Лантер Оливер: другие произведения.

Кредиторы богов. Часть 4. Демоны и боги. Гл. 8-13

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:


   Глава VIII
  
   Поздно запираться на запоры,
   Закачались шаткие опоры,
   И поперла нечисть из щелей.
   Мир спасать - прескверная задача.
   Кто в герои? Пожелай удачи
   И воткни нож в спину поскорей.
  
   В миле от сиенской столицы на пустынной дороге вышагивала стайка напыщенных грачей, с брезгливым видом ковырявшихся в прахе земном. В последнее время люди появлялись на большаке только при свете дня, и в этот предрассветный час никто не мог побеспокоить самодовольных пернатых.
   Всадники обрушились на хвосты перепуганных птиц прямо из пустоты, с диким граем, теряя перья и достоинство, бывшие хозяева дороги взвились из-под копыт бешеных скакунов. Шесть человек галопом пустили коней к городским воротам.
   Учитывая тревожность обстановки, Трюфо лично объезжал каждую ночь все восемь городских ворот, которые теперь бывали открытыми всего по шесть часов в день. Счастливая случайность привела начальника городской стражи к западным воротам на рассвете, во всяком случае, сначала он собирался отправиться совсем в другую сторону. Узнав всадников, старый воин не скрывал своей радости, в самое время вернулись отважные герои-правители, уж такой жутью веет северный ветер с полей Истеклии, что и у него, не знавшего страха во всех кровавых сражениях последних тридцати с лишним лет, мороз продирает по коже, и дыбом становятся седые пряди поредевших волос. Трое спутников королей и принцессы-правительницы были не знакомы Трюфо. Лицо одного из них, внушительного вида рыцаря, было закрыто глухим забралом, двое других выглядели совсем юнцами.
   - Во всех ближайших королевствах жизнь замерла, население охвачено ужасом. Так и говорят - Истеклийский Ужас, не иначе. Народ прячется, кто как может. Его высочество принц Калио в отчаянии, он рвется на родину, но слово, данное им Вашим Величествам, держит его в Сиене, - докладывал начальник городской стражи.
   Ранний час избавил высочайших особ от придворных церемоний, их встретили только Католина, Лолия и Калио. По виду женщин можно было заключить, что они почти не раздевались, в другое время им понадобилось бы не меньше часа на то, на что сейчас хватило десяти минут. Принц Калио похоже ночевал в сапогах и с мечом в изголовье.
   Королева кинулась навстречу мужу:
   - Ромео! Хвала Великому Алагору, вы вернулись! Мы просто извелись от страха. Беженцы из Истеклии наводнили Сиену. Говорят, там бродят толпы воинов, погибших в войне с Сабрией, их называют латомбами или томбиками - жителями могил. Народ ропщет, кто-то пустил слух, будто это после ваших подвигов за тридевять земель Идитос отказывает мертвым в приюте. Жрецы, правда, утверждают, что Владыка Подземного мира прогневался за то, что не был соблюден обряд сожжения. Кругом такая смута! У томбиков отрастают громадные когти, острые, как кинжалы, и ядовитые, как укус паука-панцирника, пожирателя трупов. Они убивают людей, разрывая плоть своими когтями, или только ранят, но раненные умирают, потому что их тела начинают гнить и разлагаться на глазах, а убитые воскресают, и у них отрастают когти латомбов. Что происходит? Я уже не хочу жить в легенде, где, чем дальше, тем страшней.
   - Но, дорогая, это не от нас зависит, мы не напрашивались в герои.
   - Известия не удивили вас. Вы уже слышали о томбиках? - лихорадочный блеск в глазах выдавал крайнее беспокойство Калио, которое прорывалось наружу сквозь заградительные стены самообладания.
   - Названия не слышали, но знакомы с сутью происходящего, - ответил истеклийцу Карлот. - Лучше я скажу тебе сразу, Калио. Твой отец и старший брат мертвы. Они больше не люди.
   - Нет!
   - Мартос был моим лучшим другом, ты знаешь. Я, не задумываясь, умер бы за него, но сейчас... Его необходимо убить снова, вернее успокоить навеки, - король Атрейи до боли сжал плечо Калио.
   - Откуда ты знаешь? - лицо принца буквально посерело.
   - В землях магов еще и не то узнаешь. Нас предупредил Нат, - соврал для краткости Ромео.
   Калио хорошо помнил волшебника, вернувшего ему руку. Если этот чудодей вынес приговор, надежды нет. Он молча снял руку Карлота со своего плеча, глядя пустыми глазами куда-то сквозь могучего атрейца, медленно повернулся и вышел из зала нетвердыми шагами подгулявшего вояки. Никто не стал его останавливать.
   - А это кто? - проводив жениха сочувственным взглядом, вполголоса спросила у брата Лолия, скосившись на замершие на почтительном расстоянии фигуры спутников царствующих особ.
   - Рыцарь Ранэт с сестрами, девушки были там же, где Эталия, их брат сражался вместе с нами против Катаранга, - дал сжатое объяснение Карлот.
   - Видно, что там же. Одного поля ягоды: мужской костюм и тяга к приключениям, - холодно-язвительным тоном заметила Католина, адресуя Тали легкий наклон головы.
   Принцесса-правительница игнорировала выпад свояченицы, прекрасно зная, что в глубине души Лина завидует ее смелости, бросающей откровенный вызов мнению окружающих. О, как ей, любившей верховодить среди подруг, хотелось бы в чем-то занять место Эталии, быть не просто первой, но быть особенной. Разве она менее красива и умна? Почему же даже чудовище выделило из толпы пленниц сиенскую чудачку? Честь и удовольствие сомнительные, а все-таки...
   - Отчего он не поднимает забрала? - теребила брата за рукав Лолия.
   - Рыцарь Ранэт был сильно изуродован в каком-то бою, с тех пор он не поднимает забрала на людях, - делая страшные глаза, полушепотом сообщила Тали, - мне рассказали его сестры.
   Католина и Лолия бросили жалостливо-брезгливый взгляд в сторону высокого, статного рыцаря.
   - Хочу представить вам, - громко сказал Ромео, - граф Ранэт, графиня Арона, графиня Ратина. Их путь лежит в Тирбит, так или иначе, им придется проехать если не через Истеклию, то через Тарону.
   Представляемые сделали несколько шагов вперед, рыцарь опустился на колено, его сестры склонились в глубоком реверансе.
   - Ехать через Истеклию - самоубийство. Лучше отправиться через Тарону и Бисетию, - милостиво подала совет королева Католина и повернулась к тирбитцам боком, давая понять, что более они не достойны ее внимания.
   Арона и Ратина выпрямились, рыцарь поднялся на ноги, все трое они отступили в тень колоннады.
   - Это разумно. И нам будет по пути. Объединимся в Тароне с Гелардо и Орландо, а потом уж заглянем в Истеклию, - как бы между прочим сказал Ромео.
   Католина едва не подпрыгнула.
   - Что? Снова ехать? Тебе зачем туда ехать, Ромео? Ты не можешь бросить меня в такой момент одну умирать от ужаса.
   - Вы должны защищать Сиенский союз, - поддержала ее Лолия.
   - Мы не можем отсиживаться и ждать, пока эта чума перекинется к нам. Или вы хотите, чтобы латомбы заскреблись о ворота нашего замка? Так и будет, если сейчас мы не придем на помощь нашим друзьям, - решительно заявил король Сиены.
   - Но Калио тоже уедет. Кто же возглавит войска в случае чего? Эталия? - хмыкнула Лина.
   - Нет. Я остаюсь, так решил жребий, - взгляд Карлота как-то странно метнулся в ту сторону, где за колонной скрылся рыцарь Ранэт.
   - Значит, ты и твоя невеста остаетесь. А мой муж полезет в когти самой Смерти. Я устала терзаться ожиданием. Ваш жребий меня не устраивает, Карлот, - смуглые щеки королевы заалели, черные глаза метали молнии.
   - Я тоже еду, Католина. Провожу подруг по заточению, заодно навещу Тинерию и Ванетту, им сейчас еще хуже, чем нам. И вообще, долго мы будем здесь препираться? Что в нашем замке больше не кормят ни хозяев, ни гостей? - Тали демонстративно направилась к тирбитцам и пригласила их следовать за собой.
   Они провели в замке сутки, на следующее утро шесть человек покинули столицу через северо-восточные ворота. Место Карлота занял Калио. Спустя два дня уже у границы отряд разделился: мужчины направились в таронскую столицу, а девушки свернули к Истеклии.
   - Куда это они? - удивился Калио.
   - Так нужно ради спасения Эберты и твоего будущего племянника, - пояснил Ромео.
   Их спутник в шлеме с глухим забралом все время хранил молчание. Только на прощание поднял руку, когда девушки пустились своей дорогой.
   - Но они же погибнут! - поразился спокойствию друга истеклиец.
   - У них есть пара средств против томбиков, и у нас найдется подходящее оружие, - заверил Ромео.
  

* * *

  
   Выждав полдня после отъезда Ромео и его спутников, Карлот вызвал Трюфо и атрейца графа Ваброта, своего подданного и первого заместителя. Возложив на первого возможную оборону Люкании, а на второго обязанности главнокомандующего, король покинул город. Он ехал безостановочно четверо суток прямиком через Латрию, сокращая всеми доступными средствами путь на столицу Истеклии. Эликсир богов, розданный Владыкой своим друзьям, позволял Карлоту обходиться без отдыха и сна. Он менял лошадей, покупая или отбирая их под угрозой меча на постоялых дворах, так как кони под ним изнемогали один за другим. Дважды его дорогу преграждали завалы, но он ловко отбился от поджидавших путников томбиков с помощью особого кинжала, доставшегося каждому гостю Эффира.
   Самый большой из пяти городов Истеклии встретил путника мертвой тишиной улиц, многократно отразившей цокот копыт его коня. Полуденный зной маревом висел над раскаленными камнями узких мощеных улиц, их жутковатую пустоту не скрашивали даже бродячие собаки или назойливые серые чиркачи, спутники всех человеческих поселений.
   Никто не остановил всадника у ворот королевского дворца, человек беспрепятственно миновал все помещения между парадной лестницей и тронным залом.
   - Ищите свою смерть, король Карлот? - гадливо усмехнулся мнимый алхимик, вальяжно рассевшийся на чужом троне. - Решили отомстить за друга.
   - Нет, Осладас, меня привела сюда другая месть и другая ненависть. Я могу быть очень полезен вам, а вы - мне. У меня есть известие, которое без сомнения будет вам интересно, - спокойно ответил атреец.
   - И что же такого любопытного вы имеете мне сообщить? - с видом притворного равнодушия спросил маг. То, что человек назвал его настоящее имя, удивило и встревожило Осладаса.
   - Кое-кто намерен пресечь ваше стремление к мировому господству. Ведь этого вы добиваетесь. Мы, люди, только средство, а не цель. Верно? - Карлот держался вызывающе, но волшебнику показалось, что человек боится.
   - Вы слишком много знаете для человека, и мне это не нравится. Не вздумайте шутить со мной шутки. Стоит мне щелкнуть пальцем, и вы присоединитесь к вашему другу. Кто может встать мне поперек дороги? И откуда вам знать об этом, Карлот? - Осладас наклонился вперед и вперил взгляд в собеседника, словно хотел пронизать его насквозь.
   - Откуда я знаю? Оттуда, что маги в последнее время часто вмешиваются в нашу жизнь. Я дважды побывал в так называемых Свободных землях и в нескольких царствах. Не берите меня на испуг, Равань. Я прекрасно понимаю, с кем имею дело, иначе бы меня здесь не было, - карие глаза короля сверкнули злобным огнем. - А поперек дороги вам собирается встать никто иной, как Владыка Тьмы.
   - Я несколько отстал от жизни, сидя в этом отринутом богами захолустье, - насмешливо скривился волшебник, - нелепо, что приходится спрашивать об этом у человека. Просветите, кто у нас нынче носит сей громкий титул.
   - Тот же, кто и прежде, - вернул ему кривую усмешку Карлот.
   - Катаранг? - это имя явно не вызывало у мага особого почтения.
   - Да, нет. Катаранг приказал долго жить. Его убил Танаэль. Он ведь Владыка Тьмы у вас лет триста уж.
   Король Атрейи с удовольствием наблюдал, как с лица собеседника сползает выражение надменной самоуверенности, а его место занимает растерянное беспокойство. Но маг быстро смахнул тень сего недостойного чувства и изобразил ярость.
   - Ты за кого меня принимаешь, жалкое человеческое отродье?! Танаэль мертв, вы сами отправили его к праотцам, а теперь ты явился морочить мне голову. Сейчас тебе будет не до смеха!
   - Остановись, Осладас! Я говорю чистую правду, и если она удивляет тебя, тем больше резон выслушать ее. И тебе не стоит оскорблять меня, я не намерен это терпеть даже от мага, - Карлот было полуобнажил меч, затем раздумал и вогнал его обратно в ножны. - Ты глупец. Убей меня, и ты ничего не узнаешь.
   - Сначала я прощупаю ваш мозг и выкачаю все, что вам известно. А потом разделаюсь с вами, Ваше Величество.
   - Не выйдет. С гипно-телепатией вам не повезло, и кое-кто из магов знает об этом. А вот мне, как человеку, повезло невероятно. Случаются, знаете ли, как это вы называете ... аномалии, - припомнил атреец заковыристое слово из лексикона магов. - Так что наши уровни равны. Одна милая дама из потомков богов научила меня ставить мозговой блок. Что-то устал я с дороги. Может, предложите мне кресло?
   Маг уже убедился, что не может проникнуть в сознание человека, он был вынужден изменить тактику и выслушать визитера. Появилось кресло. Карлот развалился в нем, демонстративно вытянув ноги.
   - Уже лучше. Так вот, Танаэль разыграл фарс со своей смертью. Все попались на эту удочку. Не знаю, чего он добивался, вас, магов, попробуй, пойми. Под видом Ларинэ, прозванного Карающей Дланью богов, он прищучил пару драконидов и разделался с Катарангом. Теперь вы на очереди.
   - Вам какое до этого дело, Карлот? С какой стати я должен доверять вам? - впал в подозрительность Осладас.
   - Уж, какое между нами может быть доверие? Только общий интерес. Враг моего врага - мой друг. Он убил мою сестру, теперь пытается отнять мою невесту. Я готов на что угодно, лишь бы вернуть Эталию и избавиться от Танаэля, - атреец грохнул кулаком по ручке кресла, едва не проломив ее.
   - Наконец, я узнаю вас. Мы были не слишком близко знакомы, Ваше Величество. Но мне показалось, что вы изменились. Вы всегда полагались на силу, на чувство, а сегодня были чересчур рассудительны. Теперь мне понятно: ревность - хороший источник ненависти. Ревность превращает умников в безумцев, а простаков - в коварных хитрецов. Мы договоримся. Что вам известно о намерениях Владыки Тьмы?
   Карлот рассказал, как он узнал, что Ларинэ и Танаэль одно лицо, замолчав лишь некоторые подробности. Так, например, он приберег в секрете новость о том, кем на самом деле является Владыка. Предатель посвятил Осладаса в план, разработанный Танаэлем для захвата красного кристалла.
   - Они появятся здесь не раньше, чем через неделю. Танаэль собирается до последнего момента скрывать свою магическую силу, чтобы демон кристалла не обнаружил ее заранее. Он даже надел себе на голову какую-то специальную жестянку. Они не будут пользоваться возможностью мгновенного перемещения в пространстве, так что у вас предостаточно времени как следует подготовиться к встрече.
   - Отлично. Однако у меня сложилось впечатление, что у вас в рукаве есть еще что-то, Карлот.
   - Есть, - самодовольно хмыкнул тот, - но пока я оставлю это при себе. Хочу быть уверен, что вы не отделаетесь от меня заранее. Да и после расправы с Танаэлем я еще пригожусь вам, - загадочно добавил атреец.
   "Осел, рано или поздно настанет момент, когда тебе нечем станет торговаться, тогда я избавлюсь от тебя со спокойной душой", - решил маг, в данный момент услуга Карлота пришлась весьма кстати.
  

* * *

  
   Тем временем трое путников достигли столицы Тароны.
   Следуя указаниям Ромео, Калио и Орландо собирали и готовили отряд для выступления против монстров Раваня. Рыцари заковались в металл с головы до ног.
   - Главное, чтобы мертвецы не добрались до живой плоти, - предупреждал Ромео.
   - Говорят, они голыми руками могут разломить басскский панцирь, - задумчиво рассматривая свои латы, сказал Орландо.
   - Понадобится большая ловкость, а наши движения будут скованны, - сомневался Гелардо. - Что скажет твой неразговорчивый советник, Ромео? Когда мы лезли в подземелье, волшебник не рекомендовал нам надевать всю эту амуницию.
   - Здесь другой случай. Возьмите только самых сильных людей, тех, кто не замечает тяжести металла, - безапелляционно заявил рыцарь Ранэт.
   Весь арсенал колющего и режущего оружия прошел через руки безликого рыцаря. Мальчишка-паж из свиты принца Гелардо, выросший меж дворцовых палат и коридоров, изобилующих тайными дверями и подземными ходами, донельзя распираемый любопытством, не мог не найти способа подсмотреть за странным и оттого страшноватым спутником сиенского короля. Что может быть удивительнее, чем рыцарь в одиночку запирающийся в оружейной и часами просиживающий там в окружении мечей, копий, кинжалов, боевых топоров и секир? Тренируется подальше от посторонних глаз? Но почему, когда все другие от захудалых дворянчиков до знаменитых королей набивают руку, открыто вступая в нелегкие поединки друг с другом у товарищей на виду? А, может быть, наедине он снимает свой глухой шлем, скрывающий, глор знает, какую физиономию? Но рыцарь не собирался снимать кажущийся таким тяжелым и неудобным головной убор. Его действия весьма удивили любознательного пажа: Ранэт методично, одно за другим, погружал лезвия мечей, секир и прочего, имеющегося здесь оружия в бочонок с водой, куда предварительно всыпал несколько щепоток разных порошков и влил содержимое непрозрачного пузырька из матового стекла (наблюдателю жидкость показалась красной). Колдун, как мысленно нарек рыцаря паж, выдерживал очередную партию в составе пока не просыпался песок в часах-колбе. Потом вытаскивал все, закладывал следующие и переворачивал колбу. При этом время от времени до мальчугана доносились вздохи, словно рыцарь тяготился своей не слишком интересной работой.
   "А если оно заржавеет?" - мелькнула сопровождаемая опасливым холодком мысль. "Да ну, глупости, король Ромео знает, кого допускать к оружию. Колдун на нашей стороне. Простой металл томбиков не берет, это уже всякий знает, тут без магии не обойтись", - успокоил сам себя рассудительный паж. Теперь он думал лишь о том, как бы поскорее выбраться отсюда, чтобы рассказать по секрету паре-тройке самых близких друзей о результатах своей разведки, вот только б колдун его не заметил, а то еще в мышь или жука превратит. Свой то он, свой, да все они, маги, того - не люди, в общем, как оказалось.
   О своих открытиях он поведал таинственным шепотом и до следующего вечера ходил исполненный гордости как дерборийский петух, а утром его секрет перестал быть секретом в пределах дворца. Оружие покрыто магическим составом, смертельным, если можно так выразиться, для латомбов. Однако еще в Эффире Танаэль предупреждал, что при множественном применении состав будет стираться: "Нам понадобится более действенное средство". Таковым оказались странного вида рогатины непонятно из чего сделанные, и не металл, и не дерево, и не кость. "Непроводящая" ручка черного цвета имела красную метку, расположенную ближе к рогатине. "В момент применения нельзя браться за рукоять дальше метки", - неоднократно напоминал маг. Суть действия этого явно опасного магического прибора осталась людям неясна, ибо слова Владыки о "нейтрализации искусственной антиэнтропии", которая собственно и не позволяет мертвой ткани разлагаться, мало что объяснили им. Гораздо важнее было запомнить и овладеть техникой применения "нейтрализатора", она была не сложна, но требовала определенной сноровки. Так, два более коротких конца рогатины необходимо было точно приставить к основанию шеи томбика, а изогнутый длинный конец при этом следовало упереть приблизительно в середину его лба над переносицей. Прибор срабатывал под действием магического слова, звуковой команды, как говорил маг.
   Основная проблема заключалась в том, что рогатин было всего десятка два, поскольку кроме значительных затрат магической силы их создание требовало и определенного времени, а времени как раз и не было. Поэтому пришлось распределять наличный арсенал не то, чтобы по справедливости, но в соответствии со значимостью особы или задачи, возложенной на таковую.
   Один нейтрализатор взяла с собой Тали. Пять штук достались Ромео, Калио, Орландо, Гелардо и Ранэту. Остальные роздали тем рыцарям, кто проявил наибольшую ловкость на тренировках.
   Перед выступлением Ранэт напомнил Ромео:
   - Предупредите их.
   Не менее половины отряда состояло из истеклийцев. Храбрость храбростью, но когда сама Смерть, неотвратимая, когтистая и жуткая встает из могилы, чтобы прийти в ночи, и самые смелые бывают вынуждены обратиться в бегство.
   - Слушайте меня, рыцари, и запомните, что я сейчас скажу, - обратился к войску король Сиены. - Ваша рука не должна дрогнуть, кого бы вы ни увидели перед собой: друга, брата, отца, мать, возлюбленную или ребенка. Смотрите только на их глаза, остекленевший взгляд мертвеца - первый признак латомба. Это уже не те, кого вы любили, с кем вас связывали узы дружбы, ратные подвиги или мечты о счастье, это враги более страшные и безжалостные, чем все живые чудовища вместе взятые. Уж поверьте, в этом я кое-что понимаю. А потому, дайте клятву себе и друг другу не поддаваться жалости, ни на миг не забывать: мертвых вернуть нельзя, наш долг - спасти живых.
   Лес мечей вырос над всадниками, глухо повторившими последние слова главы Сиенского союза.
  
   Оторвавшись от стены-экрана, Осладас удовлетворенно потер руки.
   - Пусть идут, а мы подождем. Это будет славное зрелище, король, очень славное. А потом, когда ваши бывшие друзья присоединятся к моим питомцам, займемся Владыкой. Сила демона поможет мне упрятать его в кристалл, я уверен. Жаль, что его нельзя убить. Это точно?
   - Да, абсолютно, он - стихиид.
   - Как это неудобно, иметь дело со стихиидами, - морщась, словно только что съел целый лимон, посетовал волшебник.
   - Тем более со стихиидами света, как я слышал, - подначил его Карлот, - это очередная карта: Танаэль - стихиид света. Стоящая новость, не правда ли?
   - Вы уверены? - нахмурился Осладас.
   Мимика предателя соответствовала выражению: "Еще бы!".
   - Это очень существенная деталь, если она, конечно, соответствует истине.
   - Назовите причину, по которой я в этом стал бы лгать вам, Осладас. Мне какая с того выгода? - Карлот явно собрался обидеться.
   - Верно, верно, никакой. Забудем об этом, Ваше Величество. Вы узнаете его среди рыцарей? Покажите его мне, - сменил тему волшебник.
   - Да вот он в первом ряду, справа от моего дорого друга и будущего свояка. Только, боюсь, до свадьбы сестры Ромео не доживет, - вполголоса добавил атреец.
   - Что так? Я слышал, вы неплохо поладили в руководстве Союза.
   - Было, пока Ромео не принял сторону проклятого мага. Он изменил слову, данному мне королем Рудольфо. Он обречен вместе с остальными соратниками Танаэля. Союз от этого не пострадает: я объединю Сиену и Атрейю в государство с единым престолом, мы с Эталией будем править Ситрейей. Зачем нам лишние ветви королевского древа?
   - Мне нравится ваш радикальный подход к делам, приятно сотрудничать с достойным партнером, Ваше Величество, вы мыслите истинно по-королевски, - одобрил не без скрытого ехидства Осладас, - Ваши планы просто обязаны осуществиться.
   - Не сомневайтесь, - самодовольно хмыкнул Карлот.
   - Да, но вот принцесса... Обрадуется ли она вашему предполагаемому браку? Стихиид света - это ведь не мифическая э-э-э... стиходракофибия. Как я слышал, Ларинэ - вполне симпатичный молодой человек, то есть маг, что в случае стихиида легкой стихии значения не имеет.
   - Ее мнение меня не интересует, - зло огрызнулся Карлот, последние слова Осладаса явно пришлись ему не по вкусу. - Он сам открыл мне способ подчинить ее моей воле. Надменный чародей, он позабыл одну простую вещь: мы оба - люди, и ваши дурацкие Законы нас не касаются. Мне не потребуется ее добровольное согласие в вашем смысле слова, без применения гипноза. Моего 3-го уровня хватит, чтобы заставить эту строптивую девчонку любить меня без памяти. Я отыграюсь за все унижения, через которые прошел, добиваясь ее расположения.
  
  
  
   Глава IХ
  
   Ну, расклад! Куда, уж, право, хуже:
   Масть не та, и козыри не впрок.
   Тут такой тузовый прикуп нужен...
   Докажи, кто истинный игрок.
  
   Ставка непомерна. Шансы зыбки.
   Удержи, подставив под удар,
   Жизнь саму на сфинксовой улыбке:
   С шиком блефовать - великий дар.
  
   По дороге к столице Истеклии произошло несколько стычек с томбиками. Отряд обошелся почти без потерь. К исходу третьего дня пути они выехали на открытую равнину ввиду крепостных стен Илакты.
   - Никогда не думал, что придется завоевывать собственный город, - с горечью сказал брату Орландо.
   - Мы не завоевываем, а освобождаем его, в том числе от собственного отца и старшего брата, - скрипнул зубами Калио.
   Сумерки сгущались за спинами рыцарей, постепенно они подобрались к городским воротам, в распахнутый зев которых напряженно вглядывались глаза людей. Ромео предупреждающе поднял руку:
   - Опустить забрала. Оружие к бою.
   Половинчатая луна отсвечивала от доспехов и обнаженных мечей, в ее призрачном сиянии прямо из-под крепостных стен встали и заколыхались ряды войска смерти, они двигались на маленький отряд с неумолимостью волн океанского прибоя. Их вел король Ариот.
  
   - Безумцы. Вы чувствуете их ужас, Карлот? Пять сотен самонадеянных глупцов против трех тысяч творений моего магического искусства. Их просто растерзают в клочья.
   Осладас удобно расположился на месте своей жертвы, готовясь полюбоваться зрелищем, подобного которому никто не видел вот уже много тысяч лет. Торцовая стена зала служила прекрасным экраном. Карлот стоял, опираясь коленом на сидение, а рукой на спинку своего кресла, развернутого к изображению.
   - Мне кажется, я чувствую не только ужас, но и решимость. Впрочем, я еще не слишком хорошо умею настраиваться на восприятие эмоционального фона, тем более на значительном расстоянии.
   - Мы с нашим третьим уровнем вообще чувствуем что-то лишь благодаря тому, что одни и те же эмоции испытывает большая группа людей. Но это не важно. Главное он, - волшебник показал кристалл, лежащий у него на ладони, - впитывает этот дикий страх, исходящий из самого нутра живых существ.
   "Ты слишком презираешь людей, Осладас", - подумал собеседник мага.
   - У них есть вполне действенное оружие. Я сам имел удовольствие испытать его на нескольких ваших созданиях, Равань, - Карлот вытащил длинный тонкий обоюдоострый кинжал и протянул его ближе к собеседнику, однако явно не собираясь выпускать оружие из рук.
   - Что? Кинжал бессмертия? Где Танаэль мог раздобыть рецепт состава? Никто не знает его, только высшие стихииды могут помнить о существовании этого вредного изобретения богов, - занервничал Осладас.
   - Вас не удивляет, что высшие стихииды не вмешиваются в происходящее? - еще больше завел волшебника атреец.
   - Кому там вмешиваться? - пытался сам себя успокоить преступник. - И потом, демон кристалла не подпустит к нам высшего стихиида. С моим уровнем силы при поддержке демона я мог бы опасаться разве что бога, и то, если бы тому удалось взять кристалл в руки.
   - А если кристалл возьмет высший стихиид, что будет? - загорелся любопытством предатель.
   - То же самое: кровь внутри кристалла закипит, и все мои усилия пойдут прахом, демон лишится приобретенной силы. А что?
   - Тогда будьте внимательны, чтобы Танаэль не дотянулся до вашего сокровища, - не впопад хохотнул атреец. - Он - высший стихиид и есть, самый настоящий.
   - Что за бред, дорогой мой?
   - Ни-ни. Я говорил, что знаю много любопытного. Танаэль - сын сиятельной королевы Эффира.
   Старый притворщик передернулся. Он не заметил странного выражения, промелькнувшего в глубине карих глаз атрейского короля. Не одну сотню лет Осладас прожил среди людей, считая их низшими существами, годными только в подопытные кролики.
   А люди, закованные в металл, уже доказывали свою отчаянную отвагу. На полном ходу рыцарская конница врезалась в ряды латомбов. Сражение разгорелось под звон стали и топот копыт, но ни единого крика, ни единого возгласа не огласили застывшую, как в оцепенении, равнину. Травы не колыхались, не двигались раскаленные после дневного зноя воздушные массы. Ни одного живого существа, кроме самих рыцарей, не было видно или слышно ни на земле, ни в воздухе. Эликсир богов поддерживал силы отряда Ромео. Войско ночной рати сражалось в пешем строю, тактика томбиков сводилась к стремлению повалить человека с лошади или располосовать металл доспехов в нижней части туловища. Но пока силы рыцарей были свежи, это удавалось нечасто. За пять часов непрерывной сечи полегла треть отряда, упавших людей томбики разрывали на части, и все же потери противника составили половину его численности. Состав, покрывающий мечи рыцарей практически стерся, многие перешли на копья, секиры, а потом и кинжалы, обладатели магических рогатин воспользовались ими.
   Когда зашел надбитый фонарь луны, из рук Ранэта высоко в воздух взмыла мерцающая точка, она остановилась в сотне метров над землей и засветилась ярким зеленоватым огнем. В следующий миг Ранэт оказался лицом к лицу с Мартосом. Мертвый принц едва не опрокинул молчуна вместе с его конем, потому что рука рыцаря немного замешкалась, не то от усталости, не то от жалости. Ранэт удержался в седле и осадил метнувшегося скакуна, труп Мартоса проскочил под копытами вздыбившейся лошади и со всего размаха грудью напоролся на острие меча противника. Это был последний удар, исчерпавший возможности магического состава меча Ранэта, казалось, он берег его именно для этого случая, так как давно уже использовал "нейтрализатор".
   До рассвета оставалось чуть больше трех часов.
  
   У противоположной стены города возникли три фигуры.
   - Жаль, что кольца действуют только на небольшие расстояния, - посетовала одна из них.
   - Ничего не поделаешь, зато действие магических предметов демон не может зафиксировать, - отозвалась вторая.
   - Нам с Тали все равно придется уносить ноги при помощи переместителей, - добавила третья.
   - Подождите, - подняла руку первая, - Владыка сообщает, что нам пора начинать, битва в разгаре.
   Фигуры растаяли во мраке. Они появились уже в замковом саду у дальней стены увитой плющем.
   - Я знаю расположение дворца в общих чертах. Кажется, Эберту держат в бывших покоях Ванетты. Твое кольцо, Ратина, - Тали взяла второй переместитель у стихииды воздуха, сосредоточилась, пытаясь представить место, куда ей следовало попасть, повернула свое кольцо и исчезла.
   Память немного подвела ее, она давно не бывала в Илакте.
   - Глор, - ругнулась сиенка шепотом.
   Комната, в которую она попала, была пуста. В коридоре раздались тяжелые шаркающие шаги. Девушка зажала в руке кинжал и постаралась слиться со стеной. Шаги стихли в противоположном направлении. Тали решила, что скакать по дворцу в слепую небезопасно, можно как раз оказаться в объятиях томбика. Она выглянула в коридор и, убедившись, что там пусто, юркнула в приоткрытую дверь. Осмотревшись, она поняла, что промахнулась на полкрыла. Как тень сиенка скользила по коридорам и залам, замирая при каждом шорохе. Порой ей приходилось двигаться в полной темноте, порой свет звезд, проникающий в огромные окна залов, освещал ей путь. Прежде чем свернуть за угол в очередной раз, она выглянула и на фоне более светлого оконного проема в торце короткого коридорчика увидела неподвижную фигуру охранника. "Здесь", - поняла Тали и, повернув кольцо, очутилась в комнате. При слабом свете ночника она разглядела спящую женщину. Сиенка бесшумно приблизилась к Эберте и тронула ту за плечо:
   - Проснись, Эберта, - шепнула девушка в самое ухо спящей.
   Вдова вздрогнула и широко раскрыла измученные глаза.
   - Эталия, ты?! - слишком громко спросонья воскликнула она.
   - Т-с-с.
   Но было уже поздно. Чуткий слух латомба уловил подозрительный шум. Тали метнулась к двери и замерла у створки с кинжалом бессмертия наготове. Дверь открылась, сторож сделал несколько шагов внутрь комнаты. Молниеносным выпадом сзади девушка нанесла удар в сердце, вошедший рухнул с глухим стуком.
   - Как ты сюда попала?
   Эберта неуклюже спустилась с высокой кровати. Срок родов был уже близко, огромный живот затруднял движения женщины.
   - Не сейчас. Надень кольцо, - Тали подала ей переместитель Ратины.
   - Не идет, пальцы отекли. Зачем оно мне?
   - Надень на мизинец. Так, а теперь...
   - Осторожно! - за спиной Тали Эберта увидела второго латомба.
   Сиенка едва успела увернуться от когтей монстра, но, защищаясь, выронила кинжал. Нежить наступала на нее медленно, но неумолимо. Рот монстра щерился жутковатым оскалом, глаза при этом оставались пустыми и остекленевшими. Отступая, девушка прижалась к стене, что-то мешало ей. "Рогатина!" Она совсем забыла о прикрепленном за спиной оружии. В последнюю секунду Тали успела выхватить нейтрализатор, едва умудрившись поднять его так, чтобы мертвец уперся в рогатину должным образом.
   - Арген!
   Она оттолкнула от себя, наконец, успокоившегося покойника и вернула прибор на место, затем подобрала кинжал и, не спуская глаз с двери, шагнула к Эберте.
   - Дай мне руку. Я поверну свое кольцо, ты - свое. Одновременно. И держись за меня крепко.
   - Ясно, - кивнула женщина.
   - Слава бессмертным богам! Мы уже думали отправляться вслед за тобой, Эталия. Что ты там делала целых полчаса? - взволнованно зашептала Арона, когда беглянки перенеслись в сад.
   - Так, вышла небольшая несостыковка в пространстве, - отмахнулась Тали. - Эберта, доверься Ратине, она перенесет тебя в безопасное место. Дай ей руки.
   Ратина сжала руки женщины и посмотрела на спутниц:
   - Ну, вы готовы? Будьте осторожны!
   - До встречи. Раз, два, три, - отсчитала Тали.
  

* * *

  
   Кристалл в руке Осладаса ярко мигнул.
   - Он зарегистрировал применение магической силы! - чуть не подпрыгнул волшебник. - Кто тут еще, Карлот?
   - Не знаю, проверьте, - безразлично пожал плечами атреец.
   - Тут никого нет. То есть, вообще никого живого, кроме нас. Куда девалась Эберта? - на другой стене возникло изображение опустевшей комнаты с двумя умиротворенными трупами на полу. - И кто же устроил этот побег, Ваше Величество?
   - Понятия не имею. Должно быть, эта часть плана была придумана уже после их отъезда из Люкании. Впрочем, я догадываюсь: с ними была Ратина, эффирская хранительница, - словно вдруг вспомнил Карлот. - Да и зачем вам теперь Эберта? Вы сами видели: Танаэль успокоил Мартоса навсегда.
   - Демон с ней, она мне действительно уже не нужна, - утихомирился Осладас.
   Тем временем Тали и Арона успели перенестись сначала за городскую стену, а затем на окраину леса к своим лошадям. Верхом они неспешно двинулись по самой кромке между лесом и равниной, огибая город по направлению к месту сражения.
  
   Солнце взошло над усеянным трупами полем. Недобитая часть томбиков впала в состояние близкое к оцепенению, прикончить их было уже не трудно. От отряда осталось не более четырех десятков человек.
   - Сколько усилий, сколько жертв! - с пафосом изрек Осладас. - И все напрасно. Победа накануне поражения.
   Наблюдатели видели, как две всадницы на полном скаку присоединились к остаткам отряда.
   - Ваша невеста, Карлот. А кто еще с ней? - спросил волшебник.
   - Это та самая дама, что обучила меня пользоваться телепатией - Арона. Как маг она не представляет для вас интереса, 7-е поколение потомков богов, - пренебрежительно пояснил Карлот.
   - Отлично, - непонятно к чему сказал мнимый алхимик. - Подождем гостей.
   Рыцари въехали в опустевшую столицу. Вымерший город давил жутью тишины. Все кроме Ранэта подняли забрала, при свете дня опасаться нападения латомбов, если таковые еще остались, не приходилось.
   - Жаль, что с нами не было Карлота. Его сила и ловкость пригодились бы этой ночью, - посетовал Гелардо.
   - На этот раз ему лучше было остаться в Сиене, - ответил другу Ромео.
   - Понимаю, Дербор готов воспользоваться любой ситуацией, чтобы развязать войну с Сиенским Союзом, - кивнул таронец.
   - Мы на месте, - объявил Орландо.
   Действительно, всадники уже въезжали в ворота замка. Два человека остались у ворот, двое у входа, еще двое заняли пост у парадной лестницы. Остальные разбрелись по двору и нижнему этажу, проверяя, не спряталась ли где еще какая нежить. В тронный зал поднялись истеклийские принцы, король Сиены, принц Гелардо, Эталия, Арона и загадочный рыцарь Ранэт. Друзья Ромео догадывались, что именно ему предстоит сыграть решающую роль в последней схватке с коварным алхимиком.
   Равань по-прежнему восседал на узурпированном троне. Рядом с ним стоял высокий крупного сложения рыцарь в шлеме с опущенным забралом.
   - Вот и вы, мы давно ждем вас, - криво улыбнулся Осладас.
   Рыцарь у трона снял шлем и отшвырнул его в сторону.
   - Карлот! - охнули все разом.
   - Предатель! - стиснул зубы Ромео.
   Кинжал Орландо просвистел в воздухе, но атреец легко увернулся. На его губах блуждала злорадная улыбка.
   - Кто бы говорил о предательстве, Ромео. Ты нарушил слово, данное мне твоим отцом! Рука Эталии принадлежит мне.
   - Тебе будет принадлежать мой кинжал, который я воткну в твое черное сердце, Карлот, - изумрудные глаза сузились, рука сжала рукоять оружия.
   - Остановитесь. Это подождет, - глухо прозвучал голос Ранэта, он поднял руку, призывая спутников к спокойствию.
   - И ты сними свой шлем, Карающая Длань богов. Осладас все знает о тебе, - торжествующий хохот предателя прокатился под сводами зала. - Или почти все, - оборвав смех, добавил Карлот.
   - Что это значит? - метнул в его сторону косой взгляд волшебник.
   Танаэль снял и также отбросил шлем. Кристалл вспыхнул и замигал с бешеной интенсивностью, в его глубине стала видна черная точка размером с косточку авры.
   - Ваш демон чувствует большую опасность, Осладас. Ведь по силе Владыка - бог, - вытащил последнюю карту Карлот.
   Волшебник вскочил с места, крепко сжимая в руке кристалл и глядя в упор на высшего стихиида:
   - Тебе не справиться с нами, даже если ты бог.
   "Страх, Владыка? Да. Не впервой. Но теперь: если я, то и все. Не сразу... Вопрос времени. Ну, нет. Спокойно. Он не знает, да и я не знаю наверняка... Но догадываюсь: половина, в кристалле - половина. И у меня половина осталась. Отвлеки же его, повторяй..."
   - Посмотрим, - коротко бросил Танаэль.
   "Вот оно - запас. Элькирия не ошиблась. А теперь - по мозгам опосредованным методом. Получи, старый пакостник".
   Сердце и легкие Осладаса на минуту остановились, волшебник позеленел.
   - Предательство тебе не поможет, Осладас. Ты чувствуешь, вам не хватает пары уровней. Кровь бессмертных богов - крепкий барьер. Твоей жажды власти мало, чтобы демон мог преодолеть его. Твоя ненависть абстрактна, ей не достает жгучей силы личного мотива. Ты проиграл.
   Осладас наконец справился с ударом, сумев нейтрализовать воздействие противника. В голове шумело, все плыло перед его глазами.
   - Личный мотив? Возьмите, Карлот, - маг протянул атрейцу красный кристалл, ставший почти черным от разбухшего внутри него демона, - призовите всю свою ненависть, и мы победим.
   Рука предателя сжала кристалл. И вдруг кровь внутри него закипела, раздался леденящий душу вой, черная точка уменьшилась до размера песчинки. Глаза Осладаса дико расширились, едва не вылетев из орбит. Карлот сделал быстрое, почти неуловимое движение. В воздухе повис кристалл успокоения. Присутствующие потрясенно уставились на атрейца, более других были поражены сиенские близнецы.
   - Вот и всё, - широко улыбнулся Карлот, - вы прекрасно исполнили свою роль, Ваше Величество.
   Он спустился с тронного возвышения и подошел к Танаэлю.
   - Вы тоже, Владыка.
   Их руки соединились в крепком рукопожатии на уровне глаз. В этот миг они словно поменялись местами: Карлот стал Танаэлем, а тот, кого принимали за Ранэта, обрел облик Карлота.
   - Обмен внешностью. Ну, конечно! - первой догадалась о сути случившегося Арона. - Ох, и провели вы всех!
   - Еще как натурально, - облегченно вздохнул Ромео.
   - Именно, что провели. Риск был предельный. Если бы Осладас знал, как в действительности обстоит дело с распределением сил, и лучше соображал, нас могла бы спасти только гипно-телепатия, и то сомнительно, - посерьезнел Владыка Тьмы.
   - И как же они обстояли? - с запоздалой тревогой спросила Тали.
   - Забудьте, принцесса, это уже не важно, - попытался замять тему Танаэль.
   - И все-таки? - присоединилась к вопросу Эталии Арона.
   - Мы имеем право знать, Владыка. Это справедливо. Насколько не соответствовала истине та чушь, которую я нес о нашем превосходстве в два уровня? - вмешался второй участник только что разыгранного фарса.
   - Ну, вот. Приперли к стенке. Пожалуйста: 29-ый уровень против 10-го не в мою пользу, в момент, когда вы, Карлот, так убедительно доказывали наш блеф.
   - Бессмертные боги, - искренне ужаснулась Арона.
   - А как же ваш 14-ый? - недоуменно покачал головой Ромео.
   - Демон высосал, и не 4-ре, а все 14-ть, потом объясню подробнее, у ваших друзей сейчас хватает более насущных проблем.
  
  
   ... два мира в действительности есть одно. Царство богов является забытым измерением знакомого нам мира. И в открытии этого измерения, вольном или невольном заключается вся суть свершения героя.
   Дж. Кэмпбелл "Тысячеликий герой"
  
   Глава X
  
   Бездна - она без дна.
   Тонешь, возврата нет.
   Только багровый свет,
   Ужас и тишина.
  
  
   Более насущные проблемы стояли за стенами тронного зала в виде обезлюдевшей Илакты, чьи улицы пропитались сладковатым запахом смерти, ее привкус прилипал к нёбу, и хотя ощущение концентрированного ужаса рассеялось, все понимали, что это еще не конец. Еще бродили по стране разрозненные группы латомбов, а разбежавшееся население пряталось по глухим местам или в сопредельных землях. И когда рыцари - истеклийцы присягнули на верность будущему королю, не слишком радостным было лицо Калио. Не часто трон достается второму сыну, нельзя сказать, чтобы никогда в своей жизни Калио не мыслил себя на этом месте, мало ли каких случайностей не бывает, но получить корону таким образом... Что делать теперь со своим насмерть, а вернее смертью, запуганным народом? Как вернуть Истеклию к нормальному течению жизни? Да, ему быть королем. Могучий маг Ларинэ (кто же не знает победителя Багрийского чудовища) вполне определенно заявил, что ребенок Мартоса будет девочкой. Долг братьев - заботиться о невестке и племяннице, однако официально они обе останутся только принцессами правящего дома. Эберта появилась ниоткуда, ее доставила вторая "сестра" графа Ранэта. Маги указали места нахождения последних томбиков и оставили все средства для борьбы с ними. Представителей Сиенского союза ждали собственные дела, как, видимо, и их друзей из мира по ту сторону Тропы, поэтому на следующий день полумагическая "компания" распрощалась с хозяевами и Гелардо и направилась в сторону Сиены.
   - Вроде бы настал подходящий момент, чтобы слегка просветить нас. Вам так не кажется? - Тали перевела вопрошающий взгляд с Танаэля на Карлота и обратно.
   Они расположились на ночлег в неглубокой пещере на пологом склоне оврага, по дну которого змеилась мелководная Тирса. Похоже, совсем недавно здесь прятались местные крестьяне: следы очага и оставленная в углу расколотая "хлебалка", еще не запорошенная пылью, свидетельствовали, что до последнего времени пещера служила убежищем от томбиков.
   - Да, кто-то обещал подробно объяснить, на краю какой бездны мы все болтались и почему, - поддержал сестру Ромео.
   - Это не ко мне, - пытался отделаться от расспросов Карлот, - мое дело маленькое: я только исполнил свою роль.
   - Вот-вот, роль. Что Танаэль - великий мастер по части розыгрышей и представлений, это всем присутствующим известно. Но ты, Карлот! Ты просто превзошел себя. За тобой я никогда не замечала склонности к подобным трюкам, - поддела бывшего жениха сиенка.
   - Да вот, проживешь полжизни и вдруг узнаешь, что ты совсем другой человек. Может, я поумнел. Хотя, по чести сказать, сначала у меня было большое желание послать Владыку с его хитроумными заморочками ко всем демонам. Чужие личины, вранье, гадостно как-то... своим лгать, тем более... противно, - смутился атреец.
   - Тали права: вы превзошли себя, того прямолинейного, зажатого рамками условностей человека, для которого было бы немыслимо предоставить свое лицо и имя для мнимого предательства. Именно реакция Ромео, Тали, Орландо и остальных убедила Осладаса больше всех моих слов. Вы спасли наш непростой мир, защищать который не всегда возможно по вашим рыцарским законам чести, - слегка польстил Карлоту Танаэль.
   - Спас, не спас, не преувеличивайте, Танаэль. Понять вас мозгов хватило, это верно. Сам удивляюсь. А на память я никогда не жаловался. Вот как вы еще в Сиене могли предвидеть все наперед, Владыка?
   - Предвидеть будущее я не способен, просчитать наиболее вероятные события - другое дело. Но в данном случае я не знал главного. Элькирия предупредила, что при столкновении с за-Гранными гостями наша сила становится нашей слабостью. Впрочем, об этом я читал раньше, поэтому оставил в Эффире Колорно и удалил Ратину. Демоны способны как бы "выпивать" силу своих противников, усиливая собственный уровень, причем на них не действует ограничитель 14-го уровня. Лишь Малый Черный кристалл позволил богам совладать с этим бедствием и то ценою бессмертия. Высшие стихииды, те, кто прятал кристаллы, избегали применения по отношению к ним магической силы. Гораздо надежнее было просто взять кристалл в руку. Заключенные демоны были совершенно обессилены, поэтому осталось неизвестным, на что они будут способны, при накоплении ими собственной, питаемой отрицательными эмоциями силы. Думаю, их сила копилась тысячелетиями, с трудом преодолевая барьер бессмертной крови. Осладас значительно ускорил процесс созданием латомбов. Не будь рядом с кристаллом распоясавшегося мага, все было бы проще простого, и наоборот - Осладас без демона никакой угрозы мирозданию, конечно, не представляет. А демон и был фактором X, его возможности пришлось проверять на практике, рискуя всеми и всем, - Владыка Тьмы замолчал, временами его утомляла роль всезнайки, надоедало объяснять и наставлять, он и сам бы был не против задать кому-нибудь десяток-другой вопросов, вот только некому.
   - Выходит, даже в кристалле демон смог "выпить" всю вашу силу, Повелитель? Вернее, не всю, иначе как вы держались против Осладаса? - соображала Арона.
   - За счет запаса. Это Элькирия предположила, что в ситуации "выпивания" силы должен сработать мой потенциал в 24 уровня. Как оказалось, демон в кристалле может при одном магическом контакте выпить только половину силы противника и не нападает первым, но пьет силу и тогда, когда нападают не на него, а на его союзника. К нашему счастью ничего этого Осладас не знал и не заметил, поглощенный камуфляжем отвлекающих маневров, - Танаэль сделал несколько глотков из большого кубка.
   Победа не принесла удовлетворения, только он один ясно видел все свои промахи и ошибки, видел и клял себя за безрассудство. Он снова увлекся экспериментом, стремясь узнать как можно больше, проверить, испытать... Он должен был раньше применить гипно-телепатию, не доводя дела до столь опасной черты.
   - А как же сила, что "выпил" демон? Она уже не вернется? - Тали заметила внутреннее беспокойство или недовольство мужа.
   - Не волнуйся об этом, моя королева. Сила вернулась так быстро, что я даже обрадоваться не успел, она перетекла обратно, как только я сжал рукой кристалл.
   - Фух, - облегченно вздохнула Арона, она как-то постеснялась спросить Владыку о силе, но прекрасно понимала, что сейчас как никогда было бы страшно утратить такого защитника, единственного, способного отвести от мира призрак неминуемой гибели.
   - Что тогда не так, Танаэль? - не отставала Эталия.
   - Красные кристаллы.
   - Вы полагаете, что ситуация может повториться, Владыка? - вставила до сих пор молчавшая Ратина.
   - Не обязательно в таком же варианте. Кристаллы были хорошо спрятаны, но за семь тысяч лет любой ландшафт претерпевает массу изменений - землетрясения, наводнения, ураганы, метеориты. Даже Элькирия не в состоянии теперь сказать, где может обнаружиться очередной кристалл, они ведь не поддаются магическому поиску. Боюсь, что не только маг, но и человек почувствует на себе влияние демона, если случайно наткнется на его узилище, даже наверняка почувствует.
   - И что же будет? - поднял голову как будто задремавший Ромео.
   - Томбиков человек, разумеется, сотворить не в силах, но вот могилы пополнить может, породить страдания, т.е. увеличить пищу для демона. Теоретически этого мало для его освобождения, но практически желательно исключить подобные эксцессы, демоны и так уже прилично накушались ненависти и боли человеческих войн и прочих несчастий, - изложил свои предположения Владыка Тьмы.
   - Значит, любой кристалл может не сегодня - завтра обернуться очередным Ужасом? - сиенцу вовсе расхотелось спать, одно дело - разбор дел прошедших, другое - опасности грядущего дня.
   - Верно, - кивнул маг, - возможно, высшие стихииды совершили ошибку, решив удалить красные кристаллы из Свободных земель. Маги обращают мало внимания на события в Резервации, нам пора изменить ситуацию. Похоже, время искусственного разделения нашего мира на две изолированные друг от друга части прошло. По крайней мере, здесь должны быть наблюдатели, в основном из числа людей, способные заметить нечто, выходящее за рамки обычных конфликтов, уловить случаи аномальной жестокости, злобы и вовремя сообщить нам.
   - Разве вы сами не способны уследить за этим? - удивился Ромео. - Маги всемогущи, все знают, все видят. Я понимаю, что не у всех магов равные возможности, но вы Танаэль, вы - бог.
   - Да, но не следует путать меня с Атом. Я далеко не все могу, мое знание о Вселенной достаточно ограничено, и я не в состоянии следить за всеми существами, населяющими нашу Грань. Мой предок и его соратники в этом смысле тоже не были богами. Они придумали Ата в качестве некоторой теоретической модели, но в действительности в мире никогда не было существа, обладающего всезнанием и всемогуществом. Мы же только Маги, Познающие Тайны, а тайны, они неисчерпаемы, так что без вашей помощи нам не обойтись.
   Тали почти не слушала продолжения разговора после слов стихиида о случаях аномальной жестокости.
   - Подождите. Мне кажется, я слышала о более чем странных вещах. Но в то время это прошло где-то мимо моего сознания, дело было накануне нашего выступления в Истеклию, - неожиданно заговорила она.
   - О чем ты? - развернулся к сестре Ромео.
   - У меня был несколько неприятный разговор с Линой. Она буквально требовала, чтобы я перестала втягивать тебя в свои "потусторонние" дела. Тем более теперь, когда вы ждете появления наследника.
   - Неужели? Поздравляю! - Карлот хлопнул будущего отца по плечу.
   - Спасибо. Но я не понимаю, куда ты клонишь, Тали? При чем тут Католина? - заволновался глава Сиенского союза.
   - Дайте мне закончить. Лина здесь только при том, что в запале спора она объявила меня дефективной женщиной, не способной испытать чувство любви. Она считает, что именно по этой причине я лезу во всякие авантюры, даже избавившись от "печати". Главное, Католина сказала: "Ты, как твоя кузина, готова казнить за влюбленный взгляд". Она имела в виду Офелию Багрийскую. Сначала я подумала, что слова Лины - метафора. Кузине не повезло в браке, - пояснила Тали для Ратины и Ароны, - ее покойный муж был мразью и извращенцем, с тех пор Офелия не может слышать слова "любовь". Но, как выяснилось, Католина нисколько не преувеличивала. За последние два месяца герцогиня Багрийская издала ряд бесчеловечных и безбожных законов "против зла, именуемого любовью". Она даже рискнула запретить в Багрии культ Либереллы.
   - Точно, слухи об этом дошли до нас, когда ты ездила в Грабар, - вспомнил Карлот.
   - Никто не принял этого всерьез, - добавил Ромео. - А потом мы не имеем права вмешиваться во внутреннюю политику стран-членов Союза.
   - Если только у власти не стоит невменяемый. А это уже угроза безопасности всего Союза, - возразила принцесса-правительница.
   - Что конкретно говорится в этих законах? - заинтересовался Владыка Тьмы.
   - Как они точно звучат, Лина не знает. Но беженцы из Багрии, те, кому удалось пересечь границу герцогства, рассказывали не укладывающиеся в голове вещи. Если бы не "Истеклийский Ужас", во всех соседних странах говорили бы о "Багрийском безумии".
   - А точнее? - настаивал высший стихиид, заметив, что Тали замялась.
   - Я расскажу, - пришел на помощь сестре Ромео, - да извинят меня дамы. И вообще, что подумают о нас маги? Одним словом, по новым багрийским законам за любовную связь вне брака виновных предают мучительной публичной казни, сначала отрубают известные части, а потом четвертуют.
   - Да уж, ваши людские условности просто абсурдны. Что значит "любовная связь вне брака"? Чушь. А ваша кузина явно повредилась рассудком, - пожала плечами Арона.
   - Похоже, она встала на путь возрождения атаматтства, да еще с диким фанатизмом вновь обращенного, - нахмурилась Тали.
   - Говорят, что это еще цветочки, - продолжил Ромео, - кажется, Офелия запретила своим поданным, даже являющимся законными супругами, вступать в интимную связь чаще одного раза в году с целью продолжения рода. Так что мужчины и женщины теперь живут отдельно, включая стариков и старух.
   - Вернт окончательно свел бедняжку с ума, - посочувствовал Карлот.
   - Вы знали о Вернте? - Тали прикусила язык.
   - Ну, если и ты знаешь, то кто мог не знать об этом ублюдке? - атреец презрительно скривился, - Сам бы прирезал выродка, да меч пятнать не хотелось - такого на поединок вызвать зазорно.
   - А теперь Офелия мстит без вины виноватым багрийцам: за объятие обрубают руки по локоть, за случайное прикосновение - только кисти, за ласковый взгляд мужчинам выкалывают глаз, а девушкам выжигают клеймо на лбу и бреют головы, чтобы волосами не прикрывали, - добавила Тали то, что слышала от свояченицы.
   - Боги! Сколько людей перекалечила эта безумная женщина! - ужаснулась Арона.
   - Когда я была у нее в Багрии, Офелия производила впечатление запуганной, несчастной женщины. Она испытывала страх и ненависть ко всем мужчинам от пятнадцати до шестидесяти лет. Но такого я от нее все же не ожидала, - развела руками сиенка.
   - Здесь дело гораздо серьезнее, чем простое мужененавистничество. Это больше, чем аскетизм. Таких крайностей в атаматтстве быть не могло, во всяком случае, в той версии, которую создали боги. Ваша кузина объявила вне закона саму любовь как принцип, - задумчиво произнес Танаэль. - А ведь это принцип жизни. Я имею в виду не только физический план, никакая идеальная любовь - любовь-поклонение, любовь-самопожертвование невозможны в обстановке взаимного страха и ненависти. Возможно, это только прогрессирующая паранойя, но какие дикие формы она принимает. Дикие и чрезвычайно опасные! Каково ваше мнение, Ратина? Простите, что ворошу прошлое, но именно ваше знакомство с подобной проблемой может нам пригодиться.
   - Да, Владыка, я видела, как человеческий разум погружается в бездну безумия, такую, из которой даже мои гипно-телепатические способности не могли его вывести. А ведь у меня 6-ой уровень. Разум - самая большая тайна во Вселенной, мы до сих пор знаем о ней слишком мало, не смотря на все наши способности. Я убедилась в этом на собственном горьком опыте. Как и другие обитатели Эффира, когда-то я встретила человека и полюбила его. Он был сыном простых крестьян, которого вдруг одолела тяга к странствиям и загадкам. Я встретила его у Тропы. Веселый, добрый, красивый, но, увы, недалекий. Я была очарована не столько его приятной внешностью и врожденным обаянием, сколько умением искренне радоваться жизни. Просто любить солнце, ветер, траву, птиц, не задумываясь о том, из чего они состоят или зачем существуют. Наверное, я устала быть только Познающей Тайны и хотела обычного и такого почти недоступного счастья любви, к которому стремится все живое. Как любой бессмертный в подобных случаях, я мечтала передать ему дар. Увы, он долго отказывался верить, что я - не человек, не мог переступить невежественного ужаса перед другим, не таким, как люди, существом. Этот настрой и погубил его: с трудом приняв правду обо мне, он подсознательно сопротивлялся обучению. Да и его врожденный интеллектуальный потенциал оказался невелик. Уже от курса первичного естествознания у моего избранника стал мутиться рассудок. С горечью я отказалась от надежды посвятить его в Начала Истины сущего, что закрывало для него путь к бессмертию. Но это уже ничего не изменило, чуть позже его разум утонул в хаосе разорванных связей.
   Печальная повесть стихииды воздуха навеяла тоску на общество, итак находившееся сегодня не в самом веселом расположении духа. Заметив впечатление, произведенное ее воспоминаниями, Ратина постаралась встряхнуться.
   - Ну, дело это прошлое, настолько прошлое, что никого из вас, включая Владыку и Арону, еще на свете не было, забудем об этом грустном мгновении на стреле вечности. Вообще, я что-то отвлеклась, ведь речь шла о вашей кузине, - отнеслась к близнецам стихиида. - Трудно сказать что-либо определенное, не коснувшись разума герцогини. Да и в этом случае будет сложно вполне определенно утверждать, существует ли до сих пор источник, стимулирующий ухудшение ее состояния. Вы ведь это имели в виду, Владыка?
   - Да, именно. Пожалуй, нам следует навестить Багрию, - решил Танаэль.
   Багрийское герцогство встретило гостей гнетущей атмосферой подавленности и страха. Люди бродили, словно тени, упорно глядя себе под ноги и шарахаясь друг от друга. На периферии жертвы нового порядка встречались еще не так часто, в столице же чуть не на каждом шагу попадались калеки и бритоголовые заклейменные женщины.
   Площадь перед дворцом была превращена в постоянно действующее лобное место. Когда Танаэль и его спутники подъехали к ней, то застали кошмарное зрелище. На помосте для казни дергались обрубки четырех растерзанных тел, кровь ручьями стекала на площадные камни. Жертвы уже не кричали. Их агонию наблюдала разделенная на две части толпа, с одной стороны мужчины, с другой - женщины. На дворцовом балконе восседала сама герцогиня, рядом с ней, стараясь не смотреть на площадь и, едва сдерживая конвульсивную дрожь, переминались прилизанные, застегнутые до подбородка в платья давно устаревшего фасона фрейлины. Сановники во главе с бароном Гадари стояли на значительном расстоянии от женской половины двора, их лица выражали либо безнадежность, либо затаенную злобу и возмущение. Сама же герцогиня находилась в состоянии радостного возбуждения, каждая черточка ее заостренного лица трепетала, широко распахнутые глаза цепко приковались к кровавому зрелищу.
   - Она определенно безумна, - вполголоса сказала Арона.
   - Обратите внимание на ее взгляд, в нем только животный инстинкт убийства, ни капли разума, - добавила Ратина.
   - Что с нею стало, боги, - прошептала Тали.
   - Подождем, пока казнь завершится. Возможно, она немного придет в себя, - предложил Владыка Тьмы.
   - На моей коронации кузина казалась вполне нормальной, хотя и была несколько мрачновата. Я с трудом узнаю ее, - покачал головой король Сиены.
   - Я тоже, - согласился Карлот. - Тем более, невозможно поверить, что это тот самый белокурый ангел, какою она была лет семь назад, перед своей злополучной свадьбой, она превратилась в ведьму.
   - Представь, она ведь была влюблена в тебя в то время, - открыла давнишний девичий секрет Эталия.
   - Вот не знал, - искренне удивился покоритель женских сердец. - В любом случае ее скупердяй-отчим предпочел бы "алмазного герцога" принцу из разоренной долгой войной страны. Жаль девчонку, не стану утверждать, что сделал бы ее самой счастливой женщиной на свете, но довести до такого...
   Взгляд стихиида привлекли две фигуры в задних рядах мужской половины толпы. Их длиннополые одеяния по моде тысячелетней давности свидетельствовали о принадлежности этих людей к служителям какого-либо культа многобожников, ибо их тоги не имели рукавов, а длинные волосы падали на плечи. Миряне давно не носили таких длинных одежд, святые отцы атаматты прятали руки в рукава по колено, а адепты Обрапокапи брили головы, оставляя один лишь локон на затылке. Один из жрецов был высокий сорокалетний мужчина могучего телосложения. Его обнаженные руки бугрились узлами мышц, а огромные кулаки могли бы пригодиться на бойне - быков с ног валить. Лицо его внушало если не страх, то уважение. Высокий лоб, густые брови, тяжелый подбородок и такой же взгляд - кого угодно могли заставить поежиться. Глубокие морщины у рта и искривленный от переносицы нос с горбиной отнюдь не делали облик служителя бога Линиора (как определил по золоченому поясу и броши в виде солнца на плече Владыка Тьмы) более привлекательным, к тому же солидные мешки под глазами довершали картину. Его спутник, человек лет тридцати, выглядел моложе своих лет. Белокурый, синеглазый, среднего роста, с правильными чертами лица, он был худ, но жилист. Похоже, в жизни он был склонен изображать этакого милого "своего" парня, тщательно скрывая до поры жесткость характера. Но при этом молодой человек принадлежал к жрецам Ранкара - бога войны, старшего сына Алагора, о чем свидетельствовали рубиновый браслет в виде змеи на левом предплечье и красный пояс, широко охвативший талию жреца, подчеркивая изящество его фигуры.
   Старший по возрасту жрец хмуро бросил спутнику короткую фразу, служитель Ранкара ответил так же коротко, но при этом осклабился недоброй улыбкой. Заинтересованный Владыка Тьмы стал прислушиваться к разговору этих двоих, их разделяли площадь и толпа людей, и жрецы никак не могли предположить, что некто, находящийся в той группе всадников, подъехавшей к месту под конец экзекуции, может уловить их слова.
   - Воины пойдут за нами, во имя Ранкара, уж я позаботился.
   - Да, но Тирс сообщил, что сиенские жрецы заняли выжидательную позицию.
   - Они дождутся, - зло процедил жрец бога войны, - дождутся, пока нас всех не побросают в застенки, как жриц Либереллы.
   - Адигис не думает, что руководство Союза может склониться к атаматтству, скорее они близки к безбожию.
   - Без разницы, терпеть надругательство над естеством долее невозможно, Карбон.
   - Потерпим еще декаду, Сорис. В День Линиора Дарителя радости и сестры его единорожденной Аэтили Гармонии должна состояться Большая мистерия двух культов. Новые законы не дают возможности совершить обряды, как подобает. Это отличный повод. Не только воины, весь народ пойдет за нами. Знамение бы еще какое...
   - Тише, братья, есть новости, - возле жрецов возник третий человек, судя по черному поясу и цепи с агатовым медальоном, это был служитель Идитоса.
   - Ты, Тирс. Наконец-то, - откликнулся Сорис, жрец Ранкара.
   - Из святилища в Рапре сообщили: к нам едут правители Союза.
   - Все? - спросил, полуобернувшись к Тирсу, Карбон.
   - Молодые короли и живой портрет Гармонии Триберской.
   - Хвала Линиору! В День Радости и Красоты не подобает проливать кровь, может быть, теперь до этого не дойдет, - предположил обладатель золоченого пояса.
   - Не очень то они нас жалуют, новые герои. А впрочем, поглядим, - несколько разочарованно пробормотал красавец Сорис.
   Тем временем процедура казни завершилась. Останки погрузили на телегу и повезли прочь. Герцогиня покинула балкон, народ начал медленно расходиться в угрюмом молчании. Помощники палача смывали кровь с помоста.
   - Пора. Самое время для дружеского визита, - Танаэль слегка тронул поводья.
   Офелия с трудом переключилась со сладостных воспоминаний на объявление герольда:
   - ...король Сиены Ромео. Его Величество король Атрейи Карлот. Ее Высочество принцесса-правительница Сиены Эталия. Рыцарь Ларинэ с сестрами.
   Услышав имя Ларинэ, герцогиня встрепенулась и почти выбежала навстречу гостям.
   - Большая честь принимать в моем маленьком герцогстве главу Сиенского союза, а также нашего главнокомандующего. О, я не могла представить, что мне когда-нибудь выпадет возможность выразить свою благодарность благородному рыцарю-спасителю. Кузина, дорогая, как я рада снова видеть тебя, - Офелия рассыпалась в приветствиях, она болтала без умолку, впрочем, на первый взгляд вполне разумно, было только что-то странное во взглядах, которые она бросала на Танаэля. - Чем обязана столь неожиданному и приятному сюрпризу?
   - Мы возвращаемся из Истеклии. Заехали посмотреть, не требуется ли тебе помощь в государственных заботах, совет или еще что, - через силу улыбнулась Тали, пытаясь уклониться от объятий "кровавой" кузины.
   - Из Истеклии? Вы, верно, были приглашены на знаменитую охоту короля Ариота. А вот Вернта туда не приглашают. Он все где-то пропадает последнее время, должно быть опять уехал в Сабрию.
   Близнецы коротко переглянулись, Карлот закашлялся, маги хранили незыблемое спокойствие.
   - Вероятно. Мы хотели навестить тебя, дорогая. Как ты справляешься одна? - подыграла Тали.
   - О, прекрасно. Я приведу эту разнузданную страну в порядок. Знаешь, дорогая, народ надо держать в строгости, да? Свобода нравов - привилегия правителей, - хихикнула герцогиня. - Прошу вас в пиршественный зал, мои венценосные гости. Вы предложите мне руку, рыцарь? - Офелия буквально пожирала глазами Владыку Тьмы. Она почти повисла на его руке, но впечатление было такое, что герцогиня с большим удовольствием повисла бы на его шее.
   Карлот предложил руку Эталии, а Ромео повел Арону и Ратину. За обедом Офелия несла всякий бред, в котором реальность сегодняшнего дня смешивалась с событиями прошлого или вовсе со всяческими вымыслами больного воображения. Разговор в основном поддерживали Ромео и Тали, Карлот время от времени вставлял слово. Танаэль и Ратина изучали клиническую картину, Арона играла роль стороннего наблюдателя. Она отметила про себя, что при каждом взгляде на мага безумица тает от вожделения. Еще волшебница заметила, как затравлено ведут себя придворные и слуги, все были запуганы насмерть. Старый советник с робкой надеждой поглядывал на правителей Сиенского союза. Именно их поддержка отбивала желание отстранить от власти помешанную герцогиню, и только они были в праве и в силе оградить подданных юного герцога Галера от беспредельного произвола его сумасшедшей матери. К концу трапезы возбуждение герцогини возросло до крайнего предела, она якобы незаметно полураспустила корсаж.
   - Теперь всем следует отдохнуть после долгой дороги. И у меня был нелегкий день, - она откровенно приглашающе взглянула в глаза прекрасному рыцарю, - вам всем уже приготовили апартаменты, увы, недостойные таких высочайших особ.
   Танаэль вернул Офелии взгляд, телепат оказал на пациентку небольшое воздействие и та, почувствовав сильнейшую сонливость, заплетающимся языком приказала фрейлинам проводить себя в опочивальню. Перед тем, как все разошлись по отведенным им помещениям, Владыка предупредил:
   - Через 20 минут у Ромео.
  
  
   Глава XI
  
  
   Хаос со свистом врывается в нашу жизнь из нами
   же обнаруженных отверстий.
   А.Белый.
  
   Мы жаждем простора. За стены, за стены!
   Континуум тесен, мы рвемся за Грань.
   Но также навстречу из адской Геенны
   К нам ломится жуткая, злобная тварь.
   И грань меж миров превратилась в арену,
   В отчаяньи бьемся с коварным врагом...
   А вдруг он от нас защищает свой дом?
   Чудовища - мы. Мы разрушили стену.
  
   - Как вы нашли свою кузину? - обратился к близнецам, открывая "консилиум", Танаэль.
   - Я просто шокирована. Она казнит влюбленных, а сама ведет себя как солдатская потаскуха... Бредит возвращением Вернта. Должно быть, ей совсем плохо, - Тали привычно заходила из угла в угол, лавируя между предметами обстановки.
   - Расстройство глубокое, устойчивое. С каждым днем ей явно становится все хуже, - подтвердила Ратина.
   - Что ж, попробуем поискать внешнюю причину, хотя ее может и не быть. Я прощупаю ее мозг.
   Владыка Тьмы сосредоточился, взгляд стал отрешенным, через две-три секунды он поморщился, словно прожевал целый лимон:
   - Полная неразбериха. Обрывки спутанных представлений, искаженное восприятие реальности. Две взаимоисключающие маниакальные идеи: гипертрофированное целомудрие и жажда неограниченного сексуального насилия. Смешение временных интервалов. Она одновременно и пятнадцатилетняя девочка, только что подвергшаяся надругательствам извращенца, и неудовлетворенная взрослая женщина, нуждающаяся в ласке и желающая боли. Она - освободившаяся вдова и в то же время запуганная жена, она ждет покойного герцога со страхом и надеждой. Так, вот еще что-то. Поручение? Или обязательство? Священная ценность, то, о чем никто не должен знать, вещь, от которой зависит жизнь. Что-то вроде талисмана счастья. Уф-ф, - Танаэль тряхнул головой, провел ладонями по волосам.
   - Нет ничего труднее и тягостнее, чем пытаться нащупать нить разума в мозгу безумца. Каждый раз одно и то же ощущение - будто тебя долго били дубиной по голове. Мне еще никогда не приходилось заглядывать в разум с такой глубокой степенью расстройства, - вертикальная морщина прорезала высокий лоб стихиида, как от сильной головной боли.
   - А что кристалл? - поспешил спросить Ромео.
   - Кристалл, несомненно, есть. Похоже, он перешел к ней по наследству от мужа. Где герцогиня держит его, мне так и не удалось понять, слишком все перепутано в ее голове.
   - Так, значит, Вернт какую-то часть жизни подвергался влиянию демона, отсюда его порочность и жестокость, - вслух стала рассуждать Тали.
   - Не думаю, - покачал головой Владыка, - не спеши оправдать все зло нашего мира за-Гранными причинами, мы и сами хороши без демонических соблазнов. Для первого контакта с демоном нужна "демоническая" личность, это неизбежно следует из всех данных, которыми я располагаю. Не стану приводить вам расчеты по диапазонам эмоциональности и сопротивляемости кристаллического барьера, это долго и сложно, уж поверьте мне на слово: скорее порочность герцога разбудила дремлющего пленника кристалла, нежели демон развратил Вернта.
   - И как давно багрийский выродок обзавелся милым дружком из Иного? - подал голос устроившийся в большом кресле в углу комнаты Карлот. В последнее время он все легче и быстрее вникал в суть "магических заварушек", как называл про себя круговерть событий, в эпицентр которых внезапно оказались втянутыми он и сиенские двойняшки.
   - Года три-четыре назад, судя по некоторым обрывкам воспоминаний Офелии Конечно, я основываюсь на косвенных данных, в то время о кристалле она даже не подозревала. Вообще, пока герцог был жив, демон, скорее всего, только "мирно питался" излучением отрицательных эмоций. Когда же "хозяина" не стало, окрепшему порождению Иного пришлось позаботиться о дальнейшем пропитании и накоплении силы, его аппетиты, похоже, возросли. Герцогиня в силу ряда причин оказалась не просто наиболее подходящей, но просто идеальной жертвой: слабая, надломленная психика и абсолютная власть, плюс брачные узы с предшествующим "контактером". Остальное сами знаете.
   - А вылечить ее можно? - кузина сумасшедшей с надеждой смотрела на магов.
   - Нет, Тали, боюсь, что нет, - вынес медицинский приговор Владыка Тьмы, - более или менее улучшить ее состояние нам удастся, но выздоровления ждать не стоит. Вопреки расхожему мнению, маги не всемогущи. Не в наших силах искоренить все мировое зло, это и в принципе невозможно.
   - Да, я знаю. Жаль ее, а еще больше жаль детей, - слезы блеснули под длинными ресницами королевы Траэтра.
   - Как ни трагична судьба родителей, дети все же получили самый драгоценный подарок судьбы - жизнь, - пыталась утешить Тали Ратина.
   - Не они первые, не они последние сироты на свете, сестра. Вырастут под нашей защитой не хуже, чем при таких родителях, - сурово, но справедливо заметил король Сиены.
   - Конечно, ты прав, Ромео, - согласилась Эталия.
   - Где и как нам искать этот глоров кристалл? - деловым тоном спросил Карлот.
   Присутствующие переключились на решение насущной задачи.
   - Он может быть где угодно в пределах дворца и даже поблизости от него. Попробуем сузить направление поиска. Где люди обычно хранят дорогие реликвии? - задал вопрос Танаэль.
   - Смотря что. Предметы культов - в храмах, впрочем, мало кто относится к этому всерьез. Знамена, другие трофеи военных побед выставляют в Залах доблести, - ответил сиенец.
   - Да, о культах. Местные жрецы готовы возглавить народное восстание против герцогини. Они терпели Вернта - тайного атаматта, замаливавшего свои мерзости иступленным покаянием, но не препятствовавшего нормальному отправлению культовых обрядов официальной религии.
   - Герцог поклонялся Ату?!! А мы-то думали, что он готов переметнуться к разделенцам, - выразил общее удивление глав Союза король Сиены.
   - Политика и совесть ­- вещи разные, - резонно заметил Танаэль.
   - Разве у Вернта могла быть совесть? - возразила Эталия.
   - Обязательно. Нечистая совесть. Чудовище, пожирающее изнутри. Атаматтство он воспринял в детстве, как страшную и великую тайну своей матери. Явно он никогда не исповедовал этой религии, накладывающей на естество массу искусственных запретов. Наоборот, по склонности своей натуры герцог постоянно попирал, скажем, общепринятые ценности и нормы морали, свойственные вашей культуре. Чем больше он погрязал в злодействе, не станем употреблять слово "порок", тем больше он боялся безжалостного бога своей матери. Боялся до безумия, таким образом, становясь идеальным "хозяином" для демона, - разъяснил Владыка.
   - Откуда вам все это известно, Танаэль? - еще более поразился Ромео.
   - Не вы ли говорили, что я - бог, Ромео? - как-то невесело усмехнулся высший стихиид. - Пусть не всеведущий, но ведь на что-то и я способен. Итак, к делу.
   - Подожди, что там насчет восстания жрецов? - быстро, словно боясь забыть вопрос, спросила Тали.
   - Я думаю, отстранив герцогиню, вы это легко уладите. Времени еще достаточно. Однако вам не следует пренебрегать служителями культов и той силой, которую таит вера. Вера неискоренима, так уж устроена человеческая душа. Это серьезная проблема, но займемся ею в другой раз, - закрыл тему Владыка Тьмы. - Идолы и трофеи - предметы публичного поклонения или любопытства - к данному случаю не подходят. Искомая нами вещь должна храниться тайно, подальше от посторонних глаз.
   - Под подушкой, - пошутил Карлот.
   - В этом что-то есть. Тайник в спальне или кабинете. Принято, - поддержал атрейца Танаэль. - Еще?
   - Домашнее святилище, такое встречается, - добавила Тали. - Если во дворце были тайные атаматты, святилище наверняка должно быть.
   - Сокровищница, - выдвинул версию Ромео.
   - Маловероятно, - сестра не согласилась с братом, - конечно, доступ туда ограничен, но сокровищницу все же посещает определенный круг людей.
   - Не будем спорить и излишне мудрить. Просто проверим для начала все названные места, - решил Владыка.
   - Вам с Ратиной несложно это сделать: станете невидимками и все осмотрите, - предложила Тали.
   - Думаю, это ни к чему. Привычка постоянно играть в таинственность может лишить чувства реальности, - возразил Танаэль. - Вы трое имеете все права временно взять власть в герцогстве в свои руки, отменить законы безумной правительницы, проверить состояние алмазного фонда и прочих дел. В общем, действуйте, как положено в такой ситуации, не оглядываясь на нас, открыто и по закону. Мы тут вроде как посторонние, а вы - у себя дома, мы вам указывать не можем, да и нужды нет.
   - Глор, вредная привычка - перекладывать ответственность на других! Пора отвыкать, - решил взять инициативу на себя глава Сиенского союза. Окружающим даже показалось, что юноша мгновенно стал старше. - Карлот, Тали, для официального отстранения Офелии необходим акт освидетельствования. Я не полагаюсь на местного лекаря, поэтому считаю целесообразным доставить в Багрию мэтра Таро, он пользуется признанием далеко за пределами Сиены.
   - Простите, Ваше Величество, позвольте предложить совет, - ненавязчиво вмешался Танаэль.
   - Разумеется, Владыка.
   - Заключение о невменяемости герцогини может составить Ратина, она с полным правом может быть представлена в качестве великой целительницы. В доказательство своей компетенции уважаемая Ратина займется легкими увечьями: выжженными клеймами и отрубленными руками. А дворцовый лекарь не хуже нас знает о состоянии герцогини, он подтвердит диагноз. И кстати привлеките жрецов, в том числе жриц пострадавшего культа Либереллы.
   - Но зачем? Мы столько времени стремились прижать их к ногтю, - подал голос главнокомандующий, имея в виду многолетнюю политику отцов и дедов.
   - Нам сейчас не нужны распри. Нам - миру живых.
   Владыка не повысил голоса, наоборот, последние слова он произнес совсем негромко, но присутствующие как-то сразу почувствовали их весомость и безапелляционность. Может быть, в этом должна состоять разница между человеком и магом (или богом) - в масштабе, подумалось Ромео. Ратина же отметила про себя, что у короля Эффира наверняка имеются некие далеко идущие планы, в которых человечеству отведена не последняя роль.
   На совете маги держались в тени, предоставив людям решать судьбу Багрийского герцогства. Решение членов Совета Сиенского союза об отстранении регентши по причине помешательства возражений среди ее сановников не вызвало. Жрецы семи культов, призванные на Совет с совещательным голосом (что всех, а особенно, самих жрецов весьма удивило), дружно призвали милость богов на мудрые головы молодых правителей. Для вынесения окончательного вердикта был послан гонец к королю Латрии, дабы поставить в известность и узнать мнение правителя четвертого государства-союзника. А пока триумвират занялся наведением порядка в государственных делах герцогства.
   Танаэль ненадолго зашел в кабинет покойного Вернта вместе с королями и принцессой-правительницей:
   - Здесь явно ничего нет, - сразу же заявил он, - не буду вам мешать. Карлот, вы не проводите меня в Алмазную башню?
   - Минуту, только найду бумаги, касающиеся ее содержимого.
   Пока атреец копался в документах, грудой наваленных на столе, Владыка Тьмы с отсутствующим видом рассматривал пейзаж за окном. Вдруг он полуобернулся, как будто кто-то его окликнул.
   - Меня зовет Ратина. Она в спальне своей пациентки. Сначала посмотрю, что там.
   Танаэль пешком прошел к герцогской опочивальне. Маги решили лишний раз не шокировать обитателей дворца своими внезапными перемещениями. Стихиида встретила его у порога, покои больной теперь охранялись, а право распоряжаться здесь было предоставлено целительнице. Ратина приказала страже никого не впускать и ни при каких обстоятельствах не переступать порога комнаты.
   Офелия спала. Танаэль огляделся:
   - Потайная комната.
   Часть внутренней стены с камином повернулась. Маги вошли внутрь небольшой ниши. У глухой стены, противоположной входу находилось сооружение, напоминающее алтарь. На стене над ним висела двухвостая плетка - атаматтский символ смирения и покаяния, две секиры, перекрещивающиеся прямо под ней, также принадлежали к основным символам, используемым поклонниками Ата. На самом алтаре стояла шкатулка саданного дерева. Под взглядом Владыки крышка отскочила, красный кристалл запульсировал, но сила была применена к бездушному предмету, и демон оказался неспособен "попить" ее, что, собственно, и хотел выяснить маг. Также было очевидно, что демон багрийского кристалла не успел набрать той силы, которой достиг его собрат при помощи Осладаса. И, тем не менее, его влияние на Офелию оказалось достаточно велико, чтобы вывести ее из забытья, вызванного снотворными травами Ратины. Герцогиня влетела в святилище с невесть откуда взявшимся кинжалом в руках, ее широко раскрытые голубые глаза были наполнены одной безумной яростью. Она не узнала тех, кто находился в тайнике, с воплем сумасшедшая вонзила оружие в спину Ратине, стоявшей позади Владыки ближе к потайному входу. Все случилось так быстро, что сконцентрировавшие внимание на кристалле маги упустили момент появления Офелии. Стихиида вскрикнула и прислонилась к стене, Танаэль резко развернулся уже при появлении герцогини в дверях, но не успел предупредить удар, поразивший Ратину прямо в сердце. Маг сразу отключил безумную, почти автоматически отметив, что демон умудрился при этом "отхлебнуть" у него 3 уровня.
   - Кристалл, Владыка, - прошептала белая, как стены святилища, стихиида, несмотря на боль, она ясно увидела, что черная горошина внутри кристалла увеличилась в размерах.
   Высший стихиид в два шага пересек комнатку, прикосновение его руки вторично заставило бурлить бессмертную кровь, только на этот раз вой демона прозвучал несколько тише, но достаточно громко, чтобы заглушить слабый шорох, с которым сползла по стене теряющая сознание Ратина.
   Кинжал выскочил из раны, а кровь запеклась, едва успев заалеть на ее краях. Ратина открыла глаза и, немедленно сменив форму, растворилась в своей стихии. Несколько минут спустя, рыцарь Ларинэ покинул покои герцогини, походя стерев из памяти перепуганных подозрительными шумами стражей всякие воспоминания о стонах и вое. Победитель Багрийского монстра размеренным шагом вернулся в герцогский кабинет.
   - Вопрос решен, - коротко информировал соратников Танаэль.
   - Меня удивляет то, что два красных кристалла обнаружились поблизости почти в одно и то же время. Учитывая мой уровень тупости, хочу попросить нашего мудрого мага растолковать мне сию загадку, - с простодушным видом брякнул Карлот.
   - Брось прикидываться простаком, Карлот, - занервничала Тали, ей показалось, что бывший жених снова вздумал нарваться на конфликт с Владыкой Тьмы.
   - Я не собирался никого задевать, так получилось, по старой привычке. Мир, Тали?
   - Мир, - вздохнула она.
   - Пустое, я понял, - предупредил дальнейшее выяснение отношений Танаэль, избавив атрейца от извинений за двусмысленность его опрометчивой реплики. - Этот случай, вероятно, имеет вполне естественное объяснение: какое-нибудь крупное стихийное бедствие, вроде наводнения, могло занести кристаллы в один район, потом коррозия почвы извлекла их на поверхность. Возможно, их тут больше, чем два. Нам следует быть предельно внимательными, не пропускать ничего необычного. Раз попав в наш мир, существа из Иного доставят нам еще немало головной боли.
   - И никак невозможно полностью избавиться от этого зла? - Ромео бросил на центр стола кипу бумаг, которые бегло просматривал перед появлением мага.
   - Я не знаю другого способа, кроме как вернуть демонов в их измерение. Но каким образом избежать при этом вторжения их сородичей, никому пока не известно. Рисковать вслепую мы не можем, так что придется мириться с создавшимся положением.
   - Противоположность добра и зла в нашем мире как-то уравновешивается, благодаря принципу Вселенской гармонии, ты сам мне говорил. Может и демонов можно чем-нибудь уравновесить? - со слабой надеждой предположила Тали.
   - Тогда речь шла о нашем мире. А Иное, оно и есть Иное. Мы ничего не знаем о нем и даже не можем утверждать, что оно есть зло. Это нечто по своей природе несовместимое с нашим миром. Понятия добра и зла суть этические понятия, они бессмысленны в применении к существам с иным сознанием. Наш мир имеет сходные моральные ценности, потому что от природы у нас общий склад мышления и общие условия жизни, и то этические ценности весьма вариативны у разных Форм, даже одноформцы друг друга не всегда понимают. Иное - опасность для нас, зло с нашей точки зрения. Объективно же Инобытие не зло, а другой мир, с которым мы не можем контактировать. Возможно, для них зло и опасность - мы. Следует еще разобраться, по чьей инициативе соприкоснулись наши миры. Ясно одно - наши миры должны существовать отдельно и не пересекаться ни при каких обстоятельствах. Стремление демона вырваться из заточения не противоречит даже нашей логике, тут и логика не нужна, достаточно инстинкта самосохранения. Представьте себя на месте этого существа.
   - А я и представлять не хочу, - буркнул Карлот.
   - Напрасно. Все это чистая гипотеза, попытка понять непостижимое. Я не собираюсь защищать демонов, - поспешил оправдаться Танаэль, - вне зависимости от наличия или отсутствия злонамеренности с их стороны по отношению к нам, это серьезная угроза. Ее нужно устранить, только ради нахождения такой возможности я пытаюсь понять мотивы их действий.
   - Понять-то можно, узник всегда стремится сбежать из тюрьмы, - согласно кивнул Ромео.
   - Само собой, да нам от того не легче, - резонно заявил атреец.
   - Не легче, но если мы поняли это, значит, между нами есть хоть что-то общее, а это уже надежда.
  
  
   Глава XII
  
   Свысока
   Орел, парящий в поднебесье,
   Червяка
   Не то чтобы не зрит.
   Просто
   Он его не замечает,
   Острый
   Взор ничтожных не дарит.
   Невозможно
   До гнезда добраться -
   В ложной
   Вере царь пернатых пребывал.
   Рылись
   Черви в основании утеса,
   Рылись
   Долго, и утес упал.
  
   Два дня спустя вернулся нарочный из Латрии. Тесть Ромео поддержал действия своих партнеров по Союзу. Осталось только провести официальную церемонию передачи полномочий новому регенту, им был выбран энергичный сорокалетний маркиз Тагира, вынужденный во времена правления Вернта эмигрировать в Латрию как давний сторонник идеи вхождения Багрии в состав Сиенского союза. Тагира вернулся на родину сразу после подписания соглашения между герцогством и Союзом и стал правой рукой Гадари. Надежность этого человека практически не вызывала сомнений.
   Все было готово к церемонии, но неожиданно выяснилось, что юный герцог Галер, чье присутствие считалось необходимым согласно протоколу, наотрез отказывается покинуть свои комнаты. Мальчик прятался за кровать и кричал, что боится чужих.
   - Может вам удастся уговорить его, Ваше Высочество, его светлость часто вспоминал вас после вашего отъезда, - обратился за помощью к принцессе-правительнице первый советник.
   - Действительно странно, что за эти дни Галер не пришел даже поздороваться со мной, ведь мы расстались почти друзьями, - удивилась Тали. - Мы совсем забыли о детях.
   - Прикажите казнить меня, Ваше Высочество. Я должен был сообщить вам, что мальчик в последнее время как-то изменился. Его наставник, рыцарь Альбарик, докладывал мне третьего дня, что герцог отказывается заниматься верховой ездой и фехтованием, хотя выглядит вполне здоровым. Старый я пень, вдруг болезнь ее светлости может быть заразна? - Гадари даже побледнел, сам испугавшись своего предположения.
   - Сумасшествие как будто заразным не бывает, но надо позвать того, кто в этом разбирается. Я сейчас же навещу Галера.
   Тали не на шутку встревожилась. Она сама отправилась за Ратиной, по дороге попросив Арону заменить стихииду у постели Офелии.
   - Не сформировавшаяся психика юного существа очень хрупка, ребенок мог увидеть что-либо из того, чего не должен был: казнь, экзекуцию или какой-либо поразивший детское воображение поступок матери. Надо срочно обследовать вашего племянника, - говорила Ратина, пока они шли дворцовыми коридорами.
   - Галер, разве ты не узнаешь меня? Где ты, малыш? - ласково позвала сиенка, когда они оказались в спальне маленького герцога.
   - Нет... да, - неуверенно раздалось из-за прикроватной занавеси.
   - Я привезла тебе новый подарок, - в прошлое посещение Багрии Эталия торжественно вручила наследнику маленький, но совершенно настоящий меч от имени всех правителей Сиенского союза, возводя юного герцога в ранг равноправного партнера могучих правителей.
   - Я не хочу подарков, - сердито ответил ребенок.
   - Ну, ты хотя бы посмотри, - уговаривала тетя.
   Она специально придумала на ходу заклинание и на пороге комнаты извлекла из воздуха миниатюрный лук и колчан со стрелами, они были совершенно неотразимы для любого шестилетнего мальчишки. Пока принцесса пыталась выманить племянника из укрытия, Ратина стояла за ее спиной, не произнося ни слова.
   - Ладно, - наконец поддался на просьбы тети Галер. Выбравшись на середину комнаты, где стояли посетительницы, он безразлично взглянул на подарок и с видом одолжения протянул руку за луком.
   Неожиданно один из перстней, украшавший пальцы наследника Багрийской короны, слетел с его руки и оказался на ладони стихииды.
   - Я вызываю Владыку, Тали. Сын герцогини в большой беде, - Ратина крепко сжала ладонь.
   - Будь ты проклята! - завизжал малыш, его ангельское личико исказила гримаса недетской злобы.
   Он попытался вцепиться в кольцо-переместитель на руке Тали, но замер не в силах пошевелиться.
   - Что это значит? - сиенка резко выпрямилась.
   Ей бы следовало давно перестать удивляться чему бы то ни было, но преображение племянника было слишком внезапным и ошеломляющим.
   - Гном-двойник, - голос Танаэля резанул застоявшийся воздух неделю не проветриваемого помещения, - до сих пор он ни разу не попался нам на глаза. Облюбовал себе пещеру, дышать нечем.
   Окна распахнулись, свет и легкий порыв ветерка ворвались в спальню.
   - Это гном? А где же Галер, Т... Ларинэ? - от волнения Тали чуть не проговорилась.
   - Сейчас узнаем. Очевидно, что твоего племянника гномы заменили двойником, - Владыка низко наклонился к крошечному пленнику. - Сам расскажешь, или мне покопаться в твоих куриных мозгах, после чего и таких не останется?
   Маг улыбнулся жуткой улыбкой палача, искренне любящего свое дело. Тали никогда не видела на лице у мужа такого выражения, ей стало не по себе.
   Разряд острой боли полыхнул в голове гнома, словно там разорвалась шаровая молния. Лживо невинное личико покрылось голубоватой бледностью, свойственной этой Форме, глаза едва не вылетели из орбит, ноги подкосились, он рухнул на колени. Тали, было, дернулась вперед, но стихиида удержала ее.
   Лже-Галер не знал этого мага в лицо, как и эффирскую Хранительницу, но очевидно сразу понял, что перед ним телепат вполне способный исполнить свою угрозу. Металлический блеск во взгляде мага свидетельствовал о том, делать это он будет мучительно и долго. Недаром сказано: "Нет пытки страшнее пытки сознания". Не обладающая гипно-телепатическими способностями Форма гномов хорошо знает эту истину. Отправляясь к людям, двойник багрийского наследника не мог взять с собой одну из защитных рамок, что служили гномам для торговых переговоров с магами-телепатами. Этот дар богов его соплеменники берегли превыше всех сокровищ. Кто мог знать, что маленькое герцогство вдруг стало излюбленным местом прогулок Мастеров Большой магии? Вероятность появления в этой части резервации очередного мага после недавнего визита Катилла представлялась ничтожной. И вот тебе на! Сорвался такой великолепный план. Какую глупость он допустил, позволив увидеть себя волшебнице! Он просто не знал, что она - обладательница магической силы. Он ошибся, полагая, что в этой некстати появившейся компании только один маг, от которого собственно и прятался.
   - Вставай, - интонации в голосе мага заставили пленника подпрыгнуть.
   - Я сам, сам все скажу, - захлебываясь, затараторил гном, - меня зовут Малкарбартрабатон 25-ый, сын Малкарбартрабатона 24-го, внук ...
   - Чем меньше прыщ, тем длиннее название, - презрительно прервал пышное представление гнома Владыка Тьмы, - чей ты внук, и так понятно. Не испытывай моего терпения.
   - Мне 1342 года.
   - Ценное сведение, стало быть, 26-ой уже существует, - темно-карие глаза полоснули пленника взглядом, страшней энергетически заряженного лезвия стальной секиры.
   - Кто 26-ой? - вполголоса спросила Тали у Ратины.
   - Гномы клонируются раз в тысячу лет, то есть каждый гном может породить максимум 2 клона. Родовое имя с номером передается первому клону. Малк..., как его там, 26-ой - первый клон 25-го, - негромко пояснила стихиида.
   - Ближе к делу, Малкарбартрабатон, - легко, словно всю жизнь повторял это зубодробильное имя, произнес Танаэль. - Присядем, - предложил он Тали и Ратине, - и послушаем, каким ветром занесло гномов в такую даль от их родного Закра-Драгатера. Итак?
   - Запасы магического сырья в Закра-Драгатере почти истощены, - мрачно признался гном.
   - И теперь вы ищете источники их пополнения, - констатировал Владыка Тьмы. - Когда ты поменялся местами с ребенком?
   - Восемь дней назад.
   - У твоих сородичей был лишний переместитель?
   - Да.
   - Твоя задача - передать своим содержимое Алмазной башни, или вы так же собирались попользоваться рудником?
   - И то и другое. Согласно плану Совета родов Багрия должна была стать нашей колонией, - гном не собирался разыгрывать из себя героя, вовремя сообразив, что допрос вслух нужен только для девушки - родственницы похищенного мальчика, а сам маг уже знает ответы на все свои вопросы.
   - Кому вы заплатили за создание иллюзии роста и старения?
   - Дракофибии Баррейте.
   - Разжилась сердечная. Много запросила?
   - Две тонны золота, по десять мер рубинов, сапфиров и изумрудов, плюс 5 процентов от всех багрийских алмазов.
   - Да это же грабеж, - маг изобразил сочувствие. - Что так много?
   - Мы тоже так считали. Но Баррейта заявила, что сейчас любой из темных Владык запросит не меньше. Мол, пока идет спор за титул Владыки Тьмы, а до жезла не добраться, каждый будет стараться купить больше сторонников, чтобы за ним признали власть, - поведал Малкарбартрабатон 25-ый.
   - Ничего глупее в жизни не слышал, впрочем, чего можно ждать от дракофибии, - пожал плечами Владыка Тьмы. - Кстати, за такую плату она могла бы получше подправить твой физический облик: каждому магу видно, кто ты есть на самом деле.
   - Она должна была сделать это после доставки в Барр всего товара, кроме алмазов, разумеется.
   - Долго бы ей пришлось их ждать, боюсь, бедняжке не выбиться во Владыки Тьмы, - усмехнулся Танаэль.
   Считая, что Тали и Ратина услышали уже достаточно, чтобы ему не пришлось пересказывать содержание памяти гнома, Владыка Тьмы заблокировал ее так, что тот забыл, кто он, откуда и что здесь делает. Малкарбартрабатон растеряно оглянулся:
   - Где я?
   - Дома, Галер. Ты устал, немного нездоров. Ты должен лечь в постель и слушаться тетю и госпожу Ратину, - как с ребенком заговорил с ним маг.
   - У меня сил нет, - зевнул лже-Галер. - А вы кто? А кто я?
   - Это целительница Ратина, она будет лечить тебя, ты поправишься и все вспомнишь. Ложись в кроватку, - настаивал Владыка.
   - Все будет хорошо. Сейчас придет няня и расскажет тебе сказку, - поддержала Танаэля Тали.
   Втроем им удалось внушить гному, что он заболевший ребенок, об этом же целительница сообщила Гадари.
   - Какое несчастье, - всплеснул руками честный старичок, узнав, что юный герцог потерял память.
   - Надеюсь, это поправимо, - пыталась успокоить его Ратина.
   Церемонию назначения нового регента пришлось провести без наследника герцогской короны. Маги на ней также не присутствовали: Танаэль исчез сразу после допроса гнома, а Ратина и Арона занимались своими подопечными. Эталия была явно подавлена похищением ребенка, ее беспокоили мысли о том, сумеет ли высший стихиид вызволить Галера, и почему сильные маги не любят иметь дело с гномами.
   Ответ на последний вопрос Тали услышала вечером, когда возвратился Владыка Тьмы.
   - Гномы во всех отношениях обособленная Форма. Их царство - горный массив Закра-Драгатер принадлежал им задолго до эпохи бессмертных богов и имеет ряд особенностей. Сила места там не соответствует общим правилам царств. Она не увеличивает силу обитателей, зато понижает силу чужака на 4 уровня, а планка нейтрализации достигает 10-го. Загадкой является то, кто и когда создал это царство, поскольку сами гномы вряд ли когда-либо были на это способны. Ситуация усложняется тем, что за тысячелетия торговли магическим сырьем гномы накопили огромное количество магических предметов, часть которых составляют произведения Предметной магии 2-го рода. К тому же это достаточно многочисленная Форма, но к счастью для остальных, гномы не способны воспроизводить себя за пределами Закра-Драгатера и не могут существовать долгое время вне его, не больше 50-ти лет. Ностальгическая болезнь смертельна для гномов. Отсутствие гипно-телепатических способностей - еще одна немаловажная слабость Формы. Но территорию Закра-Драгатера защищает Большая рамка, ослабляющая вдвое постороннее телепатическое влияние, а при таких условиях подчинить себе сознание десятков тысяч существ не сможет даже высший стихиид. Поэтому попавший туда в качестве раба, как правило, остается там до конца жизни или навечно. На рудниках Закра-Драгатера гнут спину многие потомки богов 5-го, 6-го, 7-го поколений, те, кто по молодости и неопытности в Предметной магии попали в руки этих бестий. Захватить их помогают малые защитные рамки. Какую-то часть рудничных рабов составляют люди. Ваши предания о том, что гномы заманивают и похищают детей - истинная правда. При их внешности это не сложно.
   - И это им сходит с рук? - прервала лекцию по гномоведению Тали.
   - Что касается Законов, то согласно одному из них, гномы, принимающие участие в похищении человека, теряют способность клонирования. Однако это их мало останавливает, так как в "команды рабодобытчиков" обычно входят уже клонировавшиеся гномы, хотя бы один раз. А бессмертных рабов им явно не хватает. Со стихиидами и другими потомками стихий гномы предпочитают иметь торговые отношения, - продолжил лекцию Танаэль.
   - Но ведь бывают и слабые стихииды, насколько я помню уроки достойной Ароны. Почему ваши гномы их не ловят? - перебил на этот раз мага Карлот.
   - А вы когда-нибудь пытались поймать воздух или свет? Конечно, можно закрыть в герметичном помещении некоторый объем воздуха, например, но ведь раб должен работать, а не сидеть как в кристалле. По большому счету поймать стихиида воздуха или света может только очень сильный и искусный Мастер Большой магии, и задача эта не из легких. Использовать стихиидов земли на земляных работах невозможно, их просто не найдешь, да они и слишком велики. Ну а потомки стихии воды, как вы помните, почти постоянно нуждаются в присутствии своей праматери.
   - И нет никакой возможности спасти Галера? - Тали была готова впасть в отчаяние.
   - Действительно, при вашем уровне силы, Танаэль, даже особенности гномьего царства не будут столь уж эффективны, тем более вы обладаете солидным запасом..., - Ромео замолчал, не зная как дальше продолжить мысль.
   - Запас тут не сработает, я знаю это по опыту посещения Элтара и Аддрагона, да и не все в нашем мире решается одной лишь силой. Тогда он был бы слишком прост, даже примитивен. Попробуем поискать другие варианты. Существует такой тривиальный способ как обмен или выкуп пленника. Разумеется, людей у гномов никто до сих пор не выкупал, но было несколько случаев, когда более сильные родители подобным образом возвращали свободу своим детям, я имею в виду потомков богов. Возможно, обитатели Закра-Драгатера и на этот раз окажутся сговорчивыми, - обнадежил друзей высший стихиид.
   - Они могут согласиться обменять ребенка на гнома, - предположил Карлот, - взаимный обмен пленниками - обычное дело между воюющими сторонами.
   - Только не в отношении гномов, - возразил Танаэль. - Здесь есть своя специфика. Поступок Малкарбартрабатона 25-го с точки зрения его сородичей - подвиг, героическая жертва. Ценой утраты способности воспроизведения он добыл нового раба для рудников, а также едва не сумел предоставить в их распоряжение целую колонию. Учитывая провал второй части плана, обмен Галера на двойника окончательно лишит жертву смысла. "Герой" лучше предпочтет смерть, а его соплеменники не пожелают оскорбить собрата утратой лавров мученика за общее дело.
   - А вы еще говорите, что наш кодекс чести переполнен нелепыми условностями, - прищелкнул языком атреец.
   - У каждой Формы свои вывихи, - развел сомкнутые ладони и вновь соединил их с легким хлопком Владыка Тьмы. - Чтобы жертва не оказалась бессмысленной, гномы должны получить взамен пленника нечто более ценное. Вопрос в том, что именно им следует предложить. Народец этот жадный и тертый, как все торговцы в любых мирах и измерениях. Что поделаешь, для магов средней руки, т.е. до 10-го уровня силы, торговля с ними - почти единственный способ получения магического сырья. Только позволь им диктовать свои условия, и останешься ни с чем. Поэтому нельзя дать им понять, что мы готовы на все ради ребенка. В этом случае они могут оставить его в Закра-Драгатере из одного лишь удовольствия отомстить за сорванный план захвата рудника. Вообще, действовать следует от имени третьей стороны, и желательно не ошибиться в расчетах.
   - Что же делать? - одновременно спросили близнецы.
   - Думать, - коротко отрезал Владыка.
   - Что будет с мальчиком, пока мы ищем решение? - волновалась Тали.
   - Ничего страшного. Гномы похищают детей, но используют на горных работах только взрослых. Их интересует мускульная сила рабов. Ни Малая, ни Предметная магия не применимы для добычи драгоценных камней и металлов. Пока ребенок не вырастет, его хорошо кормят, дают возможность часто бывать на солнце и свежем воздухе, играть. 10-12 лет - не срок для хозяев Закра-Драгатера, они терпеливо ждут, когда раб будет готов к эффективному труду. Так что несколько лишних дней пребывания в стране гномов не повредят юному герцогу, - успокоила ее Ратина.
   - Я слышала, последнее время гномы предпочитают, чтобы Мастера Большой магии рассчитывались с ними кристаллами, а не простыми магическими предметами. У вас, Владыка, полагаю, нет недостатка в кристаллах. Вы можете заплатить столько, сколько они запросят, - вступила в разговор до сих пор помалкивавшая Арона.
   - Кристаллов мне не жалко. Но чем больше их накапливается у гномов, тем опаснее эта Форма становится для остальных. Скорее следует принять меры к ограничению подобной практики, чем поощрять ее, особенно теперь, когда истощение запасов Закра-Драгатера становится фактором, грозящим непредсказуемыми последствиями, прежде всего, для людей. Захватывать чужие месторождения в Свободных землях они вряд ли пока рискнут, а новые искать - труд не малый, не любят они работать. Снабжая гномов кристаллами, мы ставим под угрозу относительно мирное сосуществование Форм. Маленькие пройдохи - еще одна большая головная боль, которую я до сих пор упускал из вида, во-первых, потому, что обособленные Формы не входят в число моих подданных, и, во-вторых, потому, что у меня были другие источники получения магического сырья. Надеюсь, их еще не поздно обуздать. А что касается моих кристаллов, Арона, то они обладают слишком большой силой. Искусство Мастера не терпит халтуры, не будешь стремиться к наилучшему результату - перестанешь развиваться. А на производство слабых уйдет много времени, это длительный процесс, от начала преобразования он занимает 15-20 лет. Даже я не могу его ускорить
   - Простите, Владыка я не должна была говорить о том, в чем не разбираюсь, - смешалась пра-пра-правнучка бога Артана.
   - Забудем. Попробуем разрешить ситуацию иначе.
   - Может быть, они согласятся на выкуп в виде алмазов, - предложил Ромео.
   - Сомнительный вариант, вы не знаете их аппетитов. Стоит гномам узнать, что предложение исходит от Багрии, эти бестии не успокоятся, пока герцогство не лишится всего своего достояния. Не нужно предоставлять им возможность использовать Галера в качестве заложника, это развяжет им руки. Выполнение своей части обязательства они затянут лет на пятьдесят и выдадут ограбленной стране умирающего от рабского труда герцога.
   - Затопчи меня дракон! - не выдержал Карлот. - Решить эту задачу не легче, чем остановить нашествие мертвецов.
   - В данном случае также нужно убедить противника в том, что он проиграл. Предположим, гномы узнают, что их затея полностью провалилась, и нет шансов что-то приобрести, - Танаэль опустил лицо, полуприкрыв его ладонями, и некоторое время молча размышлял.
   Все с напряжением ожидали результата его раздумий. Владыка поднял голову:
   - Поскольку запасы Закра-Драгатера подходят к концу, его хозяева должны дорожить тем, что у них есть. Они не могут позволить себе роскошь терять товар впустую. Гномы дорого заплатили Баррейте за услугу, которую она теперь выполнить не сможет. Вряд ли дракофибия пожелает добровольно вернуть неотработанные сокровища. А вот получить их назад гномы, несомненно, захотят. Вот здесь и появится третья сторона со своим интересом. Какое дело гномам до того, каким образом маг по имени Нат вырвет их собственность у Баррейты, и зачем ему нужен маленький герцог. Секреты Большой магии находятся за пределами их понимания. А то, что из скверной авантюры лучше выпутаться с наименьшими потерями, они сообразят. Главное заставить их думать так, как выгодно нам.
   - Ты собираешься апеллировать к совести дракофибии? - удивилась Тали. - Или поступишь с ней как с Катарангом?
   - Ну, зачем же. Дракофибии трусливы, льстивы и подобострастны. Смесь драконидов и фибиидов оказалась довольно странной Формой не только внешне, чересчур осторожной, не уверенной в себе, слабовольной, легко поддающейся чужому влиянию. Как ни жалко ей будет расставаться с сокровищами, необходимости в жестких мерах, думаю, не возникнет. Пора Владыке Тьмы занять свое место, мои чудовища, как малые дети - не ведают, что творят.
  
  
   У порога, ведущего обратно, трансцендентные силы должны
   остаться позади; герой выходит из царства страха... Благо,
   которое он приносит с собой, возрождает мир...

Дж. Кэмпбелл "Тысячеликий герой"

  
   Глава XIII
  
   Однажды мы счета свои оплатим
   А кредиторы все как на подбор:
   Удача, Слава, Власть и главный кредитор -
   Счастливая Звезда, хоть Солнце не без пятен.
  
   Ну, а пока мы действовать вольны,
   Творить миры и созидать порядки,
   Растить и холить, как садовник грядки,
   Наш лучший мир мы разве не должны?
  
   Он не способен пребывать в покое.
   А направленье кто ж ему задаст?
   Всегда нужны и боги и герои.
   Сегодня - мы. Пусть завтра спросят с нас.
  
  
   Коммуникационная проекция возникла в Зале Совета Родов.
   - Да процветает Закра-Драгатер, - приветствовала присутствующих говорящая голограмма седовласого телепата с пронзительным взглядом.
   - Чем мы можем быть полезны, уважаемый? Желаете приобрести металлы? Камни? - затараторил гном, отвечающий в этом столетии за торговые сделки с магами. - Простите, но, кажется, прежде вы не обращались к нам. Как достойное имя нашего дорогого клиента?
   - Мое имя Нат, коротко и без затей. А ваше?
   Гномы переглянулись. Что понадобилось в Закра-Драгатере таинственному и грозному магу, ставшему предметом самых невероятных домыслов по всем Свободным землям?
   - Я - Цаткралсонбатон 27-ой, к вашим услугам, - расшаркался торговец. - Так что бы вы хотели купить, достойнейший Нат?
   - Ничего. Наоборот, это я могу кое-что продать вам, - загадочно усмехнулся тот.
   - Продать нам? Но что? - отстранил Цапкралсонбатона другой гном, судя по пышному разноцветному наряду, самый влиятельный из присутствующих.
   - Информацию, - ответила голограмма.
   - Информация - ненадежный товар, пока не купишь - не узнаешь, стоила ли она затрат, - почесал подбородок старший гном.
   - Я много и не требую, чисто для соблюдения приличий десять тонн угля, - ошарашил торговцев драгоценностями волшебник.
   - Я не ослышался, угля, вы сказали? - переспросил собеседник.
   - Именно. Через час доставьте его за пределы царства. Я свяжусь с вами, - голограмма исчезла.
   Гномы загалдели, каждый пытался перекричать другого, высказывая свое мнение.
   - Замолчите все! - напрягая по-детски высокий голосок взвизгнул Председатель Совета Нарларграстабатон 24-ый. - Десять тонн угля - не предмет для спора, за них и кольца-переместителя не получишь. Сделаем, как он хочет.
   В назначенный срок связь возобновилась.
   - Отлично. Сообщаю вам, что ваш эмиссар в Багрии разоблачен. Его узнал Ларинэ. Полагаю, это имя вам знакомо.
   - Карающая Длань богов! Тысяча демонов ему в кристалл! - от злости лицо Председателя покрылось синевой. Его сородичи жалобно заверещали.
   - Советую вам обратить внимание на какое-нибудь другое место. Багрия и близлежащие к ней земли Резервации, называемые людьми Сиенским союзом, пользуются особым покровительством жителей Эффира, - предупредил Нат.
   - Какое отношение имеют к ним эффирские Хранители? - искренне озадачился Нарларграстабатон.
   - Это уже другая информация. Желаете купить? - хитро сощурилось изображение мага.
   - Сколько?
   - Пять тонн меди.
   - Мы обсудим.
   - Полчаса, - связь оборвалась.
   - Где этот гений внешней экспансии? Позовите Даркторбраганобартона 26-го, - распорядился Председатель.
   Явился глава службы слежения.
   - Кто убеждал Совет, что маги не узнают о нашей операции? Что тебе известно о Ларинэ и его связях с Эффиром? - обрушился на вошедшего Председатель.
   - Я как раз хотел доложить, Мудрейший. Траур в Эффире полностью снят. Королева проснулась. Пошли слухи, что Ларинэ - сын Элькирии, - поголубев, отвечал начальник разведки.
   - В таком случае связываться с Эффиром - чистое безумие. Но почему эффирцы вмешались в это дело? - опять почесал подбородок Нарларграстабатон.
   - Ответ можно купить у Ната, - напомнил один из членов Совета.
   - Пожалуй. Но вы хоть понимаете величину наших потерь? Мы как наивные младенцы уже рассчитались с Баррейтой. Если так пойдет дальше, скоро нам нечем будет торговать, кроме угля. Много ли вы знаете желающих расплачиваться за него кристаллами? Наши предки никогда не совершали таких невыгодных сделок, - кипятился Председатель. - Благодаря твоей некомпетентности, Даркторбраганобатон 26-ой, мы уронили высокий престиж гномов.
   Пять тонн меди заняли место исчезнувшего угля.
   - Так чем объясняется повышенный интерес эффирцев к названным землям? - спросил гном у голограммы.
   - Брачным союзом Ларинэ с бывшей невестой Владыки Тьмы - сиенской принцессой Эталией, которой багрийская герцогиня приходится близкой родственницей, - охотно разъяснил Нат. - Или вы не знаете, кто такой Ларинэ?
   - Знаем. Но прежде Мастера не общались с людьми столь тесно. Это же нарушение Законов, - возмутился Председатель.
   - Времена меняются. А потом, кто бы говорил о нарушениях Законов, многоуважаемый, - озорные черти заплясали в пронзительных темно-карих глазах, - ваша блестящая затея с треском провалилась. Кто тут остался в выигрыше, так это Баррейта, не правда ли?
   - Вам что за дело? И откуда вы все это знаете, уважаемый? - насторожился гном.
   - У хорошего телепата масса возможностей узнать больше того, что известно другим, - туманно объяснил свою осведомленность маг. - Я хочу сделать вам одно выгодное предложение. Полагаю, вы были бы не против получить назад свое сырье, без всякой выгоды для вас доставшееся Баррейте.
   - Вы утверждаете, что можете достать его из Барра? - не поверил своим ушам глава службы слежения. - Это невозможно.
   - Я - специалист по невозможным проектам, и мне они удаются, в отличие от вас. Можете не сомневаться, - маг окинул присутствующих надменным взглядом.
   - Какой процент вы желаете получить за эту услугу? - деловым тоном осведомился Председатель.
   - Магическое сырье меня в данном случае не интересует. В качестве платы я возьму кое-что другое, - удивил торговцев загадочный собеседник.
   - Что же?
   - Об этом после. Товар, не пользующийся спросом - мой конек. Итак, вы согласны дать мне полномочия посредника для получения вашей собственности? - поставил вопрос ребром Нат.
   - Да, но прежде мы должны убедиться, что Малкарбартрабатон 25-ый действительно разоблачен. Наш посланный вернется через девять-десять часов. Тогда мы сможем дать окончательный ответ, - заявил Председатель, гордо вскинув головку, всем своим видом говоря: "Нас не проведешь".
   - Воля ваша. Однако, если срок не будет выдержан, я откажусь от своего предложения. У меня достаточно других дел. До встречи, - телепат перекрыл коммуникационный канал.
   Получив донесение разведчика, гномы больше не сомневались. Каким образом маг сумел добыть сокровища у дракофибии, осталось для них тайной, но обещание Нат исполнил. Теперь хозяевам Закра-Драгатера оставалось только выполнить его требование и получить свой товар назад.
   - Так чего же вы хотите, уважаемый? - с почтением поинтересовался председатель у голограммы.
   - Выдайте мне мальчишку. Пусть Ларинэ считает, что он по-прежнему у вас. Мне не нужны проблемы с Эффиром.
   - Зачем вам человек? - изумился гном.
   - Разумеется, не затем, чтобы копать землю. У Мастеров Большой магии своя особая заинтересованность в этой Форме, до которой ваши маленькие носы никогда не дорастут. Вы получаете свое, я - свое.
   - Совершенно справедливо, - поспешил согласиться Председатель Совета Родов.
   Обмен состоялся у подножия горного хребта.
   - Теперь ты поедешь с дедушкой, - сказал ребенку совершавший сделку гном.
   - А кто он? - с любопытством спросил Галер.
   Мальчик не казался напуганным или несчастным. Напротив, неожиданные приключения пришлись ему по душе.
   - О, это настоящий волшебник. Тебе у него понравится, - криво ухмыльнулся гном.
  

* * *

  
   Танаэль отсутствовал третий день. Тали ходила мрачная и злая, чувствуя, как с каждым часом растет ее беспокойство. Втроем с Ромео и Карлотом они сделали уже все, что могли и имели право сделать для восстановления нормальной жизни герцогства, остальное уже было заботой Тагиры и Гадари. Принцесса мучалась бездействием и неизвестностью.
   Поначалу она собиралась проводить больше времени у постели больной, но вскоре обнаружила, что не в состоянии выдержать это. После устранения демонического влияния Офелия полностью потеряла связь с реальностью. Временами она принимала Ратину за свою покойную мать, воображая себя девочкой-подростком. То начинала плакать и жаловаться на скотское обращение мужа, то, представляя себя беременной, уверяла, что обязательно умрет при пятых родах. Иногда с тоской и отчаянием герцогиня начинала звать своих детей. Несколько раз она узнавала Тали, тогда расстроенная память возвращала ее на несколько месяцев назад, когда, овдовев, она искала поддержки и защиты кузины. Поняв, что общение с сумасшедшей только увеличивает ее собственную нервозность, Эталия перестала заходить в ее комнату.
   - Когда все это кончится? - бормотала про себя королева Траэтра.
   События последнего времени утомили ее, да это было и неудивительно. С тех пор как они с Танаэлем встретились в Аддрагоне, их закружило в водовороте тревог и сражений, и сладкая мечта о тихом счастье отодвигалась лесом бесконечных проблем.
   В эти дни Эталия чаще встречалась с Ароной, девушки как-то незаметно сблизились и подружились. Арона рассказала Тали историю своей жизни. Ничего особенного в ней не было, обычное осторожное существование слабого, но духовно возвышенного создания, пытающегося устроить свой маленький мир эстетического совершенства вдали от внимания сильных мира сего. Пра-пра-пра-внучка бога Артана была художницей, она писала поистине волшебные картины, войдя в них сознанием, можно было существовать там некоторое время почти как в реальном мире.
   - Тебе обязательно надо познакомиться с Беланой. У вас так много общего, - убеждала новую подругу Тали. - Ты уже решила, что будешь делать, когда мы вернемся в Свободные земли?
   - Не знаю. Небезопасно жить в одиночестве. С другой стороны, принятие эффирского подданства, мне кажется, налагает определенные обязательства. Я привыкла распоряжаться собой по своему усмотрению... правда, не всегда удачно.... Опять же, я не совсем понимаю, кем будешь ты - королевой Эффира или Повелительницей Тьмы? - отчего-то смущаясь и растягивая фразы, заговорила Арона.
   - Королева Эффира - Элькирия. Там не нужна вторая. Мы вернемся в Траэтр. Не думай, будто он похож на Аддрагон. Тебе бы там понравилось. И, кстати сказать, чтобы попасть к нам в гости, нет необходимости становиться подданной Владыки Тьмы, достаточно быть нашим другом.
   - Спасибо за приглашение, Эталия. Я плохо знаю Владыку, в том смысле, что он совсем не тот, кем его считают. Я как-то до сих пор не всегда четко осознаю, что твой муж - преемник Катаранга на троне Темных Владык. Хотя, порой и он сознательно жертвует чьими-то жизнями, как теми людьми, что погибли под Илактой, маскируя от Осладаса истинный план компании. Невозможно быть добреньким Повелителем, я понимаю, но мне не очень по душе те методы, к которым хочешь - не хочешь, а приходится прибегать тому, кто стоит у власти, - не слишком уверенно пыталась отказаться волшебница.
   - Ты что, боишься Танаэля?
   - Нет, но...
   - Перестань, пожалуйста, никто не может быть только белым в нашем черно-белом мире. Если честно, ты ведь не из-за него отказываешься? Я не телепатка, но и люди способны многое понимать. Не стесняйся, ты влюблена, правда?
   - Неужели, это всем бросается в глаза? - покраснела Арона. - Бессмертные боги! Что Танаэль и Ратина заметили, я и не сомневалась, от сильных телепатов такое не скроешь. Неужели он тоже понял? Стыд какой!
   - Карлот? Не знаю. Вообще в сердечных делах он большой специалист, был, по крайней мере. Но мне кажется, что после того, как не сложились наши отношения, он потерял уверенность в себе. Это плохо. Как человек он оказался гораздо лучше, чем я о нем думала. Я по сей день мучаюсь, что так все вышло. Надо ему было в меня влюбляться! Ведь по началу его интересовали только династические и политические соображения. Ты прости, я ведь не виновата. Что бы такое придумать, чтобы ты заняла в его сердце то место, которого, видят боги, я никогда не добивалась? - Тали соскочила с подоконника и принялась расхаживать мимо прислонившейся к оконному косяку собеседницы.
   - Твое место, это твое место, Тали. Мне его не занять. Он будет всегда любить тебя, - покачала головой Арона.
   - Надеюсь, как сестру. Люди способны разлюбить, не то, что вы - маги. Так это оставлять нельзя, ты, что же, собираешься вечность страдать как эффирские Хранители?
   - Насильно мил не будешь.
   - Нет, постой. Твое настроение никуда не годится. Во-первых, Карлот тебе симпатизирует; во-вторых, вы прекрасно находите общий язык и вовсе не скучаете друг с другом. Это уже не так мало. Значит тут только вопрос времени и некоторых усилий с твоей стороны. И не возражай, пожалуйста, - сурово сдвинула брови Эталия.
   - Слушаю, Повелительница, - с показным смирением склонила голову пра-пра-пра-внучка богов.
   Девушки расхохотались.
   - Смех смехом, а любовь - вещь серьезная, - вздохнула сиенка.
   - Волнуешься? - сразу догадалась Арона.
   - Еще как. За племянника переживаю, конечно. А без Танаэля дышать не могу, мне как будто все время воздуха не хватает, - призналась Тали.
   - Воздуха? Пожалуй, - думая о своем возлюбленном, согласилась волшебница.
  
   Вечером появился Танаэль. Успех его миссии был очевиден: ребенок сладко посапывал на руках у мага, счастливо улыбаясь во сне.
   - Завтра он будет рассказывать удивительный сон о гномах и волшебниках. Малыш побывал в сказке, а сказки с хорошим концом никому во вред не бывают, - ответил на невысказанный вопрос Эталии Владыка.
   Маг не стал вдаваться в подробности освобождения Галера, сказав лишь, что все произошло так, как он и рассчитывал, и впредь обитатели Закра-Драгатера поостерегутся соваться за багрийскими алмазами, также как и за сиенским золотом и прочими драгоценными ископаемыми, имеющимися в пределах Сиенского союза.
   - А как ты устроил дела с Баррейтой? - напоследок поинтересовалась Тали.
   - Да, Тали говорила, что эта дракофибия тоже хотела стать Владыкой Тьмы, долго с ней пришлось возиться? - Ромео припомнил финальный этап аддрагонского сражения и подумал, что на этот раз противник у высшего стихиида был послабее.
   - Любой феодал мечтает стать сюзереном, но не каждый осмелится на серьезный заговор, а тем более открытый бунт. Неподчинение власти Владыки Тьмы - событие исключительное, на протяжении последних десяти тысяч лет такое случалось только трижды, не считая нашего спора с Катарангом. Желающих последовать примеру неудачливых заговорщиков, когда память еще слишком свежа, как правило, не находится. Мое неожиданное воскрешение вызовет некоторый шок, тем лучше. А Баррейта прореагировала должным образом, только и всего, - Танаэль неопределенно махнул рукой, давая понять, что тема исчерпана.
   Их миссия в Багрии была закончена, задержаться здесь предстояло только Ратине. Снова возникла проблема расторжения помолвки короля Атрейи с сиенской принцессой, оба они были слишком на виду, и замолчать такое событие не представлялось возможным. Нельзя было просто проигнорировать вековые традиции и кодекс рыцарской чести, тем самым, нанеся удар престижу обеих сторон, включая короля Сиены.
   - Подождем праздника. Жрец Линиора мечтал о знамении. Пора предпринять шаги к завершению ряда экспериментов бессмертных богов. Причиной большинства людских войн являются религиозные разногласия, бессмысленные в своей основе, ибо все существующие верования одинаково ложны. Учитывая близость красных кристаллов, необходимо устранить некоторые возможные причины возникновения конфликтов в Резервации, - заявил соратникам Танаэль.
   - Но, Владыка, введение трех религий, несомненно, имело серьезные основания, - возразила Ратина.
   - Прежде всего, предотвращение демографического коллапса, я знаю. Эта Форма напрямую не регулируется Законами, а место ограничено. Придется решать этот вопрос другими методами.

* * *

   Утро дня Праздника Дарителя радости и Гармонии выдалось великолепным, солнце во всю сияло на небосклоне, как и положено по такому случаю. Празднество, по обычаю, должно было состояться за городом на широкой луговине между двух святилищ: Линиора и Аэтили. Древний амфитеатр, сооруженный в незапамятные времена из загадочных голубовато-серых плит, почти не поддающихся разрушительному действию времени, полукругом охватывал луговину. Он пережил века запустения, когда служители Ата объявили это место запретным и проклятым, сами до смерти боясь приближаться к известному странными и загадочными происшествиями амфитеатру. Виной всему служил секретный лабиринт, тайнами которого владели только жрецы двух культов, они приютили здесь весь пантеон гонимой веры, младшие дети Алагора укрыли в своем святилище старших. Поэтому после изгнания атаматтства, Праздник Линиора Дарителя радости и Аэтили Гармонии занял практически главное место среди мистерий многобожников наравне с Большим Отдохновением в честь Алагора Справедливого. И наиболее торжественно он отмечался именно здесь, в двойном Лабирском святилище. Уже за неделю сюда потянулись обозы с припасами, народ толпами валил из близлежащих поселений. Вести о смещении герцогини уже распространились за пределы Багрии, так что среди паломников оказались и жители соседних дружественных стран.
   Рано утром венценосные гости и их друзья, негромко переговариваясь, ожидали у герцогской конюшни, пока им подадут лошадей.
   - С этим все ясно. А там начнем.., - донесся до конюха голос того самого рыцаря, черного жеребца которого он как раз выводил.
   - Начнем что, Повелитель? - спросила хрупкая девушка с угловатой фигурой.
   - То, ради чего прозвучало знаменитое пророчество. Случайными они не бывают. Значит, зачем-то мы собрались здесь вместе.
   Конюх придержал жеребца и навострил уши.
   - На этой конюшне? - уточнил Великий воин Атрейи.
   Названный повелителем (интересно чего?) рыцарь повернул голову к стоявшему слева от него королю и, как показалось растерявшемуся свидетелю этой сцены, пробуравил того насквозь пронизывающе-жутковатым взглядом.
   - Очень верно подмечено, Карлот, - вдруг широко улыбнулся рыцарь. - Именно на этой конюшне. Можно сказать, что отсюда и начинается дорога, куда бы она ни вела.
   - А куда она, по-твоему, должна вести? - поинтересовалась сиенская принцесса.
   - Понятия не имею, - весело ответил рыцарь, взглядом указывая на раскрывшего рот конюха.
   Правители Союза выехали из столицы в окружении багрийской знати, дабы присутствовать на торжестве. Население герцогства встречало героев новых легенд так, словно они только что защитили Багрию от вражеского нашествия. На всем пути от дворца до ворот города теснилась ликующая толпа, засыпавшая маленькую кавалькаду цветами и бурными изъявлениями благодарности. Уже у самого выезда из столицы случился нелепый и малоприятный инцидент. Какая-то донельзя грязная и оборванная, безобразно уродливая женщина протиснулась к самому краю мостовой. С выражением жгучей ненависти в глазах она попыталась плюнуть в принцессу-правительницу, ее плевок пришелся под копыта коня сиенки. В бешенстве нищенка разразилась нечленораздельными проклятиями. Все это продолжалось не более полминуты, толпа едва не растерзала женщину, но ей удалось вырваться и скользнуть в переулок. Гнаться за ней никто не стал, кроме улюлюкающих мальчишек.
   Выходка нищенки произвела неприятное впечатление на Эталию.
   - Что было нужно этой сумасшедшей? - передернула плечами сиенка. Они уже отъехали на некоторое расстояние от ворот. Здесь вдоль дороги тоже стояли люди, но их было не так много, как на улицах города, тем более, что на открытом месте шум был гораздо меньше.
   - Она не сумасшедшая, - заверил спутников стихиид.
   - С чего это тогда она вздумала плеваться в нас? Я ее в глаза никогда не видела. Никто из нас не мог обидеть ее, - недоумевала красавица.
   - Ее обидели природа и судьба, и очень жестоко обидели. Тебе ли не знать, каково быть Меченной. Ей же достался гораздо худший жребий. Вы обратили внимание на ее лицо? Кости черепа сильно деформированы, она не может даже говорить нормально. Она родилась уродом, родилась где-то в низах, на задворках жизни. Ее судьба - до самой смерти влачить жалкое существование отверженной, служить объектом насмешек и издевательств.
   - Это несправедливо, - Тали стало стыдно за то раздражение и презрение, которые вызвала в ней несчастная калека.
   - Не уверен, есть ли в этом мире высшая справедливость. Если и есть, то она суммарна. Дары природы и судьбы распределяются неравномерно: одним достается немного того, немного этого; некоторым - очень многое, почти все; а кому-то - почти ничего. С точки зрения этой женщины, вам троим досталось непростительно много: красота, богатство, власть, слава и еще то, о чем она не знает - ум, способности, удача. Редкое сочетание. И хотя вы в этом ничуть не виноваты, само ваше существование она воспринимает как оскорбление, как издевку над собой. Должно быть, принцесса Эталия стала для нее персонифицированным объектом ненависти, превратившись из Меченной в портрет богини.
   - Между прочим, у нас с ней есть кое-что общее: в нас тоже тычут пальцем все, кому не лень, - кивнул в сторону людской толпы Карлот.
   - Если уж говорить о баловнях судьбы, то первое место в этом списке принадлежит Владыке. Нам до вас еще далеко, - сообразил Ромео.
   - Согласен. На мою долю выпало слишком много даров природы и просто фантастических удач, ни вины, ни заслуги моей здесь нет. Вопрос "почему мне?" бессмыслен и не имеет ответа. Нелепо, в самом деле, терзаться бесплодной мыслью о тех, кого в мою пользу обделил слепой случай. Впрочем, как и в вашу. Кто скажет, что наша жизнь сплошь состоит из беззаботных дней, наполненных сознанием собственной исключительности, тот очень ошибется. Мы - исключение из правил, а быть исключением не всегда так уж приятно, даже со знаком плюс.
   - Наш жребий в чем-то даже труднее. Мы имеем те же слабости, что и все, а от нас требуют чуть ли не невозможного, еще и надеются как на каменную стену. Что может быть хуже, чем принимать решения, от которых зависят судьбы государств и народов, - посетовал глава Сиенского союза.
   - Или всего мироздания, не так ли? - добавил Танаэль. - Возможно, у судьбы свое понятие справедливости: чем больше даст, тем строже спросит. Еще не известно, какой ценой придется заплатить каждому из нас за ее щедрость и видимую благосклонность.
   - Мрачноватое предсказание, Владыка Тьмы, - слегка поморщился атреец.
   - Что поделаешь, Ваше Величество, таковы реалии бытия, - чуть поклонился в сторону Карлота Танаэль.
   Процессия уже удалилась от города, и всадники с торжественного шага перешли на рысь, спеша прибыть на место за час до полудня.
  
   - Славься же ты, Линиор, радость дарующий нам,
   Мир и покой возвратя, верных твоих защитив,
   Лик свой яви!
   С неподдельным жаром и восторгом возглашал Карбон, жрец солнечного бога радости, покровителя искусств и ремесел, знаний и развлечений, изворотливости ума и возвышенного служения даме, и многого, многого другого.
   - С нами пребудь навсегда, Мудрость и Красота,
   Благословенна в сердцах верных твоих, Аэтили,
   Лик свой яви!
   Вторила Карбону жрица Гармонии Либора, время от времени бросая почти испуганные взгляды в сторону сиенской принцессы-правительницы. Шутка ли взывать: "Лик свой яви!", когда он уже здесь, лик этот. И разве не Эталия с братом и женихом исполнила в Багрии функции самой Аэтили?
   Вслед за жрецами вступил хор, завершая гимны официальной части дневной церемонии. Далее должны были последовать пляски, игры, состязания, пиршество, вплоть до темноты, когда наступит время вновь совершать обряды, ведомые жрецам.
   - Светом своим озари! - грянул последнюю строфу хор.
   Высоко над головами присутствующих, но гораздо ближе солнечного диска разлилось золотое сияние, заставляя жмуриться замерших в немом восторге людей, и из этого света возник и снизошел сам прекрасный Линиор.
   - Вы воззвали, и я пришел. Радуйтесь жизни и радуйтесь знанию, радуйтесь любви и радуйтесь труду. Боги благосклонны к вам. И в доказательство этого я изберу себе супругу среди вас, - в звенящей тишине амфитеатра слова бога доносились до верхних рядов так, словно он говорил каждому присутствующему в самые уши.
   Даритель радости остановил взор (которым до тех пор обводил толпу) на сиенской принцессе и протянул к ней руку ладонью вверх. Девушка поплыла по воздуху и опустилась рядом с богом.
   - Ах! - единый вздох пронесся по рядам.
   - И ты, король-герой, победитель чудовищ и заблудших поклонников ложного бога, следуй за нами. Будь моим гостем. Увидишь Лавроал, вернешься, вестником станешь богов.
   Эти слова бог явно адресовал королю Атрейи. В отличие от принцессы король переместился мгновенно, оказавшись по левую руку от бога.
   - Верным своим возглашаем: слушайтесь власти Сиены, слова ее короля.
   Все трое воспарили над землей и на некоторое время зависли в воздухе. Только тут Карбон догадался рухнуть на колени, за ним попадали и остальные, один лишь глава Сиенского союза остался стоять. Вокруг Ромео образовалась пустота: Ратина осталась у ложа больной, Танаэль и Арона незаметно исчезли в разгар пения хвалебных гимнов. А Эталия и Карлот медленно растворялись в воздухе вместе с Линиором-Танаэлем, которого нелегко было узнать со светло-золотистыми волосами, бронзовой кожей и в золотой тоге с тяжелыми складками.
  
  
  
  

Эпилог

  
  
   И поток годов унес с границы
   Стрелки - указатели пути,
   Очень просто в прошлом заблудиться
   И назад дороги не найти.
   В. Высоцкий.
  
   Двухметровый многогранник каплевидной формы, глубокого аспидного цвета медленно вращался, свободно паря в центре слабоосвещенного просторного зала без признаков окон и дверей. Грани кристалла таинственно перемигивались между собой, голубоватые отсветы, волнами пробегая по ним, гасли и вновь возникали, сплетаясь в замысловатые рисунки. Казалось, двухметровый осколок всем своим видом старается заинтриговать зрителей, словно нашептывая: "Я знаю, знаю, знаю...".
   Их было шестеро, собравшихся в глубоком подземелье базальтового дворца Владыки Тьмы. Лихорадочный блеск глаз присутствующих выдавал важность момента.
   - Три года мы шли к этой минуте, когда все, давшие клятву продолжить Дело богов или Дело Магов, приобретут необходимую подготовку для погружения в информационное поле Малого Черного кристалла, - негромко заговорил красивый молодой человек с пронзительными темно-карими глазами. - Предполагается, что теперь среди нас нет смертных. Насколько долговечно наше бессмертие - это один из вопросов, ответы на которые мы хотим отыскать в этом зале. Вернее, получить подтверждение или опровержение догадки, возникшей у меня в процессе "обессмертивания", "обессмерчивания"... тьфу, не знаю как это правильно и сказать, - смутился оратор.
   - "Обессмертения", о, непогрешимый Даритель радости, - подколола рыжеволосая девушка.
   - Одним словом, в процессе приобретения бессмертия некоторыми непочтительными исполнительницами душещипательных баллад, - не остался в долгу маг.
   Присутствующие прыснули.
   - Перестаньте дурачиться, - возмутилась зеленоглазая красавица. - Что за догадка?
   - Догадка о происхождении нашего бессмертия и значительной продолжительности жизни у смертных магов. Если она верна, то вообще объясняет очень многое.
   - Просто и гениально, - прокомментировал себе под нос светловолосый юноша, судя по выражению лица, он уже был в курсе идеи Владыки.
   Маг бросил на помощника косой взгляд, и тот умолк, уставившись себе под ноги.
   - Я не буду сейчас распространяться о механизме, который позволил удлинить жизнь одной части Формы за счет другой. Похоже, что однажды род человеческий потерял лет двадцать-тридцать в средней продолжительности жизни, а небольшая его часть - Маги - стали называться волшебниками и жить тысячелетия, те же, кто назвался богами, получили бессмертие. Бессмертие - это доступ к неограниченному кредиту долголетия, у смертных он ограничен.
   - То есть вы хотите сказать, что мы живем за счет людей! - воскликнула Арона.
   - Да, люди - наши кредиторы. Именно поэтому боги позаботились отделить их от мира магов. Среди фибиидов и драконидов эта Форма была бы обречена на вымирание, а, следовательно, вымерли бы и волшебники и сами боги, - подтвердил маг, - кроме, разве что, нас, стихиидов. Отсюда и все якобы благодетельные Законы о защите человека. Если бы брачные отношения магов с людьми не ограничивались принципом добровольного согласия, без которого нет потомства, магов стало бы слишком много, ведь эффект стабилизации так притягателен, а стихии для большинства недоступны.
   - И еще масса ограничений: невозможность передать бессмертие более, чем один раз, сложность процедуры, и прочее, - вставил слово потомок богов.
   - Вот значит как, отобрали у людей три десятка лет и живете себе припеваючи! - возмутился атреец.
   - Не живете, а живем. И ты тоже, - напомнила зеленоглазая красавица.
   - Не будем делать поспешных заключений. Допустим, что в основе лежало некоторое соглашение, - попытался оправдать своих предков потомок богов.
   - Какого рода соглашение? - ехидно спросила рыжеволосая.
   - Только без ссор, - поднял руку стихиид.
   Спорщики замолчали.
   - Сейчас нам не решить, были ли наши предки честны с людьми, кстати, напомню, что и они были людьми же, а не кем-то другим. Насколько мне известно, древние Маги до эпохи богов выполняли различные функции, в том числе охранительную. Возможно, под нее они и сделали "заем", как хранители мира.
   - Интересно, собирались ли боги вернуть этот кредит, или их гибель можно считать своего рода "отработкой"? - задала риторический вопрос сиенка.
   - Это мы и попытаемся выяснить из надежного источника, - стихиид кивнул на кристалл.
   - А не так уж плохо звучит - кредиторы богов, затопчи меня дракон! - запоздало заметил вспыливший поначалу атреец.
   - Да, звучит впечатляюще. Теперь я перечислю наши основные задачи еще раз, хотя все вы прекрасно знаете, для чего мы здесь, - возобновил прерванный монолог Владыка. - Так, во всяком случае, положено перед началом важного и ответственного эксперимента. Итак: что есть наше бессмертие - преимущество или недостаток, непреодолимое препятствие, закрывающее доступ на другие Грани; как избавить нашу Грань от порождений Иного; что делать в момент трансформации раструба, дабы смягчить катастрофические последствия скачка; с какой целью были образованы именно те Формы, которые существуют. Есть и другие, производные от этих. Ответы или хотя бы подсказки нам придется искать за плотной завесой тысячелетий, проникнув в сокрытое знание о подлинной жизни, намерениях и деяниях тех, кого принято называть бессмертными богами. Нам важно узнать, каков был мир - предшественник нашего, и по какой причине или во имя каких идеалов Взыскующие изменили его, причем именно так, а не иначе. Мы поклялись использовать полученные данные на благо нашего мира и ради осуществления мечты Великих Магов - превратить его в лучший из возможных. Не будем делать поспешных выводов, и принимать опрометчивых решений, как справедливо заметил Фьёрно, пока еще у нас есть время. Сейчас нашей основной целью является поиск ошибки или ошибок, допущенных богами. От того, удастся ли нам правильно оценить события далекого прошлого, зависит, сумеем ли мы сами избежать заблуждений наших предшественников. Мы берем на себя огромную ответственность и риск оспаривать действия богов, установленный ими порядок и Законы. И, тем не менее, я смею утверждать, что другого пути нет. Через наше сознание пройдут события чужих линий бытия, мы вольемся в поток переживаний и размышлений Взыскующих, ставших богами, проследим повороты их судеб. При этом каждый из нас должен остаться самим собой, быть наблюдателем, внимательно и хладнокровно оценивающим получаемую информацию. По возвращении мы сопоставим наши впечатления и постараемся выработать новое направление Поиска. Должен предупредить, что наш эксперимент не безопасен, глубокое погружение в поле Малого Черного кристалла может привести к смещению личности. Существует вероятность того, что по завершению процесса кто-то из нас не сможет самоидентифицироваться. Поэтому перед тем, как мы сделаем последний шаг, пусть каждый еще раз взвесит свое решение. Можно отказаться от клятвы или подтвердить ее.
   Присутствующие молча слушали единственного мага своего времени, чьи возможности равнялись возможностям давно ушедших богов. Высший стихиид испытующим взором обвел избранных им соратников и перевел взгляд на черный многогранник. Вращательное движение кристалла прекратилось. Они обступили источник власти богов, образовав круг. Владыка называл по очереди имена, и подтвердившие клятву прикладывали вытянутую правую руку ладонью к близлежащей грани кристалла:
   - Арона?
   - Клятву подтверждаю. Во имя Гармонии.
   - Карлот?
   - Клятву подтверждаю. Во имя Жизни.
   - Белана?
   - Клятву подтверждаю. Во имя Красоты.
   - Фьёрно?
   - Клятву подтверждаю. Во имя Милосердия.
   - Эталия?
   - Клятву подтверждаю. Во имя Любви.
   - Я, Танаэль, клятву подтверждаю во имя Мира, Познания и Будущего и замыкаю круг.
   Рука Владыки Тьмы коснулась одной из граней, ребра кристалла засветились голубым сиянием, оно хлынуло мощным потоком, в волнах которого фигуры вопрошающих стали призрачно полупрозрачными.
  
   ... мелкая серая пыль взлетает из-под босых ступней, свербит в носу и скрипит на зубах. Он идет по дороге на юг. Яростное солнце, рассвирепевшее как Илатский монстр, нещадно сжигает пустынную равнину. Ему кажется, что еще немного, и он испепелится в своем черном одеянии Мага. Нет, нельзя остановиться и переждать зной, нельзя свернуть с предназначенного пути ... время, время свистит в ушах и уносится прочь... Становится душно, уже почти нечем дышать. Он рвет ворот мантии и прибавляет шаг... Он поднимает голову в тщетной надежде силой своего желания ускорить движение ненавистного солнца по небосклону и видит...
   Он видел исказившиеся очертания преграждающих путь холмов, они дрожали в зыбком мареве, горизонт корежился, словно в столбнячных судорогах, а за ним... за ним поднимался сизый мрак, стремительно поглощавший...
  
  
  

КОНЕЦ

  
  
  
   Апрель 1997 - ноябрь 1999
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"