# Я - Ангел. Часть 2: Между Сциллой и Харибдой.Глава 1. Шахматный этюд в поэтических тонах

Сергей Николаевич Зеленин

Сказать по правде - невероятно странный главный герой получился у аффтыря! Попав в эпоху НЭПа и обнаружив её сходство с нашими "лихими 90-ми", он бежит с инфой об послезнании не к Сталину - а к теневому дельцу, дружит не с Лаврентием Берией - а с судимым за коррупцию крупным партийным функционером, перепевает не Высоцкого - а рэпера Децила... Короче, ведёт свою собственную игру - решительно отвергнув все классические попаданческие каноны! Впрочем - читайте и сами всё узнаете.

"...В результате Советская Россия вступила в полосу мирного строительства с двумя расходящимися линиями внутренней политики. С одной стороны, началось переосмысление основ политики экономической, сопровождавшееся раскрепощением хозяйственной жизни страны от тотального государственного регулирования. С другой - в области собственно политической - "гайки" оставались туго закрученными, сохранялась окостенелость советской системы, придавленной железной пятой большевистской диктатуры, решительно пресекались любые попытки демократизировать общество, расширить гражданские права населения. В этом заключалось первое, общее по своему характеру, противоречие нэповского периода", - Мир знаний "Экономика России в годы НЭПа".

- Ты... АНГЕЛ?!

Морщусь, как по запарке выпивший вместо сладкого вина кислый уксус:

- Миша! Только не спрашивай - где мои три пары "крыльев": мне это уже несколько поднадоело за эту вечность. И надеюсь, что наш с тобой маленький секрет останется меж нами - а то...

Я красноречиво посмотрел вверх - через потолок на Небеса и легко щёлкнув по кончику мишкиного носа:

- "Мне мщенье и аз воздам" - как между нами - ангелами, говорится.


Ну, а что я ему ещё скажу? Что я - попаданец? Так, человек из будущего - всего лишь человек: ему можно, например - раздробить молотком по очереди пальцы и тот весьма словоохотливо расскажет всё, что знает... И что не знает - тоже весьма охотно расскажет.

А вот проделать то же самое с ангелом - далеко не каждый из смертных решится!

Лишь бы он уверовал, что это действительно ангел - а не фуфло какое лысое.


Вижу, у него много вопросов - и не только насчёт моих "ангельских крыльев", поэтому поспешно опережаю его, навсегда закрывая этот вопрос.

- ...Вообще ни о чём больше не спрашивай - я и так сказал тебе, больше чем надо. Ты, вообще для чего ко мне пришёл, Миша? "Бородатые" фокусы показывать, которые я знаю с момента их изобретения?

Тот, помолчав, на удивление быстро справившись с изумлением и оторопью, собравшись с духом выпалил:

- Я хочу быть с тобой и ребятами, Серафим...

Насмешливо смотрю:

- А для чего? Просто так за компанию, что ли?

- Я хочу помогать тебе, Серафим, во всех делах - что ты задумал. И прости меня за мои сомнения в тебе...

Он опустил голову.


- Наконец слышу глас не отрока, но мужа!

Достаю из сейфа папочку, из неё лист бумаги и подаю ему:

- Вот, возьми и никогда больше - даже в предсмертном бреду не говори, что я обещаю - но не делаю.

Читает, но не понимает смысла. Возможно волнуется...

- Что, это?

- Глаза дома в стакане с водой забыл, что ли? Так же написано по-русски: "Рекомендация". Ты очень хорошо проявил себя в операции "Чужой", очень понравился нашим нижегородским чекистам в деле и, они рекомендуют тебя для прохождения учёбы и службы в "Дивизию особого назначения " при ОГПУ, в Москве.

Служба в этой элитной части - это серьёзная заявка на карьеру в этой могущественной "конторе".

Я заговорщически Мишке подмигнул:

- Правда, эта дивизия ещё не создана - так кто про это знает, кроме нас с тобой, верно? Но, сперва тебе надо подрасти чуток и закончить школу. И крайне желательно - на "отлично"!

- Нам оценки не ставят - не старая школа.

- Вот это и хреново! Впрочем, человек желающий добиться в жизни какой-то цели - сам себе должен ставить оценки, а не школьный... Как вы их там меж собой называете?

- "Шкрабами".

- Вот, вот!


Чуть позже, несколько озабоченно:

- Но, сначала ещё кое-что для меня сделаешь и заодно сам кое-чему научишься... В Ульяновске и его окрестностях мне нужна своя агентурная сеть, Миша. Чтоб я сам, а не через товарища Каца знал, кто в мою сторону "ветра пущает". Причём, надо сделать так - чтоб "агенты" не подозревали о том, что они - агенты и тем более понятия не имели - на кого работают.

Тот, осторожно отбояривается от столь высокой чести:

- Серафим! Мой покойный "père" считал шпионаж делом... Ээээ...

- ..."Низким"? - подсказываю и предельно жёстким тоном, - вот и очутился твой "père" в расстрельном овраге (и не только он!) с таким мировоззрением. А для британцев, шпионаж - "игры джентльменов"!

Вижу, внутренне соглашается, но несколько очкует:

- Серафим! Я думаю, ты сильно преувеличиваешь мои умственные способности...

- Ха! Было бы что "преувеличивать", - взлохмачиваю пятернёй его коротко стриженные волосы, - это, Миша проще - чем тебе кажется! Тем более речь идёт не о княжестве Монако, к примеру - а о вполне заурядной российской глубинке, царстве непуганого доверчивого лоха... Так, что Миша - "самоотвод" не принимается: "не можешь - научим, не хочешь - заставим"... Хахаха!

Я, довольно бодренько рассмеялся.

Мишке, правда, было не до смеху.


***

Сказать откровенно, меня бы кто научил!

Но у меня на компе есть немало книг о работе и методах работы спецслужб, мемуары известных в конце двадцатого - начале 21 века шпионов-разведчиков: от нашего с вами "родного" КГБ - до ЦРУ, "Штази" и "Моссада"...

Нереально, скажите? Всё это брехня? Настоящих секретов никто не расскажет? А эти опусы рассчитаны на жующий жвачку "электорат", который всё схавает?

Безусловно, вы в чём-то правы...

А как же тогда советское карате?

Какой-нибудь спортсмен-энтузиаст в "застойные" 70-е годы, купив у моряка дальнего плавания соответствующую книжку с красивыми картинками и непонятными надписями на японской мове, да просмотрев по видаку пару видосов про "восточные единоборства" в каком-нибудь подпольном видеосалоне - объявлял себя "сэнсеем", набирал группу - тренировал её и тренировался сам.

И, когда рухнул "железный занавес", весь мир узнал что в СССР, оказывается - "секса не было", а вот своё - советское каратэ, было!

И, кстати, весьма даже приличное: наши то не знали, что их кумиры - Чак Норрис и Брюс Ли, некоторые свои "приёмы" для кино с помощью комбинированных съёмок делали и разучивали их всерьёз...

И, получалось!

Так, почему у нас с Мишей не получится?


***

Достаю из сейфа довольно толстую брошюрочку:

- Это тебе. Бери и изучай как раввин Тору.

- Что это?

- Читать не умеешь?

Опускает взгляд:

- "Переписка Каутского с Троцким".

Подняв голову изумлённо на меня таращится, открыв рот. Я ржу:

- Ты бы видел сейчас свои глаза, Миша! Хахаха!

- Не понимаю...

- А ты хочешь - чтоб тебя застукали за чтением "Истории всемирного шпионажа"?

Открывает, листает, читает брошюрку и лицо его мигом просветляется:

- Хахаха! Ловко придумал!

- Учись, Миша, пока я не вознёсся - глядишь пригодится, когда... Это всего лишь первый "конспект", ознакомишься с этим и сдашь "экзамен" - получишь следующий. А этот вернёшь!

Что-что, а память у бывших дворян-гимназистов цепкая и крепкая - давно заметил. Это вполне объяснимо: сами попробуйте пару иностранных языков (французский обязательно) в самом раннем детстве выучить, затем в школе - латынь, древнегреческий... Да ещё и кучу молитв на церковно-славянском на все случаи жизни.

А вот соображалка у них - по сравнению с памятью, сильно отстаёт!


Недолго помолчав:

- Далее, Миша... "Официально", мы с тобой в большом раздрае - после дела этого недоделанного заговорщика Сапрыкина. Типа, "славу" не поделили! Тебя до самого пуза почётными грамотами увешали, Каца почётным оружием наградили, Фролу Изотоповичу руку крепко пожали, а я типа - не при делах оказался... Вот и "надулся" как мышь на гору! Пусть так и дальше продолжается - разубеждать не следует. Конечно, не переигрывай - кругом не так много дураков, как тебе кажется. Холодное, строго официальное общение и только по делу. Когда же уедешь - связь будем поддерживать через какой-нибудь "почтовый ящик", позже конкретней договоримся... От ребят тоже - потихоньку отдаляйся, окончательно ни с кем не порывая. Ладно, про это чуть позже.


- Теперь, далее по моим обещалкам... Ты же вроде с Андреем Жданововым знаком по нашей бузе с хулиганами?

- Конечно, знаком! По крайней мере, за руку каждый раз здоровались...

- Продолжай это знакомство да, почаще: этим летом Жданов станет Председателем Нижегородского губисполкома РКП(б), а в 1934 году - Ленинградского...

Заговорнически подмигиваю и шёпотом:

- Смекаешь, про что я?

От нечаянной радости, аж со стула соскакивает, прикладывая ладонь к груди напротив сердца:

- Серафим, да я... СЕРАФИМ!!! Ты, ты...

- Сядь, успокойся и не благодари. Я всего лишь показываю дорогу, а топать по ней тебе придётся своими ногами! И я не обещаю, что путь твой будет лёгок, а жизнь приятна и безмятежна - как о том мечтает большинство двуногих тварей, вообразивших себя "сапиенсами"...


***

Посмотрев в окно, подождав когда он успокоится и снова начёт хладнокровно соображать, я продолжил:

- Теперь, про наших ребят... Увы, Миша, но этот путь тебе придётся проделать в гордом одиночестве. Помнишь, я вам про группу альпинистов рассказывал?

Оживившись:

- Как не помнить? Очень у тебя наглядно тогда получилось: один лезет на вершину - другие его подстраховывают. Лидер группы поднялся на одну "ступеньку" - подтягивает всю команду к себе наверх... "Командная работа", одним словом - ты нам постоянно про неё талдычил.

- Молодец, хорошо запомнил!

Понизив голос, говорю:

- Могу добавить: один из группы альпинистов продвигается к вершине самостоятельно, тайно и несколько в стороне. Он зорко поглядывает за своими подопечными... Возможно в оптический прицел-телескоп! И, если видит что им угрожает какая-то опасность... Ну, например какая-то другая группа альпинистов - со своим собственным лидером, мешает им подняться на следующую ступеньку... Мне продолжать, Миша?

Предельно посерьёзнев:

- Пожалуй, не надо - я всё понял. Хотя...

- Смелее, я тебя не укушу.

- Кто же в конце концов - окажется на самой вершине? Я или лидер нашей группы? И как мы её между собой делить будем?


Ну, что сказать? Очень умный мальчик и задаёт очень умные и своевременные вопросы.

Тяжело вздыхаю:

- Хорошо, Миша! Приведу ещё один пример: наши ребята, это как обычные шахматные фигуры - ладья, слон, конь... Пешки, наконец. На шахматной доске, они могут играть только в команде, прикрывая друг друга: по одному их - одного за другим, очень быстро "сожрут".

Подняв палец вверх и, приблизившись как это только было возможно через стол:

- Ты же, Миша - ФЕРЗЬ!!! Самая сильная фигура на шахматной доске. Ты можешь играть самостоятельно, в отрыве от остальных фигур... Ты это понимаешь?

- Это то, я понимаю...

- Но, самый главный на шахматной доске... Кто?

- Как, "кто"? Известное дело - король.

- Правильно! "Король", это не фигура, это... ЭТО - КОРОЛЬ!!! Да, он самый слабый на шахматной доске и, нуждается в постоянной защите и опеке - но без него вся шахматная игра не имеет смысла и, все фигуры, пешки... И даже САМ(!!!) ферзь без КОРОЛЯ(!!!) - всего лишь жалкая точёная, крашенная деревяшка - пригодная только чтоб бросить его фтопку.


Смотрю на него и жду...

- Король..., - поднимает на меня глаза и смотрит понятливо, - "шахматный король" - это ты, Серафим?

Откинувшись назад, в раздражении хлопаю ладонью о стол и, крайне разочарованно:

- "Король" - это идея! Нет смысла карабкаться на вершину или играть партию в шахматы, если не знаешь - ради чего ты это делаешь! Нет идеи - для чего живёшь и, человек подобно свинье - под забором валятся и там же подыхает... Или, без особой разницы - на диване, отращивая слой сала на брюхе.

- Если эта идея состоит в том, чтоб упиться властью, нахапать под себя побольше ништяков и поплёвывать сверху на серое, копошащиеся в грязи и дерьме "быдло" - то тогда, да! Вы с лидером этих "альпинистов", на одной "вершине" не уживётесь... Тогда он или ты - третьего не дано!

Привстав, хватаю Мишку за грудки и, приподняв его - горячо дышу прямо в лицо:

- А если это идея служить своему Отечеству? Если это идея - достигнув сияющей вершины, подтянуть поближе к ней и свой народ - который прежде столетиями власть имущие держали в темноте, невежестве и скотском состоянии? Неужели, имея такую общую идею - достигнув вершины не сумеете договориться и, не поделите её?!


Вдруг, почувствовал страшную, нечеловеческую усталость: "Утопия... Увы, это всего лишь утопия... Я сейчас обманываю его и себя".

Устало обмякнув, я рухнул обратно в кресло и закрыл на мгновение глаза.

Но не подобными ли "утопиями", человечество двигалось от одного рубежа к другому?

- Иди, Миша - действуй и, не заставляй меня вновь повторять - что я зря с тобой связался...


***

Зэка Модест Модестович Фаворский, известный в вполне определённой среде по прозвищу "Филин", прежде на воле - "фармазон", "маклёр" или "малявщик" (так я и не понял - как на воровском жаргоне правильно называется профессия подделывателя документов), а ныне - писарь в администрации Ульяновского исправительно-трудового лагеря, к концу января обжился у нас и даже несколько отъелся. Почерк у него действительно - красивый и ровный, только любимым женщинам о любви писать - чем он и регулярно подрабатывал по просьбам администрации лагеря, бойцов охраны и зэков-рабочих.

Однако, имелся у него и другой талант:

- Модест Модестович! Вот таким почерком можете написать?

Тот, не торопясь разглаживая ладонью смятую бумажку, внимательно вглядывается в неровные строчки:

- По всему видать - БОЛЬШОЙ(!!!) начальник!

Согласно киваю:

- Большой, большой - "сельпом" у нас в посёлке заведует... А всё-таки?

- Смогу, почему бы не смочь? Что писать-то?

Достаю из портфеля:

- А вот Вам бумага, Модест Модестович, вот перо и чернила... А вот и текст.

Поднимает на меня глаза:

- А самого тебя я зря учил, что ли?

Едва ль не подобострастно:

- Нет, не зря! Однако, моё умение - лишь тень вашего мастерства, учитель!

Тому, явно польстило:

- Время у меня есть - почему не продолжаешь "науку"?

- Рад бы, всей душой бы, - прижав ладонь к груди, - но вот какая беда - времени свободного совершенно нет.

Тот, с сожалением причмокнув и глядя на мои "музыкальные" пальцы:

- А жаль! "Способности" у тебя есть, Серафим - я в тот раз сразу заметил...

Разведя руками, пришлось только горько констатировать:

- Не всегда наши способности соответствуют нашим возможностям!


Когда Филин закончил, сличаю две писанины...

Не отличишь! И в свою очередь "забросить удочку", перед прощанием:

- Да кстати, Модест Модестович... Есть у меня на примете один - тоже разносторонне способный паренёк. Может, позанимаетесь с ним? А администрация лагеря Вам это учтёт - одаривая "плюшками".

Тот, по-стариковски бурчливо, как будто делая великое одолжение:

- Приводи - посмотрим, что там у вас за "паренёк" и каковы у него "способности"...


***

Ещё той зимой, для своих комсомольцев и особливо для Саньки да Ваньки (чтоб меньше приставали со своей "военкой") - я "придумал" настольную игру-стратегию "Мировая революция", нагло сплагиатив её с подобной же "Колонизаторы" из своего времени.

Это достаточно занимательная настольная пошаговая стратегия - с элементами экономики, войны, шпионажа и спецопераций - включающие в себя экономические, политические и военные аспекты. Смысл и цель игры не нов и, не особо затейлив - захват мирового господства на этой планете.

Упоминал, да?

Через Якова Блюмкина, сумевшего подключить Льва Троцкого (хоть в этом не оказался балаболом!), "в верхах" была проведена "пиар-компания" этой игры и ею заинтересовались даже в Коминтерне. Кроме того за прошедший календарный год, газетными статьями с описанием, с правилами и всевозможными "секретами" - я хорошенько пропиарил "Мировую революцию" среди широких масс населения, через печатные СМИ... Естественно в своих статьях, делал особый акцент на необходимости овладения этой игрой нашими военными - предлагая в военных учебных заведения ввести её в обязательный курс.

"Материальная база" для изготовления комплектов игры тоже была готова и, этой зимой - "Мировая революция" вышла за пределы Ульяновска и, зашагала по стране - начиная теснить по полярности даже шахматы.

В эту настольную игру с азартом и удовольствием рубились как дети-подростки, так и вполне взрослые дяди. С моей подачи, в десятке газет "второго уровня" и, даже в "Известиях" - играющих в этом мире роль неких "соцсетей", велись своеобразные "форумы".

С "коментами", "репостами" и "срачем" - всё как положено!


Что принесла эта "стратегия" в развитие стратегического мышления нашего политического и военного руководства, пока непонятно - прошло слишком мало времени... Да и нет у меня возможности вести "мониторинг" в режиме "он-лайн".

Что будет - то будет, положимся на волю Его!

А вот на более низком уровне эффект был солидным. Наши ульяновские кустари-надомники - по которым я распихал заказы на отдельные элементы игры, получили довольно весомый привесок к своим доходам, местный бюджет и государственный "карман" - тоже были не в обиде. Ну и мне эта игра - тоже приносила кое-какую весомую "копеечку" для дальнейшего прогрессорства...


***

Занимаюсь очень важным на мой взгляд делом - литературным творчеством.

Зимой 1923-24 года мной был закончен "Учебник будущего красноармейца" и серия сборников воспоминаний ветеранов Империалистической и Гражданских войн "Я дрался в пехоте", "В кавалерийском рейде", "Я - артиллерист", "Сапер ошибается один раз". В авторах числились товарищи Анисимов Ф.И. и Взнуздаев И.Д.. "Литературная обработка Свешников С.Ф."... Знаете такого?

Не всё получается так быстро, как хочется!

"Учебник будущего красноармейца" отправил в Наркопрос и в Реввоенсовет с предложением ввести специальные уроки начальной военной подготовки в школах второй ступени. По моей задумке, закончившие её, должны быть без пяти минут готовые младшие командиры, как минимум - имеющие понятие как командовать стрелковым отделением, хотя бы в теории. Ну и кроме того в редакции крупнейших издательств для распространяя в свободной продаже...

Однако, пока - ни ответа, ни привета.

"Работаем, братья, работаем...".

Это очень важно!

Ещё будучи на срочной службе в Советской Армии, я понял: сержантский состав - её самое уязвимое место.

Смогу ли я что-то изменить своими книжками? Отчётливо понимаю: далеко не факт...

Но что-то делать всё одно надо!


Учтя "первый блин", отдельные главы воспоминаний ветеранов я стал "на пробу" потихонечку посылать в разные периодические издания - прежде всего в губернские газеты. В конце каждой, настоятельно просил читателей-участников всех трёх войн присылать мне через редакцию свои рассказы и воспоминания.

Чтоб привлечь как можно больше читателей - применил воистину "ноу-хау": в тех же газетах публиковал подходящие кроссворды из моих "роялистых" журналов - материально заинтересовав разгадывать их главной премией в сто рублей и, за второе - пятьдесят и третье - двадцать пять. Все деньги из гонораров авторов - так, что не особенно то "обеднел".

Победителей назначали сами редакции периодических изданий, так что это меня почти не отвлекало...


А вот с письмами ветеранов были определённые проблемы!

Спустя буквально месяц меня ими просто завалили и, пришлось на первых порах привлечь всю нашу комсомольскую ячейку, чтоб их обрабатывать и на некоторые отвечать. Подробно объяснив важность, как можно убедительнее излагаю саму суть:

- Ребята, ищем не байки или анекдоты - которые травят в курилках, а реальные примеры применения оружия, способы выживания и какие-нибудь боевые эпизоды... Ээээ...

Подумав, я добавил:

- Впрочем, анекдоты, байки и просто рассказы про смешные моменты на войне - мы издадим отдельной книгой.

Ну а, я уже анализировал ими выбранные письма и те рассказы, что считал - не только интересными и правдоподобными, но и полезными на войне, литературно обрабатывал и публиковал. Затем, мне пришлось срочно создать целый "личный секретариат", чтоб работать с корреспонденцией.

Обходилось "в копеечку", конечно, но оно того стоило.


Кроме этого, я написал фантастический роман....

О попаданце!

За основу взял роман Романа Злотникова "Элита элит" - одно из моих самых любимых произведений на эту тему. Конечно, "передранный" сюжет - хорошенько переделал, подогнав под существующие реалии...

Сюда же фрагментами вставил кое-что из трудов Алексея Исаева - российского историка, которого я наиболее уважаю из всей этой братии.

Сюжетец довольно незамысловатый.

В не совсем отдалённом будущем - когда на Земле победил коммунизм и была образована "Всемирная Республика Советов" (без этого никак!), её космические корабли - бороздили просторы Солнечной системы. После катастрофы одного из них наш землянин-коммунар попадает на "красную" планету. Ну а там ситуация точь-точь как "в реале" 22 июня 1941 года: на первое марсианское государство рабочих и крестьян - "вероломно, внезапно и без объявления войны" напала фашистская орда.

В отличии от оригинала, у меня меньше внимания уделяется паранормальным способностям главного героя и больше "заклёпкам": технике, вооружению и способам их применения. Подробнейшим образом описана стратегия и тактика блицкрига и, способы противодействия ему.

Надеюсь, книга даст богатую пищу для глубоких размышлений политикам, конструкторам вооружения и военным и, возможно поможет им избежать некоторых ошибок. В конце концов, с чего началась космическая программа? Именно с фантастических романов...


***

Само время - весьма и весьма способствовало моему литературному творчеству!

Среди прочих, основной чертой периода с октября 1917 по конец 20-х годов был, как это не странно звучит - расцвет русской литературы. После революции, в стране образовалось множество различных литературных групп и объединений - большинство из которых возникали и исчезали, даже не успевая оставить после себя какой-либо заметный след.

Только в одной Москве их в одно время существовало более тридцати!

Наряду с окончательно победившим позже "соцреализмом" существуют и, конкурируют с ним и друг с другом - "авангард", "модернизм" и "постмодернизм", "импрессионизм" и "экспрессионизм"... Все это многообразие закончится в 1932 году постановлением "о сокращении группировок" и, в 1934-ом - Первым съездом Союза писателей, поставившим на "свободе творчества" большую жирную точку-кляксу.

С этого времени и до самого "Горби Меченного", с его перестройкой и гласностью - "соцреализм" будет объявлен единственной эстетической традицией в литературе.

Ну, а пока - пиши, не хочу!

Все особенности постреволюционного периода нашли свое отражение искусстве - в литературе, искусстве и театре. Деятели "высокой культуры", всяк своей собственной творческой и идейной ориентацией, создавали многочисленные творческие группы, коллективы и объединения.


Хорошо понимая, что писатели намного эффективнее официальных пропагандистов способны помочь пролетарскому государству в "правильном" воспитании граждан нового общества, большевики пытались использовать их. Поэтому вовсе не случайно, что именно - Народный комиссариат просвещения во главе с Луначарским, осуществлял "руководство" литературой и искусством в 20-е годы.

Однако довольно скоро, обоим сторонам стало ясно: власть и деятели культуры - не совсем понимают друг друга!

Всяк, мнивший себя писателем, был неповторимой личностью и, на "правильность" коммунистического воспитания - если и не "клал с прибором", то имел свою - индивидуальную точку зрения.

В самом начале НЭПа Троцкий попытался проанализировать "советскую" художественную литературу и, оказалось - что она подразделяется на "мужиковствующую", "футуризм" и "пролетарское искусство". Ещё, по мнению "Льва Революции" - основная масса писателей оказалась "попутчиками", причем "хлыстовствующими"...

Самоистязателями, то есть.

Что сцуко характерно, Троцкий (сам по профессии журналист-литератор), признал выдающиеся художественные достоинства - именно у "попутчиков революции", а об "пролеткультовцах" - отозвался довольно пренебрежительно.

Довольно многоговорящий факт!


В осмыслении революции, деятелям искусства пришлось выбирать между эмоциями и образом, между логикой и результатом - а в России это всегда непросто.

Стремясь "убежать" от реальности бытия (которое, не всем нравилось надо признать), одни "властители душ" устремлялись в неведомое будущее, другие делали вид, что все еще пребывают в дореволюционном прошлом, третьи создавали симбиоз того и другого. Наблюдалась отчётливая ностальгия по предвоенному "серебряному веку" и, в литературной среде - наблюдалось своего рода пародийное возрождение его духа. Имелись в литературе и, явления вовсе маловразумительные. Творчество многих художников слова, определённо являлось каким-то отчаянно-самоедским юродством.

Сперва, большевики попросту не знали, что делать со всем этим. Политическая цензура давно уже существовала, но по ныне существующим законам - она реагировала лишь на открытый "антисоветизм". Даже, создание в 1922 году "Главного управления по делам литературы и издательства" (Главлита), не прояснило ситуацию.

По газетным статьям Троцкого, создавалось впечатление, что власть надеялась - "само-собой всё рассосётся"... Мол, "объективные законы" марксизма, избавят советское социалистическое искусство от "родимых пятен" капитализма.

В этом месте - три раза "хахаха!".

Это надо, чтоб люди в пчёл или муравьёв превратились и мыслили все одинаково, как электрические калькуляторы первого поколения...


***

Ну и наконец поговорим о прекрасном - о поэзии, то бишь.

Этой же зимой - 1923-24 годов, вдруг вижу в газете знакомые стихи за авторством некого Марка Бернеса и сразу понимаю чьих рук это дело. Вообще-то я хотел как можно меньше общаться с семейством Головановых, чтоб каким-либо образом не изменить судьбу Александра - будущего главного маршала авиации.

Ну а тут - куда уж деваться?

Да и кой-какие соображения на этот счёт появились...


Набрал подарков и, как только случилась оказия в Нижний Новгород, приезжаю в гости. Мне сильно обрадовались, даже отец будущего сталинского выдвиженца - Евгений Александрович, работник Волжского пароходства по причине зимнего периода "куковавший" на берегу:

- Ну здравствуй, поэт! Вот ты значится, какой... Самогонки тебе налить?

- Огромное спасибо, конечно, но лучше не надо - ибо, во хмелю я буен.

Папа будущего маршала обрадовался ещё больше:

- Ну, как хочешь.

Но особенно была рада встрече Вера Ивановна:

- Серафим! Вы куда пропали? Я уж ждала-ждала, а потом думаю: дай стихи его в редакцию пошлю - вдруг объявится.

Развожу руками:

- Расчёт оказался верен!


То, да сё и протягивает мне деньги:

- Это ваш гонорар за стихи, Серафим.

Довольно приличная сумма, однако! Прижав руку к сердцу:

- Это не мои стихи, Вера Ивановна! Повторяю: это стихи моего погибшего друга Марка Бернеса...

Искренне огорчается:

- А я думала - Вы скромничаете, взяв такой псевдоним.

Вынужден был признаться:

- Этого у меня не отнять - скромный я парняга...

- Хахаха! Признайтесь всё же, что это Вы написали!

- Если бы! Но, увы - я напрочь обделён стихотворческим талантом. Поэтому прошу переслать гонорар на счёт "Ульяновской Воспитательно-трудовой колонии для несовершеннолетних, имени Кулибина".


Та, с видимым удовольствием согласилась и после непродолжительного обсуждения некоторых малоинтересных деталей, застыла в нетерпеливом ожидании:

- А кроме уже опубликованных, имеются ещё стихи Марка Бернеса в "заветной фронтовой тетрадочке"?

Вздохнув, типа, "куда от Вас денешься?", я продекламировал:


- "Синенький скромный платочек

Падал с опущенных плеч.

Ты говорила, что не забудешь

Ласковых, радостных встреч.


Порой ночной

Мы распрощались с тобой...

Нет прежних ночек.

Где ты платочек,

Милый, желанный, родной?


Помню, как в памятный вечер

Падал платочек твой с плеч,

Как провожала и обещала

Синий платочек сберечь... ".


Вдруг она опомнившись:

- Серафим, подождите я буду записывать!

- Не утруждайте себя, - протягиваю тоненькую тетрадочку из сшитых листов, - здесь у меня для Вас всё записано...

Вера Ивановна у нас не только домохозяйка, но и учитель пения с музыкальным образованием. Я лишь чуть-чуть подсказал мелодию песни и она буквально при мне переложила её на ноты. Села за пианино, спели дуэтом и она воскликнула в восхищении:

- Это произведёт фурор!

Осталось только согласиться с ней:

- Без всякого сомнения, это будет так.


Нехорошо воровать чужие стихи, да?

Согласен - ой, как не хорошо... Даже противно!

А день-через день выслушивать от Макаренко жалобы на задержку финансирования "ВТК" от НКВД - это хорошо?

А каждый раз приезжая в Нижний, наблюдать беспризорных детей на улицах - это хорошо?

А слушать везде и всюду всевозможную цыганщину и блатняк - всех этих "Мурок", "Гопов со смыком", "Цыплят жареных" - хорошо? Или, вот ещё "народное творчество":


" - Я гимназистка седьмого классу,

Пью самогонку заместо квасу,

Ай, шарабан мой, американка,

А я девчонка, я шарлатанка.


Порвались струны моей гитары,

Когда бежала из-под Самары.

Ай, шарабан мой, американка,

А я девчонка, я шарлатанка ...".


Других то песен простой народ и не знал в эпоху НЭПа!

Поэтому едва успели стихнуть восторги по поводу "Синего платочка", я архи-скромненько потупив бесстыжие плагиаторские глазоньки, протягиваю ещё одну "заветную" тетрадочку:

- Вера Ивановна! У нас в Ульяновске проживает молодой, но весьма перспективный поэт-песенник - Юра Шатунов. Сам он публиковаться стесняется - но попросил меня... А я в свою очередь - хочу попросить Вас!

Та, с подозрением глянув:

- Давайте я посмотрю.

Не успев прочесть даже пару строк, фыркает:

- Это не поэзия!

- А никто и не называет это поэзией. Это попса.

- "Попса"?

- Да, именно так: ПОПСА!!! От слова "популярный".

Та в ужасе:

- Как "это" может быть популярным, Серафим?!

- Обыкновенно! Давайте попробуем подобрать мелодию и спеть - у нас с вами, это здорово получается. А там - сами увидите.


После недолгих но изнурительных мытарств, мы с ней запели:


" - Мальчик хочет в Тамбов

Ты знаешь чики-чики-чики-чикита,

Мальчик хочет в Тамбов

Ты знаешь чики-чики-чики-чикита,


Но не летят туда сегодня дирижабли

И не едут даже поезда,

Но не летят туда сегодня дирижабли

И не едут даже поезда


Ты стояла у берега моря

И смотрела на старый причал,

И с причала какой-то мальчишка

О беде вдруг своей прокричал :

- ААА!!!".


На издаваемые нами звуки подошёл, как был (в одной руке наполовину стакан "мутняка" в другой надкушенный солёный бочковый огурец на вилке), Евгений Александрович:

- Это что было?

- Это был музыкальный клип, - отвечаю.

- "Клип"? - подумав, он попросил, - а ещё раз споёте? Уж больно у вас задорно получается.

Исполнили с Верой Ивановной "на бис" и, он ушёл снова на кухню уже с пустым стаканом и без огурца, но вскоре оттуда послышалось:

" - Мальчик хочет в Тамбов

Ты знаешь чики-чики-чики-чикита,

Мальчик хочет в Тамбов

Ты знаешь чики-чики-чики-чикита...,

ААА!!!".


Я торжествующе посмотрев:

- Вот, видите!

- Вот теперь вижу...

Пипл хавает и, пусть он лучше попсу хавает - чем блатняк: Уголовному розыску будет легче!


- "Юра Шатунов", говорите? - Вера Ивановна уж очень подозрительно на меня смотрит, - а может Вам лучше признаться в своём авторстве, Серафим?

Молитвенно сложив руки, как можно более честно отвечаю:

- Не могу признаться в том, что мне не принадлежит. Поэтому - именно Юра Шатунов и никто больше! И он тоже настоятельно просит перечислять свой гонорар в колонию для беспризорников - ибо сам сирота и воспитанник детского приюта.

Где я соврал?

Иронически хмыкает:

- Ну а Вы уж и впрямь - лишены всяческих талантов.

- Почему же "лишён"? Очень даже не лишён - я пытаюсь писать прозу.

- "Прозу"?! Ну и как?

Протягиваю ей уже не "тетрадочку", а целый том и становлюсь на одно колено:

- Вера Ивановна! Официально предлагаю Вам стать нашим: Марка Бернеса, Юрия Шатунова - а также вашего покорного слуги под псевдонимом "Артур Сталк", общим литературным агентом!

Та, в ужасе сперва отшатывается:

- Ой, Серафим Фёдорович!

Приходится ползти за ней на коленях с протянутой книгой:

- Не корысти ради - токмо светлой памяти погибшего в польских застенках друга-поэта и бездомных беспризорных деток!

Косится в сторону "поющей" кухни:

- Ой, Вы такой затейник...!

Взяв наконец рукопись, читает название на обложке:

- "МАРС НАШ!!! Элита Красной Армии Всемирной Республики Советов в боях за красную планету". Ох, Серафим...

Это вам не "Аэлита", мать вашу!


С самим Александром Головановым в тот раз встретиться не удалось. По словам его матери:

- Саша целыми сутками на службе.

И шёпотом:

- Он теперь у нас чекист.

Изображаю радостное удивление:

- Вот, как? Вот, молодец - он у вас далеко пойдёт!

Если мне не изменяет "послезнание", на чекисткой работе в Нижнем Новгороде - куда его приняли по рекомендации Губкома ВКП(б), Александр из простого оперуполномоченного дослужился до начальника Оперативного отделения. Затем, уже в октябре следующего - 1925 года, он будет направлен в Московский военный круг сотрудником Особого отдела при "Дивизии особого назначения при Коллегии ОГПУ" - куда я намереваюсь заслать и Михаила Гешефтмана.

- Передавайте Александру от меня ОГРОМНЕЙШИЙ(!!!) привет, Вера Ивановна!


***

Встретился с Ефимом Анисимовым и Кондратом Конофальским плотно "окопавшимися" в Нижегородском Губкоме РКСМ. Выслушал их, похвалил за одно, поругал за другое, проинструктировав на будущее и, просто поболтав о том - да о сём, задаю вопрос:

- С Александром давно виделись?

- С Головановым, что ли? Да буквально на прошлой неделе заходил.

- Вот, как? Ну и как он?

- Нормально на службу в Губ ГПУ поступил - теперь вечно занятой, такой... Тебе, Серафим, кстати - привет передавал!

- Ну и вы ему - как увидите вдругоряд от меня ОГРОМАДНЕЙШИЙ(!!!) мой "кандидатский" привет передавайте!


По окончанию рабочего дня в Губкоме РКСМ, с Елизаветой Молчановой под ручку прошествовали до снимаемой мной квартиры, где она обитает. Естественно, по пути посетили учреждение общепита ибо, готовить будущая Роксолана - так и не научилась, а мне сегодня в лом.

Уже подходя к подъезду, замечаю знакомую проститутку - "бабушку русского минета".

- Лиза, ты пока поднимайся, а я тем временем за угол - за шоколадкой для тебя сбегаю.

Она - сластёна ещё та, хоть и официально - считает эту страсть мещанством.

Отоварившись, догоняю "труженицу тела". Та, меня влёт узнала - видимо профессиональная память:

- Ну, здравствуй, милок!

- И тебе не хворать, - протягиваю пятьдесят рублей, - через час-полтора на твоей квартире. Договорились?

Так прикидывает:

- Это ж, я сколько клиентов пропущу... Накинь ещё четверной!

- Червонец и ни полушкой больше.

Согласившись, подмигивает:

- Жду!


Наконец, я дома и разоблачась:

- Ты чем обрадуешь, голуба моя?

Обнимая меня, целует:

- Я соскучилась по тебе, Серафим...

Как был прав Александр Сергеевич:


"Чем меньше женщину мы любим,

Тем больше меньше она нас!".


Хотя, мои чувства к Елизавете настолько противоречивы, что разобраться в них - мне сложно, даже с моим богатым жизненным стажем. Да и, сказать по правде - некогда мне в них разбираться, занимаясь толстовско-достоевским самокопанием. Поэтому отстранившись, несколько строго:

- Ну, это-то понятно. А кроме того?

Дурашливо приложив руку к "пустой" голове, та:

- Продолжаем с Андреем Александровичем "любить" друг другу мозги.

Андрей Жданов, этим летом станет 1-м секретарём Нижегородского губкома ВКП(б), поэтому взаимоотношение с ним передового отряда наших "альпинистов" - очень важно.

- Ну и как? Получается?

Пожав полуголыми плечами, так что бретелька "неглиже" с одного из них соскочила, обнажив прелестную грудь:

- Как ты и учил: наши отношения из попытки серьёзных ухаживаний с его стороны, перешли в лёгкий флирт, а на данном этапе - на пути к чисто дружеские отношениям.

Сделав книксен и так поклонившись при этом, что стало видно уже две её девичьи острые грудки, она с обезоружущей покорностью обитательницы гарема:

- Как ты и учил, наставник...


Пока всё идёт по плану!


Тянет меня за рукав в спальню:

- Ну, что "завис" то? Твоя послушная ученица требует поощрения.


После ещё более грандиозного, чем новогодний "недотраха", спохватываюсь:

- Блин, забыл: мне же надо Фролу Изотовичу позвонить!

Та, с едва заметной долей ревности:

- А может Софье Николаевне?

Натягивая брюки:

- В "Красный трактир" ещё не провели телефон - а вот в Ульяновский волисполком - таки, уже да.

- Хм... Товарищ Анисимов ночует, на работе, что ли?

- Нет, не ночует, - замечаю, что невольно оправдываюсь и меня это бесит, - но сегодня партийное собрание и я должен донести своё мнение!

Уже одевшись, практически "на скаку":

- Кстати, забыл поинтересоваться: как там в Москве Надежда Павловна поживает? Чем занимается? Что пишет, то?

С лёгкой усмешкой:

- "Ma maman" пишет, что "строит" имажинистов в "Стойле" - только в путь! Даже на Есенина прикрикивает и, тот ходит перед ней на цырлах...

Морщусь:

- Девочка! Не стоит повторять за взрослыми дяденьками, некоторые - не совсем хорошие слова.

Поправляется:

- Как ручная собачонка - на задних лапках.


Когда я вернулся после "звонка", она уже сладко спала голышом в единственной кровати - раскинув руки и разметав роскошные русые волосы по подушке.

Полюбовавшись на неё, как маститый скульптор на мраморное творение рук своих - обещающим стать мировым шедевром, я пристроился дрыхнуть на кухне на сдвинутых вместе табуретках...


***

Не мог не побывать у Ксавера.

Во-первых: чисто из вежливости - знакомые как-никак, а во-вторых - мне снова нужны деньги. Профессор Чижевский Дмитрий Павлович - руководитель химико-металлургической лаборатории, "сосал" их с меня - как атаман всех вурдалаков пан Дрякула, с забредшего в Карпаты поколядовать хлопчика - кровь в полнолуние.

После всех положенных при встрече "официальных церемоний", нетерпеливо вопрошает:

- С чем пришёл?

Блин, приучил его...

- В Североамериканских Штатах, в начале мая - директором "Бюро расследований " будет назначен Джон Эдгар Гувер.

Пучит зенки и после минутного замешательства:

- А мне то что с того?

- Ну... Думал, а вдруг ты имеешь подвязки с тамошними бутлегерами.

- С КЕМ?!

Мысленно прикольнувшись, отмахиваюсь от длительных объяснений:

- Ладно, "проехали"! В декабре, в СССР будет отменён "сухой закон" и в продажу поступит казённая водка тридцатиградусной крепости.

В народе она получит название "Рыковка", а её крепость вызовет множество пересудов. Вот и Ксавер:

- Не сорок градусов как при прежней власти, а всего тридцать? И стоило ради этого революцию делать...

- Не переживай, партнёр - вскорости они градус поднимут! Нам главное, что будет разрешено сдавать в аренду частным лицам "винокурни".

Мой собеседник, тут же принял позу легавой учуявшую дичь:

- Да, ты что?

- Да, да! С обязательной сдачей готового продукта государству

- С этого бы и начинал! А то - Америка..., - он постучал по собственному кумполу, - где и где Америка - сам подумай!

Ржу, не могу!

Язык зуделся рассказать ему про наводнение в Ленинграде, которое случится 23 сентября.

Но, решил, что это будет уже слишком!

Знание о точной смерти отдельных исторических личностей - ещё можно как-то объяснить... А как объяснить знание о грядущих природных катаклизмах?


***

Зима 1923-24 года пролетела как-то незаметно - и вспомнить особенно нечего...

1 февраля Великобритания признала СССР.

После смерти Ленина и его похорон во временном деревянном Мавзолее у Кремлёвской стены, в связи с волной стихийных переименований, уже 5 февраля Президиум ЦИК СССР принял постановление "О воспрещении переименований именем В. И. Ульянова-Ленина без предварительного разрешения Президиума ЦИК СССР".

У меня в компе о том инфы нет, поэтому порадовался своей заблаговременной предусмотрительности - позволившей загодя переименовать посёлок Ульяновку в город Ульяновск.


2 февраля на должность Ленина - Председателем Совета народных комиссаров СССР, был назначен Алексей Иванович Рыков - явно на неё не тянущий по всем параметрам и, именно этим видимо - устраивающий все внутренние партийные "мафии".


15 февраля начался так называемый "Ленинский призыв" в РКП(б)...

Ещё при жизни Ленина его и авангард "пролетарской" партии - им возглавляемый, обвиняли в отсутствии того самого "пролетариата" в составе высших эшелонов власти, от лица которого он правил. Действительно: из 16-ти человек первого Исполкома - рабочими достаточно условно можно назвать всего двоих, а трое из них - вообще дворяне, в том числе и "самый человечный человек".

До этого периода, процедура вступления в партию большевиков была довольно сложной. Сперва, надо было пройти две предварительные стадии, каждая продолжительностью полгода. В начале желающий вступить в ВКП(б) считался "сочувствующим", затем - "кандидатом". Только успешно пройдя два эти этапа, человек мог стать полноправным членом партии - большевиком.

Однако, массовость "руководящей и направляющей" при таком щепетильном отборе - не светила, от слова "вообще"!

После смерти "самого живого из всех живых" вдруг спохватились и решили разбавить "интеллигентское" ядро партии представителями пролетариата, так сказать - от сохи. В буквальном смысле: ибо большинство "призывников Ленина" - были вчерашними крестьянами, чуть ли не вчера попавшими из родной деревни на завод. "Ленинский призыв" не был одноразовым актом - а действом растянутым на несколько лет, в результате которого, сравнительно небольшая по численности компартия - превратилась в многомиллионного монстра.

Это был поворотный момент в истории: "элитарная" партия Ленина была заменена "массовой" партией Сталина. В результате Центральный Комитет (ЦК) ВКП(б), непрерывно пополняемый представителями "призывников" и, со временем выросший едва ли не до сотни человек - потерял управляемость и превратился в своеобразную "ширму" для Политбюро.

И, это был ещё одним шагом к власти группировки Сталина!

Ибо подавляющее большинство "Ленинского призыва" - были за их лидера, так как именно он открыл им "ворота в партию".

И кстати, я в своём Ульяновке, хотя и не сразу - но довольно ощутимо почувствовал как изменилась партия.

Если в самом начале моего "попаданства", представителей рабочих и крестьян - в партию и палкой не загонишь, то теперь они в неё косяком попёрли. Вчерашние селюки с двумя классами образования и навыками кручения волам хвостов, не разбирались ни в марксизме, ни в большевизме, ни в политэкономии - зато жаждали постов, должностей и положенных при них преференций для себя лично. Если в начале двадцатых годов, борьба за власть - снизу доверху сопровождалась ожесточёнными дискуссиями, то в конце эпохи НЭПа - партийное большинство вообще не понимало их смысла и, свою карьеру строила на выполнении и главное - ПЕРЕВЫПОЛНЕНИИ(!!!) директив спускаемых сверху...

По себе скажу - "крутиться и двигаться" сразу стало на порядок сложнее!

Но повторюсь ещё раз: процесс "пошёл" - но он был растянут до примерно 1927-28 годов. Так что, я смог предпринять кое-какие меры.


***

26 февраля за "Пивной путч" Адольфа Гитлера осуждают на пять лет тюрьмы, но в советской прессе это немаловажное для судеб мира событие - было освещено очень слабо...


***

Время бежит - не остановишь!

Помню, службу в армии: первые полгода дни тянулись за днями - как резиновые. Потом обвыкся и, месяц за месяцем пролетали со свистом и, наконец, оглянуться не успел - как пора на дембель.

Тоже самое и, про всю мою прожитую "там" жизнь можно сказать: в детстве всё мечтал побыстрее стать взрослым, став им как-то не заметил - как старость "внезапно" грянула и, захотелось замедлить бег времени - но он всё быстрее и быстрее...


Так и после моего "попадания" уже здесь: первые полтора-два года - можно по дням вспомнить. Потом же события понеслись вскачь - месяц за месяцем, год за годом, события сливаются воедино и, рассказывать про них можно только, так сказать - "производственными циклами"...

Если так можно выразиться, конечно.