Зайцев Александр Анатольевич: другие произведения.

Садовник

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Побывайте в Обществе, где не следует работать больше двух часов в день, где каждому предоставляется собственный чудесный дом. Ощутите, каково это - жить в абсолютно прозрачной среде, когда даже в собственной ванной установлены видеокамеры чужих глаз. Узнайте, как современные гаджеты вытеснили грубый труд. Умилитесь проворному и полезному помощнику - Неваляшке.

  САДОВНИК
  Сказочное Синегорье - крохотный поселок, зажатый меж голубых склонов заснеженных гор. Камни удивительной красоты и чрезвычайной редкости добывают местные жители из окрестных недр - тем и живут. Непроходимыми дикими просторами отделен этот край от цивилизованного мира. Доступ в Сеть по стоимости приравнивается к местным драгоценностям, а возможность уехать распределяется на много месяцев вперед. Словно в тумане здесь оказался, так в пелене жить продолжал, пока однажды словно промокший пес воду не стряхнул с себя оцепенение. Изумился тому что вокруг - даже у времени хода нет, дни будто скопированы друг с друга.
  Как недавно прибывшему, мне было сложно сказать, что превратило многих жителей в подобие сказочных персонажей, да и сам поселок будто укутало чарами волшебства. Может сознание людей изменилось из-за северных бесконечных дня и ночи, что лениво сменяя друг друга длятся по полгода. Может причиной стали те самые, многие верят, одухотворенные камни в избытке украшающие жилые дома, а возможно всему виной мрачный таежный лес с косматыми лиственницами и их причудливо изогнутыми ветвями, что чащобой своей вплотную подступает к поселку.
  Неторопливость местной жизни благоволила к размышлениям, к самокопанию, к осознанию уже прожитого и осмыслению дальнейшего пути. То, что оказался в столь необычном месте, отлично показывало - любой твой жизненный сценарий, так или иначе, будет откорректирован. Раньше был как перекати-поле, ни денежной работы, ни собственного жилья, ни материальных ценностей. Многочисленные и грандиозные планы оказывались пустыми мечтами, возникающими на зыбкой основе фантазий и измышлений.
  Оказавшись никчемным устроителем собственной судьбы я подвергался унынию, но спустя время уже считал былые события поучительным уроком, явно пошедшим на пользу. Сама природа столь сурового края, своей основательностью и жизнелюбием, указывала на временность возникших трудностей, а ее ежегодное перерождение на самое правильное решение - не останавливаться, не сникать, а уподобится и обновится в ином, более совершенном виде.
  Лишь недавно одержимый масштабными целями я не мог удовлетвориться неспешной карьерой, размеренной жизнью, счастливым воспитанием детей и спокойной старостью, пусть и с умницей, красавицей женой. Колеблясь, пытался найти компромисс желая соединить казалось бы чуждое друг другу. Два совершенно разных пути манили меня: первый страшил своей чрезмерностью, близкой к честолюбию, второй виделся не полным, словно в нем из-за малодушия я не в полной мере использовал собственные силы.
  Ища смысл собственной жизни - подолгу бродил под пологом душистых лиственниц пока однажды в прогалину деревьев не увидел ставший уже родным поселок, приютившийся на огромной пушистой ладони леса, у подножия склона, на который прогуливаясь взобрался. С высоты явственно различались аккуратные улочки и небольшой парк, пышущий яркой зеленью.
  Ясный воздух позволял узнавать даже людей, разглядеть знакомую бабушку, неторопливо шествующую за продуктами. Я хорошо знал ее, ясно вспомнилось доброе лицо, проницательные глаза и история жизни, что со стариковской щедростью была рассказана мне чуть ли не накануне. В памяти всплыли ее слова: "Что ни о чем жалеет". - И тут до меня дошло: бабушка эта на своем месте, там, где захотела быть сама, а я - нет!
  В предвкушении ответа, окружающая природа воспринималась обострившимся чувствами: маленькая птичка - серая молния, быстрая и живая; в самом верху, в кронах - шепот ветра. Девственный лес вмещает множество совершенно разных живых организмов, гармонично соседствующих друг с другом. Что если и мне сплести свои цели воедино - уподобится юркой пичуге и степенной основательности могучих древ, объединить устремления в заоблачные дали с неспешной практичностью домашних забот, не оставлять надежд на свершение великих дел и в тоже время держаться за мирские ценности, когда отцовство и забота способны наполнить окружение радостью.
  Оставалось лишь найти место, где задуманное воплотится в жизнь, где смогу стать человеком.
  Окрыленный возникшей идеей, домой под горку я летел вприпрыжку, редкий раз отталкиваясь от земной тверди.
  ***
  Глаза закрывались утомленные строками бесчисленных объявлений. Голова пухла от множества заложенных в текстах смыслов. Уже который вечер я просиживал в Сети занимаясь поиском новой работы, ведя бесконечную переписку, уточняя детали и все чаще обращая мысленный взор за вершины заснежено-синих гор.
  Нетерпение разрасталось с каждым днем, пока не нашлось нечто стоящее. Хорошо помню, как не веря своим глазам сидел и на десятый раз перечитывая одно и тоже объявление:
  "Садовник" - именно о такой работе шла речь. Отсутствовали требования к образованию, опыту и вообще к какому-либо профессионализму. Мне, дипломированному инженеру с внушительным опытом работы предложение все равно казалось интересным.
  В начале объявления шло лишь несколько строк в них восторженно говорилось, как легко предлагаемая работа поправит мое финансовое положение. Предложение не ограничивалось одной лишь профессией и не имело срока давности.
  Начиналось все с вопросов:
  Вы уже обросли долгами, обретая дом и казалось бы нужные вещи? Трудитесь не покладая рук желая материального благополучия? Мечтаете работать от души в удобное для Вас время и чтоб семья была рядом? Ваши желания абсолютно нормальны и странно если их исполнение Вам в тягость. Поскорее скидывайте непосильное бремя. Мы приглашаем Вас к себе. Приезжайте, прилетайте, приплывайте, приходите к нам. Вы найдете нас по всей Земле, мы предлагаем иную - свободную от кабалы жизнь.
  Для Вас у нас есть дом, много разных домов на выбор! Большую часть из них мы построили сами, они обустроены и уютны. Если Вы выбрали труд на земле - дом Ваш стоит в большом саду, если ремесло мастера - Ваш дом также стоит в саду, даже если Вы исследователь - он все равно стоит в саду, пусть небольшом, но достаточном.
  Помимо места для жизни мы даем место для Вашей индивидуальности. Никто и ничто не будет Вам докучать коли вы того не пожелаете. Вы сами сформируете свой режим - мы не ставим сверх задач.
  Заранее, на примере других жителей, мы заявляем: Вы будете работать пару часов в день, будете одни, но не будете брошены, Вам будут назначены наставники - люди с аналогичной профессией. Знайте, в будущем и на Вас ляжет обязанность поддерживать новичков.
  Далее шло еще множество не менее удивительных подробностей, приводились ссылки на видеозаписи, фотографии, отзывы уже состоявшихся жителей Общества.
  Были и требования:
  - Вы не отягощены пристрастиями, не имеете патологической зависимости от каких бы то ни было веществ и продуктов питания. Наркотики, возбуждающие напитки, продукты животного происхождения - под запретом. Исключаются все способное вызвать привыкание.
  - Вы крепки и способны выполнять определенный объем физической работы. Вам потребуется пройти медицинское обследование.
  - Вы будете учиться - всегда, независимо от возраста, по выбранной Вами теме. Вам придется сдавать экзамены.
  - Вы должны в кратчайший срок изучить Единый язык Общества.
  - Вы обязаны участвовать в жизни Общества. История голосований, содержание каждого мнения, ход собраний и обсуждений - вся эта информация будет открыта и навсегда сохранится в Сети.
  - Вы можете менять место своего жительства не более одного раза в пять лет. Имея договоренность с другим жителем Общества, вы можете обмениваться жильем без ограничений.
  - Вы всегда можете покинуть Общество.
  Друзья, думаю вы разделите со мной чувства, - это объявление казалось фантастикой. Вероятно, подготовка сказочным Синегорьем сыграла свою роль, иначе, я вообще не отнесся бы к нему серьезно. Секта какая-то, - мелькали тревожные мысли. Без особой надежды на адекватный ответ я все же написал письмо, указав свои данные.
  На следующий день со мной связались. Собеседование проводила группа из пяти человек. Между собой эти люди общались на звучном незнакомом языке, голос за кадром быстро и качественно переводил.
  Для начала меня попросили выполнить определенные физические упражнения: под всеобщим наблюдением я приседал, прыгал, отжимался. Далее началась беседа, внешне похожая на милую болтовню: расспрашивали об увлечениях, образе жизни, о самых обыкновенных вещах. Атмосфера была непринужденной.
  По всей видимости, ответы комиссию удовлетворили. После дружных поздравлений мне сообщили, что пройдя медицинское обследование смогу получить билеты для проезда к месту своей работы-проживания. Распрощавшись, пожелав удачи, все отключились, я же еще долго сидел перед пустым экраном.
  ***
  Осознаю, что уже длительное время стою перед зеркалом, но не вижу себя - лишь смутный силуэт. Взор обращен куда-то внутрь, туда откуда исходит мольба. Прошу сил и твердости скорее завершить начатое. Ради близких, чьи образы всплывают в памяти, пробуждая целый веер чувств, от умиления и восторга, до страха и упования за их судьбы. Я восторгаюсь самим устройством жизни, трепещу перед неумолимостью обстоятельств, что так или иначе довлеют над нашими бренными телами. Сложно сказать сколько проходит времени, пока не проступают контуры, пока не проявляется отчетливое отражение. Знаю, сказанное и помысленное выражает суть человека. Верю, кем бы то ни было, просьба услышана, она не растворилась бесследно - в ней есть толк.
  Волнуюсь. Не по себе мне. Решил-таки покинуть комфортное, обжитое место, окружение к которому привык, которое хорошо знакомо. Собираясь в неизвестность, по мнению многих, поступаю безрассудно - оставляю место которое кормит, одевает, дает стабильность.
  Словно проблеск рождается и тут же гаснет чувство стыда - потому что есть оправдание. Былая работа поглощала всю энергию, пять дней в неделю я возвращался домой истощенным, без сил. Тело, а главное голова - нуждались в отдыхе. Нескольких часов перед сном недостаточно даже желудку переварить ужин, что уж говорить о личном, дорогом сердцу. Короткие выходные пролетали стремительно, часто заполненные насущным. Так уходила жизнь.
  С восхищением близким к содроганию смотрю на устройство организаций. Словно хорошо отлаженные, кажется живые организмы они приводятся в движение множеством незначительных, легко заменяемых человечков. Каждое действие работника регламентировано, описано и зажато в рамках инструкций, правил, стандартов. Что если будущее за такой формой человеческого сосуществования? Наверное, найдутся те, кто в подобной перспективе видит благо, лично меня она страшит.
  Посмотрите на борьбу за все более высокое положение, что рождает дух соперничества, заложенный в природе человека. Попытки занять видную должность отнимают множество сил, ломают судьбы, заставляют кривить душой. Даже вечерами, после работы, в мгновения сугубо личного и семейного люди продолжают плести интриги. Целый пласт человеческих отношений рожден низменным копошением.
  Но есть ведь те, кто не желает пол жизни, самый ее расцвет, быть элементом с четко обозначенной функцией с заложенной программой поведения, существом что удовлетворяется короткими часами псевдо-отдыха, заглушая бессмысленность своего существования пустыми увлечениями, наркотиками либо чревоугодием.
  ***
  Отъезд. Автобус длинным своим телом будто повторяет изгибы дорожного серпантина. В огромном лобовом стекле из-за частых поворотов, спусков и подъемов, совершенно бесшумно, сменяются великолепные горные пейзажи. Салон полон людей, каждый стремится к чему-то для него важному. Вокруг царит тишина, никто не кашлянет, не слышно и разговоров. Пассажиры словно впали в оцепенение, завороженные плавным движением.
  Неожиданно раздается будоражащий возглас. - Смотрите, медведь! Медведь! - В мгновение, вокруг поднимается суматоха. Я с недоверием верчу головой и действительно вижу, как в хорошо различимой близости, по одному из заснеженных склонов, бежит самый настоящий медведь. Мех зверя лоснится на солнце, бег кажется легким, под толстой шкурой перекатываются мускулы. Тишина, царившая до этого, сменяется гулом голосов, дети восторженно делятся впечатлениями, взрослые охают или уверенно что-то поясняют друг другу. Мне же кажется - этот величественный лесной житель просто провожает нас. Так, Синегорье простилось со мной.
  ***
  Вот и конечный пункт путешествия. За стеклом такси мелькают опрятные дома. Каждый чем-то отличен от другого: одни с прямоугольными формами, другие с округлыми, третьи - едва различимы, они прячутся, словно истинные жители леса, лишь глаза-окна выглядывают из-под густых ветвей.
  Перед домами аккуратные площадки, от них ручейками тянутся извилистые дорожки, соединяясь между собой, теряясь в чащобе или втекая в более широкую дорогу, идущую вдоль всей, кажется нескончаемой улицы. Вокруг множество раскинувшихся зеленых лужаек, тут и там прогуливаются люди, кто-то сидит на скамейках. Много ребятишек - играют, бегают, катаются. Увиденное, наполняет светлым томлением.
  Как и было обещано, меня встречают, сначала подумалось дети, оказалось - молодая пара. Девушка весьма придирчиво меня осмотрела и заявила.
  - Обычно к нам моложе приезжают.
  За свой возраст я в шутливой форме извинился, а ведь до этого момента относил себя к молодым. Не показывая вида смутился, может и действительно зря приехал, может это экспериментальное, типа школы, учреждение.
  - Не подумайте что мы вам не рады. В поселке много людей и вашего возраста. - Сообразив что говорит несуразности девушка замялась, разволновалась, нервно рассмеялась и вовсе замолчала, сопровождающий ее парень также продолжал упорно молчать.
  Догадавшись что дело в волнении, я постарался помочь, задал вопрос. - Что за приметное здание? - Рядом с которым мы в тот момент проходили. Шутливое расположение духа к девушке вернулось быстро, весьма артистично она пригласила зайти, а когда мы оказались в огромном гулком атриуме начала указывает то на одну то на другую часть здания, давая пояснения.
  - Здесь проводятся занятия с ребятами, начиная с рукоделия и заканчивая робототехникой. В мастерских, лабораториях, клубах по интересам собираются люди повзрослее, - рассказчица смущенно опустила глаза. - Дальше, - залы для собраний, представлений, торжественных мероприятий. Есть спорткомплекс и аквапарк.
  Манера девушки доносить информацию оказалась запоминающейся, о каждом из мест она говорила с особым выражением, обращая внимание на мелкие детали. Направление, куда смотреть, указывала не только руками, но и телом, принимая забавные и в тоже время естественные положения. Было интересно слушать ее пояснения.
  Примерно после получаса экскурсии проявил себя парень, до этого абсолютно молчаливый, вдруг стал покашливать о чем-то намекая подруге, та начала извинятся, вспомнив что пора уходить.
  Знакомство с Центром было закончено - мы снова оказались на улице. Ребята усадили меня в симпатичного вида машинку, как оказалось, предназначенную для перемещений по поселку, задали на ее панели адрес, дали необходимые пояснения и спешно ретировались.
  До приезда я многократно представлял где окажусь, что увижу, рисовал в воображении место, где буду жить и работать, но реальность всегда отлична от ожиданий, на какой бы подробной информации она не основывалось. Невозможно передать ту полноту, то единство места, в которое попадаешь. Надежды могут не оправдаться, либо наоборот, - действительность их превзойдет. Вот и только что осмотренное здание по качеству и оснащению больше подходило для многотысячного города, чем для скромного, заросшего садами поселка.
  Уже увиденное не укладывалось в сознании, рождало чувство нереальности, которое при виде дома только усилилось. На улице темнело к тому же подступающие к дому деревья затеняли его, лишая возможности рассмотреть полностью. Но и того что было видно оказалось достаточно к тому же я отлично помнил близкие очертания других домов поселка, увиденных из такси. Складывалось ощущение - гениальный архитектор нашел золотое сочетание форм, размеров, цветов затрагивающее чувство симпатии, пожалуй, у каждого человека.
  Зайдя внутрь я услышал приветствие. Понимая что новый хозяин с дороги, Арктур (мы сразу условились о таком имени для управляющей домом программы) коротко рассказал о состоянии дома, спросил не голоден ли я, посоветовал принять душ и переодеться. Проявленная забота чрезвычайно обрадовала. Сбросив дорожную одежду, ополоснувшись и уже по-домашнему я принялся осматривать необычайное жилище. Арктур по ходу давал пояснения, рассказывая об устройстве кухни, о назначении неизвестных мне устройств, о том, как заказывает продукты и в какой срок их доставляют.
  В доме было несколько комнат, каждую можно было превратить во что угодно: гостиную, мастерскую, зал для упражнений. Имелись и гораздо большие, хозяйственные помещения, их осмотр я отложил на следующий день. С матовых потолков лился рассеянный свет. Арктур еще не зная моих предпочтений периодически менял интенсивность и теплоту освещения, давая возможность почувствовать подходящий режим.
  Под игрой света я оказался в последней из комнат, сразу мне приглянувшейся, добротным столом, каким-то фантастическим рабочим креслом, по одному виду попадавшему в разряд удобных, уютной кушеткой рождающей сиюминутное желание отдыха. Как и во всем доме, окна в этой комнате были от потолка до пола, а одно из них открыто. Полупрозрачный, непреодолимый для насекомых барьер пропускал восхитительный воздух, состоящий из аромата плодовых деревьев, вечерней прохлады и едва ощутимых остатков дневного тепла. Слышалось пение цикад, далеких ночных птиц. Волновал близкий вид ночи с контурами усыпанных листвой ветвей. Решение пришло сразу, именно здесь будет мой рабочий кабинет - вдохновение уже витало в нем.
  В первый переполненный впечатлениями день я так и не добрался до спальни, не удержался и прилег в своем новом кабинете, желая хоть немного осмыслить произошедшее. В глубине души, просто не ожидал что содержание того самого объявления может оказаться реальным. Разве столь чудесное место может существовать на самом деле? Наверняка уже завтра станет известно что за предоставляемые блага нужно денно и нощно трудится, безвылазно ухаживать за окружающими поселок садами, пытаясь выполнить непомерный план, или ко мне подселят других жильцов. Любая такая вероятность сделает быт и условия для занятий личным, первостепенным для меня делом - невозможными. Но, пока все соответствовало и это рождало растерянность.
  Неужели мне, самому обычному человеку, скорее даже разгильдяю, посчастливилось стать причастным к невероятному начинанию, заложенному в садах, в окружающей обстановке, в тех самых встречающих - парне и девушке.
  Еще некоторое время я отдавался то светлым предвкушениям, то смутным переживаниям, пока в сознании не закрутились слова песни:
  
  Только небо, только ветер,
  только радость впереди..
  
  Засыпая, я услышал, как закрывается окно и сквозь сомкнутые веки различил изменение в идущем от потолка свечении - оно стало сравнимо с мягким светом ясного звездного неба. Лишь много позже я узнал, что Арктур, видя хозяина не укрытым, всю ночь заботливо сохранял комфортную температуру, изливая надо мной строго отмерянные потоки тепла.
  ***
  Открыв глаза первое что увидел были развесистые ветви грушевых деревьев. Темные ночные силуэты с рассветом преобразились, обрели объем и окраску. Нежные дуновения ветерка поглаживали шелковистую зелень листвы, едва касались россыпи белоснежных цветков. Бездонное голубое небо говорило: вскоре пригреет солнце и это великолепие начнет распространять опьяняющие волны благоухания.
  Забывшись, я некоторое время расслаблено лежал, щурясь от удовольствия, находясь в состоянии любования. Затем взглянул на часы, оказалось - уже позднее утро, тогда-то до меня дошло где нахожусь. Вскочив с преступно удобной кушетки я лихорадочно вспоминал где одежда и одновременно пытался осознать последствия опоздания в первый рабочий день.
  Арктур узрев метания подал голос. Его бодрое пожелание доброго утра оказалось неожиданным - я совершенно забыл о существовании электронного домоправителя. Официальным голосом он заявил: "если спешу, то совершенно напрасно, до ближайшей встречи несколько часов, он еще даже не сообщал о ней".
  Засветилась одна из стеновых панелей, демонстрируя видеосообщение от улыбающегося мужчины. Незнакомец представился, поздравил с приобщением к братии садоводов и сказал что собирается стать моим наставником. В подтверждение слов Арктура, - назначил время встречи.
  Понимая что только выработанный годами рефлекс заставил всполошиться, тем не менее, некоторое время я продолжал испытывать беспокойство. Уже почти обед, а еще палец об палец не ударил. Не томился битый час в автобусе, добираясь до работы. Не вдыхал крепких запахов попутчиков. Не теснился сжатым множеством тел.
  Новость что торопиться некуда застигла меня на кухне, успокоившись я уселся за обеденный стол. В глаза бросилась внушительных размеров корзина, наполненная фруктами, которой еще вчера не было. Решив что причина ее чудесного появления в еще не известной способности Арктура, я без колебаний принялся поглощать один спелый плод за другим.
  Завтрак приободрил, развеял тревогу заодно и воспоминания о предыдущей работе. Времени до встречи было предостаточно, я решил выйти в сад.
  Отсутствие упорядоченности - первое что бросалось в глаза оказавшемуся снаружи, никаких аллей, дорожек, дорог. Возникала мысль. - "Уж ни в девственном ли лесу построен поселок" - настолько хаотично располагались деревья. Но нет, сомнения развеивались очевидной ухоженностью и преобладанием персиковых, абрикосовых да грушевых насаждений, к тому же несмотря на кажущуюся неравномерность расстояния между деревьями были примерно одинаковыми - растения явно не затеняли друг друга.
  Присев на корточки я увидел соседние дома. Отсутствие крупных животных исключало необходимость в изгородях - ничто не портило естественности окружения.
  Коротко остриженная трава приятно пружинила, хотелось проверить ее мягкость не только ступнями, но и телом. Выйдя на окраину небольшой полянки я оказался на возвышенности, уже обласканной утренними лучами солнца. Желая продлить восхищение от отрывшегося пейзажа не удержался и действительно разлегся под ближайшим деревом.
  Райские виды открылись передо мной. Помимо приземистых фруктовых деревьев, тут и там возвышались настоящие лесные исполины, очевидно бесполезные в плане плодоношения. Были и милые кустарниковые рощицы, гармонично дополняющие красоту столь необычного сада.
  Описывать диковинные для городского жителя виды можно бесконечно, как и делиться восхищением от причудливого сучка, колышущегося листика, выглянувшего из земли корня. Одно только царство ароматов цветущих растений стоит отдельного повествования. Но нет, перед мной стоит иная цель! Впредь, постараюсь не докучать неуемными восторгами, добавлю лишь одно: в тот самый момент, лежа под сенью чудесного плодового дерева я почувствовал что нахожусь на своем месте. Впитывая благодатную атмосферу, осознавал пробуждающуюся связь с шелестом листвы, оттенками зелени, твердостью древесных стволов, с привлекательным запахом цветения и дарами этого восхитительного царства - плодами, коими утоляли голод множество поколений предков.
  О чудо плодоношения, наполняющее силой и здоровьем! Как же тесно переплетено это явление с существованием человеческого рода. Благость столь естественной среды обитания почувствуют даже дети, носясь под кронами деревьев, предпочтя ее застенкам пусть и самого великолепного дворца.
  ***
  Пришло время для встречи с наставником. Он не явился ко мне воочию, не вошел через двери, не материализовался иным образом, все произошло более чем обыденно. Вначале Арктур доложил о входящем вызове и поинтересовался моей готовностью к общению. Я подтвердил, что готов. Из неприметной нищи выкатился сероватый шар - помощник Арктура, опоясанный широким едва выступающим кольцом со сглаженными углами. Скользя по матовой поверхности шара, кольцо сохраняло горизонтальное положение, вызывая ассоциацию с неваляшкой - игрушкой которую невозможно уронить. Оказавшись рядом, Неваляшка включил изображение, показывая наставника, идущего среди апельсиновых деревьев. Рядом с мужчиной, по всей видимости, катился точно такой же шар, не останавливаясь он посмотрел на меня и приветливо улыбнулся.
  - Очень рад тебе, коллега! - Звук голоса был отчетлив, словно говоривший был рядом.
  - Здравствуй! - ответил я с волнением.
  - Прошу, выходи из своей обители - предлагаю прогуляться.
  Без промедлений, я вновь направился в сад, Неваляшка покатил следом, а оказавшись снаружи стал держаться чуть впереди и сбоку, так чтобы мы с собеседником могли видеть друг друга.
  - Не тот нынче пошел садовод, ох не тот! - С показной горечью, неожиданно запричитал наставник. - Посмотри что творится: не беру в руки мотыги, только проверяю хорошо ли взрыхлена почва, нет ли поврежденных корней. В поте лица не ношу воду - лишь регулирую систему орошения. Не вожу удобрения, не полю сорняков. Лэптоп - моя мотыга, ведро и лопата! - Он потряс в воздухе гаджетом, - с него настраиваю работу копошащихся у земли "кротов". Но разве это труд? Так, баловство одно!
  На этот чудесный газон посмотри, - наставник широко развел руки. - Думаешь в нем моего труда много? Нет, толика лишь. Вот и рукотворный монстр что лишает возможности вдыхать аромат собственноручно скошенной травы. - На транслируемом Неваляшкой изображении появилось ползущее по газону устройство, схожее с черепахой. - Вместо косы, коей прадеды размахивали на просторах полей, один злосчастный лэптоп мне остался, - наставник вновь горестно потряс гаджетом. Такие вот дела, коллега.
  На какое-то время воцарилось молчание. Прогулка неспешно продолжалась. Неваляшка бесшумно катился рядом. В отсутствие слов, проявилось пение птиц, жужжание проносящихся пчел, шелест листвы и едва слышный шорох шагов. Было сложно понять откуда на самом деле исходит тот или иной звук, где действительно находится пичуга, издающая заливистую трель, в апельсиновом саду за тысячи километров, или здесь, в листве ближайшего ко мне дерева. Уголки природы, фактически разнесенные на огромное расстояние, в этот миг соединялись - рождая чудесную симфонию жизни. Заслушавшись, я стал невольно погружаться в раздумье, но наставник, словно опомнившись, продолжил монолог.
  - Первое время, как сюда приехал, стыд часто просыпался. В голове не укладывалось, как с такой легкостью можно семью содержать, жить в прекрасном доме. Дети вокруг бегают, довольная жена участием радует. Не верилось, что работая по два часа в день, такое благо заслуживаю. Представляешь - лишь по два часа в день! - Наставник приостановился и внимательно посмотрел на меня, явно ожидая эффекта от своих слов.
  - С радостью бы сад увеличил, но не нашло мое желание понимания, такие как я - в меньшинстве. Никому не нужно труда самоотверженного, накорми апельсинами пятерых, остальное время над собой работай, учись с детьми будь. Первее всего ты нам нужен, сознательный да здоровый, - так Общество говорит.
  Сначала недоумевал, как это - апельсинами пятерых накормить? Сколь бы не был этот фрукт сладок, одним им не прокормишься. Ясно что не до конца суть понимал, позже сообразил: любое творение рук человеческих сообща оценить можно, для конкретного случая определить сколько это - пятерых накормить. Для каждого "норма" его есть, неважно ремесленник ты или инженер, учитель или строитель.
  Оказавшись среди "лентяев", - наставник горестно усмехнулся, - был вынужден решать, чем себя занять в свалившуюся прорву времени. Ворча о праздности, посмеиваясь над собой, за ученье взялся. Учителя хорошие, ничего не скажешь, занимательно преподают, все через шар, - наставник кивнул в сторону своего Неваляшки, - сначала Язык выучил, затем за другие предметы принялся. Многие только лучших преподавателей слушают, а вот экзамены по отдельности сдавать приходится, не отвертишься.
  Со временем увлечения появились с единомышленниками познакомился, дела общие нашлись. Но самым отрадным так сад и остается, сбор урожая, что механическим рукам никогда не доверю. Ты не представляешь с какой радостью обираю спелые оранжевые плоды, с какой заботой раскладываю по коробкам. У машин никогда так сортировать не получиться: сочное к сочному, сладкое к сладкому, кислинку к кислинке - тут вдохновение нужно. Вот ящики на склад таскать, это пожалуйста в этом механическая братия действительно неоценимые помощники.
  А еще! - Наставник заискрился радостью, - им никогда не отнять у меня посадку саженцев. Какое счастье коллега место для нового деревца выбирать, видеть, как посаженная былинка из года в год крепнет, как к небу тянется, а коли дождешься как плодоносить начнет, тут и вовсе предела радости нет.
  С одним только правилом Общества никогда не спорил, оно всегда мне верным казалось. О том говорю, что никакой другой человек в мой сад без ведома не войдет. Свою норму в одиночку выполняю. Растение не обманешь, - наставник подойдя к апельсиновому дереву любовно погладил шероховатую кору. - Только тебе одаривать его любовью, заботой, трудом своим. Оно живо на внимание откликнется и соразмерно плоды принесет. Так и в другой работе все устроено - справедливо это.
  До этого не проронивший ни слова, я решил возникшую мысль выразить. - Скучно ведь получается, целыми днями один одинешенек, беседой с апельсинами труд свой не скрасишь.
  Наставник на эти слова разулыбался. - За то время что мы с тобой гуляем я половину дневной работы выполнил, осмотр произвел, настройки кое-какие изменил. Думаю ты заметил - все это время я болтал без умолку, не знаю как тебе - мне уж точно скучно не было.
  Пришла моя очередь улыбаться, - наставник был прав.
  - Всегда, повторяю всегда, найдется собеседник, желающий скрасить труд и даже личное время, тот, кто хочет поделиться знаниями, перенять опыт. Вспомни былую работу - явно выбора не было. Сосед по кабинету, напарник определялись случаем либо равнодушным руководителем. В Обществе только самому решать кто разнообразит день, а возможно и сделает тебя духовно богаче.
  Наставник еще долго водил меня по двум садам сразу, посвящая в жизнь Общества, в секреты садоводческого мастерства. Постепенно наше взаимодействие перешло в практическое русло. Слушая несложные для понимания детали в мыслях я зачастую уносился к осмыслению того что он сказал вначале.
  ***
  Минуло время, достаточное его количество чтобы сбор плодов стал обыденностью, чтобы превратиться в эксперта по абрикосовым, персиковым да грушевым садам. Множество коробок наполнил чудесными ароматными фруктами. Всякое деревце как родное стало, чуть ли не по именам к ним обращался, каждый изгиб стволов зная.
  Будто бы вечность прошла после знакомства с наставником, не раз самому довелось новичков обучать. Не скажу что погряз в рутине, неверно так будет выразиться. Как и было обещано, в среднем пару часов на насущный труд тратил, остальное время - мое. Язык выучил, разговаривать стал свободно, хоть и долго казалась диковинной собственная, певучая речь - словно неземная она.
  Никто не досаждал, сам с людьми не общался, жизнь затворника вел. Общения с Арктуром хватало. С деревьями иной раз проникновенно беседовал, благо смущаться не перед кем было странности этой.
  Частенько под кроной, где плоды обирал, озарение находил, там и вдохновение черпал, а сладость плодов вкушая - силой наполнялся. Все было для свершения затеянного дела, все чтоб крепло оно да разрасталось. Не забыл зачем в Обществе оказался и трепетную благодарность испытывал - за созданные условия, за пусть и обыденное - волшебство.
  Наполненные трудом дни сменяли друг друга, образуя спокойный поток будоражимый лишь творческими порывами. Но, однажды равномерность жизненного уклада нарушилась. Против обыкновения перед сном на улицу вышел. Решил в кресле посидеть, на садовом крыльце дома. Атмосфера стояла проникновенная, небо стремительно темнело, проступали звезды. Утомленному, податливое сидение показалось особенно удобным. Наслаждение отдыхом охватило меня.
  На дворе стоял конец лета - пора сбора урожая. Однако, даже в это время, большую часть дня я проводил в кабинете. Рождаемое в корпении, за рабочим столом, продолжало определять течение неспешных мыслей. Создавалось впечатление - даже в минуты отдыха я сознательно избегаю опустошенности, словно боюсь момента, когда воодушевление иссякнет, когда утихнет волнующийся океан вдохновения.
  Хорошо когда ты гений математики, физики, когда сходишь с ума от вида звезд в телескопе. Прекрасно если можешь годами писать чудесные картины, сочинять красивые стихи. Таким людям легко найти себя, но ведь я не такой и подобных мне - много. Чем заняться, если не горишь сверхидеей, не взвинчен возвышенными целями?
  И почему так называемого одаренного ставлю выше себя пусть и полного бездаря? Почему так легко отделяю одного от другого? Только ли выдающимся дано преимущество в жизни, а как же остальные?
  Известно множество примеров, когда "гений" создавал оружие, еду превращал в наркотик, совершал другие гнусности, используя свои способности если не в угоду злу, то ради корыстных интересов. В тоже время скромный родитель, своим примером, давал самое что ни на есть светлое и справедливое представление об окружающем мире и пусть он делал это лишь для собственных детей.
  Так кто в итоге может гордится прожитой жизнью? Уж не тот ли, кто постыдными деяниями заклеймит свое имя в памяти миллионов, или все-таки безвестные мать и отец, что в трепете взрастили детей своих? Разве способность в гармонии лелеять свой маленький мирок не есть одно из проявлений ума, той самой одаренности? Быть благим примером, это ли не значимое дело для практически каждого человека?
  Такими вопросами в нешуточное беспокойство себя ввел и даже пожалел о выбранном способе провести вечер - досадуя на опасные для спокойствия размышления. С тем и ко сну отправился и спал тревожно, а на следующее утро понял - одиночество мне ненавистно. Вот с какой стати к отшельникам себя приписал? Вообразил что ни в ком не нуждаюсь. Неужели действительно не могу с людьми пообщаться, сходить куда-нибудь?
  Уговаривать себя не пришлось в тот же день на прогулку выбрался. Выйдя из дому с парадной его стороны вначале оторопел, уж больно непривычно было видеть огромное открытое пространство. Улица широченная, не улица - луг из множества лужаек сотканный, зеленой полосой вдаль раскинувшийся. Тут и там деревца разбросаны, словно по задворкам домов их не хватало. Сами дома, по обеим сторонам, далеко друг от друга расставлены, но ощущение соседства не терялось, выйдя на дорогу я его ощутил. Чувствовалось - из ближайших окон меня разглядывают.
  Вдалеке людей увидев - разволновался, потом в руки себя взял - успокоился. Шагая по дороге, стал по сторонам глядеть, сельским пейзажем любоваться. Скутеры туда-сюда проносились. Ребятишки попадались, одни шумной стайкой - гомонящие, другие по одиночке - исполненные серьезностью.
  Ближе к центру людей больше становилось, все чаще человеческая речь слышалась. Жажда по обществу во мне проснулась. Украдкой, встречных да попутных разглядывал, обрывки разговоров ловил. Особый интерес девушки вызывали, чьи стройные фигурки еще издали взгляд притягивали. Однако, при их приближении головы не поднимал, не в силах был с насмешливым взглядом встретится. Думаю, не раз стал причиной для дружного девичьего смеха.
  В большинстве своем люди шли по двое, трое, иногда - целыми семьями. Многие весело болтали и все с интересом на меня поглядывали. В итоге, этого внимания не выдержал - повернул назад, а на обратном пути сообразил - все в столь небольшом селении знают друг друга, появление незнакомца неизбежно вызывает интерес.
  Оказаться предметом всеобщего любопытства, где-то в глубине души, было приятно. Нормально, когда представители столь небольшой группы интересуются новеньким, судачат меж собой, гадают откуда прибыл, почему так редко показывается.
  Сложившиеся за тысячелетия обычаи людского сосуществования позволяют иметь личное пространство - дом, и при этом оставаться полноценным участником общества, готовым в случае необходимости сообща решать возникшие проблемы.
  Древний механизм самосохранения исправно фильтрует, оценивает адекватность каждого в итоге обеспечивая безопасность всей группы. Порой интерес граничит с неприличием, люди подслушивают, подсматривают, ссорятся. Желание, как можно лучше знать соседа, заложено на генетическом уровне. Разве найдется тот, кто смотря из глубины своих окон не пытался понять жизнь другого человека? Порой годами живущие бок о бок продолжают, исподволь, следить друг за другом.
  После длительного, пусть и добровольного заточения впечатления даже от краткого пребывания на людях чрезвычайно сильны. Вернувшись домой я еще долго вспоминал услышанные обрывки разговоров, звонкий смех, хаотичную и забавную ребячью беготню. Вертевшиеся в голове детали для многих не представляли бы ничего интересного, но в моем случае чрезвычайно увлекали. С маниакальной одержимостью я смаковал увиденное и услышанное, многократно воспроизводя в памяти запомнившиеся моменты. Во власти воспоминаний, до самого вечера копошился в саду, а к кабинету даже не приблизился.
  По прошествии нескольких дней полученные впечатления угасли я вновь выбрался на прогулку. Вид людей уже не ввергал в оторопь, обвыкся, заводил беседы, знакомился. Домой вернулся счастливым с уставшими от улыбок щеками.
  Спустя какое-то время, счет прогулкам был потерян. Появились знакомые, те, с кем издали узнавали друг друга - приветливо махая руками. Темы для бесед были общими: о погоде, садах, - о разном. Любое, даже поверхностное общение чрезвычайно волновало. По возвращению домой, мне оставалась только работа в саду, только на нее был способен.
  Рабочий кабинет стал тяготить. Стол, за который долгое время не садился, словно укорял за праздную жизнь. В итоге, досадуя о безвозвратно уходящем времени я вновь стал избегать приглашений, любимых спортивных игр. Подавляя собственное желание, стал чураться дружеских отношений и новых знакомств. Досадная заминка в основной работе вынуждала искать компромисс, стремиться к иному досугу, когда друг либо собеседник смогут привнести что-то полезное - развить меня.
  - Жизненный опыт по заказу!? - С таким запросом обратился я к Арктуру, вспомнив однажды услышанную от наставника фразу: "О безграничной возможности для общения".
  - Никаких проблем, - сообщил верный домоправитель. Оказалось, многие не просто могут, но и желают делиться личным - своими поучительными историями. От меня требовалось лишь выбрать нужную область в столь многогранных человеческих отношениях. Остальное Арктур брал на себя: изучал информацию в Сети, подбирал нужных людей, устанавливал контакты. То, что лишь смутно представлялось, оказалось уже существует, причем в более совершенной форме. Определившись с первой историей, несколько дней я провел в волнительном ожидании, часто вспоминая известное выражение: "Опыт - лучший учитель".
  ***
  Когда подкатил Неваляшка я собирал абрикосы. К тому времени, забавный шар стал для меня подобием домашнего любимца - часто находился рядом, бывало и в далеких прогулках сопровождал. Сначала так Арктур инициативу проявлял, затем сам стал брать его - услащать слух музыкой, практиковаться в Языке, а то и просто ради компании. На сей раз, с его помощью, предстояло убедиться - мир полон соседей, моих соседей с кем могу неограниченно общаться, говорить и видеть, несмотря на разделяющее расстояние.
  В качестве первого собеседника я выбрал довольно неординарную личность, человека экстравагантного с не отличающимися изяществом манерами и мягко говоря несдержанной речью. Из всех чей жизненный опыт показался интересным только при пересказе этого человека я вынужден приуменьшать вспыльчивость, подбирать замену крепкому словцу. В то же время, суть рассказанной истории тронула и пусть местами покажется жестокой - начну с нее.
  Всматриваясь в изображение Неваляшки я по привычке ожидал увидеть собеседника в окружении какой-нибудь зелени, вместо этого трансляция началась с большого, ярко освещенного помещения с находящейся по центру деревянной деталью, огромной и причудливо изогнутой. Над деталью деловито трудилась механическая рука манипулятора. Отлетающие в сторону стружки тут же засасывались раструбом проворного робота уборщика. Взвизгивали моторы, раздавалось какое-то щелканье, шипел сжатый воздух. Под кронами тенистых деревьев, транслируемый вид производил необычное впечатление. Пока я всматривался в диковинный, технический мир послышался громкий грубоватый голос.
  - Ааа, вот и он - повелитель садов! Значит тебе парень буду сегодня душу изливать. - Некоторое время я не видел говорящего, затем разглядел мужчину из-за цвета одежды слившегося с тюками, наполненными бледно-желтыми стружками.
  - Пойдем-ка туда где тише, - громыхающий бас заглушал звук работающего оборудования. Мужчина неторопливо зашел в помещение с прозрачными стенами, откуда по-прежнему хорошо был виден цех, но шум, когда дверь закрылась, будто выключили.
  Усевшись, он с нескрываемым интересом принялся меня разглядывать, я также хоть и более скромно посматривал на него. За спиной мужчины в совершенной тишине продолжалась методичная работа автоматов. На фоне техногенной картины он сам казался частью хорошо отлаженного механизма с четкими размеренными движениями, словно управляемый специальной программой. С минуту никто из нас не произносил не слова, затем не выдержав неловкой паузы я спросил:
  - Здорово видеть Вас спокойно сидящим в то время как за спиной кипит работа. Если не секрет, что у Вас там происходит?
  - Это элемент здания, - мужчина кивнул головой в сторону огромной детали, - по сути часть большого конструктора из которого позже соберется жилой дом.
  Дело хорошее. При этом беседы поучительные вести успеваю и если первое занятие явное благо, то насчет второго не уверен, не мне, а вот тебе о его пользе вывод предстоит сделать. Сам долго не знал, чем помимо основной работы заняться - талантов-то особых нет. Другие люди семьями обзаводятся, но то не мой путь, не семейный я человек. Вот скажи парень, получилось ли самому полезное дело найти, помимо еды, что в саду своем растишь?
  Этим вопросом, мужчина мое больное место затронул, живо кабинет перед глазами встал с пустующим последнее время столом. Дальше не знаю что на меня нашло, может вид собеседника подействовал, лицо его словно каменное, рот плотно сжатый, взгляд пронзительный вопрошающий, казалось даже положение его тела не допускало легкомыслия.
  - Хочу мир лучше делать. Чтоб светлее и радостнее вокруг становилось. Чтоб доброты и искренности в людях прибавилось. Чтоб войны, как дикость вспоминались, а обидчики слабых перевелись. Один человек над другим чтоб не стоял больше, ни в работе, ни в быту. Чтоб ясность и осознанность в умах процветала, а корысть ушла, как дурной сон сгинула...
  - Все ясно с тобой! - Мужчина перебил мою, только набирающую силу речь. Против ожиданий, от услышанного лицо его не сделалось мягче, линия рта только прямее стала. Слова мои, загоревшиеся глаза, явно не вселили в него радостных переживаний, с нескрываемой иронией первый сосед продолжал:
  - Учитывая твои пожелания, даже представить не смею что за дело затеял и спрашивать не буду. То-что уже услышал у многих лишь насмешку вызовет - знаем мол таких чудаков, видели таких слюнтяев. И еще вот что тебе скажу, парень. Хорошо, что в Обществе оказался, подходящее место для таких. Сдается мне, на прежнем месте работы ты раздражение вызывал, из-за мягкости, миролюбия своего. Подобные качества многих напрягают, заставляют чувствовать себя неуютно, вносят разлад в порой звериное миропонимание. Поскорее изжить таких пытаются. По негласному мнению выделяться нельзя - как все должен быть. Странно что пройдя такую школу ты не растерял любовь к людям, не озлобился, а наоборот, как слышу благоденствия желаешь роду человеческому, на что-то светлое надеешься.
  В твоем возрасте я не такой был. Одно время вообще думал не нужны мне люди, зачастую одиночеством обходился. Эта нелюбовь порой до ненависти доходила, даже зла некоторым желал в аду живем думал. Поражался условиям в которых человек существовать может, какие мучения вынести способен.
  Вот, например, кому понравиться, когда сон его тревожат, а я храплю, точь-в-точь, как отбойный молоток. Только было тихо, спокойно, глаза твои после нескольких тревожных ночей закрывались, видения дремы в сознании всплывали, а тут ды..ды..ды.! Это я, громоподобным храпом, так запросто уничтожаю саму возможность спокойного сна.
  Еще у меня отвратительно пахнут носки - не хочу их менять, не тороплюсь выстирать. Самого не сильно беспокоят исходящие миазмы, обоняние притуплено давней привычкой к курению, да и лень. К тому же от алкоголя зависим, пью часто, точнее сказать - при первой возможности. Доходит до того что маму прошу денег отправить - не много, лишь на еду. Доверчивая старушка в искренней заботе о великовозрастном сыне конечно отправляет, а я что - тут же их пропиваю. Поэтому к аромату носков можно смело добавить нотки протухшей пивной бочки.
  Отравляющее действие пристрастий давно сказалось на мне. Без того не отличавшийся хорошими манерами я деградировал практически до животного состояния. Мне часто приходится отбиваться от нападок окружающих, пусть и обоснованных. Невнятной, а иногда и вовсе бессвязной речью выражать высочайшее мнение о собственной персоне и негодовать на посмевших душить претензиями. Такова натура, а что будешь делать ты обстоятельствами запертый со мной в одной комнатке, которую даже проветрить не можешь? На улице тучи злющих комаров, только и ждут ночи дабы присовокупить к отбойному молотку - моему храпу, свой пронзительный писк и неудержимую жажду безвинной крови. Как тебе такая картина?
  От перечисленных злоключений, я почему-то заулыбался. Мой первый сосед увидев улыбку наоборот нахмурился.
  - Ну вот парень - тебе смешно. - Я от такого замечания заулыбался еще сильнее, уж больно много выпало злоключений на долю несчастного горемыки.
  - Ну-ну, - мужчина будто смягчился и подождав пока я вновь обрету серьезный вид продолжил.
  - А теперь задумайся, кто виноват, что вдруг в такой ситуации окажешься? Как возможно, что больной деградировавший человек преспокойно мучает окружающих? Случайно ли такое, может провидение или Бог виноваты? Не торопись с ответом, еще одну историю выслушай.
  Представь ребенка, что по грудь в воде находится, совсем маленькую девочку. Первая мысль, купается, но нет - вода мутная, течение быстрое. Через мгновение настораживаешься - почему малышку не уносит бурлящим потоком!? Тут и там стремительно проплывает мусор, доски с острыми изломами, огромные бревна грозят зацепить ребенка. Собравшиеся вокруг люди с криками, торопливо защищают бедняжку. Берег с толпящимся народом совсем рядом, всего в двух шагах. Лица людей искажены ужасом и состраданием, слезы смешиваются с проливным дождем. Кто не в силах видеть происходящее - отворачивается, закрывает глаза руками.
  Почему же девочку не вызволяют, почему медлят? Случилось непоправимое, разыгралась стихия, понеслись по улицам неудержимые разрушительные потоки. Даже каменный мост не устоял, хоть до этого веками служил людям. Подмытые водой, словно игрушечные, сложились многотонные блоки основания. В момент обрушения, по мосту бежала девочка. Ребенка не напугал сильный ливень, девочка спешила домой, похвалиться пятерками. Нижняя часть тела малышки оказалась зажата между гигантскими плитами.
  Небо продолжало безучастно извергать воду, мутный поток подступил уже к самому лицу ребенка - еще мгновение и мучения бедняжки прекратятся.
  Я никогда не забуду спокойствия этой девочки. Она не плакала, не просила о помощи, но в пронзительном взгляде ее было мучение, невысказанное страдание всех когда-либо погибших детей. Малышка устало водила глазами по окружившим ее лицам и кажется смиренно принимала - сейчас она умрет, а взрослые дяди и тети останутся, и вскоре разойдутся по домам.
  Мужчина едва смог закончить столь печальный рассказ, голос дрожал, глаза блестели наполненные влагой. Ему явно требовалось усилие, чтобы сдержать слезы. Даже мне, лишь молчаливому слушателю, приходилось сглатывал непроходящий комок и часто, слишком часто, моргать.
  - Эта девочка навсегда осталась в моей памяти, как сейчас перед глазами мокрое, посиневшее лицо и губы, что тихо шепчут то ли слова укора, то ли прощения, всем нам живым.
  С тех пор изменил свою жизнь - каждый человек стал дорог. Словно впервые я увидев недостатки людского мира, понял, что в ответе за его устройство, как и все мы - зачастую беспутные взрослые.
  Имеющему склонность к технологиям, словно прозревшему, мне бросилось в глаза множество инженерных сооружений, зачастую созданных ради выгоды - не ради удобства и безопасности. Как так получилось, что для жизни строим многоэтажные дома, делая их настолько хрупкими, что неизбежные сотрясения рано или поздно превратят воздвигнутое в груду развалин, погребя под собой своих же непутевых жителей? Ради какой такой прихоти люди мчаться в хлипких машинках навстречу друг другу, на ничтожном расстоянии? На что надеется опьяненный человек, садясь за пульт управления? Где совесть порабощенного алчностью, что отравляет ядом выбросов землю, воздух, воду - основу благополучной жизни следующих поколений?
  Не знаю сколько продлится жизнь, именно поэтому не даю себе передышки - все та девочка перед глазами. Смотрит на меня малышка и неустанно повторяет: - Проснись! Проснись мудрый родитель. Где же ты витаешь? Разве можешь забыть дитя свое? Бросить несмышленое в столь жестоком равнодушном мире? Я чувствую искренность твоей любви, лишь осознанности в ней не хватает. Посмотри вокруг! Спроси себя, почему люди так жестоки? Почему столь грубый, неуклюжий мир создан ими? Как случилось что пронзительный звук сирен предупреждает не о природных катаклизмах, а о военной угрозе со стороны других, точно таких же людей? Что за безумие творите вы - взрослые, с царящей глупостью среди вас?
  Больше первый сосед не произнес ни слова. Погрузившись в собственные мысли, он некоторое время сидел в задумчивости, смотрел куда-то сквозь меня. Затем, словно очнувшись, повернул голову, увидел что автоматы за его спиной замерли и не прощаясь поспешил в цех. Его Неваляшка остался включенным и какое-то время показывал хозяина, склонившегося в работе над машинами. Затем картинка погасла.
  ***
  Открытый кран тихонько шумел, струйка воды из-под него представлялась застывшей, целиком сделанной из стекла, лишь к самому низу разбивающегося на множество осколков. Красные, желтые, зеленые плоды будто хрустальной росой расцвечивались сверкающими на солнце каплями. Сочетание зеркально-матового фона, ярких летних красок, лучей солнца и прозрачной свежести воды было особенно удачным, весь этот вид рождал пульсирующую волну радости.
  Моменты для любования можно разглядеть и в кухонной раковине, наполненной овощами для обеда. Даже такой мимолетной красотой хочется делиться, чтобы другой человек увидел прекрасные, восхитившие тебя мгновения, чтобы и в его памяти отложилось наполняющее радостью видение.
  Рядом никого не было, словно усомнившись что живу совершенно один я огляделся - не ошибаюсь ли. Вокруг действительно ни души, только глазок видеокамеры пристально уставился в мою сторону.
  То, что живу под наблюдением - новостью не было, в поле зрения камеры находился не только мой овощной натюрморт, но и я сам. Системой просматривался каждый сантиметр дома, все его укромные уголки. Я не знал людей являющихся свидетелями моей жизни, не представлял какие моменты им интересны, а какие оставляют равнодушными. Лишь одно было известно - они члены Общества и могут видеть всю полноту жизни совершенно незнакомых людей.
  Неизбежно возникают вопросы. Как абсолютная открытость сочетается с личными потребностями, гигиеной и прочими интимностями? Почему в ваш дом могут заглядывать совершенно незнакомые люди, не только не спрашивая разрешения, но даже не заявляя о себе?
  Поначалу было не по себе, позднее пришло понимание - стеснение не уместно, преступлений не совершаю, а за сохранность чьей-либо личной информации несет ответственность Общество в том числе и я.
  Вездесущие глазки камер примелькались быстро, забывшись заговорил сам с собой, распелся, перестал стыдится вполне себе нормального поведения, словно домашняя кошка игнорируя возможных зрителей.
  За чужой жизнью привык наблюдать. Арктур по специальным алгоритмам отбирал моменты требующие моей оценки, чем значительно сокращал объем материала, который нужно было просматривать. К своей гордости скажу - польза от такого присматривания есть. Так однажды, одинокий пожилой мужчина, проживающий в далекой северной стране, упал у себя дома и остался недвижим. Арктур забил тревогу, показал картинку, я подтвердил - основания для беспокойства есть, в итоге, вызванные врачи спасли жизнь человеку.
  В свете вышесказанного, пришла пора вернуться к историям соседей и познакомиться со вторым из них, с человеком чье поведение не назовешь адекватным, чья жизнь полна тайн.
  По сравнению с первым соседом, чрезвычайно серьезным и даже хмурым, второй произвел впечатление человека жизнерадостного с легкой непринужденной манерой общения. Если первый заставлял задуматься о несовершенстве человеческого бытия и при этом выглядел психически здоровым, то второго назвать нормальным точно было нельзя, тем не менее из своего положения он черпал одну лишь радость.
  С некоторой достоверностью известно: чуть ли не каждый пятый имеет то или иное психическое отклонение. Порой и я в собственной нормальности сомневался, посему не удивился обширности выданного Арктуром списка людей, чей образ жизни не попадал под определение общепринятого. Формируя запрос мне хотелось узнать, как устроились в настолько прозрачной среде Общества с его вездесущими видеокамерами те, кто имеет тайную сторону жизни?
  С выбором определился быстро, заинтересовался частично запароленной анкетой, доступной полностью только по разрешению владельца. Обычный человек смотрел с экрана: женат, дети, многие годы состоит в Обществе. В закрытой части анкеты открывалось его "второе я" - жизнь в образе миловидной девушки, запечатленной в разных нарядах, начиная с пышных бальных платьев и заканчивая фееричными полупрозрачными одеяниями.
  Мой рот буквально открылся от удивления, перемена была разительна. Не веря своим глазам, пытался найти нестыковки - женские черты в мужчине и наоборот. Сложно поверить, но изъянов не было. Пожалуй, только мужчина обладал излишне тонкими чертами лица в то время как девушка, даже фигурой была необычайно женственна. Решив что столкнулся с какой-то шуткой, я специально попросил Арктура о возможности устроить встречу так, чтобы этот человек был переодет и очень удивился получив положительный ответ.
  Спустя пару дней я сидел перед Неваляшкой, расположившись в собственной гостиной. За окном был поздний вечер, у моего собеседника - самый разгар дня.
  По ту сторону экрана находился человек с анкеты. Мысль обращаться к собеседнице как к представителю мужского пола я сразу отбросил. Девушка предстала раскрасневшейся, будто только что занималась зарядкой, глаза искрились весельем, весь вид излучал жизнерадостность. В доме играла ритмичная музыка, громким голосом она переговаривалась с кем-то в соседей комнате - увидев меня, приветливо поздоровалась. Решив что собеседница занята и момент не подходящий, я предложил перенести встречу, но она решительно отказалась.
  - Не переживайте, это всего лишь моя жена, мы репетируем театральную постановку. Прошу прошения за некоторую сумбурность. - И громко добавила обращаясь к своей супруге. - Дорогая, можешь подойти, познакомиться с нашим новым соседом? - На призыв, в комнате появилась еще одна девушка, приветливо помахала рукой и села рядом со своим мужем.
  Друзья, я специально использую слово "муж", хотя в той ситуации оно казалось совершенно не уместным. На самом деле передо мной сидели две красавицы, обе одетые в легкие летние платья, светло и темноволосая. Знание что за внешностью одной из них скрывается мужчина, а за ними обеими - полноценная семейная пара, производило ошеломительное действие. Одно дело видеть записи, другое, когда столь нестандартные люди предстают воочию. Сказать что-либо я был не в состоянии, онемевший, просто переводил взгляд с одной дамы на другую и беспомощно улыбался.
  Девушки начинать беседу не торопились, сдержанно переглядывались между собой с явным пониманием. По всей видимости вид у меня был комичный, одна из них в итоге не выдержала - прыснув заразительным смехом. К ней присоединились остальные. Веселье не стихало долго, едва успокоившись мы начинали смеяться с новой силой, достаточно было взглянуть друг на друга и лишь вконец обессилев - угомонились. После безудержного проявления чувств, показалось, что стал ближе этой паре, стал лучше понимать их.
  Вскоре светловолосая покинула нашу компанию, чмокнула в щечку свою подружку-мужа и ушла, иронично заявив, что мешать нашему мужскому разговору не будет.
  Вновь оставшись наедине, я не знал с чего начать в голове вертелось множество вопросов, но все казались неуместными либо неприличными. На помощь пришла сама девушка, без какого-либо стеснения начав рассказ о себе:
  - Предки наградили широкими бедрами, узкими плечами, сдержанными и плавными движениями, мягким голосом. Еще в юношестве замечал, как в обтягивающей одежде меня путали с девочкой. Так же, в подарок досталась способность восхищаться прекрасными женскими формами. Часами, без устали, я разглядывал известные произведения искусства, где гениальные творцы запечатлели изгибы округлых женских тел. Переход шеи в плечи, талии в бедра, божественная грудь, линия спины - все было достойно руки художника и все вызывало во мне восторг. Порой чувство это было столь сильно, что заставляло искать схожие черты в себе - в молодом парне. К своему удивлению и признаться удовольствию, эти черты я находил.
  Прекрасный пол - самое совершенное творение земной природы, с возрастом это убеждение только крепло. Лицо, голос, чувственность, острота ума, интуиция - образ женщины был для меня неиссякаемым источником восхищения. С годами я понимал, подобная тяга мужского к женскому в общем-то нормальна, таков результат многих тысяч лет эволюции, а вот различия в генетическом плане настолько зыбки, что порой дают сбой, рождая подобных мне, в ком бушует гормональный хаос.
  Узнав причины, стал понимать что со мной происходит, но думаете стало легче? Ничуть. Все так же хотелось уподобляться женщине, одеваться как они, божественно пахнуть.
  В тоже время я желал быть мужчиной и со свойственной нам твердостью боролся за собственную полноценность. Искал и находил множество причин освободится от порой властвующих желаний. Пытался рассуждать, задавался вопросами. Вот зачем женщина с помощью одежд и косметики стремиться стать лучше, чем есть на самом деле? Представлял, как пусть и человекоподобная обезьяна натягивает на себя цветастые платьица, красит губы, душится. Видел себя в этой обезьяне и с отвращением корил. Даже женщина растерявшая способность к самокритике приукрашиваясь, часто выглядит несуразно, а теперь представьте в этой роли плечистого, заросшего растительностью мужчину.
  Девушка увлеченно продолжала, забавно подтрунивала над собой, ее шутливый тон заставлял улыбаться. Я любовался изящными движениями, прямой и одновременно легкой осанкой. Собеседница по ту сторону Неваляшки совсем не вязалась с образом описываемого ее мужчины. Наоборот, столь миловидная особа буквально завораживала. Кто в действительности находится по ту сторону экрана - забылось чуть ли не сразу, рассказчица обладала привлекательностью и харизмой, было приятно видеть ее и слышать.
  - Потом я встретил ту, что стала моей женой, - продолжала историю девушка, - и без утайки поведал о своем пристрастии.
  - Лично мне твое "второе я" даже нравиться, - заверила тогда еще будущая супруга. - Скажи только одно, - удержишь себя под контролем, сохранишь в тайне собственное пристрастие? Ради собственных детей, сможешь всю жизнь оставаться нормальным мужем, любящим отцом? Конечно я мог и всей душой желал этого!
  Тем, кто тебя понимает и принимает начинаешь дорожить, в итоге наши отношения переросли в счастливый брак. Любовь к театру свела с супругой и именно в театре нашло особенное выражение мое "второе я". Как оказалось, женщин я играю гораздо лучше их самих, по крайней мере многих.
  Что касается публичности, с годами убежденность только крепла - об особенностях подобных моей открыто заявлять нельзя. Мир людей обширен, есть и менее пристойные особенности - реклама недопустима. Тот, кто действительно не может полноценно жить без своей, часто болезненной страсти, пусть сам приходит к ее воплощению, не нужно никого подталкивать к зачастую бессознательным экспериментам.
  Помню, как придя в Общество тяготился, не смел даже в одиночестве, в собственном доме, воплощаться. Страшился множества видеокамер вокруг. Потом доверился. Со все утихающим трепетом стал делать это не скрываясь, зная что возможно за мной наблюдают. Пришло понимание: если случится непоправимое - значит кто-то совершит преступление - моя личная жизнь станет общедоступной. Тогда останется лишь надежда на понимание, близких и друзей.
  Вот и все дорогой сосед, теперь знайте, что посвящены в страшную тайну - девушка с показной строгость погрозила пальчиком. - Если кому проболтаетесь, вам несдобровать. - В знак согласия, я торопливо закивал. - Что ж, хорошо, тогда давайте прощаться. Всего вам доброго и не забывайте нас!
  В ответ, как мог выразил благодарность, вскоре наши Неваляшки разъединились. Было немного жаль, что общение продлилось так недолго - человек мне понравился. Позже я познакомился с постановками театральной группы, где эта девушка играла. В итоге стал поклонником их творчества. Часто досуг свой проводил за просмотром работ - именно с ее участием. Смеялся до слез, грустил, восхищался красотой и глубинной человеческих отношений. Ребята создали множество историй, волнующих и поучительных. Здесь я упомяну только одну, пришедшуюся кстати.
  "В офисе находятся четверо мужчин, трое из них сидят за столами и не смотря на громкий раздражающий крик не отрывают взглядов от рабочих экранов. Четвертый мужчина и есть источник шума, он грозно навис над скромно сидящей женщиной, опустившей голову над бумагами. В образе женщины я смутно узнал своего второго соседа. Героиня, которую он играет чрезвычайно серьезна с уставшим лицом в строгом костюме. В отличии от многих предыдущих ролей, в этой женщине нет ни чувственности, ни кокетства, волосы плотно собраны, никакой косметики.
  С деловым видом, методично, страницу за страницей, она просматривает большую кипу документов, периодически что-то выписывая. Удивляет выдержка с которой она выносит нападки. Один только вид взбешенного мужчины способен вывести из равновесия, каждое движение выражает воинственность, от переполняющей его злобы на белках выпученных глаз виден кровавый рисунок капилляров. Взгляд кричащего не выражает осмысленности. Непроизвольно, возникает опасение за хрупкую даму.
  По всей видимости, суть претензий мужчины мало касается работы в основном он высказывается о внешности женщины, пытаясь вовлечь ее в не относящиеся к делу пререкания. Не исключено - он питает к ней личную неприязнь.
  Вскоре, со стороны злодея начинают сыпаться откровенные ругательства, на что женщина лишь сильнее ссутулившись, на мгновение поднимая голову и пристально смотря обидчику в глаза, быстро повторяет только что услышанные слова - переадресуя их обратно. Как ни странно, столь нехитрая тактика действует. Мужчина пробует придумать несколько совсем уж грязных оскорблений, но тут же получает их обратно. Смысл повторенного попадает в самую точку - пыл злодея стихает.
  Женщина словно оградившись невидимым барьером спокойно продолжает работу, кажется она вообще перестает обращать внимание на столь досадливое недоразумение. В итоге мужчина ретируется.
  В самом конце ролика, крупным планом, камера показывает дрожащие губы женщины."
  "Мужество". - Так называлась данная постановка.
  ***
  Хочу поделится радостной новостью, после общения с третьим соседом я вернулся за стол в своем кабинете и вновь приступил к работе. Знаете, как бывает, копится в душе что-то, словно пружина сжимается пока не произойдет событие, служащее спусковым крючком.
  На лице этого человека отражалось хоть и затертое временем, но окончательно не исчезнувшее выражение властности, в голосе нет-нет, а проскальзывал тон выработанный привычкой распоряжаться другими людьми. В Обществе подобный пережиток встречался редко и сразу обращал на себя внимание, особенно тех, кто на собственном опыте столкнулся с иерархией, с дикой необходимостью руководить другими или подчиняться самому.
  О своей настоящей жизни третий сосед предпочел не распространятся, в то время как о жизни прошлой поведал достаточно подробно. Его рассказ оказался хорошо оформлен, будто был написан заранее. Мне остается пересказать эту историю, по большей части, просто перенеся с записи сделанной Неваляшкой.
  "- Начну с видения, что посетило меня поздней ночью, на восемнадцатом году семейной жизни. В тот момент был с женой и был опьянен. Мы употребили алкоголь, вдобавок приняли еще один наркотик. Размытое восприятие не помешало запомнить ту ночь во всех подробностях, что и послужило началом охватившего нас безумия.
  Помню, как сидел на полу, сложив руки и голову на кровати - желая быть ближе к супруге, лежавшей тут же, на разворошенной постели. Ее широко открытые глаза были устремлены вверх, стены и потолок спальни явно не ограничивали пространного взгляда. Мы не молчали, не были погружены в созерцание внутренних переживаний, мы без умолку говорили. Над обеими властвовало неудержимое желания делиться пережитым: яркими событиями, воспоминаниями, всем тем, что на удивление явственно и легко всплывало в памяти. Чувствовалась невероятная душевная близость, поддержка и понимание. Единение и сопереживание были необычайно сильны, эмоции друг друга ощущались как свои собственные.
  Эффект от веществ проявлялся своеобразно - размеренными волнами накатывала эйфория. Очередной особенно сильный прилив накрыл с головой, я попросту потерял связь с реальностью. Все померкло, исчезли свет и цвет, растворились контуры предметов, окружающее пространство стало безликим, будто все органы чувств отказали разом.
  Паники не было, в возникшем мире без верха и низа, без право и лево, я ощутил чье-то присутствие и тотчас понял - это жена, точнее ее бестелесная сущность. Существо более совершенное, более зрелое и целостное, чем человек оставшийся лежать на кровати. Каким-то образом я воспринимал ум, опыт, знания, поражался мудрости этой сущности, а позже понял, что и сам являюсь нечто подобным, таким же невообразимо далеким от человека, жалко скрючившегося на полу спальни.
  По собственной воле мы уединились от всех и вся. Беззвучно обсуждали то, что касалось лишь двоих - решали где и когда пройдут земные жизни, кто из нас будет парень, а кто девушка, в чьих семьях родимся. Каким-то образом мы знали: у наших планов высокая вероятность сбыться. Была уверенность - родившись на соседних улицах мы вырастем и в конце концов влюбимся друг в друга. С проницательностью доступной могущественным существам предвидели препятствия что встанут на пути друг к другу, трудности которые преодолеем. С волнительным трепетом созерцали образы детей, что у нас родятся. Играючи, творили волшебство, складывая мозаику будущего двух земных жителей в чьи зарождающиеся тела собирались воплотится.
  Но не идиллия была целью земной жизни. Характером и прихотливостью каждого изъян будет заложен в отношениях, а значит совьется клубок эгоизма и лжи. Легко преодолев препятствия на пути друг к другу, мы наверняка споткнемся о трудности внутренние, о непонимание между двумя, казалось бы близкими людьми. Предательство и презрение очернят отношения, много боли причинено будет, много страданий пережито, слез пролито - горькая разлука неизбежна.
  Обладая невероятной тонкостью восприятия, мы остро чувствовали и глубоко внимали страданиям, что еще не случились. Заранее проливали слезы из несуществующих глаз и исторгали рыдания несуществующими устами. Мы знали зачем эти мучения, для чего столь незавидную судьбу себе готовим. Мы должны получить урок, не смотря на обиду и разочарование, понять человека что принесет боль. Пусть не удастся сохранить семью. Пусть никогда уже не проснемся в одной постели. Пусть для детей наших не станем примером сознательности. Но, может спустя годы, все же сможем ощутить куда более глубокое чувство, чем часто болезненная страсть влюбленных. Да озарятся души наши любовью разума!
  Голос жены - первое что услышал возвращаясь в реальность. Поднял голову свою, с рук своих, я словно открыл глаза, вновь видя обстановку спальни. С возвращением в реальный мир, вернулась и эйфория, только что пережитые горести были мгновенно забыты. Я тут-же, восторженно, начал делится посетившим меня видением.
  - Милая! Кажется, я только что совершил преступление - узнал смысл наших с тобой жизней. - Супруга оторвала голову от подушки и с интересом посмотрела на меня. Дальше, во всех подробностях я пересказал то чему стал свидетелем, а когда дошел до возвышенной, но печальной цели нашего пребывания на Земле, добавил. - Не переживай, ведь я уже тебя знаю, уверяю что и сам никогда ничего не скрывал. Я уже люблю тебя, той самой, истинной любовью, принимаю такой какая есть и благодарю за то, что пережито нами вместе. Ну ведь правда, скажи, мы уже справились с небесным заданием, что сами себе готовили, а живя дальше, лишь укрепимся друг в друге!? - Голос мой звенел переполненный воодушевлением. В ответ на эти слова в глазах супруги помимо удивления появилось странное будто бы оценивающее выражение. Тогда я не придал этому значения и продолжал говорить. - Одно меня тревожит милая, что оказался там, где человеку не место, узнал то что не следует.
  - Успокойся, - это не преступление. Дурачок. - Усмехнулась супруга, всегда отличавшаяся завидной рассудительностью, - это лишь галлюцинации, употреби больше и не такое увидишь.
  - Не без сожаления и в тоже время с облегчением я с ней согласился. Но в итоге, видение это оказалось пророческим.
  Женщина - прекрасное создание, воспетое в творчестве многими мужчинами. Не счесть восхитительных историй любви, счастливой, трагической, разной. Именно к чтению подобных книг я был пристрастен будучи подростком, часто предпочитая их живому общению. Из прочитанного узнавал все, в том числе и о противоположном поле, однажды ставшем таким важным. В то время, как сверстники обсуждали первые любовные подвиги, я создав в голове идеальный образ школьной красавицы проводил массу времени в фантазиях, находясь в по-книжному удивительном, но и абсолютно иллюзорном мире.
  Спустя годы на протяжении которых с девушками не ладилось я все же пришел к серьезным отношениям, неожиданно возникшим с одной волнительной особой. Для неизбалованного женским вниманием парня, инициативность этой девушки не оставила шансов. Неожиданные фееричные поцелуи, даримые нежнейшими губами, были словно сладкая топь - в них хотелось увязнуть навечно. Случайные встречи, когда без раздумий и страха она вспархивала на меня, обвивая руками и прекрасными длинными ногами, самым впечатляющим образом. Ее живой и разносторонний ум, взаимные увлечения и схожие жизненные цели, все прекрасно дополняло образ девушки мечты. Итог - сильнейшее чувство и многолетний брак.
  Среди знакомых, наша семья считалась успешной. Совместная жизнь, наполненная деятельностью - била ключом. Врожденная в обоих непоседливость подталкивала к действиям. Буквально каждый новый день приносил знакомства и начинания. Порой доходило до безрассудства, рождавшего настоящие приключения, заводившего не только в курьезные, но и опасные ситуации, из которых чудом выбирались уцелевшими.
  С годами сумасбродство поубавилось, уступая место успехам в делах. Каждый из нас добился высокого положения, а мы вместе - материального благополучия.
  Казалось пережитое проверило наши отношения, укрепив взаимное доверие, не оставив места сомнениям. Вот он - близкий и надежный друг, спутник всей жизни и невозможно помышлять о иных отношениях. Прожив вместе годы, мы продолжали строить грандиозные планы, их воплощение с оглядкой на уже достигнутое не казалось чем-то несбыточным. Всматриваясь в будущее, в собственную зрелость и даже старость, я явственно видел и там наш крепкий союз.
  Примерно так в ту ночь закончились мои словестные излияния. Возможно не новизна, но высокопарность произнесенных речей произвела на супругу впечатление. Дальше, инициативу рассказчика взяла на себя она и содержание сказанного ею было не просто ново - оно поражало.
  Вначале даже не мог оценить услышанное, настолько велико было изумление, усиленное действием наркотиков. Я лишь наслаждался потоком пробившегося откровения, охваченный желанием знать - все больше и больше. Выражая восхищение супругой, светился искренним принятием ее слов, спрашивал, уточнял, как мог поддерживал.
  Даже внешне супруга стала другой, было радостно видеть ее искренней, твердой, уверенной в себе, такой схожей с сущностью из видения - собой настоящей. Стало понято - именно такой она и ощущалась, за маской покладистого и рассудительного человека.
  Охватившее жену доверие, а может и безразличие, отбросило прочь все сковывающее ранее, открыв передо мной двери в чрезвычайно волнительный для нее мир.
  Супруга рассказывала о тайных отношениях между родственниками, знакомыми, коллегами, делилась неизвестными мне подробностями о казалось бы далеких людях, не только из своего, но и моего окружения. Открывались весьма деликатные детали, часто порочные связи, странные обычаи. Люди в ее рассказах жили страстями. Практически все описанное было пропитано энергией плотского вожделения, что само по себе удивляло - жена всегда была равнодушна к подобному.
  Настал момент, когда в центре откровений оказалась наша, семейная жизнь и здесь меня ожидало еще больше сюрпризов. О чем бы не заходила речь, будь то успехи в делах, бизнесе, благосклонном отношении видных людей. Во всем супруга многозначительно доносила собственное, ранее неизвестное мне участие.
  Не веря, что окружающие люди могут настолько пропитаться лукавством, я добродушно и больше в шутку интересовался ролью самой жены в подобных отношениях. Реакция на подозрения была обескураживающей. Словно насмехаясь, супруга то резко все отрицала, то спустя мгновение вновь вдохновенно делилась, что лишь чудаки могут лишать себя волнительных интрижек, иногда просто приятных, а иногда еще и полезных, и вполне себе нормальных для здоровых мужчин и женщин.
  В конце концов, перестав допытываться, я просто слушал давая человеку возможность сделать то, что по какой-то причине не было сделано в самом начале наших отношений. Я сполна получал упущенное. Проявилось давно сформированное мировоззрение: где над доверчивыми господствуют хитрые, где успешность человека измеряется его власто и корыстолюбием, где заботливые родители, примером своим, учат чад своих без колебаний топтать слабого.
  Ночь та закончилась, закончилась и прежняя жизнь. Какое-то время, словно по инерции, мы еще были вместе, надеясь что семья сохранится. Иногда молчали избегая друг друга, иногда жутко ссорились. Одно дело предвкушение страданий, совсем другое - страдания наяву. О, как же горьки слезы обид, о сколько их было пролито!
  Спустя время, вспоминая минувшие события я содрогаюсь, недоумевая - зачем люди терзают друг друга, зачем сам столь неистово мучил и мучился?
  Улеглось волнение, боль терпимей стала. Узнав человека с которым долгие годы прожил вместе, к недоумению многих, испытываю уважение: за настойчивость, с которой супруга поддерживала вселенную иллюзий - лишь для меня одного; за все же проявленную честность; за выбор, что хоть и отсрочено был дан; за сильнейшие чувства мужчины к женщине, что довелось испытать; за множество светлых и добрых моментов, что конечно же были в нашей жизни. Более того, я люблю эту женщину, некогда приходившуюся мне женой, люблю той самой - истинной любовью разума.
  Бесценно все, что нас связывало, к примеру - слова, однажды брошенные ею в пылу ссоры: "Ну узнал какая я. Зачем запрещаешь лгать? Почему пытаешься изменить? Смирись или уходи - изменись сам!"
  ***
  Соседи историями своими сделали меня мудрее. Подолгу общаясь, чутко внимая рассказчикам, словно сам испытывал ими пережитое - радовался, страдал, трепетал предвкушением. В неспешных беседах, доносили они всю полноту чувств своих. Тонким животрепещущим моментам хорошо внималось из первых уст и не важно что острота кем-то пережитого безжалостно вонзалась в собственную душу.
  Стараясь сохранить способность к сопереживанию, не мог допустить притупления - брал паузы. Не отличающийся быстротой мышления, часто впадал в задумчивость, осмысляя услышанное, все повторяя и повторяя впечатлившее. Желание узнавать новое возникало не сразу, спустя дни, а то и месяцы, но до сих пор не пресытился продолжая знакомиться с судьбами, внимая им словно открытым книгам.
  Каждый сможет найти близкое сердцу общение - мир полон примечательных людей. Я же напоследок упомяну о женщине, общение с которой продолжилось в русле дружбы.
  Она рано познала противоположный пол. Первую любовь испытала с удивительной для юных лет силой. Началось все с мужчины, что был много старше и легко проник в юное сердце - с искренностью смотря в глаза, шепча простые слова о красоте и доброте.
  Любовь - разочарование. Вновь любовь и вновь досада разлуки. Тем не менее еще одно искреннее, полное преданности чувство, а в итоге уже презрение, ко всем мужчинам. За ее плечами вереница кратковременных романов с надеждой что именно в этот раз все будет серьезно и навсегда. В результате одна, с тремя детьми, от разных отцов и непониманием как жить дальше.
  Неудачи в личной жизни словно рупором усиливались ненавистной городской средой, пока что далекой от мечтаний градостроителей-идеалистов. Изо дня в день она сталкивалась с ее противоестественностью, отводя детей в садик и школу, все по пыльным безликим ущельям улиц. Окидывая взглядом свою квартирку, на бесчисленном этаже, она ясно осознавала жадность строителей, их надежду на авось. Нескончаемый поток машин внизу рождал шум и пыль.
  Она не страдала фобией, но брезговала ходить по общему подъезду, чувствовать запах немытых тел, прикасаться к ручкам дверей, на которых наверняка размазаны нечистоты. В узких лифтах она задыхалась смесью чужого дыхания. Сами горожане, словно продолжение тяжелой угловатости, давили на нее, заставляя мечтать о собственном доме, о близкой устланной зеленью земле, свободной от каменных оков. Даже в прилизанных парках нельзя было укрыться от города, от пьяного веселья его жителей, от не проходящей вины перед собственными детьми. Что будет, когда подрастут? Как станет смотреть в глаза? Наверняка привыкнут, как норму воспримут условия в которых выросли, не подозревая что окружающие человеческие творения часто олицетворяют корысть, а значит никогда не сравнятся с щедрой красотой природы.
  Легко представить радость женщины, когда в Обществе оказалась в собственном доме. Долго поверить не могла. Все стука в дверь ожидала. На детей по привычке покрикивала если баловаться начинали, боялась что топотом соседей побеспокоят. Сама прислушивалась, когда над головами кутеж начнется. Потом с облегчением вспоминала - никого внизу нет и вверху тоже. Посмеивалась над страхами столь привычными городскому жителю - вокруг была тишина.
  Одно только существо своей необычность нарушало спокойствие - уже известный вам Неваляшка. С улыбкой женщина вспоминала, как забавляя детей он ловко меж ними катался и песенки распевал, как все со смеху покатывались, когда хозяина из себя строил, забавно покрикивая на роботов-уборщиков, поторапливая и называя бездельниками. Забавный шар оказался отличной нянькой и учителем, усердно делал с детьми задания, показывал занимательные уроки.
  В восторге время пролетело. Дети в учебе подтянулись, за что Неваляшка горд был. К новой работе, под самыми окнами, привыкла. Казалось, сбылась мечта сокровенная. Но не зря говорят, - и рай наскучить может. Не смогла столь долгожданную тишину полюбить, сама не понимая почему - тосковать стала. Глядя на нее - дети погрустнели. Соседи из ближайших нелюдимые оказались. Центра в их поселке тогда еще не было. Корила себя - заразил-таки город суматохой своей, прикипела к шуму да толкотне. Из-за тоски, однажды села и разревелась. Неваляшка рядом оказался, успокаивать начал, что случилось стал спрашивать. Она ему открылась, дурой неразумной себя назвала. Все пройдет - уверяла. Ни за что назад не вернется, в этом была уверена.
  Не одна она с такими печалями оказалась. Нашлись в Обществе небольшие уютные поселения - домики в тесных группах состоящие. В итоге, переехали. Вновь суета вокруг, крики, стуки. В тоже время ни одного незнакомого лица и раздолье - вот оно, рядом! Зелени полно, чистого воздуха сколько угодно в садах все утопает. Подружки-болтушки. Беготня и радостные вопли ребятишек.
  На мой вопрос. - Почему одна до сих пор? - Женщина отвечала, - что не хочет терпеть очередного мужлана, думающего силой, а не головой. Грубого, одурманенного, пахнущего. "Хозяина", без малейшего уважения к чужому труду, входящего в дом не стряхивая сора. "Мужчину", способного в пылу ссоры поднять руку.
  Зачем терпеть дикость - вокруг есть все для нормальной жизни и воспитания детей. Прошли те жуткие времена, когда повадки животного позволяли выживать, более незачем мирится со злодеяниями. Лишь помнить и сострадать нужно тем многим поколениям женщин, что были избиты, изнасилованы, униженны и искренне верить, что такое не повторится. Хватит - настрадались!
  ***
  Дальше расскажу историю из своей жизни, поведаю об отношениях, возникших с чудесной девушкой. Историю о любви, о чувстве, что не спрашивая разрешения селится в человеке и начинает властвовать. Заложенное самой природой, оно направлено на продолжение земной жизни и часто противоречит голосу разума. Согласитесь, сокровенные отношения между мужчиной и женщиной весьма волнительны и часто поучительны.
  Началом послужила очередная моя жалоба Арктуру, на приевшуюся тишину кабинета, и просьба хоть как-то скрасить однообразные часы корпения.
   - Могу предложить живую картинку и звук, из самых разнообразных мест Земли. Увлекательные виды природы, чьей-нибудь жизни. - Без промедления, ответил верный помощник. - А еще, усердствующих стариков, бесшабашную молодежь - шумную, веселую, компанейскую, большие семьи с их гамом и суматохой. Осталось мало мест откуда размеренная или наоборот кипучая жизнь не может влиться в ваш дом. Многие жители Общества сейчас открыты. Сама Жизнь в ее многообразии непрерывно транслируется в Сеть.
  Последовал совету, я начал с мест безлюдных: c вида и звука прибоя, с пронзительных и в тоже время мелодичных криков чаек, с журчания водопадов окруженных пением тропических птиц, с диких пляжей где лишь изредка, скрипя галькой, проходят люди. Столь естественное, не назойливое окружение долго и щедро одаривало плодотворной безмятежностью, пока черед не дошел до созерцания человеческих жилищ.
  Вновь оправдываясь перед собой за бесцельно уходящее время, я часами отдавался новому увлечению - невидимым зрителем присутствовал в чужих домах. Посредством камер, будто бы летал из комнаты в комнату, неотрывно следуя за обитателями. Бывало наоборот, оказавшись в безмолвной обстановке с трепетом разыскивал жильцов, чувствовал себя воришкой и содрогался - за очередным углом наткнувшись на хозяев.
  Не мудрено, что одинокого молодого человека зачастую интересовали места обитания девушек. Столь очаровательные представительницы человеческого рода способны легко захватить внимание, как своим видом, так и занятиями. Не подозревая о широте собственных предпочтений, я восхищался множеством красавиц. Темные и светлые, низкие и высокие, озорные и задумчивые - мне нравились многие. Даже строки что вы сейчас читаете писались в "присутствии" молодой особы, без устали, не первый час, шествующей по комнатам своего дома, напевающей песенки и наводящей только ей одной понятный порядок. Полы легкого облачения девушки словно крылья взмывали при порывистых движениях, магической силой рождая во мне смятение.
  Колеблясь между желанием познакомиться или так и остаться зрителем, я вновь и вновь был не в силах переступить черту реального общения. Внутренне чувство твердило - "не в этот раз". Милая внешность, пластичные движения, приятный голос - еще не все. Нужно узнать человека - успокаивал я себя и тут же насмехался над собственной нерешительностью.
  Сомнения, как правило, длились не долго - ровно до момента, когда взгляд натыкался на висевшее в углу экрана текстовое поле. Работа довлела своей необходимостью - призывая продолжить. Взвинченный, с остервенением, я брался за дело, буквально титаническим усилием трансформируя возникшее желание в энергию для работы. Трансляцию же прерывал вовсе, а на следующий день вновь созерцал жизнь уже другой девушки, в итоге опять колебался между незримым присутствием и возможностью проявить себя.
  Только один раз не совладал с возникшим желанием, из-за той, что в последствии стала - любимой.
  Поначалу впечатлил ее дом, необычный, запоминающийся убранством, плавными изгибами стен, едва ощутимым цветом окраски стен, иллюзорной глубиной идеальных плоскостей пола и потолка. Комнаты в доме были округлыми, но по высоте состояли из прямых линий. Схожей формы была мебель. Планировка напоминала чуть приплюснутые овалы, разных размеров, пропорции и сопряжения которых казались красивой живой материей. Охваченный любопытством, воспользовавшись отсутствием хозяйки, я побывал везде, даже в ванной.
  В одной из комнат, прямо в стене начинался прозрачный всепогодный коридор. Под покровом сада, он вел в высокое куполобразное здание-оранжерею с растущим в середине деревом - настоящим и большим. Ветви раскидистого исполина усеивали оранжевые незнакомые мне плоды, а подножие устилал ухоженный газон с хаотично расставленной мебелью.
  Осмотревшись я сообразил, что нахожусь в своеобразном "зеленом" офисе. Стоял стол с включенным терминалом и рабочими принадлежностями. У древесного ствола находился уютный шезлонг, журчал небольшой фонтанчик.
  Через Арктура я узнав, что хозяйка дома в саду и поспешил переключиться на улицу, воспользовавшись местным дроном - устройством внешне схожим с рыбой, а по сути являющимся видеокамерой способной плавать в воздухе. Через мгновение уже парил в нескольких метрах над одной из тенистых тропинок. Приноравливаясь к управлению стал крутился на месте. Замелькали деревья, и та самая оранжерея, снаружи похожая на гигантский гриб с бочкообразной толстой ножкой и полупрозрачной крышей-шляпкой.
  С мальчишеским азартом я свыкался с новым способом присутствия. Обтекаемым телом "рыбы" пробивал густые кроны деревьев - выныривая ввысь. Любовался безбрежной голубизной небес и вновь погружался в толщу колышущейся зелени, чье прикосновение казалось ощущал кожей. Спускаясь к земле будто бы вдыхал аромат сладкого нектара, исходящий от россыпи цветов. Снова взмывал и с умилением терся о раскрасневшиеся бока яблок.
  Неожиданно за одним из деревьев я увидел другую рыбу-зрителя. Управляющий ею человек завидев меня, кажется, испугался - рыба бросилась прочь. Из солидарности, я стал догонять. Петляя меж деревьями, мы некоторое время играли в догонялки, пока убегающий неожиданно не прекратил всякое движение, лишь по инерции продолжая плыть в воздухе. Не разбирая что происходит, я догнал чужой дрон, ткнулся в него носом и только тогда, в прогале деревьев, заметил то отчего замер сам.
  Все увиденное ранее - померкло. Передо мной открылась лужайка, сплошь устланная частыми ровными рядами клубники. В голову пришла мысль - человеку невозможно пройти меж этих рядков и не растоптать нежных растений. Разгадка был рядом, поведя взгляд в сторону я изумился, - волшебным образом, не касаясь зеленого живого ковра, в воздухе возлежала девушка, одетая в голубое платье. Она буквально парила, под ней определенно виднелся просвет, лишь подол длинной юбки едва пригибал податливые клубничные листочки.
  К стыду человека неплохо разбирающего в технике, я не сразу сообразил - дело в едва различимой площадке, скользящей по сливающимся с фоном стальным струнам. Легкий полог защищал девушку от солнца, дуновение ветерка несло свежесть, трепетно касаясь воздушного платья.
  Клубничная фея, посреди сказочной лужайки, занималась обыденным делом - обирала спелую красную ягоду в обилии рассыпанную вокруг. Видение это навсегда осталось в моей памяти.
  По своей бесславной традиции, я вновь возжелал, но знакомиться не решался. Каким бы сильным ни было чувство симпатии, что-то еще более весомое будто якорем удерживало от признаний.
  Как мудрец, что обладает бесценными знаниями, но не может найти простых слов чтобы донести их людям. Как пылкий влюбленный исполненный самых нежных признаний, но незнающий языка возлюбленной. Так и я, при встрече терялся, был бессилен предстать таким какой есть. Одно только предвкушение знакомства ввергало в ступор. Других способов заявить о себе не было, - не нажил и даже не желал богатств, вместо того стремился к достижениям ума, но и они лишь призрачно маячили на горизонте.
  Внутренне готовый, что уже завтра увижу свою фею с каким-нибудь бойким парнем, я понимал, нынешнее ее одиночество временно, даже противоестественно. Изо дня в день, наблюдая, как она просыпается, завтракает, работает в своем зеленом офисе, а в перерывах танцует, отдаваясь музыке, я представлял, как тикают гормональные часы, как истекают последние мгновения девичества - пора безмятежного порхания.
  Неспособность побороться за право быть рядом не мешала узнавать Клубничную фею. С остервенением близким к самоистязанию изучал ее профиль в Сети. Чем больше мне становилось известно, тем сильнее желал ей счастья. А однажды воспрял, - посмев надеяться, что сам смогу быть ей причастен. Наткнулся на статью, на ее работу, где откровенно говорилось об охватывающих молодую девушку желаниях, о зове созревающего тела, что не раз овладевал помыслами, не оставляя места для чего-либо другого, кроме стремления ощутить прикосновение мужчины. Ей такой нежной и женственной безумно хотелось прижаться, закутаться в объятия любимого, задохнуться от восторга близости, от счастья единения. Слушать его теплые слова - дарить всю себя. Не скупясь в красках, она описывала собственное томление - суть пробуждающейся женщины.
  Особенно интересное статья имела продолжение. Словно ушат холодной воды на разгоряченную голову читателя изливалось нечто совершенно отличное от начальных романтических настроений. Весьма скрупулезно девушка описывала, как учится сдерживать свои чувственные порывы, как волевым усилием заглушает зов тела, как сознательно ограничивает круг общения - банально избегая парней.
  Образованная, она отлично понимала биологию человека, осознавая насколько сильно и часто непритязательно заложенное в нас влечение. Легко отдаться мимолетному желанию животного, но что потом делать человеку? Одно, если в плотском порыве ты повстречаешь человека с аналогичными желаниями, когда цель двоих - лишь удовольствие. Совсем другое, когда второй хочет большего - долгой жизни вместе? Кто с чистой совестью преступит доверие?
  Я за последовательность в отношениях, - писала Клубничная фея. - Для начала удаленное общение: переписка, разговоры, все что позволяет узнать друг друга на расстоянии. Только по истечении времени, если сохранится желание, можно рискнуть вдохнуть друг друга, дать телам возможность проявить себя - пройти либо провалить экзамен живого общения.
  Пусть первый этап, сложный и многогранный, определяет течение совместной жизни. Если взаимопонимание и уважение возникнет в платонический период, семья с высокой вероятностью сохранится, даже когда схлынет пелена чувственного влечения.
  Пусть чувство зарождается на единении умов. Пусть не слепой случай определяет успех союза двух людей, а их осознанность. Достаточно проявить терпение и можно не страшится угасания страсти, ведь отношения в своей основе будут иметь нечто более крепкое и долговечное.
  Дочитав статью девушки, я живо представил двух близких друзей чьи доверительные отношения возникли на основе общих интересов, взаимной честности и равноправии. Любовь между мужчиной и женщиной являлась дополнительным бонусом, что скрашивая отношения делает их ярче. Такие люди действительно будут рассудительнее, даже если случится расстаться смогут сохранить уважение и с высокой вероятностью не причинят боли.
  Рассуждения Клубничной феи кому-то покажутся наивными, кому-то бездушными, чрезмерно практичными - меня они вдохновили. Никогда бы не догадался столь прагматично взглянуть на зарождение союза мужчины и женщины и что удивительно - попытаться сделать его крепче.
  Я стал частым гостем этой девушки - гостем незримым. Меня не прогоняли, скорее всего она даже не интересовалась "присутствующими". Шли дни, недели, я привык к нескончаемому фильму с полюбившейся "актрисой" в главной роли. Когда Клубничная фея была дома, Арктур где мог следовал за ней стараясь не упускать из виду. Мне нравилось работать слушая звуки мягких шагов, то как она стучит дверцами, гремит посудой, что-то тихонько напевает. Множество уютных звуков, так свойственных домашней жизни, рождал быт ее далекого дома.
  Однажды я погнал дрона-рыбу за Клубничной феей в школу, где она работала. Как хвостик плыл позади. Раздражения девушка не проявляла. Добравшись я примостил "рыбу" в ветвях дерева, а сам подключился к школьной системе наблюдения и вместе с ребятишками "сидел" на уроках - познавая свою фею в роли учительницы.
  Восхищало умение девушки ладить с детьми, привлечь внимание, вызывать уважение. В шумном ребячьем вихре она чувствовала себя уверенно, у меня же, даже от виртуального присутствия, начинала болеть голова. Удивляло содержание ее предмета, то как последовательно дети учились говорить правду, не стесняясь другого, кем бы он ни был. Даже мне, взрослому человеку, было что подчерпнуть и позже я узнал почему - сама Клубничная фея была выпускницей Школы Общества.
  Множество других случаев соединялись словно снежки нежности, образуя во мне лавину растущей симпатии. Критическим стал ее разговор с подругой, по женскому обыкновению состоящий из обсуждения сердечных дел, а в итоге, как водится, перешедший на мужчин в принципе. Именно из этого разговора узнал восхитительную для себя новость - сердце Клубничной феи свободно! Как и я, подруга недоумевала - почему она до сих пор одна?
  - Не встретила еще сильного человека, - отвечала моя избранница, а на услышанный совет - обратить внимание на спортивные залы, - смеясь поясняла. - Для нее сильный мужчина не всегда атлет. Наоборот, его легко спутать с уступчивым. Поверхностным взглядом отнести к слабовольным. Лишь проницательный сможет понять истинные мотивы такого человека, разглядеть силу в искренности и доброте, в способности думать загодя - не дожидаясь раската грома. Выбравший путь сознательности - заинтересует меня, такой мужчина станет примером нашим с ним детям.
  ***
  Привет, Клубничная фея!
  Имя твое конечно знаю, просто первое знакомство случилось на садовой лужайке, где в образе волшебницы ты собирала клубнику.
  Уже который месяц нахожусь рядом - для тебя незримо. Испытывая страх потерять обретенное, все же должен проявить себя - написать, что думаю.
  Когда твоя жизнь проходит рядом - хорошо работаю. Когда ты задумчива - плодотворно размышляю. Когда что-то напеваешь - отдыхаю. Твое присутствие, пусть даже столь ограниченное, использовал самым эгоистичным образом и дело мое близится к завершению. За время что тебя знаю просыпаться стал с волнением, с боязнью, что вот сегодня увижу с другим. Терзаясь - негодовал, без устали постегивал свою медлительность, тычками шпор-упреков.
  Испытывая к тебе влечение - сомневаюсь, возможно оно просто надумано, ведь я ни разу не был рядом. Ты же вовсе меня не видела, не слышала и мы оба не вдыхали друг друга. Сама возможность нашего союза под вопросом, но твоя внешность, манеры, движения вызывают во мне симпатию. Более того, разумом испытываю чувство, что можно назвать любовью. Чувство основанное на увиденном, услышанном, прочтенном, на поступках свидетелем которых стал, на притяжение к человеку которого знаю, наверное лучше чем кого бы то ни было.
  Милая, Клубничная фея, надеясь на близкие отношения - предлагаю дружбу. Лишь малая часть этого желания нашла выражение в книжице, что ты сейчас читаешь. Из нее же, сможешь понять какой я сам и к чему стремлюсь. Нет смысла показывать руки без того что они сделали, как и нет смысла хвалиться головой без созданного с ее помощью. Прежде чем шагнуть навстречу я, как древний рыцарь, должен был одолеть своего злого дракона и облачиться в сияющие доспехи, как райский павлин отрастить и распустить веер обворожительного оперения. Сейчас же, если еще не поздно, предлагаю судить по делам.
  В своем рабочем кабинете, кажется, провел вечность. Все из окружающей обстановки стало обыденно и знакомо. Все за исключением экрана, где мог лицезреть твою жизнь, и прозрачной части стены - огромного окна, что становилось спасением, когда ты спала. В минуты отвлечения взгляд вяз в созерцании шелковистой листвы. При этом, часто вспоминались услышанные от тебя слова. - "Каждый из людей уникален". - Вот и каждый листик, веточка обступающих дом деревьев представлялись мне особенными и эта неповторимость очаровывала, рождала самые разнообразные мысли, окрашивая их то счастливым восторгом, то щемящей тревогой. Ты и я, все мы, как эти веточки да листики, каждый со своим изгибом, узором. Каждый по-своему видит мир.
  Милая фея, строки, что ты читаешь написаны здесь, за этим самым рабочим столом. Многое из их сути родилось под гипнотическим влиянием всегда особенной жизни, что не только дарила вдохновение, но и заставляла сомневаться в нужности моей работы.
  Неужто со своими нравоучениями, желанием сделать людей лучше, я покусился на святое - на уникальность каждого? Неужто просиживая в одиночестве, занимался самообманом, целиком поддавшись азарту созидания мира идеального - забыл о реальности? Стремясь к совершенству, пытался установить общие для всех ценности, даже не усомнившись - нужно ли людям мое писание.
  И пусть забавно представлять миры, где в гармонии соседствуют обманщики и обманутые, воры и обворованные, мучители и их жертвы, убийцы и желающие умереть от их рук. Возможно, действительно, такие места существуют. Пусть и искусственные, кем-то созданные - подобие виртуальной иллюзии, в чреве фантастической, надежно запертой машины. Ясно, что никто из разумных не пригласит к себе и тем более не возьмет на себя убийство, - пусть и убийцы. Никому ведь не нужен будешь если взрастишь в себе злодея. Пожалуй, только зверям, что с удовольствием пожрут себе подобного, не заботясь о будущем твоей души, ибо в дикости своей не способны на такое могущество. Так и мы, люди - этого не можем.
  Так успокаивал себя. Так убеждался - нужно что делаю! Ибо не каждый из людей хочет остаться бренным зверем. Выбор ведь есть, а я напоминаю о нем.
  Стоит ли делать то, что уже сделано до тебя?
  Думаю, да, если дела твои исходят от сердца. Так однажды, четко представил, как вызревали мысли того или иного человека, как в голове его годами перерождалось впитанное. Творчество, мысли некогда живущих людей обретали новые формы, но по сути своей сохраняли прежнее содержание. Поколение за поколением какая-либо идея совершенствовалась, оттачивалась, адаптировалась под ныне живущих и каждый раз считалось - достигнуто совершенство, пока не рождалось новое поколение и кто-то, загораясь той-же идеей, в расцвет сил своих - будоражил умы. Часто, дети взращённые на творчестве своих отцов превосходили их, но в тоже время сами становились родителями.
  Но как быть, когда твои предшественники Бог и Человечество? Как созидать, когда первый совершенен, а второе многообразно? Даже надежды нет охватить, осмыслить их полностью. Ограниченному не дано постигнуть всю Божью полноту, так и при самом детальном описании останется область Человеческого, что может оказаться исковерканной костными попытками все упорядочить.
  Страшась ввести в заблуждение, делюсь только тем что постиг сам. В награду за труд свой надеюсь обрести тебя и будет совсем хорошо если сделанное укрепит устремления многих. Узнав тебя, милая фея, я понял для чего живу. Осознал ту веру с которой не страшно умереть. Почувствовал, как исполняюсь почитаемой тобою верой, что поселившись в людях способна утвердить род человеческий в его дальнейшем бытие.
  ***
  Близко-близко, передо мною ее лицо. Отчетливо видны каждая ресничка, каждая складочка губ, удивительно ясные глаза и бездонные зрачки, в глубине которых хочу уловить мысли без недомолвия, что рождает неуклюжесть слов. Хочу убедится, что влюбляюсь в действительно настоящую - в не созданную кем-то иллюзию.
  При кажущейся близости, она по-прежнему далеко, все так же находится в своем доме, за пол земного шара от меня. Лишь одно отлично от прежнего времени - она знает, что смотрю на нее, и тоже видит меня.
  Уже который день мы неразлучны, болтаем без умолку, делимся сокровенным. Иногда утомленные замолкаем, пока кто-нибудь не выдержит и не начнет отправлять забавные строчки, тогда тишина отступает вновь.
  Звук нежнейших колокольчиков, проникающий в самое сердце, я слышал и раньше, но сейчас ее хрустальный смех стал особенно драгоценным, - она смеется со мной. Глаза девушки искрятся живыми огоньками, на щеках проявляется румянец. Разделяющее нас расстояние бессильно ослабить силу женского обаяния. Полностью одержимый чарами, что буквально заполняют пространство вокруг, я с облегчением осознаю - рядом нет других мужчин, иначе и они были бы сражены.
  Прямо спрашиваю ее. - Чувствуешь ли торжество своей власти?
  - Порой чувствую, - каким-то приглушенным голосом отвечает она и отводит глаза. Я же превращаюсь в стальную пружину, говорю какую-то неуместную остроумность и вновь становлюсь податливым, словно губка впитывая томительные мгновения.
  Где мы только не ходим, оказалось оба любим гулять. Неваляшки, демонстрируя удивительную способность к проходимости, следуют за нами по горным склонам, заросшим густой травой лесам, самоотверженно пробираясь по затейливому переплетению корней, сквозь сухой валежник. Проворные провожатые позволяют одновременно находится в двух местах: мне там, где гуляет она, ей там, где гуляю я. Такая двойственность рождает необычную атмосферу. Занимательно идти меж вековых дубов и в тоже время явственно созерцать шумную горную реку. Удивителен контраст усыпанного снегом склона, искрящегося под лучами солнца, где милая фея мчится на лыжах, и зеленого луга с россыпью ярких цветов, по которому бегу я.
  Проявляя нерешительность, мы долго удовлетворяемся виртуальным общением, стремясь сохранить хрупкость окружающего нас волшебства. Но при всем желании, реальную встречу отлаживать нельзя. Как мужчина, беру на себя бремя первого шага.
  Сборы напоминают отъезд из сказочного Синегорья, та же тоска о привычном окружении, то же волнение неизвестности, а в результате убежденность - совершаемый поступок будет шагом вперед. Оставляя дом на попечение Арктура, я спокоен, не переживаю за сохранность сада, которому отдано не мало сил. Уверен - новый житель Общества будет достоин продолжить мой труд, кем бы он не был, Арктур станет ему верным другом.
  Для отъезда вновь выбираю автобус, а когда позади остаются многие километры вспоминаю былого провожатого - медведя. С улыбкой выглядывая в окно, понимаю - здесь такого не увижу. Вместо этого осознаю, что окружен людьми. В автобусе ни одного знакомого, но нет и былого равнодушия. Пробегая взглядом по лицам, начинаю угадывать, кто криклив, кто ворчлив, кто наоборот - жизнерадостен и добр. Есть те, кто заблуждаются, выстроив вокруг себя ограниченный мирок, есть те, кто открыт и испытывая духовный голод стремится понять саму суть вещей. Все эти люди особенные и все мне сейчас близки. Пока что робко, наполняюсь любовью к каждому.
  Благоговея перед многообразием жизненных путей, воображаю, что мужчина сидящий справа - строитель космодрома, он недавно расстался с семьей. Мысли этого человека мечутся между уносящимися в космическое пространство кораблями и любимыми детьми, которых вынужден был покинуть. А тот что слева - врач, он часто спасает, продлевает жизни, и его внутренний мир полон переживаний.
  Размышляя о поучительности людских судеб, о великом смысле, заключенном в столь многоликом действе, я переполняюсь гордостью, что сам являюсь человеком.
  За время пути мы с Клубничной феей ни разу не поговорили - решили накопить напряжение перед реальной встречей. Я сознательно не сообщил, когда приеду и попросил меня не ждать - жить обычной жизнью. Ограничения действительно наполнили нервозностью. Пик волнений настиг в школьном коридоре, в месте где лишь недавно путешествовал посредством камер. Легко представить, как разнятся ощущения между присутствием реальным и виртуальным, когда все вокруг знакомо, вплоть до мельчайших деталей, но ты уже не невидимка, все с интересом поглядывают на незнакомца. Зная наизусть путь к ее кабинету, я двигаюсь как во сне, непрерывно подавляя желание развернуться и уйти. Группа идущих навстречу ребятишек придает сил, их лица знакомы, это ученики ее класса. В затуманенном волнением сознании всплывают воспоминания, как часто завидовал этим детям, их возможности видеть ее воочию. Тут же, со всей ясностью до меня доходит, что и она где-то рядом. От этой мысли, в панике начинаю разворачиваться, все же намереваясь уйти и буквально на нее натыкаюсь, тихонько идущую позади.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"