, и он едва держался пока они шли по пустынным коридорам. Весь его вид, его походка, и даже спина лучились небывалым довольством. Эллис же лишь дивилась этому про себя, она-то считала его куда умнее. Все-таки этот человек смог добиться немыслимых высот и огромной власти, стал весьма умелым интриганом, и сильнейшим магом. Но и этот мастер оказался лишь типичным злодеем с манией величия и желанием похвастаться своей силой и своими планами, перед обреченным на смерть героем. Никогда не стоит раскрываться сопернику, даже если он в шаге от смерти. Если хочешь убить, убивай не раздумывая, а свой полный самодовольства монолог произноси уже над трупом, так будет надежнее, так считала Эллис.

Просторная комната, почти скромная, но добротная обстановка, основу которой составлял резной каменный столик и лежащий на нем браслет, как две капли воды похожий на ее свадебный. Нехорошие предчувствия заставили нервно сглотнуть. Слишком уж, похоже, и в то же время отлично, оказалось представшее ее взору украшение от того, что оплетало запястье ее руки. Старший брат близнец - именно такую ассоциацию вызывал он у Эллис - древнейшее наследие Первых, или их первый эксперимент. Для чего? Зачем? Ответов королева не знала и знать не могла, но чувствовала, что рано или поздно они придут, к радости ли, к печали, неизвестно. Браслет лучился силой, первозданной силой этого мира, переплетенный с ним причудливыми нитями связи. Он дарил ей знание о себе, словно признал в ней хозяйку, и она вновь непривычно остро ощутила этот мир, как тогда памятным весенним вечером в корнях древнейшего дабара.

Все оказалось очень просто и банально, маг использовал силу браслета, чтобы пробиться сквозь защиту дворца, чтобы заклинанием выманить ее на пляж. А она-то думала, что это боль мира привела ее в ловушку, но та боль была лишь следствием, о котором Мастер Романа даже не подозревал.

Чувство мира.... Слишком странное для нее чувство. Она выпадала из реальности, она слышала то, что не могли слышать другие, она обретала знания утерянные тысячелетия назад, а еще она ощущала мир как живое разумное существо. И от этого королеве все чаще казалось, что она сходит с ума, что ее психика оказалась не такой уж гибкой, для подобных жизненных перемен, для регулярного пребывания на грани смерти, для постоянного ожидания нового покушения.... Додумать она не успела, Мастер начал свою речь.

- Вы, ваше величество, наверняка узнали браслет, но не переживайте к вашим с его величеством браслетам он не имеет почти никакого отношения. И когда я сбежал из ловушки расставленной вашими друзьями, за что спасибо одной милой леди, телепорт выкинул меня далеко не в самое приятное место. Вы уже наверняка слышали о наличии аномалий на территории королевства, там постоянно плодится нечисть, да прочее страшное зверье, а нормальные путники старательно обходят их стороной. И вот мне не посчастливилось очутиться посреди Гиблого Леса, но то, что я там обнаружил, то, что служило источником повышенной концентрации магической силы, стоило всех пережитых опасностей. Древнейший артефакт Первых, о котором мне посчастливилось не так давно узнать и который я старательно искал по всему миру, он сам пришел мне в руки. Жаль, что лишь избранница Первых способна его активировать и подарить эту силу любому. Мне несказанно повезло, что нам так и не удалось прикончить вас, ваше величество, и еще больше мне повезло в том, что браслет так удачно нашелся мною во время вашего присутствия в этом мире.

Конец речи лучащегося самодовольством мага, избранница слышала лишь в пол-уха. Браслет настойчиво звал ее, и она не обращая внимания на увлеченного своей речью Мастера, приблизилась к нему. Рука под замирание сердца коснулась столь притягательного украшения и вместе с этим прикосновением пришло все знание, что содержало в себе творение Первых. Браслет предназначался ей и только ей, никакой активации, никакой дармовой силы для магов он не хранил. Его сила копилась для чего-то другого, пока еще сокрытого завесой тайны и непонимания. Лишь одев его, лишь слившись с ним в единое целое, она смогла бы постигнуть замыслы и цели Первых. Но бывший Мастер Романа не собирался ей этого позволять. Мгновение назад увлеченный своей речью и ничего не замечающий вокруг маг, с небывалой для старикашки прытью выхватил браслет из ее рук, и недовольно покачал головой, наверняка подозревая ее в желании использовать силу браслета против него.

Эллис тяжело выдохнула сквозь зубы, проклиная себя за все еще не ушедшую расслабленность и невнимательность. Теперь ей не сыграть удивленную и ничего не знающую и не понимающую избранницу. А говорить правду, он все равно ей не поверит, слишком уж не вяжется эта правда с тем, что ему успели нашептать. И, похоже, этому доброжелателю он доверяет больше чем самому себе. Эллис вдруг с обреченной ясностью поняла, что за старейшим магом стоит кто-то еще, тот, чьи цели ей совершенно непонятны, но следы его деятельности уже давно ощущаются.

Только вот Мастер настроен решительно, но он не сможет подавить или подчинить ее волю, сапфировый кулон надежно защитит от любых ментальных атак. И как только магу станет понятна бесполезность этой затеи, он попробует вынудить ее пытками, и по этой части у него наверняка хватит изобретательности. Теперь на легкую смерть королеве нечего, и надеяться, как впрочем, и на смерть от чрезмерного усердия во время пыток, она слишком выносливая, впервые кровь вампиров будет играть против нее. Хорошо хоть она не сможет сломаться, не сможет подарить магу опаснейшее оружие. А еще будет надежда на то, что рано или поздно придет помощь, что ни друзья, ни супруг не бросят ее, найдут и спасут.

- Не надейся, - королева вновь выругалась про себя, слишком легко маг читал все ее раздумья по лицу, - пойдемте во двор, ваше величество, я кое-что покажу вам, и думаю, это поубавит вашей решимости.

Если маг надеялся, что демонстрация пыточных устройств может устрашить его пленницу, то он глубоко ошибался. Ее мир во много раз превосходил этот по части изобретательности смертоносных и не только вещей. Пыточная коллекция Мастера уступала выставкам даже самого затрапезного музея. А уж о том искусстве, с которым ломали людей на допросах во времена каких-нибудь репрессий, и говорить не стоило. В свое время она очень тщательно относилась к подготовкам докладов, да и тема, несмотря на всю ужасность, оказалась слишком интересной. Представленная ей демонстрация силы, долженствующая повергнуть ее в священный трепет, казалась королеве детским лепетом. Она лишь сожалела, что менее больно от этого не станет, но утешалась мыслью, что бывает и хуже. И, тем не менее, Эллис попыталась хоть как-то исправить ситуацию и изобразила на лице благоговейный страх, что вполне удовлетворило мага, с довольным видом крутящего в руке браслет.

Старейший из людей расплылся в улыбке победителя, он непростительно быстро поверил в искренность испуга королевы. Его рот уже открылся, готовясь произнести трогательную речь и клятвенное обещание сохранить юной и глупой избраннице жизнь, если она перестанет артачиться и активирует браслет. Но именно в это мгновение на сцене появился третий участник, тот, кого не ожидала увидеть ни одна из сторон.

Заклинание невидимости, словно вода стекло с Шссаришнаэссси, неведомо как оказавшегося ровно между магом и его жертвой. На помощь с этой стороны Эллис рассчитывала в последнюю очередь. Слишком уж трагично они расстались в последний раз. Девушка не сомневалась, что дракон постарается как можно скорее забыть о ее существовании, впрочем однажды она уже так думала и ошиблась. Ошиблась она и сейчас, сравнительно не слишком широкая спина повелителя драконов, надежно закрывала Эллис от мага.

Мастер не растерял былых способностей и мгновенно надел браслет. Воздух затрещал от разливающейся во все стороны магической силы, что окружила обоих поединщиков. Но нападать первым пока никто не спешил.

- Уходи, быстро, - ворвавшийся в мысли повелительный голос Эссси, заставил королеву подчиниться без колебаний, и она начала осторожно отступать к воротам. Маг, заметив это, дернулся, спуская подергивающееся на кончиках пальцев заклинание, но дракон еще быстрее поставил щит.

- Пусть уйдет, она ведь тебе нужна живой, а нам будет некогда смотреть, куда мы бьем, поверь мне, - равнодушно бросил Эссси, прекрасно осознавая, что Мастера этим в заблуждение не введешь, но надеясь на его разумность.

- Хорошо пусть уходит! - скрипя сердце, согласился Мастер, несмотря на уязвленную гордость, принимая доводы противника.

Каменные плиты замелькали под ногами. В отличие от большинства героинь романов, а порой и героев, она прекрасно понимала, что дракону сейчас ничем помочь не сможет, только помешает. И как только опасность получить в спину заклинание исчезла, королева бросилась к каменной стене, что окружала двор. Ворота ради нее никто открывать не собирался, вот и пришлось с разбега забираться на очень высокую ограду, метра четыре не меньше, а потом спускаться с нее, и все это за считанные секунды и в совершенно не подходящем одеянии. Но Эллис в тот момент было не до размышлений о невозможности осуществляемых ею действий, она просто делала то, что должно, отдавшись на волю адреналина, да вампирской крови.

Дремучий лес начинался практически у самых стен, лишь небольшая опушка метров в десять разделяла их. От ворот убегала в лес змейка почти заросшей дороги, сейчас напоминающая более широкую, чем обычно, лесную тропинку. Эллис помедлила мгновение, успокаивая бешено бьющееся сердце, но, заметив дабар, почти на самом краю леса, отправилась к нему. Эти деревья у королевы всегда ассоциировались с мощью и надежностью, а их значительно выпирающие из земли корни казалось, могли защитить от любой напасти. Убегать дальше даже по имеющейся тропинке не имело смысла, магическая дуэль все равно не продлиться слишком долго, а она только силы потеряет от быстрого бега. Если выиграет маг, он найдет ее с легкостью, куда бы она не решила направиться, если Эссси, то заставлять его еще и искать ее, а возможно и спасать из новых неприятностей, было бы слишком. Она ведь не знает, что за лес простирается вокруг, насколько он велик и опасен. Сейчас ее судьба решалась без ее участия. Непривычно, но что поделать.

Устроившись среди корней дабара, девушка неотрывно смотрела на каменную стену убежища мага, словно пытаясь заглянуть за ее толщу, увидеть или услышать происходящее там. Сотку ей казалось, что магическая дуэль уже давно началась, и только стена надежно скрывает ее от королевских очей. Но вокруг стояла слишком пронзительная тишина. Эллис показалось, что прошла целая вечность, прежде чем первые всполохи магии засветились во дворе. И в этот момент мир вновь померк для нее, краски и звуки утратили свою яркость, накрыли давящей тишиной, воздух вокруг обратился вязким киселем. Она едва не задохнулась, прежде чем смогла преодолеть иллюзорность накативших чувств. Но тупая боль отнюдь не желала отступать, как бы Эллис не старалась, не обращать на нее внимание.

Впервые в своей жизни королева устремила свою молитву новым богам, давно и наверняка безвозвратно покинувшим этот мир. Если дракон проиграет, ей останется только смириться со своей мучительной смертью. Но ее сердце надеялось, на то, что Эссси не зря стал повелителем, на то, что он куда сильнее и старше, даже самого сильного и старого человеческого мага. Лишь сила браслета давала последнему хоть какой-то шанс. И Эллис бросила свое сознание туда в самый жар магической схватки, надеясь вновь услышать браслет, вновь заговорить с ним, помочь ему сопротивляться злой воли, не наносить миру такие болезненные раны. Но ни мир, ни браслет не отозвались ей, слишком велика была боль для хрупкого человеческого тела, чтобы допустить единение.

Поединки сильных магов, а уж таких сильных как эти двое весьма скоротечны. На этот ушло лишь несколько соток, для Эллис растянувшихся в вечность. Воздух вокруг все еще слегка подрагивал от растекающейся во все стороны силы. Тишина отступила, а мир из черно-белого вновь стал цветным, словно над старой пленкой поработали талантливые реставраторы. Превозмогая собственную усталость, ее величество покинула свое убежище и вышла на опушку леса, чувствуя, как ветер окружает ее ласковыми объятиями, словно стремить приободрить невесть от чего загрустившую подругу.

Ворота распахнулись от нечеловеческого удара. Сердце радостно затрепетало, уже зная, что ее взору предстанет целый и невредимый дракон. Сапфировый плащ, с элегантной небрежностью наброшенный на обнаженный торс развивался за спиной довольно улыбающегося дракона. Он вышел из труднейшего в своей жизни боя все таким же ангельски красивым и демонически сексуальным. Лишь несколько дополнительных прядей выбилось из традиционного хвоста ярко-синих волос. Но и они придавали его образу дополнительный шарм героя, прошедшего невредимым и огонь, и воду, и медные трубы. Только вот в глазах плескалась запредельная усталость, вытеснившая из бездонных очей даже тысячелетнюю мудрость.

- Держи, это твое, - Эссси небрежно кинул королеве браслет, едва приблизившись к ней. Она легко поймала и без того стремящееся очутиться в ее руках украшение. Браслет преобразился, едва очутившись на ее запястье, став точной копией или все же оригиналом того, что украшал другую ее руку. Оба браслета выбирали себе хозяина раз и навсегда. По крайней мере, Эллис не представляла, как можно снять хотя бы один из них. От браслета больше не веяло силой Первых, ничего не выдавало в нем не только древнейший артефакт, но и просто хоть сколько-нибудь магическую вещь. Избранница с удивлением разглядывала свои запястья до тех пор, пока не заметила, что драокн ушел достаточно далеко в лес. Время разгадывать загадки этого мира еще не наступило, и Эллис побежала за своим спасителем.

- Куда мы идем? - не выдержала королева собственного любопытства, уже спустя пять соток ходьбы.

- Подальше от места магической схватки, - слегка рассеяно отозвался дракон, - такие места очень быстро становятся слишком опасными, а я сейчас не смогу даже самого себя как следует защитить.

- Почему? - не удержалась Эллис от нового вопроса.

- В нас не осталось ни капли магической силы, ваше величество, - как-то излишне официально начал повелитель драконов, не замедляя шага и не сбивая ответом дыхания. И королеве показалось, что она едва не врезала в ледяную стену, мгновенно возникшую между ними. - Раньше завтрашнего утра она, к сожалению, не восстановится. Мы не рассчитывали, что у Романа окажется дополнительный источник силы. А наши возможности в этой ипостаси раз в десять меньше. К тому же он мастер защиты. Пришлось рискнуть и ударить по нему всей чистой силой, которой мы обладали... до последней капли. Естественно захватить оружие мы тоже не подумал, слишком давно привыкли полагаться только на магию, а клинки брать в руки лишь в тренировочном зале.

Такие подробности, сказанные беспристрастно спокойным голосом заставили Эллис порядком задуматься. Из этих нескольких предложений она узнала о своем друге, куда больше, чем заключали в себе слова. Но это не помешало королеве воспользоваться ситуацией и продолжить расспросы, слишком уж интригующим получался разговор. Что поделать она, как и все женщины чертовски любопытна, а уж с толикой вампирской крови....

- А как... вы меня нашли? - дракон резко остановился и, обернувшись к едва успевшей затормозить перед ним девушке, окинул ее внимательным взглядом, после чего обреченно вздохнул и вновь продолжил свой путь.

- Так же как и почувствовали, что вы при смерти, - ответил Эссси на прозвучавший вопрос, когда Эллис уже почти решила, что в своих расспросах зашла слишком далеко и ответа больше не получит. А интонации, прозвучавшие в голосе дракона, и вовсе заставили ее насторожиться. - Мы перестали тебя чувствовать часов десять назад, словно тебя накрыли кучей щитов против любого вида поиска. В принципе так оно и было, тут Мастер потрудился на славу, ни один маг, ни одной расы не смог бы тебя отыскать. Только вот наша связь с амулетом оказалась чуточку сильнее. Мы знал, что Романа ушел из нашей ловушки. Но его величество Ксаниэль не хотел тебя беспокоить, а мы тебе никто, чтобы решать такие вопросы. Поэтому мы практически сразу же бросились туда, где ощущался слабый отголосок амулета. Только нам не стоило менять ипостась и подбираться к магу под покровом невидимости. Но мы до последнего не знали, зачем ты ему, вот и не стали рисковать понапрасну. Как ему удалось тебя похитить?

- Используя силу браслета, он пробил защиту дворца каким-то заклинанием, внушающим желание прогуляться на пляж. Ну а на самом пляже он и собственными силами прекрасно справился, это достаточно далеко от дворца. Да и я расслабилась после покушения, даже не заподозрила подвоха. Безоружная, почти не одетая, без особых магических способностей девушка. Зря они мне ничего не сказали...


Чистейшее, по-летнему бледно голубое небо быстро затянули свинцовые, с багровым отливом тучи, низвергнув на головы путников нескончаемые потоки воды. Природа всегда очень тонко чувствовала магию и также чутко на нее реагировала. Дождь лил так, словно стремился смыть своими струями расползающуюся по воздуху магическую силу, прогнать ее из этих мест, не позволить древнейшему лесу обратиться в очередную червоточину на теле мира. Как жаль, что его старания почти бесполезны, теперь магическая сила продвигалась вперед, пропитывая не воздух, а воду, даже не подумав при этом замедлиться. Эллис постоянно ощущала неприятное давящее чувство, клубящейся вокруг остаточной силы.

Они промокли насквозь почти мгновенно, и Эллис оставалось лишь благодарить Первых за свой легкий наряд, к тому же изрядно укороченный драконом, да за климатические особенности этого мира, пока замерзнуть ей не грозило, но это только пока. Одежда противно прилипла к телу, вода застилала глаза, мешая всматриваться в дорогу, легкие туфельки скользили по мокрой траве, а сапфировый дракон даже не думал снижать скорость их продвижения, игнорируя все чертыханья следующей за ним девушки. Эллис, привыкшая к пешим прогулкам по лесу, длящимся почти целый день, еще в своем мире, да почти год тренирующаяся у мастера Грейна, пока держалась. Но свои силы она умела оценивать реально, а дождь да порождаемая им слякоть слишком быстро лишали ее этих самых сил. Эссси же казалось, не замечал ее состояния, продолжая уверенно вышагивать в одному ему ведомом направлении. А Эллис гадала, сохранились ли у ее спасителя эмпатические способности, или же для них так же необходимо хоть какое-то наличие магической силы.

Упрямство, баранье упрямство, единственное, что заставляло королеву двигаться вперед уже за пределами собственных сил и возможностей. Усталость потеснила даже любопытство. Сильный дождь казалось вечность, как обратился в ливень, ниспадающий на их головы одной сплошной стеной даже, несмотря на прикрывающие их кроны деревьев. Земля под ногами превратилась в скользкое месиво из грязи и травы. Температура все же упала, пусть ненамного, но и этого оказалось достаточно, чтобы продрогнуть почти до костей. Лишь синеющая сквозь струи дождя спина да голова дракона служили хоть каким-то ориентиром, за которым Эллис двигалась на автомате, окончательно потеряв счет времени и пространству.

Синеющее впереди пятно остановилось, и она замерла следом за ним, даже не раздумывая над тем, что бы это могло значить. Девушка прикрыла глаза, защищая их от льющейся со всех сторон воды, и поняла, что не сможет больше сделать и шага. Она едва не осела на землю, но руки такого близкого и дорогого ей существа подхватив ее, подняли вверх. Королева почувствовала, как дракон с ней на руках куда-то осторожно поднимается, потом слух уловил скрип отворяющейся двери, и они вошли в древнюю, но ухоженную лесную сторожку. Эссси же казалось, ничуть не устал от продолжительных блужданий по лесу в столь неподходящих условиях. Он осторожно опустил девушку на пол, и вновь выскочил наружу. Пока Эллис пыталась придти в себя и сообразить, что вообще происходит, дракон вернулся с охапкой лишь слегка отсыревших дров. Вот только разжечь огонь без магии, для него оказалось непосильной задачей. Королева некоторое время наблюдала за его тщетными попытками справиться с распространенным в этом мире устройством для высечения искры. К сожалению, она сама никогда им не пользовалась, и немногим могла помочь спасителю. Зато в отличие от него у нее магические силы, пусть и крохотные никуда не делись, а маленькие огненные шарики создавать ничуть не сложнее обыкновенных светлячков. С третьего фаербола, дрова все же разгорелись, и язычки пламени принялись со всей доступной им тщательностью пожирать предложенную древесину.

- Надо развесить вещи для просушки, - голос дракона прозвучал слишком громко на фоне воцарившейся в домике тишины. - Думаю, нам придется переночевать здесь, а завтра мы сможем сменить ипостась и донести тебя до дворца.

Эллис лишь пожала плечами в ответ, возражений у нее не имелось, впрочем сил на их озвучивание тоже. Кое-как перебравшись на еще не промокшую от стекающей с нее воды часть пола, королева задумалась над тем как снять с себя прилипшее к телу одеяние. Ее раздумья прервали драконьи руки, вернувшие ей вертикальное положение и тут же без лишней скромности стянувшие остатки ее ночного платья. Тяжелый вздох стоящего позади дракона, прозвучал почти над самым ухом девушки. Она осталась стоять, так и не решившись обернуться, лишь вслушиваясь, как Эссси раскладывает одежду около огня. Он вновь подошел сзади и замер в нерешительности. Они оба понимали, что проведут эту ночь в объятиях друг друга. Но все же никто из них не мог решиться на первый шаг.

- Прямо как дети малые, - с легкой обреченностью изрекла Эллис и, наконец, обернувшись, уткнулась носом в так давно ее манящую обнаженную грудь дракона. Сильные руки сомкнулись, прижав к теплу мужского тела все еще дрожащую от холода девушку. Рядом с ним было так хорошо, умиротворенно и уютно, что королеве хотелось навечно остаться в этих объятиях, забыть про долг, про стучащий снаружи дождь, усталость, погибшего мага, про то, что она в очередной раз едва не погибла. Она еще пыталась побороть свои желания, найти силы разорвать объятия и сделать шаг назад, но пьянящее чувство полета уже ворвалось в ее сердце, смешалось с огненным чувством, насытило пламя кислородом, вздымая его языки на недоступные прежде высоты. А в голове вновь насвистывал свою мелодию ветер перемен, они приняли очередное решение, безвозвратно изменив круто вильнувшее в сторону будущее.

Рука Эссси осторожно коснулась ее головы, ласковым движением прошлась по волосам, и с уст девушки сорвался стон. Эллис почувствовала губы дракона. Она помнила их первый поцелуй, помнила до сих пор и ни один из последующих поцелуев, будь то короля или демона не смог его затмить. Поцелуй дракона дарил свободу, ту безграничную свободу полета, к которой она всегда так стремилась и от которой добровольно отказывалась вновь и вновь. В руках дракона не было человеческой грубости, или демонической изощренности они оказались нежны и ласковы. Сейчас она не чувствовала ни безудержной страсти, что была характерна для ее отношений с королем, ни любопытства, которое толкало ее в объятия демонического племени. Сейчас между ними расцветала любовь, нежная и прекрасная. Они наслаждались каждым прикосновением, каждым поцелуем, растворяясь, друг в друге. Их чувства переплелись настолько тесно, что Эллис больше не понимала, где ее собственное желание, а где желание Эссси. Эмпатическая связь заставила их чувствовать друг друга как самих себя, стать по-настоящему единым целым....


Эссси разбудили вкусные ароматы. Сладко потянувшись, он лишь ухмыльнулся способности королевы выбираться из крепких мужских объятий, не потревожив спящего. Теперь порыскав по сторожке, она пыталась приготовить кашу из найденной на одной из полок крупы, да небольшого запаса копченого мяса. Эллис словно почувствовав пробуждение дракона, обернулась, и как-то мечтательно нежно улыбнулась - таким умильным она его еще не видела, и в этот момент она любила его всем своим сердцем, отрешившись от всего, что было до этой ночи, и того, что будет после.

- А ты, оказывается, умеешь готовить! - сообщил дракон, успевший продегустировать ее варево, стоило Эллис на мгновение отвернуться в поисках приправ.

- А как бы, по-твоему, я дожила до двадцать первого года своей жизни, если бы не умела готовит, - пожала в ответ плечами королева, и легонько стукнула ложкой по руке, снова потянувшейся к еще не готовому блюду. - В моем мире, держать слуг мне не позволяли доходы. К тому же раньше я любила готовить, хотя чаще всего на это не хватало времени. Эх, жаль я не могу накормить тебя своей фирменной пиццей или пастой или...

Закончить перечисление своих кулинарных талантов ей не позволил дракон, в очередной раз, переместившийся слишком быстро. Он нежно обнял королеву, и, зарывшись лицом в ее волосы, произнес над самым ухом:

- Останься со мной, не возвращайся!

Улыбка на лице Эллис мгновенно померкла. Как же ей хотелось в этот миг сказать, да любимый! Сейчас, когда Мастер повержен, когда угроза миру устранена, когда король неплохо справляется и сам, она могла бы уйти с чистой совестью. Вот только она понимала, что счастья это ей не принесет. Она любила Ксаниэля вопреки всему: его непониманию, его невнимательность, его попыткам подчинить ее, его глупой ревности. Это было другое чувство, совсем не похожее на то, что она испытывала к Эссси, но не менее сильное и не менее значимое для нее. Ее уход сломил бы короля, даже если бы никто и никогда не понял истинных причин. Они с Кэриеном наверняка обвинили бы себя в том, что не поймали мастера, в том, что не предупредили ее, в том, что позволили ему украсть ее. Они бы бросили все силы на ее поиски или отмщение, но так ничего бы и не нашли, опустив страну в разруху. Нет, только она способна продолжить свои начинания, только она может подарить своему народу надежду на лучшую жизнь. Да и разве смогла бы она бросить свою академию, заменившую Эллис, еще не родившихся детей. Ей было легче смириться с запретным чувством, чем свернуть с уже однажды выбранного пути. Она не могла остановиться на середине, она должна была пройти до конца, даже если ошиблась с направлением.

Объятия исчезли так же неожиданно, как и появились. Эссси отошел на несколько шагов назад, и теперь с грустной улыбкой взирал, на повернувшуюся к нему девушку. Он мог побороться за нее, он мог изменить ее решение. Он получил бы самую необычную любовницу за всю свою жизнь, поселил бы ее в красивейшем месте в горах, наслаждался бы ее телом, искренней любовью, яркими эмоциями. А потом она начала бы стремительно увядать, потому что соловей не поет в клетке. Еще несколько лет назад он, не задумываясь, настоял бы на своем, даже ее статус королевы не защитил бы девушку. Драконы очень хорошо умеют скрывать неположенное для чужих глаз. Но сейчас он отступал, отказывал себе в потаенных желаниях, которые неожиданно показались ему какими-то противными, недостойными столь древнего и сильного существа. В этот момент Эссси подумал, что ради любви такой женщины смог бы отказаться и от трона, и от семьи, как однажды уже едва не отказался. К тому же, эта королева еще не доиграла свою партию, не показала себя во всей красе. Он чувствовал, что она способна на большее, на нечто вне пределов даже драконьего понимания.

- Королева! - совсем тихо произнес Эссси, вложив в это слово и любовь, и уважение, и восхищение, и боль несбывшихся надежд.


Гонимые ветром волны врезались в песчаный берег, пытаясь достичь босых ног замершей на линии прибоя девушки. Их вспененные гребни с ревом падали на песок, еще некоторое время катились вперед, захватывая с собой мелкие песчинки, но рано или поздно отступали назад, ровняя пляж, смывая следы огромных драконьих лап. Она стояла неподвижно, не обращая внимания на запутавшиеся и сбившиеся в колтун прекрасные волосы, на босые ноги, на исцарапанные ветками руки, ноги и лицо, на задирающееся на ветру и оборванное до середины бедра ночное платье. Она просто стояла спиной к морю, и всходящее солнце золотило ее спину.

- Прощай, - прошептала королева, так и не найдя в себе сил обернуться к исчезающей в рассветной голубизне неба сапфировой точке.

- Прощай, - повторила она еще раз и стремительно зашагала вперед к парку, к расположившемуся за ним дворцу. Лишь две дорожки на щеках, остались напоминанием о несдержанных слезах.

Вторые сутки пребывающий во взбудораженном состоянии дворец, неожиданно замер, легким шепотком разнося весть о возвращении похищенной королевы. До сих пор здесь никто не мог найти себе места и каждый переживал, не важно за исчезнувшую королеву, или же за взволнованного короля. И вот она появилась так же неожиданно, как и исчезла, пришла со стороны моря босая в порванной одежде почти ничего не прикрывающей, грязная и исцарапанная. И, несмотря на все любопытство никто из встретивших ее придворных так и не рискнул поинтересоваться, что же случилось. Стоило посмотреть ей в глаза, как все вопросы застревали в горле. Не бывает такого взгляда у молодых полных жизни девушек.

Ей было больно, больнее, чем когда-либо прежде и прекрасные глаза застилали по-осеннему свинцовые тучи. А она все шла и шла, смотря невидящим взором вперед. Эллис так и не поняла, как смогла достичь своей комнаты, как оказалась в расслабляющей горячей ванне, переполненной восстанавливающими и ухаживающими зельями. Теплая вода смогла смыть грусть и печаль, бодрящие ароматы пробудили в голове осознанные мысли, а разум принялся за борьбу с неподобающими чувствами. Королева возвращалась...


Глава девятнадцатая. По дороге в ад.


Вечерело. Двое мужчин на берегу периодически посматривали на море, где далеко в волнах мелькало серебро волос. Кэриен старательно возводил замок из песка, почти у самой линии прибоя. Некоторые особенно сильные волны, пытались подмыть фундамент строения, но герцог был настороже и не позволял им подобных безобразий. Ксаниэль же сидел рядом и переводил взгляд с замка на море и обратно. Ему совершенно не нравилась страсть супруги к далеким заплывам, да еще и при не шуточных волнах, но отговаривать ее от подобных затей, было бессмысленно.

- Как думаешь, что же все-таки там произошло? - неожиданно для себя спросил у друга король. Кэр удивленно поднял голову, и внимательно посмотрел, на кажущегося равнодушным Ксана. Он и сам многое отдал бы за возможность узнать хоть что-то, но пока в голове роились лишь догадки одна хуже другой. За все это время он так и не смог раскопать хотя бы каплю новой информации о таинственных сильных мира сего, которых так привлекала избранница Первых, но все же он не на мгновение не сомневался в их причастности к похищению и возвращению Эллис.

- Мастер убит, вот все что можно сказать с уверенностью, а так же то, что на месте его логова расположилась нешуточная магическая аномалия. Мои люди так и не рискнули туда пробраться. И он, и его убийца выжали из себя всю силу до последней капли. За последние три тысячи лет это самый большой выброс магической силы, почти не переработанной заклинаниями.

Кэриен замолчал на некоторое время, продолжая педантично выстраивать очередную круглую башенку. Внутренний голос настойчиво нашептывал герцогу, о том, что победителем мага являлся другой игрок, и кто он могла ответить лишь королева. Но она молчала.

- Выброс энергии в этот раз почти сопоставим с суммарным выбросом войны магов, и если их стараньями мы получили десятки проклятых мест не больше части Ди в диаметре, то боюсь сейчас проклятой окажется территория в не одну десятину. И наша королева таким запасом сил точно не располагала.

- Мы были неправы, - Ксаниэль откинулся на песок, продолжая раздумывать над услышанным. Намек друга на участие в разборках третьей стороны он откровенно проигнорировал, - не стоило от нее скрывать.

- Согласен Ксан, но сделанного не воротишь.

- Я, наверное, никогда не забуду ее глаз.

- А мне уже доводилось видеть ее такой прежде, - в сознании Кэриена вновь заворочались потревоженные мысли. Что-то на уровне чувств крутилось в голове, не позволяя ухватить за хвост нужную мысль. Что-то очень важное он произнес сейчас, сам того не понимая. Кто-то вновь выбил у Эллис почву из-под ног, забрал столь страстно лелеемую свободу, и что-то подсказывало, что Мастер Романа к этому отношения почти не имел. Он мог похитить, мог угрожать, мог пытать, но забрать у Эллис свободу он бы не смог.

- Тогда я был самым настоящим идиотом, - грустно констатировал факт король, прекрасно догадавшись, о каком прежде идет речь. - Да и сейчас продолжаю им оставаться. А все от этой любви, демоны ее побери.

- Да ладно тебе, Ксан! Больше оптимизма, вон Эллис столько всего пережила, и находит же в себе силы радоваться хорошему дню, ласковому солнцу. А как она визжала от радости, наконец, увидев на этом море нормальные, по ее скромному мнению волны.

- Да, никогда бы не подумал, что волны меньше метра являются ненормальными.

- Ой, ты ее последней идеи не слышал, - ухмыльнулся Кэриен, возводя уже четвертую башенку.

- Так, что за идея?! И почему я обо всем узнаю последним? - Ксаниэль, приподнялся на локтях, выжидательно уставившись на друга.

- Она хочет покорять волны, на какой-то доске, вчера весь день носилась с чертежами, замучила до потери пульса профессора Орлуса, которого каким-то чудом ей удалось затащить к себе в академию. Ну а потом еще и дворцового плотника.

- В этом она вся, - король вновь принял сидячее положение, и посмотрел на море в поисках супруги, та нашлась весьма быстро и совсем недалеко от берега.

Спустя десятку довольная собой королева вылетела на берег, на гребне волны. Такого эффектного выхода мужчины не ожидали. "Интересно, что же она начнет вытворять, когда получит свою доску", подумал с небольшой завистью король, у него не получалось так же легко совмещать королевскую мудрость и рассудительности, с бесшабашностью молодости. Мудрость и рассудительность, присущие королю у него так и не появились, но и былой задор куда-то растерялся. Эллис, подгоняемая новыми волнами, стремительно достигла мужчин, проворно оббежала Ксаниэля, пытающегося ее поймать из сидячего положения, и сама заключила его в объятия, пристроившись сзади.

- Вы тут без меня не заскучали? - с невинной веселостью спросила девушка.

- Только я совсем чуть-чуть! - королю удалось вывернуться из захвата супруги, и теперь уже она пребывала в его объятиях.

- Фу, Ксан, я песка наглоталась! - королева сделала вид, что пытается отплеваться, а уже в следующее мгновение восседала верхом на муже. - Попался!

- Эй, вы, не снесите мой замок! - королева на пару мгновений отвлеклась на герцога, за что и поплатилась кардинальной сменой диспозиции.

- Классный замок! Кэриен у тебя просто талант, даже мне не доводилось строить такое великолепие! И как он у тебя не рассыпается? - проговорила на одном дыхании Эллис, из положения лежа.

- А он мухлюет, магией пользуется, - заговорщицки зашептал склонившийся к ней король, за что и получил песочным шариком по спине.

- Да ты и с магией такого не сотворишь! - намеренно обиженным голосом изрек Кэриен.

- Герцог, вы забываете, с кем разговариваете! - Ксаниэль очень старался сделать лицо, горящее праведным гневом, но когда тебя старательно щекочет одна бессовестная девица, гримаса получается очень далекой от праведной и еще дальше от гневной. - Предательница!

- Ага, целых десять раз, - невозмутима, фыркнула Эллис. - А кто решил, что мне не следует знать, о том, что один особо опасный маг сбежал. Да я бы тогда ни в жизнь, не поперлась бы ночью на пляж, почти раздетая и без оружия!

- Так он тебя здесь похитил? - в Кэриене мгновенно проснулся глава СБ.

- Во дворце он бы меня не достал. Вот сволочь и выманил на пляж, где защита слабее всего. Только он все равно просчитался! Хотя был момент, когда я вновь успела смериться с собственной смертью.

Королева продолжала вспоминать ту темную историю полушутя. И Кэриен и Ксаниэль старательно вглядывались в ее лицо, но ни одной мрачной мысли не проскользнуло даже в глазах. Казалось ее величество и в самом деле больше не переживает о случившемся.

- Но как ты выбралась? - не удержался от очередного вопроса герцог.

- Видишь браслет? - Эллис покрутила правой рукой, на которой красовалась почти точная копия ее брачного браслета, появившаяся там с момента ее возвращения. - Вот он меня и спас! Романа сказал что это какой-то артефакт Первых и что только я смогу его активировать, но когда я коснулась его все пошло не так, как он рассчитывал, и браслет спас меня. Хоть мне пришлось очень туго, и это было очень больно.

Всего на одно мгновение в глазах Эллис проскользнул отголосок совсем другой боли, боли от воспоминания, но она очень быстро прогнала это чувство и продолжила:

- Ну а как оказалась в парке сама не знаю, я тогда вообще от боли как в бреду была. Почему-то любое колдовство с использованием этого браслета причиняет мне иллюзорную но, тем не менее, едва терпимую боль, - последнюю фразу королева произнесла намеренно, дабы ни у супруга, ни у друга не возникло желания исследовать ее браслетик. Хоть она и не представляла, как его теперь можно снять, но лишний раз рисковать не хотелось.

- Однако! - глубокомысленно изрек Кэриен, наконец, закончив строительство замка.

Рассказ Эллис объяснил многое, но далеко не все, и хотя все его чувства твердили об искренности говорящей, разум в это не верил. Не получи он ту информацию от шпионки и он безоговорочно поверил бы королеве, но теперь концы никак не желали сходиться между собой. Ему еще предстояло немало поломать голову в попытках разгадать эти загадки, но теперь у него все же появилась дополнительная информация, еще несколько кусочков в наполовину сложенной мозаике. Да и беседы в малой гостиной герцог намеревался возродить любым доступным способом, слишком уж он соскучился по ним, слишком уж любил он эти мгновения, проведенные с ней без посторонних, слишком уж он надеялся на получение новых крупинок информации, способных в сумме обратиться в еще один кусочек головоломки.

- Ладно, хватит о грустном, что было, то было и прошло! Ксан ты не забыл о встрече?

- О какой? - на мгновение изумился король, а потом, вспомнив о просьбе одного из своих министров, подскочил на ноги. - О, демоны, точно!

- Еще низкий старт прими! - подколола Эллис. - Не беспокойся, у тебя еще есть время, ... соток пять, - произнесла она, наконец, после продолжительной паузы, и, не удержавшись, расплылась в коварной ехидной улыбочке.

- Да ну вас, ваше величество! - Ксаниэль с легкостью подхватил девушку с песка. - Лучше скажи, ты с нами возвращаешься?

- Нет, - изрекла королева, после того как сделала вид, что над чем-то старательно раздумывает, - сегодня на мне нормальное платье, одеться смогу и без твоей весьма сомнительной помощи. Хочу покупаться в ночном море. Ты же не против, дорогой?

- Как будто, что-то изменится, если я буду против, - якобы недовольно буркнул король, опуская супругу обратно на песок.

- Ксан поторопись! - крикнул уже успевший наполовину одеться герцог. Но король соизволил поторопиться, лишь, после того как получил страстный поцелуй от своей любимой.

Через несколько соток, послышалось удаляющееся ржание лошадей, возвестившее королеву о том, что на пляже она осталась одна. Ее величество продолжала сидеть рядом с замком из песка, и крупные волны приятно щекотали ей ноги. Теперь, когда замок остался без защиты своего зодчего, вода старательно его подмывала, еще полчаса и от него останется лишь горка песка. Эллис с грустью посмотрела на великолепное строение, ее замок из песка грозила смыть всего лишь одна, но зато очень большая волна. Лишь умение забывать проблемы и просто радоваться жизни несмотря ни на что, спасало ее в последние дни. Прошло почти две декады с той памятной ночи, и уже пять дней задержки. Первые три дня она не придавала этому значения, мало ли чего не бывает, но вчера в голову залезла не самая приятная мысль, и выгнать ее оттуда никак не получалось. Король стать отцом в ближайшее время не стремился и поэтому педантично предохранялся, она тоже не имела желания стать матерью так рано, и потому полностью поддерживала мужа. А вот с Эссси им было не до этого... и он не человек, и полукровку видать сразу, особенно дракона. А ей меньше всего хотелось причинять боль мужчинам, которым она обязана жизнью, и скрыть от одного из них его возможное отцовство она не могла так же, как и признаться другому в измене. Даже если в этом мире есть способы сделать аборт, она не сомневалась, что Эссси обо всем узнает, слишком прочную связь дарил им ее защитный амулет. Словно злая шутка судьбы связала две не пересекающиеся дороги в один тугой узел.

Волны одна за другой накатывали на берег, там, где не так давно возвышался замок, осталась лишь горка песка. Но и ее волны не спешили оставлять в покое, постепенно уменьшая размеры и выравнивая пляж. В их владениях должен царить порядок и гармония. И ветер был с ними полностью солидарен, старательно подгоняя своих водных подруг. Королева стояла почти у самого парка в простом платье наподобие древнегреческого. В последний раз, обернувшись к морю, она заметила, как стали появляться первые звезды у самого горизонта. Солнце уже давно скрылось за дворцом. А она все еще раздумывала: спокойно вернуться к себе, или все же отправиться на неизбежную встречу, которой она боялась больше всего. Эллис опасалась, что на этот раз не сможет устоять и предаст свои идеалы, свой путь, каким бы сложным он теперь ей не казался.


Ровное плато на самом востоке гор, и полмира как на ладони. Остроконечные пики редким частоколом разрезали небесный простор за ее спиной. Вотчина драконов отчего-то казалась ей родными Гималаями, невесть как закинутыми в этот чуждый для них мир. Здесь на высоте более тысячи километров, ей в ее легком платье было холодновато, а еще не хватало кислорода. Но королева, увлеченная созерцанием невиданных ранее просторов, не замечала всех этих неудобств. Она бесстрашно стояла на самом краю плато, и смотрела вниз, туда, где резко обрывалась каменная стена, туда, где лесистые предгорья переходили в степь, тянущуюся до самого горизонта. Иногда ей мерещился тонкий дымок от костров кочевых племен.

Здесь наступало утро. Восток уже окрасился в цвета зарницы, до восхода солнца оставалось совсем недолго. Еще полчаса, и на восточном материке начнется новый день, снежные шапки гор заискрятся на солнце, погаснут остатки костров, и живущие там внизу люди тронуться в путь. Их жизнь дорога, дорога длиною в жизнь.

Эссси возник где-то позади как всегда бесшумно, и неожиданно, словно черт из табакерки. Но и в этот раз она безошибочно почувствовала миг его появления. Еще пару мгновений королева смотрела на то, как из-за горизонта выплывает золотистый диск, а затем, не спеша, повернулась к сапфировому дракону.

- Вы хотели нас видеть, зачем? - Эссси старался говорить спокойно и беспристрастно, но Эллис уловила неожиданную даже для него самого надежду в голосе.

- Да, вы можете точно установить, беременна ли я? - Эллис боялась что уже через пару мгновений не найдет в себе сил задать этот вопрос. Противный ком, пытающихся вырваться из подчинения разума чувств, неприятно сжал горло.

Полыхнувшее в ярко-голубых глазах солнышко радости мгновенно сменилось пасмурными тучами грусти. Даже общий ребенок, если опасения королевы подтвердятся, не сможет их объединить, ибо ничто в любом из миров не способно объединить двух самодостаточных правителей. Как бы он не просил ее быть с ним, он как никто другой понимал, что им этого не позволят. Повелитель драконов имеет полное право развлекаться с человечкой, обзаводиться кучей любовниц, обретать от них детей полукровок, но вот жениться, а уж тем более на замужней человеческой королеве он права не имеет. Ради нее он мог расстаться с властью, покинуть семью и остаться одиночкой до скончания времен. И эта готовность пугала мудрейшего и старейшего дракона, навевала тщательно забытые неприятные чувства. Но она все равно никогда не примет от него такой жертвы, так же как давным-давно не приняла такой жертвы другая, да и сама не пойдет. Счастье других важно для этой странной девушки ничуть не меньше собственного, это повелитель ощущал слишком ясно, и именно поэтому он поставил на новую избранницу Первых, слишком близко подпустил к себе, а может перестарался с собственной магией.... Наконец, отогнав лишние мысли, Эссси сосредоточился на заклинании родства.

- Ты беременна, и это мой ребенок, - глубоко вздохнув, словно перед погружением в бездну вымолвил дракон, и добавил с опаской, - что ты намерена делать?

- Если я рожу, ты сможешь его забрать и вырастить без меня? - голос Эллис оставался все таким же равнодушным, но старалась она не ради Эссси, тот и так прекрасно чувствовал водоворот бушующих у нее внутри чувств. Просто она королева, и не имеет права на слабость, на дрожащий голос, на боль и щемящую грусть во взгляде, тогда когда принимает судьбоносные решения для всего королевства.

- Да, - тихо и очень грустно вымолвил Эссси, в очередной раз, восхищаясь этим ребенком, которого жизнь заставила так быстро повзрослеть.

Он знал, что она неправа, знал, что скоро она пожалеет о своем выборе, о своем решении, знал, что она окажется в шаге от бездонной пропасти и только ей решать - остановиться или завершить начатое движение.

Какая же она еще глупенькая и маленькая, моя королевы, - вдруг снисходительно подумалось дракону.

Но он не станет ей ничего говорит, не станет делиться своими знаниями и мудростью, это ее путь, а не его, и он на нем лишь сторонний наблюдатель и так позволивший себе слишком много.... Но все же он обязан ее предупредить о риске для ее жизни:

- Ты знаешь о смертности человеческих женщин во время родов наших полукровок?

Эллис смотрела на отца своего будущего ребенка, снисходительно улыбаясь, с потаенной грустью в глазах, даже не догадываясь, о чем он задумался, и насколько эти мысли важны для нее. За ее спиной все так же верно и неторопливо всходило солнце, а впереди снежным серебром мерцали горы, вершин которых уже успели коснуться его лучи.

Как символично, - подумала Эллис, произнося вслух совсем другие слова:

- Да, я знаю, но я ведь и не человек, почти. Ты сможешь сделать, так чтобы никто не смог заметить моей беременности? Хотя бы первые несколько месяцев?

- Конечно, так же как я скрыл твою вторую структуру, это сложно, но возможно, особенно с привязкой на твой кулон. Но как ты собираешься скрыть живот, когда он начнет расти?

- Мне же надо к вампирам, - подернув плечиками, безрадостно ухмыльнулась Эллис, - как раз месяца через три-четыре, семья меня поймет и не выдаст. Поживу у них пол года, рожу, обучусь, и вернусь обратно. Да и если что-то пойдет не так во время родов, они единственные кто смогут меня спасти.

- Ты уверена, что сможешь? - спросил Эссси, внимательно вслушиваясь в чувства девушки, даже зная и ее ответ, и ее страхи, и то будущее, на которое она себя обрекала.

- Знаешь же, что нет, но я постараюсь, - Эллис вновь попыталась нежно улыбнуться. - Не получится, я всегда смогу уйти, или придумать что-нибудь еще, а вот сможешь ли ты? Теперь я знаю, чем тебе грозит мое согласие, и прости, но я не верю....

- Смогу, - просто ответил повелитель драконов, даже не думая убеждать столь дорогую ему девушку этим словом, а может, надеясь убедить им самого себя. И это не ускользнуло от проницательной королевы, слишком обостренно чувствующей сейчас мир. Это только кажется что с милым рай в шалаше, но жизнь не так проста, как того бы хотелось, в ней нет только черного или только белого. Она уже стала правительницей до мозга костей, а о драконе и говорить не стоит. Без этой жизни она продержится полгода в лучшем случае, Эссси ничего не стоит продержаться всю ее жизнь, для дракона это песчинка по сравнению с тысячелетиями времени, но что будет потом, когда ее не станет, когда она начнет увядать или надоедать?

- Знаешь, я в этом мире почти год, но мне кажется, за этот год я постарела лет на десять не меньше. А теперь мне пора, - королева резко сменила тему, - а то обнаружат мое отсутствие, и опять волноваться будут, а мне потом придумывать, где я была и что делала. Думаю, сказке про то, что любовалась восходом в горах, никто не поверит.

- Хорошо, мне нужно совсем немного времени. Тебя отнести к дворцу, или ты сама доберешься?

- У меня есть и подарок от Рена, неисчерпаемый телепорт к нему, он меня и переправит во дворец. Бедняжка, по дороге сюда, я его от такой красотки оторвала.


Протяжно скрипнули двери оружейной, и в слабом свете галереи обрисовалась фигура весьма довольного собой герцога Каэрсанита. Он все же сумел выкроить время для спарринга с бывшим учителем, и ни капли об этом не жалел. Скорее Кэриен удивлялся тому, что не вернулся к тренировкам раньше. Тело приятно ныло от усталости, синяков и мелких порезов. Мастер Грейн как всегда беспощаден к своим жертвам, по недоумению именуемых его учениками. А вот в голове наконец-то воцарилась кристальная чистота и ясность.

Герцог еще некоторое время постоял на месте, с мечтательной улыбкой всматриваясь в полумрак галереи. Осень уже вступила в свои права, и ночь накрывала столицу своим черным покрывалом гораздо раньше. Но вот, он, не спеша, двинулся к себе, и во все стороны от него разбежались гулкие звуки эха его шагов.

Слишком слабое освещение нежилого корпуса, даже ему казалось непривычным. И в голову помимо воли пролезло удивление, - и как Эллис не боялась ходить здесь поздним вечером или ночью, особенно когда едва ли не каждый вечер стоило ожидать очередного покушения. Даже с его выдержкой, герцог был вынужден одергивать себя, чтобы не вслушиваться и не вглядываться в полумрак коридора. Мысль не пришлась по душе Кэриену и он поморщился. Все те покушения так и останутся на его совести, как серьезнейший просчет и всей службы безопасности, и его лично. Да и Эллис уже декаду как отсутствует во дворце, и это только прибавило забот и без того забывшему про нормальный сон герцогу.

Кристальная ясность ума и царящая вокруг тишина способствовали новым размышлениям о ее величестве. Кэриен уже давно хотел разобраться в своих смутных предчувствиях, в таинственных противниках, считающих всех личными марионетками, но, как и раньше ему не хватало информации, чтобы увязать все концы с концами, выстроить недостающие взаимосвязи. А его домыслы порой заводили главу службы безопасности в такие дебри логических построений, что ему только оставалось ужасаться собственным выводам. Хотя где-то там, среди их множества вполне мог скрываться единственный правильный. Чертова интуиция не давала покоя и сейчас, сообщая, что с отъездом Эллис не все чисто и гладко. Для аристократии они придумали версию о том, что ее величество увлеченная развитием наук в королевстве, узнала об вампире, работающем над одним интересным на взгляд королевы учением и напросилась на полгода к нему в ученицы. Если учесть что королеву на самом деле должны были обучать, а соответствующее учение вполне можно признать редким и интересным, то они сообщили чистую правду. Вот так немного недоговорок, немного иной смысл, вложенный в безобидные слова, и получается логичное объяснение, и никакой лжи. Вот и не отпускало герцога ощущение, что ее величество точно так же кое-где не договорила, кое-где сказала другими словами, нигде не солгала, но если не истинную, то еще как минимум одну причину своего отъезда умолчала. Но что она скрыла?! Увы и ах, правящая семья Арьенар членов своей семьи не выдает, слуги у них проверенные и перепроверенные, так что получить там информацию просто невозможно.

Такое же ощущение недоговоренности не оставляло Кэриена и в истории с похищением и возвращением. То Эллис молчала как рыба, всем своим видом подчеркивая, что вопросов о случившемся ей лучше не задавать, то вдруг между делом рассказала, все что произошло, как всегда предельно откровенно и искренно. А потом вновь тишина, и сколько бы он не пытался выяснить сверх того, что было сказано на пляже, ни в одной из бесед этого так и не получилось. Даже если королева, соблаговолив ему, не уходила от этой темы, то вновь и вновь ограничивалась самой общей и ничего не значащей информацией. Эллис умела избегать опасных для нее тем ничуть не хуже его самого. А от магии разума ее защищали и Первые, и повелитель драконов.

Первым делом, направившись в ванную и развалившись в горячей воде, Кэриен, несмотря на накрывшее его блаженство и умиротворение, продолжил размышлять свои невеселые мысли. Что-то крутилось у него в голове, что-то странное он приметил в последнее время в поведении девушки, что-то не то было с ней перед отъездом, и он не был уверен, что все эти странности следовало списывать на, наконец закончившую формироваться энергоструктуру.

Освежив свое тело, и покинув ванную комнату, Кэриен с удивлением обнаружил в своей спальне короля, в стиле самого герцога развалившегося на чужой кровати. При появлении хозяина комнаты, Ксаниэль лишь немного скосил на него взгляд, и, убедившись, что пришел именно тот, кого он ожидал, вернулся к созерцаю потолка.

- Прошло всего ничего, а я так по ней скучаю! - выдал Ксаниэль, своему отвыкшему от подобных сцен другу.

- И поэтому вы ваше величество так бесцеремонно развалились на моей кровати?! - Кэриен быстро взял себя в руки и, прогнав прочь все мысли, сосредоточился на друге, явно нуждающемся в определенного рода помощи. - Ксан, ты вообще чего не спишь, ночь на дворе?

- Сказал же, скучаю по Эллис, уже какую ночь едва получается, заснуть без нее. А еще почти полгода впереди! - король, наконец, принял сидячее положение, а герцог, не долго думая, устроился в ближайшем кресле.

- А от меня чего ты хочешь, я ее тебе не заменю, и раньше времени не верну!

- Да знаю я, - отмахнулся король, от все еще недоуменно пожимающего плечами друга, - ее никто не заменит, и уж раньше ею решенного срока не вернет. Просто понадеялся, что ты еще не спишь, и можно устроить ночные посиделки как в былые времена.

- А я так надеялся отдохнуть, после этой сумасшедшей декады, - печально вздохнул Кэриен и тут же улыбнулся - цель появления короля он угадал с былой ловкостью. А то с его супругой он уже начал сомневаться в своей компетентности и способностях. Да и до королевской свадьбы они не единожды засиживались до глубокой ночи, а то и раннего утра. Это потом у короля нашлось более интересное занятие на вечер и ночь. Неожиданно для самого себя Кэр спросил: - Интересно как долго ты продержишься, прежде чем наведаться к фрейлинам ее величества?

- Да я сам не знаю, - вяло отмахнулся король, - пока совсем не хочется, особенно после того, что она вытворяет ..., - мечтательно вздохнул Ксаниэль. - Эллис и раньше многим фору могла дать, а после демонических торжеств ... (он опять замолчал на мгновение), и ведь все время была на виду у твоего агента, и ничего предосудительного не делала, когда только научиться успела?

- Странно от тебя такое слышать, перед ее отъездом ты рвал и метал.

Вино и бокалы по уже давно привычному жесту появились на столе, и едва договорив, герцог принялся осторожно разливать вино.

- Просто она права, любимый человек не собственность и не раб. Хотя все равно как представлю, что она могла быть с другим, а не просто из любопытства смотреть со стороны сразу все внутри передергивает. Ладно, не будем о грустном, ты лучше расскажи о твоей помолвке. Я такого от тебя не ожидал, думал ты всю жизнь холостяком проживешь, а титул кому-нибудь из ближайших родственников передашь.

Король с благодарностью принял заполненный на две трети бокал красного вина и в лучших традициях принялся смаковать его вкус и аромат. В этот вечер он все же не желал напиваться как можно скорее.

- Да я и сам не думал, но тут уж твоя ненаглядная виновата.

- А Эллис-то тут причем? - искренне удивился король, так до сих пор и не подозревающий о регулярных беседах герцога и королевы, возобновившихся после ее возвращения. Хотя сам Кэриен эти беседы воспринимал скорее как интеллектуальный поединок.

- Релена ее фрейлина и подруга, как никак, и воспитанница Сильви Таради. А месяц назад отец девушки умер, так и не успев окончательно выправить свое положение, графина Амри осталась без приданого. Маркиза Таради рада была бы помочь девушке, да права не имеет, потому что у ее супруга имеются племянники. Зато благосклонность королевы к ней самой и к ее тети делают девушку лакомым кусочком, для всякого рода не самых порядочных интриганов. Так что нормальную партию при дворе ей не отыскать, а возможностей отбиваться от предложений у нее не так много, особенно сейчас в отсутствие королевы. К тому же сам знаешь, какая баронесса хорошенькая.

- Так значит Эллис, просто попросила тебя на ней жениться? - удивление короля все же оказалось велико, и остаток вина в бокале он выпил одним глотком. Отчего-то Ксаниэль был уверен, что попроси он друга о подобном, и тот послал бы его куда подальше, со всей своей бесцеремонностью.

- Ага, сам понимаешь, пока ее величество была тут, напрямую трогать Релену остерегались, а вот в предстоящие полгода, что Эллис предстоит отсутствовать, девушке придется не сладко. И твоя супруга очень не хотела терять такого преданного ей человека, вот мы и объявили о помолвке. Я конечно в глазах большинства придворных не самый лучший защитник, но звания счастливчика у меня еще никто не забрал, так что думаю, придется в ближайшее время охладить не один излишне ретивый ум с загребущими руками.

Герцог последовал примеру короля и опустошил свой бокал. Наслаждаться вкусом и так уже давно перепробованных лучших вин, ему так же давно и надоело.

- Но свадьбу играть вы не собираетесь, я прав?

- Почему, как Эллис вернется, так и сыграем, - Кэриен просто наслаждался все сильнее и сильнее вырисовывающимся на лице короля удивлением. - Релена девочка умная и короне преданная, моей работе не помешает, так что я смогу и дальше играть свою роль. Да и она сама при таком муже, да близости к королеве будет оставаться лакомым кусочком для разного рода заговорщиков, что вполне может пригодиться в моей работе. После свадьбы графиня Амри официально войдет в штат службы безопасности. Мы уже общались с ней на эту тему, и она полностью со мной согласна.

- А я уж грешным делом подумал, что тебя все же угораздило влюбиться, - с явным облегчением произнес король, радуясь, что хоть что-то в этом мире все так же неизменно. Герцог улыбнулся в ответ, и за этой улыбкой скрывалось куда большее, чем молчаливое согласие с выводами друга. Единственная, в которую он мог бы, пожалуй, влюбиться, никогда не смогла бы принадлежать ему, хотя возможно он все же уже давно и бесповоротно отдал ей свое сердце. Ведь иначе такое странное отношение к ней не объяснишь. И что он на самом деле чувствует к ней восхищение и уважение или любовь? Герцог так и не смог себе ответить на этот вопрос. А потому продолжил делиться своими рациональными объяснениями необходимости собственной свадьбы.

- Она при этом остается во дворце при твоей супруге, ну и мне заодно дополнительный источник информации. На Миларину уже давно пора ослабить давление, слишком многим она обязана Эллис. А Релена имеет тот же уровень посвящения.

- Что-то я сомневаюсь, что она сможет стать хорошим источником информации, сам сказал, она королеве предана, и для тебя шпионить, она точно не станет.

- А я напрямую ничего спрашивать и не собираюсь, как будто не знаешь, как много информации можно получить из совершенно сторонних разговоров. Это только с Эллис такое не проходит, она, похоже, сама если не изучала подобные техники, то уж точно с ними знакома. Как-то ее величество обмолвилась, что в ее мире это направление успели очень хорошо развить. А вот баронесса ни о чем таком и слыхом не слыхивала, легко конечно не будет, но все же хоть что-то, лучше, чем ничего...


Схватки начались после обеда и продолжались до позднего вечера, но разродиться королева все никак не могла. А дракон появился лишь ночью, раньше его разыскать не удалось. Эссси мгновенно взял все в свои руки. Так уж получалось, что родить дракона-полукровку для человеческой женщины занятие непростое, и опасное для жизни. Если во время родов пытались спасти мать, то погибал ребенок, если спасали ребенка, то погибала мать, очень уж редко получалось выходить обоих. Потому драконы так старательно и избегали человеческих женщин. За Эллис Эссси не переживал, простым человеком она уже давно не была, да и рожала у вампиров в лоне своей новой семьи, те ее и из-за грани вытащили бы, а вот ребенка могли потерять. И сапфировому дракону в последнее время все чаще казалось, что это стало бы лучшим разрешением ситуации для королевы. Где-то совсем в глубине души он даже надеялся не успеть к ее родам, и все же узнав о них, бросил все и поспешил к ней. Он и сам теперь не знал, чего боялся больше - потерять своего ребенка или ту Эллис, которой она сейчас являлась и должна была бы оставаться на протяжении всей жизни.

Встряхнув головой и разметав множество выбившихся из хвоста волос, повелитель отринул все мысли о смерти их ребенка и с удвоенными силами принялся за спасение обоих. Что-то в последнее время неуловимо в нем изменилось и это что-то ни за что не позволит ему потерять хотя бы одно дорогое ему существо в угоду извечной игре. Раньше он мог пойти и не на такое, раньше, но не сейчас. Иномирянка с поразительной легкостью меняла все, с чем соприкасалась.

Боль уже давно не отпускала тело королевы, но она мужественно терпела несколько часов кряду, знала, на что шла. А за время пребывания в этом мире ее величеству бывало и хуже, одна боль заклинания или яда дроу ничуть не уступала тому, что приходилось испытывать теперь. Тогда она пережила, переживет и сейчас. А уж после тренировок у мастера, да светских раутов, она прекрасно научилась отключаться от боли. А с появлением Эссси у нее словно прибавилось сил, а ведь не так давно казалось, что их ни на что уже не осталось.

Сквозь подкатывающую пелену забвения, сквозь полубредовое от боли состояние она все же услышала далекий, как в густом тумане плачь новорожденного. Ее усилия, ее тренированный пресс и помощь дракона сделали свое дело. Боль еще не покинула до конца ее тело, а усталость новой волной накатила на девушку, придавила ее к мокрым от пота простыням, и все же вздох облегчения сорвался с ее губ. Широко раскрытые все это время глаза сомкнулись, тело, пережившее невероятные нагрузки обмякло, запуская скорейшие регенерационные процессы. На некоторое время про нее все забыли, занятые новорожденным.

Чья-то рука осторожно гладила ее по липким волосам, но как нежны и ласковы были эти прикосновения, сколько любви, уважения и восхищения вкладывалось в них. Королева из последних сил приоткрыла глаза. Все вокруг плыло, но лицо склонившегося к ней дракона оставалось четким.

- Ты молодец, справилась, - едва слышно произнес Эссси, продолжая гладить ее как маленькую неразумную девочку, только что чудом избежавшую опасности и нуждающуюся в успокоении кем-нибудь из мудрых взрослых. Как же давно Эллис не чувствовала себя такой защищенной и беззащитной одновременно. - Но ты уверенна, что не хочешь его увидеть, хотя бы разок?

- Нет, - одними губами ответила королева, и кое-как собравшись с силами, продолжила, - я ведь ничего не могу забыть, да даже если бы могла, такое не забывается. И это воспоминание будет разрывать мое сердце, ведь он мой сын, и я люблю его.

- Порой мне кажется, что ты сильнее меня, не уверен, что смог бы, как ты...

- Я сама не уверена что смогу, но хотя бы попытаюсь... - королева замолчала вновь, слишком тяжело давались ей такие простые слова, и дело было не только в ее слабости. - По крайней мере, я буду знать, что у малыша все хорошо, есть любящий отец и есть те, кто о нем позаботятся, подарят свою любовь, раз уж я не могу.

- Ты могла бы просто постоянно навещать его.

С каждым сказанным Эллис словом, Эссси все меньше и меньше хотелось отпускать ее в эту опасную прогулку по дороге ведущей в ад. Лишь только вера в эту девушку останавливала его от прямого предупреждения, от раскрытия тайн грядущего будущего.

- Могла бы, а потом каждый раз страдала бы от необходимости расстаться, и тебя видеть так часто тяжело. И какая из меня в результате получится правительница. Нельзя сделать других счастливыми, если несчастен сам.

Эссси лишь грустно улыбнулся на ее слова, Эллис даже не подозревала насколько она права и насколько противоречит самой себе. Но он будет надеяться на то, что она все поймет сама, свернет с ошибочного пути ведущего в бездну. Этого нельзя понять с чужих слов, этому нельзя научить, этому можно лишь научиться и только на своих ошибках, только дойдя своей собственной головой.

- Так у меня хотя бы есть шанс. Время и расстояние способны на многое.... Нам ли не знать....

Эссси ушел, а она еще долго не могла заснуть, несмотря на усталость и позднее время. Одинокая слеза скатилась по щеке. Оставленная ей дорожка неприятно высушила кожу. Но это все такие мелочи. Она знала, что поступает правильно, решив родить, но не знала, поступает ли правильно, отказавшись от этого ребенка и пытаясь его забыть. Она верила в свои слова, верила в свою правоту, в единственную верность выбранного пути, но видела в бездонных голубых глазах борьбу, желание уберечь ее от совершаемых ошибок. Видела и не могла понять.

У Эссси теперь есть ее частичка, а у нее лишь долг и свобода, она сама выбрала этот путь, и она сможет пройти его с улыбкой на губах. Эллис нерешительно улыбнулась, растворяясь в подкатывающей волне единения с миром. Все будет хорошо, потому что иначе не бывает, нашептывал ей пробившийся сквозь тончайшие щели ветерок. Ты всегда можешь положиться на нас, шелестели вдалеке кроны деревьев. Не ты ли живешь по принципу, все, что не делается, все к лучшему, громким прибоем разбивалась вода о скалы далеких берегов.


Второй день второго летнего месяца, встретил вернувшуюся накануне королеву яркой солнечной погодой. Мир словно пытался изо всех сил поддержать ее, прогнать прочь все грустные мысли и сомнения. Да и как вообще можно печалиться в день рождения самого близкого в этом мире человека. Ее королю в этот день исполняется двадцать девять лет. А уж по случаю ее возвращения празднование и вовсе должно обратиться в грандиознейшее событие. И естественно им предстояла куча невероятно нудных церемоний способных испортить любой праздник. Эллис просто не придумала ничего лучше, как похитить своего супруга и сбежать с ним к единственным расположившимся в пределах столицы небольшим скалам на севере побережья. Естественно с молчаливого согласия службы безопасности и под ее присмотром.

Две пары босых ног оставляли следы на тоненькой полоске песчаного пляжа, со всех сторон окруженной труднопроходимыми скалами, под нависающими над ними каменными громадами. Смех, отражаясь и множась среди горных пород, далеко разливался по прибрежной полосе. Никогда прежде им не было настолько хорошо вдвоем. И в этот момент Эллис не на мгновение не сомневалась в том, что справится, сможет сделать мир лучше и прекрасней, сможет пережить расставание с сыном и Эссси. Ведь у нее есть Ксан, не менее любимый, не менее дорогой, в неравной борьбе все же сумевший подхватить ее на руки. Эллис сдалась и удобно устроила голову на надежном мужском плече.

- Мы так рады, что смогли вас похитить! - воскликнула королева, наконец, справившись с очередным беспричинным приступом смеха.

- Пожалейте придворных, вы же сорвали все так точно выверенные церемонии, - едва сдерживая смех, возмутился король, еще сильнее прижимая к себе свою невыносимую королеву.

- Да уж представляю, как сейчас взбудоражен весь дворец, король и королева пропали самым наглым образом, и никто не представляет, что же делать в такой ситуации. Но до вечернего бала, там все равно ничего интересного не намечалось!

Ужом, выскользнув из объятий супруга, Эллис спрыгнула на песок и помчалась прямо по линии прибоя. До короля тут же донесся ее веселый окрик:

- Догони!

- Демонесса! Искусительница! - крикнул в ответ Ксаниэль, бросаясь за ней в пучину невысоких волн. Во все стороны полетели брызги, мгновенно промочив легкие летние одеяния....

На выступающем далеко в море камне, загорали две человеческие фигурки, а каждая новая волна, гонимая с бескрайних морских просторов ветром, так и норовила взвиться повыше, смыть их с облюбованного выступа скалы, но лишь соленые брызги долетали до королевской четы.

- Знаешь, я так по тебе скучал все эти полгода, и я очень рад, что этот день разделяю с тобой и только с тобой!

- Неужели! - всем своим видом показывая сильнейшее удивление, королева даже приподнялась на локтях, лишь в глазах играл лукавый огонь, обещающий очередную пакость, ничего не подозревающему королю. - Как? Ты так соскучился, что тебе оказалось мало целой ночи? Я думала мы там мозоли себе натрем!

- Пошлячка! - Ксаниэль аж поперхнулся от такой откровенной пошлости со стороны супруги, но тут же невольно расплылся в улыбке, его Эллис ничуть не изменилась. - А ты уверена, что кроме нас тут никто не появится?

- Конечно, нет, но разве это тебя не возбуждает? - эротично потянулась девушка, мгновенно прижавшись всем телом к супругу. Про скрытую где-то охрану она предпочла умолчать. - Если ты не выдохся ночью, то у нас еще есть время до вечера! Боюсь, после бала у нас хватит сил лишь доползти до кровати. Аристократия не простит нам этого побега.

- Искусительница!

- Ты повторяешься! - ответить королю Эллис уже не позволила, закрыв ему рот самым надежным способом - поцелуем.

Только не думать, повторила в очередной раз про себя королева. Ксаниэлю не за чем знать, что похитила она его, не просто желая провести этот день с ним, но и опасаясь скучнейших церемоний, на которых в голову так и лезут грустные мысли. Она не имеет права, позволять себе думать о том, что было, о том, что она сделала. Она должна быть счастлива несмотря ни на что, каждое возможное мгновение в ее жизни, иначе ей не справиться, иначе ей не подарить счастье всем тем, кого она любит и о ком заботиться.


Музыка кружила их в танце, расцветая вокруг красочными иллюзиями, вновь и вновь, от праздника к празднику маги стремились превзойти самих себя. Главы почтенных родов теперь уже снисходительно смотрели на юную венценосную пару. Любовь что озаряла их лики, радость, что нежной улыбкой застыла на губах, были достойны прощения за неподобающее поведение, за срыв почти всех торжественных церемоний. Эти двое просто слишком соскучились друг по другу и оказались не готовы делить любимого еще и со всем остальным королевством. Ну а молодежь она всегда на ура принимала любой бунт, горячая юная кровь, с ней все равно ничего не поделаешь. Да и праздник получался на славу, словно вновь пришло безудержное веселье первого дня весны. И за эту радость, за это веселье, во все стороны льющееся от короля и королевы им простили все.

А некоторым еще на что-то надеющимся герцогиням оставалось, несмотря на гневную бурю внутри, несмотря на провалы, следующие один за другим, старательно изображать из себя охваченную всеобщей радостью леди, и стоить дальнейшие планы. Она умела ждать, она была терпелива, и потому до сих пор не отчаивалась - ее век очень долог. А та информация, которой она теперь располагала, давала весьма неплохие шансы, и никто кроме нее не знал больше о тайне королевы. Она не собиралась опускаться до пустого шантажа или мелочных сплетен, она просто невзначай, но очень старательно не позволит этой выскочке забыть о том, что она сделала. Она не позволит ей быть счастливой. И рано или поздно королева не выдержит, сорвется, а она приложит все свои силы, чтобы правильно воспользоваться этой ситуацией.


Эллис задумчиво смотрела на темнеющее небо, на разгорающиеся в его вышине звезды. Она вышла на балкон буквально, на пять минут, вздохнуть свежего воздуха, отдышаться после очередной вереницы непрекращающихся танцев. Маэстро словно решил загнать их в этот вечер до потери пульса, ни одной даже малейшей передышки и все танцы как на подбор сложные и динамичные. Порыв теплого ветра принес с моря долгожданную свежесть и горьковатый привкус соли. Эллис осторожно облизала губы, вспоминая замечательно проведенный день.

- Я буду счастлива! Слышите вы все, я все равно буду, счастлива, и подарю это счастье всему миру! - произнесла она одними губами, и кустарник под балконом заколыхался ей в ответ. Лишь такие же соленые, как и морская вода слезы, рисовали на ее щеках предательские дорожки.


Глава двадцатая. Кровавый рассвет.


- Я боюсь, - грустный шепот нарушил умиротворенную тишину библиотеки, и едва уловимым эхом разнесся среди огромных заполненных книгами стеллажей.

Старый учитель сидел в уютном кресле, перед едва тлеющим камином, а у его ног расположилась молодая леди в дорогом парчовом платье, расшитом серебром и драгоценными камнями. Ее голова покоилась на его коленях, и старческие дряблые руки нежно гладили разметавшиеся во все стороны серебристые волосы. Их отношения уже давно перестали быть отношениями учителя и ученицы. Почтенный мастер Дэриэн как-то незаметно заменил девушке отца, того отца, которого она хотела иметь еще там в своем мире; того, к которому можно было придти со всеми своими страхами и проблемами; того, который всегда мог выслушать и поддержать мудрым советом; того, который мог подарить тепло и защищенность. А он как-то незаметно полюбил ее как дочь, и хотя с каждым прожитым годом они виделись все реже и реже, он бы никогда не оставил ее в беде.

Сейчас его сердце щемило от грусти, и больше всего на свете ему хотелось помочь этой девушке, из взрослой сильной женщины вдруг превратившейся в маленькую испуганную девчонку. Но он не имел права, ни тогда, когда она принимала судьбоносное решение, ни сейчас. Они и так с Эссси слишком сильно вмешались в ее жизнь, слишком тесно переплели свои нити судьбы. Они желали ей добра, победы в противостоянии сильнейших, а обрекли на боль, на вечную борьбу за каждую крупинку собственного счастья. Наверное, даже тогда они знали, что так будет, ибо нельзя стать сильным, не познав боль, не познав отчаянной борьбы за каждую прожитую минуту счастья, за возможность радоваться чисто и от всего сердца. И им оставалось лишь надеяться, что она все поймет, что она найдет в этой борьбе настоящий путь к своему счастью, тот путь, по которому ее намеревалась провести судьба, но ступить на который ей так и не позволили.

- Не бойся, не слушай, не верь, - так же тихо произнес друид, опустив руку на едва прикрытое волосами плечо королевы. - Неужели ты не догадалась?

- Догадалась Дэриэн, давно уже догадалась, но она очень хорошо умеет порождать в душах людей сомнения. Ее слова до сих пор крутятся в моей голове. Как же хорошо она знает, куда бить побольней. Это ведь она стояла за всем, что произошло?

- Она, но помни Эллис, даже она может быть марионеткой в чьих-то руках.

- Вы ведь все знаете, но молчите...

- Есть вещи, до которых человек может дойти только сам, только своим умом, своими знаниями.

- Как думаете, Кэриен сможет?

- Он знает многое, гораздо больше прочих смертных.

- Вы не ответили учитель.

- Ты сама знаешь ответ.

Пауза. Девушке нечего возразить, она действительно знает ответ, просто сомневается в нем до последнего, боится поверить. А руки продолжают гладить ее голову, дарят ей тепло и ласку, прогоняя, прочь грустные думы. И все же она вновь пытается получить ответы на давно терзающие ее вопросы, раз за разом вопрошаемые у учителя и по-прежнему остающиеся без прямого ответа.

- Тогда и вы, и Эссси, вы ведь знали, что так получится, знали, но не остановили меня. Я видела это в ваших глазах, видела, и не могла понять. Почему?

- Есть решения, которые каждый принимает сам и только сам. И не только принимает эти решения, но и несет весь груз связанной с ними ответственности, это и есть свобода, та свобода, что подвластна лишь драконам, та свобода, которую пытаешься познать и ты. Но, иногда вступив на путь, не стоит упрямо идти до конца, он может привести в никуда. Не бойся, ни сейчас, ни потом, вступать на новые пути, свобода она всегда где-то там, на новом перекрестье дорог.

- Спасибо, учитель. Вы правы, я должна справиться и подумать о том, куда свернуть на следующей развилке, я постараюсь не бояться.

Голова покинула уютные колени, поднявшаяся в полный рост девушка осторожно поправила платье. Ожидающая ее свита уже наверняка обеспокоилась задержкой. Но как же ей не хочется отправляться во дворец, слывущий красивейшим местом на земле - во дворец повелителей драконов. Она рассчитывала еще на два года, надеялась на целебные свойства времени, но оно оказалось не властно над сердцем матери. Ее сердце все так же учащенно бьется, едва заслышав детский плач. И ему предстоит пройти сложнейшее испытание, ради счастья всех. А может быть и несчастья....


Великолепные залы гостевой части драконьего дворца, могли поразить взор даже самого искушенного жителя этого мира - искусство, которое шлифовали тысячелетиями лучшие мастера. Но немногим доводилось, хотя бы раз в жизни увидеть это чудо. А чтобы описать это словами, такого мастера слога, до сих пор не породили даже эльфы, величайшие ценители муз. Эллис, как и все прочие представители делегации, посещала дворец впервые. Но даже исчерченные причудливой россыпью драгоценных камней коридоры, с каждым шагом рождавшие все новые и новые картины далекого прошлого, не могли отвлечь ее от грустных дум. Все ее сосредоточие занимала борьба с самой собой. Сегодня она впервые увидит своего сына, над любовью к которому оказалось не властно ни время, ни расстояние. Она так и не смогла забыть его первого крика, услышанного сквозь туман послеродовой усталости. Ей удавалось забываться в работе, в новых проектах, в объятиях мужа, ей не снились кошмары, и ее смех нередко разносился в коридорах дворца, даже когда ей всячески пытались напомнить о ее тайне. Но где-то там, на краю сознания тоненькой жилкой все же билось желание увидеть сына, постоянно ощущать его рядом. Никакое другое чувство так и не смогло заполнить пустоту в материнском сердце.

Церемония Драаахр, церемония представления юного драконенка миру. Родители всегда сообщали о существовании ребенка, лишь когда ему исполнялось семь лет, а порой и больше. Пока драконенок не овладевал в совершенстве умением смены ипостасей, о нем не должен был знать никто кроме родителей. Слишком уж редко драконы находили себе пару на всю жизнь, и слишком уж сильно они ценили свое такое немногочисленное потомство. Церемония Драаахр обычно касалась лишь членов семьи, и только правитель обязан представлять своего ребенка властителям других рас. Эллис знала, что церемония неизбежна, ждала ее с потаенным желанием увидеть сына, и боялась..., надеялась, что это будет не скоро, что она станет к тому времени еще сильнее и бесчеловечнее.... Приглашение стало для нее неожиданностью, Эссси ничего не говорил ей об этом, они вообще старались не говорить о сыне, в те короткие встречи, которые иногда все же случались в их жизни. Она даже не знала, унаследовал ли ее сын вторую ипостась от отца, и научился ли оборачиваться, как того и требовалось для проведения Драаахр.

Он оказался точной копией отца, то же лицо, те же глаза, та же улыбка. Шссаналексси Ришнаэссси Лу'ехссиш Шссса - а для отца просто Лексси. Этому роковому красавцу предстояло разбить не одно девичье сердце. И только серебро волос он унаследовал от матери. Магическая мутация стала доминирующей частью гена. Обреченный вздох королевы. История этого мира не знала серебряных драконов, так же как и золотых или медных. Окрас дракона всегда соответствовал цвету драгоценного камня. Было это намеренным умыслом Первых или же случайностью никто не знал. Но какую бы внешность себе не придумывал бы дракон для своей человеческой ипостаси, цвет волос и глаз всегда оставался таким же, как и цвет чешуи. Дракон с сапфировыми глазами и серебром волос, такого просто не могло быть, потому что быть не могло. Причины поспешности Эссси стали очевидны, но даже это не выводило ее из-под подозрения, слишком нереально.

Малыш с опаской смотрел на очередных приближающихся к нему правителей и никак не мог определиться, то ли сделать шаг назад и прижаться к брильянтовой драконихе, то ли сильнее выпятить грудь и всем своим видом показать какой он сильный и смелый, как его и настраивал отец. Эллис замерла в нескольких шагах перед ними. Ксаниэль и Эссси начали свои положенные по этому случаю речи, а она, не отрываясь, смотрела на сына, и сердце билось в ее груди так часто, словно стремилось вырваться из тесных оков ее тела.

- Мама, - Лексси быстро обернулся к стоящей за ним статной женщине с белыми, почти прозрачными волосами и глазами, переливающимися в магическом свете подобно брильянтам, и легонько дернул ее за подол платья. Эллис замерла, словно пораженная громом, пустым взором продолжая смотреть на сына. А в голове набатом билось единственное слово "Мама", и где-то сквозь толщу времени пробивался первый, услышанный ею крик сына. "Мама" она едва не поверила в то, что сын узнал ее, в то, что он обратился к ней. Но нет, в его бездонной синеве глаз плескалось лишь любопытство и удивление, ведь отец так много ему рассказывал о человеческой королеве, она такая интересная и у нее тоже волосы цвета серебра. Он вопрошал ту, что заменила ему мать, вопрошал о чем-то ведомом лишь им одним и переданным таки простым словом "мама".

Сухие слезы застыли в глазах, призрачными струйками потекли по ее щекам. Никто и никогда вот уже пять лет не видел ее слез, не увидят их и сейчас, лишь она одна ощущала все ту же соленую влагу и горький запах морского ветра. Забыть про все и сделать шаг, один единственный шаг, упасть на колени не жалея дорогих парчовых тканей, и обнять сына, прижать к своей груди его серебристую головку, зарыться в серебро его волос, вдыхать их аромат, заглянуть в сапфировые глаза, и тихо, не переставая - шептать, молить, говорить, только не останавливаться: "Я твоя мама малыш! Прости меня глупую, прости за то, что возомнила себя сильной, прости за то, что осмелилась решать за тебя, прости за то, что не решилась подарить тебе свою любовь, пойти ради тебя наперекор всему. Прости за то, что так рвалась к власти, к свободе, к всеобщему счастью, забыв о том счастье, о той свободе, что должна была подарить тебе, прости за то, что стремилась забыть тебя, выкинуть из своего сердца. Прости за то, что оказалась такой дурой. Прости малыш...". Но она все так же молчаливо стояла, оцепенение сковало ее члены, и казалось, что все происходит во сне, что стоит проснуться и ничего не будет: ни похищения, ни спасения, ни безумной ночи полной любви, ни разговоров с еще не родившимся ребенком, рассказов ему о ее странном, но родном мире, сказок придуманных на далекой планете земля, и просьбы простить.

"Есть решения, которые каждый принимает сам и только сам. И не только принимает эти решения, но и несет весь груз связанной с ними ответственности" - прозвучали в ее голове произнесенные утром слова, и она так и не сделала шаг, не упала на колени и не взмолила о прощении. Еще не время, на ее хрупких плечах все еще покоится бремя добровольно возложенной ответственности, но перекрестье дорог недалеко, и там очень важно не ошибиться вновь.

Эллис все же подняла свой взор вверх, и встретилась с глазами той, которую ее малыш привык называть мамой. Прозрачные, как два брильянта глаза смотрели на нее очень внимательно, в них не было осуждения или пренебрежения, снисхождения или жалости, она смотрела с пониманием, с мудростью прожитых веков, со знанием, что все будет хорошо. Королева так и не поняла, кем же является эта проницательная женщина для Эссси, но поверила ее взгляду, ее молчаливой поддержке, поверила в то, что все будет хорошо.


Трое людей со всеми удобствами расположились в королевском кабинете. Магический свет освещал его в дневном режиме, и делать освещение ярче отчего-то никому не хотелось, к тому же за окном, не прикрытым тяжелыми портьерами, уже гасли звезды на светлеющем небе. Мягкие кресла с радостью приняли уставшие после бала тела. Кэриен не задумываясь телепортировал бутылку вина и бокалы, привычно наполнив их на две трети. Все трое не спешили сделать первый глоток, вдыхая божественный аромат - плохих вин во дворце не держали, а Кэриен так и вовсе слыл истинным ценителем этого напитка. Они молчали всю обратную дорогу, молчали на пути в эту комнату, молчали и в ней. Никто не спешил начинать тягостный разговор, так же как откладывал миг первого глотка, и каждый все еще пытался разобраться с хаосом мыслей, царящим в голове. Слишком странным, даже каким-то нереальным оказалось происходящее.

- Эллис, ты выглядела странно во время церемонии, - наконец, нарушил затянувшееся молчание герцог, с полуутверждения-полувопроса. Ему казалось, что он наконец-то понял все, и в его голове теперь крутилось множество ответов на ранее считавшиеся неразрешимыми вопросы, вот только систематизировать их, и подвести итог, объединить знания у него не получалось. Слишком уж шокирующими оказались эти ответы.

- Меня сильно удивило то, что у Эссси есть сын, я думала, что знаю о нем достаточно, хотя это, конечно же, глупо, знать дракона достаточно хорошо невозможно, а уж такого древнего как он и подавно. Да и сереброволосый дракон, такого просто не может быть в природе, есть от чего придти в шок.

Эллис уже отошла от потрясения вызванного лицезрением сына и его тихим "Мама". Жесткой силой воли она вновь контролировала себя, а потому ее голос звучал спокойно, с легкой пренебрежительностью, так словно она и не догадывается к чему герцог начал этот разговор. Но эта игра сейчас направлена лишь на одного человека, на ее супруга, Кэриен уже сделал выводы и ее самообладание, ее голос, даже ее клятвы не разубедят его. Он и без того слишком много знал, но только сейчас смог свести свои знания воедино. А еще она знала, что он не выдаст ее, примет ее решение и поддержит его, каким бы оно не было. И вопрос он задал только чтобы понять ее мотивы и устремления. Да, она могла бы сказать правду, признаться во всем - сейчас спустя много лет, Ксаниэль наверняка простил бы ее, даже, несмотря на боль, что причинило бы ему ее признание. Он сильно изменился за это время, многому научился, стал терпеливее, и хотя бы иногда пытался понять ее. Но что-то вновь мешало Эллис сделать этот шаг, точно так же как помешало сделать шаг к сыну во время церемонии. То ли какое-то врожденное упрямства граничащее с мазохизмом, то ли понимание того, что не время, то ли что-то еще совершенно ей не понятное, и не подвластное доводам разума. Странная апатия и безразличие обреченностью навалились на королеву.

- Он твой сын? - неожиданно для всех, да и для себя самого тоже, спросил печально смирившимся голосом король. Она не ошиблась, но все же:

- Сына Эссси я впервые увидела сегодня, и я могу в этом поклясться, - с усталостью и легким раздражением в голосе ответила Эллис, и удивилась тому, как прозвучал ее голос. Что-то бесповоротно надломилось в ней в тот момент, когда колебания воздуха породили эти слова.

- Можешь? - смирение в голосе сменилось надеждой, но печальные нотки никуда не ушли. Кэриен очень внимательно посмотрел на королеву, и теперь в его глазах застыл молчаливый вопрос: правильно ли он понял ее слова. Эллис слегка прикрыла веки, отвечая утвердительно, а когда вновь увидела взгляд герцога, едва удержала себя чтобы не вздрогнуть. От жалости и недоумения, смешанного с восхищением ей стало противно, словно на нее вылили ведро помоев.

- Клянусь, - односложно ответила королева, и в воздухе тут же засветился зеленым светом магический символ клятвы, подтверждающий искренность говорившего. Король вздохнул облегченно, а герцог легонько качнул головой, но Эллис было уже все равно, она всего лишь доигрывала начатую роль.

- Прости, Эллис, - с облегчением, нежностью и любовь произнес король, чем окунул девушку в еще одну емкость с нечистотами, но она продолжала смотреть в даль с каменным лицом, уставшей от светского приема леди. - Но ты сама знаешь, история не знает серебряных драконов, а уж разный цвет глаз и волос. Эссси сказал, что мать мальчика умерла во время родов.

А ведь я и в самом деле тогда умерла, пусть не вся, но какая-то частичка умерла вместе с отказом от сына. Умерла окончательно и бесповоротно, но я смогла заметить это только сейчас, - все так же равнодушно и безразлично подумала Эллис. Она вновь стала другой, в который раз за свою столь непродолжительную жизнь. Именно тогда, принеся такую жертву, она стала КОРОЛЕВОЙ, но ей ли она хотела стать, к этому ли шла, этот ли путь выбирала. Ее величество ничего не ответила на объяснения мужа, лишь нежно улыбнулась, как когда-то, когда они только-только преодолели стоящие между ними преграды. Что-то очень важное зашевелилось у нее в груди, пробуждаясь от долго сна.


Теплый весенний ветер порывами накатывал с моря. Небольшие волны страстно им подгоняемые стремились как можно дальше омыть берег, но путь их непременно прекращался в шаге от места, где неподвижно застыла девушка. Ее состояние совершенно не вписывалось в красоту окружающего мира. Ветер, стремясь ее ободрить, вздымал вверх серебро ее волос, запутывался в них, играл, но она и не думала замечать его ласковые объятия. Она смотрела вперед, на восходящее солнце, и красная дорожка на море, вопреки всем законам, вопреки волнам гонимым ветром, простиралась до ног ее величества. Королеве казалось, что стоит сделать шаг, и она окажется, на этом кроваво красном пути. А не сделала ли она этот шаг раньше, тогда, когда отказалась от своего счастья, тогда когда лишила своего сына матери? Имела ли она право так поступать, стоит ли счастье миллионов, счастья одного единственного человека? Не станет ли она кровавым тираном, стремясь благоденствовать этот мир, не потеряет ли себя? Ведь любое падение начинается с малого, со всего лишь однажды допущенной слабины. Раньше она никогда не сомневалась и всегда смело шла вперед, не оглядываясь, считая, что бы не случилось все к лучшему. Но сейчас, стоя на берегу моря, слушая шум прибоя, смотря на лазурь весеннего неба, она впервые за много лет усомнилась. А перед глазами стояли сапфировые глаза сына, с интересом рассматривающего человеческую королеву. И в голове попеременно звучали первый крик и тихое "мама" адресованное отнюдь не ей.

Пять долгих лет пролетели для нее как миг, она старалась стать хорошей королевой, и многого достигла. Но чтобы мир стал таким, как ей представляется, должно смениться не одно поколение людей. Доживет ли она до торжества своей политики, найдутся ли последователи способные продолжить ее дело, и не ошибется ли она сама? Она всегда верила, что способна выдержать одиночество и вечность, она стремилась к этому всю свою сознательную жизнь, и никогда не сомневалась, что с достоинством пройдет по этому пути, потому что в конце ее ждала свобода. Но эта ли свобода нужна ей!? Впервые она засомневалась в своем выборе. Впервые ее покинула наивная вера в лучшее. Впервые хотелось все бросить и просто перестать существовать. Стоило лишь ступить в багряную воду, пока ее цвет не сменился золотом, взошедшего солнца. А в голове звучало лишь одно слово "одиночество". Только сейчас, вспоминая глаза сына, королева ощутила, как защемило ее сердце, а ведь она верила, что, будучи одна, она не станет страдать....

"Ты не одна!", слова ворвались в ее сознание подобно урагану, и одновременно она почувствовала, как на ее плечо ободряюще опустилась рука. Эту руку она всегда узнает из миллионов, руку, что почти шесть лет назад ласкала ее тело, доставляя неземное наслаждение. Ни эту ночь, ни эту руку ей не забыть. Эссси - сапфировый дракон, тот которого она не смела любить, тот с кем она не имела права быть, тот, кто вопреки всему стал отцом ее ребенка.

"У тебя есть мы!", и еще одна рука опускается на другое ее плечо, а слова звучат в голове так нахально. И эту руку она узнает всегда и наверняка. Рен, ее верный друг и товарищ, на которого всегда можно положиться, если дело касается выпивки, приключений и прочих экспериментаторских безумств.

"Мы никогда тебя не оставим!", новый голос прозвучал в ее голове, новая рука легла на плечо. Багира, ее первая подруга в новом мире, такая же ненормальная правительница, как и сама Эллис. Та, что всегда оказывалась, готова поддержать, посоветовать, помочь, утешить, и, конечно же, составить компанию в очередной шалости. Та, что всегда могла прикрыть спину, она и сейчас стояла позади, крепко сжимая плечо королевы.

"Верь своему сердцу!", в этом весь ее учитель, и его рука присоединилась к трем предыдущим. Дэриэн, друид столькому ее научивший, ставший для нее не просто наставником, но и своего рода отцом. Она запомнила его слова, прозвучавшие в их последнем разговоре, пусть не до конца поняла, но запомнила и очень скоро непременно с ними разберется. Он слишком редко давал ей советы, чтобы ими можно было пренебрегать.

"Сестренка!", два голоса всплыли в ее сознании, и кровь, что текла по ее венам, забурлила, услышав родные голоса. Вампиры Ар и Ара, ее кровные брат и сестра, те, кто подарили ей свои знания, новую семью, и взяли взамен ее частичку. Те кто пошли на опасный ритуал, потому что верили в избранницу Первых. Они подарили ей силу, они подарили ей чувство защищенность, они помогли ей стать матерью, пусть и такой плохой.

Розалия, Релена, Миларина, близняшки Арривиали, их мать и маркиза Таради ее верные подруги - они тоже стояли рядом, молчаливо поддерживая запутавшуюся в себе, в своих чувствах и выводах девушку. Кэриен, пожалуй, единственный мужчина в этом мире, которого могла бы полюбить та прежняя Эллис, только что попавшая в новый, чуждый для нее мир. Но ей не позволили, ярким пламенем полыхнули в ее сердце другие чувства, а он стал другом, очень хорошим и очень дорогим другом, самым близким. Они были созданы друг для друга судьбой, но жизнь рассудила иначе, не позволила одной полюбить, а другого заставила смириться, спрятать свое чувство как можно глубже, старательно превращая его в восхищение, в верность, в уважение.

Она стояла, боясь шелохнуться, боясь прогнать это приятное ведение. Она ждала, но перед внутренним взором так и не появился самый близкий ей человек - Ксаниэль. Самый главный парадокс ее жизни, тот, кого она никогда не полюбила бы в своей прошлой жизни и все же любила здесь. Ради него она отказалась от сына, ради его спокойствия она продолжала скрывать правду, зачем, почему?! Она так до сих пор и не узнала ответов на эти вопросы, не поняла, почему ее тянет к нему вопреки всему, почему ради него она поступает так глупо и не обдуманно. Все-таки что-то надломилось в ней, в их отношениях какой-то час назад, что-то бесповоротно ушло и никогда больше не вернется. О, как же ей хотелось закричать в этот момент, но слова лишь шепотом сорвались с ее губ: "Ксаниэль, но почему?"

Королева резко повернулась спиной к взошедшему солнцу. Подол платья и волосы подхватил очередной порыв ветра, одновременно обдав королеву отрезвляющей прохладой. Единение с миром солеными брызгами волн рассыпалось в стороны, ведение ушло, лишь Кэриен все так же стоял перед ней. Эллис с вызовом вскинула подбородок, ругая себя за невнимательность, давно уже никому не получалось подкрасться к ней незаметно, даже в такие минуты отрыва от реальности.

- Эллис, - герцог хотел ей что-то сказать, но продолжить свою мысль не успел, ее величество жестом остановила друга.

- Я ухожу, - почти улыбаясь, ответила королева, и Кэриен шестым чувством понял, что речь идет не об уходе с пляжа. Она приняла решение, так быстро, что сама этому удивилась, и нечто недавно и неторопливо шевелящееся в ее груди довольно заурчало. Она все же смогла поймать миг перепутья новых дорог, услышать призыв мира и повернуть туда, где ей предстоит обрести саму себя - обновленную и не сомневающуюся, вновь верящую в себя. Он позвал ее, и она не посмеет отказать, потому что он последнее, во что она до сих пор непоколебимо верит, и пусть этот зов звучит слишком странно для голоса разума, но она пойдет за ним, в надежде найти себя и познать этот мир.

- Но... - слова застряли в горле, герцог Каэрсанит впервые не знал что сказать, слишком уж разительно переменилось лицо девушки, слишком четко читалась на нем непоколебимая решимость.

- Я ведь действительно никогда не видела своего сына прежде, - Эллис стремительно приблизилась к герцогу, а тот вновь вспомнил чувство безмерного удивления, которое с легкостью вызывала у него эта женщина в первое время после своего появления. - Но это неправильно, я ошиблась, не знаю когда и где, но ошиблась, так не должно было случиться. Я умерла, я сломалась, и я теперь вновь должна найти себя, понять свою истинную роль в этом мире и возродиться. Власть, сила, знания, всеобщее счастье - это все ошибочно, это все мираж, истина она где-то рядом, совсем близко, но здесь мне никак не ухватить ее за хвост.

Она замолчала, ожидая реакции Кэра, давая ему время обдумать услышанное. Герцог неуверенно опустился на песок, и внимательно посмотрел на стоящую перед ним женщину. Эллис упала на колени рядом с ним, в очередной раз за последние сутки, меньше всего, заботясь о своем роскошном и очень дорогом наряде.

- Меня тогда спас Эссси, а не браслет, он уничтожил Романа, но расплатился за это всеми своими магическими силами. Воздух казался вязким от переполняющей его силы. Дождь, промокшая насквозь одежда, нечеловеческая усталость и лесная сторожка, что дала нам приют. Там просто не могло получиться иначе, и я ничуть не жалею, даже несмотря на всю боль того расставания. Мне ведь было плевать на мага, на все что он мог со мной сотворить, и он никогда не смог бы причинить мне той боли, на которую мы сами себя обрекли. Я подрезала себе крылья, лишила себя свободы, что кружилась так близко, только протяни руку. Две декады и новая боль от правды, от которой не сбежать и не скрыться. Эссси и вампиры помогли мне скрыть беременность, помогли родить. Какая ирония, я не смогла прервать жизнь еще не родившегося существа, но смогла отказаться от сына. Истинное дитя двадцать первого века, женщина, забывшая, что значит быть матерью, смеющая отказывать себе в этом счастье ради эфемерных идеалов. Понимаешь Кэр, я САМА отказалась от ребенка! Там я всегда осуждала и не понимала таких женщин, а здесь точно так же поступила сама! Я должна понять, в чем смысл моей жизни, разобраться в самой себе, понять, почему так поступила, где ошиблась и вновь поверить в то ради чего я живу, или прийти к обратному....

Королева вновь замолчала, молчал и Кэриен. Обрушенный на него поток информации никак не хотел раскладываться по полочкам и систематизироваться. Он только опустил глаза, ни к чему Эллис видеть ту жалость, что против воли наполняет их. Он даже не представлял насколько нужно быть сильной, чтобы так долго носить это в себе, не иметь возможности выговориться, не иметь возможности быть понятой, и при этом несмотря ни на что изо дня в день радоваться жизни, дарить счастье всем до кого она могла дотянуться.

- Я ухожу, сегодня, сейчас. Объясни все Ксаниэлю, так как сочтешь нужным, все-таки ты знаешь его куда дольше и лучше чем я, ты знаешь, что ему стоит сказать, а что нет. Скорее всего, меня не будет год, может меньше, может дольше, пока не разберусь в себе. И за безопасность мою не беспокойтесь, этим уже давно озаботились. Я знаю, вы сможете справиться и без меня, я верю в вас, а поэтому до встречи!

И королева, словно забыв про сидящего на песке герцога, стремительно вскочив на ноги, исчезла в зарослях парка. Тихий шепот слился с рокотом волн неспокойного моря: "До встречи!"


Эпилог.


Дорога легко ложилась под ноги вороного коня, золотоволосая всадница покачивалась в седле, изредка посматривая, на все еще непривычные для нее деревья, что произрастали по краям тракта. Солнце, стремящееся поскорее закончить свой дневной путь, все еще немного припекало, навевая дрему. Светлый волос выдавал в девушке эльфийские крови, крупное телосложение принадлежность к крестьянам, а одеяние и оружие профессию наемницы, что отнюдь не редкость для полукровок и квартеронок, даже среди представительниц прекрасного пола. И никто бы никогда не подумал, что всадница является чистокровным человеком, чистокровнее в этом мире не найдешь. И уж тем более никто бы не подумал, что за маской наемницы скрывается сама королева. Но столица скрылась из виду еще несколько часов назад, а впереди лежал долгий путь. Путь сомнений и терзаний, тревог и разочарований, путь, который приоткроет завесу истины, путь который позволит найти себя и познать мир, ну и конечно, наверняка подарит не одно незабываемое приключение...