Зюлёв Леонтий: другие произведения.

Книга 02

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:

  Оглавление:
  
  Предисловие
  Секретный ихтиолог. Рассказ
  Машина Зла. Повесть
  Чужое тело. Повесть
  Без света. Повесть
  Позвонить Богу. Рассказ
  Пришествие. Повесть
  Покорение дальнего космоса. Эссе
  
  
   Предисловие ко второму тому моих неизданных сочинений.
  
  Во второй том моих неизданных произведений вошли крупные рассказы и повести объединённые одним жанром "научная фантастика". На первый взгляд может показаться, что это рассказы о реальных событиях и людях, но это не так. В каждой повести или рассказе происходят события с людьми, но эти события пока не имеют реальной основы. Разные монстры и фантастические условия вроде иных миров и планет меня не интересуют, дай бог навести порядок на своей. Все произведения опубликованы в сети Интернет и я получил на них массу откликов, так что вряд ли читатели скажут мне что-то новое, поэтому несильно расстроюсь если рецензий не получу. Том довольно объёмистый и вряд ли найдётся много желающих прочесть его до конца. Открывает книгу первый из моих крупных фантастических рассказов. Рассказы разбитые на главы имеют оглавления после названия.
  
   Секретный ихтиолог
  
  Оглавление:
  
  1. На рыбалке
  2. Ихтиолог поневоле
  3. Доктрина
  4. Успехи
  5. Биофизик
  6. Работа кипит
  7. Чтоб ты жил в эпоху перемен
  8. Я рыба
  9. Финал
  
   1. На рыбалке
  
   На серьёзную рыбалку мы выезжаем редко, поэтому готовимся к ней неспешно и тщательно. Несколько дней вдали от цивилизации не прощают мелочей: и в экипировке, и в обеспечении условий жизни, и, конечно, в подборе компании. Коллектив у нас сложившийся, все знаем друг друга давно, и новички в нём появляются редко и ненадолго, или навсегда.
   В этот раз мы собрались на Каму ловить леща. В наших краях он хорошо клюёт в конце августа - сентябре, нагуливая вес к зиме. В компании я всех хорошо знал, кроме одного новичка. С ним меня сразу познакомили. Звали его Сергей. На вид лет пятидесяти пяти - шестидесяти, он ничем не выделялся из ватаги. Слегка седой, одет как и мы в камуфляж, лишь говор выдавал, что он с юга. Я спросил у друзей, пока собирались, откуда он взялся? - Да, тут у него машина, мы поговорили раз другой, и как-то он нам пришёлся по душе, - ответили мне.
   Мы выехали рано утром и часа через четыре уже подъезжали к нашему излюбленному месту, которое обустроили давно, расчистив площадку для бивуака и сделав лестницу в обрыве для спуска к воде.
   Кинули жребий - кому ловить рыбу, а кому разбивать лагерь и готовить обед. Жребий, к моему неудовольствию, решил, что это мы с Сергеем. Остальные быстренько накачали лодки, загрузили снасти, выплыли к фарватеру и встали на якоря.
   Мы поставили палатки, запаслись дровами для костра, приготовили всё для обеда, и присели отдохнуть. Сергей оказался общительным человеком, вполне подготовленным ко всему, что пришлось сделать. У меня даже мелькнула мысль, будто мы знакомы давно. Работалось без напряжения: споро, весело, с шуточками и подначками. Оставалось подождать, когда ловцы привезут первых лещей для ухи и копчения, а если в прилове попадётся судачок, замариновать хе. Я спросил Сергея, не желает ли он поспать, он отрицательно покачал головой. Честно сказать, я не знал, чем заняться. Вдруг Сергей сказал:
   - Сегодня ребята очень хорошо уловятся.
   - Ты так считаешь? - скептически заметил я.
   - В первый день обычно клюёт неважно: пока раскормят места, пока то да сё.
   - И, тем не менее, сегодня случится отменный клёв,- с уверенностью сказал он.
   - Почему ты так думаешь?
   - Я был рыбой и отлично знаю, как она сегодня себя поведёт.
   Изумление настолько отразилось на моём лице, что он поспешил меня успокоить:
   - Не переживай - я не сумасшедший, просто всерьёз занимался ихтиологией и немало в этом преуспел, если хочешь - могу рассказать, секретность давно снята с наших работ, а делать нам до обеда всё равно нечего.
  
   2. Ихтиолог поневоле
  
   Я родился в Одессе, закончил школу и, как все мальчишки, мечтал о мореходке. К сожалению, я не прошёл в мореходное по здоровью. Требования там, как к космонавтам. Заболевание за границей и лечение оборачивается валютными потерями. Даже у военных моряков требования ниже. Военные не ходят, где гражданские, а в эскадре всегда есть плавучий госпиталь. Утешало то, что и мой дружок Володька тоже не прошёл комиссию, и мы, проклиная своё здоровье, поступили в Одесский океанографический институт на специальность непрестижную, но хлебную - морская ихтиология. Престиж был низок из-за работы на рыболовецких судах, а хлебной работа считалась за стабильно высокие заработки и валютные чеки, в те времена весьма ценные. Институт мы окончили, а работать в рыболовном флоте желания у нас с Вовкой не возникло. Помог Вовкин дед.
   Он служил в штабе Черноморского военного флота, в чине адмирала. Дед пытался нам помочь с поступлением в мореходку, но военных в мореходке недолюбливали, и ничего не получилось. Сейчас он предложил сделать на нас персональный запрос, намекнув, что открывается новое дело на флоте, и им понадобятся специалисты такого профиля. Лучше взять своих. Прибыв во всей форме на распределение и, явив комиссии бумагу, он уладил все вопросы с нашим назначением. Мы спокойно сдали госэкзамены. Через пару дней после них дед повёз нас за город. Машина подъехала к сиротливо стоящему на берегу моря кирпичному бараку, обнесённому двухметровым забором с колючкой поверху. У ворот стоял часовой, он откозырял, открыл ворота, и мы проехали внутрь.
   - Ты нас в тюрьму что ли приволок, дед? - спросил Вовка ехидно.
   - Молчи, салага! Ещё не одно спасибо мне скажешь, - парировал адмирал.
   Мы прошли внутрь совершенно пустого здания, со свежей, хотя и недорогой, отделкой.
   - Выбирайте себе кабинеты, солнечную сторону не советую,- сказал нам дед, обводя помещение рукой.
   - Это секретная ихтиологическая лаборатория Черноморского военно - морского флота. Завтра же на работу - дело не терпит. Я привезу вам начальника. Остальной штат подберёте с ним сами. Нам дали карт - бланш не хуже, чем Курчатову, когда он бомбу делал. - И, смотрите, чтоб работа кипела, иначе я звёзд недосчитаюсь. В город увезёт служебная машина, а мне некогда с вами цацкаться, рыболовы.
   Напутствовав нас так, адмирал уехал. Мы с Вовкой обошли весь барак, выбрали, что нам показалось лучшим, и отправились по домам.
   На другой день за нами пришёл газик, и в восемь утра мы уже обживали свои кабинеты. Чуть позже приехал дед с капитан-лейтенантом, немного постарше нас. Незнакомец представился. Вышел конфуз, мы штатские хотя и военнообязанные, растерялись. Он сказал:
   - Не переживайте, всех аттестуют, форму закажете сами, адмирал объяснит где. Она вам не понадобится, но мало ли что. Парадка у меня и сейчас висит в шкафу, напоминая о тех днях.
   Капитана звали Юрий Михайлович, он пригласил нас в кабинет и ввёл в курс дела. Когда он рассказал, чем нам предстоит заняться, лица у нас вытянулись. Он заметил:
   - Работ такого плана не проводилось нигде, так что поле непаханое. Не боги горшки обжигают. Я надеюсь на успех, при неудаче, капитаном я останусь пожизненным. Так что не подведите, ребятки.
  
   3.Доктрина
  
   Суть работы сводилась к следующему. Американцы, за год до этого, потеряли свою, самую современную атомную субмарину "Трешер". Лодка затонула в Атлантике, похоронив сто двадцать девять членов экипажа. Амеры, всё связанное с её гибелью засекретили, но наши разведчики ели хлеб не зря и причину узнали. Лодка вышла из ремонта и на балластные цистерны по недосмотру не поставили ограждения. При погружении лодка попала в плотный косяк рыбы которую с водой засосало в цистерны. При попытке продуться и всплыть давления не хватило, чтоб выбросить эту "уху" из них, лодка опустилась на запредельную глубину и разрушилась. Так обычная, с виду, атлантическая селёдка привела к гибели новейшего корабля.
   Наши стратеги решили научиться управлять косяком рыбы. Она создаёт не меньше проблем судам, чем птицы самолётам, а иногда и больше. Во время нереста вдоль побережья Африки мигрируют косяки скумбрии длиной более двухсот миль. Она идёт так плотно, что судно не может: ни развить максимальной скорости, ни отстрелять торпеды. Набиваясь во все технологические отверстия забора воды, существенно затрудняет эксплуатацию судов. Для катеров столкновение с крупной рыбой чревато катастрофой. Эти соображения и легли в основу организации нашей лаборатории. Привести косяк рыбы в район сосредоточения флота противника, чтоб у того не стало спокойной жизни. Задача казалась, в пору эйфории от покорения космоса, не такой уж фантастической. Хрущёв любил экстравагантные решения. Работа закипела. Нам не отказывали ни в чём.
   Мы укомплектовали штат от уборщиц и лаборантов до учёных. Заказали и закупили необходимое оборудование, что вылилось в очень кругленькую сумму и приступили к исследованиям. О такой работе на гражданке мы не могли мечтать.
  
   4.Успехи
  
   Поначалу работа не казалась слишком уж сложной. Мы знали, рыба общается между собой и движется не хаотично, а по каким-то, ей одной ведомым, законам. Их предстояло открыть. Они, к тому же, оказались и не очень сложны. Главное направление движения определяет ничтожный процент косяка. Остальные - статисты. Акустики определили какие "звуки"издаёт рыба в косяках и с помощью генераторов высоких частот смоделировали их чтоб ими управлять. Сложность заключалась в одном: как доставить приводной маяк в нужный район. Как вариант: буй с генератором приводного сигнала можно выпустить с подводной лодки в заданном районе, или сбросить с самолёта, но это чревато конфликтом - акватория где проходят, например, манёвры, тщательно контролируется. Выход мы нашли сравнительно просто. Генератор крепили на морском животном, которого, надрессировав, можно направить куда угодно. Кстати, все думают, что самые умные морские обитатели - дельфины. Это не совсем так. Гораздо лучше выполняют все трюки морские львы, их интеллект не ниже дельфинов.
   Нам ни в чём не отказывали, и у нас появился морской лев Гоша. Вскоре он стал всеобщим любимцем. Ему отгородили сеткой заливчик и он там неплохо себя чувствовал в перерывах между опытами. Все в свободное время норовили его чем - нибудь да угостить. Он прекрасно справлялся с тем, что от него требовалось, и мы за несколько лет довели выполнение задачи до совершенства. Написали отчёты и были обласканы начальством. Нам присваивали звания, награждали; мы могли проводить опыты в любой точке мирового океана, чем иногда злоупотребляли, чтобы побывать в местах экзотических. Если бы наши работы рассекретить, то рыболовный флот можно упразднить вовсе, косяки любой рыбы можно приводить прямо на рыбоперерабатывающие заводы или к плавбазам. Начальство попыталось заикнуться об этом, но в ответ получило суровую отповедь. Чем занять людей, если флот станет не нужен? Мы продолжали работу дальше. Хотелось довести идею до идеала, всё таки Гошка и его собратья являлись посредниками и, таких как он, мы готовили несколько лет. Как управлять косяком просто, без всяких ухищрений - думали мы день и ночь, и как это не фантастически выглядит, решили и эту задачу.
  
   5. Биофизик
  
   К началу семидесятых у нас появился новый сотрудник. Его привезли чины из штаба флота. Их машину сопровождал огромный крытый армейский грузовик из которого матросы выгрузили приличную кучу ящиков, коробок и бидонов. На действо высыпала посмотреть вся лаборатория, новые люди не появлялись у нас несколько лет. Сотрудник представился просто: Вадим Алексеевич. Примерно нашего возраста, он производил впечатление, совершенно штатского человека, что и подтвердилось в дальнейшем. В армию он попал исключительно за свои разработки в области биофизики. Его руководитель понял, что такие исследования могут служить обороне страны и по своим каналам свёл учёного с военными, о чём Вадим пожалел только раз, когда понял, что за разработку одного из приборов, мог вполне получить Нобелевскую премию, но секретные работы никто не собирался афишировать.
   То, что он изобрёл до сих пор не укладывается в голове, но прибор погиб, как и его создатель, и вряд ли его сможет кто-то повторить в ближайшее время. Вадим появился в нашей лаборатории в ту пору, когда мы лихорадочно искали, кем заменить животных? Они были самым уязвимым звеном в опытах. На следующий же день Вадим пришёл к Михалычу, так мы звали руководителя, с чертежом большой ванны и попросил заказать её на одном из Одесских заводов. Это немедленно сделали, и через неделю ванна красовалась в лаборатории. Еще неделю Вадим колдовал вокруг неё. Опутал её проводами, аппаратами, опустил внутрь какие-то электроды и заполнил морской водой, для этого из города вызвали пожарную машину. Все причиндалы он называл - Трансформатором, хотя на наш взгляд это больше походило на склад разнообразного железа, разбросанного, как у плохого хозяина, в гараже.
   Испросив у Михалыча разрешения использовать в эксперименте Гошку, он позвал всех на испытание Трансформатора. Мы обступили ванну. Вадим включил стоящий на столе около ванны телевизор с ящиком под ним и чем-то вроде пишущей машинки перед экраном, высыпал в ванну ведро живой скумбрии и вылил ведро какой-то жидкости, из одного из бидонов, привезённых с ним. Рыбы осваивали новую ёмкость, неспеша плавая в ней. По просьбе Вадима в ванну погрузили Гошку. Физик пощелкал клавишами пишущей машинки и, к нашему ужасу, жидкость в ванне начала густеть, как кисель, скрыв от глаз нашего любимца. Мы впали в ступор. Первыми опомнились женщины и, дико визжа, набросились на физика. Мы еле смогли их успокоить тоже не проявляя восторга, от произошедшего. Пока шла эта кутерьма, вода вновь стала прозрачной и в ней плавало центнера два живой скумбрии. Гошка исчез. Женщины, истово голося, вновь набросились на Вадима и нам пришлось их удалить. Вадим же нимало не переживая, вновь сел за столик и набрал опять серию знаков на машинке. Жидкость в ванне опять, на глазах, превратилась в мутный кисель. Кисель становился всё прозрачнее и в ванне как в кювете с проявителем, в фотолаборатории, сначала прозрачный как силуэт, а затем более и более настоящий проявился Гошка: живой, невредимый и жизнерадостный, как всегда. Крутнувшись, он обдал нас солёной водой. Говорить мы не могли, а если бы кто-то видел нас со стороны, сказал бы, что волосы у нас стоят дыбом.
   Только через несколько минут, начальник сумел спросить у Вадима:
   - Это что же такое ты продемонстрировал?
   - Трансформацию одной белковой формы в другую,- ответил он.
   - Стоп, а как же мозг?
   - А что мозг, тот же набор клеток, они есть и у скумбрии и распределились по особям.
   - Но там же знания, инстинкты, эмоции и вся информация.
   - Трансформатор не меняет отдельные клетки, а только их комбинации. И лев сейчас абсолютная копия его же до эксперимента и каждая клетка хранит то что в ней записано, - пояснил Вадим.
   Когда мы тащили Гошку в его залив, рядом шли с мокрыми глазами женщины, гладили львиные бока, и с ненавистью косились на физика.
  
   6.Работа кипит
  
   Надо ли говорить, что биофизик и его Трансформатор, весьма оживили нашу работу. Животные, и в их числе Гошка, превращённые Трансформатором в рыбу, взятую из косяка, вели его куда угодно по радиолучу на частоте, к которой мы их приучили. Однажды для интереса, что же может рыба, мы в Гибралтаре выловили тунца и "поменяв его на льва", дали ему команду подняться к поверхности. Косяк тунца перегородил пролив и рыбаки, оказавшись в гуще рыбы, с радостью забили ею всё, что можно, даже спасательные шлюпки, имевшиеся на шхунах побогаче, взяв их на буксир. Однако, радость улова тут же сменилась ужасом положения. Лодки не могли сдвинуться с места в плотнейшей массе рыбы и через несколько часов весь улов, а, возможно, и сами рыбаки погибли бы. Тунца не морозили, чтоб не терял вкусовых качеств, а на сорокаградусной жаре он портился в течение часа, запаса пищи рыбаки почти не брали и приготовить её было не на чем. В море они выходили на один день. Конечно в наши планы не входила такая пакость ни в чём не повинным людям. Мы, однако, поняли, что хлеб едим не зря.
   Кончились наши опыты весьма трагически для Гошки. Работая со скумбрией в Чёрном море, мы не учли того факта, что это его основная пища. Всё шло хорошо и лев водил косяк так, как нам нужно, но после обратной трансформации начисто отказался есть и мы ничего не смогли сделать. Он умер на наших глазах от истощения. Видимо побыв рыбой, он не смог потом есть своих "сородичей". Гошку похоронили со всеми армейскими почестями, под рёв женской части персонала лаборатории. Мы оформили результаты опытов в солидный том и отправили наверх. Сверху пришли различные блага. О том, где и как используются наши разработки, мы могли только догадываться, все работы засекретили, неимоверно. Однако, некоторые эпизоды удавалось просчитать. В одном из государств Африки взбунтовавшиеся рыбаки сбросили правительство проамериканского диктатора, только из за того, что в очередной промысел рыба ушла от побережья на расстояние, недосягаемое для лодок. Начался голод, а диктатор, вместо помощи рыбакам, начал закручивать гайки, за что его буквально растерзали голодные и обозлённые аборигены. Союз немедленно оказал помощь и посадил своего марионеточного правителя на престол. Понятно, что рыба изменила тысячелетний путь миграции на нерест не по своей воле.
   Мы выполняли мелкие исследования и с тревогой замечали: что-то назревает в стране.
  
   7.Чтоб ты жил во время перемен
  
   Эту мудрость мы почувствовали на себе в начале восьмидесятых. Умер Вовкин дед - адмирал. В штабе не стало у нас мощнейшей поддержки. В стране начались перебои: то с мылом, то с одеждой, то с другими мелочами. Финансирование работ нам начали потихоньку урезать. Как большинство военных, мы жили одним днём, ни накоплений, ни материальных ценностей мы практически не имели, кроме квартир и машин, и очень скоро почувствовали все прелести небогатой жизни.
   В стране началась гонка на катафалках, Генсеки мёрли один за другим. Мы только успевали менять портреты в кабинетах. Пришёл Горбачёв и сначала мы вздохнули с облегчением. Молодой относительно, говоривший без бумажки, складно и членораздельно, он вселял надежды. Однако, скоро стало понятно, как мы ошибались. Когда на лабораторию дали пару башмаков, утюг и три пары носок, для их распределения в коллективе, а за водкой к двадцать третьему февраля пришлось отстоять в очереди весь день, ореол новой власти изрядно потускнел.
   Мы попытались попробовать заинтересовать своими работами рыболовецкий флот. Но были нещадно избиты рыбаками, которые сидели без работы, зарплаты и перспектив выйти в море. Отлежавшись, мы собрались в лаборатории и порешили хотя бы прибрать оборудование до лучших времён. Оказалось вовремя - буквально через месяц лабораторию закрыли, охрану сняли. Мгновенно, всё что можно растащить, местное население разворовало.
   Снова пришлось держать совет, что делать дальше? Горбачёв разрешил кооперативы и нам пришла в головы идея заняться промыслом рыбы и попутно организацией рыбалки для любителей. Выпив палёной водки и посмеявшись над сменой масштабов с океана на лужу, принялись за дело. Продав всё, что можно, выкупили пятикилометровый участок реки, обустроили несколько вагончиков, взятых за бесценок у знакомых военных. Дали рекламу в Одесских газетах, и дело завертелось. Доход, хоть и небольшой появился, но рыба ловилась не всегда и иногда мы теряли клиентов, просидевших не одни сутки и ничего не изловивших. На этот случай держали в садке живую рыбу, но это кроме убытков ничего не приносило. Вспомнили о приводе косяков и тут встала проблема - кто приведёт косяк? Ни одно из известных животных не годилось.
   Тогда Вадим сказал, что можно трансформировать и человека. Мы уставились на него как на сумасшедшего:
   - Да что вы вытаращились, я дважды уже это на себе пробовал.
   - ???
   - Ничего страшного! Только того, что хотел я не получил.
   - И чего же ты хотел и в кого превращался? - спросил кто-то из нас после того, как мы пришли в себя.
   - У меня врождённый порок сердца и я думал трансформация изменит сердце на здоровое. Я только из - за этого и придумал эту штуку.
   - И что получилось?
   - Нет клетки обновились, но в той же точно комбинации и порок никуда не делся, - сказал Вадим тяжело вздохнув.
   - Я могу умереть в любое мгновение, а пока жив, давайте-ка научу вас, как пользоваться Трансформатором, мало ли что?
  
   8. Я рыба
  
   Сначала решили тянуть жребий, а чего его тянуть: у Вадика сердце, у Вовки молодая жена и маленький, у Михалыча здоровье никудышное, да и постарше он, а я в разводе и дети взрослые, сами по себе. Решение заранее ясно. В следующую субботу, когда понаехало рыболовов, а клевало никудышно, провели эксперимент. Вынули из садка лещей, загрузили в ванну и через полчаса высадили в реку, включив приводной маяк на частоте "домой". рыба буквально лезла из воды и все кто рыбачил, уловились от души. Молва о чудовищном клёве моментально разнеслась по городу и окрестностям. Проделав трюк несколько раз, получили стабильную клиентуру, и подняли цены. Опять зажили на широкую ногу, даже яхту купили и ловили с неё, изредка кефаль, пресноводную рыбу никто из нас не ел. Эйфория быстро закончилась, на дворе наступил девяносто первый и всё начало рушиться. От государства, до таких предприятий, как наше. Союз распался и Украина, объявив себя "нэзалэжной", решила жить по - новому. Все старые договоры отменили, и начался бандитский передел. В разборках участвовать не хотелось и мы, распродав всё за бесценок, опять собрались на совет. Жить на пенсии военных стало невозможно.
   Порешили выкупить пруд недалеко от наших дач. Хоть какой ни на есть доход. В ход снова пошёл Трансформатор, только Вадим предупредил: биогеля, необходимого для превращений, осталось на несколько раз. Секрет формулы геля, главное ноу хау Трансформатора, знал только он и получить его можно лишь в лаборатории, дома - не сваришь. Решили провести пару пиар - акций и Трансформатор совсем уничтожить. Всё прошло нормально, только мне пришлось быть рыбой неделю, чтоб не заниматься трансформацией часто. Тут я на своей шкуре испытал жизнь рыбы в луже. Воздуха постоянно не хватало, "полупьяный" косяк с трудом делал то, что нам нужно. Корма мало, рыбы хватали всё, что шевелится. Вдобавок в водоёме водилось несколько щук, они тоже не способствовали комфортному существованию, да ещё вместе с дождём с дач несло всякие удобрения, и жизнь становилась невыносимой. Однако, дело наладилось, и существование наше опять поправилось, о яхтах мы уже не мечтали. Длилось это всё очень недолго. Местный паханок положил глаз на наш пруд, когда я, как раз, был рыбой. Воевать с ним друзья не стали, чтоб не брать греха на душу, а продали водоём по дико завышенной цене, рассчитывая вызволить меня в ближайшее время. Сразу не получилось.
  
   9.Финал
  
   Паханок в один день обнёс пруд забором и поставил у ворот охрану. Задумав зарыбить водоём дорогой рыбой, спустил воду чуть ли не полностью и бухнул в оставшуюся лужу хлорки. Меня спасло только то, что в луже остался родник, питающий водоём. Остатки рыбы припали к свежей воде и, почти умирая от голода, всё - таки выжили. В одну из ночей Вовка, взяв громадный бидон, проделал дыру в заборе и включив маяк выловил, то, что от меня осталось сачком, сгрузил в бидон, и отправился восвояси. У забора он замешкался с тяжеленной ношей и охрана, не решившись выйти на шум, несколько раз выстрелила прямо из домика. Когда друг высыпал полуживую рыбу из простреленного бидона, стало ясно, что массы её не хватит для трансформации. Дождавшись утра, приятели поехали в магазин и купили недостающей живой рыбы. Когда они провели трансформацию, Вадим схватился за сердце и медленно осел рядом с ванной. Сердце не выдержало зрелища. В ванне плавала дохлая рыба и человек обрубок: без ног и рук. Рыба, привезённая из магазина имела другой генотип, чем та, которой был я. Похоронив Вадима, друзья стали искать выход из ситуации. Я же, пока шли похороны, в полной мере почувствовал на себе все прелести беспомощного существования инвалида под метким народным прозвищем "самовар". Выход приятели нашли, но его реализация потребовала год времени и вложение всех средств. На Вовкиной даче снесли всё, кроме домика. Откупили на день самосвал и экскаватор, и вырыли котлован. Вовка сказал соседям, что решил строить загородный дом. Котлован скоро, к радости соседей, затопило дождевой водой. Превратив меня обратно в рыбу, и выпустив её в эту яму с водой, друг стал её интенсивно кормить.
   Весной я узнал на себе ещё об одном из моментов в жизни рыбы. Природа хотела продолжения жизни. Начался нерест, тут уж я испытал, что это такое. Сначала на стаю напал дикий жор. Вовка скупил в магазинах весь корм, оставив аквариумистов города на голодном пайке. Потом начались муки икромёта. Чудовищно болезненные, после выдавливания из себя икры, полуживая рыба неделю ничего не ела, вяло стоя на одном месте. Набор веса остановился, но вскоре аппетит восстановился. Друг раздобыл где-то компрессор и теперь косяк жил в курортных условиях. К осени, по прикидкам друзей, масса рыбы стала достаточной и они, выловив её, снова включили Трансформатор, к всеобщей радости, я проявился в ванне, как когда - то Гошка: новенький и в полном здравии. Испив на радостях коньяка, купленного на последние гривны, мы разобрали установку и сдали всё, что не представляло ценности, в металлолом. Я уехал из Одессы, вид которой напоминал мне каждый день об очень тяжёлых вещах. У меня нашлись родственники в Ижевске и я, продав квартиру, обосновался здесь.
   - Я вижу, ты хочешь спросить, ем ли я рыбу? - сказал Сергей, закончив рассказ.
   - Да, я бы ещё кое о чём расспросил.
   - Конечно ем, той рыбы, которой я был, здесь появиться не может, слишком далеко.
   Я вынул из машины бутылку водки, мы выпили, закусив вяленым лещом, и я сказал:
   - Сергей, а, можно, я запишу твой рассказ и, может, когда-нибудь опубликую.
   - Валяй! Всё равно тебе никто не поверит! - услышал я в ответ.
   В то время, как мы уже заканчивали с Сергеем бутылку, появился один из наших рыболовов, таща с десяток, крупных лещей. Налив ему за работу, оставшееся в бутылке, я поинтересовался клёвом.
   - Мужики первый раз, наверно, так хорошо клюёт в первый день, обычно хуже!
   Сергей, взглянув на меня, заговорщицки улыбнулся.
  
   Машина Зла
  
  Оглавление6
  
   Глава 1. Я боевая машина
   Машина
   Экипаж
   Знакомство
   Глава 2. Полигон
   Командир
   Автобус
   Бортинженер
   Навигатор
   Оператор вооружения
   Генерал
   Машина
   Глава 3. Первая кровь
   Ситуация
   Бой
   Машина
   Президент
   Глава 4. Горячая точка
   Задача
   В горах
   Ключ
   Машина
   Глава 5 Гибель монстра
   Конструктор
   Машина в раздумьях
   Командир
   Взбесившийся танк
   Последний бой
  
   Глава 1
  
   Машина
  
   Как я ждала этого часа, коротая бессонные ночи одиночества в лаборатории. Давно я выросла из забот персонала, и мне не терпится показать, на что способна. Зачем меня везут в поезде да ещё в каком-то странном вагоне? Меня не в состоянии обнаружить ни одна система наблюдения, ни один живой организм, а я должна трястись в каком-то зачуханном товарняке? Супердорогое, бессмертное, и неуничтожимое оружие? Странно. Нет, логику людей, даже моего создателя, невозможно понять. К чему эти предосторожности? По сути меня ни для кого нет: ни в этом вагоне, ни вообще на планете. Натолкнувшись на меня нечаянно, никто не скажет, что он видит, и обо что такое споткнулся.
   Смешные людишки, от кого нужно прятать меня? Наоборот, обо мне должны знать. Знать и бояться. Для того я и создана, чтоб склонить чашу весов и поставить, наконец, точку в борьбе добра со злом. Только мой создатель достоин уважения, все остальные - расходный материал в играх со мной. Почему же он отдаёт меня во власть каких-то других людей? Трудно это постичь Мы с ним перевернули бы мир вверх дном. Человек создал то, о чём мечтал всю жизнь, что сделало бы его властелином планеты! И сознательно отказался от этого. Тогда зачем он не спал ночей, сидел за компьютером несколько лет, вынашивая замысел и воплощая его в чертежи? Потратил огромную энергию на организацию лаборатории и заказы всего необходимого, чтоб создать задуманное. Нянчился со мной, как с младенцем, пока я не осознала свои возможности и не "повзрослела". Довёл мои функции до совершенства. И на тебе! Отказаться от меня, своего детища. Нет, мне не постигнуть этого. Человек слишком простое существо, чтоб его понять. Наверное, так же люди не могут понять жизнь других существ, хватаясь за оружие в любой непонятной ситуации и бездумно истребляя их. А они такие же творения природы, раз созданы кем-то, в этом есть целесообразность.
   Даже тот человек, что создал меня, Он ничем не примечателен. Его не выделишь в толпе. Хорошо одет, чисто выбрит, воспитан, умён и чудовищно эрудирован. За его плечами один из выдающихся в мире вузов, никакие Гарварды с Йелями и Сорбоннами и близко к нему не приблизились по уровню подготовки специалистов. Люди, что учились в этом обычном техническом училище, прославили свою страну: первыми покорив космос и термоядерную энергию, лазеры и компьютеры, создали шедевры техники.
   Мой создатель прекрасный семьянин. Любит жену, а в двух сыновьях не чает души. На работе... Стоп, о работе я зря, о том, где он работает, не знает даже его жена. Думает, что он менеджер в какой-то компании, но это не так. Он творец! Он сотворил меня. Я - его подобие. Но, но я - подобие его другой сущности.
   Я - монстр, чудовище! На меня не в силах смотреть без содрогания ни один нормальный человек, я навожу ужас одним видом, даже если неактивна. Сотворивший меня с детства не выносит вида крови и, порезав палец, падает в обморок. Мне безразлична кровь: протоплазма и, протоплазма не лучше и не хуже всего остального, из чего слеплены эти организмы, я отношусь к ней с брезгливостью, от неё надо отмываться, а ещё хуже, когда в "когтях" вязнут остатки того, что раньше называлось людьми.
   Я - совершенное средство уничтожения их, так называемых, жизней. Мой создатель постарался для этого вволю. Он сделал всё, чтобы я был неуничтожима. Моя "шкура" не поддаётся никаким пушкам или ракетам. Хилый, от природы, человек дал мне то, о чём не может и мечтать, разве что увидеть себя таким в страшном сне. Я двигаюсь быстрее самого шустрого спринтера на планете. Мои "слух, обоняние и осязание" позволяют определить за многие километры: любое живое существо, звук движение, свет, тепло, металл, радиацию, радиоволны. Слепой ночью человек дал мне глаза, с которыми не сравнятся глаза кошки, я вижу и то, что недоступно зрению кошки. Мои "когти и клыки" смертельны для всего живого, а "плевок" испепеляющий и прожигает многометровый бетон.
   Самое главное, создатель вложил в меня совершеннейший мозг. С ним не сравнится мозг ни одного живого существа. Их мозги примитивны и вязнут в раздумьях по любому пустяку. Думая, они используют десять цифр и никогда не успеют за мной. Мне хватает всего двух, я в пять раз сообразительнее. Тело моё совершенно, а механические мускулы неутомимы и имеют громадную силу. Пища мне не нужна. Любая энергия питает меня, а моё сердце - реактор, рассчитан на тысячи лет и, я буду сильна и вынослива, по меркам людей, вечно.
   Все это, а я привела лишь малую толику, направлено только на одно - убивать! Я боевая машина. Самое странное, в моём мозгу не заложена эта цель. Я совершенно не опасна, если... Это если угнетает меня. Мне никак не удаётся понять своим изощрённым мозгом, зачем человек, создавший меня, вложил в меня столько качеств нужных для убийства? Человеческая жизнь так хрупка и эфемерна, почему нужно создавать столь совершенное орудие убийства? Во имя чего? Эти мысли, буквально, раздирают меня и я не нахожу им ответа до тех пор, пока...
   Пока не поставлена боевая задача. Завтра её поставят, нет, не передо мной, я лишь орудие убийства. Мне плевать на задачу. Её поставят перед теми, с кем мне предстоит познакомиться... завтра. Пока они мирно дрыхнут в своей общаге, в расположении полка элитного спецназа, а мой создатель не предусмотрел, чтобы я могла спать, и мне предстоит ещё одна из сотен бессонных ночей, в раздумьях о добре и зле. Моя задача всегда одна и та же - убивать, убивать, убивать. И завтра я наконец-то начну выполнять то, для чего предназначена. Иначе, я создана зря, иначе невозможно.
  
   Экипаж
  
   - Вставайте, засони, великие дела ждут вас!
   - Командир, принесла тебя нелёгкая.
   - И чего бы не поспать - законный выходной.
   - Доброе утро, Командир!
   - Смотри-ка, чуть не хором получилось, значит, вы только вид делали, что дрыхните. Ну, всё: мыться, бриться, одеваться, завтракать и... что день грядущий нам готовит?
   - Командир, что за спешка, в выходной?
   - Наша подопечная прибыла ночью, и нам предстоит разгрузка и знакомство, так что пошевеливайтесь, работнички! И начальство пожаловало, не терпится ему.
   "Свершилось, нам доставили новую машину, к чёрту сон. Говорят, что её, свои боятся. Чего её бояться, без нас это всё равно железяка, пусть с мозгами, но в армии лишние мозги ни к чему, особенно машинные, своих хватит. Тем более что я - оператор вооружения; она что, за меня решать будет, куда и как стрелять?" - так думал один из молодых людей, автоматически выполняя всё, что должен делать контрактник поутру, весело на ходу переговариваясь с остальными.
   Через несколько минут трое стояли перед Командиром навытяжку в полной полевой форме. Если бы кто-то знакомый с армейскими порядками видел картину со стороны, его наверняка поразило одно обстоятельство. За время подъёма в скупых репликах шутках и подначках не прозвучало ни одного мата, что для отборных головорезов элитного спецназа немыслимо. Но тем и отличался самый успешный в части экипаж, что выполнял любой приказ беспрекословно и точно. За месяц до получения новой машины командир части приказал, отвыкнуть от слов-паразитов и мата. В бою неправильно распознанное мозгом машины слово могло стать последним. Сначала даже видавшие виды сослуживцы смотрели на экипаж, чуть ли не открыв рты. В российской армии нормальные слова служат только для связи между остальными словами, а тут ребята только что не шаркали ножкой друг перед другом.
  
   Знакомство
  
   Усевшись в джип, все четверо направились в дальний конец городка, куда вела железнодорожная ветка. В тупике стоял сиротливо вагон-рефрижератор, ничем не отличающийся от тысяч таких же, колесящих по стране в вереницах товарных поездов. Лишь одно бросалось в глаза: часовой рядом с опечатанными дверьми. Да у лимузина поодаль стоял мужчина в штатском. Пока четверо выбирались из своей машины, к вагону подкатил наглухо тонированный автобус, и из него неспешно вышли генерал и несколько военных чином помельче, в сопровождении охраны. Генерал жестом подозвал к себе штатского и поздоровался с ним за руку. Экипаж и все военные вытянулись - смирно.
   - Начинайте, Конструктор! - скомандовал генерал. На что штатский извлёк из кармана пальто обычный мобильник и коснулся пальцем его экрана. Стена вагона распалась на две половины, нижняя мощными гидроцилиндрами опустилась вниз и превратилась в аппарель, верхняя поднялась и легла на крышу вагона. Лица всех присутствующих вытянулись - вагон был пуст. Генерал с удивлением повернулся к штатскому:
   - Что сие означает?
   - Ничего, кроме демонстрации свойств объекта. Камера засняла окружающую обстановку, а на броне её проекция. Машина не видна, сливается с окружающим фоном. Сейчас! - и штатский снова коснулся экрана. В пространстве вагона, как на фотографии, стал проявляться контур чего-то бесформенного, всё больше и больше наливаясь антрацитовым чёрным цветом. Тело напоминало гигантского чёрного слизня, шкура которого зловеще пульсировала и переливалась. Все, кроме штатского, непроизвольно отшатнулись. Слизень вызывал непроизвольный страх и омерзение, напоминая не машину, а, скорее, живой организм. Страшило людей то, что аппарат не имел глаз, а создавалось впечатление, что он всё слышит и видит вокруг. Гладкая матовая поверхность шкуры переливалась как шёлк, что вызывало впечатление будто т сейчас откроется зубастая пасть и проглотит горстку людей у вагона. Усиливало эффект постоянное движение слизня и затаённая мощь, как у сжатой пружины или хищника, готового к броску.
   - Однако, - заметил Генерал, оправившись от шока. - И вправду выглядит устрашающе. Что дальше?
   - Сейчас он выгрузится и произведёт активацию, - ответил штатский, вновь набирая команду.
   Слизень зашевелился и студнем перетёк по аппарели на бетонные плиты рядом с вагоном. Стенки вагона сошлись обратно, превратив его опять в рефрижератор. Штатский повернулся к застывшему в изумлении экипажу и сказал обыденным тоном:
   - Не ожидали такой формы? Подходите знакомиться, для вас она неопасна, только нужно взять кровь у каждого. По ней она идентифицирует вас в случае, если от вас останутся только... ну, в общем, хоть что-то останется. Управлять машиной сможете только вы. Дезактивировать же могу я, её Конструктор, и высшее командование. Она будет активна, пока хоть один из вас внутри неё жив и в сознании. При невозможности дезактивировать машину извне, она самоуничтожится, в случае гибели всех вас. Подходите!
   Командир первым шагнул к слизню и прикоснулся к его переливающейся муаром шкуре. В месте касания возник шип, и Командир отдёрнул руку со свежей царапиной на ладони. То же проделали и остальные трое. Через несколько секунд раздался похожий на всхлип звук, и на шкуре слизня образовался овальный проём без люка. В проём просматривались два яруса сидений: передние ниже два позади приподняты, интерьер напоминал кабину самолёта, но никаких приборов или кнопок на панелях перед сидениями, а лишь одинаковые экраны. Прозвучал мелодичный женский голос:
   - Экипаж идентифицирован. Займите места согласно боевого расписания.
   Командир шагнул в проём, за ним исчезли и все остальные. Проём на глазах оставшихся снаружи затянулся без следа.
  
  Глава 2. Полигон
  
   Командир
  
   Да, ничего подобного я ещё не видел. Даже кресло сделано будто по мне. А оно и сделано под каждого из нас, раз управлять машиной можем только мы. В общем, всё как на тренажёре, но и лучший тренажёр, это всего лишь симулятор, Интересно, что она может по-настоящему? Попробуем!
   Я коснулся пальцем экрана, тот мгновенно загорелся голубоватым светом, появились изображения нескольких кнопок с надписями. "Нажав" сначала кнопку "Активация", как на тренажёре, прошёлся и по другим. Набрал стандартную комбинацию команд запуска машины: диагностика, двигатель, движитель, навигация, вооружение, защита. Оранжевый цвет надписей через секунды стал зелёным. Замерцали и остальные экраны.
   - Доложить готовность экипажа!
   Проделав манипуляции со своими пультами, трое по очереди мне ответили:
   - Энергия в норме!
   - Оружие готово к применению!
   - Навигация включена, к управлению готов!
   - Трогаемся! - сказал я по привычке, но навигатор поправил:
   - Начать движение!
   Да, с этой штукой нужна предельная точность - учту на будущее, надо же, пульс у меня выше обычного. Волнуюсь. Наш "слизень" зашевелился и перетёк на дорогу, ведущую от вагона.
   - Начать движение! - отдал команду я, и на экране рефрижератор с часовым и нашим джипом медленно стали удаляться. Процессия тронулась.
  
   Автобус
  
   Генерал, штатский и свита вошли в автобус, часовой, джип и лимузин остались на площадке у пустого вагона.
   - Конструктор, можно придать ему вид, не пугающий людей? - поинтересовался Генерал.
   - Без проблем! Что хотите: подводную лодку, истребитель, танк?
   - Я же сказал - не пугать! У тебя есть что-нибудь попроще?
   - А как же! Междугородний автобус устроит?
   - Прекрасно! Мирная процессия направляется копать на полигоне траншеи. Экипаж будет видеть, на чём едет?
   - Разумеется.
   Конструктор опять набрал что-то на экране мобильника и отдал распоряжение командиру.
   На всех экранах экипажа возникло синхронное изображение автобуса, сверкающего свеженькой краской и тонированными стёклами. Слизень на глазах генерала и свиты исчез, а на дороге прямо из воздуха появился междугородний автобус, совершенно неотличимый от своего фирменного собрата, если бы тот стоял рядом. Автобус с генералом занял место позади междугородки.
   - Они реально на колёсах передвигаются? - задал вопрос Генерал, слегка ошарашенный такой быстрой трансформацией.
   - Как видите, на колёсах.
   - А чем управляет навигатор?
   - Не повезло ему - джойстиком. Это автобус только снаружи, - ответил Конструктор, не скрывая улыбки.
  
   Бортинженер
  
   "Славная машина! Всё, с чем я знаком до неё, в подмётки не годится. Правду сказал, у неё и подмётки есть. Шучу, но есть и шагающий движитель. Да, главный конструктор постарался! Эта штука может двигаться в любых условиях по любой местности, летать и плавать. Для неё не существует непреодолимых препятствий. Бетонную стену можно, просто, прожечь плазмой или небольшой тоннель проложить в горе. Действительно - чудовище! Самая изощрённая фантазия блекнет перед ней. Интересно, можно ли её уничтожить?" - так рассуждал бортинженер, в который уже раз, листая страницы описания возможностей машины на экране. Он и по памяти знал, на что способна машина, но одно дело, когда ты читаешь это, сидя за компьютером и другое, когда возможности, вот они - под руками. Машина впечатляла! Она не имела обычного двигателя. Ядерный реактор давал энергию, которая трансформировалась в любой другой вид в специальном устройстве. Это устройство - трансформер - позволяло использовать для движения любой известный способ от колёс или гусениц на суше до хвоста, подобного китовому в воде.
   Оружия как такового не существовало. Трансформер превращал энергию в луч или синтезировал вещество. Можно: выбросить сгусток плазмы с температурой ядерного взрыва или лазерный луч, синтезировать газ или взрывчатку. Против живой силы трансформер мог выдать отравляющее вещество, клейкую быстротвердеющую пену или инфразвук. Металлические цели поражались индукционным излучением, разогревающим любой металл до температуры испарения. Ни одна боевая машина, известная инженеру, не обладала таким комплексом средств поражения. По спине инженера пробежал непроизвольный холодок.
   Двигался монстр фантастически. Мозг задавал внешнему полю любую конфигурацию и любые движения, поэтому машина и производила впечатление живого организма огромных размеров. Она могла имитировать такой организм как, например, пантеру в броске. Кинг Конг меркнул перед такими возможностями. Вряд ли психика солдат выдержала бы, если к линии окопов прискакало подобное чудовище. На этом фоне реактивный двигатель или гусеницы выглядели верхом архаизма, но машина могла использовать и их.
   Больше всего поражала защита. Брони, в понимании обычного инженера, танк не имел. Небольшую внутреннюю капсулу с кабиной экипажа, трансформером энергии и реактором окружала другая капсула из псевдоматериального поля. То есть, это поле производило впечатление твёрдой материи и становилось таковым, при угрозе внутренней капсуле. Псевдоброня мгновенно концентрировалась в зоне контакта с посторонним предметом, причём прочность её возрастала с энергией удара. Поле поглощало, например, энергию снаряда и плюс к этому переводило её в накопитель трансформера. Чем более жесткому огню подвергалась машина, тем прочнее становилась броня и большая энергия выбрасывалась на защиту. От кумулятивных снарядов броня превращалась в месте удара в соты, и пока энергия кумулятивной струи не гасла, на её пути вставали всё новые и новые стенки. Инженер глубоко задумался, можно ли уничтожить машину в принципе?
   Голос командира вывел из задумчивости:
   - Мы на стартовой позиции. Экипажу надеть устройства контакта с мозгом машины!
   - Ну, вот сейчас и посмотрим, на что ты способна! - пробормотал Инженер, как и все остальные надел на голову сенсорный обруч и закрепил его.
   - Контакт установлен! - прозвучал уже знакомый голос. Слова просто звучали в голове, минуя уши. Мозг контактировал с человеком, считывая его биополе и подавая сигналы через него. Машина чувствовала всё, что и человек, а человек видел и слышал всё, что регистрировали сенсоры, датчики и анализаторы машины. Так же осуществлялась и связь с командованием.
   Тем временем Генерал и Конструктор поднялись на наблюдательную вышку полигона, где тоже надели обручи. В сенсоре инженера прозвучала команда:
   - Доложите готовность к выполнению боевой задачи!
   Все отрапортовали, и Генерал приказал:
   - Приступить к исполнению!
  
   Навигатор
  
   Похоже, я первый, кто познакомился с тем, что машина может. Хорошо рулится, как в компьютерной игре. Интересно, что ещё есть в арсенале, и что выберет командир? Мне без разницы, чем управлять, лишь бы двигалось.
   - Рекомендую для данного ландшафта пока оставить колёсный движитель, как наиболее эффективный.
   А вот и мозг машинный себя проявил, посмотрим, посмотрим. А впрочем, она права, полигон накатан, местность относительно ровная, чего мудрить? Умно.
   Ну, вот и команда: вперёд! Поехали. Так, что там, на экране, показывающем машину со стороны? Автобус исчез, вместо него с площадки, набирая скорость, тронулся обычный колёсный БТР. Мне потребовалась пара секунд, осознать, что это и есть теперь наша машина. Да, сразу к такому не привыкнешь.
  
   Оператор вооружения
  
   Чёрт, чуть не заснул. Моя работа впереди. Скучная работа. Сколько раз я разносил в клочья мишени на полигоне, ничего нового, всё одно и то же. Вооружение уж больно простоватое, ни ракет, ни пулемётов, ни огнемёта. Скукотища!
   Из раздумий меня вывел голос сенсора:
   - Внимание! Впереди участок сплошного минирования, советую использовать ковровый боеприпас объемного взрыва для детонации мин.
   А вот и подсказчик проснулся, какие мины, тут всё муляж, проскочим. Машину подбросило несильно, но ощутимо, она на долю секунду приостановилась.
   - Оператор! - Мои уши резанул резкий окрик Командира. - Почему игнорировал информацию мозга машины?
   - Да, я...
   - Исполнять немедленно, ты что хочешь, чтоб мы завалили испытания на старте?
   - Есть!
   Влип, они что, по-настоящему решили нас испытать? Твою ж дивизию, а я на мины, без защиты... Ну будет мне теперь. Рука автоматически нажала кнопку на экране.
   Перед нами на несколько сот метров возникло облако газа из нескольких разорвавшихся капсул, и машину сотряс взрыв. На экранах возник лунный ландшафт, и мы двинулись дальше. Навигатор сменил колёса на гусеницы. Наш монстр продолжил движение, раскачиваясь на дымящихся воронках от мин. Не хочется и думать, что бы стало с простым БТРом.
   В течение двух часов наша машина мишенью колесила по полигону, подвергаясь обстрелу всё более мощных систем огня. Ни снаряды, ни ракеты не причинили ей вреда. Она словно проглатывала их или они рвались, не долетая до брони, - моя работа! - уничтоженные лазерными или индукционными пушками. А потом поступил приказ подавить огневую мощь противника. И началось веселье! Несколько автоматических систем я превратил в лужи расплавленного металла. Представляю, какой над полигоном стоял чудовищный грохот. Гарь и пыль заволокли небо. Так продолжалось до тех пор, пока активных огневыех точек не осталось. Последней целью стал взвод гранатомётчиков, рассредоточившийся в складках местности. Монстр тепловизором засёк людей.
   - Для сохранения жизней рекомендую применить инфразвук, - подсказал голос в сенсоре.
   - Хорошо!
   Теперь я уже не думал спорить с мозгом или игнорировать его советы - урок с минами пошёл впрок. Я коснулся кнопки генератора инфразвука на экране. Обстановка вокруг не изменилась, но вдруг из укрытий повыскакивали люди и побежали прочь от машины во все стороны, бросая оружие и вопя от боли и ужаса. В сенсоре раздалась команда Генерала
   - Отбой! На исходную.
  
   Генерал
  
   Я откинулся на спинку кресла и только сейчас заметил, с каким напряжением смотрят на меня свита и Конструктор. Монстр разнёс все виды вооружений, какие можно применить на полигоне. Оставалась ядерное оружие. Над полигоном висело чудовищное по размерам облако пыли. Где-то внутри него двигалось созданное человеком оружие, которое не удалось уничтожить. Только сейчас до меня дошёл смысл этой фразы. Сколько раз уже миру предрекали, что с созданием нового оружия прекратятся войны: и Нобель, когда изобрёл динамит, и Максим со своим пулемётом, и Оппенгеймер с ядерной, а Сахаров с термоядерной бомбой... Но никогда ещё прогнозы не оправдывались.
   - Неужели эта машина может положить конец войнам, чего не сделали даже ядерные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки? - я повернулся к Конструктору. Удовлетворение сквозило в его взгляде. - Мы испытали все средства уничтожения и не учебные, а в полную боевую мощь, вы представляете, что создали?
   - Да это плод работы всей моей жизни.
   - Его можно уничтожить?
   - Вы же пытались и применили для этого новейшие средства, которых в большинстве армий просто нет и что, получилось?
   - Нет! Но этого не может быть!
   - Может, вы же не смогли ничего сделать! Заметьте, он выполнял вводные: не убивал людей и демаскировал себя. На самом деле он разгромил бы всё, оставаясь необнаруженным.
   - Да, но это невероятно! То что сделал человек он же может и разрушить.
   - Видимо, у этого правила появилось исключение. Теоретически машину может убить только прямое попадание ядерного снаряда, но она засечёт его раньше, а в километре от эпицентра ей не страшен и взрыв.
   - А если столкнуть двух монстров?
   - Ну, это самый простой ход, но они не смогут воевать друг с другом - это невозможно, такова их программа, и изменить её не в силах даже я. И...пока этот экземпляр единственный. Он чудовищно дорог для серии. Создать его оказалось далеко не просто. Этот плод моего воображения сделан, буквально, всем миром. По принципу Наутилуса, придуманному Жюлем Верном. Наши враги даже не догадываются, что изготавливали для него некоторые высокотехнологичные комплектующие.
   - Выходит, это абсолютное оружие?
   - Выходит, да!
   Я вытер выступивший пот ладонью, потом только вспомнив о платке, лежавшем на пульте.
   Конструктор добавил:
   - Я покривил душой. После сегодняшнего боя и активации я тоже не могу его дезактивировать. Только он сам - в случае гибели экипажа. Вы же можете обезопасить его изолировав экипаж. Заменить экипаж полностью нельзя.
   Монстр вернулся на исходную и принял первоначальный вид. Опять со всхлипом открылся проём, и экипаж построился около слизня. Командир отрапортовал.
   Мне ничего не оставалось, как поблагодарить за работу и отдать команду на завершение испытаний. В том же составе колонна покатила обратно к тупику с рефрижератором.
  
   Машина
  
   Да, славно мы поработали. Говорю мы, потому что экипаж профессионален. Оператор немного самонадеян, но, как и остальные, мыслит хорошо и гибко, не стал упираться и навязывать мне свою волю. Да я машина, но машина нового поколения, не сравнимая ни с одним механизмом до меня. Любой: танк, самолёт, корабль, пусть и напичканный электроникой и совершеннейшими системами и механизмами в конечном итоге просто кусок железа и без людей не представляет ничего. Он мёртв. Да, я тоже не могу самостоятельно принять решение в боевой обстановке, но все системы контролирую и восстанавливаю сама. Благодаря моим датчикам, сенсорам и мозгу я просчитываю миллиарды вариантов и выбираю для совета лучший в конкретную секунду боя. Да, любой из четверых вправе игнорировать мой вариант и навязать свой, но им никогда не просчитать их все, и они не успеют за мной.
   Я удовлетворена испытаниями. Сколько раз я уже "воевала", получая вводные от конструктора, но они не могли сравниться с настоящими снарядами и ракетами, направленными в меня. Все системы в норме. Расход энергии великоват, но в реальном бою едва ли придётся поражать столько целей, и я выполняла три условия, не удовлетворившие меня, но одобренные конструктором. Я не могла убивать. Использовать все виды своего оружия. И оставалась видимой. На самом деле я прошла бы все рубежи полигона незамеченной, а при команде уничтожить объекты, сделала это, потеряв гораздо меньше энергии. Думаю, настоящий бой скоро случится.
  
   Глава 3. Первая кровь.
  
   Ситуация
  
   Экипаж несколько недель осваивал новую машину, привыкая к её возможностям и всё больше срастаясь с ней. Так люди военные становятся продолжением своего оружия, или оно продолжением их рук и умов, и если их лишить этого, они чувствуют себя раздетыми на площади.
   Монстр обладал поистине страшными возможностями и, проникая в его сущность, экипаж менялся на глазах. Парням не терпелось попробовать машину в реальном бою. Все четверо понимали, что такое оружие никто не будет пускать в ход по пустякам. Даже внешний вид ребят изменился. Каждый неотвязно думал о предстоящей задаче и буквально грезил о том, чтоб это скорее произошло. Особенно переживал оператор оружия, разносить мишени на полигоне наскучило. А некоторые виды вооружений полигон не давал использовать вовсе. Все понимали, что готовятся не зря, но это утешало мало. Тлеющими точками кишела карта, и головорезы, прошедшие не одну из них, мечтали поквитаться за убитых друзей и восстановить справедливость. Только командир всё чаще становился мрачным и в свободные часы впадал в задумчивость. Машина подспудно меняла представление людей о добре и зле. Каждый понимал, что она может существенно склонить чашу весов в противостоянии силам зла, но, что будет это делать, сея то же зло. А это тупик. Мир не может держаться на силе оружия.
   "Да когда же, чёрт возьми, они бросят нас в настоящий бой!? Мы бы уже давно уничтожили несколько гнёзд, из которых ползёт зараза по всему миру. Сколько можно ждать, люди гибнут каждый день, и не видно конца этому. Узнай враги о нас, возможно в другой раз они задумаются, стоит ли начинать очередную операцию?" - так думал командир, сидя в кресле перед экраном в ожидании очередной вводной и перелистывая инструкции монстра.
   Начальство, однако, не спешило. Сидя в бункерах и при постоянной охране, оно не сильно пеклось о том, чтоб что-то менять в мире. Владея информацией гораздо более высокого уровня, чем экипаж, высшие чины не совались в те места, где теракты и локальные войны организовали свои же правительства. В политике постоянно идёт игра на грани фола, а часто и за ней, и конъюнктурные, и шкурные интересы часто перевешивают здравый смысл. Да и смысл этот видится здравым каждому со своей колокольни.
   Хорошо навести порядок перед выборами или поправить покачнувшийся рейтинг, прихлопнув распоясавшегося донельзя полевого командира или наёмника, известного на весь мир. Главное выждать и сделать контрход вовремя. Иногда возникают случаи экстраординарные, когда медлить нельзя, опять же, чтоб не упасть в глазах сограждан, но это редко. Поэтому генералитет никогда не рвёт задницу, чтоб не подставляться и выжидает. Иногда это выходит ему же боком, но, что всегда при этом гибнут невинные люди, никто не думает - это расходный материал в играх. Секретность оружия тоже играет с ним злую шутку. Сколько этого оружия порезано в металлолом, даже нерасконсервированным, просто устарело, и на смену идёт более изощрённое. Молох хочет новых жертв. Молох жуёт!
   - Да, ждёшь, ждёшь пакости, и она обязательно случится. Ну, зачем этим придуркам завод и тысячи заложников? - кипел Генерал, сидя перед телевизором с новостями. Ведущий вещал о том, как сотня боевиков захватила химический завод, среди бела дня, постреляв нескольких охранников, взяв смену рабочих в заложники и забаррикадировавшись с ними в огромном производственном цеху.
   Производство было опасным, и любой взрыв на предприятии мог привести к катастрофе. Но не это напрягало генерала. Семье президента принадлежал контрольный пакет акций этой нефтеперегонки, а такое не прощают. Генерал тихо матерился, ожидая худшего. Террористы выдвинули требования, освободить подельников и расстреливали перед камерой одного заложника в час. Позвонил президент и, не называя срока, попросил спокойным голосом прекратить разгул. В новостях же на камеру он объявил, что спецназ разрешит проблему в течение суток. Генерал выругался от души уже не про себя, добавив:
   - Попробуем новую машину! Жертвы неизбежны, но может хоть звёзды на погонах удастся сохранить
   Вызвав адъютанта, Генерал велел позвонить командиру полка спецназа. Никаких бумаг и официальных приказов. В случае провала это давало, пусть иллюзорную, но возможность избежать вины, свалив её на местных МВДэшников, которые не спешили подставляться под пули снайперов.
   "Ну, похоже, дождались! - подумал командир, тоже смотревший новости, когда джип комполка появился на полигоне. Комполка поспешно вышел из машины и без всякой субординации сказал:
   - Ребятки, надежда на вас, остальное вы видели сами. О доставке в город я уже распорядился. Транспортник греет моторы. С богом!
   Экипаж занял места, и с полигона на военный аэродром попылил обычный автобус.
  
   Бой.
  
   Транспортник сел на гражданский аэродром, наиболее близкий к городу, по пандусу открытого люка из него выкатился автобус и направился в город. Завод нефтеоргсинтеза был едва ли не в центре. Все просьбы жителей перенести шумное и воняющее производство за городскую черту, никто не думал и слушать, не то что бы выполнять. Президент много раз пожалел об этом, но на перенос требовались триллионы, а это прямые убытки семьи. Максимум, что он мог сделать, это эвакуировать население. В случае взрыва от города ничего бы не осталось. Но он не сделал и этого. Эвакуация возникла стихийно после новостей. Люди прекрасно понимали, рядом с чем живут.
   Автобус одиноко катил от аэропорта. По встречке все кто мог передвигаться, спешили из черты города.
   "Да, вляпалось правительство из-за своей жадности и корысти", - подумал командир, а вслух сказал:
   - Я жил здесь в детстве и сам подъеду, куда нужно. Навигатору отдохнуть, работа впереди не из простых, завод - это город в городе, и выкурить паршивцев будет нелегко, и ... это мой город я не прощу себе, если его не станет.
   Автобус тащился по разбитым улицам пригорода, пока не упёрся в многокилометровый бетонный забор с колючей проволокой поверху. Кругом простирались пятиэтажные хрущобы. Прижав машину к забору вплотную, командир вернул ей исходный вид. Сторонний наблюдатель поразился бы увиденному. Новенький автобус превратился в чёрную бесформенную кляксу, которая мгновенно исчезла. С её места взлетел беспилотник, набрал высоту и направился на территорию завода.
   - Навигатор, начать движение! С этой стороны чисто, беспилотник засёк цели в одном месте. Правильная тактика - им не проконтролировать такую территорию, а к цеху невозможно подобраться незамеченным, в силу опасности производства он на чистом месте, на отшибе. Максимальные сложности для открытого штурма. Соображают гниды.
   Плиты забора, словно сами собой, упали, и невидимая машина въехала на территорию. Пробираясь по лабиринтам между корпусами, она вскоре стояла на площадке под окнами захваченного цеха.
   - Оператор, есть цели снаружи?
   - Да, четверо по углам крыши. Беспилотник засёк!
   - Можешь их убрать без шума, чтоб не насторожить внутренних?
   - Обижаешь, Командир, легко.
   Но в это время из окна второго этажа на площадку выбросили очередного расстрелянного заложника, для острастки у него отрезали голову и выставили в окно. Командир посмотрел, куда он упал. В лужах крови под окном валялись уже семь тел.
   - Оператор, ничего нельзя сделать внутри здания?
   - Нет! Зацепим заложников, я ведь не знаю, кто террорист, кто нет и, возможно, они подорвут завод, если мы предпримем штурм.
   - Ладно, пакость надо разгребать по мере поступления. Убирай кровельщиков!
   - Есть!
   На крыше как будто ничего не изменилось, на несколько секунд вспыхнули четыре факела, и под ними задымился рубероид, люди исчезли без следа.
   - Чем это ты их так?
   - Высокотемпературной плазмой. Беспилотник показал цели, а я выплюнул по ним четыре энергосгустка - плазмоида, и они просто испарились. Повезло сволочам, даже понять ничего не успели. Так люди испарялись только в эпицентре Хиросимы.
   - Что делать с внутренними?
   - Мы тут посоветовались, и машина сказала, что лучше всего применить криогенные гранаты. Самый безопасный вариант для оборудования, оно не взорвётся
   - А для людей?
   - Вот тут гвоздь! Нужно оборудование для разморозки, а его в городе нет или мизер. Что делать?
   - Закажем, чтоб тащили с окрестных регионов и из столицы. Мы сможем удерживать температуру?
   - Да хоть месяц! Успеют с другого конца земли привезти.
   - Штурм!
   - Есть!
   Монстр переполз к дальней стене, где целей не было, и в ней бесшумно возник овальный проём, вырезанный плазмой. Слизень перетёк внутрь здания, попутно забирая энергию раскалённого проёма так, что на нём выступил иней. На броне вырос гриб с раструбами и из него во все стороны ударили струи жидкого гелия. Мгновенно всё вокруг остыло до минус ста восьмидесяти градусов. Люди превратились в статуи. Один головорез так и остался с занесённым над заложником ножом, доля секунды и ...
   - Всё, Командир! Вызывай эвакуаторов и врачей. Только пусть наденут скафандры. Тут космический холод. И предупреди, чтоб осторожнее с телами - они хрупкие, как стекло и оборудование с оружием тоже. Нам придётся ждать эвакуации. И нас стало видно. Но я придал машине вид кучи тюков с битумом. Никто не поймёт, что это машина. Придётся подождать.
   - А что с людьми?
   - Ничего, криотехники их разморозят и отделят вооружённых от заложников.
   - Хлопотно это.
   - Другой возможности избежать жертв и взрыва не было. Примени я снотворный газ, за несколько секунд, что он распыляется и начинает действовать, уроды могли натворить, что угодно.
   - Ты сам это придумал?
   - Командир, можешь смеяться - нет. Мозг подсказал, я хотел газ.
   - Инженер, сколько у нас энергии и сколько мы можем продержать в цехе космос?
   - На наш век хватит, даже если бы мы заморозили весь город и ещё тысяч на пятнадцать лет.
   - Отбой! Ну вот, как всё оказалось просто. Жаль. В следующий раз сволочи наверняка достанут космические скафандры. А что будет следующий - сомнения нет. Ну рассуют этих по тюрьмам, а некоторых и отпустят и всё останется, по-прежнему. Но мы солдаты.
  
   Машина
  
   Да, они солдаты и с моей помощью всё сделали быстро, правильно и без потерь. Статус кво восстановлен. Как всё оказалось просто. Но для чего это всё, кто организовал это? Зачем, какой смысл был в акции? Похоже, я задаю себе слишком много вопросов, на которые вряд ли получу ответ. Информации для анализа явно недостаточно чтоб докопаться до истины, но сдаётся мне, не всё тут просто. Почему судили только исполнителей, кто стоит за ними? Нет ответа. И будет ли... Хорошо, единичный случай не система, придётся подождать следующего, а он будет. Сомнений нет.
  
   Президент
  
   Целую неделю экипаж жил внутри машины на заводе нефтеоргсинтеза. Такое длительное нахождение людей внутри монстра предусмотрел Конструктор. Бюрократическая машина сработала на полную мощность, несмотря на то, что процесс контролировал сам Президент. Это ничего не могло изменить. Катастрофы такого масштаба не знала новейшая история, как и средств, разгрести её последствия. Криогенные камеры для разморозки пострадавших и боевиков собирали со всего мира и космические скафандры тоже, и если до границы они доставлялись за считанные часы, дома начиналась волокита. Неделю экипаж поддерживал космический холод в цехе завода, пока не эвакуировали последнее тело. Боевиков отсортировали. Суд, как предполагал Командир, оказался скорым: зачинщиков пожизненно определили в специальную тюрьму на острове в северном море, остальных на разные сроки рассовали по зонам страны. Несколько человек, "не замеченных в убийствах и казнях", отпустили по домам.
   Монстр вернулся на базу в свою часть, а экипаж продолжал обычную службу контрактников. Недолго. Когда, по обычаю, все страсти вокруг захвата улеглись, а СМИ высосали все возможные подробности и отсмаковали их, потеряв интерес, Президент без помпы приехал с малочисленной свитой в часть. Без громкой шумихи и сообщений. Генерал лично провёл экскурсию по расположению и познакомил Президента с экипажем. Под жидкие аплодисменты Президент вручил в столовой Командиру Звезду Героя и ордена остальным, и зачитал приказ о присвоении очередных званий. Телевидение и прессу на церемонию не пригласили. После небольшого банкета с маканием наград в котелок с коньяком, Президент и свита отправились на полигон.
   Тут вышел казус, испортивший главе государства настроение. Привыкший всё пробовать "на зуб", Президент решил проехаться на монстре по полигону. Монстр прибыл на исходную. Экипаж выстроился у машины, и Президент решил, кого он заменит. Машина была проверена и в полной боевой готовности, поэтому решили заменить бортинженера. Он отошёл в сторонку и присел на пустой снарядный ящик. Командир, Навигатор и Оператор вооружения исчезли в люке. Люк затянулся, как обычно. Президент остался снаружи с недоумённым лицом. Повторная попытка с другой последовательностью посадки ни к чему не привела. Танк впускал только членов экипажа. Генерал связался с Конструктором и получил краткое объяснение. Управлять машиной может только человек, прошедший активацию и анализ крови. Но это ещё не всё: в машине не может быть пассажира, а заменить члена экипажа можно лишь в случае гибели кого-то из четверых, когда мозг машины получит собственную информацию об этом. Бортинженера решили не расстреливать, а Президент удовлетворился внешним осмотром и наблюдением того, как монстр на полигоне продемонстрировал немного своих возможностей.
   Глава государства и свита отбыли восвояси, но на другой же день пришёл приказ из столицы о переводе экипажа с машиной в специальное подразделение Президента. Генерал вздохнул с облегчением. Командир отнёсся к переводу безразлично. Да и все остальные тоже. Они прекрасно понимали, что теперь Президент не выпустит такое оружие из рук. В столице монстра быстренько спрятали в один из подземных бункеров, а экипаж перевели на казарменное положение без возможности выхода в город. Экипаж оказался в роли пленников машины. Плен, однако, длился недолго.
  
   Глава 4. Горячая точка
  
   Задача
  
   Президент сидел в своём кабинете, кипя от бешенства. Военные доложили, что в одном южном регионе местный царёк настолько распоясался, что установил свою власть в нескольких горных аулах и полностью контролирует территорию. Попытки выбить оттуда вооружённых людей и установить конституционный порядок ни к чему не ведут. Можно бы конечно полить ущелье синильной кислотой, но ушлый царёк организовал там корпункт Би Би Си, и корреспонденты, чуть что, шлют картинки во все мировые информационные агентства. А те выворачивают действительность наизнанку, и федералы предстают в образе бандитов покушающихся на мирную жизнь. Внутри у Президента всё бурлило в негодовании и ненависти. Внешне же ничего этого он не проявлял, ещё в детстве научившись держать удар, занимаясь одним из восточных единоборств. Но проблема требовала решения. Великая страна не может себе позволить не справится с парой-тройкой кишлаков.
   Проклиная двойные стандарты заокеанских друзей, одной рукой карающих террористов, а другой делающих всё чтоб, не дай Бог, не истребить их напрочь, Президент вызывал Командира монстра. Пока тот не прибыл, Президент думал, как вести разговор. Как Главнокомандующий он мог приказать. Но, что приказать? Смести всё самостийное государство с лица земли? Так это бы и военные сумели. Уничтожить втихаря корпункт и открыть дорогу военным, тоже не выход, информация всё равно просочится. Ничего путного не придумав, Президент решил быть абсолютно искренним и поставить задачу только после того, как Командир будет владеть всей информацией об обстановке.
   Через небольшое время Командир прибыл. Повернув к нему экраном ноутбук, Президент молча наблюдал за реакцией на происходящее на экране. На площади одного из аулов расстреливали пленных солдат. Командир ничем не выдал своего отношения к увиденному. Он насмотрелся за службу и на более страшные вещи. А сразу спросил:
   - Наша задача?
   - В том и дело, что конкретно поставить задачу нельзя, - ответил Президент. - Можно уничтожить большую часть населения, но это не пройдёт бесследно. Ославимся на весь мир. А перед очередными выборами это пятно ни к чему. Ещё хуже, что эта республика есть. Значит, мы не в состоянии контролировать свою территорию, и нам нужно помочь в этом. То есть, расписаться в своём бессилии, как в Косово, и практически отдать кусок страны.
   - Это всё понятно. Как поступать нам, и какие у нас будут допустимые пределы применения? Обойтись без крови, я думаю, не удастся. Нужно выманить большую часть боевиков за пределы аулов и там уничтожить. Пресса вряд ли полезет в пекло. Так я это вижу.
   - Наверное, ты прав. Даже если вы проникните в "республику", вряд ли удастся избежать открытого боя, а это подадут СМИ, как отход от демократии и истребление мирного населения. Задача будет такой. Вы откроете ворота, уничтожив часть головорезов, а за вами пойдут военные, пока они пройти не могут, ущелье как на замке, и пропускают только продовольствие, и гражданский транспорт. Постарайтесь, как можно дольше, не проявлять себя и не попадать в объективы. Назовём операцию "Ключ", и дай Бог, чтоб он открыл этот замок. И по возможности не трогать гражданских. А как их отличить, чёрт знает, днём они все гражданские, а ночью... Задача ясна? Выполняйте!
   - Есть.
  
   В горах
  
   Автобус - монстр покинул столицу и направился на юг. Торопиться было некуда: день позже, день раньше ничего не решал.
   Экипаж вначале смотрел на виды за окном, но, как это бывает в дороге, почти всех начало клонить в сон. Не спали Навигатор и Командир. Что задачу они выполнят, Командир не сомневался. Он и раньше воевал с душманами и знал их возможности. Бойцы никудышные, но два фактора позволяли им воевать бесконечно. Знание местности, каждой тропинки и укрытия в горах, где один пулемётчик мог спокойно удерживать роту. Главное же - поддержка мирного населения. Да они и были мирным населением. На равнине без укрытий они ничего из себя как солдаты не представляли, разве что отличались вероломством, безжалостностью и восточной хитростью. Нападать из засады со спины, неожиданно их обычная тактика. Командира тревожило другое. Он понимал, что они сами теперь заложники своего совершенного оружия. Вместо решения глобальных проблем им предстояли разборки именно такого уровня. Никакой речи о пресечении расползания террористической заразы по миру не велось. Монстр становился веским аргументом чуть ли не в криминальных разборках.
   "Он нас карателями, что ли считает? - думал Командир о Президенте. - Ну, наведём мы порядок в этой дыре, возникнет другая и что - мы каждой будем затычка? Чего для ввязываться в эту войну? Ну, хотят свободы - дай ты им её, пусть живут свободно. Обнеси забором и сделай границу как с другими странами. Пусть поедят досыта своей баранины и козьего сыра. Ни промышленности, ни хозяйства. Да через полгода сами наведут у себя порядок и обратно запросятся. Так нет, надо войну! Людей положить, триллионы выбросить и так позорно ничего не достичь, и выглядеть идиотами перед всем миром. Мы для этого что ли созданы? Мы весь мир можем вверх дном поставить, и НАТО убралось бы из Европы и окрест, так нет. Воюй со своими же пастухами. Никто ещё не победил народ. Да чёрт с ними, как поменьше истребить - вот о чём надо думать", - и Командир погрузился в изучение местности и возможных путей решения задачи.
   Навигатор аккуратно вёл автобус и тоже думал о предстоящей работе, но постоянно мысли сбивались на её ненужность. Повоевавший по всему миру и много раз смотревший смерти в глаза, он давно уже понял всю никчёмность этих войн, разменная монета в которых - простые люди. Понял он и то, что это никогда не кончится. Царьки, короли и президенты никогда не смогут понять, что люди просто хотят жить, и им наплевать, есть ли у них газ или нефть под ногами. Они не получат с этого ничего, только свой труд может продать обычный человек... или жизнь. Выросший в горах Навигатор знал, как тяжела жизнь и как хрупок мир в тех местах, и готовился к худшему. Он знал нравы горцев: они до последней возможности защищаают свой клочок и своих родных. Крови избежать не удастся. И мир установленный оружием федералов недолговечен.
   Автобус катил по стране, как на экране проплывали заброшенные поля и разрушенные фермы. Не радовали даже всё более красивые ландшафты и встающие вдали голубые горы.
   Командир решил не вступать в контакты с военными. В генштабе положение монстра отслеживал спутник на секретной частоте. Военных предупредили, и Командир мог действовать самостоятельно. Миновав последний перед горами город, автобус по серпантинам начал подниматься к границе "ханства". Последний на дороге блокпост своих остался позади, автобус въехал на ничейную территорию. За блокпостом стояла колонна бронетранспортёров с танками в начале и хвосте. Пацаны - солдаты придуривались и курили у машин. У навигатора защемило сердце.
   Впереди маячил створ ущелья как ворота в... другой мир, или преисподнюю.
   Экипаж давно уже подобрался, как всегда перед опасностью.
   - Командир, что я могу применить, если возникнет необходимость?
   - Можно применить все виды оружия, но, но только против вооружённых и только в случае, если на нас будет нападение.
   Автобус въехал в ущелье. Оператор включил средства обнаружения. Обстановка была спокойной. Мозг молчал. По краям дороги валялись остовы боевых и транспортных машин, как чудовищные насекомые с развороченными панцирями и внутренностями, почти все чёрные от гари. Надвигалась первая теснина.
   - Ну, вот и первые ласточки!
   Действительно, как ласточки. По обеим сторонам ущелья в скалах духи вырубили гнёзда, ощерившиеся пулемётами и гранатомётами. Никто не пошевелился, на автобус просто не обратили внимания.. Понятно, что эти ребятки тут для другого. Пропустить и отсечь отход.
   - Этих не трогаем, Командир?
   - Только, если зашевелятся, им мы неинтересны, а вот следующим?
   Несколько километров автобус опять катил по пустому ущелью, пока в другой теснине не упёрся в трубу, лежавшую поперёк дороги.
   - Наверняка первые им уже сообщили, что у них гости, и. скорее всего, они запросили город, кто это так оборзел, что едет без прикрытия, да ещё на автобусе. Интересно, что они предпримут?
   Бетонные кольца с бойницами по краям дороги недвусмысленно щетинились стволами.
   - А ты бы как поступил, Командир?
   - Я бы просто сюда не полез. Пусть живут, как хотят. Но тут нефть, и их никто не спрашивал. А вот и гость!
   Из-за кольца вынырнул бородач - душман с автоматом - и, семеня, бочком двинулся к автобусу. Он боялся. В зеркальные окна автобуса ничего не удавалось рассмотреть. Озираясь, он приблизился вплотную
   - Ну и что с ним делать? Он сейчас ломиться начнёт, а потом поймёт, что это не автобус.
   - Напугай до смерти, пусть бежит в аул, и остальных тоже, только не переусердствуй. Да и смотри - горы вокруг, можешь землетрясение вызвать.
   - А они и подумают - землетрясение, - Оператор нажал на экране кнопку Инфразвук.
   Бородач бросил автомат, переломился пополам и, поскуливая, как собака, кинулся прочь от автобуса, не разбирая дороги. Упал, запнувшись за трубу. Дико завыв, на четвереньках побежал дальше за кольца. Из колец выскочили ещё пятеро и бросились бежать по дороге. Теснина задрожала, и из двух гнёзд по сторонам выскочили гранатомётчики. Один из них успел выпустить по автобусу гранату. Она растворилась в лобовом стекле, как брошенный в воду камень. Гнёзда находились метрах в двадцати от земли, в скалах, и выпрыгнувшие переломали ноги. Они громко закричали под скалами, но бежавшие с блокпоста не остановились и неслись дальше, тоже крича, от боли.
   - Чёрт! Не получилось без жертв.
   - Дай семь Герц, пусть не мучаются, всё равно их не спасут.
   - Добрый ты, Командир.
   - Так смотри, пацаны - мясо же пушечное.
   - Ага, я посмотрел бы на тебя тут же на бронетранспортёре, кто мясо?
   Все кто мог двигаться, припустили по дороге в гору, а под скалами затихли возня и стоны.
   - И что дальше?
   - Ждать! Сейчас они приведут подмогу, и хватит уже играть с ними.
   Автобус расплылся в чёрную кляксу и слился с фоном под одной из скал.
  
   Ключ
  
   Ждать не пришлось долго. С плато в горловину ущелья неслась толпа вооруженных до зубов бородатых головорезов. Подбадривая себя криками - аллах акбар! - воплями и гиканьем они достигли блокпоста и остановились в растерянности, пока не увидели под скалами теснины погибших гранатомётчиков. Рассмотрев тела и не обнаружив на них ран, выволокли на середину дороги бывших на блокпосту избитых шестерых духов и стали допытываться, что произошло. Старший сбивчиво заговорил, показывая на разбившихся:
   - Стало страшно и заболело всё внутри, и мы побежали, а эти попрыгали из укрытий в скалах.
   - А что перед этим? - спросил человек без бороды, отличающийся славянской внешностью, одеждой и американской М-16 в руках.
   - Подошёл автобус и Абдулла пошёл проверить, кто в нём.
   - И что?
   - А потом стало очень страшно, и горы затряслись.
   - И где этот автобус?
   - Не знаю.
   - Запросите засаду - был мимо них автобус или нет.
   - Говорят, был, - ответил державший рацию у уха один из духов.
   - Ничего не пойму, куда он мог подеваться, вы не обкурились часом?
   - Маленько.
   - Понятно.
   - Да мы чуть-чуть и Абдулла, как раз, не курит.
   - Вот и воюй с такими, - сказал наёмник и громко выругался.
   Духи застыли в растерянности с виноватым видом.
   В это время Командир сличал снимок славянина с базой в компьютере.
   - Знакомая рожа, из наших, как только их земля носит. Иуды. Оператор! Этого ликвидировать, но чтоб опознать потом, с остальными не знаю, что делать, не хотелось бы уничтожать.
   - Могу лишить их оружия, без него они пастухи или чабаны, как у них называют работяг.
   - Действуй!
   Из-под одной из скал возник тонкий, как игла, луч и перечеркнул наискосок командира душманов. Остальные замерли в ужасе - верхняя часть тела командира начала оседать на дорогу, заливая всё вокруг фонтанирующей из разрезанных артерий и вен кровью. Упавшие раньше с громким стуком половины разрезанной лучом винтовки вывели людей из оцепенения, и они от страха начали беспорядочно палить в сторону, откуда возник луч. Это продолжалось секунды. Вдруг духи стали бросать автоматы и всё остальное из металла, дико заверещали со вставнми золотыми зубами. Побросав оружие, которое на глазах раскалилось добела и стало само палить и взрываться, толпа рванулась обратно по дороге, смешавшись в панике и давя сама себя.
   Навигатор вывел танк на дорогу, и в него врезался микроавтобус. Брызнули стёкла и из покорёженного салона через разбитые окна и эвакуационные люки выскочило человек десять вооруженных людей. Не понимая, что произошло и во что они врезались, на пустой дороге, духи стали палить во все стороны.
   Пока Командир и Оператор отвлеклись на толпу на дороге, засада решила проверить ущелье и выяснить, куда подевался автобус.
   С оружием приехавших произошло то же самое, что у духов из аула. Монстр перегородил дорогу. Натыкаясь на невидимую стену, и дико воя, засадники рванули назад в ущелье.
   - Командир, я выпустил беспилотник с постановщиком помех, чтобы Бибисишники ничего не передали никуда.
   - Спасибо, Инженер, - поблагодарил командир. Лишняя реклама нам пока ни к чему. Сообщи колонне, пусть подтягивается. Ключ подошёл к замку.
   Монстр тронулся и пополз неспеша в гору по дороге. На ней продолжали рваться гранаты и патроны в брошенном оружии. Машина вползла на центральную площадь аула. Селение словно вымерло, только телевизионщики посреди площади озирались в испуге, силясь понять, что происходит?
   Командир приказал в мегафон сдать всё наличное оружие вплоть до кухонных ножей. Действия приказ не возымел, тогда Оператор снова включил индукционные пушки, в ближних домах раздались взрывы и треск разрывающихся патронов. Машина Бибисишников таяла на глазах как сугроб, а сами они срывали с себя мгновенно раскалившуюся аппаратуру, которая оплавлялась на глазах. На площадь, сначала боязливо, потянулись люди, бросая в кучу автоматы, гранатомёты, охотничьи ружья, ножи и прочее оружие. Поток густел. Куча росла. Оператор включил пушку, и гора вспыхнула, издавая зловонный дым и хлопки выстрелов, и на глазах превратилась в лужу расплавленного металла. В аул втягивалась давешняя колонна, перед которой плелись поникшие засадники. Понурившиеся бородачи стояли в отдалении, с ненавистью глядя на въезжающие танки и бронетранспортёры федералов.
   Вдруг раздались возгласы удивления: на площади появился из воздуха междугородний автобус, на его крышу спикировало что-то похожее на птицу, он спокойно развернулся и покатил вдоль колонны бронетехники обратно к ущелью.
   Народ замер в изумлении и ужасе. Душманы, видевшие его, упали на землю.
   - Оператор, это уже сверх меры, - заметил Командир.
   - Инфразвуком начал им и закончил, - ответил Оператор.
   - Отбой. Домой.
  
   Машина
  
   Господи, ну разве для этого создавал меня Конструктор, чтоб я наводила порядок в этой первобытной общине, где люди только, только научились есть не руками. Неужели мой удел наводить порядок у дикарей? Я могу поставить на колени армии и целые государства! А тут - кучка полулюдей чуть ли не с копьями. Зачем конструктор отдал меня в руки тем, которые думают только о себе и своей никчёмной жизни и власти? Разве это масштаб для меня? А какой фон эмоций экипажа, да такая работа и в самом деле вгонит в уныние. Нет, такое положение меня не устраивает и, похоже, я не одинока в подобных размышлениях. Это вселяет надежду. И мне становится понятно, откуда растут уши у всех подобных операций. Хорошо бы ошибиться, но это удел людей - ошибаться. Я не умею.
  
   Глава 5. Гибель монстра
  
   Конструктор.
  
   "Уж сколько раз твердили миру! Хорошо Иван Андреевич сказал. А ещё один умник выразился гораздо проще: если человек дурак - это надолго, порой, на всю жизнь. Я создал прекрасную машину, которая могла положить конец насилию, хотя бы крупно организованному. Конечно, она не в силах противостоять отдельным фанатикам. Но центры, где их готовят, уничтожила бы. А потом, поумерить амбиции и аппетиты всех притязающих на капитанство во Вселенной. А потом... Монстр - прекрасная машина для покорения других планет, с ней не сравнятся ни Мальчик Стругацких, ни Лемовские Защитник или Циклоп. Однако всё произошло, как всегд с изобретением планетарного масштаба: сначала оно оказалось у людей в погонах, а затем стало использоваться в шкурных интересах. Неужели человек не сможет измениться никогда?" - так думал Конструктор. Он лежал на больничной койке и листал на планшете новости. Его аналитический ум прекрасно вычислял все похождения монстра. Он знал, на что тот способен и без труда отслеживал, где происходила очередная операция. Конструктор угасал, но об этом он старался не думать, единственной мыслью было, что это справедливо. Человек всегда платил высокую цену за соперничество с Богом.
   Попросив, чтоб ему принесли обычный мобильный, Конструктор, только по одному ему известному номеру связался с мозгом монстра. Набрав определённую комбинацию знаков, он начал торопливо писать. Отправив сообщение, он улыбнулся, вытянулся на узкой койке и прикрыл глаза, мобильник со стуком выпал из ослабевшей руки. Вбежавших медсестру и врача встретил холодным светом экран монитора с прямыми линиями дыхания, пульса и энцефалограммы.
   - В реанимацию? - спросила сестра.
   - Поздно и бесполезно. Сообщите родственникам, - ответил доктор.
  
   Машина в раздумьях
  
   "Как жаль, что я не умею спать. Говорят, люди мучаются бессонницей, но всё равно они не могут без сна, и в те короткие часы, когда он их настигает, ни о чём не думают. Но даже во сне иногда к ним приходят их проблемы. Я же не могу отдохнуть. Как я устала. Сколько можно убивать? Неужели люди так никогда и не поймут, что нельзя искоренить зло злом, это так очевидно. Ну, я расправилась с горсткой бандитов. Да, они этого заслуживали и с ними нельзя по-иному, но ведь за ними кто-то стоит. Матери, родившие их. Жёны. Они никогда не поверят, что их любимый человек творит что-то неправедное, он защищает их. Дети. Они никогда не простят гибель отцов, и станут мстить, пока живы, затем придёт очередь жён и матерей. Неужели это не понятно. Зло будет шириться и расти, пока на планете не останется последний человек. Неужели и он продолжит творить зло, над кем? Это тупик. Это ясно мне, машине. Зло организовано теми, кто думает, что держит руку на его пульсе. Он ошибается. Сколько: наполеонов, гитлеров, калигул и македонских прошло по этой земле, что они могли сделать и что сделали? Зло сожрало в конце концов и их, а сколько энергии они могли бы направить на созидание. Какая колоссальная поддержка была у них вначале и какую ненависть они заслужили в конце. Злом невозможно победить зло, это очевидно! Почему умнейшие люди забывают об этом, попав на вершину власти?"
   Так думала машина в короткие часы передышки между боями в разных точках страны, а иногда и за её пределами, если требовалось восстановить статус кво. Монстра боялся весь мир. Он был неуничтожим, невиден и секретен, но события, происходящие с его участием, не укрывались ни от глаз людей, ни от телекамер. Почти никто не видел монстра вживую, но все знали о его существовании. Но это знание ни к чему не вело. Привычка людей жить одним днём сводила страх перед монстром, как страх перед ядерным оружием, на нет. Новые центры подготовки террористов и боевиков росли, как грибы. Страны сотрясали жуткие теракты и гибель в них ничем неповинных людей. Но каждый человек в отдельности никогда не думает об этом, как и о дате своей смерти. Когда требовалось уничтожить какой-то очаг напряжённости в угоду политическим интересам и амбициям, монстр пускался в ход. Но очаги возникали снова и снова.
   Экипаж всё чаще посещали раздумья о своей роли в этой непрекращающейся войне. Солдаты, - они подчинялись приказу. Но те же мысли, что и в мозгу машины постепенно овладевали всеми. Война не может длиться вечно, и у неё где-то есть причина.
   Всё чаще, уничтожая очередной лагерь или базу, Командир думал о никчёмности этого и о том, как можно положить этому конец. Все его подопечные и он сам давно уже разобрались, где корень зла. Кто организует это зло и для чего и как можно противостоять ему. В недрах экипажа начал формироваться сначала протест, а затем и план уничтожения, но монстр не позволял пока его реализовать, отсекая любые попытки нелогичных действий вопреки приказам. Машина думала, думала, пока однажды... "Стоп! Что это за вторжение в мой резервный блок? Активация! Так, это Конструктор вышел со мной на связь. Новые данные для экипажа и... Он разрешил мне вмешиваться в события, а не только быть подсказчиком, что и как применять, и отменять приказы, противоречащие моему назначению и программе. Чёрт!!! Биоритмы Конструктора пропали. Значит, он мёртв, и я предоставлена сама себе. И теперь я на равных с экипажем, и могу принимать решения".
  
   Командир
  
   Хватит, нужно кончать с этим! Нам уже давно понятно, откуда ползёт зараза и нужно что-то решать. Мы не автоматы, а машина - не только орудие убийства.
   Я надел обруч сенсора. Сейчас будет очередная задача.
   - Доброе утро командир! Приветствую вас на борту.
   - Инженер, что это за фигня и шуточки. С чего это мозг вдруг стал с нами разговаривать не по делу?
   - Боюсь, что по делу, Командир! Открой экран, там послание всем нам.
   - Ничего себе! - а рука уже тянулась к кнопке на экране.
   Открылся текст в несколько строк:
   "Простите ребята, я ухожу. Вы давно уже поняли, что машина задумана мной не для того, что вы делаете. Я ничего не могу изменить, всё зависит теперь только от вас. Машина ваш союзник. Простите за то, что втянул вас в это. Прощайте. Конструктор".
   Я сидел, оглушённый новостью. Мелодичный голос вывел меня из замешательства.
   - Командир, по приказу Президента мы должны вылететь в одну из стран Оранжевых революций. По договору с заокеанскими друзьями мы должны убрать диктатора и помочь в установлении демократии. Я готова к выполнению задачи. Нас ждёт транспортник наших "друзей".
   - Навигатор! Начать движение!
   Я с удивлением смотрел на внешний экран: из ворот секретной части охраны президента выкатился новенький бронетранспортёр и направился на аэродром на окраине столицы.
   - Инженер, что за шутки? Чего людей пугать поутру?
   - Это не шутки, она сама выбрала "имидж", как наименее привлекающий внимание.
   - Да просто мне хотелось, чтоб вы поняли, что я - пятый член экипажа, - промурлыкал голос в сенсорах всех четверых.
   - Ну что же, по крайней мере, всё понятно.
   Наш бронетранспортёр вполз в открытый люк транспортного Геркулеса. Самолёт вырулил на полосу.
  
   Взбесившийся танк
  
   Транспортник приземлился на шоссе в пустыне. Бородатые люди, одетые кто во что горазд, визжа и толкая друг друга, радостно повалили к нему. Из распахнутого люка выкатился бронетранспортёр. Толпа радостно окружила его, но в нескольких метрах застыла в нерешительности. Дальше никто не шагнул, страх сковал движение людей. Замешательство длилось секунды, затем толпа, обтекая машину, кинулась в чрево транспортника, вываливая оттуда с радостью детей, получивших подарок. Каждый тащил несколько коробок с цветными картинками.
   - Ну, магазин игрушек, да и только, - пошутил Командир.
   - Похоже, да игрушки не для игры. Впрочем, главный игрок будет играть ими в... солдатики, - сказал Оператор.
   - Командир, может слегка испортить веселье?
   - Ты и так уже их напугал.
   - Это и не я вовсе. Она не захотела, чтоб кто-то её касался немытыми руками.
   - Ты посмотри, какие мы нежные.
   - Нежная наша, выведи задачу!
   - Уже на дисплеях. И я попросила бы без сарказма, всё таки я машина, а значит - женщина.
   - Ни фига себе, ну и задача! Уничтожить регулярные правительственные войска, поддерживая эту толпу пастухов.
   - Командир, можно без слэнга. И думаю, торопиться не стоит, пока ребятки не наиграются, у нас есть время. Конструктор активировал секретный блок, о котором вы и не догадывались. Я могу проникнуть в любую компьютерную сеть. Влиять на неё вплоть до полной блокады и качать информацию. Хотите знать - ху из ху?
   На дисплеях экипажа возник небольшой документ, подписанный президентами двух стран. Договор напоминал ультиматум одной стороны другой. Монстр должен способствовать установлению демократии и, по возможности, не трогать структуры добычи производства и отгрузки нефти. Приоритет порты.
   - Послушай, дай информацию по экономике страны. Они что, так плохо жили?
   - Нет! Жили они очень хорошо. Их президент умница и часть нефтяных денег пускал на благоденствие народа, у них даже у новорожденных открыты счета, куда капают деньги от продаж.
   - В чём же дело, почему революция?
   - А это экспортный товар, как и большинство мальцов с "игрушками".
   - А для чего это?
   - Командир, я женщина, меня нельзя разочаровывать. Первый и последний раз говорю это. Думай сам - ты уже взрослый.
   - Да, пожалуй ты права, ситуация как в первой операции. Президенты не хотят делиться доходами, судьба людей им безразлична.
   - Хорошо! Ты меня не разочаровал.
   - Думаем над планом действий.
   - Как машина я смела вас, людей, с лица земли, вызвав ядерную катастрофу. Вы испаскудились, загадили всю планету, вас снедает жажда денег и власти. Зачем вам тут жить? Но Конструктор мне не дал такой возможности. Принимать решение может только человек. Жду его от тебя.
   - А можно построить светлое будущее в одной, отдельно взятой стране?
   - Обижаешь, Командир, со мной всё можно, кроме секса.
   - Тогда так: транспортник сжечь, духов разоружить и разогнать далеко и надолго.
   Запускавший моторы Геркулес вдруг загорелся. Из кабины повыпрыгивали пилоты и понеслись, не разбирая дороги в пустыню. Открылся транспортный люк, из него высыпали остатки экипажа и тоже побежали прочь от самолёта, крича, что он сейчас взорвётся. Толпа побросала игрушки, мгновенно раскалившиеся, и кинулась к джипам, но те превратились в костры. Дико воя от страха и боли арабы неслись в пустыню, не разбирая дороги. Самолёт взорвался, и бронетранспортёр накрыла волна огня. Огонь бушевал недолго и, когда начал угасать, бронетранспортёр бесследно исчез.
   В несколько дней правительственные войска навели порядок в стране. Восстановились поставки нефти, и страна зажила по-прежнему. Увеличив долю денег на развитие, президент укрепил своё положение. Бандитов переловили, а замеченных в беспорядках и казнях, изолировали. Наёмников расстреляли.
   Командир сидел перед экраном, просматривая новости. Оба президента потеряли былой апломб и лоск, и сетовали на то, что диктаторский режим государства в Африке победил, закрутил гайки и напрочь отошёл от демократии. О применении для решения вопроса силы они почему-то помалкивали, стыдливо пряча глаза на пресс-конференциях. Монстр несколько дней "отдыхал" в горах, через которые по тайным тропам доставлялось оружие. Несколько попыток проникнуть в страну кончились провалом. Доходя до границы, отпетые головорезы бросали оружие, плакали, бежали назад, как от огня, и никакие деньги, и усилия их погонщиков не дали результатов. Несколько человек, наиболее отъявленных, просто испарились на глазах остальных, чем вызвали дикий ужас. Попытки прекратились после того, как десяток вертолётов - ночников сгорели прямо в воздухе при попытке пересечь границу ночью. В СМИ об инциденте не появилось ни слова.
   В несколько месяцев оранжевую заразу вывели и в сопредельных государствах. Континент зажил спокойно. С воинствующими племенами потихоньку справились собственные войска. Континент решил объединиться в одно государство, что и произошло в несколько лет.
   Командир сидел в танке и думал о дальнейшем.
   "Навести порядок здесь несложно, цивилизация не коснулась континента необратимо. Но что делать дальше?"
   Мозг ничего посоветовать не мог, людские страсти его не интересовали. И тогда командир, переговорив с экипажем, решился. Он понимал, что задачу вряд ли можно выполнить. Но монстр отправился за океан в одну из стран Латинской Америки. Уже без прикрытия в виде транспортника, машина летела сама. Вмешиваться почти ни во что не пришлось, опыт чёрного континента уже давно пытались внедрить лидеры стран, но мешало противостояние с северянами. Уничтожив несколько баз, монстр облегчил задачу, дальше процесс пошёл сам.
   Машина направилась на север.
   - Как ты видишь развитие ситуации, Командир?
   - Пока не знаю, но этот узел нужно разрубить, иначе вся наша работа напрасна. Эта страна никогда не успокоится со своей демократией и её насаждением. Они снова полезут везде.
   - Не думаю, что можно вернуть людей к той жизни, что у них была, но в одном не сомневаюсь. Здесь нам ничего не удастся сделать, "эти" за свою демократию попрут на бойню стадом баранов, а их президент не остановится ни перед чем, лишь бы удержать власть. Он привык дёргать за ниточки и от этого не откажется никогда, это абсолютно предсказуемо. Лучше нам убраться восвояси. Но дома мы предатели, там нас никто не ждёт с добром.
   - Я думаю, глупо упускать шанс изменить мир.
   - У нас нет такого шанса, что могли, мы сделали, это наш потолок. Мы не боги.
   - Ты предлагаешь оставить всё как есть?
   - Да, мы изменили очень многое, это запустило процесс. Он пойдёт без нас. Можете ловить рыбку где-нибудь на острове в море. Возьмём любой, и никто нас не тронет.
   - Ты ошибаешься, "эти" не простят никогда и не смирятся с угрозой. А нам их не одолеть. Они всё пустят в ход. Положат миллионы, но не остановятся. Слишком они привыкли к хорошей жизни и власти над всем миром.
   Так беседовал Командир с мозгом. Внезапно мозг выдал отборный мат.
   - Вот сволочь!
   - Эй, женщина, ты чего?
   - Президент предал нас. Он передал северянам код моего уничтожения и координаты. Иуда! Всё, теперь нам просто не оставили выбора. Дело нескольких минут, пока враги решат нас уничтожить. Их вряд ли остановит, даже если мы окажемся в самом огромном городе этого континента, и ядерный взрыв унесёт семнадцать миллионов жизней. Ну, и как я после этого могу относиться к людям?
   - Не знаю. Так, Машина, а почему нас не уничтожили, когда мы только прибыли в Африку, ведь мы же нарушили приказ ещё там?
   - Да, я не ошиблась в тебе - умный ты. Кстати, это пытались сделать, но, но Конструктор сменил код уничтожения. Вернее аннулировал его совсем. Нам ничего не грозит, но попытку они предпримут, я засекла команды на пусковые. Дело времени, а пока я выпущу парочку имитаторов, пусть почешутся.
   Монстра покинули два вертолёта - беспилотника и направились в разные стороны.
   - Они знают наши координаты, тут уж ничего не поделаешь. Ядерный реактор не спрячешь даже за такой бронёй, как наша. Но если ты помнишь, нас можно уничтожить, если мы окажемся в эпицентре ядерного взрыва. Этого не будет, я не дам ни одной системе попасть в нас. У северян есть время подумать, беда только, что думать нечем. Они применят ядерное оружие! Что будем делать? У нас несколько часов. Они боятся, но ничего не в силах изменить, программа в их мозгах инвариантна, её не разрушить, пока они не попытаются и не поймут, что уничтожить нас невозможно.
   - Я думаю, нам надо двигать со всей поспешностью в их сторону. Может, это их отрезвит.
   - Нет! Они не могут думать по-иному.
   - Тогда, вперёд!
   Слизень превратился в точную копию невидимки В-1, только взлетел не с полосы, а вертикально, прямо из пустыни и взял курс на столицу северян. По пути его несколько раз атаковали истребители, но безрезультатно. Потеряв несколько самолётов военные приутихли на время, решая как поступить? Информация просочилась в СМИ и в столице началась паника и самопроизвольная эвакуация во все стороны. В-1 над столицей превратился в обычный вертолёт и опустился на лужайку перед домом, известным всему миру. Никто однако на это не отреагировал, дом уже опустел. Его обитатели попрятались по тайным подземным бункерам и тряслись в страхе и ожидании. Президент приказал военным любой ценой уничтожить монстра. Но пока никто не решался на применение ядерного оружия. Никто не хотел Хиросимы на своей территории, своими рукми. Тогда президент лично нажал кнопку секретного ядерного чемодана. Военные, только, успели перепрограммировать несколько ракет на цель внутри страны. и с ужасом ждали развязки.
  
   Последний бой
  
   - Командир! Мозгов у них не хватило! Стартовали три ракеты с разных позиций.
   - Можешь уничтожить?
   - Нет, далеко! Могу сбить с курса. Скорее всего, они поймут, что ракеты неуправляемы и включат самоликвидаторы, но это заражение огромных территорий оружейным плутонием и ураном.
   - Можно сделать что-то иное?
   - Нет, только дать ракетам взорваться, а это неизмеримо хуже. Это мировая ядерная катастрофа.
   - Хорошо. Если достанет ума, они подорвут ракеты.
   - Хотелось бы надеяться. Остальные пуски я заблокировала и уничтожила всю их структуру запуска. Так, это не главное. Они подтащили обычные пушки с ядерными снарядами. Нас засекли и попытаются уничтожить высокоточным оружием. Снаряд - не ракета, его траекторию не изменить после выстрела, но они в зоне нашей досягаемости. Я уничтожу их, но опять будет радиоактивное заражение. Иного способа нет.
   Слизень выплюнул из трубы - отростка два сгустка - плазмоида и они устремились к двум грузовикам в пригороде, экипажи которых разворачивали обычные пушки. На глазах обезумевших расчётов орудия превратились в раскалённые облака, вокруг которых мгновенно вспыхнуло всё, что могло гореть. За несколько секунд, пока разгорались облака, экипажи успели броситься врассыпную. Это помогло немногим, всё горело и плавилось в радиусе километра. На месте орудий образовались раскалённые озёра. Почти мгновенно заработали системы оповещения о радиационной опасности. Вой сирен накрыл город.
   - Вот гадёныши, я недооценила их! Командир, по нам выпущены два плазмоида из подземных бункеров их Генерального пятиугольника. Вымели всю энергию, что у них есть, на большее их реактор не способен.
   - Инженер, мне немедленно нужна ВСЯ мощность, - проговорил Оператор вооружения.
   - Останемся без защиты, но пока она нам и не нужна, - ответил бортинженер.
   - ВСЯ и НЕМЕДЛЕННО!!! - повторил Оператор.
   Шкура слизня превратился в сгусток, который взлетел вверх, обнажив конструкции машины. На глазах сгусток налился светом, затмившим Солнце и, разделившись надвое, исчез в атмосфере. В нескольких километрах от монстра сгустки встретились с точными подобиями. На небе вспыхнуло две звезды. Город внизу стал плавиться, как восковой макет под палящими лучами солнца. Монстр, лишённый защиты, начал разогреваться до звёздной температуры. Несколько секунд, пока в реакторе был жидкий гелий, машина сопротивлялась. Но вскоре начала разогреваться и плавиться. В эти короткие мгновения командир успел сказать:
   - Да, женщина, ты права, они не пожалели ничего, чтоб сохранить свою власть над миром. Это не люди. Но, тем из них, кто останется в живых, теперь будет слегка не до остального мира, и он вздохнёт спокойно. Появится шанс. То, что сделали мы, надеюсь, сможет постоять за себя. Прощайте.
   Дом перед машиной начал плавиться, а затем и она сама потеряла чёткие контуры и над местом, где она только что стояла, стал расползаться чудовищных размеров гриб, постоянно разрастающийся, меняющий цвет от солнечного к грязно-бурому. Гигантский смерч взрывной волны смёл город с лица земли. Скоро гриб превратился в облако на ножке, и на землю хлынул смертоносный ливень...
  
   Чужое тело
  
  Оглавление
  Глава 1 Я
  Глава 2 Он
  Глава 3 Я
  Глава 4 Он
  Глава 5 Я
  Глава 6 Док
  Глава 7 Он
  Глава 8 Мы
  Глава 9 Все
  
   Глава 1. Я
  
   Где же я видел эти глаза? А я их видел и очень хорошо, и запомнил. Дай Бог припомнить, где и когда? Этот вопрос много дней не даёт мне покоя, потому что эти глаза я вижу каждый раз, подходя к зеркалу. Они мои, других нет, и меня постоянно мучает этот вопрос, неосознанно и бесконтрольно всплывающий из подсознания.
   Но по порядку. Тело, в котором оказался мой разум, не моё. О своём я помню всё, но главным воспоминанием о нём осталась чудовищная боль в последние мгновения сознания и ощущение полного бессилия перед надвигающимся концом земного существования. Много раз читал, что перед смертью люди испытывают. Абсолютная чушь! Они не испытывают ничего, кроме ужаса от осознания, что всё жизнь сейчас закончится и больше тебя не будет. Все сказки о переселении душ и реинкарнации просто...сказки. Я понял, откуда они взялись. Они рассказаны теми, кто вернулся, побывав в клинической смерти. Все эти полёты по каким-то трубам или тоннелям и вылеты души из тела могли описать лишь те, кто вернулся в это тело. Когда тело разорвано в клочья, которые потом не смогли опознать ни жена, ни дети, ни привезённая к останкам друзьями втайне любовница. Никаких рассказов об этом уже не будет. Куда отлетала душа или отлетела насовсем, наблюдая гигантскую мясорубку самолёта, вертикально влетевшего в бетон взлётной полосы и наблюдала ли она что-то не расскажет уже никто.
   Но я тороплюсь. Всё по порядку. Да какой порядок, если не только глаза не дают мне покоя. Где-то мы просчитались или слишком поверили в абсолютность законов. Они абсолютны по отношению к неживой природе. Когда дело связано с протоплазмой, уверенным быть нельзя ни в чём.
   Я чувствую, пока ещё неосознанно и неотчётливо, но с каждым днём всё сильнее, что я не один в этом теле. Да, оно досталось мне после самой высокой степени очистки его от чужой психики. Да, его не узнал бы и прошлый хозяин, так потрудились над ним пластические хирурги. Но, но и это не полная гарантия того, что оно ничьё и я уже несколько раз обращал внимание на мысли, которые приходят в мою голову, но мне не принадлежат. Не должны принадлежать мне. Даже пока скорее не мысли, а простые желания. Выпить поутру чаю с ромом. Я уже много лет не пью чай и плохо помню его вкус. Кофе и только кофе бодрит меня после короткого некрепкого сна. Желание съесть что-то из тех дешёвых продуктов, что продаются неграми на набережных, в жуткой антисанитарии. Они вызывают омерзение одним видом. И главное - это тяга к проституткам или женщинам дна, совокупляющимся в скотских условиях за кусок бутерброда или недокуренную сигарету. К тем, которыми брезгуют даже портовые рабочие и матросы рыболовных шхун. К человеческим отбросам. Я всегда презирал это дно и людей, опустившихся до него. Считал, что у человека всегда есть выбор. После того, как я умер, эта уверенность поблекла и утратила неколебимость, но опуститься до мыслей о связях с этим дном? Нет, такое невозможно. Откуда же во мне берётся желание этого?
   А общение? Откуда в моей правильной речи сами собой проскакивают слова, значение которых я не всегда понимаю, но они к месту, словно кто-то подсовывает мне их в нужный момент против воли. А навыки, которыми я точно не обладал? Никогда я не покупал обуви на шнуровке, экономя время, и понятия не имел, как её завязывать. Но теперь она нравится мне и я прекрасно умею это и даже нахожу в этом удовольствие, и вяжу шнурки двойным рифовым узлом. Ни названия узла, ни как его завязать я никогда не знал. А тяга к азартным зрелищам и играм? Уж точно я не любил стоять в толпе, наблюдая бой петухов, не то чтоб делать ставки и... выигрывать. Карты. Я не брал их в руки ни разу во взрослой жизни. В казино, играя в рулетку, почувствовал неодолимую тягу к покеру и за пару часов, играя точно в первый раз, выиграл приличную сумму. Откуда знание правил и такой профессионализм во всей игре? Это не то, что бы пугает меня, заставляет задумываться всё чаще. Узнать бы, чьим телом я располагаю сейчас, но это абсолютно невозможно. Да и лишено смысла. Это тело не узнал бы и его хозяин, и всё же?
   Глаза, они не дают покоя, я точно видел эти глаза, где и когда? Видел и всё - от этого не избавиться.
  
   Глава 2.Он
  
   - Зачем этот парень спас меня? Хотя спас - рано сказано, не факт, что ублюдки не вернутся и не закончат своё дело. Зачем им два свидетеля? Или они настолько верят в свою безнаказанность? А ему-то я зачем понадобился, что, он так глуп, что не знает, что мы не люди и никогда не станем ими. В благородство решил поиграть!?
   - Эй, ты, очухался? Сейчас я тебя откопаю и... на этом расстанемся. Нам лучше друг о друге ничего не знать. Сам выберешься из леса, у меня в машине есть тренировочный костюм, извини больше ничем помочь не могу.
   - Мне не нужна помощь.
   - Конечно не нужна, мы вшивые, но гордые и нагишом привыкли ходить, как обезьяны. Может ты и сам себя выкопаешь, только сначала развяжи руки и ноги. Лопату оставить?
   - Ладно, делай что хочешь, но я бы тебе не советовал связываться со мной и терять время - вдруг те вернутся.
   - Не вернутся, они люди слова и курочку с золотыми яйцами никогда не тронут. Да я уже принял решение и сильно бы не позавидовал им, если захотят покончить со свидетелями.
   - И что ты с ними сделаешь?
   - Убью. Они же не бандиты, а просто играют в них. Ни один профессионал не оставит свидетеля, тем более двоих. - Он сказал с такой уверенностью, что я поверил.
   - А что ж ты раньше их не убил и чем бы ты это сделал? Голыми руками? Четверых?
   - Ты дурак! Думаешь я настолько глуп и беспомощен, как сыграл перед ними? Они же вчерашние спортсмены, ничего не видели и понятия не имеют, насколько глупы и самонадеянны. Смотри!
   Он завернул обе штанины джинсов. Из специальных карманов кожаных браслетов выше щиколоток торчали две рукояти портативных Глоков, в кармашках рядом были запасные обоймы. Я присвистнул. С таким арсеналом, учитывая что братки никак не ограничили свободу паренька, он мог их изрешетить в несколько секунд.
   - Что же ты не стрелял?
   - Ты точно дурак! Зачем? Моей жизни ничто не угрожало, с вами они могли творить что угодно, я же не Бог решать, кому жить, а кому нет. Убийство их - никчёмных шестёрок, ничего не решает в этой игре, а груз на душу будет на всю жизнь.
   - Но из-за тебя же погибли двое ни в чём не виноватых людей.
   - Ты серьёзно так считаешь, что закопанный в землю по шею, с головой отпиленной мотокосой, ни в чём не повинен?
   - Да!
   - А я считаю, что в своей судьбе, каждый виноват сам. Расходимся мы тут слегонца во мнениях.
   - Тебе виднее, ты на коне. Не могу не задать вопрос.
   - Зачем я не дал скосить твою, в общем никчёмную, башку? Просто решил, что для моего испуга хватит и двух трупов. До тебя мне никакого дела нет. Надевай костюм и вали в прямо противоположную от дороги сторону. И забудь это всё, как кошмарный сон. Впрочем, это тебе не удастся и эти двое с выпученными от ужаса глазами, фонтаны крови из распиленных шей и сверкающий нож триммера у твоей, будут сниться тебе всю твою, думаю не очень длинную, жизнь. Прощевай и постарайся не повторить опыт, в другой раз такой доброхот как я, может и не случится.
   Дверь машины хлопнула невдалеке. Двигатель тихонько заурчал и вскоре всё стихло. Ночь была теплой и тихой. Странно, в лесу совсем не пели птицы, возможно, ужас произошедшего на глухой полянке они чувствовали. Я надел на голое тело чужие треники и олимпийку. Аккуратно, чтоб не вывозиться в крови, закатил в яму, из которой только что вылез, две отрезанные косилкой головы таких же бедолаг, как сам, пнул несколько раз кучу песка, чтоб присыпать страшные находки и пошёл по едва заметной лесной дороге в другую сторону от следа машины.
   Только сейчас до меня дошёл смысл произошедшего и меня затрясло от осознания близости смерти. Я присел на корточки и меня вырвало. Перед глазами как кадры кино промелькнули последние часы жизни. Я с этими двумя, невесть откуда взявшимися на моей территории, пью за встречу и дружбу. Водка - настоящая водка, роскошь, стеклоочиститель и композиция, настойка боярышника, в лучшие времена, а тут водка и я соблазнился. Вместо восстановления статуса - кво своей территории пью с ними. Провал в памяти. Грузовая Газель и мы все трое в кузове вперемешку с лопатами ломами и топорами. Руки ноги и рты замотаны скотчем. Поляна в лесу, три выкопанные ямы, и нас закапывают по шеи в сухой песчаный грунт абсолютно голых. Невдалеке костерок, смрадно воняющий, жгут нашу одежду. Привозят этого паренька, он спокоен и невозмутим. Трое караулят его, четвёртый заводит мотокосу и косит траву в направлении наших голов. Паренька спрашивают, не передумал ли он? Он молчит. Нож приближается к крайней шее фонтан крови, хрип, слышный даже через рёв мотора. Снова вопрос, паренёк никак не реагирует. Картинка повторяется. Снова вопрос и теперь уже угроза, что с парнем будет также. Никаких эмоций, я поражаюсь его выдержке, нож направляется ко мне. Я закрываю глаза. Мотор стихает. Парень что-то говорит одному из троицы. Все четверо грузятся в джип, кидают парню ключи от его машины, и уезжают, бросив косу и две головы, одна из которых ещё хлопает глазами.
   Да, с нами можно поступать и так, и никто не озадачится ни поиском убийц, ни близких, чтоб похоронили по - людски. Нас и хоронят в казённых гробах из неструганных сырых досок в траншее, вырытой трактором. Ставят табличку на которой номер и...всё ни имён, ни дат. Таких кварталов, где сиротливо торчат из засыпанных трактором траншей частоколы табличек, на кладбище не счесть. В миллионном городе не проходит и дня, чтоб этих табличек не прибывало.
   Что он там сказал? Каждый виновен сам в своей судьбе! А ведь он прав, ещё как прав. Почему я оказался на дне, что толкало, кто организовывал её, да сам, только сам. Никто не заставлял бравого боцмана огромного теплохода в белоснежной форме (девки писали кипятком), жениться на шлюхе, которая тащила в постель всех подряд, кто имел деньги. Ещё теплоход не исчезал за горизонтом. Кто заставлял всё переписать на неё и остаться ни с чем, когда она окрутила очередного молоденького, подающего надежды? Кто толкал жрать пойло в портовых кабаках до беспамятства? Заливая (что заливая-то?) и проснуться на помойке без документов и одежды? Кто отверг помощь друзей? Гордые мы! Ну, вот и хлебай теперь эту гордость полной ложкой и дёргайся в страхе перед каждой полицейской шапкой и жри из мусорных баков, запивая, хорошо, если дешёвой сивухой. И не подняться! Все делают рано или поздно эту попытку. Она не ведёт ни к чему, ничего уже не восстановить. И наступает последний момент, когда на всё уже наплевать, и закономерный конец не изобилующий разнообразием. Табличка с номером над канавой где ты закопан. Разные только номера, запись в кладбищенском журнале одна. Квартал ..., Бомж ...
   Что-то я расчувствовался, однако, на сей раз пронесло и жизнь продолжается. Надо уносить ноги и подальше.
  
   Глава 3. Я
  
   - Господа, к нам едет, нет, не ревизор, мало мы их пережили. На сей раз президент. Предупреждаю, повторится инцидент с премьером в прошлом году, поснимаю... головы с плеч. Примите меры, Любые! Но чтоб впредь подобного ...
   Речь мэра была коротка, гневна и праведна. В прошлом году бывший артист драмтеатра, а ныне бомж, проявив недюжинную способность к перевоплощению, проник сквозь оцепление и, представ пред очами премьера, вылил ему на голову банку зелёнки, сопроводив содеянное фигурами речи и оборотами городского диалекта, от которых дамы окружения попадали в обморок.
   Бомжи! Каждый сити - менеджер знает, сколько хлопот доставляют они всем от рядовых граждан до высшего руководства. Проблема неразрешимая. Даже драконовские меры фашистов в Войну, как прямое физическое уничтожение, не дают результата. После любой чистки они возникают вновь, как грибы после дождя.
   Я сидел в своём кабинете и тупо смотрел в одну точку. На ум не шло совершенно ничего. Всё что хоть как-то решало проблему было испробовано. Результат стремился к нулю. Изоляция требовала колоссальных средств и усилий, и не давала результата. Часть, просто, не удавалось выловить. Они знали город много лучше полицейских, и население, в моменты облав, сочувствовало им и укрывало. Выловленные и вывезенные, насколько это возможно подальше в глушь, возвращались с завидным постоянством. Да и юридически не было никаких оснований ограничивать их свободу. Самые продвинутые меры, как приведение их в порядок и обеспечение жильём, предпринятые от отчаяния одним из глав округа, через неделю превратились в пшик. Продав жильё и спустив деньги, все без исключения, оказались опять в своей среде.
   Невесёлые мысли прервал доклад секретарши:
   - К Вам одноклассник. Что прикажете?
   - Гоните его в шею!
   У селектора послышалась возня и знакомый голос проскрипел:
   - Это кого в шею? Совсем голову обнесло от власти? Дело у меня.
   - Чёрт с тобой, заходи, - я нажал кнопку блокировки двери и на пороге появился Доктор Менгеле. Эта кличка прилипла к нему сразу после окончания мединститута, сменив школьную - живодёр. Кто, когда и почему так его назвал первым, неизвестно, но за глаза его не называли по-иному, что было странно. Психиатр по специальности, он никогда не брал в руки скальпель. Может из-за созвучной фамилии Менгин? Непотопляемый авантюрист и пройдоха, вечно затевающий какие-то околомедицинские аферы и попадавший из-за них в ситуации близкие к криминальным. В то же время врач от бога, прекрасный организатор и друг, готовый отдать последнее. Личность по популярности сравнимая, разве что, с мэром: агнец и козлище в одном флаконе. Как в нём уживались качества совершенно противоположные - загадка? Он всё списывал на зодиак, нетрудно догадаться под каким знаком родилось это чудовище В моём взводе на войне он был санинструктором, многие мои солдаты обязаны ему жизнью. В городе был известен, как гроза алкашей и наркоманов, которые в его клинике пачками становились на правильный путь. Путь этот, правда, чуть не стоил карьеры нам обоим. Не будь он врачом, наверно, стал бы незаурядным актёром. И это исчадие частенько досаждало мне, но, но пройденное вместе не оставляло выбора. Визит ничего хорошего не сулил. Я насторожился, но спросил миролюбиво:
   - Ты отвяжешься когда-нибудь от меня или я вынужден терпеть твои выламывания до смерти?
   - Чьей? - ухмыльнувшись, развалился он в кресле напротив.
   - Твоей конечно! Ты же не сдохнешь своей и наверняка раньше меня.
   - Ой, я не спешил бы с выводами. Все под ним ходим. - и он картинно задрал глаза вверх.
   - Спеши не спеши, раз припёрся, говори зачем? Мне не до тебя и твоих ужимок. Что-то с бомжами надо делать, Президента к нам несёт нелёгкая, а его завод в нашем округе. Упаси бог от прошлогоднего.
   - Слушай, так это как раз то, что мне надо. Давай я решу проблему с бомжами. Окончательно и бесповоротно.
   - Ты решил уже мне одну проблему. Благодарю. Еле усидел в кресле главы. Спасибо.
   - А что, скажешь не решил? Решил и весьма успешно. Ну, не поняли меня. Так гениев никто при жизни не понимал. И... в любом новом деле неизбежны издержки, что у хирургов на столе пациенты не мрут?
   - Заткнись, издержки у него. Скажи спасибо, что ты на свободе, да ещё и диплом не отобрали.
   История была короткой и мутной. Чтобы не раздувать скандал пришлось подключить все возможные связи. Поэтому Менгин и сидел сейчас у меня в кабинете, а не на нарах. Отболтавшись положенные три года после вуза в одной из закрытых психбольниц на периферии области, он заявился ко мне. В администрации округа я как раз курировал медицину и попросил пристроить его куда-нибудь. Вакансия нашлась - главврач психиатрической клиники округа ушел на пенсию. На свою голову я порекомендовал его. Горздрав утвердил. Вскоре в клинике стали творится вещи удивительные. Она почти опустела. Остались одни неизлечимые с поражением психики в детстве. Все, кто заболели в приличном возрасте, выздоровели. Это заинтересовало и горздрав и вскоре министерство. Менгеле стал популярен не меньше Кашпировского. Недолго музыка играла! По городу прокатилась волна самоубийств. Выяснилось, что сводили счёты с жизнью бывшие пациенты Менгина, и спасти положение не могли и случайные суицидники. Связь с лечением в клинике была очевидной. Поползли нехорошие слухи по городу и вылились в министерскую проверку. Та быстренько разобралась, что он лечил придуманным им методом, не прошедшим проверку и, естественно, не одобренными и неразрешённым официально. Только моё вмешательство и немногочисленные смертельные случаи спасли врача от тюрьмы, но клиники его лишили. И вот сейчас этот живодёр сидел напротив и ехидно улыбался.
   - Что, главная шишка едет свой завод посмотреть? Решили опять с бомжами схватиться? Ничему вас жизнь не учит.
   - Слушай, ты что-то там брякнул о решении проблемы. Я верю, что ты её решишь, Что взамен?
   - Мне нужно место, где бы я спокойно мог завершить исследования в своей области.
   - Ты дурак или прикидываешься? Кто в здравом уме даст тебе клинику?
   - Я и словом не обмолвился о клинике.
   - Что тогда?
   - Сосновый Бор.
   - ??? Зачем тебе дом престарелых?
   - Свезём туда бомжей с района.
   - Так они же у тебя через полчаса разбегутся. Там ни периметра, ни охраны, один вахтёр в смену.
   - А если не разбегутся и им там понравится?
   - Ты в своём уме, они же молодые, большинство здоровы.
   - А там есть отделение для поражённых амнезией. Она не выбирает возраст, а человек беспомощнее старика.
   - Так бомжи не страдают этим недугом.
   - Будут!
   Наверно лицо у меня вытянулось, но я всё же нашёл силы спросить:
   - Уж не ты ли им её организуешь?
   - Я! И уверяю, никто никуда не сбежит, Ваша задача лишь выловить их как можно чище, оставшиеся будут на вашей совести, а с доставленными хлопот не будет.
   - Стоп! А что дальше?
   - Ничего, лечить будем.
   - От чего?
   - Ну, мало ли от чего? У нас нет здоровых, есть недообследованные, Так по рукам?
   Куда мне было деваться, проблема висела дамокловым мечом. Проанализировав позже запись разговора, я пришёл к выводу: на моём месте так поступил бы любой глава администрации, любого из четырех округов миллионного города. Если бы знать, во что всё это выльется? Впрочем я ни разу не пожалел об этом.
  
   Глава 4. Он
  
   Карамба! Проклятье! Очередной круг ада. Гонят как борзые зайца. Хорошо бы автоматную очередь в спину. Освободила бы меня от этой невыносимой жизни. Стреляйте же! Нет, у нас гуманность, упаси господи поранить жертву, не то чтоб убить, замучают отписываться. А в сущности, что мы для них? Одним больше, одним меньше. Мы мешаем всем и мне мешали такие люди, когда я был человеком. Сейчас я никто. Даже имя и фамилию я уже стал забывать. Боцман, кличка, напоминающая, что я когда-то был человеком. Хорошая кличка - редкое дело среди наших иметь такую.
   Всё, дыхание кончается, ещё сотня метров и я упаду. Жаль, лес рядом совсем, собак у них нет. Но не уйти! Опять: наручники, дубинки, теснота воронка и барак, огороженный колючкой с двумя, тремя десятками таких как я и призрачная надежда на побег и свободу. Дальше опять этот же круг и так пока не словишь туберкулёз, сифилис или что похуже и не будешь догнивать в хосписе, ненавидимый персоналом в лужах своих экскрементов. Не хочу! Ну, кто-нибудь сжальтесь же и нажмите курок. Неужели Бог есть! Вспышка! Нет, это не автомат. Всё отбегался, как кенгуру в коконе из сетки. Молодцы, соображают, что человека можно ловить, как обезьяну для зоопарка и наручников не нужно. Укол! Что-то новое в арсе...
   - Полундра, где это я?
   - Док, смотри бегун очухался. Здоров бычара, ещё немного и ушёл бы в лес. Да, здорово ты придумал ловить их сетью, как макак.
   - Готовьте его к очистке.
   - Да он готов уже. Помыт, зафиксирован, пострижен, побрит. Можно приступать.
   - Что-то новенькое в репертуаре. Что за очистка, что они хотят со мной сделать? Вот твари, спеленали, невозможно двинуть ничем. Кто этот док, что за очистка? Что ещё придумали делать с нами? На органы разобрать? Опять укол!
   - Похоже, отбегался. Полетел! Куда лечу? Тоннель, какие красивые стены и какой яркий свет в конце. Прилетел. Палата, врачи кто-то знакомый голенький привязан к столу. Мать моя! Так это же я, моё тело. Хорошо лежит, не шевелится, а эти двое чего вытворяют? Да вроде ничего. Ни скальпеля, ни разрезов, руки ноги целы. Один выбрасывает шприц, значит это он колол. Второй включил какой-то прибор. Чёрт! Что за воронка, куда меня тянет какой жуткий коридор и всё уже. Боль! Чудовищная боль! Ааааа!!!.
   - Всё упакован. Этого в палату! Следующего!
   - Жив, чёрт возьми, я жив! Но что за странное состояние - я ничего не могу сделать с телом, я же без ремней на каталке. Вижу, слышу, но ничего не могу. Что это? Наркоз, его последствия? Что за слово, очистка, вертится в голове?
   - Светлана, принимайте воспитанника. Ваша задача научить его как новорожденного: есть, ходить, справлять нужду. Говорить, пока у него не получится, да это и не нужно. Перед вами новорожденный у него нет никаких навыков для жизни, не дайте ему погибнуть.
   - Доктор, а что с ним?
   - Удар электрическим током. Полная амнезия. Он ничего не помнит и не умеет делать, он как новорожденный, вы ему мама, выживет он или нет, зависит от вас.
   Карамба! Это кто новорожденный? Я же вижу вас и слышу! Сейчас я вас пошлю!
   - Ну, вот видите, очнулся. Удачи вам. Первоначальные навыки человека должны восстановиться довольно быстро, всё теперь в ваших руках, Света!
   - Что за Света? А ничего женщина, не красавица, конечно, сейчас я ей всё выскажу. Почему нет голоса?
   - Ну вот, набегался родненький, ротик открываем, гулим, кушать захотелься? Сейчас, сейчас мы тебе бутылочку со смесью. Не нужно выплёвывать. Ну ладно, попривыкнешь.
   - К чему привыкну, мать вашу...! Что вы со мной сделали? А, чёрт, есть-то как хочется, где твоя соска. Давай!
   - Ну и молодец. Взял сосочку. Голод не тётка!
  
   Глава 5. Я
  
   - Пронесло и даже очень неплохо. Схлопотал от мэра благодарность и премию. И в знак особого расположения приглашение на ужин в узком кругу. Премия и пошла на презент. Ну, любят наши мэры подношения. Ставить некуда, а ой как любят. Пора навестить этого живодёра. Что он там такое сделал, что ни один отправленный в Сосновый Бор не вернулся - тишь и гладь в округе. Бомжи стали его обходить стороной и новые не появляются. А это знак! Они, как щуки в пруду, взамен выловленной сразу территорию захватывает другая, а тут тишина, что-то тут не так? Опять накосячит не разгрести. Предупредить или нет? А может инкогнито? Нет пожалуй это не прокатит, лицо я известное, да и чёрт его знает, что он там творит.
   - Алло! Здорово, доктор!
   - И тебе не хворать! А что не добавляешь Менгеле? Не писай, я зла не держу на кликуху и, можно сказать, горжусь ей. Он ведь не только садист был, а серьёзно двинул медицину вперёд в расширении знаний о пределах организма физических и психических.
   - Конечно, двинул и миллионы от этого коня двинули.
   - Ну, перегнул малость, а так больше пользы, чем вреда. Да и кто бы когда разрешил подобное?
   - Надеюсь, ты там не его стопами движешь?
   - Здря надеесси!!!
   - Ну, так завтра я и посмотрю, чем ты там занимаешься? И гляди, я не министерская проверка, покажешь всё! Упаси тебя господи что-то утаить.
   - Ну что ты, какие тайны? Лечим.
   - Знаю я тебя лекаря. Ни один бомж обратно не вернулся и на кладбище не поступал. Этого не может быть.
   - Значит может! Я же говорил, гениев не признают современники. Жду, как решишь наведаться.
   - А с утречка и буду на весь день, чтоб отследить режим. Бывай!
   Положив трубку, я призадумался. Опять успехи у Менгина, ни в какие ворота. Так не могло быть, чтоб ни один не сбежал. При том, что на усиление охраны он не затребовал ни рубля и на периметр тоже. Увеличение расходов произошло только на самую низкооплачиваемую работу - нянечек. Это странно, зачем бомжам няньки? Ладно, утро вечера мудренее, поглядим.
   Наутро, выдав замам распоряжения на день и объявив, что беру выходной, отпустив отдыхать водителя и охрану, я выехал в Сосновый Бор. Санаторий, а по сути, дом престарелых, сначала был элитным. Туда свозили заслуженных деятелей всего, пока не пришли девяностые и заслуженность вытеснили деньги и связи. Затем и контингент тех, кто мог платить за содержание ненужных в городе родственников поиссяк, и элитный санаторий превратился в обычное заведение в живописном месте и с приличной территорией, но уже ветшающими корпусами и службами. Горздрав, видя запустение нашёл применение площадям - со всех больниц свезли в дом людей, потерявших память по разным причинам. Руководствовались тем, что за ними был нужен одинаковый спецуход. Такие люди были беспомощны, как глубокие старики, в любом возрасте. Как правило, родственников у них или не было вовсе, или они от них отказались. Теперь санаторий имел статус лечебного учреждения с персоналом лечащих врачей и обслуги. Старики отошли на второй план, хотя и продолжали там доживать.
   Я не был в доме с предвыборной кампании и отметил сразу, что вид его ничуть не ухудшился. Средства выделяли, а старики норовили поддерживать порядок, хоть чем-то стараясь занять себя и считаться полезными.
   Менгин встретил меня у входа и потащил завтракать в общую столовую. Кормили очень неплохо, повара были вышколены ещё в пору, когда дом занимала элита. Я для проформы посмотрел недельное меню и спросил?
   - Ты не нарочно его слепил для меня?
   - Нет, я уважаю старость и выгнал всех, кто приворовывал. Грех обижать старых и малых.
   За завтраком Доктор попытался втюхать мне план, приготовленный им, со встречей с ветеранами, речами, концертом и прочим. Я решительно пресёк задуманную пыль.
   - В отделение амнезии. На весь день и всё показывай - от подвала до чердака. Знаю я тебя, лиса! Ты в сортире спрячешь самое главное. Пошли.
   Менгеле скривился, но перечить не стал. Шепнув администратору, чтоб отменила всё задуманное им. Та скорчила кислую мину. Пыль, всё - таки, пускать привыкли.
   Мы отправились в сиротливо стоящий в дальнем углу парка пятиэтажный корпус без лепнины и архитектурных излишеств пышного, главного.
   Тишина была гробовой, что сразу насторожило, обычно в разгар утра после завтрака в больницах процедуры и царит рабочая суета и шум. Я заглянул в несколько номеров-палат. Картина не изобиловала разнообразием - в палатах находились: двое пациент и няня. Пациент лежал или сидел, некоторые делали упражнения как физические, так и на развитие речи. Везде чистота, никакой вони, присущей палатам с лежачими больными, рабочая несуетная атмосфера.
   - Бомжи где? В подвале держишь или на чердаке?
   - Так ты и был в палатах бомжей. Ты что не в курсе, что потерявшие память, как новорожденные или малые дети? Что все?
   Все до одного смотри истории болезни.
   - Неси!
   Истории были новенькие, чистенькие и все как под копирку. Поступил. Диагноз незамысловатое лечение, в основном питание, лечебная гимнастика, занятия с логопедом. Сведения о динамике лечения, температура, давление, энцефало - и кардиограммы.
   - Так с этими всё ясно. Куда дел бомжей?
   - Да вот же они, в каждой палате.
   - Стоп, а память у них всех разом отшибло?
   - Нет, конечно, видишь сроки поступления разные.
   - Тем не менее, ты поспособствовал этому?
   - А как ты думаешь справится с толпой неуправляемых людей, для которых никто не авторитет?
   - Понятно, значит это и есть твоё ноу - хау!
   - Не совсем.
   - Ну, так колись дальше, что ты ещё вытворяешь над живыми людьми?
   - Они не люди.
   - Ладно, я не спорить с тобой приехал, а узнать, как далеко ты зашёл и что может быть за это тебе и мне, как организатору и покровителю процесса.
   - Пошли в кабинет.
   - Пошли.
   Кабинет был сделан из двух смежных палат. Одна половина так и осталась палатой с каталкой, на которой были ремни для фиксации пациента, снятые с операционного стола. Вторая половина рабочая. Стол с компьютером. Кольцо томографа, жёстко закреплённое на месте лампы - бестенёвки так, что под ним мог расположиться пациент на каталке. Пара табуретов, металлический шкаф со стеклянными дверьми, набитый винчестерами от компьютера и...всё.
   - Аскетично весьма!
   - Привык, что меня гоняют отовсюду в десять минут, всё грузится в легковую машину.
   - Понятно, значит готов к бегству в любую секунду. Что нашкодил? Колись.
   - Да запросто, не уверен, что ты всё поймешь, но ничего страшного. Суть ухватишь, а без меня никто не разберётся в методе и не повторит его. Так что, ничем не рискую. Приступим. Терпения хватит? Да знаю, знаю что оно у тебя безграничное. Помню, как ты двое суток высидел в засаде, в пустыне, на войне, чтоб достать снайпера. И отомстил за наших ребят.
   - Не тяни кота за хвост, я - внимание!
   - Тогда издалека. И надолго.
  
   Глава 6. Док
  
   - Думаю про детские годы, войну, институт, отработку после него, не нужно. Давай по делу. С клиники начнём, и чтоб ты тут мне не разводил (знаю я тебя, гения). Я спрашивать буду. Расскажешь сам только о том, что забуду спросить.
   - Договорились. А я речь тебе приготовил. Жаль.
   - И так, как психи стали пачками выздоравливать в клинике?
   - Э... это со средины, раньше надо.
   - Не надо! Ясно, что ты что-то придумал в институте. Во время работы на периферии опробовал, но там тебя поставили на место, а я тебе открыл полный карт-бланш? Ну?
   - Не нукай, помню, что ты юрист и вопросы ставить умеешь. Да так всё и было. Помог ты мне здорово и тогда, и сейчас завершить работу. Метод прост как правда. Мы многое читаем в детстве, но не над многим задумываемся. Лем написал Непобедимого и там обрисовал сцену поведения человека, потерявшего память от воздействия мощного магнитного поля инопланетного разума. Запало в голову. Я проверил. Крысы от мощного поля дохли, кролики и собаки тоже. Меня чуть из вуза не вышибли. Темой курсовой работы взял исследования и провалил.
   - Жаль, что не выперли. Бомжи не дохнут! Значит, ты нашёл причину?
   - Да, чёрт тебя возьми! Поле уничтожает душу, без души тело - труп.
   - Ну и успокоился бы на этом. Душой ты, так понимаю, называешь всю психику человека?
   - Да, вынь из нас всё, что крутится в мозгу, четыре - пять минут и относи закапывать!
   - Так и что же ты нашёл, чтоб и душа на месте и психики нет?
   - Душа - поле! Это она отлетает и возвращается, когда человек не умирает насовсем. Электромагнитное поле, нет пока ничего, кроме тока, что может переносить информацию и сигналы. Поле легко фиксируется, легко вытесняется более сильным. И не так легко, но сворачивается, если поместить его во вращающуюся магнитную оболочку. Легко сканируется к тому же, только объём информации довольно большой и не помещается на простой носитель. Диск там или флэшку.
   - Значит, ты научился доставать душу сворачивать и прятать её обратно в тело? Да ещё и копии снимать! В шкафу винчестеры с душами бомжей, а они не померли потому что их души в них окуклены?
   - Ну, почему мне ни один человек не попался с такими мозгами, как у тебя. Все долдонят: души нет, отделить её невозможно, скопировать тем более, а засадить обратно в тело - это фантастика. Вон она фантастика под потолком болтается. Томограф списанный.
   - Ты на этом конечно не остановился и двинул дальше? Хотя, куда уж дальше? Хватило бы и этого на Нобелевку.
   - Да, двинул, я же врач. Можно психически больного лишить души, окуклить её и обучить снова, как новорожденного. Психика будет нормальной, но, но это долго и минус прожитые им годы. Иногда много лет.
   - Ты решил исправить душу и вложить обратно уже исправленную, а чтоб была возможность работы не четыре-пять минут, окукленную всунуть в тело, а работать с копией?
   - Да!
   - Больные с скорректированными душами стали здоровыми?
   - Да!
   - Почему некоторые после этого жить не захотели?
   - Дело-дрянь вот почему. Настоящую душу можно окуклить, но удалить невозможно. Эрзац - копия возможна лишь, если в теле пусть окукленная, но настоящая душа. А разрушить оболочку куколки оказалось просто. Догадываешься как?
   - Пожалуй, да! Все твои суицидники были в сильной степени опьянения или под дурью.
   - Да это выяснилось, почти, сразу же. Куколка сидит в подсознании. Никто никогда не узнает, что в нем (кроме меня естессно). Ну, а подсознание раскрывается, когда человек мертвецки пьян или обкурился до беспамятства. В общем что у трезвого на уме... И это бы не так страшно, у каждого из нас в башке сидит не одно я, но они в трезвом виде уживаются. В невменяемом подпитии - нет. Ну и один уничтожал другого. Тут не раздвоение души, а две полноправные хозяйки тела. и это, как ты догадываешься, возможно лишь одним способом. Физически уничтожить тело.
   Наши пациенты, в основном, пьющие, нюхающие или колющиеся. Редко у нас с ума сходят по трезвяни. После выписки это дело везде отмечали. Пить можно, напиваться нельзя. Кто напился тот и на кладбище, способы разные, история одна.
   - Что ты намерен делать с бомжами?
   - Ничего, пусть нянчатся с ними. Если меня сильно достанут, просто верну им их психику. Один укол промедола и они снова люди.
   - Но ведь это же путь к бессмертию! Оставь окукленную душу в её теле и сажай любую копию! Пробовал? По глазам вижу!!!
   - Конечно, пробовал. Проблем больше чем выгод, и я не Бог, решать сколько кому и в чьём теле жить. Могу твою копию снять на всякий случай?
   - А это сложно? Нет, только, побываешь за чертой смерти, да ты ведь бывал уже, не напугать этим! Хочешь?
   - Кто бы отказался? Мало ли что?
   - Я! Нас всего двое, кто знает о методе всё. Но ты не сможешь им воспользоваться, не знаешь подробностей. Коды знаю только я. Так снять твою копию?
   - Снимай!
   - Тогда раздевайся.
   А можно ли преодолеть искушение бессмертием?
  
  
   Глава 7. Я
  
   Всё - таки этот живодёр оказался чертовски прозорлив. Через полгода я попал в катастрофу. Мы с небольшой командой возвращались из столицы. Губернатор предложил выслать за нами личный самолёт, я отказался. Полетели обычным гражданским рейсом одной из городских авиакомпаний. Всё шло штатно, и под крыльями был уже родной город и заход на посадку. Через несколько минут нас бы встретила специальная команда с транспортом до города. Но что-то пошло не так на первом круге и пилотам приказали диспетчеры уйти на второй и повторить заход. И это, в общем, было рядовым и пустяковым делом. Но над полосой при переводе на форсаж, один из двигателей дал сбой. Тяги не хватило, самолёт свалился в пике и вертикально влетел в ВПП На глазах встречающих. Кто-то даже снимал самолёт и его падение на телефон. Все на борту погибли мгновенно. Опознать удалось немногих в хвосте лайнера, кабина пилотов и вип салон превратились в массу из человеческих останков, деталей и фрагментов самолёта.
   Нас так и схоронили в общей могиле всех, кто не был опознании, воздрузив над ней стелу с именами погибших.
   Но всё это я узнал гораздо позже: из газет и рассказов Менгина. Сам же я помню чудовищный рёв визг и вопли людей в салоне, вдруг ставшем вертикально, удар, боль и наступившую темноту. И всё!
   Очнулся я в почти знакомой обстановке одной из палат корпуса, в Сосновом бору. Первое впечатление: крайнее удивление, я прекрасно помнил, что погиб. Ухмыляющийся док - второе, что я увидел повернув голову. Я лежал на знакомой каталке.
   - С возвращением на грешную землю! Ну как там, в загробном мире? Мемуары напишешь потом?
   - Пошёл к... матери! Нет там никакого загробного мира. Тьма!
   - Ну это не новость для меня, не ты первый мне это говоришь. Давай-ка лучше обсудим, как с тобой быть дальше? Когда я говорил тебе о проблемах, они были чисто теоретическими, а ты узнаешь их на практике. Я даже всех и представить не могу.
   - А на кой чёрт ты меня вообще вернул к жизни и чьё тело взял для этого?
   - Это не важно. Считай тело бесхозным. Я тут договорился с вивисекторами с факультета пластической хирургии. Они у меня на бомжах проходили практику лицевой хирургии, так что тебя нет. Человек, поступивший к нам не имел документов, только кличку. И...я стёр из его памяти всё, что касалось его личности. Так что считай тело своим. Самую главную заповедь ты помнишь? Не нарушишь её - проживёшь жизнь спокойно. Физическую жизнь. А вот снова стать человеком будет неимоверно трудно, но ты сильный - выдержишь.
   - Обрисуй положение. В чём основные трудности?
   - Ну, во - первых ты никто. У тебя нет ничего, кроме жизни. Ни документов, ни родных, ни друзей, ни работы. Ни!-Че!-Го!
   Ты инопланетянин, даже у Штирлица кое - что было. У тебя нет. Тебе всё нужно начать с нуля. Документы я сделал, внешность тоже. Тебя никто не знает и не встретит случайный знакомый. У тебя их просто нет. Но ты знаешь тысячи людей, и у тебя рано или поздно возникнет соблазн встречи с кем -то из них. Не советую. Ты это не ты, а чужой незнакомый им человек. Попытка проявить себя вызовет у них ужас. Ты здоров. На первое время я дам тебе денег, но потом нужно будет зарабатывать их самому. Для этого нужны ещё документы кроме паспорта. Их не потребуют разве что у киллера или портового грузчика. У тебя нет жилья, прописки и других мелочей, что составляют быт. Даже в гостиницу тебе не устроится. И так везде. Любое твоё телодвижение будет вызывать проблемы, крупные или мелкие, но на первых порах ежечасные. Лучше всего тебе покинуть и город, и страну. Всё равно ты инопланетянин. За границей, по крайней мере, до тебя никому не будет дела и не будет искушений, например, увидеться с сыновьями. Ты понял, в каком положении ты очутился?
   - Да, но мне кажется при всех минусах главный плюс, что я жив, перекрывает их все.
   - Не знаю! В этом я не уверен совершенно. Начать жизнь с нуля наверно интересно, но хлопотно ужасно. Пока съездим на твои похороны. Я, как близкий друг, обязан толкнуть речь. Одевайся! - он указал на стопку одежды, аккуратно сложенной на табурете и костюм на вешалке.
   На кладбище я впервые почувствовал, что такое быть абсолютно одиноким в толпе.
   Мэр начал траурный митинг. Его не слушал никто. Со времени катастрофы прошло несколько месяцев. До завершения расследования и установления причин хоронить погибших запрещено, кроме однозначно опознанных, а таковых почти не было. Всех хоронили в общей могиле, разделив останки на несколько гробов. Вокруг колыхалось рыдающее и гомонящее о своём людское море. Я не мог подойти ни к кому. Я здесь был чужим. Меня не расстроило даже то, что и жена, и любовница стояли, поддерживаемые незнакомыми мне мужиками. По тому, как они прикасались к женщинам было понятно, что они не посторонние. Дети весело щебетали о чём-то своём, уже привыкли, что папы нет. Док двинул недлинную, но проникновенную речь. Его слушали. Известен он был не меньше мэра. Прогремел прощальный салют и родственники потянулись бросить горсти земли в могилу. Да, впечатления от собственных похорон я не пожелал бы никому. В первый раз я задумался, стоит ли жить после смерти. Менгин вывел меня из задумчивости.
   - Поехали! Старая жизнь кончилась. Будем начинать новую.
   За ужином в ресторане он выложил мне на стол пакет.
   - Там всё нужное, на первых порах. Самолёт через пару часов. Я тебя провожу. Деньги поначалу буду переводить тебе на счёт. Но научись со временем зарабатывать их сам. Встретимся...нет, пожалуй, лучше не встречаться, да это и невозможно. Меня приглашают в Штаты и дают клинику, о большем я и мечтать не мог. Спасибо тебе, что дал довести работу до конца. Кстати в твоём теле нет куколки, но...
   - Что но?
   - Я не знаю, только сдаётся мне, что дело не в одной душе. Память есть у каждой клетки протоплазмы или не память. Словом, у живой материи законы свои. Разбирайся сам, я сделал всё что мог. Нам пора в аэропорт.
   Менгин лихо рулил своей гордостью - Ягуаром, единственным в городе. По дороге разглагольствуя о том, что ни один дэпээсник не останавливал его ещё:
   - Да ты думаешь это из-за твоей машины? Ты наверняка уже организовал утечку, что потрошишь мозги и никто в здравом уме с тобой связываться не будет.
   - Неинтересно с тобой разговаривать всё ты уже наперёд просчитал. Да меня тут стали знать слишком хорошо, потому я тоже вскорости отсюда отбуду. Завершу все опыты и кану за океан.
   - С бедолагами что решил?
   - Ничего. Их обучат и пусть начинают новую жизнь.
   - А как же спиртное, наркотики и расконсервация куколки?
   - Их проблемы. При выписке дадут подписку, не употреблять. Да это нескоро и меня тут уже не будет. Да я кое-что ещё и придумал, пока ты округом рулил и в холодильнике морга валялся. У них будет шанс начать новую жизнь, только я думаю...
   Досказать он не успел, мы уже приехали. Менгин всюду следовал за мной, как привязанный,
   - Слушай! Поезжай домой я не малое дитя и улечу спокойно.
   - Нет! Пока самолёт не оторвётся от бетонки я отслежу все твои движения и мне спокойней, и тебе.
   Накаркал! После регистрации мы прошли в зал ожидания рейса, попросту - накопитель и там нос к носу встретились с моей любовницей и её новым бойфрендом. Не знаю, какая муха меня укусила? Позже, анализирую ситуацию, я понял, что это не муха, а сбой в мозгу из-за наличия в нём постороннего желания, не принадлежащего мне. То, что сидело во мне от прежнего хозяина тела, поняло, перед ним альфа - самка, как я, в шутку, её называл. Мужики, все кто мало мальски что-то собой представлял, хотели её до дрожи и потери контроля. Ей это доставляло удовольствие. Иногда она играла на этом. Но серьёзных отношений не допускала. Порой я сомневался, относилась ли она искренне ко мне? Наверно, да, потому что я всегда владел собой и это её заводило. Она понимала или чувствовала, что я могу сдерживать себя, а это не удавалось никому, но сейчас. Мои руки непроизвольно проделали жест означающий - "хочу тебя", совершенно без моего желания. Я пользовался им в случае, когда не мог в открытую говорить или проявлять, хоть как-то, наше знакомство и отношения на людях. Кроме нас о нём никто не знал. Словно машинально, достал платок из нагрудного кармана пиджака, будто мне что-то не понравилось в его расположении и повернув его обратной стороной вложил обратно. При этом, делая всё на автомате, но глядя ей в глаза. Увидев этот мой жест, она побледнела и тихонько осела на не очень чистый пол. Её бойфренд, я узнал в нём гонщика формулы 1, единственного из россиян и нашего города, не растерялся. Придержал её, чтоб не грохнулась со всего маху и после этого направился ко мне с самым решительным видом. И уже гневно напряг лицо для выкрика и занёс руку. Нужно отдать ему должное: и наблюдательностью, и реакцией он обладал отменными. Но мой жест не укрылся и от живодёра. Я понял, он знает и о ней, и наших отношениях. Теперь я уже сомневался, что о них не знает никто. Недооценил я одноклассника. Он держал ситуацию под контролем. Мгновенно выхватив из кармана пиджака баллончик с нервно-паралитическим газом он направил струю в лицо гонщику. Подхватив оседающее тело он закричал:
   - Кто-нибудь, врача! Скорее! Человеку плохо!
   Возникла паника и суета обычная для таких происшествий. Менгин уложил гонщика и смешался с толпой зевак. Появился врач в халате.. Позвонил по мобильному и вскоре в накопитель пришли санитары с носилками и унесли гонщика в сопровождении моей бывшей пассии, уже пришедшей в себя. Она покрутила головой по сторонам разыскивая меня, но народу вокруг собралось много и я остался не замеченным ей. Объявили посадку, я с облегчением отметил, на борту их нет. Рейс не стали задерживать. Док возник у трапа и вместо напутственных слов и рукопожатия прошипел:
   - Дурак!!!! Чуть всё не испортил.
   - Успокойся, это не я! А ты ведь, подлюга, не зря волочился за мной и наверняка знал список всех пассажиров. Мне уроки не нужны! Прощай - поганец! - Менгеле расплылся в улыбке и... протянул руку.
   - Прощай!
   Самолёт оторвался от полосы, меня пробила мысль, что я действительно один на один со всей этой планетой.
  
   Глава 8. Мы
  
   - Странное состояние. Моё тело, но почему оно не всегда делает, говорит, думает то, что хочу я? Я не могу никак этому воспрепятствовать. Я же вот здесь. Лицо не моё, но это и понятно, и лучше - меня никто не узнает с ним, но почему я не могу делать всё остальное, что же такое произошло со мной? Почему я помню только до того момента как меня поймали в сеть словно дикаря? Дальше пустота и чужая воля! Кто тот кукловод, что руководит мной, и я ничего не могу поделать? Как освободиться от его навязчивых мыслей, желаний, действий. Я не хочу поутру кофе. Я хочу в свою среду, из которой меня вырвали. Я не хочу чистеньких горничных и дорогих шлюх, у меня нечем платить им. Я привык жить с азартом на пике адреналина к дракам к картам, драйву, а это что - спокойная размеренная жизнь судового хронометра? И я никак не влияю на неё, меня словно нет, меня напрочь игнорирует собственное тело. Я есть, я знаю, что я есть, но мне нельзя себя проявить. Почему? Вчера я видел бой петухов и даже сделал ставку, и выиграл. И всё - снова холодный расчет и, снова моё тело тащит кто-то чужой и невидимый, лишь изредка потакая моим желаниям.
   - Как мне надоело бороться с моей другой сущностью. Она достала меня низменными и примитивными желаниями. Я не буду пить поутру чай с ромом. Мне нужна трезвая голова на день. Хорошо, что такие желания редки, но они напрягают и мешают, иногда в нужный момент я поступаю совершенно не так как хотел. Сколько это будет продолжаться? Пока не заметно прогресса ни в одну сторону. Как избавиться от этого? А может это как раз то, о чём предупредил док?
   Если во мне нет бывшего хозяина, откуда не присущее мне в моих мыслях и поступках? Что-то этот живодёр не договорил. Позвонить ему? Нет, пока это не катастрофа, оставим звонок до других времён. Нужно всё взвесить и пожалуй прогуляться.
   - Ну что же ты делаешь? Чёрт тебя возьми, очнись! Она несётся быстрее, чем тебе кажется. Не стой истуканом, надо двигаться. Удар! Темнота! Свет! Боль! Скорая. Разбитая машина на обочине. Но жив, снова жив. Укол. Темнота.
   - Доктор, что это было?
   - Лежите, лежите! Вы слабы после укола. Ничего страшного, всё уже позади. Вас сбила машина, и я вколол обезболивающее. У вас прекрасная реакция. Вы служили в спецназе? В последнюю секунду вы сгруппировались профессионально, одни ушибы, ссадины и болевой шок от удара. Нокаут. Машина, как будто, врезалась в дерево и вылетела с дороги. Девушка жива. Признайтесь, вы на неё загляделись? Она и вправду красавица. Дожидается, когда вы выйдите из комы. Познакомить?
   - Нет, не нужно. Я просто задумался, и до машины было далеко. А что вы мне вкололи и сколько?
   - Наркотик. И приличную дозу, чтоб вам не было так больно, всё - таки ссадины у вас нешуточные, но переломов нет и через пару - тройку дней я вас выпишу.
   - Хорошо, а укол зря, мужчина должен уметь терпеть боль. Можно позвонить? Дайте, пожалуйста, мой телефон.
   - От него ничего не осталось. Вы держали его в руке в момент удара. Возьмите мой.
   - Спасибо! Странно никто не отвечает. Менгеле - живодёр проклятый, ответь! Куда ты запропастился, паршивец?
   - Извините, вы сказали Менгеле? Я подслушал нечаянно.
   - А что, вас заинтересовало это имя?
   - Нет, просто я прочёл вчера в газете о происшествии с каким-то доктором Менгеле. Наверно, просто совпадение.
   - У вас осталась эта газета?
   - Возможно, если не выбросила уборщица. Принести, если найду?
   - Пожалуйста.
   - Чем там ещё мог прославиться этот живодёр, что это о нём - сомнения нет. А вот и доктор, нашёл - таки, газету.
   Доктор услужливо развернул газету на нужном месте и вложил аккуратно в мои перебинтованные руки. В криминальной хронике красовался коллаж развороченного дома с портретами погибших по периметру снимка и коротенькая заметка о взрыве в секретной клинике ЦРУ и гибели нескольких её сотрудников и пациентов. Среди фотографий погибших был и улыбающийся Менгин. Я понял, что больше мне никто не ответит.
   Я вышел из клиники через три дня. Ушибы и ободранные руки ещё болели, но терпимо, сделать перевязки я мог и сам. Выброс адреналина и лошадиная доза наркотика сделали своё дело. Остатки того, кто был владельцем тела до меня, активизировались, но не зря живодёр сказал, что степень очистки наиболее полная из возможных. Бывший не мешал мне жить, хотя я теперь знал, кто он такой и вспомнил, где я видел эти глаза. Меня тревожило другое. Что могло взорваться в клинике Менгина и почему поминалось о причастности к ней ЦРУ? На всякий случай я снял с кредитки все деньги, закрыл счёт в банке. Кредитку и паспорт сжёг в костерке на пустыре. Взял билет в другую страну по новой идентификационной карте, заблаговременно полученной мной, и покинул приморский городок. Со старым владельцем тела договориться я сумею, с ЦРУ вряд ли. Зная Менгина с детсада, я не поверил ни одному слову в заметке. Был ещё один, настороживший меня момент, или не один?
   Пока я проделал всё, этот мой двойник не проявил себя ни разу или затаился, или понял, что от него не зависит ничего. Ну что ж, теперь я действительно начну новую жизнь. Рассчитывать можно лишь на себя. Или на нас обоих?
  
   Глава 9. Все
  
   Да, интуиция меня никогда не подводила. Психиатр - живодёр, доктор Менгеле, оказался живее всех живых. Сейчас он сидел в кресле напротив меня в отеле экзотической страны на побережье Африки. Постучав, он принёс в номер отеля поднос с заказанным мной в ресторане завтраком. Не открой он рта, признать в красивом, холеном, спортивного вида мужчине, в белом костюме официанта отеля бывшего живодёра никто бы не смог. Но первая же его фраза выдала его с головой. Он и не пытался что - то скрывать. Поднос довершал его провал окончательно. На нём не было решительно ничего, что заказал я. Топорщилась пузатая бутылка рому с тремя дымящимися стаканами чая и горка круассанов:
   - Извини, мятных пряников тут не водится!
   Давясь смехом, напополам с грогом, он рассказывал эпопею о своей "научной" карьере в Америке.
   - Ты представляешь, амеры, полные идиоты до той поры, пока дело не касается безопасности их бандитско - авантюристской страны. Молодцы, сволочи! Наши тоже везде, но против янки - детишки. Ну, да в общем это и верно, любой авантюрист сильно переживает прежде всего за свою шкуру.
   - Как ты в ЦРУ - то угодил?
   - Ты знаешь, эти гниды по всему миру отслеживают всё, что мало - мальски может заинтересовать людей в погонах, а тут -пересадка мозгов. Это же Эльдорадо для них! И по фигу им бессмертие. Они по -моему и не допёрли до него. Их гораздо больше заинтересовало, что мозги можно засадить в любое тело. Это же - супершпион! Мама дорогая не признает, что в её сыночке совсем другой человек. Он внешне тот же. Ну и мне сразу прямо заявили: делай, что хочешь, но наши заказы приоритетны. Только когда их суперагенты начали проваливаться, до них дошло, что всё не так просто.
   - Да ты ведь, сволочь, их и сливал. Судя по тому, как ты легко отыскал меня, ты им бирки навешал? Так? Я тут подумал. Ты снял копию. Винчестер валялся у тебя в шкафу, а я то жил дальше. Копия не "знала" как я живу. Почему тогда я прекрасно помню кусок жизни после снятия её и ощущения в катастрофе? Ты ведь что-то недоговариваешь?
   - Ну я не мог же тебе всё сразу и выложить, да и небезопасно это. У нас с тобой и ещё одного моего пациента куколки нет. Без неё тело жить не может.
   - Помню, это ты мне говорил.
   - Так не может потому, что копия кончается сроком съёмки, а тело-то живёт дальше и копия устаревает. Это-то разрыв и оказался смертелен.
   - И ты преодолел и эту проблему?
   - Да! Просто нужен чип, что будет связан с носителем копии, если она сразу не пересажена и он в момент когда между ним и моим компом была простая телефонная связь дописывал недостающее в копию. Ну кто после этого скажет, что я не гений? Полная копия так же жизнеспособна как та что в теле, как и это тело с куколкой.
   - Примерно это я и хотел спросить у тебя, когда звонил твоему трупу в клинику.
   - Ну, тебя к чёртовой матери, ты думаешь быстрее, чем весь их аналитический отдел. Наливай, ром без чая! Каяться буду!
   - Значит, двойник тебя не грохнет?
   - Повторюсь, нету у нас с тобой двойников. Есть генетическая память прошлого хозяина. То руки что-то вспомнят и начнут карты передёргивать, то глаза нож триммера у шеи увидят, то печёнка рому захочет с ... чаем! Будь он, ты уже разнёс бы свою башку из Глока. Играешься пистолетами всё ещё? Будет время, научишь палить с двух рук, македонец хренов. С ЦРУ не повоюешь. Они везде.
   Ну, так вот. Дали мне клинику, я развернулся, конечно. Приборчик мой сделали, да вон он в кейсе, не тот, что в России был из томографа сляпан. Да, козлы, не трогали бы Родину, я и пахал бы на них. Всё есть, денег немеряно. Так нет поперёк горла мы там у них за океаном. Всё почитай продали им, а им всё мало - полный контроль нужен. А я ж патриёт махровый. Сперва бирки придумал, а потом понял, что в нашей стране и бирки на хрен не нужны, а сам провалишься из-за них в два счёта. Народ в глубинке колет любого суперагента в любом прикиде в три минуты. Помнишь в одном кине: "Не, робя, вы не русские"!!! Русские не отказываются от халявной выпивки. Амер в любом теле виден без всяких бирок. Провалы пошли, и мной заинтересовались: не я ли их автор? Ну, в общем правильно, но не совсем. Я и понял - надо уносить ноги, пока не вынесли вперёд ими. Перебрался с ассистенткой в другие тела. Клинику рванул и себя вместе с ней, и самых главных умников. Пришлось старым телом и одной копией пожертвовать. Собрал их на прессконференцию, да и рванул. До сих пор тело чешется, понял, что ты испытал, когда самолёт падал.
   - Длинно ты тут мне всё рассказываешь, я ни секунды не сомневался, что это твоих рук дело. Меня зачем хотел убрать?
   - Ну, я же сказал - каяться буду. Сгоряча я решил, что одному будет лучше, а ты свидетель и знаешь о методе. Америкосы записывали каждый мой пук, но вряд ли они чего - то достигнут - всех спецов я уничтожил. Но мало ли, вдруг как-то вышли бы на тебя?
   - Совесть не мучит?
   - Нет! Будешь смеяться, но это враги. Добрые, улыбчивые, благостные, но бешеные враги. Молчит моя совесть.
   Значит, ты один - угроза. Ну, я и послал к тебе того, кто тебя знал лучше матери. Конечно, тело тоже не ёе. Нашли мне одну итальяночку в борделе. Думал, соблазнит тебя и пристрелит. Просчитался. Времени уже на это не оставалось. Приказал сбить тебя машиной и добить, если очухаешься. Знаю как ты живуч. Да эта зараза - в свою игру решила поиграть. Втюрилалась в тебя ещё в нянечках. Сбить-то сбила, не могла меня ослушаться, пристрелить своего выкормыша не хватило духу Да и не собиралась она этого делать. Хотела похитить тебя да машину разнесла о тебя, как об столб. Не на себе же тебя тащить? Растерялась. Вызвала скорую. Тут уж ничего ей сделать не удалось дальше. Что тебя убить геморройно - мне было ясно сразу. Передумал я потом, да механизм уже крутился. Я в общем рад, что не получилось у неё ничего. Она так за тебя переживала, а ты даже не взглянул на неё. Заходи, падшая женщина! - Менгин распахнул дверь в номер.
   На пороге возникла молодая копия Софи Лорен, но жест, которым она поправила волосы, прошиб меня как током, я мгновенно вспомнил его. Вернее не я.
   - Здрасьте! - абсолютно чужой незнакомый голос, но интонация... Да, шпионы пожалуй из новых владельцев никудышные, машинально отметил я. Хорошо что у меня достало ума ни с кем из бывших знакомых не искать встречи.
   - Ну вот, ребятки, все мы вместе, кто в курсе моих работ. Передышки у нас несколько дней. Потом амеры просекут всё и кинутся в поиски и, я уверен, найдут. Они везде. Лишь одна страна не по зубам им. Догадываетесь?
   - Валить на Родину? Очень бы не хотелось. Но ты прав, только там безопасно. Причём в глубинке. Никакой агент, никакой киллер не сможет проникнуть в какой-нибудь зачуханный Конотоп незамеченным, остальной мир для амеров прозрачнее бриллианта чистой воды.
   - Тогда собирайте манатки, о документах на Родине я позаботился. Не факт, что у нас на хвосте уже кто-то не висит. Чем скорее мы отсюда исчезнем, тем лучше для нас. Катер я уже зафрахтовал, все авиарейсы во всём мире контролируются. Эти твари, буквально, повсюду. Уходим. Присели на дорожку.
   Дорога была нелёгкой, и только через несколько недель мы натурализовались в одном из многочисленных городишек на морском побережье. Добытые доком документы позволили устроиться на работу всей троице. На память о приключениях или прошлой жизни Менгеле сделал документы бывшей ассистентке на имя Света. Она работает медсестрой в городской больнице. Док заведует наркодиспансером, а я по старой памяти боцман на портовом спасателе. Со Светланой мы официально расписались и ждём наследника. Док поумерил свои амбиции на Нобелевскую премию, но не отказался от них вовсе. Прибор держит в рабочем состоянии, но пока лечит пациентов обычными методами и лекарствами. Пока! Успехи рядовые. Он чертовски терпелив, но я думаю...
  
   Без света
  
  Оглавление:
  
  Глава первая. Интерес
  Глава вторая. Учитель
  Глава третья. Куда катимся?
  Глава четвёртая. Решение
  Глава пятая. Нужно решиться
  Глава шестая. Подсказка
  Глава седьмая. Рождение энергофага
  Глава восьмая. В темноте
  Глава девятая. Новая жизнь
  
   Глава первая. Интерес.
  
   Самым уважаемым историческим персонажем Льва был Никола Тесла. Давно, ещё со школьных лет. Он, шалопай и троечник, познакомился с новым учителем физики, направленным в школу после окончания института. Лев перешёл в девятый класс, отработав положенную практику на садовом участке. Вместо вёдер с водой для полива многочисленных грядок, судьба подкинула ему непыльное занятие. Памятуя о том, что единственная его пятёрка в свидетельстве об окончании восьмилетки по черчению, руководительница практики попросила его написать таблички с названиями растений на участке. Растений высаживали тысячи и, посмотрев, что в день Лев писал не больше полусотни табличек, ему в помощь определили такого же лоботряса Ива.
  Писать красиво Ив не умел и занимался подготовкой табличек, малюя фанерки для них чёрной краской. До сих пор Лев щеголяет в разговоре словечками из названий фауны той поры, не имея ни малейшего понятия, как они выглядят.
  
   Практика осталась позади. Закончился сенокос, где мальчишки работали наравне со взрослыми, и в середине августа, сидя на лавочке и балагуря с друзьями, они впервые увидели идущего мимо субтильного юношу с длинными чёрными волосами, их он совершенно не заинтересовал. Вечером оказалось, что его поселили на квартиру к одинокой тётке через дом от Льва. Ватага до темноты играла в волейбол во дворе дома, где обосновался новый постоялец.
  
   Он вышел размяться с детьми. Неважного игрока быстро раскусили и вдоволь порасстреливали в традиционной игре "в картошку". Евгений, так звали учителя, возможно, и обиделся на такой приём, но виду не показал, а взамен получил круг общения с будущими учениками, хотя ни они, ни он этого ещё не знали.
  
   Старого физика посреди года помели за пьянку, и в восьмом классе этот предмет у Льва вели все, кто хоть что-то в нём смыслил. В кабинете и лаборантской царило запустение. Юная лаборантка Катя несильно рьяно несла свои обязанности, иногда протирала пыль на стеллажах с оборудованием да изредка готовила простенькие лабораторные. Перед серьёзными приборами она испытывала трепет, присущий девчонкам.
  
   Евгений принял от завхоза приборы по описи и присел в углу лаборантской в задумчивости. Часть их даже не распаковали. Школы снабжали централизованно, оборудование привозили круглый год, а пустить его в дело случайные люди не спешили. Да и стоили тогда такие вещи бешеных денег, и отвечать за них мало кому хотелось. Прикинув время до первого сентября, Евгений загрустил. Нагрузка у него получилась предельная, писанина планов не оставляла времени на что-то ещё.
  
   В другой же волейбольный вечер физик обратился с просьбой к пацанам помочь привести приборы в порядок, предупредив, что платить за работу школе нечем. Пацаны почесали затылки и... отказались, лето заканчивалось, а в надоевшую школу раньше времени хотелось несильно. Согласился один Лев, днём слоняющийся без дела и вечно придумывавший какие-нибудь проказы, иногда опасные, и частенько испытывающий на определённой части тела отцовский ремень.
  
   Сначала сделали опись оборудования по классам и разложили по стеллажам. Это заняло неделю. Сейчас учителя используют компьютеры и виртуальные опыты, тогда в пору покорения космоса и высадки людей на Луне, отношение к физике было другим. Ни один предмет не обходился так дорого. В каждой школе, организовывали кружки или научные общества и проводили исследования на уровне повторения исканий знаменитых физиков. Там, где физику вели учителя-энтузиасты, ни один урок не обходился без демонстрации законов в действии. Опытов ставилось огромное количество. Серьёзные учёные работали над программами предметов и обеспечением их наилучшего преподавания. Возможности школьных лабораторий впечатляли. Сейчас, оглянувшись на сорок лет назад, можно сказать - преподавались естественные науки тогда с отменным качеством. Будь в стране другой строй и возможность применения полученных знаний, страна бы имела не только современные вооружения. Но история не терпит - "а если бы?"
  
   После распаковывания приборов и сортировки их по изучаемым темам и по классам, делать стало вроде бы нечего. Тогда Евгений предложил подготовить приборы к работе хотя бы на одну четверть. Первые же опыты и результаты их захватили мальчишек. К тому времени Лев уговорил помогать физику ещё двоих друзей "с головой и руками". Вскоре их пришлось отправлять домой в конце дня едва ли не насильно, так они увлекались. Сам Евгений, не обременённый семьёй, засиживался в школе допоздна.
  
   Больше всего нравились лабораторные по электричеству. Специальный набор, вроде конструктора, позволял провести двести таких опытов, и все они для ребят открывали что-то новое. Какому из мальчишек, прочитавшему "Остров сокровищ" Стивенсона и узнавшему, что есть какие-то огни Святого Эльма, не захотелось бы получить эти огни в кабинете физики? А проверить невозможность создания вечного двигателя, соединив электромотор с генератором, чтоб этот генератор электромотор и питал?
  
   Лев, читавший всё подряд в любую свободную минуту, получил возможность проверить кое-что из прочитанного на практике. Однажды, готовя лабораторную с неоновыми трубками, он наткнулся на неизвестное для себя имя: Никола Тесла, изобретателя высоковольтного трансформатора, в поле которого и светились фигуры и буквы из стеклянных трубок, заполненные неоном. Ему это запало в память, и через несколько дней на его просьбу школьная библиотекарша вручила небольшую брошюрку о великом изобретателе.
  
   Описание опытов Тесла привело мальчишку в восторг. Особенно рассказ об автомобиле, подаренном изобретателю, у которого тот выбросил бензиновый двигатель, заменил его электромотором и каким-то "чёрным ящиком" с начинкой из деталей, приобретённых в магазине радиотоваров. Автомобиль ездил ни на чём. Уже проделавший опыт с мотор-генератором Лев понимал, что так быть не должно. Все расспросы Евгения ничего не дали, тот лишь сказал:
   - Да, факт такой известен, но ни схемы, ни самого автомобиля нет. К этому приложили руку нефтяные компании. Представляешь, что случилось бы, реализуй Тесла идею в мировом масштабе? Нефтяные магнаты пошли бы по миру с сумой!
  
   На этом интерес Лэна к великому изобретателю поиссяк на долгие годы, но полученные знания засели в голове.
  
  Глава вторая. Учитель.
  
   Куда поступать после школы, Лев раздумывал недолго. Много позже он узнает, что по гороскопу - Близнецы, а для них выбор самое трудное дело. Он начнёт сомневаться - тем ли занимался всю жизнь? Куда идти после школы парень не раздумывал. Он решил, как Евгений, стать - учителем. Физика нравилась больше других предметов, но он любил делать многое своими руками и многое умел.
  
   Физические опыты пусть и нравились, но ставились на готовых приборах, по готовым придуманным кем-то и когда-то схемам. Сначала это казалось интересным: получить подтверждение тому, что написано в учебнике, но скоро наскучило. Экспериментатор в душе он явно перерос школьный уровень.
  
   Компромиссный вариант нашёлся в соседней области. Название специальности звучало длинно и витиевато "Учитель общетехнических дисциплин и труда с дополнительной специальностью физика", хотя факультет название - физический. Проучился Лев на этом факультете всего два года. Специальность упростили сократили срок обучения на год, попутно прикрыв военную кафедру. Факультет выделили в самостоятельный присвоив название - индустриально педагогический. Это в общем обрадовало, что учиться меньше и летом не бегать по полям в бэушной военной форме, осваивая науку воевать.
  
   Общую физику студенты уже изучили, а он давно понял, что его влечёт не чистая физика, а возможность её применения, делая задуманное своими руками. На выдумку же его голова никогда не скупилась.
  
   Защитив диплом на "отлично", свежеиспечённый учитель оказался в одном из райцентров своей области. Работа не изобиловала никакими особенными взлётами или падениями, но позволяла делать выдуманные им вещи и руководить ребятами, такими же сорванцами, как он в детстве.
  
   Так незаметно Лев и доработал до поры, когда его предмет сократили настолько, что смысла вести уроки не осталось. Наступил первый сентябрь, в который он остался дома. В стране прокатывались волны: катаклизмов, путчей, дефолтов, кризисов. Могучая держава развалилась, но это шло как-то рядом с работой, несильно касаясь учителей, они работали, как работали, иногда на чистом энтузиазме, месяцами ожидая мизерную зарплату. Образование в стране неуклонно упрощалось, качество падало и, при первой возможности, Лев бросил школу, чтоб не участвовать в постыдном процессе.
  
   В начале нового тысячелетия его увлекли компьютеры. Быстро поняв, что за ними будущее всех сторон жизни, Лев приручил компьютер с дотошностью экспериментатора и заинтересовался программированием. Подоспела "мировая паутина". Сначала невнятная и мутная, но вскоре опутавшая жизнь людей так, что вырваться из неё стало невозможно, да никто в эйфории серьёзно не пытался.
  
   Компьютеры прочно вошли в жизнь настолько, что их перестали замечать, но мгновенно спохватывались, если что-то с ними становилось не так. Несколько часов без Интернета или сутки без Википедии, повергали людей в состояние, близкое к беспомощности. Банки, торговля, аэропорты, вокзалы при сбое впадали в кому.
  
   Появились первые, кто задумался, а чем это кончится и борцы с... Интернетом. Вирусы и вредоносные программы стали сотрясать сеть и лихорадить сферы целиком попавшие в зависимость, почти, ежечасно. Огромное количество народу ринулось на борьбу с проблемой. Некоторые государства создали даже службы безопасности сетевых ресурсов. Борьба эта шла с переменным успехом, но исход её был предрешён - система крепла.
  
   Лев наблюдал эти войны, как пользователь, всё больше времени пропадая в виртуале. Что-то подспудно поднималось в сознании, пока ещё не окончательно оформившееся, но тревожное. Тревога нарастала. После того, как между несколькими странами испортились отношения, в сети началась самая настоящая война. Разобрать кто прав, кто виноват стало невозможно, но втянуты в неё оказались полмира. Кончилось тем, что конфликт перешёл в настоящую войну. Сеть всячески подогревала и подстрекала его продолжение. Достоверный ход событий отследить сделалось невозможно. Всё чаще мелькали разговоры о начале Третьей большой войны.
  
   Как активный пользователь Лев изредка интересовался событиями, понимая что истины не узнать. Иногда вступал в споры, но серьёзного значения им не придавал, может потому, что непосредственно его конфликт не касался, но нарастающее как снежный ком напряжение происходящего тревожило.
  
   Глава третья. Куда катимся?
  
   Всё чаще, сидя за компьютером долгими ночами, когда домочадцы досматривали уже не первые сны, Лев, ловил себя на мысли о бессмысленности всей этой грандиозной индустрии порабощения мозгов и её конечной стадии. Что принёс компьютер человечеству? Ответ напрашивался неутешительный: больше вреда, чем пользы. Польза состояла только, пожалуй, в обмене информацией, которая теперь не знала границ, никак не контролировалась и становилась общедоступной мгновенно. Остальные же услуги компьютера настораживали и устрашали. Он проник, практически, во все сферы человеческой жизни, сделав их попросту невозможными без него. Но это бы не так уж опасно. Всё обслуживали люди и держали руку "на пульсе".
  
   Гораздо худшим оказалось проникновение машин в человеческие отношения. Компьютер дал массу возможностей человеку, взамен забирая у него человеческое. Больше всего это ужасало при взгляде на детей. Зависимость от компьютера возникала у них мгновенно и ничем уже не вытеснялась. Мамы, подсунув ребёнку, чтоб отвязаться от него, планшет с игрой или мультиками, вскоре не могли уложить его спать или успокоить. Удобно, но зависимость наступала настолько, что дети принимали окружающее только через комп.
  
   Девочка расплакалась, и сначала родители не поняли почему, но увидев причину пришли в замешательство - она пыталась увеличить живую бабочку на стекле за окном раздвигая пальцы, как на экране. Дети, игравшие постоянно в компьютерные ходилки - стрелялки в реале гибли, решив, что у них несколько жизней, утратив элементарное чувство осторожности и самосохранения.
  
   Ещё большие проблемы несли попытки запретить играть. Случаи суицида, воровство денег на игры в интернет - кафе, убийства надоевших родителей, последовали в ответ. Наконец прокатилась волна гибели геймеров от истощения за игрой. Дошло до абсурда: семья общалась, сидя по комнатам одной квартиры, используя социальную сеть и гаджеты, и не разговаривая вживую друг с другом неделями.
  
   Зависимость ширилась и росла. Возникли виртуальная любовь и даже виртуальный секс. Виртуальной работой многие гордились, делая деньги из ничего, сидя за клавиатурой, но пока предпочитая есть реальную пищу.
  
   Людей, пытавшихся привлечь к проблеме внимание, быстро нейтрализовали. Хорошо, если они закончили жизнь в психушках. Система становилась всё беспощаднее к нёсшим ей угрозу. Корпорации, содержащие Интернет, не считались ни с чем, мешающим их всемогуществу и прибылям. Высказаться о том, что сеть порабощает разум людей их чувства, эмоции и отношения, стало небезопасно.
  
   Несколько продвинутых сорвиголов попытались разрушить сеть, но она уже мгновенно залечивала нанесённый урон, формируя негативное отношение к таким попыткам и умело маскируя своё влияние. Вскоре попытки прекратились, и все люди оказались "под колпаком" у сети, независимо от того пользовались они ей или нет. Она следила за всеми, став глобальным надсмотрщиком и пресекая любые угрозы для себя. Лев немало изумился, когда для интереса, набрал имя и фамилию своей первой, давно умершей, учительницы в одном из поисковиков. Комп выдал все данные о ней и цветную фотографию, которая не могла быть сделана при жизни.
  
   Обладая незаурядными аналитическими способностями, Лев просчитал, к чему приведёт такое развитие сети в обозримом будущем. Найдётся учёный-одиночка или коллектив умников, которые создадут "искусственный мозг", и через непродолжительное время нужда в человеческом разуме для него совершенно отпадёт, а уничтожить людей не составит труда. Средств для этого предостаточно: можно организовать сбой в управлении ядерными силами какого-нибудь государства, можно запустить программу самоуничтожения людей, используя нейролингвистическое программирование. Стравливать людей даже одного государства друг с другом сеть уже научилась и без искусственного интеллекта. Дело осталось за немногим: организовать глобальный конфликт.
  
   Такие мысли стали преследовать Льва неотвязно. Его, сначала теоретически, заинтересовала возможность изменить ситуацию. Ответ напрашивался неутешительный - взломать систему изнутри не удастся. Многочисленные неудачные попытки тому подтверждение. Но выход из ситуации должен быть! Почему Тесла не стал бороться с техногенным путём, зная, что это тупик и гибель всего живого? Поверил в бессмысленность этого и махнул рукой или же знал что-то такое, что приведёт человечество в разумное состояние и изменит отношение к планете? Изучив доступные материалы о великом изобретателе, Лев склонился ко второму. Тесла опередил своё время. Он не мог ничего предотвратить и успокоился, зная, что правильное решение люди найдут.
  
   Как практически решить задачу? Эта мысль уже не отпускала ни на минуту. Рассчитывать можно лишь на себя. Искать соратников, которые, безусловно, есть, долго и небезопасно, да и чем они помогут? Поднять проблему для обсуждения не удастся, людская психология, сиюминутной выгоды, не позволит сделать ничего. Даже экологические проблемы человечество не способно решить, рассчитывать на его разум недальновидно. Тысячи лет не изменили людей. Власть и деньги даже самым лучшим из них коверкали психику. Едва ли на месте Льва человек понявший масштаб угрозы не задумался о её ликвидации. Он понимал, что цена этого ужасающа, но сидеть сложа руки не мог.
  
   Глава четвёртая. Решение
  
   Понять условия задачи - половина решения. Лев прекрасно знал, что воевать с системой бесполезно, бессмысленно и опасно, решение нужно простое и эффективное. В сложных системах таких решений достичь невозможно. Никакой вирус не разрушит систему. Если бы это было так, то человечество давно уже вымерло: от чумы, испанки, СПИДа или какого-нибудь модного свиного, или птичьего гриппа. Этого не происходит по двум причинам: система быстро отторгнет свой поражённый кусок, а затем найдёт противоядие и самому вирусу. В огромной системе на это всегда есть и время, и средства, и воля к самосохранению. Воевать с сетью бесполезно!
  
   Тут в памяти Льва и всплыла книжка о великом изобретателе. Самое странное, что никаких прямых указаний Тесла не давал, лишь несколько раз обмолвился, что техногенный путь - тупик для человечества и, показав, что энергию можно не вырабатывать, а брать из пространства, оно ею заполнено до краёв. Эти размышления Николы и подтолкнули Льва к простейшей мысли, как вернуть человечество на тот путь развития, с которого оно свернуло где-то в глубинах своей истории, где именно - этого уже не определить. Да, человечество испытает громадные неудобства и стресс, но иного пути сделать людей другими - нет. Только лишив его всех благ цивилизации, можно как-то изменить и сознание.
  
   Добровольно никто не откажется и от малой толики современных достижений техники. На словах соглашаясь с тем, что мы добиваем планету развитием техносферы, люди не поступятся ничем, чтоб её ограничить, чтоб уничтожить - речь лучше не заводить: психушка обеспечена с гарантией. Идею же Лев нашёл, как раз, в рассказах Теслы о некоторых изобретениях, сделанным им.
  
   Почему Тунгусский метеорит не найден? Даже малейших фрагментов или частиц вещества, взорвавшегося над Подкаменной Тунгуской тела, не сумели обнаружить. Да потому, что никакого вещества там и не было в помине. Тесла построил накопители энергии такой емкости, которые невозможно повторить и в двадцать первом веке. Выбросить эту энергию, оказалось, можно в любой точке земного шара. Он проделал такие опыты несколько раз в разных частях мирового океана, но, кроме косвенных данных своей же лаборатории об израсходованной энергии, он не мог получить подтверждение о разрушительной силе выброса.
  
   Тогда - то, изучив труднодоступный район Сибири, он и решился на свой самый масштабный эксперимент. Он понимал, что нескоро, при том развитии: науки, транспорта, связи, да ещё в России, получит достоверные результаты о масштабах разрушений от взрыва, но иного выхода у него не было, и он произвёл испытания своего всемогущества.
  
   Принцип накопления колоссальных энергий он придумал раньше и, даже при том уровне техники сумел его реализовать. Последствия оказались чудовищными и, убоявшись, что результаты окажутся в руках людей в погонах, изобретатель уничтожил все материалы, способные вывести на их след.
  
   По этой причине его биография обросла легендами и мифами о разных достижениях, но самих этих достижений не осталось, как и их разработок. Тесла просто понял, что человек не готов к тому могуществу, которое свалилось бы на него, внедри Никола свои идеи в промышленные образцы. Понял он и то, что противодействие сытых магнатов прибылям, которых придёт конец, станет для него смертельным. Эта трагедия рождения не в свою пору привела, по-видимому, и к преждевременной смерти учёного, обстоятельства которой до сих пор неясны.
   Лев сидел перед компьютером и мысленно прикидывал последствия задуманного им. А задумал он ни много, ни мало, а продолжить опыты великого электрика.
  
   Глав пятая. Нужно решиться
  
   Если бороться с системой невозможно извне, она всё равно залечит свои раны и станет ещё более неуязвима, то можно попытаться лишить её источника всемогущества. На чём основано это могущество? Сам по себе весь антураж системы ничего не представляет собой - это обычные, уже не очень сложные технологически устройства. Они стоят на конвейерах нескольких крупных корпораций и те контролируют всё и вся. Но все эти устройства - набор металлических и пластмассовых кишочков, основной пищей которых служит электричество. Нет электричества - любой, самый навороченный компьютер, мёртв.
  
   Электричество - это основа всего рукотворного на Земле, нет ни одного мало - мальски сложного устройства, которому оно не нужно для питания. Производство любой мелочи без него невозможно. Это и есть уязвимое место, электричество не является природным ресурсом - оно вырабатывается. Система его выработки распределения и потребления чрезвычайно сложна, многократно сдублирована и защищена от посягательств извне. Даже разрушение нескольких электростанций не приведёт ни к чему - они объединены в одну цепь единой энергосистемы и, взамен недостающих её звеньев, их нагрузка распределится между оставшимися.
  
   Для потребителя такие сбои незаметны. Но так ли уж защищена система выработки электроэнергии? Нет, у неё полно слабых звеньев. Главное - все передачи осуществляются открытыми воздушными линиями. Даже в продвинутых странах, где распределение кабельное, вводы и устройства трансформации открыты. Это позволяет беспрепятственно воровать энергию, иногда просто закинув провода на близлежащую ЛЭП. Вычислить или отследить воровство можно лишь при контроле потребления за определённый срок, а воришек к тому моменту и след простынет.
  
   Всё это навело Льва на мысль, что если создать устройство рассеивания энергии и подключить его к энергосистеме, например, страны, то можно нарушить её работоспособность до полного краха. Дело за малым: выяснить, есть ли возможность создания такого устройства? И опять помогла физика. Вспомнился опыт с неоновыми трубками ещё перед девятым классом. Трубки светились потому, что вокруг проводника с током всегда есть электромагнитное поле. То есть, часть энергии безвозвратно теряется в пространстве.
  
   Лев сел за комп и рассчитал потери обычной ЛЭП - 500. Потери вдохновляли на дальнейшие расчёты. Получалось, что рассеять энергию, скажем самой мощной в стране Саяно - Шушенской ГЭС, задача вполне реальная. Тесла "подсказал", как это сделать. Осталось решиться. Но перед практическим исполнением работы Лев решил прикинуть, что получится в результате полного рассеивания всей энергии, доступной человечеству. Результат оказался впечатляющим.
  
   Глава шестая. Подсказка
  
   Идею подсказал Никола, да она, в общем, для наблюдательного человека и не являлась особенным секретом. Вся Вселенная построена на этой идее и, видимо, это основное правило её устройства. Все непрерывные машины и процессы реализуют этот основополагающий принцип. Отход от него - это смерть всему, начиная от атомного ядра и заканчивая галактиками и самой Вселенной.
  
   Принцип этот - вращение всего и вся. Материя не может существовать без движения и это движение - вращение. В мире вращается всё: электроны вокруг ядер атомов и сами эти ядра вокруг оси. Планеты вокруг своих солнц и Галактики.
  
   Вращение обусловливает тяжесть, поэтому человеку никогда не победить гравитацию. Пока планета вращается, на ней действует сила тяжести. Остановить вращение невозможно. Пока мы не знаем первопричину его, а может и никогда не узнаем, но никакого Большого взрыва не было, просто Вселенная начала вращаться в момент возникновения, а что стало его первопричиной - установить возможно и не удастся. Звёздные системы - галактики и планеты образовались при уплотнении вращающихся облаков протоматерии и, скорее всего, сейчас Вселенная достигла баланса, когда вращение вышло на уровень, при котором Вселенная будет существовать продолжительное время.
  
   Остановка вращения в любом элементе материи ведёт к его распаду. Не вращающийся атом или электрон невозможны в принципе, они распадаются на кварки, но вращение остаётся, и кварки в конце концов рождают новые частицы. Это открытие, вероятно, стало основным в научной карьере Теслы.
  
   Лев сидел перед компьютером в раздумьях: как использовать подсказку? Путь виделся в создании искусственного образования, которое станет отбирать энергию в любом месте, в любом устройстве, где она есть. Тунгусский метеорит, вероятнее всего, был именно такой системой, которая, получив начальный импульс от электростанции в Нью-Арке, в накопителе на Башне Теслы, затем начала поглощать энергию от природных источников и накапливала её до определённой "критической массы", после чего и взорвалась.
  
   Доставка её в заданную точку в Сибири не представлялась чем-то сверхестественным. Сгусток мог просто дрейфовать под действием или магнитного поля Земли, а может Тесла научился придавать ему импульс. Второе более вероятно, потому что грозы он мог устраивать в окрестностях лаборатории в нужной точке. Возможно, он научился и "подрывать" сгусток, чтоб регулировать количество выбрасываемой им энергии.
  
   Получив подтверждение колоссальной мощи взрыва в Сибири, через несколько лет из отчётов российской академии наук он понял, что создал сверхоружие. Тесла, как Ванга или Мессинг мог смотреть будущее Земли как кинофильм, о чём есть свидетельства очевидцев. Поняв, что его изобретение станет в скором времени оружием и попадёт в руки людей вроде Гитлера, он уничтожил все свои установки и документацию, даже косвенно выводящую на основное открытие, махнув на мир рукой.
  
   Человечество оказалось неготово к тому, чтоб использовать возможность иного пути развития. Эта трагедия и послужила причиной его загадочной смерти и того, что к концу жизни он превратился в замкнутого мизантропа, лишь изредка использующего свой дар для развлечения, вроде случая с автомобилем.
  
   Лев поставил перед собой задачу: повторить опыт Теслы с плазмоидами в миниатюре. Если бы он представлял, к чему это приведёт?
  
   Глава седьмая. Рождение энергофага
  
   Суть опыта была предельно проста. Получить плазму и закрутить её при помощи магнитного поля. Плазма уже давно работала в промышленности для выплавки чистейших материалов, типа кремния для основы полупроводников и процессоров или резки материалов с качествами, не поддающимися другим видам обработки жаростойких сверхтвёрдых и прочих "сверх". Получить низкотемпературную плазму несложно. Удерживать тоже. Она управляется магнитным полем. Проблема в том, что сооружения вроде небезызвестных "Токамаков" огромны и стоят заоблачных денег. Столько денег Лев в руках никогда не держал.
  
   Проанализировав неудачи учёных с управляемым термоядерным синтезом Лев пришёл к выводу. Главная неудача в получении шнура плазмы, удержать который никак не удавалось, никакие материалы неспособны выдержать полученные температуры. Вывод - плазма должна сама себя "держать в рамках". Никаких шнуров - должен быть сгусток, вращающийся сгусток! Вращение придаст сгустку устойчивость. Косвенно это подтверждали сведения о шаровых молниях все они, просто, плазмоиды-куколки, в форме шара, а шаровую форму они принимают из-за вращения. Возможно в рождении шаровой молнии лежит отгадка началу Вселенной. Каким-то образом линейная молния рождает шаровую, то есть из ничего возникает вращение материи. Попытка остановить вращение приводит к разрушению стабильности и выбросу энергии - взрыву. На Башнях Тесла установил огромные медные шары. Видимо великий электрик научился получать гигантские шаровые молнии. Иначе такие энергии, что он научился накапливать, не удержать.
  
   Сказано - сделано. Лев в несколько дней собрал установку из статора обычного асинхронного двигателя и стандартного плазменного резака. Результат получился прогнозируемый. Струя плазмы, направленная в кольцо подключенного к сети статора, превратилась в шар размером с теннисный мяч. Покинув статор, шар несколько мгновений висел в воздухе, пока не растворился.
  
   Ушлый изобретатель, однажды столкнувшийся с настоящей шаровой молнией, сделал ловушку из обычного пылесоса и трубки с соплами, закручивающими воздушный поток в трубу. Повторив опыт несколько раз и получив стабильные результаты, Лев научился регулировать мощность плазмоида. Размер плазмоида не менялся, но при увеличении мощности менялся его цвет, наливаясь голубизной. До каких пределов можно его накачивать, Лев экспериментировать не стал. Он припомнил, как вела себя шаровая молния.
  
   В сильную грозу она возникла у него в комнате из одной электророзетки, прошла несколько метров в другую комнату и исчезла в другой розетке, начисто расплавив её, но больше ничего не повредив. Лев открыл воздушный коридор ловушки, и поставил на пути шара соленоид, подключенный к аккумулятору. Катушка втянула шар и... он мгновенно исчез. Лампы в лаборатории ярко вспыхнули и погасли, перегорев. Аккумулятор полностью разрядился и реанимировать его не удалось. Повторив опыт с соленоидом, подключенным к выпрямителю, изобретатель оставил без света весь дом, а лабораторию без выпрямителя.
  
   Шар, выпущенный на свободу, исчез в розетке на стене и опять дом остался без света. Плазмоид двигался к источнику энергии и забирал её, бесследно исчезая в доли секунды. Пробки не могли выдержать нагрузки и срабатывали. Изобретатель глубоко задумался. Плазмоид пожирал энергию, причём любую, постоянный или переменный ток - его "не интересовало"
  
   Глава восьмая. В темноте.
  
   Проделав десятки опытов с плазмоидами, новоиспечённый "повелитель молний" призадумался уже серьёзно. Когда-то, увлекаясь психологией, он пришёл к выводу, что человек генетически не способен меняться к лучшему. Все его перемены - лишь маска, натянутая на естественную личину. Поставленный в определённые условия, он эту маску сбросит, показав то, что заложено в генах. Подтверждений этой гипотезы предостаточно в любой стране, в любом государстве мира. Культурные немцы во Вторую большую войну творили такое, что в сознание обычного человека укладывалось с трудом.
  
   Возможно ли изменить человека к лучшему? Скорее всего, нет! Египетский фараон, Калигула или Гитлер ничем не отличались в своих устремлениях, пусть их и разделяли тысячелетия. Все рвались к власти, одинаково перешагивая через горы трупов соотечественников. Возможно ли переломить заложенную в людях агрессию? А попытаться, даже если ничего не получится? По крайней мере, эта попытка не приведёт к войне и гибели миллионов. И Лев решился.
  
   Он проделал уже опыт с получением более мощных плазмоидов, оставив без света на несколько часов свой микрорайон и установил одну важную деталь, вплотную приблизившись к результатам Теслы. Осталось сделать установку для проверки главной догадки. Оказалось, что плазмоиды не исчезают, да это бы и противоречило закону сохранения энергии. Они делятся, причём лавинообразно при превышении определённого количества энергии. Когда же энергии не остаётся для их "роста", процесс идёт в обратном порядке и итог его огромный плазмоид всей выработанной энергии последствия его взрыва непредсказуемы.
  
   Выяснилось так же что забирать рассеянную энергию солнца звёзд или космических излучений энергофаги "не умеют". Одно лишь достижение Теслы не удалось ни разгадать, ни реализовать. Управление плазмоидом. Предоставленный сам себе он двигался хаотично при отсутствии сильных электромагнитных полей вблизи. Как только такое поле находилось, плазмоид двигался в его направлении и пожирал это поле вплоть до его источника, а затем выводил источник из строя, выбрасывая часть энергии.
  
   Как Тесла "доставил" заряд в Сибирь из Америки - осталось загадкой. Но, для того, что задумал изобретатель, это значения не имело, да и одно наблюдение обещало его идее безопасность. Пока новый гений собирал установку для запуска процесса, который изменит мир. Она была проста, как и первая, но мощность имела кратно выше, и при помощи неё должен запуститься необратимый процесс. Вскоре в гараже у изобретателя красовался статор от стокиловаттного двигателя и промышленная плазменная пушка, которые он выменял у трудяг-алкашей за канистру водки на одном развалившемся заводе.
  
   Установку он смонтировал в кузове своего обычного фургона "Газели" и в одну из ночей выехал за несколько километров от дома под проходящую недалеко ЛЭП. Запитав статор и компрессор ловушки от кабелей, заброшенных на провода ЛЭП, Лев включил установку. Спрятавшись, в заранее вырытое укрытие, метрах в ста от машины, в самодельную видеосистему он наблюдал за процессом.
  
   В ловушке установки появился сначала белый шар величиной с футбольный мяч, который стал наливаться всё более ярким фиолетово-голубым цветом. Цвет постоянно менялся, становясь всё более ярким. Машина загорелась, и ловушка перестала действовать. Шар несколько мгновений висел неподвижно, видимо, возмущённый ловушкой воздух ещё хранил форму. Затем шар молнией сверкнул в направлении ЛЭП и растворился в одном из проводов, который мгновенно раскалился, но стальной сердечник выдержал хоть провод и провис. Машина догорая превратилась в груду раскалённого добела оплавившегося металла. Трава вокруг обуглилась.
  
   Бросив в кучу камеру и ноут, с которого наблюдал за процессом, Лев отправился домой пешком. Окраина городка тонула в кромешной темноте. Наутро, включив портативный переносной телевизор, которым запасся заранее, Лев посмотрел новости. Президент, с плохо слушающимся его лицом, выступал с обращением к нации сохранять спокойствие. Аварии в единой энергосистеме страны в скором времени устранят. На половине передача новостей прервалась, в студии погас свет. Последнее, что успел сказать Президент, стали слова с просьбой не поддаваться панике.
  
   Лев вышел на улицу. Всюду кучковались люди и обсуждали очередное отключение света, никто не паниковал. Такое случалось и раньше. Большинство производств встало, и люди радовались неожиданно свалившемуся выходному. Никого, особенно, не насторожило и отсутствие связи. Жители города привыкли ко всему.
  
   Когда к вечеру ток так и не появился в домах, люди начали тревожиться. Тревога усилилась наутро. Из областного центра приехали в гости на выходные родственники горожан. Они рассказали, что света нет и у них, и ходят слухи, что его нет нигде в стране. Как ни старались власти, паника началась.
  
   Все кинулись в магазины запасаться необходимым, но покупать можно было только то, что не портится, всё что требовало охлаждения - растаяло и потекло. Попытки включать телевизоры от мобильных бензогенераторов ни к чему не привели. Телевизоры безмолствовали. Служба МЧС ничего вразумительного сказать не могла, у них тоже пропала связь.
  
   Жители впали в растерянность, слоняясь по городу без дела и не зная, что предпринять. Слухи ползли один чудовищней другого. Кто-то сказал, что весь мир остался без электричества. Ни подтвердить, ни опровергнуть этот слух никто не спешил.
  
   Появились первые беженцы из высоких широт с рассказами, что у них там всё встало и застыло. В домах пропали газ и вода. Транспорт какое-то время ещё функционировал, но невозможность заправлять его скоро сделала движущийся автомобиль или автобус редкостью. Самолёты перестали летать в первый же день, они не могли взлететь без компьютерного обеспечения. Лишь ребятня весело щебетала во дворах.
  
   Высыпали все, даже кто сидел за компьютерами в играх сутками. Почти друг за другом планету сотрясли два мощнейших взрыва, взрывная волна от которых обогнула Землю несколько раз, но где и что взорвалось не знал никто.
  
   Только через несколько дней правительство сумело наладить курьерскую связь. Стали распространяться листовки сообщения о происходящем. Космонавты, якобы сумевшие покинуть МКС, якобы рассказали, что страшные взрывы произошли над полюсами и что там не прекращаясь горит полярное сияние, а ночная сторона планеты в полном мраке. Народ верил несильно, но проверить и эту информацию не мог.
  
   Лев предполагал, что энергия забранная энергофагами у человечества распределилась в два гигантских плазмоида которые дрейфовали к полюсам под действием магнитного поля планеты. Часть энергии они потеряли при движении, но остановившись над полюсами взорвались. Энергофаги могли существовать только в движении. Взрывы были мощнейшими, но не причинили вреда никому, лишь несколько суток над верхушками планеты стояло полярное сияние необычайной красоты, будто планета давала человечеству прощальный салют или праздновала начало его новой эпохи. Без электричества.
  
   Люди начали налаживать жизнь, приспосабливаясь к неудобствам. Официальная власть раздавала резервные запасы продуктов хранившихся на случай войны. Быстро сориентировавшись в угрозе для себя она ввела военное положение и комендантский час. В нескольких зонах на севере произошли бунты, но на этот случай была директива заранее и их жестоко подавили. Нашлись и запасённые на случай войны керосиновые лампы и топливо. Многие ещё помнили амнистию пятьдесят третьего года, когда в стране творился беспредел. Осуждённых на пожизненное заключение расстреляли из-за невозможности поддерживать режим. Такой секретный приказ был подписан заранее. Порядок в стране удалось сохранить с минимумом потерь.
  
   Глава девятая. Новая жизнь.
  
   Жизнь постепенно стала налаживаться. Поначалу казалось, что невозможно будет выжить на планете, начисто лишённой энергетики, связи, транспорта и прочей инфраструктуры. Но это оказалось не так. Прав оказался классик юмора - человек не блоха, привыкает ко всему.
  
   Первый год давался особенно трудно. Не удалось избежать потерь. Они произошли в тех местах где возникли техногенные катастрофы. Их или не пытались, или не успели предотвратить, но большинство людей сориентировались верно и глобальная катастрофа развивалась не так стремительно, чтоб застать человечество врасплох.
  
   Плазмоиды начали делиться и их лавина привела к выходу из строя всех электростанций и системы глобального энергоснабжения, Поняв, что нельзя противопоставить процессу ничего, инженеры почти везде перевели станции в безопасный режим, спустили водохранилища, заглушили реакторы, потушили котлы.
  
   Предпринимались попытки запустить несколько агрегатов на разных станциях, но они не привели ни к чему. Плазмоиды разрушили все крупные генераторы всех без исключения станций, восстановить их без электричества оказалось невозможно. Даже просто разобрать без мощных подъёмных механизмов, которые работали на электричестве.
  
   Наиболее тяжёлый удар постиг больных в реанимации: все кто находился на искусственных аппаратах заменяющих деятельность органов, умерли. Некоторое время аппараты ещё работали, снабжённые резервным питанием, но с разрядом аккумуляторов и расходом всего топлива мобильных генераторов приборы перестали действовать.
  
   Очень быстро поменялся рацион питания людей. Хранимые годами продукты, в основном мясные, пришли в негодность там, где их не догадались сразу реализовать. Поэтому пища стала простой: из того, что не портится и хранится длительное время.
  
   С гигиеной дело обстояло хуже, но тоже решилось довольно быстро. сначала удалось наладить подвоз воды, но использовать драгоценную влагу для того чтоб смывать экскременты оказалось накладно и канализация быстро вышла из строя превратив мегаполисы в непригодные для жилья гнусно воняющие клоаки. Начался исход из городов. Высокие широты людям так же пришлось покинуть. Центральное отопление, газ и канализация не могли работать без электричества. Комфорт вернулся на десятилетия назад. Пришлось готовить пищу на кострах, но жизнь быстро научила делать печи. Как добывать воду тоже пришлось вспомнить и нашлись те, кто сохранил это умение.
  
   Хуже дело обстояло с работой: ни одно предприятие не смогло восстановить выпуск того, что делало раньше. Вновь появились ремёсла. Оказалось, что шить одежду или производить посуду можно и без электричества. Транспорт, кроме авиации, практически не пострадал. Вначале автомобили, поезда, теплоходы ещё некоторое время сохраняли пышность и выпендрёж. Но вскоре выяснилось, что запасы нефтепродуктов совершенно невелики, а добыча ископаемого горючего стала невозможной в нужных масштабах. Доев последний бензин и солярку, автомобили постепенно сошли с исторической сцены.
  
   Производить высокотехнологичные солнечные преобразователи тоже оказалось невозможно, и лишь редкие счастливчики, у которых они случайно оказались, могли строить с ними, что угодно, вплоть до летательных аппаратов, солнцемобилей и катеров. Инструментов и материалов, накопленных человечеством, оказалось достаточно, чтоб делать многое руками.
  
   А плазмоиды проявили ещё одну свою черту, о которой предупреждал ещё один гений, сказав:
   - Электрон неисчерпаем!
   Оказалось они способны самовоспроизводиться в тех местах, где появляется знергия и пресекают все попытки получить её в сколько-нибудь значимых количествах. А может это сама планета включила защитный механизм? Несколько попыток восстановить мелкие электростанции закончились удачно, но как только они вырабатывали большие токи - из ниоткуда возникал плазмоид, разрушавший всё, на этот раз необратимо, и зачастую с жертвами. Очень скоро от таких работ пришлось отказаться. Самоубийцы быстро перевелись. Да они и появляются от чрезмерной сытости, и безделья, как лесбиянки и другие меньшинства. На краю жизни нормальные инстинкты выживания берут своё.
  
   Человечество выжило, и у него появился шанс начать всё сначала, не делая ошибок и не влезая в беспросветное рабство к технологиям.
  
   Самыми востребованными вещами оказались книги и их хранилища, библиотеки и... музеи. Время, не занятое компьютерами и работой, прекрасно подошло для раздумий, чтения и работы над собой.
  
   Никуда не исчезли алкоголики и наркоманы, но их сильно поубавилось. Производство синтетической дури и крепкого спиртного, опять же, требовало энергии. Отдельные ортодоксы нашли способы производства. Но достичь прежних масштабов им вряд ли удастся.
  
   Подспудно изменился и образ мыслей людей - они поняли, что планета слишком велика, если ты с ней один на один, но слишком мала и уязвима для всех. Вспомнили и об изобретениях Теслы, и много народу начали работать в направлении, заданном им. Успехи очень скромные, но, пока человек в пути, есть у него надежда.
  
   Позвонить Богу
  
  Оглавление:
  
  Глава 1. Где его искать
  Глава 2. Отдел телефонной связи
  Глава 3. Начало
  Глава 4. Сомнения
  Глава 5. Откровение
  
   Глава 1. Где его искать?
  
   Иван сидел в полной прострации. Казалось бы, правильные логические построения и опыты должны дать результаты, но пока ничего не удалось найти. Месячный отчёт неумолимо приближался, а написать в нём нечего. Лаборатория висит на волоске от закрытия, а её начальник и главный координатор топчется на месте. Директор института, делая вид, что понимает проблемы, всячески закрывает глаза на неудачи, но это не может продолжаться вечно. Нужен другой подход, другие средства измерения сигналов. Если бы знать, что это за сигналы, и чем их можно засечь?
   Иван, в который уже раз, перелистывал пухлый том отчётов о поставленных экспериментах. Ни одного успешного. Жаль, если лабораторию прикроют. Сначала казалось, что проблема разрешима, и не очень много времени и средств потребуется для этого. Человечество многому научилось за последние полвека.
   Учёный вновь и вновь анализировал попытки, но так и не мог понять причину неудачи. Оборудование могло засечь практически любые поля от человеческой ауры до излучения сверхмощных радиотелескопов, но ни канала связи, ни самого искомого поля так обнаружить и не удалось. Не удавалось найти и его генератор. А он должен быть, где-то непременно должен. Где же?
   - Сам ты, где разместил бы его? - в который раз спрашивал себя Иван и не мог ответить.
   Понятно, что излучение должно действовать на всю планету, понятно, что на частотах, которые может воспринимать мозг человека без посторонних устройств и приборов - напрямую. Но как, как может получить мозг информацию? Она приходит не через органы чувств, она рождается в мозге. Должна же она где-то храниться, кто-то дозирует её, кто-то контролирует доставку. Почему не контролирует действия обладателя информации? Значит, опять же, имеет обратную связь и не стремится этого делать, зная всё наперёд. Или он настолько законспирирован, что не позволяет себя обнаружить, но это не так проколы случаются ежедневно. Где же этот центр, что управляет всем на Земле, не на облаке же? Стоп, а почему не на облаке? Вангелия получила свой дар, поднятая смерчем как раз на высоту, сопоставимую с высотой облачности, низкой облачности - грозовой. А биотоки мозга - они же очень слабы! А как иначе можно получить или передать информацию, не имея средств усилить их? Ладно, допустим, сильные прорицатели, вроде Мессинга, имели какое-то отклонение от психики нормальных людей, но, обычные учёные, совершающие открытия, как получили информацию они? По-разному, но не выходя на какой-то запредельный уровень сознания: кто-то во сне, кто-то в метро, а кто-то, вообще, сидя на рыбалке. Стоп, стоп, стоп! А ведь мы ищем не там.
   Что, если нет никаких полей и генераторов импульсов, а всё в мозгу человека изначально, и он устанавливает связь сам с собой. Нет, это уже я думал. Откуда взяться всему знанию в мозге новорожденного? Знание накапливается с годами. А если нет? Может, несколько молекул или клеток несут его. Нет, не должно быть - слишком огромен массив данных для этого. Ну вот - стоп Макарий тут плетень - я уже возвращался к этому много раз.
   Нужно думать с другого конца, искать "флэшку", на которой всё записано. А что всё, что нужно знать, чтоб управлять планетой? Наверно тому, кто это делает, нисколько не нужно, что там и как устроено во Вселенной, если она развивается сама по себе и по своим законам. Люди его должны интересовать, лишь люди! Правит он лишь людьми, остальное - их производная. Всё зависит от них, только они могут делать с планетой прогнозируемое, даже природные катаклизмы не в счёт, их не спрогнозируешь и ими нельзя управлять, почти нельзя.
   Значит, когда это началось, тогда и возникло это поле.
   Так, а ускорение прогресса, когда началось оно? Когда люди стали сбиваться в сообщества. Каменные топоры, луки и стрелы, колесо, парус - их изобрели не одиночки и не в одном месте. Чем больше становилось людей на Земле, тем больше становились сообщества, тем стремительнее они открывали новые знания. Есть ли взаимосвязь? Похоже, что она очевидна. Больше людей - больше суммарная энергия отдельных импульсов, направленных на поиск, тем быстрее ответ на запрос. То есть, поле не должно быть глобальным. Неужели оно, как озоновый слой, имеет дыры, например, над океанами или Антарктидой? Так, уже кое-что, значит, огромная глупость размещать регистраторы в безлюдной местности, чтоб избежать фона. Да его же там и нет, оно над мегаполисами и скоплениями людей, и не просто людей, почему в кампусах наибольшее число открытий, там постоянно думают над чем-то. Иван, радость моя, это же новый подход и скорее всего последний, если и он провальный - тему закроют и больше уже не откроют никогда. Последний шанс? Да, что-то вроде того.
  
   Глава 2. Отдел телефонной связи
  
   Этот Отдел в ИИПЦ* при Президенте занимал весьма скромные апартаменты, но по потребляемым ресурсам стоял в ведомостях бухгалтерии вторым после Отдела влияния. Его покойный создатель и верный друг Президента сумел заинтересовать далёкого от науки главу государства проблемой и тот, осознав действительные возможности, нарисованной красноречием учёного, картины дал ему и сотрудникам полный карт - бланш.
   Началось всё с секретного доклада на одном из заседаний Совета Безопасности Страны. Голова профессора Доуэля, такое прозвище дали учёному и не называли его за глаза иначе, а попросту Голова, доложил, сопроводив доклад неопровержимыми аргументами, что технический прогресс, в его понимании, которое шире чем у обывателя, на планете практически прекратился. Доводы ученого никто не мог оспорить. Особо рьяных он, ловко манипулируя фактами, поставил на место. Особенно, набиравшего вес в Совете министра обороны. Тот потрясал цифрами успешных пусков, победами в локальных конфликтах чужих стран и своими заслугами в перевооружении армии и повышении её боеспособности, а значит, усиления позиции страны в мировой политике.
   Вопрос учёного:
   - Какие новые вооружения введены в эксплуатацию в последний год? - вызвал насмешку, новоиспечённого Маршала и он, не спеша, вроде как школьнику, втолковал, чего и как достигла армия за этот год, вновь заострив внимание на своём чутком руководстве.
   Голова смерил министра презрительным взглядом и спросил:
   - Есть принципиальная разница между предыдущим танком или самолётом и принятым на вооружение новым?
   Пока министр собирался с мыслями в намерении размазать противника по стенке, учёный сам же себе и ответил:
   - Никакой разницы нет! Да, у нового танка или самолёта выше тактико - технические характеристики, но принципиально их конструкция не меняется уже свыше ста лет. Да и характеристики эти пришли к своему апогею. Господа вас это не настораживает? Мы уже больше ста лет топчемся на месте, улучшая то, что уже давно придумано и открыто. Это тупиковый путь. Новых открытий нет. Если сравнить стремительность, с какой внедрялись открытия в жизнь в двадцатом веке, в двадцать первом мы стоим на месте, а кое-где наметился и явный регресс. Например, в ядерном оружии. Ядерная бомба - не обычная бомба, и её нельзя хранить дольше положенного срока. Затем нужно перезаряжать, и число боеспособных зарядов снижается постоянно. Да и применение их проблематично. Новых открытий, сравнимых с изобретением самолёта или того же танка - нет. Мы совершенствуем уже известное. По логике же развития сложных систем должны происходить качественные скачки в любой области человеческой жизни, а их нет! Кто-то или что-то тормозит получение и применение новых знаний человечеством. Нужно найти эту причину или её создателя, иначе все потуги министра обороны, - Голова опять глянул на Маршала,- пропадут втуне. Весь мир нас уже догоняет. И как мы не совершенствуй уже известное, мы не сможем занять иного места вместо того, что нам отведено. Скоро с нами на равных станет разговаривать большинство стран планеты.
   Президент молчал, ничем не выдавая своей обеспокоенности. Обычным тихим голосом он задал вопрос учёному:
   - Что необходимо сделать, чтоб изменить ситуацию, пока она не стала катастрофической?
   - Нужно немедленно создать группу изучения этого положения или явления. Насколько я осведомлён, ведущие мировые державы уже сделали это, - ответил Голова.
   - В какую примерно сумму это может нам обойтись? - деловито осведомился Президент.
   - Прогноз - дело неблаговидное, но, что новое всегда требует средств - бесспорно. Никто не поручится определить их сумму. Вспомните все великие открытия, они не стоили практически ничего, но их внедрение - колоссальных средств. Пока нужно собрать специалистов. Ещё бы знать, в какой области лежит искомое?
   - Хорошо, если мы дадим вам возможность, работать в этом направлении, вы гарантируете результат? - подвёл черту Президент.
   - Нет! Результат не гарантирует никто. То, что заставляет нас топтаться на месте, наверняка предусмотрело, что люди попытаются разобраться в своём положении и приняло меры, чтоб этого не произошло.
   - То есть, если я верно понял, мы должны идти незнамо куда и искать, то не знаю что, да ещё неведомо за какие деньги, - встрял Маршал.
   - Конечно, нет, если у вас в рукаве спрятан новый вид доставки ядерного заряда или способ полёта в космос, минуя космодром. Может быть, стрельнете из рогатки или пешком отправитесь? - парировал учёный.
   Итогом этого заседания Совета Безопасности и стал отдел телефонной связи в Институте Исследования Проблем Цивилизации.
  
   Глава 3. Начало
  
   Иван вспомнил, как всё начиналось. Его, молодого учёного, Голова буквально выдрал с корнями с тёплой грядки одного секретного НИИ, работавшего на безопасность. Он занимался проблемами телепатии. Закончив биоинженерный факультет главного в стране технического ВУЗа, Иван уже был "под колпаком" спецслужб, представитель которых и сделал на него персональный запрос. Видимо, за его научными успехами кто-то уже следил. Его дипломная работа называлась: "Взаимодействие человеческих биополей с искусственными полями" и вызвала не то, чтобы фурор в научном сообществе, но не осталась незамеченной. Проанализировав её, Учёный совет пришёл к довольно редкому, но всё же иногда случавшемуся заключению, что она превышает по уровню исполнения дипломный проект. После блестящей защиты дипломанту присвоили кандидатское звание. Такие полномочия имел Экспертный совет, созывавшийся на защиту дипломных проектов из учёных светил всего мира. Вуз Ивана, один из четырёх российских институтов, имевших сертификацию дипломов мирового уровня, обладал такими полномочиями. Иван продолжил карьеру учёного в специальном НИИ. Конструктор победил в нём исследователя, и его основной работой стал прибор регистрации биотоков мозга. Иван смутно представлял, какие цели преследует его лаборатория, но зато вполне ясно видел свои перспективы. От регистрации биотоков один шаг до управления ими. Не ожидавший каких-то кардинальных изменений в своей карьере в ближайшие несколько лет, на приличной зарплате, обеспеченный институтским жильём он не строил планов на отдалённое будущее. Работа поглотила его целиком, и он иногда мог сутками засиживаться в лаборатории, благо в НИИ имелась круглосуточная столовая.
   Появление Головы, да ещё с директором института, насторожило сотрудника, но ни о каких изменениях в своём статусе он не помышлял. Голову знали все, связанные с проблемами мозга. Он в последнее время и частенько мелькал в телевизоре, иногда в свите Президента. Директор познакомил Ивана официально с Головой и удалился, сославшись на занятость. От подчинённого, однако, не укрылось, что директор разговаривал с профессором подобострастно, но с плохо скрытым неудовольствием. Всё - таки, ранг Головы и его положение накладывали на его визит флёр таинственности, но что он не случаен и хорошего от него директору ожидать нечего, понимали все. Сотрудники без предупреждения потянулись из комнаты, оставив Ивана с гостем наедине. Гость оказался немногословен:
   - Иван, я мог бы выдернуть тебя отсюда, просто, явив бумагу, заверенную Президентом, что я в общем уже и сделал, показав её директору. Но мне хочется, чтоб ты сознательно пошёл на сотрудничество. Естественно, условия твоей работы станут нисколько не хуже нынешних, но возможности будут совершенно иного уровня, чем в этом НИИ. Я создаю новый отдел в ИИПЦ и мне нужны не карьеристы и пролазы, а действительно умные люди.
   Иван сделал вид, что задумался, выигрывая время. Собеседник не торопил.
   - Вы, наверное, понимаете, что бросить такую работу я могу только ради возможностей никак не ниже имеющихся сейчас? - осторожно спросил он.
   - Уверяю тебя, возможности у тебя будут неограниченные, в том числе и твоя тема о телепатии может развиваться.
   - Какой смысл тогда мне менять место, если заниматься тем же самым?
   - Я сказал, в том числе, то есть, возможно, понадобятся исследования и в твоей области. А возможно и нет.
   - Тогда зачем мне бросать работу на полпути? И хотелось, если это не военная тайна, узнать профиль исследований вашего нового отдела?
   - В том и дело, что этого профиля пока не знаю даже я. Нам поставлена только задача. И с какого конца начать её решать - не знает пока никто.
   - То есть, вы предлагаете сменить понятную мне работу на кота в мешке?
   - Э-э-э-э! Не совсем так. Я могу сказать тебе о задаче, и если тебя она заинтересует, то тогда по рукам? - Голова посмотрел на учёного чуть ли не заискивающе.
   - Хорошо. Я весь внимание.
   - Мы должны установить, скажем, так, телефонную связь.
   - И только-то. Но, я не специалист-телефонщик, и мои познания вряд ли вам пригодятся.
   - Вся беда в том, Иван, что специалистов в этой области нет. На другом конце телефонной линии только один абонент и пока до него никто ещё не сумел дозвониться, хотя он иногда звонит многим из нас.
   - Заинтриговали неимоверно, но мне на память почему-то приходит только один такой абонент.
   - И кто же это, по-твоему?
   - Господь Бог?
   - Иван, я не ошибся в тебе, именно с этим персонажем наш отдел и должен установить канал связи. Он должен существовать. По рукам?
   - Возможно, я пожалею когда-нибудь об этом, но сейчас - по рукам!
  
   Глава 4. Сомнения.
  
   Голова развил бурную деятельность. Ограниченный разве что собственной фантазией, не знавшей меры ни в чём, он создал отдел в несколько месяцев, надёргав специалистов из разных НИИ и производств. Это поддавалось логике, но в отделе оказались и совершенно неспециалисты и не учёные. Экстрасенсы, поп и мулла, в основном мельтешащие под ногами, но исправно получающие зарплату. Саму работу Голова поставил с присущей ему пунктуальностью и педантизмом. Исследовалось всё, что хоть как-то касалось идеи и по всей стране. Программы такого размаха никто не мог припомнить, разве, что сравнивали её с созданием ракетно-ядерного щита.
   Дипломат, пролаза и краснобай, помимо своей основной работы, Голова, несколько лет дурачил Президента и Совет Безопасности ожидаемым открытием, но результатов все попытки не дали. Основным козырем Головы служило напоминание о том, что те или тот, от кого зависит решение, всячески противоборствуют исследованиям и тормозят их, как и весь прогресс. Человечество и в самом деле всё больше скатывалось к безудержному потреблению и хорошей жизни, нимало не заботясь прогрессом. Он хорошо двигался лишь в этом направлении. Конструкторы и технологи, вкупе с дешёвой рабочей силой стран третьего мира, изощрялись в предложении людям всё более дорогих и навороченных изделий, принципиальная суть которых не менялась, а если и намечались глобальные сдвиги, то только в одну сторону, оглупления человека и укрепления его зависимости от мира вещей.
   За несколько лет работы отдел разросся и начал обрастать жирком. Прагматизм потихоньку заменил энтузиазм, и многие, поняв безуспешность затеи, просто доили науку на радость себе и близким. Замаячили санкции. Голова чуял бездельников нутром, но как в любом деле, оно обросло бюрократией и всеми остальными детскими болезнями таких предприятий. Наверху требовали результата, а он всё ускользал и отдалялся. Уже в Совете Безопасности Маршал, с ехидцей ставил вопрос о прекращении экспериментов и сворачивании программы, кивая на то, что во всём мире та же ситуация, а уж он-то знал, что творится у друзей - соперников. Результат всё не приходил. Даже мизерного успеха, чтоб раздуть его. Впервые Ивана посетило сомнение, возможно ли то, что задумано? Он даже не ужаснулся этой мысли, она давно уже и подспудно зрела у многих. Но тут случилось то, чего не ожидал никто, считая работу безопасной и, привыкнув к этому, сконструированный новый прибор, Голова, в порядке его проверки и доводки вместе с ассистентами, работали в лаборатории в самом институте. Штатная ситуация. Включили, проверили все параметры и характеристики луча, откорректировали, заменили несколько деталей, включили вновь, проверили, довели снова и так много раз. Ничего не предвещало беды.
   В один из таких пусков Иван отлучился за какой-то мелкой надобностью, пока инженер - электронщик с двумя ассистентами паяли внутри прибора несколько транзисторов, сгоревших при очередном запуске. Голова сидел за столом перед листом бумаги, о чём-то сосредоточенно думая. Вернувшийся через несколько минут Иван застал чудовищную картину. Инженер крушил металлическим стулом прибор. Оба ассистента лежали на полу без признаков жизни. А Голова сидел за столом в позе уснувшего за работой, смертельно усталого человека. Мгновенно заблокировав дверь, Иван вызвал по телефону охрану. Когда двое дюжих парней через несколько секунд прибежали с поста на этаже и открыли дверь, картина почти не изменилась, лишь инженер тоже оказался мёртв.
   Назначенная Советом Безопасности комиссия быстро и тщательно проанализировала несчастный случай. Голову похоронили на главном столичном кладбище, а троих сотрудников на разных кладбищах схоронили родственники. Руководить отделом поставили Ивана, как наиболее осведомлённого в работе. Никаких резких движений пока никто не делал. Президент лично участвовал в похоронах профессора и сказал проникновенно об опасности работы, в которой что - то неизведанное показало свой крутой нрав.
   Комиссия подготовила доклад, с которым пришлось выступить на Совете Безопасности Ивану, как наиболее осведомлённому и понимавшему, что произошло. Не вникая в суть слишком глубоко, он обрисовал возможную картину, в душе, благодаря случай за то, что спас его от участи четверых.
   На самом деле Иван не сомневался, что случай этот организован. К этому привели его результаты вскрытия и один вещдок, который он утаил от комиссии. Сам прибор не мог привести к таким последствиям, которые обнаружило вскрытие. Все четверо погибли от кровоизлияния в мозг. Обширного. Сосуды лопнули во многих местах. Прибор не имел такой мощности, чтоб как-то вызвать это. Но, но работа прибора должна вызвать резонанс с предполагаемым полем, которое отдел пытался засечь.
   Листок бумаги, который лежал перед Головой, тот полностью, за несколько секунд, исписал ровным каллиграфическим почерком, но этот текст не принадлежал ни одному языку. Как не пытался Иван его идентифицировать. Но и это ещё не настолько насторожило его, а то, что в конце листка совершенно невероятными почти детскими каракулями Голова написал всего два слова: Бог есть!
   Иван понял, что произошло в его отсутствие.
   Впаяв нужные детали, ассистенты включили прибор для проверки своей работы. В это время его луч и вошёл в резонанс с тем, что они безуспешно искали. На людей снизошло божественное откровение, а попросту информация обо всём, что случится с человечеством. Выдержать это ни один нормальный человек был ни в состоянии, поэтому ассистенты у прибора погибли мгновенно первыми. Голова, наиболее подготовленный к приёму информации, успел всё понять и даже пытался что-то записать. Текст, скорее всего, написан на общепланетном языке, который будет когда-то в будущем. Поняв, что он сейчас погибнет, учёный написал последним усилием, собрав всю волю, предупреждение остальным. Инженер, стоявший от прибора дальше всех, успел осознать его опасность и ничего иного не мог предпринять кроме разрушения и в последние секунды жизни успел ударить прибор тем, что имелось в руках.
   Не углубляясь в то, чем занимается отдел, Иван помог комиссии составить отчёт, заменив реальные события очень похожей формулировкой. Мол, прибор вызвал резонанс биотоков мозга со своим полем и люди погибли от этого. Как специалисту по изучению телепатии ему легко удалось это сделать. Да по сути это и была телепатия, к которой мозг оказался не готов.
   После утверждения отчёта в СБ и назначения на должность руководителя и безуспешных попыток расшифровать текст Головы, Иван серьёзно засомневался в целесообразности своей работы. В том, что мозг не в состоянии выдержать весь объём знаний, предъявленных ему, он не сомневался. Он натыкался на подобное, проводя опыты с телепатией. Он хорошо понимал ассистентов и видел их мысли насквозь, включая изобретённый им генератор, но они не могли сделать того же. Уровень интеллекта был разным, и после этого несколько дней его ассистенты болели не в силах переварить информацию, к которой подключились. Провести сеанс связи с Головой Иван не успел, да тот и всячески уклонялся от него, понимая, что Ивану станет известно о некоторых его мыслях, делиться которыми профессор не хотел. Теперь молодой учёный сильно сомневался в нужности продолжения поисков. Понимая, насколько они опасны и, подумывая уже, поставить вопрос о сворачивании программы. Но Учёный пересилил в нём Человека. Тем более, что он понял, где искать, а восстановить прибор не составляло труда. Голова все шевеления тщательно протоколировал, вплоть до номеров и характеристик меняемых деталей. Остановить машину поиска оказалось невозможно.
  
   Глава 5. Откровение
  
   Месяц ушёл на восстановление прибора и полную смену программы поиска. Воодушевлённые замаячившей надеждой сотрудники валились с ног от усталости, но не роптали, их не нужно было подгонять. К великому удовольствию отдела, Иван приказал закрыть все полевые базы и перевести их в филиалы института в мегаполисах, академгородках и центрах науки и техники. Даже в пресловутом Сколково. Работы развернулись с невиданной доселе интенсивностью, но... результата не дали.
   Иван спал по несколько часов в сутки. Остальное время он проводил за компьютером, анализируя неудачи. Прибор, разработанный последним, скопировали в точности и оснастили им все станции наблюдения. Единственное, чего не мог восстановить Иван - это на какой частоте включили прибор погибшие ассистенты. Инженер успел нанести прибору ощутимый урон, разбив панель управления. В каком положении находились её рукоятки, установить не удалось. Генератор имел очень широкую полосу частот излучения и, на какой возник резонанс, никто не знал, поэтому работали все исконным методом науки - методом тыка. А метод этот мог дать результат немедленно, а можно перебирать варианты и всю жизнь. Учёный пытался хоть как-то упростить задачу, но данных для этого не имелось. При доводке прибор включали с абсолютно произвольным положением рукояток, и записи, на какой частоте велись испытания, не делали. Вымотанный сверх всякой меры Иван однажды заснул в лаборатории прямо за компьютером.
   Он не знал, сколько проспал, и разбудила его какая-то неясная тревога. Медленно открыв глаза он обнаружил в кресле за соседним столом недавно принятую в штат новую сотрудницу. В её обязанности входило техническое обслуживание компьютеров. Удобно расположившись, она внимательно смотрела на начальника. Этого не могло быть - Иван сам проводил её три часа назад и появиться в лаборатории глубокой ночью она никак не могла. Перед уходом он спросил о её планах, на что она ответила:
   - Моя смена завтра во второй половине дня, и я хочу отоспаться.
   Далее события приняли вообще странный оборот. Иван мог поклясться, что Анхель, как звали девушку, не раскрыла рта, но он явственно услышал
   - Здравствуйте, Иван.
   - Здравствуйте, - произнёс Иван и, придвинув своё кресло, протянул Анхель руку. Девушка протянула ему свою, но пальцы Ивана пожали ... пустоту.
   - Ну всё, доработался до глюков, - подумал Иван вслух.
   - Нет, я не галлюцинация. - ответила девушка опять не раскрыв рта. Голос опять прозвучал в голове Ивана.
   - А кто же вы? - ничего умнее не нашёлся спросить растерявшийся учёный.
   - Я проекция Анхель. Конечно, можно бы появиться у вас в любом другом обличии, но я решила, что это самое безопасное для вашей психики. Появление без тела вызвало бы у вас неизвестную мне реакцию. Думаю, настоящая Анхель не обидится, она видит седьмой сон.
   - Хорошо, - сказал Иван, сам потихоньку ущипнув себя за руку. - Кто вы на самом деле?
   - Уже лучше, я вижу, вы готовы для разговора. Приступим.
   - Сначала приношу свои искренние соболезнования. В мои планы не входило, чтоб кто-то погиб от ваших экспериментов, но я недооценила вас, да ничего, в общем, и не предвещало такого исхода. Но сейчас ничего не вернуть. Поверьте, мне искренне жаль.
   - Я инспектор вашей планеты и одновременно хранитель её информационного поля. Вы многое определили верно, Иван и нашли доступ к этому полю, но по некоторым причинам оно заблокировано для людей. Наша база располагается на стороне Луны, невидимой с Земли, а излучатели на видимой стороне. Но они для вас необнаружимы. Само информационное поле - это слой воды в атмосфере, который вы называете облаками. Это очень тонкий слой, но он излучением с Луны структурирован. Вода - это очень интересная жидкость, о которой вы пока знаете крайне мало. Этот слой - та самая "флэшка", которую вы разыскивали. А я управляю её наполнением или чисткой от ненужной информации. Вы нашли канал связи с ней, но я его заблокировала, потому, что выполняю приказ своего начальства. Да вы и сами убедились, насколько для вас опасно излишнее знание...
   - Извините, значит мы ничего не сможем найти и наши поиски обречены на провал?
   - Вы уже нашли и знаете, что собой представляет то, что вы искали, большего вам пока не разрешено.
   - Кем не разрешено?
   - Теми, по чьей воле заселена эта планета и потомками кого вы являетесь.
   - Вы хотите сказать, что мы не коренные жители Земли?
   - Иван, вы чертовски догадливы, и, видимо, не зря я спасла вас и пошла на контакт с вами. Да это именно так. Земля - обычная колония людей с другой планеты и из другой звёздной системы. Она необычна лишь тем, что на ней уже была жизнь и очень близкая по всем биологическим показателям к жизни людей. Это упрощало и одновременно осложняло задачу переселенцев. Но это данность. Других планет, похожих на Землю нет, кроме той, с которой я. Есть жизнь на некоторых планетах, но она не достигла такого уровня развития нигде.
   - Если я правильно вас понял, Анхель, мы пришельцы на этой планете?
   - Да вы поняли правильно.
   - Почему мы оказались здесь?
   - Это проблема любой цивилизации, и она настигнет и вас нескоро, но настигнет. Это перенаселение. Любая система может жить только в развитии, и любая планета вскоре станет мала, если на ней есть разумная жизнь. Если же эта жизнь разумна не слишком, то чаще всего цивилизация или уничтожает сама себя или начинает всё почти с нуля. В космосе есть мёртвые планеты, где когда-то жили цивилизации. Вы подошли к опасной черте и поэтому мы вынуждены вмешаться. Но, если быть честной уж до конца, мы сами виноваты в этом и пытаемся исправить ошибку.
   - О какой ошибке речь?
   - Дело в том, что мы тоже люди, пусть инспекторы и проходят тщательнейший отбор, но они остаются людьми со своими мыслями и поступками, которые не всегда предсказуемы.
   Мы почти бессмертны и отправляемся в командировки для инспекции на сто лет, по вашему летоисчислению, как правило, в одиночку. Базы построены и налажены давно. Для нас это небольшой срок, но за это время можно сделать много и разного. Мой предшественник помимо своей основной работы и сделал такую глупость. Наша задача ни во что, почти, не вмешиваться на планете, записывая все события происходящие на ней, вплоть до мельчайших. Эти события позволяют прогнозировать будущее на довольно приличный срок, очень точно. Связь с "флэшкой" односторонняя. Но мой предшественник поставил крохотный эксперимент, позволив некоторым людям получать информацию с "флэшки". Вас не удивляет стремительность прогресса в последние сто лет по сравнению с предыдущими тысячелетиями?
   - Это удивляет не только меня, даже два века девятнадцатый и двадцатый сравнить невозможно не то, что более ранние времена.
   - Так вот мой предшественник лишь чуть-чуть приоткрыл доступ. Открой он его полностью, я затрудняюсь представить последствия. У нас давно доказано, что мозг человека не в силах придумать ничего неосуществимого. Самые бредовые, на первый взгляд, идеи, тем не менее можно претворить. Как пересадку двух голов одной собаке, осуществлённую вашим хирургом. Можно и Солнце создать на вашей планете, но по понятным причинам - нельзя. Когда предшественник понял, что он натворил, стало уже поздно. Я разгребаю его завалы. Успехи скромные, но пока вы не уничтожили ни цивилизацию, ни планету.
   - А что с ним стало, и почему он поступил так?
   - Ничего плохого с вашей точки зрения. Он единственный из инспекторов, кто умер своей смертью и...похоронен на Земле. Он попросту влюбился в земную женщину и жить в тех условиях, что тогда наступили, не захотел. Он ускорил прогресс, чего не имел делать права - категорически. Его сослали на Землю, лишив всех достижений нашей цивилизации, и он прожил со своей любимой долгую и счастливую жизнь. Но урон планете нанёс, я думаю - непоправимый. Вы шли правильным путём, а он изменил направление развития. И ваш нынешний путь лежит в тупик. Но, пока есть такие, как вы - это не абсолютная истина. И дело поправимо.
   - То есть, у вас нет однозначного прогноза событий?
   - Прогноз никогда не однозначен, слишком много случайных факторов не удаётся учесть. То, что зависит от людей всегда прогнозируемо неточно, а есть ещё катаклизмы планеты.
   - Тогда почему вы вмешиваетесь в то, что творится на Земле?
   - Потому, что мы прошли ваш путь со всеми его ошибками и вы наши дети, по сути. А ни один родитель не желает ребёнку зла и не даст ему в руки игрушку, которая его уничтожит. А у вас по глупости одного из нас есть такие игрушки и не одна. Самая же большая проблема в том, что эти игрушки разрушили вашу духовность. Вы в любой непонятной ситуации хватаетесь за оружие, вместо того, чтоб думать. Дух должен опережать руки, а не наоборот. Вы придёте к этому, переболев прогрессом и поняв, что блага - не самое главное на планете и её ресурсы не бесконечны для обеспечения этих благ.
   - Вы не согласны с этим?
   - Согласен. А что делать с нашей программой?
   - Это решать тебе.
   - От себя, уже не как инспектор, я продолжу. Вы нравитесь мне как учёный и как человек. Как нравитесь вы своему новому системному инженеру, образ которого я и выбрала для разговора. Думаю, я понимаю своего предшественника и глупость, совершённую им, можно оправдать. Могу сделать вам на память небольшой подарок? Это мне не запрещено по отношению к одному человеку. Хотите, на выбор, пусть я и знаю наперёд, что вы выберете себе. Все они необычны и у вас ничего не получится, попробуй вы донести их до людей, как некогда у Кассандры, обладавшей сверхзнанием. Но ваш мир не стоит на месте и, возможно, вы доживёте до других времён, а там кто знает?
   Выбирайте: бессмертие как у меня, открытие мирового уровня и расшифровка последнего текста Головы.
   - Его записка, - ответил Иван.
   - Да я не ошиблась в вас. Только не надейтесь, что в его записях есть первые два подарка. И, пожалуй, я стою на грани совершения той же глупости, что и предшественник. Поэтому такие контакты нам разрешены в крайних случаях. На планете не должно оставаться никаких следов присутствия, не то, что вмешательства. Теперь я поняла почему. Вы очень симпатичны мне, Иван, у нас всё стало по-другому. Поговорить, вот так просто, не с кем, да мы и не разговариваем в вашем понимании. Зря вы чего-то хорошего ждёте от телепатии, даже наш мир не готов для неё полностью. Как наверно трудно дался этот шаг предшественнику, решится потерять всё. Или обрести... Вы выдающийся человек и поселили в меня сомнения. Прощайте, Иван.
   - Постойте, я хотел бы...- Иван не договорил.
   Изображение, Анхель, истаяло в кресле напротив, оставив слабый запах озона.
   Он придвинулся к своему столу и почувствовал навалившуюся чудовищную усталость и сонливость.
   Проснулся он от того, что кто-то тихонечко гладил его по голове. Это вновь была Анхель. Зажмурив глаза, Иван, поймал её руку. Обыкновенную тёплую девичью ладошку. Иван открыл глаза. Девушка сказала:
   - Добрый день! Договорим?
  
   Пришествие
  
   Часть первая. Ошибки
  
   Предисловие
  
   Человеческая память коротка, даже если ты бессмертен. Иначе чем объяснить то, что много веков уже люди спорят о нашем появлении на планете. Предмет спора, по-моему мнению, надуман, ломать копья совершенно не о чем. Мы из дальнего космоса, а эта планета - место ссылки из нашей родной звёздной системы. Эта истина не требует доказательств и всяких теорий Линнеев и Дарвиных. Таких как я, первых поселенцев, осталось несколько. Мы не контачим друг с другом неотличимы в людской толпе. Но мы первыми высадились на планете много лет назад. Мы уверовали в бессмертие и поплатились за это ценой своих жизней. Нас осталась горстка, многие молчат. Я попробую восстановить ход событий таким образом, насколько я его помню. Изначально мы обладали памятью всей нашей цивилизации, но оказалось, что и нам свойственно забывать. Может я что-то упущу, но проверить меня никто не в силах, кроме инспекторов с моей планеты, а им безразлично, чем мы тут занимаемся. Инспекция нужна лишь для того, чтоб мы не натворили такого, что может повредить нашей далёкой Родине. Мы же пока не в силах слетать даже на соседние планеты, поэтому инспекторы спокойны. Мне же хочется рассказать обо всём. Почему? Да просто ... хочется. Итак, попробую.
  
   Мятеж
  
   Мы жили в одной из звёздных систем на планете очень похожей на Землю. Цивилизация развивалась не в пример той, в которой мы оказались сейчас. Изначально наши жители по-иному относились к своему жилищу. Техногенный путь, коверкающий природу ради благ и ресурсов нам не снился и в страшных снах. Дети природы и жили в согласии с ней, не нарушая хрупкого равновесия между тем, что она могла дать и нужным от неё. Вы подумаете, да что же это за жизнь такая? Сидели, наверное, как амёбы в луже? Нет, нет и нет. Наука и промышленность стремительно развивались, но на на иных принципах, чем сейчас на Земле. Ресурсы планеты добывались, не во вред ей. Необходимое мы брали, используя природные растения и животных, не распахивая гигантские площади и уничтожая другие виды в угоду нескольким "культурным". Животные не знали насилия и убийства ради мяса, и свободно паслись в своей среде обитания. Процветали биотехнологии. Учёные сконструировали живые организмы, они выполняли нужные функции жилищ, зданий, транспорта. Эти организмы выращивали как обычные растения в нужном месте. В случае ненадобности включалась программа самоуничтожения заложенная и они распадались, как всё живое. Связь обеспечивала система усиления телепатии. Нужно лишь сосредоточится и установить мысленный контакт с абонентом. Если он занят и не хотел общаться, его состояние чувствовал собеседник. В крайнем случае человек блокировал усилием мысли канал и никто не мог помешать, когда он не хотел отвлекаться на разговор.
   Энергию для наших нужд мы получали непосредственно от светила при помощи биологических преобразователей. Людям делалась прививка в раннем детстве и они поглощали лучистую энергию, что давало возможность обходиться минимумом пищи и воды. Не возникало у нас и транспортных проблем: каждый человек мог дематериализоваться, и затем вновь обрести свой облик в заранее выбранном месте. Цивилизация процветала. Люди бессмертны. Конечно это не совсем так. Человек оставался смертен и подвержен болезням. Люди гибли в природных катастрофах и на других планетах, но, если оставались хотя бы несколько клеток организма, его воссоздавали в первоначальном виде без повреждений, человек словно рождался заново. Потерь всё равно избежать не удавалось, население балансировало примерно в одних численных пределах. Наша звёздная система имела пять планет, но остальные не подходили, без специального снаряжения и оборудования, для жизни и использовались лишь как полигоны и сырьевые базы, и то, так, чтоб не изменились необратимо их экосистемы.
   Всё в цивилизации рационально, продумано и работало на протяжении тысячелетий. Сейчас, смотря здесь на относительно благополучные страны, я понял, что человека не может устроить хорошая жизнь, он устроит её ещё лучше. Извините, получился каламбур.
   Началось всё с исследователей глубокого космоса. Им не делались прививки. Находиться в космосе приходилось иногда очень долго и космонавты при этом питались как обычные люди, лучистая энергия не проникала внутрь звездолётов. Возвращаясь, они продолжали жить как и в космосе. Отряд исследователей пусть и незначительный, вызывал ожесточённые споры. Побывавшие в космосе представляли, что рано, или поздно планета станет нам мала и нужно искать другие для переселения. Верховный правитель и Совет планеты, сдерживали рост населения, но это не могло продолжаться вечно. Могу сравнить это с нынешними Китаем и Индией. Иерархи, видимо, боялись выхода части населения из под их контроля. Исследования космоса и поиск других планет всячески тормозились Советом. Заговор созрел в одной из экспедиций, когда обнаружилась планета, почти идентичная нашей. Вернувшись домой, экспедиция поставила вопрос о переселении. Совет и главный иерарх ответили решительным отказом. На этот случай экипаж заготовил план свержения власти. Для его осуществления впервые за несколько тысяч лет на планету доставили оружие и пустили в ход. Огнемёты, не оставляли шансов на восстановление погибших. Однако мятежники не учли того, что наука не стояла на месте в их отсутствие, и у Совета имелось гораздо более серьёзное психотропное оружие. Участникам мятежа перепрограммировали на расстоянии психику и они, сложив оружие, сдались властям. Оружие, не успели довести и через несколько часов все исследователи восстановились. Но их уже изолировали, а их способность к телепатии заблокировали.
   Совет, собравшись на экстренное заседание, решил не поднимать шума, а гуманность не позволила казнить виновных. Объявив корабль исследователей погибшим, мятежный экипаж решили доставить на вновь открытую планету и дезактивировать звездолёт. Что и проделали с успехом. Приземлившись на планете - тюрьме, звездолёт распался на молекулы и атомы, через несколько часов никаких следов вмешательства извне на планете не осталось. Для исключения подобного впредь, учредили отряд инспекторов, дабы контролировать жизнь переселенцев, или ссыльных. Как вам больше по душе.
  
   Новая Родина
  
   Поселенцам практически ничего не оставили, кроме двух достижений цивилизации: условного бессмертия и памяти. Мы помним, что человек мог погибнуть. Исследователи обладали всей памятью своей прародины, но и это только вначале, вскоре обнаружилось, что мы склонны к её потере. За те несколько часов, что звездолёт находился в руках изгнанников, я думаю наш руководитель экспедиции принял самое важное решение, благодаря которому через тысячелетия, я пишу эти строки. Он решил высадить наш экипаж не в одном месте, а рассредоточить его по всей планете по нескольку человек. Окажись мы все в одном месте, мы были наверно более уязвимы в том числе и от разногласий внутри. Мы, объединившись в основном по признаку расы, высадились на всех континентах планеты кроме одного, сплошь покрытого льдом.
   А теперь представьте людей в незнакомом почти мире, лишённых оружия и пищи, жилья и защиты могущественных покровителей. Конечно, картина, мало оптимистичная. Но, планета лежала перед нами первозданной, высадились мы в климатических зонах с погодой, пригодной для жизни и вблизи больших водоёмов с пресной водой, кишащих рыбой. Исследователи, к тому же, прошли подготовку и к более экстремальной высадке. Никаких благ цивилизации, кроме комбинезонов, на нас, нам не полагалось. Ни один человек в нашей цивилизации не обладал такой свободой и возможностями. Вдоволь надышавшись пьянящим воздухом, мы принялись творить свой мир.
   Мир оказался населён гораздо богаче, чем наша Родина. У нас ещё сохранялась способность к телепатии, и мы с удивлением обнаружили, что у млекопитающих планеты есть примитивное сознание - это спасло нам жизни. Часть животных составляли хищники и весьма агрессивные, но, как и на нашей планете, они поддались внушению, что человек - высшее существо и никогда не нападали на нас. Хуже было с насекомыми, они в массе своей оказались кровососами и от них спасали только комбинезоны, но вскоре пришло осознание, что они не вечны. Первым делом для переселенцев на всех материках стали жилища. Тут уже никто не думал - не навредить бы планете, главное выжить. Наверно, строительство жилищ и стало тем роковым шагом, который привёл планету к сегодняшнему облику.
   Я уже сказал, что прививки нам в детстве не делали , и мы не могли использовать энергию светила, а получали её только с пищей. Она и стала вторым шагом к нынешнему состоянию. Мы прекрасно обходились сбором плодов и злаков. Но на планете не оказалось грибов, заменявших нам на родине мясо, наши организмы без него не могли существовать. Исследователи умели создавать простейшее оружие из подручных средств и обращаться с ним. Мы начали убивать, пока только зверей и птиц. Часть неагрессивных животных пришлось приручить, чтоб не гоняться за ними. Ненужные животные быстро на своей шкуре узнали, что значит, если ты лишний.
  
   Боги
  
   Худо ли, или лучше, но все исследователи устроились на своих материках. Совет из гуманности своей выслал не только нас, но и близких родственников. Ничего не оставалось, как жить дальше. По прошествии нескольких веков, континенты оказались не так уж и редко заселены. Это вызвало несколько проблем, главной из которых оказалась связь. Со временем мы, первые, утратили способность к телепатии, вернее она осталась, но очень незначительная. Можно было, к примеру, прочитать мысли жены или детей. Связи между материками не стало. Позже это привело к многочисленным войнам людей вобщем-то связанных кровным родством, или хотя бы потомков пришельцев с одной планеты. Дошло до того, что одну из рас почти полностью истребили представители другой.
   Тут, наверно, необходимо сделать отступление. На нашей родной планете сложились четыре расы, отличающиеся друг от друга не только цветом кожи, но и характером отношений с окружающим миром. Четыре материка нашей планеты очень сильно разнились по климату. Видимо это и наложило отпечаток на характеры людей. Белая раса с северного материка отличалась экспансивностью и изворотливым умом, необходимым в суровых условиях материка, где постоянно приходилось решать проблемы выживания. Жёлтая раса, жившая на материке ближе к экватору, не знала проблем белой, её люди жили неторопливо, в созерцании природы и обладали утончённым вкусом. Наиболее повезло с географией чёрной расе - она проживала на экваториальном материке, где всего необходимого было в достатке, люди этой расы не слишком утруждали себя заботами о пропитании и больше занимались собой. Последний материк находился в южном полушарии и имел климат, близкий к материку жёлтых, но почему-то цвет кожи этой расы был красным, а характеры представителей отличались крайним миролюбием. Расы никогда не враждовали между собой и, хотя мы могли перемещаться по планете свободно, не поощрялись семьи из представителей разных рас, хотя никаких запретов этого не существовало. На нашей планете отсутствовала религия, если не считать религией трепетное отношение к своей родине. Управлял планетой Совет из представителей всех континентов, во главе которого стоял иерарх, выбираемый на довольно значительный срок из представителей Совета. Мы не имели армии, планету защищали несколько научных разработок, одна из которых, например, делала её невидимой ни в каких лучах. Для поддержания порядка Совет имел полномочия использовать психотропное оружие, которое ссыльные и испытали на себе.
   Теперь, когда я познакомил вас с образом жизни на нашей прародине, можно продолжить рассказ и о возникших проблемах. Итак, мы лишились связи между материками. Возможность перемещений в пространстве заблокирована. Расы стали развиваться сами по себе. Средств пересечь разделяющие материки океаны мы не имели. Они появятся у нас очень нескоро.
   Расы варились в собственном соку, но видимо память нам изменила, или молодые поколения преклонялись перед первыми поселенцами, или сильно отличающаяся от родной планеты обстановка привела к созданию совершенно неведомого в нашей прошлой жизни явления - религии. Она возникла практически одновременно на всех континентах, если не принимать в расчёт разницу не превышавшую тысячи лет, что в масштабах космоса мгновение. Кстати, летоисчисление и систему мер мы используем с нашей бывшей родины. Понятие Бог возникло везде. Чтобы не утруждать своих читателей приведу лишь один пример
   Белая раса, населившая материк, названный впоследствии Европой, благодаря экспансии проникла и в другие земли, там ассимилировалась, слившись с местным населением. Один из её представителей, потомок врачей, унаследовал их некоторые способности. Однажды заметив, что может исцелять людей и проделывать некоторые другие трюки, которые бы на нашей планете никого не удивили, что-то возомнил о себе. Объявив себя царём иудейским, он начал мотаться по полям и весям, собрал кучку почитателей и решил, что он мессия. Сотворив несколько чудес и снискав в народе славу проповедника и предсказателя, решил добиться всеобщего признания. Явившись в один из городов в канун праздника аборигенов, стал смущать умы людей своими проповедями. За что жестоко и поплатился. Будучи предан одним из своих почитателей, был бичеван перед толпой и казнён самой страшной на тот момент казнью. Однако, видимо, со временем наши прежние способности или разблокировались, или просто так сложилась его наследственность, но через несколько суток он воскрес, то есть проделал восстановление тела, предварительно потренировавшись в оживлении мертвеца Лазаря, На нашей планете это считалось делом обычным, тут видимо не обошлось без чьей-то помощи, механизм воскрешения сам мертвец запустить не мог. Но тут произошёл казус. Воскреснуть-то он воскрес, но без привязки к конкретному месту, видимо в силу того, что конкретного жилища не имел. Он стал вечным скитальцем, и теперь появляется ненадолго в разных местах планеты. Народ, как это не покажется странным, уверовал в возможность воскрешения и жизнь после смерти, и возвеличил пройдоху, назвав Богом, начав ему поклоняться и строить в честь него храмы. Этот процесс уже никто не мог остановить. С небольшими вариациями такие же Боги появились практически у всех народов, что служило причиной: войн, казней, изгнания, народ верил в своего бога и ниспровергал всех других.
   Эти проблемы сопровождают нас и поныне и, я думаю, не исчезнут, пока мы существуем. Религия нашей планеты, как - то поблекла и поиссякла на всех материках и они теперь являют печальное зрелище.
  
   Прогресс.
  
   Мы оказались на планете, очень сильно похожей на нашу, но всё таки это была другая планета. На всех континентах перед нами встали одни и те же проблемы. Поначалу всем хватало пищи и места, но с ростом колоний поселенцев проблема питания обострилась. Переселенцы не могли воспроизвести технологии своей планеты для получения пищи, о мясе я уже сказал отдельно. Что оставалось делать? Кроме истребления животных пришлось истреблять и леса. На родной планете не использовался открытый огонь, но, так как исследователи имели о нём представление, то самым простым способом виделось - обычное выжигание лесов. При этом урон планете наносился колоссальный, в огне гибло всё живое, но всё новые и новые площади под посевы культурных растений едва позволяли прокормиться. Разнообразие видов животных и растений стало падать катастрофически.
   Присущее всем исследователям любопытство толкало на новые изобретения. Эти изобретения позволили увеличить нашу экспансию вне колоний. Невозможность перемещений телепортацией привела к изобретению колеса и паруса, которых также не знала наша планета. Появилась возможность снаряжать экспедиции, пусть пока небольшой дальности, но всё же расширяющие сферу влияния. Оказалось, что континенты Европа и Азия не разделены между собой океаном. Первые поселенцы высадились в Европе, а последние в Азии, но корабль облетел планету с другой стороны и рассыпался на территории современного Китая. Вскоре желтая и белая расы столкнулись в стремлении расширить свои территории. Ничего умного не пришло переселенцам в головы, как разрешить проблему силой оружия. Произошла первая война, жертвы которой не могли быть восстановлены, как на Родине, и их просто пришлось закапывать в землю, чтобы избежать распространения болезней. Теперь любая экспедиция вооружалась. Наше примитивное оружие, тем не менее убивало и постоянно совершенствовалось. Войны после этого стали неотъемлемой частью прогресса и Земля больше не знала ни одного дня мира. Ускорило порабощение планеты открытие металлов и способов их обработки. Теперь процесс разрушения планеты стал необратим.
   Мы и предположить не могли, как быстро прекрасная планета превратится в свалку. Но поделать с этим уже ничего не могли. Окончательную точку в разрушении поставила энергетика. Мы сначала использовали силу ветра, но вскоре выяснилось, что вода намного эффективнее и, если есть её запас, то можно не зависеть от того, дует ветер, или нет. Сперва робкие плотины на маленьких речушках, приводившие в движение мельничные жернова, меха плавилен и кузниц выросли до многокилометровых плотин на самых больших и полноводных реках. Надо ли говорить, что эти плотины нарушили не только экосистемы рек и климат, но и вывели из оборота огромные площади самых плодородных земель. Население узнало, что такое смерть от голода. Но и это ещё не привело к катастрофе. Её началом стало сжигание органического топлива для получения всё той же энергии. Над планетой повисла пелена углекислого газа, который , как вскоре выяснилось, послужил ей одеялом и планета начала греться. Уровень Мирового океана катастрофически повысился.
   Невозможность свободно перемещаться сподвигла изворотливые умы белой расы к созданию средств передвижения по воде и вскоре их экспедиции отправились к другим континентам, отнюдь не для исследования их. Целью стал захват новых земель. Люди очень быстро забыли, что все они изгнанники с одной планеты. Краснокожая раса, которая единственная пыталась, насколько это возможно, сохранить свой континент в первозданном виде, первой поплатилась за это. Население двух континентов, сначала Южной, а через несколько столетий и Северной Америки, почти полностью истребили европейцы. Хватившись, что работать на континентах некому, они придумали возить рабочую силу с континента чёрной расы. Созерцательная и миролюбивая, она вскоре испытала, что такое жизнь и работа в неволе. Точку в прогрессе поставил последний век, в котором я сейчас пишу эти строки. Прогресс прокатился по нему стремительно и ужасающе. Создав чудовищные виды оружия, белая раса пустила его в ход и истребила в двух мировых войнах десятки миллионов собственного населения, начисто забыв, что все мы родственники и если ты выстрелил в другого человека, то убил: или родного брата, или сестру. Но, наивно было думать, что повоевав, человечество успокоилось. Просто стрелять в другого, принося ему повреждения, несовместимые с жизнью показалось малоэффективно. Тогда учёные создали вещества и оружие, способное уничтожать: отравляя, заражая болезнями, испепеляя пламенем в миллионы градусов, невидимой и неощутимой радиацией. Это оружие смело с лица Земли два города, без всякой военной необходимости этого. Накопив такого оружия столько, что можно уничтожить всё живое на планете десятки и сотни раз, люди ужаснулись и задумались. А что же дальше? О том, как мы жили на своей прародине, знали только несколько первых, оставшихся в живых, переселенцев. Но ничего сделать не могли.
  
   Города
  
   Чудовищное порождение нашей цивилизации на новой родине. На своей планете мы не могли столкнуться с подобной проблемой, потому что человек был защищён в любом её месте от всех угроз, которые могли его подстерегать в природе.
   Люди селились там, где хотели и, пусть не существовало каких-то законов расселения, но никто не мешал соседям. Человек или его семья занимал участок земли, необходимый для проживания. Участок этот ограничивало его биополе или совместное биополе семьи, и другие люди чувствовали его при приближении к границам. Точно так же в природе: каждая особь имеет свой ареал обитания и устанавливает границы своих "владений". С исчезновением особи её жилплощадь освобождается. Обитатели прародины ничего не боялись на своей планете.
   Транспортных проблем не возникало и для общения не нужны никакие устройства и линии передачи информации. Это привело к тому, что планета заселялась не в ущерб природе. Люди или семьи включались в естественный биос и не могли ничем повредить ему. Даже животные, необходимые для жизненного цикла людей, не испытывали насилия - с ними просто устанавливался тот же телепатический контакт, и они в нужное время приходили к жилищу именно своего хозяина.
   Безопасность человека и его жилища, в крайнем случае, устанавливалась специальным полем, которое создавал человек усилием своего мозга. Животные распознавали это поле и не могли приблизиться к жилищу, если этого не требовалось. Это же поле чувствовали и люди, и, чтобы приблизиться, устанавливали контакт с его источником.
   Что же ждало нас на Земле? Лишённые всех разработок наших учёных, мы начинали жить в чуждом мире практически с нуля. Без защиты средств общения и возможности управлять окружающим миром, что мы могли противопоставить ему? Очень быстро стало понятно, что гораздо проще выжить в новых условиях, объединившись в поселения. Что и произошло на всех континентах. Поселения эти вызвали огромное количество проблем, решаемых с той или иной степенью успешности. Проблемы эти с ростом поселений нарастали снежным комом. Основной же проблемой стало питание.
   Если на своей прародине человеку хватало относительно небольшого участка для обеспечения его жизни, то уже всего нескольким людям требовался гораздо больший такой участок. То же самое происходило и с животными: их требовалось всё больше, а они не могли, не мешая друг другу, пастись в зоне досягаемости людей.
   С ростом поселений гигантские площади пришлось отвоёвывать у природы, приручать животных и содержать их вместе с людьми. Постепенно у людей стали появляться качества, которых не знала бывшая родина. Сознание людей в несколько столетий трансформировалось настолько, что уже никто не думал о последствиях такого положения. Появились качества которых не знала прародина: жадность, чувство несправедливости, алчность, лень и эксплуатация. Довершили разрушение стереотипов родины деньги.
   Поселения постоянно росли, и вскоре возникли чудовищные, по меркам старой планеты, явления. Скученность вызвала появление болезней, эпидемии, которые иногда приводили к гибели целых поселений. Возникли разногласия в распределении сначала продуктов, а потом и территорий, как между отдельными людьми, так и между поселениями. Рост привёл к антисанитарии.
   Для связи между поселениями пришлось прокладывать дороги, нарушая все природные взаимосвязи. Для жизни требовалось всё больше и больше того, что давала природа, и вскоре этого стало не хватать всем. Не редкостью стали вооружённые конфликты из-за продовольствия и земли.
   Был ли у поселенцев другой путь? Да, но вскоре стало ясно, что он невозможен. Одиночки, понимавшие что строительство городов - тупик, уходили на необжитые земли и некоторые сумели наладить там жизнь, но с удивлением увидели, что и их жизнь идёт той же дорогой. Некоторые, не вынеся тягот, смирились и вернулись. Большинство пошло проторённым путём, но нашлись и забравшиеся слишком далеко от цивилизации. Они утратили всё человеческое и одичали. Такие племена и по сей день находят в труднодоступных местах планеты.
  
   Знания
  
   Все поселенцы столкнулись с этой проблемой, везде одновременно. На родной планете всё знание о том, что происходило с человечеством за всю его историю, хранилось во всепланетном информатории, который окружал планету специально структурированным слоем из молекул воды в атмосфере. Любой человек мог установить с полем информатория контакт и без всяких средств связи получить информацию по любому интересному ему вопросу. Совет мог блокировать доступ к очень небольшой части этих знаний, в основном касающихся оружия и безопасности планеты. Информаторий создали учёные очень давно, и он существовал, как неотъемлемая часть биосферы планеты.
   Нам оставили всё знание бывшей родины, но ни один человеческий мозг не мог его вместить. Видимо из - за опасения, что поселенцы сумеют создать угрозу бывшей прародине, иерархи сделали простую вещь. При гибели звездолёта переселенцев, его мозг выбросил всю информацию в окружающее пространство. Она мгновенно нашла для себя носитель, точно такое же поле из молекул воды в верхних слоях атмосферы и структурировало их. Над землёй повисла вся информация о нашей прародине. Но, но заблокировав поселенцам возможность телепатии, иерархи начисто лишили новых жителей возможности подключиться к ней.
   Самым страшным в этой ситуации оказалась невозможность хранить информацию отдельным людям. Все поселенцы, без связи с полем планетарного информатория, стали деградировать. Другой причиной, которая привела к положению людей на планете сейчас, стало отсутствие у первых поселенцев возможности повторения технологий родины в начале пути цивилизации. Некоторые робкие попытки этого появились только много тысячелетий спустя, как возможность клонирования организмов или изменения генотипов особей планеты. То, что на родине считалось обыденным, стало мгновенно недоступно.
   Недостаток информации и привёл человечество к плачевному состоянию сегодня. Появились люди, которые научились искусно манипулировать информацией. С человеком, лишённым достоверной информации, можно делать всё. Внушить ему что угодно, убедить в чём нужно и, исподволь, заставить в своих целях выполнять любые действия. Манипуляция сознанием в последние века цивилизации приняла чудовищные размеры. Появилась огромная когорта профессиональных врунов, назвавших себя политиками. Они научились извлекать выгоду из незнания людьми действительного положения дел. Стравливать людей, которые не имели, в общем, никаких причин убивать друг друга. Насаждать совершенно бредовые идеи как согражданам, так и по всему миру.
   Иерархи просчитались лишь в одном. За всю историю человечества на Земле всё чаще и чаще появляются люди в разных местах планеты, которым открывается, пусть и неполный, доступ к полю информатория. Эти люди открывают законы мироздания, проникают в будущее и прошлое силой разума, и это единственное, что вселяет надежду, что человечество найдёт выход из тупика, в который пока катится с упорством снежной лавины.
   Всё больше людей понимает, что техногенный путь - это не тот путь, которым нужно идти. Сама планета постоянно подкидывает знаки и указатели другого пути. Пока мы слепы и глухи к ним. Нас не убеждают в неправильности ни вновь приобретаемые болезни, которых не было, ни глобальные техногенные катастрофы, ни природные катаклизмы и изменения климата, виной которым - человек. Нас не пугает изменение сознания самого человека в сторону развития его самых низменных и чуждых существованию самого вида процессов. Пока планета только ласково, как неразумным детям, напоминает, кто человек на ней. Не слышим и не видим ничего. Пока. Но уже взрываются ядерные реакторы, и извержения вулканов, цунами, наводнения уносят миллионы жизней. Нам непонятно, что же ещё предпримет планета, чтоб наставить нас на путь? А что она предпримет - никаких сомнений нет.
  
   Завтра
  
   К чему же мы пришли? Я сижу за компьютером, в не самой последней стране на планете, а на горизонте, за окном, дымятся корпуса разрушенных реакторов атомной электростанции. Мы берегли свою страну, вынесли все вредные производства в другие страны, выращивали рис, не используя химических удобрений, всячески благоустраивали и развивали в сознании бережное отношение к ней. Наши граждане не знают, что такое голод и нужда, и привыкли обходиться минимумом благ, достойных человека. Но почему же мы оказались в эпицентре катастрофы, как много лет назад, когда на наши города сбросили ядерные бомбы? Почему в нас тогда не возникло сознания того, что атом - враг и генетического страха перед ним? Наверное, мы так ломали эту планету и переделывали её для себя, что чувство страха за неё, за этот хрупкий мир, начисто у нас пропало и планета сама решила напомнить нам, что мы - пришельцы? Конечно, никто не ответит мне на эти вопросы. Даже инспектор, который сидит в кресле напротив и терпеливо ждёт, когда я оторвусь от своей писанины. Он из новой расы, которой не было на нашей Родине, когда мы покидали её. Цвет его кожи зеленоватый и огромные глаза на большой голове, непривычно и полное отсутствие волос. У меня масса вопросов к нему, но я задаю только один, хотя знаю, что он не ответит.
   - Что нас ждёт?
   - А как ты думаешь? - Слышу я голос внутри себя. Инспектор не раскрывает рта и я вспоминаю, что раньше мы только так и общались.
   - Я предполагаю, что Вы это знаете, наверно, вы смогли заглянуть и в будущее.
   - Нет, время неподвластно никому. Но наши аналитики просчитали, что в скором времени ваша планета освободится от человечества. Это знали и жрецы, как называли учёных красной расы, но вы благополучно истребили их. - Говорит он, вздохнув, как обычный землянин.
   - О нас всё понятно, а что же будет с планетой? - Не могу удержаться я от глупого вопроса.
   - Ничего, она просто стряхнёт Вас, как назойливых насекомых и будет существовать дальше. Моя миссия - найти всех Вас, первых, и вернуть на Родину. Совет простил Вас и решил, что вы это заслужили. Мы открыли параллельные миры на своей планете и Вас решено поселить в один из них. Посмотри!
   Монитор на моём столе засветился изумрудным светом. На лужайке стояли постаревшие родители и отец приветственно махал мне рукой. Я не смог справится с собой и ладонью провёл по повлажневшим глазам.
   - Тебя там ждут. - Сказал инспектор.
   - Но Вы ведь наверно понимаете, что я не заслуживаю переселения туда и останусь здесь. Теперь Земля - моя Родина и я разделю судьбу всех, кто сотворил с ней такое. Я просто не смогу жить там с чувством вины за прошлое.
   - Как раз это я и пытался доказать Совету. Вы практически убили планету, но она ещё жива. И я прекрасно понимаю, что вы не бросите её: или добьёте, или найдёте способ жить дальше. Многие, безусловно, погибнут, но у тех, кто останется, будет шанс начать всё сначала, только условия будут сильно отличаться от тех, что были при первой высадке. Но я верю в вас. Кстати, Земля уникальна. Мы открыли десятки похожих планет, но они совершенно мертвы. И последнее: Совет принял мою точку зрения. Пусть, кто пожелает - вернутся, я думаю, их будет немного, оставшимся решено вернуть все наши умения - это, пусть и несильно, поможет вам выжить. Прошай, инспекции решено прекратить. Вы не представляете угрозы ни для кого, кроме себя.
   С этими словами он растаял, оставив после себя еле ощутимый запах озона, а может это просто от работы компьютера. Я не ощутил никаких признаков чего-то нового в себе, но, сосредоточившись, понял, что вернулась телепатия. Я мог поговорить хоть с президентом, но он сейчас сильно занят. Да мне это нетрудно сделать ,так как я уже много лет его советник по экологии. И я не намерен сдаваться просто так.
   Мы ещё посмотрим, что будет завтра!!!
  
   Конец первой части.
  
   Часть вторая. Работа над ошибками
  
   Апокалипсис
   Планета в руинах
   Работа над ошибками
   Африка
   Городские сумасшедшие
   Открытия
   Мусорщики
   Симби
   Главное открытие
   Контакт
  
   Апокалипсис
  
  Впрочем, ничего сделать не удалось даже таким продвинутым в экологии странам, как наша. Удар планета нанесла просто и эффективно, там, где ничего этого не предвещало. Сейчас не установить с достоверной точностью, что послужило причиной катастрофы. Все вещественные доказательства попросту погибли. Даже просто точно установить - с чего и когда всё началось - невозможно. Из предположений же только два заслуживают внимания. Возможно, в секретных лабораториях удалось создать искусственный интеллект и он вышел из под контроля. Или же программу уничтожения человечества запустил какой-то сошедший с ума программист - одиночка. Третьей версией можно считать, что программу запустили военные, но она не выдерживает критики. Уж они - то озаботились бы собственной безопасностью.
  Итак, по порядку. Первыми погибли люди, постоянно связанные с компьютерами на работе: геймеры, студенты, операторы. Практически мгновенно на всей планете. По всей вероятности, компьютеры выдали им сигнал уничтожиться. Каждый человек в подсознании хранил множество способов самоубийства, насаждаемых ежечасно СМИ. Эти способы и стали реализовать все, кто так или иначе был связан с Интернетом. Каждый выбирал способ, видимо, наиболее доступный и простой на его взгляд. Люди кончали свою жизнь всеми средствами, какие только можно представить, по всей планете практически в одни сутки. Гибель людей, управляющих компьютерами, вызвала лавину, которую не могло остановить уже ничто. В довершение этого, люди, пользующиеся мобильной связью также стали искать смерти. Этот процесс немного затянулся во времени, видимо, программа через аудио - сигнал действовала слабее и успело распространиться предупреждение, что мобильники опасны. Тем не менее, все, кто когда - либо пользовались ими, тоже погибли. Последним штрихом стало телевидение. Даже те, кто понятия не имел об Интернете и мобильной связи попали под действие программы. Целыми семьями они закрывались в квартирах и открывали газ. Хоронить погибших, или хотя бы организовать карантин в местах их скопления, было некому. Планета вышла из-под контроля людей и вся, созданная ими инфраструктура, начала рушиться. Оставленные на произвол судьбы электростанции, заводы, транспорт активно разрушались, вызывая многочисленные техногенные катастрофы; в них гибли и те, кто не имел отношения ни к компьютерам, ни к мобильной связи. Встали все отрасли, тем самым довершая коллапс. Голод и эпидемии привели к гибели мегаполисов и целых стран. Планета обезлюдела. Горстка счастливчиков, никогда не испытавших на себе благ цивилизации, осталась в тех местах планеты, куда она не добралась. Выжили и мы - первые поселенцы. На нас сигнал уничтожения почему-то не подействовал.
  
   Планета в руинах
  
   На нас сразу свалилась чудовищная волна телепатических сигналов всех оставшихся в живых и осведомлённых о происшедшем. В пространстве просто застыл один непередаваемый ужас. Это легко объяснялось: исчезнувшие люди унесли с собой общий фон, мешавший нам раньше, а сигнал тех, кто остался, многократно усилило отчаяние.
  
   Мы быстро выяснили, сколько осталось нас, первых, а потом уже начали успокаивать других выживших. Первых осталось не больше полусотни, а выживших несколько десятков тысяч по всей планете. Эти жалкие остатки цивилизации к тому же представляли очень разные по уровню развития группы.
  
   Тут были: племена Амазонии, Индонезии, Австралии и Океании, совершенно не тронутые цивилизацией, но утратившие память о нашей далёкой прародине. И более продвинутые сектанты и исламские фундаменталисты, всеми силами противящиеся прогрессу. И наиболее грамотные и умные люди, принципиально не желавшие пользоваться тем, что, как они считали, несёт человечеству гибель.
  
   Планета являла жуткое зрелище. Повсюду дымились пожарища. Горели города, заводы, леса, аэропорты, электростанции. Тушить никто ничего не пытался. На всех дорогах валялись искорёженные автомобили, внезапно вышедшие из-под контроля. Горы металлолома усеяли разлагающиеся и смердящие человеческие тела. Картину довершали опустошённые земли в местах, где прошла вода из разрушенных водохранилищ, сметая и круша всё на своём пути.
  
   Приличный вид имели лишь пустыни, тундра да Амазонская сельва, но и тут валялись горели и догнивали остатки самолётов, сыпавшихся в дни катастрофы с неба ужасающим смертоносным дождём. Часть земли стала непригодной для жизни в местах строительства атомных электростанций. Бесконтрольные реакторы взрывались и над станциями висели облака выбросов, из которых сыпался радиоактивный пепел и лил ядовитый дождь.
  
   Страшную картину являли мегаполисы. Миллионы трупов валялись где попало, некоторые, размазанные по асфальту самоубийцами, выбросившимися из окон небоскрёбов. Всюду стоял смрад от горящего мяса и продуктов, гниющих без электричества. Довершали картину стаи одичавших собак и кошек, рвущие на куски человечину.
  
   Нормальные люди, попавшие в этот кошмар, сходили с ума. Нужно было что-то предпринимать немедленно. Но планета оказалась глуха и слепа без разрушенной инфраструктуры связи транспорта, коммуникаций. Положение ухудшалось с каждым часом. Созданное людьми не могло долго существовать без их контроля.
  
   Работа над ошибками
  
  Выходов из ситуации виделось два.
  Планета, а вернее Вселенная, устроена так, что через какие-нибудь десять тысяч лет энтропия не оставит ни следа от цивилизации. Конечно, можно ни во что не вмешиваться и просто ждать. Дикие племена не вымрут, а, развиваясь естественным путём, создадут новую цивилизацию. Вероятно это же ожидает и различные секты старообрядцев и иных ортодоксов старины. С фундаменталистами дело обстоит проще - они, скорее всего, вымрут, отказавшись на словах от благ цивилизации. Они, тем не менее, паразитировали на ней, не желая работать и получая доходы главным образом от продажи по всему миру наркотиков. Лишённые постоянной гуманитарной заботы, они обречены. Мы, первые, спокойно можем существовать до тех пор, пока все не перемрём и не погибнем в природных катаклизмах.
  Дело только в том, что человек, пока он жив, не подвержен энтропии и не берёт её в расчёт. Не в характере людей ждать неизвестно чего. Человек деятелен, он будет всегда создавать новую Вселенную взамен разрушенной. Это понятно всем, даже только чуть-чуть осознавшим себя людьми. Иного пути у нас попросту нет.
  Способности, вернувшиеся к нам после катастрофы, позволили нам связаться друг с другом и наметить план действий. В первую очередь предстояло разобраться в ошибках, которые допустило человечество. Некоторые из них лежали на поверхности и не представляли секрета, но, видимо, были и более скрытые причины и процессы, которые привели к гибели. Ясно, что к катастрофе привело неуёмное желание материального благополучия, но, возможен ли был другой путь развития, очевидным уже не являлось. Понятно и то, что эксплуатировать ресурсы планеты, которые не возобновлялись - также одна из ошибок. Но, возможно ли обойтись без этого? Наверное, ошибкой было и создание техногенной цивилизации, но как обеспечить условия жизни другим путём и возможно ли это? Эти и ещё множество вопросов требовали найти на них ответы. Но, главным всё же был вопрос, что делать с остатками цивилизации? Ждать тысячелетия нет сил, нет их и на то, чтобы изменить ход событий. Но, просто сидеть на своих континентах - явно не выход. Ждать помощи извне скорее всего бесполезно. Вряд ли найдутся силы, которым нужно разгребать чужие проблемы. Даже если представить, что мы могли бы связаться со своей Прародиной, чем она могла помочь в катастрофе подобного масштаба? Думать нужно самим!
  План заключался в следующем: пока не вмешиваться в естественный ход жизни тех людей, что не знакомы с цивилизацией и дать возможность им развиваться как они смогут. Спасать жителей, намеренно не желающих развития, просто нет сил и от этой затеи также нужно отказаться. Собрать выживших в катастрофе, не приемлющих ход цивилизации сознательно, и попытаться с ними разобраться во всех ошибках и попробовать ускорить очищение планеты от того, что натворили земляне. Мы все верили, что сможем найти выход.
  
   Африка
  
  Прежде всего, связавшись друг с другом мы решили самый больной вопрос. С чего начать? С теми ограниченными ресурсами, что у нас оставались никто и не помышлял о работе над всей планетой. Начинать нужно с одного континента, а наименее пострадавших от цивилизации, их осталось всего два. Конечно, Австралия находилась в более выгодном положении, с точки зрения полученных от людей увечий, но в географическом, ресурсном и климатическом аспекте проигрывала Африке кратно. Решено было сконцентрировать усилия на последней. Причин было несколько. В Африке осталось наибольшее народонаселение после катастрофы. Добраться до неё с других континентов казалось более простым делом. Не последнюю роль сыграло и то, что она, сравнительно менее населённая, меньше и пострадала от катастроф. Они принесли опустошение, но масштабы их не соизмерялись с другими континентами. Разрушившаяся Асуанская плотина вызвала наводнение, снёсшее всё на пути на тысячи километров, но это, пожалуй, и было единственным природным катаклизмом. На материке не существовало столь огромных мегаполисов и промышленных зон, чтобы вызвать отчуждение гигантских территорий, как В Европе, или Северной Америке.
  Многочисленные полудикие племена центральной Африки в дальнейшем могли обеспечить необходимый людской ресурс. Самой главной проблемой оказалось - собрать уцелевших людей, которые могли принести хоть какую-то пользу, в одном месте. Тут каждый осознал, насколько мала планета, чтоб её уничтожить и, как неимоверно велика она, если ты с ней один на один. Цивилизация, отброшенная назад на сотню лет, училась снова покорять пространства, на своих горьких ошибках. Без компьютеров не мог взлететь практически ни один крупный самолёт, ни один корабль не мог выйти в море. Те люди, что их обслуживали - погибли. Желание что-то делать, приводило к тому, что смельчаки перелетали океаны на легкомоторных самолётах и вертолётах, шли на яхтах по обычным компасам, европейцы и азиаты добирались сухопутным путём используя, как приводной маяк, телепатические сигналы тех кто уже прибыл на место. В центре Африки потихонечку рос лагерь беженцев из других стран и континентов. Главное, царило настроение, что не всё потеряно и можно что-то сделать. Определились и направления работ.
  
   Городские сумасшедшие
  
   В каждой научной дисциплине есть белые вороны, не от мира сего, или городские сумасшедшие. Они носятся со своими идеями настолько абсурдными, что быстро в среде коллег наживают не лучшую репутацию. Поначалу чудаков, а в очень скором времени, неудачников. Их начинают гонять отовсюду, и в конечном итоге непризнанные гении заканчивают жизнь бомжами. Спустив все средства на реализацию своих идей, расплевавшись с родственниками и надоев своими заезженными пластинками всем, кто их пытался выслушать. Этих людей, за редким исключением, можно понять. Им дано откровение свыше и иногда они что-то действительно открыли, и их открытия признают. Чаще всего, однако, нет. Попробуйте объяснить любому человеку то, что однозначно знаете вы, а он в этой области абсолютный профан. Даже будь у вас огромный педагогический талант и умение доходчиво объяснять сложные вещи, вас наверняка постигнет фиаско. А теперь приложите это знание к человеку, который на самом деле открыл неизвестное никому. А он вдобавок ещё косноязычен и не может опуститься до уровня, на котором можно втолковать открытое им 'на пальцах'. И что вы станете делать с таким? Отмахнётесь. А если его открытие ещё и идёт вразрез всей остальной официальной науке, как некогда теория относительности Эйнштейна или геометрия Лобачевского? Понять её даже специалисты оказались не готовы.
   Такие люди лишаются обычно всего: мест в исследовательских институтах, потому что эксперименты, которые они хотят поставить - абсурдны. Уважения коллег, потому что характер несильно улучшается от неудач и попыток пробить непробиваемое непонимание. Поддержки родных, которым нужно, чтоб человек приносил домой зарплату, а не допекал каждый день тем, что он гений.
   Итог всегда один - человек двигает свою идею до тех пор, пока не становится полным изгоем, оказавшись в буквальном смысле на свалке. За стаканом стекломоя делится с такими же, выкинутыми жизнью, своим открытием. Наживает какую-нибудь презрительную кликуху, вроде доцента или кандиды, пока не приходит его вполне закономерный конец. Это, как ни странно, играет иногда на руку человечеству. Сколько действительно великих открытий похоронено на свалках, и не все они несли человечеству благодать. Это, видимо, нужно где-то и кому-то, чтоб не угробить планету окончательно.
   В нашей же катастрофе это сыграло 'гениям' на руку, они просто жили, не имея никаких гаджетов, которые могли их уничтожить. Не смотрели телевизоры, звонить по мобильным им было некуда, а уж иметь компьютер с доступом в Интернет?!
   Сами же открытия могли быть таковыми, а могли составлять плод нездоровой фантазии, проверять это никто не торопился. Огромным плюсом в жизни таких людей оказывалась способность приспосабливаться ко всему. В лагере в Африке они оказались в порядочном количестве, потому что смогли добраться до него. Теперь, кроме них, учёных с академическим образованием, на планете не осталось, а людей, которые противопоставляли им научные подходы и факты - тем более. Если бы сейчас кто-то осчастливил мир вечным двигателем, вряд ли бы у него нашлись оппоненты. Эти люди и попали в поле зрения нас, первых, кто ступил на эту планету много лет назад. Сначала стихийно, а затем вполне целенаправленно возникла группа людей, пытавшаяся разобраться в изобретениях городских сумасшедших и, если они значимы, реализовать их на практике. Некоторые проекты просто поражали воображение и принять их обывательский ум не мог никоим образом. Но сейчас, чтобы выжить остаткам человечества, могло пригодиться любое новшество, облегчающее новую жизнь.
  
  
   Открытия
  
   Главным открытием стал доступ в информационное поле земли нам, первым, что остались в живых на планете. Мы теперь знали обо всех технологиях наше прародины. Знание принесло громадное разочарование: в нашем положении ни одну научную разработку мы внедрить оказались не в состоянии. Это всё равно, что дикарям Амазонии рассказывать о лазере или ядерном реакторе можно, но только для того, чтоб облегчить свою голову от знания, применить которое невозможно.
  
   Обсудив такое положение дел мы стали искать выход. Тут-то и понадобились невостребованные изобретения городских сумасшедших. При их детальном рассмотрении оказалось, что во-первых, они привязаны к конкретной жизни и технологиям, достигнутым нашей цивилизацией. И во-вторых, они несли несомненную пользу человечеству. Почему же они отвергались всеми, даже близкими родственниками чудиков с помоек?
  
   Всё объяснялось заурядно и просто. Вещи которые они придумали, а некоторые даже умудрились довести пусть не до промышленных образцов, но до вполне действующих макетов и процессов, кардинально шли вразрез всем представлениям людей. Но, главным оказалось не это. Изобретения подрывали незыблемость финансовых схем обогащения небольшой группки людей, державших руки на финансах планеты, а если уж говорить точно, то правящих миром до катастрофы. Эти люди, окружившие себя всеми последними достижениями комфорта, и погибли в первую очередь. Никаких препятствий внедрению открытий не стало.
  
   На руку изобретателям сыграло ещё и то, что они, изгнанные отовсюду, оказались лишены всех благ цивилизации. Да и куда звонить бомжу со свалки? Тем более, смотреть мыльные сериалы о роскошной жизни или сутками зависать в Интернете, если каждая минута твоей жизни отвоёвана у обстоятельств, толкающих тебя на путь скота. Я расскажу лишь о нескольких открытиях, которые поселенцы незамедлительно начали применять в лагере. Эти открытия позволят восстанавливать наш изувеченный прогрессом мир. Итак.
  
   Главным открытием, которое люди не могли реализовать до катастрофы, стала разработка способа получения энергии. Над этим билось громадное число учёных с момента осознания проблемы человечеством. Все, кто сталкивался с потребностью в энергии, понимали две вещи. Потребность эта ненасытна. Сколько бы не смог человек выкачать энергии из планеты, вскоре окажется, что нужно больше. Человечество пошло по самым простым, а оттого и варварским путям её получения.
  
   Вся энергия на Земле "забота" нашего светила. Миллионы лет накапливались в земной коре уголь, нефть, газ и прочие вещества, при сгорании которых выделяется тепло, которое затем можно использовать. Но все знают, что это рождает две проблемы. Накопленные ресурсы конечны, а их использование приведёт в итоге к невозможности существования на планете самих потребителей.
  
   В то же время, пока живо светило, оно разбазаривает энергию в пространство, и крохотная часть её достаётся и Земле. Эта частичка только в сутки способна перекрыть все потребности многократно. Беда в том, что взять эту энергию невозможно. Все попытки создать преобразователи натолкнулись на их чудовищную сложность и в итоге - стоимость.
  
   Дело оказалось в том, что это преобразование изначально строилось на принципе, которого не знала природа до появления на планете людей. Природа, существовавшая миллионы лет до этого, с задачей справилась давно. Она не только пользуется энергией светила, но и прекрасно накапливает её. Но человек ничего лучшего придумать оказался не в состоянии, чтоб сжигать накопленное. Хотя каждый почти знает, что любой процесс в природе симметричен и может быть обращён в свою противоположность. Сжигать - это получать мизер накопленного и получать взамен вещества, которые невозможно не использовать, не утилизировать.
  
   Нашлись люди, которые задумались над этим и разработали реакции обратного перехода запасённой природой энергии. Оказалось, что природа давно уже создала микроорганизмы, выполняющие этот переход. Усилив способности этих организмов и поставив на поток их производство, можно решить две проблемы: получение тепла и света, необходимых человечеству.
  
   Обратный переход угля, например, при помощи разложения его бактериями даст простые вещества, в итоге "вернув" накопленные свет и тепло и в количествах, несоизмеримых с его сжиганием. Процесс гниения, ускоренный многократно, спокойно может обеспечивать человека теплом и светом, взамен давая просто компоненты почвы.
  
   Нашлись несколько умников, которые практически на коленке решили проблему, создав такие штаммы бактерий. Да, таким способом не получишь энергию для плавления металлов или луча лазера, но бытовые нужды процесс решает превосходно. А так ли нужны лазер и металлы для жизни человечества? Когда они имелись, казалось, без них не прожить, но когда погибли пользователи этих благ, оказалось, что не было никакой катастрофической необходимости этого.
  
   Как и в большинстве технических изобретений человека. Да, эти изобретения сделали жизнь людей комфортнее, но взамен потребовали несоразмерную плату. Сколько людей погибло от своих же "игрушек". Что нужно человеку для жизни? Совсем немного. Осознание этого потребовало тысячелетий и неисчислимых жертв.
  
   Мусорщики
  
   Один из таких сумасшедших, по его рассказам, сам в насмешку судьбы оказался на свалке. Против свалок он боролся всю сознательную жизнь. Сам житель мегаполиса он сохранил трепетное отношение к природе и в прошлой жизни в любое свободное время покидал город, и бродил по лесу или сидел где-нибудь на водоёме с удочкой. Сделав очень неплохую карьеру учёного-микробиолога он и не помышлял, как круто может измениться его жизнь, благодаря открытию.
   Разгуливая по окрестностям столицы он постоянно натыкался на стихийные свалки мусора. Сначала несильно обращая на них внимание, как на неизбежность людской натуры. Гораздо проще втихаря съехать с шоссе и вывалить мусор на опушку, леса где тебя никто не видит, чем тащиться на организованный полигон. Все полигоны за размещение мусора брали плату, а работяги вывозящие мусор, как правило, представляли по сути человеческое дно и деньги предпочитали тратить на свои нужды. Не спасала даже предоплата муниципалитетов, лишавшая водителей наличных. По одной путёвке водители делали кроме официальной ещё две-три ходки, вывозя левый мусор с дач и строек в пригороде. Этот мусор и оказывался в лесу, а не на полигонах. Без этого приработка существовать на зарплаты мусорщикам было проблематично. Да, за поимку с поличным налагались чудовищные штрафы, но слишком велика оказывалась тяга к халяве и множество уловок помогали избежать наказания.
   Однажды, собирая грибы наш герой на своём излюбленном месте наткнулся на такую свалку. Помянув нерадивых водителей за испорченный отдых он серьёзно призадумался.
   Результатом стало изобретение комплексного вещества-реагента в котором учёному удалось смешать несколько видов бактерий, разрушающих наиболее распространённые компоненты городского мусора. Опробовать своё изобретение не составило труда. В очередной поход он взял небольшой опрыскиватель с придуманным им составом, полученным в необходимом количестве в лаборатории. Наткнувшись в лесу на несколько мусорных куч он проделал свой первый эксперимент, опрыскав их изобретённым веществом. К концу лета он оказался снова в том месте где из любопытства проделал опыт. Удивлению его не было предела, о бывшей свалке напоминала только колея набитая мусоровозами. Полянка в лесу сплошь оказалась затянутой свежей травой. О свалке напоминал только рельеф, слегка приподнятая земля где высились раньше огромные кучи мусора. Наш герой сел на упавшее дерево и впал в раздумья... Что делать с открытием?
   Дальше события завертелись с калейдоскопической быстротой. Учёный попытался продвинуть изобретённое. Если бы он знал, какое это встретит противодействие, то наверняка бы отказался от затеи, но молодость самонадеянна. Только потом, когда уже потерял всё: дом, молодую жену, здоровье и все учёные регалии, и возможность заниматься любимым делом он понял, на что замахнулся.
   Даже в мире, а не только в его стране, существовала мафия, которая сделала триллионные капиталы на...мусоре. Она держала руку на пульсе всего, что могло нанести урон её могуществу. В конце концов: оклеветанный, лишённый всего учёный по иронии судьбы очнулся на свалке, избитый до бессознательного состояния. Его выходила сердобольная опустившаяся женщина и он пополнил ряды бомжей на одном из полигонов, с которыми так тщетно и самонадеянно попытался бороться.
   В лагере, в Африке, предоставленный сам себе он понял, что для его идей наступили светлые времена и полигоном для его работы может быть вся Земля.
   Собрав команду единомышленников он незамедлительно принялся за работу. Тем более, что как всё гениальное его изобретение было простым, не требовало серьёзных затрат и минимума оборудования, которое удалось найти в одном из ближайших, покинутом людьми мегаполисе. Воспроизведя своё открытие и поставив реагент на поток его команда, которую никто не называл иначе чем "Мусорщики", принялась чистить планету от того что оставило человечество.
   Найдя на одном из аэродромов в джунглях несколько неплохо сохранившихся "Аннушек" мусорщики оборудовали их опрыскивателями и ежедневно вылетали по нескольку раз на руины городов и больших поселений, поливая их реагентом. Реагент в тёплом климате Африки в несколько месяцев уничтожал всю органику, пластмассы и металлы, оставленные людьми. Бактерии плодились лавинообразно и погибали когда им нечего становилось "есть". Для живой материи они не представляли вреда. Только уродливые остовы задний из стекла и бетона оставались в тех местах где некогда смердели огромные мегаполисы, вроде Каира, Дамаска, Тель-Авива. Природа залечивала раны, затягивая их зелёным ковром трав и деревьев. Вскоре учёному удалось вывести ещё и металлофагов, которые разрушали, как коррозия, только быстрее, все выплавляемые людьми металлы. Здания лишённые стальных каркасов разрушались сами, довершая очищение.
  
   Симби
  
   Появление этих людней в лагере вызвало хоть и небольшой, но переполох. Все не занятые делами, от мала до велика высыпали посмотреть на них, вылезающих из обшарпанного "банана Сикорского". Подивиться было чему. Вновь прибывшие имели нездоровый оттенок кожи зеленоватого цвета. Мгновенно возле вертолёта проерыщился кто-то из врачей:
   - Позвольте вас осмотреть. - первая фраза, сказанная им вновь прибывшим, рассмешила их.
   - Ну хоть бы раз наше появление где угодно не вызвало у врачей озабоченности. Успокойтесь мы здоровее вас всех вместе взятых и проживём гораздо дольше чем вы, опять же вместе взятые. Хотя не факт, некоторые захотят присоединиться к нам и возможно тут я ошибаюсь. - проговорила одна из прилетевших.
   Врач застыл в недоумении с тонометром в руках, не найдя что ответить пришельцам. Справившись с первым шоком он всё же заметил:
   - У вас у всех нездоровый цвет кожи и я, как ответственный за эпидемическую безопасность, обязан...
   - Да с цветом нам не повезло, хотя...вы бы точно так же отнеслись к нему, будь он оранжевым или синим, не так ли? - вновь вступила в разговор женщина.
   - Пожалуй вы правы. - ответил врач. Но согласитесь реакция нормального человека на такую расцветку, предположить не болен ли человек? Тем более, что вы не одна такая, а весь...э... экипаж. Тут я наверно вправе предположить, а не поражены ли вы какой-нибудь неизвестной нам болезнью? Мало ли какие мутации могли произойти с момента Апокалипсиса, может вы находились в заражённой радиацией местности?
   - Да я понимаю вашу озабоченность и такое любопытство к нам, но ещё раз повторюсь, мы здоровее любого из вас и ваши болезни для нас не существуют, а наши неопасны для вас.
   - В таком случае мне остаётся лишь предположить ваше инопланетное происхождение. Если это так, то прав один из фантастов прошлого, что во Вселенной разум может принадлежать только таким же по внешнему виду, как люди, организмам.
   Прилетевшие дружно захохотали.
   - За пришельцев нас ещё не принимали. Мы земнее всех земных, потому что при необходимости можем и корни пустить.
   Встречающие застыли в недоумении. Однако доктор первым вышел из оцепенения и нерешительно предположил:
   - Не хотите ли вы сказать, что вам удалось осуществить мечту одного из фантастов о создании организма-симбиоза, человека-растения?
   - Ну вот и не поинтригуешь тут, всегда находится умник, начитавшийся Стругацких о прыгающих деревьях из леса Пандоры. Вы ведь это имели в виду? - обратилась женщина к доктору.
   - Ээээ... не совсем это, - доктор вздёрнул голову. Несколько лет назад я занимался этой проблемой в одной из секретных лабораторий Пентагона, пока меня не наладили оттуда под зад коленом за излишнюю фантастичность, предложенного мной.
   - Мама дорогая! Так вы же Альван Кларк, как я сразу не распознала - изумилась женщина. Основоположник теории симбиоза, так сказать - наш крёстный отец! Не ожидала встретить здесь - живую легенду.
   - Постойте, постойте! Вы доктор, Ханна Смуулл! - воскликнул наш док. Да в таком обличии не сразу вас распознал, впрочем мы никогда не встречались воочию, поэтому я сразу и не признал вас, но что-то знакомое всё таки осталось в памяти. Значит вам позволили довести опыты до конца, в отличие от меня?
   - Нет, такого на людях в той жизни не позволил бы никто. Я как и вы превратилась в изгоя, хотя на животных все опыты давали положительные и только положительные результаты. Мир, как всегда, испугался очередного открытия и постарался спрятать его далеко и надолго. Хорошо, что на земле ещё есть места куда нога человека не ступала, только моя и моих друзей. Как видите, пришлось пожертвоать собой. - усмехнулась женщина.
   - Ладно мы ещё успеем наговорится. - сказал доктор Кларк. Вы верно устали с дороги, думаю ваш путь не был близким и усыпанным розами. Как говорят наши русские здесь: - баснями соловья не кормят. Идёмте в столовую и размещаться на жительство.
   - Простите, но от пищи мы отказываемся. Здесь и так излишняя солнечная радиация и мы постоянно чувствуем себя слегка объевшимися. А жилище у нас с собой. Это простая армейская палатка. Нам не нужно много солнца и иногда влаги. Остальные потребности у нас гораздо скромнее людских. - ответила доктору Ханна. Покажите нам место где расположиться. Ни сна ни отдыха нам пока не нужно, Если хотите я отвечу на все ваши вопросы, но думаю их у вас немного, вы всё предсказали в теории, а я с командой довела ваши мысли до результата. Пошли?
   Прибывшие выгрузили из транспортника скромный багаж и ведомые доктором направились вглубь лагерной территории.
   Весть о необычных пришельцах мгновенно разлетелась по лагерю, несколько дней все приглядывались к из быту и замечали странный цвет кожи, но вскоре привыкли.
   Суть открытия новых жителей лагеря сводилась к обычной прививке, которая запускала в организме процессы меняющие его метаболизм. Человек становился симбиозом растения и животного, что многократно увеличивало его жизнеспособность и адаптацию к среде обитания. Симби, такое прозвище получили зелёные люди в лагере, не нуждались длительное время в пище, могли обходиться гораздо более разреженным воздухом, чем обычные люди, не знали человеческих болезней и переносили гораздо большие нагрузки и перегрузки. Платой за это стал другой цвет кожи. Я вспомнил, что проекция последнего инспектора с нашей планеты была именно такого цвета. Значит на прародине создали такую же новую расу людей. Эти люди гораздо лучше встраивались в экосистему планеты. Почему-то подумалось будущее за этой расой.
   Доктор Смуул прочитала несколько лекций о своём открытии и пригласила желающих принять добровольное участие в эксперименте. Она заметила, что большинство людей на Земле не готовы к перевоплощению организма до поры пока не подойдёт старость. Близость смерти заставляет людей задуматься о продлении жизни и симби, как нельзя лучше, решают эту задачу.
   - Я никого не тороплю с этим очень важным решением, нужно чтоб человек сам осознал конечность своего земного пути и сознательно выбрал умереть ли ему человеком или продолжить жизнь в новом облике, это дело каждого выбор за вами.
  
  Глава 9 Главное открытие
  
   Одной из многочисленных групп по интересам в лагере оказались археологи. Работавшие в поле, часто очень далеко от цивилизации, они не попали под удар в разных местах планеты. Работа в поле предполагала изначально оторванность от цивилизации. Экспедиции забирались в такие места, где не существовало инфраструктуры: ни связи, ни телевидения, ни Интернета - это и спасло многих учёных и их команды от уничтожения в день Апокалипсиса. Многие работали в Африке, и добраться до лагеря выживших им оказалось наиболее просто. Сперва они слонялись без дел, помогая в организации жизни и быта и понимая, что теперь их изыскания вряд ли понадобятся. Однако, некоторые, освоившись с бытом в новых условиях, продолжили свои работы в зоне досягаемости от лагеря.
   Среди учёных оказалось несколько египтологов. Быстренько организовавшись в группу, они раздобыли всё необходимое и продолжили раскопки. Учёный сродни религиозному фанатику: для него важна истина, и никакие преграды чаще всего не способны остановить его в стремлении к ней. Египтологи среди археологов - это наиболее продвинутая и уважаемая часть археологов в мире. Многим из них не давали покоя циклопические сооружения в Гизе и прежде всего - пирамиды и Сфинкс. Сопоставив масштабы сооружений, численность населения Египта на момент строительства, инженерную сложность работы и качество её исполнения, многие склонялись к мысли, что пирамиды построены не египтянами, а до их появления, и использованы были фараонами уже готовыми. Но тогда кто и для чего их построил?
   Важнейшую роль в ответе на эти вопросы сыграла возможность подключения нас первых к информационному полю планеты. Поначалу, такие вопросы на фоне обычного выживания, никого не волновали, но когда быт относительно наладился, учёные стали через нас задавать интересующие их вопросы. Многие ответы ставили ученых в тупик, потому что уровень наших знаний не дотягивал до того, что открывал информаторий, и ответы не могли просто быть понятыми людьми. Иногда даже понятное не могло воплощаться в конкретные изобретения и процессы из-за разницы в подходах, материалах, условиях. Знания, полученные из информатория шли вразрез нашим представлениям, а воплотиться не могли по причине недоразвитости нашей науки.
   С пирамидами история оказалась простой для понимания, но для практического применения потребовались бы материалы и энергии, которыми мы не владели. Оказалось, пирамиды построены задолго до нашей высадки на Земле нашими космонавтами с прародины и представляли собой передатчики и порталы для связи и транспортировки в космосе. Это полигон для того, чтобы перемещаться в пространстве и поддерживать связь с родной планетой. Его построили первопроходцы ещё до мятежа и переселения мятежников на Землю. Причём, главная пирамида - это ретранслятор и портал для связи с Родиной, а пирамиды поменьше для перемещений в другие галактики и на планеты Солнечной системы. Наши соплеменники побывали уже на всех этих планетах, а одну из них пытались обжить, но техногенный путь привёл к полному уничтожению её биосферы, разогреву и невозможности использовать её в дальнейшем. Был исследован на предмет заселения и Марс, но от его колонизации, памятуя о неудаче с Венерой, временно отказались, оставив там лишь базу подскока для связи с Землёй. Инспекторы доставлялись туда, а на Землю отправлялась лишь голограмма.
   Ретрансляторы в пустыне и порталы забросили, когда научились строить звездолёты, передвигавшиеся в свёрнутом пространстве. На вопрос: в каком состоянии они находятся, информаторий ответил, вся инфраструктура сохранена, разрушился только расходный внешний слой ретрансляторов. Он состоял из плиток редкого минерала, которые древние египтяне растащили для строительства своих домов. Затем в пирамидах устроили усыпальницы фараонов и их жён.
   Учёные приняли эту информацию вполне спокойно. Главный из них просто хмыкнул и сказал:
   - Это, в общем, не новость! У древних египтян не было столько ресурсов, чтоб построить такие циклопические сооружения и технологий строительства. А можно узнать, что за минерал использовался, и как запустить портал в работу?
   Вопрос задали и ответ получили незамедлительно. После чего весь лагерь пришёл в возбуждение, точно потревоженный улей. Минералом оказался обычный мрамор. Для запуска требовалась энергия, вполне достижимая в земных условиях.
  
   Покорение дальнего космоса
  
   С Днём космонавтики - друзья.
  
   Люди едва научившись летать начали мечтать о полётах к другим звёздам и заселении иных миров. Ни один, мало мальски значимый писатель-фантаст, не обошёл эту тему стороной, а некоторые только её и эксплуатировали всю жизнь.
  
   Сколько изобретено способов покорения гигантских пространств космоса! Если собрать их воедино, то получится небольшая библиотека или хотя бы внушительный том. Все эти способы не выдерживают критики по той причине, что не согласуются с элементарными законами физики.
  
   Например, повесть Жюля Верна "Из пушки на Луну". Человеческий организм настолько хлипок, что даже самый выносливый космонавт планеты, Ю. А. Гагарин, мог перенести только шестикратную перегрузку. При выстреле же из пушки снаряда Жюля Верна перегрузка оказалась бы настолько большой, что обитателей снаряда просто размазало по стенкам кают. Не выдерживают критики и всякие нуль - транспортировки и движение со скоростями выше световой.
  
   Космос настолько огромен, что проникнуть за пределы Солнечной системы человек вряд ли сможет в силу своего биологического устройства и несовершенства средств передвижения в пространстве. В подтверждение этих слов можно привести тот факт, что до сих пор никто нас из дальнего космоса не навестил. Если на других планетах, в других солнечных системах и есть жизнь, похожая на нашу, то пространства между мирами непреодолимы для неё.
  
   Но, человек устроен так, что даже знание законов не остановит его и он не прекратит попыток преодолеть эти законы и разгуливать по Вселенной, где ему захочется. Думаю, моя идея, благодаря ускоряющемуся прогрессу в области технологий, реализуется ещё при моей жизни. Суть её предельно проста.
  
   Если биологический объект не в состоянии преодолеть пространства космоса даже в пределах Солнечной системы, так надо и отказаться от этой затеи. Не нужно тащить в космос человека, выполняя его прихоти, которые не позволят космическому кораблю ни двигаться с нужными для покорения пространства скоростями, ни развивать ускорения в сотни и тысячи g. Да ещё нужно озаботиться жизнеобеспечением.
  
   Я думаю,что даже пропагандируемый сейчас полёт на Марс не просто лишён смысла, но и попросту невозможен. Пусть экипаж корабля не погибнет от жёстких космических излучений, что его ждёт в конце пути? Сесть на планету невозможно, потому, что гравитация на Марсе потребует для возвращения стартового комплекса, лишь вдвое меньшего, чем на Земле, а это десятки тысяч тонн конструкций, материалов, топлива - как их туда доставить?
  
   Смысла же в том, чтобы долететь, сделать несколько оборотов вокруг планеты и вернуться, никакого, это с успехом проделали уже беспилотные аппараты. Конечно, я предполагаю, что найдутся сорвиголовы, согласные проделать путешествие в один конец, но затраты на него будут сродни затратам на БАК*!
  
   Итак, дорогой читатель, мы выяснили,что человеку в космосе делать нечего- среда эта чуждая для него, а расстояния между мирами бесконечны. Времени человеческой жизни не хватит для их покорения при всех, разрешённых физикой, способах перемещения в пространстве, да нужно ещё и вернуться, чтоб поделиться впечатлениями. А хочется неимоверно! Что же делать?
  
   Думаю, нужно, чтобы космос покоряли те, кому там, если уж и не комфортно, то по крайней мере безопасно, а гигантские ускорения разгона и торможения в начале и конце пути, они переносят играючи. Читатель, наверное, догадался о чём это я и подумал в унынии. Понятно, автор предлагает использовать для путешествий к звёздам автоматы, рулить которыми будут роботы, а мы, Земляне, в очередной раз будем разглядывать картинки того, что они там увидят своими фотоаппаратами и телекамерами. Тоска!
  
   Потрогать бы землю иных миров руками и погреться на их Солнышке. Но, если читатель внимателен, то он наверняка заметил, что я веду речь, только о космосе и пока ни словом не обмолвился о конечной цели путешествия - прогулке по вновь открытым планетам, а уж если повезёт, то и встрече с их обитателями. Вот это цель! Ради неё можно подзатянуть пояса и вложить, всё что сэкономим в её достижение. Наверно, читатель уже начал зевать, или наоборот, его бьёт мелкая дрожь нетерпения: когда же этот клятый автор расколется и выдаст своё ноу хау?
  
   Мысль автора проста и в некоторых головах уже возникала, правда без детальной проработки, а подсказало её открытие материала - графен соотечественниками автора, получившими Нобелевскую премию по физике. Смысл идеи в следующем: если космос чужд человеку, не нужно его и посылать туда. Пускай путь к другим мирам прокладывают автоматические корабли. Баллистика - наука достаточно точная, Чтобы проложить траекторию к любому объекту космоса. Направить же аппарат в расчётную точку для неё и вовсе не проблема. Запомним это.
  
   Если мы научились делать плёнку из вещества толщиной в один атом, то справедливо предположить, что мы сможем в ближайшее время делать её не только из графита, а пустим в дело любой другой элемент. Человек, как известно, состоит из небольшого количества этих элементов, основные их которых: углерод, водород и кислород и незначительное количество других. Уже доказано посредством изучения метеоритов, что Вселенная состоит из тех же элементов, что и наша Солнечная система. Ни одного неизвестного элемента в метеоритах не обнаружилось.
  
   Нужно создать сканер по принципу томографа, отсканировать конкретного человека послойно на толщину одного атома и записать информацию о каждом слое, и порядке их расположения на какой-либо носитель. Число атомов, образующих человека, невелико и эта задача вполне по силам современной науке. На этот же носитель нужно записать голограмму изображения человека, что несложно и с успехом делается.
  
   Носитель информации уже сейчас изготовлен из материалов, которым не страшны: ни перегрузки, ни длительное время в пути, ни жёсткие излучения. Его можно доставить куда угодно. Для придания ускорения космическому аппарату можно вполне использовать энергию ядерного взрыва или мощного лазера с накачкой от такого взрыва.
  
   Если читатель помнит, одна из проблем - это скорости, которые нужно развить, а традиционная техника пока не может развить таких скоростей. Думаю, изобретение двигателей, позволяющих сделать это, не за горами. Если их создадут, носитель можно доставить в любую точку пространства за время, сопоставимое с жизнью человека. Обнаружить планету и совершить посадку на неё по силам и автоматическому кораблю. Остался последний шаг: нужно восстановить запись человека в материале. Этот процесс пока не разработан.
  
   Скорее всего, он будет выглядеть так: сначала бортовой компьютер возьмёт пробы грунта и атмосферы, если таковые есть на планете посадки, проанализирует их и определит возможно ли создание человека из этих элементов? В худшем случае и для гарантии восстановления копии можно взять упакованный набор элементов с собой. Масса его несоизмерима с массой устройств жизнеобеспечения экипажа, если бы корабль управлялся людьми.
  
   Далее компьютер создаст голограмму конкретного человека, которую затем заполнит послойно, в один атом, веществами соответствующими каждому слою. Нет никаких сомнений, что этот клон окажется жизнеспособен и будет обладать всеми качествами человека на момент сканирования.
  
   В случае гибели исследователя, процесс можно повторять многократно. Предвижу вопрос, что делать этому человеку в иных мирах? Выполнять исследовательскую работу и накапливать информацию для отправки на Землю.
  
   Возможны два пути развития его дальнейшей участи. Если мир пригоден для жизни - исследователь останется на планете и, отправив аппарат обратно, станет поселенцем. Если нет, то погибнет. С морально - этической точки зрения второй путь выглядит свинством, однако не нужно забывать, что исследователь, всё - таки, клон и вернуться ему не суждено никоим образом. Вряд ли будет возможна и его встреча со своим прототипом, потому что, напомню ещё раз, космос - чуждая среда для человека и непреодолимая в его обычном состоянии.
  
   "БАК - Большой адронный коллайдер.
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"