Журавлёв Владимир Николаевич7: другие произведения.

Моё письмо 6-01-1989

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:

Здравствуйте Георгий Васильевич!


Год назад мы с Вами начали переписку на тему Вашей книги: "Бесконечность и интеллект". За это время я прочитал "Материализм и эмпириокритицизм" Ленина, некоторые работы Беркли, "Философию природы" и "Философию религии" Гегеля. Начну с описания впечатлений.
Ленин. Мощная логика и ясность мысли,— как никто другой умеет изложить самую суть вопроса. И это хорошо. Плохо, что логика у него работает только в одном направлении: опровергнуть и дискредитировать всё, отличное от марксизма. Но какая же диалектика бывает без сомнения?
Беркли. Человек, на всю жизнь поражённый мыслью о независимости наших идей от наших восприятий. Но открытия его гениальны. Исключите антропоморфизм,— не будет места и для солипсизма,— мы просто получим относительность многих самых "абсолютных" истин. Его учение о пространстве и движении — необходимая база для теории Эйнштейна; его работы о восприятии,— это ряд ценных открытий в гносеологии и психологии; его работы о бесконечности — начало современной математики конструктивизма. И это несмотря на скованность его мышления координатно-бытовой логикой. Это уже можно назвать "пред- диалектикой".
Гегель. А вот здесь чувствуется истинная диалектика! Он считается сложным для понимания. Но это на самом деле не сложность, а предельная концентрация "сумасшедших" идей. Нам просто трудно всё время выворачивать наизнанку свои "евклидовы" мысли, когда мы пытаемся покрыть ими его мысль, которая всегда единственна, но всегда многомерна и парадоксальна, как бы свёрнута листом Мёбиуса. Но мне показалось, что он плохой социолог.
Ну, а теперь постараюсь кратко изложить те идеи, на которые всё это может натолкнуть.
На опыте я имею дело лишь со своими ощущениями, которые между собой коррелируют, соединяются в комплексы, называемые объектами. Но из того же опыта я убеждаюсь, что эти комплексы тоже имеют свои ощущения, и что я сам — один из этих комплексов (как в собственном самовосприятии, так и при восприятии меня извне). Не все мои ощущения обязательно телесны,— среди них есть эмоциональные, интеллектуальные, и т.д. Не все ощущения мои. И даже не все принадлежат людям или живым существам. Ощущение — это когда на объект действует не только другой объект, но и само это действие. Иными словами, это действие действия. В сущности, ощущение — это синоним отражения (если один объект отражает другой, то он отражает и его действие на себя; и только при нелинейности воздействия можно выделить сам действующий объект).
Объект — это комплекс ощущений неких других комплексов. Безотносительный объект,— такая же фикция, как и безотносительное ощущение. Здесь нет тавтологии. Координаты каждого вектора определены относительно базиса, состоящего из других векторов. Что более первично, сам вектор или его координаты? Просто одно определяет другое.
В природе вообще нет линейных воздействий (как и многие простые описания на формальном языке, линейные зависимости нарушаются уже хотя бы из-за погрешностей измерений, из-за принципа неопределённости, гёделевой неполноты, самодействия физических систем; благодаря этим очень кратко изложенным причинам, линейные зависимости могут лишь грубо, приблизительно описывать ситуацию). Следовательно, способность ощущать присуща всей природе. В природе нет действий, есть взаимодействия. Поэтому "существовать",— это значит чем-то восприниматься и что-то воспринимать. Получается, что любое свойство всегда относительно, налично в некой системе отсчёта. И эти системы отсчёта (комплексы ощущений) сами определены только в других подобных системах. В целом получается существенно нелинейное "пространство", с непредикативно определёнными базисами. Думаю, что можно поискать соответствующую модель. Итак, существовать — это быть и носителем информации (воспринимать), и самой информацией (восприниматься). Никакая материя не существует вне ощущения, и наоборот. Вот таким образом отражение занимает конкретное место среди фундаментальных философских категорий.
Далее. Такие свойства, как "быть материальным" и "быть идеальным",— тоже относительны. Материя — это то, что существует вне и независимо от сознания (здесь необходимо добавить: "... воспринимающего сознания"). Т.е. — это то, что является отражаемым в данной системе отсчёта, но имеет свою причину в другой системе. Поэтому материя всегда существует вне себя. Здесь мы вплотную подходим к идеям Гегеля. По Марксу — идеальное определяется как отражение материального в материальном. Но Маркс не учитывает системы отсчёта. Где оно, это идеальное? Там, где оно и присутствует именно как отражение, т.е. — в третьем предмете, воспринимающем и отражающее и отражаемое. Но тогда для существования идеального нужен и 4-й, и т.д. предметы, ибо это мета-отражение само должно быть идеально. Это ведь формально можно договориться не рассматривать мета-уровни некого предмета, а в реальности они все существенны. Но вся эта неограниченная "мета-бесконечность" может стать чем-то целым (составить единую систему отсчёта) только в самоотражении. Вот и выходит, что идеальное — это то, что в себе и для себя, его суть в авторефлексии, это то, что воспринимает себя и воспринимается собой. И только в себе идеальное идеально. Информация, отображаемый образ,— находится не в зеркале и не в отражаемом предмете, а в самом отражении, взятом со стороны его само-определения. Мы уже говорили о нелинейности существующих в природе отражений, взаимодействий. Но нелинейность — синоним само- действия. Материальные объекты существуют только во взаимодействии. Поэтому материя всегда порождает информацию, идеальное. И наоборот. Идеальное, существующее только в себе, просто не существует ни для чего иного. Но идеальное, имеющее реальность для чего-то иного (отличного от него),— уже материализуется. Ведь материя — это то, что существует (воспринимается и воспринимает) внешне и во внешнем (вне себя). В этом смысле материя всегда ограничена, конечна.
И именно в смысле авторефлексии идеальное бесконечно. Не случайно Канторовское определение бесконечности воплощает идеи Гёделя! Ещё больше это заметно в теореме Гёделя (кодирование свойств индивидной области в самой этой области), в методах нестандартного анализа. Это первые подходы к парадоксальной концепции бесконечного. Своим парадоксом Рассел показал, что непредикативные понятия можно изучать только диалектически. Но всякая материя в себе существует именно непредикативно (авторефлексия), т.е. — идеально. И всякая материя "предикатизируется" во взаимодействии с другой материей (ибо она ограничивается, финитизируется внешним восприятием), т.е. — выступает как материальная.
Но в этой диалектике очень важно не абсолютизировать ни одну из сторон. Абсолютизируя сторону "в себе и для себя", Гегель потерял материю и уже не смог толком объяснить процессы "творения", не смог объяснить значение эксперимента, и т.д. Абсолютизируя внешнюю сторону, исключая системы отсчёта,— марксизм кастрировал гегелевскую диалектику, потерял фундаментальное значение авторефлексии в природе. Между тем, диалектика относительного и абсолютного должна быть конкретно развитой, а не декларативно-описательной. И язык нелинейных систем отсчёта здесь будет очень хорош. Собственно, вся современная наука идёт по пути объективации теорий Гегеля и Беркли, полностью принимая практицизм диамата.
Несколько слов о противоречии между диалектическим методом и философской системой Гегеля. Диалектика — это больше искусство, чем наука. Точнее, это их конкретный синтез (логификация нелогичного и обратное приведение к абсурду логичного: противоречия, парадоксы и их решения, и т.д). Результат применения диалектики логичен. Поэтому диалектический метод всегда будет противоречить системе-результату. Системы будут меняться соответственно уровню наших знаний; метод же ещё очень долго будет актуален.
Не знаю, насколько точно я сумел выразить свои мысли словами. Поэтому дам пару иллюстраций написанному.

1) Математическая иллюстрация проблемы идеального. Мы говорим, что множество B содержит информацию об A, если имеется некий структурный гомоморфизм: Ĝ: А→B . Но на самом деле информация — это вся тройка (Ĝ, А, B), и в B она "содержится" только условно. Фактически информация содержится в некой теории T(Ĝ, А, B), описывающей эту структуру. Математическая теория — понятие объективное (как это ни странно звучит). Именно, наличие T(Ĝ, А, B) означает наличие гомоморфизма Ĝ1: (Ĝ, А, B) → С, (грубо говоря, С — множество предложений формального языка). Но T(Ĝ, А, B) теряет весь свой смысл без своей метатеории, и т.д. — бесконечная последовательность Ĝi. Единственный путь точного определения "местонахождения" информации,— это требование гёделевой неполноты T(Ĝ, А, B), т.е. — высказывания о структуре (Ĝ, А, B) должны кодироваться в самой (Ĝ, А, B), и это должно быть неотъемлемой частью структуры, а не курьёзом, возникающим post factum её построения. В этом направлении мне и видится дальнейшее развитие теории информации. Тогда идеальное — это всё то, что существует "в себе и для себя", но его "бытие для иного" (т.е. в той системе отсчёта, где оно материально,— последовательность Ĝi ), и его "в себе- бытие",— друг без друга невозможны. Конечно, эта иллюстрация слишком упрощена. Но она показывает, что гегелевская диалектика имеет реальный смысл. В самом деле, где может существовать мир в целом именно как мир в целом, а не как собственная часть? Только в себе и для себя!

2) Иллюстрация поэтическая. Булат Окуджава:

"Я знаю — ты всё умеешь.
Я верую в мудрость твою.
Как верит солдат убитый,
Что он проживает в раю..."

Прослушав эти стихи, я впервые в жизни "попался на крючок религиозной пропаганды". Уже потом, успокоившись, я задал себе вопрос: почему? Не всегда эти вещи вообще стоит анализировать. Но тут, оказалось,— стоит. Потому что анализ бессилен. Моё подсознательное восприятие было построено по следующей схеме. Во что верит солдат? В то, "что он проживает в раю". Сразу чувствуется, как забитый неграмотный солдат был обманут казёнными речами какого-то батюшки, обманут религией. И вот, он верит. Но как это он верит, будучи уже убитым?! Значит, есть бессмертие души? Что-то мелковато бессмертие, если оно заключается в вере в обман. Но ведь это я верю в мудрость Бога, так же, как верит солдат. Солдат, которого нет,— верит. Что же это за мудрость такая? Его нет, но он верит. И тут сознание выбрасывается за пределы того, что есть и того, чего нет, становится над верой и безверием, над парадоксом. А это и есть вера. На Востоке это называли: "Вращение Света". В химических реакциях моего организма нет ни капли моего сознания, идеального. Нет его и вне этих реакций. Материальные реакции идут по кругу, а идеальное находится над ними. И наоборот. Именно это неощутимое "над",— и разматывает круг в спираль. И в этом Вращении Света различные системы отсчёта не удерживаются в себе, соскальзывают друг в друга. Скольжение систем отсчёта лежит в самой их сути.

Многое ещё хотелось затронуть, но я чувствую: надо остановиться. Главное тут уже сказано. Сейчас я занялся философией настолько, насколько это позволяет время, остающееся после математики. Здесь я описал суть дела кратко, в ущерб содержанию. А фактически, после каждой прочитанной книги остаётся пухлый конспект, состоящий из мыслей автора и моих собственных впечатлений. Очень хотелось бы узнать Ваше мнение по поводу такого направления философского исследования:

1) Введение в философию систем отсчёта,— нелинейных, взаимодействующих, "перетекающих" друг в друга. Т.е. — более ясное осмысление того, чем уже пользовался Гегель в своём типичном обороте: "в этом аспекте дело выглядит так, что требует другого аспекта, где оно выглядит совершенно иначе".

2) В той системе отсчёта, где объект рассматривается "в себе и для себя",— он идеален (по Гегелю); в системе "для иного",— он материален. Эти системы равноправны, никакой первичности. Сохранить при этом то отношение к практике и эксперименту, которое выработано современными точными науками и прагматической философией (включающей в себя и диалектический материализм).

3) Введение в философию математического языка,— на особом положении. Для физиков математика — судья не менее строгий, чем опыт. Здесь же математический формализм с самого начала должен считаться не совсем адекватной моделью философского содержания. Отсюда: математический вывод лишь будет поставлять материал для содержательной интерпретации; и если их результаты не совпадут, то ещё раз проверив нашу содержательную мысль, мы будем искать более точный формализм (примерно так гегелевская натурфилософия относилась к эксперименту; и примерно такую роль математика приобретает в науках, не имеющих жёсткой и тривиальной связи с экспериментом,— в таких, как экономика, социология или психология). Во всяком случае, я не вижу, как можно научно понять гегелевское "в себе и для себя",— если не пользоваться Кантором и Гегелем.

Очень прошу Вас не смягчать углы: писать откровенно обо всех возражениях,— мне это будет полезно. Отвечайте при наличии свободного времени и желания: любой ответ стоит внимания и труда, поэтому мне бы не хотелось Вас "вежливо отягощать".

 
Всего наилучшего! Владимир Журавлёв. 6.01.1989г.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"