Жданова Марина Сергеевна: другие произведения.

12 монстров, которые не дают тебе умереть

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья


Жданова Марина Сергеевна

12 монстров, которые не дают тебе умереть



Я висел в полной темноте, не знал, где верх, а где низ, все чувства как будто умерли. Не было звуков, света, запахов, даже кожа ничего не чувствовала, как будто ее обложили ватой.
Почему я здесь?
- Потому что ты готовишься перейти на иной уровень, - сказал кто-то.
- Ты кто? - мой голос как будто обрывался сразу у губ, не улетая с выдохом, а растворяясь, словно в кислоте.
- На этот вопрос я отвечу, но не сейчас.
- Где ты? - я задавал вопрос за вопросом, но не видел собеседника.
- Я везде. - Голос сделал паузу. - И нигде.
- А я где?
- А ты в Переходе.
Вопросов было много, нужно только выбрать, с какого начать и я замолчал.
- Не думай об этом. Тебе предстоит сложный путь, и от того, как ты его пройдешь, зависит твоя дальнейшая судьба.
- Это испытание?
- Можно сказать и так.
- А что нужно делать?
- Ты сам все увидишь. Не задавай лишних вопросов.
- А ты будешь мне помогать?
- Я буду рядом, но это - твое испытание, ты все должен сделать сам.
- Откуда ты все знаешь? Ты уже проходил его?
- Да, только это было очень давно.
Голос замолчал. Мне было странно говорить, никого не видя перед собой, и ни к кому, в сущности, не обращаясь.
- Можно я буду тебя как-нибудь называть?
- У меня много имен. Выбирай любое.
- Я ни одного из них не знаю.
- Тогда зови меня Ка.
Неожиданно меня сильно ударило по ногам. Вздрогнув, я посмотрел вниз. Внизу, если это был низ, по-прежнему ничего не было.
- Что это?
Голос не откликался.
- Ка, ты где? Ка!
Стало светлеть, заметно похолодало, ощущения постепенно начали возвращаться, и навалилась такая тяжесть, что я с трудом держался на ногах. Воздух, казалось, стал густым и вязким, втягивать его в себя удавалось с большим трудом.
- Ка! Что происходит?
Ответа не было.
Я стоял на дорожке посреди странного леса. Деревья были зелеными, но травы под ними не было, только отвратительно пахнущее желе, в котором по щиколотку увязли ноги. Налетел порыв ветра и донес запах свежеиспеченного хлеба. Я пошел на запах - просто не знал, куда еще можно было направиться. Над головой - хмурое, но вполне обычное небо, тем не менее, птиц тоже не было. Тишину нарушали лишь сами деревья, мерно поскрипывающие на ветру.
Идти по болоту было страшно - каждый шаг мог оказаться последним и я мог утонуть в странной жиже. Видимость была плохой, я не мог рассмотреть ничего, что находилось дальше десяти шагов, поэтому с облегчением вздохнул, когда впереди показалась ровная площадка с твердой, на первый взгляд, почвой.
- Здесь начало твоего пути. - Снова заговорил Ка.
- Куда идти дальше?
- Куда захочешь. Куда поведут ноги, голова и сердце.
За пару секунд, которые потребовались Ка, чтобы сказать последнее предложение, местность вокруг разительно переменилась. Туман растворился, небо стало ярко-синим, хотя солнца я так и не нашел - казалось, свет исходил отовсюду. Вокруг меня выросли каменные стены, высотой в два человеческих роста.
- Что это?
- Это лабиринт.
- Мне нужно будет найти выход?
- Именно.
- А он большой?
- Лабиринт? Это зависит от тебя. Если не будешь спать, покажется игрушечным, но не советую долго по нему ходить.
- Почему?
- Сам увидишь.
- Ну и задание. Или это только первое испытание?
- Нет, это единственное.
- Тогда мне повезло. Уж как-нибудь не потеряюсь.
- Не спеши с выводами.
Ка замолчал, а я не знал, почему он так сказал. Может, в лабиринте меня ждет минотавр? Или другое чудовище, с которым предстоит сражаться?
- Двенадцать.
- Что? - я уже забыл, что Ка умеет читать мысли.
- Двенадцать чудовищ.
Я опешил. Сердце подсказывало, что здесь что-то не так, но я и представить себе не мог такую ситуацию.
- И со всеми мне придется бороться?
- Не со всеми, но отпустит тебя только один.
- Значит монстров одиннадцать.
- Чудовищ двенадцать, но бороться тебе придется только с первыми одиннадцатью. Или десятью. Или двумя.
- А последнее?
- Последнее сильнее их всех. Тебе его не одолеть, поэтому и не придется его убивать. Да и остальных тоже.
- Что тогда мне нужно с ними сделать?
- Победить. Победа - не обязательно убийство. Но и победить ты сможешь не всех. Все поймешь, когда встретишь первого из них.
- А у меня будет оружие?
- Будет. Самое сильное и мощное, какое только есть, и какое только могут изобрести.
- И где же оно?
- Оно уже при тебе.
Я посмотрел под ноги, в надежде увидеть огромный блестящий бластер. Я уже понял, что удивляться здесь ничему не следует - все появляется и исчезает само собой. Однако на земле ничего не было.
- Ты опять не слушаешь. Я же сказал, что оно уже при тебе. Неужели не догадался?
Я задумался.
- Это ты сам.
- То есть мне придется идти в лабиринт, полный чудовищ, с голыми руками?
- У тебя есть ум и сердце. Это - самое мощные оружия, если, конечно, они действуют сообща.
- Все ясно. Так вот почему тебя не видно. Ты не справился.
- Я - отдельный разговор. Сейчас речь только о тебе.
- Ка, ты же уже был там, поможешь мне?
- На этот вопрос я уже отвечал.
- Значит, нет. А мне вообще, обязательно туда идти?
- Это единственный путь. Если идти, то только туда.
Поняв, что Ка ничем не поможет, я вздохнул и оглянулся. В лабиринт было три входа, все одинаковые, каменные. Я заглянул в тот, что был ближе и ничего не увидел.
- И не увидишь, пока не войдешь.
Я вздрогнул.
- А монстры, они далеко?
- Может быть, и нет, но ты должен быть готов к встрече с ними.
Ка снова замолчал.
- Тебе сверху будет видно все, предупреди меня, если за поворотом увидишь чудище.
- С чего ты взял, что я наверху?
- Ты же сам сказал, что ты везде. - Я уже понял правила его игры и начал ставить противника в тупик. Оказалось, что я напрасно так подумал.
- Я везде и нигде. Справляйся сам.
- Но ты же сказал, что поможешь!
- Я буду рядом.
Я снова заглянул в один из входов в лабиринт. Что ж, если идти, то только туда. И шагнул вперед.


Лабиринт зашевелился. Каменные стены сменились стенами из кустарника, но они все равно были выше меня, и посмотреть поверх стены было невозможно, а раздвинуть ветви не хватало сил - слишком плотно они переплетены. Пришлось смириться с тем, чтобы идти прямо по дороге, которую мне предоставили. И я пошел
Для начала, решил держаться левой стороны, идти так, чтобы левая рука все время касалась стены. Через некоторое время понял несостоятельность такого подхода. В пыли дорожек я увидел собственные же следы. Пройдя по кругу второй раз, стало ясно, что лабиринт не сплошной, его нельзя пройти насквозь этим простым, хоть и самым долгим путем. Когда идешь, касаясь стены одной рукой, у тебя нет шанса заблудиться, если, конечно, это не тот лабиринт, где очутился я. Мой состоял из нескольких участков, переплетающихся между собой, но все же отдельных. Так можно было часами кружить вокруг одного и того же места.
Отчаявшись обмануть лабиринт, я пошел, наугад сворачивая в переходы. Ориентиров не было. Солнце не светило, тени я не отбрасывал - свет шел отвесной стеной с неба, если, конечно, это было небо, а не искусно нарисованный потолок. Не было никаких приспособлений, только внутреннее чутье, которое подсказывало, что я все время сворачиваю не в ту сторону.
- Ка, я правильно иду?
Глупо было даже спрашивать, он не ответит.
Сколько прошло времени? Я уже устал, но еще не встретил ни одного чудовища.
- А если я никого не найду, то смогу выйти отсюда?
Снова нет ответа, но я не нуждался в нем. То ли голова стала лучше работать, то ли уже научился угадывать ответы на собственные же вопросы, я знал, что пока не встречусь с этой дюжиной, никуда больше попасть не смогу.


Было страшно, создавалось впечатление, что происходит нечто нереальное, неестественное, то, что в обычной жизни происходить не может. Я шел через лабиринт, полный неизвестных монстров, без оружия, не зная ничего, что могло бы хоть как-то пролить свет на сложившуюся ситуацию. А за очередным поворотом увидел первое чудовище.
На полу, положив морду на лапы, лежала огромная кошка с длинными клыками. Увидев меня, она приподнялась. Ее мышцы напряглись, зеленые глаза мгновенно превратились в щелочки, уши прижались к голове, а хвост начал нервно подрагивать. Зверь готовился к прыжку. Я медленно отступил на шаг назад и попытался нащупать за спиной поворот, который только что прошел. Монстр оскалил зубы и начал медленно поднимать переднюю лапу. Я смотрел на него, не в силах отвести взгляд, колени подгибались, в голове проносилась только одно: я сейчас умру, и смерть моя будет страшной.
Руки безуспешно продолжали искать выход, я слегка повернулся, чтобы посмотреть назад - выхода не было. Кустарниковые заросли сомкнули ряды, и пути к отступлению были отрезаны. Лабиринт снова превращался в камень, и впереди я видел только одно - огромную саблезубую кошку, готовящуюся к нападению.
Шагнув влево, я понял, что от зверя не уйти. Тут глаза увидели нечто постороннее, чуждое этому миру, боковым зрением я рассмотрел надпись на стене. "СТРАХ". Это точно, подумал я. В жизни так не боялся. Монстр уже опускал вторую лапу, сделав два шага. Расстояние между нами оставалось совсем маленькое, когда я вспомнил слова Ка. Он говорил, что мне не придется убивать монстров, да и чем бы я мог убить? "Победа - не всегда убийство". Тогда что?
Надпись на стене стала ярче и начала пульсировать. Я отвлекся и монстр прыгнул. Автоматически пригнувшись, я кинулся вперед, чтобы проскользнуть под брюхом и оказаться за спиной первого чудища. Тогда у меня будет возможность убежать дальше по лабиринту. Хитрость не удалась. Каменные стены сомкнулись передо мной, а кошка с диким ревом, ударившись о стену, снова повернулась ко мне. Ее когти оцарапали мне руку, текла кровь, и я уже считал себя мертвецом.
Надпись на стене загорелась еще ярче, под ней проступили буквы, сложившись в слово "ДУМАЙ". Легко сказать. Наверное, это Ка. Мог бы и не писать на стенах загадки, а подсказать, как спастись, как победить эту тварь. Надписи мерцали, кошка шипела, готовясь ко второму прыжку, страх не давал мне сосредоточиться. И тут меня осенило. Страх! Нужно просто победить страх! Надпись на стене - имя этого монстра. Ничего себе кошечка! Но разве страх не абстракция? Монстр вполне настоящий, я чувствовал жжение в раненой руке, а кошка, учуяв запах крови, стала еще свирепее.
- Уходи, я тебя не боюсь, - сказал я. Голос заметно дрожал, однако я думал, что при этих словах саблезубый хищник медленно раствориться в воздухе, оставив после себя лишь клочок ржавой шерсти. Ничего подобного не произошло.
Кошка снова прыгнула.
К этому я был готов, но места для маневра осталось мало, и зверь, которого ничему не научила первая неудача, снова ударился головой о стену. Я вновь чудом остался жив. Задние лапы зверя больно полоснули меня по спине. Еще пара таких прыжков, и я просто истеку кровью. Кошка, казалось, ничуть не смутилась, тем, что ее голова тоже пострадала. Из ее ушей текла вязкая жижа красного цвета. Ха, подумал я, значит, ты тоже смертна.
Готовясь к очередному прыжку, кошка хлестала хвостом по бокам. Я устал и готов был сдаться на милость чудовищу, но тут заметил, что проход между мной и зверем стал чуточку уже. Значит, камень смыкается. Монстр тоже это заметил, подошел вплотную к стене, обнюхал ее и завизжал. Никогда не слышал, чтобы кошки издавали такие звуки, хотя и кошек таких никогда не видел. Факт оставался фактом - между хищником и жертвой вырастала стена, точнее, стены смыкались. Уже и я не смог бы протиснуться в узкую щель, а кошка визжала все громче и громче.
Я ее победил, победил Страх. Действительно мне больше не было страшно, и случилось это, когда кошка прыгнула во второй раз. Все ее шаги были одинаковы, она била в одно и то же место. Страх можно победить.
- Но он еще вернется. Вернется обязательно. На ином уровне, - снова заговорил Ка.
- Где ты был?
Голос молчал. Я пытался порвать рубашку, чтобы сделать бинт для раненой руки.
- Замри.
Я замер, не повинуясь приказу, просто от неожиданности. Подул ветерок, снова запахло свежим хлебом.
Рука больше не болела, более того, следы борьбы, оставшиеся на моем теле, теперь исчезли.
- Это ты сделал?
Ка молчал, но мне его ответ был ни к чему. Вокруг снова все изменилось. Каменные стены исчезли, вновь превратившись в зелень кустарников. Теперь я знал, что может ждать меня за поворотом.
Я шел дальше и дальше, сворачивая на непонятные тропинки, сходя с них, пересекая одну дорожку за другой. Усталости не было, есть тоже не хотелось, хотя внутренние часы показывали, что день движется к вечеру. Вообще я практически ничего не чувствовал, только запах хлеба.
- А почему пахнет хлебом?
Ка не ответил, наверное, скоро я встречу очередное чудище. Каким оно будет? Какие вообще бывают чудовища?


Это был огромный глаз. Он висел в воздухе прямо передо мной и, не мигая, смотрел прямо на меня. Собственно, мигать ему было нечем, век не было, было только огромное глазное яблоко, серая радужка и черный провал зрачка.
Я смотрел на глаз и недоумевал. Как с ним бороться? Что он вообще такое? Чтобы победить, надо знать о противнике хотя бы что-нибудь, я же пребывал в полном неведении. Глаз просто висел и смотрел на меня. Свернув в соседний поворот, я попытался обойти око, но стены вновь сомкнулись, закрыв меня и глаз в небольшом пространстве зеленого и серого.
Я тоже смотрел на глаз. Что дальше? Нападать он не собирается, мне это тоже ни к чему. Ну и что, что глаз! Я тут кошку ростом со слона встретил, так что глаз, размером с раскрытый зонт, меня не пугал. Я прислушался к себе. Ничего. Никаких эмоций, никаких надписей на стенах.
- Ну, чего смотришь?
Глаз не ответил. Нечем.
- Ты чего здесь висишь?
Я уже понял, что глаз ничего не скажет. Радужка его меняла цвета, оставаясь все таким же серым пятном на белом, но мне казалось, что вначале она была гораздо светлее.
Я осмелел и обошел его вокруг, глаз поворачивался следом за мной.
- Отвернись, не люблю, когда за мной наблюдают.
Глаз послушался. Это было открытием - он хоть и не говорил, но слышал и понимал. Может быть, это просто тело у него в виде глаза, а внутри есть и уши, и мозг? Сзади глаз был таким, как я и предполагал - гладким, блестящим, белым в красные прожилки. С боков по бляшке, наверное, места, где раньше крепились зрительные нервы. Вернувшись к зрачку, я посмотрел на него и сказал:
- И что мы будем делать?
Глаз начал подниматься вверх и завис над лабиринтом.
- Ты видишь дорогу?
Глаз качнулся.
- Ну, тогда показывай, куда мне идти.
Стало ясно, что глаз будет указывать путь, как клубок из сказки. Только огромный и противный.
Глаз медленно поплыл направо. Я посмотрел в ту сторону. Стены все еще не расступились, вокруг меня в высь вздымались грязно-коричневые отвесные плоскости. Я подошел ближе и увидел, что стены жидкие, точнее, состоят из какой-то противной субстанции. Преодолевая отвращение, я дотронулся до нее пальцем. Палец погрузился в эту пакость. Стена была мягкая и скользкая, кроме того, казалось, что она была теплая и слегка шевелилась. Глаз требовательно смотрел на меня сверху. И с чего я взял, что требовательно? Он просто висел и ждал. Ждал, когда я пройду сквозь эту гадость.
Палец измазался в чем-то сером, отдававшим плесенью и гнилью. Зажав нос чистой рукой, попытался просунуть сквозь стену всю руку. Ощущение было не из приятных, как горячий нож погружается в масло, так рука прошла через стену - с той стороны ничего нет - сопротивление исчезло. Я вытащил руку. Погрузиться туда с головой не хватало сил, слишком противно все это выглядело.
По стене ползали мелкие жучки и гусеницы, это я для себя решил, что гусеницы. По всем признакам, это были самые настоящие черви. Пахло резко, желудок уже начинал подниматься к горлу. Я понял, что если не переборю отвращение, останусь здесь и задохнусь в нечистотах. Зажмурившись, кое-как закрыв чистой рукой нос и рот, я шагнул вперед. Голова уже касалась противной жижи, но ноги просто не могли сделать еще один шаг к свободе.
Собрав все мужество, я вошел в эту стену, надеясь, что грязь, которая останется на одежде, исчезнет так же, как исчезла кровь после борьбы с кошкой.
Странное дело, воздух в груди уже заканчивался, а жижа все еще не кончалась. Когда я сунул в нее руку, стена показалась мне не более полуметра шириной, а сейчас, я шел уже секунд сорок, и ничего. Глаза открывать смысла не было, все равно ничего не увидел бы, но дышать чем-то было надо. Я судорожно вдохнул, пытаясь задержать рукой жижу, чтобы она не попала в легкие. В нос ударил самый сильный и самый отвратительный запах вселенной. Желудок дернулся, и я вышел наружу.
Кое-как вытерев лицо, я осмотрелся. Глаз все так же висел над головой, а впереди простирался лабиринт, кустарника больше не было - стены стали полностью стеклянными. Теперь можно видеть куда свернуть.
Я судорожно начал стаскивать с себя одежду.
- В этом нет необходимости, - сказал Ка.
- Где ты все время пропадаешь?
Он не ответил.
- А что это за глаз? - спросил я.
- Всему свое время.


Когда я открыл глаза, Ка приказал мне продолжить путь, и я снова пошел по лабиринту. Сквозь стеклянные стены не было видно ничего подозрительного.
- Что-то в обозримом будущем, я не вижу ни одного монстра.
- Двоих ты уже победил, - заметил Ка.
- Глаз тоже монстр?
Ка не ответил на вопрос чему, собственно, я не удивился.
- Второй монстр - Отвращение. Ты его преодолел. Только он вернулся, когда ты вышел из стены. Твоя одежда была в грязи.
- Да уж, приятного мало. Я думал, что монстр окажется огромным крокодилом, или динозавром.
- Это потому, что первым ты встретил Страх. Если бы ты увидел Отвращение, то встреча со Страхом была бы другой.
- Кстати, что это за грязь такая вонючая? Или это не грязь?
- Ты прав.
- А что?
- Лучше тебе не знать, иначе второй монстр будет преследовать тебя всю жизнь.
- Договорились. Именно по этому ты меня от нее избавил, от одежды?
Я шел совершенно голый, но чистый. Ка не ответил. Глаз изредка спускался на уровень груди, загораживая мне обзор. Тогда я говорил ему: "Отвернись, это неприлично", и он снова взмывал вверх.
Стекло было чистое и не слишком толстое, думаю, будь у меня что-нибудь, пусть даже ботинок, я бы смог его разбить и идти вперед, невзирая на стены. Но ничего не было, поэтому я шел, куда вел меня мой провожатый.


Дорожка незаметно сменилась плиткой. Сначала я не увидел ее - так густо она была засыпана песком и мелким мусором, но потом, сквозь слой пыли, стал проглядывать камень. Постепенно идти становилось легче. Вскоре я почти не смотрел под ноги, потому что уже не боялся наступить на что-нибудь - под ногами была гладкая плитка из темного камня, холодная, но вполне ровная. Глаз двигался вперед.


То, что открылось взгляду, ввергло меня в пучину такого отчаяния, что я даже хотел поворачивать назад.
Впереди между стеклянными стенами зияла пропасть. Не просто пропасть - огромный провал. Пол исчез, и вместо него не было ничего, на что можно было наступить. Казалось, будто стены просто висят в воздухе. Глаз снова завис, он отличался терпением и ждал меня уже второй раз, а мог спокойно двигаться дальше. Хотя, кто знает, может, он и был здесь только для того, чтобы сопровождать каждого, кто попадает в эти стены.
Я оглянулся. Позади, уже в который раз сомкнулись стены. Сквозь них было видно, что пропасть простирается во все стороны, она, казалось, нигде не заканчивается. Твердая почва была только там, где я сейчас находился, и в нескольких метрах впереди. Пути назад не было, да и вперед тоже. Я сел на плитку и стал ждать. Чего ждать? Пока появится Ка и спасет меня, или хотя бы подскажет, что делать дальше? Но Ка молчал.
Глаз висел на том же месте, пропасть тоже никуда не исчезла. Мне оставалось только прыгнуть вниз или перелететь, но первого я не хотел, а второго не умел.
Тогда мне в голову пришла отличная идея.
- Глаз, спустись, пожалуйста, ко мне.
Око послушно снизилось. Я попытался обхватить его руками, сесть на него, чтобы он перевез меня через провал, а если это получится, то можно будет ехать на нем. Так будет быстрее и безопаснее.
Но мои надежды не оправдались. Руки соскальзывали с гладкой поверхности, зацепиться было не за что, и я оставил всякие попытки забраться на него самостоятельно.
- Помоги мне, что ли, - попросил я.
Глаз опустился передо мной, и я лег на него сверху, обхватив ногами и руками, но когда он начал подниматься, я понял, что через пропасть мы не перелетим, точнее, он перелетит, я плавно соскользну вниз. Видимо, глаз это тоже понял и остановился. Я сполз обратно на землю.
- Что делать?
Глаз опустился на землю, и покатился по земле. Он больше не летел, он перекатывался, и я видел, как зрачок то исчезает, то появляется снова. Глаз катился прямо к пропасти.
- Ты куда?
Я понял бесполезность вопросов.
- Глаз! Стой, ты упадешь!
Я уже и забыл, что он может парить в воздухе, сейчас он просто катился. Я поднялся и побежал, в надежде, что успею схватить его раньше, чем он упадет в пропасть. То, что я увидел через секунду, заставило меня замереть прямо на бегу, я потерял равновесие и упал. Глаз катился по пропасти, как будто это была вовсе не пропасть, а стеклянный пол, сквозь который виден черный провал. Я подошел к самому краю, для верности опустился на колени и протянул руку. Рука прошла сквозь "стеклянный пол". Внизу ничего не было. Тут я понял, что глаз не катился, он просто летел, переворачиваясь в воздухе.
- Ничего ты не понял, - раздался голос.
- Ка, что делать?
- Ты же видел.
- Но я не смогу, я не умею летать.
- "Не смогу". Тебе и не придется. Просто сделай это.
- Тебе легко говорить.
- Мне всегда легко. Посмотри на глаз. Он не летит, он катится.
- Но я же вижу...
- Ничего ты не видишь.
Глаз докатился до поворота и возвращался обратно ко мне.
- Как ты это сделал? - спросил я у него.
Око молчало, Ка тоже больше ничего не говорил.
Я отошел подальше от пропасти и сел. Стены сомкнулись, значит, это очередной монстр. Тогда я ничего не понимаю. Глаз подлетел ко мне и замер. Нужно было подумать.
Если око катилось, хотя могло перелететь через пропасть, значит, показывало мне, что это возможно. Если это возможно, то возможно все. Есть ли вообще что-нибудь невозможное? Я справился со Страхом, победил Отвращение, что теперь? Ужас? Нет. Саму невозможность? Да, наверное. Но можно ли ее победить? Если бы было можно, ее бы вообще не было. Что за слово такое, невозможность?
Я уже начал засыпать, но услышал за спиной странные шорохи.
- Если не догадаешься - погибнешь. - Сказал Ка. - Я решил немного тебе помочь, иначе ты так и будешь тут сидеть и спать.
Ка оказал мне по истине неоценимую услугу - стена за моей спиной начала приближаться. Подсчитав расстояние, я понял, что если через пять минут ничего не придумаю, стена просто столкнет меня вниз.
- Что ты делаешь?! - закричал я. Хотя, чтобы Ка услышал, кричать было вовсе не обязательно. Просто я испугался, сильно испугался.
Глаз беспокойно зашевелился и поднялся в воздух.
- Тебе-то хорошо, ты летать можешь, а мне что прикажешь делать?
Осмотрев стены, я понял, что перебраться через них не удастся - по стеклу может проползти только муха. Вздохнув, хотя вздох больше походил на судорожный всхлип, я подошел к провалу.
- Ладно, если ты смог...
За спиной отчетливо слышался шорох приближающейся стены.
Закрыв глаза и сосредоточившись, изо всех сил стараясь не думать о том, что у меня под ногами, я шагнул вперед. И ничего не произошло. Тогда я сделал еще один шаг. И снова никуда не упал. Все также, не открывая глаз, думая только о витавшем в воздухе запахе хлеба, я медленно двигался вперед. И тут меня что-то ударило по носу. От неожиданности я открыл глаза и увидел, что стою посреди ничего, упираясь носом в стеклянную стену. Пора было делать поворот направо. Осторожно опустив глаза вниз, я увидел, что подо мной все так же ничего нет.
Превозмогая страх, я слегка подпрыгнул. Под ногами пружинило, но в целом, поверхность была устойчивой. Если не смотреть под ноги, можно думать, что идешь по глине. Ноги слегка утопали в чем-то невидимом, но я никуда не падал.
- И что это было?
Ка должен был ответить, но вместо него донесся скрипучий голос глаза.
- Глупый, ты до сих пор не догадался?
- Ты умеешь говорить? - спросил я.
- Конечно, только не всякий меня слышит.
- Почему я раньше тебя не слышал?
- Потому и не слышал. Ты, правда, не понял, что это было?
- Нет.
- С кем я связался! Это Вера! Всего лишь Вера.
- Вера?
- Только она может то, чего не могут другие. Некоторые думают, что это самовнушение, но это Вера. Она либо есть, либо ее нет. У тебя она есть.
- А если бы не было?
- Тогда, ты никогда бы не узнал, что я умею говорить. - Глаз смотрел мне прямо в лицо.
- Ясно. Куда дальше?
- Как и прежде. Туда, куда я поведу.
- Ты вообще как тут очутился?
- Я здесь живу.
- А, ну, тогда ясно.
Здесь никто не отвечал на мои вопросы. Говорили что-то многозначительное, и умолкали, оставляя вопрос практически без ответа.


Мы шли по лабиринту, плутая между стеклянными стенами. Плитка под ногами снова сменилась песком, затем начали попадаться и камни.
- Ка, а можно мне хотя бы обувь?
- Нет.
Глаз вздрогнул.
- Я всегда пугаюсь, когда слышу его, - проскрипел он.
- Почему? - не замечал, чтобы раньше глаз так реагировал на Ка. А может быть, просто не смотрел.
- Потому, что он знает, что делает.
- А ты?
- А я - нет.
Я понял, что ничего более информативного не услышу.
Вскоре стеклянные стены начали темнеть, как будто на них слой за слоем наносили тонировку и через некоторое время мы шли между абсолютно черными стеклами. Я уже знал, что могут означать эти изменения.
Глаз поднялся еще выше.
- Вижу его.
- Кто это? - я уже понял, что шутки, типа Веры и Отвращения закончились. Пора было бороться с серьезным противником.
- Он большой.
Ничего больше глаз сказать не успел. На стене, как и в первый раз, высветилась надпись "ЗЛОСТЬ". Мне нужно будет победить Злость. Интересно. Если Отвращение и Страх все же были во мне, то сейчас Злости я не чувствовал, значит, мне предстояло бороться с чужой Злостью.
На дорогу в один прыжок выскочил волк. Это был обычный волк, немного похожий на собаку, серый, худой и лохматый. Однако я успел заметить, что одного глаза у него не хватало. Все правильно. Тот, кто злиться, видит все только с одной стороны, как бы одним глазом. Тем не менее, волк был настоящим.
Рука непроизвольно потянулась, чтобы закрыть горло, но волк, не раздумывая, в три прыжка подскочил ко мне. На сей раз, ловкость меня не спасла, волк вцепился зубами мне в ногу. Я закричал. Зверь, почуяв мой страх, отпустил ногу и отошел на шаг назад. Видно, моя нога не слишком его заинтересовала. Заглянув в его единственный глаз, я понял, куда он смотрит. Ему было нужно мое сердце.
- А ты сообразительный. - Глаз парил где-то в вышине - ему волк был не страшен. А может, он просто уже столько раз с ним сталкивался в переходах лабиринта, что не считал его чем-то особенным?
Я не обратил внимания на слова летающего ока, только пытался подняться. Нога не слушалась, кажется, волк повредил сухожилия.
Как бороться с чьей-то злостью? Я не знал.
- Эй, ты, послушай! - крикнул я зверю.
Волк остановился, но он все еще был готов накинуться на меня в любой момент. А я не знал, как продолжить.
- Ты же красивый, да? Хороший волк, большой и хищный.
Зверь, казалось, прислушивался. Он меня понимает или просто реагирует на интонацию? Проверять это не хотелось.
- Длинный хвост, уши торчком, наверное, тебя все боятся, да?
Волк не ответил. А если бы ответил?
- Хороший. Ты уйди, и мы разойдемся каждый в свое логово, да?
Хищник попятился и начал отступать. Нужно как-то добить его, но все аргументы вмиг исчезли.
- Каждый в своей берлоге. Заключим мир, хотя бы перемирие, - добавил я, глядя, как волк отступает. - Правильно, а теперь исчезни, и не появляйся!
Зверь не исчез, он повернулся ко мне спиной и побежал. Злость оказалась слишком труслива. Хотя, чего она испугалась, я так и не понял.
- Вот и четвертому конец пришел. - Глаз спустился вниз.
- Слушай, когда ты молчал, казался намного умнее.
- Не волнуйся. Когда надо, я помолчу. А если будешь меня обижать, я вообще больше ничего не скажу. Хоть бы поблагодарил, что я предупредил тебя о волке.
- Спасибо, конечно, но если бы ты сделал это чуть раньше, возможно сейчас я бы шел прямо и не хромал.
Мы двинулись дальше. Стены снова стали каменными, я постепенно привыкал к изменчивости этого мира. Небо стало краснеть, наверное, и здесь существовали закаты. Ка не появлялся, может, его тоже утомлял этот неизвестно откуда взявшийся глаз?
Становилось прохладно, но прохлада была приятной, несмотря на то, что я был без одежды, никакого дискомфорта не ощущалось. Откуда-то издали надвигался туман. Глаз взмыл в небо, и я на миг потерял его из вида.
- Далеко не уходи! - крикнул он и полетел вперед.
Я шел и боялся, что в тумане потеряю око. Не то, чтобы я привязался к нему, но вдвоем было как-то веселее.
Видимость постепенно становилась все хуже, скоро я был вынужден идти почти на ощупь, а когда перестал различать даже собственную руку, вытянутую перед собой, остановился. Двигаться дальше не хотелось. Вообще ничего больше не хотелось, даже разговаривать. Я опустился на колени, прислонился спиной к стене и задремал.


Когда проснулся, вокруг был все тот же туман. Я хотел позвать око, но не мог - мой язык, казалось, прилип к гортани и больше никогда не пошевелится. К сердцу медленно прокрался страх.
- Глаз, ты где?! - от страха мне все же удалось произнести эти три слова, но так тихо, что я и сам еле-еле их услышал.
Набрав в грудь побольше тумана, я хотел позвать око, но не смог произнести ни слова. Страх заполнил все мое естество, и я практически закричал:
- Глаз, отзовись!
Ответа не было. Я еще некоторое время звал его, но было понятно, что мне придется отправиться на поиски. С трудом поднявшись, я пошел, медленно переставляя ноги. Я бы мог позвать глаз, но язык снова не хотел шевелиться. На меня напало какое-то оцепенение, апатия, лень. Туман поглотил все мысли, все чувства и желания. Хотелось только одного - лечь прямо здесь и уснуть; или лежать, ничего не делая, ни о чем не думая, глядя в бесконечную муть серого монстра. Лень.
Я пошел чуть быстрее. Оцепенение начало отступать, тогда я вновь ускорил шаг, в надежде, что дойду до конца тумана быстрее, чем Лень одолеет меня окончательно. Глаза нигде не было, и я сосредоточил все мысли только на том, как найти моего странного попутчика.
Еле переставляя ноги, я все же двигался, кровь постепенно стала пульсировать быстрее, прохлада отступала. Теперь я понял, как победить. Собрав все силы, я оттолкнулся здоровой ногой и побежал. Странное дело, туман, который врывался мне в легкие при каждом вдохе, как мутное желе, вырывался обратно чистой и прозрачной струей, а ноги постепенно набирая силу, отталкивались от земли все увереннее, даже раненная нога почти не болела.
Я бежал уже в полную силу, размахивая руками, заставляя кровь двигаться по сосудам и венам. Теперь я уже мог кричать, чем я, собственно говоря, и пользовался.
- Глаз! Ты где-е-е-е?!
Какое же это удовольствие - бежать, орать и размахивать руками, зная, что в этот момент тебя никто не видит, и никто никогда не напомнит тебе об этой слабости.
- Глаз! Э-э-э-эй!
И тут я со всего маху врезался в стену. Туман не исчез, он просто закончился, как заканчивается дом, когда доходишь до угла. Позади меня стояла стена серой мути, а перед носом, из которого тотчас хлынула кровь, - каменная громада лабиринта.
- Мог бы помнить, где находишься, - отругал я себя, - это тебе не по полю бежать. Хорошо еще, что голову не разбил.
Я зажал нос, присел и откинул голову назад. Кровотечение скоро остановилось, но руки были перепачканы красным. Вытереться было нечем, вокруг снова были только каменные стены проклятой ловушки, да пыль под ногами. А глаз так и не появился.
Теперь, когда стены потеряли прозрачность, было понятно, что даже если око не заблудилось в тумане, ему придется подняться на приличную высоту, чтобы обнаружить меня. Может быть, тогда я смогу первым его заметить и закричать?
Нос саднило, нога, покалеченная волком, почти не болела, но на коже я видел следы клыков. Хорошо, что кровь уже остановилась. Может, Ка снова поможет мне привести себя в порядок? Пальцы слипались, кровь, которую исторгнул из себя нос, уже засыхала, но я ничем не мог себя вытереть.
- Ка, ты здесь?
Как всегда, он появляется только тогда, когда сочтет нужным. Смотрит сейчас не мои мучения, и посмеивается.
- Ну и ладно! Без тебя обойдусь!
Я посмотрел на руки, они были грязными, к крови уже успела прилипнуть пыль и грязь. Я отправился дальше по лабиринту. А что мне еще оставалось?
Желудок начал напоминать о себе, казалось, я не ел целую вечность, а вокруг, как назло, пахло свежим, теплым, мягким хлебом. Я приказал себе не думать об этом и сосредоточился на том, что считал шаги до очередного поворота. Скучное это занятие, но через десять минут я уже никак не мог избавиться от цифр, прыгающих в моей голове. Пытался думать о чем-нибудь другом, но мозг упрямо продолжал считать. Тогда я тихонько запел. А за пением не увидел того, что могло бы спасти мне жизнь.
Я почувствовал жжение в правой ноге, опустил голову, но ничего не увидел. Наклонился, но вновь ничего, зато жжение поселилось и на шее. Я хотел разогнуться, но не смог - волосы запутались в чем-то липком. Протянув руку к голове, я наткнулся на стальную леску и тотчас по руке пробежал электрический разряд.
Стало ясно, что меня застали врасплох. Жжение становилось все ощутимее, и морщась, я пытался оторвать волосы, чтобы освободиться из липкого плена, но у меня ничего не получилось.
Мне практически ничего не было видно, только клочок земли под ногами, поэтому догадался о приближении чудовища только когда почувствовал на коже чье-то дыхание. Он склонился надо мной, и я увидел его ноги - судя по их размерам, монстр не был великаном. Черные столбики, обхватом с мою руку, быстро переступали на месте, но коленей видно не было.
В то время, пока я рассматривал его конечности, монстр оглушительно затрещал, и в мою спину впились тысячи стальных нитей, они стянули тело, со всех сторон. Я понял, что чувствует кролик, попавший в объятия удава.
Тысячи рук обхватили меня и принялись вертеть во все стороны. Я ничего не успел рассмотреть, но понял, что меня опутывают нитями. Собственно, я уже догадался, что жизнь моя закончится в пасти огромного паука.
Пока рот еще был свободен, я закричал:
- Ка, как его зовут?
Но Ка снова не ответил.
Ничего не произошло - не было ни надписей на стенах, ничего. Жжение разливалось по телу, как будто меня опустили в кислоту. Может, так оно и было? Я кричал, пытался вырваться, но стальная паутина держала крепко, я с трудом мог пошевелиться, и помощи ждать было неоткуда. Тем временем, паук развернул меня лицом, и я смог увидеть его морду.
Не слишком большой, как я уже догадался, но не менее опасный, чем волк и дикая кошка вместе взятые. Жвала беспрерывно двигались, глаза смотрели во всех направлениях, пожалуй, даже око не смогло бы от него уйти, и я порадовался, что мы потеряли друг друга в тумане.
Паук наклонился, и я с ужасом понял, что он собирается сделать. Он воткнул мне в живот свои клыки, и выпустил пищеварительный сок. Через несколько часов, которые от боли покажутся мне вечностью, я умру, мое сердце остановится, растворившись в кислоте, кровь смешается с внутренностями и жизнь закончится в ужасных мучениях. Я закричал.
Внутри все кипело, я чувствовал, как паучья слюна разъедает меня изнутри, а сам монстр безразлично смотрел куда-то в другую сторону.
Я кричал. От боли я уже практически ничего не видел и не соображал, в голове мелькала только одна мысль - мне больно, мне больно, я хочу потерять сознание, чтобы не чувствовать этой адской муки. И тут краешком сознания я уловил мысль - Боль. Ну, конечно, Боль - это паук, безразличный и спокойный. Как его победить?
Я кричал снова и снова, голос практически сел, но я просто не мог остановиться. Внутри полыхал огонь. Лучше бы я умер в когтях кошки, было бы намного быстрее и менее болезненно. Внутренний голос, слишком тихий, чтобы его слышать, но чересчур настойчивый, чтобы его не замечать, продолжал твердить одно и то же. Боль. Боль. Боль.
А как избавиться от боли? Только с помощью еще большей боли.
Из глаз катились слезы, я изо всех сил пытался отрешиться от происходящего. Связанному, мне было очень плохо, тем не менее, выход из сложившейся ситуации нашелся.
Сначала, я хотел откусить себе палец, но так как мне не удалось до него добраться, практически угасший мозг подсказал выход - язык. Это единственное, что еще было мне доступно. Я изо всех сил сжал челюсть, но не смог откусить такой толстый кусок мяса, тогда я, мысленно прощаясь с пением, разговорами, но, приветствуя неизбежное второе рождение, откусил себе кончик языка. Не знаю, что было больнее, но вкус собственной крови отвлек мое внимание. Я снова кричал, но теперь не от той боли, что жила внутри, а от новой, что должна была принести мне спасение.
Паутина дернулась, и, перевернувшись лицом вниз, я снова сжал челюсть и отгрыз еще кусочек. Дико крича, я извивался в паутине, мне было жалко язык, а еще я жалел себя, так и не попавшего на иной уровень. Туда, где живет Ка.


Когда я открыл глаза, меня обожгла новая вспышка боли - нещадно палило непонятно откуда появившееся солнце, и я нечаянно посмотрел прямо в его круглое лицо. Я повалился на бок и закрыл лицо руками, и только тогда понял, что свободен.
Мои руки больше ничего не связывало, ничего не болело, внутри все было спокойно.
- Ка, это ты сделал?
Ка молчал, но до меня неожиданно дошла одна простая вещь - победа над болью, как и победы над всем предыдущими монстрами - исключительно моя заслуга. А Ка нужно поблагодарить лишь за то, что не осталось последствий боли. Не представляю, сколько бы я еще протянул, спасись я от монстра по имени Боль, но все также разъедаемый его кислотой.
- Ка, спасибо!
- Ты справился, но это было не легко.
Я был рад этому голосу.
- Что дальше?
- Осталась еще много чудовищ.
- Да, я знаю, но я хотел спросить не об этом.
- Я не скажу тебе, где находится глаз, - как всегда Ка читал мои мысли, словно они были написаны на стене за моей спиной.
- Он хотя бы жив?
- Жив, но ты тоже был жив, когда боролся с пауком.
Я понял, что в этом лабиринте глазу живется невесело.
- Я могу ему помочь?
- Нет.
Уже легче, значит, он справится сам.
- Иди дальше. Когда будет нужно, ты снова его встретишь.
Последние слова растворились в воздухе. Ничего так и не поняв, я отправился дальше. Честно говоря, я порядочно устал от этого испытания и хотел поскорее увидеть, куда я попаду, выйдя из лабиринта. И смогу ли я вообще найти из него выход? Я шел уже не первый день, но так и не видел его окончания. Может, это потому, что встретил не всех, с кем должен был встретиться?


Шаг, другой, поворот, еще несколько шагов, снова поворот. Я уже давно не задумывался о том, в какую сторону мне свернуть, потому что знал - те, кто меня ждут, себя долго ждать не заставят. Куда бы я ни шел.
Первым я услышал звук. Это было похоже на огромное покрывало, которое повесили сушиться на сильном ветру. Такие звуки издает обычно мокрое белье. Потом я услышал еще один звук - звук ударов, даже шлепков, будто та же хозяйка, что повесила белье сушиться, теперь готовила пирог и била тестом по столу. Я усмехнулся такому сравнению.
Завернув за очередной поворот, передо мной открылась странная картина - большой голубь бился в стеклянной клетке. И это очередное чудовище? Птиц я не боялся, хотя, будь голубь несколько больше, он мог бы спокойно проделать аккуратное отверстие в моем черепе острым и мощным клювом. На всякий случай, вдруг голубь вырвется и задумает полакомиться человечиной, я отступил на шаг назад. Птица, казалось, не обращала на окружающее никакого внимания, она продолжала заниматься тем же, чем и прежде - с разлету биться о прозрачные прутья решетки.
Странное дело, стена за моей спиной больше не смыкалась, значит, я где-то свернул с пути, но мне было интересно, кто посадил голубя в клетку и почему он не может оттуда выбраться.
Осторожно приблизившись к стеклянной конструкции, я обошел вокруг. На задней стене клетки зияла огромная дыра, можно сказать, что стены этой совсем не было. Голубь этого не замечал, он продолжал биться в одно и то же место, постепенно теряя перья.
Просунув руку в клетку, я попытался достать до птицы, но глупая птаха пребольно долбанула меня клювом. Я отшатнулся и выругался
- Как ты не понимаешь, дубина, - втолковывал я глупой птице, - оглянись назад и лети себе, куда хочешь.
Но голубь не слушал и все бился в стеклянную стену, бесполезно царапая когтями прутья. Я еще раз обошел вокруг. В отверстие задней стенки я залезть не мог - слишком узким оно для меня было, но птица легко могла бы вылететь, если бы сумела его заметить. Тогда я стал бить руками по клетке, стараясь испугать ее обитателя, но голубь не обращал на меня внимания и продолжал стучать клювом в одно и то же место.
- Тупая птица.
Я отошел от клетки, а глубь развернулся и начал биться в другую стену своего стеклянного плена. Еще один поворот, и он заметит выход, но птица явно не отличалась сообразительностью. Я снова встал и еще раз просунул руку в отверстие в надежде, что голубь сообразит - если что-то попало внутрь, значит можно выбраться наружу. Но голубь лишь еще раз наказал меня за помощь - на моей руке появились два новых следа от клюва этого цыпленка-переростка.
Еще немного постояв рядом, я отошел от клетки и присел.
- Даже и не думай здесь задерживаться, - Ка появился, когда его никто не ждал.
- Это считается монстром? - спросил я у него.
- Считается.
- И что он означает?
- Еще немного, и ты будешь обозначать то же самое.
Я молча ждал ответа, зная, что Ка читает мои мысли. А в мыслях правильной версии не было.
- Этого монстра зовут Глупость.
Я улыбнулся, а Ка продолжил:
- Иди вперед, не останавливайся.
- Почему? Разве я не должен его победить?
- Глупость победить нельзя.
- Неужели все так категорично?
- Посмотри на него.
Оглянувшись на клетку, увидел, что голубь снова бился о первую стену. Он повернулся, но повернулся не в ту сторону.
- Он вечно будет здесь сидеть? - спросил я просто потому, что хотелось поговорить. Глаз куда-то исчез, а больше собеседников я не видел.
- Нет, но это тебя не касается. Иди, ты и так слишком долго задержался в пути.
Я поднялся на ноги и пошел дальше по лабиринту. Что дальше? Каким будет следующий монстр? Таким же безобидным, как Глупость, или страшным и жестоким, как Боль?


Повороты сменяли один другой, босые ноги рисовали дорожку следов на песчаном полу, стало грустно. В лабиринте все было неправильно. Я был голый, но не было холодно или жарко, не было еды, но я не испытывал голод, шел уже не первый день, но так ни разу и не спал, не считая случая с Ленью. Все неправильно. Так не должно быть. Где, черт возьми, я нахожусь? Когда закончится бесконечная череда уродов и страшилищ? Первым был Страх в образе огромной саблезубой кошки, потом Глаз, которого я посчитал, хотя так и не понял что он такое. Третьим в списке шло Отвращение, стену которого я так успешно преодолел. Четвертый монстр - Вера - заставил меня помучится, но в результате я получил нечто, что не поддавалось объяснению - странную уверенность в себе.
После Веры мне повстречался Волк. Я не понял, почему он убежал, ведь Злость так просто не одолеть, тем более, если она чужая. Шестой монстр - Лень. Через этот туман я прошел с большим трудом, если бы мои мысли не были полностью сосредоточены на глазе, который неожиданно куда-то исчез, то мне не пришлось бы побывать в лапах седьмого монстра. Паук, олицетворявший Боль, был самым тяжелым испытанием в этом лабиринте в отличие от голубя, Глупость которого мне не пришлось преодолевать. Хорошо, что это был просто голубь. Что бы было, если Глупость оказалась огромным тупым людоедом с бензопилой?
Итак, пройдено больше половины пути. Что же дальше? Отчасти я понял принципы этой игры и пытался представить то, что может ждать меня за поворотом, но кроме уже побежденных монстров, в голову ничего не приходило.


Размышления были прерваны странными булькающими звуками. Я оглянулся по сторонам и заметил, что приближаюсь к очередному монстру - каменные стены исчезли, точнее переродились. На месте грубых неотесанных булыжников, возвышались стены воды. В прямом смысле. Чтобы поверить глазам, мне пришлось подойти поближе к одной из них.
На два человеческих роста надо мной поднималась вода. Как аквариум. Внутри "стены" даже плавали рыбы. Я поднес руку, чтобы дотронуться до стекла, но чуть не закричал, когда рука погрузилась в чистую воду. Я даже дотронулся до одной из водорослей. Стены стояли, но стен не было. Так не бывает, подумал я. Хотя, не бывает ничего, что происходило со мной в этом лабиринте.
Мимо глаз медленно проплывали стайки рыб, какой-то морской уродец пытался отгрызть кусок от водного растения, что, впрочем, ему плохо удавалось. Я пошел дальше, и с каждым шагом меня встречали все новые и новые обитатели этого "аквариума". Кого здесь только не было! Большинству существ я так и не придумал названий, кроме разноцветных рыб в водяных стенах обитали и морские коньки, и черви, и даже черепахи. Один раз я нос к носу столкнулся с акулой и чуть не упал. Морской хищник смотрел на меня, не мигая, но потом медленно уплыл в сторону.
Поначалу, я пытался пройти сквозь стену, но мне это не удалось. Когда я погружал в "аквариум" руку, она выходила с той стороны, но как только я хотел полностью погрузиться в воду, стены превращались в лед. Рыбы от моих действий не страдали, они оттаивали тот час, когда я отступал на шаг назад. Поняв бесполезность всех попыток переиграть хитрый лабиринт, я пошел дальше.
Различать повороты было сложно. Всюду, сколько хватало глаз, разливалось море, я, как Иосиф, брел в центре, а вокруг плавали рыбы. Солнце весело отражало блики от "стен" и посылало своих зайчиков во все стороны. Было больно на них смотреть, и я опустил глаза. Сколько времени я так шел, не знаю, я на ощупь доходил до очередного поворота, и, не поднимая полуопущенных век, сворачивал куда придется.


Тут я встретил еще одного монстра. Я вышел на относительно большую площадку и сначала не понял, почему так долго нет поворота. Я прищурился и увидел страшное существо. Оно сидело внутри одной из стен и пожирало рыбу. Глаза, вот что было в нем необычным. Тысячи глаз, смотрящие по сторонам и множество щупалец. Каждый отросток извиваясь, тащил к пасти рыбу, каждый глаз зыркал по сторонам, выискивая очередную добычу. Завороженный зрелищем, я не мог сдвинуться с места. Щупальца двигались, подчиняясь неслышному ритму, и этот ритм гипнотизировал, казалось, что рыбы ощущали его и не двигались. Они покорно умирали в пасти морской твари.
Через некоторое время я заметил, что из водяной стены высовывается одно из щупалец монстра - он уже не помещался в "аквариуме" и толстел прямо на глазах. Рыбы одна за другой исчезали в зубах чудища, а его пузо становилось все больше и больше. На всякий случай я отошел подальше, и правильно сделал, потому что через некоторое время монстр разжирел до таких размеров, что уже не убирался в отведенном ему месте. Он занял собой почти весь проход, но поглощать рыбу не перестал.
Я подумал, что еще немного, и он лопнет.
- И лопнет.
Я вздрогнул.
- Ка, не пугай так больше!
Я продолжал смотреть на этот пир и удивляться.
- Как его зовут? Обжорство?
- Нет. Не угадал.
- Тогда я не знаю, - я снова посмотрел на морскую тварь. - Голод?
- Снова мимо. Его зовут Жадность.
- И он лопнет от жадности?
- Он не может остановиться, хотя у него внутри сейчас происходит примерно то же, что было с тобой, когда паук выпустил в тебя свои соки.
- Бедняжка. А ты ему не поможешь?
Ка помолчал, а потом еле слышно вздохнул.
- Ему уже ничем не поможешь. Жадность можно убить, только если она находится в зачаточном состоянии. Посмотри на него.
Я посмотрел и в следующее мгновение пожалел об этом. Тварь, треща, разваливалась на части, но даже тогда не перестала жевать проплывающую мимо рыбу. Скоро вода окрасилась черным.
- У него черная кровь?
- Это не кровь, а желчь.
- Ясно. - Хотя мне ничего не было ясно. - Тогда я пойду?
- Иди.
И я пошел. Вскоре стены вновь превратились в камень, и я даже немного пожалел красочного зрелища, которого лишился. Может быть, со следующим монстром мне повезет также как с двумя предыдущими? Но я ошибся.


Через час вышел на открытое место, чем-то напоминающее зал для приемов, только без потолка. Там мне пришлось встретился с тем, с кем встретиться уже и не думал. Хотя, конечно, мог бы догадаться, что так получится.
На меня смотрел единственный глаз знакомого уже Волка.
- Хороший волк, хороший, - говорил я, судорожно соображая, почему он вернулся.
Волк бежал рысцой, оскалив пасть и вытаращив красный глаз.
- Не нужно нападать, ты же хороший, и я тоже хороший, - бормотал я, подозревая, что разговорами на сей раз мне не спастись.
Монстр приближался. На принятие единственно правильного решения оставалось несколько секунд. Я отпрыгнул, но волк развернулся и с разбега кинулся мне на грудь. Упав на спину, закрыв глаза, я вытянул перед собой руки. Чудовище рычало, из пасти капала слюна, волк больше не желал ничего слушать и тянулся мордой к моей шее. Я уперся руками ему в лоб, а он острыми когтями рвал мне грудь, норовя добраться до сердца. Я пытался найти на нем хоть одно уязвимое место, но голыми руками это сделать было практически невозможно. Тогда, собрав все силы, я напрягся и ткнул пальцем ему в глаз. От неожиданности волк замер, и я усилил давление. Глаз поддавался плохо, но я нажимал на него и старался ни о чем не думать. Когда глаз полностью исчез внутри черепа, волк взвыл и исчез. Теперь уже я замер от неожиданности.
Поднявшись, стал осматривать очередные раны. Волк сумел расцарапать кожу до мяса, и меня украшали глубокие болезненные полосы ободранной плоти.
Снова кровь, снова боль. Похоже, этот мир не слишком доброжелателен. Теперь возвращения волка можно было не ждать. Единственный глаз Злости больше ничего не видел.
Пришло время снова отправиться в путь. Странное дело, чем дольше я находился в лабиринте, тем менее чувствительным становился. Эмоции, казалось, постепенно отмирали, и я подозревал, что уже ничто не сможет меня удивить или испугать.


Я шел между каменных стен и думал о моем недавнем спутнике. Пришло время вплотную заняться его поисками, но он сам меня нашел. Свернув за очередной поворот, я услышал знакомый скрипучий голос:
- Подожди!
Я оглянулся и понял, что еще могу пугаться и удивляться. Глаз был жив, но, судя по внешнему виду, совсем не здоров. В первый момент я чуть не умер от отвращения и страха - глаз полностью был утыкан длинными иглами. Теперь он больше походил на гиперболического ежа. Зрачка же я вообще не увидел, радужка была, а зрачок... Как он меня нашел, если теперь он ослеп?
- Не бойся, - глаз подлетел ближе, - со мной почти все нормально. По крайней мере, все так, как должно быть.
- Что с тобой?
- Ничего.
Я обошел глаз вокруг, как в первую нашу с ним встречу. Отовсюду торчали иголки, длинные, короткие, тонкие, но все, как одна острые, и, несомненно, причиняющие боль.
- Тебе не больно?
- Не так, как ты думаешь.
Я молчал. Глаз тоже не хотел говорить.
- Тебе помочь их вытащить?
- Это бесполезно, - проскрипело око.
Но я все же попробовал. Подошел поближе, схватился обеими руками за одну из игл и потянул. Глаз висел в том же месте, но игла ни на йоту не сдвинулась с места.
- Приземлись на минутку.
Глаз послушался и снизился. Я сел на землю, снова взялся за иглу, уперся ногами в глаз и потянул. Безрезультатно. Еще несколько минут мучений не принесли ничего нового. Глаз все также был утыкан иглами, а я только вспотел.
- Я же сказал, ты не сможешь их вытащить.
Глаз поднялся над поверхностью земли. Я сидел и смотрел на него снизу вверх. Жуткое зрелище.
- А где зрачок? Как все это с тобой случилось?
- Пожалуй, пришло время рассказать тебе, кто я, - сказало око. - Слышал поговорку "Глаза - зеркало души"?
- Слышал, и что?
- Я и есть душа.
- Душа? Ты? - я ничего не понимал. - И чья ты душа?
- Не важно. Просто душа. Ты не перебивай. - Глаз откашлялся и продолжил. Я слышал даже некоторую гордость в его голосе. - Я - душа, я была зрячей, пока не повстречалась с ней. Она сама нашла меня и догнала. Как бы быстро я не летел, пытаясь от нее убежать, она догоняла и вонзала свои иглы. Теперь я ничего не вижу. Я ослеп. Слепая душа.
- Да кто "она"? - я разозлился. Глаз говорил такие глупости, что даже здесь, где все возможно, я не поверил ни единому его слову.
- Зря ты так. Она и за тобой придет.
- И что, моя душа тоже будет слепой и больной?
- Будет. Потому что ее зовут Любовь.
Любовь. Конечно, как я не понял, глаз - очередной монстр. Душа, больная любовью.
- Что же теперь делать? - спросил я.


Раздражение исчезло, лабиринт привел меня на верную дорожку. Мысленно я посчитал и понял, что большую часть пути давно пройдена. Если победить Любовь, останется еще три монстра, три порождения больного воображения неизвестного, но не менее опасного чудовища.
Глаз повернулся ко мне радужкой и проскрипел:
- Любовь убить нельзя. Тебе никогда не победить этого монстра.
- Что же делать?
- Ждать. Любовь убить нельзя, но со временем она сама отправится в небытие. Нужно только подождать.


Я снова висел в темноте. Мимо проносились неизвестные звезды, изредка вспыхивали сверхновые, пару раз взрывались планеты. Вокруг была темнота и тишина, в которой парили я и раненая Душа. Сколько мы пробыли там? Миллионы световых лет? Но иголки все не исчезали. Глаз поскрипывая, жаловался на судьбу, увы, я ничем не мог ему помочь.
Мрак поглотил все. Когда глаза немного привыкли к темноте, я увидел, что око немного уменьшилось в размерах. Или мне это просто показалось? Сравнивать мне было не с чем, ибо в темноте я не видел даже собственных рук - только белое глазное яблоко, усеянное металлическим блеском стальных иголок.
- Душа, ты уменьшаешься?
Глаз ничего не ответил, тогда я стал наблюдать за ним, все равно здесь смотреть было больше не на что. Звезды закончились. Значит, и они когда-нибудь кончаются.
Око постепенно теряло блеск, значит, иглы исчезали. Куда исчезает боль, когда любовь умирает? Откуда она вообще берется? Почему любовь и боль всегда где-то рядом?
Глаза начали меня подводить, я уже почти не различал белый шар.
- Глаз, ты где?
- Я еще тут.
- Что значит "еще"? Куда ты?
- Я умираю.
Так не бывает, подумал я. Любовь не убивает душу, она не может ничего убить, только гибнет сама.
- Глаз, не исчезай!
Око медленно растворялось во тьме, становилось прозрачным, и я уже с трудом различал его очертания.
Мне было жалко его, но еще больше жалко себя. Я вновь висел неизвестно где и неизвестно зачем. Лабиринт исчез, остался где-то далеко позади.
Бедный глаз, он погиб. Такой смерти я не понимал и не принимал. И заплакал.
- Вот и еще с одним монстром ты встретился, - Ка был везде.
- С каким? Душа не может быть монстром, Любовь - да, она его убила.
- Монстр - это скорбь, твой монстр - это Потеря.
Я вздрогнул.
- Ты справишься, только нужно немного времени.
И снова замелькали звезды, вселенные, я снова несся сквозь пространство и время. И плакал.


- Сколько я уже здесь?
- Недостаточно, чтобы вернуться.
Но я все же вернулся.


Лабиринт я встретил как старого знакомого. Бежал по его дорожкам, дотрагивался до камней в стенах, швырял ногами пыль. Потом остановился. Впереди еще были чудовища, с которыми я должен был встретиться, и, если не считать последнего, которое само должно было меня отпустить, у меня была назначено свидание с последним монстром. И я отправился на это свидание.
Я шел по лабиринту и думал о будущем, о своем будущем. Не окажется ли этот предпоследний монстр слишком сильным, чтобы его одолеть? Не окажется ли так, что я буду вечно бродить по этому лабиринту в поисках последнего, двенадцатого, который не захочет меня отпускать? Не окажется ли так, что придется разочароваться в том, другом мире, куда отправлюсь после этого? Не окажется ли так, что мне будет некуда отправляться, и вся эта затея с испытанием никогда не закончится?
Долго я шел между каменными стенами в полном одиночестве. Я уже слишком устал, чтобы думать о чем-то и просто шел. Лабиринт делал поворот за поворотом, выбирая каждый раз новое направление, я автоматически сворачивал и за каждым поворотом надеялся встретить одиннадцатого монстра. Нет, я больше не боялся. Страх давно покинул мое сердце, надо полагать в тот момент, когда мы с глазом летели в пустоте, когда я еще надеялся, что он не умрет.
Передо мной снова замелькали морды чудовищ: Страх; Отвращение; Вера; Злость; Лень; Боль; Глупость; Жадность; Душа, больная Любовью и Скорбь. Десять. Осталось сделать последний шаг. А двенадцатого монстра я не боялся.


Лабиринт продолжался и тянулся, казалось, в бесконечность. Где я? Кто я? Зачем мне все это? Вопросы были, но ответов давно уже не ждал, привык, что здесь почти ничего не имеет значения. Все мои раны давно зажили, и я уже думал, что даже если бы не справился с одним из монстров, я бы все равно никогда не умер. Так зачем тогда бороться? Зачем тратить силы на то, что забирает, но никогда ничего не отдает? Я брел, поворачивая то направо, то налево и ждал. Ждал встречи с очередным чудовищем.


Прошло уже достаточно много времени, а я все никак не мог найти правильный путь, дорогу, ведущую к выходу. Я ждал конца, мало того, я его жаждал. Ничего и никогда я не хотел больше, чем найти выход, пусть даже он пролегает через еще одну борьбу.


- Сколько я здесь?
Ка не отвечал.
- Ка! Сколько можно?
Кажется, прошло уже несколько дней, а номер одиннадцать до сих пор не появился. И я снова закричал, но Ка так и не отозвался.


Первой моей мыслью было "я остался один". Это конец. И не хотелось больше никуда идти и сел прямо на землю. Сидел долго, несколько раз засыпал, но ничего не менялось - вокруг все так же были каменные стены, под ногами - неизменный песок и бесконечность переходов.
Я встал и снова пошел, ни на что не надеясь, просто передвигал ноги, потому что надо было что-то делать. Постепенно до меня дошло, что я больше никуда не сворачиваю, лабиринт превратился в длинный тоннель, по которому я иду уже несколько часов. Я оглянулся - сзади все те же стены, уходящие вдаль, впереди - все так же каменно и одиноко. Но это уже бы что-то, подумал я, и снова отправился в путь.


Дорога, казалось, никогда не закончится. Сколько бы я не бежал, конца этого тоннеля так и не увидел. Если закрыть глаза и несколько раз повернуться вокруг своей оси, потом можно легко идти обратно, так никогда и не поняв, что идешь не в том направлении.
Шаги, шаги и только звук собственного дыхания, и одиночество. Ка не больше не откликался, и я так и брел между стенами, уже не смотря ни вперед, ни под ноги - глаза были закрыты. Надежды больше не было. Полная безнадега и отчаяние. Я сел, а потом лег, и больше не намерен был подниматься. Никогда.


Сколько времени прошло, я не знаю, но я все же встретился с одиннадцатым монстром, встретился и сам не понял, зато, когда понял, жутко обрадовался. Такой встречи чудовище не ожидало и исчезло, а вместе с ним исчезли и бесконечные стены Перехода. Я победил одиннадцатого монстра. Я победил Отчаяние.


Вокруг снова был лес, в котором я был так давно. Все те же темные стволы и зеленая жижа под ногами.
- Вот и все, твой путь окончен, - сказал Ка.
- А как же последний? Осталось еще одно чудовище.
- Ты его уже встретил.
- Когда?
- В самом начале.
Мысленно я перебрал всех, с кем мне пришлось сражаться в лабиринте.
- Любовь и Душа?
- Нет, Душа - не монстр.
- Тогда кто?
- Я.
- Ты? Ты - последний? И как тебя зовут?
- Помнишь, я говорил, что у меня много имен? Кто-то зовет меня Ра, кто-то Аллахом, кто-то странным именем Иисус. Я - Бог.
- Бог? Вот почему ты сильнее их всех.
- Я сам их создал. Иди за мной.
Тут я увидел свет, яркий и чистый, во мне сразу все переменилось. Я последовал за этим светом. И в конце я услышал голос, другой, не тот, что был со мной все это время, не голос Ка.
- Поздравляю, это мальчик. Вы уже выбрали ему имя?
И голос из Перехода, голос Бога ответил:
- Да, я назову его Виктор. Победитель.
Только это был уже женский голос.
И я заплакал.



Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"