Аннотация: История, написанная ночью. Местами неполиткорректный стеб для Комплексного Конкурса Остросюжетного Детектива (2010).
Действующие лица:
Кащей - начальник Управления
Змей - 1й зам
Вампир - 2й зам
Упырь - инспектор
Вурдалак - младший порученец
Братья Черти (двое)
1.
- Чую, чую русский дух! - взревел из мобильного портала Кащей. Инспектор Упырь поморщился. При жизни он был дознавателем в Бердичеве, поэтому откровенная русофобия шефа порой угнетала.
Дело оказалось запутанным и грозило скандалом, ибо впервые в истории Управления убили одного из ведущих сотрудников.
Когда комиссар Вампир не явился на полуночную пытку, в его склеп сразу отбыла оперативная группа, поскольку в характере заслуженного работника на первом месте сразу после садизма стояла пунктуальность. По прибытию на место, как оказалось, преступления, был зафиксирован печальный факт сокращения штата Управления.
Руководил оперативной группой Упырь. Первым делом установили, что смерть комиссара произошла незадолго до прошлого рассвета. Плоть уже успела рассыпаться в труху и от малейшего движения воздуха взвивалась вверх, оседая на и без того покрытой вековой пылью антикварной мебели.
Младший из двух братьев Чертей - рядовых оперативников в составе группы - уже начертал на комоде бранное слово, за что получил замечание от младшего порученца Вурдалака. Дисциплиной братья не отличались. За это они лишились в свое время теплых местечек в Аду и были переведены в Управление сроком на одну вечность, или же до тех пор, пока существует само Управление.
Упырь и Вурдалак внимательно осмотрели место, где предположительно находился покойный в момент своей смерти. Судя по всему, комиссар принимал трапезу, потому что большая часть рассыпавшейся плоти возлежала на стуле перед обеденным столом. В тарелке с остывшей негритятиной, обильно политой мышьяком, также обнаружили некоторое количество трухи, но что это было - голова или просто ладонь - установить без экспертизы возможным не представлялось.
- Главный вопрос, который мучает меня, коллега, - задумчиво произнес Упырь, продолжая осмотр место преступления. - Как мы объясним вот это?
Младший порученец через лупу рассматривал длинный кинжал, торчащий из спинки стула. На рукоятке и лезвии также были видны частички сухой плоти.
- Вас что-то смущает, экселенц? - осторожно спросил Вурдалак. Свой небольшой опыт он старался компенсировать почтительным отношением к старшим по положению.
- Несомненно, - кивнул Упырь. - Что вы можете мне сказать об этом клинке?
Вурдалак снова осмотрел кинжал, на полдюйма вошедший в дерево, и высказал предположение, что клинок - очень крепкий. Инспектор кивнул, соглашаясь:
- Очень крепкая сталь, коллега. Без малейших следов серебра. Понимаете?
Вурдалак понимал. Комиссара убили оружием, предназначенным для умерщвления живых, что в принципе невозможно, если речь идет о существе из потустороннего мира.
- Может, магия? - предположил младший порученец.
- Нет, - отрезал Упырь, словно вынося приговор. - Мы с вами поставлены перед фактом - здесь произошло чисто материалистическое убийство.
Получалось, что комиссара Вампира, заслуженного работника Управления и левую руку шефа, убили способом совершенно неприемлемым и неприличным. Подобный удар по репутации покойного мог нанести значительный вред Управлению. Поэтому инспектор принял решение сообщить об убийстве непосредственно шефу, минуя его первого заместителя Змея. Господин директор Змей, как все холоднокровные в это время года, находился в летаргическом сне, выход из которого сопровождался временным маразмом.
- Примите все меры для скорейшего обнаружения истины, смерть моя в яйце! - приказал из портала Кащей. - Нутром чую, что не обошлось здесь без русских. Что удалось установить? Найдены какие-либо письма с угрозами? Что говорят соседи? Ах, да, он же их всех давно прикончил. В общем, обо всем важном немедленно сообщайте. И имейте в виду, смерть моя в яйце - если до рассвета убийца не будет найден, я назначу его сам. Помнится, вы являлись первым кандидатом на место комиссара? Чем не мотив, смерть моя в яйце? Удачи в расследовании!
Упырь побелел и чуть не выронил портал, что было бы совсем уж вопиющим нарушением субординации. С перекошенным лицом он повернулся к оперативникам, откровенно скучающим у входной двери.
- Будете у меня землю носом рыть, - пообещал инспектор. Голос его немного дрожал. Старший из братьев недоуменно посмотрел вниз.
- Здесь же паркет...
- Не придуривайтесь! - закричал Упырь. - Вы доставили сюда комиссара после вчерашнего допроса. Что было дальше?
- Да ничего не было, - пожал плечами черт. - Налил нам по маленькой и велел убираться. У него была тяжелая ночь. Тринадцать допросов первой степени, шутка ль?
Упырь пригляделся к бутылке, в которой оставалось только на донышке.
- По маленькой, значит? Ну-ну... Что за водка-то?
- "Христианская младенческая", - доложил старший черт и причмокнул. - Мы такую даже в Аду не пробовали.
Упырь отметил про себя ностальгические нотки в голосе черта. Не мудрено - оба проштрафившихся на предыдущей работе оперативника явно мечтали вернуться к прежней спокойной работе операторов-истопников, когда можно было безнаказанно измываться над грешниками и не рисковать получить в ответ по рогам. В особенности это касалось младшего черта, которому эти рога обломали на первом же задании. Теперь он был вынужден носить деревянные протезы.
- А жаркое с мышьяком, - отметил Упырь. - Покойный предпочитал остренькое.
"За исключением кинжалов", мелькнула в голове шальная мысль. Инспектор вновь пощупал торчащий из спинки стула клинок. Его не покидало ощущение, что он упускает нечто, способное пролить свет на это запутанное дело.
- Пролить свет...- пробормотал Упырь, бросив взгляд в сторону окна.
Одной из достопримечательностей комиссарского склепа было окошко под самым потолком. Однажды Упырь слышал, как комиссар в приватной беседе признался директору Змею в своей любви к созерцанию ночного неба именно в процессе принятия пищи. В такие минуты ему приходили в голову особо изощренные способы убийства.
Выходило окно на восток, и в данную минуту было плотно закрыто шторами.
- Думаю, нам все-таки имеет смысл поговорить со Змеем, - заключил старший порученец.
2.
В отличие от комиссара Вампира, обитавшего в подвальном склепе, директор Змей облюбовал себе самый верхний ярус высокой башни. Будь у инспектора Упыря сердце, оно наверняка выпрыгивало бы после такого длительного подъема.
- Вы были здесь хотя бы раз, коллега? - осведомился Упырь у младшего порученца. Тот отрицательно помотал головой.
- В таком случае рекомендую оставить у входа холодное оружие, - посоветовал инспектор. - Старик спросонья очень нервно реагирует даже на самый безобидный клинок. И надо сказать, он имеет для этого основания.
Упырь имел в виду трагическую судьбу змеиного народа, последним представителем которого был именно господин директор. В не очень далеком прошлом затянувшийся конфликт между Змеями и смертными людьми весьма радикально решился не в пользу первых, когда клан кузнецов смог тайно изготовить и распространить среди заинтересованных пользователей несколько сотен мечей-кладенцов. В частности, один такой экземпляр в настоящее время проходил по делу об убийстве Змея Горыныча - родственника господина директора по материнской линии. Дело осложнялось тем, что главный обвиняемый - Добрыня Никитич - давно помер, вероятно, с целью избежать ответственности. Сам меч молчал, как рыба об лед, что определяло его нестойкий статус то ли свидетеля, то ли соучастника. Во избежание неприятностей кладенец хранился в служебном кабинете комиссара Вампира.
Это время года Змей традиционно проводил в спячке. Попросту говоря, он дрых без задних ног, которых у него и не было. Но оперативная работа не приемлет расписания, поэтому время от времени Змея приходилось будить. Специально для таких особых случаев сотрудники Управления имели магический доступ в башню.
Инспектору не нравилась эта миссия. Будить директора, затем ждать, пока в змеиной голове проснется разум, и надеяться, чтобы раньше не проснулась немотивированная агрессия - занятие не из приятных. Решение оставить чертей охранять место преступления вдруг показалось ошибочным - в самый раз сейчас можно было бы пустить их вперед, под горячую руку Змея. Вернее, под горячий хвост, потому что рук у него тоже не было.
Кроме того, у самых дверей в опочивальню Упырь почувствовал необъяснимую тревогу. Что-то было не так.
Младший порученец терпеливо ждал, пока Упырь откроет замки, между делом переминаясь с ноги на ногу.
- Странно, - заметил Вурдалак. - Мне почему-то казалось, что господин директор немножко храпит.
Упырь криво усмехнулся - как же, немножко... Обычно стены тряслись от храпа, издаваемого глоткой директора Змея. Выдержать его не могли даже тараканы.
Внезапно инспектор понял, что именно его тревожит. Было непривычно тихо. А это могло означать лишь одно - директор не спит.
Однако, отперев последний замок и осторожно приоткрыв дверь, Упырь понял, как жестоко он заблуждался. Змей спал. Вся необычность ситуации была в том, что господин директор спал сном вечным. И голова спала отдельно от туловища.
Причину обнаружили сразу. Над ложем у окна, где изволил почивать господин директор, до недавнего времени висел резной карниз с заостренной нижней кромкой. Теперь же карниз лежал на ложе, аккурат между головой Змея и его туловищем.
- И что вы думаете по этому поводу, коллега? - осведомился Упырь. Младший порученец был взволнован.
- Вероятно... - Вурдалак замялся. - Я могу ошибаться, экселенц. Но вполне возможно, что господина Змея погубил его же собственный храп. Вибрации по стенам передались к самому потолку, что вызвало падение карниза прямо на директора. Какая трагическая и нелепая случайность...
- Вы так думаете? - скептически уточнил инспектор. - Что ж, версия имеет право на существование. Вернее, имела бы, если б снова не ставила нас перед неизбежным выводом. Как и в случае с комиссаром Вампиром, смерть директора Змея полностью материалистична. На этот раз - несчастный случай.
- А ведь можно посмотреть на дело с другой стороны, экселенц, - подобострастно заметил младший порученец. - Теперь вы - второй человек в Управлении.
- Давно меня не называли человеком... - пробормотал Упырь, чем сильно смутил порученца. Однако инспектор не обратил на это внимания. Предстояло доложить обо всем шефу.
- Чую, чую русский дух! - неоригинально заключил Кащей из мобильного портала, когда инспектор описал ситуацию. - Уверен, не обошлось и здесь без этих бестий, смерть моя в яйце! Карниз, говорите? Чую, что ремонт в башне делали русские. Я не удивлюсь, если они все просчитали заранее, смерть моя в яйце! Тщательно все запротоколируйте, и не более чем через час будьте у меня с подробнейшим докладом. Действуйте же, смерть моя в яйце!
Мобильный портал погас. Упырь бросил взгляд мельком на младшего порученца, и неожиданно спросил:
- Коллега, как вы относитесь к святой воде?
Вопрос застал Вурдалака врасплох, но он нашелся, что ответить.
- Наверное, так же, как смертные относятся к серной кислоте, - сказал он. - Или цианистому калию. А почему вы спросили?
- Хочу попросить вас взять пару флаконов из запасов господина Змея. Старик отвечал за дипломатические связи с вражеской администрацией.
3.
Ровно через час инспектор с порученцем уже стояли перед кабинетом шефа. Оба тщетно пытались скрыть волнение. Вурдалак опасливо придерживал флаконы со святой водой, торчащие из карманов.
Упырь незаметно перекрестился задом наперед левой рукой и толкнул дверь, обшитую кожей какого-то группенфюрера. Оперативники вошли в кабинет, но произвести доклад оказалось им не суждено.
Картина, представшая перед их глазами, повергла инспектора и порученца в шок. Привалившись спиной к большому письменному столу, на ковре в неестественной позе сидел глава Управления Кащей. По всему телу были видны следы многочисленных побоев. На лице шефа застыло страдание - вероятно с того самого момента, как он умер.
- Вот это ночка выдалась, - нарушил паузу инспектор.
- Но как же так? - потрясенно спросил младший порученец. - Ведь он же бессмертный! Был...
Вурдалак старался не смотреть на труп. Видеть шефа в таком виде представлялось ему вопиющим нарушением субординации.
Внезапно его осенила догадка.
- Экселенц! А если Кащей не ошибался? Вдруг это действительно они?
- Кто?
- Они, - Вурдалак перешел на шепот. - Русские...
- И вы туда же, коллега? - укорил инспектор. - Сам Кащей страдал этой дурацкой русофобией, и где теперь Кащей? Лучше обратите внимание, - Упырь указал на витрину в красном уголке, где за пуле-, плазмо- и кометонепробиваемом стеклом лежало на красной подушке здоровенное яйцо, похожее на страусиное. - Вам не кажется это странным?
- Силы подземные, - произнес порученец. - Оно целое!
Упырь сел на корточки, скрипнув костями, и внимательно начал осматривать тело очередного, но отнюдь не заурядного покойного.
- Третий случай, - констатировал инспектор. - И это уже не смешно. Теперь уже вы, дорогой коллега, второй человек в Управлении.
Вурдалак приосанился - видимо, ситуация начала представляться ему совсем в другом свете.
- Но пусть тот, кто все это затеял, - продолжил Упырь. - Не ждет благодарности от первого, ибо это чувство противно истинному сыщику. Дело будет раскрыто, несмотря ни на какие приятные побочные явления. Вперед, мой друг!
- Куда, экселенц? - прошептал младший порученец, мысленно считающий себя старшим.
- Туда, где все началось. Потревожим прах комиссара Вампира.
4.
Комиссарский склеп никто не охранял. Упырь отпер дубовую дверь и заглянул внутрь.
- Чертей нет, - сообщил он. - Как вам это нравится?
Младший порученец боялся заходить.
- Что вы стоите, коллега?
- Экселенц, - шепотом предположил Вурдалак. - А вдруг... вдруг они тоже... того...
- Если так, то их счастье, - ответил инспектор. - В этом случае у них будет уважительная причина, чтобы избежать взыскания.
В склепе все оставалось по-прежнему. Напротив занавешенного окна стоял стол с остатками трапезы, у стола стоял стул с останками комиссара. Упырь обошел стол, потрогал плотные шторы, затем взял со стола почти опорожненную бутылку.
- Поставьте флаконы со святой водой сюда, пожалуйста, - попросил он. - Зачем вам таскать их в карманах? И вот еще что... Не согласились бы вы принять участие в следственном эксперименте, коллега?
- Но почему вы спрашиваете, экселенц? - удивился младший порученец.
- Это может быть немного опасно, - сказал Упырь. Затем взял флаконы, откупорил один, и начал осторожно переливать святую воду в бутылку с водкой. Вурдалак с недоумением следил за этими манипуляциями.
- Для чего это, шеф?
- Не для чего, а для кого, - пояснил инспектор. - Надоело мне это чертово пьянство. В смысле, пьянство наших оперативников. Если теперь они позволят себе подобное нарушение дисциплины, то оно будет последним в их послужном списке. Но вернемся к следственному эксперименту, - Упырь поставил бутылку с полученным коктейлем рядом с тарелкой. - Вы готовы?
- Опасности не пугают меня, - младший порученец гордо вскинул подбородок. - Приказывайте!
- Похвально, - инспектор подошел и положил ему руку на плечо. - Я горжусь таким помощником. Из вас получится отличный комиссар.
Младший порученец расцвел всеми оттенками серого, а Упырь уже отошел прочь. Взяв кинжал, вынутый ранее из спинки стула, он пристально вгляделся в клинок.
- Садитесь на стул, - сказал инспектор. Вурдалак озадаченно приоткрыл рот.
- Как, прямо на...?
- Да, прямо на прах, - кивнул Упырь. - Садитесь, не обращайте внимания. Комиссар на нас уже не сможет обидеться.
Младший порученец неловко уселся на месте последнего упокоения господина комиссара. Упырь снова взял кинжал и задумчиво поднес его к груди Вурдалака.
- Примерно так, - непонятно сообщил инспектор. Порученец осведомился:
- А в чем заключается следственный эксперимент?
Инспектор ответил не сразу. Он занял сначала одну позу, подняв руку с кинжалом, словно собирался нанести удар, потом обошел стул и снова замахнулся.
- Видите ли... - Упырь продолжал примериваться. - Меня одолевают сомнения. Кинжал слишком глубоко вошел в дерево при ударе. Если бы клинок сначала пронзил тело комиссара, а уж потом вошел в спинку стула, то вряд ли глубина проникновения могла быть столь значительной.
- Вы думаете...? - начал догадываться младший порученец.
- Кинжал вполне может оказаться ложным следом, и в таком случае комиссар был убит иным способом, - пояснил Упырь. - Но для выяснения истины надо реконструировать события. Вы готовы, коллега? Может быть немножко больно. Я всего-навсего проткну вас кинжалом в районе грудной клетки.
Вурдалак был невозмутим.
- Ради истины, и чтобы помочь вам, экселенц, я готов.
- Я не ошибся в вас, коллега, - проникновенно сказал инспектор и уронил кинжал. Вурдалак дернулся было поднять, но Упырь остановил его, нагнувшись сам.
Но вставать не спешил.
- Как интересно, - донесся его голос. - Коллега, вы не просунете руки вниз? Обхватите ими ножки стула.
- Так? - Вурдалак услужливо согнулся.
- Именно, - Упырь защелкнул на запястьях младшего порученца оковы и, отрясая с себя прах покойного комиссара, поднялся с пола.
Порученец застыл в недоумении, а также оттого, что выпрямиться ему мешали кандалы. Он растерянно обратил лицо к инспектору.
- Но, экселенц...
- Ваша ошибка в следующем, - ответил Упырь. - Когда я предложил вам принять на себя удар кинжалом, то вы ни секунды не сомневались, что серьезного вреда этот клинок не принесет. Ну, как же, ведь эта игрушка может угрожать лишь живым, что нам с вами не актуально. Однако совсем недавно ей был предположительно убит комиссар Вампир. Зная это, вы согласились на участие в эксперименте. Чем можно объяснить?
- Но вы сказали, что, вероятно, не кинжал стал причиной смерти комиссара! Вы же...
- Сказал. Но разве я не мог ошибиться?
Младший порученец поник. Инспектор продолжил:
- Вы знали, что клинок не причем, и что смерть комиссара наступила в силу иных причин. Вывод можно сделать однозначный. Вы причастны. Вы виновны.
Вурдалак зарыдал от отчаяния.
И в этот момент скрипнула дверь. В склеп робко один за другим вошли братья Черти.
Инспектор вскинул голову. Под его холодным насмешливым взглядом младшие оперативники подошли ближе.
- И где вы шлялись, бестолочи?
- Мы, это... - насуплено пробормотал старший черт, а младший шумно почесал промеж рогов.
- Вы это, - кивнул Упырь. - Пост вы оставили, разгильдяи. Ваше счастье, что для вас имеется работенка. Доставите преступника в подвалы Управления для последующих пыток, - он указал на младшего порученца, негромко подвывающего в нелепой позе.
- Прям сейчас? - деловито осведомился старший черт.
- Чуть после, - остановил его Упырь. - Надо еще восстановить картину преступления. Встаньте рядом с ним. Итак...
Упырь навис над скрюченным Вурдалаком.
- Вопрос первый: что убило комиссара Вампира? Не отвечайте. Ответ очевиден.
Он резво подошел к окну и распахнул шторы. Черти и Вурдалак инстинктивно отшатнулись, но за небольшим окошком у потолка были всего лишь звезды и ночное небо.
- Дневной свет. Как известно, нам сияние солнца противопоказано. Мы от него начинаем немножко дымиться и умирать, - сообщил инспектор. - Окно выходит точно на восток, поэтому утверждать мы можем определенно, что комиссар встретил свой конец с первыми лучами утреннего солнца.
- Как ужасно, - сказал старший черт. Упырь самодовольно усмехнулся.
- Это не все. Вопрос второй - отчего комиссар находился в зоне поражения. Почему на рассвете он сидел на своем любимом стуле напротив незанавешенного окна?
- Он был приколот кинжалом, - напомнил старший черт.
- Кое-что вы пропустили, - сообщил ему инспектор. - Кинжал здесь не причем. Но причем... - он взял со стола тарелку с остатками трапезы, - причем его ужин. Что здесь у нас? Негритятина под мышьяком? Остренькое комиссар любил, это неоспоримо. И об этом знали все в Управлении, в том числе и наш заблудший друг, - Упырь кивнул в сторону Вурдалака. - Подмешать в мышьяк чесночный соус труда не составило. Гениальный ход! Не распознав отраву, комиссар принялся ужинать, наблюдая за ночным небом, и вскоре был парализован. Сам по себе чеснок может лишь обездвижить любого из нас, обыкновенных кровососов, но если это произошло напротив окна, то последствия будут самыми печальными. Результат мы наблюдали своими глазами.
Упырь подошел к прикованному порученцу и, наклонившись, посмотрел ему в лицо.
- Зачем вы это сделали, коллега? А впрочем, не отвечайте, это понятно и без ваших объяснений. Карьерные соображения? С устранением комиссара его место предположительно доставалось мне, а для вас же освобождалась вакансия инспектора.
Упырь выпрямился.
- Но вам было мало. Взяв хранившийся у комиссара меч-кладенец, вы направились в логово господина директора Змея и цинично расправились с ним. Затем вы обрубили карниз, имитировав несчастный случай. А незадолго до сегодняшней полуночи вы вернули кладенец на место его хранения, заодно задернув шторы, чтобы скрыть истинные причины смерти уважаемого комиссара Вампира.
Упырь как бы невзначай взял со стола неопорожненный флакон со святой водой.
- Как жаль, что вы все-таки не будете комиссаром, - улыбнулся инспектор. - Вас сгубило элементарное отсутствие чувства меры. Ограничились бы убийством комиссара, и быть может, истину никто так бы и не установил. В крайнем случае, действительно списали бы все на русских. Но две подряд чисто материалистических смерти уважаемых нелюдей, согласитесь - это перебор.
- Три смерти, - поправил его старший черт. - А Кащей?
Инспектор осторожно извлек пробку из флакона и согласился:
- Конечно, три. Как я мог забыть!
- Не-е-е-ет, - вдруг закричал Вурдалак и задергался, но оковы крепко держали его и не отпускали. - Я не виноват... Шефа убил не я! Экселенц, не я! И комиссара не я! И господина директора... Я только придумал! Но не убивал...
- Охотно верю, - кивнул инспектор. - Вы и не могли расправиться с Кащеем, поскольку все время были со мной с момента начала расследования. А вот эти два чучела, - он кивнул на чертей, - могли вполне. Откуда иначе им известно про смерть шефа?
Оба младших оперативника застыли.
- Для тех, кто хочет дернуться и наделать глупостей, могу уточнить, - инспектор продемонстрировал открытый флакон, - что у меня в руках пять унций чистейшей водички из монастыря святого Бенедикта. Кто-нибудь хочет умыться?
5.
Желающих умываться не нашлось. Черти переглянулись и старший пробубнил:
- Нет... Мы не того... Да разве...? Не-ет.
- Того, - усмехнулся инспектор. - Вы настолько того, что даже себе не представляете, насколько именно. Зачем, скажите, вы пили водку на месте преступления? - Упырь взял со стола бутылку и потряс. - Сколько вы вылакали, посмотрите?
- Нас угостил комиссар, - возразил старший черт. - По маленькой.
- Гостеприимный был старик, - оценил инспектор. - Большие у него были "маленькие". Нет, друзья, все было проще. Вы приложились к бутылке после убийства, уже этой ночью, вероятно, когда вернулись, чтобы положить на место меч-кладенец. Оставили совсем немного, - инспектор поболтал бутылкой. - Но это уже не про вашу честь. Младший! - рявкнул вдруг инспектор, со стуком поставив бутылку на стол. - Надень старшему наручники. Меня нервируют ваши свободные руки.
Бросая на Упыря ненавидящие взгляды, черти нехотя выполнили приказ.
- Преступное сообщество, - констатировал инспектор. - Младший порученец и два оперативника. Какие ничтожные существа, и смогли уничтожить таких гигантов... Комиссар. Директор Змей. И наш бессмертный Кащей.
- К-кащей? Я-я не причем, - заикаясь, встрял Вурдалак. - Комиссар с директором ладно, но вот шеф... Экселенц, эти идиоты меру потеряли. Я лишь только хотел, чтобы вы стали первым заместителем шефа, а меня сделали своим помощником. Я им все сказал, как надо, а они... Экселенц, они сами пошли к Кащею. Они сами!
- Он прав? - осведомился Упырь. Теперь он выглядел озадаченно. Черти осклабились и не ответили. Старший держал перед собой руки в наручниках, которые ему уже нацепил брат.
Инспектор задумался.
- Во всем этом деле оставалась лишь одна загадка, - заметил Упырь. - Каким способом был убит шеф, если его игла заветная оказалась нетронутой? И признаться, я считал, что ответите мне именно вы, коллега, но теперь...
Он пристально вгляделся в чертей.
- Что же вы с ним такого сделали, отчего бессмертный стал смертным?
Черти переминались с ноги на ногу.
- И зачем вы его били?
Старший черт смущенно ответил:
- Ну... он же сам все время говорил, мол, смерть моя в яйце... А в каком именно - не говорил. Ну, вот мы и проработали оба варианта. Брат бил по левому, ну, а я...
Вурдалак с шумом втянул в себя воздух. Упырь пошатнулся.
- Изверги...
- А что такого? - не понял старший черт. - Ведь получилось.
Инспектор потупил взор, и произнес тихо:
- Теперь понятно, от чего он умер. Это были поистине НЕЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ мучения. Для нечеловека в самый раз.
И он в задумчивости поставил флакон на стол, на мгновение утратив бдительность.
Старший черт стремительно бросился на него, оттолкнувшись от стула с прикованным младшим порученцем. Наручники помешали ему схватить горло Упыря, и черт, зацепившись за ножку стола, грохнулся на пол. Одновременно с ним опрокинулся на спинку стул с Вурдалаком.
- Сам напросился, - процедил Упырь, снова хватая флакон, но от младшего черта увернуться не успел. Однако тот почему-то не стал хватать инспектора, несмотря на то, что имел нескованные руки, а вместо этого боднул с разбега. А поскольку на голове у него были рога, то один из них воткнулся Упырю в грудь, примерно туда, где у людей бывает сердце.
А затем рог обломился, и младший черт рухнул рядом с братом.
Теперь лежали все, кроме инспектора. Тот, морщась, попытался извлечь из груди обломанный рог.
- Вот, мерзавец, - заметил Упырь. - Теперь вынуть можно только штопором. Козел ты безрогий! Неудачник, на что ты рассчитывал? - заругался инспектор. - Даже рог потерял.
- Не потерял, - возразил старший черт, неловко отползая. - Братишке обломали рога на первом же задании в этом вашем дерьмовом Управлении.
- Какая душевная травма, - сказал Упырь, продолжающий сжимать флакон. - А это тогда что?
- Это деревянный протез, - ответил старший черт, тяжело дыша и улыбаясь. - Осиновый...
Лицо инспектора перекосилось. Он схватился за грудь, тщетно пытаясь извлечь смертельную деревяшку, но из пораженного места внезапно повалил дымок.
Упырь рухнул на колени рядом с Вурдалаком.
- Все-таки вынужден признать, что ошибался, - успел сказать он. - С повышением вас, коллега...
6.
Черти на четвереньках подползли к еще дымящейся груде золы и пепла. Старший придирчиво изучил то, что осталось от инспектора, и удовлетворенно констатировал:
- Готов.
Вурдалак нервно засмеялся. Черти встали, отряхнулись и аккуратно поставили на прежнее место стул с младшим порученцем. Впрочем, порученцем ли?
- Все, ребята, - Вурдалак перестал смеяться и начал противно хихикать. - Пришлось понервничать. Давайте, хе-хе, освободите меня. Хе-хе.
Младший черт тем временем снимал наручники со старшего.
- Теперь глава Управления - это я, - сообщил им Вурдалак. - Так что можете, хе-хе, называть меня шефом. Ну, что встали? Я долго так буду сидеть?
Черти недобро уставились на порученца.
- А ведь ты сдал нас, - задумчиво сказал старший. - Могли бы отбрехаться, между прочим.
Младший присел перед Вурдалаком, подергал за оковы и молча кивнул брату.
- Вы что, обиделись? - встревожился младший порученец. - Да ладно, все мы иногда ошибаемся. Хочешь, назначу тебя инспектором? А его младшим... этим...
Черти переглянулись. Старший прищурился:
- Думаешь, черти тупые, да? Можно им сказать-приказать да денег посулить, и они за тебя полезут в пекло? Так, наверное, думаешь?
Вурдалака обуяли плохие предчувствия.
- Ты бы себя самого спросил, - продолжил старший черт, - зачем нам это надо? Чтоб тебе помочь с карьерой? Ты нас что, с ангелами перепутал, кровосос?
Младший черт начал расчесывать место, где недавно у него был рог.
- Ваше Управление вот где у нас! - старший ткнул ребром ладони по горлу. - Брат рога потерял, какая чертовка на него теперь глянет? Я спиваться начал, печенку почти к чертям посадил. А все из-за какой-то ерунды...
Он ударил кулаком по столу, и на столе звякнула бутылка. Младший черт обернулся.
- На вечность нас к вам сослали, - продолжал старший черт, - или пока Управление существует. Хорошая такая поправка к приговору, да? Словно подсказка.
Порученец дернулся, но оковы держали крепко.
- Правильно понял, - ухмыльнулся черт. - Если все сотрудники Управления пойдут в расход, то и Управления самого не останется. Ты вовремя нам подвернулся со своими грандиозными планами, приятель.
- Что... - прошептал порученец, задрожав. - Что вы собираетесь сделать?
Черт обернулся.
- О, а шторки-то отдернуты, - заметил он. - Инспектор самолично их отодвинул. Рассвет скоро будет. Чем началось, тем и закончится. Чуешь, о чем я?
Порученец чуял. Он снова задергался, но тщетно.
- Так что если спросят, - сказал старший черт, - то с нас взятки гладки. Мы пост оставили, разгильдяи, и ничего не знаем. Мы вообще за водкой ходили... Кстати!
Младший черт понял его с полуслова. Он достал из кармана штанов грязный стакан и подал его брату. Затем взял бутылку со стола.
- Это дело надо отметить, - заявил старший. - Братец, плесни мне, а сам из горла. Ну, кровососик, за твое здравие мы пить, как понимаешь, не будем.
Бутылка звякнула о стакан.
- А инспектор еще говорил, что не про нашу честь, - хмыкнул старший, и оба черта залпом употребили свои порции.
И только после этого Вурдалак вспомнил, что инспектор перелил в бутылку один из флаконов святой воды. Черти об этом не знали. И узнать было не суждено. Правда, удивиться и расстроиться они все же успели - не более того.
Младший порученец смеялся долго. А когда поднял глаза к окошку, то внезапно осознал, что даже самая выстраданная и заслуженная победа иногда может обернуться обидным поражением.