Кикиморра: другие произведения.

Смнм - Глава 23

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 9.46*10  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Пара обоснуев. Я думаю, что будет ещё одна глава, хотя эта уже вполне последняя, но я хочу ещё праздник описать, и кое-что рассказать про некоторых персонажей. В любом случае, следующая глава займёт больше времени, чем обычно.


   Глава 23.
  
   Сплю я недолго несмотря на всю кажущуюся усталость. Впрочем, постоянное чихание и заложенный нос -- не очень способствующие сну явления. Так что вместо отдыха я забиваюсь в душевую кабинку, полную горячего пара, и прогреваю организм. Становится несколько лучше. Я вылезаю, заматываю голову толстенным полотенцем и облачаюсь в найденные в сумке у Азамата футболку и свитер. Они мне до колена, а под них я напяливаю там же откопанные носки, которые мне до колена с другого конца. Выгляжу я во всём этом, надо думать, сногсшибательно, но у Азамата в каюте нету зеркала, а поднимать стенку мне лень.
   События вчерашнего дня я помню плохо, а что помню, то не выстраивается в логическую последовательность. Подземное царство, Кирилл, Ирлик, дух, Азамат... Чушь какая-то получается. Но не могу избавиться от ощущения, что наломала дров. Неужели я правда видела Кирилла? И он оказался такой сволочью? И я ему за это устроила публичную экзекуцию... Вроде помню, что так и было, но всё, как во сне. Да и вообще, чем я думала? Ну да, он меня обманывал и дважды чуть не убил, и под дулом держал, и воевал за джингошей. Это не считая того, что он продал джингошам какие-то секретные данные, пригрохал неизвестно сколько народа и чуть не взорвал сорок семь детей. Так и надо было его за всё это отдать в жаркие объятья ЗС, а я что сделала? Это называется, законопослушная землянка, которая только в кино насилие и видела. А клятва Гиппократа? Что на меня нашло вообще? Азамат сидит нервничает, Эцаган с Онхновчем ждут у входа, а я устроила допрос с пристрастием в прямом эфире. Бред собачий, даже стыдно. Кирилл-то заслужил, но я-то хороша! А Азамат, небось, уже всем похвастался, что это я хакера поймала. Хорошо хоть у меня мозгов хватило замаскироваться, прежде чем включать трансляцию. Ох, надо быстро найти Азамата и сказать ему, чтобы помалкивал!
   Когда я прихожу на мостик, Азамата там нет, только какие-то незнакомые мне люди, которые ещё и открыто пялятся на мои голые коленки. Однако он вскоре появляется.
   -- О, Лиза, ты не спишь? Я думал, ты теперь до посадки не встанешь, -- тут он замечает мой вид и начинает смеяться. -- Ну ты придумаешь ведь нарядиться!
   -- А что делать, у меня же нет запасной одежды, а та вся ужасно грязная.
   -- Да понимаю, -- кивает он, продолжая посмеиваться. -- Я попрошу у Эцагана для тебя что-нибудь, он всё-таки поменьше. Пойдём.
   Мы выходим в коридор, такой родной и знакомый, он ведёт на кухню. Меня настолько захватывает это странное чувство узнавания, что я чуть не забываю, зачем искала Азамата, но он заговаривает первым:
   -- Я хотел тебя спросить... Видишь ли, мы допросили... кхм, этого человека, и узнали столько интересного, что лучше всего было бы передать его на Землю, потому что Земной Союз нас озолотит за этого кадра. Меня только смущает, что ты, хотя и состоишь у меня на службе, всё же не военный чин и не гражданка Муданга. Насколько я понимаю, по земным законам у тебя могут быть неприятности.
   -- Могут, -- энергично киваю я. -- И будут. Если узнают, что это была я.
   Азамат призадумывается.
   -- Вообще, я никому не говорил. Вот Эцаган с Онхновчем могли...
   -- Самое худшее, что сам Кирилл знает. Он-то уж не промолчит, -- вздыхаю я.
   -- А, ты знаешь, это как раз не проблема, -- весело отвечает Азамат. -- У него, похоже, от потрясения что-то повредилось в голове. Он, видишь ли, утверждает, что ты его заколдовала.
   Я прыскаю от смеха.
   -- Да, ему, наверное, именно так и показалось...
   -- А как ты его скрутила? Я ведь тоже видел, что он был как будто привязан к креслу, но без верёвки... А он говорит... как-то он забавно сказал, -- Азамат морщит лоб, припоминая. -- Что-то вроде "грязная сила" или "немытая"...
   Я неприлично ржу.
   -- Он имел в виду, что его схватили демоны. Просто с перепугу забыл, как это на всеобщем называется.
   -- Ах вот оно что... Так как ты этого добилась?
   -- Да это была не я. Помнишь того морского духа с Орла? Он, видно, тоже решил повоевать за Муданг и спрятался в бутылке с водой, из которой Кирилл хотел попить. Ну и вылез, схватил его. А Кирилл-то духа не видел, и никто другой тоже.
   -- Хм, -- Азамат задумчиво улыбается. -- Мне попадались упоминания в легендах, что морские духи могут мгновенно перемещаться из одной воды в другую, но я никогда бы не подумал, что это распространяется даже на космос. Однако приятно, что он тебя запомнил, -- он косится на меня с довольным видом. -- Так это я к чему, наш подопечный теперь бормочет, что его укусила бутылка, а потом его руки сами собой заломились за спину. Я подозреваю, что даже если он и назовёт твоё имя, мало кто примет его всерьёз.
   -- В таком раскладе действительно, -- рассеянно киваю я. -- Конечно, со мной захотят побеседовать, но это можно будет уладить.
   -- Отлично, тогда я могу спокойно сдать его Союзным войскам?
   Я киваю, и Азамат тут же командует гарнитуре соединить его с каким-то неизвестным мне наёмником, и сообщает ему, что пленного можно отправлять по адресу, как и планировалось.
   -- Он не на нашем корабле? -- спрашиваю я, когда Азамат заканчивает разговор.
   -- Нет, ты же сказала, чтобы больше его не видеть, -- улыбается он. -- Ну вот, всё улажено.
   Мне становится несколько легче дышать. Хотя бы никаких уголовных последствий у моей выходки не будет. Остаются только сомнения и расстройство.
   -- Слушай, -- говорю, -- а где наш Старейшина?
   -- Он остался на планете, будет встречать нас в космопорту. Присутствие такого могущественного духовника, как он, часто вызывает сбои у сложной техники, поэтому в космос ему летать опасно. А зачем он тебе?
   -- Да так, -- говорю, -- поболтать хотела. Тебя вот не напрягло, что я с Кириллом сделала?
   -- Ну, вообще, мне показалось, что это немного не в твоём стиле, -- осторожно говорит Азамат. -- Но у меня пока не было времени особенно об этом задумываться. А ты считаешь, что...
   Но тут мы приходим к Эцагановой каюте, из которой только что вышел сам Эцаган, и разговор автоматически заканчивается.
   -- Классно выглядите, -- усмехается Эцаган, окидывая меня взглядом.
   -- У тебя лишних штанов не найдётся? -- спрашиваю несчастным голосом.
   -- Сейчас поищем, -- он распахивает дверь и приглашает меня войти.
   Находятся у него только леггинсы, но и то хлеб. Правда, их приходится четыре раза подвернуть, зато они не съезжают. До посадки доживу, и ладно. Только бы не разболеться совсем.
   -- А ты Арону позвонил? -- спрашиваю Азамата. -- Они же там меня ищут, наверное.
   -- Он сам позвонил, ещё вчера, -- задумчиво говорит Азамат. -- Сразу как ты исчезла. И где ты столько времени...
   -- Капитан, земля! -- настигает нас вопль из коридора. Оказывается, мы уже садимся на Муданге, надо собираться и выходить.
  
   На этот раз мы сели не на самом ветру, а между высокими скалами, -- более удобные для посадки открытые места уже все заняты наёмничьими кораблями. Все радостно высыпают на воздух, машут руками, прыгают на месте и даже обнимаются, что для муданжцев совершенно несвойственно. Я плетусь за Азаматом, к которому то и дело подбегают всякие люди с целью от души похлопать по спине. Его кожаная куртка скоро станет совсем мягкой в ключевых местах. Я не очень хорошо себя чувствую и не могу понять -- это температура или тут просто так жарко? Солнце-то наяривает о-го-го.
   -- Лиза, ты как? -- спрашивает Азамат, отвлекаясь от очередных поздравлений с успешно завершённой кампанией. -- Тебе жарко, наверное...
   -- А сколько тут примерно градусов?
   -- Когда приземлялись, было двадцать пять.
   -- Ого, так это мне надо всё обратно снимать... -- я уныло оглядываю огромное открытое плато, полное муданжских мужиков. -- Хотя, боюсь, не оценят.
   -- Скорее даже слишком оценят, -- хмыкает Азамат. -- Донизу никак не потерпишь?
   Я намереваюсь ответить, но вместо этого чуть не сажусь прямо на землю, Азамат едва успевает меня подхватить.
   -- Ты чего? Тебе так плохо?
   -- Да голова закружилась, -- говорю, -- ничего особенного. Помоги мне снять свитер, пожалуйста, а то я совсем сварюсь.
   Конечно, заметив, что у нас что-то происходит, народ начинается скапливаться вокруг, интересоваться, не нужна ли помощь и просто глазеть, как раздевают земную женщину. Я уже снова стою сама, хотя предпочла бы лежать, и предоставляю Азамату объяснять всё за меня, потому что мне страшно лень шевелить губами.
   -- Ну ладно, ребят, не толпитесь, дайте уже нам спуститься, моей жене надо прилечь...
   Ребята начинают было расступаться, когда кто-то -- и вовсе не Азамат, который стоит рядом, -- обхватывает меня сзади вокруг груди и поднимает. Я тут же забываю о всех болезнях, визжу, дёргаюсь, пинаюсь, пытаюсь заехать нахалу в глаз, хватит с меня неожиданных ухажёров! Приходится извернуться, да и стоит он против солнца, и конечно уворачивается, и тут я по запаху мёда и дыма понимаю, что это Ирлик. Во всей красе -- под три метра, пылающие красные узоры по смуглой коже, огненные патлы и тонна золота на шее.
   -- У йопт, -- вежливо вскрикиваю я, -- Ирлик! Ведь щас бы врезала по физиономии! Ну поставь меня на место уже! Понравилось таскать, что ли?!
   Ирлик хохочет, демонстрируя всем желающим драгоценные зубы, и всё-таки ставит меня на землю. Я отхожу на пару шагов в сторону Азамата, который переводит изумлённый взгляд с меня на Ирлика и обратно. Народ вокруг отшатнулся на пару метров, но не убегает. Я замечаю бледного Алтонгирела с глазами, овальными по вертикали, и Старейшину Ажгдийдимидина с непроницаемым выражением лица, если не считать пульсирующей жилки на лбу.
   -- Да ла-адно тебе, шарахаешься, как от неродного! -- Ирлик разводит руками в звенящих браслетах. -- Мы ведь с тобой огонь и воду, так сказать, и спали вместе...
   Я чихаю от возмущения.
   -- Ирлик, шакал, хватит людям голову морочить! Я тебе тогда не дала и сейчас не дам, у меня муж есть! -- я демонстративно вцепляюсь в Азамата, который на меня смотрит со своей характерной удивлённой улыбкой. Не знаю уж, что он имеет в виду, но мне становится неловко за обращение к Ирлику на "ты".
   -- Ишь какая злая, -- обижается Ирлик и внезапно подмигивает Азамату. Потом снова обращается ко мне: -- А я думал, спасибо мне скажешь, что подкинул тебе материала для резьбы по мясу.
   -- А я как раз хотела поинтересоваться, за каким шакалом надо было забрасывать меня к Кириллу, -- сообщаю я несколько тише.
   -- На страх врагам, конечно! -- радостно отвечает Ирлик и снова покатывается со смеху. -- Ты бы видела их физиономии, когда... ой, не могу, у меня чуть брюхо не треснуло! И всего-то понадобилось два слова заклятия, а какой эффект!
   -- Какого заклятия? -- моргаю я.
   -- Ну как же, для подначки! А то ты по природе слишком уж разумная и миролюбивая, а мне так скучно! -- Ирлик улыбается так широко, что становится непонятно, где кончаются зубы и начинаются ожерелья.
   -- Так это ты... -- начинаю я, но возмущением все слова смывает. Кое-как совладав с собой, я корчу кривую рожу. -- Отлично. Спасибо, что хоть сказал, а то бы я всю оставшуюся жизнь мучилась, что это у меня переклинило внезапно, -- я хочу ещё что-то добавить, но снова оглушительно чихаю. -- Вот и простудилась из-за тебя!
   Ирлик на секунду перестаёт хохотать и всматривается в меня, прищурив густо накрашенные глаза. На его лице появляется и тут же исчезает кривая ухмылка понимания, после чего он одним плавным движением оказывается прямо передо мной в позе "лотос", прикладывает обе разрисованные когтистые ладони к моему животу и дует на них. Меня прошибает жаром.
   -- Что ты... -- начинаю я, но он перебивает.
   -- Чада твои будут здоровые и прекрасные, как я. Что внутри, что грядущие.
   Протараторив всё это, он откидывается назад в приступе божественного хохота, выгибается, совершает умопомрачительный кульбит (и как в юбке не запутался, понять не могу!) и перекидывается маленьким алым мангустом, который, напоследок пошевелив подвижным носом, исчезает в расщелине скалы.
   Я несколько прифигеваю от множественного числа и ошарашенно провожаю взглядом яркого зверька, когда вокруг меня начинается какое-то движение. Очнувшись и оглядевшись, я понимаю, что все мужики вокруг попадали на колени за исключением Старейшины, который сплёл пальцы халой и беззвучно шевелит губами, и Азамата, который вцепился в меня, как клещ, и смотрит счастливо и обалдело.
   Я осторожно прокашливаюсь -- и чихаю.
   -- Можно уже встать, -- говорю сиплым голосом, вытирая нос платком, который Азамат мне протянул. -- Он ушёл.
   В ответ по коленопреклонённой толпе пробегает волна восклицаний:
   -- Белая богиня!
   -- Всеобщая мать!
   -- Владычица судеб! Вечная весна!
   Я беспомощно поворачиваюсь к Азамату. Он обозревает происходящее, как мне кажется, с юмором. Во всяком случае, мне хочется надеяться, что он не начнёт опять городить околесицу про моё божественное происхождение. Он переводит взгляд на меня, и уголки его губ слегка дёргаются.
   -- Они встанут только в одном случае, -- шёпотом говорит он, подхватывает меня под мышки и сажает к себе на плечо. И правда, Алтонгирел тут же встаёт, а вслед за ним постепенно и остальные. Азамат, как мне кажется сверху, величественно относит меня до кабинки канатной дороги и сгружает внутрь. Остальные подтягиваются за нами к площадке, с которой надо грузиться в кабинки, и Алтонгирел проворно подсаживает к нам Старейшину, а затем забирается сам. Вчетвером мы и отъезжаем вниз над головами низкорослых сосенок.
   Алтонгирел всё ещё бледный, пялится на меня, как на привидение, а на щеках горят красные пятна. Азамат довольно ухмыляется, но держит меня крепко, как будто боится, что я тоже сейчас превращусь в какую-нибудь зверюшку и ускачу в лес. Старейшина Ажгдийдимидин разглядывает меня, не моргая, а потом внезапно открывает рот и хриплым, высоким, непривычным к использованию голосом произносит:
   -- Рассказывай.
   И я выкладываю, как на духу, всё с того момента, как увидела на склоне котёнка, и до исчезновения Ирлика минуту назад. Все попытки не рассказывать то, чему присутствующие и так были свидетелями, проваливаются с треском, слова из меня так и прут. Некоторых я, кажется, и не знала до этого рассказа. Не удивительно, что наш духовник вынужден молчать, если в его голосе такая сила.
   Когда я объясняю, как получилось, что оказалась на короткой ноге с Ирликом, Алтонгирела немного отпускает, да и Старейшина перестаёт смотреть на меня так напряжённо. В конце он только задумчиво качает головой.
   -- М-да-а-а, -- протягивает Алтонгирел, когда я наконец иссякаю. -- А я уж чуть не решил, что ты и правда... -- он откашливается и принимает независимый вид. Азамат, который с интересом слушал мой рассказ, хитро улыбается.
   -- Хотите сказать, что такого поворота событий вы не предвидели? -- спрашивает он у обоих духовников.
   -- Вот уж нет, -- с душой выпаливает Алтонгирел, а потом осторожно косится на Ажгдийдимидина. Тот кивает, и Алтоша продолжает: -- Мы знали, что участие Лизы необходимо для победы, но не знали, что именно она должна сделать. Потому и оставили Старейшину Унгуца, чтобы он за ней присмотрел и подтолкнул в нужный момент. Но Ирлик-хон и без нас взял своё.
   -- Ты думаешь, он заворожил котёнка? -- с интересом спрашивает Азамат.
   Алтонгирел пожимает плечами, а Старейшина помахивает ладонью, дескать, почему бы и нет.
   -- Ну, -- вставляю я, -- он говорил, что не мог оттуда сниться никому. Думаете, ворожить всё-таки мог?
   Алтонгирел вопросительно оборачивается к Старейшине, тот неохотно извлекает из-за пазухи блокнот и черкает на нём: "В заклятьях богов часто бывают бреши и лазейки. Возможно, ворожить на котятах он мог".
   -- Надеюсь, что с тем котёнком ничего не случилось, а то я этому Ирлику... -- заносчиво начинаю я, но Старейшина затыкает меня испепеляющим взглядом.
   Азамат наконец отпускает меня и сладко потягивается.
   -- Эхх, стар я становлюсь для таких приключений. Устаю сильно...
   -- Да ты перенервничал, -- успокаивает его Алтонгирел. -- Тебе как Арон вчера позвонил, что Лиза пропала, ты ж не в себе был всё это время. Хоть я тебе и говорил, между прочим, что мы ожидали чего-то в таком духе.
   -- Арон вообще хорош, -- фыркаю я. -- Думать же надо. Мало ли, что я пропала. Всё равно понятно ведь, что раньше, чем война кончится, Азамат просто не сможет меня искать. Нет, вот надо человеку нервы трепать. Могли ведь и проиграть из-за этого.
   -- Да ладно, Лиза, не злись на него, -- устало просит Азамат. -- Он привык чуть что ко мне за советом бежать, а тут такое дело...
   -- Ну ага, и за пятнадцать лет не отвык. Смотри у меня, я тебе не дам так ребёнка воспитать, чтобы чуть что к папе!
   -- Да, кстати, -- оживляется Алтонгирел. -- Так вот, что вы от меня так дружно скрывали. Можно узнать, почему? -- он нацеливает убийственный взгляд на Азамата. Тот пожимает плечами.
   -- Это я его попросила, -- говорю.
   -- Не сомневаюсь, -- едко отвечает Алтоша. -- И что же такого тайного в беременности, что духовнику сказать нельзя? Стыдишься, что ли?
   -- Да пошёл ты, -- хихикаю я. -- Просто ты и так нас всё время доставал идиотскими советами, а я как представила, что будет, если ты узнаешь о беременности... В общем, попросила Азамата ради твоей безопасности помолчать, а то, знаешь, беременные женщины вспыльчивы, могла и покалечить ненароком... -- я многозначительно подмигиваю.
   Старейшина Ажгдийдимидин давится смехом: видимо, смеяться ему тоже не положено, но очень хочется. Алтоша краснеет.
   -- Я ненадолго на Муданге, -- сообщает он Азамату обвинительным тоном. -- Прослежу, чтобы в праздники всё хорошо прошло, и снова улечу с наёмниками.
   -- Ты просто хочешь хорошо поесть и музыку послушать, -- сонно отвечает Азамат. -- А наёмников тебе ещё поискать придётся, сейчас многие останутся, кто раньше летал, а кто и полетит, то не скоро.
   -- Посмотрел бы, на что у тебя жена похожа, -- мстительно говорит Алтоша. -- А вам сейчас перед Советом Старейшин представать.
   -- По-моему, присутствующий Старейшина ничего не имеет против моего вида, -- парирую я.
   Наш духовник слегка сдвигает брови и принимается выводить свой комментарий на листке блокнота: "Светские Старейшины, в отличие от меня, обращают внимание на то, во что одета женщина. Мы зайдём к моей сестре, у неё найдётся на тебя платье".
   -- Спасибо, -- киваю, прочитав. Интересно, какая у Старейшины сестра. -- А у меня дома ничего не осталось разве? -- спрашиваю Азамата. -- Я хочу сказать, я дома переодеться не могу?
   Азамат тяжело вздыхает.
   -- Мой дом сожгли тем же вечером. Хорошо, что Ирнчин успел выпустить коня.
   -- Ох ёлки... -- меня пришибает новостью. -- Как хорошо, что Арон всё забрал... Слушай, я же не спросила, а много народа погибло?
   -- Я знаю о троих, -- отвечает Азамат. -- Один был у нас дома, но я не уверен, что ты его запомнила. Такой седой...
   -- Который глупости говорил?
   -- Хм, ну да, наверное.
   -- А остальные двое?
   -- А, то были не мои ребята, ты их не видела. Как у тебя-то там, на Доле? Я звонил Арону, пока ты спала, но не спросил.
   -- Да у меня должно быть всё хорошо, -- говорю. -- Когда я попала к Ирлику, у меня там острых не оставалось, а с выздоравливающими, надеюсь, Орива справилась. Вы когда последний раз отправляли ко мне раненых?
   Азамат прикидывает в уме.
   -- Ещё раз после твоего исчезновения, там двое было. А больше серьёзных травм не было.
   -- Ну, я надеюсь, всё обошлось. Потом позвоню Ориве...
   -- Так сколько из раненых выжило? -- спрашивает Алтонгирел.
   Я на него странно смотрю.
   -- Все, кто до меня живым доехал, выжили.
   Теперь на меня все трое странно смотрят.
   -- И Ирнчин? -- осторожно спрашивает Азамат.
   -- Конечно! Он вообще меня вводил в курс дела, пока я его обрабатывала.
   -- И тот парень, которому обе ноги оторвало? -- с отвращением уточняет Алтонгирел.
   -- Ну естественно! Только, на будущее: ноги тоже надо было прислать, я бы пришила. А так придётся ему протезы заказывать, ну да я уж постараюсь, чтобы он не заметил разницы.
   -- Владычица судеб! -- шёпот Алтонгирела срывается на писк. Азамат начинает хохотать.
   -- Ну так мы живём, ребята! -- громогласно радуется он. -- Вот это победа! Даже оплакивать почти некого! Ха-ха-а!
   Старейшина качает головой с приятно удивлённым выражением лица. Потом он хмурится и черкает мне: "Ирлик-хон теперь от тебя не отстанет. Он любит людей, способных на невероятное".
   -- И что мне в связи с этим делать? --спрашиваю.
   Старейшина пожимает плечами и отмахивается. Видимо, ничего не поделаешь.
  
   Сестра Старейшины живёт на самой окраине города, практически носом в горы. Она примерно его возраста, маленькая, тощая и такая же бело-седая, и таким же длинным носом. Алтонгирел объясняет ей проблему, я покорно смотрю в пол и всячески показываю, как мне неудобно обращаться к чужим людям за одеждой. Мне и правда страшно неудобно.
   Женщина обменивается взглядами с братом и говорит:
   -- Ну, на такой случай у меня ничего нет, сейчас у дочери посмотрю.
   Упомянутая дочерь лет двадцати оказывается моей фанаткой -- краснея и запинаясь просит пофотографировать меня в том платье, которое она мне даст. Я великодушно соглашаюсь. Насморк мой чуток отступил, по крайней мере, не чихаю, и температуры нет.
   В итоге меня обряжают в простое голубое шёлковое платье с разрезами по бокам чуть не от талии, а также в новенькие ("только вчера купила, ни разу не надевала, что вы!") трусики, страдающие минимализмом. Сапоги я оставляю свои, хотя и с боем. Но ведь в Доме Старейшин всё равно разуваться!
   Мы с Азаматом долго благодарим щедрую старейшинскую родню и топаем в центр города. На радиальной улице нас догоняет кое-какой народ, спустившийся из космопорта, если так можно назвать плато в горах, где приземляются звездолёты. У моего платья есть существенный минус: пялятся все. Но и существенный плюс: в нём не жарко в раскалённой долине. Даже Азамат, при всей его теплоустойчивости, снял куртку и перекинул через плечо, так, чтобы мою вышивку по-прежнему было видно.
   -- Однако лето наступает, -- с удовольствием констатирует он.
   На площади перед домом Старейшин толпа такая, что не протолкаться. Алтонгирел принимается окликать собравшихся, чтобы дали дорогу воеводе, и постепенно все начинают расступаются. Азамат ждёт, пока путь совсем расчистится, и берёт меня под руку. Мы шагаем вперёд, и тут справа от меня кто-то выкрикивает -- я уверена, что это Тирбиш, хотя и не видела, кто кричал:
   -- Азамат -- Император!
   С противоположного конца раздаётся свист, Азамат усмехается, но теперь уже два голоса отчётливо повторяют:
   -- Азамат -- Император!
   -- Танн! -- поддерживают их голоса напротив, и пара десятков кулаков колотит воздух.
   -- Да вы шутите, -- неуверенно бормочет Азамат. Я идиотски хихикаю.
   Тут в толпе слева кто-то принимается ритмично стучать в барабан -- или бубен, я не разбираю. В такт этому стуку толпа начинает скандировать:
   -- А-за-мат -- Им-пе-ратор! А-за-мат -- Им-пе-ратор!!
   Я тяну его за руку и мы наконец-то движемся к Дому Старейшин, а весь Совет высыпал на крыльцо и одобрительно кивает нам и толпе. Унгуц тоже там, а через мгновение по его левую руку вырастает Ажгдийдимидин, не знаю уж, как он провинтился вперёд нас. Мы медленно подходим, и Азамат преклоняет колени перед крыльцом. Я, естественно, тоже. Скандирующая толпа порождает из себя камеры и принимается нас снимать со всех ракурсов, правда, с моей стороны гораздо больше. Унгуц улыбается нам, как родной дедушка, и надевает на нас наши хомы. Старейшина-церемониймейстер прочищает горло и намеревается что-то сказать ликующей толпе, но скандировать никто не прекращает, и Ажгдийдимидин машет ему, дескать, брось, без толку. Тогда тот нагибается к нам и, стараясь перекричать толпу, говорит:
   -- Народное голосование, как видите, требует тебя, Азамат, новым императором сделать. Наши знания этому не противоречат, напротив, так в древних пророчествах сказано. Ещё когда вас женили, мудрый Старейшина Унгуц старинный список пред наши взоры представил, в котором твоё, Азамат Байч-Харах, правление предначертано. Так пусть же судьба своё возьмёт! -- с этими словами он принимает из рук другого Старейшины ларец и извлекает из него что-то вроде шапки Мономаха, только ещё с высоченным золотым шпилем, на конце которого вертится, как флюгер, ромб, вписанный в квадрат. Эту-то конструкцию он и водружает на голову ошарашенному Азамату.
   Толпа взрывается победным кличем, как будто стреляют по барабанам: "ТРААААРРРНННННН!!!!" -- потом свист и вопли радости, кто-то успел сбегать за инструментами, теперь дуют в рога стучат в бубны, а трое здоровенных мужиков приволокли огромную трубу, метров десять длиной, и четвёртый -- я его узнаю, это торговец кожаными изделиями, -- как дунет в эту штуковину, так горы задрожали! Я вцепляюсь в Азамата, чтобы звуком не снесло, а он в меня, чтобы удостоверится, что не спит. Глаза у него широко раскрытые, неверящие, губы дрожат, но улыбается, оборачивается к беснующейся толпе и машет рукой.
  
  
  

Оценка: 9.46*10  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Игнис "Безудержный ураган 2"(Уся (Wuxia)) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) С.Бушар "Волчий билет, или Жена Љ2"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) М.Ртуть "Попала, или Муж под кроватью"(Любовное фэнтези) А.Вильде "Эрион"(Постапокалипсис) А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"