Аннотация: Вчера у подъезда своего дома был тяжело избит Михаил Бекетов
В статье Светланы Ганнушкиной "Не навреди!" идет речь о некоторых аспектах журналистики Юлии Латыниной. Собственно, о чём-то похожем я писал ещё летом, про "Журналистику, которой нет".
Увы, заметку эту тогда оказалось некому и негде опубликовать. Хотя говорил я тогда о совсем как бы простых вещах. О том, в частности, что работа журналиста, публициста в особености, требует предельной тщательности, многократной проверки и перепроверки каждого факта, каждого сказанного тобой слова. Исходя из этого, я, например, давно уже не читаю многоумных статей таких знатных пустобрёхов, как "политолог" Алексей Макаркин или некий господин Орехъ, с твердым знаком, из ЕЖ. Хотя публицисты эти плодовиты, как мартовские кролики, и слова разные знают.
Для кого и для чего они они пишут, собственно, вот простой вопрос?
Но вопрос этот не из тех, на которые готов сегодня отвечать редактор ЕЖ Александр Рыклин, насколько я понимаю.
Ближайший пример, статья Латыниной в ЕЖ от 10.11.08г "За права убийцы", про Алексея Френкеля. И сразу вопрос, верить или не верить, после всего, после истории с Игорем Сутягиным, после её так называемой "аналитики" российско-грузинского конфликта?
Какой смысл читать то, что всё равно потребует полной и тщательной самостоятельной перепроверки?
О чем никому и рассказать нельзя, на что нельзя сослаться...
Изложение спокойное, взвешенное, аргументированое, предельно логичное, со всеми необходимыми ссылками и гиперссылками в тексте. Эти гиперссылки позволяют читателю самостоятельно проверить всё сказанное автором, в них уважение к читателю, к его времени. Попробуйте найти хотя бы одну гиперссылку в сногсшибательной серии из пяти статей Юлии Латыниной о войне с Грузией. Она что, в её то годики, не подозревает, как это сделать? Или что, весь материал статей, до последней запятой, добыт её самостоятельно? Она не подозревает, что не помешало бы сослаться на тех, от кого получена аналитика, откуда взяты факты, насколько это достоверный источник? Просто поблагодарить кого-то за полученный материал?
Её личный способ подачи информации хорош разве что тем, что не позволяет вот так, сходу, отделить правду от полуправды, факты от домыслов, а выводы от вымысла. Например, откуда эта дивная история про грузинского старика, который стрелял по высоковольтным проводам?
А ниоткуда, от верблюда, кому интересно, тот пусть сам и проверяет...
А все рассуждения про реваншизм грузинской власти, откуда?
А тоже ниоткуда, просто был ей голос свыше, не приставайте к занятой женщине...
Именно поэтому вся аналитика этих статей не представляет особой ценности, как мне лично кажется. Фактическая сторона пятидневной войны известна до неё и без неё во многом благодаря ежедневной, скурпулёзной, и, насколько я могу понять, вполне бескорыстной работе Андрея Илларионова, Майкла Тоттена, Олега Панфилова, других авторов, на которых она не сочла нужным даже сослаться. Точнее, упомянула мимоходом о разговоре с Андреем Илларионовым.
А свойственная ей сумбурность изложения в сочетании с излишней эмоциональностью и вовсе делают неудобоваримым этот её трёхсерийный опус.
Увы...
Вот ещё один небольшой пример.
Не столь давно один из наших весьма энергичных блоггеров вполне демократической ориентации, выставил в качестве заставки к своему разделу совершено убийственную цитату из доктора Геббельса:
Цитата эта после короткой перепроверки выявила свою, так скажем, неаутентичность.
Оказалось фальшивкой, попросту говоря...
А как актуально смотрелось в контексте нашей сегодняшней жизни!!!
Работа журналиста сродни работе учёного, исследователя, и точно так же требует вдумчивости, скрупулезности, десятикратной проверки и перепроверки каждого факта, каждого слова, каждой запятой иногда.
И мне совершено не очевидно, что такая работа может быть связана с быстрым успехом и быстрыми деньгами. Мне не очевидно также, что такая работа вообще может быть быстро признана обществом, в каком бы то ни было виде. Мало того, признание это, как показал случай с Магомедом Евлоевым, или случай с Михаилом Бекетовым, может придти совсем не с той стороны.