Жаворонкин Дмитрий Анатольевич: другие произведения.

Романтики с большой дороги

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Дремучая (15летней давности) попытка отважного корявого бумагомарателя осилить большую форму

Романтики с большой дороги.

Часть I

- Эй, вы там! Пошевеливайтесь, давайте! - мощный рык Масттэрро, словно бич, подстёгивал суетящихся людей. - Что вы ползаете, как черепахи, выброшенные на берег? Хотите дождаться, когда нагрянут дружинники Лирда?

- Потише, Масттэрро, - подошедший Шимберг опустил руку на плечо помощника и весело усмехнулся: - А то наши ребята разбегутся, побросав добро на дороге.

Масттэрро хмыкнул крупным носом, доставшимся ему от отца уроженца Харра, и обвёл своих подчинённых довольным взглядом. Двадцать мускулистых парней передавали друг другу небольшие свёртки. Трое грузили их на простую крестьянскую телегу. Ещё десять с натянутыми луками окружали прижавшихся друг к другу купцов, с тоской наблюдавших, как их товар перекочёвывает из седельных сумок и широких фургонов в жадные руки лесных разбойников. Рядом стояла разоружённая охрана каравана - две дюжины наёмников, решивших, что жизнь всё-таки дороже заплаченных им за работу денег.

- Не плохой улов, здоровяк! - похвалил Шимберг помощника. - Теперь припасов хватить должно надолго.

- Вряд ли, Хадтэро, - вздохнул Масттэрро и почесал небритый подбородок. - Цены растут на глазах. Хлеб дорожает. Крестьяне отказываются убирать урожай.

- Но до уборки ещё далеко! - удивился Шимберг.

- Так обстоят дела на Юге, - пояснил Масттэрро. - Там ведь собирают по два урожая в год.

- Ах, да! Но ничего. Как-нибудь протянем, - Шимберг старался выглядеть жизнерадостным, но лицо его, покрытое шрамами от старых ран, выражало совершено обратное. - Кстати, почему бы тебе ни рассказать, что здесь случилось?

Небольшой разбойничий отряд состоял из сотни воинов. Они вели свою деятельность на Королевском тракте, изредка наведываясь и на некоторые другие большаки. Шимберг расположил свой отряд немного южнее стотысячного города Лиадэ, где стоял гарнизон королевских дружинников, в самой северной окраине Заброшенного Леса. Могучие деревья надёжно прятали разбойников от нередких вылазок стражников городского гарнизона.

Заброшенный Лес, получивший своё название из-за переселения эльфов, бежавших от несокрушимых армий людей на север, был здесь более дружелюбен нежели на Юге. Большой Королевский Тракт тянулся с юга Корсена из города Дойр, лежавшего вблизи Серых Скал, на северо-запад вплоть до самого форпоста Глаэдон на границе с Отрстодином. Возле небольшого городишки Тартэ большак раздваивался. Второй путь змеёй вился на восток к нерушимой пограничной крепости Бортаг, прикрывающей Корсен от набегов мерзонцев.

Сообразительному Шимбергу хватило ума разделить свой отряд на три части. Одна перекрывала Королевский Тракт в ущелье Хаада, второй покрупнее стоял десятком лиг южнее. А третий, состоящий из тридцати человек, половина из которых была уроженцами Анданэ, то есть отменными лучниками, засела на восточной ответвлении большака.

Шимберг как раз только что вернулся оттуда. Взмыленная лошадь вынесла его прямо на широкую луговину, где разбойники грузили добычу. Охранный отряд едва не расстрелял его, приняв за разведчика из сотни Лирда...

- Да что тут рассказывать? - Масттэрро неопределённо пожал плечами. - Всё было, как обычно. Даже скучно становится. Войлик прислал весточку с голубем, что, мол из Хапраха на восток двигается караван. Мы засели в засаде. Всё чин чином. Смотрим точно - идут. Ну, а дальше дело накатанное. Лучники дали предупредительный залп. Я предложил купцам сдаться и пообещал сохранить в этом случае жизнь. Те заупрямились - очень уж не хотели, видать, с добром-то расставаться. Охрана полезла вперёд. И парочку особо рьяных пришлось уложить. Потом они утихомирились, особенно когда поняли, что нас вдвое больше, и оружием мы не уступаем. Тут же побросали свои железяки и предоставили купцам самим разбираться с нами. Но я-то что? Я своё слово держу. Тем более, что ты Хадтэро, приказал без надобности не убивать. Да ты меня знаешь, я не люблю попусту кровь пускать.

- Молодец! - похвалил Шимберг и потрепал великана с широченными плечами и грудной клеткой по плечу, до которого сам едва доставал макушкой. - Ты всё правильно сделал!

- Как обычно, - усмехнулся Масттэрро.

Их разговор был прерван одним худощавым пареньком по имени Солтахр, которого поставили присматривать за погрузкой из-за его хилого телосложения. Парень был ещё совсем молод. Его подобрал сам Шимберг в одной деревеньке на северо-востоке, сожжённой стальными латниками Ульримо Железная Рука, который всё время носил на руках кольчужные рукавицы, за что и получил своё прозвище. Парень был совсем плох. Еле держался на ногах, получил страшные ожоги и несколько резаных ран не слишком опасных. Не смотря на своё состояние, он, словно в бреду, а может так оно и было, твердил о мести. Из всей деревеньки в пять десятков дворов выжил только он. Сожженные трупы остальных Шимберг нашёл на маленьком пяточке пустой земли, которую селяне гордо именовали главной площадью, напротив небольшого скромного храма Царидона Хранителя, который латники Ульримо побоялись разрушить.

- В чём дело, Солтахр? - спросил Масттэрро, всё ещё чувствуя себя главным.

Парень взглянул на Шимберга, ожидая разрешения говорить. Предводитель усмехнулся, довольный строгим выполнением дисциплины, что с Солтахром случалось редко, и коротко кивнул.

- Ваша светлость... - обратился Солтахр к Шимбергу. Тот при его словах невольно поморщился.

- Сколько раз я говорил, чтобы ты так меня не называл, а?

- Не считал, - честно признался парень и от стыда повесил голову на грудь. - Прости, ваша светло... - Глаза Шимберга грозно сверкнули, и Солтахр поспешил зажать себе рот руками, дабы проклятые слова не вырвались наружу.

Масттэрро, наблюдая за его испуганными гримасами, не выдержал и весело от души расхохотался да так, что лошади, привязанные у опушки леса, в недоумении отпрянули назад.

- ... И отвечай тому, тому кто к тебе обратился... - продолжал читать нравоучения Шимберг.

- Хорошо, ваша светлость... - едва Солтахр открыл рот, злосчастные слова тут же слетели с языка. Парень от отчаяния хлопнул себя ладонью по губам, но перестарался, так как на глазах его заблестели слёзы.

Почти все разбойники, занимавшиеся переносом добычи, умирали от смеха, наблюдая за самобичеванием бедного парня. Тот в душе уже клял тот день, когда научился разговаривать.

- Ладно, хватит, - Шимберг невольно поддался общему настроению и позволил себе лёгкую улыбку.

- Работать! - рявкнул Масттэрро во всю свою луженую глотку, привыкшую к подобным выходкам хозяина, за время его службы штурманом во флоте Харра, южного соседа королевства Корсен.

Люди, продолжая пересмеивается, возобновили прерванную погрузку драгоценной добычи.

- Так что там у тебя, Солтахр? - Масттэрро поскрёб трёхдневную щетину на подбородке и напустил на себя весьма грозный вид, при его габаритах это было не сложно сделать, хотя каждый в отряде Шимберга знал, что харрец за зря никого не обидит.

- Погрузка почти завершена, мастер. Осталось несколько бочек с хелисинским вином, да дальний фургон, - отрапортовал Солтахр, вытянувшись, словно солдат-новичок перед генералом.

- Хорошо... - протянул Масттэрро и повернулся к Шимбергу, но Солтахр продолжил:

- Собственно говоря, из-за этого треклятого фургона я и подошёл. Мазар его побери вместе с этими купцами.

Масттэрро нахмурился, думая о том, что же могло случиться. Шимберг посмотрел в сторону последнего фургона. Фургон, как фургон. Деревянные колёса, с обутыми на них железными ободами, широкий каркас из недорогой берёзовой древесины, накрытый сверху полотнищем из толстой мешкообразной ткани. Тысячи точно таких крытых повозок ежедневно колесят пыльные тракты королевства. Что же необычного в этом виде транспорта заметил Солтахр? Чуть в стороне от фургона перепуганные на смерть купцы жались друг к другу, как малолетние дети, потерявшие мать, и не спускали глаз с нацеленных на них наконечников стрел, готовых в любой момент сорваться с тетивы.

- Ящики там... ого-го... - закатил глаза Солтахр и развёл руки, показывая нечто необъятное. - Четверо наших с трудом вытащили один, но на большее их не хватило.

- А чего же не проверили, что там? - Масттэрро начал злиться по-настоящему, всего-то делов ящик вскрыть, и то сразу бегут к нему.

- А-а... - многозначительно протянул Солтахр, говоря, мол, дураков нет. - Ребятам не нравятся эти полуразорившиеся бродяги. Они думают, что эти хитрые отродья Мазара, называющие себя купцами, связаны с Чёрными Магами.

- С чего они взяли? - удивился Шимберг; лично он не видел в купцах ничего необычного, впрочем, как и в фургоне, и уж тем более настораживающего.

Солтахр лишь пожал плечами. Его дело было доложить, а остальное... Тем более, что парень ничего не соображал в магии, как впрочем и большинство других членов отряда.

- Ладно, - хмыкнул Масттэрро, нос ему в последнее время доставлял много излишних проблем, и харрец не без основания подозревал, что подхватил насморк. - Сейчас сходим, разберёмся, что к чему.

Он решительно направился к крытому захудалой тёмно-зелёного цвета, точнее определить было не возможно, материей фургону. Один из купцов не выдержал, решив, что всё смерть его идёт, и бухнулся на колени, подняв при этом изрядную тучу пыли. Сквозь заливистые завывания совсем невозможно было разобрать слов, но ясно было одно, торгаш до ужаса хотел пережить нынешний день и страстно молил о пощаде.

Масттэрро наградил торговца взглядом полным презрения и прошёл мимо, почёсывая кончик проклятого органа обоняния. Купец, не выдержав напряжения, мешком рухнул в удушливую пыль дороги, потеряв сознание. Ноги его при этом едва не перелетели через голову, на такой трюк ни каждый акробат был способен, но затем, повинуясь закону инерции, вытянулись, как им и положено, придав позе хозяина более-менее пристойный вид.

Шимберг самолично решил осмотреть содержимое фургона. Его появление подняло дух у угрюмых разбойников. Солтахр, словно побитая собачонка, семенил вслед Шимбергу и едва не налетел на его широкую спину, когда тот остановился.

- Что тут у вас? - спросил Масттэрро, прибывший на место первым.

- Да, вот, - один из разбойников, нервно покусывая кончик длинных усов, указал на здоровенный ящик, формой напоминающий гроб, в которых люди западных стран обычно хоронят своих покойников. - Саул сказал, что оттуда так и прёт магией. А у Саула на колдовство нюх. После того, как он случайно упал с ели, куда он забрался за шишками, на голову проходившей мимо старухи-ведуньи и забил её насмерть, а та на последней издыхании прокляла его, он теперь чует магию за лигу.

- Хм... - хмыкнул Масттэрро и обошёл вокруг ящика, осматривая его со всех сторон. - Ящик, как ящик. Ничего необычного.

- Хм... Кто такой Саул? - в растерянности пробормотал про себя Шимберг. -Почему я его не знаю?

Разбойники, сгружавшие громоздкий "товар", хмуро переглянулись между собой. Неугомонный Солтахр пошёл дальше Масттэрро и, внезапно опустившись на колени, обнюхал свежеструганную древесину ящика. От его поступка у грузчиков глаза полезли на лоб. Шимберг лишь покачал головой и слегка усмехнулся:

- Ну, что там, малыш?

Солтахр для верности высунул язык, пробуя воздух на вкус. Лицо его, должное изображать сосредоточенность, корчилось в странных гримасах.

- Не знаю, что там унюхал Саул, - выдал, наконец, парень. - Но я определённо чую железо и масло для смазки!

- Взломать! - коротко бросил Шимберг грузчикам, застывшим с открытыми ртами.

Те со всех ног бросились выполнять приказание. Мощный бас Масттэрро имел меньшую власть, чем тихий голос Шимберга, что первого иногда весьма угнетало.

За несколько секунд ящик был буквально разорван на составляющие части. И взглядам окружающим предстало его содержимое.

- М-да! - протянул Масттэрро. - Достойный товар.

В ящике ютились, тесно прижавшись друг к другу, тяжёлые латы.

- Броня для шестерых пехотинцев, - безошибочно определил Шимберг. - Полный доспех.

- Я таких раньше не видел, - заглянув в ящик, заявил Солтахр.

- Гномская работа. Такие латы и арбалетный болт сразу не пробьёт, - Шимберг вдоволь насмотрелся на такие доспехи, которые с гордостью носила сотня личных телохранителей Ульримо Железная Рука. - Сколько ящиков?

Масттэрро заглянул в фургон. Один из купцов внимательно наблюдал за действиями разбойников, когда остальные старались спрятаться за спину друг дружке подальше от нацеленных на них наконечников стрел. И когда молодцы раскурочили ящик с доспехами, он выругался сквозь плотно сжатые зубы.

- Заткни пасть! Если не хочешь получить на обед стрелу в глотку! - рявкнул Эрстуан, десятник лучников, в чью задачу входила охрана пленников.

Шимберг бросил быстрый хмурый взгляд назад, но внимание его тут же было отвлечено чихнувшим Масттэрро.

- Восемь ящиков вместе с этим, - доложил харрец и присел на корточки, осматривая латы.

- Значит, хватит на полсотни человек... - задумавшись, протянул Шимберг. - У кого-то слишком много денег...

- Точно. Да только не у нас, - усмехнулся Масттэрро, поднимаясь.

- Где деньги? - встрял Солтахр, прослушавший половину разговора, глаза его радостно заблестели.

- Посмотри в своём кармане, - посоветовал Масттэрро.

Солтахр недоверчиво покосился на свои холщовые штаны, единственный карман которых постоянно был пуст.

- Враки... - разочарованно протянул он, после того, как всё-таки пошарил на всякий случай по всем своим тайникам, в изобилии водившимся в его пёстрой одежде.

Масттэрро рассмеялся, потешаясь над незадачливым парнем. Трое разбойников-грузчиков подхватили его смех. Вообще Солтахр состоял на почётной должности личного слуги Шимберга, а точнее его адъютанта, но все почитали его за первоклассного шута, не осознавшего ещё своего истинного призвания. Парень не обижался.

- Интересно, чей это товар? - пробормотал Шимберг, взглядом изучая купцов.

- Сейчас выясним! - пообещал Масттэрро и с самой кровожадной гримасой, на которую было способно его весьма подвижное лицо, направился к пленникам.

Торговцы в испуге старались спрятаться друг за друга, отпихивая локтями в стороны других менее проворных и сильных конкурентов. Только один стоял отдельно от остальных и, нахмурив брови, наблюдал за приближением харрца. Шимберг внезапно нутром почувствовал опасность, взгляд прочёл какую-то скрытую угрозу в серых глазах странного купца. Он уже хотел остановить Масттэрро, но не успел...

- Тху об ра... - вырвались таинственные слова из-за плотно сжатых губ купца.

... И абсолютная чернильная тьма окутала всё вокруг: отряд, пленников, дорогу и опушку леса. Яростные вопли потрясли воздух, правда вперемежку с криками ужаса. Раздался звон оружия. Кто бился с кем, было не возможно понять. Кто-то вопил об атаке. Тонко пропели спущенные стрелы. И вдруг всё стихло. Тьма начала медленно рассеиваться. Ветер рвал её в клочья и уносил прочь.

Шимберг, успевший поддаться немного общему настроению и обнажить клинок, отправил отличный полутароручный меч, доставшийся ему от отца в наследство, обратно в ножны. Сражаться было не с кем. Разбойники ошарашено крутили головами, но постепенно приходили в себя. Результатом неудавшегося боя с невидимым противником стали три тела, оставшиеся лежать на поляне в неестественных позах. Юркий, словно мелкая крыса, Солтахр уже кружился возле них.

Масттэрро растеряно посмотрел на атамана, а затем на тела. Что же произошло, немо спрашивали его темно-карие глаза. Шимберг вздохнул тяжёло, коря себя за то, что все-таки не знает, кто же такой Саул, и махнул рукой, приказывая помощнику следовать за ним. Несмотря на то, что трава скрадывала их шаги, Солтахр мгновенно вскинул голову, встречая своих хозяев неприветливым, подозрительным взглядом, а вдруг отберут что-нибудь.

В густой траве возле его ног лежал купец-колдун, уткнувшись лицом в землю. В бедре его правой ноги крепко засела метко пущенная кем-то из лучников стрела. Купец заворочался и застонал, когда Солтахр злобно пнул его прямо по ране. Рядом лежал один из разбойников из десятка Эрстуана. Кто-то в суматохе перепутал его с пленником, а скорее всего просто выстрелил наугад. Третье тело принадлежало жирному купцу с тремя подбородками, судя по одежде главе каравана. Он схлопотал сразу две стрелу, причём обе в шею.

- Два трупа и один раненный, - подвёл итог Солтахр, ощупывая карманы жирного купца, не сводя при этом настороженного взгляда с Масттэрро.

- Ну это мы сейчас исправим, - заявил харрец и потянулся за двуострой секирой, притороченной у пояса.

Солтахр испуганно вскинул руки и отполз подальше от богатого трупа. Масттэрро даже не посмотрел в его сторону, так как вовсе не бедного парня желал отправить к Мазару.

- Не надо, - Шимберг перехватил его руку. - Подожди. Он нам ещё пригодится.

Солтахр облегчённо вздохнул и вытер по-настоящему выступивший пот со лба. Масттэрро разочаровано шмыгнул носом и отправился на другую сторону поляны к опушке леса, проследить, как прошла погрузка. Вновь воспрявший духом Солтахр с чувством собственного достоинства показал удаляющейся спине харрца язык.

- Солтахр, скажи Эрстуану, чтобы привёл сюда остальных... хм... купцов, - приказал Шимберг не сводя глаз с раненого торговца, и поэтому не замечая умопомрачительных гримас, которыми разошедшийся парень продолжал награждать Масттэрро.

Солтахр, покончивший со своими делами, а именно: осмотр всех карманов и тайников трупа и отведение души в виде разнообразных жестов и ужасно развитой мимики, умчался прочь, но опять-таки с чувством собственного достоинства. Через минуту он вернулся в сопровождении Эрстуана и всего его десятка, не упустившего возможность лишний раз погонять ленивых купцов.

- Бедный Арсонуан, - вздохнул десятник, увидев распростертое тело разбойника со стрелой в груди.

- Не повезло парню, - согласился Шимберг. - Но об этом потом. Теперь поговорим с вами, - он обвёл дрожащих купцов холодным взглядом, словно удав, выискивающий себе жертву. - Вообще-то я мирный человек и не люблю насилия. Но ещё больше я не люблю чёрную магию. Так, что в данном случае я буду жесток. - У торгашей внезапно отяжелели головы и забегали глазки. - Говорите всё, что знаете, иначе смерть покажется вам благословением Царидона.

- Пощади, господин, - узкий в плечах, но широкий в районе талии купец, одетый слишком пёстро для северянина и даже для жителя центрального Корсена, бухнулся на колени. - Всё... Всё скажем...

Остальные пленники либо не разделяли его мнения, либо были ещё не настолько напуганы, пойти на такие унижения.

- Говори, - приказал Шимберг и брезгливо отвернулся, испытывая отвращение при виде ползающего в его ногах жирного купца.

- Хорошо, господин, - отчаянно закивал головой торговец. - Что вы хотите услышать?

- Правду! И только правду! - грозно сверкнул глазами Шимберг. Слова он выплёвывал сквозь плотно сжатые зубы, так как уже начал терять терпение. - Кто вы? Откуда? Куда направляетесь?

Купец нервно вздрогнул, его поросячьи глазки, утонувшие в складках жира, отчаянно метались в глазницах.

- Молчи, Саатр. Гильдия купцов не любит болтливых, - прошипел ему в спину высокий смуглокожий пленник с широким, словно размазанным по всему лицу, носом.

Торшиар, один из десятка Эрстуана, молча ткнул кончиком кинжала ему в горло так, что выступила кровь.

- Гильдия купцов может сколько угодно грозиться расправой. Мне всё равно. Здесь я рискую жизнью, а не они, - злобно выпалил Саатр.

- Довольно! - рявкнул Шимберг. - Или ты немедленно заговоришь, или я прикажу моим ребятам намотать твои кишки на сук вон того дерева, - указательным палец атамана уточнил какого именно.

- Да... Да, господин, - купец снова бухнулся на колени, отчего стал выглядеть ещё более жалко. - Я Саатр Нори, купец из Даарама. В основном торгую тканями из Харра и Пишеха. Но мой город захватил Тхарэ Завоеватель Юга, - Саатр сделал неопределённый жест, по его мнению видимо должный отгонять злых духов. - ...Так вот, война разорила наш край. На торговле тканями особо сейчас не разживёшься, и поэтому приходиться торговать тем, чем придётся. Вы же понимаете? Мои попутчики тоже все купцы, в основном из Гильдии. Многие из Даарама, как и я. Почти хорошие люди, ни кому никогда не причинят вреда, но некоторые не всегда могут сдерживать свои чувства, - Саатр метнул быстрый взгляд на своего высокого оппонента в не давнейшей словесной перепалке. Разбойники дружно оскалились, весело встретив известие о том, что существуют купцы, которые не причиняют никому вреда. - Кое-кто присоединился к нам в пути. Дорога дальняя, и вместе как-то спокойней. Ну, вы же понимаете? Так вот, мы двигались северо-восток в надежде продать свои товары в лагере Ульримо. Это пожалуй единственный источник дохода, который нам сейчас остался, - купец замолчал, полагая, что сказал уже достаточно. Остальные пленники с ненавистью и отвращением сверлили его спину, и от этого как-то не очень верилось в его слова о добрых, хороших людях.

- Почему вы двигались по Королевскому Тракту, если направлялись в Стокр? - купец скрыл конечную точку маршрута, лагерь Ульримо занимал обширную территорию и располагался в нескольких городах, но Шимберг догадался о ней, зная месторасположение штаба армии барона Томпанийского.

- Мы собирались добраться до Алирдана и там свернуть на восток, - Саатр нервно облизал выпирающую вперёд нижнюю губу. - На юг просочились слухи, что восточная ветка Королевского Тракта слишком опасна. Ну, вы понимаете - неспокойные места... и всё такое.

Лучники едва сдерживали смех. Кое-кто даже опустил лук, забыв об обязанностях.

- Слышишь, что заливает? - Нурд толкнул локтем стоящего рядом Эрстуана. - На востоке неспокойная дорога, а здесь тишь, да благодать?! Ну даёт, похлещи нашего Солтахра. Может возьмём его шутом, а?

Одного свирепого взгляда Эрстуана, не обещающего ничего хорошего, было достаточно, чтобы погасить все ухмылки, заглушить все разговоры и вернуть лучникам присущую им бдительность.

- Что ты знаешь о нём? - Шимберг, продолжавший свой допрос, глазами указал на всё ещё не пришедшего в себя купца-колдуна.

Саатр яростно засопел, стараясь не глядеть на распростёртое тело, тем более, что Солтахр вновь принялся терзать рану колдуна. Купцы-пленники дружно сплюнули и сотворить знак, отгоняющий демонов.

- Он пристал к нам в Пиролосе. Сказал, что ему надо на север. А нам-то что? Чем больше людей в караване, тем лучше. Безопасней. В Алирдане он собирался дождаться какого-нибудь каравана на запад. Во всяком случае, он так говорил. Вот и всё, что я о нём знаю, - купец особо подчеркнул слово "я", полагая, что теперь разбойники допросят кого-нибудь ещё, и теперь он постоит в стороне, с презрительной насмешкой наблюдая за происходящим. - Поверь, господин, мы не знали, что он колдун. Ну, во всяком случае, за себя я ручаюсь.

Глядя на униженную физиономию Саатра и его глаза без вины побитой собаки, легко можно было в это поверить.

- Его товар? - Шимберг указал на развороченный ящик со сверкающими доспехами.

Саатр отчаянно закивал головой, отчего щеки запрыгали, как сумасшедшие, глаза его преданно вцепились в Шимберга, будто клещи, и не отпускали ни на мгновение.

- Масттэрро! - рявкнул Шимберг, задумчиво потирая гладковыбритый подбородок.

Солтахр куда-то запропастился, видимо отправился запрятывать диковинки, найденные в карманах мёртвого купца. Харрец, хмуря густые чёрные брови, появился через минуту. Его проход ознаменовался новым падением Саатра в пыль дороги.

- Хадтэро?

- Возьми трёх ребят и погрузите этот кусок падали в телегу, - Шимберг подбородком указал на прочухавшегося колдуна. - На месте разберёмся. Он будет в твоём полном распоряжении. Мне нужно знать о нём всё. И меня не волнует, какими способами ты добьешься от него информации. И, да... Вот ещё... Заткните ему рот, чтобы не наколдовал ещё чего-нибудь. И будьте с ним поосторожнее.

Масттэрро злорадно оскалил зубы и в предвкушении хорошего развлечения потер руки. Отчего дрожь пробила даже высокого купца-пленника с расплюснутым носом, что так презрительно относился к унижениям Саатра. Сам же Нови просто потерял сознание, предварительно испустив протяжный крик, переходящий в пронзительный визг.

- Эрстуан, передай Клаэду, чтобы грузили латы в общую телегу! - Шимберг едва не сорвал голос, отдавая приказы, так как все были отвлечены падением купца и созерцанием поднятом им тучи пыли. - Как только погрузка закончиться - уходим. Пусть Клаэд поторопит своих людей.

Эрстуан окинул пленников подозрительным взглядом, но те дрожали, как осиновые листья на ветру, и похоже больше никто не собирался затевать бунта. Десятник вздохнул, - где этот проклятый Солтахр, ведь именно он является адъютантом атамана, - и, закинув лук за плечо, отправился выполнять поручение.

- С ними, что делать будем? - губы Масттэрро скривились в презрительной ухмылке, когда взгляд его опустился на пленников.

- Надо бы их наказать...чтобы впредь не повадно было колдунов с собой таскать, - Шимберг стал совсем похож на мудрецов из Башни Философии, изображая на лице неуверенность в своём решении.

Саатр, подозрительно быстро пришедший в себя, явно переигрывая, заскулил не своим голосом:

- Господин...

- Ладно, - усмехнулся Шимберг. - Действуй, как всегда. Пусть знают, что такое благородство романтиков с большой дороги.

Саатр отчаянно завыл, уже по-настоящему, и забился в страшных конвульсиях, яростно молотя толстыми, короткими ножками и ручками земную твердь, выбивая каждый раз небольшое облачко пыли.

Масттэрро от души расхохотался, наблюдая за этим спектаклем. Погрузка уже под руководством самого Шимберга быстрыми темпами продвигалась вперёд. И вскоре последний ящик с бряцающими внутри доспехами был надежно укреплён на широкой телеге, запряжённой парой мощных коней-тяжеловозов.

Масттэрро нежно провёл рукой по трёхдневной щетине и с самым решительным видом направился к пленникам. Те с обречённостью загнанных в угол крыс наблюдали за его приближением. Саатр продолжал изображать приступ эпилепсии.

* * *

Сухие дрова весело потрескивали, пожираемые рыжими языками огня. Только что над костром висел здоровенный окорок дикого кабана, распространяя ароматный запах по всему лагерю, но Аэрбин, ответственный за ужин, предусмотрительно снял его с огня, опасаясь как бы голодные парни с волчьим аппетитом не добрались до него раньше времени.

Шимберг, зябко кутаясь в длинный тёплый плащ, присел погреться к костру. Ночи на севере Корсена были прохладными, не смотря на то, что шла вторая половина мая. Двое разбойников посторонились, уступая атаману лучшее место. Литруан, черноволосый парень, земляк десятника лучников Эрстуана, протянул ему кружку с парящей жидкостью. Шимберг нерешительно принял её, недоверчиво разглядывая содержимое.

- Всё нормально, атаман. Это горячий кауэнн. У нас в Артуане его пьют, чтобы согреться, - объяснил Литруан и аккуратно отпил из свой кружки, показывая, что ничего страшного в этом нет.

- А у нас в Пиролосе пьют потому, что пьют. При чём, чем крепче, тем лучше, - весело заявил Судалис, широкоплечий коротышка с обвислыми длинными усами, в отряде упорно ходили слухи, что его отцам был гном, и, единым глотком осушив свою кружку, расхохотался.

- Да... - протянул, улыбнувшись, Шимберг. - Вы южане - народ горячий и импульсивный, пожалуй, даже слишком.

- Это точно и я этим горжусь, Мазар меня возьми, если это не так, - Судалис так разошёлся, что со всего размаху хлопнул пустую кружку о землю так, та разлетелась вдребезги мелкими осколками обожжённой глины.

- Порча общественного имущества, - с самым серьёзным видом протянул Литруан, рассматривая черепки, и вытащил из-за пазухи старый полуистлевший кусок пергамента. - Вычтем из твоей доли, чтобы в следующий раз придержал свой южный темперамент.

- Кого? - обиженно переспросил Судалис, не вполне понимая, о чём говорит Литруан. Затем обречёно махнул рукой и буркнул, не желая сдаваться: - Зато вы - северяне слишком держитесь за свой порядок и боитесь проявления эмоций. Пиши-пиши, давай, грамотей, - он как-то сразу потерял интерес к разговору, загоревшийся в нём после выпитого кауэнна и разочарованно отвернулся, игнорируя довольную ухмылку своего оппонента.

Литруан усмехнулся и действительно что-то нацарапал на своём жалком клочке бумаги.

- Что-то прохладно стало в последнее время, - протянул Шимберг, мелкими глотками поглощая горячий кауэнн. - Вроде конец весны.

Литруан смахнул упавший на лоб локон чёрных, как ночь, волос и уставился на звёздное небо, клочками торчавшее сквозь шуршащую листву лесных великанов.

- Ага, - коротко кивнул Судалис, который совершенно не мог долго обходиться без общения. - У нас на юге потеплее всё же.

- Да у вас на юге только летающих коров нету, - не преминул подколоть его Литруан, оторвавшись от вида холодных звёзд. - И то какой-нибудь маг по недосмотру или по пьянке обязательно устроит такой спектакль.

- Что? - Судалис побагровел, отчего стал похож на перезревший помидор.

- Ну-ну, - Шимберг положил руку ему на плечо. - Не стоит ссориться по пустякам.

Судалис шмыгнул носом, бросил презрительно-настороженный взгляд на своего более молодого оппонента и снова потерял интерес к беседе. Настроение у него испортилось окончательно, но не надолго.

Шимберг вздохнул, тяжело переживая всякие раздоры в отряде, и посмотрел на небо, которое кое-где виднелось в разрывах между кронами могучих деревьев. Какая ночь! У себя на родине Шимберг редко видел такую красоту, так как почти никогда не покидал родового замка и не ночевал в лесу. Хотя пять месяцев он провёл в походном лагере старого короля во время Пограничных Войн. И всё же это было не то.

Золотистый диск Тристаба только что взошёл и наблюдал сверху за грешной землёй, словно зрачок какого-то божества, многие так и думали. Его лучи давали мало света, да и тот было не видно из-за яркого пламени костра. Узкий бледный серп Урикумы висел далеко на западе. Лёгкий ветерок гулял по лесу, нежно перебирая в своих объятьях тонкие листья деревьев, отчего всё вокруг было наполнено тихим шепотом. Полчаса назад, когда Урикума была повыше, и пламя костров ещё не разгорелось, казалось, что вокруг плескаются волны серебристого моря. Вероятно весь Корсен раньше был таким, когда здесь были владения эльфов. Думая о той красоте, что царила тогда на земле, Шимберг даже сожалел, что эльфы ушли, оставив землю на поругание людям.

- Пойду, проверю посты, - брякнул Литруан, оторвав Шимберга от созерцания природы. - Я сегодня за главного в охране лагеря.

- Иди, - разрешил Шимберг, взглядом невольно снова возвращаясь к усеянному блестящими искорками звёзд небу.

- Я с тобой, - Судалис решительно поднялся на ноги, обида была уже забыта.

Они вдвоём прямиком через лагерь к северной части крохотной поляны, где расположился на ночлег отряд разбойников. Шимберг проводил их взглядом, и сам не заметил, как задремал, умиротворенный тихим шепотом леса и теплом костра.

Чувство, что на него кто-то пристально смотрит, заставило Шимберга открыть глаза и резко подняться, отчего в коленях что-то противно хрустнуло. Рядом в трёх шагах с довольной ухмылкой на лице стоял Солтахр. Ветер небрежно играл прядями его чёрных, как сама ночь, волос.

- А это ты... - протянул Шимберг, тщетно пытаясь сдержать зевок, в голове мысли носились с сумасшедшей скоростью, словно обезумевшие пчелы.

- А ты кого ожидал увидеть? Дракона или святого Акуэрда? Извини, что разочаровал, - Солтахр нелепо развёл в стороны руки и изобразил на лице самую, что ни на есть, настоящую обиду.

Шимберг потянулся, чувствуя, что холод сырой земли уже малость остудил его мышцы, и буркнул:

- Прекрати паясничать и садись, давай.

Солтахру не нужно было говорить дважды, во всяком случае, иногда. Огонь костра отлично грел, прогоняя прочь холод ночи. Но самое главное, пока Шимберг дремал, возвращался Аэрбин и, не смея будить атамана, оставил возле огня здоровенный кусок жареной кабанины. Солтахр бросил быстрый взгляд на ароматно пахнущее мясо, сглотнул слюну и поспешно отвернулся. Это не ускользнуло от внимания Шимберга.

- Угощайся, - предложил он, указывая рукой на кусок мяса, сам в это время наблюдая за реакцией парня.

- Да, нет, спасибо, Хадтэро, - отказался Солтахр, на самом деле умирая от желания согласиться. - Я уже поужинал.

- Ну как знаешь, - пожал плечами Шимберг, старательно пряча лукавую улыбку, и потянулся за кабаниной.

- Хотя... - Солтахр задумчиво почесал затылок одной рукой, а другой свой плоский живот. - Хотя ужином это было трудно назвать, да и было это часов шесть назад. Что-то Аэрбин разленился совсем, не ужин, а так всего лишь его подобие. Поэтому скорее всего мой желудок уже пуст, во, всяком случае я не чувствую приятную тяжесть, свойственную хорошему ужину.

Шимберг, уже не прячась, усмехнулся и отвёл руку в сторону. Есть он вовсе не хотел, а только желал пошутить над парнем, а уж тот разошёлся, что только мясо и могло его остановить.

Солтахр тут же вгрызся крепкими, всё ещё целыми зубами в сладкую мякоть грамотно прожаренного мяса. За минуту со всем куском кабанины было покончено, и даже пальцы облизаны настолько досконально и стали такими чистыми, какими, наверное, не были даже при рождении.

- Ну, наелся? - спросил Шимберг, откинувшись на спину, подставляя под тепло костра озябшие пятки.

- Не-а, - откровенно признался Солтахр, продолжая облизывать и без того чистые пальцы. Это занятие ему видимо было весьма по душе.

- Аппетит у тебя по больше тела.

- Да, я такой, - согласился Солтахр, терзая себя воспоминаниями о только что проглоченном ужине. - Чем богаты, тем и рады. Жизнь приучила, Хадтеро.

Они помолчали немного, наблюдая за танцем мотыльков над огнём жаркого костра. Звёзды мерцали бледным светом, отвечая на яркие рыжие языки пламени. Их странная хаотичная пульсация так завораживала взгляд, что оторваться было уже почти невозможно.

- Я давно хотел спросить... - Солтахр замялся на мгновение, словно вспоминая о чём таком важном он хотел спросить, и наконец, выдал: - Мне интересно, почему Масттэрро зовёт тебя Хадтеро?

- Не знаю, - Шимберг пожал плечами, не вставая, получилось довольно комично.

- А что это слово обозначает?

- Не знаю, - Шимберг почесал гладко выбритый подбородок. - Никогда над этим не задумывался. Спроси лучше у самого Масттэрро.

- А вдруг это какое-нибудь оскорбление? - не унимался Солтахр.

Шимберг рассмеялся:

- Вряд ли.

- Ты думаешь? - с сомнением протянул Солтахр.

- Хватит об этом. Если бы я сомневался в Масттэрро, то давно проверил бы что к чему, - Шимберг на секунду закрыл глаза и попросил: - Лучше расскажи, как там жизнь в Трясовищах, что нового. Ты вроде был там недавно.

Солтахр подсел поближе к огню, расправил узкие худые плечи и таинственно улыбнулся. Пламя костра отбрасывало блики на его тонкие черты лица и красило волосы в кровавый цвет. Прошло две минуты, а Солтахр всё ещё молчал, казалось он уснул.

- Давай, говори, - не выдержал Шимберг, прекрасно понимая, что парень только этого и дожидался.

Солтахр ехидно улыбнулся и напряжённо поскрёб затылок:

- Ну даже не знаю с чего начать. Ах, да... У Наулина сын родился. Пергоем назвали, в честь Пергоя I Северного. Не могли имя получше выбрать, хм... Это у них девятый. Крыльня постоянно брюзжит после родов, проклиная тот день, когда Наулим положил на неё глаз. В окраинных домах, ну тех, что заброшенные стояли пять лет, какие-то беженцы с севера поселились. Троян взялся за ними проследить. Не приведи Обиби, шпионы Лирда, - парень сокрушённо покачал головой. - Пока у них гостил, там такая история вышла. Кетриан Сиплый, что на южной окраине живёт, вздумал свинью резать, приболела она что-то. Да только в последний момент рука дрогнула, промахнулся, лишь слегка поцарапал ей шею. Ну, свинья ясное дело сбесилась, расшвыряла людей. Полдня всей деревней за ней охотились. А она в отместку вытоптала уйму огородов и снесла сарай Беретея Сапожника. Так бы и носилась, если Аркой не всадил бы в неё стальной болт из того арбалета, что ты оставил ему.

- Весьма опрометчиво с его стороны, - заметил Шимберг. - А вдруг действительно кто-то из тех переселенцев шпион Лирда. Тот сразу смекнёт, что к чему. Ну, ладно, прошедшего не вернёшь. Что дальше?

- Да вроде всё, - неуверенно развёл руками Солтахр.

- Что? - чуть ли не прорычал Шимберг.

- Ах, да. Совсем забыл, - Солтахр даже в темноте заметил, как расцвело лицо Шимберга в ожидании самой приятной новости. - Старик Албон помер. Долго маялся какой-то хворью и умер в мучениях. Троян боялся как бы не случилось какой заразы, но вроде всё обошлось. Теперь вроде всё.

Шимберг молча схватил подвернувшуюся под руку хворостину и хорошенько огрел ею злорадно хихикающего парня. Солтахр аж взвизгнул от неожиданной боли. Хворостина ещё раз со свистом рассекла податливый воздух. Солтахр вскинул руки и закричал:

- Хватит... Хватит... Пошутил просто...

Шимберг, грозно сверкая карими глазами, занёс хворостину над головой, но повременил с ударом.

- Скажу. Всё скажу... - Солтахр не спускал напряженного взгляда с тонкой тростинки, что принесла ему такую боль, хуже того не дала вволю посмеяться над удачным розыгрышем. - Гжвенна привет передавала. Сказала, что ждет, не дождётся, когда ты сам приедешь. Всё, что окромя привета, обещала лично при встрече... хм...

Шимберг сразу оттаял, рука с занесённой хворостиной сама собой опустилась на землю, к несказанной радости парня, который уже подумывал о том, чтобы дать стрекача, чтобы атаман ненароком не засёк его до смерти.

- А как она сама? - спросил Шимберг, мысленно находясь в десятке лиг на востоке возле своей Гжвенны.

- Как? Как? - Солтахр напряженно засопел, подбирая слова, чтобы снова не рассердить Хадтеро. - Как всегда. Красивая, добрая, грустит, что тебя нет. За ней Иркилий Плющ увивался, но она его враз отвадила, как бы невзначай выкинув в окно жбан с холодной водой, когда Иркилий решил спеть ей оду собственного сочинения. Соседи долго её благодарили за спасение от потери слуха. Поэт из Иркилия, как из меня жрец-отшельник! Хм...

Солтахр запнулся довольный тонко подобранным сравнением, осторожно повёл взглядом и с удивлением обнаружил, что только что распинался исключительно для себя. Шимберг его явно и не слышал.

Костерок слабо трещал, тщательно прожёвывая сухие сучья. Сверчки, безумные музыканты, устроили настоящий концерт, стараясь производить как можно больше шуму. Где-то встревожено заухал круглоглазый филин, и подал голос одинокий и явно голодный волк. Эти звери были зачастую опасны, когда сходили с ума от голода. Лес никогда не был тихим местом, и уж тем более ночью.

Солтахр сидел, обижено поджав губы. Шимберг уже полчаса витал мыслями где-то в несуществующих облаках. Мясо было съедено, а спать не хотелось. Солтахр огляделся в поисках чего-нибудь стоячего его внимания. Лагерь постепенно затихал. Всё больше и больше людей, развалившись рядом с кострами, но на достаточно безопасном расстоянии, отдавались сну.

Совсем рядом раздались чьи-то тяжёлые шаги. Трава шелестела под огромными ступнями. Их ни с чем не спутаешь. Солтахр обернулся на звук. Так и есть. Масттэрро. Этот широкоплечий гигант безжалостно мял траву, производя шуму больше, чем целый десяток королевских латников в полном вооружении. Солтахр предостерегающе приложил палец к губам, хотя сомневался, заметит ли харрец его жест во тьме. Масттэрро молча опустился возле костра.

Минут десять сидели тихо, грелись живительным теплом костра. Наконец, один, видимо сверх наглый сверчок подобрался к самому уху Шимберга и принялся выводить такие трели, атаман подскочил на месте, держась рукой за оскорблённый орган слуха. Солтахр едва удержался, чтобы не расхохотаться. На лице Масттэрро не дрогнул ни один мускул. У харрцев не принято смеяться над старшими по званию.

- Уснул я что ли? - растерянно пробурчал Шимберг, почесывая затылок.

- Ага, - губы Солтахра снова скривила довольная ухмылка.

Шимберг вспомнил, что он не один, и заметил широкоплечую фигуру Масттэрро, которую не заметить было нельзя. Застывшее на холодной землю тело плохо повиновалось, и Шимберг едва не упал, пытаясь подняться.

- Хадтеро? - в голосе Масттэрро прозвучало настоящее беспокойство.

- Все нормально, здоровяк, - Шимберг подвинулся поближе к теплу костра и протянул к огню руки.

Сверчки, примолкшие на время, снова наполнили воздух своими незатейливыми мелодиями, сливающимися в одну ужасную какофонию. Солтахр поймал одного и хотел было поджарить, но затем передумал и, решив не зверствовать, просто раздавил насекомое, показывая, что за атамана готов убить кого угодно.

- Ты закончил... хм... свою работу, Масттэрро? - Шимберг быстро пришел в себя, чувствуя, как живительный поток тепла разливает по телу, словно от кружки кауэнна.

- Да, Хадтеро, - Масттэрро длинной палкой принялся ворочать угли костра, чтобы те давали больше тепла.

- Да уж, вопли стихли, - фыркнул Солтахр, он считал, что просто обязан вставить хоть словечко.

Рука Масттэрро внезапно оказалась на плече парня. Солтахр изумлено посмотрел на широкую длань харрца и тут же почувствовал, как стальные тиски пальцев сжимают его плечо с такой силой, что острая боль вырвалась в коротком резком визге и горьких слезах, выступивших на глазах.

- Не перебивай старших, - назидательно произнес Масттэрро и отпустил парня.

- Ты чего? Ты чего? - напустился Солтахр, держась за ноющее плечо. - Я просто пошутил. А ты... Ты... А ну вас... - парень с чувством глубокого разочарования махнул рукой и отвернулся в сторону, пряча предательские слезы, заблестевшие в свете костра.

Масттэрро невозмутимо принялся снова ворочать угли полупрогоревшего костра.

- Зря ты так, - сокрушенно покачал головой Шимберг. Солтахр был ему как сын.

- Ничего. Боль способствует понимания, на своей шкуре проверял. А рука скоро отойдет, обида забудется, - Масттэрро не поднимал глаз от костра, заворожено следя за короткими, яростными в слепом стремлении жить и разрушать сполохами пламени. - По себе знаю.

Гибкие ветки деревьев жалобно согнулись, испуганно шелестя листвой, под внезапным резким порывом ветра. Пламя костра заметалось, словно умирающий зверь. Шимберг зябко передернул плечами и бросил в прожорливую пасть огня свежую порцию хвороста. Пламя жадно лизнуло сухие ветки и взвилось с новой силой.

- Что наш гость? - Шимберг продолжил прерванный Солтахром разговор.

- Во всем признался. Обо всем рассказал, - губы Масттэрро раздвинулись в мрачной усмешке. Отбрасывающий багряные блики огонь тут же превратил ее в злобный оскал жуткого демона. - Нас во флоте Харра учили различным способам развязывать даже самые молчаливые языки.

- Солтахр прав, вопли доносились даже сюда, - усмехнулся Шимберг и тут же скривился, едва подумав о том, чем именно занимался харрец.

Парень громко шмыгнул носом, подтверждая сказанное атаманом. Повернуться и сказать это вслух не позволяла горькая обида. И как только Масттэрро мог так поступить и затем с наглой уверенностью утверждать, что все пройдет и забудется. Ну, уж нет. Такое не забывается. Хотя... Есть в душе и кое-что покрепче, что память с назойливой упрямостью продолжает прокручивать перед глазами каждый раз, когда Солтахру становится плохо. Сожженные тела родителей, распростертые прямо перед крыльцом дома... Соседи, пронзенные в десятке мест тяжелыми арбалетными болтами... Сестренка в тщетной попытке пытающаяся спастись бегством от насильников... Солтахр судорожно сглотнул и приказал памяти спрятать эти картины подальше до поры до времени, пока не придет время для отмщения.

Масттэрро с Шимбергом не замечали внутренних волнений парня или же делали вид, что не замечают. Атаман, наконец-то, немного согрелся, хотя не отказался бы сейчас от кружечки горячего кауэнна напитка Литруана.

- В Харре главное результат, а уж какими способами он получен... - Масттэрро пожал плечами, продолжая разговор. - Не так уж важно.

- Оно и у нас также. Ты уж мне поверь. - Шимберг мрачно усмехнулся, вспомнив прошлое. - Чего только не вытворяли палачи короля во время Пограничных Войн, чтобы развязать вражеским лазутчикам языки. Так что же ты узнал?

- Хм... - Масттэрро с важным видом почесал свою щетину на небритом подбородке. - Этот мнимый купец работал на Тхарэ. - Солтахр, сидя спиной к разговаривающим, вздрогнул при упоминании этого имени. Магов в народе побаивались, а уж черных просто до ужаса. - Странный это человек. Колдун к тому же. Говорят, он ищет кого-то и только для этого захватил весь Юг. Ну, да ладно... Этот подлец по поручению Черного Герцога должен был доставить доспехи в Айкуон в юго-восточном Отрстодине, одному не то графу, не то барону, при чем совершенно бесплатно.

- Зачем? - удивился Шимберг.

- Тхарэ договорился с ним об одной услуге. Хм...Это и является самым интересным. Тхарэ обязался поставить две сотни отличных лат, изготовленных гномами. А тот некто из Айкуона с отрядом в тысячу мечей наносит удар в район Сардуана.

- Но там же находятся войска Ульримо?! - не удержавшись, воскликнул Шимберг.

Солтахр глухо заворчал, заслышав имя своего заклятого врага.

- Вот именно. Но только часть их, - Масттэрро для солидности почесал кончик носа. - Основные силы Ульримо стоят лагерем в пяти переходах севернее Шонкэ. Барон решил не углубляться слишком далеко на запад и прошел вдоль восточной границы. Так что теперь он отличная мишень для Мерзонии. Но это так к слову...Тхарэ после того, как захватил Шонкэ, не спешит двигаться дальше. Он отчего-то не хочет встречаться с войсками Ульримо, хотя с его магическим даром, я бы не стал увиливать от сражения. Так вот Тхарэ нанял этого из Айкуона, чтобы тот, пройдя южной границей Эа-Орла, ударил Ульримо в тыл. Барону придется волей-неволей отправить часть войск на подавление прорыва. А без полной уверенности в свою победу Ульримо не станет атаковать засевшего в Шонкане Тхарэ, что тому и нужно. Для чего, правда, не знаю. Мой собеседник...хм...был всего лишь мелкой сошкой, не посвященной в подробности. Но о многом догадывался...

- Себе на беду, - не удержался от едкой реплики Солтахр, отчего ему хоть немного полегчало.

- Да, уж... - не мог не согласиться Шимберг. - Любопытная история. Что с пленником?

Масттэрро выразительно оскалился.

- Ясно, - Шимберг не слишком жаловал жестокость и убийства, но иногда приходилось быть твердым. Мысль о том, что отпущенный на свободу пленник вернётся к хозяину, убивала все доводы совести и жалости. - Что с товаром?

- Отправили прямиком на главный склад. Вот только... - Масттэрро замялся, блики огня творили с его лицом, что хотели. - Вот только кому можно продать такой товар? С Ульримо...хм...мы не имеем дел. Тхарэ нельзя продавать его же собственный товар - это верное самоубийство. Неужели нашему старому другу Лирду? - Масттэрро улыбнулся, представив себе эту картину.

Шимберг поднял глаза на черное ночное небо. Там далеко в вышине горели холодным светом бесчисленные мириады звезд. Они с безучастным равнодушием смотрели вниз на быструю и бессмысленную, на их взгляд, жизнь простых смертных. У них не было ни забот, ни долгов, ни чувств и ни сомнений. Всё что у них было - это холодное прошлое и бесконечность будущего.

Шимберг вздохнул, тяжело, медленно выпуская воздух из лёгких, и вернулся к земной реальности.

- Масттэрро, продать можно все и всегда. Покупатель найдется на любой товар. Ты уж мне поверь. Доспехи можно продать где-нибудь там же в Айкуоне другому графу или барону. Или же в Эа-Орле. И даже здесь в Корсене. Многие дворяне, чьи владения лежат на пути Ульримо или Тхарэ с радостью купят пятьдесят полных доспехов гномской работы. Но...но...мы не станем их продавать. Поверь мне, Масттэрро, эти латы нам еще пригодятся.

- Думаешь? - Масттэрро сорвал тонкий стебелёк травы скрод и неторопливо вертел его в руках.

Шимберг не ответил. Его мысли неожиданно снова вернулись к Гжвенне. Как она там? Ждет ли его? Не забыла ли своего обещания?

- Хадтеро, а ты не боишься, что Тхарэ все-таки узнает, что именно мы перехватили его товар? - Солтахр был, как никогда, серьезен. Чёрных Магов он ненавидел лютой ненавистью и не менее боялся.

- Вот если узнает, тогда и будем думать, - не найдя лучшего ответа, сказал Шимберг, с трудом попрощавшись с образом прекрасной Гжвенны, правда не надолго.

- Чего нам боятся какого-то колдуна, - мрачно усмехнулся Масттэрро, хотя в его словах не было уверенности, и добавил: - Пока он далеко. Кстати, почему ты спросил об этом?

- Не слышал что ли новостей с Юга? - лицо Солтахра одновременно выражало презрение и радость, хоть в чем-то удалось обойти харрца.

Но ни тут-то было:

- Это о банде-то Лекруция Твердолобого?

- Ага, - уныло отозвался Солтахр, и здесь обставили, и не преминул съязвить: - Хотя тоже мне банда - жалкие полтора десятка бродяг.

- Среди которых один коротышка по имени Хорь стоит всего десятка Салдэма. А также арбалетчик, дезертировавший из королевской гвардии, что с пятидесяти шагов муху на лету собьет. Я уж не говорю про то, что арбалетный болт с сорока шагов прошивает насквозь рыцарский доспех, - буркнул Шимберг. - А у нас до сих пор одни луки, да и тем далеко до настоящих, боевых.

- И причем тут Тхарэ? - отозвался Масттэрро, обращаясь к Солтахру.

- Ты что не слышал, что сказал Хадтеро? - Солтарх тут же поменял свою точку зрения насчет возможностей отряда Лекруция Твердолобого. - Кто, если не колдун, способен уничтожить хорошо вооруженный отряд в дебрях Заброшенного Леса?

- Как кто? - удивился Масттэрро. Он слишком сильно надавил пальцами на тонкий стебелек скрода. - Ты что же не слышал о том, что один из парней Лекруция спася? Я его сам не видел, но через третьих лиц дошли слухи, что отряд Твердолобого нарвался на Неупокоенного Рыцаря. А Твердолобый - он и есть твердолобый, вот покойник их всех и порешил, кроме одного, что еле успел ноги унести.

- Да враки все это, - махнул рукой Солтахр. - Говорю тебе - это работа Черного Герцога. А Неупокоенного Рыцаря вообще нет, так бабушкины сказки.

- Ну-ну, - усмехнулся Масттэрро и пожал плечами. Спорить совсем не хотелось. Упрямый Солтахр все равно не отступит от своего.

Шимберг снова улегся спать, только теперь совсем рядом с костром. Масттэрро повертел в руках остатки стебля скрода и бросил их в прожорливую пасть огня. Солтахр крутился на месте и так и этак, не находя себе места от скуки. В конце концов, сказав, что ему нужно сходить по нужде, он встал и ушел.

Шимберг внезапно ощутил всю тяжесть прошедшего дня на своих плечах. Сон - древний искуситель - творил свои чары, заманивая в волшебный мир фантазий. Шимберг особо и не сопротивлялся. Но поспать ему так и не дали.

Тихий шорох быстро приближающихся шагов, еле слышное бормотание, кто-то спорит - видимо с Масттэрро, - и уже через секунду харрец трясет атамана за плечо.

- Что такое? - Шимберг, успевший только задремать, с трудом продирал глаза. - Лирд? Ульримо? Тхарэ? Или сам король?

- Нет, - покачал головой Масттэрро. Рядом с ним стоял крепкий парень, лицо которого терялось в тени, но судя по луку за спиной, он был из десятка Эрстуана.

- Так чего разбудили? - спросил Шимберг зло.

- Огонь, - коротко бросил Масттэрро.

- Что огонь? - растерялся Шимберг и невольно посмотрел на пламя костра.

- Атаман, я и еще двое ходили на разведку, - парень присел на корточки так, что стали видны черты его лица. Литруан. - В полулиге на юг мы наткнулись на костер. Там путники. Не больше десятка. Что делать?

- Хороший вопрос, - сказал Шимберг, окончательно распрощавшись с надеждой поспать сегодня. - Спать. Неужели вам мало добычи?

Брови Литруана подпрыгнули на лоб, да там и остались. Такого он от атамана не ожидал. Добычи не бывает много. И взять сверх того, что уже имеешь, никогда не помешает.

- Хадтеро еще не совсем проснулся, - бросил тихим шепотом, чтобы не услышал Шимберг, Масттэрро, успокаивая парня.

- А-а! - понимающе протянул Литруан и действительно успокоился. С атаманом все в порядке.

- Масттэрро, поднимай десяток Салдэма. Ты, Литруан, ступай к своему десятнику. Пусть возьмет еще троих и ждет меня у южного поста, - быстро раздал приказы Шимберг, пытаясь не замечать алчно горящих глаз лучника.

Масттэрро буркнул что-то насчет того, что этого паршивца Солтахра, которого никогда нет, когда он нужен, и исчез, растворившись в непроглядной тьме, начинавшейся сразу за кругом света, отбрасываемого жадными языками огня. Литруан тоже поспешил выполнить приказание атамана, оставив его одного. Шимберг вздохнул, проводил взглядом обоих, внутренне проклиная неприспособленность Масттэрро к разведке, харрца было еще долго слышно, хотя он давно скрылся из вида, и мысленно обратился к Царидону, моля по возможности предотвратить кровопролитие.

Когда Шимберг добрался до южного поста, там его уже ждали. Салдэм, как и было приказано, привел весь свой десяток. Парни выглядели неважно. Многие досматривали седьмой сон, когда безжалостная рука десятника требовательно ложилась на плечо. Эрстауан, Литриуан, Саэх, Махдол и Неерг нервно сжимали тисовые луки. Солтахр зачем-то тоже заявился. Шимберг хотел было отправить его обратно, но передумал. Спорить просто не хотелось. Масттэрро бросал сердитые взгляды на Солтахр, которые тот, впрочем, не замечал.

- Ну, что? Готовы? - Шимберг мог и не спрашивать. На дело его люди были готовы всегда, особенно когда дело пахло неплохой добычей. - Тогда вперед. Литруан, показывай!

Лучник заскользил вперед незаметно и бесшумно, как тень. Остальные последовали за ним, стараясь во всем подражать проводнику, и только Масттэрро сердито сопел, тщетно пытаясь увернуться от хлеставших по лицу веток.

Идти прошлось порядочно. Солтахр с тоской оглядываясь назад, даже пожалел, что увязался за атаманом, теперь только мысль о возможной добыче двигала им. Литруан потерялся где-то впереди. Его спина иногда мелькала между деревьев. Поэтому большинство ориентировалось на звуки, издаваемые Масттэрро, который двигался след в след за проводником.

Лес кончился внезапно. Шимберг заметил это лишь тогда, когда выскочил на широкую поляну. Литруан схватил его за руку и втянул обратно в тень деревьев, хотя тьма стояла такая, что вряд ли кто его заметил. Масттэрро осторожно опустился на землю, стараясь слиться с землей и не производить лишнего шума. Солтахр плавным движением обнажил длинный кинжал, больше похожий на короткий меч пехотинцев.

Посредине поляны горел костер. Яркие рыжие языки яростно рвались на свободу и погибали, не находя достаточно пищи вдали от основного пламени. Вокруг костра сидели люди. Во всяком случае, так казалось издали. Сколько их было определить сложно. Но Шимберг решил, что не больше десяти. Большинство из них, судя по позам, давно спало. Две или трое видимо охраняли сон остальных.

Солтахр, возбуждено сопя, пополз вперед, но Масттэрро успел его перехватить, вцепившись ему в ногу. Один из сидевших возле костра бросил взгляд через плечо, видимо, услышав возню, устроенную парнями. Мертвая тишина успокоила его немного. Во всяком случае, он снова уставился на огонь.

- Эрстуан, распредели своих по периметру. Салдэм, ты перекроешь все возможные пути отступления. Ясно? - Шимберг дождался короткого кивка головой от каждого из десятников, после чего прошептал: - Тогда вперед. Солтахр, еще раз повториться подобное, ночь проведешь вместе с Масттэрро.

Солтахр испугано закатил глаза и принялся горячо доказывать, что впредь будь умнее. Но Масттэрро попросту заткнул ему рот, сунув под нос свой увесистый кулак.

Шимберг в темноте едва различал двигавшихся людей и то только потому, что знал, куда нужно смотреть. Судя по переставшим шевелиться ветвям крайних деревьев, все разместились по местам. Солтахр судорожно дернулся, словно его ужалила змея. Масттэрро не выдержал и ткнул его носом в землю, чтобы хоть немного образумить. Шимберг выждал на всякий случай еще несколько минут и подал знак к наступлению.

Едва заметные в темноте фигуры отделились от густого подлеска и, быстро сужая круг, бесшумно устремились к ничего не подозревающим путникам. Солтахр задергался, пытаясь помочь товарищам, но Масттэрро крепко прижал его к земле. Как не были бесшумны разбойники, путешественники оказались настороже. Легкий шорох, произведенный кем-то по неосторожности, был воспринят как сигнал тревоги. Часовые принялись будить остальных. И через секунду весь маленький лагерь был уже на ногах.

Шимберг представилась отличная возможность получше рассмотреть противников. Их оказалось семеро. Несколько женщин, судя по мелькавшим длинным юбкам. Точнее было разобраться трудно, так как люди метались, как пчелы в улье. Разбойники уже полностью взяли незадачливых путников в кольцо, отрезая все пути к побегу. Но похоже те и не думали бежать. В неровном свете костра засверкала обнаженная сталь. Судя по уверенным движениям, некоторые из них очень даже умели обращаться с оружием. Хорошо хоть луков не было видно. Однако кровопролития Шимбергу хотелось избежать в любом случае.

Одна из женщин отчаянно взвизгнула, когда несколько разбойников попали в круг света. Мужчины плотнее прижались друг к другу, стараясь закрыть своими телами своих спутниц. У каждого в руках был острый клинок. Это обстоятельство вносило дополнительное напряжение в сложившую ситуацию. Шимберг решил больше не ждать и быстрым шагом направился прямо к горящему костру. За ним следом, страшно хрустя все, что попадается под ногу, поспешил Масттэрро, а Солтахр, радуясь вновь обретенной свободе, беззвучно заскользил в обход слева.

- Бросайте оружие, и мы сохраним вам жизни! - выкрикнул Шимберг, едва добравшись до желтоватого круга, очерченного рыжими языками костра.

- А как же?! - выкрикнул кто-то в ответ, судя по голосу, совсем молодой. - Так мы тебе и поверили.

- У вас просто нет другого выхода. - Шимберг махнул рукой, и из-за кустов ловко выскочили лучники. - Мы можем просто вас убить. Но мы не сторонники насилия. Зачем проливать кровь, когда все можно решить мирно договорившись.

- Боишься потерять своих людей, так и скажи. И нечего пудрить нам мозги своею добротой, - буркнул в ответ широкоплечий кряжистый мужчина, который никак не мог быть человеком, учитывая его фигуру. Гном - решил Шимберг.

Люди Салдэма, мрачно хмурясь, сдвинулись еще плотнее, твердо сжимая в крепких руках потертые рукояти верных клинков.

- Так переговоры вас не устраивают? - переспросил на всякий случай Шимберг.

- Нет! - гневно, словно атаман его оскорбил, бросил юнец.

- Ни за что! - согласился с ним гном и пошире расставил ноги, словно стараясь срастись с землей. В правой руке у него грозно поблескивал боевой топор.

Шимберг, отчаявшись, уже хотел дать приказ к атаке, так как долго уговаривать путников он не мог, не уронив в глазах своих людей достоинство, когда в разговор вмешался новый голос:

- Мы согласны на переговоры, но какие гарантии, что вы сдержите свое слово?

- Что? - воскликнул юнец, видимо, считавший себя главным в отряде. В голосе его скользили не только нотки изумления, но и неприкрытого гнева.

Масттэрро насторожился. Слишком все гладко складывалось, и слишком много пустой болтовни. Все это попахивало примитивной западней. Харрец от одной этой мысли стал агрессивным и недоверчивым. Тяжелая абордажная сабля сама впрыгнула в руку.

- Так что насчет гарантий? - настойчиво повторил голос, а его обладатель просто заткнул ладонью рот юнцу, чтобы тот не мешался.

- Никаких. Кроме моего слова, - Шимберг говорил чистую правду. Ему было больше нечего предложить.

- А можно ли верить твоему слову? - мрачно буркнул гном и что-то добавил на своем непонятном языке.

- У вас просто нет выбора, - пожал плечами Шимберг. Масттэрро продолжал внимательно осматривать окрестности, не шелохнется ли где ветка под неосторожной рукой невидимых врагов.

- Смерть им! Без лишних разговоров! - прошипел неизвестно откуда взявшийся Солтахр. Его безумная гримаса говорила лучше всяких слов о тех чувствах, что он питает к путникам.

Из-за спин мужчин раздался испуганный женский визг.

- Решайте скорее. Ребята так и рвутся в бой, - Шимберг кивнул в сторону Солтахра. - И только добыча сможет отвратить их от кровопролития.

- Что-то рожа мне твоя не нравиться, - гном явно был настроен на потасовку. Солтахр аж взвыл от ярости. Такого оскорбления в адрес любимого атамана он выдержать не мог.

- Спокойно, - Шимберг схватил его за плечо, смерть адъютанта не принесла бы ему радости. Голос человека, жаждущего завершить дело миром, показалось ему знакомым. Странные интонации и певучие тона, почему-то навевали воспоминания о долгих годах на службе у короля.

- Угомонись, Сирхи, - предводитель путников схватил гнома за руку и принудил опустить грозно сверкающий топор.

Шимберг внимательно пригляделся к этому человеку. Выше среднего роста, точные расчетливые и в тоже время плавные движения выдавали бывалого воина, попадавшего ни одну передрягу, судя по серебру в волосах, уже не молодой, но еще полный сил. Вся его фигура сквозила чем-то смутно знакомым. Шимберг был готов руку дать на отсечение, что где-то он уже встречал этого человека. Масттэрро поведение атамана привело к еще большей настороженности.

- Спокойно, Сирхи, - повторил мужчина, не спеша поворачиваясь лицом, которого из-за подающего со спины света не было видно, к Шимбергу. - Шимбергу дэ Сои можно верить на слово. Во всяком случае, так было раньше. Не так ли, Шим?

- Шим? - Солтахр с сомнением посмотрел на атамана и криво усмехнулся.

Удивлению Шимберга не было предела. Нижняя челюсть так и рвалась рухнуть на грудь, но атаман не мог себе позволить такое в присутствии людей, которые верили в него, как в несокрушимым, неподдающийся излишним эмоциям стальной монолит.

- Что, Шим? Неужели ты меня уже не помнишь? - Странно знакомый голос словно издевался над ним, будоража старые образы давно прошедший дней.

- Давно меня никто так не называл, - выдавил, наконец, Шимберг и не узнал свой голос. Солтахр, не смотря ни на что, продолжал волком смотреть на противников.

В темноте прозвучало легкое шуршание, заставившее всех судорожно вздрогнуть. Юный парень, строивший из себя несколько минут назад героя, нервно огляделся по сторонам. Мужчина с укором покачал головой и повернулся боком, чтобы свет костра хоть немного попадал ему на лицо.

- Аш! - изумлено воскликнул Шимберг, не совладав со своими чувствами. - Неужели это ты?

- Аш? - пришла очередь изумляться бойкому юнцу.

- Кому еще быть? - предводитель путников пожал плечами, словно так все и должно быть. - Вот только не ожидал я встретить тебя здесь в таком...хм...обществе.

- Что? - воскликнул возмущено Солтахр, воинственно потрясая своим длинным пишехским кинжалом, который он использовал вместо меча. Масттэрро, понявший что встретились два старых друга, схватил парнишку за плечо оттащил его подальше.

Шимберг махнул рукой, и мечи заскользили обратно в ножны. Солтахр лишь сокрушено хмыкнул и, демонстративно обидевшись, отправился в лагерь. Наметившаяся потасовка отменилась.

Через двадцать минут все дружно расположились возле весело трещавшего костра в лагере разбойников. Путники бросили недоверчивые взгляды по сторонам. Женщины, на самом деле оказавшиеся совсем юными девушками, их было две, испуганно жались друг к другу. И только их предводитель - Аш, а точнее Кхоаш ди Магоро - невозмутимо крутил ус и щурил глаза, глядя прямо в прожорливую глотку огня.

- Эх, давно, давно мы с тобой не выделись, Аш, - протянул, потягиваясь, Шимберг, он был рад, что все так закончилось. Пусть нет добычи, зато встретил старого друга. Ребята, конечно, разворчались, особенно Солтахр, но потом успокоились, Масттэрро постарался.

- Да, - протянул в ответ Кхоаш. - С той самой битвы на Нежвеловой косе. Меня потом в тыл отправили. А тебя вроде как в самое пекло?!

- Да, было дело, - согласился Шимберг. - Чудом уцелел. Мерзонцы бились до последнего. А потом меня чуть... За то дело, помнишь?

- Ты имеешь в виду, нашего доброго друга Эверга дэ Женалэ? - губы Кхоаша растянулись в легкой улыбке.

Шимберг только кивнул в ответ. Рядом сердито заворочался гном, что-то бурча себе под нос.

- Да-а, парень был хороший, да странный какой-то, - Кхоаш посмотрел куда-то вдаль, словно надеясь увидеть там Эверга. - Судили-то его ни за что. Хм... И если бы ни наши с тобой ни вполне законные действия, казнили бы нашего Эверга.

- Поговаривали, что он с ведьмами сталкивался, оттого и такой странный, - Шимберг с самыми теплыми чувствами вспоминал былых друзей, тех, что были с ним в лучшие годы его жизни. - Что-то мы, как два старика, ударились в прошлое. Лучше расскажи, как ты попал судя, и кто твои спутники.

Гном снова что-то заворчал и подозрительно покосился на атамана.

- Ну, знаешь... - замялся Кхоаш.

- Что, такая тайна? - усмехнулся Шимберг.

- Прежде я хотел бы узнать, как ты относишься к политической ситуации в стране, - попросил Кхоаш, гном следил одним глазом за ними обоими.

- Ты хочешь узнать, кого я поддерживаю? - подстраховался дэ Сои. Кхоаш лишь сухо кивнул в ответ. - Что ж, это не секрет. Мне нечего скрывать. Ульримо Железная Рука разорил моё поместье, захватил замок, перебил людей, а те, кто выжил - сейчас со мною здесь. Мне чудом удалось спастись. И ты понимаешь, что теперь я не испытываю теплых чувств к барону Томпанийскому. Я, как наверно и ты, помню его еще с Пограничных Войн. Он и тогда отличался изрядной жестокостью, а теперь и вовсе потерял остатки человечности. Так что, понимаешь, что с ним меня связывает только вражда. Я тебе доверяю, поэтому могу сказать без опаски, я со своими ребятами всячески стараемся навредить ему, в пределах наших сил, конечно. То обоз с грузом перехватим, то отряд небольшой перебьем, но по-настоящему, конечно, мы не представляем для него угрозы. - Кхоаш посмотрел на юг, как бы спрашивая о другом не менее могущественном человеке. - Черный Герцог, - усмехнулся Шимберг, прекрасно поняв друга. - С Тхарэ у меня еще меньше общего. Мои парни, не в обиду им будет сказано, бояться магии, и поэтому мы стараемся держаться от Тхарэ подальше. Хотя иногда случаются казусы, и я понимаю, что Завоеватель Юга не оставит от нас и мокрого места, узнав чьи это проделки, - добавил Шимберг, подумав об утреннем инциденте. - Про короля я думаю, не стоит говорить. Он не является реальной политической силой, и его уж я никак поддерживать не могу.

- Спасибо за правду, - искренне поблагодарил Кхоаш, а в том, что дэ Сои не врет, он был уверен. - Ты изменился с тех пор, когда мы виделись с тобой последний раз. Раньше ты ограничивался двумя-тремя фразами, а теперь твоя речь усладила бы слух любой красавицы.

- У Хадтэро было время и предмет для тренировок, - съязвил, засевший рядом с гостями, Солтахр, за что тут же получал от атамана легкого пинка.

- Вот как? - брови Кхоаша взметнулись вверх.

- Ну... - смутился Шимберг, совсем как недозрелый юнец. - Потом расскажу.

- Я тоже приду послушать, - Солтахра было не так-то легко успокоить. Теперь, когда предполагаемые враги оказались старыми друзьями атамана, во всяком случае некоторые из них, парню просто необходимо было выплеснуть все, что накопилось в душе во время короткого похода.

Шимберг хотел угостить его еще одним хорошим пинком, но Солтахр в последний момент увернулся, отчего атаман едва удержался, чтобы не шлепнутся на пятую точку. Со стороны это выглядело столь нелепо, что не выдержал даже гном. Его низкий смех сотряс воздух.

- Ну, стервец, дождешься у меня, - погрозил кулаком Шимберг убегающему Солтахру. - Кажется, мы отвлеклись. Аш, может быть теперь, ты все-таки представишь своих спутников.

- Ну, что ж, - Кхоаш оглянулся на притихших друзей, словно спрашивая у них разрешения. - Я не просто так спрашивал тебя о политических пристрастиях. Мы двигаемся с юга. В пути уже второй месяц. Начнем с того, что с давних пор, почти сразу после окончания этих войн я нанялся на службу к лорду Шонканскому. Это славный человек, если ты сам его никогда не встречал. Я служил наставником его сына. Как ты сам знаешь, Шонкэ недавно пал. Шонкан держался хорошо и может быть, выстоял бы, если бы не предательство. Тридцатитысячный город против десяти тысяч наемников и отлично обученных регулярных войск. Старый лорд Лаес смог выставить две тысячи гарнизона и около пятнадцати тысяч народного ополчения. Согласились, шансы выстоять были и неплохие. Но... Как всегда нашлось одно "но". Им оказался родной брат лорда Хирсон дэ Флори барон Фларский. Тому показалось, что с ним не справедливо обошлись, когда брату по наследству досталось лордство, а ему лишь мелкое баронство и то на землях брата. Тхарэ пообещал ему власть над всем Шонкэ, если тот поможет ему в трудную минуту. И вот когда совсем сбросили южного врага со стен города, Хирсон со своими людьми подло напал на нас с тыла. Его наемники перерезали стражу у западных ворот и впустили неприятеля в город. Народное ополчение тут же разбежалось, а войска лорда были опрокинуты превосходящим по численности врагом. Мы бились до последнего, но...Тхарэ использовал магию. Лорд приказал мне спасать его сына, и мне ничего не оставалось, как повиноваться. Нам удалось выбраться из захваченного города только через несколько дней и то только благодаря вновь обретенному другу гному Сирхи, - Кхоаш кивнул в сторону притихшего гнома. - Сначала мы свернули на юг, полагая, что у себя в тылу Тхарэ не станет нас искать, но там всё так и кишело патрулями Черного Герцога, что нам пришлось повернуть обратно. Там мы встретили Салтею баронессу Вирсинскую с ее служанкой Ири. Они прятались в одной деревне от солдат Тхарэ, который взял Вирсин незадолго до Шонкэ. Мы взяли девушек с собой, решив, что с нами им будет безопасней, тем более, что старый Сурино дэ Энтэ барон Вирсинский пообещал отдать свою дочь замуж за сына лорда. С нами еще попросился местный паренек и, хотя мне это показалось странным, остальные решили, что лучше взять его с собой, так как он немного разбирался в лечебных травах. И вот мы вшестером: я, Ивэйн, Сирхи, Салтея, Ири и Кобод направились на север. - После каждого имени Кхоаш указывал на того, кому оно принадлежит. - Тхарэ почему-то так нужен Ивэйн сын Лаеса, что он не оказался от поисков и преследовал нас всевозможными способами. Мне показалось логичным двигаться в замок Глор, к Конклаву Южных Магов. Эта мысль пришла мне в голову еще тогда, когда мы только покидали Шонкан. Ведь Тхарэ маг - при этом темный - и нам просто с ним самим не справиться. Не стану рассказывать, что с нами произошло - слишком долго. На южных окраинах Заброшенного Леса, когда нас было еще только трое, мы встретили Неупокоенного Рыцаря. Парень оказался не таким уж опасным, как его описывают. Во всяком случае он некровожадный. Мы переночевали вместе. И он нас изрядно огорчил, сказав, что Маги вряд ли станут нам помогать. Но мы решили все-таки попытаться. И вот мы здесь.

- Да-а, - протянул Шимберг. - Интересная история.

Солтахр незаметно для всех вернулся и, подкравшись к атаману сзади, гаркнул тому прямо в ухо:

- Хадтэро, он утверждает, что встречался с Неупокоенным Рыцарем и остался жив. Разве можно ему верить?

Шимберг даже подпрыгнул от неожиданности на месте. Гном сердито заворчал что-то себе в рыжую бороду. Юный парень - Ивэйн дэ Малльве - судорожно схватился за меч, торчавший у него из-за пояса. Юные девушки отправились спать и не участвовали в разговоре, так что обошлось без женского визга. Кхоаш только вздохнул и грустно покачал головой, мол говоря, что горбатого могила исправит. Масттэрро почесал небритый подбородок, словно раздумывая - прибыть парня сразу или подождать немного.

- Солтахр, - Шимберг все еще с трудом дышал, пытаясь успокоить расстучавшееся сердце. - Ты скоро меня в могилу загонишь своими шуточками. А мне туда не очень хочется.

- Хадтэро, отдай его мне хотя бы на часок, а?! - попросил Масттэрро, ни на секунду не выпуская Солтахра из поля зрения.

- Эй! Эй! Только без рук! - воскликнул перепуганный, правда, только на вид, парень. - Я же ничего такого не сделал. Я только хотел вам помочь. Ведь, правда же, нельзя верить такому, что здесь только что нарассказал этот верзила. Ведь, нельзя встретиться с Неупокоенным Рыцарем и остаться в живых. На то он и мертвяк, чтобы за живыми охотиться.

- Кто-то недавно заявлял, что Неупокоенный Рыцарь - это вообще бабушкины сказки, - с иронией заметил Масттэрро.

- Это мой старый друг, и ему я доверяю как себе, - Шимберг сам едва сдерживался, чтобы не прибить непоседливого парня. - Если ты не доверяешь своему атаману, то скоро отправишься в гости к Масттэрро. И вообще...не пора ли тебе пойти поспать, а?

- Ладно-ладно, я еще припомню вам всем, - пообещал обидевшийся Солтахр.

- Ага, во сне ты у нас такой герой, что просто слов нет, - усмехнулся Масттэрро. - Только не прирежь никого с перепугу, когда утром птицы петь начнут.

Солтахр с важным видом, мол связываться с вами неохота, снова удалился, якобы починившись приказу атамана. Гном плюнул ему в след и расчехлил свой боевой топор, украшенный резными рунами.

- Когда он вернется в следующий раз, я сам его прикончу, - буркнул Сирхи, бросая косые взгляды по сторонам из-под кустистых бровей. - И делай тогда атаман со мной, что хочешь.

Шимберг посмотрел на гнома и решил, что тот говорит вполне искренне, и Солтахру если что придется туго. Атаман послал Масттэрро на всякий случай присматривать за парнем для его же блага. Тихая ночь полнилась звуками неспящего леса. Огонь выплевывал в воздух рыжие искры. Кхоаш задумчиво крутил ус.

- А кто же ваш седьмой спутник? - спросил Шимберг, настороженно поглядывая на болезненно выглядевшего юношу. Да и вообще, вся компания подобралась у Кхоаша уж очень больно молодая. Только сам ди Магоро да гном выглядели внушительными опытными бойцами, а остальным и двух десятков лет не дашь.

- Ты об Ахлейке? - спросил Кхоаш, словно дэ Сои всю жизнь был знаком с парнем, но только позабыл немного, как того зовут.

- Если его так зовут, то да, - иронично ответил Шимберг.

- Пройдоха. Просто обычный верзила, - буркнул Сирхи, борода его воинственно топорщилась, словно говоря, ну давайте, попробуйте, возразите мне. - Того и гляди, грабанет нас и ищи его потом. Таких только брать с собой в дорогу, уж точно и полпути не одолеешь.

- Ладно тебе причитать, Сирхи. Ахлейк нормальный парень, просто не приспособленный к путешествиям особенно пешком. - Кхоаш развел руками. Мало ли какие люди встречаются. - Мы подобрали его не так давно, лиг за десять до Лиадэ. Так что нам о нем ничего особо не известно, кроме того, что он нам сам рассказал. Но ты понимаешь, что придумать можно что угодно. По его словам выходило, что он с северо-востока. Латники Ульримо сожгли его деревню, перебили родных. И теперь он двигается на северо-запад к своей тетке, которая живет не то в Завдуше, не в Оскоре, а не то вообще в где-то в Эа-Орле. Но мне кажется ему можно доверять. А ты знаешь - чутье меня редко подводит.

- Да вор он мелкий, да только, - не согласился с ним гном и демонстративно отвернулся, говоря тем самым, что разговор с его стороны закончен.

- Ладно, - Шимберг хлопнул себя ладонью по бедру. - Много худа от него вряд ли будет. А малого у нас и своего хватает. К Солтахру уже привыкли, так что нам ничего не страшно.

- Это хорошо, - Кхоаш, не отрываясь, смотрел в костер, огонь оказывал на него завораживающее действие.

- Нет, - Шимберг печально покачал головой. - Хорошо бы нам встретиться при каких-нибудь других обстоятельствах. Где-нибудь в таверне.

- Я просто рад, что встретил тебя, пусть в стане разбойников. Хотя нет...пожалуй не так. В лагере романтиков с большой дороги. Ведь, как я погляжу, они у тебя парни смирные и не кровожадные. И это хорошо. Ты не прав, Шим, это место ничуть не хуже других. И зря ты стыдишься своих друзей, они того не заслуживают.

- Ты так говоришь, потому что совсем их не знаешь. Но вообще-то ты прав. Я стараюсь держать их в узде. А на счет романтиков...Не знаю.

Они еще долго говорили о старых добрых временах. Вспоминали безумные схватки с мерзонцами во время Пограничных Войн. Обсуждали нынешнюю политическую ситуацию в королевстве, где король даже не знает, сколько земель лежит у него в подчинении. Вспомнили, конечно, и о старых друзьях, многих из которых уже не было в живых. Многие пропали, сгинув неизвестно куда, как, например, Эверг дэ Женалэ. Ночь уже близилась к концу, ей оставалось царствовать не более трех часов, и Шимберг прекрасно понимал, что теперь ему точно не поспать. Поговорить с Кхоашем ему было о чем, за многие годы накопилось столько, что за ночь-то и не скажешь. Гном побурчал что-то насчет того, что длина человеческого языка сравнима только со скудностью ума представителей этого народа и отправился на боковую.

Костер сухо трещал, пережевывая заблаговременно собранный хворост. Мошкара отплясывала лихой танец над огнем, привлеченная его светом. А Шимберг с Кхоашем даже глаз не сомкнули ни на секунду. Атаман подумал, что такой утомительной, но одновременно с этим хорошей ночевки у него давно не было. Он так устал, что просто спал, сидя и делая вид, что внимательно слушает собеседника. Кхоаш словно был сделал из железа. На него совсем не подействовала бессонная ночь, учитывая, что перед этим еще он весь день был в пути. Но ночь, полная непредвидимых происшествий, еще не закончилась.

Не успел Шимберг предложить другу все-таки пусть немного, но поспать, как кто-то ворвался в очерченный светом костра круг. Атаман едва успел понять, что это кто-то из десятка Салдэма - вроде Ллор, как тот выпалил:

- Тревога!

- В чем дело? - подскочил тут же Шимберг, сонливость как рукой сняло.

- На юге странный шум, словно целый хирд гномов пробирается лесом, уничтожая все на своем пути, - Ллор, а это был все-таки он - еще совсем молодой парень, отличительной особенностью которого являлись остроконечные уши, среди разбойников ходил слух, что мать его была эльфийкой.

- Точно? - спросил на всякий случай Шимберг, но уже заранее знал ответ, его по пустякам тревожить не станут. - Мазар побери, того ненормального, что прет там в такое время. Иди, Ллор поднимай лагерь. Не иначе как конкуренты или солдаты.

Через две минуты весь лагерь с напряжением вслушивался в отдаленный хруст ломающихся под чьими-то ногами ветками и какой-то странный нечеловеческий рык. Где-то Шимберг его уже раньше слушал, но вспомнить ни как не удавалось. Гости во главе с Кхоашем тоже не преминули воспользоваться случаем и присоединились к разбойникам. Только девушки остались в лагере под надежной охраной из десяти человек.

Звук по-прежнему доносился откуда-то издали, но постепенно приближался. Как ни странно больше никаких звуков не было слышно. Лес словно вымер.

- Хорошо идут, - не выдержав, буркнул Солтахр.

- Ага, - согласился с ним Масттэрро. - Судя по производимому шуму не меньше тридцати человек. - И покосившись на замершего с верным топором в руках Сирхи, шепотом добавил: - Или же два пьяных гнома.

Звуки внезапно стихли. Зловещая тишина окутала людей словно кокон. Стало слышно, как бьются сердца рядом стоящих. И вдруг, совсем рядом...Снова жуткий рык, явно не человеческого происхождения, от которого кровь стыла в жилах.

- О, Тарсах оторви мне все конечности! - воскликнул внезапно гном, в голосе его было столько ярости, что поневоле верилось, что он это пожелал себе искренне. - Это не люди, и уж тем более не гномы. Это тролль. И, судя по звуку, весьма свирепый горный тролль.

Половина разбойников сразу же шарахнулось по сторонам. Большая часть из них никогда и близко не видела троллей, но слава об этих тварях стояла дурная. Поговаривали, что иной тролль десяток королевской гвардии способен отправить в последний путь.

Шимберг с досады плюнул, поспать не дали, так еще и тролля приплели. Ему что-то не очень хотелось, чтобы гном оказался прав. Но видя страх, проступивший на лицах своих людей, атаман понял, что те поверили. Даже Масттэрро напряженно сжимал в руках короткое метательное копье, не отрывая взгляда от густого подлеска, начинавшегося в пяти метрах от них.

Шум и треск внезапно снова стихли, словно их источник неожиданно умер. Гном покрепче перехватил рукоять своего топора и отступил на несколько шагов назад. Его примеру последовало большинство разбойников.

Кхоаш внимательно следил за зарослями орешника, руки его сжимали привычный эфес коразийского меча, сделанного давным-давно специально по заказу его деда. Густая стена веток и листвы словно взорвалась изнутри. Что-то неуловимо быстрое выскочило оттуда и, издав устрашающий рев, ринулось вперед. Кхоаш успел разглядеть лишь высокую, около двух метров, уродливую фигуру, настолько широкую в плечах, что на них спокойно разместили бы трое человек. Лысый череп, обтянутый бледно серой кожей, покрытой кое-где темными пятнами неизвестного происхождения, крючковатый длинный нос и заостренные кверху, как у эльфов, уши, длинные руки, достающие до колен, с кривыми полуметровыми когтями, блестевшими так, словно они были из стали, короткие ноги с торчащими в коленных чашечках шипами и усаженный острыми зубами, скорее даже клыками, рот от уха и до уха, сомнений не оставалось - это был горный тролль, неизвестно как оказавшихся так далеко от близлежащих на юге скал.

Тролль атаковал стремительно и без промедления. Он, размахивая серпами когтей, бросил на стоявшего ближе всех Кхоаша. Тот по удобнее вскинув меч, резким движением сбоку отбил первую атаку тролля. На помощь ди Магоро пришли разбойники. Они слаженно атаковали чудовище с флангов. Тролль завертелся, как волчок, стараясь отбить все удары, сыпавшиеся на него со всех сторон, сразу и при этом еще ударить самому. Несколько человек отлетело от него, получив глубокие раны. Одного парня тролль просто разорвал пополам, успев схватить его за руку. Остальные временно отступили, полагая, что нападать толпой слишком глупо. Кхоаш отступил последним, продолжая отбивать широким мечом яростные выпады тролля. Тот безумно рычал и безустанно лез вперед. Несколько ударов Кхоаша пробились сквозь оборону тролля, но прочная шкура чудовища осталась лишь слегка поцарапанной.

Тяжело дыша, разбойники продолжали отступать, увлекая тролля в лагерь. Шимберг бился наравне со всеми, по мастерству фехтования он ничуть не уступал Кхоашу. Но все равно он ничего не мог противопоставить непробиваемой шкуре и необузданной первозданной ярости тролля. А тот, чувствую, что жертвы на грани паники, удвоил натиск. Его острые, как самые лучшие мечи, когти пробили грудь одному и наполовину отрезали руку еще одному разбойнику.

Кхоаш в очередной раз взмахнул мечом. Он столько сил вложил в этот удар, что, пожалуй, перерубил бы среднее деревцо с первого раза. Лезвие со свистом рассекло воздух. И клинок в очередной раз встретился с медной, судя по цвету, шкурой тролля. На этот раз лезвие победило, и на предплечии монстра выступила зеленоватая жидкость, видимо кровь. Тролль яростно взвыл и затряс головой. Разбойники в ответ разразились такими воинственными воплями, что напугали сами себя. Кхоаш терпеливо ждал продолжения боя, прекрасно понимая, что больше такой удар ему не нанести и искусство боя вряд ли поможет, если тролль попрет на пролом. Дышать было трудно. Воздух раскаленной массой врывался в легкие. Липкий жгучий пот заливал глаза, мешая обзору.

Легкое дуновение ветерка совсем рядом с лицом заставило Кхоаша резко отдернуть голову назад. Что-то со свистом пролетело мимо. Тролль снова заревел. На этот раз в его рыке было больше боли, чем ярости. Толстое короткое метательное копье надежно засело у него в груди, утопив в плоти монстра свой наконечник. Масттэрро, избавившись от копья, выхватил из-за спины тяжелую двуострую секиру и ринулся на затихшего на время тролля.

Шимберг бросился было вслед за своим помощником, чтобы добить чудовище, как внезапно увидел, как тролль с отвращением и небрежностью вырвал из груди копье и, переломив его, как хворостинку, пополам, отбросил остатки в сторону. Так не может быть. Шимберг не мог поверить в это. Он раньше сталкивался пару раз с грозными обитателями Низових Скал, но такого он не видел. Его отряд из шести человек прикончил парочку троллей в том далеком походе, но ни один из них не мог выдержать прямые удары двуручного меча или же спокойно, словно щепу, вырвать из своей груди копье. Только одно объяснение подходило под все происходящее - магия.

Масттэрро было не до объяснений. Он отчаянно отбивался от внезапно ожившего тролля. Его секира выбивала искры, сшибаясь в воздухе с полуметровыми когтями тролля. Рваный рот с множеством острых клыков расплылся в подобии ухмылки. Тролль, не смотря на свою тупость, отлично понимал, что жалким людишкам не справиться с ним.

- А ну, разойдись! - мощный крик разорвал поле боя, над которым до этого звучали лишь свист клинков, рык тролля да стоны раненных.

Гном, отчаянно размахивая своим верным топором, промчался мимо расступившихся людей. Шимберг с удивлением отметил, что оружие Сирхи слабо светилось серебристым светом.

Гном подоспел весьма вовремя. Масттэрро, не смотря на всю свою силу, уже порядком подустал. Тролль злобно рычал и старался добраться когтями до горла противника. Сирхи, жутко вопя, обрушил свой топор на монстра. Лезвие топора ярко полыхнуло голубоватым светом и глубоко вгрызлось троллю в бедро. Тот взвыл от боли и попытался раздавить врага руками. Но Сирхи ловко отпрыгнул в сторону и снова замахнулся топором, с которого потоками стекал серебристый свет. Резные руны, которые покрывали всю рукоять, ярко пульсировали, в такт сердцебиения гнома. Тролль стал более осторожен, понимая, что странное оружие в руках гнома может снова причинить ему боль.

Шимберг словно во сне наблюдал за тем, как гном, не смотря на свою кажущуюся неуклюжесть, ловко маневрировал вокруг тролля, успевая при этом наносить довольно болезненные удары. Вскоре вся шкура ревущего монстра была покрыта зеленоватой слизью. Гном отступил назад, переводя дыхание. Тролль не торопился нападать. Он уже не был так уверен в своей легкой победе.

Сирхи прошептал несколько коротких резких слов на непонятном никому, кроме него языке, и тролль замер на месте, словно лютый мороз мгновенно сковал его мышцы. Гном не стал даром терять времени. Один резкий мощный взмах со всего плеча, и топор встретился с дубовой шеей тролля в смертельном поцелуе. Безобразная голова чудовища отлетела в сторону, как пустая гнилушка, разбрызгивая по сторонам слизь, заменявшую троллю кровь.

Шимберг ни как не мог поверить своим глазам. Затихшие разбойники разразились радостными воплями. Гном стал всеобщим героем. Каждый норовил дотронуться до него, пожать широкую мозолистую ладонь, а лучше всего прикоснуться к чудесному оружию, все еще продолжавшему испускать мягкий серебристый свет.

Однако, радость радостью, а на земле осталось лежать трое человек с разорванными телами. Еще трое были при смерти. Двое тяжело стонали, истекая кровью.

- Быстро, помочь раненным. Кого можно спасти - перевязать, кому нельзя... - Шимберг помолчал немного, затем все-таки выдавил: - Помогите хоть от страданий избавиться.

Масттэрро был в тяжелом настроении. Он никак не мог простить себе того, что не смог продырявить тролля копьем. Солтахр оказался среди раненных. Он тихо стонал сквозь плотно сжатые зубы. Кто-то во время схватки ненароком приложил ему локтем по лицу.

Радость одержанной победы была омрачена похоронами. Мертвых, их оказалось пятеро, похоронили по западному обычаю в вырытых могилах. Одного тяжело раненного Колтаренг, врач-лекарь в отряде Шимберга, пообещал поставить на ноги. Остальные раненные отделались глубокими, но не опасными порезами.

- Это случилось из-за нас, - пробормотал Кхоаш, печально качая головой. - Завтра к полудню мы уйдем.

- Да, ладно, - махнул рукой Шимберг. - Случайно тролль забрел. Иногда это случается. Что поделаешь?!

- Я тебе говорю, из-за нас, - настаивал на своем Кхоаш. - Ты, что не помнишь, я же говорил тебе, что нас преследует Тхарэ?! Ты разве не заметил, что тролль был не вполне обычный? Вам ни за что не одолеть бы его, как впрочем и нам, если бы не магического оружие Сирхи. Ему же приходилось применять его при мне.

- Как ты пожелаешь, - мрачно бросил Шимберг. У него и так настроение было хуже не куда, а тут еще и друг торопится унести ноги от него подальше, словно от чумного.

Кхоаш сделал вид, что не заметил реакции атамана на его слова. Солтахр громким стоном попытался привлечь к себе внимание, но него отреагировал только Масттэрро, чему Солтахр не особо обрадовался.

- Да, вот еще что, - Кхоаш задумчиво покрутил кончик уса. - Не хочу быть разносчиком дурных вестей, но...

- Что еще? - простонал не своим голосом Шимберг. Удачно начавшийся день превратился просто в кошмар.

- Когда мы останавливались в Лиадэ, то слышали, как торговцы обсуждали между собой облаву, которую некий Лирд намерен устроить послезавтра, - Кхоаш посмотрел на восток, где уже начали гаснуть звезды. - Так, что вам лучше всего тоже убраться отсюда поскорее.

- О, Царидон, за что ты прогневался на меня, - Шимберг уже с трудом держал себя в руках. Ему хотелось просто упасть на землю и больше никогда не подниматься. - Хорошо, что ты предупредил нас, а то бы угодили как мыши в мышеловку. Это Лирд ненавидит нас сильнее всех остальных вместе взятых. Дурной день подходит к концу, может завтра боги будут к нам более благосклонны, и удача не обойдет нас стороной.

Кхоаш с сомнением пожал плечами, относясь к такому предположению весьма скептически.

* * *

Тяжелые створки, увитые тончайшей резьбой лучших корсенских мастеров-резчиков по дереву, слегка приоткрылись, и в образовавшуюся щель быстро прошмыгнул невысокого роста мужчина одетый в дорогую ливрею.

- Сколько раз я тебе говорил, Арстон, что нужно стучаться перед тем, как входить куда-либо, - тяжело, действительно устав это повторять, вздохнув, сказал восседавший в небрежной позе в широком кресле, больше напоминающем трон, человек по имени Лирд.

- Извините, милорд, - слуга скрылся за дверью, и через секунду воздух прорезал робкий стук, едва слышимый из-за массивности створок.

- Входи, - буркнул Лирд.

Арстону не нужно было говорить дважды.

- Что у тебя? - Лирд, не смотря на безмятежный вид, оставался всегда настороже, как и любой старый вояка. - Говори коротко и по существу.

- Да, милорд, - лакей низко поклонился, чем вызвал горькую гримасу недовольства на лице хозяина. - Господин Енгорт прибыл с докладом.

- Хорошо, проси его, - Лирд поудобнее устроился в кресле. Его только три дня назад назначили пииром - пятисотником - и он еще не совсем привык к мысли, что теперь он командует своими старыми друзьями. - И пусть Гонк принесет моего любимого вина. И пусть постарается на этот раз не перепутать бочки, а то его самого засмолят в одной из них.

Слуга проворно поклонился и исчез. Через минуту, дробно чеканя шаг, в дверях появился сиир - сотник - Енгорт, худощавый, невысокого роста с широкими плечами и с десятком старых шрамов на лице. Он коротко кивнул головой, как принято у старых друзей, и хриплым голосом произнес слова приветствия:

- Приветствую тебя, мой господин!

- Мог бы обойтись и без этих церемоний, - буркнул Лирд. Характером он весьма напоминал гнома. Все время был недоволен практически всеми, что весьма ограничивало круг его общения. - Садись, - пятисотник кивком головы указал на широкий длинный диван.

Енгорт без лишних слов присел на краешек дивана, чувствуя себя не очень удобно в тяжелых запыленных с дороги доспехах на роскошных мягких подушках.

- Слушаю тебя. Как все прошло? - Лирд задумчиво принялся изучать потолок, словно все происходящее его не касалось.

- Ужасно, - ответил Енгорт, пытаясь сквозь латы почесать плечо. - Мы прочесали Заброшенный Лес в радиусе десяти лиг вокруг города, но нашли лишь следы их стоянок. Сам Шимберг со своей бандой испарился. Мы только что прибыли, и солдаты не очень счастливы таким бесплодным прогулкам.

- Мне наплевать, как там себя чувствуют солдаты, - грубо отрезал Лирд. - Это их работа. А вот то, что Шимберг снова ускользнул, это совсем плохо. Видно его кто-то предупредил.

- Скорее всего да, - согласился Енгорт. - Мы нашли несколько совсем свежих следов подкованных коней. Судя по количеству следов, там прошел отряд из двадцати-тридцати человек. Они ушли куда-то на север. Далее глубокого брода они теряются, видимо у них были плоты. Несколько путаных следов мы обнаружили выше по течению. И все. Дальше они как в воду канули.

- Плохо, очень плохо, - тихо проворчал Лирд, напряженно поглаживая мягкий подлокотник кресла. - Я ожидал от этого рейда иных результатов. У нас наконец-то появилась достоверная информация, и снова ничего не вышло.

- Я думаю, что это кто-то из путешественников предупредил Шимберга, - высказал свое мнение Енгорт. - Больше никто не покидал города за последние дни. А слухи о нашем рейде поползли только дней пять назад.

- Вполне возможно, но ты, Енгорт, забываешь, что у Шимберга вполне могут быть свои люди в городе. И они вполне могут знать, как покинуть городские стены незамеченными, - Лирд с досадой ударил кулаком по подлокотнику. - Вот Мазар его побери, опять он меня обставил.

Сиир счел за лучшее оставить без комментариев последнюю фразу пиира. Разговор их был прерван появлением слегка полноватого слуги, несшего на широком расписанном яркими красками подносе кувшин с янтарной жидкостью.

- Ваше вино, - произнес Гонк ровным бесцветным голосом, низко кланяясь при этом.

- Ты снова забыл, как следует обращаться к хозяину? - взревел пришедший в неистовство Лирд. - Неужели тебе доставляет удовольствии получать удары кнута?

- Ой, милорд, извините меня, - Гонк испугано отпрыгнул назад, расплескав немного вина на пишехский ковер, устилавший пол. - Я ненароком, случайно... не надо больше меня бить... я исправлюсь, милорд. Честно...

Лирд смягчился было, но когда увидел на ковре пролитое вино, прошел в такое бешенство, что слуга почел за лучшее пуститься в бегства, опасаясь за свою жизнь. Пятисотник в гневе зачастую с поводом и без него хватался за меч, который он носил с собой всегда. Енгорт решил не вмешиваться в личные дела Лирда, так как очень давно знал того. Минут десять пиир в гневе метался по комнате, словно лев в клетке, затем постепенно успокоился.

- Что прикажете делать теперь, милорд? - Енгорт решил, что язык у него не отвалиться от слова "милорд", а то в другом случае кто его знает, что может у него отвалиться.

- А что теперь делать? - Лирд пожал плечами и снова устроился в кресле. - Попадется мне на глаза - прикончу, как бешеную собаку, всего-то делов.

- Извините, милорд. Я умел в виду Шимберга, - Енгорт изо всех сил пытался быть тактичным и вежливым, хотя ему это было трудно, годы военной службы не располагали к этикету и соблюдению правил светской беседы.

- Ах, это, - Лирд досадливо поморщился, словно вспомнил о чем-то очень неприятном. - Что мы обычно делаем в таких случаях, а? Это же всего на всего бандит с большой дороги. Пусть оповестят в окрестных деревнях, что за его голову объявляется награда в десять золотых тулонов. Крестьяне народ бедный, деньги нужны каждому. Скоро Шимберг будет у нас в руках.

- Извините, милорд, но мне кажется из этого ничего не получится, - выдавил Енгорт, дивясь про себя столь высокой награде за "всего на всего" бандита.

- Почему? - нахмурился Лирд.

- Крестьяне не выдадут его. В народе его уважают. Он не убийца, и грабит только купцов. Люди его называют благородным разбойником и считают, что он делает правое дело. Ведь он дворянин, хоть и лишился своего титула и земель. Романтик с большой дороги, скорее всего, чем бандит, - Енгорт постарался изложить свои соображения и доводы как можно более подробно. - Десять золотых - это конечно большие деньги особенно для крестьян, но цены растут на глазах, и никто не поручиться, что через неделю за эти деньги нельзя будет купить и пучок зелени.

- Что ж, весьма убедительно, - нехотя признал правоту собеседника Лирд. - Но думаю, что ты слегка преувеличиваешь любовь народа к нему и сообразительность крестьян. Думаю, что все же стоит попробовать мою идею с наградой.

- Как прикажете, милорд, - без всяких эмоций отозвался Енгорт, понимая, что продолжать возражать бесполезно и более того - опасно. - Мне можно идти?

- Да. - Лирд неопределенно махнул рукой, словно пытаясь отмахнуться от мухи. - И еще скажи Арстону, чтобы он зашел ко мне. Надо как-то обуздать этого совсем обнаглевшего Гонка.

Енгорт направился к выходу, тяжело качая головой. Повышение не пошло Лирду на пользу. Более того - оно сделало его еще более несносным. Енгорт не завидовал бедному слуге, когда Лирд все-таки до него доберется. Пятисотник славился изрядной злопамятностью. Поэтому он так стремился уничтожить Шимберга.

* * *

- Солтахр, прекрати дурачится! - Шимберг уже горло надсадил, пытаясь призвать адъютанта к порядку.

Солтахр, не обращая внимания на атамана, продолжал упорно обкидывать Иркилия Плюща, визжащего скорее от бессильной злобы, чем от боли. Юркий парень набрал в лесу незрелых шишек, забрался на крышу дома Трояна и теперь занимался дурачеством, не опасаясь за свое здоровье. Весьма упитанный Иркилий прыгал на месте, пытаясь добраться до обидчика, но от этого выглядел еще более комично.

- Может успокоишь своего парня? - спросил Троян, с улыбкой наблюдая за тщетными попытками Плюща забраться на крышу. - А то Иркилий мне дом развалит.

- Попробуй сам, - предложил в ответ Шимберг. Не слишком-то и жаждущий прекращения представления. - Несносный мальчишка совсем меня не слушается.

- Незачем обижаться бедного юношу. Он так мало видел в жизни радости. Пусть повеселится, - Гжвенна мило улыбнулась, давая понять, что дальнейший спор бесполезен.

- Ну, что. Попробуешь? - усмехнулся Шимберг. - Когда у него такой адвокат.

В это время Иркилий шмякнулся со всего маху на земля после неудачной попытки штурма стоящего рядом с домом клена. Звук, с которым он припечатался к земле, напоминал звуки падения мешка, наполненного перезревшими яблоками. Взрыв смеха заставил Плюща покраснеть и поспешно ретироваться с поля боя.

Солтахр с чувством выполненной работы спрыгнул с крыши, едва не свернув при этом себе шею, и, весело насвистывая, направился к пруду, намериваясь там отпраздновать очередную победу над напыщенным Иркилием.

- Да, - протянул Троян, пытаясь справиться со смехом. - Парень знает свое дело. Ни дня не проходить без каких-нибудь казусов или историй.

- Молодость, - многозначительно протянул Шимберг и с сомнением посмотрел на Гжвенну. Ей едва исполнилось двадцать три, а ему уже было за тридцать. Годы пролетели незаметно во множестве бестолковых схватках и войнах. На лице Шимберга появилось задумчиво-печальное выражение, которое всегда сопровождало мысли о прошлом.

- Ты вовсе не старый, - воскликнула возмущенная Гжвенна, прекрасно знавшая о таких перепадах настроения у своего возлюбленного. - Прекрати сейчас же нести этот бред.

- Я, пожалуй, лучше пойду, - Троян решил последовать примеру Иркилия. - Встретимся попозже.

- Ну, - протянул Шимберг, наблюдая, как Солтахр с разбегу бросился в воду, подняв в воздух миллионы сверкающих на солнце капелек. - Ты добилась своего. Мы одни.

Гжвенна в ответ только улыбнулась.

Вечером в одном из заброшенных домов, еще не занятом никакими беженцами, Масттэрро удобно расположился в широком кресле - приобретение одного из налетов - и напряженно уставился в окно. Рядом на крепком дубовом стуле сидел Троян. Он старательно делал вид, что не спит, хотя закрытые глаза и негромкий, но назойливый храп говорили против него.

Солтахр, свернувшись калачиком, спал на печке, которую с зимы никто не топил. У него в ногах пристроился большущий рыжий кот, что-то мурлыкая во сне. Эрстуан и Салдэм расположились в соседнем доме, свет в окнах которого говорил о том, что десятники тоже не спят, как и Масттэрро.

Троян нервно всхрапнул и разбудил этим звуком сам себя.

- Не пришел? - спросил он, зевая во весь рот. Прядь длинных русых волос упала ему на глаза.

Масттэрро, не оборачиваясь, отрицательно покачал головой.

- Что-то это на него не похоже, - пробормотал Троян, продолжая борьбы с внезапно напавшей зевотой. - То есть, я хочу сказать, он, конечно, не маленький и может проходить во сколько угодно, но мы вроде бы договорились.

Солтахр что-то нервно вскрикнул во сне, пнув при этом ненароком заоравшего кота.

- А чтоб тебя... - выругался Троян.

Кот, решивший, что оставаться на печке, не безопасно для жизни, спрыгнул прямо на Трояна, вцепившись в него когтями.

- Вы не могли бы хоть немного помолчать, - бросил через плечо Масттэрро. Его настороженный взгляд ни на секунду не отрывался от окна.

- Постараемся, - буркнул Троян, пытаясь отодрать от себя обезумевшего кота. Тот только шипел и все глубже погружал когти в тело Трояна.

Солтахр, разбуженный шумом, свесил ноги с печки и огляделся открытым правым глазом.

- Кажется, кто-то идет, - предупредил Масттэрро.

- А-а! - завопил, не выдержав, Троян и с силой дернул кота, едва не оторвав ему лапы. - Чтоб тебя мыши обглодали. - Для кота хуже проклятия придумать было нельзя.

Солтахр, не разобравшийся что к чему, решил, что лучше всего не высовываться. Входная дверь шумно хлопнула. Кот воспользовался моментом и быстро шмыгнул в открытое окно.

- Что тут у вас происходит? - голос Шимберга разрядил обстановку.

Масттэрро тут же отвернулся от окна, больше смотреть туда не имело смысла.

- Что-то ты долго. Оставил меня одного с этими детьми, за которыми нужен глаз да глаз, - пожаловался он.

- А что я такого сделал? - завопил возмущенный Солтахр, не понимая, что речь идет не совсем о нем. - Как что, так сразу я виноват.

- Извини, что заставил себя ждать, но, сами понимаете, это не от меня зависело, - Шимберг с довольной улыбкой вздохнул и присел рядом с Трояном.

Солтахр, обидевшись, что на него никто не обратил внимания, отвернулся к стенке и принялся надрывно храпеть, изображая спящего. Троян держался за ноющую ногу, кот постарался оставить как можно более глубокие отметины.

- Так зачем ты хотел нас видеть именно ночью, Троян? - спросил Шимберг, единственный из присутствующих излучавший радость. Масттэрро почему-то подозрительно уставился на печку, откуда доносились звуки храпа.

- Да, дело одно, - Троян откинул со лба русую прядь волос.

- А, что оно не могло подождать до утра? - Шимберг широко зевнул, показывая, как он устал.

- Не-а, - неуверенно протянул Троян, царапины оставленные котом страшно зудели. - Дело в том, что из Лиадэ вернулся Кува.

- И что? - Шимберг ненавидел, когда Троян становился таким, как сейчас. Обычно в таких случаях из него приходилось клещами слова вытягивать.

Масттэрро снял свой тяжелый сапог со стальными набивками на носах и бросил его за печку.

- А ну прекрати! - рявкнул он вдогонку.

Сапог с противным шлепком ударился обо что-то. Чем-то оказался Солтахр. Пронзительный вопль возвестил о том, что метко брошенный сапог достиг своей цели.

- Больно!

- Масттэрро, зачем ты это сделал? - Шимберг нахмурил брови.

- Хадтеро, извини, что не удержался и дал волю своим чувствам, - Масттэрро развел руками. - Но он меня просто достал. Зачем поддевать человека, изображая, как тот храпит во сне. Этот несносный мальчишка просто вывел меня из равновесия.

- Я не мальчишка, - донеслось из-за печки. - И кто поплатится скоро за свои сапоги.

- А ну прекратите! - рявкнул Шимберг. Ему довольно редко приходилось это делать. - Что это такое? На несколько минут нельзя вас одних оставить. Словно дети.

- Вот-вот, - поддакнул Троян, радуясь возможности хоть на ком-то отыграться.

- А ты давай быстро выкладывай, что за не отложное дело заставило тебя собрать нас здесь, - напустился и на него Шимберг.

- Да, вообще-то я звал только тебя... - замялся Троян. - Остальные для компании ждали тебя.

- Не важно, выкладывай! - Шимберг был вне себя от гнева.

- Ну, хорошо, - согласился Троян. - Сегодня из Лиадэ вернулся Кува...

- Это мы уже слышали, - перебил его Масттэрро. - Ближе к делу.

- Давай и в него сапогом запусти, - раздалось из-за печки довольное хихиканье, видимо Солтахру досталось не так уж и много, как он хотел показать.

- Он привез новости. Сказал, что важные. Но мне не говорит ни слова, - Троян скорчил кислую мину. - Сказал, что будет говорить только с тобой.

- А почему именно среди ночи? - Шимберг волновал теперь этот вопрос, так как он надеялся хорошенько выспаться сегодня.

- Ну, понимаешь... - Троян снова откинул прядь волос со лба. - Тут такая история вышла. Этот самый Кува как-то, когда был не особо трезв, такого наговорил нашему кузнецу Ваниару, что тот обещал, что как только Кува попадется ему на глаза, сделает из него отличную отбивную. Ну, а ты сам знаешь, у Ваниара слово с делом не расходятся. Кува поэтому днем боится появляться в деревне.

- Ладно, с этим все понятно. - Шимберг почесал подбородок. - Где он сейчас?

- Прячется у меня дома, - Троян на секунду отвлекся, так как заметил, что его рыжий обидчик - кот - пытается незаметно вернуться через открытое окно. - Не дай Царидон, Ваниар узнает об этом...

- Солтахр! - Голос Шимберга по-прежнему звучат строго, и это немного подействовало на парня. Вместо обычных пререканий он просто швырнул сапог Масттэрро обратно в его хозяина. Харрец едва успел увернуться. - Сбегай за Кувой.

- Опять я... - пробурчал Солтахр, осторожно опуская ноги с печки, не сводя при этом настороженного взгляда с Масттэрро, который натягивал свой сапог на ногу. - Почему большие всегда обижают маленьких?

Шимберг оставил эту фразу без комментариев. Троян задумчиво поглядывал то на крадущего кота, то на прислоненную к печке увесистую кочергу. Солтахр, понимая, что оставаться далее означает подвергать свою жизнь опасности, быстро собрался и выскочил исполнять приказание атамана.

На некоторое время воцарила тягостная тишина. Троян напряженно раздумывал, сохранить ли коту жизни или же потешить свое самолюбие и отомстить. Природная доброта врожденная некровожадность победили, и рыжий уничтожитель мышей, гордо задрав пушистый хвост, добрался до любимого лежака на печке. В этот момент вернулся Солтахр. Вместе с ним пришел маленький человечек с огромной залысиной и толстыми губами, которые постоянно шевелились. Лысый испуганно озирался по сторонам, словно опасался нападения в любую секунду.

- Ага, Кува! - радостно воскликнул Масттэрро и с выражением потер руки. - А мы тебя уже заждались.

Лысый человечек с широко раскрытыми глазами отпрянул назад и налетел на Солтахра, неторопливо закрывающего дверь.

- А-а! - в ужасе завопил Кува и заметался по комнате, словно зверь загнанный в ловушку.

- Масттэрро, ты когда-нибудь прекратишь свои шуточки? - Шимберг тяжело вздохнул.

- А что такого? - Масттэрро пожал плечами. - Я просто действительно ужасно устал ждать, вот и все.

- Прекрати вопить! - рявкнул Троян на Куву. - А то Ваниар услышит твои крики, и тогда ты будешь вопить по-другому поводу.

Это подействовало. Кува закрыл рот и забился в угол. Солтахр с презрением посмотрел на него и прошел мимо. Когда он попытался влезть на печку, взбешенный посягательством на свою территорию рыжий кот едва не вцепился ему в лицо. От многочисленных царапин на лице Солтахра спасла быстрая реакция. Когда кот бросился на него, парень разжал пальцы и со всего маху рухнул на пол, ударившись затылком о землю так, что клацнули зубы. Шимберг только покачал головой. Кува судорожно дернулся, словно кто-то невидимый ударил его, и с надеждой посмотрел на закрытую дверь.

- Так! Все хватит! - рявкнул Шимберг. - Кува, выкладывай все, что там у тебя есть, если новости действительно важные, получишь золотой, а если не перестанешь скулить, получишь хорошего пинка и отправишься прямиком к Ваниару. Все ясно?

Кува отчаянно закивал головой. Однако при слове "золотой" глаза его алчно заблестели. Солтахр что-то буркнул насчет расточительности атамана и снова полез на печку, теперь еще готовый к атаке наглого кота. Масттэрро лишь пожал плечами, мол атаман сам волен решать за что и сколько ему платить. И только Троян остался недоволен по-настоящему. Такому человеку, как Кува, нельзя давать такие большие деньги.

- Я неделю назад отбыл в Лиадэ, по личным соображениям... - Кува покосился на Трояна, но тот только усмехнулся. - Так вот, там всякие слухи ходят о пятисотнике Лирде...

- Пятисотнике? - перебил его удивленный Шимберг.

- Да, - кивнул в подтверждение Кува. - За несколько дней до того рейда, организованного по ваши души, его назначили на освободившееся место пятисотника.

- Хм... И кто же ушел в отставку? - Шимберга проняло взявшееся ниоткуда любопытство.

- Итрам. Он умер, - Кува пожал плечами, с военными такое часто случается. - Только ходят упорные слухи, что кто-то помог ему с поездкой на тот свет. Имя Лирда не упоминается, но...кто знает. После провала той злополучной операции Лирд так взбесился, что говорят, даже повесил нерадивого слугу, случайно подвернувшегося по горячую руку. Во все окружные деревни были разосланы гонцы с вашим описанием и обещанием награды в десять золотых за вашу выдачу или же указания места убежища. Это было дней десять назад. Отсутствие хоть каких-то результатов так разъярило Лирда, что он позавчера приказал устроить тщательное прочесывание всей округи в радиусе десяти лиг от города. Я все это слышал это на базаре от одного лавочника. А как говориться, дыма без огня не бывает. Я сразу же поспешил сюда, чтобы предупредить вас, мой господин. - Кува раболепно согнулся в низком поклоне.

Шимберг не любил таких людей, но от своих слов отказываться не привык. То, что Кува принес важную информацию, сомнений не вызывало, если только она была правдивой. Золотой перекочевал из кошелька Шимберга в трясущиеся от жадности руки лысого пройдохи. Кува поспешил тут же ретироваться, считая, что свою миссию он выполнил.

- А ты не боишься, что Кува за эти десять золотых продаст тебя? - спросил Троян, когда лысый скрылся за дверью.

- Но ведь он еще не продал, - резонно возразил Шимберг. - Хотя имел прекрасную возможность, когда был в Лиадэ.

- Видимо только потому, что опасался дальнейшей расправы. Десять золотых не заменят жизни, - предположил Масттэрро. - Ведь всех все равно не взяли бы, а оставшиеся на свободе обязательно отомстили. Кува жадный, но не тупой.

- Это же сознание последующей расправы будет удерживать его и в дальнейшем от необдуманных поступков, - заметил Шимберг.

- Чего? - Солтахр от любопытства свесился с печки.

- Ничего, - Шимберг махнул рукой. - Ложись спать.

- Вот так всегда, - заворчал Солтахр. - Ложись спать. Ты еще молод. Только чуть что - Солтахр сбегай.

Масттэрро с надеждой посмотрел на атамана, незаметно кивая на свой сапог. Шимберг отверг это предложение. Солтахр на сегодня и так получил не мало шишек. Парня было жалко, особенно если не знаешь его истинного характера.

- Ладно, мы все устали, - Шимберг широко зевнул, показывая, что он действительно устал. - Так что и нам пора спать. Все остальное обсудим завтра утром.

Масттэрро только пожал плечами. Троян уже спал, мирно похрапывая.

Утром петухи, как оглашенные, начали орать, возвещая о восходе солнца. Шимберг повернулся на бок и едва не упал на пол. Масттэрро уже не было, он встал раньше всех и ушел на пруд. Троян еще ночью, очнувшись от полусонного состояния, вспомнил, что у него есть свой дом и там его ждут. Солтахр всю ночь провел в беспрестанных боях с котом за самое удобное место на печке. Так что с утра ему ужасно хотелось отыграться на ком-то за все те царапины, которые на нем оставил рыжий хвостатый боец. Шимберг проводил взглядом адъютанта, решив, что тот отправился вслед за Масттэрро, хотя на самом деле Солтахр пошел искать Иркилия, надеясь, что тот уже проснулся.

Через полчаса, потягиваясь и стараясь не разорвать рот в широком зевке, Шимберг отправился умываться на пруд, где застал только своего помощника.

- Хадтеро, - поприветствовал его Масттэрро.

- Доброе утро, Масттэрро, - отозвался Шимберг, до сих пор не избавившись от старых аристократических привычек. - А где Солтахр?

- Не знаю. Без этого сорванца утро действительно кажется добрым, - буркнул в ответ Масттэрро.

- Мне показалось, что пошел сюда. Хм... Но это не столь уж важно, - Шимберг пожал плечами и, набрав в сложенные черпачком ладони воды, брызнул ее себе в лицо. - Бр-р-р...

Три серых ничем не приметных воробья с важным видом уселись на склоненные над водой ветки ивы и с интересом склонили головы набок, наблюдая за утренним моционом Шимберга. Масттэрро бросил на них ленивый взгляд и отвернулся в сторону.

- Эх, Масттэрро, не хочется мне уезжать отсюда, - вздохнув, с грустью сказал Шимберг.

- Так в чем же дело? - удивился харрец. - Не хочется? Оставайтесь пока здесь, а мы на месте как-нибудь сами управимся.

- Вот именно - как-нибудь, - назидательным тоном произнес Шимберг. - Хотя дело не в этом.

- А в чем? - Масттэрро лег на широкую спину, заложив руки за голову.

- Разве ты не слышал, о чем вчера говорил Кува? - Шимберг изумленно приподнял брови. - Лирд собирается прочесать все деревни в округе.

- Ну и что? - Масттэрро был сама невозмутимость.

- Как что? Неужели тебя совсем не заботят жизни людей, давших нам прибежище? - возмутился Шимберг, его аристократическая кровь просто кипела.

- Ты это о ком? - поинтересовался харрец, лениво пережевывая сорванную травинку.

- Ты что, издеваешься? - напрямую спросил Шимберг, но, не заметив на лице помощника ни проблеска эмоций, засомневался в своем предположении. - О Трояне и всех остальных, конечно. О ком же еще?

- А-а... - понимающе протянул Масттерро, в голосе его, правда, еще звучали нотки разочарования.

- Мы не можем рисковать их жизнями, - Шимберг резко рубанул ладонью воздух. - Если Лирд обнаружит здесь хоть кого из наших и его опознают, то достанется не только нам. Всех жителей возьмут, как сообщников. Понятно?

- Конечно, понятно, Хадтеро, - Масттэрро слабо улыбнулся. - Вы бы сразу сказали, что не хотите, чтобы Гжвенна пострадала, да и всё.

- Иди отсюда лучше, - Шимберг в притворном гневе замахнулся на помощника. - Предупреди остальных, что мы уходим после полудня.

- А почему так поздно, Хадтеро? - Масттэрро решил до конца разыгрывать из себя этакого простачка. - Не лучше ли сейчас? Или Гжвенна за это нас всех распнет на стене своего дома.

- Даже не знаю, кто из вас хуже - ты или Солтахр, - Шимберг покачал головой, отчего несколько прядей черных слегка волнистых волос упали на лоб.

Масттэрро, широко улыбаясь, оставил атамана одного, решив по дороге отыскать проказника Солтахра.

Солнце бросало свои лучи вниз, где они разбивались на тысячи маленьких "зайчиков" о водную гладь небольшого озерца. Легкий ветерок шаловливо заигрывал с длинными гибкими ветвями ив, заставляя их кланяться воде. По озеру пробежала рябь, и "зайчики" ожили, забегали, пытаясь угнаться друг за дружкой. Шимберг с печальной улыбкой на губах наблюдал за всей этой природной кутерьмой.

Кто-то неслышной тенью скользнул справа. Шимберг краем глаза отметил движение и обернулся. Солтахр широко - во все тридцать два зуба - улыбнулся ему.

- Доброе утро, Хадтеро.

- Садись, Солтахр, - предложил в ответ Шимберг, радуясь, тому, что хоть каким-то манерам обучил адъютанта. - Где это блуждал спозаранку? Что-то ты слишком доволен. Это не спроста.

Солтахр довольно хихикнул, присаживаясь рядом с атаманом. Его глаза, словно две бусинки, блестели, отражая яркие блики солнца.

- Ха, мне не терпелось с утра заняться делом, вот я отправился на поиски приключений.

- К Иркилию что ли? - Шимберг улыбнулся, вспоминая вчерашние события.

- Да, - кислая физиономия Солтахра говорила о том, что атаман опять испортил сюрприз. - Вот только Иркилий еще спал и явно не жаждал стать моим приключением на сегодня. Ну ничего, я оставил ему послание. Когда он проснется, то первым делом узнает о моем повышенном внимании к нему и сегодня.

Они посидели немного молча, наблюдая за падением листьев ив в мягкие руки воды. Внезапно откуда-то ветер принес чей-то дикий вопль. Шимберг аж подпрыгнул на месте и не осознано схватился за пояс, где сейчас не было привычной рукояти меча. Солтахр весело расхохотался.

- Что смешного? - строго спросил Шимберг, с подозрением осматривая окрестности. - Кто-то попал в беду, а у тебя припадок необъяснимого смеха.

- Ничего страшного, Хадтеро, - успокоил его Солтахр. - Это просто Иркилий получил мое послание.

- Ты уверен? - с сомнением спросил Шимберг.

- Несомненно. Я же постарался, - Солтахр ехидно усмехнулся.

- А нельзя ли поподробнее.

- Что ж, - Солтахр гордился своими проделками и был не против поделиться опытом, если это только не грозило его безопасности. - Меня очень разозлило то, что Иркилий еще дрыхнет. Этот толстый бочонок просто рожден для того, чтобы я мог над ним издеваться. Для другого он просто не годиться. Так вот о послании... Все очень просто. Я привязал над его входной дверью ведро с холодной водой так, чтобы, когда кто-то попытается выйти оно опрокинется прямо на него. Здорово, правда? Мне просто хотелось, чтобы Иркилий проснулся поскорее.

- Да, довольно неплохо, - согласился Шимберг. - Не смотря на то, что это довольно банальная шутка. Но ты пропустил одну важную деталь...

- Да? И какую?

- Иркилий живет не один, - Шимберг мрачно улыбнулся. - Что если первым проснулся не он, а?

- Тогда меня ждут неприятности, - Солтахр схватился за голову, но через секунду лицо его просветлело, и он добавил: - Если, конечно, кто-то узнает, чья именно это работа. Но кроме тебя, Хадтеро, никто не знает, что это сделал я. Но я надеюсь, что всё останется между нами, - Солтахр, когда хотел задобрить атамана, всегда обращался к нему так, как это обычно делает Масттэрро.

Шимберг рассмеялся, услышав такие слова из уст своего адъютанта, который умел хорошо только оправдываться.

- Конечно, Солтахр. Ты же знаешь, атаман никогда своих не предает. Даже, когда они того заслуживают.

- Скажи, Хадтеро, - Солтахр решил продолжить доверительный разговор, надеясь, пока атаман в хорошем настроении, вытянуть из него, как можно больше интересного. - Вот ты такой... смелый, сильный, хорошо сложенный...хм...не дурен лицом, даже на мой взгляд... - Солтахр задумчиво почесал затылок, словно внезапно забыл о чем он хотел узнать. - Скажи мне, за что ты любишь Гжвенну?

Шимберг, не ожидавший ничего подобного, смутился и растеряно опустил взгляд. Солнце разбивало об его голову снопы лучей, превращая волосы в тонкие нити черного золота. Солтахр сидел, затаив дыхание, понимая, что лишнее слово может испортить все, а это вновь грозило его здоровью. Хотя атаман его никогда не бил, всё может случиться в первый раз.

- Знаешь... - задумчиво протянул Шимберг, взгляд его наполнился волнами счастливой грусти. - Даже... Хм... Когда ты подрастешь для тебя многое проясниться. Хотя не знаю, нужно ли для этого взрослеть. По-моему для этого чувства нет определенного возраста, для любви вообще нет никаких ограничений. Это в принципе невозможно описать.

- Ты не ответил на мой вопрос, - настаивал на своем Солтахр. - Ну, скажи мне, Хадтеро, за что ты любишь Гжвенну?

- Разве люди знают, за что любят друг друга, - пожал плечами в ответ Шимберг. - Можно любить человека только за то, что он существует.

- Ну, почему ты выбрал именно Гжвенну? Ведь первой красавицей в округе считается Отрис. Почему ты не выбрал ее? Почему? Что есть в Гжвенне, чего не вижу я? - Солтахр незаметно перешел черту обычного разговора, перейдя на более личную тему.

- Разве внешняя красота главное в человеке? Не думаю, - Шимберг посмотрел куда-то за спину Солтахру и печально улыбнулся. - Я вижу в Гжвенне самое лучшее, что может быть в человеке. Она...самая добрая, самая умная, самая красивая для меня, самая нежная, самая-самая. Я не могу прожить без нее, как без воздуха, без воды или пищи. Тебе наверное трудно это понять. Ничего, подрастешь - поймешь.

- Я ничего не понял, - Солтахр удивленно почесал кончик носа. - Странно, я ничего такого никогда не замечал в Гжвенне.

- Что? - раздался возмущенный крик из-за спины парня.

- Боюсь, Солтахр, тебя ждут большие неприятности, - усмехнулся Шимберг.

Солтахр скосил глаза вбок, пытаясь разглядеть стоящего сзади, не поворачивая головы, хотя уже знал кто это. Гжвенна смотрела на него, упирая сжатые ладони в бедра. Гневный взгляд ее не обещал ничего хорошего. Солтахр прекрасно понимал, что с ней не удастся договориться, как с Масттэрро, и поэтому, даже не поднимаясь на ноги, на тощих коленках ползком, бросился наутек. Гжвенна испустила воинственный крик, но преследовать убегающего парня не стала. Шимберг едва не подавился от дышащего его смеха.

- Тебе смешно? - гневно спросила Гжвенна, грозно наступая на своего возлюбленного.

- Да нет. Просто поперхнулся, - Шимберг принялся кашлять для большей убедительности, от одного вида своей невесты проглотив смех.

- Смотри у меня! - погрозила ему тонким указательным пальчиком Гжвенна. - А то и тебе перепадет.

Шимберг улыбнулся ей, и на душе стала легче. Все-таки хорошо, когда рядом с тобой любимый человек. Гжвенна некоторое время постояла, любуясь золотой водной гладь, а затем присела рядом с Шимбергом. Они долгое время сидели молча. Гжвенна положила голову Шимбергу на плечо и умиротворенно закрыла глаза.

- Ты меня любишь? - спросила она через некоторое время, не открывая глаз.

- Не задавай глупых вопросов, - Шимберг прибывал в полусонном состоянии и не мог полностью оценить собственный ответ.

- Что? - Гжвенна оторвала голову от его плечо и подпрыгнула на месте, словно ужаленная. - Ты назвал меня дурочкой?

- О, нет, - тихо простонал Шимберг, только теперь осознав, сморозил что-то не то. - Нет, конечно же, нет. Я не называл тебя дурочкой. Я просто попросил тебя не задавать глупых вопросов.

- Это одно и тоже! - резко отрезала Гжвенна, не в шутку обидевшись. - Вот уж не думала, что услышу от тебя когда-нибудь такое.

- Глупые вопросы свойственно задавать всем людям, - попытался оправдаться Шимберг, но, судя по надутым губам и грустным глазам Гжвенны, у него это не очень хорошо получилось. - Я не хотел тебя обидеть.

- Не хотел, а обидел! - горячо воскликнула Гжвенна, глаза ее были полны слез.

- Я люблю тебя! - Шимберг не знал иного способа успокоить её.

- Я тебе не верю, - сказала Гжвенна не очень убедительно.

- Я могу это доказать, - Шимберг улыбнулся, верное средство не подвело и в этот раз.

- И как же? - слезы на глазах уже почти просохли, и Гжвенна попыталась улыбнуться.

- Подойди поближе, - попросил Шимберг ласковым шепотом, раскрывая руки в нежном объятии.

Гнев и обида Гжвенны улетучились столь же быстро, как и появились. Вышедший из-за угла крайнего дома Троян не стал их тревожить и деликатно обошел стороной.

* * *

Масттэрро натянул удила так сильно, что едва не выдернул высокому статному коню челюсть. Перед ним простиралась бесконечная равнина, уходившая почти до границы с Эа-Орлом. Заброшенный Лес обрывался внезапно, словно отрезанный огромным топором обезумевшего великана. Даже на опушке деревья стояли плотным строем, будто приготовившиеся к атаке воины, а дальше шел сплошной ковер разнотравья без единого деревца.

Шимберг с грустью посмотрел назад. Конь под ним поднялся на дыбы, махая на прощание привычному лесу копытами. Деревья в ответ склонили ветви почти до самой земли.

- Хадтеро, а правильно ли мы поступили, оставив Солтахра одного в Трясовищах? - Масттэрро похлопал своего коня по шее.

- Он уже вполне взрослый и может сам за себя постоять. Об этом не стоит беспокоиться. Тем более, что с нами ему было бы опаснее оставаться пока, - Шимберг пожал плечами. - А так, если что, за ним присмотрит Троян.

- Да уж, два сапога - пара, - буркнул Масттэрро. Конь под ним переминался с ноги на ногу, ожидая, когда же, наконец, хозяин соизволит продолжить путешествие.

- Что ж, Масттэрро, мне пора. Все необходимые распоряжения я уже, кажется, дал. Остальное разберешься как-нибудь сам. Тебе не в первой, - Шимберг пожал широкую ладонь харрца, прощаясь.

Конь атамана радостно заржал, когда Шимберг пустил его легкой рысью по гладкой равнине. Путь у них лежал не близкий. Шимберг хотел навестить северный отряд, стоявший лагерем в сорока лигах от основного. Изредка он совершал такие рейды с целью проверки дисциплины и общего улова.

Масттэрро проводил его взглядом. Долина была настолько ровной, что было видно на несколько лиг вокруг. Масттэрро подождал, пока атаман не отъехал на пару лиг, и только после этого развернул своего храпевшего от нетерпения коня обратно в лес. Заброшенный Лес низко поклонился ему ветвями деревьев, согнутыми порывистым ветром гулявшем по округе.

* * *

Чуткие уши лесного красавца-оленя насторожено встопорщились, ноздри осторожно потянули влажный воздух, едва только ветер принес подозрительный шум. Учуянный запах ничего не говорил оленю, такого он никогда не встречал. Неизвестность равна опасности. Шум повторился теперь гораздо ближе. Олень взмахнул головой и стремглав пустился вдоль узкой тропинки, едва видимой среди буйной растительности Заброшенного Леса.

Через несколько минут ветки низкого кустарника, росшего вдоль звериной тропы, дружно хрустнули под мощным натиском, и на тропинке появилось существо, так напугавшее оленя. Звери никогда не признавали это существо, так как оно слишком отличалось от них. Отличалось изрядной и бессмысленной жестокостью не только к окружающим, но зачастую и к самому себе. Сами себя они называли люди. Для зверей они были просто ренегатами, потерявшими истинный смысл жизни.

Человек, вырвавшийся из плена бесконечных переплетений ветвей, был мужчиной высокого роста. Стальной корпус старых, видавших лучшие дни, доспехов полностью закрывал его тело, от шеи до пяток. Простой без всяких украшений шлем висел на поясе, прицепленный к специальному крючку. Доспехи никто давно не чистил, и кое-где уже появилась ржавчина, видимо никак не смущавшая хозяина. Черные кудри, ниспадающие до плеч, подхватил легкий ветерок, менявший свое направление, как ему вздумается. Человек задумчиво посмотрел назад на дыру, пробитую им в густом подлеске, огляделся по сторонам и решительно направился в ту сторону, куда несколько минут ранее скрылся тонконогий олень.

Мужчина уже долгие месяцы находился в пути. Цель его путешествия не имела определенного местонахождения, и поэтому путник странствовал по всему Корсену в поисках того, что являлось смыслом его существования. Он уже исходил королевство вдоль и поперек, но... Каждый раз оставался ни с чем. Целью его долгого путешествия служил магический кристалл - Алберон. Легенды о нем ходили по всему Элеарону, но к сожалению или к счастью никто не знал его точного местонахождения. Крестьяне на севере Корсена утверждали, что Алберон спрятан где-то в глубине Эольского леса эльфами. Странник исходил Эа-Орл нескончаемое количество раз. Долгая жизнь, полная всевозможными событиями, приучила мужчину к факту существования магии, и теперь он чувствовал волшебство за лигу. Но Эольский лес был наполнен только волшбой эльфов, а Алберон не принадлежал ни одной из рас, населявшей Берлль. Аристократы Юга утверждали, что Алберон находится у гномов в Серых Скалах. Странник поднялся на каждую вершину, обыскал каждый камень, каждую пещеру, каждое ущелье и снова ничего. Каждый раз Алберон оказывался от него также далеко, как и в начале путешествия. И вот снова до путника дошли слухи, что кристалл находится где-то в западных землях, и странник упрямо спешил туда, не очень надеясь на удачу.

Заброшенный Лес он пересекал уже который раз, только в этом году он путешествовал по нему трижды. Каждый раз переход через лес сопровождался неприятными инцидентами, которых путник всячески пытался избежать. Алберон, словно далекая звезда, манил его своим магическим светом, заставляя продолжить бесконечное путешествие.

* * *

Мощные дубовые ворота, обитые толстыми листами железа, широко распахнулись, впуская путников, дожидавшихся этого всю ночь. Стражники, позевывая - смена не спешила, лениво оглядывали людей, в уме жадно подсчитывая, сколько можно будут содрать с путешественников, которые на вид были купцами.

Караван медленно потянулся в город, словно первый слабый ручеек весной. Стражники устроили спор с купцами, которые никак не могли согласиться с ценой установленной за вход. В конце концов, и тем и другим пришлось отойти от своих принципов и согласиться на средней цифре. Деньги перекочевали из кошельков купцов в дрожащие от выпитого с вечера эля руки десятника стражников. Все остались довольными. Хотя купцы для вида побурчали, считая оскорбительным платить за вход в родной город. Молодой десятник буркнул что-то насчет того, что Лиадэ большой город, и он не обязан знать каждого купца в лицо. К тому времени когда их спор окончился, половина каравана с товарами уже перекочевала в город. Купцы поспешили присоединиться к погонщикам, тревожась за сохранность своего товара.

- Что ж, неплохо, - усмехнулся Цирф, пересчитывая монеты, полученные от купцов. - Этим идиотам из утренней смены везет. Нам вечером перепадает гораздо меньше. Теперь и на кружку доброго эля хватит. - Цирф широко зевнул, ночью ему удалось поспать всего несколько часов. Не приведи Обиби, капитан увидит хоть кого-то спящим на смене, неприятностей не оберешься, повезет, если просто разжалуют в солдаты.

- Капитан, - парень чуть старше самого десятника поправил рукой сползший на глаза шлем и указал куда-то в даль. - Похоже еще один караван. И похоже он будет здесь довольно скоро, так что попадет в нашу смену.

- Ты прав, приятель, - Цирф внимательно пригляделся к быстро приближающимся путешественникам. - Ты только посмотри, как бойко лошади идут. Они явно спешат.

- Ага. Расстаться со своими золотыми, - усмехнулся глазастый парень. - Обиби явно к нам сегодня расположен.

- Угу, - согласился Цирф. - Лишь бы ты не сглазил.

- Я не из глазливых, - обидевшись, пробурчал в ответ парень, но десятник его уже не слушал. Взгляд его был устремлен к стремительно приближающемуся каравану.

Лошади легко тянули нагруженные телеги и крытые фургоны. Погонщики в темных с зелеными поясами хламидах были похожи на пилигримов, ходящих от города к городу в своем бесцельном паломничестве. Купцов среди них не было видно. Толи это был не торговый караван, толи хозяева были одеты также, как и все.

- Что-то не так, - пробурчал Цирф, чем больше он вглядывался в странных погонщиков, тем больше ему не нравился этот караван. Необъяснимое чувство тревоги овладело им. Десятник уже был готов отказаться от предполагаемого барыша, лишь бы караван прошел стороной.

Глазастый парень махнул рукой и отправился в караулку. Вместо него к десятнику присоединился старый вояка, немало послуживший в различных армиях наемником Астрах. Ему оказалось достаточно одного взгляда на приближающийся караван, чтобы безошибочно определить:

- Это не торговый караван.

- Это я уже понял, - угрюмо буркнул в ответ Цирф.

- Караван Северных эльфов, - словно не слышав его, сказал Астрах. - Скоро будут здесь. С ними лучше не связываться. Поговаривают они балуются магией.

- С чего ты взял, что это эльфы? - Цирф не видел в погонщиках ничего эльфийского, правда, под длинными балахонами и разглядеть-то было ничего невозможно.

- Я довольно долгое время служил на северной границе и вдоволь насмотрелся на такие вот караваны, - Астрах покачал головой. - Лучше пропустить их без всяких проволочек. Это жрецы Эльда.

- Посмотрим, - неопределенно буркнул Цирф.

Астрах задумчиво почесал затылок и тоже скрылся в караулке, оставив десятника наедине со своими мыслями. Цирф тяжело вздохнул и присел на мягкую землю рядом с широко распахнутыми воротами. День, начавшийся как нельзя лучше, грозил перейти в сплошную головную боль.

* * *

Что-то пронеслось совсем рядом и с мерзким хлюпаньем врезалось в голую землю. Солтахр в последний момент успел отскочить в сторону, но его всё же задело брызнувшими во все стороны зловонными каплями чего-то омерзительного не только по запаху, но и на вид. Северные окраины Лиадэ, как и большинства городов Корсена, не отличались особой чистотой. Вот и в этот раз кто-то едва не окатил незадачливого путника ведром с помоями.

Солтахр тихонько крался вдоль сырой шершавой стены, заляпанной какими-то отбросами. Под ногами беспрестанно что-то шуршало, хлюпало и хрустело, словно парень пробирался не городу, а по болоту, на котором недавно отгремело сражение. Солтахр, ругаясь сквозь плотно сжатые зубы, боком обогнул очередную зловонную лужу и случайно рукой наткнулся на стене на что-то напоминающее трижды сгнившее червивое яблоко.

Парень с сомнением осмотрел перепачканную руку. Внезапно что-то коснулось его наполовину обнаженной ноги (на улице стояла неимоверную духота, и Солтахр решил надеть короткие до середины икр синие напрановые штаны, в которых обычно щеголяют молодые юнги в портовых городах). Крыса размером с добрую кошку злобно оскалила здоровенные зубы и, не сводя настороженного взгляда с человека, поспешила по своим делам.

Солтахр и не заметил, что затаил дыхание. Он терпеть не мог всяких грызунов. В Заброшенном Лесу от них просто житья не было. Парень повернул за угол и едва не столкнулся лицом к лицу со стариком. Тот, согнувшись чуть ли не пополам, неспешно семенил куда-то в центр города. На нем был длинная ряса какого-то неясного синеватого оттенка, полностью скрывавшая его тело. Лицо пряталось под широким капюшоном. Отчего-то старик показался Солтахру знакомым, но тот лишь прокашлял что-то и поспешил скрыться. От внимания парня не ускользнуло однако, что за стариком кто-то напряжено наблюдает. Этот кто-то выскочил из соседнего переулка и, удостоив Солтахра мимолетного взгляда, скрылся в том же направление, что и его жертва.

В другой раз Солтахр обязательно проследил бы, чем все закончилось, но сегодня что-то не хотелось. Почему-то ему казалось, что старик не тот, за кого он себе выдает, и сам сможет постоять за себя, если что.

Проклятый город давил парню на виски своей громадой. Серые безликие дома нависали над ним, словно строгие суровые судья перед вынесением приговора. Жуткая вонь, отвратительного вида улицы, заваленные отходами жизнедеятельности людей, сыплющаяся откуда-то справа брань, ужасные нравы, убийцы, которые явно не собирались дожидаться ночного часа...Солтахр постоял некоторое время, размышляя об этом. Уж не совершил ли он ошибку, когда сбежал из-под опеки Трояна из Трясовищ. Ох и задаст ему Шимберг, когда вернуться! Но оставаться в деревне, жуть как не хотелось.

Гжвенна пообещала выпороть несносного мальчишку, если тот попадется ей в руки. Иркилий попросту хотел его убить, за опозоренную мать, которая схлопотала спозаранку ведро с холодной водой. И как он только узнал о том, чьих это рук дело? Полдеревни также жаждало поквитаться с неугомонным парнем за его шуточки. Троян, как мог, покрывал Солтахра, пряча его у себя дома. И вот...

Нет. Все же родной лес намного лучше, что бы горожане не говорили о каких-то там удобствах. Солтахр посмотрел по сторонам. Жертва и преследователь давно скрылись с глаз, а больше никто не хотел показываться на захламленной улице. Солтахр вздохнул продолжил прерванные путешествие по лабиринту города. Цель своего странного похода парень еще не придумал, и поэтому шагал наугад, сворачивая, где вздумается. Утром, когда он только проник в город, стража чем-то явно разозленная (Солтахр не знал, что прямо перед его приходом в ворота влился караван эльфийских жрецов) долго жгла ему спину подозрительными взглядами.

Город, казалось, находился на осадном положении. Практически все жители, хоть как-то проявлявшие свое существование, носили при себе оружие. От патрулей стражи просто не было прохода. Всюду встречались мрачные настороженные лица, подернутые серой пеленой неприкрытой враждебности. Они были не то чтобы агрессивны, но глаза их говорили красноречивее слов, только дай повод...

Солтахр был здесь чужим, и он это чувствовал. Но упрямством парень отличался изрядным. Его не так-то просто было заставить отказаться от намеченного. Тем более, что возвращаться в Трясовища все еще не хотелось. Эх, Трояна жалко. Влетит ему ни за что. Да отступать теперь уже поздно. Солтахр твердо решил не возвращаться обратно, пока город ему окончательно не надоест.

* * *

- Пошевеливайтесь, проклятые бездельники. Будь мы во флоте Харра, половина из вас уже кормила бы акул за непроходимую лень, - голос Масттэрро гремел над головами снующих разбойников.

Те в спешном порядке сворачивали лагерь. Не то чтобы среди них и правда были бездельники, все трудились в поте лица. И вряд ли кто-то смог сделать эту работу быстрее, разве что только маги. Масттэрро покрикивал на своих подчиненных так - от нечего делать. Провиант был уже полностью погружен в захваченные из Трясовищ телеги.

- Куда идем, Масттерро? - Эрстуан задал именно тот вопрос, который так мучил харрца последние три дня.

Из Лиадэ пришла весть о готовящемся новом рейде гвардейцев Лирда, и пришлось в срочном порядке сворачиваться. Вот только куда уводить отряд? Эх, Шимберг враз все решил бы, да только нет его сейчас рядом...

Эрстуан отстранено наблюдал за погрузкой вещей, любезно предоставленных проезжими купцами, ожидая ответа на свой вопрос. Кони храпели и пятились, не желая нести на себе лишний груз. Конюхи пытались их успокоить. Поднялась небольшая суматоха, когда гнедой жеребец ударом копытом в грудь сшиб на землю уже далеко не молодого с обветренным лицом, покрытым старыми шрамами, воина.

Это все пока не волновало Масттэрро. Куда вести отряд, вот в чем вопрос. Пойти на юг было бы просто глупостью. Идти навстречу с превосходящим по силе врагом...Нет. Тем более, что это не война. И рисковать жизнями доверенных ему людей Масттэрро не мог. На запад...Было бы не плохо. Но слишком близко к Трясовищам. А это в свою очередь ставило под угрозу жителей деревушки. Значит, нет! На восток...Но весть гласила о том, что большая часть охотников-загонщиков, в коих с давних пор превратились стражники, пройдет именно восточной стороной Заброшенного Леса. Так, что тоже не стоит. Остается только север. Туда было тоже не желательно уходить. Незнакомые места не сулили ничего хорошего, особенно учитываю упорные слухи о шайке кровожадных орков, терзавших жителей в десяти лигах севернее. Так что выбрать? Восток? Можно и не попасть в полукруг загонщиков, успеть проскочить еще восточнее. Запад? С чего охотникам взять, что отряд и жители Трясовищ как-то связанны друг с другом. Север? Слухи о орках могут быть, как это часто бывает, сильно преувеличены.

- Так куда, Масттэрро? - последний ящик с добычей погрузили в телегу, последний сверток надежно закрепили у седла смирной лошади, последние сумки с провизией были бережно уложены в крытые фургоны. Эрстуан зевнул и отвернулся.

- На север, - решительно махнул рукой Масттэрро.

Эрстуан лишь пожал плечами, на север так на север.

* * *

Кабак "Три грифона" сегодня был полон, как и последние три дня. Люди, набившиеся битком, как сельдь в бочке, обсуждали события последних дней, от чего шум стоял такой, что трудно было услышать, что говорить твой собеседник. А обсуждать было что! За поимку некоего Шимберга пятисотник Лирд уже обещал пятьдесят золотых монет, хотя полмесяца назад награда была всего десять. Кое-кто собирался отправиться на поиски пресловутого разбойника, как только Лирд поднимет цену до сотни монет. Утром через Лиадэ прошёл караван эльфийских жрецов, и это тоже не осталось без внимания. Многие поговаривали, что эльфы совсем распоясались, и только бездарное правление достославного венценосца Глоэса II виновато в этом.

Владелец кабака, Тиамас Пира, хитро наблюдал прищуренным глазом за посетителями. Полученный в давно забытом сражении шрам, шедший от виска до середины широкого носа, сейчас очень помогал своему хозяину. Казалось, что из-за шрама Тиамас ничего не может видеть, но это было не так, и Пира часто этим пользовался.

Сегодня можно было не опасаться всяких неожиданностей, вроде драк и нечастых облав стражи, во всяком случаи пока. Почти всех присутствующих Тиамас знал не только в лице, но и по имени. Знал и характер большинства постоянных клиентов, так что был немного спокоен. Только один Рааогл из всех присутствующий был способен испортить настроение. Этот широкий в плечах выходец из Нодорха обладал вспыльчивым характером и был всегда не прочь устроить потасовку. Но сегодня он допивал пятую кружку пива и был смирен, как ягненок.

Шел третий час после захода солнца. Городская стража, совершавшая свой обычный обход, стороной обходила такие места, если только не поступал приказ устроить облаву. Веселье было в самом разгаре, когда в дверном проёме появилась щуплая фигурка молодого паренька. Никто не обратил на него никакого внимания. Подумаешь, еще один посетитель.

Лицо паренька показалось замечавшего всё Тиамасу знакомым, хотя он точно знал, что он не из местных. Когда-то и где-то он его видел, но вот когда и где?

Парень тем временем, ловко скользя между пьяными верзилами, пробрался к стойке.

- Здорово, Тим! - парень задорно подмигнул кабачнику.

Пира от удивления чуть язык не проглотил, но на лице его ничего не отразилось. Называть его "Тимом" позволяли себе лишь несколько человек, которых Пира мог пересчитать по пальцам правой руки. Парень в эти "несколько" не входил. Но все же было в нём что-то страшно знакомое.

- Тебе чего парень? - подскочил тут же Ардист, выполнявший сегодня функции бармена.

- Хочу просто поговорить с Тимом, - ответил тот, пожимая плечами.

- А он с тобой не хочет, - хмуро бросил бармен, покосившись на хозяина. - И достопочтенного господина зовут ни Тим, а Тиамас Пира. Так что будь добр - не коверкай имя. Хорошо?

- Ладно, - тут же согласился парень. - Только поговорить мне всё равно надо, с Тимом или с Тиамасом.

- Ты хочешь познакомиться с моими друзьями? - спросил Ардист, растягивая губы в мрачной ухмылке. Своими друзьями он называл два длинных кинжала, спрятанных в голенищах сапог.

- Да, не-а. Глядя на твою рожу, могу себе представить какие у тебя друзья, - поморщив нос, сказал паренек и с наглым видом отвернулся.

Ардист отличался завидным терпением, отчего и продержался на своей работе так долго, но рука его тем не менее потянулась к ножу. Неизвестно чем это всё кончилось, если Тиамас не решил вмешаться сам.

- Что тебе надо, дерзкий малец? Жизнь наскучила? - вкрадчиво спросил он паренька.

- Да, нет. Жить мне нравиться, только не в таких грязных дырах, - парень окинул оценивающим взглядом кабак и презрительно сморщился. - Просто хотел побеседовать с тобой по душам.

- И о чем же? - поинтересовался Тиамас, голос его напоминал ласковое журчание фонтана, но то было лишь притворство. - Скажи мне, если это конечно не государственный секрет, который тебе поручил наш доблестный король венценосный Глоэс II.

Ардист усмехнулся во всё лицо и едва удержался, чтобы не расхохотаться на весь кабак. Немногие посетители, которые сидели поближе к стойке, с любопытством наблюдали за разговором достопочтенного Пира с неизвестным мальцом. Самого разговора практически никто не слышал, собеседники говорили почти шепотом, но по физиономии Ардиста большинство решило, что о чём-то жутко смешном.

- Нет. С Его Величеством я к счастью не знаком. Не удостоился такой чести, - усмехнулся в ответ паренек. - Но вот с другим человеком... - малец поманил Тиамаса пальцем.

Ардист насторожился. Паренек выглядел щупло, но что бы пырнуть ножом особой силой обладать и не надо. А откуда он взялся, кто его знает? Может конкуренты прислали. В последнее время малолетки-убийцы стали в моде.

Пира посмотрел по сторонам, задумчиво почесал нос и все жё наклонил своё ухо поближе к губам. Тиамас был весьма любопытным человеком, хотя и умел ловко сдерживать свои эмоции, когда это было необходимо. В насмешливом пареньке он не чувствовал никакой опасности.

- Одинокий путник в пустыне Альх-Араба, - прошептал паренёк.

Тиамас вздрогнул при этих словах, словно его действительно пырнули ножом. Раньше он часто слышал эти слова и давал приют, произнесшим их. Но в последнее время пятисотник Лирд слишком резво взялся за дело, и гости, знающие тайные слова совсем пропали из виду. Ардист, увидев замешательство на лице хозяина, невольно потянулся за кинжалом.

- Откуда ты знаешь? - Пира нервно облизал губы и бросил быстрый взгляд по сторонам. Вроде бы никто ничего не слышал.

- Привет тебе от Шимберга, - прошептал парень в ответ и озорно подмигнул.

Тиамас несколько секунд обдумывал услышанное, а затем махнул пареньку рукой, чтобы тот следовал за ним. Ардист сунул кинжал обратно за голенище высокого сапога и, нагнав на себя скучающий вид, принялся осматривать посетителей.

Пира провел мальца за стойку и открыл неприметную дверь. Парень с равнодушным видом следовал за кабачником. Тиамас аккуратно прикрыл за собой дверцу, бросив напоследок внимательный взгляд, и уставился на парня. Тот ответил ему усмешкой во весь рот.

- Тим... - начал было малец, и тут же умолк, так как лезвие широкого эсхельского ножа прижалось к его горлу.

- Я узнал тебя, - прошептал Пира, наклонив голову почти к самому уху парня. - Ты помощник Шимберга, но это не значит, что ты можешь называть меня Тимом. Ты меня понял?

- Ага... - Солтахр едва выдавил из себя слова, так как говорить было трудно, при каждом слове лезвие больно врезалось в кожу.

- Вот и хорошо, - Тиамас убрал нож, вернув его обратно в небольшие ножны, висевшие у него на поясе.

Солтахр осторожно пощупал шею и с облегчением отметил, что крови не было. Лишние шрамы ему были ни к чему. Пира ухмыльнулся и, отворив маленькую сворку посудного шкафчика, вытащил здоровенную пивную кружку.

- Так, - протянул он, наливая из бочки пенящуюся жидкость. - Что понадобилось от меня Шимбергу? Что-то давно не было видно.

- Ха-а, - усмехнулся Солтахр. - Ты видел какая награда обещана за его голову? Кто же в здравом уме сунется суда?

- Ты прав, конечно, - Пира почесал кончик широкого слегка приплюснутого носа и отхлебнул из кружки. - Но ведь и тебя знает немало народу. Однако ты рискнул сунуться, отлично понимая, что если тебя кто-то опознает, Лирд возьмется за тебя всерьёз.

- Вообще-то я об этом как-то и не думал, - пожал плечами Солтахр.

Тиамас чуть не поперхнулся пивом:

- Вот легкомысленная молодежь. Как же Шимберг отпустил тебя? Наверное у него были по истине важные причины.

- И не говори. Правда, тебя они ни сколько не касаются.

- Да, и что же ты тогда приперся суда? - Пира отставил кружку в сторону, решив, что при данном разговоре опасно для здоровья дуть пиво. - Что же тебе нужно от меня?

- Да ничего сложного, - Солтахр жадно взглянул на пиво и расстроено шмыгнул носом, отлично зная, что Пира за даром не даст и глотка. - Шимберг послал меня по одному очень важному делу. Надо кое с кем переговорить насчёт кое-чего. И сказал, что я смогу в случае чего переночевать у тебя.

- И ты хочешь сказать, что этот самый "в случае чего" наступил? - Пира нахмурил брови, бесплатные клиенты ему всегда не нравились, одно слово - халявщики.

- Ты очень догадлив, - усмехнулся Солтахр. - Мне необходимо где-то переночевать, но монеты жаль закончились. Ты в должниках у Шимберга. Мне нужен ночлег всего на одну ночь.

Тиамас потемнел лицом. Он терпеть не мог, когда ему напоминают о долгах.

- Хорошо. Одну ночь можешь остаться. Но только одну. Завтра утром, чтобы тебя здесь не было. И смотри поосторожнее. Если кто узнает, что ты помощник Шимберга, тебя располосуют на ремни. Пятьдесят золотых монет - это тебе не медная плошка.

Пира приоткрыл потайную дверь и выглянул наружу. Несколько секунд он сосредоточенно изучал обстановку в харчевне. Солтахр тем временем умыкнул, как ему показалось ценную, лампу, забытую кем-то на полке, спрятав её за пазухой. Пира удовлетворенно хмыкнул.

- Можешь идти. Посидишь некоторое время в общем зале. Я поговорю сейчас с Ардистом, тем парнем, что за стойкой стоит. Где-то через часок подойдешь к нему. Он отведет тебя в твою комнату. И если что случиться, я тебя не знаю и никогда не видел, как и ты меня. С этого момента ты сам по себе. Понял? Не жди ни от кого помощи. Всё иди. И ещё. Я не люблю, когда у меня воруют. Ты меня хорошо понял?

Пира повернулся и посмотрел на Солтахра так, что парень, тяжело вздохнув, вытащил лампу и вернул её на место, для верности протерев её рукавом рубахи.

* * *

Плотные заросли сардона, росшие вдоль узкой тропинки, надежно укрывали высокого человека в темном плаще. Рядом лежал, укрытый тонкой попоной его конь. Он поводил на хозяина карим глазом, изредка норовя подняться. Но рука путника лежала на шее животного, принуждая его оставаться в неудобной позе.

Ночь полнилась обычными для неё звуками. Яркие звезды равнодушно взирали с неба вниз. Иногда по их бледным ликам пробегали легкие тени облаков, которые гонял резвый ветер. Путник поблагодарил Царидона за то, что узкий серп Урикумы уже сгинул за линией горизонта, а до восхода Тристаба оставалось еще пара часов.

Еле заметная тропинка вилась вдоль небольшого хутора двух лигах южнее и лигой севернее упиралась в восточную ветку Королевского Тракта. Путник спешил по своим делам именно туда. По определенным причинам он передвигался в основном безлюдными тропами и забытыми стежками.

Сегодня вечером путник остановился на ночлег в пятидесяти шагах от тропинки, разжег небольшой практически бездымный костерок и уже приготовился отправиться в царства грез Лаасана, как смутное чувство сдавило его грудь. Через несколько секунд ветерок донес до него странный шум. Вроде как говорил кто-то.

Путник поспешно прикрыл ветвями костер так, чтобы пламя не добралось до зеленых листьев и не сотворило дыма, и так, чтобы не было его видно со стороны. Коня он побоялся оставить одного. Заржет еще ненароком, выдаст своё присутствие, поэтому взял с собой. Вдвоём они спрятались в кустах сардона. Несколько секунд никто не показывался на тропинке. Только ветер гулял, путаясь в ветках низкорослых деревьев.

Путник во все глаза следил за обоими концами тропки. В трех десятках южнее тропинка имела резкий поворот на восток. Вот оттуда-то и доносились странные звуки. Смех и топот многих ног. Бряцание латных панцирей и стальных поножен. Путник насторожился и приковал всё своё внимание на этот поворот. Конь слабо взбрыкнул и снова попытался подняться. Хозяин ласково погладил его по шее, успокаивая.

Из-за поворота показалась шеренга воинов. В бледном свете застывших холодных звезд тускло блестели доспехи. Все были пешими. Панцирная пехота. Вот только чья? Не сколько конников скакало вдоль рядов, пытаясь поддерживать дисциплину. Явно десятники. Стальная лавина доспехов непрерывно текла и текла. Солдаты шли в две шеренги, большего тропинка не позволяла. Весело болтали между собой, ничего не опасаясь. Оружие, короткие широкие мечи в ножнах, билось о закованные в латы бедра. Длинные прямоугольные щиты повешены за спину.

Шимберг, посетивший пять дней назад свой северный отряд и теперь направлявшийся в восточный, который он оставил под командование уроженца Анданэ Лаорса, затаив дыхание, смотрел, как мимо него протекает река тускло блестящих лат. Кто они? Куда направляются? Шимберг насчитал пять десятков закованных в доспехи отличной работы воинов. Судя по строгому соблюдению строя, все они были не просто стаей жалких разбойников, а действительно настоящими солдатами, закаленными ни в одном сражении, умевшими держать линию, мгновенно переходить от обороны к атаке, перестраиваться, давая возможность вторым и третьим рядам вступить в бой. Откуда они взялись?

Два десятника совсем близко подъехали к тому месту, где спрятался Шимберг. Они о чём-то оживленно беседовали, изредка бросая взгляды на проходящие мимо шеренги. Шимберг весь напрягся и осторожно потянулся вперед. Слух его обострился до предела, пытаясь разобрать слова беседовавших. И вот что он услышал.

- Послушай, Кулонг, и зачем нам тащиться по этой захудалой звериной тропе? - спросил тот, что справа. Он был повыше ростом, с узкими плечами и в длинном плаще. По горделивой осанке сразу чувствовалось, что это пусть мелкий, но дворянин. - Не лучше было бы выйти на Королевский Тракт. Тем более, что до него рукой подать.

- Я бы тоже не прочь выйти на хорошую дорогу, но ты же помнишь, что приказал Олтан? - Кулонг, напоминавший пивной бочонок, махнул рукой куда-то на восток. - Мы должны добраться до Аэрда незамеченными, а поэтому нам придется двигаться по подобным тропам. Кстати, ты прав лиги через две, а может и меньше будет Королевский Тракт. Надо выслать разведчиков. Не хватало только, чтобы нас кто-нибудь заметил.

- Да, - усмехнувшись, протянул высокий. - Незаметно. Да завтра уже по округе поползут слухи о том, что ночью здесь прошла целая армия. Я в этом уверен. Наши доблестные воины так ржут, что их не услышит только глухой. Чернь в хуторке, что мы прошли пару лиг назад, наверняка до сих пор не может успокоиться.

- Тут ты прав, Якус. Дисциплина в нашем отряде оставляет желать лучшего. Будет мы в лагере, я приказал бы отрубить голову каждому второму. - Кулонг качнулся в седле и стегнул плетью подошедшего слишком близко солдата.

- А ты жесток. - Якус холодно усмехнулся. - В лагере нас самих уже распяли на воротах, если бы обнаружили в отряде подобную расхлябанность.

- Да. Ульримо скор на расправу.

- Но он хорошо платит, - заметил Якус. - Подобных денег ты не получишь, даже служа личным телохранителем короля.

- Да, но он и требует в ответ многого, чего бы тебе не приказали на службе короля. - Кулонг вздрогнул, явно вспомнив что-то неприятное. - Вот и теперь тащимся к Мазару на кулички. А зачем? Хоть бы кто объяснил.

- Вот прибудем в Аэрд, а там Святр растолкует что к чему, - Якус внезапно обернулся и внимательно посмотрел на то место, где спрятался Шимберг.

- Ты чего? - удивился Кулонг. Он тоже попытался повернуть голову, но короткая шея не позволила сделать этого.

- Да так, показалось, - Якус отвернулся.

Шимберг почувствовал, как холодный пот наливается крупными каплями у него на лбу. Ему бы не хотелось схватиться с пятью десятками пехотинцев Ульримо.

- Эй, Каприос, - прикрикнул в полголоса Якус.

Откуда из первых рядов, ушедших уже далеко, ловко выскочил здоровенный детина. Доспехи его были намного легче чем у остальных. Они практически не издавали не единого звука при движении и совершенно не мешали владельцу при ходьбе. Каприос подбежал к десятникам и вытянулся в струнку.

- Каприос, собери своих людей и отправляйся вперед. Следите за Королевским Трактом. И чтобы к тому времени, как подтянуться основные силы на дороге никого не было. Понял? - Якус подумал и добавил. - И чтобы без всяких инцидентов. Нам не нужен лишний шум. И так хватает.

Каприос прижал сжатый кулак к груди в знак уважения и умчался выполнять приказ. Кулонг тронул поводья, и конь послушно заковылял вперед. Якус ещё постоял немного и, дождавшись последнего ряда, пристроился ему вслед, одарив напоследок кусты сардона подозрительным взглядом.

Шимберг полежал ещё несколько минут. Разведчики отряда Ульримо могли быть где-нибудь поблизости. Лошадь пару раз пыталась подняться. Оно и понятно - тело теперь всё затекло. Наконец, решив, что опасность миновала, Шимберг поднялся с земли и направился в свой маленький лагерь, приняв твердое решение, собрав немногие походные вещи, сразу же отправляться в путь. Надо было предупредить Лаорса об отряде латников.

* * *

Упрямый и своенравный Солтахр всегда плохо усваивал преподанные ему уроки и никогда не прислушивался к даваемым советам. Вот и теперь. Вместо того, чтобы найти тихий уголок и переждать там часок, он полез в самую середину зала, там где сидели самые отъявленные негодяи и убийцы.

На самом престижном месте сидел Рааогл. Здоровенный буйвол из Нодорха был способен голыми руками разорвать медведя на части. Глупцов связываться с ним было мало. И с каждым разом становилось всё меньше и меньше. Рааогл не любил, когда ему перечили. Кабачника он уважал, и поэтому не лез к нему. Но насчёт всего остального... Драки частенько вспыхивали из-за северянина. И тогда Ардисту приходилось по быстрому уносить трупы, пока не нагрянула стража. Рааоглу Тиамас выделил отдельный стол, где тот являлся полным хозяином и мог творить, что ему заблагорассудиться, в рамках разумного, конечно.

Солтахр ужом скользил меж пьющими верзилами. Его почему-то привлёк небольшой столик, стоявший недалеко от орущего какие-то северные песни на своём родном языке Рааогла. Тиамас с тревогой в сердце следил за продвижением парня. И куда его только бесы потянули?

Солтахр поднырнул по вытянутую руку служанки, несущей здоровенные кружки пива. Какой-то мелкий пьянчужка попытался хлопнуть той по мягкому месту, но служанка в последний момент ловко увернулась, толкнув при этом Солтахра бедром. Парень был намного хрупче и тоньше довольно дородной девицы, тем более он не ожидал нападения с этой стороны. В общем Рааогл получил на ужин не поросенка, как заказывал, а отчаянно ругающегося Солтахра.

- Какого... - проревел северянин. - Идин расплющи тебя своим молотом. Что за...

Солтахр неуклюже барахтался на столе, как рыба, выброшенная на берег. Он попал задницей прямо в специальную чашку, поставленную предусмотрительным Тиамасом, для костей.

- Тиамас, что всё это значит? - орал Рааогл. - Я не людоед, но могу и поменять свои привычки.

Все собравшиеся одобрительно загудели, поддерживая варвара. Никто не хотел потом лишиться глаза или пальцев, а то ещё и жизни. Лишь хозяин воспринял данную реплику с недовольной гримасой на лице. Рааогл так просто не успокоиться.

Солтахр наконец перестал дергать ногами и спрыгнул на пол. На заднице прочно засела глубокая чашка с костями, больно упирающими в мягкую плоть. Рааогл расхохотался так, что затряслись бочки с вином в подвале кабака. Большинство посетителей вторило ему с не меньшим энтузиазмом. У многих в уголках глаз выступили слезы. Солтахр свирепо оглядел собравшихся. Но это только вызвало новый взрыв смеха.

- Заткните глотки, - крикнул Солтахр, но его никто не послушал. - Лучше помогите мне. Ржут, как кони.

- Слушай, Тиамас, - с трудом смог проговорить Рааогл. - А ты не предупреждал, что сегодня нас ждет представление.

- Да, - выкрикнул кто-то. - Ничуть не хуже, чем на базарной площади.

Пира только сокрушенно покачал головой. Мазар побери этого мальчишку. Принесло его на беду. Солтахр тем временем сумел-таки освободиться от чашки. Он с остервенением бросил её обратно на стол. Та рухнула на деревянные доски, громко загремев при этом сонмищем костей, которые успели накидать туда трапезники.

- Ха, - рыкнул Рааогл. - Ему ещё и платить надо. Хотя за такое представление можно и заплатить. Парень хорошо постарался, чтобы повеселить нас.

Солтахр хотел что-то ответить ему, но когда увидел полетевшую в проклятую чашку серебряную монету, сразу отставил мысли о беседе. Большинство посетителей нехотя переправило мелкую медь на стол Рааогл. Солтахр с самым невозмутимым видом сгрёб чашку подмышку и направился к примеченному ранее столику.

- Во, даёт, - радостно фыркнул Рааогл. - Даже не поморщился, сразу видно профессиональный шут. Тиамас, а что, подобное зрелище будет ожидать нас каждый день? - Северянин повернулся к удаляющемуся Солтахру. - Эй, шут, ты как, согласен?

Солтахр вздрогнул, словно кто-то вогнал ему тонкий острый стилет в спину, и остановился. Рааогл, ухмыляясь, развалился на своей табуретке, которую Пира менял чаще, чем варвар бельё. Груда мышц.

- Да, пошел ты... - процедил сквозь плотно сжатые зубы Солтахр. - Куча грязных свиней. Я вам не шут. Понятно?

- Ну, сейчас начнется, - прошептал, наклонившись к самому уху, Тиамас Ардисту. - Приготовься выносить трупы. Лишь бы стража не нагрянула.

Солтахр, уже собравшийся сесть на облюбованный стул, когда тяжелый добротно сделанный табурет просвистел мимо, чудом не задев парня.

- Он назвал меня свиньей! - заревел Рааогл. - Мелкий ублюдок! Сейчас ты узнаешь, что значит быть свиньей! Идин точно хочет, чтобы я отведал сегодня человечины.

- Беги, парень! - крикнул Тиамас, но его голос потонул в дружном реве десятка глоток.

Солтахр и сам сообразил, что ему грозит опасность, при чем не шуточная. Рааогл не стал больше сотрясать воздух пустыми словами. Руки его с быстротой молнии выхватили из ножен широкий длинный меч с потертой рукоятью. Солтахр поспешно вытащил из-за пояса короткий кинжал, вызвавший бурный взрыв смеха.

- Давай, Рааогл, покажи этому юнцу, что значит настоящий воин! - заорал кто-то, возглас подхватили ещё несколько человек. Пивные кружки с грохотом бились об пол.

Пира с хмурым видом начал подсчитывать убытки. Ардист лишь покачал плечами, разминая руки. В ладонях уже уютно устроились его любимые кинжалы из пишехской стали.

Рааогл высоко скинул свой тяжелый двуручный меч и ринулся в бой. Солтахр сглотнул противный ком желчи застрявший в горле. Он прекрасно понимал, что его спасение заключается ни в короткой полоске стали в правой руки, а в быстроте.

Под мощный рев северянина меч, описав короткую дугу, рухнул вниз, неся с собой лишь забвение. В последнее мгновение Солтахр сумел уклонится и отпрыгнуть в сторону. Меч пронесся мимо и глубоко впился в податливую древесину стола. Рааогл взревел, как сотня раненых быков, и легко освободил своё оружие. Похоже он полагался в большей степени на силы, нежели на умение. Шимберг за несколько секунд одолел бы подобного противника, правда, в мечом в руках, а не с жалким огрызком стали.

Солтахр резко присел, холодное лезвие со свистом прошло в полуметре от его головы. Рааогл вращал меч с безумной скоростью, чудом не поражая самого себя. Все столы и стулья вокруг были уже искрошены в щепку. Пьяная рвань вопила, как оголтелая.

Солтахр почувствовал, как пот крупными каплями выступил на его широком лбе. Спина начала ныть. Парню приходилось приседать на корточки, сгибаться вдвое, уклоняться под неестественными углами, чтобы остаться в живым. Стальное полотно меча всё ближе и ближе подбиралось к живой плоти. Рааогл похоже не знал, что такое усталость. Меч в очередной раз взмыл в воздух и с размаху опустился, надеясь встретиться наконец-то со своей добычей. Солтахр стремительно поднырнул под руку противнику и резко ударил кинжалом в незащищенное бедро. Лезвие погрузилось почти по самую рукоятку.

Рааогл хрипло взревел и дернулся назад. Солтахр попытался выхватил свое оружие, но не успел. Кинжал накрепко засел в ноге северянина. Тот яростно тряс головой и непрерывно вращал мечом, не давая подойти к себе.

Солтахр попытался проскользнуть под блестящим веером стали, но чуть не лишился правого уха и поспешно отступил. Рааогл непрерывно сыпал проклятиями и держался одной рукой за кровоточащую рану. Солтахр метнулся было к двери, пытаясь воспользоваться моментом для вынужденного отступления, но путь перекрыли. Надо заметить, что Рааогл не был мелким убийцей или вором-одиночкой. Вовсе нет. Не смотря на свою природную несдержанность и кажущуюся на первый взгляд тупость, он был главарем довольно крупной для городских трущоб банды отъявленных головорезов. И в кабак он пришел не один. Четверо из его шайки были здесь же. Вот их-то кривые кинжалы и перекрыли путь к спасительной двери Солтахру.

Парень отступил назад и уперся спиной в стену. Четверо головорезов напирали на него справа. Они жутко скалили гнилые зубы и пытались зажать парня в угол. Слева хриплым голосом продолжал сыпать страшными проклятиями Рааогл. Он был не столько ранен, сколько разъярен. Какой-то паршивый юнец смог ранить его! Северянин в бешенстве затряс зажатым в правой мозолистой ладони, больше похоже на толстый лист железа, мечом и бросился к замершему у стены Солтахру.

- Ну всё. Теперь парню точно конец, - прошептал Тиамас. Как-то помешать совершится неизбежному он не мог.

* * *

Шимберг черной стрелой мчался по ночному лесу. Конь, как зачарованный, уверенно находил верный путь сквозь бурелом засохших ветвей, поваленных свирепой бурей могущих стволов и исполинских живых великанов, величаво раскинувших зеленые кроны. Шимберг не жалел ни коня, ни себя. Нужно успеть. Успеть...

Некоторое время после недолгих сборов и уничтожения следов лагеря, Шимберг крался по лесу, опасаясь наткнуться на рассыпавшихся по окрестностям разведчикам. Но ему посчастливилось ни с кем из них не встретиться. Видимо они в основном были впереди основного отряда.

Вскоре Шимберг нагнал пехотинцев, неторопливо топтавших пыль тропинки. Десятники по-прежнему скакали вдоль строя, пытаясь поддерживать хоть какое-то подобие порядка. Подумав немного, Шимберг решил пристроиться в конец длинной вереницы воинов, чтобы проследить какой именно дорогой они пойдут после Королевского Тракта. Он поспешно спешился и, ведя коня под уздцы, зашагал вдоль тропинки, скрываясь от врагов за хитроумным сплетением многочисленных ветвей низкорослого кустарника и мелкого подлеска.

Солдаты все так же посмеивались между собой, отпуская плоские шутки. Якус пропадал где-то впереди, а Кулонг пытался навести порядок с помощью свой плети. Возле Королевского Тракта все это сборище, гордо именуемое себя войском, остановилось. Шимберг напрягся, пытаясь рассмотреть что же происходит впереди. Через пару минут колонны дружно дрогнули и продолжили свой путь.

Возле Шимберга что-то прошмыгнуло практически бесшумно. Лишь в последний момент он успел заметить ловко скользящего человека и успел присесть, надеясь, что тот его не заметит. Разведчик и, правда, ничего не заметил и проскочил мимо, вскоре скрывшись в лесной чащобе.

,,,,,Оставаться и дальше рядом со строем панцирников Ульримо стало слишком опасно. И Шимберг направил стопы в глубь леса. Путь, который выбрали пехотинцы, пролегал в непосредственной близости от постоянного лагеря Лаорса. Всё что хотел Шимберг узнал. Надо было спешить. Он направил коня в самую чащу, надеясь по широкой дуге обойти не только отряд латников, но и рассыпавшихся, как зерно, разведчиков.

Конь летел, как выпущенный из пращи камень. Шимберг пригнулся к его шее. Ещё никогда ему не доводилось участвовать в столь стремительной и безумной скачке. Ведь стоить коню споткнуться или Шимбергу не заметить в темноте низко растущую ветвь, и всё - перелом шеи обеспечен. Но дэ Сои не думал об этом. Главное - успеть. Успеть во чтобы-то не стало.

* * *

В городских трущобах глубокой ночью тихо и мирно. Но только на первый взгляд. Обычному горожанину лучше не забираться сюда даже днем. Вонь от многочисленных куч мусора переполнял воздух. Мрачные тени бесшумно скользили вдоль шероховатых стен обветшалых домов и низких построек. Убийцы, воры, шлюхи и прочий сброд выходил на свой промысел. И горе тому кто-то попадется на них на пути. Если повезет - останется без кошелка, нет - лишиться жизни.

Авер, как и многие бесчисленные тени, крался вдоль серой стены замазанной необожженной глиной. Просторные одежды неопределенного цвета покрывали его худое тело и позволяли практически сливаться с окружением. В руках его тускло поблескивал в лучах далеких холодных звезд длинный узкий меч, выкованный горными гномами. Подобный клинок стоил немалых денег.

Авер или как его еще называли местные жители Имрраот ("бездушным охотником") не имел четкой цели своего путешествия. Он просто крался, высматривая и прислушиваясь. Он не принадлежал ни к одному уличному клану и ни к одной из многочисленных банд. Он был сам по себе. Правда, промышлял Авер не вполне безобидным делом. Он был убийцей. Работал он сам на себя. Жертву выбирал по наитию, но только из богатых. Сегодня его вывело на улицу не азарт охоты, а чёрная тоска.

- Что ж Боги, я тоже могу шутить и так просто не сдамся. Мы ещё посмотрим кто кого, - злобно прошептал Авер и нырнул в темный вонючий переулок, откуда доносились предсмертные хрипы какого-то неосторожного путника.1

_____________________________________________________

1 Подробнее о Авере читайте в рассказе "Судилище"

* * *

Солтахр настолько плотно вжался в деревянные брусья стены, что чувствовал спиной все её мельчайшие изгибы. Противники загнали его в ловушку, из которой нет выхода. Взяв безоружного парня в полукольцо, мордовороты медленно приближались. Рааогл все ещё держался за бедро, но было видно, что рана его уже не так беспокоит.

Солтахр закрыл глаза, чтобы не видеть приближающуюся смерть. Спасти его могло только чудо, но в чудеса парень не верил, поэтому мысленно теперь прощался с друзьями. На мгновение ему стало обидно погибнуть вот так по-дурацки, среди чужих людей.

Рааогл поднял меч в последнем замахе. Прочие члены его банды посторонились, давая место главарю. Меч, со свистом рассекая воздух, понесся вниз. "Всё", - мелькнуло в голове Солтахра. Однако...

Что-то противным скрежетом разорвало воздух, и ожидаемого удара не последовало. Солтахр осторожно приоткрыл правый глаз. Как бы не спугнуть удачу.

Меч Рааогла повис в трех ладонях от головы парня, наткнувшись на узкое лезвие короткого клинка. Северянин проревел что-то похожее на боевой клич разъяренного кабана. Его приспешники бросились было ему на помощь, но тут же разлетелись, как листья под порывом ветра.

Солтахр перевел недоуменный взгляд на своего счастливого спасителя. Им оказалась стройная высокая женщина в черной кожаной куртке и штанах. За плечом висела пустые ножны, возле пояса был приторочен длинный изогнутый кинжал, из-за голенища сапога выглядывала рукоять ещё одного. Короткий узкий меч воительницы и преградил путь широкому двурушнику северянина.

- Что тебе надо, валькирия? - взревел Рааогл, однако убирая оружие в ножны. Его помощники, охая, отползали в глубь зала за спины остальных.

Воительница смерила его презрительным взглядом, однако ответом не удостоила. Пьянчужки, почувствовав, что представление закончилось, медленно разбредались по своим столам. Солтахр никак не мог поверить в избавление от смерти. Рааогл поворчал немного и, высоко вскинул голову, вернулся к прерванной трапезе. Похоже валькирию здесь хорошо знали и побаивались.

- Когда она появилась? - спросил Тиамас у своего помощника.

- Я не заметил, - ответил, пожимая плечами, Ардист.

- Глаз с неё не спускай. Эта особа поопаснее пьяного Рааогла, - Пира, бросив по сторонам внимательный взгляд, скрылся за потайной дверью.

Солтахр только теперь смог перевести дыхание и с облегчением вытер пот со лба. Он никому бы никогда бы и ни за что бы ни признался, что ещё ни разу в жизни так не боялся.

- Идем, - валькирия грубо схватила его за руку и потянула за собой.

Сил сопротивляться у Солтахра не было, да и не хотелось. Воительница тащила его куда-то наверх по крутой лестнице. Солтахр лишь шмыгнул носом, да покосился по сторонам. Люди уткнулись лицами в чашки и не поднимали глаз, словно это стоило бы им жизни.

Когда парень проходил мимо стойки, Тиамас схватил его за локоть:

- Будь осторожен. Она очень опасна.

Валькирия уже поднялась наверх и поэтому не слышала слов кабачника. Солтахр сглотнул что-то застрявшее в горло и посмотрел на Рааогла, который с проклятьями вытаскивал из раны кинжал помощника Шимберга.

- Ну скоро ты там? - раздался грубый окрик сверху. - Хочешь вернуться к разговору с этим гнусным варваром?

Солтахр стрелой взлетел по лестнице. Валькирия как раз входила в свою комнату, дверь осталась открытой, словно приглашая парня. Тот не преминул воспользоваться приглашением.

Комната оказалось простой, но просторной. Стол, пара стульев, два лежака и широкое окно, затянутое рыбьим пузырем. Валькирия, бросив ножны с вложенным в них мечом на стол, присела на краешек топчана. Вся её поза кричала о напряжении. Похоже она постоянно была готова отразить любое нападение. Это казалось Солтахру излишним и даже опасным.

Только теперь он смог рассмотреть свою спасительницу. На вид валькирии было около тридцати лет. Темные волосы были коротко пострижены. Возле карих слегка раскосых глаз залегли первые признаки намечающихся морщин. Прямой, короткий нос, высокий лоб, бледные лишенные цвета губы, отчего рот напоминал нанесенную мечом резаную рану, ладная фигура, длинные ноги. Солтахр не сомневался, что под одеждой полно оружия. Как-то он встречал подобных наемников. Каждый из них больше походил на склад всевозможного оружия. А эта похоже к тому же была из Сербера, что подразумевало под собой стальные мышцы и несносный характер, не терпящий возражений.

- Как тебя зовут? - спросила валькирия, придирчиво осматривая тощеватую фигурка парня.

- Кто как. Но вообще-то меня зовут Солтахр.

- Странное имя. Северные провинции? - валькирия вопросительно подняла правую бровь. - Например, Артуа или Брезовиль? Ну как?

- Почти, - ответил Солтахр, не очень жаждая говорить о прошлом.

- Значит Ульримо уже прошелся по твоим землям, - усмехнулась валькирия. - Вот где наверное было раздолье мечам и копьям.

Солтахр заметил, как загорелись глаза воительницы при упоминании о схватках. Похоже она только и жила, что упоением боя. Таких действительно стоит опасаться.

- Да ты не стой, присаживайся, давай, - валькирия махнула рукой на соседний лежак. - Сейчас мы с тобой немного поговорим, а там посмотрим. Меня зовут Ксира.

* * *

- Ну, что там? - Лаорс слегка приподнял голову.

- Всё как и говорил атаман, - ответил Веогл. - Разведчики только что вернулись. Они где-то в четверти лиги южнее нас. Отряд из пятидесяти латников. Лучников, арбалетчиков и пращников нет. Только пехота. Пять десятников. Где-то через полчаса будут здесь.

- Отлично. У нас ещё остается время кое-что предпринять, - Лаорс злорадно потер руки. - Где атаман?

- Отрубился, - пожал плечами Веогл. - Он так устал, что уже ни на что не годен.

- Это кто здесь отрубился? - разделся тихий голос Шимберга над самым ухом Лаорса.

- Атаман?! - невольно воскликнул Веогл.

- Тихо ты, - шикнул на него Шимберг, пристраиваясь рядом с Лаорсом. - Разведчики Ульримо могут быть где-то рядом.

- Наши их бы обезвредили, - улыбнулся одними губами Веогл.

- Обезвредили, - проворчал Шимберг. - Прирезали - так бы и сказал. Только опасно это. Якус может что-нибудь заподозрить.

- Кто? - удивился Лаорс.

- Якус. Он вроде за старшего в отряде. Очень подозрительный тип. Дворянин, - коротко бросил Шимберг.

Они на время притихли, напряженно наблюдая за дорогой. Несколько серых теней разведчиков Лаорса промелькнуло в глубине леса. Они бесшумно пробирались сквозь хитросплетения ветвей, уходя на юг. Шимберг подтянул свой меч поближе, чтобы иметь возможность при надобности мгновенно его выхватить даже лежа. Веогл тихо отполз назад и умчался узнавать новые новости.

- Ну, что Лаорс? - Шимберг посмотрел вверх на лучников, которые устраивались в широких ветвях кряжистых дубов. - Что ты собираешься делать, когда они подтянуться суда? Их ведь довольно много.

- Скажи мне, атаман, а зачем нам вообще атаковать этот отряд? - вопросом на вопрос ответил Лаорс. - Ведь можно просто пропустить его на север и не рисковать, добычи от него никакой, а трупов потом не оберешься.

- Ты конечно прав, - Шимберг попытался почесать кончик носа, но при этом умудрился запихать в правую ноздрю пригоршню прошлогодних листьев. - Мы вполне можем пропустить их на север. Но что произойдет, когда отряд прибудет в Аэрд? Кто знает. Может ничего, а может... Мне что-то кажется, что Ульримо решил прочесать этот край Заброшенного Леса. И мне не хочется, чтобы его ратники наткнулись на нас. Пятьдесят человек мы вполне сможем отправить к Мазару, а вот если их будет двести, триста, пятьсот...

- Но все же, атаман, это всего лишь домыслы, - возразил Лаорс. - Парни хотят добычи, а что возьмешь с вооруженных пехотинцев?

- Ты сам ответил на свой вопрос, - едко заметил Шимберг, выкорчевывая из ноздри листву. - У вооруженных пехотинцев есть оружие и латы, а это, я должен заметить, нам сейчас очень необходимо. Лирд всё чаще и чаще отправляет облавы в Лес. Открытого боя нам сейчас не выдержать, но его не избежать. Так вот я хочу, чтобы, когда придет время этого самого боя, мы были во всеоружии. Понял? Так что же ты собираешься предпринять?

- Может "колесо"? - предложил Лаорс.

"Колесом" разбойники называли здоровенный шар полый внутри с огромными шипами, который они подвешивали к самым крепким деревьям, а когда приходило время, хитроумное устройство освобождало шар от держащих его цепей, и "колесо" смерти устремлялось вниз и вперёд, сминая всё на своем пути. Гномы, ковавшие его, постарались на славу, и поэтому не смотря на свой громоздкий вид, шар весил не так уж и много, однако его стальные шипы были способны пронзить что угодно. Правда, стоит заметить, что подземные кователи и потребовали за него довольно много золотых кругляшей, но оно того стоило.

- Нет, - поморщился Шимберг. - Я же тебе говорю, нам необходимо их снаряжение. А после "колеса" от них останется только груда искалеченных тел и изорванного железа.

- Но всё остальное мы уже просто не успеем подготовить! - возмутился Лаорс. - Все эти волчьи ямы, арканные петли, капканы и прочие требует уйму времени.

- Мы поступим умнее. Но мне потребуются все твои люди. Слушай.

* * *

- У, дохлая кляча! - яростно воскликнул Кулонг и стегнул плясавшую под ним лошадь плетью. - Грязная скотина. В котел бы тебя надо, а не в кавалерию.

Якус сокрушенно покачал головой и направил своего коня в дальний конец строя, где опять послушался дерзкий смех. Последний десяток представлял собой сборище старых друзей-выпивох, у которых понятие о дисциплине отсутствовало напрочь.

- Ну а что было дальше, Нэрд?

Нэрд собрался было ответить, но тут подъехал Якус, и языки у всех сами собой завязались. Грозный десятник был слишком высокомерен, чтобы упустить момент и не выказать своего презрения остальным.

- Эй, ты! Толстый! - воскликнул он. - По прибытии в А... на место получишь десять плетей.

Нэрд, который был только слегка пухловатым, решил все же промолчать, дабы не усугублять обстановку. Солдаты быстро выровняли строй и на всякий случай приподняли щиты. Кто знает, вдруг десятнику все же взбредет в голову стегнуть плетью прямо сейчас. Якус тем временем уже забыл о провинившихся и умчался вперед. Чему последний десяток несравненно обрадовался.

- Где Каприос? - прогремел голос Якуса где-то возле первого десятка.

- Я откуда знаю? - пожал плечами подъехавший Кулонг. - Полчаса назад ты сам отправил его на разведку.

- Помню, - хмуро бросил Якус. - Но за это время можно облазить половину Заброшенного Леса. Где его демоны носят?

- А зачем он тебе? - поинтересовался Кулонг, с завистью посматривая на смирно стоявшую лошадь дворянина. - Дорога до самой окраины Леса чиста и частично знакома. До равнины максимум восемь лиг. Часов через восемь выйдем на боковую ветку Купеческого Тракта, а там и до Аэрда рукой подать. Так чего нам бояться?

- Не знаю, - Якус был не в духе, впрочем, как обычно. - Слишком всё спокойно. Вот теперь Каприос со своим десятком куда-то запропастился.

- Думаешь, Тхарэ обошёл с запада позиции Ульримо и теперь поджидает нас в засаде? - усмехнулся Кулонг, напыщенного дворянина в отряде не любил никто.

Якус бросил взгляд полный нескрываемой ненависти и презрения. Длинный плащ откинулся на круп лошади, а в правой руке десятника заблестел узкий продолговатый меч. Кулонг испуганно огляделся по сторонам и дал шпоры коню, направляя его к третьему десятку, непосредственным командиром которого и являлся Кулонг.

- Что же здесь про... - закончить фразу Якус не успел.

Дикие пронзительные вопли наполненные сколь силой, столь и каким-то радостным безумием разорвали воздух. Казалось, неуправляемый полк полу разумных кобольдов вырвался наконец на поле боя, где уже во множестве пролилась кровь.

Лошадь шарахнулась в сторону под оцепеневшим десятником. Где-то сзади перепугано завопил Кулонг. Солдаты, привыкшие к боям на открытой местности, были растеряны.

С правой стороны тропинки, по-прежнему вопя во всю глотку, нещадно ломая низкорослый кустарник, выскочило с десяток человек. Они дико кричали и размахивали весьма разнообразным оружием. Солдаты не успели опомниться, как разбойники уже ворвались и смешали первый десяток отряда. Закипела кровавая работа, к которой были привычны и одни и другие.

Якус поспешил на помощь своему десятку. Разбойники бились без доспехов, только оружие и деревянные щиты, обитые полосками железа были у них в руках. Поэтому надеяться на полный успех они не могли. Убив пятерых и потеряв при этом двоих, разбойники медленно отступили. Солдаты воспряли духом и дружно сомкнули щиты. Разбойники отчаянно кидались на стальной строй, пытаясь разорвать его и вернуть утраченное преимущество. Может быть это им и удалось, удары некоторых из них, обладавшие неимоверной силой, отбрасывали воинов Ульримо назад, но в это время подтянулись остальные десятки панцирников. Кулонг повел свой десяток в обход и ударил разбойникам в правый фланг. Еще один десятник - Си-Арол попытался проделать то же самое слева. Разбойники яростно отбивались, хотя их было по крайней мере втрое меньше. Си-Арол практически завершил свой маневр и зашел к разбойникам с левого фланга, когда его десяток атаковал небольшой отряд, неожиданно появившийся у него с тыла.

Якус бранился на все лады и пытался построить латников так, чтобы противника повсюду встречала непробиваемая стена щитов и холодные лезвия мечей. Разбойники - человек двадцать - дрались совсем без строя, постоянно меняя вроде бы намечающуюся точку прорыва. Си-Арол отбивался от тех, что напали на его тыл. Кулонг действовал более удачно остальных, постепенно загибая свой фланг, загоняя тем самым противника в кольцо.

Солдаты, уверовавшие в свою победу, уверенно теснили бандитов, не замечая при этом, что уже давно покинули тропу. Первым заподозрил неладное, как всегда, Якус, но и он опоздал. Целый рой губительных стрел пронзил ряды латников. Лучники находились за спинами своих жертв, и с высоких деревьев посылали одну за другой меткие стрелы. Слишком поздно был отдан приказ: "Сомкнуть щиты над головой!". Тем более, что он был бесполезен.

Лучники, вгонявшие длинные белооперенные древки стрел в малейшие щели доспехов, уложили половину отряда. Остальная половина, подняв щиты, отдала тем самым себя на растерзание разбойникам находящимся на земле. Шимберг первым бросился вперед, подавая остальным пример. Напрасно Якус метался, пытаясь поправить положение. Через десять минут всё было кончено.

Нескольким человекам удалось спастись с поля боя, но Шимберг тут же отрядил десять своих воинов, найти их. А уж эту часть Заброшенного Леса разбойники знали, как свои пять пальцев, у кого-то их, правда, было меньше.

- Говорил же я тебе, Лаорс, что все будет в порядке?! - усмехнулся Шимберг, судя на корточках перед лежащим лицом вниз Якусом. Искусно пущенная стрела пронзила ему горло, попав в щель между панцирем доспеха и шлемом.

- Да действительно, всё прошло, как вы и предсказывали, атаман, - сухо отметил Лаорс, по голосу было слышно, что он чем-то недоволен.

- Сколько мы потеряли?

- Двенадцать человек, - ответил Лаорс, совершенно не думая о жертвах. Стоит поползти слухам, что они так ловко уложили отряд панцирной пехоты превосходящий их численностью, и не мало молодцов потянется в его отряд. Лаорс терзался мыслью, что ему самому не пришла в голову столь замечательная идея.

- Ладно грузите доспехи. Пусть ребята обыщут трупы. Всё, что найдут, подели поровну, - приказал Шимберг. - Я побуду у вас несколько дней, а потом двину обратно.

- Хорошо, атаман, - Лаорс подцепил кончиком кинжала шлем Якуса, свалившийся с голову хозяина.

- Ты хочешь что-то сказать? - спросил Шимберг, короткий опыт жизни при дворе короля научил его читать мысли людей по их выражению лица.

- Нет, - пожал плечами Лаорс и спешно отвернулся.

- Говори! - приказал Шимберг, к чему прибегал довольно редко.

- Атаман, честно скажу, мне понравилась штука, которую мы тут провернули, - Лаорс указал на лежащие трупы солдат. - Обычно ты приказывал избегать излишней жестокости и насилия, но сегодня... Разрешишь ли ты и впредь проводить подобные операции?

- Хм... - казалось Шимберг был озадачен. - Что ж, ты Лаорс опытный командир и не станешь понапрасну рисковать людьми. Однако подобные отряды составляют для нас немалую опасность. Так что... Я оставляю это на твое усмотрение. Военные отряды Ульримо ты можешь атаковать без жалости. Но будь осторожен. Умелый командир сумел бы выбраться из сегодняшней западни. Иногда полезно сначала использовать "колесо". Старайся захватить побольше оружия и доспехов. Кто знает, что может произойти месяца через два.

- Я понял, атаман, - сказал Лаорс и, поддавшись внезапному порыву, поклонился Шимбергу.

* * *

- Эй, Масттэрро, сколько нам ещё идти? - спросил Эрстуан. - Ребята валяться с ног. Пора и привал устроить.

- Мы всего прошли порядка шести лиг за день. А королевский кавалерист сделает столько же за часа полтора, надо идти, - буркнул в ответ харрец.

- Кто сказал, что королевский кавалерист обязательно поскачет в нужном направлении? - не отставал Эрстуан.

- Никто, - ответил Масттэрро. - Но надо идти. Кто знает, может быть в отряде, высланном Лирдом есть опытные следопыты.

- Может быть, - согласился Эрстуан. - Но это не значит, что они тут же возьмут наш след и будут скакать без передышки. Нам надо отдохнуть, иначе парни сдохнут через лигу. За два дня мы протопали пятнадцать лиг. Пехотинцы Его Величества не сделают столько.

Масттэрро остановился и посмотрел задумчиво назад в лесную даль, откуда, медленно перебирая ногами, тащились пять десятков разбойников, оставленных Шимбергом ему на попечение. Он должен их сохранить до возвращения атамана. И он это сделает.

- Хорошо, - хмуро бросил Масттэрро после продолжительного раздумья. - Объяви привал, но только на полчаса. К вечеру мы должны быть возле Холма Гленов.

* * *

Одинокий странник немного потрясенный остановился возле ветвистого дуба, мрачно рассматривая представшую перед ним картину сквозь смотровую щель рыцарского шлема. Несколько десятков полу обглоданных, обнаженных трупов устилали мягкую почву леса. Можно было предположить, что недавно здесь было побоище, текли реки крови, воздух полнился криками раненых и умирающих, звоном клинков и воплями победителей. Перед глазами путника мгновенно пробежала сцена возможного развития боя.

Давным-давно странник и сам не раз принимал участие в подобных стычках, схватках и боях. Множество врагов пало от его руки, не знавшей промаха. Без устали мчался он с верными друзьями-соратниками на поле боя. Грозное имя его знало всё королевство. Но время прошло... Теперь его имя изменилось, былые товарищи давно преданы земли или огню. И только одно осталось прежним - верный меч и немеркнущая слава. Слава... Правда, теперь эта уже совсем другая слава. Не слава доблестного победителя, а дурная слава врага всего живого. Путник тяжело вздохнул, хотя не имел в этом потребности.

Пора в путь. Что бы здесь не произошло, былого не вернуть, трупы не оживить, виновных не наказать, да и не хочется лишать кого-то жизни. Путник бросил последний взгляд по сторонам и решительно повернул на запад. Впереди еще были многие дни пути. Заветный Алберон где-то ждал его прихода.

* * *

Небольшой отряд всадников осторожно пробирался между рядами вековечных деревьев Заброшенного Леса. Тысячи глаз местного населения, в основном мелких грызунов, пристально и настороженно следили за непрошеными гостями. Солнце, стоявшее в зените, красило зелень крон в золотистый цвет, превращая угрюмый лес в уголок рая, насыщенный буйными красками.

Верховые внимательно смотрели по сторонам. Кони, привыкшие к просторам равнин, так и рвались вскачь, но наездники явно не спешили. Один из всадников спешился и опустился на правое колено рядом с широким ветвистым грабом. Острый взгляд заскользил по примятым стеблям худосочной травы.

- Что там? - спросил Туронх, сжимая коленями ребра коня, чтобы тот стоял на месте.

- Здесь кто-то был совсем недавно, - ответил Шаранх, не отрывая взгляда от травы. Пальцы его пробежали по смятым стеблям.

- Расиул, - Туронх поманил пальцем узкого поджарого уроженца Пиролоса, завернутого в темно-зеленые ткани, невесть как на нем державшиеся. - Отправляйся назад. Передай сииру Енгорту, что нашли след.

Через секунду небольшая лошадь вместе с наездником скрылась в густых зарослях.

- Что ж, Шимберг, ты почти у нас в руках, - злобно усмехнувшись, прошептал Туронх. Пиир Лирд лично назначил его в этот отряд, и Туронх не собирался обманывать оказанное на него внимание.

* * *

- Всё! - Масттэрро осмотрелся по сторонам. - Пришли.

Пять десятков оставленных ему в подчинение Шимбергом дружно брякнулись на землю, похожие на изнеможенных лошадей. Люди тяжело дышали и больше походили на зомби. Усталые тела отказывались двигаться дальше. Масттэрро только покачал головой. В харрской армии, не смотря на то, что ему довелось служить во флоте, приходилось иногда и по десять дней тащиться без отдыха неизвестно куда и зачем. А эти парни сдались уже через трое суток. Жизнь в Лесу приучила их сидеть на одном месте, а вовсе не к кочеванию, как многие думают.

- Разбить лагерь! - рявкнул Масттэрро.

Люди вяло зашевелились. Большинство осталось лежать на мягкой траве. Эрстуан, лучше всех выдержавший переход, пытался пинками и проклятиями расшевелить подчиненных. Его десяток выглядел свежее остальных, но и он не спешил приступить к работе. Несколько человек из передового отряда разведчиков без приказания уже рассыпались по окрестностям.

- Ладно, небольшой привал, - смилостивился Масттэрро. - Но чтобы к вечеру лагерь был готов.

По его предположениям они достаточно отошли на север, и теперь дуга охотников не должна их достать. Удобная для лагеря поляна повстречалась через три часа после восхода солнца. Масттэрро прикинул, что возможно столь хорошей позиции дальше может и не быть, поэтому решил остаться здесь. Учитывая, что светило едва достигло зенита, можно было с уверенностью сказать, что к вечеру лагерь будет готов.

- Ну и замотал ты людей, Масттэрро, - пробурчал подошедший Эрстуан. - Вон посмотри, Салдэм со своими мечниками еле дышит.

- Ничего страшного, - отмахнулся харрец. - Зато от Лирда ушли - это теперь точно. Суда он не сунется. А ребята к вечеру оклемаются, и будут как новенькие. А ужели Царидон ёще и караван какой-нибудь пошлет, все только благодарить меня будут.

- Будем надеяться, - согласился десятник лучников. - А то столько времени маяться без дела, с ума сойти можно. Кстати, как ты думаешь, сколько нам придется здесь торчать. Места-то незнакомые, Мазар знает, что тут может водиться.

- Не думаю, что больше недели, - Масттэрро ещё раз осмотрелся удачно ли он подобрал место для лагеря. Вроде все нормально. Четверть морры1 до Тракта, широкие стволы, густой подлесок скрывали широкую поляну от посторонних взглядов, большак с лигу как раз тянулся по прямой, в случае опасности

1 Одна морра равна половине лиги (прим. автора)

можно было укрепиться на холмах, возвышающихся в полуморре к северу. Поляна широкая, поросшая густой травой, все пять десятков спокойно поместятся на ней. Харрец довольно усмехнулся и успокоился.

- Недели? - брови Эрстуана подпрыгнули вверх, он явно рассчитывал, что меньше.

- А что такого? Ищейки Лирда обычно так просто не успокаиваются. Для три будет идти сама облава, ещё пару-тройку дней шпионы будут прочесывать лес вдоль и поперек, - пожал своими могущими плечами Масттэрро.

- А как же атаман?

- А что атаман?

- Он вроде должен вернуться скоро. Что если он попадет прямо в руки солдат? - предположил Эрстуан. - Ведь он не знает о нашем уходе. И естественно вернется в Старый лагерь.

- Атаман не такой дурак, - отрицательно покачал головой Масттэрро. - Он не сунется туда без разведки. Он ведь в курсе того, что Лирд собирается провести очередной рейд. Тем более, что оставил Сдейла в Трясовищах с приказом дожидаться атамана или же нашего возвращения. Ты знаешь насколько Сдейл отличный разведчик и следопыт. Уж его-то солдаты Лирда точно не возьмут.

- А-а-а, - протянул Эрстуан. - Понятно. А что ты сразу не сказал об этом?

- А ты вроде бы и не спрашивал, - ответил Масттэрро, слегка позевывая. Пустые разговоры обычно его утомляли. - О, вроде бы ребята зашевелились. Надо бы их поторопить.

- Не стоит, они сами справятся, - попросил присоединившийся к ним Салдэм. Он отправил свой десяток в лес, собирать хворост и стройматериалы. - Масттэрро, я хотел бы кое-что с тобой обсудить.

- Конечно, давай обсудим, - с готовностью согласился харрец.

- Я пойду, расставлю людей, - сказал Эрстуан, решив оставить десятника мечников наедине с временным атаманом. - Мало ли что?!

- Вот именно об этом я и хотел поговорить, - вставил Салдэм.

Эрстуан, уже повернувшийся спиной, замер на месте.

- Слушаю, - бросил Масттэрро.

- Хотят упорные слухи, что где-то поблизости шастает шайка древесных орков. Было бы верным усилить охрану и устроить постоянное патрулирование лагеря, - высказал свои соображения Салдэм.

- Что ж, ты прав, - согласился Масттэрро. - Даже если никаких орков нет, охрану нужно усилить, вот ты. Салдэм, этим и займешься. А ты, Эрстуан, отправь несколько людей на изгиб тракта лигой южнее, ты знаешь зачем. Всё.

Десятники согласно кивнули. Дальше дело привычное. Эрстуан отправился в свой десяток, выбрать нужных людей. Когда вернуться разведчики, Эрстуан собирался выбрать из них пару человек в довесок сторожевого отряда. Разведчики - они народ бывалый и опытный, дурного не посоветуют в случае чего.

* * *

Старые ступеньки узкой деревянной лестницы заскрипели под ногами молодого паренька, спускающегося вниз. За ветхие перила не хотелось браться не только из-за опасности сломать себе шею при падении вниз, но и просто из-за их неприглядного вида. А Тиамас драл с постояльцев такую цену и расхваливал свой кабак, словно всё в нем было ничуть не хуже, чем во дворце короля.

- Ты куда? - раздался грубый оклик сверху из комнаты, которую парень только что покинул.

- Сейчас вернусь, - ответил Солтахр, качая головой. - Только кувшин эля возьму.

- Я не хочу эль, - отрезал грубый женский голос.

- Зато я хочу, - буркнул в ответ Солтахр и преспокойно продолжил свой спуск вниз.

На первом этаже лестница расширялась, позволяя сразу трем человекам разойтись, не задевая друг друга. Ступени вроде бы недавно кто-то ремонтировал и часть перил были заменена. В общем только здесь лестница и напоминала что-то достойное. Видимо Тиамас, когда расхваливал свой кабак, всегда смотрел на подножие уходящей вверх лестницы.

Сам хозяин стоял за стойкой, делая вид, что протирает пивные кружки. Ардист куда-то делся, видимо взял отгул до вечера. Трое сухощавых пьяниц сидели за дальним столом и вяло бросали кости. Больше никого не было. Ещё бы - так всегда было в три часа после полудня. Зато к вечеру народу навалит - не протолкнуться. Тут наверное и Ардист вернутся, а сам хозяин будет посматривать хитрым глазом за посетителями, как он обычно и делал.

Солтахр зевнул и направился прямо к Тиамасу. Тот словно и не видел паренька, смотрел как-то странно, сквозь него. Пира был не дурак, чтобы хоть чем-то себя компрометировать. Солтахр обитал в его кабаке уже третий день. И кабачник находил это не очень приятным. Зато Солтахр считал подобное время провождения наилучшим вариантом. Трое суток безделья, за которое не нужно платить, были сущим раем, или почти. Днем Солтахр сидел внизу в общем зале, слушая треп прожженных пьяниц, вечером к нему присоединялась Ксира, чтобы кто-нибудь ненароком не пришиб его. Рааогл по-прежнему волком смотрел на паренька, но связываться с грозной валькирией не хотел.

Казалось, что все в округе побаиваются воительницу, хотя Солтахр никак не мог понять почему. Ночь они проводили вместе, и Солтахр и до этого знавший, что такое женские ласки, должен был отметить, что в этом деле Ксира большая мастерица. За всё платила тоже она. Но сколь не радужным выглядела сложившаяся ситуация, Солтахр был ей все же не полностью доволен. Не смотря на свои достоинства и деньги, Ксира оставляла желать лучшего в плане манер и сдержанности. Она была вспыльчива, груба, высокомерна и властна. На дух не переносила если что-то шло не по её планам. Поэтому Солтахру приходилось иногда туго, когда пару раз он проявил своеволие. Постепенно он приближался к мысли, что подобная жизнь не для него, и хороша только на короткое время. Парень собирался провести с валькирией ещё пару дня, а затем задать деру. Троян наверное заждался его.

Солтахр оглядел посетителей, ища взглядом знакомые лица. Ничего утешительного. Все трое, игравших в кости были не знакомы парню, да и лица их не внушали должного доверия.

- Здорово, Тиамас. Мы с тобой сегодня вроде как не виделись, - поприветствовал кабачника Солтахр.

- Здорово, - довольно уныло отозвался Пира.

- Эй, приятель, что с тобой? Разве твое питейное заведение не процветает? - Солтахр усмехнулся и кивком головы указал на друзей-выпивох.

- Я тебе не приятель, - буркнул в ответ Тиамас, затем отставил пивную кружку в сторону и тоскливо зевнул, показывая, что не настроен на разговор.

- Да-а? А я думал приятель, - пожал плечами Солтахр. - Что ж, мой неприятель, налей мне эля.

- Сначала заплати, - отрезал Пира. - У меня нет не для кого кредита. Ясно?

- Вполне, - согласился Солтахр, пытаясь нащупать в многочисленных карманах хоть какой-то медяк. Ничего. Парень развел руками. - Ну ты же знаешь, что за меня заплатят.

- Деньги вперед, - Тиамас, когда хотел, становился тверже скалы. - Я не хочу потом связываться с этой...

- Понимаю, - многозначительно протянул Солтахр.

Тиамас поманил его пальцем. Парень послушно перегнулся через стойку и подставил ухо. Игравшие в кости сделали вид, что ничего не заметили.

- Послушай меня, парень, - спешно зашептал Пира. - Уматывай отсюда. Не искушай судьбу. Она не известно каким боком тебе может повернуться. Эта валькирия - загадочная личность. Её боится половина округи. Никто не знает, чем она промышляет и где достает золотые. Заметь - золотые... Не каждый, даже самый удачливый, вор всегда возвращаться с таким кушем, как она. Она никогда ничего не делает просто так или за так. Понял? Ты ей нужен. Для чего? Раскинь мозгами. Единственное чем ты может похвалиться - это знакомство с Шимбергом. Теперь подумай, как можно заработать, используя тебя?

- Она не знает кто я, - возразил Солтахр.

- Откуда ты знаешь? - спросил Пира. - Ты даже не знаешь сколько ей лет и как её настоящее имя. Мало ли ты мог наболтать во сне. Или ты может уже разузнал, какие связи валькирия использует для обогащения?

- Нет, но...

- Ни каких "но", парень. Я очень уважаю Шимберга, я его должник, да и ты не плохой парень, так что я желаю тебе только добра. Говорю тебе, хватай свои пожитки и уезжай отсюда, - Тиамас замолчал, услышав шаги наверху.

Скрип половиц раздался снова прямо у них над головой. Солтахр поспешно отпрянул от стойки и принял скучающий вид. Трое выпивох равнодушно метали кости, иногда потягивая из кружек дешевое вино.

- Эй, мелкий мерзавец, где мой эль? - раздался грубый окрик сверху. Ксира, перегнувшись через перила, смотрела вниз. Рукоять меча настороженно торчала из-за её правого плеча.

- Сейчас, иду, - уныло буркнул в ответ Солтахр.

Тиамас хмуро усмехнулся и вытащил из-под стойки ещё одну кружку, которую тут же принялся с остервенением натирать. Дверь кабака слегка приоткрылась и, зависнув на мгновение в таком состоянии, вернулась обратно. Ветер гулял по окраинным улицам Лиадэ.

- Что ж, приятель Тим, теперь всё же придется дать мне кувшин эля, - жизнерадостно заключил Солтахр, найдя хоть что-то приятное в происшедшем. - Ксира не любит ждать.

- Если ты еще раз назовешь меня "приятель" или "Тим", я проткну твой плоский живот вертелом и повешу жариться над камином. Я ясно всё изложил? - Пира говорил всё это, не отрываясь от работы.

- Вполне, - согласился Солтахр, отступая назад. Он ничуть не сомневался, что Тиамас выполнит свою угрозу, не моргнув газом, и тогда уже никто не спасет жизнь бедного парня. - Но кувшин эля я всё же возьму. Если ты не против.

Кабачник поставил кружку на место и отправился куда-то в дальние недра своего заведения. Вскоре он вернулся, держа в руках запотевший пузатый жбан эля.

- Вот, - Пира протянул кувшин Солтахру. - Скажешь Ксире, что это будет ей стоить четверть кхарии.

Солтахр уже было хотел сказать, что это слишком дороговато, но передумал, решив предоставить решение этого вопроса самой валькирии. Он ловко подхватил кувшин и отправился обратно наверх. Лестница скрипела под ним так, словно он был горным великаном и весил не менее четырех сотен килограммов. До перил Солтахр все жё не рискнул дотронуться. Вдруг рассыплются у него между пальцев. Тиамас проводил его тяжелым взглядом, вздохнул и принялся за новую кружку.

Вечером за стойкой оказался Ардист. Он непринужденно болтал с посетителями, изредка отпуская соленые шутки в адрес городских стражников. Зал был уже заполнен на половину, когда Солтахр спустился снова. У него был слегка заспанный вид. После того, как Ксира споила ему половину кувшина эля, он уснул, как убитый, и проснулся только двадцать минут назад с чудовищной головной болью. Четверть кхарии - как же, цена проклятому элю не больше двух медяков.

Самого хозяина не было видно. Посетители - в основном постоянный контингент - весело орали какую-то разудалую песню по нравы некоторых девиц. Солтахр, наученный горьким опытом, присел за дальним столиком, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. Рааогла не было видно, но буйным северянин мог появиться в любой момент.

Тиамас появился через час после вечернего обхода стражи. Его лицо ничего не выражало, но было видно, что он напряжен. Солтахр потихоньку потягивал эль и посматривал по сторонам. Тупая головная боль постепенно отступала. За соседним столом четверо с внешностью отъявленных головорезов резались в кости. Мелкие медные монеты переходили из рук в руки.

От скуки у Солтахр свело рот, и он постоянно зевал. Ксира сказала, что спуститься позже. Оно и к лучшему. Парню не очень хотелось, чтобы все видели, как она им командует.

Дверь в очередной раз открылась. Солтахр скользнул взглядом по новому посетителю и задумался. Что-то знакомое было в нем, хотя длинный плащ скрывал контуры тела, а густые тени, слабо разгоняемые щадящими факелами, искусно скрывали черты лица. Где-то парень его видел. Солтахр был в этом просто уверен. Вслед за новоприбывшим в кабак ворвался Рааогл. Северянин окинул зал быстрым взглядом и, натолкнувшись на Солтахра, глухо зарычал, как зверь. Пусть себе бесится, Ксира - надежная охрана.

Тиамас присоединился к Ардисту за стойкой. Пара девиц легкого поведения, служившие одновременно официантками, сновали между столами, ловко избегая широких мозолистых ладоней, так и норовивших шлепнуть их по заду.

Солтахр некоторое время следил за Рааоглом, но сегодня северянин был смирен, как овечка. Тем более, что пришел он один, без остальных членов своей шайки. Уяснив это, Солтахр переключил свое внимание на заинтересовавшую его личность. Тот уселся в самом темном углу общего зала и дела вид, что пьет вино. Хотя длинные полы плаща надежно укрывали человека от посторонних взглядов, Солтахр готов был поспорить с кем угодно на что угодно, что под плащом у парня минимум кольчуга, а за поясом меч или иное колюще-режущее оружие.

Официантка поставила перед парнем здоровенный кувшин эля. Солтахр удивленно поднял глаза. Он ничего не заказывал.

- Господин Тиамас угощает, - объяснила официантка и удалилась, покачивая бедрами.

Удивлению Солтахра не было предела, еще в обед кабачник утверждал, что никому не дает в кредит, а теперь угощает целым кувшином эля. Что-то здесь не так. Солтахр аккуратно отлил немного себе в кружку. Рука его случайно коснулась дна. Там что-то было. Незаметно, а в этом парень поднаторел, Солтахр вытащил клочок пергамента, прикрепленного ко дну кувшина.

С самым равнодушным видом, неторопливо потягивая эль, Солтахр, держа записку под столом, прочел написанное. Хорошо, что образованный Шимберг дал ему пару уроков по чтению на корсанском. "Беги немедленно. Валькирия что-то готовит. Вокруг слишком много стражи". Солтахр подивился, что какой-то кабачник так ловко умеет писать. Но кто его знает этого Тиамаса, кем он был до того, как стал держателем подобного заведения.

Солтахр как бы невзначай осмотрелся по сторонам. На мгновение ему показалось, что посетитель, показавшийся ему знакомым, наблюдает за ним. Но тени, лежащие на его лице, не давали подробно рассмотреть так это или нет. Что же делать? Солтахр крепко задумался. В принципе он и сам понимал, что оставаться слишком долго в городе опасно. Но хотелось побыть здесь еще хотя немного. В итоге Солтахр все же склонился к мысли, что пора и ноги делать. Он даже решил, что Тиамас пожалуй прав, и бегством пора заняться прямо сейчас, когда на его плечо мягко опустилась знакомая рука.

- Пошли, - шепнула, склонившись к самому уху, Ксира и слегка сжала плечо парня, давая понять, что возможные пререкания бесполезны.

- Куда? - Солтахр не мог не спросить.

- Пошли, - повторила Ксира и сильнее сжала плечо парня. - У нас есть дело. Едем. По дороге всё объясню.

Солтахр слабо кивнул и незаметно для валькирии проверил на месте ли кинжал, заткнутый за пояс. Тиамас провожал их внимательным взглядом. И не только он. Незнакомец, сидящий за дальним столом тоже пристально следил за ними. Рааогл бросил хмурый взгляд на старого обидчика, но тут же вернулся к выпивке, наткнувшись на серо-стальные глаза воительницы.

Хорошо смазанная дверь слабо скрипнула, выпуская их в темноту ночи. Щадящие факелы виднелись вдалеке, ближе к центру города. Лиадэ находился в состоянии сна, во всяком случае большая его часть.

Ксира тянула парня за руку, направляя его куда нужно. Солтахр не особенно сопротивлялся, прекрасно понимая, что в данный момент это бесполезно, если даже не опасно. Никто из них не заметил, как вслед за ними из кабака "Три грифона" выскользнула неприметная фигура, совершенно не заметная в темноте хозяйки-ночи.

- Ну и куда мы едем? - спросил Солтахр, заранее зная, что ответа может и не услышать. - Можешь объяснить?

- Тише, ты, - шикнула на него Ксира. - Хочешь чтобы нас услышали? Нас запросто могут прирезать. А ты орешь во всю глотку. Не был никогда в городе ночью, что ли?

- Это неважно, - заметил Солтахр, понижая голос. - Я хотел бы все-таки узнать, куда мы направляемся?

- Какая тебе разница? Прибудем на место, тогда и узнаешь, - пообещала Ксира. - А сейчас заткни пасть и шагай, давай.

Солтахр только пожал плечами. Справиться с валькирией, которую боялся даже Рааогл, парень и не надеялся. Что ж, подождем, чем всё это кончиться. Правда, Солтахру стало не по себе от слов воительницы, сразу вспомнился Тиамас и его предостережения. Но врожденная беспечность было второй натурой помощника Шимберга...

Они продолжили путь, не замечая, как следом скользит незаметная тень. Широкие ткани скрывали тело, маскируя его под шершавые стены, лица не было совсем видно, и только руки иногда появлялись из-под развесистых рукавов.

Солтахру казалось, что идут целую вечность. Ксира вела его одной ей ведомой дорогой. Солтахру подобный путь виделся сплошным лабиринтом из пересекающих друг друга зловонных переулков. Вскоре у него начали болеть ноги, не привыкшие к таким прогулкам. По густой траве равнины или мягкой земле леса Солтахр способен был пройти десяток лиг без особой устали, но в городе... Здесь все казалось другим. Давящим, душащий, сжимающим, разрушительным и гибельным.

Тень незнакомца не отставала от них ни на шаг. Изредка подобные тени проскальзывали вдоль улиц трущоб, и тогда Ксира с Солтахром прижимались к шершавым стенам, стараясь слиться с ними. Неизвестные всегда опасны. Аксиома жизни в воровском квартале.

Солтахру начало казаться, что идут уж слишком долго, и должны были бы уже пройти город насквозь. Ноги и спина ныли непривычной болью. Пот каплями начал набухать на лбу. Какой-то тяжелый воздух давил на грудь. У Солтахра на мгновение возникла мысль, что может быть всё дело не в городе, а в эле, который он пил ещё в обед. Уж больно странным показался ему напиток.

Ксира внезапно, без видимой причины, дернула его за рукав и прижала к стене. Солтахр покорно подчинился. Впереди виднелся небольшой проулок, ничем не отличающийся от сотен других. Ксира осторожно выглянула из-за угла, не давая парню возможности даже пошевелиться. Тишина и больше ничего.

- Стой здесь. Я сейчас проверю кое-что и вернусь, - прошептала Ксира, аккуратно вытягивая свой клинок из-за плеча.

- Мы пришли? - спросил Солтахр, как завороженный наблюдая за блеском стали.

- Да. А теперь заткнись, - Ксира бесшумной кошкой скользнула в темноту переулка.

Солтахр прислонился к стене и закрыл глаза. Что-то было здесь не так. Но что? В голове роилось столько мыслей, что разобраться в них было просто не возможно. Вспомнились предупреждения Тиамаса, собственные недобрые предчувствия, что-то гнетущее витающее в воздухе. Что-то не так... Что-то не так... Что-то...

Солтахр чуть не взвизгнул, когда чья-то рука опустилась ему на плечо. Сердце совершило стремительный прыжок и оказалось застрявшим где-то в горле.

- Тихо ты, - шикнула на него вернувшаяся Ксира. Теперь Солтахр точно знал, что валькирия искусством ходить бесшумно овладела в совершенстве. - Идем. Всё в порядке.

- Так что же нам придется делать? - спросил Солтахр, постепенно успокаиваясь. Идти ему что-то совсем расхотелось, но сказать подобное Ксире ему даже не приходило в голову.

- Лично тебе - ничего, - сухо ответила валькирия. - А теперь вперед. Или ты собираешься дожидаться здесь рассвета?

- Ну раз мне ничего не надо делать, я мог бы подождать тебя и здесь, - заметил Солтахр, опустив взгляд.

- Вперед! - Ксира силой вытолкала его за угол. - Иди. Наше сегодняшнее дельце целиком касается тебя.

- Да? И чем же?

- Как тебе это сказать? - Валькирия вытянула из-за плеча свой узкий клинок. - Пиир Лирд назначил пятьдесят золотых за голову некоего Шимберга. Знаешь, я работала наемником во многих странах и, представь себе, везде пятьдесят золотых - это пятьдесят золотых, то есть хорошие деньги. Мне не всегда за пару месяцев удавалось заработать столько. А тут... В общем я заинтересовалась этим делом. Но найти Шимберга, а тем более поймать или убить его оказалось делом не простым. Насколько мне удалось разузнать, он бывший дворянин, лишенный своего поместья войсками Ульримо, значит он неплохо владеет мечом. А это хочу тебе сказать уже само по себе неприятно. У него около сотни человек, и где они находятся никто не знает. Или же знает, но не желает делиться информацией. Я уже отчаялась заработать на этом деле и решила переехать поближе к северу, когда до меня дошел слух, что в городе появился странный паренек, очень похожий на помощника Шимберга. Надо же, думаю, какая удача. Надо бы найти и поговорить с этим пареньком. Я отправилась в свой любимый кабак "Три грифона", чтобы навести кое-какие справки и отметить это дело. И что я вижу? Паренек, которого я собиралась разыскивать по всему городу, затеял ссору с Рааоглом и уже приперт к стенке стаей головорезов.

С каждым словом Ксиры Солтахр бледнел всё больше и больше, сознавая в какую передрягу он угодил на этот раз. Валькирия была во власти сделать с ним всё что угодно. Её длинный узкий клинок и отличные навыки бойца давали ей такое право.

- Я решила помочь пареньку, ведь без него моё предприятие не могло иметь успеха. Рааогл оказался всего лишь здоровенным петухом, способным напасть лишь на слабого. Паренек оказался благодарным. Надо это отметить. Два дня ушло у меня на то, чтобы удостовериться, что я спасла именно того, кто мне нужен. Это оказалось правдой. Несколько человек подтвердили, что видели с Шимбергом, когда он бывал в городе, юного парнишку. По описанию, данным этими людьми, выходило, что спасенный мною и являлся помощником Шимберга. Оставалось провернуть завершающую часть операции и пятьдесят монет окажутся у меня в кармане. Я договорилась с ближайшим помощником пиира Лирда сотником Тровком, и дело оказалось в шляпе. Паренек особо не противился встрече с сотником, тем более, что он о ней и не подозревал. - Ксира усмехнулась и развела руками, словно говоря, извини парень, такова жизнь.

- Смотри, мы пришли. И кажется тебе уже заждались, - валькирия рукой указала вперед.

Бледный, как праздничная скатерть, Солтахр тупо уставился на редкую цепь воинов, перекрывших чуть далее улицу поперек. В неверном свете далеких звезд тускло поблескивали наконечники пик, которые солдаты держали наперевес.

Солтахр обернулся назад, но меч Ксиры настойчиво попросил его отказаться от мысли о побеге. Валькирия пожала плечами, словно повторяя, что такова жизнь. Из глубокой тени появилась высокая фигура, облаченная в слегка бряцавшие доспехи.

- Это он? - спросил глухим голосом незнакомец.

- Да, - ответила Ксира.

- Взять его, - приказал закутанный в доспехи и жестом указал на замершего Солтахра.

Трое пикейщиков разорвали строй и направились к парню, держа оружие наготове. Сзади стояла настороженная Ксира, меч которой тоже не торопился вернуться в ножны. Солтахр почувствовал выступивший на лбу пот и осторожно нашарил длинный кинжал, заткнутый за пояс. Чтобы не случилось, он не собирался стоять и покорно ждать, как ягненок на заклании.

Всё, что случилось следом, разворачивалось с такой скоростью, что глаз едва успевал отмечать происходившие события. Сначала Ксира, внезапно дернувшись влево, болезненно вскрикнула и отвлеклась от своего пленника. Солтахр в подобные минуты проявлял особую сообразительность. Ждать было нельзя ни секунды. Неизвестно, что отвлекло валькирию, но это дало парню шанс на побег. Пикейщики, завидев бегущую жертву, бросились следом. Закутанный в доспехи человек, а это был сотник Тровк, грязно выругался и потянулся за своим клинком.

Пробегая мимо Ксира, Солтахр отметил, что она ранена в бедро. И видимо только её внезапный рывок спас ей жизнь. Человек, нанесший валькирии этот коварный удар, как раз заворачивал за угол. Солтахру удалось разглядеть лишь длинные полы широкого плаща. Кто бы он ни был, он сохранил парню жизнь. Вот только зачем?

Солтахр отбросил прочь посторонние мысли и сосредоточился на бегстве. Ноги несли его с пугающей быстротой. От усталости, навалившейся на него десять минут назад, не осталось и следа. Организм знал свое дело. Когда надо, он высвобождал потаенные резервы энергии, дабы спасти хозяину жизнь.

Фигура незнакомца мелькнула несколько раз впереди, но Солтахр не мог рассмотреть его на фоне тенистых выщербленных стен. Вскоре парень и думать забыл о своем спасителе. Погоня висела на плечах. Тровк не мог отказать от такой лакомой добычи так просто. Солдаты страшно гремели доспехами, что позволяло Солтахру постоянно знать, где и на каком расстоянии находятся его преследователи. Тровк ругался так, что мог заставить покраснеть и самого Мазара. Про Ксиру видимо все забыли и валькирия поспешила покинуть место, неудавшейся операции передачи. Хотя и её не стоило сбрасывать со счетов. Она вполне могла начать собственную погоню.

Солтахр тяжело дышал, но продолжал нещадно терзать свое тело, заставляя ноги двигаться как можно быстрее. Солдаты, привыкшие к подобным пробежкам, постепенно его нагоняли. О, если бы он знал эти трущобы, как знает свой любимый Лес, они бы никогда бы его не нашли, а так... Кто знает, что случиться, если он повернет не туда? Что его ждет? Тупик и радость Тровка?! Ну уж нет.

Чья-то рука довольно грубо схватила его за плечо и рывком затащила в узкий мерзко воняющий переулок. Солтахр даже испугаться не успел, но рука его сама потянулась к кинжалу.

- Молчи, - резко сказал незнакомец, спасший ему жизнь, а это был он. - Следуй за мной. Быстро.

Солтахр хотел было сказать, что не намерен подчиняться кому бы то ни было, но дробный стук подкованных сапог, заставил его отказаться от пререканий.

Незнакомец повел его такими узкими проулками, что будь Солтахр хоть немного потолще, то он мог бы и застрять между шершавыми стенами. Звуков погони больше не было слышно. Они свернули несколько раз. Теперь Солтахр вообще не знал, в какой части города он находиться. Он тяжело дышал, чувствуя, что силы его уже на пределе. Незнакомец остановился и осторожно выглянул за угол. На нем было какое-то странное одеяние, чем-то похоже на плащ. В руках тускло поблескивал длинный узкий меч. Шимберг сразу бы признал в клинке ковку горных гномов.

- Может, передохнем? - попросил Солтахр, жадно глотая воздух открытым ртом.

- Можно немного, - согласился незнакомец. - Солдаты сейчас ушли далеко вперед. Им потребуется с полчаса, чтобы понять, что потеряли твой след. Затем они начнут методично прочесывать весь район. И если к тому времени мы не уберемся отсюда...

- Понятно, - кивнул Солтахр. - А теперь главный вопрос. Кто ты?

- Меня зовут Авер, - пожал плечами незнакомец. Солтахр, наконец, понял, что именно его он видел сегодня в кабаке Тиамаса.

- И это всё?

- Всё. А что ещё? - в голосе Авера звучала какая-то тяжесть, словно ему было тяжело разговаривать.

- Почему ты помогаешь мне? - Солтахра посетила одна простая мысль, и рука сама легла на рукоять кинжала. - Хочет продать меня подороже?

- Что? - удивился вполне искренне Авер. - Мне даже не приходила в голову подобная мысль. Я мог бы запросто прирезать валькирию где-нибудь в темном переулке, когда она бы возвращалась с деньгами, а не бегать тут с тобой.

- А что же тогда? - Солтахр смутно чувствовал, что негаданному спасителю можно верить. - Я видел сегодня тебя в кабаке. Ты следил за мной?! Но мне также кажется, что я тебя видел еще раньше. Только где не помню.

- А у тебя не плохая память, - усмехнулся Авер, прижимая меч к бедру, чтобы его не так было заметно. - Три дня назад мы столкнулись с тобой на улице. Я охотился на одного старика.

- А как же помню-помню, - пробормотал изумленный Солтахр. Как затейливо складываются нити Судьбы. Случайная встреча на захламленной улочке обернулась спасением жизни. - Мне ещё показалось, что уж больно странный старик.

Авер издал непонятный звук, видимо изображавший смех. Полы его одеяния взметнулись, поднятые резким порывом ветра, и звезды осветили толстые звенья ловко подогнанной кольчуги.

- В чем дело? - спросил Солтахр, наслаждаясь минутами отдыха.

- У тебя наметанный глаз, - пояснил Авер. - Старик действительно оказался не там, за кого себя пытался выдать. Хочешь - верь, а хочешь нет, но это был Зотанн Шутник.

- Кто? - переспросил Солтахр, усиленно роясь в дальних уголках памяти, пытаясь выяснить, знал ли он когда-нибудь парня с подобным именем.

- Зотанн Шутник, его еще называют иногда Сооглом, и кучей других имен, но их я не помню. Короче - это первый полководец армии Армаэля, - пояснил Авер.

- Ты имеешь в виду Армаэля - бога правосудия, - на всякий случай уточнил Солтахр.

- Вот именно, - подтвердил Авер.

- Нормально, - усмехнулся Солтахр. - Сначала встречаешь парня, который утверждает, что встречался с Неупокоенным Рыцарем. Теперь с другим, который охотился на посланца Богов. И после этого последний спасает твою шкуру неизвестно по каким причинам. Прекрасный день Просто чудесный.

- Ладно, парень, можешь мне не верить. Твое дело, - пожал плечами Авер. - Зотанн передал мне волю Богов. А затем смылся.

- И в чем заключалось послание? - поинтересовался для вида Солтахр.

- Боги отмерили мне три дня жизни. И сегодня этот срок истекает, - ответил без особого энтузиазма Авер.

- Видно ты им здорово насолил, - заметил Солтахр. На мгновение ему показалось, что он снова слышит дробный стук солдатских сапог, но то был лишь ветер, гремящий мусором.

- Да, не без того, - согласился Имрраот, как его еще называли на темных улицах Лиадэ. - Полагаю, они сочли, что я покушаюсь на их власть.

- Ты, что колдун? - глаза Солтахра подозрительно сузились. Он на дух не переносил всякое чародейство.

- Нет, что ты, - отмахнулся Авер. - И близко не знаком с магией.

- А как ты ещё мог бы покуситься на власть Богов? - Солтахр скривил губы в презрительной ухмылке.

- Не важно1, - бросил Авер, закрывая тем самым тему. - Важно лишь то, что я спас тебя.

С этим Солтахр не мог не согласиться. Ветер продолжал упорно шелестеть мусором. Солтахр чувствовал, как слабость постепенно проходит, и отдохнувшие мышцы готовы к новым действиям. Как бы невзначай, он вытащил из-за пояса свой кинжал.

- Нам нужно идти, - просто сказал Авер. - Солдаты скоро начнут прочесывать район.

Солтахр кивнул и последовал за поводырем. Они, как казалось Солтахру, тупо метались из одного проулка в другой, которые отличались друг от друга лишь изобилием хлама и вони. Авер, проживший в этих трущобах всю жизнь, уверенно двигался в одном только ему ведомом направлении.

- Слушай, а как ты нашел меня? - спросил Солтахр, непривыкший долго молчать.

- Было не трудно, - усмехнулся на ходу Авер. - Слухи...

- Можешь не продолжать, - прервал его Солтахр, вспомнив объяснения Ксиры. Валькирия изложила всё предельно ясно - кто хочет, тот найдет.

_____________________________________________________

1 Подробнее об этом читайте в рассказе "Судилище"

- Как знаешь, - буркнул в ответ Авер. Клинок он крепко сжимал в руке, держа его под каким-то странным углом. Это означало, что он не очень-то умел им владеть.

Ветер доносил до них тихие шорохи, которые сам же и порождал. Иногда Солтахр слышал голоса, но они были далеко. Авер вообще ни на что не обращал внимания. Он отлично ориентировался в подобных районах и знал, какие звуки опасные, а какие нет.

Звезды на далеком холодном небе начали тускнеть, словно угасающие свечи на трапезном столе Богов. Близился рассвет. Солтахр, проведший в бегах почти всю ночь, еле передвигал ватными ногами. Его проводник выглядел более бодрым, не смотря на дополнительный груз стальной сетки кольчуги.

- Всё! Теперь нас не найдут, - Авер почесал кончик носа, глаза наблюдая за дальним концом вонючего проулка, в котором они нашли временное пристанище. - Во всяком случае солдаты.

- А что может быть кто ещё ищет нас? - спросил Солтахр, потому что не мог этого не спросить.

- О, да! - раздался чей-то жутко знакомый голос, от которого у помощника Шимберга побежали мурашки по спине.

От тени ближайшего убогого строения, называемого жилым домом, отделилась тонкая фигурка. Она двигалась совершенно бесшумно, плавно приближаясь к замершим беглецам. Свет ещё не угасший полностью звезд отражался от узкого клинка.

- Ксира! - невольно воскликнул Солтахр.

- Валькирия, - изумленно пробормотал Авер.

- Не ждали? - усмехнулась наемница. - Рановато вы сбросили меня со счетов.

- Это конец, - тупо произнес Авер, но рука сама подняла меч в защиту.

- Эй, глупый бродяга, убирайся подобру-поздорову, и я забуду, что ты напал на меня со спины и проткнул бедро, - посоветовала Ксира, она медленно приближалась, замирая после каждого шага, как кошка перед решающим прыжком.

Авер лишь только покачал головой. Меч его поднялся ещё выше. Свободной левой рукой он сорвал с себя мешавший плащ, обнажая тугие кольца кольчуги.

- Это тебя вряд ли спасет, - усмехнулась валькирия, но в голосе её не было уже прежней уверенности. Доспехи гномов славились удивительной прочностью.

- Беги, парень, - бросил Авер через плечо. - Это моя Судьба. Я должен принять этот бой. Беги, я задержу её.

- Но... - попытался возразить Солтахр, когда Ксира внезапно, одним прыжком преодолев разделавшее их пространство, налетела на Авера.

Клинки сшиблись в воздухе, высекая рыжие искры. Ксира яростно зарычала. Авер напротив молчал. Сталь мелькала с огромной скоростью. Меч валькирия превратился в один сплошной круг, где смертоносный было всё. Авер, как мог, отбивал сыпавшиеся на него удары, некоторые пропускал, но спасали кольчуга.

Солтахр попятился. Грудь его тяжело поднималась и опускалась. Что делать? Жалкий огрызок стали зажатый в правой руке не помог бы продержаться против валькирии и двух секунд. Бежать? Но Авер...

Солтахр развернулся и побежал. В конце концов он ничем не мог помочь своему спасителю. Ксира прирезала бы его, как цыпленка. Ноги Солтахра ещё не забывшие сумасшедшей ночной гонки нехотя несли хозяина вперед. Встречный ветер ярился в его волосах. Позади слышались звонкие удары стали и бешеный крик вопящей Ксиры.

Но куда бежать? Неизвестно. Неизвестно, потому что не знаешь даже где находишься. Авер завел его так глубоко в трущобы, что выбраться отсюда было не менее сложной проблемой, как и избежать клинка Ксиры.

Солтахр бежал наугад, слепо доверясь Судьбе. Что-то заставляло свернуть в нескольких местах. Что именно он не мог сказать. Просто поворачивал за угол и бежал дальше. Ноги вскоре начали протестовать, всю ночь туда-сюда. Легкие просто разрывались, воздух огнем жег их изнутри.

Он остановился и, упершись рукой о стену, решил передохнуть. Но похоже сегодня Боги решили позабавиться над бедным пареньком. Не прошло и полминуты, как он услышал недалеко стук солдатских сапог.

Солтахр нырнул в какую-то темную подворотню через полуразваленную дверь, не особо сопротивлявшуюся непрошеному гостю. Голоса и топот десятка ног постепенно приближался. Солтахр забился в угол безлюдного двора и решил здесь переждать.

- Проклятый юнец! - раздался внезапно чей-то голос прямо под ухом у затаившегося парня. Солтахр от страха чуть не выпрыгнул из своей засады.

- Чтоб ему в аду гореть, - поддакнул другой голос. - Носимся из-за него по всему городу. Бродяг всех уже распугали. И главное - его никто нигде не видел. Демоны утащили его что ли?

- Ха, с одной стороны это было бы не плохо, но с другой стороны Лирд с нас три шкуры спустит, а не с демонов.

Солтахр внимательно прислушался. Говорившие стояли прямо за грубым забором, под которым парень нашел себе убежище. Его и солдат разделяла лишь тонкая полусгнившая древесина ветхих досок.

- Смотри, Тровк идет, - сказал первый голос, и не надолго воцарилось молчание.

- Хвост Мазара вам в печенку! - рявкнул новый голос, в котором Солтахр распознал сотника, устроившего на него охоту. - Где он?

- Ещё не нашли, господин сиир, - отчеканил первый голос.

- Вас только шлюх посылать искать, - Тровк явно был не в духе. - Ты, Перессей, лично отвечает за поимку этого сопляка. Чтоб к утру доставили во дворец господина Лирда. Ясно? Если нет, попрощаетесь со своими должностями. Разжалую в рядовые к Сааху.

- Ясно, господин сиир, - пролаял в ответ Пересей, обладатель первого голоса. - Но, господин сиир, поимка беглеца зависит не только от нас, и вполне возможно...

- Что? - рявкнул Тровк.

- Сделаем всё возможное и невозможное! - тут же отчеканил Перессей. Второй десятник решил, что лучше молчать.

- Так-то оно лучше, - усмехнулся Тровк. Его несносный, вспыльчивый и грубый характер был знаком каждому солдату городского гарнизона. Его именем пугали новобранцев. - Куда-то эта проклятая валькирия запропастилась. Кто-нибудь её видел?

- Ни как нет, господин сиир, - отрапортовал Перессей. - Со времени побега парня, наемница исчезла и больше не появлялась.

- Плохо. Мазар похоже помогает этому сопляку. Если его не поймают, нам всем придется плохо. Особенно вам! Поймать Шимберга невероятно сложно, и пиир Лирд уже просто сгорает от бешенства. И если парня не найдут... - Тровк покачал головой, подводя итог вышесказанному. - Не завидую вам, не завидую.

- Мы уже поняли! - воскликнул второй десятник. Голос его прозвучал настолько резко, что сразу становилось ясно, что он очень напуган.

- Нет вы ещё не всё поняли, - вкрадчиво сказал Тровк, решивший добить подвернувшихся под руку подчиненных. - Парень единственный шанс выйти на Шимберга, этого шакала. И если вы лишите пиира и этой возможности... выполнить свой долг, участи ваши будут предопределены. Правда, есть ещё один шанс. Объявился некий осведомитель, но его сведения ещё надо проверить. Не советую на это очень надеяться, за пятьдесят золотых монет можно придумать всё что угодно. Так что - парень пока единственная дорожка.

Ответа со стороны десятников не последовало. Солтахр различил лишь дробный стук сапог, частота которого говорила о том, что вояки бросились бежать. Тровк ещё постоял некоторое время, и не подозревая, что вожделенная добыча находиться в полуметре от него, а затем посмеиваясь куда-то скрылся.

Скрючившийся Солтахр ещё с полчаса пролежал в грязной подворотне, с ужасом слушай, как мимо ветхой ограды туда-сюда маршируют солдаты. Они что-то озлобленно бормотали, иногда громко изрыгая проклятия и подобные им ругательства.

С первыми лучами солнца Солтахр решился покинуть свое убежище. Вокруг всё было тихо. Бродяги заползли в свои щели, проклиная солдат, испортивших ночь. Ветер уныло шнырял по пустынным улочкам, вяло теребя различный мусор.

Западные ворота находились не более, чем в трех кварталах. С рассветом Солтахр сумел-таки сориентироваться и определить свое месторасположения. Чтобы добраться до кабака "Три грифона", надо было бы пройти полгорода, а это очень опасно. Западные ворота, конечно, рядом, но ясно как день, что их будут усиленно охранять.

Солтахр решил пойти на последнюю хитрость. В пяти кварталах к северу находились другие ворота. Ими редко кто пользовался, и только для одного - вывозить мусор из центра. Возможно стража ещё не предупреждена, и он сможет незаметно проскользнуть.

Полностью положившись на эту идею, Солтахр бодрым шагом отправился в путь. Без приключений достигнув намеченной цели, парень убедился в своих предположениях. Двое стражников мирно дрыхли, расположившись прямо на голой земле.

Солтахр не мог не воспользоваться подобной возможностью, и бесшумно выскользнул за пределы города. Небольшую равнинную полосу, отделяющую город от Леса, он преодолел с поразительной скоростью. Через полминуты ласковые кроны родных деревьев приняли под свою защиту худое тело Солтахра, мозг которого был переполнен лишь одной мыслью о возможном предателе.

* * *

- Хорошо-то как, - блаженно протянул Эрстуан, потягиваясь на шелковистом ковре травы. - Было бы здорово вот лежать и лежать, глядя в далекую голубизну неба.

- Да, конечно, - согласился Масттэрро.

- По-моему ты не очень счастлив, приятель, - заметил Эрстуан, позволив себе на секунду оторваться от созерцания окружающей красоты.

- Я ты наблюдателен, - усмехнулся Масттэрро и добавил: - Иногда.

- Но почему? - удивился десятник лучников. - Посмотри, как здесь прекрасно. Можно сколько угодно отдыхать. Наконец-то можно хоть немного расслабиться. А ты...

- В могиле расслабишься, сколько угодно, а сейчас... - Масттэрро сокрушенно покачал головой. - Ты думаешь, раз мы ушли от ищеек Лирда, то всё - здравствуй привольная жизнь, лишенная опасностей и смерти. Ты глубоко ошибаешься. Вспомни хотя бы о банде орков, рыщущей по округе. Да мало ли здесь может быть всего! А ты говоришь о красоте, об отдыхе... Да я не слепой. Я вижу окружающую нас природу, да она просто великолепна, но мы здесь не на прогулке. Мы в бегах.

Эрстуан уставился в небо, обдумывая слова Масттэрро. Второй день они проводили на новом месте. И пока что всё было просто великолепно. Замечательные места - самые северные окраины Заброшенного Леса. Они, как узкий кинжал, врезались в податливое пустынное тело равнины, поросшее побегами ковыля и разнотравья. С десяток молодцов сновали по лагерю, не находя себе места. Разведчики и часовые, как всегда, были в дозоре. Это устраивало всех. Всех, кроме Масттэрро. Его это место настораживало, как и многие другие тихие и спокойные местечки. До поры до времени тихие и спокойные.

Ветер ласково перебирал в воздушных струях, заменявших ему руки, ярко-зеленую листву. Птицы старались перепеть друг друга. Солнце заливало своими лучами всю поляну. И, как вчера убедился Эрстуан, к обеду от этого становилось жарко.

Просто рай. Рай на земле. Всё прекрасно. Трое лучников, направленные за провиантом, вернулись с тушей кабана и двумя зайцами. Ручей, протекавший в трех десятках шагах от лагеря, обильно снабжал людей водой. Отличное убежище.

- Хватит разлеживаться, - пробурчал Масттэрро. - Ещё полно дел. Нужно укрепить западную границу лагеря и провести глубокую разведку на севере.

- Ну ещё немного, - попросил Эрстуан, успевший изрядно расслабиться. - Разведчики ещё не вернулись. А насчет границы - поговори с Салдэмом. А я подожду своих ребят. А потом мы отправимся на север. Идет?

- Хорошо, - уступил Масттэрро. - Смотри только осторожно там. Кто знает - может слухи о шайке древесных орков не такие уж и выдумки.

- Ты же знаешь нас, приятель. Нас с парнями с так-то просто застать врасплох, - беззаботно протянул Эрстуан, ещё раз потянувшись.

- Ага, это точно, - усмехнулся Масттэрро и отправился искать Салдэма.

* * *

Десяток всадников узкой колонной двигался по лесу, искусно маневрируя между вековечными исполинами. Лошади иногда храпели, выражая свое недовольство, или когда из-под лежащего камня внезапно выползала змея. Верховые деловито осматривались по сторонам, держа ушки на макушке. И только передовой воин сосредоточил всё свое внимание на травянистом ковре. Его взгляд не отрывался от земли, если бы ему позволили, то он бы слез с лошади и на четвереньках продолжил бы путь, выискивая след беглецов по запаху.

- Ну что там? - спросил Туронх, тщетно сдерживая зевок.

Вторые сутки они упорно шли по следу. Если бы не умение Шаранха, то они бы потеряли бы его еще возле старого лагеря разбойников, обнаруженного в пяти лигах к северо-западу от Лиадэ. Туронх немилосердно гнал своих людей вперед, останавливаясь на привал лишь для того, чтобы дать передохнуть лошадям и перекусить что-нибудь на скорую руку. Беглецы опережали их самое многое на день, и Туронх торопился сократить этот разрыв.

- Они прошли здесь часов пятнадцать назад, - сообщил Шаранх, свесившись с седла, чтобы получше всё рассмотреть. - И ещё...

- Что ещё? - нетерпеливо воскликнул Туронх. Он вообще не отличался терпеливостью, а в вопросах касавшихся денег в особенности. Указ пиира Лирда о награде в пятьдесят золотых монет за голову Шимберг распространялся и солдат.

- Кто-то здесь прошел после них, - выложил Шаранх, всё что сумел извлечь из примятой травы.

- Конкуренты?! - в негодовании Туронх выхватил из ножен широкий меч и чуть не оттяпал правое ухо собственному коню. Бедное животное от страха взбрыкнуло, едва не сбросив седока. - Стой ты, ходячее мясо!

- Не знаю, - пожал плечами Шаранх. - Могу только сказать, что здесь прошел один человек, пеший, в доспехах, его следы настолько вдавили прошлогоднюю листву, что могу сказать, что скорее всего в полном рыцарском вооружении, и прошел он не более пяти часов назад.

- Мазар бы вас побрал, ленивые псы! - рявкнул Туронх на сбившихся в кучу своих подчиненных. - Нам необходимо двигаться быстрее. А то из-за вашей непроходимой лени, мы окажемся не удел. И кто-то другой получит награду. Вы должны радоваться, что вас поставили в передовой отряд. Это значит мы получим большую часть награды, а вы... Тащитесь, как на закланье. Тьфу на вас. Быстро вперед!

Шаранх еле успел выпрямиться в седле, как Туронх хватанул его лошадь плетью, и та понеслась вперед, как сумасшедшая. Остальная кавалькада устремилась вслед за следопытом. Зеленые кроны и иссеченные глубокими морщинами коричневые стволы лесных старожил угрюмо смотрели им в спины.

* * *

Теперь Солтахру совсем не казалось, что бежать из города было самым лучшим выходом. Сначала он получил от Гжвенны, затем от местного сапожника за испорченные кожи, потом до него добрался Иркилий. Этот толстый коротыш совершенно случайно наткнулся на ничего не соображавшего Солтахра и отыгрался за все его проказы. У парня до сих пор болели ребра и темнели синяки. Солтахр на силу вырвался от Иркилия. И вот теперь за него принялся Троян.

- Вот сорванец, - развел руками Троян. - Ты что это вытворяешь? А? Хочешь чтобы Шимберг меня повесил? Или ты думаешь мы все здесь спокойно сидим и только и надеемся, когда же ты дашь дуба? Молчишь? Лучше молчи.

Солтахр просто не успевал вставить хоть слово. Несколько деревенских ребятишек окружили их и с интересом прислушивались к разговору.

- Вон посмотри на них, - Троян указал на непрошеных слушателей. - Они ещё могут себе это позволить, они - дети. Это не значит, конечно, что мы за них не переживаем. Но все же им это простительно. Но ты... Ты уже взрослый, но не хочешь этого осознать. И что только мне с тобой делать?

- Выпороть! - радостно завопила парочка ребятишек, которым чаще всего доставалось от родителей. Они знали только один вид наказания и были бы рады понаблюдать за жертвой, а не быть ею.

- А ну марш отсюда! - прикрикнул на них Троян, и ребятня брызнула в разные стороны, что-то торжественно вопя на всевозможные лады.

Солтахр проводил их с довольным видом. Будут знать, как требовать выпороть его. Стайка серых воробьёв, спугнутая криками детей, сорвалась с ветвей раскидистой яблони.

- Так, нас вроде отвлекли... - пробурчал растеряно Троян.

- Послушай, Троян, - Солтахр решил взять всё в свои руки, пока выдалась возможность. Ему надоело выслушивать упреки и терпеть побои, хотя он понимал, что вполне их заслужил.

Солтахр вкратце рассказал обо всем, что произошло с ним в городе, упуская некоторые пикантные подробности насчет Ксиры. Он не надеялся, что перенесенные им тяготы и лишения хоть как-то смягчат Трояна, вовсе нет. Он хотел показать, что уже давно стал взрослым.

Признаться честно, повествование Солтахра не произвело на Трояна должного впечатления, так как тот знал слабость парня приукрашать многие вещи, происходившие с ним. В этот раз Солтахр не стал отходить от традиции, и по его словам выходило, что в кабаке он не только ранил Рааогла, при чем три раза, но уложил троих из его банды голыми руками. А при ночном бегстве получалось, что он не только не бросил Авера на произвол судьбы (в этом Солтахр ни за что не мог признаться, так как ему было действительно стыдно за столь низкий поступок), но ранил наемницы в плечо.

- И что из этого? - спросил Троян, внимательно выслушав до конца полуправдивую полупридуманную историю Солтахра.

- Как что? Как что? - тут же вспылил парень, но через секунду успокоился. - Извини, забыл сказать самое главное. - И Солтахр поведал о таинственном осведомителе, который завелся у сиира Тровка.

- Вот это уже действительно серьезно, - задумчиво потирая небольшую русую бородку, которую он отращивал в последние две недели, протянул Троян. Тяга худощавого парня среднего роста с густой копной русых волос на голове менять свой внешний вид стала легендой на деревне. Многие считали его просто сумасшедшим, большинство - просто чудаком. Второе было вернее. - Как ты думаешь, этот сотник говорил вполне серьезно или только хотел напугать своих вояк?

Солтахр пожал плечами. Действительно, откуда ему было знать. Но то, что Троян задал подобный вопрос говорило о том, что он уже не сердиться на него, или пока отложил это в сторону.

- Вообще думаю, нет, - подумав секунд, все же сказал Солтахр. - Чего ему кичиться тем чего нет? Он все-таки сотник.

- Думаешь? - с сомнением протянул Троян. - Что ж всё может быть. М-да.

Сказав последнее Троян развернулся и, продолжая задумчиво почесывать бородку, направился к дальнему пруду. Солтахр оторопело уставился ему вослед. Надо же какой поворот событий. Только что ругали и он был в центре внимания, а теперь позабыт позаброшен. Ну уж нет.

- Эй, Троян, погоди! - крикнул Солтахр на бегу.

- Ну что ещё, - недовольно буркнул Троян, останавливаясь.

- А как же я?

- Что? - удивился Троян.

- Ну что со мной? - Солтахр от обиды потерял обычное красноречье. - Ну что мне будет за мой побег?

- Ах, это, - Троян уже и забыл с чего всё началось. - Что ж, давай забудем об этом и все дела.

- Как это забудем? - не понял Солтахр.

- Просто. Просто сделаем вид, что ничего не было, - пояснил Троян. - Вот и всё.

- А как же осведомитель?

- А что осведомитель?

- Шимбергу будет не бес интересно узнать, что у Лирда есть лазутчик в нашем лагере, - Солтахр просто не мог поверить, что все это он слышал от Трояна.

- Я думаю, что нет никакого лазутчика, - пояснил свою точку зрения Троян. - А если ты начнешь рассказывать Шимбергу о всяких осведомителях, то ему непременно захочется узнать, где ты добыл подобные сведения. Представь, как влетит тебе да и мне впрочем тоже, за твое самовольное отлучение. А? Теперь понятно?

- Понятно, - протянул Солтахр. Может Троян и прав, особенно если подумать о взбучке, которой его угостит Масттэрро. - Скорее всего ты прав.

- То-то же, - Троян потрепал паренька по голове. - Пойдем, может Гжвенна уже простила тебя и приготовила что-нибудь вкусненькое.

* * *

- Масттэрро! Масттэрро, проснись, - кто-то грубо трепал его по плечу.

Харрец приоткрыл правый глаз и недовольно уставился на склонившееся на ним лицо Салдэма. Десятник мечников выглядел встревоженным, хотя его лицо хранило многие шрамы оставшиеся от бесчисленных схваток с городской стражей, так что обычно на нем было трудно что-либо разобрать.

- В чем дело? - пробурчал Масттэрро, протирая глаза.

- Только что прибыл Альтур с южного поста. По тракту на север движется караван, - доложил Салдэм.

- И что? - спросил Масттэрро так, словно подразумевая: "И из-за этого стоило меня будить?".

- Парни посчитали, что это будет легкая добыча, - пояснил Салдэм, губы его кривились, так как верхняя была когда-то рассечена и до конца не срослась. - Не более двух десятков охраны, десяток караванщиков и пять купцов.

Масттэрро задумался. Привольная жизнь слишком расслабляет. Она конечно хороша, как заметил Эрстуан, но уж больно скучна. А от скуки люди тупеют. Может и к лучшему, что показался этот караван.

- Хорошо, поднимай людей, - приказал Масттэрро. - Кстати, Эрстуан со своими еще не прибыл?

- Нет, я их не видел.

- Ладно, иди, - Масттэрро потянулся своим могущим телом и широко зевнул.

Солнце было в четверти пути от заката. Останется время ещё рассмотреть как следует груз и рассортировать его по ценности. Деверья мягко шелестели листьями, нагоняя дремоту. Чтобы хоть немного стряхнуть с себя сон, Масттэрро направился к ручью, умыться. Веселый щебет птиц сопровождал его по дороге. На восточной стороне лагере стояло три часовых. Масттэрро заметил их только потому, что знал где именно они стоят. Молодцы, ребята, отметил он про себя.

Салдэм тем временем собрал свой десяток и, разъяснив им задачу, отправил их к тракту. Десяток Эрстуан во главе с самим десятником находился в глубокой разведке на севере и еще не вернулся. Оставшиеся два десятка лениво слонялись по лагерю. Один десяток Лостона находился в карауле.

Салдэм быстро собрал оставшихся молодцов и выстроил их в две шеренги. Масттэрро вернулся к тому моменту, когда мечник заканчивал раздавать инструкции. Выслушав его вместе со всеми, харрец отметил, что всё правильно и можно отправляться в путь. Парни, ушедшие первыми, должны были найти и подготовить выгодную позицию, с которой можно было бы без труда захватить караван. Караульных оставили на месте, дав им дополнительные указание на случай возвращения Эрстуан с его лучниками.

- Вперед, - скомандовал Масттэрро, и двойная шеренга пестро одетых парней растворилась среди буйной зелени леса.

* * *

Ксира зажала в зубах куски ткани и посильнее затянула узел. Ей совсем не хотелось, чтобы раны загноились. Проклятый бродяга ранил её три раза, не считая пореза на бедре. Но она все-таки сумела его проткнуть, правда потом разошлась, разозлившись, и издырявила бездыханное тело в ещё десятке мест, не помогла даже пресловутая гномья кольчуга. И где только он её раздобыл? Но мысли прочь. Пора идти. Ксира еще раз проверила хорошо ли держатся повязки на ранах. И отправилась дальше в путь. Город остался позади. Скоро лес поглотит её, и где-то там в глухой чащобе она отыщет этого юного наглеца, сумевшего обойти её и лишить пятидесяти золотых. Такие обиды не прощаются. Ксира дала клятву отомстить, и она её постараются выполнить, чего бы ей это ни стоило.

* * *

- Что? Опять провал? - голос Лирда мощным рыком разносился по залу. Притихшие слуги испуганно забились в отдаленной комнате и выйти оттуда их не заставил бы никто. - За что вам, тупицам, выдают королевское жалование? За то, чтобы вы даже с мальчишкой справиться не смогли?

- Мой господин, уверяю вас было сделано всё возможное, - заверил пятисотника Тровк, по глазам его было видно, что он не против того, чтобы присоединиться к слугам. Всем было известно, что пиир Лирд страшен в гневе и скор на расправу. - Моя сотня солдат до утра прочесывала этот и три соседних района. Мы обшарили все дворы и закоулки, парень, как сквозь землю провалился. Не иначе, как кто-то ему помог бежать. Может быть та самая валькирия, что привела его.

- Зачем ей это? - рявкнул Лирд. - Вы ведь не заплатили ей. Так ведь? Или же я ошибаюсь?

- Конечно же нет, мой господин, - Тровк вздохнул с облегчением, хоть здесь было все в порядке. - Мы уговорились с ней, что она получит свои деньги, как только парень окажется у меня в руках. Она наемница и привыкла к подобным договорам.

- Вот именно наемница, - протянул Лирд задумчиво, его ярость постепенно начала спадать, по правде сказать сотнику повезло, он прибыл в тот момент, когда пиир, как говориться, уже перегорел. - Возможно её кто-то перекупил. Может тот же парень пообещал ей, что Шимберг заплатит за него гораздо больший выкуп, и она устроила этот спектакль, чтобы сбить нас со следа.

- Мой господин, вы гений. Скорее всего так оно и было. Проклятая наемница исчезла сразу после бегства парня, - радостно просиял Тровк. Он решил промолчать насчет того, что по словам многих солдат рядом с беглецом пару раз видели скорее мужскую фигуру, нежели фигуру женщины - пусть и наемницы. Зачем об этом знать пииру? Да вовсе не за чем.

- Тровк, прекрати мне льстить. И отправляйтесь немедленно в казармы. Возьмите с собой две сотни человек, переройте весь город, но найдите эту наемницу, - приказал Лирд. - Ясно?

- Так точно, мой господин, - в знак повиновения сотник приложил кулак к груди. - Разрешите идти, пиир?

- Идите!

* * *

- Вот Мазар! - выругался Салдэм и вытащил из-под себя ветку, которая больно уперлась в ребра. - Его проклятого работа. Всем старается напакостить. И чего только Царидон с ним не покончит.

- Заткнись ты, - шикнул на него лежащий рядом Масттэрро. - Хоть секунду можешь помолчать. И чего ты не пошел в монахи, там бы и разглагольствовал на вечные вопросы.

Салдэм обиженно поджал искалеченные губы и промолчал. Что ни говори, а он действительно был словоохотлив не в меру, не смотря на свой не слишком располагающий к разговору вид.

Они уже полчаса, как окопались в окрестных низких холмах, поросших на вершине редким кустарником. В его-то ветках разбойники и нашли себе пристанище. Караван всё ещё не показывался, и Салдэм хотел, было сказать, что это снова проделки Чёрного, но, посмотрев на Масттэрро, передумал. Харрец нервно жевал нижнюю губу, рядом с ним под правой рукой лежала верная обоюдоострая секира. Масттэрро не думал, что придется применить оружие в дело, но все же с ней было как-то спокойнее.

- Идут, - прошептал кто-то.

Да, идут. Теперь Масттэрро и сам это видел, хотя, правда плохо, ветки проклятого кустарника закрывали обзор, но все же. Только что-то тут не так. Харрец плотно сжал губы, он нутром чувствовал что-то неправильное в этом караване. Было бы время, чтобы подумать и отступить, Масттэрро приказал бы пропустить длинную вереницу низкорослых, с тонкими ногами лошадей и сопровождающих их людей, закутанных в темно-зеленные плащи, не смотря на нещадно пекшее солнце.

- Первая готовность, - услышал харрец горячий шепот Салдэма. Десятник полностью переключился на выполнение операции. Что ж может все не так уж и плохо и ему только показалось, Масттэрро пожал плечами. Поживем - увидим.

* * *

- Вот, Мазар! - Туронх едва успел пригнуть голову, иначе бы толстая низко растущая ветвь лесного великана раскроила бы ему череп. - Понавырастало тут на потеху демонам.

Один из всадников, летящих следом за ним не успел сообразить и слетел с седла на землю. Остальным пришлось остановиться под дивные ругательства Туронха. Половину лица пострадавшего заливала кровь. Он что-то стонал и держался руками за развороченную щеку.

- Десять сотен мечей тебе в глотку! - разбрызгивая слюной орал взбешенный Туронх. - Угораздило тебя...

- Похоже у него поломана челюсть, - сказал Вальсак, осматривавший пострадавшего. - Вряд ли он сможет ехать дальше.

- Тем хуже для него! - мрачно заявил Туронх. - Дьявол с ним. Нам надо спешить. Шаранх! Что там со следом?

Шаранх, стоявший рядом со своим конем, заткнул плеть за пояс и склонился над землей. Поводив немного рукой по мягкой траве, он выпрямился и посмотрел на запад.

- Ну что? - переспросил нетерпеливый Туронх.

- Часов десять до беглецов и час до их преследователя, - ответил Шаранх, влезая в седло.

- По коням! - рявкнул Туронх.

- А как же Альтек? - не удержался от вопроса Вальсак, все ещё державший голову пострадавшего. - Что делать с ним?

- Оставим здесь. Ты останешься с ним, чтобы присматривать. Ясно? - Туронх довольный собой ухмыльнулся.

- Вполне, - кивнул в ответ Вальсак.

- Вот и отлично. Шаранх куда теперь?

- Всё туда же. На северо-запад.

* * *

- Ничего не вижу, - пожаловался сам себе Масттэрро. - Проклятые кусты. Где они?

- Метров пятьдесят до нас, - ответил Салдэм, прикинув на глаз расстояние. - Непуганые что ли? Идут так беззаботно, словно в парке короля прогуливаются, демоны.

- Мазар с их беззаботностью, - сплюнул Масттэрро. - Мне надо посмотреть на них поближе.

Салдэм попытался пожать плечами, мол твое дело, но лежа, это не слишком у него получилось. Кусты затрещали, когда харрец полком начал ломать сквозь них. Будь караванщики поближе, непременно бы услышали. Масттэрро выругался. Вроде помогло. Взяв немного вправо, чтобы выползти через пары метров на свободное место прямо на опушке леса, харрец заработал локтями и коленями, роя землю, как целое стадо кротов.

Точно - метров пятьдесят не больше. Идут, не торопясь, даже как-то мрачновато. Масттэрро слегка приподнялся и оглядел окрестности. Вроде больше никого не видать. Ни блеска лат, ни шороха прошлогодней листвы, ни треска подломившегося под неосторожной ногой сучка, ничего, что могло бы указать на засаду. Масттэрро удовлетворенно кивнул и собрался ползти обратно.

Вокруг него уже собрался с десяток разбойников, напряженно всматривавшихся в лицо временного атамана. От неожиданности Масттэрро едва не подавился собственным языком. Он мог бы поклясться чем угодно, что решительно ничего не слушал. Молодцы ребята, хоть чему-то научились.

- В чем дело? - шепотом спросил он первого попавшегося.

- Саул чует впереди магию...

Внезапно со стороны каравана раздались истошные вопли, крики на не понятном языке, захрапели перепуганные лошади. Масттэрро не удержался и приподнялся в полроста. С караваном что-то случилось. Погонщики метались между повозками, охрана спешно натягивала луки, а купцы, если они таковыми являлись, стояли в сторонке.

В том месте, где караван внезапно остановился, лес подходил к тракту совсем близко. Несколько деревьев даже простирало свои ветви над дорогой, создавая тень. Из леса и доносились вопли. Охрана каравана выпустила несколько стрел наугад.

Масттэрро приказал спешно возвращаться всем к основным силам. Парни, похожие на огромных ужей, скользнули по примятой траве вслед за вожаком.

- Что там такое? - встретил их встревоженный шепот Салдэма.

- Похоже нас обошли, - буркнул недовольно Масттэрро.

- Как так?

- Молча. Охрана вовсю расстреливает окрестный лес, - пояснил Масттэрро. - Поднимай своих. Не отдадим добычу без боя. В тыл ударим. Правда, Саул говорил что-то про магию. К Мазару!

Десятники дружно разбежались по своим десяткам. Маленькое войско Шимберга работало отлажено. Масттэрро засунул в рот длинный стебелек травы и теперь задумчиво жевал. Караванщики ещё не заметили его отряд и вели бой с кем-то ещё, засевшим в лесу. Скорее всего этот "кто-то ещё" не заметил отряд Масттэрро, иначе бы не рискнул нападать на караван в такой непосредственной близости от разбойников. Или же... Что или же? Масттэрро не знал.

- Всё готово, - доложил, кривя искалеченные губы, Салдэм.

- Хорошо. Ты знаешь делать в подобных случаях.

Салдэм кивнул и исчез среди низкорослого подлеска. Масттэрро направился следом. Что их ждет? Кто напал на караван? В этом еще придется разобраться.

* * *

Шаранх аккуратно привязал свою лошадь к толстому стволу дуба и осторожно направился вперед, медленно раздвигая. И чего только этим иродам не ходить, как всем нормальным людям, по дороге. Так и норовят в кусты нырнуть.

- Нашел? - лицо Туронха появилось у него из-за плеча.

- Тсс! - Шаранх приложил палец к губам. - Совсем свежие. Мы близко очень близко. Может минут десять назад здесь кто-то прошел.

- Отлично, - прошептал Туронх, довольно потирая руки.

Остальные участники передового отряда, а именно семь человек, как раз привязывали свои лошадей. Каждый понимал, что конец их слежки где-то рядом. В руках появилось оружие, короткие с толстым древком копья.

- Вы трое - обойдете эти кусты справа, остальные слева, - приказал Туронх и присоединился к тем, которых было трое. Шаранх осторожно пополз напрямик через кусты, чтобы не потерять след.

Минут пять они крались, как воры. Наконец, впереди завиднелась широкая поляна, опоясанная двойным рядам высоченных кряжистых дубов. Солдаты замедлили движения и стали ещё осторожней. К этому времени кустарник уже давно закончился, и они снова объединились в один отряд под руководством Туронха.

Шаранх заявил, что следы ведут прямехонько через поляну. Туронх почесал гладко выбритый подбородок. Всё пахло западней. А у него всего восемь человек. Но воспоминание о пятидесяти золотых монетах заставило его отбросить возникшие сомнения.

- Вперед! - коротко скомандовал он.

И девять человек, бряцая латами, выскочили из-за широких стволов. Туронх совершенно не ожидал увидеть то, что предстало его глазам, и поэтому немного растерялся. Один Шаранх торжествующе ухмыльнулся. Он оказался прав. Разбойников преследовал один человек.

- Ты кто такой? - Туронх решил не приближаться к незнакомцу.

Преследователь разбойников спокойно сидел, прислонившись спиной к широкому дубу, на окраине поляны. Поэтому с той стороны, откуда подошли солдаты, его не было видно. На нем были, как и предполагал Шаранх, рыцарские доспехи, погнутые во многих местах. Шлем с изодранным пером на макушке лежал рядом на земле. Ветер лениво перебирал его густые черные с проседью волосы, достигавшие плеч. Волевое лицо без всякого намека на страх уверенно смотрело на Туронха. Несколько белых нитей шрамов от старых давно заживших ран пересекали щеки и лоб незнакомца. Полутароручный ничем неприметный меч был в ножнах, которые стояли прислоненные с левой стороны от него к тому же дереву.

- Ты кто? - снова повторил свой вопрос Туронх.

- Диассон, - ответил рыцарь.

- Какой такой Диассон? - удивился Туронх и с сомнением посмотрел на Шаранха, может тот знает.

- Простой Диассон, - усмехнулся в ответ рыцарь. - Диассон Разящий Меч, маркграф Ристопский, рыцарь двора Алидэла. Могу прибавить еще пару званий. Хотите?

Туронх отрицательно покачал головой, у этих рыцарей такое сложное устройство Ордена, что Мазар ногу сломит, прежде чем разберется. Одно только понял Туронх из сказанного Диассоном, что он рыцарь чьего-то двора. Единственный Алидэл, которого он знал, был король, правивший пару сотен лет назад.

- Что ж, Диассон так Диассон, - пожал плечами Туронх, решив, что ничего страшного в имени нет. - Позволь спросить тебя, достопочтенный Диассон. - Шаранх даже рот открыл от изумления, начальник еще ни с кем не был так почтителен.

- Что ж, задавай, - разрешил Диассон.

- Я не знаю к какому ордену ты принадлежишь, - Туронх с сомнением посмотрел на измятые латы рыцаря, на которых обычно горделиво красовался герб того или иного Рыцарского Ордена. - Но хотелось бы узнать, какие дела завели тебя одного в такую глушь. - Туронх хоть и был вспыльчив и спесив, однако прекрасно понимал, что ссорить с рыцарем не имеет смысла, а этого вполне можно избежать, просто стараясь быть вежливым.

- Дела личного свойства, - Диассон явно не желал вдаваться в подробности.

- Вот как? - казалось Туронх смутился. Ещё бы, рыцарь не хотел отвечать на его вопросы, а как его заставить? Только силой, но это опасно. - Может наши намерения совпадают с твоими делами?

- Что вы имеете в виду? - попросил разъяснений Диассон.

- Понимаете, достопочтенный Диассон, как вы наверное догадались мы все из городского гарнизона, и сейчас находимся на задании нашего пиира Лирда. Нам поручено найти одного разбойника, Шимберга, вот... Мы уже второй день идем по следу его отряда. - Туронх сделал небольшую паузу, посмотреть удовлетвориться ли рыцарь этим, но Диассон молчал. - Так вот мы преследуем этот отряд и находим здесь вас, явно следующего по тем же следам, что и мы.

- Ага, понимаю, - прервал, наконец, его Диассон. - И вы решили, что я занимаюсь тем же, что и вы?! Нет, это не так. Уверяю вас. Мой путь лежит на запад. И на некоторое время совпал с траекторией пути ваших беглецов. Это просто случайность. Право я даже и не думал следовать за этими людьми.

По лицу Туронха трудно было определить, удовлетворили ли его объяснения рыцаря или нет. Его люди мало вникали в разговор. Они знали только одно: перед ними человек, который возможно хочет лишить их заслуженной награды.

- Что ж, - задумчиво протянул Туронх.

- Да врет он! - выкрикнул кто-то неожиданно.

Лицо рыцаря и так не отличалось смуглостью, а при этих словах и вовсе побледнело. Туронх даже икнул от внезапно подкатившегося к горлу комку горького беспричинного страха.

- Да, небось втихомолку следил за разбойниками, выведал, куда они пошли, а теперь решил наши денежки в карман положить, - солдаты почуявшие, что золотые запросто могут миновать их кошельки совсем разошлись. Хотя у многих дрожали руки, копья скользили во влажных от пота ладонях.

Рыцарь молча протянул руку к ножнам. Туронх почувствовал, что если сейчас ничего не предпринять, они все тут останутся лежать. Шаранх, как опытный следопыт, тоже почуял неладное и теперь медленно пятился за спины более глупых и жадных.

- Послушай, достопочтенный рыцарь, мои воины слишком долго было в пути и очень устали, только этим можно объяснить их грубость и нелепые обвинения, - пролепетал Туронх, всем существом, чувствуя исходящий от Диассона могильный холод.

- Что ж, мне хочется тебе верить, - спокойно вешая на пояс ножны, сказал рыцарь. - Но оскорбления это не смывает.

Туронх не знал, что на это ответить. Он мало общался с рыцарями. Те обычно то не очень стремились к общению с чужими людьми. Изредка они появлялись в Лиадэ. Всегда проездом, надолго не задерживались. Всегда держались особняком.

- Всё что требуется от вас - это извинения, - подсказал Диассон, видимо также ненастроенный на драку. - Одних объяснений мало, а вот извинения вполне могут меня удовлетворить.

- Слышали, что он сказал? - рявкнул на починенных Туронх. - Быстро!

- Негоже так обращаться со своими подчиненными, - порицая, заметил Диассон.

- Шибко умный? - крикнул кто-то. - Командир он на то и командир, что бы знать, как ему командовать. А ты не лезь, железяка ходячая.

Туронх совсем перестал что-либо понимать. Его солдаты, которых он не раз приказывал сечь, теперь вступались за него перед совершенно незнакомым человеком, который был опасен, как целый хирд гномов.

- А ну, выкладывай, куда направились разбойники, - продолжали напирать солдаты.

- Да, говори, что знаешь, - один настолько осмелел, что подошел почти вплотную к рыцарю и ткнул его в грудь тупым концом копья.

Всё что случилось потом, происходило с такой скоростью, что человеческий глаз не успевал улавливать отдельные события. Меч рыцаря молнией сверкнул в воздухе, настолько стремительно покинувший верные ножны, что никто этого и не заметил. Солдат, ткнувший рыцаря копьем, страшно завопил, схватившись за обрубок руку, из которого фонтаном била кровь. Рыцарь стремительно провернулся вокруг своей оси и плавно подсек ноги орущему и, не дав телу рухнуть на землю, еще и разрубил его пополам.

- Кто-нибудь ещё что-то хочет узнать? - грозно спросил Диассон. Алая влага обильно покрывала его меч, медленно стекая по кровостоку.

Солдаты стояли, пораженные скорой и страшной смертью своего товарища. Туронх и так был в замешательстве. Шаранх, как самый предусмотрительный, стоял рядом с лошадьми.

- Кто ты? - пролепетал кто-то из солдат.

- Диассон Разящий Меч, маркграф Ристопский, рыцарь двора Алидэла, - повторил рыцарь, хмуро разглядывая своих невольных противников. - Многие знают меня. Правда под другим именем.

Солдаты на то они и солдаты, смерть человека, как бы страшна она не была, не может долго владеть разумом вымуштрованного воина. Гибель одного привела лишь к тому, что озверели остальные. Они крепко стиснули зубы и копья. Туронх и сам бы не против изрубить рыцаря на куски, но он чувствовал, что это им не под силу.

- Меня зовут также Неупокоенным Рыцарем, - мрачным голосом сообщил Диассон, надеясь этой новостью заставить солдат ретироваться с поля боя.

- Мертвяк! - воскликнул Шаранх и вспрыгнул в седло, его дело заключалось в поиске следов беглецов, а не в схватках со всякой нечистью.

Солдаты же казалось наоборот обезумели. Схватились за копья, как за талисманы, и поперли вперед. Диассон понимал, что происходит. Проклятье, довлевшее над ним, иногда вырывалось настолько широко, что охватывало и окружавших его людей. Особенно часто это происходило после того, как он, превозмогая наложенные на него чары, ходил по краю, балансирую над черной пропастью безжалостного Кодекса Рыцарства, на исполнение которого он был обречен.1

______________________________________________________

1 Подробнее об этом читайте в рассказе "Кодекс рыцаря"

Шаранх гнал свою лошадь обратно к основному отряду, шедшему в четырех лигах к юго-востоку. В скорости было его спасение, как он полагал.

Меч Туронха широкий у основания с тихим шорохом легко выскользнул из ножен. Солдаты, насупившись, взяли рыцаря в кольцо, выставив перед собой наконечники копий. Диассон грустно покачал головой. Снова предстояла мясницкая работа. Меч ожил в его руке, исправно выполняя своё предназначение. Некоторое время птицы прислушивались к доносившимся с поляны крикам и звонам стали. Затем всё стихло. Диассон по привычке вытер лезвие меча об длинный плащ мертвого Туронха. Тяжело вздохнул и снова отправился в путь. Если Алберон был бы у него в руках, ничего бы не случилось.

* * *

- Ты только посмотри?! - тихонько присвистнул Салдэм.

- Древесные орки, - сухо отметил Масттэрро.

Они лежали в густом кустарнике лесного орешника и наблюдали за неистовым боем, развернувшимся между караванщиками и стаей древесных орков. Последние, заполонив все нижние ветви близлежащих к дороге деревьев, метали в первых дротики и стрелы, улюлюкали, выли и всячески пытались запугать купцов. Те упорно держались, расстреливая из тугих луков беснующихся врагов. Удача никак не склонялась ни в одну ни в другую сторону. Жертв было немного. Нападающих защищал лес и постоянное движение, а обороняющихся умение вести бой и узкие высокие щиты из тонкого металла.

- Что будем делать? - прошептал хриплым голосом Салдэм, по нему было ясно, что десятник мечников не против схватиться с нелюдью.

- Орки на деревьях, нам их там не достать. Как назло, лучники с Эрстуаном куда-то запропастились, - рассуждал Масттэрро вслух. - Надо немного подождать. Караванщики неплохо обороняются, продержаться. Надо бы определить хотя примерно, сколько этих мохнозадых тварей скачет на деревьях.

Салдэм бесшумно исчез и через полминуты также вернулся.

- Отправил трех парней, - сообщил он. - Скоро будем всё знать.

Масттэрро кивнул. В это самое время Диассон безрадостно, но умело рубился с отрядом Туронха в пяти лигах к юго-востоку от них. Но об этом никто не знал. Отряд преследователей был остановлен одним человеком. И разбойники даже и не подозревавшие, что погоня висит у них на плечах, естественно не знали, что их спасителем стал мертвяк, ставший страшной легендой для нескольких поколений Корсена.

- Как думаешь, чья возьмет? - спросил Салдэм, лишь только не молчать.

Масттэрро пожал плечами. Густая листва мешала обзору. Отсутствие какой-либо информации о силах, затеявших бой, как с одной стороны, так и другой усугубляло дело.

Тихое шуршание послышалось справа.

- Разведка вернулась, - доложил Салдэм.

Один из трех парней, посланных разведать что к чему, подполз поближе. Торчавшие из земли сучки и нижние ветки орешника так и норовили стянуть с него штаны. Он подтягивал их правой рукой.

- Ну что там? - Масттэрро вопросительно оглядел докладчика.

- Орков около сотни, может больше, точнее установить невозможно, они постоянно снуют. Караванщиков три с половиной десятка. Охрана и погонщики заняты боем, практически все превосходно владеют луками. Купцы стоят в сторонке, закрыли лица капюшонами. Молятся, наверное.

- Хорошо, можешь возвращаться на место, - Масттэрро уже обдумывал какое следует принять решение.

Парень, проворно передвигая коленями и локтями, уполз оставив временного атамана с Салдэмом. Десятник мечников внимательно всматривался вперед, делая вид, что следит за ходом боя.

Масттэрро размышлял, чтобы на его места сделал Шимберг. Харрец никак не мог избавиться от этой привычки. Он постоянно сравнивал себя с Шимбергом. Что в них разного, а что вполне одинаково. Атаман часто ругал его за это, призывая проявлять больше индивидуальности, а не пытаться быть на кого-то похожим, но полностью вытравить зависимость от более сильной личности было просто невозможно.

Раздумья Масттэрро были прерваны самым бессовестным образом. Истошные крики наполнили все пространство между местом боя и залегшими в засаде разбойниками. Несколько стрел просвистело над головой харрца. Салдэм выругался и откатился в сторону. Меч молнией сверкнул в его правой руке, даже лежа Салдэм с ним не расставался.

- Что-то случилось, - только и смог пролепетать Масттэрро. Вся схватка происходила по непонятным правилам, что-то постоянно было не так.

Салдэм, успевший вернуться обратно, добыл некоторые сведения и поспешил поделиться ими с харрцем:

- Это Эрстуан вернулся со своим отрядом. Они напали на орков с тыла и теперь осыпают их стрелами, пытаясь выгнать тех на открытое место.

- Хорошо, поднимай ребят, - Масттэрро был не многословен. - Думаю, сейчас самое время напасть.

Через полминуты три десятка озлобленных долгим бездельем разбойников, грозно вопя, нещадно ломая кусты, ринулись вперед. Орки радостно заулюлюкали, не разобравшись в чем дело. Эти твари, вообще не отличались острым умом. Невысокого роста, не более ста двадцати сантиметров, тощие, с торчащими ребрами, обтянутыми сухой изрезанной морщинами кожей неприятного зеленого цвета, вытянутые и заостренные кверху лица с грубыми чертами, длинный пучок жестких волос, росших исключительно на макушке, длинные тонкие руки и короткие ноги, с острыми когтями - всё это делало их совершенно непохожими на своих горных сородичей, которые больше походили на слегка уменьшенную копию троллей. Однако древесные орки считались опасными противниками, так как никогда не нападали малыми силами и отлично владели луком.

Масттэрро лично возглавил атаку, которая больше напоминала стихийный всплеск безудержной ярости. Все вопили, размахивали оружием, сплеча рубили ветки. Салдэм построил свой десяток в боевой порядок, но достать орков не мог. Те сновали по нижним ветвям деревьям и орали, не понимая, что произошло. Караванщики, наслав на нелюдей целый шквал стрел, подошли поближе к лесу.

Масттэрро вопил не меньше остальных, его грозный голос рвал воздух, однако мысли его были заняты лишь тем, как бы согнать юрких орков на землю. Там бы их мечники, копейщики и прочая братия, вооруженная всевозможным оружием, враз бы разорвала на части. Лишь десяток Эрстуана пока что успешно прореживал полчища орков. Длинные стрелы находили свои цели среди густо переплетенных ветвей, впивалась в податливую плоть, вырывая жизнь из бренных тел. Орки не оставались в долгу. Лишь удача помогала людям избегать коротких, но не менее убийственных стрел древесной нелюди.

Охрана каравана, как могла, помогала разбойникам. Тонкие, увитые резными нитями, луки раза за разом посылали смертоносный дождь на деревья Заброшенного Леса. Купцы, затянутые в свои нелепые плащи, которые впрочем купцами-то и не были, активизировались, решив, что теперь вполне могут совладать с противником.

Тонкие длинные пальцы показались из темно-зеленых рукавов. Они замелькали со страшной скоростью, переплетаясь между собой в странные фигуры и знаки. Никто этого не видел. Все были заняты боем.

Масттэрро махнул своей любимой секирой, пытаясь достать верткого орка, крутившегося прямо над ним на нижней ветви широкого дуба, но тот в последний момент сумел увернуться, показать серый шершавый язык и даже плюнуть на голову своего противника. Масттэрро заревел от бешенства и принялся кромсать дерево. Перерубленные ветки и щепки летели во все стороны, что вызывало у орка лишь еще больше веселья. Внезапно длинноухий страшно заверещал от боли, и харрец с изумлением увидел, как гибкая молодая ветвь, точно змея, оплела ногу орку и силой сжала, перекрывая доступ крови. Через несколько секунд онемевшая ступня подвернулась, и длинноухий кубарем полетел вниз, продолжая вопить. Масттэрро хмыкнул, удивляться дальше не было времени, секира, словно ожила, и маленькая, покрытая редкой шерстью, голова с длинным хохолком отделилась от тела.

Масттэрро сплюнул, поднял окровавленное лезвие секиры и осмотрелся. В лесу творилось что-то неладное. Ветви деревьев стремительно оплетали беснующихся орков и сбрасывали их на землю прямо на мечи озлобленных разбойников. В некоторых местах почва разошлась в стороны, давая дорогу чудовищным побегам, состоящим из длинного прямого стеблю и пары похожих на узкие кинжалы листьев. Орки визжали и всячески старались избегнуть встречи с ненормальными растениями. Их стрелы летели во все стороны. Десяток Эрстуана дружным залпом сбил пятерых тварей. Еще одного караванщики так нашпиговали стрелами, что тот стал похож на ежа-переростка. Не менее семи десятков орков полегло под мечами разбойников. Не смотря на свой всё еще численный перевес, орки предпочли бегство и оставили поле боя свои противникам. Надо заметить, что древесные орки совершенно не имели понятия о рукопашном бое и всячески старались избегать его.

Масттэрро, тяжело дыша, осмотрел заваленное телами нелюдей пространство вокруг себя. Секира по самую рукоять была залита вражеской кровью. Разбойники, разбившиеся во время схватки на отдельные группы и одиночек, постепенно стекались в один отряд вокруг харрца. Приковылял Салдэм. Он был легко ранен в бедро. Стрела до сих пор торчала из мясистой части ноги. Потери разбойников по предварительных подсчетов составили: пятеро убитых и полтора десятка раненых.

- Где охрана каравана? - прохрипел Масттэрро. Воздух жег легкие.

- Там, - подошедший Эрстуан указал на дорогу. - Не один из них не сунулся в лес. Что будем с ними делать?

- Пойдем, поговорим, - Масттэрро устало побрел к сгрудившимся в одну кучу охранникам, погонщикам и самим владельцам вереницы коней и повозок.

Салдэм затопал вслед за ним, волоча покрытый густой кровь меч. Эрстуан присоединился к нему. Половина отряда последовала за десятниками, другая половина осталась, очищая оружия и нерешительно шаря по немногочисленной одежде убитых орков в поисках возможной поживы.

* * *

Шимберг гнал свою лошадь уже пять часов. Бедное животное тяжело дышало, с трудом глотая воздух. Копыта по-прежнему рвали мягкую почву бескрайней равнины, но чувствовалось, что долго продолжаться так не может. Шимберг и сам не знал, для чего ему эта спешка. Просто как-то неспокойно было на душе, словно что-то жгло её. И Шимберг продолжал гнать коня на юго-запад, надеясь к вечеру следующего дня достигнуть главного лагеря. Лаорс дал ему в дорогу припасов и лучшего скакуна, которого смог разыскать. Доспехи добытые в трудном бою уже гремели по тайной тропинке в крытых повозках, направляясь туда же, куда и атаман. Шимберг летел, как ветер, не зная, что его ожидает брошенный лагерь, да спрятавшийся недалеко Сдейл, оставленный Масттэрро.

* * *

- Кто мы? - переспросил Масттэрро и оглянулся назад. Там за его спиной сгрудились его парни, многие, как и сам харрец, все еще сжимали в руках обнаженное оружие. - Мы наемники. Идем из Семира.

Разговор с владельцами каравана выходил несколько натянутым, особенно после того, как выяснилось, что это был караван эльфов.

Погонщики ушли проверить поклажу и коней, но охрана осталась, держа тонкие изящные, но очень смертоносные луки наготове. Хмурые лица разбойников не вызывали доверия. Те лишь тупо топтались за спинами Масттэрро, Эрстуана и Салдэма, считая, что одно то, что разговор ведется с эльфами уже дело подозрительное.

Пятеро закутанных в плащи эльфов, представившихся владельцами каравана, теперь расспрашивали людей. Они проявили такой живой интерес к роду занятий отряда, что Масттэрро невольно заподозрил что-то неладное.

- На юге, да и на востоке сейчас очень требуются представители... хм... нашей профессии, - усмехнувшись, прокомментировал сказанное харрцем Салдэм, губы его при этом так сильно искривились, что казалось они сейчас лопнут.

- Да, мы слышали о творящемся в королевстве Корсен, - многозначительно сказал один из эльфов. - Мы понимаем о чем вы говорите. - Что ж, в таком случае я должен поблагодарить вас от имени Говорящей Рощи и всех северных эльфов за наше спасение.

Эрстуан и Салдэм недоуменно переглянулись, лишь Масттэрро остался внешне совершенно спокоен, словно каждый день ему приходилось беседовать с эльфами неизвестно о чем.

- Мы жрецы Эльда - Бога Цветущих Лесов, - продекламировал нараспев всё тот же эльф.

- А-а-а, - протянул Масттэрро. - Так это ваши были штучки с ожившими деревьями?!

- Мы помогли вам немного, - из-под капюшона ничего не было видно, но харрец готов был поклясться, что эльф улыбнулся, словно какая-то невидимая теплая волна ласково ударила в грудь. - Ведь, как говориться у вас, людей, враг моего врага - мой друг. Признаться честно, наш отряд слишком слаб, чтобы отражать подобные атаки. Мы хорошо знаем этих созданий - древесных орков, они наши древние враги. Здесь их не меньше трех сотен. Но в бой всегда вступает только часть из них, а остальные наблюдает, если бы чаша весов склонилась бы в их сторону, вся остальная армада присоединилась к резне.

- Вон, оно как, - протянул, задумчиво осматривая верхушки близлежащих деревьев, Эрстуан.

- Мы направляемся на север, - продолжал между тем эльф, видимо он частично поверил им. - В Альсуэ. Это в пятидесяти лигах отсюда. Вы показали себя отличными воинами, и нам бы пригодились бы в дороге защитники. Ну как, согласитесь сопровождать наш караван?

Масттэрро крепко задумался. Вот тебе раз - охранять караван. Что делать? Не согласишься - вызовешь подозрение, а ссориться с эльфами, тем более жрецами какого-то Эльда вовсе не хотелось.

- Мы щедро заплатим, - эльф принял задумчивый вид харрца за мысли о плате. - По три золотых монеты каждому воину.

Разбойники, при словах о золоте, одобрительно загудели. Пожалуй, это и решило все дело. Без добычи люди уходить не захотели бы, даже не смотря бы на приказ Масттэрро.

- Ну что, вы согласны?

- Идет! - согласился Масттэрро и для закрепления союза осторожно пожал тонкую, хрупкую руку эльфа, вынырнувшую из широкого рукава темно-зеленого плаща.

* * *

Масттэрро еще никогда не видел, чтобы Шимберг так ругался. Стоящему рядом Солтахру даже на всякий случай заткнули уши, хотя тот уже был достаточно взрослым, чтобы наслышаться таких словечек. Но Шимберг употреблял такие выражения, что даже Масттэрро покраснел. Такую отборную ругань не услышишь ни в одном порту континента. И всё из-за этого похода в глубь Отрстодина в этот эльфийский город Альсуэ.

Масттэрро стоял, понурив голову, как нашкодивший мальчишка. Атаман редко выговаривал ему, а при остальных вообще никогда. А тут...

- Две недели! Две недели! - возмущенно воскликнул напоследок Шимберг. - Две недели лагерь оставался в запустении. А вы шныряли черти знает где. Так не пойдет. Как вы могли решиться на такое? Масттэрро, что молчишь?

- Я не знаю, что сказать, - промямлил харрец в ответ, впервые оказавшись в таком положении. - Может мы и провинились, хотя я не знаю в чем.

- Не знаешь в чем? - казалось, что всегда спокойный Шимберг сейчас лопнет от возмущения. - Не знаешь в чем? Я скажу тебе в чем, ты самовольно покинул лагерь...

- Но это было необходимо, чтобы сохранить отряд. Облава Лирда чуть не накрыла нас, - оправдывался Масттэрро, даже не предполагая, насколько его последние слова были близки к истине. Сбившиеся в тесную кучу разбойники загудели, подтверждая слова здоровяка.

- И для этого вы отправились в Отрстодин, да? - Шимберг хитро прищурил глаз, чувствовалось, что он потихоньку остывал. - Да в королевской армии каждого десятого за это повесили. Понятно?

- Но мы ведь не в королевской армии, ведь так? - улыбнувшись, заметил Эрстуан, он стоял рядом с Масттэрро, как и Салдэм, чуть позади стояли Лостон и Ярзех.

- Вот и радуйтесь, - выдохнул Шимберг.

- Послушай, атаман, мы конечно виноваты, что не послали гонца к тебе, чтобы предупредить о походе, но это было невозможно сделать. А сам поход был необходим и вынужден, - Масттэрро постарался говорить складно, как когда-то ему приходилось отчитываться перед начальством в харрском флоте. - Ссориться с эльфами было уж дюжа неохота. А если бы кто-то из наших пропал, они бы что-то заподозрили. И отказаться от охраны каравана мы не могли, раз уж представились наемниками. Какой наемник откажется от столь выгодного дела? Никакой. Так что, прости ты уж нас. А?

- Ладно, - буркнул Шимберг. В отряде каждый знал, что атаман отходчивый, иначе Солтахру давно не хватало бы половину спины.

- Мы заработали сто пятьдесят девять золотых, - продолжал Масттэрро, чтобы закрепить свой успех, особенно он выделил слово "заработали". - Думаю, одно это неплохо.

- А что было что-то и ещё? - поинтересовался Шимберг, про себя думая о том, чтобы лучше сделать с деньгами.

- О да, - Масттэрро усмехнулся, всё - атаман простил их, это точно. - Эльфы подарили нам парочку дорогих вещиц в качестве благодарности за спасение их от орков. На вид безделушки, но думаю дорого стоят. И еще вот это, - харрец вытащил из тощего кошеля, притороченного к его широкому поясу, узкий лепесток странного слегка голубоватого цвета.

- И что это? - глаза Шимберга подозрительно остановились на подарке эльфов.

- Эларс сказал, что если нам понадобиться их помощь, то надо бросить этот листок в воду, и они будут знать, - Масттэрро пожал плечами, говоря, что это всё, что ему известно.

- Эларс - это кто?

- Это их главный жрец, - пояснил Масттэрро.

- Что ж, хорошо, - протянул Шимберг. - Поделить деньги поровну между людьми. Ну и как там у эльфов?

- О, это просто прекрасно! - воскликнул Эрстуан - большой поклонник красоты. - Деревья свили свои зеленые кроны в великолепные удобные домики, птицы поют по утрам веселые песни, садятся на руки, белки совсем ручные - берут орехи прямо с ладони. Главный замок украшен...

- А отхожее место у них - это просто выше всяких похвал! - выскочил откуда-то Литруан. - Просто сидел бы там и никуда не уходил.

Десятники вместе с атаманом весело расхохотались. Смех подхватили все остальные. Птицы замолкли на деревьях и с сомнением смотрели вниз на странных людей, устроивших на поляне черт знает что.

- Кому что, - сказал через некоторое время, немного успокоившись, Шимберг. - Кому красоты замков, а кому и отхожее место.

- Да, Литруан у нас такой, - поддакнул Масттэрро. - Эй, Литруан, ты случайно не хочешь занять место Солтахра?

Молодой лучник лишь смущенно промолчал в ответ. Солтахр, потупившись, спрятался за спины остальных разбойников. Две недели его мучили сомнения, правильно ли он поступает, скрывая от атамана известную ему информацию. Но Троян всегда был с ним поблизости. И Солтахр молчал.

- Главное, что вы все живы, и мы все вместе, - сказал Шимберг и обнял за плечи Масттэрро и Эрстуана.

Часть II

Звездное небо, похожее на покрытое оспинами лицо старика, безучастно смотрело вниз. Миллионы бледных огоньков звезд мерцали, пронзая ночную темноту тусклым светом. Где-то высоко ветер в ярости рвал тучные тела медленно плывущих облаков. Здесь пониже он был не столь агрессивен. Деревья гнули кроны и тихо роптали под его натиском. Верхушки шелестели тысячами голосов. Воздух, прогретый за день ярким солнцем, теперь медленно остывал. Бесчисленные армады мошек, привлеченные теплом, кружились вокруг рыжих сполохов костров.

Шимберг лежал на спине, лениво покусывая длинный стебелек травинки, и рассматривал подарки эльфов. Это уже вошло у него в привычку. Каждый вечер он вытаскивал их из тайника и смотрел, пытаясь понять для чего они предназначены. Подарков было три. Первый - лепесток - мерцал в темноте голубоватым светом, его значение было известно. Шимберг отложил его в сторону и взял в руки второй. Длинный узкий у рукояти и совсем тонкий к острию кинжал с исписанным древними рунами эфесом. Шимберг вертел его и так и эдак. Как оружие кинжал мог проткнуть все, что угодно. Шимберг это уже проверил. Лезвие кинжала вошло в твердое тело камня, как раскаленный нож входит в масло. Но зачем эльфам было давать людям подобное оружие? Эльфы - они же известные сторонники жизни и противники насилия. Зачем им дарить такое оружие наемникам - людям по своей природе склонным к убийству? Непонятно. Но кинжал конечно красив. С трех драгоценных камней, искусно вделанных в рукоять, струил мягкий серебристый свет. Он приятно ласкал руки и наполнял сердце уверенностью и силой. Шимберг отложил и его в сторону. Остался только третий. Древний жук - скальдэр - заключенный в адамант. Такие жуки когда- то водились в южной части Корсена, но с приходом людей куда-то исчезли. Говорили, что скальдэр наполнен некой магической силой и питался всем чем угодно. Жук в камне казался живым, просто уснувшим на некоторое время. Тусклый свет звезд играл на гранях необработанного адаманта. Шимберг вздохнул и положил подарки эльфов обратно в небольшой шелковый кошель, который он приобрел в Лиадэ по этому случаю.

Почти два месяца прошло с тех пор, когда Масттэрро с отрядом вернулся из Отрстодина, с тех пор, когда Солтахр узнал о тайном лазутчике в их стане, но никому не сказал, так как этого требовал Троян, с тех пор, когда Шимберг с отрядом Лаорса разбил пехотинцев Ульримо, с тех пор, когда Ксира поклялась найти Шимберга и отмстить Солтахру, с тех пор, когда Лирд обещал пятьдесят золотых монет за голову атамана разбойников, теперь эта составляла сто монет, но Шимберг оставался на свободе.

Два месяца разбойники почти не беспокоили караваны грузов, идущие с севера на юг и с юга на север. Лирд пришел в дикое бешенство, когда его очередная облава закончила ничем. Но последовавшая после этого относительная тишина со стороны разбойников наполнила его сердце надеждой, что они предпочли уйти из этих мест. Но Лирд зря тешил себя пустыми надеждами. Шимберг никуда не ушел и даже не собирался. Все эти два месяца его люди напряженно тренировались. Шимберг приказал выдать каждому полный доспех пехотинца. Теперь банда разбойников усиленно тренировалась ходить в латах, держать строй, отступать и нападать, изучались различные тактики боя. Шимберг хотел превратить своих людей в ничем не уступающее королевским пехотинцам войско. К нему потянулись люди. Слухи о многочисленных победах Шимберга над латниками из городского гарнизона подняли его в глазах простых людей на уровень Героя.

Теперь в его отряде было не меньше полторы сотен человек. И это не считая отрядов Лаорса на востоке и Берьена на севере. Крестьяне бежали из своих деревень, чтобы присоединиться к маленькой армии Шимберга. Масттэрро был назначен сотником, что пришлось ему весьма по душе. Его зычный голос витал над поляной, где обычно проводились учения. У трех-четырех десятков уже всё получалось вполне удачно. Они отлично держали строй, ровно атаковали и дружно отступали, когда это было необходимо, не разрывая цепи. Шимберг приказал выделить именно им захваченные когда-то латы гномьей работы.

Да, жизнь в лагере романтиков с большой дороги кипела бурной рекой.

Шимберг вздохнул и перевернулся на живот. Командовать столькими людьми ему было не впервой. Тогда, когда-то, как теперь казалось, очень давно, он был пятисотником, обойдя на послужной лестнице весьма напыщенного и высокомерного Лирда дэ Эсантэ. Шимберг отогнал прочь эти мысли. Прошлое причиняло ему только боль.

Рядом плюхнулся на широкий зад успевший вволю поорать днем Масттэрро. Он широко зевнул и тряхнул головой. Шимберг окинул его внимательным взглядом и отметил, что сотник действительно устал. Харрец завалился на бок и преспокойно захрапел.

Шимберг только позавидовал ему. Солтахр, подкравшийся незаметной тенью, хотел было пнуть Масттэрро под бок, но затем передумал, решив, что здоровье дороже, трех минут смеха. Шимберг махнул ему рукой, чтобы он угомонился, и парень послушно улегся рядом с атаманом. Солтахр в последнее время вообще стал каким-то не таким. Слишком исполнительным и послушным. Шимберг несколько раз собирался поговорить с ним об этом, но всё как-то не находил времени. А Солтахра грызла мысль, что он невольно предает атамана, не сказав ему о возможном лазутчике, но сказать он тоже не мог, боясь, что Трояну влетит так, как никогда не влетало.

Шимберг моргнул пару раз и не заметил, как уснул. Через полчаса в лагере из бодрствующих остались лишь два десятка караульных.

* * *

- Что опять ничего? - голос Лирд больше не казался грозным, более того он был сладок, как мёд, однако Ергонт прекрасно знал своего начальника, такое состояние пиира было самым опасным. - Ни следов Шимберга, ни этой валькирии, вообще ничего?

Ергонт отрицательно покачал головой. Его самого несколько удивляло относительная тишина в городе и на окраинах. Воры, убийцы и прочая мелочь конечно продолжали промышлять своим ремеслом, но всё это было как-то уже не так, не в том количестве, что было раньше.

- А что наш лазутчик? - Лирд широкими шагами мерил узкую комнату, служившую ему рабочим кабинетом, при этом лицо его оставалось абсолютным выражением спокойствия. Он уже стал привыкать к неудачам.

- Молчит, - пожал плечами Ергонт. - Его и лазутчиком трудно назвать. Где находится банда не знает, сколько в ней человек не знает, кто помощник Шимберга не знает, кто помогает ему в городе тоже не знает, даже как выглядит сам Шимберг и то не знает.

- Чем же он нам полезен?

- Он может сказать, где возможно разбойники нанесут свой следующий удар, - Ергонт и сам не знал, зачем они возятся с этим никчемным человечишкой, которого гордо именовали лазутчиком.

- Ладно, возможно и это сгодиться, - вздохнул Лирд, он присел на край широченного кресла, устав бесцельно метаться по комнате. - Король решил прислать к нам в поддержку дополнительные войска. Что-то около трех тысяч пехотинцев. Ходят слухи, что он собирается отправиться на "прогулку" по всем провинциям. Что за идиот? Страну фактически разрывает на части гражданская война, а он и в ус не дует. Возможно мне дадут повышение.

Ергонт моргнул и подумал о том, что ему от этого светит. Вполне могут тоже повысить. Это хорошо. Лишь война, о которой только что говорил пиир, не докатилась до Лиадэ.

* * *

Ксира поставила глиняный кувшин на стол и с тоской осмотрелась по сторонам. Проклятый кабак опротивел ей до тошноты. Хозяин, маленький, щуплый человек с хитрым прищуром, тут же приволок ей ещё один запотевший кувшин светлого эля. Валькирия не удостоила его даже взгляда, только бросила на стол с десяток медных монет, взяла кувшин и поднялась к себе наверх в комнату.

Прошёл уже целый месяц, как она вернулась из своих странствий по Заброшенному Лесу. Чувство мести так захватило ее тогда, что она без раздумий бросилась вслед за Солтахром. Пару недель валькирия безуспешно бродила по лесу. Наконец ей посчастливилось, и она взяла след проклятого мальчишки. Несколько дней Ксира упорно шла по следу, делая короткие привалы, лишь для того чтобы поесть и поспать пару часов. След вел на север. В лигах в пяти от города он обрывался, растворяясь среди множества других признаков присутствия человека. Ксира осторожно раздвинула ветки деревьев и хищным взглядом окинула открывшуюся перед ней картину. Она искала мальчишку, а наткнулась на всю банду. Шимберг со своим отрядом, как раз останавливался в Трясовищах. Не веря в такое счастье, Ксира разбила небольшой лагерь недалеко от деревни. Там она выжидала пять дней, не без оснований опасаясь, что Шимберг уйдет куда-нибудь, и его снова придется искать. Её терпение было вознаграждено, отряд тронулся в путь. Ксира проследила за ними до основной базы разбойников, после чего со спокойным сердцем вернулась в город.

Каково же было её удивление, когда вернувшись, она обнаружила, что на неё устроена настоящая охота стражниками, подчиненными Лирду. И если бы только за неё назначили, хоть какую-нибудь награду, то пиир ещё три недели назад имел бы удовольствие лично побеседовать с валькирией. А так... Ксира умело скрывалась, ей не раз приходилось это делать.

Неделю спустя после возвращения в город, валькирия набрела на этот кабак, который носил гордое и скажем так - крикливое имя "Золотой единорог". Его хозяин - весьма самодовольное существо - по имени Хитрый Жист - его так все и звали - как только увидел сверкнувшую широким боком серебряную монету, провел валькирию на второй этаж, где размещались жилые комнаты. Доставшийся Ксире номер ни чем не отличался от сотен ему подобным, неубранный стол посередине, низкая кровать, больше похожая на широкую доску чуть приподнятую над полом, с наваленный сверху неприятным на вид барахлом, давно не мытый пол и узкое окошко с натянутым чьим-то желудком.

Ксира отдала серебряную монету хозяину, что составляло плату на неделю вперед, и заказала кувшин эля. Вечером она тайком выбралась в город, разведать что к чему. Ей посчастливилось избегнуть многочисленные патрули стражи, которыми так и кишел в последнее время город.

Вскоре Ксира вышла к хорошо знакомому кабаку "Три грифона". Здесь было полно посетителей. Один удачливый вор сегодня настолько увлекся выпивкой, что теперь угощал всех кто не появлялся в кабаке. Тиамас был доволен таким оборотом дела, вот только было Рааогл не напился, а то снова устроит дебош. Ксира быстро ухватила суть происходящего и построила небольшой план действий, как ей с выгодой для себя использовать шумный пир.

Как не старался Тиамас умерить все больше и больше разгорающийся пыл Рааогла, северянин не желал сидеть смирно. Ему хотелось драки. Почесать об кого-нибудь здоровенные кулаки было его любимым занятием в подобном состоянии. Ардист предложил тихонько обезвредить его, слегка приложив рукоятью кинжала по затылку, но Тиамас отказался, посчитав, что это может принести заведению дурную славу.

И вот когда казалось уже ничто не может остановить предстоящей драки, появилась Ксира. Она не долго думая прирезала одного из банды Рааогла, наиболее глупого, остальных расшвыряла по сторонам, помяв большинству ребра, сам Рааогл получил хороший удар плашмя мечом по голове. После чего, как-то странно охнув, рухнул на пол. Ксира заплатила трем парням с более-менее приличными рожами, чтобы те вытащили северянина из кабака в один неприметный проулок. Когда Рааогл очухался, первое, что он увидел, было хищно блестевший клинок в опасной близости от своего довольно крупного носа.

Северянин вовсе не был таким дураком, как выглядел. Он быстро смекнул что к чему. Ксира предложила ему передать всю свою банду в её подчинение, и он согласился. Меч являл собой самый убедительный аргумент. Тем более Ксиру знали и боялись в округе. Это было бы на руку северянину в дальнейшем. И тем более, что валькирия обещала не менее ста монет золота, провернув одно дело, для которого собственно говоря и было необходимы Рааогл и его люди.

Теперь Ксира, выпив половину кувшина светлого эля, мирно устроилась на старом топчане и приготовилась ко сну. Её люди были наготове исполнить любое её приказание. И скоро она прикажет. А пока...

Ей снилось, что мертвые выпущенные глаза Шимберг, подвешенного на толстом суку, с выпирающими жилами и венами на шее, где удобно примостились тонкая пеньковая веревка, наблюдают за тем, как она медленно вырезает из спины этого ублюдка Солтахра широкие ремни кожи... Во сне Ксира улыбнулась, чувствуя, что день мести близок.

* * *

- Ну ты только посмотри, атаман, как они идут. А? - воскликнул Салдэм, довольный за свой десяток, который теперь состоял из двадцати человек и был предназначен для стремительных атак в открывающиеся бреши в строю противника.

Шимберг кивнул, соглашаясь. Парни вытворяли такое, что казалось даже не под силу и профессионально обученным королевским войскам. Один самый изворотливый ловко проскочил мимо направленного его в грудь учебного копья, поднырнул под стеной прямоугольных щитов и быстрым движением показал, как подрезает щитоносцу ноги. Тот рухнул, как и было положено, разрывая стой. Не успели щитоносцы перестроиться, как пристроившиеся за спинами мечников лучники и метатели дротиков засыпали их ливнем стрел и коротких копий, расширяя образовавшуюся брешь. Остальное доделали мечники. Они, как ураган, ворвались в ряды "учебного" противника и, не дав им опомнится, ловко разделили отряд на две части. Часть мечников проникла в тыл щитоносцам и обрушилась на них оттуда.

- Что ж, неплохо, действительно неплохо, - кивнул Шимберг, в душе он был более чем доволен, но парней нельзя было перехваливать. - Но всё получилось так отлично, только тогда, когда все работали вместе и слаженно.

Тяжело дышащие мечники помогали подняться поверженным щитоносцам. Многие из них были настоящими друзьями. Деревянное оружие, выданное перед тренировочным боем, не ранило никого, пара человек получила синяки, но это было сущими пустяками. В настоящем бою синяками не отделаешься. Это знал каждый. Салдэм, кривя искалеченные губы в счастливой улыбке, ушел похвалить своих парней.

- Ну, что доволен? - спросил подошедший Масттэрро, он издали наблюдал за "схваткой" и, хотя он довольно скептически относился к идее обучить разбойников правилам боя, тоже остался хорошего мнения о проведенных учениях.

- Доволен-то доволен, - пробормотал Шимберг, было видно, что он о чем-то крепко задумался. - Вот только кто поручиться, что в настоящем бою все пройдет так же гладко. Кто поручиться, что никто не дрогнет, ведь большинство из них простые деревенские парни, никогда в жизни не видевшие настоящих ран, крови, смерти.

- Надо их проверить, - высказал своё мнение Масттэрро.

- Что именно ты предлагаешь? - поинтересовался Шимберг.

- Здесь недалеко есть небольшой городишко. Лигах в семи на северо-восток. Население тысяч пять не больше. Поговаривают, что Ульримо начал переброску войск на восток и в этом городе - Усстон - собирается организовать базу. Ходят упорные слухи, что первые обозы с оружие, провизией и золотом уже прибыли в город, - Масттэрро внимательно посмотрел на атамана, желая убедиться, что его слова должным образом дошли до мозга атамана. - Так вот, я предлагаю провести небольшую вылазку с целью разведать что к чему. И если слухи подтвердятся, напасть.

- Это слишком опасно, - покачал головой Шимберг. - Брать штурмом город можно только при наличии специальных машин, катапульт, баллист, штурмовых башен, и на худой конец хотя бы тарана. И ещё для этого нужно, как минимум сотен пять-шесть воинов. Тем более не хочется связываться с Ульримо. Ты, что думаешь, он так спокойно даст себя обокрасть?

- Нет, конечно, - Масттэрро усмехнулся, даже он бы не позволил украсть у себя хотя медный транлин, даже если бы вором оказался Солтахр. - Нам просто надо сделать всё так, чтобы Ульримо не узнал чьих рук это дело.

- Ты предлагаешь прирезать всех и каждого? - ужаснулся Шимберг, излишнее насилие всегда пугало его.

- Вовсе нет, - возразил Масттэрро. - Просто нужно стараться не упоминать наших настоящих имен в присутствии кого-либо, и всячески дать понять, что мы пришли с севера, допустим из южного Эа-Орла.

- Да, я еще так мало знаю о настоящей воровской жизни, - усмехнулся Шимберг. - Твоё предложение выглядит заманчиво, Масттэрро, но нам всё равно не взять город.

- Опять-таки нам помогут чужие личины. Можно под видом каравана попасть внутрь города, а уж там... Действовать по обстановке. - Масттэрро вспомнил, как в молодости не раз проделывал нечто подобно бесчисленное число раз.

- Я подумаю, - уклончиво ответил Шимберг, думая о том, что золота, возможно находящегося в Усстоне, хватило бы ему для оснащения настоящей армии.

Масттэрро пожал плечами и пошел посмотреть, как там его особая команда, которую в лагере прозвали командой "смертников". Шимберг проводил его взглядом, с тоской подумав о том, как давно он не видел Гжвенну, и решил, что пора проведать Трясовища.

* * *

Длинные, гибкие уши настороженно повернулись вокруг своей оси, силясь уловить странный звук, донесшийся секунду назад. Заяц-русак напряженно поднялся на задние лапы и замер. Но звук больше не повторялся. Однако заяц никак не мог придти в себя и поверить в безопасность окрестностей. Он покосил вытаращенным правым глазом по сторонам и решил ретироваться на всякий случай.

Спустя полминуты, после того как русак исчез, стебли густой травы, способные скрыть даже хищное тело рыси, зашелестели, выталкивая вверх стройное узкое тело, обтянутое мягкой тканью неопределенного цвета, больше всего походившего всё-таки на зеленый. Через секунду рядом возникло еще двое существ.

- Ты что же, Лунутриэль? Хочешь выдать нас? - бросил первый и пристально посмотрел высокого, тонкого в кости даже для эльфийской расы, воина. - Когда вернемся, спрошу у Миэля-разведчика каким образом тебе удалось пройти Эль-Чах.

Лунутриэль, среди друзей его звали просто Луну, шмыгнул довольно крупным носом и отвернулся, чувствуя, как жгучий стыд растекся горячей волной по утонченной душе. Ваяль-эльтор Эльтор - десятник (эльфийск.) покачал головой и оставил бедного Луну наедине со своими палачами-мыслями. Третий член их маленького отряд Лекуль мрачно смотрел на север, туда откуда они пришли. Небо затягивалось черными тучами.

- Спешить надо, - буркнул Лекуль, он всегда отличался немногословностью. - Будет гроза.

- Ты прав, - Ваяль оглядел хмурое небо. - Эльд-отец оплакивает нашу родину. - Эльтор когда-то мечтал стать жрецом Бога лесов, но не сложилось...

- Они пошли в восточном направлении, - ввернул Луну, путаясь словами заглушить стыд за опозоренную честь Альтоэля Альтоэль - дословно "Бесшумный разведчик" (эльфийск.). - Тремя часами раньше нас.

- Нам надо спешить, что бы догнать их до дождя, - Ваяль махнул рукой, призывая подчиненных замолчать и следовать за ним.

Лекуль буркнул что-то напоследок, и троица бесшумных эльфов снова нырнула в траву. Заяц-русак, напуганный несчастным Луну, решил вернуться на поляну, где он обнаружил лишь слегка примятую траву, да неугомонного дятла. Осмотрев и обнюхав окрестности, русак все же предпочёл поискать другую поляну для обеда, но причиной этому было врожденная подозрительность.

* * *

- Ты только представь, Нагила, пошла я вчера на реку, белье прополоскать, а он тут как тут, червь пузатый, - всплеснув руками, причитала Гжвенна.

- Да кто он-то? - Нагила, темноволосая красавица, повела глазами, делая вид, что ничего не понимает.

- Кто-кто, Иркилий, не ясно что ли? У кого еще наглости хватить за бедной девушкой на реку ходить. Наверняка думал, что я купаться стану, - Гжвенна надула губы и потрясла руками, словно показывая, как бы придушила поганца.

- Ага, купаться вместе с кучей белья, - не преминула съязвить Нагила, что-что, а поддеть человека она умела.

Гжвенна сделал вид, что не расслышали слова подруги. Она нервно теребила в руках подол длинного до пят платья легкого пошива. Нагила прищурила левый глаз, пытаясь понять, что же тревожит её подругу.

- Ничего тебе этот Иркилий не сделает, даже если бы на что-то и согласилась добровольно, - Нагила попыталась насмешкой подбодрить Гжвенну.

- Да знаю я, - девушка задумчиво отвернулась. - С него станется.

- Это точно. Шимберг его тогда так располосует, что кожа облезет, - Нагила мгновенно отметила, как вздрогнула подружка при имени своего любимого. - Ты только не переживай так, а то похудела уж.

- Да ладно, - отмахнулась Гжвенна.

- Всё хорошо с твоим Шимбергом, - прошептала Нагила ей в самое ухо. - Вот увидишь, скоро приедет.

- Думаешь? - встрепенулась Гжвенна, услышав именно те слова, которые желала услышать.

- Уверена, - кивнула Нагила.

Гжвенна мгновенно распустилась ярким цветком. Румянец покрыл её до этого бледные щеки и улыбка растянула напряженные губы.

- А давай отомстим Иркилию, - предложила Нагила невпопад. - Искупнем его вечерком в речке, чтоб забыл туда дорогу, а?

Гжвенна звонко рассмеялась, на мгновение представив себе данную картину. Нагила подхватила её смех, распугав сладко звонных птах, что нашли приют на окрестных деревьях, даже слепец-крот высунул голову из норы, чтобы узнать в чем дело. А подружки, обнявшись, направились обратно к деревне, и не подозревая, что Шимберг уже в лиге пути от них нахлестывал коня, торопя скакуна поскорее привести его к любимой.

* * *

Впервые за последние десять дней пиир Лирд рискнул покинуть собственный дворец, которым он владел как дворянин, граф Ротаганский, и пройтись пешком по городу без сопровождения. Пиир не любил бродить пешком, не любил Лиадэ и живущих в нем людей, не любил слишком влажный для него воздух средней полосы Корсена, в общем много чего не любил.

Сам Лирд был родом с северо-востока королевства, оттуда, где сейчас хозяйничали войска несокрушимого Ульримо. Ротаган лежал недалеко от восточной границы Корсена, и набеги мерзонцев были частым явлением в жизни его жителей. Как сын графа Лирд имел отличное образование и воинскую выучку. Нередкие схватки на пограничье дали ему необходимый опыт. Вскоре ему доверили сотню, сделав сииром. Но врожденная склочность, упрямство, зависть и высокомерие сделали его непопулярным среди войска. Солдаты боялись, но не уважали его. Лирд плевать на это хотел. Его страстью было повелевать людьми. Видеть, как они идут на верную смерть, лишь потому что он так приказал. Большие потери в рядах его сотни, провели к тому, что тысячник Оартон приказал разжаловать Лирда в десятники. Напрасно Оултор, отец Лирда, просил за сына.

Лирд покинул родные земли, презрев отцовское наследство, имение и город Ротаган. Дело в том, что Ротаган лежал в землях лорда Сумарского и Лирду пришлось бы подчинять указам лорда, на что он не мог согласиться. Он отправился в столицу, надеясь устроиться в королевское войско. Как ни странно ему это удалось практически сразу. Через пару месяцев разразилась Первая Пограничная война.

Так как Лирд имел большой опыт в ведении боевых действий в условиях близкой границы, то его отправили с первым отрядом в две тысячи человек, назначив помощником сиира - ситлахом. Однако тогдашний король Глоэс I совсем не учел рельеф местности в месте прорыва мерзонцев. И полторы тысячи конников увязли в болотах. Пять сотен пехотинцев имели большую подвижность, но из-за малочисленности плохо сдерживали натиск врага. Через пять месяцев подошла подмога двадцать сотен легко вооруженных панцирников, лучников и мечников. Тем временем фронт атак сместил к югу, что позволило частично использовать и конницу. Лирду была доверена сотня.

Постепенно война сошла на нет. Мерзония просто проверяла свои и вражеские силы. Лирд остался на границе со своей сотней. Он решил пока не проявлять своих деспотичных наклонностей.

Вторая и Третья Пограничные войны имели столь же стихийный характер и длились не более полугода. За это время Лирд сумел отличиться пару раз и уже надеялся на повышение, когда развернулась Четвертая Пограничная война. Тут уж Мерзония дала своему войску волю. Сорок тысяч воинов перешли границу на северо-востоке и еще тридцать на юго-востоке. Через центр же во главе пятидесятитысячной армии шел сам король Мерзонии Альтах III.

Глоэс I король более умный, нежели его отпрыск, выступил из столицы во главе стотысячной армии, которая должна была пополниться в дороге ополчением восточных баронов и южной частью конного корпуса. На границе к тому времени развязались первые бои. Лирд со своей сотней и еще тремя тысячами медленно отступали перед более многочисленным противником. Воины вынуждены были вести партизанской способ войны.

Лирд снова отличился, тем более что вел он себя, как образцовый командир. Вскоре пограничные войска соединились с основной армией Глоэса I, вот тут-то Лирд и повстречал Шимберга дэ Сои, который в то время тоже уже получил сотника.

Эти двое сразу не сошлись характерами. А сотни их стояли края о край. Лирд не очень-то жалел солдат, бросал их в бой в самой жаркое место. Шимберг же наоборот без причин не рисковал людьми. Дэ Сои как-то с равнодушием относился к своему левому "соседу", в то время как Лирд ненавидел его всей душой, сам толком не понимая за что.

Глоэс I, вообразив себя талантливым полководцем, решил вначале разбить центральную армию противника, тем более, что его собственные войска превосходили её по размерам в полтора раза. Небольшие отряды в двадцать тысяч каждый были отосланы на сдерживание врага на севере и на юге. Глоэс I решил, разбив армию центра, разделить свои войска пополам и зайти мерзонцам с тыла. План конечно был не плох, но уж больно очевиден и прямолинеен. Но король на то он и король, он не стал слушать советы умудренных опытов боевых полководцев, а приказал выполнять его план и без проволочек.

Шимберг попросил своего пятитысячника отправить его с отрядом, идущим на север, так как там была его родина, но ему было отказано. Пятитысячник слишком ценил дэ Сои, чтобы отпускать куда-либо. Вот тогда-то Лирд и понял, что его точить зависть к этому человеку. Попросись он в северный отряд, его бы непременно оправили.

Через месяц после утверждения плана компании, армии сошлись на широком поле в тридцати лигах от восточной границы Корсена. По данным разведчиков войско мерзонцев достигало шестисот сотен солдат. Глоэс I первым прибыл на место предполагаемого боя и поэтому имел время укрепить свои позиции.

Лирд и Шимберг попали на правый фланг центрального корпуса, состоявшего из тридцати тысяч пехотинцев. Лирд проклял тот день, когда узнал, что его предмет зависти назначен пятисотником над ним.

Битва началась на третий день. Огромные волны закованных в сталь пехотинцев хлынули на равнины с обеих сторон. Лучники и пращники своими снарядами затмили свет солнца. Глоэс I предварительно приказал до поры до времени не пускать конницу, расположенную на флангах, в бой.

Страшный грохот наполнил воздух, когда сверкающие лавины сошлись в рукопашную. Копья ломались о щиты, мечи пронзали доспехи, булавы гнули шлемы, тонкие стрелы искали малейшую брешь в броне противника. Шимберг выстроил свои пять сотен в неровный прямоугольник и приказал наступать. Лирд оказался на самом правом краю прямоугольника и старался придать храбрости воинам воинственными криками.

Альтах III решил не размениваться мелкими силами, а сразу раздавить противника тяжелой кавалерией, тем более, что конница в его армии составляла примерно половину войска. Лирд с ужасом наблюдал, как к ним стремительно приближается волна сверкающего железа. Кони в броне, всадники в доспехах. Шимберг приказал поменять строй и выставить в первые ряды копьеносцев. Щитоносцы дружно сомкнули огромные в человеческий рост щиты со специальными прорезами, куда вставлялось копье и неприступной стеной стали перед арбалетчиками. Три ряда сменных воинов отдыхали за их спинами. Чуть дальше расположились мечники, еще дальше лучники и пращники, для последних сейчас работы не было, рыцаря в доспехах не пробить камнем. Лучники, те что пометче пытались поразить противника в смотровые щели. С десяток всадников рухнуло под копыта лошадей с торчащими древками стрел.

Когда до конницы оставалось не более двухсот метров в дело вступили арбалетчики. Длинные стальные дроты пронзали доспехи, как бумагу. Арбалетчики быстро сменялись, выстрелив, уходили, чтобы перезарядит самострел, уступая место другим. Но стрелы в тот день не смогли бы спасти армию корсенцев.

Стальная лавина с размаху ударила в строй корсенцев и сломалась о частокол двухметровых тяжелых копий, разбившись на отдельные водовороты схваток. Нескольким всадникам удалось пробить строй, и с утробным криками они ворвались в тыл копьеносцам. Но здесь их ждал сюрприз. Пять десятков специально обученных крестьян баграми стаскивали конников с лошадей и булавами плющили непробиваемые доспехи. Ринувшимся было на подмогу мечникам ничего не досталось.

Первая волна мерзонцев, разбившись, откатилась назад. Следом ударила тяжелая пехота и лёгкие конные отряды, которые наскакивали, выпуская тучи стрел, и уносились прочь.

Глоэс I, а вернее теперь уже его полководцы, решил, что пора ввести в действие кой-какие новшества. Ударили дальнобойные катапульты заряженные шарами с горючей смесью, изготовленной придворными алхимиками. Тучи горящих стрел унеслось им вслед. Шары падали, разбиваясь и орошая всё вокруг на десятки метров вязкой жидкостью, среди рядов вражеской пехоты. Войска Корсена заранее уведомленные, как и должно быть, об этой атаке спешно отошли назад, дабы огонь, вскинувшись рыжие языки, не задел своих воинов.

Дикие крики объятых пламенем людей подхватил ветер и отнес к наблюдавшему за боем с высокого холма Альтаху III. Его полководцы находились в задумчивости.

Наконец пламя начало спадать. Не меньше двух тысяч мерзонских латников сгорели заживо. Лирд со стороны наблюдал за этим зрелищем. Его сотня совсем не пострадала в двух атаках противника.

Но полученный урок ничему не научил короля Мерзонии. Его пехота снова упорно полезла вперед и теперь ей предстояло схлестнуться с тысячами Корсена. Шимберг лично повел свою полутысячу в бой. Щиты с торчащими копьями и больше ничего, не единого просвета, вот что представлял собой строй корсенцев.

Копья ударили в щиты, поверх строя метались стрелы. Грохот стоял такой, что в пору можно было оглохнуть. Шимберг, ставший в строй, как обычный солдат, выказывал чудеса храбрости и умения владеть оружием. Копье в его руках оживало, и змеёй проскальзывало между, казалось бы плотно прижатыми друг другу, щитами противника, каждый раз отнимая жизнь. Лирд, решивший, что задача сотника управлять, а не сражаться, втихую завидовал ему.

Пехота рогами уперлась в землю и не двигалась ни на сантиметр. Мерзонцы тоже не сдавали своих позиций. Казалось силы равны, и никто не возьмет вверх. Тем временем левый фланг корсенцев постепенно отступал назад.

Шимберг яростно захрипел и с размаху обрубил наконечник копья нацеленный ему в грудь. Секира с шипением рассекла воздух и обрушилась на соседнего воина. Стоять дальше не было сил. Солдаты не успевали меняться. Строй кое-где начинал рушиться. Воины слишком устали, а у врага пехота подваливали новыми рядами. Сейчас правый фланг насчитывающий пять с половиной тысяч бойцов пытался выстоять против по крайней мере вдвое превосходящего врага.

И Лирд уже решил, что всё не выстоять, когда из-за приземистого холма, расположенного в пятистах метрах от них вырвалась сверкающая кавалькада всадников. Десять тысяч закованных в броню корсенских рыцарей ударили не успевшей перестроиться мерзонской пехоте во фланг, смешали и опрокинула её. Строй латников сломался.

Лирд, усмотревший удобный случай отличиться, приказал своей сотне разворачиваться в боевой порядок, собираясь ринуться в образовавшиеся бреши. Шимберг был рядом и всё видел. Удар закованного в сталь кулака опрокинул Лирда на землю.

- Ты что сдурел? - заорал на него Шимберг. - Под копыта собственной кавалерии?

Лирд попытался подняться, но не смог. Тело плохо его слушалось. Несколько солдат обступало его, но в их глазах не было ни капли сочувствия.

- Ты отстраняешься от командования, - Шимберг поставил свой вердикт. - Уведите его.

Двое рослых воинов из личного окружения пятисотника подхватили всё ещё не пришедшего в себя Лирда и уволокли его прочь.

Битва меж тем продолжала яриться буйным пламенем. Кавалерии Корсена рассекла пехоту Мерзонии и вихрем ушла на второй заход. От ставки Альтаха III неслись волны конницы, но они не успевали. Легковооруженные мечники врывались в образовавшиеся в строе противника бреши и резали всех с подряд. Конница мерзонцев схлестнулась с кавалерией Корсена. Тем временем подоспевшие резервные отряды вкупе с изрядно потрепанным тридцатитысячным центральным корпусом раздавили пехоты врага и двинулась вперед, сминая всё на своём пути. Конница врага, потеряв скорость и маневренность, стала легкой добычей для панцирной пехоты. Альтах III спешно приказал трубить отход. Солнца как раз склонилось над горизонтом.

Глоэс I отозвал свои войска, не приученные к бою в темноте. На утро посланные на разведку воины вернулись с сообщением, что Альтах III во главе своего войска покинул ставку и ушел на восток. Мерзонцы потеряли двадцать пять тысяч убитых в этой памятной битве. Северный и южный отряды, узнав о сокрушительном поражении центральной армии, спешно ретировались из королевства. Корпуса посланные на их удержание не успели потерять ни человека.

Пограничные стычки продолжались еще долгое время, но на них никто серьёзного внимание не обращал.

Лирд надолго запомнил ту памятную битву и особенно удар Шимберга. У всех на виду. Это же такое оскорбление для дворянина. Лютая ненависть, горевшая в душе Лирда, получила новую порцию топлива.

С тех самых пор Лирд искал возможности отомстить. Его перевели в небольшой гарнизон маленького городка на севере, названия которого он даже не помнил. И только два года назад ему удалось заполучить назначение в Лиадэ, где предвиделась возможность для роста по службе. О Шимберге ничего не было слышно, тем более, что в районе его имения хозяйничали ратники Ульримо.

Каково же было удивление Лирда, когда он узнал, что атаман банды разбойников, орудующих в окрестностях, никто иной, как его заклятый враг. Вот теперь Лирд имел законные права убить его. Но вот как это сделать? Поймать Шимберга не удается уже больше года. Трудная задача, которую пока что Лирду не удалось решить.

Улицы Лиадэ сменяли одна другую, напоминая о невыполненной мести. Лирд до хруста сжал кулаки и посмотрел на небо. Почему Боги не помогут ему в справедливой мести? Хотя кто знает? Может они и помогают, только не очень спешат, чтобы месть была более сладкой. С этой мыслю Лирд направился дальше.

* * *

Шимберг бережно опустил повисшую на нем Гжвенну на землю. Та смотрела на него сияющими глазами. Нагила, усмехнувшись и покачав головой, оставила их одних. Гжвенна не могла поверить в это чудо: только что они с подругой говорили о Шимберге, и вот он тут.

Троян, проходивший в трех десятках метрах от них, остановился и с завистью посмотрел на парочку. Его жена так на него не бросается. Наверное потому что видит каждый день. Утешившись этой мыслью, Троян свернул за угол дома и направился навестить Солтахра. Иркилий уже визжал от ужаса, узнав, что его кошмар вернулся.

- Ну как дела? - прошептала Гжвенна, первой нарушая сладостное молчание.

Шимберг неопределенно пожал плечами, что вполне возможно могло означать, что всё в порядке. Гжвенна уже привыкла к подобному способу общения и понимала своего возлюбленного с полуслова, и даже с полудвижения.

- Милый, тебя так долго не было, - Гжвенна прижалась к широкой груди, что должно было означать: "Я так по тебе соскучилась".

- Дела, - махнул в ответ рукой Шимберг, большего он придумать не мог, Масттэрро и против этого небольшого отпуска протестовал до последнего. - Ну, а как дела здесь, у вас?

- Да всё также, - Гжвенна и представить себе не могла, что что-то может измениться в этой глуши.

Уже поздним вечером, немного придя в себя от радости встречи после долгой разлуки, они сидели на берегу спокойно текущей речушки, крепко обнявшись. Ветер вяло перебирал в струях воздуха ветви плакучей ивы, склонившейся над голубым зеркалом воды. Полдня влюбленные беседовали о том о сём или просто молчали, им хватало и этого.

* * *

- Интересно, что им здесь понадобилось? - прошептал Луну прямо в остроконечное ухо Ваяля.

- Это не наше дело, - отрезал эльтор. - Наша задача просто следить, а не выяснять что к чему.

- Угу, - поддакнул Лекуль.

Густые кусты отлично скрывали их от посторонних глаз. Природная способность маскироваться в лесу и чуть-чуть магии сделали их неотличимыми от тонких веток и ярко-зеленых листьев манганы.

- Долго нам ещё здесь торчать? - Луну отличался занудством и ворчливым характером. - Комары заели уже. Их здесь похоже специально откармливают. Вон какие огромные.

Красноречивый взгляд Ваяля лучше всяких слов заставил Луну закрыть рот, тем более, что в него успел ворваться здоровенный комар и устроил пиршественный стол прямо на языке эльфа. Лекуль с некоторым интересом посмотрел на перекошенное лицо своего соседа, но после того, как тот выплюнул пережеванного комара, равнодушно отвернулся. Луну осторожно пошевелился, как бы проверяя не затекли ли еще конечности.

- Послушай, Лунутриэль, тебе гномом надо было родиться, а не эльфом, - рассерженно буркнул Ваяль, а его было не так-то легко вывести из себя. - Посидишь ты спокойно или нет?

- Я постараюсь, эльтор, - склонил голову в почтительном поклоне Луну и тут же добавил, кивая в сторону сидящей у реки парочки. - А у людей тоже любовь бывает.

Лекуль уже хотел хлопнуть его по макушке, но голос эльтора остановил его:

- У людей как раз она самая сильная и чистая. Мы слишком окруженные ею, чтобы любить, так как они. А люди... Они не такие, как мы.

Лекуль почесал затылок, поросший темно-зелеными волосами, пытаясь понять, что это случилось с их невозмутимым эльтором. Луну сделал вид, что всё так и должно быть. Некоторое время они молча наблюдали за людьми, как и предписывало их задание, на которое их послал Большой Совет-Круг.

- Смотрите, - Луну больше пяти минут молчать не мог, но сейчас он заговорил не попусту. - Мы здесь не одни. Кто-то еще следит за нашими людьми.

Ваяль проследил взглядом в указанном пальцем Луну направлении и действительно отметил две пары любопытных глаз, следящих за Шимбергом и его девушкой.

- Может, подкрадемся к ним и "вежливо" узнаем, что они здесь забыли? - предложил Луну, надеясь показать, что не просто так получил звание Топу-Альтаэль1.

- Нет, - отрезал Ваяль. - Нам приказано только наблюдать за Шимбергом и его отрядом, а не вызнавать кто на него точит зуб.

Луну пожал плечами и обиженно шмыгнул носом, эту вредную привычку он прихватил у гномов, когда гостил у них прошлым летом. Лекуль мягко опустился на землю и моментально уснул. Ваяль ещё долго следил за странной парочкой, засевшей в кустах манганы в полутора сотнях метрах от них к северу. Кто они? Что здесь делают? Не его это эльфийское дело, пусть люди сами разбираются со своими делами.

* * *

Шимберг ехал, хмуро уставившись в темную гриву своего коня. Масттэрро сидел в седле соседней лошади. Он с мрачностью наблюдал за подавленным состоянием атамана. Харрец, с самого начала не одобрявший эту поездку, теперь пришёл к выводу, что он был прав. Прощание с Гжвенной расстроило Шимберга окончательно.

Солтахр, бич Трясовищ, остался в деревне, никто не хотел брать на себя ответственность за него в предстоящем в скором времени налете. Троян покорно согласился за ним присмотреть. Иркилий выл и проклинал тот день, когда появился на свет его вечный мучитель.

- Ты хоть ей сказал о походе? - спросил Масттэрро.

- Нет, - Шимберг отрицательно покачал головой. - Зачем тревожить её по напрасному. Когда вернемся всё и расскажу. Может быть...

1 Топу-Альтаэль - дословно "Меткий лучник" (эльфийск.)

- Ох, женщины, - вздохнул Масттэрро. - Сколько горя от них.

- Ничего ты, Масттэрро, не понимаешь, - Шимберг усмехнулся.

- Отчего же, всё я прекрасно понимаю. Всё это у меня уже было. - Харрец с тоской посмотрел на юго-восток. Где-то там лежала его страна, его родина, его... На этот счет он не любил распространяться. - Было и прошло.

- Вот как? - Шимберг был не в шутку удивлен. - Расскажешь?

- Нет, - отрезал Масттэрро.

- Как хочешь, здоровяк, - Шимберг знал, если Масттэрро уперся и сказал "нет", то это всё - железно, пытать его бесполезно.

Кони уныло перебирали копытами, вбивая пыль в потертое полотно дороги. Всадники не слишком их торопили, полностью отдавшись нахлынувшей грусти.

- Знаешь, что? - Шимберг решительно вздохнул. - Надо бы съездить к Лаорсу, узнать как там у него дела.

Масттэрро пожал плечами, не его это дело решать, что нужно сделать, а чего не стоит. Надо съездить - значит надо.

- Я собираюсь всё-таки пойти с отрядом, а вот ты и съезди, - Шимберг покосился на помощника.

- Хорошо, - согласился Масттэрро. - Хотя я лучше пошёл бы с тобой в город. Стосковалась моя секира по работе.

- Ничего, ещё успеешь намахаться, - подбодрил его Шимберг.

Иногда кажется, что люди, самые обыкновенные - ни маги, ни колдуны, ни ведуны, ни ясновидящие и тому подобное, могут предсказывать будущее. Шимберг и сам не знал, насколько он близок к истине.

* * *

- Эй, ты, пузатая сволочь, ты когда эль притащишь? - Ксира не любила долго ждать. - Мне, что самой придти, подогнать тебя, что ли?

- Уже несу, - улыбающийся во всё лицо хозяин появился через секунду, в руках запотевший кувшин эля. - Вот то, что желали. Этот эль самый лучший во всем городе, глубоко я его запрятал, вот и пришлось долго искать.

- Ага, как же лучший, - усмехнулся Рааогл. - Скажи лучше, не откинем ли мы копыта, выпив его?

- Ну что вы?! - воскликнул возмущенный хозяин. - Ещё никто никогда не травился элем Жиста.

- Это правда, - подтвердила Ксира, уже перепробывшая большую часть напитков, подававшихся в "Золотом единороге".

- Тогда выпьем, - это был лучший и самый любимый тост северянина. - Что б кувшины твои не опустели, хозяин, если этот эль хотя бы наполовину такой, каким он является по твоим словам.

Напиток потек в широкую глотку Рааогла. Ксира сморщилась и отвернулась. Хитрый Жист напряженно наблюдал за тем, как опустошается кувшин. В подполе их было не так уж много, ещё десятка два. А этот ходячий бочонок вина был способен за раз вылакать не менее полутора десятков. Опустошение винных запасов никак не в ходило в планы Жиста, не даром носящего прозвище Хитрый.

Ксира, не спеша, отпила из другого кувшина и нашла эль действительно недурным. Рааогл наконец оторвался от пьянящего напитка, крякнул от удовольствия и с размаху хряпнул пустой кувшин о стол. Хозяин едва успел прикрыть лицо руками, а не то его стали бы звать Кривой или Одноглазый Жист. Ксира только покачала головой и зевнула. Этот варвар не слишком-то старался вести себя прилично. Правда, это было и не к чему.

- Пожалуйста, будьте впредь более осторожным, господин, - захныкал Жист. - Вы так мне всю посуду перебьёте.

- Чего? - рыкнул Рааогл, совсем не поняв, что хочет от него хозяин. - Я тебе сейчас так поосторожничаю, что костей не...

- Успокойся, - Ксира была сама невозмутимость. Этот тупоголовый северянин постоянно так и нарывался на неприятности. - Я тебе заплачу за всё, Жист. А теперь оставь нас.

Хитрый Жист, продолжая причитать о буйных постояльцах и посетителях, в уме уже продумывал сколько можно себе позволить содрать с валькирии, чтобы при этом она не схватилась за меч.

- Рааогл, ты грязная свинья, - прошипела Ксира, когда хозяин кабака удалился к себе за дальнюю стойку. - От тебя толку не больше, чем от комара.

Северянин свирепо засопел, но возразить ничего не посмел. Валькирия крепко держала его за ребра, в прямом и переносном смысле. Против неё он не продержался бы и двух минут и то только в трезвом виде. А сейчас Рааогл уже изрядно накачался элем.

- Но ты мне нужен, - продолжала между тем Ксира, небрежно оперевшись локтем о грязный стол. - Ты и твои люди. А так бы... Ладно. Не будем об этом.

Рааогл вяло кивнул, рыгнул и попытался откинуться на спинку "седалища", забыв что сидит на ущербном табурете. Ксира еле успела схватить его за длинную волосатую лапищу. Ей понадобилась вся её сила, чтобы не дать северянину свалиться на пол.

- У-у, проклятье Улдуса и Раоха! - вскипел Рааогл неизвестно на кого, из пьяной глотки полились такие проклятья и ругательства, что впору было ноги уносить.

Ксира с досады плюнула на совсем осоловевшего варвара и ушла наверх к себе в комнату. Там она, предварительно запер дверь на хлипкую на вид щеколду, принялась обдумывать, как именно можно использовать раздобытые вчера сведения. А то что сведения имели ценность - это не вызывало сомнений.

Невеста Шимберга, живущая в небольшой деревушке недалеко от Лиадэ, что это подарок судьбы? Ксира с сомнением отнеслась к сообщению её лазутчиков, что Шимберг остановился, при чем совершенно без боязни, в непосредственной близости города в маленькой деревушке. Конечно она сама проверила сведения, и вот вчера собственными глазами видела их подтверждение. Осталось лишь найти достойное применение им. Вот только какое?

Ксира довольно облизнула полную нижнюю губу. Она знала один способ нанести смертельный удар по Шимбергу. Знала... Знала... Знала и собиралась воплотить его в жизнь в ближайшем будущем. А пока... Пока пора спать, этот глупый остолоп Рааогл опять начал буянить внизу. Ничего Хитрый Жист не даром держал у себя двух амбалов. Они враз успокоят пьяного верзилу.

* * *

Усстон, расположенный в изгибе узкой речушки, лежал перед ними, как на ладони. Шимберг, прищурив правый глаз, внимательно смотрел вниз с вершины пологого холма, солнце стояло в зените, мешая обозрению. Масттэрро застыл рядом.

- Что ж, всё вроде бы спокойно, - Шимберг не был уверен в своих словах, но причин для беспокойства также не видел. - Надеюсь наши парни не учинят резню и не полезут в драку раньше времени.

- Они постараются, - пожал плечами Масттэрро, видимо не сомневаясь в своих подчиненных. - Ты главное сам не лезь, куда не следует.

- С каких это пор тебя назначили моей нянькой? - брови Шимберга от удивления поползли вверх. - И главное кто?

- Это не важно, - усмехнулся Масттэрро.

Они помолчали некоторое время, наблюдая, как караван, снаряженный атаманом разбойников, медленно переваливает через соседний холм. Десятки лошадей, уныло опустив голову, тянули повозки, груженные всевозможными товарами. Лихие погонщики присвистывали, заставляя особо ретивых животных, непривыкших к хомуту, придерживаться правильного направления.

- Они не подведут, не бойся атаман, - Масттэрро дружески похлопал Шимберга по плечу, только ему это было дозволенно. - Мне пора. Что передать Лаорсу?

- Пусть готовит людей, - Шимберг задумчиво перевел взгляд на раскинувшийся перед ним город. - Возможно весьма скоро нам понадобится целый полк, чтобы хоть как-то выжить в этих краях. До скорого, здоровяк.

Они обнялись на прощание. Масттэрро лихо вскочил в седло, подняв коня на дыбы, и помчался по неприметной тропинке, которая вела вскользь мимо города.

* * *

- Дьявол побери этого сиира Аронна, - устало зевнув, сказал Раасон. - До чего же нудная работа. Ну кто, скажите мне, кто попрется в этой забытый всеми Богами городишко.

- Никто, - ответил ему Соитл, его напарник. - Чего тут делать?

- Вот именно, - согласился с ним Раасон. - Чего тут делать? А ты вон нет, стой тут и карауль, един Мазар знает что. Эх, самого сиира суда, да на пару дней. Посмотрел бы я тогда на него.

- Да чего тут болтать, пойду лучше покемарю немного, - Соитл широко зевнул и решительно направился к караулке.

Однако ему не повезло.

- Куда? - раздался мощный рев десятник Реалла. - Я вам покажу, как от службы отлынивать, черти полосатые. За что вам деньги платят? За сон что ли? А ну живо на пост! - десятник - он и есть десятник, самый требовательный командир в армии.

Соитл подпрыгнул на месте, словно ужаленный, и, гремя доспехами, помчался обратно. Раасон попытался усмехнуться, но усталость настолько овладела всем его телом, что ему удалось лишь слегка искривить губы. Десятник, сыпля проклятиями, ворвался в караульное помещение. Тут же оттуда раздались довольно смешные визги, весьма напоминающие женские.

- А ну, стройсь! - десятник разошёлся не на шутку.

Весь караульный десяток высыпал на улицу. Многие потирали задницы, ребра, бедра, в общем те места, куда пришелся пинок Реалла. Несколько прохожих остановилось понаблюдать, как солдаты получают выволочку.

- Сколько вас учить? - десятник прохаживался вдоль строя, сжигая взглядом нерадивых подчиненных. - Эх, дали бы мне волю, я бы вас всех...

Что именно с ними бы было солдатам не удалось узнать. Оно и к лучшему. Раасон, оставшийся снаружи широченных и высоких ворот, прикрывающих вход в Усстон с запада, примчался, неловко прижав к груди вверенное ему копье.

- В чем дело, солдат? - десятник не любил называть подчиненных по именам. - Что за вид?

- Извините, диир Реалл, - Раасон с трудом переводил дыхание, вот что значит отлынивать от учебных маршей и муштры. - Там... Там, что-то движется.

- Что значит что-то? - брови десятника грозно сошлись на переносице. - Выражайся точнее.

- По-моему это караван, - Раасон вжал голову в плечи и пролепетал слова заплетающимся языком.

- По-твоему или это действительно караван? - Реалл угрожающе шмыгнул носом.

- Я точно не могу сказать, господин диир, у меня плохое зрение, - Раасон совсем раскис, пятками чувствуя, что на этот раз ему не выкрутиться.

- О, Боги, зачем вы так наказываете меня, - простонал Реалл. - Когда вернешься в казарму, что бы вычистил весь пол. Понятно?

- Но, господин диир, я не виноват... - попытался протестовать Раасон, заранее знаю, что это ничего не даст.

- И плац заодно. Чтоб к моему приходу сверкал, как зеркало. Всё ясно? - рявкнул десятник и, не дожидаясь ответа, направился к воротам, что бы самому проверить, что там увидел этот олух.

Раасон и Соитл последовали за ним. Караульным полагалось находиться и снаружи ворот и внутри города. Реалл взобрался на небольшой бугорок, приложил руку ко лбу козырьком и стал всматриваться вдаль.

- Действительно, караван, - задумчиво протянул он через некоторое время.

- Что я вам говорил, - позволил себе вставить слово Раасон, надеясь на нисхождение.

Но десятник на счастье солдата совершенно не слышал его. Реалл погрузился в кратковременные раздумья, иногда посещавшие его время от времени. Думы его были обращены в направлении приближающегося каравана. Что он здесь делал? Откуда он? Нет, не то, чтобы в Усстон не приходили торговые караваны, просто всё это было, как-то подозрительно. В последнее время с запада никто и ничто не давал о себе знать. Словно там всё вымерло. Обозы с оружием и товарами подходили чуть ли не ежедневно, но всегда с юго-востока. Ульримо где-то там устроил свою ставку, и теперь вооружение, провизия и прочее тянулись в небольшой городок Усстон.

Реалл усмехнулся, вспомнив о десяти золотых, полученных им за пропуск последних трех обозов. Власти города плевать хотели на то, откуда проходит оружие и кто его хозяин, пока за это платили звонкой монетой. О том, что Ульримо превратил из города свою перевалочную базу старались помалкивать. Реалл пожал плечами - превратил так превратил, что ж теперь.

- Эй, вы, ротозеи, приготовьтесь! - рявкнул десятник, резким движением вытряхивая докучливые мысли их головы. - Этот караван скоро будет здесь. Что делать, вы вроде как знаете. - Последнее Реалл поставил под сомнение. - Из-за вашей глупости и непроглядной лени, мне придется остаться и проследить, за четким и слаженным выполнением обязанностей. И попробуйте хоть что-то сделать не так, плац есть не только возле нашей казармы. Всё ясно?

Судя по кислым минам на лицах солдат, они всё схватили на лету. Драить плац не хотелось никому. А тем более возле соседних казарм.

- Построится! - зычным голосом крикнул Раасон, как главный по караулу. - Приготовиться к встрече гостей.

* * *

- Вот уж не думал, что удастся так легко пройти, - вытирая пот со лба, сказал Салдэм. - И чему только учат этих вояк?

- Тому и учат, где и как можно денег побольше заграбастать, - ответил ему Шимберг. - Думаешь это было легко?

- Но мы же прошли, - резонно ответил Салдэм. Пожимая плечами.

- Прошли, - согласился Шимберг.

У него перед глазами услужливая память раскинула картину предыдущих трех часов. Как только они попрощались с Масттэрро Шимберг присоединился к своим ребятам, переодевшись в неброские тряпки небогатого купца.

Через полчаса передовой обоз уткнулся в широченные ворота. Встречать их высыпал весь караульный десяток. Шимберг, обогнав несколько обозов, примчался вперед, чтобы слышать переговоры и в случае чего помочь. Вести переговоры досталось Эрстуану, как самому представительному на вид.

- Так, кто такие? Откуда? - молодой парень, неловко прислонив копье к плечу, пытался выглядеть ужасно важным и серьёзным, даже через чур.

- Из Соолора, достопочтенный господин, - ответил Эрстуан самым почтительным голосом. У Шимберга чуть челюсть у рухнула на грудь, такого даже он не ожидал от десятника лучников. - Мы мирные купцы путешествуем с целью продать товар.

- Да, и что же вас занесло к нам? - спросил караульный, сглотнув горький ком, внезапно подкатившийся в горло под пристальным взглядом уже немолодого десятника.

- Торговля, - многозначительно указав пальцем вверх, ответил Эрстуан. - Проезжая через Лиадэ, что лежит к юго-востоку от вас, до нас дошли слухи... - Эрстуан поманил пальцем юнца, тот покорно склонил свою голову, подставляя ухо. - До нас дошли слухи, достопочтенный господин, что сам великий Ульримо Железная Рука устроил в вашем славном городке свою ставку. Мы и поспешили сюда в надежде представить ему наш товар, - говоря это, Эрстуан умудрился незаметно сунуть парню три серебряных монеты.

- Ясно, - пробормотал солдат, облизывая внезапно пересохшие губы, взгляд его метался, как затравленный зверек. - Ясно, - повторил он и с сомнением посмотрел на десятника, тот пока хранил железное молчание.

- Надеюсь мы не труда с вами договоримся, - Эрстуан заговорчески подмигнул обомлевшему парню. - Ведь в Лиадэ у нас не возникло проблем. Думаю и с вами можно найти общий язык.

- Ну... не знаю, - солдат явно действительно не знал, что делать.

- Может стоит посоветоваться с господином десятником, - предположил Эрстуан с самым невинным видом. - Он вроде человек серьёзный и явно умудрен жизненным опытом.

- Что ж... - солдат повернулся и шепотом позвал десятника.

Эрстуан отошёл в сторону вместе с начальником караула и стал о чем-то с ним шептаться. Вскоре он вернулся весьма довольный. Десятник тоже не выглядел безрадостным, в его кошельке прибавилось на два золотых.

- Что делать, господин диир? - вопросил караульный.

- Что обычно, - ответил десятник, довольно поглаживая кошель. - Но можете особо не стараться. Господа честные торговцы и не причинят вреда городу. Ясно? - Десятник многозначительно посмотрел на замершего парня.

- Ага, - только и смог выдавить солдат.

Караульные наспех проверили содержимое обозов и повозок, не удосужась особо прилагать усилия. Каждый из них получил по серебряной монете. Это ещё больше охладило их пыл. Вскоре караван двинулся вперед, вереницей вливаясь на широкую улицу Усстона. Сразу за воротами к ним привязался мальчуган, одетый в грязную хламиду. За пять медяков он согласился проводить купцов до караван-сарая. Куда теперь они и направлялись. Мнимые "купцы" вели себя довольно тихо, не бранясь с прохожими. Изредка кто-нибудь из приставленных к лошадям парней прикрикивал на ленивых животных. А так... Шимберг был пока весьма доволен своим маленьким войском. Они сумели без лишнего шума войти в город "неприятеля".

Теперь оставалось самое главное.

Салдэм повернулся к атаману и вдруг подмигнул ему. Тот ответил ему широкой улыбкой. Пока всё хорошо. Караван-сарай появился внезапно. Мальчонка указал рукой на десяток обшарпанных домов, получил свои медяки и тут же скрылся.

Шимберг подошёл к ближнему возу, нагнулся, словно осматривая спицы колеса, и тихо прошептал:

- Ждите, осталось совсем не долго.

Там внизу под грудой товаров лежали, затаив дыхание разбойники. С караваном пришло всего двадцать человек, чтобы не вызывать лишнего подозрения. Остальная сотня ютилась в специально оборудованных повозках, в которых было устроено двойное дно. Сначала ложились люди, затем сверху над ними помещалась деревянная перегородка, призванная держать на себе груз, и сверху наваливался товар. Подобным образом разбойники и проникли в город. Сверху над ними лежало всевозможное оружие, предназначенное якобы для продажи.

* * *

- Какого... извините, - Лекуль укусил себя за язык, объявляя тем самым его виновником только что вырвавшихся слов. - Что мы здесь делаем?

- Следим, - ответил Ваяль и пожал плечами. - Нам было приказано следить, мы это и делаем.

- Но нам было приказано следить за тем, что здоровый, как три быка сложенные вместе, - возразил Лекуль, он никак не мог понять, что с ним случилось, поток слов так и рвался наружу, что было совсем не в его духе.

- Мы и не отступаем от приказа, - Ваяль улыбнулся той улыбкой, на которую были способны только эльфы. - Лунтриэль следит за здоровяком.

- Да, - мрачно протянул Лекуль, пессимизм был не характерен Перворожденных, но Лекуль почерпнул изрядную долю этой черты. - К этому доблестному "Альтоэль" нужно приставлять ещё по крайней мере трех разведчиков.

- Да ладно тебе, парень просто слишком сильно старается показать себя с лучшей стороны, - Ваяль попытался скрасить сложившееся впечатление о Луну. - Нам надо быть внимательными. В город нам нельзя. Там нас сразу обнаружат. А ты сам знаешь - эльфов в городах людей не очень-то жалуют.

- Да, эти люди жуткие зануды, - Лекуль вздохнул и устремил свой взор на яркие огоньки, усыпавшие ночной город, там коптили факелы. - А что если наш...хм... "подопечный" вздумает сняться ночью и покинуть город?

- Резонный вопрос, - эльтор чисто людским жестом почесал затылок. - Конечно, это вряд ли может случиться. Но кто знает? В городе семь ворот. Нам не уследить за всеми сразу. Предлагаю использовать чуточку магии.

Лекуль только пожал плечами, мол говоря, ты эльтор - тебе и решать. Конечно, магия не самый лучший способ слежки. Будь в городе хоть какой-нибудь колдунишко хоть мало-мальски смыслящий в магии, и всё - волшбы эльфов будет обнаружена. Но если эльтор сказал, что необходима магия - значит так оно и есть, к чему лишние слова.

Ваяль широко раскинул руки в стороны и принялся шептать заклинание на древнеэльфийском наречье. Глаза его закрылись сами собой, волосы шевелись под мягкими прикосновениями ветра. Эльтор был сама сосредоточенность. Он не был искушен в магии, и поэтому приходилось быть предельно внимательным при прочтении нужного заклятья. Одно неосторожное слово и всё - неизвестно как именно заклинание сработает.

Ваяль, дочитав нужные слова, замер, словно изваяние. Между его распростертых рук заметалось зеленое пламя. Лекуль удивленно вытаращил глаза. На магические штучки он, конечно, насмотрелся в своей жизни, но даже не подозревал, что его эльтор способен на такое. Ваяль тем временем начал медленно сближать руки, сжимая пламя в маленький комок с ярко-зелеными глазами посредине.

- Ман-Эль-Та, - восхищенно прошептал Лекуль, такому учили только истинных разведчиков. Вызов древесного духа, да, Лекуль был поражен.

Ваяль облизал губы, напряженно всматриваясь в лишенные зрачков глаза вызванного духа. Через несколько секунд зеленое облако дыма взмыло вверх и отправилось в направлении города.

- Всё, - Ваяль облегченно вздохнул, волшба всегда отнимала у него много сил. - Теперь мы будем знать и видеть всё, что узнают и увидят все деревья окружающие город по периметру. Остается только ждать.

Лекуль согласно кивнул и откинулся на спину, с явным намерением заснуть. Изумление, как пришло внезапно, так и ушло. Ну умеет эльтор колдовать - и что из этого?

* * *

Ночной дозор - что может быть противней? Только ночной дозор в "Восточном" квартале. Квартале убийц и воров. Будь он не ладен. Чтоб три дня блевать тому сотнику, что составлял график дежурства.

Наваха невесело повесил голову на грудь и поспешил за своими товарищами, спины которых мелькали впереди. Караул из десяти стражников неспешно маршировал по ночным улицам Усстона. Квартал выглядел спящим, каким ему и положено быть ночью, но каждый из солдат знал, что это не так. Совсем недавно были обнаружены тела трех мертвых стражников раздетых до гола. Здесь в "Восточном" квартале надо было держать ухо востро.

Наваха вздохнул, вспомнив о твердом, как полено, лежаке, который ждал его в казарме. Сейчас он казался ему милее и желанней всех сокровищ и красавиц мира. Он душу готов был продать, только бы вернуться в казарму. От этого места у него мурашки бегали по коже. Но упрямый десятник четко следовал назначенному маршруту, словно знал, что невидимые шпионы сиира Аронна ведут за ним постоянную слежку.

Через пятнадцать минут тупого марширования стали появляться первые нещадно чадившие факелы, воткнутые в специальные седла в стенах, что само собой подразумевало приближение к более безопасным районам. Насколько Наваха знал город, вскоре должны были показаться караван-сараи. Странное соседство - не правда ли? Воровской квартал и купеческий.

Десятник уверенно вел свой отряд сквозь переплетение узких улочек, сам прекрасно понимая, что даже имея сотню бравых воинов за своей спиной, он всё равно бы не почувствовал себя спокойно, пока не покинул зловещий квартал. Вот поворот, вот ещё один, ещё один и ещё... Ещё два десятка шагов, поворот и вот мы у... Десятник страшно захрипел, булькая кровью, когда острый, как бритва, кинжал узким лезвием прошелся по его горлу. Солдаты, как стадо испуганных коров шарахнулись назад, но было поздно...

* * *

- Мазар меня побери, - ругательства Инатерикс очень даже любил, можно сказать жить без них не мог. - Чтоб мне сдохнуть, как я не люблю эту кровавую работу.

- Оно и заметно, - проворчал Альбеникс. - Ты только посмотри, что ты натворил. Зачем ты прирезал этого вояку? Из-за тебя пришлось весь десяток положил. А спрашивается для чего?

- Как для чего? Как для чего? - взорвался Инатерикс. - Ты чем слушал план Мастера, а? Задницей, что ли? Нам нужна одежда, доспехи и оружие стражников, чтобы выглядеть, как стражники.

- Ах, в этом заключался план! - воскликнул Альбеникс. - А я то думал, что мы тут делаем. Теперь-то всё понятно. Но всё равно - это не оправдывает твоей излишней жестокости. Теперь нагрудный доспех десятника придется очищать от крови.

- Прости, как не подумал об этом, - Инатерикс виновато развел руками. - Три метра стали в глотку этого десятника. Чем он думал, когда так не удачно подставлял свою глотку. Мазар растерзай его печенку.

Альбеникс только покачал головой и принялся с явным имением раздевать труп. Инатерикс хотел сказать что-то ещё, видимо обидное о родственниках погибшего десятника, но затем махнул рукой и присоединился к товарищу. Никто из них и не заметил, как из-за пустых бочек, наставленных в пяти метрах от них, ужом выскользнула тень и стрелой помчалась к караван-сараям.

* * *

- Атаман! Атаман! - запыхавшийся Имар из десятка Эрстуана ворвался в караван-сарай, словно гонимый стадом чертей. - Там... Они украли нашу идею!

- Тихо ты, - шикнул на него Салдэм.

- Говори по порядку. И не спеши, - приказал Шимберг, в одеждах купца восседавший на простом табурете у самого входа.

- Бандиты там, - Имар никак не мог отдышаться. - Они прирезали десяток стражников, чтобы завладеть их обмундированием. Они сейчас раздевают трупы. Прямо там - на улице. Они просто украли нашу идею.

- Салдэм, бери с собой полтора десятка. Быстрее, - Шимберг соскочил с насиженного места с быстротой молнии. - Надо успеть их перехватить.

* * *

Схватка завязалась, уже когда уличные воры, прихватив одежду стражников, собирались уносить ноги. Ватага свирепых романтиков с большой дороги налетела на них, словно лавина в горах не менее свирепых гномов. Сверкнули ножи, мечи, замелькали дубины и булавы. Бой проходил в полной тишине, только скрежет стали и глухое дыхание выдавало происходящее действие.

Через пять минут всё было кончено. Парни Шимберга были лучше вооружены и подготовлены. На грязной земле "Восточного" квартала осталось лежать пятнадцать тел. Одиннадцать городских бандитов и четверо из команды Шимберга. Амуниция стражников была отбита. Вот только хитрый Инатерикс сумел выползти с поля боя, раненный в бедро, так что его никто не заметил.

Он понятия не имел кто на них напал и что ему теперь делать. Рана сильно мешала двигаться и надсадно ныла. Кровь тонким ручейком струилась из длинной полосы, оставленной кривым кинжалом. Надо было забраться в безопасное место и залатать раны. Инатерикс знал только одно безопасное место. Логово Мастера.

* * *

Шимберг осторожно выглянул из-за угла. Пока что всё шло, так как и было задумано. Вот только инцидент с уличными ворами несколько омрачил ночь. Четверо погибших покоились теперь в телегах. Шимберг приказал забрать их с собой.

Десяток Салдэма во главе со свои дииром, переодевшись стражниками, направлялся сейчас к небольшому складу, расположенному в юго-восточной части города. Девяносто человек, облаченных в броню, потихоньку следовали за ними. Ещё полтора десятка оставались при лошадях в караван-сарае.

Салдэм с самым наглым видом, на который только способен, подошел к караульным, несшим службу у склада, который по данных разведчиков являлся собственностью Ульримо. Длинноусый десятник стражи, покряхтывая, поднялся с холодных ступенек и направился ему на встречу.

- В чем дело, диир? - усы десятник вопросительно встопорщились.

- Как в чем? - казалось Салдэм вполне искренне удивлен. - Смена пришла. Не видишь что ли?

- Что-то рановато сегодня. Обещали не раньше четырех утра, - десятник придирчиво осматривал своего собеседника. - Ты из чьей сотни? Что-то раньше я тебя не видел.

- Да? Я тебя тоже, - нагло отрезал Салдэм. - У нас приказ. Ясно это тебе, диир? Хочешь получить нагоняй от сотника?

- От какого именно? - не унимался длинноусый.

- Солтахра. Слышал о таком? - усмехнувшись, спросил Салдэм.

- Нет, - десятник покачал головой. - Да и нет у нас такого. Что ты здесь несешь? Кто ты так...

Закончить фразу десятник не сумел. Салдэм подал незаметный знак, и один из парней всадил длинноусому в грудь стальной дрот по самое оперение, из отобранного у ночных разбойников арбалета. Каждому десятку городских стражников полагалось иметь два самострела. Теперь они стали собственностью Шимберга и его банды.

Одетые в латы разбойники ворвались в караулку, как стая голодных волков. У жаркого огня сидело пятеро стражников, у дальней стены ещё двое. У одного из них между широко расставленных ног стоял заряженный арбалет. Он попытался им воспользоваться, но не успел. Второй самострел разбойников выплюнул железный дрот, приковавший солдата к стене, как муху. Салдэм первый обагрил свой обнаженный меч кровью, подавая остальным пример. Это была не схватка, это была резня.

- Ты и ты, - Салдэм ткнул пальцами в двух арбалетчиков, когда на полу в лужах крови остались лежать семь неподвижных тел. - Быстро перезарядите оружие, и живо на улицу. Охранять вход. Подайте знак Шимбергу, что всё в порядке.

Через полминуты всю ватага Шимберга подвалила к складу и тут же скрылась в его недрах. Лишь десяток особо шустрых парней были оставлены для охраны.

- Ты только посмотри, что тут есть, - Салдэм, выкорчевав последний замок, с восторгом рассматривал содержимое склада.

Шимберг, только что к нему присоединившийся, только присвистнул от удивления. На такое даже он не рассчитывал. У дальней стены стояли ящики в три ряда, на полу приютились сундуки, а с краю пристроились котомки с харчем. Один из ящиков тут же был вскрыт. На пол посыпались новехонькие мечи. В сундуках хранилось серебро и золото. Да, такой куш надо хватать всеми конечностями.

- Слушай, атаман, уж больно всё гладко у нас прошло, - Салдэм почесал затылок. - Не нравиться мне это. Здесь столько добра, а охраны, что у булочной. Что-то здесь не так.

- Может ты и прав, но сейчас некогда разбираться, - отрезал Шимберг. - Надо срочно уходить отсюда. Берем всё.

- Хорошо, - Салдэм только пожал плечами.

Три сундука с денежными припасами Ульримо тут же подхватили крепкие руки и поволокли на улицу. Ящики с оружием более громоздкие и тяжелые не очень-то хотелось тащить, но оружие - оно ведь и есть оружие. Десять ящиков - вот всё, что смогли утащить разбойники с собой за ходку. Провизию несли намного охотнее, некоторые уже в собственных желудках.

На улице их ждал сторожевой десяток. Вроде всё было спокойно, но некоторые из них были встревожены пока неизвестно чем. У многих их них за годы разбоя выработалось чутье на опасность, и вот теперь оно било тревогу. Шимберг приказал срочно отступать к караван-сараю.

- Если мы успеем погрузить товар, то всё будет в порядке, - сказал он Салдэму на бегу.

- Угу, - прокряхтел десятник мечников, сгибаясь под грузом ящика с доспехами.

Оставленная в караван-сарае охрана встретила их на улице.

- В чем дело? Что-то случилось? - встревожился Шимберг.

- Всё в порядке, атаман, - отрапортовал Судалис, оставленный за главного. - Во всяком случае пока. Но мы слышали непонятный шум в южной части квартал. Там вроде казарменные помещения недалеко. Я послал троих разведать что к чему.

- Отлично. Молодец! - похвалил Шимберг. - А теперь быстро за дело. Надо всё срочно погрузить и убираться отсюда.

- А много ли взяли? - поинтересовался Судалис, глаза его при этом алчно вспыхнули.

- Потом разберемся, - отрезал Шимберг, подхватывая угол ящика с гремящими внутри железяками. - Быстрей давай, пристраивайся.

Они вязали последний сундук крепкими веревками, чтобы не сорвался во время возможной скачки, когда бесшумными тенями в сарай вернулись трое разведчиков.

- Атаман! Атаман! - горячий шепот разорвал тишину, как великан пойманную овечку.

- Что там? - Шимберг бросился им навстречу.

- Солдаты, - коротко бросил один из парней. - Они строятся на плацу. Первые три десятка уже покинули казармы. Они направляются сюда. Наверное у них было какое средство оповещения со складом, которое вы не заметили.

- Срочно, выступаем. Быстро, - Шимберг побелел, словно полотно на праздничном столе. - Живо, нам надо успеть добраться до западных ворот. Салдэм... Хотя нет... Эрстуан возьми своих людей и живо к воротам. Чтобы когда мы прибудем, там не было никакой стражи. Всё ясно?

- Да, атаман, - Эрстуан кивнул и уже было собрался идти выполнять приказ, но остановился и добавил: - Там в одном из ящиков куча арбалетов...

- Используй их, - приказал Шимберг и умчался куда к дальней стене, где возникла проблема с лошадьми.

- Используй. Ну конечно, это мы враз, - Эрстуан недобро усмехнулся и поспешил к своему десятку.

* * *

- Кто? - голос Мастера звучал глухо из-за его черной маски, которую он никогда не снимал. - Северные? Варвары? Ордоносы или Ренегаты?

- Нет, - Инатерикс с трудом узнавал себя, голос как-то надломился, в голове туман, словно после страшной пьянки или от удара дубинкой, перед глазами мелькают какие-то звезды. - Я не знаю их. Это не городские. - Прохрипел он. - Они налетели внезапно и совершенно бесшумно. Умело владеют оружием. Практически у всех мечи или секиры.

Мастер, задумчиво обняв правой ладонью подбородок, расхаживал из угла в угол небольшой каморки, служившей ему кабинетом. Инатерикс приполз сюда три минуты назад. Тут же ему была оказана необходимая медицинская помощь. Рану промыли и наложили повязку, с минуты на минуты должен был прибыть Ойрадон - врач обслуживающий банду Мастера.

Мастер - один из самых молодых преступных гениев Усстона - появился в городе не более четырех лет назад. Широкоплечий, высокий и плотно сложенный фигурой он напоминал борца или профессионального наемника. Через полгода он сколотил небольшую банду и стал теснить своих конкурентов по всем фронтам. Он ни с кем не заключал временных союзов, как не раз делали его противники. Он был одиночкой. И он никогда не снимал своей маски. Черная ткань отличной выделки плотно облегала его лицо. Никто не знал почему он её носил. Некоторые считали, что это из-за страшной раны обезобразившей его лицо, некоторые, что лица у него и вовсе нет. В общем никто толком ничего не знал. Сейчас у Мастера - так он велел себя называть - была самая большая и хорошо организованная банда в Восточном квартале.

- Ладно, ты не знаешь кто они. Наверное ты также не знаешь и для чего им понадобилось нападать на вас, - предположил Мастер.

- Отчего же, - возразил Инатерикс и сильно кашлянул. - Когда я заполз в тень, они, убедившись, что в живых из нас никого не осталось, собрали одежду убитых нами солдат и скрылись в направлении квартала приезжих купцов.

- Уже кое-что, - хмуро пробормотал Мастер.

Дверь его каморки внезапно затрещала под чьим-то натиском.

- Кого там ещё несет, - бросил рассвирепевший Мастер и самолично убрал щеколду.

В комнату ворвался Куимаол, бледнолицый, худощавый парень с остроконечным, похожим на луковицу, совершенно лысым черепом.

- В чем дело? - по голосу Мастера можно было предположить, что он удивлен.

- Золотой склад ограблен. Солдаты южных казарм выползают на улицы. Видимо учинят облаву. Их там не меньше двух сотен, - Куимаол тяжело дышал, так как ему пришлось бежать от тех самых казарм.

- Теперь понятно зачем понадобилась одежда стражников этим заезжим глупцам, - мрачно усмехнулся Мастер.

- А зачем она была нужна нам? - подал голос Инатерикс.

- За тем же, - голос Мастера прозвучал достаточно твердо, чтобы понять, что подобные вопросы лучше не задавать. - Куимаол, где сейчас наши?

- Я не знаю точно, - замялся парень, хотя сказать где именно бандиты сегодня гуляют не мог никто и некогда. - У Кальпионне в "Золотом дворце" человек пятнадцать. В "Веселом мертвеце" десятка два, а остальные не знаю.

- Ладно, - Мастер махнул рукой. - Мчась туда, собери всех кого сможешь, я имею в виду, всех кто стоит на ногах. Ясно?

- Да, Мастер, - Куимаол аж подпрыгнул на месте от усердия. - Вот только куда мне их вести?

- Сейчас узнаем.

Мастер резко взмахнул рукой, очертив в воздухе невидимый круг, который тут же вспыхнул голубым пламенем. Слова, что древнее расы людей полились ровным потоком. Инатерикс и боли забыл. Воздух в кругу пламени словно плавился и тек. Через секунду стали видны какие-то фигуры. Мастер наконец умолк и сосредоточенно уставился перед собой в магическое зеркало. Стали видны более мелкие детали. Улица, чадящие факелы, повозки, груженные здоровенными ящиками и не меньше сотни вооруженных людей. Для такой толпы они двигались совершенно бесшумно, хотя кто знает, может в возможности "зеркала" не входила передача звука.

- Узнаешь это место? - спросил Мастер.

- Ага, - Куимаол, словно завороженный, не отрываясь, смотрел на удивительную картину. - Это угол улиц Лесорубов и Кузнецов по дороге к западным воротам.

- Отлично, - Мастер взмахнул рукой, и магическое зеркало растаяло в воздухе. - Встретимся у западных ворот. Ты знаешь где.

* * *

- Чую волшбу, - пробормотал Ваяль. Он немного повел носом, совсем, как волк, почуявший добычу.

- Чего? - удивленно протянул Лекуль, совсем забыв, что теперь от эльтора ответа не дождешься.

- Волшба, - повторил Ваяль.

Он сидел, скрестив ноги, на вершине холма, который они избрали в качестве наблюдательного пункта. С тех пор, как вызванный Ваялем древесный дух - Ман-Эль-Та - умчался шпионить для эльфов прошло три часа. Почти всё это время эльтор провел в некоем подобии транса, чтобы слышать сообщения духа. Лекуль поспал некоторое время и теперь чувствовал себя превосходно.

- Надо идти в город, - сказал Ваяль, открывая глаза.

- Чего? - не удержался снова Лекуль, уверенный, что эльтор всё ещё пребывает в трансе.

- Идем в город, лентяй, - глаза Ваяля горели непримиримым огнем. - Там зло. Злая волшба, понимаешь? И это Зло из нашего с тобой эльфийского прошлого. Надо помочь людям, им одним с этим не справиться.

* * *

Шимберг шел в последних рядах, всё время напряженно всматриваясь назад. Где-то там сейчас маршировали десятки солдат, пущенные за ними в погоню. Западные ворота должны были скоро показаться, но от этого на душе атамана не становилось легче. Что-то тяготило её, чуя опасность повсюду.

- Атаман, - это Салдэм примчался с передового края. - Саул говорит что-то о магии. Мол её здесь полным-полно.

- Мазар! - в сердцах вскричал Шимберг. - Кстати, а где был этот Саул, когда мы брали склад?

- Он оставался в караван-сарае, - Салдэм пожал плечами.

- Передай всем, пусть будут предельно внимательны, - Шимберг с сомнением посмотрел назад. Он уже не знал откуда грозит большая опасность. - Что там слышно о воротах? Ребята захватили их или нет?

- Не знаю. Но даже если нет, мы вышибем их одним ударом, - бросил Салдэм на бегу.

Тем временем передовой отряд, отправленный Шимбергом ранее, добрался до западных ворот. Караульные и слыхом не слыхали о краже, да даже если бы и знали, вряд ли это что-то изменило. Десяток бесшумных теней стремительно возникли, как казалось неоткуда. Арбалетные болты, с шипением пронзая воздух, устремились вперед. Пара солдат успела подняться на ноги, чтобы тут же рухнуть на землю, пронзенные железными дротами. Стальные болты прошивали доспехи, как иголка ткань.

Из караулки выскочил десятник, хотя хрипло вопя. Эрстуан выхватил из-за голенища сапога длинный тонкий стилет, через секунду, его рукоять торчала из тощей шеи захрипевшего десятника. Лучники веером рассыпали по широкой площадке, расположенной перед воротами, готовые в любой момент расстрелять любую опасность. Караулку засыпали стальными арбалетными болтами, так, на всякий случай.

Эрстуан отправил навстречу основному отряду человека с сообщением, что задние выполнено, и ворота захвачены. От площади отходило несколько улиц, одна темнее другой. Лишь в трех горели факелы, и все они вели в центр города. Остальные, погруженные в темноту, не вызывали доверия. Эрстуан приказал усиленно следить за ними. Вскоре трое парней разрядили свои арбалеты, почуяв в темноте опасность. Попали ли болты в цель никто не рискнул пойти проверить.

Минут через двадцать появилась первая повозка. Эрстуан лично встретил её. Салдэм, усмехнувшись кривыми губами, помахал ему рукой, сидя на облучке с вожжами в руках.

- Где атаман?

- Он там где-то в конце, - Салдэм неопределенно махнул рукой. - На всякий случай. Думает, что солдаты нас догонять.

- Этого работа - думать. А наша исполнять, - Эрстуан помахал на прощание и пошел проверить дальний пост.

* * *

- Сколько? - вопрос Мастера звучал твердо и откровенно прямо, так что не понять его было просто невозможно.

- Сорок, - прошептал в ответ Куимаол.

- Отлично, - Мастер довольно потер ладони. - Сейчас удвоим. Никто не смеет захватывать власть на моей территории, тем более какие-то неместные выскочки. Кстати, ты их пересчитал?

- Прости, Мастер, - Куимаол виновато повесил голову. - Они постоянно двигаются, точно посчитать просто невозможно. Но около сотни, может чуть побольше.

- Ладно, Мазар с ними, хотя нам бы это было не на руку, - Мастер весело хохотнул.

Десять минут назад, когда трое разведчиков, посланных Куимаолом вперед слегка зацепил не вовремя подвернувшуюся бочку, арбалетчики противника чуть не перестреляли их, хотя шума было не больше, чем от мышиной возни. Двоих все-таки зацепило, одно очень сильно - стальной болт навылет пробил левое плечо. Однако сейчас Мастер совсем не боялся говорить в полный голос, подошедшие повозки глушили любые посторонние шумы.

- Запомните, наша основная задача - задержать проклятых ублюдков до прихода стражи. Ясно? - Мастер решил повторить задание. - А теперь станьте вот здесь.

Его люди выстроились в четыре ряда, косясь на соседей, словно первый раз в жизни видели друг друга. Мастер широко раскинул руки в стороны и запел на неизвестном древнем языке. Яростный огнь заклятья тугими кольцами обвивался на его пальцах, собираясь в огромную силу. Мастер сжал кулаки и выбросил их вперед в направлении замерших бандитов. Синий огнь метнулся с его пальцев и ринулся на людей. Заклятье, выпущенное на волю, ярило воздух, плавя его в некую полужидкую субстанцию. Люди, охваченные бледно-голубым сиянием, в страшных муках корчились и медленно опускались на землю. Из их открытых ртов при этом не вылетало не звука.

Мастер, довольно потирая руки, наблюдал за этим со стороны. Когда, казалось, перед ним лежали лишь только трупы, он распев произнес три слова на том же языке, что и прежде. Раздался жуткий хруст костей и рвущихся сухожилий, мышц и прочих мягких тканей. Люди снова поднимались, при этом разрываясь пополам. Там где минуту назад стоял человек, теперь находилось двое.

Войско бандитов Восточного квартала увеличилось вдвое, как Мастер и обещал. Люди с удивлением смотрели на своих двойников, как и те на людей. Правда, понять кто оригинал, а кто копия было невозможно.

- Теперь вперед, - сухо приказал Мастер надтреснувшим голосом.

* * *

- Становись! - голос Шимберг витал над головами людей совсем, как в былые времена. - Готовьсь!

Уже было слышно, как стучать по камням мостовой сапоги солдат. Они приближались. Шимберг решил упредить их удар. Два десятка арбалетчиков, конечно, не остановят армию, но полсотни полусонных вояк вполне смогут.

- Давай! - воздух выскочил из груди Шимберга быстрее стрелы.

Болты густым роем ушли в темноту. Через секунду донеслись крики боли и вопли ужаса. Дроты, вынырнувшие из ниоткуда, посеяли в рядах солдат панику.

- Уходим! - приказал Шимберг, имевший немного опыта в ведении приграничных боев, где вот такими подобными наскоками и происходили стычки. С десяток воинов устраивали западню противнику, внезапным наскоком наносили удар и тут уже уходили.

Вскоре арьергард присоединился к основной массе. Шимберг с тревогой смотрел назад. Надолго ли задержит противника его внезапная атака? Он не знал, но надеялся, что надолго.

* * *

- Неужели ты ничего не чуешь? - спросил эльтор.

- Нет, - Лекуль лишь пожал плечами. - А что я должен что-то чуять?

- Он близко, - многозначительно произнес Ваяль. - Я чувствую его волшбу. Он творит её, совсем не скрываясь. Значит в городе совсем нет колдунов.

- Знаешь, верный лук для меня как-то ближе, - проворчал Лекуль, который с давних пор был не в ладах с магией.

- Это сейчас не важно. Пригодиться и твой лук. Надо попасть в город. Срочно. Иначе будет поздно.

Они стояли перед западными воротами, скрывшись от возможных глаз в тени высокой зубчатой стены.

- Может, наколдуешь чего-нибудь, что поднимет нас наверх? - предложил Лекуль.

- Не могу, - отказался Ваяль. - Он сразу меня почует, и тогда всё - пиши - пропало.

- Вот, у вас всегда так - колдовство, колдовство, а как что - нельзя, - на Лекуля напала хандра. - Хорошо хоть я позаботился о некоторых вещах.

Из заплечного мешка эльф извлек длинную веревку с крючьями на конце. Раскрутив как следует этот снаряд, Лекуль резко взмахнул рукой вверх, отправляя "кошку" в короткий полет. Веревка звонко пропела, рассекая воздух, крючья тихонько звякнули о камень. Лекуль потянул веревку на себя, проверяя, крепко ли она зацепилась.

- Надеюсь охраны там нет, - проворчал он, первым начиная подъём.

* * *

- Мазар бы вас побрал, - ревел Эрстуан, посылая стрелу за стрелой.

Его десяток работал, как одержимый. Тени, волной хлынувшие из темных улиц, бесшумно падали на землю, но места занимали всё новые и новые. Первых десятеро рухнули, пробитые насквозь арбалетными болтами. Самострел - вещь конечно хорошая и в бою против закованных в броню солдат просто незаменимая, но вот против бездоспешных, которые вот так запросто подкрались совсем близко... Эрстуан радовался, что не бросил свой любимый гнутый тугой дугой лук, не променял на самобойную машину, которую полминуты надо заряжать.

- Бей их ребятки, не подпускайте близко! - орал Эрстуан, сейчас о соблюдении тишины не могло быть и речи, к чему это, если полгорода и так переполошили.

Стрелы с шипение рвали воздух, находили цели, с жадностью вгрызаясь в податливую плоть. Но нападавшие это не могло остановить. Они упорно лезли вперед, топча трупы павших товарищей. Через полминуты лучники стреляли практически в упор.

"Всё - не устоим", - мелькнуло в голове Эрстуана, который закинул за спину ненужный более лук и выхватил длинный кинжал, больше похожий на короткий меч. Рядом мелькнула чья-то тень, сталь ножа сверкнула в опасной близости о лица. Эрстуан махнул, не глядя, но кинжал сделал своё дело, человек упал с распоротым горлом.

Двое лучников рухнули, получив несколько десятков колотых ран. Враг взял их массой. Ещё одного лучника - Роалуана, лучшего друга Литруана - задавили трое, бросившись на него все вместе. Эрстуан отчаянно зарычал, кромсая тела врагов.

- Чтоб вас! - с яростным воплем промчался Салдэм и вслед за ним его ударным десяток.

Эрстуан облегченно вздохнул и свистнул, призывая своих ребят перестроиться за спины подошедшему подкреплению. Мечники бешено вращали свою оружием, режа противников буквально на куски. Ножи и дубины, находящиеся на вооружении врага, мало помогали в борьбе против стальных клинков. Эрстуан приказал снова расчехлить луки. Стрелы густым роем пошли поверх голов сражающихся навстречу новым врагам, непрерывным потоком валившим из многочисленных переулков.

* * *

- Да что там такое происходит? - Шимберг, тяжело дыша, осмотрелся по сторонам.

Он во главе четырех десятков воинов только что откинул подобравшихся слишком близко солдат. Его люди, тесно сомкнув строй, щитами перегородили узкую улицу, выставив наружу только стальные наконечники длинных копий. Из-за их спин арбалетчики вели непрерывную стрельбу. Болты рвали доспехи солдат, как бумагу. Доблестная стража, не сумев нахрапом взять разбойников, откатилась назад. Шимберг приказал спешным шагом отступать, опасаясь возможных обходов в тыл по примыкающим улочкам.

Известий от авангарда всё не поступало, но были слышны крики и звон стали. Шимберг с арьергардом отстал от основного отряда на несколько кварталов и теперь довольно успешно сдерживал рвущихся в бой солдат городского гарнизона.

- Что там такое? - повторил Шимберг свой вопрос.

- Возможно засада?! - предположил кто-то из десятников.

- Скорым шагом - отступаем! - рявкнул Шимберг, чувствуя, что сейчас главное прерваться впереди, чем сдержать позади.

* * *

- Проклятые людишки, вздумали тягаться со мной! - Мастер был вне себя от ярости. - Я вам сейчас покажу, что значит сила.

Его копии уходили в темноту подгоняемые жутким заклинанием, ярившим магические потоки в немыслимой круговерти. Мастер постоянно подпитывал его своей энергией, которая казалось безграничной.

- Сейчас, дайте только секунду, - Мастер взмахнул рукой, отправляя в бессмысленный бой очередной полк зомби. - Сейчас.

Он принялся чертить на стене пентаграмму, призванную облегчить задачу и удержать вызываемое существо до поры до времени. Пятигранник вспыхнул красным светом. Мастер со всего маху ударил сжатым кулаком по его центру, словно пытаясь силой пробиться в другие слои реальности.

Воздух дрогнул и поплыл, разорванный силой заклятья. Из стены показалось уродливая голова Улатаро - Пожирателя Плоти, демона из Низших Миров. Мастер простер руку в его направлении, словно призывая к себе. Демон страшно сверкнул буркалами, зарычал и выдохнул зловонный смрад.

- Повинуйся! - властно приказал Мастер, когда тело Улатаро полностью выбралось из стены.

- Повинуюсь, Хозяин, - ответил демон, застыв в ожидании дальнейших приказов.

- Отлично! Тебя ждет славное угощение, - Мастер позволил себе улыбнуться, хотя под черной маской этого всё равно не было видно.

* * *

Эрстуан уже было уверовал в то, что им удастся сдержать неизвестного противника. Пять первых повозок прогромыхали по мощенной булыжником площади и скрылись в темноте за воротами. Еще парочка была как раз на подходе, когда...

Волосатая трехметровая тварь, похожая на смесь человека с уродливой ящерицей, с утробным ревом выскочила из гнезда ночи и схватила первого попавшегося под руку человека. Подбросив его в воздух, чудовище одним ударом лапы раскроило тело пополам.

Эрстуан почувствовал, как волосы поднимаются по всему телу дыбом. Трое из его десятка, успевшие перезарядить арбалеты во время короткой передышки, которую им обеспечил Салдэм со своими мечниками, всадили стальные дроты в грудь твари по самое оперенье.

"Нам конец", - мелькнуло в голове в Эрстуана, который наблюдал за тем, как тварь небрежно выдернула арбалетные болты и яростно отшвырнула их прочь. Пара мечников попыталась подрубить чудовищу ноги, похожие на стволы деревьев, даже по цвету, но сами оказались разорванными на части.

- Демон! - истошно завопил кто-то.

Тварь окинула горящим взглядом ярко-красных буркал площадь, радостно рыкнула и рванула вперед, загребая здоровенными лапами с длинными пальцами, оканчивающимися стальными когтями, похожими на кинжалы, людей попадающихся на пути. Ей было без разницы враг это или просто зомби Мастера. Она рвала на куски всех без разбору, откусывая то там то здесь от тел несчастных.

Стрелы и стальные арбалетные болты, роем разъяренных ос набросились на демона, но это только разозлило его. Сталь не причиняла ему никого вреда. Мечи отскакивали от голубоватой чешуи, поросшей сероватой шерстью, словно от скалы. Уже с десяток тел было разорвано. Кровь ручьями стекала с когтей и морды демона.

- Врешь - не возьмешь! - заорал Эрстуан, вскидывая арбалет.

Железный дрот пропел в воздухе и вгрызся твари в левый глаз. Она истошно завопила, выпустив из лап очередную жертву. Десятник лучников готов был праздновать победу, но демона не остановить стальным болтом, даже послав его столь метко.

* * *

- Давайте, шевелитесь! - Шимберг уже и не помнил, когда последний раз он настолько повышал голос. - Вперед!

Сорок человек, совершенно не теряя строя, скорым шагом мерили улицу за улицей. Вскоре показался задний обоз. Тут Шимберг оставил половину своего отряда, а с остальными, перейдя на легкий бег, поспешил вперед.

* * *

Демон ревел, как сотня пьяных троллей, уши ломило от его воплей. Древко болта легко выскользнуло из глаза с остатками ока и какой-то жидкостью омерзительного вида.

Эрстуан попытался поразить второй буркал твари, но было слишком темно, да и демон успел прикрыть глаз рукой, так что стальной дрот скользнул по чешую и ушел куда-то в сторону.

- Поднажмем, ребятки! Завалим гада! - заорал во всю глотку Салдэм, потерявший семь человек.

Мечи работала во всю, пожиная кровавую жатву. Зомби Мастера крошились на куски под натиском отточенной стали. Демон, пришедший в себя, навалился с другого конца, подминая под себя всех с подряд.

Бойня, учиненная людьми, нелюдью и демоном, была в самом разгаре, когда две одинокие фигуры, никем незамеченные, вскарабкались на гребень стены, опоясавшей город.

Мысли Эрстуана целиком и полностью были поглощены одной проблемой: как уничтожить тварь. Трое лучников, оказавшиеся слишком близко к твари, уже были разорваны на части. Демон искусно маневрировал и стремительно заходил справа, где Салдэм, собрав вокруг себя восемь человек, удерживал основной поток зомби.

Мастер, притаившись за углом, со злорадной улыбкой, скрытой за маской, внимательно следил за полем боя, уже не сомневаясь в скорой победе. Простым оружием посланника Нижних Миров одолеть было нельзя. Хотя случалось всякое.

* * *

- И что нам теперь делать? - Лекуль окинул сцены битвы лишь коротким взглядом.

- Надо найти его, - эльтор задумчиво смотрел вниз в темноту хитросплетенных улочек. - Врага. Только так мы может помочь людям.

- Думаешь? - взгляд Лекуля после некоторого колебания остановился на ярящемся демоне. - А я так не думаю. - Эльф медленно вытянул лук из колчана за спиной.

* * *

- А-а! - вопль, вырвавшийся из горла Лаока, напоминал хриплый клич идущих на смерть северян-берсерков.

Парень, крутя меч замысловатыми фигурами, бросился вперед, ловко проскочил под расставленной широкой ладонью демона, перекатился через плечо, вскочил на ноги и наискось рубанул толстенную икру твари. На чешуе показалась небольшая царапина, а клинок отскочи, словно натолкнувшись на скалу. Лаок крутнулся, уворачиваясь от цепких, длинных когтей противника.

Демон единственным глазом пытался уследить за вертким человечком, кружившемся у его ног. Улатаро, не смотря на всю свою мощь и непобедимость, дарованную ему при рождении в Низших Мирах и умноженную заклинанием Мастера, не мог сравниться в скорости с опытным и ловким бойцом. Лапы его напрасно загребали воздух там, где секунду назад стоял человек.

Лаок, игравший в кошки-мышки со смертью, с плеча рубанул по протянутой демоном руке и отсек тому один из когтей, похожий на кинжалы. Черная кровь фонтаном брызнула на булыжник площади. Демон взвыл, прижав покалеченную руку к груди. Лаок ловко, оттолкнувшись от выпирающего из мостовой камня, смело прыгнул вопящей твари на спину.

Широко замахнувшись, Лаок уже собирался опустить меч на менее защищенную броней многослойной чешуи шею, когда из темноты вырвалась вторая лапа демона и, не церемонясь, стащила назойливого жука с его насеста. Лаок попытался отмахнуться мечом, но не мог пошевелить даже пальцем. Демон крепко зажал его в ладони, намериваясь раздавить. Легкая кольчуга, покрывавшая тело человека, мало, что могла противопоставить сокрушительной мощи сжимающих тисков. Сознание Лаока начало медленно таять, растворяясь в бездонной темноте небытия. Ребра угрюмо затрещали, плоть стонала, легкие сжались в тугой комок, не в силах перегонять воздух.

Внезапно давление ослабло, и сознание легкой дымкой стало возвращаться к истерзанному Лаоку. Когда способность чувствовать вернулась к нему в той или иной степени, он обнаружил, что лежит на холодных камнях площади, а рядом с ним растянулось громадное тело демона.

* * *

Шимберг, хрипя, как загнанная лошадь, успел только на завершающую сцену, разыгравшейся драмы. Его отряд ворвался на широкую площадь как раз в тот момент, когда отважный Лаок оседлал демона. Эрстуан, крича что-то неразборчивое, мчался наискось к дальнему углу, откуда можно было бы вести обстрел демона, не опасаясь задеть восседавшего на его спине парня.

Всё последовавшее следом развивалось с такой скоростью, что никто ничего толком не понял. Демон схватил Лаока и стал его сдавливать его в стальных тисках безжалостных пальцев. Спасти бедного парня не было никакой надежды. Никто даже не успел бы добраться до демона, не говоря уж о том, чтобы убить его, или хотя отвлечь. Эрстуан перезаряжал на бегу свой арбалет, накручивая с неестественной скоростью ворот.

Шимберг глухо зарычал, понимая, что с демоном им не совладать, даже если Эрстуан выбьет ему второй глаз. Сорок человек не смогут уложить одну единственную тварь, пришедшую из Низших Миров, если та не поддается обычному оружию.

- Да ниспадет на тебя гнев Эльда! - прогремел внезапно чей-то голос, перекрывшись и крики сражающих, и хрипы раненых и умирающих, и скрежет стали.

Яркая молния мелькнула, сорвавшись с широкой городской стены. Демон хрипло зарычал, схватившись за грудь, где бутоном нераспустившегося цветка белело оперение стрелы. Древко её мерцало серебристым светом, сочившемся, как казалось, из самих пор древесины. Демон глухо рыкнул, из пасти его хлынула широким потоком черная кровь. Массивное тело со всего маху рухнуло на безжизненные камни мостовой, едва не похоронив под собой бедного Лаока.

* * *

Мастер, глядя на последние события, заскрежетал зубами. Он был вне себя от ярости. Удар мощного кулака вдребезги разнес угол дома, за которым он прятался. Мастер потянул носом воздух, пытаясь разобраться, в чем дело.

- Эльфы! - вырвалось у него через секунду.

Страшный нечеловеческий крик прорезал воцарившую со смертью демона тишину. Мастер резким движением стер пентаграмму со стены, заметая следы, и стремительно зашагал в темноту переплетений улиц.

* * *

- Что это было? - Лекуль напряженно вслушивался в затихающие вопли.

- Это был он! Эльогр! - Ваяль бросил хмурый настороженный взгляд вниз в хитрый лабиринт узких переулков. - Он где-то там. Ты его спугнул. Теперь он знает, что мы здесь.

Лекуль только пожал плечами. Его это совсем не волновало. Были дела и поважнее. Он, конечно, слышал легенду о эльограх - вечных врагах эльфов. Темные эльфы и те были противниками приверженцев Зла.

- Кстати, где ты достал заговоренные стрелы? - спросил эльтор, ощупывая пространство внизу магическим взором. - На ней были довольно сильные руны. Кто их поставил?

- Ану-Эльтаи, - ответ Лекуля был вполне исчерпывающим, имя главного жреца Великого Эльда-отца было известно каждому эльфу. - Перед отбытием он подошел ко мне и вручил две стрелы, сказав, что в дороге они нам пригодятся. Вот, одна уже пригодилась.

Эльтор хотел попросить посмотреть на вторую стрелу, но передумал. Магический поиск эльогра не дал ничего. Тот либо искусно скрывался, прикрываясь магическим щитом, который Ваяль не мог обнаружить, либо сбежал, решив не связываться с неизвестным по силе противником. Эльтор вздохнул, сам не понимая, чего вложил в этот вдох-выдох больше, облегчения или досады. Ему хотелось уничтожить врага, или хотя нанести ему значительные раны, но он также прекрасно понимал, что в открытом бою ему не выстоять против искушенной темной магии ренегата.

Люди внизу постепенно приходили в себя. Всё чаще и чаще их взгляды устремлялись наверх туда, откуда пришла негаданная помощь.

- Надо уходить, - заметил Лекуль, бой с полумифическим эльогром не входила в его планы.

- Да, - согласился Ваяль, тайна их пребывания здесь должна остаться тайной.

Веревка висела там же, где они её оставили. Вскоре две неприметные фигуры заскользили вниз, почти полностью сливаясь с окружающей всё вокруг темнотой.

* * *

Утро выдалось на удивление тихим и прохладным. Масттэрро зевнул и рассеяно посмотрел по сторонам. Восточный базовый лагерь Лаорса выглядел, как и вчера, давно покинутым. Деревья гнули свои ветки, тщательно скрывая убежище отступников.

Масттэрро с досадой вздохнул и принял решение подождать возращения Лаорса с его людьми еще пару дней. Искать его по незнакомым местам было бы верхом глупости. Лучше было бы остаться с Шимбергом, но раз Хадтэро приказал... И где только носит этого Лаорса?

* * *

Салдэм, натужно водя точильным камнем по искалеченному лезвию, старательно сводил зазубрины и царапины с благородного металла. Рядом тем же самым занимался весь его десяток, уцелевший лишь наполовину. Скрежет стоял просто невыносимый. Эрстуан со своими лучниками ушел на разведку. Пол-лагеря сбежало на реку, лишь бы не слышать этих ужасных звуков.

Шимберг присел под раскидистым буком. Рядом, широко раскинув ноги и руки, мощно храпел Судалис. Он так устал за последние дни, что его не смог бы разбудить даже трубный глас Арсана, глашатого Царидона, возвещающего последний час Подлунного Мира.

Высоко в небе кружили незнакомые птицы с широкими крыльями и длинными загнутыми вниз клювами. Шимберг лениво наблюдал за их размеренным полетом.

Салдэм отложил точильный камень в сторону и внимательно осмотрел работу своих рук. Кое-где еще видны были следы царапин, но в целом меч выглядел лучше некуда. Салдэм вздохнул и для острастки снова взялся за инструмент.

Шимберг недовольно посмотрел в его сторону, проворчал что-то неразборчивое и отвернулся. Ругать Салдэма после того, что он и его десяток сделали для отряда в этом бою, было бы просто предательством.

Шимберг закрыл глаза, и события трехдневной давности захлестнули его мозг гигантской волной.

... - К лесу! Сворачивайте к лесу! - надсадно орал Шимберг.

И обозы послушно покинули пыльную полосу дороги, змеей уходящую на запад, и направились к темному частоколу леса. Тройка повозок застопорила движение. Лошади испугано ржали и шарахались в стороны. Разобраться в чем дело Шимберг не успел.

Позади раздались воинственные крики и лязг оружия. Это передовые десятки городского гарнизона сцепились с остатками мечников Салдэма и щитоносцами с десятка Лаутена. Эрстуан со своими ребятами прикрывал их бесперебойной стрельбой. Залп из арбалетов проредил первый ряд королевских солдат. В образовавшиеся разрывы нырнули мечники и ударили длинными копьями щитоносцы. Солдаты отступили за городскую черту, не ожидав от разбойников такой сплоченности и выучки. Те в свою очередь подтянулись к последним обозам, не давая увлечь себя в ближний бой.

Где-то в глубине города пропела труба. Две сотни закованных в латы пехотинцев, дружно чеканя шаг, вынырнули из-за угла крайнего дома. Но было уже поздно... Эрстуан и его лучники отходили последними. Два десятка длинных стрел напоследок прочертили ночное небо, и последние разбойники растворились среди гигантских исполинов.

Солдаты, конечно, ринулись вслед, но в лесу они были так же беспомощны, как дети. Шимберг вел своих людей скорым маршем на юго-запад. Городской гарнизон почти в полном составе пятнадцать часов прочесывал лес к западу от Усстона, но безрезультатно. Следов было много, но все они никуда не вели.

Три дня разбойники пробирались сквозь лес в знакомые места. Густые заросли молодого подлеска и многочисленные мелкие болотца весьма старательно осложняли им путешествие. Хоть нечисти не было и на том спасибо.

Из двадцати обозов, ушедших из города до базового лагеря добралось лишь шестнадцать, но с самым ценным грузом. Два из них были полностью гружены золотом. Каждому из членов отряда Шимберга этого золота хватило бы на три жизни вперед. Но награбленное пока еще не делили.

Шимберг, лежа, размышлял, что будет, когда он объявит о своем решении? Хорошо хоть большая часть отряда даже не знает об истинных размерах их добычи, а тут же передрались бы. Салдэм вон меч свой точит и молчит, хотя знает, что из награбленного ничего не получит. Как же втолковать остальным, что по отдельности они долго не протянут, даже имея в три раза больше золота. А! Шимберг махнул на всё рукой. Будет проблема - найдется и решение.

* * *

Ваяль напряжено всматривался вперед, где-то там не более чем в сорока метров, разбили лагерь люди. Лекуль, как обычно, молчал, быстро и точно выполняя все указания эльтора.

Ветер тихо шевелил листья густых деревьев. Заброшенный Лес угрюмо гудел, уже не признавая никого: ни забредших чужаков - людей, ни прошлых хозяев и друзей - эльфов.

- Как ты думаешь, Лекуль, люди что-нибудь пронюхали про нас? - поинтересовался Ваяль, стряхивая с плеча толстую зеленую гусеницу.

- Не знаю, - пожал плечами тот в ответ. - Даже если это и так - это ничего им не даст. Вряд ли они решат, что специально следили за ними, чтобы придти на помощь в трудный момент. Зная в достаточной мере людей, могу предположить, что они решат, что мы разведчики или шпионы северных эльфов, случайно заглянувшие в тот городок. И всё это притом, что они сумели-таки разглядеть нас. В чем лично сильно сомневаюсь.

- Слушай, я ты уверен, что твоими родителями были эльфы? - спросил Ваяль с сомнением.

- Не только были, но и есть, - отрезал Лекуль. - Между прочим, ты их отлично знаешь.

- Сомневаюсь, - пробурчал Ваяль, но не верить напарнику у эльфов означало - не верить себе. - Но если это и так, но ими могут быть только Альдаам и Мариэль.

Лекуль только пожал плечами. Он не жаждал распространяться на эту тему. Ваяль вздохнул тяжело, так как умеют вздыхать лишь люди, да некоторые эльфы, прожившие не одно тысячелетие. С легкой грустью вспомнился Лунутриэль. Что с ним сейчас? Где он? Лишь бы парень не наворотил дел. С него станется. Правда, с ним всегда было веселей. Ваяль тряхнул головой, прогоняя не прошеные мысли, и снова принялся высматривать людей.

* * *

Лунутриэль в это время мирно посапывал, свернувшись калачиком в одной из многих подземных хижин, разбросанных по всей северо-восточной окраине Заброшенного Леса. Луну обнаружил их совершенно случайно. Просчитав все возможные варианты, он пришел к выводу, что данные укрытия принадлежат людям, которых искал тот, за кем он следил. Видимо это было что-то вроде сторожевых постов. Сейчас там никого не было. Удостоверившись, что жертва никуда не собирается, Луну прилег отдохнуть и не заметил, как уснул.

Масттэрро, который устал не меньше своего незаметного преследователя, лежал под кряжистым дубом, сосредоточенно рассматривая бегущие по небу облака, едва видневшиеся сквозь плотное переплетение ветвей. Лаорс так и не появлялся. Не было видно ни единого признака существования его отряда, словно его никогда и не было.

Масттэрро, выработавший за долгие годы службы в харрском флоте некое шестое чувство, позволявшее ему оставаться в живых в казалось бы совсем безвыходных ситуациях, еще два дня назад заподозрил, что за ним следят. Обнаружить преследователя не удалось, вокруг лежал лишь тихо шумевший лес. Масттэрро решил выждать, тем более что он не чувствовал опасности. Лаорс должен был появиться через день-два, базовый лагерь никогда не оставлялся больше чем на пять суток, таково правило. Если же нет, придется отправиться на его поиски, может и преследовать тем временем чем-то проявит себя.

* * *

Эрстуан мрачно посмотрел на подстреленного зайца и приказал захватить его с собой. Повар что-нибудь сварганит из него на ужин. Правда, что-то в последнее время Эрстуан начал ненавидеть мясо, но ведь были и другие.

- Пошли парни! - махнул он рукой.

Пятеро лучников, не забывая бросать по сторонам быстрые настороженные взгляды, легким шагом направились в лагерь. Савул, Алогр и Трогайл остались на южном посту, замаскированном на старом дубе.

Шимберг глухо ворчал, закрывшись в своей небольшой хижине. Снаружи она походила на слишком разросшийся куст терновника. Масттэрро не было несколько дней, и атаман начал уже волноваться. Золото, как и планировалось, погрузили в маленькие сундучки парни, которым Шимберг мог доверять. Так что о результатах вылазки толком никто ничего не знал. Шимберг приказал выдать по пятьдесят монет каждому участнику операции и по двадцать всем остальным, чтобы не было недовольных.

Второй день в лагере шла гулянка. Шимберг не поощрял подобные мероприятия, но ничего с этим поделать не мог. Надо было дать людям отдохнуть.

Эрстуан осторожно просунул голову в занавешенный серой блеклой тряпкой вход. В последнее время Шимберг был слишком напряжен. Еще чего доброго огреет чем-нибудь по голове. Десятник лучников отлично знал своего атамана.

- Заходи, - пригласил Шимберг. - Чего замер?

- Да так, - Эрстуан неопределенно махнул рукой.

- Заходи, заходи, - Шимберг уселся на узкий топчан, заменявший ему кровать. - Рассказывай.

Эрстуан недоуменно поднял брови.

- Ну, для чего-то ты пришёл? Ведь так? - пояснил Шимберг. Он вроде бы был спокоен.

- Просто, - Эрстуан пожал плечами, он и сам не знал, зачем зашел. - Посмотреть, как ты.

- А, - понимающе протянул Шимберг. - Еще одна нянька.

Эрстуан только усмехнулся на это.

- Как там, в окрестностях? - поинтересовался Шимберг. - никого не видно?

- Да нет, - ответил Эрстуан, почесывая мочку уха. - От этих из Усстона мы точно оторвались. Теперь не найдут. А наши - те видно еще ни про что не знают. Так что опасаться особо нечего.

- Это хорошо, молодец, - почему-то похвалил Шимберг лучника.

В последние дни атаман вел себя настолько странно, что многих это начинало даже злить. Эрстуан, ничего не понимая, присел рядом с Шимбергом на узкий топчан.

- Люди устали, надо бы отдохнуть. А если тут рядом кто-то постоянно будет шнырять - вряд ли толком отдохнешь, - Шимберг тяжело вздохнул. - Ты, пожалуй, останешься за главного, когда я уеду.

- Куда? - глаза Эрстуана полезли на лоб, никакого разговора об отъезде еще и не было в помине.

- В Олль, к гномам, - Шимберг поморщился, словно проглотил горькую пилюлю. - Хотел дождаться Масттэрро, да видно не дождусь.

- Ты чего это, атаман? Жив этот здоровяк, чего его хоронить раньше времени, - взорвался Эрстуан.

- Возможно, - охотно согласился Шимберг. - Только ждать я все равно не могу. Ехать надо.

- Ладно, - Эрстуан успокоился также быстро, как и вышел из себя. - Надо - так надо.

* * *

- Найду - прикончу, - бурчал Масттэрро, озверевший от бесплодных дней ожидания. - Где его Мазар носит, этого Лаорса?

Утром он проснулся с твердой уверенностью, что сегодня Лаорс вернется, но того всё не было и не было. Терпение Масттэрро истощалось с той же скоростью, с какой солнце приближалось к заветной линии горизонта. А тут ещё и этот непонятный наблюдатель. Масттэрро нутром чуял, что тот где-то рядом, но найти и заметить его не мог.

Лунутриэль, спрятавшийся в густых ветвях высокого лапода, зевнул. Следить за человеком оказалось проще, чем он думал. Тот не прятался и не скрывался. Вел себя, правда, несколько нервно. Постоянно искал что-то. Луну и в голову не могло придти, что это его ищут.

- Всё! - Масттэрро решительно поднялся на ноги.

Луну недоуменно смотрел вслед исчезающему в дремучем лесу харрцу. И чего ему неймется на одном месте? Придется опять таскаться за ним. Луну осторожно спустился с дерева и бесшумно заскользил следом.

* * *

Ксира с трудом оторвала от подушки голову, которая гудела, как рой разъяренных пчел. Возле самой двери поперек порога, свернувшись калачиком, громко храпел Рааогл. Он так напился вчера, что Ксире пришлось волочить его по лестнице на себе.

Валькирия потянулась, ощутив, как вяло отозвалось закаленное в бесчисленных боях тело. Что ж, похоже усталость последних недель наконец-то догнала её и обрушилась всей своей немалой тяжестью.

Две недели она скрывалась от стражников городского гарнизона, которые, как с цепи сорвались. На Ксиру была организована настоящая охота. Она ни как не могла взять в толк, с чего бы это. Только природная изворотливость и приобретенный с годами опыт дали ей возможность улизнуть от преследователей.

Рааогл - этот здоровый боров - и в ус не дул, чуть, что - ноги в руки, я не с ней. Ксира, правда, его ни в чем не винила. Северянин мог ей еще пригодится, так что не стоило зазря рисковать своей жизнью.

Всё время, проведенное в бегах, Ксира не расставалась с мыслью отомстить Солтахру и при этом заработать вознаграждение, назначенное за голову Шимберга. Ключом ко всему этому являлась молоденькая девушка, живущая в маленькой деревушке. Если бы не стражники, валькирия уже попробовала бы воплотить свою идею в жизнь.

Если бы Шимбергу кто сказал, что он всё еще жив благодаря слишком усердствовавшему в его поимке Лирду, он ни за что бы ни поверил.

Ксира мучила голову, как бы ей незаметно выскользнуть из города, но, как назло, в голову ничего не приходило, кроме боли от выпитого в огромном количестве эля. Рааогл пытался что-то предложить, но идеи не отличались новизной и хитроумностью. Оставалось только ждать. Деньги, к счастью, еще были.

Ксира, закусив губу, попыталась пнуть северянина, но голова закружилась, и пол едва не прыгнул ей навстречу. Валькирия, подумав немного, снова улеглась на кровать, решив отоспаться, как следует, а уж потом отпинать Рааогла по полной программе.

* * *

- Что ж, что-нибудь известно от вашего шпиона? - Лирд, как всегда был не в духе.

- Пока нет, - Ергонт стоял по стойке "смирно". - Разбойники ушли куда-то вглубь леса. Наш человек пока не смог их обнаружить.

- Плохо, - как-то уж совсем спокойно заметил Лирд, словно уже смирился с этими постоянными неудачами в поимке Шимберга. - А как там идут дела с поисками этой самой валькирии, что одурачила нас в прошлый раз?

- Тоже ничего, - Ергонт отвернулся в сторону, не в силах смотреть в грозные глаза пиира. - Мы уже почти взяли её, но... Ей как-то ужалось вырваться. На то она и валькирия.

- Это всё? - Лирд хотел поскорее уединится со своими мрачными мыслями.

- Есть новости с востока, - Ергонт был счастлив, показаться хоть в чем-то осведомленным. - Ульримо перебросил тысячный корпус ближе к западу. В небольшой городок Усстон. Ходят слухи, что у него там находилась складская база. Неделю назад около сотни хорошо вооруженных человек проникли в город и обокрали склады в восточной части города, и вроде бы именно там располагались запасы Ульримо.

- Хм, интересно, кто бы мог дерзнуть напасть на Ульримо? У кого хватит на это сил и храбрости? - Лирд задумчиво обхватил свой подбородок.

- Если хотите знать мое мнение, то на такое способен только Черный Герцог, но опять-таки, ходят упорные слухи, что он загадочным образом покинул свою армию и сейчас находится неизвестно где. Вряд ли он сам с столь малым отрядом после бы напасть на Ульримо. Черный Герцог не из тех, кто ведет партизанские войны, - выложил свои соображения Ергонт.

- Да, но Шимберг как раз из тех, - протянул Лирд. - Оставь меня одного.

* * *

Солтахр хохотал во всю горло. Ничего подобного Трояну еще не проходилось от него слушать. И это всё по тому, что Солтахр был пьян, как никогда. Где-то раздобыл медовухи и нализался до темноты в глазах.

- Слазь, давай, паршивец мелкий, - чуть ли не со слезами просил Троян.

Солтахр уставился на него недоуменный взглядом. Крыша, на которую взобрался он, была довольно высокой и крутой. Пьяный паренек примостился на крутом коньке, выпирающем вперед на полметра. Троян смотрел на него снизу вверх и никак не мог понять двух вещей. Первая - как паршивец туда забрался, и вторая - что ему там понадобилось.

- Слазь, тебе говорю. Всю деревни встармашишь. Бить ведь тебя будут, - Троян попытался запугать скалолаза, но на того это мало подействовало.

Видимо Солтахр так упился, что даже не понимал, где он и что происходит. А на улице уже стали появляться встревоженные люди. Многие уже смотрели наверх, показывая пальцами на не прекращающего орать Солтахра. Теперь он вздумал петь что-то непонятное, но полное одних непристойностей. Строгие отцы зажимали уши малым детям и грозили Солтахру неминуемый наказанием, которое выливалось из них еще большими потоками брани.

- Багром его! - заорал кто-то.

Дружный хор радостных криков и даже воинственных кличей поддержал это предложение. Трояну насилу удалось отговорить цеплять багром несносного хулигана. Тот, как ни в чем не было, продолжал распевать вульгарные песенки, которых он нахватался в Лиадэ.

К вечеру разъяренная Гжвенна приказала штурмовать крышу. Пара смелых парней начала карабкаться наверх по приставленным лестницам. Так как крыша была очень высокой, пришлось скрепить вместе несколько коротких лестниц. Каждую внизу держало четверо человек, мало ли что взбредет пьяному Солтахру. Смельчаки упрямо ползли вверх, стараясь не думать об этом. Троян молча наблюдал за этим снизу, мучительно думая, за что его наказал Шимберг, оставив Солтахра на его попечение.

Когда добровольцы добрались до конька, оказалось, что смутьян уже крепко спит, надежно вцепившись в твердое дерево кровли. Понадобилось минут десять, чтобы разжать его пальцы. Спускать по лестнице спящего, да еще при этом пьяного человека никто не собирался, шею себе сломаешь, да и только. Поэтому соседи заблаговременно натаскали здоровый кип сена, куда и сбросили храпящего Солтахра.

Троян тут же постарался разогнать всех по домам, так как боялся, что Солтахру все-таки побьют. Односельчане. Недовольно ворча себе по нос, все же разошлись. Многие ехидно посмеивались, некоторые откровенно хохотали в голос. То, что вызывало днем негодование, теперь казалось до ужаса смешным.

Троян отволок Солтахр к себе домой. Тот даже не пошевелился, когда голова его случайно ударилась о шершавую стенку печки.

Солнце, сверкнув напоследок лучами, опустилось за горизонт. Еще один день прошел. А Трояна мучил один-единственный вопрос. Когда же вернется Шимберг?

* * *

Шимберг тем временем приближался к Оллю. Серые махины гор, поросшие редким ельником, нависали над ним. Где-то там и располагался Олль - столица северных гномов. Найти ее удавалось не каждому, но Шимбергу надеялся, что ему это удастся.

Маленький отряд, сопровождавший Шимберга в этом путешествии, состоял из семи человек. Все они знали суть дела и держали язык за зубами.

В виду чрезвычайной важности и опасности пути золото заблаговременно припрятали в укромном месте. Шимберг надеялся, что гномы не обманут его ожиданий.

* * *

Масттэрро был в ярости, подобного он никак не ожидал. Его довольно долгие поиски два дня назад наконец-то обернулись успехом. Должной радости это, правда, не принесло. Едва Масттэрро вышел на открытое пространство поляны, где разбил свой лагерь Лаорс, как несколько человек набросились на него и, несмотря на не дюжую силу харрца, скрутили его, как мальчишку.

Сначала ему пришло в голову, что он всё перепутал и попался в руки небольшого отряда из армии Ульримо, но когда перед глазами замаячила знакомая физиономия Лаорса, Масттэрро понял, что не ошибся.

- Что парни? Поймали крысу? - весело усмехнулся Лаорс.

- Ты что, гад, совсем озверел? - Масттэрро попытался вывернуться, но трое парней крепко держали его.

- Ага, - довольно кислым голосом согласился Лаорс. - Отведите его в клетку, да сторожите хорошенько.

Масттэрро оттащили в низкую избенку размерами полтора метра на полтора. Никто из охранников при этом не проронил ни слова. Харрец сразу попытался устроиться поудобнее, так как знал, что выбраться из "клетки" практически невозможно. У Шимберга на главном базовом лагере была такая же миниатюрная тюрьма на тот случай, если придется требовать выкуп за какого-нибудь богатенького сынка герцога или же кто-нибудь ребят вдруг вздумает выкинуть какой-нибудь пьяный номер. Однажды Масттэрро поспорил с Эрстуаном, что сможет выбраться из нее без посторонней помощи. После трех бесплодных часов, проведенных в "клетке" Масттэрро сдался и признал своё поражение.

Лаорс видимо не был расположен к откровенным разговорам, так как приходил навестить харрца за два дня лишь трижды, да и то чтобы поскалить зубы в злобной усмешке. Так что Масттэрро приходилось ломать голову, что же случилось с парнем, что он восстал против своих друзей. Никто из отряда Лаорса не смел даже приблизиться к "клетке", не говоря уж о том, чтобы заговорить с пленником. Стража сменялась каждые четыре часа. Лица охранников менялись с четкой периодичностью, и Масттэрро успел их выучить. Всего его охраняли восемь человек, дежуривших попарно. Из этого следовал лишь один вывод - Лаорс не доверял остальным. Это хорошо. В будущем могло пригодиться. Ну а пока... Масттэрро попытался улечься на полу во весь свой рост, но внушительные габариты позволяли лишь сидеть относительно свободно. Что ж, в харрском флоте пришлось вытерпеть и не такое.

* * *

Лунутриэль, притаившийся в густых зарослях ежевики, видел всё. Как схватили Масттэрро, как какой-то человек смеялся над ним, как его уволокли в "клетку". Теперь Луну не мог решить, что же ему делать. Сидеть в тюрьме Масттэрро мог еще долго, и бросить слежку, напрямую нарушив приказ эльтора, он не имел права. С другой стороны Луну хотелось помочь человеку, но это тоже было воспрещено правилами, хотя он и не знал, что его друзья по разведгруппе уже нарушили это правило. Два дня прошли в размышлениях. От мыслей у Луну даже голова разболелась, но решение было принято.

* * *

Масттэрро занимался тем, что пытался сосчитать бесчисленные мириады звезд, усеявшие ночное небо яркими точками, через зарешеченное узкое окошко, сквозь которое, даже если бы не было стальных прутьев, вряд ли бы пролез даже ребенок. Харрец с тоской вспоминал свою родину, где подлости и предательства было всё-таки поменьше.

Несколько птиц затеяли певчий хор, усевшись где-то недалеко. Пара светлячков чертила на фоне темного неба замысловатые фигуры. Возле двери негромко переговаривались стражники. Внезапно чья-то тень мелькнула перед окном, заслонив на секунду блики звезд. Не успел Масттэрро сосредоточиться, как она уже исчезла. Это его насторожило. Кто бы это мог быть?

- Кто здесь? - прошептал Масттэрро.

Ответа не последовало, да харрец и не ждал его особенно. Тишина, воцарившая за стенами "клетки", как-то угнетающе действовала на нервы. А когда замолкли и охранники, Масттэрро и вовсе насторожился. Что-то было не так.

Тихо скрипнула входная дверь, но никто так и не появился. Масттэрро ползком подобрался к выходу и осторожно выглянул наружу. Никого не было видно. Тела охранников лежали, прислоненные спинами к стене, возле маленького крыльца. Видимых ран вроде не было. Казалось, они просто прилегли отдохнуть.

Масттэрро решил, что лучше не пытаться выяснить что-то, а побыстрей уносить ноги. Лагерь Лаорса безмятежно спал, только караульные прохаживались между шалашами. Масттэрро не стоило никакого труда прикинуться одним из разбойников, тем более что он им и являлся.

Харрец недолго блуждал между шалашами. Он искал одного человека, и он его нашел. Уйти из лагеря, не узнав, что же случилось, Масттэрро просто не мог. А узнать он мог только у Маарсена, старого друга, волей судеб попавшего в отряд Лаорса. Масттэрро видел его пару раз. Помочь тогда друг ему ничем не мог, и поэтому делал вид, что совсем не интересуется пленником. Собственно говоря, Масттэрро предположил, что именно Маарсен поспособствовал ему с побегом. Больше было некому. Никто бы на такое не решился.

Масттэрро еще днем заприметил шалаш, в который Маарсен заходил чаще всего. Отыскать его в темноте в незнакомом лагере, стоило бы не малого труда, если бы харрец от нечего делать не изучил план лежбища Лаорса за время пребывания в "клетке", так на всякий случай.

В шалаше стояла непроглядная тьма. Масттэрро осторожно шагнул за порог, чтобы снаружи его не было видно. Внутри явно кто-то был. Харрец слышал чьё-то дыхание с легким присвистом. Этого было достаточно, чтобы опознать Маарсена.

Масттэрро подождал, пока глаза ни привыкнуть к темноте. Когда хоть что-то стало видно, харрец рассмотрел помещение, в которое попал. Груда, по-видимому, тряпок поселилась в дальнем углу, еще большая куча лежала в другом углу. Сверху на ней угадывалось тело человека. Условия незавидные.

Масттэрро мягко тронул спящего человека за плечо. Глаза того медленно открылись, правая рука сама собой потянулась к голенищу сапога, где наверняка был припрятан нож. Масттэрро быстро и молча перехватил руку и, прижав указательный палец к губам, призвал к тишине.

- Здоровяк - это ты? - Маарсен сказал это шепотом, но для Масттэрро это показалось громом небесным.

- Естественно, - харрец кивнул в ответ, не зная, видит ли его собеседник.

- Как ты здесь очутился? - глаза Маарсена выпучились до огромных размеров, делая своего хозяина похоже на рыбу, выброшенную на берег. - Что ты здесь делаешь? Кто тебя выпустил?

- А разве не ты? - Масттэрро выпустил руку другу, и та безвольно упал на груду тряпок, заменявшую тому лежак.

Маарсен только покачал головой.

- Странно, - протянул Масттэрро. - Но неважно. Во всяком случае сейчас. Расскажи что, здесь произошло?

* * *

Луну был просто доволен собой до невозможности. Правда, с ним подобное случалось регулярно. Он редко критически относился к своим деяниям и их последствиям. Ему казалось, что он всегда поступает правильно. Вот так случилось и теперь.

Всё вышло довольно просто и даже лучше, чем замышлял сначала Лунутриэль. Охранники и так практически спали, Луну только чуть-чуть им помог в этом. Пленник вроде его не видел. Поблизости не оказалось никого, что было бы просто преступным, будь это в эльфийском стане.

Луну даже захихикал, словно ребенок, довольный собой. Всё просто великолепно, жалко только Ваяля нет сейчас рядом. Он бы одобрил действия Луну. И даже мрачный Лекуль едва ли выполнил бы эту работу лучше, чем это проделал молодой разведчик.

* * *

- Всё началось примерно недели три назад, - Маарсен для убедительности кашлянул в кулак. - Лаорс тогда отправился на восток в Гаолу. Естественно никто не знал, для чего он туда поехал. Тут в лагере всё оставалось по-старому. Мы готовились обчистить караван купцов, шедший по нашим данным из Пиролоса в Мерзонию, когда Лаорс вернулся. Он был мрачен, как туча. Некоторые ребята пытались поговорить с ним, но он посылал всех подальше. Даже новостей из Гаолы не желал рассказать, как всегда обычно бывало.

Спустя три дня он снова куда-то ускакал, сказав, чтобы мы до его возращения ничего не предпринимали. Эх, такой караван из-за этого упустили. Улов был бы солидный. Ну, да ладно. Через день Лаорс вернулся, да не один. С ним приехали пять десятков конных латников Ульримо. Это я определил по гербам на их поножах. Лаорс сказал нам, что теперь мы являемся частью армии Железной Руки и должны защищать его западные части от набегов лесных разбойников, то есть от былых товарищей. Все, конечно, промолчали, еще бы будешь молчать, если рядом ходячие железяки, только и ждущие любого повода, чтобы тебя разрезать на куски. Но ночью половина отряда скрылась из лагеря, и я в том числе. Нас вел Еравонт. Утром по нашим следам была отправлена погоня. Почти всех переловили. Большую часть отправили в Гаолу в темницы. Мне удалось извернуться, втерев им, что я вовсе не был с мятежниками, а ходил в разведку, так как мне показалось, что несколько человек блуждало возле юго-западный границы лагеря. В общем, я сейчас фактически нахожусь здесь на положении пленника.

Все правила устанавливают парни Ульримо. Все вроде бы подчиняются, но человек двадцать, я знаю точно, готовы к бунту. Им не хватает только лидера. Правда, гарнизон Ульримо всё еще здесь и это существенная проблема. Их около тридцати. Хорошо вооружены. Хорошо обучены.

- Ничего, наши парни тоже не луком шиты, - усмехнулся Масттэрро. - Ты можешь поднять надежных ребят прямо сейчас?

- Да, - Маарсен кивнул головой. - Ты собираешься устроить бунт прямо сейчас?

- А почему бы и нет? Чем быстрее, тем лучше. А то кто его знает, что может случиться. Может утром подойдут еще войска Ульримо, - пояснил Масттэрро.

- А точно, - чуть ли не воскликнул Маарсен. - Недавно на западную базу Ульримо, о которой вроде бы никто не знал, кто совершил нападение. По слухам почти подчистую обчистили, да при этом крепко потрепали штатный гарнизон этого городишки и так ловко запутали следы, что никто даже и не понял, откуда они пришли. Поэтому вроде бы Ульримо собирается перебросить сюда тысячную корпус.

- Вот видишь, значит медлить нельзя, - Масттэрро задумчиво посмотрел на низкий потолок шалаша. - А ты случаем не знаешь, как называется этот городок?

- Парни говорили, но я забыл, - пожал плечами Маарсен. - Маленький какой-то, только войск там бы сотен пять, не меньше.

- Случайно не Усстон?

- Точно, здоровяк, а ты откуда знаешь? - удивился Маарсен.

- Значит Шимбергу повезло. Что ж, хоть здесь есть хорошие вести, - Масттэрро улыбнулся во весь рот. - Наш Хадтэро тот еще.

- Так ваши проделки? Молодцы! - похвалил Маарсен.

- Ладно, некогда разглагольствовать. Идти поднимай ребят, - Масттэрро был полон решимости навести тут порядок.

* * *

Луну неотрывно следил за лагерем. С тех пор, как он освободил, Масттэрро, там происходили странные дела. Множество теней скользили от шалаша к шалашу. Чуткое ухо эльфа ловило тихое позвякивание оружия. Скоро должно было что-то произойти. Не может быть столько оружия и осторожности не пущено в ход. Такого не бывает. Луну закусил нижнюю губу, думая, не натворил ли он чего-то страшного.

* * *

- Вперед! - приказал Масттэрро так, словно всю жизнь этим занимался.

Шестеро широкоплечих парней разом нырнули в палатку Лаорса, Масттэрро бросился следом. Охрана из трех человек была смята одним ударом. Острие меча возле горла оказалось весьма весомым аргументом, чтобы убедить стражников прекратить сопротивление.

Лаорс с круглыми глазами сидел на широком топчане. На нем были только кожаные штаны. Оружия и близко не было. Возможно, что охрана, скорее стерегла Лаорса, чем защищала.

- Ну, что? Кто теперь поймал крысу? - усмехнулся Масттэрро.

Вся операция прошла без сучка, без задоринки. Все вояки Ульримо бесшумно обезоружены и ловко связаны. Лишь местонахождение пятерых оставалось неизвестным.

- Что ж, может каяться, - разрешил Масттэрро, присаживаясь рядом с предателем.

Шестеро воинов, ворвавшихся вместе с ним, встали возле входа вместо охраны, так на всякий случай. Вояк Ульримо связанных по рукам и ногам уволокли прочь к остальным.

- Что ж ты молчишь? - спросил Масттэрро. - Сказать нечего? Хм... Ну-ну. Парни твои собирались тебя разорвать лошадьми, да я отговорил. Сказал, что знаешь кое-что важное. Надеюсь, что это так. Иначе тебя и вправду разорвут.

- Ничего ты от меня не услышишь, - буркнул в ответ Лаорс, собрав остатки воли. - Хоть что со мной делай.

- Ладно. Как хочешь, - согласился Масттэрро. - Особо настаивать не буду, - и, повернув голову к охранникам, добавил. - Вы слышали его. Забирайте.

Когда Лаорса выводили из палатки, Масттэрро тяжело вздохнул и покачал головой.

- Передайте всем, на рассвете уходим, - приказ он через несколько секунд, вернувшимся парням. - Нечего здесь поджидать армады Ульримо. Хватит.

* * *

Длинные рыжие бороды гномов воинственно топорщились, целя Шимбергу в грудь. Даже при лучшем раскладе они вряд ли бы достали выше.

- Ну что ж, человече, предложение твое заманчиво, - протянул широкоплечий гном в грязном фартуке, назвавшийся Сиоглом. - Оружия у нас не скрою много. Да вот покупателей всегда не доставало. Уж больно по карману бьют такие покупки. А у тебя как с этим?

- Всё отлично, - усмехнулся Шимберг, гномы умели бросить пыль в глаза при подобных сделках. - Пять тысяч золотых думаю, вас устроят.

- Что ж, можно подумать, - почти согласился Сиогл. - Поговорим об этом завтра. Ширри, проводи гостя до его комнаты.

Немного толстоватый гном, формами весьма напоминавший бочонок, широко расставляя ноги, махнул рукой, призывая следовать за ним. Шимберг послушно нырнул в низкий коридор, вырытый прямо в скале.

Через пять минут они прибыли на место. Еще вчера вечером Шимберг со своими спутниками поселились в довольно уютной "комнате", предложенной гномами. Комната представляла собой эллипсовидную пещеру с домашней обстановкой. Для каждого нашлась кровать на низких ножках и очень короткая по человеческим меркам. Видимо гномы не привыкли к гостам. На утро следующего дня Шимберг отправился на торговые переговоры со старейшиной гильдии кузнецов-оружейников. Его провожали два угрюмых гнома, не утруждавших себя разговорами. Теперь Ширри проводил его обратно. Не смотря на хорошую память и отличную ориентацию, Шимберг был уверен, что без посторонней помощи вряд ли найдет выход из горных лабиринтов подземных мастеров.

Гномы хмуро поглядывали на людей снизу вверх из-под кустистых бровей, что-то ворчали себе под нос. Шимбергу нравились эти бесхитростные существа, во всяком случае, если сравнивать их с людьми, то по части подлости гномы проиграют с треком. Если бы не склочность и сварливость подгорных жителей можно было бы назвать добродушными и милыми существами. Правда, когда вопрос заходил о деньгах, оружии и чести тут гномы становились совершенно другими. Раз дав Слово, гном держал его, даже если ему грозила в следствии этого смерть.

- Ну что там? - спросил Туан, один из немногих кому Шимберг мог безоглядно доверять, когда гном Ширри, бросив напоследок подозрительный взгляд, скрылся за дверью. - Как всё прошло? Договорились?

- Почти, - ответил Шимберг. - Главный поелозил немного. Попросил времени до завтра подумать.

- Неужели не решили сразу? - удивился Масихр, высокий парень с сухим выцветшим лицом из десятка Эрстуана. - Может обмануть хотят? Я этим рыжим недоросликам что-то не очень верю.

- Ну и зря. Если уже и гномам верить нельзя, то кому можно? - покачал головой Шимберг. - Я просто уверен, что они уже всё решили. Теперь полночи будут решать сколько бы с нас содрать.

- А разве ты им не назвал сумму, которую мы согласны заплатить? - Туан и сам не знал этой цифры.

- Сказать-то сказал. Но разве ты не знаешь поговорки? Гном без торговли - не гном. Завтра будем торговаться. Лишь бы цену неимоверную не заломил, а то придется от части товаров отказаться, - Шимберг задумчиво уставился в потолок.

- Так что же нам делать?

- Спать, - Шимберг зевнул и прилег, подавая пример остальным.

* * *

Масттэрро упорно продвигался во главе больше несуществующего восточного отряда. Лаорса решили взять с собой, хотя большинство хотело просто его распять.

Дурные времена настали, раз друзья предают тебя за "тридцать серебряников". В Харре жила легенда, что когда-то люди предали Бога за эту сумму. Правда, какого именно Бога никто не знал. Это было настолько давно, что даже Боги наверняка не знали о чем именно речь.

Отряд, насчитывавший по последним данным трехнедельной давности полсотни человек, теперь состоял из восемнадцати бойцов, не считаю плененного Лаорса и командующего Масттэрро. Делая около десяти лиг в день, отряд двигался на юго-запад.

Разоруженные воины Ульримо были связаны и после некоторого колебания оставлены в брошенном лагере, в насмешку над Железной Рукой. Мести разбойники не боялись. Лес надежно укрывал их всё это время, укроет и впредь. Чтобы найти их там, требовалось, по крайней мере, тысяч шесть воинов, а это составляло половину армии Ульримо.

Угрозы с востока Масттэрро больше не боялся. Только юг оставался им опасен. Только совсем помешавшийся на поимке Шимберга Лирд мог хоть как-то помешать им жить. Но по словам атамана скоро всё должно было кончиться. Масттэрро был не из тех, кто слепо верить во все обещания, но тут он почему-то был уверен, что Шимберг говорит вполне искренне.

* * *

Луну еле поспевал за людьми. Ему приходилось передвигаться скорым шагом, да при этом оставаться незамеченным. Это было непросто, даже для опытного разведчика. Спасало одно - люди ни слишком-то заботились о проверке окрестностей. Видимо они чего-то опасались, поэтому положились на скорость, а не на скрытность.

Эльф так и не понял, что же случилось ночью, после того, как он освободил Масттэрро, и было ли это хорошим поступком или нет. Может эльтор или Лекуль смогли бы ответить на этот вопрос, но их не было рядом. Интересно где они? Что делают? Луну задумался на секунду и пришел к выводу, что Лекуль, наверное, спит, как всегда, а Ваяль отдувается за двоих. Скорее бы к ним. Да только люди эти мечутся, как свиньи на бойне. Куда их понесло на этот раз? Луну искренне надеялся, что к своей старой базе, где по идее должны были находиться и его товарищи.

* * *

- Скукота, - зевнул Лекуль, наблюдая из-за кустов орешника за суетной деятельностью людей.

Большинству эльфов действия людей вообще казались бессмысленными и глупыми. Однако с тех самых пор, когда орды кое-как вооруженных варваров этого племени вытеснили их из Заброшенного Леса, прошлось считаться даже с этим.

- Мы здесь не для развлечений, - возразил Ваяль. - Так что следи и помалкивай.

- Хорошо, эльтор. Похоже, там что-то готовиться, - Лекуль кивнул в сторону людского лагеря. - Интересно куда эти парни собрались?

* * *

- Ты куда это собрался? - спросил Салдэм, подозрительно разглядывая седельные сумки, прикрученные к седлу.

- Да надоело мне тут. Скучно, страшно, - усмехнулся в ответ Эрстуан. - Решил проветриться.

- Ты что, совсем с ума сбрендил? - у Салдэма почти отвисла нижняя челюсть. - Атаман скоро должен вернуться. А он кататься вздумал.

Рядом натужно водил по точильному камню клинком один из парней Салдэма. При словах своего десятка он поднял голову и пристально посмотрел на спорящих. Ничего не поняв, он вернулся к своей работе с еще большим усердием.

- И куда же ты собрался, позволь узнать? - упорно не отступал Салдэм.

- Да, куда? - не удержавшись, поддакнул парень.

- Да ты-то хоть не лезь, куда тебя не просят! - взорвался мечник. - Иди отсюда, куда подальше, пока не получил.

Парень обиженно шмыгнул носом, но решил, что лучше и, правда, уйти подобру-поздорову.

- Что-то ты в последнее время разнервничался, Салдэм, - сказал Эрстуан, подтягивая подпругу. - Злой стал какой-то.

- С вами станешь добрым, а как же, - хмуро бросил Салдэм, немного задетый словами лучника. - Так куда ты собрался?

- Да хочу в гости к Солтахру наведаться. Узнать, как там парень без нас. Может, скучает, - Эрстуан говорил это вполне искренне. - Да и вообще, посмотреть, что там к чему.

- Ладно, Мазар с тобой, - махнул рукой Салдэм, как-то сразу сникнув. - Людей с собой только возьми, мало ли что.

Эрстуан лишь пожал плечами.

* * *

- А ну, отдай, - Троян ловко выхватил из рук Солтахр кружку, наполненную до краев хмельным элем.

- А-а, это моё-ё, - загундосил, словно малый ребенок, Солтахр, пытаясь отобрать эль обратно. - Отдай.

- И где ты только его берешь? - спросил Троян, зная, что ответа не будет. - Совсем опустился. Что скажет Шимберг, когда вернется?

Солтахр пил уже неделю. Где он доставал эль действительно оставалось загадкой, так как в пьяном виде он доставлял неприятности практически всем. Так что человек в здравом уме вряд ли стал ему что-то продавать, да и денег у парня почти и не было.

- Молчишь? - спросил Троян, выливая огненный напиток за окно. - Ну, молчи, молчи. Никто пытать тебя не собирается. Но отныне я буду следить за каждым твоим шагом. Я желаю тебе только добра и не хочу, чтобы в конец спился.

Солтахр что-то произнес неразборчивое и завалился на правый бок. Троян оторопело уставился на маленького пьянчугу. Тот уже вовсю храпел.

- Да уж, веселое занятие. Ты присмотри за ним, Троян, всё будет в порядке, - передразнил Троян слова Шимберга перед тем, как они оставили Трясовища в последний раз. - Да уж, в порядке. И что мне с ним делать?

* * *

Широкоплечий Ширри едва помещался в узком дверном проходе. Рыжая борода, спускавшая до середины груди, скрывала выражение лица гнома, тому же способствовали густые брови, висевшие прямо над глазами. Но Шимберг мог бы поклясться чем угодно, что подземный житель сейчас преспокойно усмехается над людьми. И было отчего...

Вчера вечером, чтобы отметить удачно сложившуюся сделку, - гномы уступили на пяти тысячах семисот монетах - парни решили немного выпить. Но, как говориться, чем дальше, тем больше. Некто раньше не пил гномью водку. Проклятый напиток бил наповал. С утра голова отказывалась работать, язык во рту напоминал шершавый камень, а рук и ног не чувствовалось вовсе.

Люди уныло бродили по предоставленной им комнате, пытаясь вспомнить, где оставили части своей одежды. Именно в таком виде и застал их Ширри.

- Он еще и смеется, - похоже, усмешку гнома заметил и Туан.

Ширри вовсе не обиделся, а лишь сложил руки на могучей груди и отвернулся в стороны. Шимберг тщетно пытался отыскать свой правый сапог, который вроде бы должен был стоять возле низкой кровати. Туан старался расправить постоянно закрывающиеся сами собой глаза. Остальные выглядели не лучше.

- А, Мазар с ним! - безнадежно махнул рукой Шимберг.

Масихр задумчиво заглянул под кровать и едва не рухнул на пол от мгновенно подкатившей головной боли. Под кроватью определенно что-то было, но вот что он не разглядел, пришлось быстро выпрямиться, от чего боль только усилилась.

- Ладно, - Шимберг решительно направился к давящемуся от беззвучного смеха гному. - Что решил Совет? Или мне надо снова куда-то идти?

- Да нет, - пожал плечами Ширри, тщательно сдерживая ухмылку, так и норовившую скривить рот. - Я и сам могу передать тебе его решение. Тем более, что сейчас ты все равно вряд ли сможешь куда-то пойти.

- Не будем об этом?! - попросил Шимберг.

- Могли бы хотя бы предупредить, - поддакнул кто-то. - Ну и крепкая, зараза.

Ширри проигнорировал последнее замечание, хотя наверняка знал о водке не понаслышке, и сказал, степенно поглаживая свою бороду:

- Вы можете отправляться завтра. Товар уже погружен на повозки. Три десятка наших пойдет с вами. Возле Кривой сопки половина останется с грузом, остальные пойдут с вами за платой. Когда деньги будут получены, оружие станет вашим. Вернетесь и заберите его.

- Ясно, - протянул Шимберг, явно только на такое и рассчитывавший.

- Надуть нас захотели! - крикнул кто-то, не отошедший от действия напитка гор.

Ширри насупился и потянулся к закинутой за плечо секире.

- Оставим это. Гномы честный народ, - вступился Шимберг. - Мы вам доверяем, а теперь нам надо попытаться одеться. - Последнее было сказано для немного вспылившего гнома. - Встретимся завтра.

* * *

Ксира лениво пережевывала тонкий стебелек травинки-ласика. Ветерок шелестел в ветвях низкорослой хабенсы. Сидевший рядом Рааогл что-то невнятно ворчал. Ему почему-то не нравился лес.

- Где носит этих мерзавцев? Сколько можно ждать? - Рааогл рыгнул и бросил тупой взгляд на валькирию, словно она знала всё на свете.

- Сколько надо, столько и будешь ждать. Ясно? - взгляд Ксиры говорил даже красноречивей, чем слова.

- Хорошо, - поспешно согласился Рааогл.

Два десятка полуголодных бандитов притаились в густых кустах, щедро разбросанных вдоль южной черты леса и маленькой уютной поляны, в которой расположились Трясовищи.

Две недели Ксира пыталась выбраться из города, но ей это никак не удавалось. И вот три дня назад неожиданно стража на городских воротах заметно поредела, патрули уменьшились, да и общее напряжение в городе заметно упало. Ксира понятия не имела, чем это вызвано, но не воспользоваться этим не могла.

Темной ночью, когда патруль из пяти копейщиков протопал в северные кварталы, двадцать пять ловких теней быстро вскарабкались на высокую городскую стену, используя крепкие веревки со стальными крючьями на конце. Лес поглотил их молча, не возражая.

- Я их убью! Где можно столько пропадать? - продолжал ныть Рааогл, попутно стараясь отбиться от роя комаров, внезапно на него набросившегося.

- Заткнись! - бросила Ксира. - Еще слово от тебя услышу, получишь клинок в глотку.

- У тебя все время клинок в глотку, - огрызнулся северянин, чувствуя себя таким же нужным, как орех в палящую жару.

У валькирии нервно дернулась верхняя губа. Выдержка что-то изменяла ей в последнее время. То губа начинала прыгать, то верхний правый клык исходил такой тупой болью, что в пору было повеситься. На счастье Рааогла вернулись разведчики. Их было трое. Все невысокого роста, худощавые, когда-то жили в лесистой местности.

- Всё тихо, - сообщил главный с хитрым прищуром глаз. - Вооруженных людей нет, только сельчане.

- Отлично, - валькирия довольно улыбнулась.

Рааогл испугано дернулся и отшатнулся назад от ее оскала, слишком уж зловещего.

* * *

Троян стоял на берегу медленно текущей речки, у которой даже названия не было. Вернее было, но ни одно. Каждый называл ее, как хотел. Поэтому Троян нарек ее Безымянной.

Солтахр, напившийся с утра, теперь беззаботно дрых на лавке в доме Трояна. С парнем явно было что-то не так. И Трояну, казалось, что он знает, в чем здесь дело и кто виноват. Дело было в некоем человеке, которого не знал никто, даже сам Солтахр. Человеке, который должен быть шпион Лирда. А виноват во всем был сам Троян, запретивший рассказывать что-либо Шимбергу. Вот теперь Солтахр и грызет себя.

Что же делать с парнем? Наверное, будет лучше всего разрешить ему пооткровенничать с Шимбергом.

- Привет, Троян. Что ты здесь делаешь? - голос за спиной прервал его раздумья.

- Привет, Гжвенна, - Троян узнал ее по голосу. - Так просто, пришел посмотреть. Знаешь... Иногда хочется... хм... пообщаться с природой.

- А, - понимающе протянула Гжвенна, видимо, ей это было знакомо не понаслышке.

Они помолчали некоторое время, слушая ветер. Мир вокруг шелестел, свистел, пел и множился иными звуками. Яркие краски забивали глаза. Казалось, всё кругом красиво и гармонично в своей неповторимости. Наверное, поэтому Троян приходил именно сюда.

- А как там Солтахр? - спросила Гжвенна, хотя еще с утра видела того в не вполне пристойном виде.

- Да ничего. Спит, - немного приукрасил действительность Троян. - Устал.

- Понятно, - Гжвенна решила не придираться к словам. - Я, наверное, пойду. Дел много.

- Подожди, я с тобой, - Троян подхватил с земли плащ, который он сбросил с плеч из-за жары.

До первого лома, выглядевшего жалкой развалиной, им оставалось не более десяти метров, когда кусты хабенсы, в изобилии росшие кругом, угрожающе затрещали. Два десятка странно одетых людей с гиканьем выскочили на широкий обзор, размахивая нехитрым оружием.

- Быстрее. Бежим! - Троян подтолкнул оторопевшую Гжвенну.

Девушка едва не споткнулась, но когда выровнялась, то задала такого стрекача, что сам Троян безнадежно отстал от нее. Преследователи влетели в деревню, веся у беглецов буквально на плечах.

- Люди!!! - истошно завопила Гжвенна. - Помогите!!!

Из низких избушек щедро повалил народ, кто-то успел даже прихватить что-нибудь напоминающее оружие: вилы, например. Троян резко свернул за угол второго лом, ловко проскочил под высоким плетнем и через огороды домчался до своего дома. Солтахр всё еще храпел, развалившись на лавке. Троян откинул три половицы, под которыми находился тайник, выхватил отлично отрегулированный арбалет и бросился обратно, пытаясь на ходу накрутить ворот.

- Мазар! - вопил Рааогл, прыгая неспешной рысью, на большее его не хватало. - Улдус и Раох. Череп вам вдребезги.

Ксира закусила нижнюю губу от досады. Всё вышло не так, как она рассчитывала. Жертвы оказались слишком прытки, а загонщики уж больно неуклюжи. Теперь еще со всей деревней сцепиться придется. Хотя валькирия была твердо уверена, что даже в одиночку способна разогнать толпу жалких крестьян, но проливать понапрасну кровь не хотелось.

- Рааогл, жирный боров, отгоняй людей! - рявкнула она, чтобы хоть как-то упорядочить атаку. - Заприте их где-нибудь. А я с девкой разберусь.

Гжвенна, скрывшаяся за спинами односельчан, не желала уходить и теперь широко раскрытыми глазами наблюдала, как нападающие рассыпали полукругом, угрожающе подняв оружие.

- Что вам нужно? - крикнул прибывший на место почти разгоревшейся баталии Кринк, староста деревни.

- Нам нужна она! - Ксира указала на притихшую девушку. - Отдайте её подобру-поздорову и останетесь целы. Нет, пеняйте на себя.

- Послушай, чужестранка, не знаю уж, как тебя звать-величать. Мы не привыкли здесь покупать свои жизни и покой, ценой других, - гордо подбоченясь, ответил Кринк. - Я шесть лет провел в королевской армии и не собираюсь отступать перед всяким сбродом, вроде вас.

- Глупец! - вскричала Ксира вне себя от ярости.

- Я тебе покажу сброд! - вскипел Рааогл, как никак северянин еще не потерял всего достоинства, доставшегося ему от своенравных и ценивших свою свободу предков. - Убить их.

Толпа городских головорезов с воплями кинулась на насупившихся крестьян. Те немного отступили назад, смыкая ряды, прижимаясь друг к другу плечом. Вверх вскинулись вилы, рогатины, грабли и просто колья с заостренными концами.

- Руби их! - Рааогл впал в бешенство, доведя себя до неистовства берсерка, пена хлопьями срывалась с его губ. - Нет пощады!

Его тяжелый меч с завыванием прошелся по нехитрому оружию крестьян, напрочь срубая оголовки. Банда, вторя главарю, бросилась на стену из вил. Короткие мечи и длинные кинжалы взлетали и опускались, не в силах справиться с деревом. Лезвия бессильно скользили по держакам, либо вязли в податливой древесине. Во втором ряду крестьян тут же замелькали сучковатые дубины, у кого-то даже засвистели шипастые кистени. Несколько черепов нападавших треснуло под их ударами.

Ксира мрачно наблюдала за всем этим, проклиная в душе тупоголового Рааогла, что так бездумно ринулся на не так уж и слабых мужиков.

Северянин тем временем разрубил двоих своим двурушником и сцепился с высоким детиной, шириной плеч не уступающим берсерку. Тот широко крутил здоровенной булавой, ловко парируя все яростные, но глупые выпады Рааогла.

Все были настолько поглощены схваткой, что даже и не заметили, как Ксира, заскрипев от ярости зубами, скользнула куда-то в боковую улочку.

Строй крестьян успешно выдерживал все наскоки бандитов. Рааогл со своим противником, ничуть не уступавшим ему по силе, как-то выпали из общей битвы. Так что никто никак не мог взять вверх. С каждой стороны имелось несколько убитых и раненых. Но крестьян было гораздо больше, и им было за что сражаться.

- Нет! - отчаянный крик прорезал шум битвы, да так, что сражавшиеся замерли с поднятым оружием.

Кричала Гжвенна. Она яростно трепыхалась в руках Ксиры. Валькирия, обойдя место схватки по кругу, зашла селянам в тыл. Не смотря на попытки вырваться, Гжвенна особого беспокойства Ксире не причиняла.

- Стоять всем, а то прирежу ее! - рявкнула Ксира, для убедительности приставляя к нежной шее девушки узкий стилет.

Крестьяне растеряно замерли, некоторые косились на Кринка, ожидая, что он скажет. Головорезы тоже не знали, что им делать. Резать людей им не хотелось, а вот добычи хапнуть побольше знать, как жаждалось. И только Рааогл со своим противником всё еще кружились друг против друга, бряцая оружием.

- Вот так-то лучше, - пробурчала Ксира. - Сейчас мы уйдем и всё будет просто замечатель...

Закончить она не смогла. Тяжелый арбалетный болт навылет пробил ей правое плечо с такой силой, что её развернуло на девяносто градусов. Гжвенна испуганно дернулась в ее руках, нож слегка скользнул по шее, царапая кожу. Троян, выскочивший из-за угла, спешно крутил ворот, перезаряжая самострел.

Головорезов такой расклад совсем не устраивал. Две трети из них тут же атаковали застывших крестьян. Кривые ножи обагрились кровью. Рааогл тупо заревел, когда тяжелая булава, отбив в сторону меч, врезалась в его бедро. Треснула, ломаясь, как соломинка, кость. Северянин выронил меч от боли и схватился за рану, опустившись на колено.

- Держать строй! - крикнул Кринк, возвращаясь к реальности. - Не дайте им пройти! - Сам он ловко вращал коротким тяжелым мечом, главным оружием панцирной пехоты.

Ксира недолго приходила в себя, ей приходилось получать раны и посерьезнее. Гжвенна, не успевшая от испуга убежать, снова оказалась в руках беспощадной валькирии. Троян собрался снова использовать арбалет, но воительница предусмотрительно спряталась за тело девушки.

- Мазарово отродье! - ревел, задыхаясь от злости, Рааогл, из-за боли не могший пошевелить и пальцем.

Троян вскинул самострел, пытаясь выискать удачный момент для выстрела. В это время с другой стороны появился полутрезвый Солтахр. Его все еще ощутимо поматывало. Он обвел мутным взглядом открывшуюся ему картину. В руках его поблескивал короткий узкий нож, пригодный только разве что для всаживания в спину ничего не подозревающему путнику.

- Вы только посмотрите?! Я тут подыхаю от боли, а у них тут праздник! - прокричал он.

Ксира дернула головой, однако, оставаясь под защитой тела девушки.

- А и ты тут?! - заметил ее Солтахр. - Убийца и предатель. Ты только и способна на удары из-за угла.

- Ах ты, маленький щенок! Бесовское отродье! - Ксира дрожала от охватившей ее ярости. - Вот уж не думала, что найду тебя здесь. Я задушу тебя голыми руками!

- Ну что ж, ик... Иди, попробуй, - мрачно заявил Солтахр, приобретая какой-то зловещий вид. - Учти, это будет непросто, - с этими словами он резко вскинул руку, с зажатым в ладони ножом.

Маленький клинок, грозно сверкая, мелькнул в воздухе, с сипом рассекая его пласты, и яростно вгрызся стальным лепестком в мякоть правого бедра Ксиры. Валькирия взвыла от боли и отпустила девушку. Тут уж Гжвенна не оплошала и юркой лисицей метнулась в сторону. Троян, не мешкая, разрядил арбалет. Тяжелый дрот устремился к своей жертве, пожирая пространство с бешеной скоростью. Ксиру спасло лишь то, что она упала. Болт скользнул по касательной вдоль головы, вырвав часть скальпа, и задрожал, зарывшись на четверть в бревно избы.

Солтахр посмотрел на это и рухнул без чувств на землю, винные пары были еще сильны в его голове. Селяне, потеряв шестерых, сумели выправить строй и откинули противника назад. Гжвенна, испуганно дрожа, спряталась за спиной Трояна, который в третий раз накручивал ворот самострела. Ксира, кусая губы от боли, заползла за угол избы, чтобы уйти с линии прицельного огня. Она вытащила из ноги нож Солтахра и поспешно зажала рану рукой. В заплечном мешке имелось несколько тряпиц, пропитанных специальным заживляющим раствором. Вот только мешок остался в кустах. Туда еще предстояло доползти, чем Ксира и занялась. Что же делать с торчащим из плеча арбалетным болтом она еще не знала.

Теснимые со всех сторон головорезы, оставшиеся к тому же без главарей, Рааогл мешком валялся возле избы, где его сокрушила булава, медленно отступали. Они бы ушли от крестьян в конце концов, но видимо Боги решили положить конец их преступной деятельности. Из леса, заходя сражающимся во фланг, выехал Эрстуан со своим отрядом. Десятник лучников мгновенно оценил ситуацию. Лошади перешли в галоп, отрезая бандитам путь к отступлению. Засвистели первые стрелы. Несколько человек упало, пронзенные ими. Чуть больше десятка головорезов успело-таки нырнуть в спасительные кусты хабенсы.

- Кто они? - крикнул Эрстуан.

- Они приходили за Гжвенной! - прокричал в ответ Троян, прижимая к груди рыдающую девушку.

- Тогда никто из них не должен выжить. Вперед! - приказал Эрстуан.

Приведенный им отряд следопытов сорвался с места. Через полчаса они вернулись в деревушку разрозненными группками. У большинства оружие было в крови и не хватало стрел. Эрстуан прибыл последним. Он пытался выследить Ксиру, но валькирия ушла, с тремя ранами, если считать потеря части скальпа раной, но она ушла. Даже следов крови обнаружить не удалось. Из пришедшей банды никто не выжил. Всех прирезали быстро и безжалостно. Только так и не пришедший в себя Рааогл валялся без сознания. Сельчане хотели его добить, но Эрстуан приказал отставить это дело. Солтахра уже кто-то унес, он тоже так и не пришел в сознание. Троян только покачал головой и повел рыдающую Гжвенну в дом.

* * *

- Что ж, человече, сделка совершена по чести, - сказал Сиогл, самолично прибывший проследить за течением взаиморасчетов. - Признаться, я сомневался, что золотишка у вас имеется в должном количестве. Но, как я убедился, с людьми можно вести дела.

- Да. Ежели нужо шо, заходь ишо, - поддакнул щербатый гном Нуорг, не вышедший ростом даже для своего племени.

- Да, не все люди одинаковы, также как гномы или эльфы. Я даже встречал парочку орков, которые оказались душевными парнями, - пожал плечами Шимберг.

Он был весьма доволен. Сделка действительно прошла по всем правилам. Гномы получили своё золото, всё до единой монетки. Их счетоводы десять раз перепроверили наличность. Только после этого оружие и доспехи были переданы людям. Шимберг, конечно, проверил всё, но в гномах он не сомневался. Рыжебородые обманывали редко и только не в финансовых делах.

- Ну, что ж, пора ехать, - Шимберг ловко вскочил в седло. - С вами было приятно иметь дело.

- Взаимно, человек. Разживешься еще стольким золотом - заходи, таким гостям мы всегда рады, - усмехнулся Сиогл.

Гномы-возницы передали повозки, груженные оружием, людям и поспешили к узкому лазу в горе, которого отсюда было не разглядеть. Оставаться долго на свежем воздухе подгорные ковали отчего-то не любили.

- Едем!

Масирх занял место на козлах первой повозки, Туан на второй. Молодой узкоплечий парень с прыщавым носом по имени Имон на третьей. Шимберг с пятнадцатью воинами конвоировал обоз. Гномы провожали их молча, только бороды слегка шевелились на ветру. Шимберг готов был поклясться, что что-то они знают такое, что следовало знать и им. Но что? Сейчас главное было доставить товар в лагерь.

* * *

Эрстуан хмурым взглядом сверлил бревенчатую стену избы Трояна. Сам хозяин сидел на скамье рядом, ковыряя ножом гладкую поверхность относительно нового стола. Эрстуан на него почти не обращал никакого внимания, его полностью поглотила мысль о том, как раненая женщина смогла уйти, не оставив следов.

- Кто... кто они? - первой прервала молчание, как ни странно, Гжвенна, которая отказалась возвращаться домой. - Что им было надо?

- Так ты их не знаешь? - встрепенулся Эрстуан, откладывая в сторону лук и колчан со стрелами. - Я думал, они приходили за тобой?

- Да, они требовали отдать им Гжвенну, - подтвердил Троян. - Вернее, так требовала та женщина, по-моему, она валькирия-наемница. А остальные так - сброд, решивший нас ограбить, совмещая её дело со своим.

- Возможно, ты прав, - Эрстуан тяжело вздохнул, чтобы узнать хоть что-то более конкретно, нужно было дождаться, когда придет в себя раненый громила, но Кринк, побывавший во многих сражениях, осмотрев рану, заявил, что северянин возможно так и не придет в сознание, шок от боли мог его просто убить. - НО как она смогла найти вас здесь?

- Я её не знаю, - решительно заявила Гжвенна. - Я вообще никого из них не знаю.

- Вроде бы Солтахр ее знает, - неуверенно протянул Троян, он еще толком не решил, стоит ли все рассказать десятнику или же просто по быстрому состряпать ему мало-мальски правдоподобную историю.

- Где он?

- Там на лавке, - Гжвенна дрожащей рукой указала себе за спину, она еще никак не могла успокоиться. - Его вроде бы туда положили.

- Ты что с ним сделал? - сурово спросил Эрстуан, которому уже успели нажаловаться о пьяных выходках паренька, Трояна.

Тот лишь промолчал в ответ.

- Тащите его суда, - приказал Эрстуан, совсем забыв, что в комнате они втроем. - Мазар! Придется самому.

Гжвенна проводила его скучающим взглядом, на нее внезапно напала апатия. Троян хмыкнул что-то и отшвырнул нож в сторону. Тот пролетел через комнату и злобно впился в бревно.

Эрстуан вернулся через двадцать минут.

- Демоны что ли завладели его душой? Храпит и всё! Хоть что с ним делай, - пожаловался он. - Нажрался, как свинья. Раньше за ним подобного не наблюдалось. И что только твориться с парнем?

- Мне кажется, я знаю, - подал голос Троян, решившийся на откровение.

- Говори! - коротко бросил Эрстуан, в глазах его что-то промелькнуло неуловимое то, что сделало на секунду его похожим на Шимберга.

Троян кивнул, тяжело вздохнул и неуверенно начал. Он рассказывал то, что ему поведал сам Солтахр. Эрстуан слушал его молча, нахмурив брови. Гжвенна изредка прерывала рассказчика своими ахами и охами. Казалось, само время повисло тусклым мячиком посреди комнаты. Тяжелый воздух сгустился настолько, что его приходилось силой заталкивать в легкие, и только неутомимый Троян ведал о городских похождениях Солтахра двухмесячной давности.

- Так всё и было, - закончил Троян. - Во всяком случае, со слов Солтахра.

- Почему ты молчал об этом раньше? - голос Эрстуана звучал сурово. - Почему не позволял парню всё рассказать?

- Я... я не знаю, - растерянно пробормотал Троян, теперь он и сам не мог понять, почему он так поступил. - Боялся, что парню влетит. Наверное...

- Боялся, что тебе влетит! - резко выкрикнул Эрстуан. - Или... или же ты и есть тот самый шпион.

Глаза Трояна гневно вспыхнули.

- Хотя, нет, - рассуждал вслух Эрстуан. - Будь ты шпионом, все окрестности просто кишели бы воинами Лирда. А так... По всему выходит, что ты струсил.

- Я просто не придал этому значения, - попытался оправдаться Эрстуан. - Я решил, что всё это неправда, ну, насчет шпиона. Не хотелось бы тревожить Шимберга по пустякам, - судя по опущенным вниз глазам, Трояну было стыдно.

- Разбирайтесь сами, - неожиданно подала голос забытая всеми Гжвенна. - А пошла домой.

Эрстуан проводил ее взглядом и только, когда она скрылась за дверью, сказал:

- Твоя беспечность может всем нам выйти боком. И кто знает, может так оно и случиться. Первые плоды этого мы уже пожали сегодня. Но в этом виноват не столько ты, хотя и ты причастен, не уследил за парнем, а сколько этот... Одно слово - ребенок. Глупый и бестолковый. Но от тебя я такого не ожидал. Ладно, поздно теперь причитать. Надеюсь, все еще можно исправить, - с этими словами лучник вышел из избы.

* * *

Конь Шимберга медленно брел, понуро опустив голову. Весь отряд лениво плелся, выбивая пыль из узкой полосы дороги. Они прошли примерно с лигу. Оглянувшись назад, можно было отчетливо рассмотреть горы - прибежище гномов. Лес здесь только-только вступал в свои права. Редкие березки и дубы все еще боязливо заступали путь здоровенным в три человеческих роста валунам.

- Ну и скука! - протянул Туан, когда Шимберг поравнялся с его телегой. - Сейчас бы в город, повеселиться.

- Ничего, будет в твоей жизни еще веселье, - пообещал Шимберг, похлопывая коня по шее. - Вот приедем. Отдохнете. А как разберемся с делами, и жизнь пойдет легче.

- Куда уж легче? - усмехнулся слышавший их разговор Масихр. - Нам и так не плохо живется. Как это называется... Хм... Слово еще такое интересное... Хм... Ах, да, вспомнил. Вольготно.

- Умные словечки. Любишь ты их, - проворчал Туан.

- Атаман, а вам не показалось, что гномы вели себя как-то странно? - спросил Масихр.

- А ты хорошо знаешь рыжебородых? - ответил вопросом на вопрос Шимберг. - Хотя ты и прав. Не знаю, мне показалось, что гномы чем-то обеспокоены. Вот только чего им беспокоиться? Деньги они получили. А до нас им и дела нет.

- Одно слово - хитрые бестии, - ввернул Туан.

- Вообще-то это два слова, - подковырнул Масихр. - Но для тебя это может и одно.

- Поговори мне еще, - Туан не очень-то любил, когда над ним насмехаются. - Ученость тебе не поможет избежать встречи с Костлявой. А я ведь могу и приблизить ее.

- Какой ты нервный, - усмешка так и не сползла с лица Масихра. - Говорят где-то на севере Пишеха уже есть лечебницы, где занимаются такими нервными.

- Прекратите, - голос Шимберга мгновенно посуровел.

Воцарившая сразу же тишина говорила сама за себя, приказ атамана - закон. Тем более что сами спорщики поняли, что погорячились, а извиняться вовсе не хотелось.

Дежурившие впереди трое воинов с обнаженными мечами неуверенно остановились. Двое остались на месте, а третий повернул назад.

- В чем дело? - обеспокоился Шимберг, невольно хватаясь за рукоять клинка. - Неужели что-то забыли?

- Вряд ли, - с сомнением протянул Туан. - Похоже, скоро нам будет жарко.

- Атаман, плохие вести, - всадник осадил коня возле Шимберга.

- Ну, я же говорил, - уныло протянул Туан. - Но хоть развлечемся. А то уж кости и те затекли.

- В чем дело? Говори, - приказал Шимберг, пропуская слова возницы мимо ушей.

- Похоже, впереди засада, - всадник как-то неопределенно махнул рукой. - Мы не уверены, но все признаки на лицо. И место удобное. И странные звуки в кустах. И следы имеются, кто-то пытался их скрыть, но не очень-то умело. Не знаю, но мне кажется это гномы. Только они могли устроить здесь засаду и при этом дать предполагаемой жертве столько знаков, что они здесь.

- А обойти? - правая бровь Шимберга вопросительно вскинулась вверх.

- Слева я бы даже и не пытался. Гиблое дело. Сплошные болота. Ваканта жил здесь когда-то неподалеку, - всадник кивнул в сторону одного из своих соратников. - А справа горы слишком близко подходят к лесу. Для разведки слишком опасно, много открытого пространства, только возле самой дороги много густых зарослей. Засада видимо там. Хотя точных данных нет.

- Может там и нет никого? - предположил Туан.

- Это вряд ли, - отмахнулся Шимберг. - Печенкой чувствую, что там кто-то есть. Видимо, схватки не избежать. Надеюсь только, что это не гномы. Так мы имеем хоть какое-то преимущество в виде лошадей, конник всегда имеет преимущество перед пешим воином, но гномы - это совсем другое дело. Их строй сломать очень сложно. Что ж, не будем гадать, что и как. Скоро на деле узнаем, кто там притаился.

- Но атаман, разве это правильно? Лезь на рожон, не зная ни противника, ни его сил? - возразил Туан.

- У нас нет другого выхода. Возвращаться нельзя. Без денег гномы нас не примут, а если в засаде именно они, то тем более, дорога назад перекрыта, - пояснил Шимберг. - А здесь у нас есть шанс. Тем более у меня есть идея. Во-первых, остановить движение, - Шимберг оглянулся и с удивлением обнаружил, что никто уже давно не двигается. - Отлично. Во-вторых, немедленно соберите всех здесь. Пусть останутся лишь те, кто в авангарде. Ясно?

Всадник молча развернул коня и помчался выполнять приказ.

- Что ты задумал, атаман? - спросил Туан.

- Скоро узнаешь, - ответил Шимберг. - Не люблю объяснять дважды. Скажу, когда соберутся все.

Приказ атамана был выполнен молниеносно. Через три минуты весь маленький отряд собрался вокруг Шимберга. Люди мрачно хмурили брови и сопели носами, предчувствуя, что услышат нечто совсем неприятное.

- Начну без предисловий, наверняка все уже знают, что впереди нас ждет засада, - начал Шимберг. - Так вот, план действий таков. Так как обойти противника нельзя, то я предлагаю атаковать в лоб. В принципе, предложение обсуждению не подлежит.

Люди глухо заворчали, но атаман - ведь он и есть атаман, чтобы принимать столь важные решения, которые обсуждению не подлежат.

- Так как природа и силы противника неизвестны, предлагаю готовиться к самому худшему, - продолжал между тем Шимберг. - Считаю нужным вооружиться в полную силу.

- Что ты имеешь в виду, атаман? - спросил Масихр. - Мы и так вооружены в полную силу, - для подтверждения он потряс своим коротким мечом.

- А вот что. У нас три обоза, груженные самыми лучшими доспехами, которые простая сталь с первого удара просто не берет, и клинками, которые способны обычную кольчугу в секунду превратить в иссеченные лохмотья, - ответил Шимберг. - Я ясно выражаюсь?

- Яснее не бывает, - отозвался за всех Туан.

- Тогда вперед!

Через двадцать минут перед взором Шимберга предстал закованный по самую макушку боевой отряд, не уступавший количеством железа не одному корпусу королевской армии, а по качеству обмундирования превосходивший в несколько раз. Каждый воин помимо полутороручного клинка был вооружен шипастый кистенем, способным с первого удара расплющить боевой шлем обычной человеческой выделки вместе с содержимым. Помимо этого каждый захватил по тяжелому арбалету, способному пробить навылет даже доспехи, изготовленные гномами. Заряжать их было очень просто, ворот крутился легко благодаря специальному устройству, придуманному подземными кузнецами. По расчетам Шимберга из подобного арбалета можно было выстрелить дважды, прежде чем противник подступит к тебе вплотную.

- Отлично! - похвалил Шимберг. - Пожалуй, одного вида достаточно, чтобы напугать. По местам!

Три обозы медленно двинулись вперед. Авангард по-прежнему состоял из трех бездоспешных всадников. Остальной конвой попрятался в крытых телегах. Верхом остались лишь Шимберг и Струол, низколобый великан с широким шрамом через всё лицо. Разговоры стихли, даже бряцания железа не было слышно, только лошади равномерно били копытами землю, да колеса телег скрипели неимоверно. Триста метров проехали именно так.

Шимберг настороженно и как бы невзначай бросал короткие взгляды по сторонам, но всё было спокойно. Птицы пели, как и везде, ветки слегка шевелились, но на то была причина - дул легкий ветерок. Но своим разведчикам Шимберг верил. Раз те сказали, что что-то не так, значит, так оно и есть. И правильно делал, что верил...

- А ну стой! - рявкнул бас из кустов справа.

Ну, совсем, как мы, подумал Шимберг.

- Скидай железо, а то худо будет! - приказал голос.

Шимберг лишь покачал головой и пустил в ход арбалет, выстрелив по кустам наугад, разговоры его утомили. Его опыт был слишком велик, чтобы верить, что если сдаться, то худа не будет.

- Зря ты так, - проворчал невидимый. - Зря.

Хриплый рёв разорвал воздух. Кусты треснули под напором сотни тел, закованных в плетеные кольчуги. В руках нападавших мелькали секиры, боевые топоры и кое-где булавы. Ростом они уступали людям, но превосходили гномов, из-под боевых шлемов, увенчанных тремя рогами, выбивались бледно-рыжие длинные волосы. Смуглая кожа и безбородые лица с довольно грубыми чертами дополняли портрет.

- В атаку! - крикнул Шимберг.

* * *

- Слажено пошли, - Сиогл даже прищелкнул языком от восхищения. - Лишь бы люди не дрогнули.

- Эти не дрогнут. Ногтями в землю упрутся, костьми полягут, но с места не сойдут. Я таких уже встречал. На нас гномов сильно характером похожи, - сказал Терох Стальная Ладонь, поглаживая свою широкую рыжую бороду, спускавшую до пояса огненными волнами. - Лишь бы нам не опоздать.

- Ничего, надо подождать еще немного. Подобрать удачным момент, и тогда всё, - Сиогл шмыгнул широким носом, ему самому не терпелось броситься в атаку, но безрассудством делу не поможешь.

* * *

- К бою! - голос Шимберга гремел подобно грому.

Повозки словно разорвало изнутри. Бойцы рассыпались по дороге. Коротко свистнули арбалетные болты. Десяток тел нападавших внезапно сбился с пути и затрепыхал в пыли, слившись воедино со стальными дротами.

- Ещё! - крикнул Шимберг, сам накручивая ворот.

До обоза оставалось не более пятнадцати шагов, когда оборонявшиеся люди повторно разрядили арбалеты. Не смотря на опасения насчет гномьей брони, болты легко прошивали тела нападавших.

- Вперед! - Шимберг отбросил в сторону теперь ненужный самострел, понимая, что перезарядить его времени уже просто нет.

Его клинок блеснул на солнце. Туан схватил лежащую на козлах повозки алебарду. Масихр предпочитал два коротких меча. Кое-кто из задних рядов успел выпустить из арбалета еще по болту. И тут волна улюлюкающих карликов нахлынула на людей.

Шимберг пришпорил лошадь и бросился на прорыв. Трое разведчиков, оказавшихся тоже на конях, ринулись за ним. Шимберг широко махал мечом направо и налево, словно жнец в поле. Кровавые брызги заляпали его по грудь, несколько капель попала даже на лицо. Девятерых он зарубил прежде, чем вырвался к кустам.

Смуглокожие карлики прижали людей к повозкам, давя собственным преимуществом в численности. Они ловко орудовали своим нехитрым оружием. Алебарда Туана вскоре переломилась о кистень прыгнувшего на него вислоухого уродца. Туан метнул обломки оружие в противника, умудрившись проткнуть того широким лезвием, и выхватил двуручную секиру, удар которой был способен развалить огра надвое, благо оружия было много и всё по рукой.

Масихр, пригнувшись, принял на левый клинок булаву вопящего врага и в широком выпаде проткнул его правым насквозь. Откинув труп на напирающих карликов, он оглянулся.

Трое молодых парней лежали с раздробленными головами. Еще один держался за сломанную руку, его прикрывали двое: Ларох и Кахар. На них наседало, по крайней мере, два десятка карликов. Нападавшие понесли более серьезные потери: около сорока из них выбыло из схватки из-за или смерти. Шимберг с разведчиками заходил на второй круг, собираясь проредить тылы гномоподобных.

Едва лошади сорвались в галоп, как многострадальные кусты затрещали вновь. Шимберг бросил быстрый взгляд через плечо и обмер. Стальная лавина плотно прижатых друг к другу щитов и чешуйчатой брони перла прямо на него. Вперед целили гладкие оголовки копий. Через такое не прорвешься, даже на бронированном коне.

- Назад! - Шимберг махнул разведчикам и погнал коня в обход схватки.

Смуглокожие карлики отхлынули от повозок и в нерешительности замерли, таращась на новоприбывших.

- С этими нам и вжисть не сладить, - Туан устало опустил секиру, у которой уже зазубрились края.

- И что теперь? - спросил Масихр, вытирая пот со лба, его дыхание было настолько тяжелым, что казалось сейчас он падет, как загнанная лошадь. Мечи его по рукояти были обагрены вражьей кровью.

- А-а-а! - раздалось в ответ на его вопрос.

Стальная стена перешла с шага на бег.

Смуглолицые в панике ринулись на людей. Тем снова пришлось взяться за оружие. Загнанные в угол карлики бились до последнего. Многие, истекая кровью, хлещущей из бесчисленных ран, продолжали размахивать секирами, норовя дотянуться до людей. Если карлики теряли оружие, то продолжали сражаться голыми руками, ногами и даже зубами и ногтями.

Стальная стена щитов, оказавшаяся двойным строем гномов, деловито уничтожала остатки беснующих грабителей.

Запыхавшийся Шимберг опустил меч. Дорога была завалена телами смуглокожих карликов, трупы их просто тонули в лужах собственной крови, которую пыльная земля отказывалась принять.

Теперь люди и гномы остались один на один. Кое-где несколько карликов пыталось подняться на ноги, но им это никак не удавалось, раны были слишком тяжелыми.

Шимберг направил коня вдоль строя гномов. Щиты наглухо закрывали любой доступ к их владельцам. Люди, устало дыша и вытирая пот, собрались в кучу за спиной атамана. Их осталось не более десятка, тогда как гномов было, по крайней мере, впятеро больше.

- Нет нужды сражаться между собой, - раздался знакомый голос, и строй подземных кузнецов сломался, выпуская наружу ухмыляющегося Сиогла.

- Я на это искренне надеюсь, - ответил Шимберг, подавая остальным знак оставаться настороже. - Гномы известны своей честностью.

- Даю тебе Слово, что не имеем против вас никаких злых умыслов, - торжественно поклялся. - Пусть сородичи забудут мое имя и проклянут моих детей и их детей, если я его нарушу.

- Вот теперь я действительно верю, - усмехнулся Шимберг и сказал Туану: - Пакуйтесь обратно. Проследи, чтобы всё оружие было погружено на места. Подберите болты, новые покупать дороговато больно. Трупы от повозок убрать и остальное, как обычно.

Туан коротко кивнул. Масихр остался с атаманом на всякий случай. Остальные отправились разбираться с трупами. Гномы тоже заметно расслабились, но строй держали исправно.

- Неплохо у вас, человеков, получается воевать, - прищурив глаз, усмехнулся Сиолг. - Аль учились где ентому искусству?

- Возможно, - буркнул в ответ Шимберг, горячка после боя постепенно улеглась, но на откровения вовсе это не толкало. - Может объяснишь, что это было?

- Охотно, - согласился гном. - Нас давно тревожили странные набеги на купцов возле наших... хм... торговых точек. Выследить грабителей не представлялось возможным, не наше это дело, но сделать это было необходимо. Подобные вещи отпугивали от нас и так редких покупателей. По всем признакам грабителями являлись гноллы, темный клан, отколовшийся от основной ветви гномов пять столетий назад. Они довольно долго жили на поверхности и научились маскироваться в лесах. Единственным способом поймать их являлась хорошая приманка. Вы, люди, идеально подошли. Остальное дело техники. Собрать один пакохирд1 было делом двух секунд. Больше воинов снимать, правда, нельзя, из-за постоянных вылазок горных троллей.

Масихр даже рот открыл от изумления. Еще никогда в жизни он не слышал ничего более прямолинейного, не щадящего достоинства собеседника.

1 пакохирд - одна сотая полного хирда гномов (около 52 воинов)

- Неплохо, - невольно похвалил Шимберг. - А еще говорят, гномы напрочь лишены хитрости. А предупредить нас, разве было нельзя?

- Прости, конечно. Человече, но я разумею так, если бы вам сказали что и как, вряд ли бы вы согласились, - аргументировал свое поведение гном.

- Ладно, забудем об этом, - Шимберг взглянул на Масихра, призывая того успокоиться, ссориться с гномами, да еще теперь, вовсе не хотелось, а, зная вспыльчивый характер рыжебородых, риск был весьма велик. - Что ж, гном, мы оказали, пусть и невольно, услугу. Не кажется тебе, что нам стоит обговорить награду, положенную нам?

Теперь челюсть отвисла у Сиогла.

- Да, - протянул он спустя некоторое время. - Вам, людям, палец в рот не клади, оттяпаете по самое колено.

* * *

- Слушай, куда мы так спешим? - Лекуль сегодня был необыкновенно болтлив. - Чего несемся?

- Люди несутся и мы за ними. Чего тут не понятно? - огрызнулся эльтор. - Видишь, как лошади дышат, долго так не протянут.

- Вижу, но я в лошадях совсем ничего не понимаю, - Лекуль пожал плечами. - Только чего же нам так лететь. Ведь ясно, что люди спешат в лагерь. Кстати, я бы тоже мчался не менее быстро, если бы знал, что на плечах у меня висит пакохирд гномом.

- Да, но они вроде бы договорились по мирному. Что-то другое гонит их, - засомневался Ваяль, как эльфу весьма религиозному, ему было свойственно сомнение. - Может, гномы сообщили им какие-то важные новости. Кто знает?

- Они уходят, - Лекуль вернулся к своему обычному немногословию.

- Придется поднажать, - Ваяль чуть прибавил в скорости, зная, что скоро лошади устанут, и людям придется стать на привал. Там-то эльфы их и настигнут. Люди - они ведь такие предсказуемые.

* * *

- У, хорошо прожарилось, - Салдэм впился зубами в истекающую жиром кабанью лыдку. - Кто сегодня за повара?

- Пизарх, парень из десятка Лио, говорят, что он раньше как раз и был поваром в отличной харчевне на севере, названья не помню, пока Ульримо не прошелся по тем местам, - Олорс развалился рядом с мечником, не в силах шевелиться из-за обилия съеденного мяса.

- Надо познакомится с этим парнем поближе. Мой желудок уже готов назвать его другом, - Салдэм поднес кусок кабанятины ко рту, но затем передумал и отложил его в сторону, сытость медленно разливалась по ватному телу. - Надо бы посты проверить, но что-то неохота.

- Пошли Таламара. Он хороший и исполнительный парень, - пожал плечами Олорс, отчего у него тут же закружилась голова. - О, как я люблю обеды, особенно такие сытные, впрочем, как и завтраки и также и ужины, а особенно полдники, когда они бывают. Это просто рай на земле. Просто хочется жить бесконечно.

- Надоест, причем довольно скоро, обожрешься до полусмерти и всё, - едко заметил Салдэм. - А насчет Таламара ты прав. Крикни его, у тебя голос покрепче.

- Таламар!!!

Пока Олорс объяснял парнишке его обязанности, Салдэм, развалившись пузом кверху, позволил себе немного подремать. Несколько наглых мух, больше похожих на жирных ленивых пчел, попытались помешать ему и, в общем-то, преуспели в своем начинании.

- А чтоб вас! - Салдэм замахал руками, тщетно пытаясь отогнать назойливых насекомых.

- Вечно эти паразиты всё портят. И зачем только Царидон сотворил их? - поддержал его Олорс. - Что это там? Кажется, что-то случилось. Уж больно быстро Таламар бежит сюда. Ха-ха. Какие у него короткие ноги. А даже и не замечал раньше.

- Чтоб бесы вас сожрали, отдохнуть не дадут, - в одиночестве сварливый характер Салдэма проявлялся в полной мере.

Мечник приподнялся на локтях, большего не позволял отяжелевший желудок, хорошо хоть пагубную мысль о вине Салдэм вовремя прогнал прочь.

- Диир, разрешите доложить?! - Таламар пару месяцев обучал в Белых Казармах в Пиролосе, идею об уходе оттуда ему подсказал сиир Ллаам, лично избивший парня до полусмерти, и поэтому никак не мог избавиться от военного лексикона.

- Конечно, говори, - Салдэм принял сидящее положение, отчего полы надетого на него обтрепанного халата распахнулись, обнажая загорелую кожу и густой волосяной покров узкой грудной клетки.

- Там такое... Там... - тут самообладание повело парня, позорно оставив его в трудную минуту. - Лучше вам самому посмотреть.

Салдэм запыхтел, пытаясь подняться, ругаясь при этом немилосердно. Набитое брюхо висело мешком и позорно тянуло вниз. Таламар помог мечнику, поддержав его за локоть.

- Там, - парень бодрым шагом направился к широкому ручью, несшему свои воды на восток от лагеря.

Олорс, целиком поглощенный любопытством, привязался за Салдэмом, скорость которого немногим превышала быстроту гоночной улитки. Теплые струи легкого ветерка приятно обвевали лица людей. Частокол леса, начинавшийся сразу за ручьем, грозно целил в голубое без единого облачка небо пиками необхватных стволов.

- Ну и что здесь интересного?! - ворчал Салдэм, пересекая мелкую воду вброд. - Неужели Лирд самолично пришел молить прощения за все наши беды или Мазар выбрался из своей Преисподни со всей армией Ада?

Олорс, отставший от него на пару метров, между тем первым увидел, в чем дело и пораженный застыл на месте. Прямо сквозь густой подлесок пробирался небольшой отряд, вырубая себе дорогу мечами. Во главе этого войска шел, как ни в чем не бывало, Масттэрро, которого практически все записали в списки мертвых.

- Ну, чего уставились? - рявкнул харрец с ходу. - Принимайте подкрепление.

- Вот бес ты дикий, - охнул Салдэм, по привычке хватаясь за меч. - Чтоб тебя...

- Ага, и тебя также, - согласился Масттэрро и широко оскалился. - Что испугался? Да, что с вами? Будто покойника увидели.

- Так и есть, - выдохнул обалдевшей Олорс.

- Чего? - опешил в свою очередь харрец, отряд его тем временем подтянулся к ручью и дружно принялся его форсировать.

- Об этом поговорим потом, - отмахнулся Салдэм, которого солнце и назойливая мошкара начала доканывать. - Ты сам-то как?

- Жрать хочу, - напрямую заявил Масттэрро. - мы последние три дня на урезанном пайке шли. Так и совсем загнуться можно. А вы, как я погляжу на ваши лоснящиеся от жира рожи, трескаете за троих?!

- Да ладно тебе, - Олорс пощупал свои щеки, так на всякий случай.

- Идем, - махнул рукой Салдэм.

Большая часть отряда Масттэрро уже втянулась в лагерь, наделав не мало шума. Многие люди ранее знакомые, но в силу обстоятельств не видевшие друг друга многие месяцы, торопились обняться. Остальные, подчинившись всеобщему возбуждению, братались, клянясь в вечной дружбе.

- Вы только посмотрите на это! - воскликнул Олорс. - Радуются, точно дети.

- Они имеют на это право, - довольно сурово отрезал Масттэрро.

- Это точно, - крякнул Салдэм, усаживаясь на место.

Масттэрро схватил полуобглоданную лыдку и жадно впился в нее крепкими здоровыми зубами. По всему лагерю происходило то же самое. Котелки пустели с фантастической скоростью, куски мяса исчезали в широких глотках, как кролики в кармане бродячего мага-фокусника.

- Да, - протянул Салдэм, лениво поглядывая по сторонам. - Пизарху сегодня придется попотеть.

- Чего? - не понял Масттэрро.

- Не важно, - вставил слово Олорс, его серые глаза превратились в узкие щелки, похожие на зрачки разомлевшего кота.

- А-а, - протянул Масттэрро, при этом едва не подавившись изрядным куском мяса, из-за него же голос харрца звучал невнятно и даже несколько смешно. - А где Шимберг? Чего не со всеми? На него это не похоже.

- Он в отъезде, - ответил Салдэм.

- Не понял, - Масттэрро удивленно крутанул головой. - Вы же обчистили этот... как там его... проклятый городишко. Я думал теперь отдых будет долгим. Или взяли мало?

- Да нет, Шимберг уехал по делам, - пояснил Олорс, пытаясь справиться с зевотой.

На широком поле прозрачно-голубого неба появились перистые облачка. Их было мало. Они робко продвигались с юга на север. Салдэм задумчиво уставился на них, пытаясь понять, откуда их пригнал ветер.

- Какие же дела у атамана и главное где? - никак не унимался Масттэрро, за то время, что он не видел друзей, он так истосковался по родным голосам, что готов был клещами выдирать из них слова.

Салдэм осмотрелся по сторонам и, понизив голос, сказал:

- К гномам поехал. Скоро должен вернуться. Сам всё расскажет.

- Вот оно даже как, - Масттэрро оторопело замер, не донеся лыдку до рта. - Что ж, подождем атамана. А Эрстуан что же, как всегда, в патруле?

- Его тоже нет, - Олорс сказал это таким тоном, что сразу становилось ясно - расспросы здоровяка крепко ему надоели.

- Что. Тоже с атаманом уехал? - Масттэрро было наплевать на чьё-то там нежелание его слушать.

- Нет, Салдэм задумчиво подергал мочку левого уха. - В хутор уехал. Посмотреть что там да как. Вроде как по Солтахру соскучился. Нашел по ком скучать.

Масттэрро отложил полуобглоданную кабанью ногу и тяжело вздохнул. Жизнь в последнее время мало устаивала харрца. Уж больно скучной и постной стала она. События последних дней: лагерь Лаорса, неожиданное пленение и столь же внезапный побег с мгновенно последовавшим бунтом, как-то встряхнули бывалого воина-морехода непобедимого флота аскератора Анфогия Высокого. Но возвращение "домой", ленивые взгляды и тупые лица братьев по оружию, вторую неделю отлеживавшихся после удачного набега, наводили унынье и зависть. И почему только Шимберг не взял тогда его с собой? Ответа на этот вопрос Масттэрро не видел, хотя с другой стороны атаман проявил свою дальновидность в полной мере, раз предвидел подобный расклад дел. Или не предвидел?

- Кстати, Масттэрро, и почему это мне сразу не пришло в голову, а где Лаорс? И что здесь делает весь восточный отряд? - мозги Салдэма понемногу возвращались к реальности.

Харрец только покачал головой - подобной беспечности, лености и апатии он давно не видел.

- И точно, - всколыхнулся Олорс, уже было задремавший. - Что-то его не видно. Заболел что ли?

- Ага, предательством, - буркнул мрачный Масттэрро. - Сначала давайте выкладывайте, что вы там натворили в этом... хм... Усстоне. Молва разнеслась далеко. Люди говорят, что на город напали орки числом не меньше двух тысяч, при чем штурмовали стены при свете дня всевозможными осадными орудиями и машинами. И что весь город был вырезан, камня на камне не осталось, храмы сожгли, градоправителя и всю его семью повесили перед въездом в Западные ворота. И еще много всего... Даже сразу и не вспомнишь. И главное так правдиво у них все это получалось, ну в смысле рассказывать, что я даже задумался, а вдруг, правда?!

- Да?! - усмехнулся Олорс, в глазах его загорелся огонек жгучего интереса. - И куда же делись эти орки потом?

- Одна говорят, что пошли войной на эльфов в Эа-Орл, другие, что рассеялись по округе, чтобы чинить убийства и грабеж. А третьи и вовсе утверждают, что лично видели марширующие колонны орков рекой текущие к столице, - Масттэрро развел руками, как бы говоря, что слышал, то и рассказываю. - А масла в огонь подлил никто иной. Как сам Ульримо. Никто ведь толком не знал, что у него в том городе база была. А ему видно не понравилось, что его добро кто-то оприходовал. Весь край наводнился его латниками. Шныряют везде небольшими группами по двадцать-тридцать человек. Вынюхивают всё. Вот люди и всполошились. Теперь на восток и не сунешься.

Салдэм, Олорс и еще два уже немолодых десятника заворожено глядели харрцу в рот. Грузность и апатия частично с них опала, и они снова стали похожи на самих себя. Масттэрро поздравил себя с небольшой победой.

- Так, - протянул он, пытаясь получше устроиться прямо на траве, чем тут же воспользовались многочисленные и разнообразные букашки. - И что же вы там натворили такого, что вызвало подобные слухи?

- О, там, действительно было такое! - Олорс даже присвистнул, хотя раньше у него это никогда не получилось.

- Да, - Салдэм как-то сразу помрачнел. - Это... Это было страшно. Никакие деньги подобного не стоят.

Брови Масттэрро вспрыгнули на лоб, сам он быстро поднялся, всячески выказывая интерес, тем более, что с десяток крупных муравьев заползло ему за шиворот и, не находя выхода, в панике принялись его кусать толстую дубленную морскими ветрами и волнами кожу харрца.

- Что-то и вспоминать не хочется, - пробурчал Салдэм.

- А придется, - нажал Масттэрро.

- Ну, хорошо, - как-то стазу сломался мечник.

И он начал сначала сбивчивый, а затем все более набирающий силу и яркость рассказ. Он говорил обо всем: о гладко прошедшим проникновении в горд, об удачной задумке с переодеванием и почти удачном воплощением её в жизнь, о складе, о погрузке и спешном бегстве, о странной засаде и ужасном монстре.

- Так всё и было, - подтвердил Олорс. - Меня в плечо еще ранили. Те, что перли на нас без передышки. Кстати, там тоже дело было нечисто. Многие парни рассказывали мне потом, что убитые ими люди тут же появлялись вновь.

- Как это? - Масттэрро скривился, он терпеть не мог магию, а тут попахивало изрядной долей волшбы.

- Точно, я сам зарубил четверых, у которых лица были похожи друг на друга, как две капли воды, - вспомнил Салдэм. - Как такое могло быть, понятия не имею. А тогда особенно и думать не приходилось, рубились и всё. Ещё это страшилище. Сам Мазар, наверное, прислал его. Ох. Сколько парней полегло там. К бесам это золото.

- Наверное, в городе был маг-наемник, поставленный на охрану ворот, - предположил Олорс. - Вон Саул, например, говорил, что его даже тошнило, настолько густо было намешено там всякой магии.

- Возможно, - согласился Масттэрро, тем более что другого мнения просто не было, а у него самого идей на этот счет не возникало. - А что же случилось с монстром? Я что-то толком не понял.

- Мы и сами не знаем, - пожал плечами Олорс. - Я был в это время возле самих ворот, помогал гнать повозки и ничего путем не видел. Салдэм лучше знает, он бился с ним, можно сказать, лицом к лицу.

- Да, - с досадой пробурчал Салдэм, решивший, что говорить ему сегодня больше не придется.

Масттэрро дал ему время собраться с мыслями, сам, занявшись обработкой полученной информации. Муравьи, изрядно поработавшие челюстями, наконец-то выбрались на свободу, избавив харрца от опасного соседства. Легкий ветерок постепенно набирал силу, струи воздуха становились холоднее. Через широкое голубое поле неба промчалась целая орда перистых облаков. В лесу встревожено замолкли на мгновение птицы. Но облака летели слишком быстро, и вскоре скрылись из вида. Однако сомнений не оставалось, к вечеру обещался дождь, возможно даже с грозой.

- Эта... это существо... - Салдэм снова задумался. - Оно... я не знаю... Клинки просто отлетали от него, не оставляя даже царапин. И мы старались не лесть на рожон. Тем более оно не особо разбиралось, кто есть кто. Просто рвало всех кто попадался под руку на части. Потом Эрстуану удалось выбить ему глаз. Но это мало помогло. А затем этот парень, Лаок, совершил то, на что не решился бы никто из нас. Повезло ему, отделался сломанным ребром. И то... Вот тут-то и то самое, неясное... Оно пришло откуда-то с городской стены. Оно... спасение. Монстра поразила чья-то стрела. Правда, таких я отродясь не видел. Пробила тело этого существа чуть ли ни насквозь. Вот такие пироги, друг.

- А стрела?

- А что стрела?

- Ну... Как она выглядела? Кто ее послал? - Масттэрро не знал, что еще спросить, но чувствовал, что в этом надо разобраться.

- Откуда мне знать, - пожал плечами Салдэм. - Было темно. Я вроде бы видел две фигуры, но кто они... Я понятия не имею. Эрстуан попытался осмотреть стрелу, но она исчезла. Спустя несколько мгновений. Однако многие видели, как ее древко светилось в темноте.

- Магия, - подвел итог всему сказанному Олорс.

- Скоре всего, - пожал плечами Салдэм.

- Несомненно, - согласился Масттэрро. - Что за дела?! День ото дня не легче. Что за жизнь пошла? Эх, вернуться бы Харр.

- О чем это ты говоришь? - поинтересовался Олорс.

- Пойдемте-ка лучше в тенёк, а еще лучше в шалаш. Всё равно скоро дождь будет, - Масттэрро решительно поднялся. - Там я расскажу вам кое-что не слишком обнадеживающее.

* * *

Проклятые ветки упорно хлестали по лицу, оставляя тонкие полосы синяков и царапин, бесчисленные сучки цеплялись за волосы и ветхие остатки одежды, мешая идти, корни проворно кидались под ноги, так и норовя свалить на холодную влажную землю. Протяжно взвыл ветер, нагоняя зловещего вида тучи. Всё это было против неё, но Ксира упрямо продвигалась вперед.

Раны, полученные в последнем и самом позорном в ее жизни бою, надсадно ныли. Повязка на бедре снова промокла от крови. Валькирия не ела уже два дня. Припасов они и не подумали взять с собой, кто бы мог подумать, что их разобьют. А раздобыть провиант в таком состоянии Ксире было просто не по силам. Но сильнее всех ран и голода, её жгло сознание того, что она снова потерпела неудачу, вступила в бой и была довольно-таки легко разбита.

Несколько стремительных рыжих белок промчалось над её головой. Где-то вовсю работал дятел, выстукивая надоедливую дробь. Ветер всё усиливался. Тучи, победно клубясь, заволокли весь небосклон.

Ксира остановилась, оперлась о толстый ствол осины и осмотрелась затуманенным взором по сторонам, тяжело и хрипло дыша при этом. Лес везде казался совершенно одинаковым. С тех пор, как она выбралась из деревни и сумела оторваться, успешно заметав следы, от погони, валькирия упрямо двигалась на восток. Почему она направилась именно туда, Ксира и сама пока еще не знала. Ей двигала только одно желание - уйти куда подальше.

Первые капли дождя решительно протаранили густую крону Заброшенного Леса. Несколько прорвались сквозь листву и тяжело разбили о несокрушимую твердь земли. Это заставило Ксиру двинуться дальше в поисках временного убежища, чтобы переждать грозу. Но далеко уйти ей не удалось.

Густые кусты орешника, щедро разбросанные природой по лесу то тут то там, внезапно раздвинулись в стороны, выпуская маленький отряд людей, закованных в латы по самые пятки. Не успела валькирия и пальцем пошевелить, как пятеро мечей целили ей в горло. Сверкнувшая молния отразилась от начищенной стали лат неизвестных, как бы советую воительнице сдаться.

- Ты пойдешь с нами, - голос говорившего звучал глухо из-под закрытого забрала. - И даже не думай бежать.

Ксира тяжело вздохнула и покорилась судьбе.

* * *

Близился вечер. Суровые тучи покрывали всю восточную часть неба. Солнце, выпуская последние лучи-щупальцы, катилось за горизонт. Ветер трепал листву деревьев и хлопал толстой холщовой тканью, покрывавшей фургоны обоза. Лошади неспешно брели, понуро опустив головы. Дорога стелилась вперед прямой стрелой и практически не имела ухабов, и возницам не приходилось особенно трудиться.

Шимберг, задумавшись, ехал верхом на своем коне рядом со второй повозкой, которой управлял Туан. Масихр попытался завести разговор с атаманом полчаса назад, но Шимберг отвечал на все вопросы просто и однозначно, а то и вовсе игнорировал. Туан отогнал надоеду, послав его туда, откуда не возвращаются.

Шимберг думал о том, что произошло за последние несколько лет, прожитые им вне некогда родного замка Диаргон. После того, как латники Ульримо прошлись по его землям, выжигая всё на своем пути, Шимберг подался на юг в столицу, рассчитывая найти там помощь и понимание. При дворе Его Величества Глоэса II его приняли довольно скоро и даже с неким уважением, помня его заслуги во время Пограничных Войн. Только ни помощи, ни понимания Шимберг там не нашёл. Более того, слишком прямолинейным и честный дэ Сои повздорил с младшим принцем, напыщенным и заносчивым юнцом Ларогосом. Старые друзья по армии помогли Шимбергу бежать из города, спасаясь от мести принца. С тех пор дэ Сои пришлось много путешествовать. Но нигде надолго он не задерживался. Наемные убийцы, пущенные по его следу, постоянно висели у него на плечах. Ларогос, не смотря на свой юный возраст, а может благодаря ему, никому не прощал обид и к тому же отличался изрядной злопамятностью.

Два года назад судьба забросила Шимберга в Лиадэ, где он повстречал Масттэрро. Они довольно быстро и легко сдружились. Харрец-мореход в то время много пил и часто попадал в передряги, из которых его естественно вытаскивал Шимберг. В конце концов, чаша терпения городской стражи в лице сиира Саотула переполнилась, и друзьям с горсткой таких же храбрецов и забияк пришлось бежать из города. Скитаться по миру Шимбергу надоело, и он предложил поселиться где-нибудь недалеко от города. На том друзья и порешили. Небольшая деревушка к северо-западу от Лиадэ, обнаруженная Масттэрро, идеально подошла под все критерии. Пустующих домов было много, большинство сельчан подалось на юго-запад в пока еще спокойную часть Корсена. Шимберг и Масттэрро завели знакомство с простоватым парнем по имени Троян. Он оказался весьма словоохотлив, и вскоре друзья знали о каждом жителе Трясовищ не меньше, чем коренные старожилы. Шимберг, никогда не чуравшийся тяжелой работы, с энтузиазмом взялся за крестьянский труд. Через два месяца к ним присоединился еще один беглец с севера - Эрстуан.

Изредка друзья наведывались в Лиадэ. В городе их по-прежнему помнили. И вот однажды их путь пересекся с маленьким караваном, путешествовавшим из столицы в Эа-Орл. Пятеро человек охраны обоза без слов набросились на ничего не понявших друзей (как позже выяснилось, продуманный купец частенько сам разбойничал по дороге, нападая на одиноких путников или же на мелкие обозы). Шимберг пытался образумить людей, но его никто не слушал. Горячая кровь ударила Масттэрро в голову, и его уже ничто не могло остановить. Спустя десять минут в пыли дороги лежало лишь пятеро бездыханных тел. Перепуганный купец подстегнул свою лошадь и, бросив товар, умчался прочь. Так Шимберг впервые в жизни стал обладателем чужого имущества.

Спустя две недели Масттэрро заявил, что ему опостылела пресная сельская жизнь, и предложил заняться более прибыльным делом, а именно, выйти на большую дорогу и пощупать толстое подбрюшье Гильдии купцов. Эрстуан в целом его поддержал. Шимберг никак не мог решиться на столь неблагородное дело, но тут на севере снова зашевелился Ульримо. И обозы настойчиво потянулись в его становище. Данный факт рассеял все сомнения Шимберга.

Затем потянулись месяцы комплектования отряда. Люди подбирались осторожно, проходя тщательную проверку Масттэрро. Гжвенна, уже нашедшая к тому времени дорожку к сердцу Шимберга, сначала пыталась отговорить их, но затем смирилась. Троян и селяне, не нашедшие в этом занятии соседей ничего опасного для себя, согласились помогать друзьям. Когда отряд был собран, Гильдия купцов затрепетала по-настоящему.

Грабить оказалось не таким уж легким и зазорным делом. Шимберг старался своих ребят в "ежовых" рукавицах и зазря не проливать кровь. Довольно часто на них устраивали настоящие облавы. Городские дружинники несколько дней подряд проводили в сплошных рейдах. Но благодаря высокому интеллекту и интуиции, а также немалому военному опыту Шимберга отряду удавалось выйти сухим из всех переделок. Так они и жили. Простой, но опасной жизнью. Романтики с большой дороги...

Мысли Шимберга постепенно вернулись к событиям недавнего прошлого, а именно: к схватке с гноллами и последующему разговору с Сиоглом.

Гном показал себя с лучшей стороны, совсем не обидевшись на заявление Шимберга о награде за помощь. Сиоглу это даже понравилось. Он подарил Шимбергу лично отличную кольчугу тройного плетения, а в награду отдал еще десяток арбалетов бесплатно. Шимберг поговорил с ним немного о подземной жизни и договорил на будущее сотрудничество. У гномов были трудности с питанием. Из-за шаек гноллов людей в окрестностях было мало, и торговать особо было не с кем. Шимберг пообещал помочь.

В целом гномы оказались гораздо честнее людей. Несколько скептиков из отряда атамана еще сомневались в их искренности, но большинство невольно прониклось уважением к подземному племени.

Шимберг улыбнулся, вспомнив последние минуты прощания с гномами. Сиогл замер с очумелым лицом, когда дэ Сои обнял его, как брата. Шимберг поступил так, как ему предписывал негласный воинский закон времен Пограничных Войн: пусть будет братом тебе тот, кто поднял оружие во спасение твоей жизни. Гномам понравился этот обычай, и напоследок они побратались с каждым воином из отряда Шимберга.

- Атаман! Лес впереди! - ветер принес крик Масихра. - Родные места.

* * *

Верхушка орехового куста слабо шевельнулась. Листва подозрительно задвигалась, и вроде бы как что-то нарушилось в форме куста, но, даже пристально вглядевшись, трудно было что-либо разобрать.

Обоз из трех фургонов с десятком сопровождающих верховых проехал в трех метрах от необычного орешника, но никто из людей ничего не заметил.

- Эх, люди. Практически прошлись по нам, а никто и ухом не повел, - покачал головой Ваяль, когда обоз скрылся из глаз.

- Ну не говори так, - возразил Лекуль. - Просто люди и Лес - вещи несовместимые. Если он нас не заметили - это не значит, что они глупы и немощны, вовсе нет, это значит, что мы держались на высоте. Если ты, эльтор, попал бы в город людей, смог бы ты там замаскироваться и выследить врага? Я не думаю. Но люди... Они могут. Просто каждый приспосабливается к тем условиям, в которых он обитает.

Ваяль изумленно воззрился на друга. Он прошел с ним вместе ни одну лигу и ни один год, но, как оказалось, толком его не узнал.

- К полуночи дождь захватит и нас, - Лекуль подбородком указал на темное небо с таким видом, словно минуту назад говорил о том же самом. - Хорошо хоть плащи не забыли захватить.

- Ага, - из-за возникшего замешательства Ваяль смог выдавить только это. - Надо идти дальше. А то люди уйдут, а дождь смоет следы.

- Разве это нам помеха? Но ты прав, эльтор, как всегда. - Лекуль невозмутимо взвалил заплечный мешок за спину и плавными движениями двинулся вперед.

Через пару шагов он почему-то остановился. Когда он обернулся, лицо его, выкрашенное в зеленый цвет, с трудом угадывалось среди бушующей листвы.

- Эльтор, я не привык роптать и жаловаться, но хотелось бы узнать, сколько мы еще будет скитаться по следам этих людей? - Лекуль редко кривил душой, часто говоря прямо и по существу, именно поэтому все считали его немногословным.

- Не знаю, - голос Ваяля звучал неуверенно, выдавая чувства хозяина. - Я думаю, что следует завтра послать Авитари в Эвтоэ с подробным отчетом и запросить дальнейших инструкций.

- Что ж, неплохой план, - пожал плечами Лекуль. - Главное, не упустить людей.

* * *

Черный с багровой каймой плащ Лирда послушно стелился по воздуху вслед за хозяином. Сам полутысячник нервно мерил свой кабинет, стены которого были искусно выложены мрамором и гранитом, причудливо перемешавшимися друг с другом в неясных, фантастических узорах.

Ергонт только что ушел. Новости, как всегда, были нерадостные. Весь край к северо-востоку от Лиадэ просто кишел воинами Ульримо. Несколько отрядов появлялись даже в пределах видимости городской стражи. Алдорон, начальник всего гарнизона Лиадэ, тоже был об этом наслышан, но предпринимать какие-либо шаги по решению этого вопроса не спешил. Насколько Лирд знал толстобрюхого вояку, тот и пальцем не пошевелит без прямого приказа лорда Шиаха. Правда, сам бы пиир тоже не рискнул связываться с винами Ульримо, в противном случае Железная Рука со всей своей армией уже через неделю мог стоять под стенами города.

Лирд остановился возле узкого окна больше похожего на бойницу, напряженно вглядываясь в происходящее во внутреннем дворе южной крепости-казармы, хотя ничего интересного там не было. Третья сотня из тысячи Алога мерила плац скорым маршем в полном вооружении. Обычная тренировка, не более.

Лирд закрыл глаза и вернулся к своим проблемам. Шимберг и его отряд, как в воду канули. Никаких сведений о валькирии. Тревожные вести с Юга и Востока. На юге пропавший без вести Черный Герцог взбаламутил всё свое войско, на востоке зашевелились мерзонцы. А тут еще и крестьяне подняли ропот, узнав о повышении пошлины на ввозимый в город товар (потому как в первую очередь это касалось именно фруктов, овощей и зерна). Правда, были и хорошие вести. Гильдия Купцов выражала благодарность за очистку дорог от смутьянов и расхитителей частной собственности. Но дальше слов "благодарность" торгашей не распространялась.

Мысли Лирда замедляли свой бег и невольно возвращались к двум вещам, волновавшим полутысячника большего всего: неуловимость Шимберга и отряды Ульримо. Первое его бесило в последнее время всё больше и больше. Лирд уже и сам не мог объяснить природу столь лютой ненависти: зависть и обиды, оставшиеся после достопамятной битвы с Альтахом III, дали такие побеги, что пиир уже не мог себя контролировать и стремился только к одному: уничтожить этого человека. Лирд чувствовал, что только со смертью дэ Сои он смог успокоиться и попытаться перестроить свою жизнь на новый, более "правильный", лад. Насчет второго, мысли пиира кружились вокруг идеи использовать отряды латников Железной Руки в своих целях. Осталось решить, как это сделать.

Второй копейщик в первом ряду неожиданно споткнулся. Пряжка нагрудного панциря лопнула, и незадачливый воин растянулся в пыли, загремев отвисшей стальной броней. Шедшие следом шеренги едва удержались от повального падения и позорного беспорядка. Сотник тут же поднял крик. Его грязную брань было слышно, наверное, и на другом конце города.

Лирд вздрогнул и открыл глаза. Копейщик медленно поднимался со сбитой в гранит земли. Сотник отвлекся от него и принялся распекать десятника.

Лирда мало интересовало дальнейшее развитие событий, и он отвернулся. Ненависть черной волной медленно оседала где-то в самом низу его души. Пиир постепенно успокаивался. Чувства приходили в норму. Мысли вязли и тонули в топком болоте апатии. Осталось только одно. Твердая уверенность - скоро должно что-то случиться. Что-то очень важное и значительное. И это что-то поставит крест на его вражде с Шимбергом. И скорее всего это будет смерть одного из них. Вот только кого?

* * *

Лунутриэль широко зевнул, поправил маску-сетку, помогающую ему выглядеть среди бушующей зелени кустов неприметным скоплением листьев. Подобные вещи были весьма распространены среди молодых эльфов-охотников.

Узкий серп Урикумы висел над левым плечом эльфа. Совсем недалеко тревожно ухал филин, Луну даже видел ветку, на которой устроился ночной пернатый хищник.

Лагерь разбойников лежал перед эльфом, как ладони. Ярким огнем метались языки десятков костров. Похоже "душевные бандиты", как про себя называл их Луну, совсем ничего не боялись. Охрану, состоявшую из десятка одиночных постов, обманул бы и ребенок. А пламя костров в ночном лесу было видно издалека, хотя лагерь и лежал в широкой ложбине и его защищали высокие стволы деревьев.

Разговоры людей Луну, конечно, не слышал, ему просто никто не приказывал подслушивать, но, судя по оживлению, царившему в лагере, там творилось что-то весьма небезынтересное.

Луну в виду своей молодости, да и характера был необычайно любопытен для эльфийской расы. Именно из этого он чаще всего попадал в различные курьезные ситуации и прочие переделки. Жгучий интерес, проснувшийся в нем при виде беспокойства людей, требовал от него немедленных действий. И он почти уже подчинился, когда чей-то насмешливый и до жути знакомый голос сказал ему прямо в ухо:

- Ну что я говорил? Ему хоть бы хны. Лежит себе, глаза навострил, а остальные чувства потухли.

Луну от неожиданности чуть было не рванул вперед сквозь кусты, сердце его подпрыгнуло до самого подбородка. Тяжело дыша, он отчего-то медленно повернулся.

- Как дела, эгжмер1? - Лекуль деловито усаживался с облюбованным Луну местом.

- Как тут прохладно, - протянул Ваяль, зябко кутаясь в широкий, но легкий плащ. - Дождь принес сырость.

- Да вроде бы нормально, - растерянно пролепетал Луну, забыв, что на нем шерстяная кофта под плащом-невидимкой.

- Как дела, эгжмер? - повторил Лекуль. - Как там твой подопечный, не сбежал?

- Ты сомневаешься в моих способностях? - вспыхнул Луну, молодость и горячность - одно и тоже, как говорят старейшины Абил-Элеля.

- Вовсе нет, - Лекуль поднял руки в знак примирения. - Просто мы оставляли тебя на востоке, а вот он ты тут. Вот и всё.

1 эгжмер - молодой друг (эльфийск.)

- Человек вернулся в лагерь, вот и я здесь, - пояснил свое "чудесное" появление Луну. - Кстати, его зовут Масттэрро.

- И что? - взгляд Лекуля равнодушно скользил по лагерю людей.

- А ничего, - пожал плечами Луну. - А у вас как дела?

- Пару дней назад послали Авитари - курьера Лесов, ответа ждем со дня на день, - Ваяль наконец-то пристроил свой заплечный мешок и аккуратно присел рядом с молодым разведчиком. - А так всё практически нормально.

Будь Лунутриэль постарше, он непременно обратил бы внимание на слово "практически", но по эльфийским меркам он был еще зеленым юнцом, ему исполнилось недавно 159 лет. Рассудительный эльтор решил пока погодить с рассказом о вечном враге всех эльфов эльогре, которого они повстречали в Усстоне.

- А на что ответ? - не понял Луну, для него не существовало причин, а было лишь действие.

- Сколь долго нам еще следить за этими людьми, и что нам делать с ними, в конце концов, если миссия наша окончена, - пояснил Ваяль.

Лекуль лишь усмехнулся, зевнул, поглядывая то на лагерь суетящихся людей, то на узкий желтый серп Урикумы, и завалился на бок.

- Разбудите меня за три часа до рассвета, - расслышали притихшие друзья его сонный голос. - Да склониться длань Великого Алоэдэ над вами.

* * *

- Итак, друзья, у нас завелся предатель, - Шимберг неприкрыто широко зевнул, удобно развалившись на плаще с меховым подбоем.

Суматоха постепенно улеглась. Люди сначала, словно с ума посходили, когда обоз, ведомый Шимбергом, втянулся в пологую впадину, плавно перетекавшую в поляну, имевшую четверть лиги в поперечнике. Поднялась такая неразбериха, что Масттэрро пришлось напрячь свои легкие и глотку, чтобы переорать самых шумных. Но всё равно еще два часа не умолкали радостные крики и дружный хохот. После двух с половиной недель тоскливой апатии лагерь взорвался от переизбытка чувств. Всем непременно хотелось узнать, откуда вернулся атаман, особенно, когда стало известно о привезенном товаре. Шимберг пытался отделаться отговорками, но все настаивали на рассказе. И атаману пришлось соврать и сказать, что его маленький отряд наткнулся на один из заброшенных старых складов гномов.

Когда люди постепенно растянулись по поляне, усаживаясь возле жарких костров, Шимберг собрал небольшой военный совет. В него вошли: Эрстуан, лицо его было хмуро (он сам прибыл из Трясовищ лишь накануне), Масттэрро, Салдэм, Олорс, Алако, молодой десятник, возглавлявший дружину из пятидесяти человек, попавших в отряд совсем недавно, и еще два десятника.

Солтахр, выглядевший весьма болезненно, храпел, широко раскинув руки, в трех метрах от их костра. Его не разбудил даже громогласный приезд атамана. Парень совсем выбился из сил за те дни. Что прошли в переезде из Трясовищ в лагерь. Эрстуан его не щадил ни капли и естественно не давал эля.

Шимберг перед советом проведал Солтахра. Парня он любил не меньше сына, если бы он у него был. Ночь темным одеялом покрывала его бледное, заострившееся лицо. Черные круги залегли под закрытыми глазами, вокруг губ прорезались глубокие морщины, а на лбу выступил пот. Сейчас Солтахр походил на старика, изрядно потрепанного жизнью, нежели на молодого парня. Шимберг постоял немного, с грустью глядя на него, а затем вернулся к костру.

Его напряженно ждали. Семь пар глаз внимательно следили за атаманом. Шимберг вздохнул и присел на незанятый плащ. Парочка мотыльков закружила вокруг яркого пламени костра в неописуемом живом танце. Огонь яростно выбрасывал рыжие языки в тщетной попытке поглотить дерзких осквернителей его спокойствия.

Шимберг отвел взгляд от костра, и совет начался. Сначала сам атаман рассказал о своем походе: причинах, побудивших его предпринять, случившемся в пути и последствиях, сложившихся в итоге. Затем Масттэрро заново прояснил остановку на Востоке. А после него заговорил Эрстуан. Его рассказ произвел на всех такое впечатление, что минут пять висело гробовое молчание, которое нарушалось лишь треском огня, ночными криками Леса да гомоном людей за соседними кострами. Дело в том, что Эрстуан, его отряд и изможденный Солтахр прибыли лишь за три часа до самого Шимберга, и лучник еще не успел никого посвятить в тот секрет, что ему открылся.

- Итак, друзья, у нас завелся предатель, - взгляд Шимберга перебегал с одного лица на другое, пытаясь нащупать, что сейчас думают его соратники.

- М-да, - протянул Олорс, озадаченно почесывая выпирающий из-под легкой душегрейки живот. - Эта новость почище восточной будет. Только предательства нам и не хватало в нашей неспокойной жизни. - Олорс, до того как попал в отряд дэ Сои, работал хранителем в городской библиотеке Лиадэ и был весьма начитан, в связи, с чем любил пускаться во всякого рода философские разглагольствования.

- Послушайте, может всё не так уж плохо, как кажется. Может парнишка напутал что. В страхе, что только не услышиться, - предположил Алако.

- Вряд ли, я бы, например, даже если насмерть был перепуган, и то не спутал бы слово "предатель" с каким-либо еще, - отмахнулся Масттэрро. - И вообще, я считаю, что лучше переоценить опасность и быть настороже, чем недооценить её и затем получить по зубам.

- Тут ты прав, - согласился с ним Эрстуан, старые вояки с полуслова понимали друг друга. - Точнее и не скажешь. Даже, если предателя и нет, надо к этому готовиться. Вдруг когда-нибудь да заведется.

- Словно о тараканах говорим, - усмехнулся Олорс.

- Нам сейчас не до веселья, - резко оборвал его Шимберг, брови его сошлись на переносице.

- Надо решать, что с ним делать. С этим предателем, - высказался Алако. - Раз уж решили, что он есть.

- Ишь, какой прыткий. Ты сначала выясни, кто он этот человек, а уж после решай, что с ним делать, - слова Эрстуана заставили задумать всех, а не только горячего Алако.

- И как же это сделать? - спросил Масттэрро.

- Очень просто, - пожал плечами Алако, однако, еще не придумавший способа.

- Да? Ты собираешься подвергнуть пыткам всех и каждого? - поинтересовался Олорс с ноткой презрения в голосе.

- А почему бы и нет, - огрызнулся Алако, его горячность уже давно вошла в поговорку в отряде.

- Уж больно бесчеловечно. Почему бы ни начать тогда с тебя? - в голосе Олорса прозвучал неприкрытый гнев.

- А ну хватит! - прикрикнул, спохватившись, Шимберг. - Уже готовы в горло вцепиться друг другу. Что это с вами? Мозги подрастеряли?

Все выжидающе умолкли. Такого давно не случалось. Все драки и грубые ссоры остались в далеком прошлом. За соседним справа костром возникла какая-то свалка, и всё внимание совета переключилось туда, чтобы хоть как-то рассеять нависшее напряжение.

Молодой слегка полноватый в щеках парень с темной коротко стриженой шевелюрой настойчиво старался поймать что-то в высокой траве. Все его товарищи по костру оживленно помогали ему подбадривающими криками.

- Давай! Давай! Загоняй её! Не дай ей уйти! - слышалось оттуда.

- Что это они там делают? И кто это? - Масттэрро сосредоточенно прищурился, пытаясь разглядеть лицо охотника.

- Да это же Пизарх! - воскликнул Олорс, годы, проведенные в полу мрачной библиотеке, никак не повлияли на остроту его зрения. - Салдэм, ты, кажется, желал с ним познакомиться поближе?!

Мечник молча кивнул, с кислым видом пережевывая стебелек лесной травы. Пизарх, за которым теперь наблюдало добрая половина лагеря, внезапно подпрыгнул вверх и со всего маху шлепнулся на живот.

- Не задави её! - запоздало крикнул кто-то.

- Да что там твориться? Кого не задави? - Масттэрро просто разрывало от любопытства.

- Похоже, парень пытается полевку поймать, - Олорс взмахнул рукой, давая понять, что точнее сказать трудно.

- Зачем? - удивился Алако, у молодости была еще одна черта - обиды забывались за считанные секунды, во всяком случае, так было с Алако.

- Поймают, зажарят и съедят. Пизарх - он такой. Может и из коры дерева приготовить такое, что ты пальцы себе пооткусываешь от восторга, - Олорс мечтательно облизнулся, словно уже почувствовал вкус обжаренной мыши у себя во рту.

- Да там и на зуб положить нечего, - презрительно отмахнулся Масттэрро. - Что это за еда, будь она хоть трижды пищей богов? Еды должно быть много, только тогда она становиться по-настоящему вкусной. А так...

- Да тебе и быка на зуб мало, - усмехнулся Шимберг.

Дружный хохот, последовавший за словами атамана, и восторженные крики радовавшихся добыче Пизарха, добывшего-таки провиант для элитного ужина, окончательно разогнали сгустившие было негативные чувства.

- Я вот что думаю по интересующему нас вопросу. Тут напором и силой ничего не решить. Здесь надо пораскинуть мозгами, - Олорс был, как всегда, по возможности туманен.

- Вот ты пораскинь, а мы посмотрим, много ли их в твоей тыкве, - усмехнулся Масттэрро. - А то может там ничего и нету.

- Ну, хорошо. Ты сам напросился, - лицо Олорса выражало крайнею степень сосредоточенности. - Начнем с того, что просто так этого человека нам не раскрыть, его необходимо вычислить. Будем действовать аккуратно, и отсеивать круги, куда он никак не мог попасть. Начнем с нас. Думаю, вы легко со мной согласитесь, что подобный вариант был бы наиболее выгоден Лирду, но со стопроцентной уверенностью могу заявить, что никто из присутствующих предателем быть не может. Атамана отбрасываем сразу. Не станет же он доносить сам на себя. Масттэрро и Эрстуан его старые друзья, и ни за какие деньги его не продадут. Затем Салдэм, для него честь гораздо выше жизни, богатства и прочей чепухи. Так что он тоже отпадает. Алако попал в отряд только полтора месяца назад... Стоп, - Олорс хлопнул ладонью себя по лбу. - Еще одно обстоятельство вылетело у меня из головы. Когда Солтахр добыл эти сведения? - спросил бывший хранитель библиотеки и, прежде чем кто-либо успел ответить, продолжил: - Правильно, три с половиной месяца назад. Вот. Отсюда вывод: если бы предатель являлся кем-нибудь из командного состава, нас всех бы повешенных уже давно клевало воронье. С другой стороны, если взять весь лагерь в целом, то любой уже мог бы продать за это время. Месторасположение базы всем нашим удальцам известно прекрасно, и любой из них без труда бы указал его на карте. Однако мы целы и невредимы, ни одна из наших операций не сорвалась и не была провалена внезапными рейдами гарнизонников. Что ж, по-моему, здравому суждению получается, что шпиона надо искать ни здесь. Он может быть, где угодно, но не в лагере.

- Странно, где же его еще искать? - пробурчал Эрстуан. - Только не говори, что он всё время следил за нами. Мои люди, его бы уже схватили.

- Я в этом нисколько не сомневаюсь, - тут же заверил его Олорс. - Но шпион может быть где угодно. Но опять-таки по здравому мышлению, я думаю, что предать не имеет прямого или даже косвенного доступа в лагерь.

- Чего? - не все словосочетания мозг Алако обрабатывал должным образом.

- Это может быть кто-то из деревни, - высказал свое мнение Масттэрро, ухвативший мысль бывшего библиотекаря.

- Да, ты прав, - согласился Олорс.

- О местонахождении лагеря знает только Троян. Значит, его следует исключить из списка подозреваемых, - Эрстуан решил показать, что тоже не лыком шит. - Остальные не имеют четкой информации о нашем расположении, ни даже не имеют понятия, когда кто-нибудь из нас наведается в гости в деревню.

- Однако, любой, даже самый недальновидный стратег, догадался бы устроить в деревне засаду, - возразил Олорс. - Значит, опасность висела в воздухе все эти три месяца, если это только кто-то из сельчан, но опять-таки, как мы знаем, ничего не случилось. Конечно, стопроцентной уверенности насчет деревенских жителей у меня нет, особенно подозрения вызывают эти неизвестные субъекты, поселившиеся в северных домиках, но думаю, Трясовища стоит полностью исключить из возможных прибежищ предателя.

- Да? И где же ты предлагаешь его искать? - ухмыльнулся Алако. - Прочесывать весь Заброшенный Лес дело не благодарное и думаю пустое.

- Никто тебя и не заставляет, пожал плечами Масттэрро. - Хотя, иногда надо, чтобы меньше попусту болтал языком.

- А что я такого сказал? - Алако на всякий случай отполз от харрца подальше.

Шимберг, задумчиво поглядывая на яркие рыжие сполохи костра, слушал своих друзей. Доводы и факты, предоставленные Олорсом, выглядели более чем правильными. Если Лирд имеет свой источник информации в их стане, то почему бездействует? Это на него не похоже. А если нет, то зачем хвалиться тем, чего не имеешь. Не понятно. Хитрость Лирда была хорошо известна Шимбергу. Он мог, конечно, пусть ложную информацию, чтобы запутать и внести разлад в стан разбойников. Но Лирд сделал бы это только в том случае, если бы был уверен, что вести дойдут до Шимберга. Тогда выходит, что чудесное спасение Солтахра было подстроено. Но в этом Шимберг сильно сомневался. Эта самая неизвестная валькирия явно не была агентом Лирда, раз, выследив Солтахра в Трясовищах, привела с собой лишь жалкую горстку городских изгоев, а ни всю полутысячу пиир. Да и подстроить всё таким образом, что Солтахр вроде как бы совершенно случайно послушал разговор солдат Лирда, было, на взгляд Шимберга, просто невозможно, если, конечно, дело обошлось без магии. А Солтахру атаман верил. Парень ни за что не соврал бы ему, даже если бы от этого зависела его жизнь. Значит Лирд, действительно, имеет своего человека где-то рядом. Только где? Вопрос оставался открытым. Вариантов вроде нет. Всё отмел Олорс своими кропотливыми рассуждениями. Хотя, стоп...

- Осведомители, - голос Шимберга звучал негромко, но все разом умолкли, забыв про разгоревшуюся было склоку.

- Чего? - переспросил на всякий случай Алако.

- Ты прав, атаман, - Олорс почесал подбородок. - И почему это мысль не пришла мне в голову? Ведь точно. Есть еще осведомители.

- И что из того? - Алако весьма злила мысль о том, что он ничего не понимает в разговоре.

- Они ведь не имеют непосредственной прямой связи с нами. Так ведь? - Олорс полностью погрузился в новую возможность решения вопроса. - Они оставляют послания в условных местах. А этих мест не так уж мало. И возле каждого засаду не поставишь. Значит, это вполне может быть кто-то из осведомителей.

- Я даже знаю кто, - хмурый Шимберг сжал рукоять верного меча, покоящегося в ножнах. - Это Войлик. Тридцатишестилетний батрак из Саадона на южной стороне Лиадэ. От него одного мы долго не получали никаких вестей. С северо-западным отрядом всё спокойно. Восточного больше не существует, и заслуга здесь вовсе не Лирда, а Ульримо. А вот Войлик... Он мне еще тогда не понравился, когда мы заключали с ним сделку. Но я знаю, как это можно использовать с собственной выгодой.

* * *

- Стоять смирно, я сказал! - голос Арра, привыкшего чтобы его приказы выполнялись беспрекословно, был полон праведного гнева. - Что толку, что вы мнетесь, как девицы на первом свидании? Еще раз увижу лишнее движение, прикажу повесить. Ясно?

Ответом ему служила тишина. Быть повешенным никому не хотелось, а открытие рта тоже считалось лишним движением. Ксира криво усмехнулась, наблюдая за построением бряцающих доспехами пехотинцев из восьмой тысячи железной армии Ульримо.

- А ты, что лыбишся? - Арр заметил ухмылку на лице валькирии. - Данный приказ касается и тебя. А ну, чтобы через секунду морда была в порядке, не то я за себя не ручаюсь.

- На свою бы посмотрел, - огрызнулась Ксира, она не привыкла терпеть оскорбления. - Небось, клопы все в страхе разбегаются, когда ты проходишь по казармам?!

Полтора десятка латников, из тех, что послабее нервами, побледнели так, что их запросто можно было спутать с мраморными изваяниями. Подобного сотник еще ни разу никому не спускал с рук. Но в этот раз Арру пришлось наплевать на свою гордость. Валькирия была нужна ему, и она это знала. Ничего, когда доберемся до места, там она всё получит, что заслужила. А пока...

- Чего вылупились? Шевели ногами, пока еще есть, чем шевелить, крысиные отродья! - голос едва не подвел Арра, но никто из перепуганных солдат этого не заметил.

Две сотни латников, вверенные под начальство сиира Арра, дружно двинулись дальше. Где-то впереди их ждала маленькая деревенька. А что дальше? Кто знает?

* * *

Нижние ветви деревьев послушно склонились над прилипшими к сырой, покрытой прошлогодней не сгнившей листвой земле эльфами. Плащи-невидимки скрывали их от самых пытливых и внимательных глаз. Даже самый осторожный заяц в Заброшенном Лесу мог пробежать прямо по их спинам и ничего не заметить.

- Итак, всё решено, - Ваяль быстро обежал глазами лица друзей: Лекуль лево зевнул в ответ, Луну отвел взгляд в сторону. - Мы расстаемся.

Полчаса назад из Эвтоэ вернулся Авитари. Вернулся с новыми распоряжениями. Ваялю и Лекулю предписывалось прибыть в пограничный городок Атала, где их будет ждать отряд Вотари - специально обученных эльфов-убийц. Их использовали крайне редко, только в исключительных случаях. Сообщение Ваяля об эльогре настолько взбудоражило умы старейшин, что они решили послать целый десяток Вотари на его поимку. Луну должен был оставаться и продолжать наблюдение за людьми. Зачем? Никто не собирался объяснять.

- Здесь наши пути расходятся, - Ваяль опустил голову, прощаться всегда трудно. - Ты. Лунутриэль, остаешься один. Мы в тебя верим. Ты справишься.

- Да, ладно, - Луну отмахнулся. - Вам надо думать сейчас о себе. На такое задание идете.

- Раз приказали, значит надо, - Лекуль, как всегда, пожал плечами. - Смотри, не натвори бед.

- Главное, не лезь к людям слишком близко, а там всё обойдется, - посоветовал эльтор. - Через две недели, если ничего не случиться непредвиденного, пошлешь Авитари. Узнаешь, что делать дальше. Ясно? Заклятье по вызову Курьера ты знаешь?

- Знаю. Всё понял. Я не маленький, - Луну немного обиделся на то, что с ним обращались, как с младенцем, вон даже про эльогра ни с разу рассказали, словно думали, что испугается одного имени вечного Врага.

- Ну, тогда мы пошли, - Ваяль резко поднялся. - Прощай.

- Бывай, - коротко бросил Лекуль, скрываясь за стеной подлеска.

Луну еще некоторое время смотрел на то место, где лесные объятия поглотили друзей, затем, вздохнув, вернулся к наблюдению за лагерем людей. Как-никак - это была его работа.

* * *

- Итак, каждый из вас знает, что ему делать. Надеюсь, что всё пройдет, как задумано, иначе нам всем конец. Масттэрро, ты за этим всем присмотришь. На тебя я могу смело положиться. Через два дня я вернусь, - Шимберг отдавал последние указания перед отъездом в Трясовища.

- Всё равно, не понимаю, зачем ехать в деревню? - Эрстуан был настроен весьма скептически, и поэтому ему во всем казалась нелогичность.

- Надо. Просто необходимо, - Шимберг не желал вдаваться в подробности, но добавил, заметив на лице Салдэма кривую ухмылку: - Но это не из-за Гжвенны.

- Мы понимаем, - заверил Масттэрро атамана. - Раз надо, значит надо. Поезжай, мы всё сделаем, как надо. А кто не будет стараться должным образом, будет получать гостинцы для нижней челюсти.

Солтахр, более-менее пришедший в себя, уныло шмыгнул носом. Он прекрасно понимал, в чей огород эти камни.

- Я оставляю вас со спокойным сердцем, - Шимберг поднял на прощание руку. - До встречи через два дня, друзья.

* * *

- Итак, морда, ты будешь говорить или нет? - перекошенное гневом лицо Арра не предвещало ничего хорошего.

Троян поднял залитые кровью, сочащейся из широкой рваной раны на лбу, глаза. Разбитые губы скривились в горькой усмешке. Говорить он ничего не собирался.

- Ах, так, собака?! - Арр был готов лопнуть от злости, настоящая выдержка встречалась очень редко. - Бросить его пока к остальным.

Шли вторые сутки, как двести панцирников под командованием сиира Арра добрались до заветной деревни. Перед последним переходом, на дневном привале, Ксира попыталась бежать. Она вполне ясно осознавала, что её ожидает по прибытии в Трясовища. Её схватили, когда она пробиралась через второй пояс постов, предусмотрительно расставленных сотником. Пытать или убивать валькирию никто не стал. Её просто связали, и приставили к ней трех часовых. В Трясовища она вошла уже, как пленница.

Деревенские жители встретили отряд доблестной армии великого Ульримо, как им было объявлено, ярко выраженным неодобрением и тихой настороженностью. После пятиминутного общения Арра с Кринком, старейшиной деревни, сиир приказал немедленно выдать Шимберга вместе со всем его отрядом или же дать информацию по его местонахождению и в дальнейшем полностью подчиняться его приказам. Подобное предложение было встречено презрительным молчанием, что вызвало немедленный приступ ярости у Арра. Он приказал запереть всех жителей деревни в обширном подвале под домом старейшины. Троян попытался улизнуть, но его схватили.

Солдаты разместились по опустевшим домам. Тут же были выставлены посты охраны. Улицы деревни патрулировались парными караулами. Арр прочно засел в добротном деревянном срубе старейшины и поодиночке вызывал к себе пленных. Из ста восьмидесяти трех опрошенных, говорить не стал ни один. Не смогли дознаться даже имен вызываемых. Сиира это крепко достало. Отсутствие результата он не считал результатом. Несколько человек по его приказу было подвержены "легким" пыткам. Их крики по замыслу сиира должны были развязать языки остальным.

Через полчаса истошных воплей и пары кувшинов крови, доброволец на роль предателя нашелся. Им оказался ни в меру трусоватый Иркилий. Сам он, конечно, не знал, где находится Шимберг и его отряд, но выдал тех, кто мог бы знать, а именно: Трояна и Кринка.

После этого Трояном занялись более тщательно. Но он молчал. Упорство деревенщины бесило Арра сверх всякой меры, он вообще был человеком весьма вспыльчивым и грубым.

Оставив Трояна на попечение трех солдат-палачей, сиир отправился на осмотр постов, чтобы хоть немного успокоиться или же найти выход терзавшей его ярости. Ксира весело скалилась, наблюдая за тщетными попытками Арра расколоть пленных. Валькирию посадили вместе с остальными, и она могла только слышать, но этого было достаточно. Она невольно прониклась уважением к Трояну. Ни каждый наемник или воин мог похвастаться даже десятой долей подобной выдержки и воли.

День клонился к вечеру, когда, так ничего и не добившись, Трояна спустили в подвал. На ногах он уже не держался. Кровь струилась по его обнаженному телу, смешиваясь с обильным потом.

- Завтра продолжим, грязная собака! - рявкнул Арр напоследок прямо в открытый зев подвал. - Теперь будем пытать всем и каждого! Посмотрим, как вы запоете.

Люди измучено переглядывались, шепотом подбадривая друг друга, прекрасно понимая, что завтрашнего дня им не пережить.

* * *

Шимберг лежал, зарывшись в густой шелковистой траве, ни жив, ни мертв. В трех метрах справа от него только что прошел патруль из двух латников, на которых были поножи с гербом Ульримо. Что они здесь делали и как попали, Шимберг понятия не имел, зато сразу осознал, что в деревню соваться нельзя. Странное чувство опасности стегнуло его еще за пару лиг до Трясовищ. Шимберг, привыкший ко всяким невзгодам, вполне основательно доверял своему шестому чувству. Он торопливо спешился, привязал коня, заведя его поглубже в лес, и ползком отправился вперед.

Деревня была окружена тройным кольцом одиночных постов и парных караулов. Пробраться в сами Трясовища не представлялось возможным. Шимберг залег в двадцати метрах от крайнего дома с севера. Солдат Ульримо он видел отлично. Их было столько, что сосчитать атаман их не смог.

Что же делать? Шимберг от отчаяния закусил нижнюю губу. Случилось то, чего он боялся так давно - Гжвенна оказалась в руках врагов. Никаких иллюзий на счет случайности появления пехоты Железной Руки Шимберг не питал. Явно прибились по его голову. И вот - вся деревня в их руках. А что делать дальше Шимберг не знал. Скакать в лагерь за подмогой? Много времени. Мало ли что случиться. Попытаться освободить пленных в одиночку? Это просто самоубийство. Шимберг прекрасно знал предел своих сил - он ни Бог, ни Маг и ни Герой, чтобы одним мановением руки уничтожать сотни человек. Ну, убьет он максимум десятка два, и что дальше? Нет. Тут так просто не прорвешься. Посты расставлены слишком густо.

В мучительных размышлениях Шимберг пролежал до темноты. В вечерних сумерках верная, как ему показалось, идея, наконец-то, озарила его. Шимберг, плавно огибая островки постов, пополз вглубь леса. Воплощение его замысла требовало уединения.

* * *

Лунутриэль напряженно следил за высоким человеком в темном плаще с широким капюшоне, которого все в лагере называли атаманом. Луну не знал точного значения этого людского слова, но догадывался о его смысле. Почему эльф последовал именно за Шимбергом, он и сам сказать не мог. По его мышлению, лагерь никуда не денется, а человека надо всегда держать в поде зрения. Но вот именно почему он выбрал Шимберга? Он не мог сказать. Несколько человек, в том числе и Масттэрро, также направились куда-то. Все в разные стороны.

Шимберг брел всё дальше и дальше в лес, с треском проламываясь сквозь густые переплетения сучьев и веток. Луну едва поспевал за ним, приходилось идти на риск быть услышанным.

Наконец, атаман остановился возле небольшого мутноватого ручья. Широкие лапы деревьев образовывали в этом месте небольшую арену около полутора метра в поперечнике. Шимберг вытащил что-то из-за пазухи и склонился над водой. Луну за его спиной ничего не было видно, и он перебрался немного правее.

Шимберг сидел на корточках, напряженно сжимая в руках то, что вытащил из-за пазухи. Внезапно он резко бросил это нечто в воду. По глади ручья прошлись широкие волны. Воздух зажегся серебристым светом, бьющим из воды. Голубые мотыльки, сыпля легкими искорками, похожими на снежинки, магического огня, вспорхнули из глубины ручья. Покружившись немного, они направились прямо к замершему от изумления Луну.

- Полеку Утаи, - прошептал пораженный эльф.

Чародейные бабочки, покружившись немного над его головой, уселись прямо на зеленые волосы Луну, осыпая их серебряным дождем, струившимся с тончайших, покрытых затейливыми рисунками, крылышек.

* * *

- Я так и думал, - сказал Шимберг, поднимаясь на ноги.

Взгляд его был устремлен на кусты, в которых скрывался эльф. Теперь был отчетливо виден. Вызванные волшебством подарка эльфов бабочки нашли ближайшего родича сотворившей их магии.

- Давай, выходи, - Шимберг махнул рукой, советуя эльфу подчиниться. - Поговорим.

Луну пожал плечами, как это любил делать Лекуль, и выскользнул из цепких лап кустов крыжовника. Он никогда бы и не подумал, что его может выдать свое, родное эльфийское волшебство. Хотя кто знает, может оно и к лучшему?

- Давно следишь? - спросил Шимберг.

- Не мало, - уклончиво ответил Луну. - И я не слежу, а наблюдаю.

- Понятно, - задумчиво протянул дэ Сои. - Что ж, наблюдаешь, так наблюдаешь. Ты знаешь, что я сейчас сделал?

- Полеку Утаи, - восхищено прошептал эльф.

- Что? - Шимберг наморщил лоб, пытаясь вспомнить хоть одно похожее на то словосочетание.

- Ну... Это что-то вроде... - Луну задумчиво запустил тонкую правую кисть в копну зеленых волос. - На человеческом это звучит примерно как: Знак друга... хм... попавшего в беду... Что-то вроде этого... Точнее перевести не могу.

- Это точно, я попал в беду. - Шимберг с тоской и отчаянием посмотрел на юг, туда, где лежала захваченная врагами деревня. - Значит, ты мне поможешь... э-э... А как тебя зовут?

- Луну... То есть Лунутриэль, - представился эльф.

- А меня Шимберг дэ... Нет, просто Шимберг. - Атаман протянул свою широкую ладонь, эльф осторожно её принял. - Значит, ты мне поможешь, Лунутриэль?

- В мои предписания входило четкое указание, не вмешиваться в дела людей. Но долг перед Полеку Утаи гораздо выше любого приказа, - Луну снова запустил ладонь в волосы. - Я постараюсь помочь тебе, чем смогу.

- Ты даже не поинтересовался, откуда я достал то перо... Э-э... Тот Знак. А вдруг я его украл? - заметил Шимберг, проверяя, плавно ли и без шороха скользит меч в ножнах.

- О. это невозможно. Даже если ты и украл его, Перо Валадума в руках вора просто не сработало и осталось красивой безделушкой, - весело улыбнулся Луну. - А раз магия свершилась, то ты, действительно, друг эльфам. Так что я с радостью помогу тебе.

- Послушай, Лунутриэль, в двух лига к югу лежат деревня. Там мои друзья. И там же, по крайней мере, полторы сотни моих врагов. Мне одному не справиться. - У эльфа глаза раскрылись шире полной Урикумы. - Понимаю, понимаю, что ты хочешь этим сказать, - Шимберг торопливо вытаскивал с потаенных карманов и ножен всевозможное оружие, не отрывая взгляда с чистого лица Лунутриэля. - Эльфам не свойственна тяга к насилию, и просить вас об этом - значит нанести оскорбление. Но я тебя и не прошу кого-то убивать. Я знаю, вы хорошо владеете магией. Скажи мне, ты ведь знаешь хоть какие-нибудь заклятья и прочие волшебные фокусы?

- Ну, кое-что я умею, этому обязан научиться любой Аскари - младенец, значит, по-эльфийски. - Луну еще не отошел от мысли о кровавом побоище, в которое стоящий перед ним человек хочет втянуть и его.

- Это хорошо, - Шимберг присел на колено, осматривая выложенное оружие. - Главное в нашей операции - это твое умение и знания в магии.

- Так в чем же заключается моя помощь? - Луну присел рядом с атаманом, разглядывая различные орудия убийства, придуманные людьми и гномами.

Эльфы в отличие от других рас использовали оружие лишь в редких случаях. И ни одно из орудий смерти не было изобретено Перворожденными, даже и любимый лук впервые был сотворен руками орков.

- Послушай, ты сможешь на время отвести солдатам глаза? Ну, чтобы они нас не видели, - Шимберг, наконец, выбрал то, что на его взгляд могло пригодиться и начал спешно паковать клинки обратно.

- Вообще-то могу, но это подействует на двух-трех человек, максимум на пятерых. Больше мне не удержать под заклятьем, - грустно покачал головой Альтоэль. - Хотя постой! Зачем отводить им глаза, я могу просто их усыпить. Моих сил должно хватить на то, чтобы две сотни человек провалялись без памяти с полчаса. Большего гарантировать не могу.

- А мне больше и не надо, - заверил его Шимберг. - Что ж, действуем по новому плану. Ты их усыпляешь, подаешь мне сигнал, что всё готово, а я вывожу людей.

- Хорошо, а что дальше? - поинтересовался Луну, ему начинал нравиться этот человек.

- Ты умеешь заметать следы? -Шимберг решительно выпрямился, полностью разложив оружие по своим местам.

- Ты еще спрашиваешь?! - обиделся эльф. - Я могу пустить их по ложному следу.

- Отлично, тогда вперед!

- Эй, постой. Если мы будем действовать по твоему плану, то зачем тебе столько оружия? - Луну задал терзавший его вопрос с некой робостью в голосе.

- На всякий случай, - Шимберг улыбнулся. - Всё будет хорошо.

* * *

Половицы над головой тихонько поскрипывали. Кто-то шумно храпел там наверху. Свет мягко струился из пары щелей, но видно все равно ничего не было. Мрак окружал их со всех сторон, беззвучно подкрадывался изо всех углов, ласково обволакивал, советуя забыть о свете.

- Мы все умрем, - всхлипнул кто-то. - Милостивый Царидон, за что же ты нас так наказываешь?

- За то, что помогали этим бандитам, - хмуро ответил другой голос. - Это и жуку понятно. Вот получим завтра все на орехи, чтоб не повадно было.

- А ну, тихо вы, - шепотом рыкнул на них Кринк. - Их чего удумали! Что вчера принимали с распростертыми объятьями, сегодня поносят последней грязью и наводят всякую хулу. Заткнитесь, лучше.

- А что ж нам теперь, под пытки ложиться из-за этих лесных бродяг? - продолжал мрачный голос.

- Надо будет - ляжешь! - набросилась на невидимого собеседника Гжвенна. - Троян терпел, и мы все сможем.

- Ага, тебе-то есть, что защищать в этом сброде. Там твой полюбовничек, а нам какая от них польза? Дырка от бублика, не больше, - голос ничуть не дрогнул и даже как-то поднабрал силу.

- Да я тебя сейчас! - Гжвенна бросилась вперед, расталкивая локтями сгрудившихся людей. - А ну, покажись, где ты?

- А ну. Прекратить эту свару! Немедленно! Еще не хватало нам тут передраться этим на потеху! - рявкнул уже в голос Кринк.

- Это всё она. Эта ведьма в людском обличии. Это всё из-за нее и ее полюбовника. Если бы ни они, солдат тут бы не было, - голос вовсе не собирался униматься.

- Это кто здесь бунт поднимает? Что-то голос никак не угадаю. - Кринк закрутил головой, пытаясь определить, где находится невидимый смутьян. - Заткнись сейчас же. А не то я сам тебе голову отверчу.

- По-моему это Лотарь, - неуверенно сказала Гжвенна. - Если бы Троян не лежал сейчас с поломанными ребрами и исполосованной спиной, он бы точно заткнул тебе пасть.

- Вот именно, если бы, - огрызнулся голос. - А он лежит. И мы все завтра будем лежать. Да еще это Иркилий, за ногу его и об угол, рот свой открыл. Может, солдаты и отстали бы, подумав, что мы, действительно, ничего не знаем. Так нет, этому трусу вздумалось пасть свою разевать.

- Я не виноват. И я не трус, просто... мне страшно, - пропищал в свою защиту задетый за живое Иркилий.

- Нечего теперь всего на него валить. Ты, Лотарь, подбиваешь нас сделать то же самое, что сделал Иркилий, - отрезал Кринк. - Так чем же ты лучше, чем он?

- Я подбиваю не нас, а вас, - поправил слова старейшины Лотарь, голос уже не скрывал своего имени. - Только ты, Кринк, да Троян знают, где искать этих бандитов, да возможно эта девка. Так чего же нам всем из-за вас страдать?

- Я надеюсь, что пытать начнут с тебя, - Гжвенна еле сдерживала себя, чтобы не наброситься на обидчика. - Мне будет приятно послушать твои вопли.

- Хватит об этом, - Кринк повернулся в ту сторону, где, как ему казалось, находился смутьян-бунтовщик. - А ты, Лотарь, еще хоть слово скажешь, я проткну тебя вилами, что лежат у меня здесь под рукой. И уверяю тебя, никто меня не осудит, даже Царидон.

Воцарившая после этого тишина, прерываемая лишь угрюмым сопением, нервным покашливанием и сердитым бурчанием, явно показала, что слова старейшины дошли не только до Лотаря, а до всех.

- Тихо, - Кринк напряженно прислушался. - Кажется, кто-то идет. И идет прямо сюда.

Крышка, закрывающая выход наверх, резко взлетела вверх. Чья-то голова свесилась вниз, пытаясь хоть что-то рассмотреть.

- Эй, есть тут кто-нибудь? - донесся шепот весьма знакомого голоса.

- Да это же... Не может быть! - тут же прервал сам себя Кринк.

- Шимбергчик! - Гжвенна бросилась вперед, расталкивая людей по сторонам.

- Тише! - дэ Сои прижал палец к губам, едва не сорвавшись при этом вниз. - Поднимайтесь наверх. Старайтесь не шуметь и поторапливайтесь.

- Вот тебе и бандиты, - буркнул Кринк, взбираясь по широкой добротной лестнице, которую когда-то построил сам.

Эльф ждал их за занавесом леса. Люди колонной по три тихонько тянулись на север. Раненого Трояна несли на носилках. Он постоянно болезненно стонал. Шимберг сначала не мог решить, как его лучше уложить. На грудь - не позволяли поломанные ребра, а на спину - изорванная в клочья кожа. В итоге Трояна уложили на бок и несли весьма осторожно. Несколько горячих голов хотели остаться в деревне, чтобы отомстить обидчикам, но Шимберг враз охладил их пыл.

- Поскорей. Поторапливайтесь, - дэ Сои, как мог, подгонял людей. - А вы с носилками давайте сюда. Да, да сюда. Пойдете со мной.

- Ты куда? - тут же набросилась на него Гжвенна, с тех пор, как они выбрались из подвала, она практически не переставала вешаться ему на шею.

- Я сейчас вернусь, - заверил её атаман. - Ты иди со всеми, а мне надо позаботиться о Трояне. Иди. Я догоню.

- Ты уверен? - Гжвенна так впилась своим взглядом, источающим нежность и тоску, в глаза возлюбленного, словно пыталась прочесть в них ответ.

- Ну, конечно же. А теперь ступай, - Шимберг мягко подтолкнул её к стоящему рядом Кринку.

Лунутриэль, открывший свое присутствие Шимбергу, вовсе не собирался показываться на глаза другим людям, поэтому заблаговременно спрятался в кустах колючей ежевики.

- Опускайте его здесь, только аккуратно, - приказал Шимберг. - Он заслужил, чтобы с ним обращались, как с героем.

Носилки послушно коснулись земли, люди настороженно переглядывались, нервно переминаясь с ноги на ногу.

- Отойдите на пару метров и присядьте вон за тем деревом, желательно спиной сюда, - Шимберг указал на необхватный ствол столетнего дуба. - Я окликну вас, когда вы понадобитесь.

Когда носильщики удались из виду, Лунутриэль выполз из кустов и внимательно оглядел раненого.

- Сможешь его вылечить? - в голосе Шимберга зазвучали нотки сострадания.

- Вылечить - нет, но могу облегчить его страдания, - Луну с сомнением смотрел на страшные раны на спине Трояна. - Здорово его отделали. Мне еще не приходилось с таким сталкиваться.

- Сколько времени у нас осталось до того, как солдаты очнуться? - Шимберг обернулся назад, словно пытаясь рассмотреть воинов Ульримо, которые в данный момент мирно храпели там, где их застало заклинание эльфа.

- Минут двадцать, не больше. Некоторые, правда, еще некоторое время будут сонными и вялыми, но большинство сразу придет в себя, - Луну торопливо опустился на колени и принялся аккуратно стягивать с Трояна остатки рубахи, пропитанной кровью.

- Тогда нам надо торопиться, - Шимберг обнажил меч и отошел на несколько шагов назад.

- Хорошо, - согласился с ним эльф, опуская ладони на истерзанную спину человека. - Сейчас будет немного больно.

Белый с красноватыми искорками лучистый свет заструился на руках у Луну. Эльф прошептал что-то очень тихо и осторожно подул на ладонь, отчего магическое сияние степенно потекло на раны Трояна. Тот дернулся и вскрикнул от боли, но практически тут же затих. Дыхание его выравнилось, стоны прекратились, и кровь перестала течь. Луну снова зашептал. Остатки энергии, рожденной волшебством, перекинулись на спину человеку и постепенно потухли, впитываясь под кожу.

- Это все, что я могу для него сделать, - Луну сокрушенно покачал головой, страдая не меньше самого раненого. - Наши лекари способны за пару дней поставить его на ноги, но боюсь, что они не согласятся лечить человека, да и нести его придется далеко.

- Но он поправиться? - Шимберг подскочил к ним так быстро, как только был способен.

- Да, конечно, - Луну еще раз осмотрел грудь Трояна. - Сломанные ребра срастутся. Главное, что ни одно из них не задело легких. А так... Хороший врачеватель, пусть даже и человеческий, вылечит его без особых затруднений. Главное, почаще меняйте повязки на спине и смотрите, чтобы всякий мусор и зараза не попадали в раны.

- Спасибо тебе за всё, - Шимберг решительно вогнал меч в ножны и протянул эльфу руку. - Ты даже не представляешь, насколько я тебе благодарен. Отныне ты мне брат. Если тебе понадобиться помощь, можешь смело рассчитывать на меня. Шимберг дэ Сои никогда не бросит друзей в беде. Запомни это.

- Ты, человек, не похож на прочих людей, - заметил Луну.

- Как и ты, эльф, - усмехнулся Шимберг. - Нам надо торопиться. А то солдаты сядут на хвост. Теперь тебе лучше спрятаться.

- Прощай, чело... Шимберг. Ты мой первый человек-друг. Я тебя не забуду. Можете идти смело вперед, ваши враги пойдут в другую сторону. А теперь прощай, - Луну взмахнул напоследок рукой и скрылся в кустах так ловко, что не пошевелилась ни одна ветка.

Шимберг позвал носильщиков. Те приблизились к нему, тревожно осматриваясь по сторонам. Они видели тихий свет, вызванный волшбой, и теперь боялись места творения магии не меньше, чем любого колдуна. Слова Шимберга их все-таки немного успокоили. Они подхватили носилки и чуть ли не бегом рванули на северо-запад, на перерез основной массе людей.

Кринк ждал их через четверть лиги. Он и еще пара молодых здоровенных лбов открыто стояли посредине широкой дороги, змеей уходившей на север.

- Как Троян? - Кринк первым делом подскочил к носилкам с раненым.

- С ним всё в порядке, - ответил Шимберг. - Нам надо, как можно скорее уходить. Хоть мне и пообещали, что солдаты не пойдут за нами, но чем только демоны не шутят. Лучше надеяться на себя.

Кринк махнул рукой, и здоровые лбы дружно скрылись в кустах, захватив с собой носильщиков вместе с их ношей.

- Значит так, сейчас идем на север до Улатаи. Там мы расстанемся, - Шимберг на ходу начал давать нужные указания. - Я вернусь в лагерь, а вы повернете на запад. Смело шагайте до Олля.

- Олля? Но там же гномы, - удивился Кринк.

- Вот именно. Я с ними договорился. Шайки гноллов разогнали людей из близлежащих деревень, и гномы испытывают недостаток в продовольствии. А возить провизию издалека слишком накладно, да и не безопасно. Так что они с радостью уступят вам немного земли, - разъяснил Шимберг. - Когда прибудете в Олль, дождитесь там людей, которых я вышлю из лагеря вместе с деньгами. У меня есть некоторые запасы. Я вышлю вам две тысячи золотых. На первый год вам должно хватить. Сколько вас всего?

- По весенней переписи - сто семьдесят девять, но с тех пор несколько стариков умерло, а с десяток матерей благополучно разродились. Так что точно сказать не могу, - у Кринка на мгновение перехватило дыхание, когда атаман сказал о двух тысячах золотых, но он справился с собой и с огромным соблазном, тут же возникшем.

- Наймите гномов для строительства поселка. Думаю тысячи монет должно хватить домиков на тридцать-тридцать пять. Смотри только - гномы народ хитрый до денег. Практически всего они сразу предлагают цену порядка на двадцать процентов выше средней. Так что торгуйся. - Шимберг полностью погрузился в разъяснения. - Сделай так: запроси цену, они тебе скажут. Ты ответишь, что подумаешь. Надеюсь, считать ты умеешь хорошо. Так вот, рассчитай среднюю цену, из того расчета, что я тебе сказал, и на следующий день торгуйся до тех пор, пока они не снизят сумму процентов на пятнадцать. Тогда и ты в накладе не останешься, и гномы построят уж точно на совесть. Если же домов окажется мало, или же денег будет недостаточно, договорись с рыжебородыми о кредите, только смотри чтоб процентов было немного, да и срок подольше. Ясно? Теперь насчет второй тысячи. Снарядишь несколько отрядов для покупки продовольствия. Только отправляй тех, что побашковитее. А то профукают все денежки без толку или накупят скоропортящийся товар. В общем, ты понял?

- Куда как не понять, - проворчал Кринк, недовольный тем, что ему всё разжевали, как младенцу. - Постараемся выполнить всё в лучшем виде.

- Для вас же стараюсь, - обиделся Шимберг. - Эх, люди. Ладно, вон и развилка уже, а еще один разговор предстоит. И этот разговор будет не в мою пользу.

Дэ Сои вогнал шпоры в бока коня и направил его вперед, ко второй крытой обшарпанной зеленой тканью повозке, в которой, зябко кутаясь в выдавшие лучшие времена телогрейку, ехала Гжвенна. Её так просто уговорить не удастся. Это Шимберг знал точно. Девушка ни за что не захочет расставиться и ехать куда-то к гномам. Да и сам Шимберг этого не жаждал, но обстоятельства были выше его.

* * *

Лирд ловко присел на правое колено и подставил меч под клинок противника. Удар получился глухой. Кончики пальцев немного онемели. Пиир резко повел меч вправо. Противник едва успел отскочить назад и не напороться на деревянное лезвие.

В зал для тренировок буквально ворвался Енгорт. Лирд отразил еще один удар и быстро выбил оружие из рук партнера по бою.

- Господин пиир, у меня хорошие... нет, отличные новости! - Енгорт просто сиял от счастья.

- Наконец-то, но смотри у меня, если обман, лучше сам заколись, - предупредил Лирд, не очень-то верящий в хорошие вести, особенно в последнее время. - Ну, говори.

- Новостей несколько, - Енгорт уже и забыл, когда он был просто офицером, а не добытчиком информации. - Но хорошая одна, но главная. Остальные вас касаются побоку.

- Давай скорее, а то мне еще к тииру Крамоху идти на ужин и нужно переодеться, - довольно резко бросил Лирд.

- Наш... шпион раздобыл кое-какие сведения, - Енгорт подозрительно покосился на стягивающего с себя доспехи партнера Лирда по тренировке. - Вот. Похоже, Шимберг со всем отрядом уходит куда-то восточнее. И теперь засядет на узком перешейке, соединяющем Северную и Восточную ветки Королевского Тракта, чуть южнее Клаора. Парень клянется, что в течение пары дней раздобудет более точные сведения и сможет на карте показать конкретное место.

- Что ж, это действительно превосходные вести, - Лирд разве что не пел от радости. - За такие вести и награду не жалко дать. Надо будет подготовиться к масштабной операции, чтоб одним ударом покончить с укоренившейся заразой... Да, кстати, а что еще за новости?

- Начну с главной, - Енгорт деловито откашлянул. - На севере на самой границе с Эа-Орлом объявился некто, кто называет себя королем.

- Кем? - Лирд даже поперхнулся.

- Королем. Миласом III. Потерянным принцем, - Енгорт развел руками, не зная, что еще добавить.

- Но ведь он умер?! - пиир не удержался и вскрикнул.

- Я знаю. Но ведь никто и не говорит, что это на самом деле принц. Он так сам себя называет. И кстати, народ ему верит. Уже тысячи полторы крестьян примкнули к нему, - Енгорт присел на широкую скамью, предназначенную для отдыха бойцов. - Не знаю насколько это опасно и долговременно, но в столице шуму уже наделало. На юге армия Тхарэ разбита в пух и прах. Сам же он пропал полтора месяца назад. С тех пор никто о нем ничего не слышал. На востоке Ульримо остановил свою армию, так как несколько крупных отрядов мерзонцев ударило ему с тыла, уведя часть обозов с провиантов и оружием. Железная Рука выстроил свою армию вдоль восточной границы Корсена между Латапахом и Куримой. Похоже, скоро он сцепиться с пограничными заставами Мерзонии.

- Да, - задумчиво протянул Лирд. - Воистину вести более чем странные и разнобокие.

- Говорю вам, мой пиир, все эти события грозят Корсену лишь бедой, - вздохнул Енгорт. - Вот увидите, скоро грянет нечто такое, что перевернет весь уклад нашей жизни.

- А мне-то что? - огрызнулся Лирд, судьба страны волновала его в последнюю очередь. - Надо готовиться к поимке Шимберг. О судьбе Корсена есть, кому думать. Идем.

* * *

- Да что это делается на белом свете. Не бросайте меня люди. Хадтэро, почему ты не хочешь взять меня с собой? Ну, скажи, - причитал Солтахр, он уже пять дней, как вырвался из липких лап жуткой депрессии, и теперь доводил до белого каления всех в лагере.

- Кто-нибудь избавьте меня от него, - простонал Шимберг, лишившийся надежды хоть как-то сладить с мальцом.

Масттэрро угрюмо сдвинул брови и решительно поднялся. Кулаки его угрожающе сжались. Вид несущегося во весь опор бешеного быка не вызывал большего страха, чем каменное лицо харрца.

- А что я? - испуганно воскликнул Солтахр. - Я ничего. Я молчу.

- Вот лучше и молчи. А нет - Масттэрро вежливо выпроводит тебя погулять. Ясно? - Шимберг по-отцовски посмотрел на парня и тут же добавил: - Можешь не отвечать. А то это никогда не закончиться.

Солтахр послушно затих, так как грозный Масттэрро на всякий случай пересел поближе к нему. Олорс и Салдэм, дружба которых в последнее время весьма окрепли, с любопытством посматривали на эту эксцентричную парочку. Эрстуан еще не вернулся из ставшей привычной разведки. Его десяток, разросшийся до тридцати человек, исправно нес обязанности охраны.

За пределами атаманского шалаша царила суета. Лагерь кипел. Велись всевозможные военные приготовления. Грузился провиант, собиралось оружие, укладывались доспехи, в лесу вырубались длинные колья, могшие послужить отличным строительным материалом для волчих ям. Люди весело шутили, беззаботно болтали друг с другом. Со стороны казалось, что лагерь просто переезжает на другое место.

Солнце светило еще совсем по-летнему, хотя сегодня было первое число второго месяца Осени. Листва на деревьях и не думала менять цвет. В лесу встречались медведи еще и не собиравшиеся на зимнюю спячку, белки вроде бы носились в поисках запасов, но были всё также беззаботны, как и два месяца назад.

- Итак, что мы имеем, - продолжил Шимберг с того места, где его прервал Солтахр со своими дурашливыми причитаниями. - Восточный отряд полностью здесь, численность тридцать восемь человек. Северный отряд вышел сутки назад из ущелья Хаада и через пару дней прибудет прямо к месту сбора, численность пятьдесят семь человек. Наши ребята уже почти полностью собрались, численность сто семьдесят один человек. Итого две с половиной сотни. Думаю, это достаточно. Масттэрро, как там дела с "колесом"?

- Парни еще не вернулись, но думаю, что им удастся благополучно его доставить. Я на всякий случай выслал встречающих, - харрец говорил, не сводя глаз с Солтахра. - Мало ли что. Вдруг патруль ульримцев наткнутся.

- Хорошо, - Шимберг на секунду закрыл глаза, будто пытаясь вспомнить что-то. - Салдэм, ты вроде бы говорил, что в твоем десятке есть кто-то знакомый со строительством военных машин?

- Есть такой, - Салдэм сморщил покрытые шрамами губы. - Алодом кличут. Хвастал, что в инженерной сотне состоял во время Пограничных Войн.

- Что ж его умения нам пригодятся, - задумчиво пробормотал Шимберг. -Дайте-ка мне карту.

Олорс вытащил из-за пазухи аккуратно сложенную карту Северного Корсена, которую он прихватил, когда решил покинуть свою библиотеку, и бережно развернул ее. На засаленном пергаменте были нанесены все населенные пункты, горы, холмы, озера, реки, дороги, леса и даже отдельные крупные замки.

- Итак, - Шимберг склонился над картой. - Мы через два дня мы пошлем весть Войлику, что мы перемещаем основную базу вот сюда, во впадину Монаха. Дорога так хорошая, и караваны наверняка ей пользуются, так что подозрений это не вызовет. Высокие и довольно крутые холмы возвышаются с обеих сторон на три десятка метров на протяжении полулиги. Причем очень удобных мест для засады там два. Вот здесь, видите, дорога вплотную приближается к холмам, а склоны поросли густым ельником, и вот здесь. Здесь, наоборот холмы отступают, и много деревьев дают массу возможностей для засады...

* * *

- ...Вот смотри, Енгорт, по полученной тобой информации они засядут здесь, во впадине Монаха. Что ж весьма удобное место, близковато к востоку, но это ничего, Ульримо не сегодня-завтра двинет свои войска на восток на Мерзонии, и Шимбергу нечего там опасаться. Ловко все продумано, - Лирд и его помощник склонились над огромной картой всего Корсена, занимавшей весь стол. - Дай подумать, впадина Монаха, я как-то был там. Кажется там два удобным места для атаки. Будь я на месте Шимберга, я бы выбрал второе.

- Позвольте, мой пиир, узнать почему? - Енгорт рассматривал карту столь пристально, словно хотел прожечь в ней дыру.

- Подумай сам, например, возьмем караван идущий с юга к ставке Ульримо. Вот он входит в ущелье, что думает в этот момент купец? Что разбойники воспользуются самым простой и удобной возможности их ограбить, то есть напасть сразу. А когда он видит, что опасности нет, он естественно расслабляется и сует голову в петлю. А Шимберг спокойно забирает добычу, не теряя людей, что не маловажно заметь. Так что я уверен, что он расположится именно на втором участке. Я слишком хорошо его знаю, - пояснил Лирд. - Продолжим...

* * *

- ...Так вот, мне думает, что выгоднее всего засесть во втором месте. Это дает нам больше шансов для удачной атаки без лишних потерь. Значит Лирд клюнет на это и решит именно так. Поэтому мы расположимся на холмах на входе во впадину, - Шимберг почесал подбородок, небритый уже три дня, и задумчиво поглядел на Солтахра, словно парень знал ответы на все вопросы. - Вот именно поэтому нам понадобится катапульта, которую и соорудит Алод. Вот смотрите, несмотря на то, что склоны холмов поросли ельником, использовать "колесо" мы там не сможем. Мы просто не сможем его подвесить так, чтобы его не было видно. Но вот здесь, - атаман указал на карте. - Видите? Дорога сворачивает направо. Если разместить катапульту на левом склоне изгиба и зарядит ее "колесом", то снаряд будет ложиться прямо на дорогу. Надо конечно будет еще успеть пристрелять машину. Но думаю, у нас будет на это время. Теперь поговорим о тактике. Зная Лирда, могу предположить, что он возьмет с собой не менее четырех сотен воинов и мы...

* * *

- ...Пожалуй, четыреста пятьдесят человек будет в самый раз, как ты думаешь Енгорт? - Лирд зевнул, за окном уже стояла ночь.

- Думаю, вы правы, мой пиир, вряд ли разбойники могут выставить хотя бы полторы сотни, - согласился сиир, в последнее время он постоянно соглашался с Лирдом.

- Это точно, - Лирд позволил себе усмехнуться. - Но не надо недооценивать противника, поэтому я и возьму с собой весь свой пиинорд. Двести пехотинцев и пятьдесят лучников идут впереди, две сотни кавалерии замыкают. Лошадей надо жалеть. Если что, вот здесь удобное место для обхода и удара с тыла. Надо будет также заранее послать разведчиков. Пусть пошарят по холмам, только главное тихо, чтобы не спугнуть нашу добычу...

* * *

- ... и мы должны будем встретить их с должным "почетом". Предлагаю вот здесь, здесь песчаная почва и копать будет легко, разместить несколько волчих ям. Думаю, Лирд разделит свое войско. Пехоту и лучников пустит вперед, а кавалерию оставит в арьергарде. Мы пропустим пеших, а под верховыми раскроем ямы. Это убьет не всех, но посеет панику и неразбериху, что даст нам время расправиться с пехотой.

- Что ж, план хорош, - согласился Масттэрро, остальные закивали в знак подтверждения. - Но сможем ли мы справиться с пехотой врага? Как-никак это регулярные войска, а мы всего лишь любители помахать железом, во всяком случае, большинство.

- Думаю, сможем, - Шимберг говорил с большой долей уверенности. - Во-первых, численность противника сократится почти вдвое, я уверен, что даст нам возможность вести бой один на один. Во-вторых, мы поступим так: на склонах холмов с обеих сторон разметим группы арбалетчиков и лучников. Они несколькими залпами проредят ряды врагов, а уж после вступят в бой все остальные. Их расположение мы уточним на месте. Главное чтобы не случилось ничего не предвиденного.

Масттэрро повернулся к Салдэму и принялся вполголоса обсуждать предложенный атаманом план. Олорс присоединился к ним. Солтахр, с тоской посматривавший на выход, уныло молчал, кулак харрца был известен своей тяжестью и мог настигнуть в любой момент.

Шимберг сидел, угрюмо уставившись в пол, который являл собой утрамбованную сверх меры землю. В голову лезли всякие нехорошие мысли. Почему-то некстати вспомнилось прощание с Гжвенной. Девушка так рыдала и не желала отпускать его, что сердце Шимберга дрогнуло, и он едва не сдался. Внезапно пришло некое странное чувство, что они теперь если встретятся, то не скоро. Думать об этом было настолько больно, что дэ Сои даже заскрипел зубами. Никто этого не услышал, потому что всех отвлек приход Эрстуана. Десятник лучников выглядел весьма довольным.

- Ну, что в округе? - поинтересовался Шимберг.

- Атаман, не знаю, кто вам помог, но в полудне пути от лагеря во все стороны не осталось никаких следов нашего пребывания, нигде не видно погони, наверно они действительно ушли по ложному пути, - подобного восторга Шимберг еще не разу не видел на лице Эрстуана.

- Что ж, отлично. Тогда выступаем, как и было запланировано, завтра утром, - дэ Сои поднялся. - Совет окончен. Увидимся утром.

* * *

- ...Итак, всё ясно, - Лирд решительно свернул карту. - Надо готовиться. Енгорт, с утра поднимешь мой пиинорд. Пусть собираются в поход. С начальством я договорюсь. Дней через пять, максимум через неделю мы будем на месте. Надо поторапливаться, пока Шимберг не облюбовал места. Потом его труднее будет оттуда выкорчевать. Всё ясно? Ну, тогда чего стоишь?

* * *

- Не понимаю, - растеряно пробормотал Луну, глядя на возникших из ничего странных путников, закутанных в темно-зеленые плащи.

- Чего ты не понимаешь? - усмехнулся Лекуль, откинув с лица капюшон.

- Того, что вы тут делаете, - огрызнулся в ответ Луну, он внезапно разозлился, хотя сам не знал на что, раздражали закутанные с ног до головы спутники друзей. Казалось, что это каменные статуи, невесть как попавшие в густой лес.

- Еще бы, я и сам не знаю, - пожал плечами Лекуль.

- Мы пришли за тобой, - сказал Ваяль, откидывая капюшон на спину. - Старейшины решили, что люди вдоволь понаслаждались нашим вниманием. Ты отправляешься с нами на охоту. Решение обжалованию не подлежит. Тебе приказано немедленно собраться, если есть, что собирать, и отправляться вслед за нами.

- Но... это не правильно, - растеряно пробормотал Луну. - Я не могу оставить свой пост... Но раз приказано... Но я не хочу...

- Забудь это слово, - посоветовал Лекуль.

- Давай парень, через десять минут мы отправляемся, - Ваяль положил руку на плечо эгжмера. - Ты нам нужен, раз старейшины так решили. А люди... они разберутся и без нас. Кстати, куда это они сворачиваются?

- Вроде собираются на битву, - Луну покачал головой, точнее ему узнать не удалось. - Значит, я вижу их в последний раз?

- Возможно, - Ваяль неопределенно пожал плечами. - Может быть, когда-нибудь наши пути снова пересекутся, а может, нет. Кто знает? А они крепко запали тебе в душу, как я поглажу.

- Есть немного, - Луну тяжело вздохнул, взваливая на спину заплечный мешок.

- Пора, - эльтор махнул рукой своим спутникам, и каменные статуи ожили. - Уходим.

Дикая листва, никак не уступавшая пока еще легким атакам осени, поглотила их тела и растворила даже малейшие намеки на пребывание эльфов в чертогах Леса.

* * *

- Да, да именно здесь. И копайте глубже, - Шимберг утер пот со лба, ему приходилось работать наравне со всеми. - Масттэрро, где еще лопаты?

Весь отряд разбойников прибыл во впадину Монаха два дня назад. С тех пор работа не прерывалась ни на секунду. Копались волчьи ямы, устраивались ловушки, Алод с тремя десятками самых смышленых парней сооружал катапульту, на склонах частично вырубался ельник. Работа кипела во всю. И атаман не собирался спокойно сидеть, сложа руки.

Масттэрро руководил работами на правом склоне, Салдэм на левом, Олорс, как самый ученый, занимался ловушками, а Эрстуан, как всегда, управлялся с разведчиками. Шимберг, чтобы никому не мешать, пристроился к копальщикам. На пятой яме держак лопаты не выдержал и сломался.

- Где лопаты? - Шимберг, тяжело дыша, сел на край ямы. Пот ручьями струился у него по лицу. - Лопату мне, лопату. И попить. Попить что-нибудь есть?

- Хадтэро, ты что-то неважно выглядишь, - рядом примостился Солтахр, парень работал разносчиком. - Говорят, физический труд облагораживает. Видимо не всех.

- Лучше молчи, - Шимберг слишком устал, чтобы зубоскалить с адъютантом. - Попить дай.

Солтахр усмехнулся и протянул атаману флягу с родниковой водой, ничего другого парень теперь не признавал. Рядом захрустел песок, большой частью усыпавший верхний слой дороги впадины. Масттэрро деловито воткнул новую лопату в сухой грунт и уселся напротив Солтахра.

- Что так долго? Я уже и отдохнуть успел, - глухо пробурчал Шимберг, в последнее время атаман всё чаще был не в духу, или же пребывал во власти горьких раздумий.

- А я думал, мы опережаем график, - Масттэрро оставался невозмутимым. - Лирд заявится не раньше, чем через неделю. А надрывать себя во имя ничего, греховное дело, да и для здоровья опасно.

- А чего нам его боятся? - воскликнул Солтахр и бухнулся на колени, руки молитвенно сложены на груди: - О, Хадтэро, дай мне сотню, вели мне сразить врага, и я с радостью умру за нашу победу, а еще лучше не умру, а принесу голову Лирда... Ты не представляешь, какой из меня воин... Да и зачем мне сотня? Я сомну их ряды в одиночку, буду дробить черепа, рубить кости, давить хлипкие тела. О, да, я велик...

- О, Царидон. Снова началось, - простонал Шимберг.

Масттэрро более чем красноречиво поиграл рельефными буграми мышц, от изобилия которых просто разрывало тонкую кожаную безрукавку.

- И помечтать не дадут, - обижено пробурчал Солтахр, понявший всё, и уселся на место.

- Мечтай на здоровье, но только не вслух, - посоветовал Шимберг. - Да и мечты у тебя, как я погляжу, уж больно кровожадные.

- Да ну вас, - Солтахр махнул рукой и умчался куда-то.

Шимберг задумчиво почесал в затылке. Взгляд его рассеяно блуждал по окрестностям. Олорс прикрикивал на людей, подгоняя не слишком ретивых. Дорогу перекопали уже в четырех местах, сделав в итоге семь волчих ям. Дно ловушки утыкали длинными, заостренными кольями, сверху накладывались сбитые вместе доски, поверх ложился кусок толстой ткани, который в свою очередь засыпался песком. Деревянный щит, служивший для того, чтобы выдержать вес пехоты, посредством хитроумного устройства ловко скользил в заранее приготовленные пазухи, а ткань естественно не выдержала бы и собаку. С виду дорога выглядела точно так, как и в сто метрах впереди и позади.

- Ты о чем-то хотел поговорить? - спросил Шимберг, отвернувшись в сторону.

- В общем, да, - протянул Масттэрро, в очередной раз отмечая проницательность атамана. - Я... Мне... э-э... В общем, я насчет того, что всё это значит и что будет потом.

Шимберг даже повернулся:

- Поясни, что ты хотел этим сказать.

- Ну, я о том, для чего мы это всё затеялись, и что будет после того, как мы победим... или же проиграем, - пояснил Масттэрро, глаза внимательно следили за лицом атамана.

- Хороший вопрос, - Шимберг с полминуты молчал, готовя нужные слова: - Ну, во-первых, мы всё это затеяли для того, чтобы победить. Дело другое для чего я это затеял? Тут существует целый ряд причин. Первое, на нас всё чаще и чаще устраивают довольно широкомасштабные облавы, что естественно делает нашу нелегкую и опасную жизнь еще более сложной. Второе, скоро придет зима, а провианта почти нет, в стране нехватка продуктов, не сказать - что голод, но все же не каждый тебе продаст даже ковригу хлеба. Охотой долго не проживешь, звери они ведь не настолько глупые, вон уже и так с каждым разом мяса все меньше и меньше, а отряд все разрастается. Третье, Ульримо Железная Рука направил свои взоры на восток, на Мерзонию. Его войска по слухам сейчас сдерживают натиск врага на границе, и грабить идущие к нему обозы было просто предательством по отношению к королевству, а уподобляться простым бандитам, грабящим всех и вся без разбору, я не желаю. И четвертое, пожалуй, самое главное, я устал жить такой жизнью, мне это просто надоело. Я устал постоянно нести ответственность за жизни двух сотен отличных парней. Я... просто так больше не могу. Знаешь, ведь до прихода Ульримо я успел некоторое время поправить своим родовым замком и сопредельными землями. Это было гораздо проще. А здесь... Наверно так оно и есть, по-настоящему, что так власть и естественно ответственность за свои действия, ты понимаешь только тогда, когда непосредственно живешь с теми, за кого в ответе. Ты срастаешься с ними душой, чувствуешь боль за каждого, радуешься с каждым, даже любовь делишь с ними. И я больше не могу, эта ноша оказалась не по мне, я надорвался.

Масттэрро сидел молча, пораженный исповедью атамана. Шимберг склонил голову и тяжело вздохнул. Говорить то, что он только что сказал, он не собирался, но это как-то почистило душу.

- Я тебя не осуждаю, Хадтэро, да и не за что судить, - наконец, смог глухо выдавить Масттэрро. - Но это значит, что всё - конец романтиков с большой дороги?

- Отчего же, - не согласился Шимберг. - Я ни от кого не требую поступать, как я. Кто хочет, может остаться, выберут себе нового атамана. Вот и всё.

- А ты сам? - Масттэрро хмуро смотрел в землю, на скулах его заиграли желваки.

- Уйду, - отрезал Шимберг. - Слышал на севере объявился Потерянный принц Милас III. Собирает войско. Уж не знаю, принц он на самом деле или нет, но это мой шанс вернуть родные земли. И я его не упущу. А ты как, со мной или останешься?

Масттэрро посмотрел на атамана. Такой грусти и обреченности в глазах друга Шимберг еще не видел. Что-то давило на харрца изнутри посильнее бремени власти, что тяготила дэ Сои.

- Сегодня мне приснился странный сон, - туманно начал Масттэрро, нервно теребя край безрукавки. - Кто-то настойчиво звал меня домой. Кто-то знакомый из моего прошлого.

- Что же тут странного? - поинтересовался Шимберг, когда харрец умолк, собираясь с мыслями.

- Я должен вернуться домой, - Масттэрро сказал прямо, словно отрубил. - Древнее лихо снова проснулось, чтобы творить темные дела, и я нужен моим друзьям там, дома. Зло нельзя убить, его можно только усыпить - так говорят наши духовники. И вот, когда темные силы вновь пробуждаются, семеро избранным должны выполнить свой долг и отправить лихо на покой. Что ж, в этом поколении жребий избранного выпал на меня, и я поклялся, что где бы я ни был, по первому приказу я вернусь домой и сделаю всё, что от меня зависит.

Шимберг потрясенный молчал. Похоже, сегодня был день откровений. Солнце стояло в зените, и до вечера еще было полно времени. Что еще может случиться до заката? Олорс признается, что он в тайне обвенчан с принцессой Нодорха? Или Салдэм скажет, что у него семнадцать внебрачных детей? Или Эрстуан провозгласит себя служителем Мазара? Или Солтахр объявит о том, что он является священнослужителем? Воображение Шимберга разыгралось с такой силой, что он даже прикрыл глаза.

От дальнейший тягостных размышлений их с Масттэрро спас, как впрочем, всегда, неугомонный Солтахр. Ему удалось незаметно подкрасться к сидевшим с пятилитровой бадьей воды. Лицо парня выражало полную сосредоточенность. Не единый звук не выдал его присутствия, впрочем, все вокруг создавали такой шум и так орали, что разговорившиеся друзья вряд ли бы услышали под ухом даже пьяного гнома.

После того, как все пять литров довольно прохладной воды отправились прямиком за шиворот Шимбергу, Солтахр с радостными воплями просился наутек. Отчаянно ругающийся атаман, а за ним и Масттэрро бросились за ним вслед. Все работы прервались на полчаса, потребовавшихся для поимки "бунтовщика", а затем справедливой и "жестокой" расправы: парня связали по рукам и ногам, заткнули рот кляпом и продержали так до вечера.

* * *

- Мой пиир, войска готовы, - Енгорт поклонился.

- Отлично...

* * *

- Хадтэро, пришли вести от Эрстуана. Они выступили, - доложил Масттэрро.

- Превосходно...

* * *

- Тихо, - Базеликус прижал палец к пухлым губам, за которые его так любили женщины.

Отряд разведчиков послушно замер. Солдаты были вымуштрованы до предела. Базеликус настороженно прислушивался, изредка меняя положение головы. Вроде ничего.

Второй день небольшая группа разведчиков из сиинорда Зиноба, признанного мастера-следопыта, рыскала по восточному склону впадины Монаха. Лирд был весьма осторожен и разослал с десяток подобных групп на всем протяжении Королевского Тракта, что он проходил через ущелье. Пока разведка ничего не дала. Несколько подозрительных человек было обнаружено на западном склоне ближе к выходу из впадины на предполагаемом месте обитания разбойников, но их было не больше десятка. Куда подевались остальные - известно не было. Отряд Базеликуса исправно прочесывал вверенный ему квадрат, но ничего кроме белок и ежей обнаружить не удалось.

Лучи солнца пробивались сквозь довольно редкие кроны деревьев, тем более что большую часть чащи составляли молодые ели. Усыпанная старой хвоей земля предательски хрустела под ногами. Птицы выводили трели, усевшись на верхних ярусах ельника. Несколько стремительных рыжих белок пронеслось в воздухе. Вроде ничего опасного. Так что же насторожило Базеликуса? Не ясно. Оттого еще более подозрительно.

Диир уже было успокоился и приготовился отправить гонца с донесением, как он делал каждый час, когда земля под ногами людей внезапно вспучилась гнойными наростами. Вверх взметнулись комья грязи, хвоя разлетелась по сторонам, так и норовя попасть в глаза.

Базеликус попытался вырвать меч из ножен, одновременно призывая остальных к атаке, но оружие предательски застряло. С десяток теней выскочило из образовавшихся в земле щелей. Быстро защелкали арбалеты. Трое из отряда разведчиков превратились в подушечки для булавок. Остальным повезло не больше. Замешательство и паника помешали оказать достойным отпор нападавшим. Меж тем те, отбросив ненужные более самострелы, взяли за мечи.

Бой закончился также внезапно, как и начался. На земле распростерлись восемь мертвых тел, тонувших в лужах собственной крови. Чуть поодаль лежало два трупа в серых плащах. Нападавшие тоже понесли потери. Базеликус сидел, прислонившись к старой ели спиной. В боку его кровоточила глубокая рваная рана. После таких не выживали, тем более в кругу врагов.

Нападавшие меж тем осмотрели тела убитых и стали деловито уносить их прочь. Кровь медленно впитывалась в землю. Через час уже и не скажешь, что здесь был бой.

К Базеликусу подошли двое. Серые плащи служили прекрасной маскировкой на фоне прошлогодней хвои и рыхлой, слегка влажной земли. Под ними тускло блестели кольчуги, достававшие до колен. За поясами торчали ныне пустующие ножны. Мечи, как и положено в таких случаях, послушно лежали в руках, которые наверняка знали, как с ними обращаться.

- Похоже, этот еще жив, - голос говорившего звучал глухо, словно что-то ему мешало.

- Да вроде, - согласился второй, на голову выше первого. - Добить его?

- Нет, подожди, - мужчина склонился над раненым врагом. - Насколько я знаю знаки различия, похоже на то, что этот был командиром. Я ведь прав? - вопрос адресовался захрипевшему Базеликусу. Но тот не ответил. - Как далеко Лирд с основными силами? Сколько их? Хотя размеры мы и так знаем. Молчишь?

Базеликус не собирался давать врагу хоть какую малую крупицу информации. И хотя осведомленность и уровень подготовки бандитов поражали, солдат прикрыл глаза с твердым намерением умереть.

- Этот ничего не скажет, - вынес свой вердикт первый. - Да и не надо, Эрстуан со своими парнями разведают всё, что надо. Кончай его.

Базеликус сглотнул подступивший к горлу комок страха. Сердце его бухало в груди с сумасшедшей скоростью и силой. И когда холодное лезвие меча погрузилось ему в шею, солдат уже потерял сознание и оттого ничего не почувствовал.

* * *

Воздух, прогретый осенним солнцем, мягко овевал суровые лица солдат. Две сотни панцирной пехоты дружно маршировали, дробя стальными сапогами и без того утрамбованную дорогу. Следом за ними вразвалочку тянулись лучники и арбалетчики, оружие которых было заброшено за спину. В арьергарде трусила конница.

Во главе кавалькады, сразу же за спинами лучников, ехал Лирд. Его конь неторопливо перебирал копытами, словно понимая, что должен выглядеть величественно. Рядом по правую руку крутился Енгорт. На правах адъютанта он разносил приказы пиира по сиинордам.

Солнце поднялось почти до зенита, когда четыре с половиной сотни воинов добрались до входа во впадину Монаха. Здесь Лирд приказал разбить временный лагерь для дневного привала.

- Итак, проверим всё в последний раз, - пиир уселся на походный стул и развернул карту на складном столе. - Сейчас три десятка пехотинцев набросят на себя платья купцов и погонщиков. Пятьдесят человек отрядим для обхода противника с тыла по склонам. Остальные полторы сотни спрячутся в десяти крытых повозках, в которых якобы находится товар, на козлах лучники. В трестах метрах позади мы следуем с кавалерией.

- Хороший план, мой пиир, - согласился Енгорт. - Но не лучше бы было дождаться донесения разведчиков?

- Они перехватят нас на полпути к месту облавы. Так что всё на этот счет не стоит беспокоится. Если вдруг что-то и изменится, мы всегда сможем отойти назад, - усмехнулся Лирд. - Хотя не думая, что жалкие мародеры смогут разбить пиинорд королевских войск, будь их вдвое больше.

- Вам виднее, - пожал плечами Енгорт и тут же добавил, заметив суровый взгляд пятисотника. - Мой пиир.

Лирд резко скатал карту и, пинком отбросив стул, направился в свою палатку. Настроение у него упало. В лагере тем временем шло превращение из отряда воинов в караван купцов.

* * *

- Они уже совсем рядом, - доложил Эрстуан полученную информацию. - Через часа три покажутся передовые отряды. Сейчас они расположились лагерем у входа во впадину.

- Молодец, - похвалил его Шимберг. - Пока всё идет, как задумано. Но что мне не очень-то верится, что Лирд вот так запросто сунется в ловушку.

- Конечно, нет, - согласился Эрстуан. - Мы уже отловили с десяток одиночных и уничтожили три небольших отряда разведчиков противника. Еще пятеро находятся под постоянным наблюдением. Они регулярно отправляют людей с донесениями к Лирду. Через полчаса будет отправлено последнее, так мы поняли из их разговоров, тогда мы разберемся и с ними.

- Что ж, это хорошо, - Шимберг в задумчивости уставился вдаль на восточный склон впадины Монаха, где в гуще ельника прятались стрелки. - Что-нибудь еще?

- Да, атаман. Есть и плохие вести, - у лучника дернулась щека.

- Что ж, я знал, что без них не обойтись, - вздохнул Шимберг. - Выкладывай, что там.

- На западе в трети дневного перехода обнаружен крупный отряд солдат, судя по гербу - это воины из армии Ульримо.

- Насколько крупный?

- Человек двести, не меньше, - Эрстуан поправил соскользнувший с плеча лук.

- Это те, что ждали нас в Трясовищах, - голос Шимберга звучал настолько уверено, что в его даже о тени сомнения говорить не приходилось.

- Но они не могли нас выследить, - возразил лучник. - Я сам все проверял. Следов нашего пребывания просто не осталось. Кто бы вам ни помог в тот раз, он сделал это на совесть.

- А я и не думаю, что они идут по нашему следу, - заявил Шимберг. - Мне кажется, они просто возвращаются домой. А путь их пролег, как раз через впадину. Если взглянешь на карту, то сам убедишься, что сам короткий путь к стану Ульримо. Да... Превратности судьбы...

- Что же нам делать?

- Ничего, Лирд все равно подойдет сюда быстрее. Сначала разобьем его, а затем уж посмотрим, что к чему. А если проиграем, тогда и думать будет не о чем, - Шимберг позволил себе усмехнутся. - Так всегда бывает, уж ты поверь мне, друг.

* * *

- Мой пиир, разведчики прибыли, - доложил Енгорт.

- Что они говорят? - Лирд удобно устроился в предпоследней повозке и теперь внимательно осматривал свое оружие.

- Всё чисто, - Енгорт на мгновение замялся. - Совсем чисто. Им удалось обнаружить с десяток человек. Но вряд ли это все люди Шимберга.

- Они здесь. Я их даже пятками чувствую, - уверено заявил Лирд. - Им ведь, бандитам и душегубам проклятым, так и положено - прятаться по кустам и канавам. Отбросы - они и есть отбросы.

Енгорт только плечами пожал.

* * *

- Эх, сейчас бы домой, - Судалис мечтательно потянулся.

- Что испугался? - Литруан, оставленный командиром в засаде, уже давно сдружился с кряжистым южанином.

- Эй, за такие слова можно и по морде схлопотать. Когда-нибудь я это сделаю, - пообещал Судалис.

- А что же тогда? - Литруан привык к подобным обещаниям и уже просто не обращал на них внимания. - Соскучился?

- И это есть, - согласился. - Знаешь, как там у нас красиво. Какие сады, озера, леса, поля, замки. Не то, что здесь - сосновый частокол и степь.

- Ну, зря это ты. Красота - она и здесь есть. Её просто надо видеть, - возразил оскорбленный в самых высоких чувствах Литруан. - Красота такая штука, каждый видит ее там, где родился. Только понимает это тогда, когда заброшен далеко и надолго от дома.

- Может ты и прав, однако у нас на юге лучше всего, - Судалис был непоколебим в своем решении.

- Конечно, - усмехнувшись, согласился лучник, спорить с другом было бесполезно, он был упрямее сотни ослов.

- Ты знаешь, какая вкусная у нас растет кааура? - Судалис принялся доказывать свою правоту.

- А что это?

- Вот видишь, ничего-то ты не знаешь о юге! - победоносно воскликнул Судалис. - Кааура - это редкий сорт яблок. Таких больше нигде нет. Если ты хоть раз попробовал каауру, то уже никогда не забудешь его вкус и ни с чем его не спутаешь. А какие у нас виноградники...

- Вот-вот, нагоните вина и напиваетесь вусмерть, - прокомментировал подсевший к ним Солтахр, как всегда схвативший краем уха лишь последнюю фразу.

- Да я тебя сейчас... - Судалис так побагровел, что ему позавидовали даже лучшие томаты с крайнего Харра. - Своими же руками...

- Что ты? Успокойся. Парень просто пошутил, - Литруан попытался утихомирить друга. - Словно ты Солтахра не знаешь?

Парень тем временем отполз от них подальше, так на всякий случай, мало ли что случится.

- Готовьтесь! Они близко! - рядом возник Салдэм с верным клинком наголо. - И прекратить этот балаган.

* * *

Запряженные лошади уныло переставляли копыта. Тащить здоровенные обозы работа не из завидных, тем более когда, эти повозки набиты вооруженными и закованными в сталь людьми.

Лирд любовно обнялся с двуручным мечом, доставшимся ему от отца. Собственно говоря, этот клинок и пара подзатыльников - вот и всё, что ему вообще досталось от родителей. На "последний" бой пиир надел гномий доспех, купленных за баснословные деньги в Серых скалах, сверху его скрывала свободная туника дорогого покрова, расшитая серебряными нитками.

Енгорт, одетый купцом, не спеша, переезжал от одной повозки к другой, проверяя как дела. Пятьдесят более-менее знакомых с лесными войнами и партизанскими атаками воинов, как и было запланировано, отправились в обход по склонам.

Лирд зевнул, до предполагаемого места атаки оставалось полтора часа громыхания повозок, можно и вздремнуть. Он уже начал устраиваться поудобнее, когда его планы были предательски нарушены.

Арбалетный болт пронзил горло вознице, второй на излете, проткнув довольно толстую ткань повозки, отскочил от плечевой пластины доспеха Лирд. Кто-то отчаянно закричал, и тут болты посыпались, как град.

Пиир проворно выскочил из повозки. Два стальных дрота тут же попытались пробить гномью сталь. Удар отбросил Лирда назад. Енгорт, что-то выкрикивая, пронесся мимо. Паника охватила солдат. Они выскакивали из повозок, ошалело глазея по сторонам. Болты, сыпавшиеся отовсюду, пробивали их насквозь.

- Строй!!! Построить строй! - заорал взбешенный Лирд.

Он поднялся, сыпля проклятьями и грязными ругательствами. Солдаты неуверенно поднимали щиты. Четверо ветеранов уже создали малый квадрат и держали круговую оборону.

- В строй! В две линии и наверх! - Лирд пытался, как мог выправить положение. - Что стоите, остолопы? Наверх, я сказал! На склоны, пока они нас не перестреляли, как куропаток!

Наконец, заработал механизм, отрабатываемых часами на плацу движений. Поднялись щиты, прикрывая хозяев, солдаты суетливо прижимались плечом к плечу, сбивая строй. Ветераны уже штурмовали правый склон. Их прямоугольные щиты напоминали диких ежей.

- Вперед! - рявкнул Лирд и сам начал карабкаться наверх.

* * *

- Давай быстрее! - прорычал Судалис на молодого парня по имени Керсон, перезаряжающего ему арбалет. - Ишь как полезли. Как тараканы.

Парень протянул ему самострел. Дорога лежала перед ними как на ладони. Мишеней было предостаточно, только успевай нажимать на спусковой крючок. Около тридцать распростертых тел уже лежала в пыльной дороге, щедро утыканные стальными дротами.

Но чуда сотворить не удалось. Солдаты Лирда перегруппировали и, выставив вперед щиты, медленно поползли наверх. Арбалетчики теперь долго примерялись, выжидая подходящий момент для того, чтобы всадить болт в смотровую щель и в стык в доспехах, нет-нет, да и показывающийся из-за сплошной стены щитов. Лучникам было проще с этим делом. Они были мастера своего дела и не упускали не малейшего шанса.

Катапульта, сооруженная Алодом и его командой, выплюнула "колесо" прямо на замершие повозки, из которых уже не выбрались люди. Отчаянные крики ужаса и боли потонули треске разорванного в щепы дерева. "Колесо" прокатилось с десяток метров, успев вдавить несколько незадачливых пехотинцев врага, и нерешительно замерло, оседлав предпоследний обоз.

Судалис поднялся во весь рост, чтобы получше прицелится. Совсем рядом в ствол ели воткнулась стрела. Судалис нерешительно повел самострел в сторону, а затем, плюнув в сердцах, выстрелил наудачу. Болт, натужно гудя, прорезал воздух и злобно впился в крашенный в голубой цвет со вставшим на задние лапы львом посередине щит.

- Еще! Давай арбалет!

Керсон уже протягивал ему заряженный самострел.

* * *

Енгорт во всю пришпоривал свою лошадь. Он торопился назад, к арьергарду. Торопился, чтобы предупредить об опасности, ждущей впереди. Торопился, но не успел...

Земля под копытами верного коня внезапно зашевелилась и подалась в разные стороны, открывая искусно спрятанные ловушки. Конница, не доехавшая до Енгорта десяти метров, покоилась на высоких заостренных кольях, что пробивали доспехи навылет. Лишь с десяток всадников сумели избежать ловушек, и то по чистой случайности. Енгорт слишком, торопившийся им на помощь, сам оказался жертвой трех самодельных пик, пронзивших его грудь насквозь.

* * *

Теперь стрельба была хаотичной. Построившись в линию и плотно сомкнув щиты, королевские воины решительно наступали, и времени прицелиться совершенно не было. Оставалось лишь стрелять, надеясь на удачу.

Литраун уже поглядывал назад. Готова ли вторая линия прикрыть их отступление? Эрстуан взмахнул рукой, давая лучникам команду стрелять. Солтахр вьюном вертелся под ногами, высматривая на кого бы свалить камни, которых было запасено с лихвой.

На западном склоне штурмовали в основном ветераны. Они быстро сплотились и, прикрывая друг друга щитами, резво поднимались, практически не неся никаких потерь. На восточном для людей Лирда дела обстояли несколько похуже. Склон был усеян трупами. Шеренга солдат постепенно таяла, словно туман под лучами восходящего солнца.

Возможно, до укреплений разбойников добралась бы только половина, если не вовремя ударивший отряд, заранее посланный в обход. Однако бандиты под руководством Алако не растерялись, а стали слаженно отходить еще выше, откуда их прикрывали стрелы второй линии заслона.

К этому время ветераны дорвались на западном склоне до врага. Арбалетчики Шимберга спешно перестраивались для отступления, через их головы летели стрелы и болты прикрытия. Так что королевским солдатам не удалось развить свое наступление.

* * *

Лирд был вне себя от ярости. Четверть его пехоты лежала бесполезными грудами мертвого мяса. Что с конницей неизвестно. Какова численность противника тоже. Положенице не из завидных.

Оставалось идти вперед. Отступать перед горсткой голодранцев пиир не собирался. Вот уже ветераны, во втором ряду которых пристроился сам пятисотник, взяли первый уступ. Напротив тоже раздались радостные крики его солдат. Значит дело еще не так уж плохо. Можно и повоевать.

Лучники Лирда затеяли перестрелку с вражескими арбалетчиками. Прочные доспехи и щиты пехоты позволяли вести прицельный бой.

Ветераны, прикрыв головы щитами, скорой рысью потрусили за ускользающим противником. О плечевую пластину доспехов Лирда сломалась очередная стрела. Гномы ковали железо на славу.

* * *

- Отходим! Дайте место! - Шимберг надрывал себе глотку, пытаясь переорать лязг доспехов.

Его небольшой корпус из сорок человек выстроился в квадрат на самой вершине западного склона. Впереди стояли щитоносцы, вооруженные короткими мечами. За ними устроились копейщики, водрузившие свое громоздкое оружие на плечи впередистоящих, так что строй напоминал частокол. Потом следовали лучники и метатели крюков.

Первые арбалетчики, медленно отступающие под натиском ветеранов Лирда, показались на вершине. Им за спину тут же полетели стрелы.

Не смотря ни на что, воины пиира продолжали сражаться, да и сам пятисотник уже давно понял, что попал в ловушку, но сдаваться не собирался. По западному склону до самого верха смогли добраться около семи десятков солдат. На восточном не более четырех. Конница была разбита полностью (Эрстуан уже успел доложить).

Шимберг понятия не имел о своих потерях, но не сомневался, что они не превышают десятка человек. Итак, сто десять королевских пехотинцев против двух с половиной сотен слабо обученных, но однако отлично вооруженных крестьян и горожан. Шансы на победу более, чем реальные.

- Стройся! Приготовились! - Шимберг рвал голос в последних командах. - Сейчас начнется.

* * *

Лирд, взобравшийся на вершину западного склона во главе семидесяти воинов, по достоинству оценил план своего врага. На открытом пространстве разбойникам ни за что бы ни удалось одержать победу на пиинордом королевских войск, но теперь...

Перед корпусом ветеранов стояли два отряда по сорок человек в каждом, построенные в каре. Арбалетчики, посылая последние болты, уходили им за спину.

- Развернуть строй! - голос Лирд по привычке разорвал воздух. - Щиты вперед! Копья поверх! Лучники приготовились!

Со стороны разбойников предпринимались те же самые шаги, что повергло некоторых особо молодых воинов в изумления. Из-за спин передних рядов непрерывным потоком летели стрелы. Три солдата упало, пораженные в смотровые щели.

- Вперед! - рявкнул Лирд, и корпус, как одно единое тело, рывком перешло на легкий бег, стремительно сближаясь с ощетинившимся пиками и мечами правым отрядом противника.

Разбойники во главе с Шимбергом не дрогнули. Передний ряд принял удар на себя. Заскрежетало железо, рвущееся о железо. Лязг ударивших в щиты копий на мгновение оглушил Лирда. Разбойники покачнулись назад, но тут же выровняли строй.

Ветераны орудовали громоздкими пиками также легко и изящно, как дворяне за столом орудуют посеребренными вилками и ножами. Наконечники копий так и норовили проскочить между щитами и ударить в незащищенное место. Молодой парень из числа разбойников слишком раскрылся, и тут же его шею пронзил стальное острие.

Оставленный без внимания левый отряд Шимберга перешел в атаку и с размаху врезался во фланг "львиным" щитоносцам. Край опасно прогнулся вовнутрь. Из-за спин разбойников полетели крючья, что цеплялись за верхние края щитов и тянулись назад, с целью обнажить стыки доспехов между грудной пластиной и шейным кольцом. Стрелы и болты устремились в образовавшиеся бреши.

На восточном склоне вдвое превосходящие противника в размерах романтики с большой дороги разбили королевские войска, как только те взобрались наверх. Оставшиеся в живых "львиноподобные" рассеялись по густому ельнику на склоне. Пятеро решили присоединиться к ветеранам, но были расстреляны из арбалетов в спины.

На восточном упорная борьба продолжалась. Древки копий не выдержали и сломались. В дело пошли мечи. Тут ветераны имели неоспоримое преимущество. Уже с десяток трупов молодых парней из неведомых деревушек лежало на земле с изрезанными доспехами. Шимберг приказал отходить. Правый отряд потеснился назад, в том время, как левый мелкими нападками отвлекал врага на себя.

Строй Шимберга быстро перегруппировывался. Вперед выдвинулся десяток Салдэма, разросшийся до четверти сотни бойцов. Почти все они были опытными мечниками. Из-за спин снова полетели стальные болты. Теперь их задачи состояла в том, чтобы как можно больше увеличить массу щита, поэтому дротов не жалело. Через минуту щиты переднего ряда "львиноподобных" напоминали спины озверевших ежей.

Бой закипел с новой силой. Крючники старались разорвать сплоченный строй ветеранов. Те в свою очередь пытались пробить брешь в стене щитов десятка Салдэма. Стрелы летали туда-сюда над полем битвы.

Шимберг наравне с остальными бился в первом ряду. Его клинок уже обагрился кровью трех вражеских мечников. Тройная кольчуга, подаренная гномами, послушно сдерживала удары, нет-нет, да и перепадавшие атаману.

Ветераны отошли назад, оставив на землю шестнадцать неподвижных тел, со стороны разбойников таких тел оказалось вдвое больше.

Лирд приказал перестроиться в клин, и сам встал на острие атаки. Шимберг, не дожидаясь, когда враг, перегруппируется, повел свой истерзанный отряд в бой.

Схватка, длившаяся уже полчаса, начала утомлять и тех и других. Численное преимущество разбойников постепенно таяло. Два отряда кружились вокруг корпуса ветеранов, как дворняги у лап матерого волка.

Лирд, уверовавший в свою неуязвимость и вполне возможную победу, в очередной раз повел войска в атаку. На этот раз отряд Шимберга не выдержал и сломался. Ветерану прошли его насквозь, рубя направо и налево, не помог даже снова ударивший в правый фланг второй отряд. И не миновать бы Шимбергу разгрома, если бы в этот самый момент не подоспела подмога.

Сотня, возглавляемая Алако, перебралась с восточного склона, обрастя по дороге разрозненными арбалетчиками и лучниками, что сразу не смогли подняться на вершину, и ударила ветеранам с тыла. Строй солдат рассыпался, как карточный домик. Битва развалилась на отдельные схватки.

Шимберг принял на щит удар полутароручного меча, движением плеча отбросил его в сторону и, продолжая движение, проткнул противнику горло. Далеко не у всех дела обстояли так радужно. Молодежь дралась отчаянно, но совершенно безграмотно. Четверо пали под клинками ветеранов. Салдэм рычал сквозь плотно сжатые зубы, видя, как земля принимает их тела.

Шимберг сразил еще одного противника, чей-то удар удержала кольчуга, еще один получил нижним краем щита прямо в горло. Дэ Сои присел, уходя от прямого попадания в голову, в широком выпаде пронзил поножи и левое бедро тут же завалившегося на бок врага, резко поднялся, принимая еще один удар на щит, и оказался лицом к лицу с Лирдом.

Все вокруг как будто замерло и просто перестало существовать. Мир сузил свои рамки до одного человека. Что перед ним Лирд, человек, что ненавидит его всем существом, Шимберг понял сразу, не смотря на то, что на его доспехах гномьей ковки отсутствовали всякие знаки отличия. Пиир также явно понял кто перед ним.

Клинки с лязгом скрестились и разлетелись в стороны. Противники закружили вокруг друг друга, не обращая внимания на остальных. Лирд обрушил свой двурушник сверху со всего маху. Шимберг в последний момент подставил щит. Удар вышел глухим и сильным. У дэ Сои на мгновение левая рука онемела.

Лирд, пытаясь развить внезапно возникшее преимущество, ударил наискось сверху справа. Атаман предпочел на этот раз увернуться. Зато его клинок, умело направляемый рукой, проскользнул под нижним краем щита и легонько клюнул пиира в бок. Тот отскочил назад. На доспехах не осталось и царапины, гномы ковали на совесть.

Пиир грязно выругался и снова перешел в атаку. Меч Лирда словно ожил. Он выписывал такие фигуры, что Шимбергу едва удавалось отбиваться. Трижды приходилось подставлять щит под прямые удары сверху. Левое плечо превратилось в один сплошной синяк. После четвертого попадания щит треснул.

Шимберг бросил бесполезный теперь атрибут защиты противнику в лицо. Пиир увернулся, но потерял время. Дэ Сои успел ухватить поудобнее меч, и сам бросил в атаку. Клинок пел в его руках, пронзая воздух, скрежетал от ярости, сшибаясь с мечом или щитом врага, и требовал крови.

Лирд явно подучился фехтованию с их последней встречи. А имея явное преимущество в силе и росте, пиир, играючи, крутил своим тяжеленным двурушником. Несколько раз более легкий клинок Шимберга все же прорывался сквозь оборону пиира, но доспехи из гномьей стали выдерживали удары. Шимбергу и саму досталось пару раз, на левом плече первый слой кольчуги разошелся, но другие два сдержали лезвие меча.

Клинки снова с лязгом сшиблись, высекая искры, и разлетелись в стороны. Однако Шимберг, принимавший удар по касательной, сумел поднырнуть под щитом Лирда и со всего маху ударил того на противоходе в бок. Клинок жалобно зазвенел, отскочив от стальной пластины, не сумев даже поцарапать её.

Шимберг едва успел отойти в оборону после этой безуспешной атаки. Лирд, уверовавший в свою полную неуязвимость, захохотал и швырнул щит Шимбергу в лицо. Дэ Сои, уяснивший, что броня противника также крепка, как зачарованная шкура горного тролля, от отчаяния закусил нижнюю губу.

Лирд отбросил всякую мысль об обороне и наступал, широко размахивая мечом, норовя приложить противника со всего маху. Шимберг крутился, как мог. Его клинок порхал, как бабочка. Но даже самые сильные могут уставать. Липкий пот ручейками струился со лба по щекам, пытаясь разъесть глаза. Руки начали дрожать и наливаться свинцом. Лирд же, казалось, наоборот черпает силы в слабости врага.

Уже с трудом ворочая клинок, Шимберг поднял его в оборонительную позицию. Во рту пересохло, глаза щипало от скопившейся соли, из носа тонкой струйкой текла кровь. Лирд заревел, вызывая из самых закоулков души ярость и первобытную злость. Его меч прошел по косой дуге, разрывая воздух в клочья, и силой врезался в клинок Шимберга. У дэ Сои чуть не вывернуло суставы рук, но удержать оружие он все же не смог. Клинок, переломленный пополам, улетел куда-то в сторону.

Потрясенный и опустошенный Шимберг упал на правое колено, тяжело и хрипло дыша. Вот оно как сложилось. Враг оказался сильнее его. И что же теперь? Смерть? Не-е-ет... Все не может настолько плохо, ведь тогда его парням придет конец. Все те, кто доверял ему и верил в него, погибнут, лягут кормом для червей на этой вершине. Ну, уж нет! Вот только, как победить, когда твой враг неуязвим? Стоп...

Шимберг даже заскрипел зубами, ругая в сердцах себя самым грязными словами. Как же он сразу не догадался. Спасибо, Лирд остановился, чтобы поглумится над поверженным противником. Вот оно спасение, заткнуто за стальной пояс. Кинжал эльфов.

Шимберг резко выхватил его из красивых ножен и, не раздумывая больше не секунды, бросился на врага. Лирд отшатнулся назад, но было поздно. Узкое лезвие, вспыхнувшее на мгновение серебряной искрой, с легкостью пронзило нагрудную пластину и оборвало размеренный ритм ударов сердца. Пиир выпустил из рук меч и тяжело рухнул на землю. Шимберг опустился на колени рядом с ним. Усталость свинцовой тяжестью навалилась на его тело.

Собственное сердце билось где-то в горле, мешая дышать, и отдавалось гулким стуком сотен наковален в висках. Шимберг отер пот с лица, вяло отметив, что руки практически его не слушаются.

Враг был повержен - ничего более важного в данный момент уже просто не существовало. Теперь будь, что будет. Дэ Сои приподнял голову и всмотрелся в окружающую его картину. Шум боя гигантской волной затопил его слух. Лязг оружия, брань сражающихся и стоны раненых рвали тонкую ткань воздуха. Вокруг Шимберга возник эдакий круг из обороняющихся парней во главе с Салдэмом. Ветераны бросались на живую цепь, пытаясь отбить хотя бы тело своего командира.

- Бросайте оружие! - раздался до боли знакомый голос.

Шимберг постарался разглядеть говорившего, но не смог. Слух же отказывался опознать неизвестного. А может знакомого?

- Сдавайтесь, и мы пощадим вашу жизнь! - поддержал предложение, как оказалось позже Эрстуана, Салдэм. - Ваша смерть нам ничего не даст, но многое отнимет у вас.

Ветераны нерешительно отступили, не выпуская оружие из рук, и теперь настороженно переглядывались. Оказалось, что Эрстуан, воспользовавшись возникшей в рядах солдат сумятицей, вывел часть арбалетчиков и всех своих лучников из общей схватки и, обойдя место главного побоища по флангу, зашел основной массе ветеранов в тыл. И теперь, угрожая просто-напросто расстрелять их в упор, требовал немедленной сдачи оружия.

Возможно, если бы Лирд остался жив, если бы ветераны знали, что из организованной бандитами ловушки выбралось около семи десятков кавалеристов, лишившихся, правда, своих лошадей, если бы они также знали о приближающемся с запада отряде пехоты Ульримо, солдаты поступили бы иначе и бились бы до конца. Но они ничего этого не знали, а командир был мертв. Клинки, булавы, копья и щиты полетели на землю.

Под вооруженным конвоем в семь десятков вооруженных до зубов романтиков с большой дороги разбитые остатки пиинорда Лирда были отправлены обратно на юго-запад по Королевскому тракту.

Атамана бережно подняли на руки и так несли до основного лагеря. Там его переложили на наспех собранные носилки. Лагерь спешно сворачивался. Основной враг был разбит, но оставалась угроза с запада, откуда надвигались две сотни стальных панцирников Ульримо. Несколько особо горячих парней, распаленных схваткой, в открытую возмущались и предлагали остаться и принять новый бой. Но большинство прекрасно понимало, что они только что совершили чудо и второй раз это просто не возможно. Усталость давила на плечи, пригибая к земле, заплетая ноги и сковывая суставы рук.

Шимберг, впавший в забытье, так и не очнулся до самого вечера, когда отряд уже был далеко от места величайшего триумфа большинства из уцелевших разбойников. Солнце, опускаясь за видневшуюся у самого горизонта впадину Монаха, ласковыми лучами освещала караван людей медленно сворачивающий к лесу.

* * *

- Ну и страна, - недобро усмехнулась Ксира. - То из-под носа уводят целую деревню, не оставляя никаких следов, то ни с того ни с сего встречаешь на дороге остатки побоища.

- Молчи уж, - пробурчал Арр, настроение у него было ни к демону, еще бы - задание было провалено.

После странного сна и не менее странного исчезновения селян Арр замотал свой отряд в тщетных поисках пропавших пленных. Следы были обнаружены практически сразу, но после дня пути они резко обрывались, словно люди растворились в воздухе. Порыскав в округе, но ничего не найдя, Арр плюнул на все и, сославшись на явное присутствие магии, направил отряд домой. Участь Ксиры, как пленницы, он решать не мог. Может Ульримо оставит её, как воина, а может прикажет просто казнить. Кто знает?

Корпус пехоты вошел во впадину Монаха с южной стороны. То, что они обнаружили там, заставило насторожиться и обойти это место по глухому лесу с востока. Вмешиваться и выяснять что-то Арр не желал. Главное было добраться до лагеря. А уж там, как Железная Рука прикажет.

* * *

- Осторожней, осторожней! - прикрикнул Эрстуан на четырех парней, бережно укладывающих атамана на мягкую солому, разложенную на плохо струганных досках повозки.

Шимберг слабо улыбнулся и поблагодарил за заботу, проворчав при этом, что нянек у него прибавилось. Однако когда его опустили на пол повозки, он невольно дернулся. Всё его тело представляло собой один сплошной синяк. Левое плечо выглядело страшнее всего, и Эрстуан переживал, как рука у атамана не отнялась. Но случайно забредший к ним и оставшийся навсегда в отряде разбойников медикус Вайрох успокаивал его, говоря, что всё нормально и силы дэ Сои вернуться к нему недели через две отдыха.

Три полных дня прошло со времени Победы. Молодые парни, впервые участвовавшие в бою, с гордо поднятыми головами ходили по лагерю. Десятники из числа самых опытных и знающих жизнь лишь скрипели зубами, подсчитывая потери. Шесть десятков тел осталось лежать на склонах впадины, разбойники не имели возможность даже забрать их с собой. Но позавчера Масттэрро отрядил полсотни, чтобы они предали последнему костру погибших товарищей. Они должны были встретиться с основными силами на северо-восточной окраине Заброшенного леса. Шимберг все-таки уходил.

Несколько часов Эрстуан, Салдэм и Олорс пытались уговорить его остаться, но атаман был непреклонен. Масттэрро угрюмо молчал все это время. Когда стало ясно, что дэ Сои не переубедить Салдэм заявил, что отправится за своим командиром хоть в пекло ада. Эрстуан присоединился к нему. Олорс попросил дать ему время на раздумья, ведь он не был воином и не мог вот так легко бросаться словами, способными перевернуть жизнь. Шимберг поблагодарил каждого за искренность и попросил еще раз обдумать свое решение. Он никого не принуждал идти за ним. Они могли остаться и выбрать себе нового атамана.

К вечеру того же дня по лагерю прокатился слух, что атаман уходит от них, но все желающие могут пойти за ним. Вышедший после очередного совещания Салдэм замер, как громом пораженный. Три четверти лагеря выстроилась в четыре шеренги перед палаткой атамана. Лица пришедших были наполнены уверенностью и решимостью идти до конца. Каждый из них принес клятву верности своему командиру и обещал следовать за ним хоть на край света. Мастер-мечник чуть было даже не прослезился на радостях.

К утру оказалось, что идти с атаманом изъявило желание сто сорок четыре человека, остальные, у большинства которых были семьи пожалели отправиться по домам. Уже к обеду весь лагерь спешно паковался.

- Значит, ты не идешь с нами? - Шимберг грустно улыбнулся. - Жаль.

- Ты знаешь обо всем, Хадтеро, - наполнил ему Масттэрро. - Мне нужно быть дома. Это мой долг.

- Не спорю, - согласился дэ Сои. - Я не люблю прощаться, особенно с такими друзьями, как ты. Проща... А впрочем, до встречи, мой друг. Ведь мы когда-нибудь встретимся?

- Конечно, - Масттэрро беспечно пожал плечами. - Пути всех людей, так или иначе, пересекаются. До встречи, Хадтеро. Счастливого пути...

Масттэрро, поразивший всех своим нежеланием идти на север, остался на дороге. Обоз тронулся и медленно потянулся по пыльной полосе тракта. Друзья разделялись, возможно, навсегда. Масттэрро тяжело вздохнул, забросил походный мешок за спину и, смахнув внезапно выступившую на левом глазу слезинку, зашагал на юго-восток. Путь был не близкий.

11.09.1999г-27.05.2002г


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"