Стамблер Зинаида Александровна: другие произведения.

Ёлкины игрушки

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Как сумела товарищ Залецкая получить разрешение въехать в единственную свободную комнату, как ей удалось не вызвать у непримиримой к её сословию власти ни раздражения, ни классовой ненависти... остаётся только гадать. Однако к окончанию периода новой экономической политики молодого государства Елена Леонардовна получила известность в узких, но весьма влиятельных кругах мистического Петрограда - а с 1924-го года Ленинграда - как непревзойдённый спирит и медиум.

  
  
  
   Стеклянные шары, канитель, хлопушки и всякая мишура...

   - Елена Леонардовна, вы мне помочь обещали!
  
   Воспитанница её и единственная соседка по коммунальной квартире барабанила в дверь запертой снаружи комнаты карабином собачьего поводка.
  
   - Мы с Тельмой возвращаемся с прогулки, смотрим, ваше окошко светится... Или уже странствуете?
  
   Ёлка загасила фамильной серебряной ложкой огонь свечи. Ну уж нет! Повадилась ночами являться...
  
   Екатерина Великая по-слоновьи потопталась ещё в коридоре, повздыхала, да и отправилась в уборную, где застряла уже надолго. Очередной сбежавший поклонник пожаловал хозяйке беспородной суки Тельмы двадцатичетырёхлетней поварихе столовой Университета имени Бонч-Бруевича Кате Рыбалкиной титул Великой за масштабность физического образа. Однако натурой крупная девушка отличалась мелкопакостной и тревожной. Спустя минут сорок она снова оказалась возле заветной двери.
  
   - Ну Елена Леонардовна... мне, правда-правда, очень нужно! Вторую неделю же обещаетесь... Всё равно не отстану!
   - Не боишься? - мерцающий силуэт возник за мощной спиной Катерины.
   - А я зажмурилась!
   - Ладно, говори, чего тебе?
   - Вот тут всё-всё написано! - дрожащая всем своим весомым телом Катя ткнула куда-то по направлению Ёлкиного голоса исписанный убористым почерком листок и, колотясь о стенки, устремилась прочь.
   - Глаза открой, дурёха, расшибёшься!
  
   Ну и почти тотчас в холле раздался характерный треск и звон. Рождественская ель, сбитая Екатериной Великой, поблёскивала и похрустывала под нею, сорванные гирлянды и бусы разлетелись по полу.
   - Сама поднимешься или... как?
   - Сама-сама, Елена Леонардовна, простите!
   - Ничего, она не настоящая. Настоящую я ещё не ставила. Вставай и отправляйся к себе!
   - Как же... Елена Леонардовна... а шум, а колючие иголки, а битое стекло... да и больно же!
   - Аа-а, ну да, да, конечно.
   - Издеваетесь.
   - Ступай уже. И на работу не проспи - будить не буду.
  
   В семь утра Катя открыла глаза - до знакомства с Залецкой она опаздывала везде и всюду, собралась, вышла в холл - и застыла. Роскошная трёхметровая ёлка, украшенная винтажными шарами, шишками, сосульками и лентами, поигрывая цветными огоньками, прикрывала нижними ветвями яркие картонки с бантами.
  
   - Не стой столбом, опоздаешь!
   - А... а как же мой список?
   - Список твой, Катя - полное дерьмо.
   - Не, ну...
   - Что ну? Ещё бы всех жителей и живность города перечислила!.. Костя Дремотко, Игорь Грушин, Саша Нестеров - студенты, Мариус Борисович Шагал, Пётр Кузьмич Филалеев, Эрик Альбертович Чечевидзе - преподавательский состав, Нина Чечевидзе, Ирина Вострова, Татьяна Силкина, Ольга Громадская, Светлана и Анна Панины - знакомые, Евдокия Ивановна Сырая - соседка, Марина Буркина, Евгения и Николай Петелины, Тамара Григорьевна и Роберт Викторович Сухоручко - всё собачники с Адмиралтейского проспекта, Саня Сухоручко, Боря Сухоручко, Мила и Ника Сухоручко - дети собачников, а также кобель Антонины Дмитриевны Гузовой Гера, две шавки: Буря и Натиск, принадлежащие Ивану Анатольевичу Трегубовичу, сам Трегубович, жена Трегубовича, тёща Трегубовича, а также вся родня тёщи Трегубовичей, дворовая кошка Дуся с котятами Дустом и Дастином, оба чёрно-белые... Никого не пропустила, надеюсь?
   - Елена Леонардовна, я же к вам как к самой-самой...
   - И что?
   - Сделайте, чтобы их всех в наступающем году просто не было!
   - Да ты, Катя, в уме ли?!
   - Они - обидчики мои и моей Тельмы! Уничтожьте их насовсем!!!
   - Катерина, я тебя люблю, а потому и терплю, но есть же какой-то предел. Так что возлюбите и вы с Тельмой врагов своих - и не дури!
  
  
  
   Предыстория
  
   Елена Леонардовна Залецкая проживала с семьёй в Санкт-Петербурге на Гороховой улице в просторной квартире на третьем этаже дома номер 1. В этом самом доме в одной из комнат своей квартиры, изуродованной после революции в коммунальную, она с некоторых пор обитает по сей день. Изо всех многочисленных жильцов Ёлка оставила при себе лишь совсем недавнюю жиличку. Толстуху и пакостницу, бывшую воспитанницу детского дома Екатерину Алексеевну Рыбалкину и её собаку Тельму, таких же одиноких, как и она.
  
   В детстве и ранней юности у Ёлки Залецкой было всё: любящие родные, лучшие учителя, заботливая прислуга, достойные подруги, блестящие кавалеры... Со временем появились и восторженные обожатели и последователи, а также внеземные покровители и внетелесные наставники.
  
   Всё началось с того момента, когда внезапная смерть не известного о ту пору шестнадцатилетней Ёлочке маркиза Риваля* резко переменила её судьбу. Девушка не просто почувствовала 31-го марта 1869-го года сие прискорбное событие - она внезапно впала в доселе не свойственное ей состояние на глазах приболевшей матушки и врача семейства, удачно оказавшегося подле Анастасии Афанасьевны Залецкой по случаю инфлюэнцы.
  
   Ёлка - хорошенькая полнокровная барышня, до того с нежной улыбкой ласкавшая котёнка, вдруг захрипела, схватилась обеими руками за сердце - и рухнула на пол. Попытки привести её в чувство продолжались довольно долго и не приносили результатов. Кровопускания сменялись горячими грелками, лёд - растираниями. Ничто не помогало. Она очнулась сама. Изменившаяся до неузнаваемости. С потемневшими волосами и просветлевшим взглядом, похудевшая и повзрослевшая. По совету докторов Ёлку повезли для укрепления здоровья во Францию, где на несколько лет оставили на попечении именитой родственницы. Вскоре умерли её родители, потом те, кто знал её родителей, а после и дальняя родня... В Россию Елена Леонардовна, наследница нескольких состояний, вернулась уже полвека спустя. И обнаружила квартиру свою почти всю заселённою чужой, как ей тогда показалось, прислугой - грубой, неряшливой и сильно пьющей.
  
   Как сумела товарищ Залецкая получить разрешение въехать в единственную свободную комнату, как ей удалось не вызвать у непримиримой к её сословию власти ни раздражения, ни классовой ненависти... остаётся только гадать. Однако к окончанию периода новой экономической политики молодого государства Елена Леонардовна получила известность в узких, но весьма влиятельных кругах мистического Петрограда - а с 1924-го года, Ленинграда - как непревзойдённый спирит и медиум.
  
   Её соседи по квартире постепенно повымирали - в основном, как отмечалось в протоколах освидетельствований тел, от беспробудного пьянства и несчастных случаев, с этой пагубной страстью сопряжённых. А других жильцов в квартиру Залецкой больше не селили по личному распоряжению товарища Луначарского, а следом - и самого товарища Сталина. И так до начала пятидесятых годов. Но к тому времени у Ёлки уже появились иные влиятельные помощники.
  
  
  
   Звезда, снежинки, флажки и сокровища...
  
   Едва за Катей захлопнулась дверь, проснулась Тельма - и не находя хозяйки, поскреблась в спальню Ёлки.
   - Иду-иду, моя хорошая. Тащи свой поводок!
  
   Вечером с Тельмой обыкновенно гуляла Екатерина Великая, а по утрам - Ёлка. Залецкой даже нравились эти ранние прогулки, без которых она, наверное, почти никуда бы в привычном смысле не выбиралась. С определённого времени Ёлке хватало её странствий, по выражению Кати. Но ради Тельмы она стала регулярно выходить из дома сначала по собачьей нужде, затем по приятной привычке и, наконец - для собственного удовольствия.
  
   Бесконечно любимый, страшный, переменчивый, такой неожиданный... самый прекрасный город. Ёлка знала его снаружи, сверху, изнутри, играла с ним, обожала его, растворялась и возрождалась в нём снова и снова. Утренняя дымка рассеивалась над Невой, в воздухе хороводили снежинки... Елена Леонардовна помедлила перед тем, как открыть Тельме дверь подъезда и запустить её в парадную. Вот ведь, - подумалось ей в тот самый миг. - Мир всегда кружится в одну сторону, а я - в другую.
  
   - Ёлка!
  
   Она обернулась, ощутив вспышку острого волнения. Как же давно её никто так не называл... лет сто сорок уж точно. Время расплавилось. Загорелись лицо и губы. На неё просительно, нежно и чуть-чуть насмешливо смотрели серебристые глаза незнакомца.
  
   - Ёлка... Всё такая же розовощёкая и стремительная. Ну здравствуйте! А ведь знал, что мы непременно с вами встретимся! Вы позволите... - он придержал массивную дверь.
  
   Тельма пятилась и трусовато косилась на Ёлку, не решаясь перешагнуть порог. Залецкая тоже отступила назад.
  
   - Не помните... Международная выставка садоводства. Михайловский манеж. Май шестьдесят девятого. Одна тысяча восемьсот шестьдесят девятого года... Тюльпаны и гиацинты Гангурова. Мы с вами обменялись парой восторженных фраз по поводу цветов, как подошла ваша маменька, назвала этим озорным именем, столь дивно вам идущим и сейчас... и увела вас за собою. Ну, конечно, - спохватился незнакомец, улыбнувшись ей. - Меня же тогда вам так и не представили... Хотя, сказать по чести, я не помню прежнего своего имени. А ваше запомнил на все мои жизни!
  
   Ёлка не улыбалась. Неведомое доселе чувство щемило ей сердце. Несомненно, к ней и раньше обращались - без отчества, с отчеством, по фамилии, по-разному. В присутственных местах, куда Залецкая изредка вынуждена отправляться по разным причинам, и в магазинах, и в опере, и в кафе, в музеях, в галереях, на улице...Она ни разу не изменяла своего имени, но Ёлкой... В её сумочке лежал смартфон с интернетом - не самой последней модели - зачем бы, ей-то вполне хватало. Больше века для всех она была потомком эмигрантов из бывших, хорошо сохранившейся - ах, знали бы, на самом деле, насколько - дамой с невероятными связями на всех уровнях общества и фантастическими возможностями в области эзотерической.
  
   Елена Леонардовна оказывала благотворительные услуги в виде всевозможных консультаций историкам, лингвистам, антикварам, организаторам любых реконструкций, а также принимала людей в рамках нескольких гуманитарных проектов, отобранных ею лично с превеликим тщанием. Кто-то - из меньшинства наиболее сведущих - скорее всего, пусть и в самой малой мере, всё же догадывался о феномене Залецкой, для всех же она оставалась уникально образованной, чрезвычайно одарённой разнообразными талантами, умениями, добродетелями и знаниями особой со странностями - эдакой звездой духа. Некоторые считали её йогини, ясновидящей, некоторые - великим магом, колдуньей, гадалкой и кем только не...
  
   Ёлка никогда не принимала вознаграждения, она сама щедро награждала всех, кто к ней обращался за информацией, за советами, за здоровьем, за помощью - всем, чем только было возможно. Анонимно или от имени тайных своих учителей.
  
   За многие годы Ёлка никому не открыла, кто она и каким делом занята. И не потому что не доверяла или боялась - из потребности оградить и оберечь, не отягощать собственным великим грузом... Из любви, из сострадания к людям.
  
   Катю Рыбалкину Ёлка возлюбила с первого их знакомства, в областном детском доме - и уже не выпускала из вида. Это она устроила ей комнату в своей квартире, и постепенно шаг за шагом, день за днём приручала её уже вместе с Тельмой, приучая к хорошему и даже к очень хорошему. Кто бы мог предположить, что именно Екатерина Великая невольно раскроет существование Ёлки для незнакомца. В столовой Университета Бонч-Бруевича, куда Залецкая сама и привела устраивать свою дурно воспитанную, но отнюдь не пропащую воспитанницу и соседку.
  
   ...Ёлка всматривалась в душу сероглазого и перебирала в сокровищнице памяти, словно старые снимки, свою с ним мимолётную встречу.
  
  
  
   Настоящее
  
   Наконец, она решилась.
  
   - Если вы никуда не спешите, мы могли бы немного пройтись с вами по набережной... И поговорить. Или помолчать... Но сперва я всё же отведу собаку домой. Проходите, пожалуйста!
  
   Тельма, очевидно, предвкушая приключение, всячески выражала своё недовольство подобным развитием событий. Ёлка же, не церемонясь, обтёрла ей лапы, хвост и живот сначала мокрым, затем сухим полотенцем и повесила ошейник с поводком на крючок. После чего смущённо улыбнулась сероглазому и метнулась на кухню, где проверила собачьи миски с едой и водой, да и на пару минут исчезла в глубине коридора, откуда вышла уже нарядная и в сапожках на высоких каблуках.
  
   - Ну, рассказывайте... Хотя нет, погодите... Вы же - студент Университета имени Бонч-Бруевича, правильно? Вы увидели меня примерно полгода назад, когда я привела Екатерину на работу в университетскую столовую, так? Выследили мою Катю, да ещё и донимали её своими приставаниями с расспросами... То-то она вас в свой страшный список внесла, - Ёлка расхохоталась. - Если не ошибаюсь, третьим нумером! Ай да Екатерина Великая!
  
   Незнакомец бережно поддерживал Залецкую под локоток, подтверждающе кивал ей и счастливо улыбался, не без труда подстраиваясь под походку и шажки невысокой своей спутницы. Но пока не мог вставить ни единого слова. Раскрасневшаяся Ёлка одобрительно и горделиво поглядывала на него снизу вверх, всё больше и больше изумляясь происходящему с ними, а в первую очередь, тому, что ей никак не удаётся связать концы с концами.
  
   - А ведь, сударь, я решительно не могла обсуждать с вами тюльпаны и гиацинты в Михайловском манеже! И вас никто бы мне не представил - например, потому что вас ещё просто не было на свете! Но... тогда откуда бы вам знать, что мы присутствовали с матушкой на открытии той майской выставки...
  
   - Прошу вас, позвольте...
  
   И незнакомец мягко развернул Ёлку перед входом в известную ему кофейню, где не раз сиживал, наблюдая за нею или за Катей с Тельмой.
  
   - Тут неплохой кофе, и мало посетителей с утра... Скажите, Ёлка, вы предпочитаете кофе с пряностями, с ликёром или à la carte? А пончики я вам закажу по своему вкусу, вы же не успели позавтракать перед прогулкой с Тельмой.
  
   - Кофе с горячими сливками и корицей, пожалуйста. Вам... простите, лет двадцать, не больше. Двадцать два? Или двадцать три?
  
   В кафе и в самом деле почти никого не было. Незнакомец сделал заказ у барной стойки, затем помог Залецкой снять меховое пальто и шаль, усадил её, отнёс всю верхнюю одежду на вешалку - и наконец, сияющий и тоже раскрасневшийся, устроился напротив своей дамы.
  
  
  
   Кофе с горячими сливками, шоколадные пончики в ванильном соусе и клубника forever
  
   - Неважно, сколько мне лет. Вам в шестьдесят девятом, к примеру, вообще шестнадцати ещё не было. И да, я -- студент, заканчиваю учёбу в следующем году. Меня зовут Александр Нестеров. Александр Юрьевич Нестеров. У меня уже сейчас есть работа. Вернее, две. Ночами я сторожу офисные помещения в доме, где снимаю жильё, а также обслуживаю там все коммуникации и электронику. И перевожу технические тексты с английского и французского - это уже между занятиями в университете, по выходным и в свободное время, которого у меня всегда было предостаточно. Я же не встречался с девушками, Ёлка, я учился, работал и ждал вас. А теперь выслушайте меня, пожалуйста. Вы правы, я узнал вас в столовой университета. Узнал мгновенно ту самую барышню, во встречу с которой верил всем сердцем, и которую готов был ждать хоть целую вечность.
  
   Принесли кофе в толстостенных керамических бокалах с крышками и шоколадные пончики с клубникой. Ёлка внимала Александру, читала в его глазах и губах... и вкушала пончики, купаясь в ароматах корицы, ванили, кофе и шоколада.
  
   - Так уж вышло, что неведомо каким чудом, но я вас с той нашей первой встречи на выставке садоводства запомнил. Навсегда! Я - сегодняшний, вас - вне времени. Вы -- самое дорогое и сильное моё впечатление, мой внутренний свет и жар. И я не намерен отступать.
   - А... а что вы намерены? - не удержалась Ёлка от вопроса.
   - Ну как же! Сначала ухаживать за вами, столь долго и так, как вам будет угодно, но хорошо бы не очень всё же долго. А после - жениться. Хотя жениться лучше сразу, если вы не против.
  
   Господи... а ведь и правда, узнал, и правда, помнит. И похоже, не только узнал и помнит, но и ...любит? И что мне со всем этим делать?!
  
   Первая идея Ёлки посоветоваться с духами, казалась уже более чем несостоятельной - ну разве стоит тревожить иные миры по личным вопросам. А идей получше почему-то не возникало.
  
   - Александр, но я...
   - Мне известно, что вы не замужем.
   - Вы не знаете моего прошлого и не представляете - настоящего.
   - Ну так доверьте мне те секреты, о которые мне знать должно, и я не посмею желать большего.
   - У меня было много мужчин.
   - А я вам их прощаю.
   - Но я не смогу родить вам ребёнка...
   - Усыновим чужого. Если вам мало Кати и Тельмы, конечно.
   - Но у меня множество недостатков: язвительна, вздорна, перекрашиваю волосы чаще, чем ногти...
   - Это - неважно.
   - ...до сих пор сплю в обнимку с игрушками!!!
   - И это - неважно.
   - Но я не умею готовить и экономить, часто и по пустякам выхожу из тела и очень неохотно возвращаюсь обратно, странствую по ночам...
   - Будем странствовать вместе!
   - А вам известно, что я старше вас на почти сто двадцать два года?
   - Nobody's perfect!**
  
   _______________________________________________________________________________
   *Hippolyte Léon Denisart-Rivail, в дореволюционной России именуемый маркиз Риваль.
  
   **Никто не совершенен! - последняя реплика Осгуда Филдинга III-го в "Some Like It Hot"; название двойного альбома "Deep Purple"... и не только.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) В.Пылаев "Видящий-5"(ЛитРПГ) А.Эванс "Фаворит(ка) отбора"(Любовное фэнтези) Н.Самсонова "Отбор не приговор"(Любовное фэнтези) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Д.Игнис "Безудержный ураган 2"(Уся (Wuxia)) Б.Ту "10.000 реинкарнаций спустя"(Уся (Wuxia)) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк) Ю.Кварц "Пробуждение"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"