Зиневич Алла Николаевна: другие произведения.

Странствия Гренгуара

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Средневековая комедия

Странствия Гренгуара.

(комедия от романа Виктора Гюго "Собор Парижской Богоматери")

Всем неудачникам хвала и слава! <...>

Чье достоянье - посох пилигрима

Или дырявая сума певца...

Эдуард Багрицкий, "Трактир".

Виктории Кертуцкой и, как всегда, Валентину.

  

Действующие лица (возраст - для первого появления на сцене).

   Пьер Гренгуар. В начале пьесы носит фамилию Гренгор (Гренгуар - ее "сценическая" переделка) 16 лет, внешне почти не стареет. Каштановые волнистые волосы до плеч, серые глаза, бесцветные ресницы, слегка грубоватое лицо. Сутул, порывист, говорит очень быстро, порой нечетко, но эмоционально. Любит жестикулировать.
   Клэр Де ла Валь. Старше Пьера всего на 18 дней и внешне, а, скорее всего, и внутренне, очень похожа на него. Волнистые каштановые волосы, глаза изменчивые от голубого и серого до зеленого и порой черного. Тонкие черты лица и, что существеннее, души. Задумчива, немногословна, но иногда резко дергает головой или поглаживает себя по щеке.
   Джали, козочка. Умное животное.
   Теофиль Арманьяк. Жених Клэр и ее ровесник. Красив и горд, как полагается военному.
   Люсиль Гренгор. Мать Гренгуара. Заботливая женщина с крестьянским лицом, не слишком-то ценит литературные занятия сына.
   Марианна Де ла Валь. Властная женщина с пышными волосами и орлиным профилем, выглядит очень молодо.
   Лизон Гренгор (Бушерон). Младшая (на 2 года) сестра Гренгуара. Задорная, бойкая женщина.
   Бушерон Анри. Муж Лизон, дровосек и ревнивец.
   Андрэ Гренгор (Бушерон). Сын Лизон и Анри, племянник Гренгуара. 9 лет.
   Мэтр Флориан. Учитель Клэр, старший друг и наставник Гренгуара, преподаватель Сорбонны. Под сдержанностью, проистекающей из жизненного опыта, таит задор.
   Готон. Служанка и кормилица Клэр, выражает народную мудрость.
   Пьер Де Божё. Воспитатель дофина.
   Анна Де Божё. Сестра дофина, жена Пьера де Божё.
   Дофин, потом король Карл. 13 лет, веселый подросток.
   Кюре. Деревенский священник, первый наставник Гренгуара, не дурак выпить.
   Клод Фролло, Фалурдель, старуха, Батист Птицеед, Жак Шармолю, Епископ Парижский. Характеры и внешность те же, что и у Гюго в "Соборе Парижской Богоматери".
   Священник в церкви Блуа, торговка тканями, торговка пирожками, заговорщик и господа критики в Блуа, вестник короля, цыганки, стражники, крестьяне, зеваки, гости дома де ла Валь, обитатели Двора Чудес и прочие.
  

Действие первое. 1471 г. "Увидеть Париж..."

   Картина 1.
   Парижская улица зимней ночью. В богатом доме светится окно в верхнем этаже, из-за сцены - крики: "Пустите!" На сцену из-за кулис вываливается Гренгуар, которого пинает ночной дозор.
   Гренгуар (падая на зад): Ох!
   Стражник (грозя ему алебардой): Будешь шляться по ночам и побираться, упеку в тюрьму!
   Гренгуар: Спасибо, у меня было бы где поспать.
   Стражник: Размечтался, бездельник!
   Гренгуар: А то прошлую ночь я провел в склепе...
   Стражник (плюнув на мостовую): Туда тебе и дорога!
   Уходит. Гренгуар, почесав лоб, вскакивает, догоняет его, хватает за одежду.
   Гренгуар: Постойте! Постойте!
   Стражник: Чего тебе? Сказано, не будешь занимать камеру за счет казны!
   Гренгуар (со вздохом): Жаль...Я... это... как называется эта улица?
   Стражник: Отстань от меня! Иди во Двор Чудес! Вырывается, уходит снова.
   Гренгуар (вдогонку): Послушайте, а где живет Жорж де ла Валь?
   Молчание. Гренгуар нерешительно оглядывается и стучит в дверь богатого дома.
   Голос из-за двери: Кто там шляется среди ночи?
   Гренгуар: Жорж де ла Валь... здесь живет?
   Голос из-за двери: Он переехал!
   Гренгуар (скороговоркой): Куда? Мне надо срочно туда попасть!
   Голос из-за двери: На кладбище Невинноубиенных!
   Гренгуар: Черт, я там уже ночевал, сторож меня помнит. Не пустит...
   За дверью - удаляющиеся шаги. Гренгуар снова стучит в дверь.
   Гренгуар: А кто-нибудь из его родни не переехал туда?
   Голос из-за двери: Мадам Марианна при дворе в Блуа, идите во Двор Чудес, я не кормлю бродяг!
   Гренгуар: Я не бродяга, я поэт!
   Голос из-за двери: Все равно бездельник!
   Гренгуар: Опять бездельник! Я Пьер Гренгор, сын Николя Гренгора, я приехал к вам поступать в Сорбонну!
   Колотит в дверь изо всех сил.
   Голос сверху: Открой ему, Готон.
   Гренгуар: О, это ангел!
   Готон (звеня ключами): Входи, Бог с тобой.
   Вскоре Гренгуар появляется в окне второго этажа.
   Гренгуар: Здрасьте... я....
   Девушка с книгой: Здравствуйте. Я все слышала с улицы.
   Гренгуар: Да... у меня голос есть, говорил кюре, когда не брал в певчие. Вот... извините.... (бойко) А Вы, значит, дочь мессира Жоржа?
   Девушка с книгой: Да. Готон, принеси ему поесть.
   Готон уходит. Гренгуар подходит к девушке.
   Девушка: Вы что-то от меня хотите?
   Гренгуар: Да... Как Вас зовут?
   Девушка: Клэр.
   Гренгуар: Пьер. Мы рифмуемся, а на этом держится поэзия.
   Входит Готон с подносом, где два бокала, бутыль и блюдо с закусками. Гренгуар без разрешения хватает с подноса куриную ножку и жадно жует.
   Клэр (распахнув глаза): Боже, Вы всегда такой голодный?
   Гренгуар (жуя): Угу. Гм. Угу. А в бутылке чего?
   Готон: Вино.
   Гренгуар: А я не пью неразбавленного, как греки, так что несите воды, вот.
   Клэр: Не волнуйтесь, оно разбавлено. Наливает себе и ему. Идите, Готон.
   Жестом приглашает его сесть, Гренгуар с шумом плюхается на скамью.
   Гренгуар (хватая бокал): Давайте чокнемся!
   За сценой - смех Готон. Гренгуар и Клэр чокаются.
   Гренгуар: За славу и любовь! Клэр, будьте моей Музой!
   Клэр (рассеянно моргая): Зачем?
   Гренгуар: Муза полагается поэту, как и несчастная любовь, чахотка, чердак, презрение толпы и критиков, скитания и ранняя смерть - но я думаю, мне Музы хватит, ибо без нее нет поэзии.
   Клэр: Ладно, я буду Вашей Музой.
   Гренгуар: Замечательно! Клэр почти что молния. А Пьер значит камень.
   Клэр: Так Вы и без Музы - поэт, зачем Вам она?
   Гренгуар: А зачем Вам "зачем?" Вы же не поступаете в Сорбонну?
   Клэр: Так Вы ради этого направились в Париж?
   Гренгуар: За триумфом, как Юлий Цезарь! Сорбонна - мой Рубикон, понимаете?
   Клэр: Зачем триумф, слава? Неужели Вам мало уюта, покоя?
   Гренгуар: Ну, уж этого у меня никогда не было! Папаша пил и чуть что поколачивал меня с сестрой, мама была скупа на ласку. Один кюре понимал меня. Он узнал, что папаша когда-то не только закладывал за воротник, а и спас Вашего отца... короче, посоветовал ехать к Вам штурмовать Сорбонну, он считал меня надеждой французской словесности. Зевает. Я стихи пишу...вот... хотите, прочитаю?
   Клэр: Вы хотите спать.
   Гренгуар (зевая): Та-а-ак Вы хо-о-тите послушать мои стихи?
   Готон (из-за двери): Мадемуазель! Неприлично так поздно оставаться с юношей!
   Клэр: Готон! Покажите ему комнату!
   Гренгуар: Я ее и та-ак ви-ижу. И Вас, мой а-ангел. Давайте, я почита-аю...
   Клэр (смеясь): Готон плохо развела вино!
   Уводит Гренгуара из комнаты, он пытается читать ей стихи.
  
   Картина 2.
   Комнаты дома разделены перегородками, одна стена прозрачна для зрителя. В мансарде просыпается Гренгуар.
   Гренгуар (зевая): А-а-а! Странно... Светло, и сторожа я не слышал. Открывает глаза, потягивается по-кошачьи. А, я в доме. А который час? Встает к окну. Люди ходят! Кошмар! Растрепывает волосы, окунает лицо в таз с водой, и так как он спал в одежде, его туалет готов. Убегает в дверь.
   В комнате Клэр Готон накрывает на стол.
   Готон (ворча): Уж когда вернется мадам Марианна! Вечно, когда мадемуазель одна, танцы до ночи, посиделки до утра, кавалеры, кавалеры! Ладно, те благородные, опрятные, а этот оборванец полоумный. Поэт!
   Гренгуар (вбегая, слышит только последнее слово): О, Вы уже позвали меня! Гостеприимный дом Навсикаи, где странник Одиссей... Замолкает, увидев взгляд Готон.
   Готон: Садитесь есть. Мадемуазель!
   Входит Клэр в домашнем платье, садится около Гренгуара.
   Клэр: Доброе утро, Пьер.
   Гренгуар (жуя): Доброе. Доброе.
   Клэр: Что Вы будете делать сегодня?
   Гренгуар: Пошел бы в Сорбонну, да где она? И бумаг у меня нет - Ваш отец бы рекомендовал меня к поступлению, но он на кладбище.
   Клэр: Может, Вам поможет мой учитель - мэтр Флориан? Он вхож в круг профессоров, он...
   Гренгуар (восторженно перебивая): Моя благодетельница!
   Клэр: Погодите, он еще не пришел. Ешьте, Пьер, что Вы так смотрите мне в рот?
   Гренгуар: Пытаюсь вдохновиться - я же выбрал Вас в Музы, это мой творческий долг.
   Клэр (устало): Ребенок!
   Гренгуар: Вы что-то сказали?
   Клэр, размышляя, шевелит губами. Гренгуар смотрит на нее в упор, не мигая.
   Клэр: Мэтр Флориан!
   Гренгуар роняет на пол кубок и лезет под стол поднять его, видит из-под скатерти подол сутаны
   Гренгуар (из-под стола): Здрасьте, мэтр!
   Мэтр Флориан: Здравствуйте, незнакомый юноша! Извольте поднять голову, чтобы я видел, с кем разговариваю.
   Гренгуар (поднимаясь): Да так... с простым парнем... Я ж еще не составил себе имени.
   Мэтр Флориан: Но, тем не менее, Вас крестили?
   Гренгуар: Шестнадцать лет и шестнадцать дней тому назад.
   Клэр: Так Вы моложе меня?
   Гренгуар: Так Вам только шестнадцать?
   Мэтр Флориан: А мне сорок, и мне хотелось бы узнать, как Вас назвали при крещении.
   Гренгуар: Пьер. Пьер Гренгор. Это было в Тьерри д'Аркуре, в глухой провинции, в глухом ноябре. Увлекаясь, выспренно. Снег уже лежал, зима казнила холодами, волки выли в унисон с колоколами, и луна угрюмо висела в черном...
   Мэтр Флориан: Вы хотите составить себе имя как поэт.
   Гренгуар (удивленно): Да. А это... Вы могли бы помочь мне... попасть в Сорбонну. Мадемуазель Клэр говорила мне... вот..
   Мэтр Флориан: Вы - дворянин?
   Гренгуар: Я - Жак-простак, но мой отец.. то есть дед... он вроде родня родне родни де ла Валей... И мы с Клэр решили называть друг друга кузен с кузиной, так проще, вот...
   Мэтр Флориан: Понятно. Вам нужны фальшивые бумаги и рекомендация.
   Гренгуар: Так Вы поможете мне?
   Мэтр Флориан: Погодите. Вначале я должен провести урок с Клэр - мне заплачено.
   Гренгуар: А мне что делать?
   Мэтр Флориан: Послушаете. Итак, мадемуазель Клэр, что мы проходили?
   Клэр: Римскую историю. Юлия Цезаря.
   Гренгуар (восторженно): Наша Галлия, Рубикон, любовь Клеопатры - и ты, Брут!
   Клэр удивленно пялится на него. Мэтр Флориан почесывает подбородок. Голоса стихают, сцена темнеет.
  
   Картина 3.
   Переулок около Сорбонны. Гренгуар и Мэтр Флориан выходят из-за кулис, беседуя.
   Мэтр Флориан: ...И напрасно Вы все время всех перебиваете - это не привычка благородного человека, друг мой. Но чего же Вы хотите: добиться успеха своим талантом или преуспеть в науках?
   Гренгуар: Не знаю.
   Мэтр Флориан: А если выбирать?
   Гренгуар: Я не знаю, чего мне хотеть!
   Мэтр Флориан: Ну, спокойнее, Пьер. Я сейчас Вас познакомлю с одним важным в Сорбонне человеком. Он закончил ее как лучший выпускник и до сих пор на отличном счету.
   Гренгуар (с нетерпением): И кто же он?
   Мэтр Флориан: Сейчас увидите.
   Звенит колокол, выбегают школяры, чуть не сбивая оторопевшего Гренгуара с ног. Вслед за ними чинно выходят профессора.
   Гренгуар (тыкая в каждого из профессоров пальцем): Это он? Это? Этот?
   Мэтр Флориан (в толпу): Отец Клод!
   Высокий человек в толпе оборачивается и величаво подходит к ним.
   Клод: Доброе утро, мэтр Флориан.
   Мэтр Флориан: Я хочу Вас познакомить с толковым деревенским пареньком - малость взбалмошным, но он поэт, и по молодости лет ему простительно.
   Клод (придирчиво разглядывает его): Я понимаю, я должен принять участие в судьбе этого юноши?
   Гренгуар (встревая): Да, Вы должны мне помочь попасть в Сорбонну.
   Мэтр Флориан: Видите, как он непосредственен?
   Клод (хмуро): Вижу. Что ж, я поговорю с ректором Сорбонны, чтобы он принял этого юношу, но при одном условии: пусть этот юноша немного присмотрит за моим чертенком.
   Гренгуар (восхищенно): У вас есть чертенок? Вы вызвали его, заставили починиться, как Соломон?
   Клод (смутно улыбаясь): Это мой младший брат, ему шесть. Скоро я отдам его в школу, пока воспитываю сам, но мне надо уехать на несколько дней, и кто-то должен с ним посидеть.
   Гренгуар: Я согласен посидеть хоть с настоящим чертенком, лишь бы поступить в Сорбонну! Ведь если я буду образован, я буду лучше писать и скорее прославлюсь, вот!
   Клод: Слава - тлен. Стремиться нужно лишь к бессмертию. Я спешу, мэтр Флориан, пусть юноша приходит ко мне завтра. Бог да пребудет с вами!
   Гренгуар: Чудной человек этот Клод, а, мэтр Флориан?! Такой хмурый, такой - ух, как апостол Павел в нашей сельской церкви!
   Мэтр Флориан: Наука изнурила его.
   Гренгуар: Зато Клэр совсем другая, прям как ее имя. Клэр - молния...Оп-па!
   В переулке появляются Клэр и Готон, несущая корзины.
   Клэр: Какая встреча, мэтр Флориан! Не хотите ли Вы отобедать у нас?
   Гренгуар: А можно я тоже отобедаю у Вас?
   Клэр (только сейчас заметив его): Пьер, Вы разобрались с Сорбонной?
   Гренгуар: Немного. Мэтр Флориан познакомил меня с чудаком, у него есть чертенок, то есть ребенок, то есть брат, и он поможет мне поступить.
   Клэр: Чертенок?
   Мэтр Флориан: Пьер говорит об отце Клоде Фролло, молодом, но уже известном герметике.
   Клэр: Я его не знаю. Идемте к нам, Готон накроет на... (считает, загибая пальцы) пятерых?
   Гренгуар: Ой, прям как у нас в деревне по ромашке гадают! Смеется. Завтра, Клэр, пойду к отцу Клоду, послезавтра - в Сорбонну, глядь, и жилье найду. Но я все равно буду ходить к Вам в гости! Кстати, я уже посвятил Вам все стихи, которые написал в деревне. Они, правда, не любовные, я таких еще не умею, вот.
   Клэр (улыбаясь): А разве их надо уметь писать? Любовь - чувство...
   Гренгуар: Есть такая книга, говорил наш кюре, "Искусство любви". Ее написал какой-то Овдарий, вроде так.
   Мэтр Флориан: Овидий. Вам определенно нужно учиться, Пьер.
   Гренгуар: И поесть, мэтр Флориан! Вы не смотрите, что я такой вроде тощий, меня мать в деревне хорошо кормила. А какой воздух у нас, какие коровы, какое молоко!
   Все трое заходят за кулисы, оттуда доносится голос Гренгуара: А какие яблоки! Какой виноград!
  
   Картина 4.
   Комната Гренгуара в доме Клэр. Ночь. Беспорядок. Гренгуар пишет письмо матери, проговаривая все вслух.
   Гренгуар: Все у меня здорово, мамочка, только денег нет. Я пока живу у Клэр, потому что комнату в землячестве поэтому мне не дают. Мэтр Флориан и отец Клод читали мои стихи, сказали, у меня талант, так что зря ты говорила мне лучше убраться в хлеву. Кусает перо, напускает на себя задумчивый вид. А писать, что до Сорбонны далеко, вставать рано, и ем я только у Клэр утром и вечером? Ладно, ей все равно все кюре читает, не будем пугать пьянчужку. Снова кусает перо, чернила капают на пол, заливают одежду. Черт побери! В чем же я завтра пойду учиться? А, черное на черном не заметно. Так, а на чем я пишу письмо? Оборотка лекции? Плевать, лишь бы стихи для Клэр были на чистом. Хмуро созерцает стол. Надо бы навести порядок на столе. Начинает перекладывать вещи, некоторые листки падают на пол. Так, это туда, это - сюда. Напевает. В прекрасном городе Париже... Тра - ра - ра - ра! За славой и любовью я... Черт, опять не могу вспомнить, что сочинил на лекции. Надо было записывать: Фома Аквинский помер, а я - еще нет. Снова перебирает рукописи, вылавливает один листок. О, это письмо к Клэр!
   Ты - молния, в небесной синеве...
   Надо исправить, исправить...
   Стук в дверь, Гренгуар деловито
   Кто там?
   Мэтр Флориан: Мэтр Флориан.
   Гренгуар: Так поздно?
   Мэтр Флориан (входя): Новости, Пьер.
   Гренгуар: Плохие? Могли и не приходить, мне к завтерему учить ого-го!
   Мэтр Флориан: Во-первых, не говорите "к завтрему, говорите "на завтра"". Если бы Вы играли на провинциальности! А то ведь Вы портите образованность.
   Гренгуар (зевая): Ага. Валяйте новости.
   Мэтр Флориан: Мадам Марианна приезжает завтра. Смотрит на водяные часы, для сохранности поставленные на пол в углу. Сегодня на рассвете.
   Гренгуар: Да пусть приезжает. Я не против, познакомлюсь. Лучше скажите, как Вы находите мои новые стихи? Ищет листок на столе. А, по памяти:
   Как вдруг в часовне Жака де Вритри
   Запели ветры, разлетелись вихри,
   Шалея, разметались витражи...
   Мэтр Флориан! Неужели все так плохо, что Вы и не пытаетесь слушать?
   Мэтр Флориан: Гораздо лучше, чем раньше, но не для этого я послан к Вам среди ночи!
   Гренгуар (недоуменно): Разве сообщить о приезде Мадам Марианны?
   Мэтр Флориан: Если Клэр относится к Вам по-доброму, неизвестно, как отнесется ее мать! Вы поговорили с отцом Клодом о комнате?
   Гренгуар: А почему Клэр сама не пришла?
   Мэтр Флориан: Она выехала навстречу матери, но тотчас же послала за мной, чтобы я мог предупредить Вас. Говорили ли Вы с отцом Клодом?
   Гренгуар: Да естественно. Мы решили изучать герметику.
   Мэтр Флориан: А насчет комнаты?
   Гренгуар: Ну, в соборе он вечно занят, а дома у няньки чертенка не вставить и слова - она такая болтушка!
   Мэтр Флориан: Кто бы говорил!
   Гренгуар: Да ладно, я решу этот вопрос. Вот вы бы лучше объяснили мне некоторые положения Фомы Аквинского.
   Мэтр Флориан: В таком случае могли бы Вы завтра выглядеть поприличнее?
   Гренгуар: В смысле? Я всегда одет.
   Мэтр Флориан (иронично): Причесан, аккуратен...
   Гренгуар: Если мне напомнят...
   Мэтр Флориан (перебивая): Помните сами. Утром не проспите и уберите здесь!
   Гренгуар: Понял. Доброй ночи... утра, мэтр Флориан!
  
   Картина 5.
   Та же комната, только чуть больше порядка. Гренгуар спит, уткнувшись носом в рукописи.
   Клэр (за дверью): Мама, в этой комнате ничего не изменилось, такой же хлам, как всегда.
   Мадам Марианна (открывая дверь): Не изменилось? А кто это?
   Гренгуар (просыпаясь): А - а - а... Недоуменно смотрит на вошедших.Мадам Марианна?
   Мадам Марианна (холодно кивает): Кто Вы и почему ночуете в моем доме?
   Клэр: Мама, это...
   Гренгуар: Поэт Пьер Гренгор. Ваш муж...
   Мадам Марианна: Я не намерена содержать бастарда.
   Гренгуар: Я не бастард. А вот Ваш муж...
   Мадам Марианна: Не оскорбляйте его память.
   Гренгуар: Ваш муж... мой отец спас ему жизнь. Мы дальняя родня, совсем дальняя.
   Мадам Марианна (к Клэр): Я же всегда права: не он сам, так кто из предков его отца...
   Гренгуар (перебивая): Я не знаю, кто бастард, а кто - нет, но Ваш покойный супруг был дворянин, в отличие от покойного супруга моей матери. А кюре хотел, и я тоже, чтобы я учился в Сорбонне, и что Ваш покойный муж поможет, вот.
   Мадам Марианна: Попрошайка.
   Клэр: Мама, Пьер не попрошайка, а студент факультета словесных наук.
   Мадам Марианна: Это из тех школяров, что шляются по улицам и горланят бред?
   Гренгуар: Я не шляюсь, а гуляю, и не горланю, а повторяю материал! Или сочиняю стихи - это надо вслух, для ритма, чтоб держался. Стихи, они как орган в церкви, вот.
   Мадам Марианна (чрезмерно вежливо): Извините, что перебиваю Вас, но мне хотелось бы знать, когда Вы переедете, так как у меня не постоялый двор .
   Гренгуар (обиженно): Да хоть сейчас! Вскакивает, сгребает рукописи в убогую сумку, бросает туда же чернильницу и перья. Ухожу! Прощайте вновь, родные Пенаты! Снова я бездомен...
   Клэр: Пьер, не уходите! Мама просто беспокоится за нашу репутацию, мы - одно из самых уважаемых семейств Парижа.
   Гренгуар: Ну, мое семейство в деревне было тоже уважаемым, так как папаша знал грамоте, и я за ним... Кладет сумку на стол, оттуда все вываливается. Так я могу остаться?
   Клэр: Конечно, тем более Вас так редко застанешь дома!
   Гренгуар: Но когда я дома, я тих. Скажите, Клэр, причинил ли я Вам какие-либо неудобства присутствием здесь?
   Клэр: Нет.
   Гренгуар: Я сидел в комнате тихо, так?
   Клэр: Да.
   Гренгуар: И от меня... мне... на меня не было финансовых трат с Вашей стороны? Ну, кроме на еду, вот...
   Клэр: Нет.
   Гренгуар: Видите, мадам Марианна, я ничего не сделал Вашему дому!
   Клэр: Видишь, мама?
   Мадам Марианна: Не слепая. Все-таки, дочь, опрометчиво позволять жить у себя человеку, который явился с улицы, не имеет ни гроша за душой, одет и ведет себя, как нищий со Двора Чудес!
   Гренгуар: Я одет нормально... Хотя... Вы правы: некоторые нищие одеты получше меня.
   Мадам Марианна: И они не нахлебничают в домах дворян.
   Гренгуар (вновь вскидывая сумку на плечо): Так мне уйти?
   Клэр: Оставайтесь! Матери. Как только Пьер сможет, он переедет от нас, верно?
   Гренгуар (грустно): Да. Придется. Но я буду время от времени ходить к нам в гости, можно?
   Мадам Марианна: Ходите, но чтобы ничего предосудительного!
   Гренгуар: В смысле?
   Мадам Марианна: Не приставайте к моей дочери.
   Гренгуар: Да я и не умею!
   Клэр смеется, мадам Марианна смотрит на нее с укоризной.
   Мадам Марианна: И если Вы намерены являться в мой дом, извольте причесываться и приобретите приличную одежду.
   Гренгуар: Понял, не дурак. Вскидывает сумку на плечо.
   Клэр: Пьер, Пьер, Вы куда?
   Гренгуар: К отцу Клоду насчет комнаты. И подыскать портного, чтобы Ваша мать была мной довольна. Пока плетется к дверям, сам с собой. Нет, не любит меня Париж: ни стихов не хвалят, ни полюбит никто! Ей-богу, если так и дальше, не стоило уезжать из деревни только ради того, чтобы увидеть Париж... Выходит, за сценой ... и умереть!
  

Действие второе. 1473 и 1483 г. "Сестра и Муза ("...И камень молнией разбит".)".

   Картина 1. 1473г.
   Лавка тканей. Гренгуар выбирает материю на камзол.
   Гренгуар (держа ткань двумя пальцами): Это сколько?
   Торговка: Два су.
   Гренгуар: Дороговато. Вообще, у Вас есть красивые цвета? Эти чересчур яркие и веселые.
   Торговка: А какие цвета красивые?
   Гренгуар: Фиолетовый, синий, благородный черный с узорами серебряной нитью. Понимаете, я иду в гости к Клэр, а ее мать любит хорошо одетых мужчин.
   Торговка (с хмурой иронией): Так ради кого вы наряжаетесь?
   Гренгуар: Клэр.. но ее мать... Сколько вот это?
   Торговка: Три су.
   Гренгуар: Три су? А за су есть черная или синяя... ладно, белая?
   Торговка: Черная за су - без шитья.
   Гренгуар (обреченно): Валяйте. Предлагает ей деньги, в это время в лавку входит Клэр в сопровождении высокого блондина со слегка брезгливым выражением на лице, Гренгуар оборачивается на шум и роняет деньги. Приветик! Собирая деньги с пола, улыбается Клэр.
   Клэр: Здравствуйте, Пьер.
   Гренгуар: Я так рад видеть Вас... тебя... Я вычитал, поэту лучше называть Музу на ты, кроме того, мы же ровесники (поднимается, дает деньги торговке), и что церемониться? Правда, при мадам Марианне я продолжу говорить тебе Вы, потому что...
   Торговка: Возьмите материю.
   Гренгуар (неуклюже подбирая сверток под мышку): Спасибо. Наконец замечет ее кавалера. А это кто?
   Клэр: Теофиль Арманьяк, мой друг, ровесник и ...
   Гренгуар (перебивая): А, как я!
   Клэр: Теофиль принадлежит к одному из благороднейших семейств города.
   Гренгуар: Черт возьми! Пауза. Извините... Клэр, два года я вижу тебя редко, хорошо, если раз в неделю, и то - на улице! А поговорить удается раз в два, а то и три месяца, в гости только когда ты одна (Арманьяк хмурится), и это безобразие! Поэт должен видеть Музу как можно чаще, чтобы вдохновение не прерывалось.
   Клэр (насмешливо): И как твое вдохновение, Пьер?
   Гренгуар: Отвратно (перекладывает сверток из-под одной руки под другую). Вдохновения навалом, только никому оно не надо. Не печатают - ладно, это дорого, так и не переписывают! Кроме мэтра Флориана и пары школяров из Сорбонны, они никому не нужны! Мечтательно. Но если они нужны тебе?
   Клэр: Мне нравятся твои стихи, Пьер.
   Гренгуар: Правда? В волнении хватает ее за руку, сверток падает у него из-под мышки.
   Арманьяк: Пойдем, Клэр. Направляется к выходу из лавки, Клэр, освободив руку, за ним.
   Гренгуар (подбирая сверток): Эй, куда, подождите, я с Вами! Выбегает из лавки.
   Торговка: Эй, сдача! Сдачу забыл!
  
   Картина 2.
   Приемный зал у Клэр. На заднем плане слуги накрывают на стол, у окна - Гренгуар и мэтр Флориан.
   Гренгуар: Мэтр, у меня все... Так себе. Перечитал ранние стихи - о, Божья мать, какое убожество! Как я мог читать эти сирые вирши самому С***, самому Ш***, самому К***! Беспомощные, детские сравнения!
   Мэтр Флориан: А Вы и есть ребенок, Пьер. И долго им останетесь, если не навсегда.
   Гренгуар: Все так безнадежно? Я никогда не смогу писать как следует?
   Мэтр Флориан: Будете писать, как Вам свойственно.
   Гренгуар: То есть я - бездарность?
   Мэтр Флориан: Отнюдь. Просто Ваша лира наивна. И это - путь. У Вас уже складывается манера, все меньше ученичества.
   Гренгуар: Объясните это С***, Ш***, К***!
   Мэтр Флориан: Пьер, Вы так сойдете с ума. Поймите, признанием и славой жизнь не исчерпывается.
   Гренгуар: А что еще есть в ней?
   Мэтр Флориан: Клэр! Здравствуйте!
   Гренгуар: Клэр, привет! Мы тут с мэтром Флорианом говорили о смысле жизни.
   Клэр (с кубком в руке): И в чем смысл жизни, юный философ?
   Гренгуар: Не знаю. Вот мы с отцом Клодом занимаемся герметикой, это такая наука. Что наверху, то и внизу. Все со всем связано, понимаешь? Например, твое имя свидетельствует, что твоя натура испоена высшего света, горнего сияния. Подобно молнии, женщина с таким именем пронзает мироздание. Свет - атрибут Софии, то есть мудрости, Вечной Женственности. Свет - это Бог, как благовествует Евангелие... Широко разводит руками, задевает Клэр. Ай!
   Клэр: Ничего. Пьер, ты когда-нибудь молчишь?
   Гренгуар: Почти всегда: на лекции говорит профессор, на рынке - торговка, а в комнате - мое перо.
   Клэр: Кстати, Пьер, а где ты теперь живешь?
   Гренгуар: На улице Складской, против Сенной пристани. Комнату для меня нашел отец Клод. Бьет себя ладонью по лбу. Черт! Клэр, у тебя случайно нет котят?
   Клэр: Надо спросить у Готон, окотилась ли кошка. А зачем они тебе? В комнате на улице Складской водятся мыши?
   Гренгуар: Там и я еле вожусь. Котята нужны отцу Клоду.
   Клэр (весело): В Соборе Богоматери завелись мыши?
   Гренгуар: В голове у отца Клода. То есть... Он хочет ставить над котятами опыты. Анатомировать их. Мне нужны мертвые котята, я забыл об этом сообщить, вот.
   Клэр (трогает ему лоб рукой): Пьер, что с тобой? Ты болен? Мертвые котята? Я - София?
   Готон (подходя): Да он всегда был болен, мадемуазель. Разве здоровые люди балуются виршами?
   Мэтр Флориан: Позвольте не согласиться с Вами. Большинство людей хоть раз в жизни сочинили хоть несколько строк. Просто, даже если сочинять постоянно, у большинства это проходит с юностью. Но вот болезнь ли это?
   Гренгуар: А если и болезнь, у меня не пройдет! Может, быть поэтом - оставаться вечно юным, обладая при этом старческой мудростью? Подкатывает глаза. "Будьте мудры как змии и чисты, как голуби", как говорит отец Клод.
   Мэтр Флориан: И Святое Евангелие. Осеняет себя крестом, остальные следуют его примеру. Готон, Вы хотели возразить?
   Готон: Скоро явятся гости, и мадам Марианна просила сказать ему, чтобы он знал свое место.
   Гренгуар: Да я уже запомнил - в конце стола!
   Клэр (с улыбкой): А что еще просила сказать мама?
   Гренгуар: Да как всегда. Пародирует Готон. Через полчаса прибудут гости, Вы бы, мадемуазель, причесались, да как советует Мадам, переменили бы платье, материн совет спасет от бед.
   Мэтр Флориан (смеясь): Пьер, Вы не пробовали себя в качестве актера?
   Гренгуар: Нет, а зачем? Вот если бы кто ставил мою мистерию, то я бы...
   Клэр (удивленно): Пьер, ты написал мистерию?
   Гренгуар: Нет, но для тебя, ко дню Святой Клары, или к какому большому празднику - запросто, вот.
   Готон (назидательно): В праздники следует в храм ходить, а не устраивать бесовские игрища.
   Гренгуар: А с Вас, Готон, я напишу тогда язычницу! С Вас, мэтр Флориан, мудрого наставника, с твоей матери, Клэр - римскую матрону, а с тебя самой - молодую и красивую христианку.
   Клэр: А с себя?
   Гренгуар: Великомученика.
   Клэр: Почему же?
   Гренгуар: Меня никто не любит. Не читает никто, кроме тебя. И мэтра Флориана. Ну и парочки соучеников в Сорбонне. Вот.
   Клэр: Так ты дойдешь до того, что тебя читает весь Париж! И при этом - никто не читает.
   Гренгуар: И я придумал себе псевдоним - Пьер Гренгуар.
   Клэр: И чем Гренгуар отличается от Гренгор?
   Готон (глядя в двери): Гости идут!
  
   Картина 3.
   Та же комната. За столом - гости, Клэр между матерью и Арманьяком. В конце стола Гренгуар ошалело глядит на вилку.
   Гренгуар: Мэтр Флориан, а это что? Этим можно выколоть глаз, пробить сонную артерию...вот.
   Мэтр Флориан: У Вас литературоцентризм. Это - вилка.
   Гренгуар: А для чего она?
   Мэтр Флориан: Чтобы есть.
   Гренгуар, зажмурившись, храбро кусает вилку, соседи пересмеиваются.
   Гренгуар: Мэтр Флориан, у Вас дурацкие шутки! В раздражении тыкает вилкой в кусок мяса на тарелке, дергает вверх, удивленно подносит мясо ко рту и ест с вилки. Эврика!
   Один из гостей: Не эврика, а соус.
   Гренгуар: "Эврика" по-гречески значит "нашел".
   Мадам Марианна (иронично): И что же Вы нашли?
   Гренгуар: Что я должен знать свое место. Улыбается. Нет, мадам Марианна, то, что я - достойный человек. Посудите, я знаю греческий, как орудовать этой штукой вилкой, короткий путь к Сорбонне, отца Клода, герметику, правила сложения трагедий, комедий, од... почти, вот. И все это знаю я один! Человек так разнообразен! Так велик!
   Мадам Марианна: Человек, на Ваше платье капает соус.
   Гренгуар (в ужасе): А-а-а! Камзол! Су за ткань, два - портному! Поспешно стирает пятно.
   Арманьяк: Какая ничтожная сумма беспокоит Вас!
   Гренгуар: Если для Вас эта сумма ничтожна, почему бы не одолжить ее на развитие французской словесности?
   Мадам Марианна: Вам не стыдно попрошайничать в благородном доме?
   Гренгуар: Я не попрошайничаю, я пытаюсь взять в долг. Как только мою мистерию поставят, я все верну. Тем более что Вашей дочери не жалко для меня (замечает взгляд мэтра Флориана) одобрения.
   Арманьяк: Клэр, ты одобряешь сумасшедших? И почему говоришь ему "ты", как брату или другу детства?
   Гренгуар: Потому что она моя Муза, мессир Маньяк.
   Арманьяк: Арманьяк! Ар-ма-ньяк, мессир... э...э... Переводит взгляд с мадам Марианны на Клэр, капает соусом на одежду, Готон приближается и вытирает.
   Гренгуар: Пьер Гренгуар. Мне все равно, мэтр или мессир, или никто. Зато как мы отличаемся - когда Вы пачкаетесь, Вам вытирают, мессир Коньяк.
   Арманьяк (еле сдерживая раздражение): Ар - ма - ньяк!
   Гренгуар: А какая разница, Арманьяк, Маньяк или Коньяк, что напишут на склепе? Умрете, и кто, кроме родни и друзей прочтет это? Вот были бы Вы государственным деятелем...
   Мадам Марианна: Мессир Теофиль Арманьяк, в отличие от Вас, служит в отряде королевских стрелков.
   Гренгуар: А я служу Музам!
   Арманьяк (с презрительной улыбкой): И хорошее жалование платят Вам Музы?
   Гренгуар (принимая вызов): Жаль, что эта монета не в ходу у власть имущих! А то я был бы побогаче Вас, мессир Мышьяк!
   Арманьяк: Арманьяк! Как это Вы учитесь в Сорбонне, если Вы не в состоянии выучить простейшую фамилию?
   Гренгуар: Я бы запомнил ее, если бы Вы запомнили мою. Но стоит ли мне утруждаться? Слава - это когда Вас знают те, кого Вы не знаете.
   Клэр: Хорошо сказано, Пьер. Теперь я верю, что Вы в состоянии написать пьесу.
   Гренгуар: Я могу и посвятить ее те... Вам. Восторженно поднимает глаза. Клэр: имя как суть. И чтобы напечатали. С миниатюрами, вот. Такими, которые я видел в одной книге в одной лавке, вот.
   Готон (проходя с подносом мимо Гренгуара, тихо ему): В одном месте все видели Ваши вирши...
   Гренгуар (опомнившись): Эй, эй, а мне? Готон! Все оборачиваются на него. Мэтр Флориан толкает локтем в бок, чтобы умолк. Вы как сорока-воровка из считалочки - этому дала, этому дала, а этому не дала. Арманьяку добавить и вина и каплуна, а мне только то, что уже было!
   Готон: Скажите спасибо, что Вас вообще пустили и кормят хоть чем-то! Ввалились с улицы, мололи ерунду, одеты кое-как, а еще хотите, чтобы с Вами обращались как с благородными!
   Гренгуар: Благородство не в предках, а в духе. Так нас учат в Сорбонне, так пишут поэты. Жанна д'Арк появилась на свет в крестьянской семье, а Изабелла Баварская - в дворянской, но всем ясно, кто благороднее! И мы должны руководствоваться в своих поступках совестью, а не лицемерием!
   Мэтр Флориан (тихо): Пьер, не горячитесь.
   Гренгуар: Да я уже испарился! Меня пригласили в гости не для того, чтобы тыкать носом в то, что я не такой, как они! Вы, Мэтр Флориан, молчите или учите, как себя вести, а потом шпыняете меня. Вы, мадам Марианна, считаете меня неподходящей компанией для дочери и лишь из ложной вежливости едва скрываете это. Вы, Арманьяк, презираете меня, завидуете, что я, в отличие от Вас - поэт, тому, что духовно я более близок Клэр ...
   Арманьяк: Ни слова о моей невесте! Покиньте этот дом. Немедленно.
   Гренгуар роняет вилку, ошеломленно оглядывается. Все молчат, никто не вступается за него. Мэтр Флориан встает.
   Гренгуар: Мэтр Флориан! Вы уходите со мной?
   Мэтр Флориан (у дверей): Скорее, Пьер!
   Гренгуар (медленно вставая): Клэр... Я смогу видеться с тобой?
   Клэр едва кивает головой.
   Гренгуар (улыбаясь): Ну, тогда все великолепно!
   Уходит, производя шум и натыкаясь на слуг.
  
   Картина 4. 1483 г.
   Рыночная площадь. Разгар дня, многолюдно. Через сцену тащится Гренгуар с козой на веревке. Вместо черного камзола на нем видавший виды плащ, некогда бывший темно-синим, поэт бледен и растрепан.
   Гренгуар (проталкиваясь через толпу): Ой! Ай! Что Вы, я с животным, это моя кормилица! Джали, запомни, как они издеваются надо мною, может, передразнишь потом, утешишь бедного непризнанного поэта! Останавливается у прилавка с выпечкой, жадно вдыхает, затем вздыхает. Антигона моя! Как Эдип, брожу я по улицам этого проклятого города, и хоть бы кто помог мне! Снова нюхает булочки. И все тени жизни, тени славы! Закончил Сорбонну в числе первых учеников, был прилюдно расхвален, прочел половину того, что покойный отец Клод - и ничего... А потом черт дернул меня потратить лучшие годы жизни на науку... Я не вылезал из библиотек, решил стать вместо поэта астрономом - и испортил зрение, потом изобретателем - но мои изобретения приносили только разрушение... Двадцать семь лет! Старость для поэта, многие из них умирают в эти годы, свершив все возможное! Смотрит на небо, вздыхает. Отец Клод, Вы - там? Такой конец!.. Подлянка эта любовь, вот. Надо бы написать про все это, может, прославлюсь. В конце концов, я так часто сочинял свою биографию... Начать со дня провала моей мистерии, неплохо... Пока Гренгуар размышляет, коза пытается стянуть пирожок с лотка.
   Торговка: А ну перестань, тварь! Чему Вы учите козу?
   Гренгуар (спокойно): Этому ее научил не я, а голод. Козе. Ну разве ты можешь понять, что здесь все за деньги, ты всего лишь козочка, ты - моя кормилица. Торговке. Кроме ее молока, у меня уже давно нет регулярного питания. Ей нужна хорошая трава, приличное сено, а где я возьму это зимой? Мэтр Флориан пропадал на несколько лет, и меня везде посылали, но теперь он вернулся и добился постановки моей мистерии в Шатле. Надеюсь, это будет лучше того безобразия во Дворце Правосудия, которое испортило мне жизнь год назад. Впрочем, единственная помощь, оказанная мне преподавателями Сорбонны, заключается как раз в этом безобразии, вот. Видит, что торговка скучает. Вы слушаете меня? С Вами говорит поэт и философ Пьер Гренгуар, о котором скоро заговорит весь Париж, а потом и вся Франция, а Вы будете рвать на себе волосы в отчаянии от того, что не захотели выслушать меня, когда я исповедовался перед Вами. Торговка смотрит на него как на помешанного. Вот Эсмеральда всегда слушала меня. Знаете, она оставила мне в наследство, кроме козочки, свою каморку. После гибели Клопена они даже хотели выбрать меня вожаком, но я отказался, потому что не мастер потрошить животы или кошельки. Но я им полезен, я знаю все улицы Парижа. Кроме того, я набрал молодежь в актеры. Они играют куда лучше профессионалов, только если им растолковать, самому попрыгать по подмосткам. И вечно требуют денег, хотя могут играть и за еду.
   Джали вторично пытается украсть пирожок.
   Торговка: Тварь, ты опять?! Раз Ваша коза такая ученая, пусть она вдолбит себе в башку, что воровать нельзя! Коза пародирует торговку. А - а! Коза заколдована! В ней сидит дьявол!
   Гренгуар (оттаскивая козу за поводок): Не более, чем в Вас или во мне. Все мы состоим из... Джали, Христом-Богом молю, отойди... Из добра и зла... Джали, ты травоядная, а не пирожковоядная, это еда для людей... Тем, что Вы не хотите угостить меня, Вы творите зло, а тем, что слушаете меня - добро. Кстати, еще я пишу трактат о поэзии, разумеется, в стихах, но печатать никто пока не берет, вот. Может, мэтр Флориан поможет. Еще бы я хотел увидеть Клэр, жду-жду, а ее все нет. Джали, элегически вышло, а? Коза блеет. Мэтр Флориан, верно, уже был в гостях у Клэр, а мне все никак, уехала бы мадам Марианна.
   Торговка: Хм. Вы принимаете меня за исповедника, что все треплетесь?
   Гренгуар: Увы! Никто из них меня не дослушал... И Вы, женщина из народа! Вглядывается в другой конец площади, там идет Клэр. Клэр! Клэр! Бежит к ней, тянет за собой козу. Клэр замирает, потом приближается к нему. С ней Готон, которая хмурится при виде поэта.
   Гренгуар: Клэр, дорогая! Я так рад тебя видеть! Так давно! Я мог только следить за тобой издали, узнавать от мэтра Флориана, от слуг (косится на Готон), только изредка здороваться с тобой! Восемь лет... но я не старею, ты - тоже... Я пытался быть ученым, мне было некогда, но я мог изобретать, только когда думал о тебе... Я молодость на науку угробил, когда понял - поэзия не нужна... А тут, год назад - надежда... И все равно облом... Клэр, твоя мать уедет когда-нибудь ко двору?
   Клэр: Она уже уехала туда. Пьер... Я, конечно, рада тебя видеть, но... Джали тычется носом ей в юбку. Клэр, вздрогнув, отшатывается. Пьер, откуда у тебя коза?
   Гренгуар (еле сдерживая Джали): Я... получил ее в приданое.
   Клэр (в недоумении): Ты женился?
   Гренгуар: Овдовел. Это мое наследство. Дальше скороговоркой. Да брака, в сущности, не было, по церкви не считается, я спрашивал у мэтра Флориана, да и у нас не было этих отношений мужа с женой, вот. Я не настаивал, она не хотела. Собственно, я женился только для того, чтобы меня не повесили во Дворе Чудес, я теперь там живу, вот. Но от судьбы не уйдешь: кто отнял твою злую долю, обретет ее сам. Бедняжку Эсмеральду повесили, и виновен в этом знаешь кто - отец Клод! Ты не слышала? Ужасная смерть! Я напишу об этом роман, или пьесу, или поэму, или трактат, вот!
   Клэр (прервав его с горькой усмешкой): Пьер, ты и дальше будешь использовать жизнь для литературы? Чужие страдания, свои ошибки и меня? Жизнь ценна сама по себе, Пьер. И не возражай мне: я спешу к портному снять мерку на свадебное платье. Я выхожу замуж, Пьер.
   Гренгуар (категорично): Музы не выходят замуж!
   Клэр: Почему же?
   Гренгуар (так же категорично): Музам не полагается замуж. Они должны вдохновлять поэтов. Резко отдергивает на поводке козу от юбки Клэр. И чего тебе так приспичило замуж?
   Клэр (обиженно и оттого многословно для себя): Пьер, мне следовало бы сделать это в десять лет назад! Я старая дева, надо мной смеются, считают порченной! А все из-за того, что мой жених не торопился, он стремился вначале заработать достойное состояние и уважение у короля... К тому же должен был умереть его отец, он был очень против меня.... И моя мать... Она все надеялась, что король передумает женить дофина на фландрской принцессе, ждала, пока он подрастет до того, чтобы... Они ведь друзья с семейством де Божё, особенно с сестрой дофина, и та ей обещала, если что. Мать хотела видеть меня королевой, хотя позволяла моему теперешнему жениху и тогда представлять себя так в обществе, ведь план с дофином был ее тайной ... но теперь все препятствия устранены, наконец-то....
   Гренгуар (перебивает со злостью): А кто это такой надежный, твой жених?
   Клэр (очень спокойно): Теофиль Арманьяк, ты помнишь его?
   Гренгуар (выпуская поводок козы): Этот зазнайка! Щеголь! Крашеный блондин! Почему женщины предпочитают тех, кто кривляется перед королем, а не на подмостках? Коньяк, маньяк, мышьяк! Надеюсь, ты не возьмешь его убогую фамилию?
   Клэр (качая головой): А ты любишь меня, Пьер. Я так и знала.
   Гренгуар: Ерунду говоришь! Я не... я люблю тебя как Музу, как сестру, но не как женщину, иначе я бы сам сделал тебе предложение, вот!
   Клэр: Не сделал бы. Ты слаб, Пьер. Ты - тряпка, а не камень.
   Джали блеет.
   Гренгуар: А ты - молния... Которая разбивает камень... Я... Ты... Арманьяк... Неужели желать видеть, говорить по душам - любовь? Поэт любит Музу - но это чисто для вдохновения, это условность? Разве я люблю тебя, как мужчина - женщину?
   Клэр: Любишь. Иначе вспомнил бы другую условность - Прекрасная Дама трубадуров почти всегда была замужем за другим. Муза может выйти замуж, и не за поэта.
   Гренгуар: Но... Клэр... За Арманьяка... Камень... Молния... А Теофиль? Воистину любимый Богом... Клэр, можно я приду к тебе перед свадьбой? На свадьбу?
   Торговка ржет.
   Клэр: Чтобы расстроить ее? Нет, Пьер. В шестнадцать лет я еще любила книги, теперь я живу. Если бы смог вести себя как следует, я, может быть, и разрешила тебе присутствовать на венчании. Поспешим, Готон. Прощай! Уходят, коза тянется за ними.
   Гренгуар: Как подло! Судьба! Джали!.. На краю появляется ватага цыган-попрошаек, одна цыганка приближается к Гренгуару, он пугается. С того света! Ты ведь не Эсмеральда?
   Цыганка: Нет. Хочешь, погадаю.
   Гренгуар (со вздохом): Как пожелаешь, сестра. Все равно мне ничего не светит. Да мне и заплатить нечем. Ты знала Эсмеральду?
   Цыганка: Нет. Разглядывая его ладонь. Ты - поэт.
   Гренгуар: Так и есть. Если бы ты напророчила мне стихами!
   Цыганка: Попробую.
   Та, которой поцелуй
   Дашь - та лишь на смертном ложе
   Сможет стать тебе женой,
   В час, когда утратишь то,
   Что тебе всего дороже.
   Гренгуар: И это все?
   Цыганка: За бесплатно - все. Толкуй-ка сам, поэт!
   Гренгуар: Одни деньги повсюду! Только не у меня! И стихи дурацкие, не то, что мои! Уходит, бормоча себе под нос и волоча козу за поводок.
  
   Картина 5.
   Несколько месяцев спустя. Окраина той же площади, Гренгуар держит за рукав мэтра Флориана и на поводке - козу.
   Гренгуар: ... И вот, мэтр Флориан, я совсем не знаю, что мне делать, посоветуйте что-нибудь, прошу Вас! Ведь я поставил мистерию - и из ста ливров получил за нее едва десять, так как рассчитался с плотником Жеаном Маршаном, и с актерами! Я бы сшил себе приличные плащ и камзол, но что толку! Клэр и ее мать не хотят, очевидно, встречаться со мной - так к чему мне хорошо выглядеть! Вот... Я так много ждал от этой мистерии, а Клэр не пришла, хотя я передавал ей записку!
   Мэтр Флориан: Она была. Вы слишком суетились, и поэтому...
   Гренгуар: А я-то! Просмотрел все глаза! Я думал, я сразу стану известен, а меня и после мистерии в Шатле не узнают на улице! То есть как: "А, опять сумасшедший попрошайка на нужды французской литературы!" Каюсь, было дело - на камзол для выступления в Шатле, я сам играл, вот! Знаете, мэтр Флориан, если бы я все-таки прославился, Клэр полюбила бы меня, поняла бы, кого... Я бы обессмертил ее.
   Мэтр Флориан: А Вы думали, Пьер, что Клэр не нуждается ни в твоей известности, ни в бессмертии своего имени?
   Гренгуар: Ей-богу, не думаю: как это не хотеть бессмертия, не хотеть славы?
   Мэтр Флориан: Есть еще и просто жизнь, Пьер.
   Гренгуар: Просто жизнь? Проклятая жизнь! Она ломает мою судьбу, мэтр Флориан, она приказывает мне: "Не мечтай, не сочиняй, ты - такое же ничтожество, как все, передо мною!" Она напоминает о себе желудком, болью в голове, холодом, необходимостью спать, когда ночью хочется только писать и писать! Жизнь! И эта любовь тоже из жизни! Хотя... если любовь приносит стихи, она не зло.
   Мэтр Флориан: Любовь не зла. Зло несовпадение двух любвей.
   Гренгуар: Так Вы думаете, Клэр любит Арманьяка?
   Торговка с крайнего лотка: Любит - не-любит - это дело маргариток. Который день шляешься тут с козой, точно надеешься на второе пришествие! Купил бы что-нибудь!
   Гренгуар: Я надеюсь на чудо. А взять у Вас я ничего не могу, я бедный. Как Вы думаете, мэтр Флориан, она его любит?
   Мэтр Флориан: Он ей нравится, она его уважает.
   Гренгуар: За что? Он просто красив снаружи и, в отличие от меня, влезает в доспехи этикета. Ну, и военный, вот. Но он не поэт! Он не то, что я!
   Мэтр Флориан: Он - надежный мужчина, имеющий репутацию и достаток. Он обладает ярко выраженной мужественностью.
   Гренгуар: А я - ненадежный? Женственный?! Я сейчас не имею ни положения, ни денег, но создам ей славу в веках, вот! А что даст ей он, кроме детей? У нее есть все, что ценят эти дворяне, зачем ей еще и Арманьяк?
   Мэтр Флориан: Чтобы быть как все женщины ее круга и возраста - а они уже давно замужем. За благородными и богатыми мужчинами. Пьер, Клэр хочет жить, а не мечтать о жизни.
   Гренгуар: А что, жить значит продать душу условностям мира? Я люблю литературу, потому, что она - лучшее в жизни... вместе с Клэр... Для меня - одно и тоже, она ведь Муза. Если бы я не писал, то сразу же осознал, что люблю, я не вынес бы безответности... не вынес бы... Смотрит на каменное изваяние на карнизе одного из домов. Мэтр Флориан, я даже по имени - материал для статуи. Я - изваяние, а Клэр... да, это в духе покойного отца Клода... Мэтр Флориан (хватает того за рукав), послушайте!
   Я - изваянье: в вышине
   Царю на башне над толпой,
   И суетливый род людской
   Как мошки, безразличен мне.
   Мне до их бед и дела нет,
   Я презираю их любовь,
   Не верю в радость их, в их боль,
   Для мелких чувств их я в броне.
   Ничто пред мной и небеса
   С их майским пляшущим огнем:
   Страшна ли статуе гроза?
   Что камню дождь, что камню гром!
   Но ясный свет глаза слепит,
   И камень молнией разбит!
   Останавливается, как бы задыхаясь. Мэтр Флориан, это - вдохновение! Это - я! Садится на камень у крайнего лотка, Джали тыкается ему в колени, которые он охватил руками. Всего пара мгновений - и вот... вот... как там было? Я - изваянье... в вышине... Помню, помню! И камень молнией разбит! Да, была бы только жизнь, я давно бы окочурился... давно бы... А так... Вдруг заходится в кашле с такой силой, что голова ударяется о колени, Джали в испуге отбегает.
   Мэтр Флориан: Последнее время, Пьер, вы кашляете все чаще и сильнее.
   Гренгуар: Ах, пустяки! Продолжает кашлять, Джали тревожно блеет. Главное - стихи, пьесы... даже если у меня чахотка, кто, кроме Вас, да матери с сестрой, заплакал бы обо мне? А так по крайней мере... Клэр! Клэр! Заметив ее, резко вскакивает, оттолкнув козу, бежит к девушке. Черт, там этот! ...Арманьяк! Не везет - так не везет! Клэр и Арманьяк приближаются. Нет, я все-таки подойду! Мэтр Флориан, подержите козу! Кидает ему поводок, проводит рукой по волосам, медленно подходит к ним. Утро... доброе... хотя я не уверен...
   Клэр: Доброе утро... Пьер?
   Гренгуар: Я не думаю, что за неделю можно измениться до неузнаваемости.
   Арманьяк (припоминая): А, это тот нахал, которого я один раз видел у тебя дома?
   Гренгуар (стараясь говорить учтиво): И Вам доброе утро, мессир Мань... Мыш... Конь... Арманьяк? Ладно, Теофиль. Кстати, Вы видели меня еще и в лавке, когда я покупал ткань на камзол. Я хотел сказать... То есть написать... Клэр, у тебя не найдется, на чем? Просто стихи о тебе... подарок на свадьбу.
   Клэр: Конечно. Дает ему листок.
   Гренгуар: А чернильница при тебе?
   Арманьяк: Что за человек, у которого ничего нет!
   Гренгуар: Кроме таланта и любви. Говорит и одновременно пишет, положив листок на край одного из лотков к неудовольствию торговки. Клэр... Я хотел бы... Теофиль, молчите, я сделаю ошибку. Клэр... Ты простишь мне любовь к тебе?
   Клэр: За любовь не просят прощения.
   Гренгуар: Но... просто, быть может, веду себя не очень правильно... оскорбляю тебя своими чувствами... но я желаю счастья вам обоим... да, даже Вам, Арманьяк, я напишу Вам эпитафию... то есть эпиталаму Клэр улыбается, на краю сцены мэтр Флориан прикрывает рот рукой от смеха. Я хотел бы попрощаться с тобой... раз не бывать на твоей свадьбе... Смотрит на листок. Читай! Протягивает ей стихотворение, по мере чтения выражение лица Клэр меняется.
   Клэр: "Но ясный свет глаза слепит, и камень молнией разбит!" Это о тебе и обо мне?
   Гренгуар (яростно): Да!
   Резко обнимает ее и целует, потом нервно отшатывается.
   Мэтр Флориан чуть не выпускает поводок козы, Арманьяк сжимает кулаки.
   А теперь я - не тряпка?
   Клэр (растерянно): Нет, нет...
   Арманьяк: Ты - нахал! Будь ты дворянином, я бы вызывал тебя на дуэль!
   Гренгуар: Я считаю, что мы равны - выбирайте оружие! Словом я легко одержу победу над Вами! Клэр, я люблю тебя и буду любить, но именно поэтому не стану тебе мешать... Мэтр Флориан говорил мне, что я должен поступить так, и я постараюсь, вот. Да, он сказал, что за литературой я не замечал жизни, и вот она так со мной обошлась! Клэр, прости... я никогда... всегда... любовь... Под взглядом Арманьяка его голос постепенно сходит на нет. Клэр... Я уезжаю... вот.
   Клэр: Куда?
   Гренгуар: Подальше от этого проклятого города! Я мечтал найти здесь славу и счастье - они валяются на улицах, стоит только нагнуться, - они твои, а тут только всякая грязь!
   Пока они говорят, Арманьяк успевает отойти в сторону и позвать стражу. Джали тревожно блеет, но поэт ничего не слышит, поглощенный разговором. Я уезжаю, Клэр, но вернусь, и тогда ты посмотришь, кто более достоин тебя - я или этот Мань... Конь, короче, всего лишь учтивый и любезный дворянин!
   Арманьяк: Я, вне сомнений! Стража, взять этого плута за оскорбление дворянина. Клэр, молчи, его не убьют.
   Обнимает ее за талию, она не противится, но смотрит туда, куда стража уводит Гренгуара.
   Гренгуар (чей голос постепенно все слабее за сценой): А словесную дуэль ты тогда проиграл! Клэр, увидимся! Мэтр Флориан, берегите козу!
  

Действие третье. 1483. "Баллада состязания в Блуа".

   Картина 1.
   Комната Гренгуара в мансарде дворца в Блуа. Голые стены, слева дверь, справа, у стены, кровать. Посередине жалкий стол, на нем разложены пергаменты, стоят письменные принадлежности. На шатком стуле сидит, иногда раскачиваясь, Гренгуар, одетый в синий камзол с серебром и синий плащ. У ног поэта лежит Джали.
   Гренгуар (подперев голову рукой): И что мне делать? Завтра я должен показать пьесу Анне де Божё и ее мужу - интересно, тезки любят тезок? Джали, милая, у меня не дописана ни пьеса, ни письмо матери. Кашляет. Коза блеет. Помнишь, какое стихотворение я написал перед тем, как познакомился с тобой, в январе прошлого года? С тоской.
   Муза, девочка, хватит плакать...
   У меня была квартирка на Складской улице.... А теперь благодаря поручительству мэтра Флориана я освобожден из тюрьмы... Вот... Правда, Джали, он хороший? А Клэр?
   Муза, девочка, хватит плакать,
   Будет и на нашей улице праздник...
   Трудная штука - жизнь... Ладно, Джали, будем дописывать. Что сначала: мамочке или пьесу? Так, куда мысль прибудет, вот. Уберусь-ка. Перекладывает пергаменты. Слева - письмо, справа - пьеса. Пишем.
   ...и на нашей улице праздник,
   День Королей...
   Мама, у меня все в порядке, я временно живу в Блуа. Вернусь ли в Париж, зависит от успеха пьесы. Денег у меня по-прежнему нет. Смотрит на второй листочек, пишет на нем.) Клод говорит: "Ах, что такое моя любовь к тебе! Тысяча ножей в сердце!" Строчит на втором листке, мурлыкая стихотворение
   Будешь, обещал я, Девой,
   В белое тебя оденут...
   Сцена закончена, пишем матушке. Стук в дверь.Эй, кто там в час ночной! Денег и связей у меня нет!
   Входит заговорщик.
   Заговорщик: Это ты сочинитель Пьер Гренгуар?
   Гренгуар: Да, а Вы - кто?
   Заговорщик: Рука мести. У меня тысячи имен, одно из которых - ирландское, еще одно - еврейское, а третье - тарабарское, что неважно. Как бы ты ни называл меня, я пришел по делу.
   Гренгуар: По какому? Вы насчет завтрашних чтений перед дофином и семьей де Божё?
   Заговорщик: Да нет не знаю. Приближается к Гренгуару вплотную, прижимает к его шее нож.
   Гренгуар: Ай! Я что-нибудь Вам сделал? Или Вы любите меня, как отец Клод любил Эсмеральду? Или Вы от Арманьяка?
   Заговорщик: Да нет не знаю. Слушай, что я тебе говорю. Ты нам поможешь.
   Гренгуар: Так Вы не один хотите меня убить?
   Заговорщик: Да нет не знаю. Не тебя, а другого Пьера - де Божё. Он - брат кардинала и слишком влияет на дофина. Это не нравится многим дворянам.
   Гренгуар: А может, Вы уберете кинжал? И заодно объясните мне, как это я Вам должен помочь?
   Заговорщик (неохотно убирая кинжал): Ты дашь знак к убийству. Ты или кто-нибудь из твоей труппы. На следующий день после представлений Пьер де Божё будет в церкви. Потом он выйдет со свитой. Ты покажешь на него и воскликнешь что-нибудь высокопарное. Например...
   Гренгуар: И ты, Брут!
   Заговорщик: Сойдет.
   Гренгуар: Вы все сказали? Уходите, я занят, я пишу пьесу! Надеюсь, хоть этому Вы учить меня не будете, Ментор-Прокруст?
   Заговорщик: Отрежу голову! Если проговоритесь. Молчок!
   Уходит, Гренгуар остается один, подзывает Джали, забившуюся под стол.
   Гренгуар (прерывисто декламирует): Муза.... Девочка... Как дальше?
   Может, дадут и денег...
   Памяти мне налей
   (Я не люблю вина),
   Пой со мной, Муза, пей
   Прошлое - и до дна.
   Рваный камзол как роза,
   Черная и сухая.
   Начал говорить прозой -
   Кончил стихами.
   Вздыхает, перекладывает бумаги на столе.
   Джали! Отчего я всегда попадаю в истории, а не в Историю?
  
   Картина 2.
   Зал для приемов в Блуа. По декорациям расположение под Гренгуаровой мансардой. Большое, роскошное помещение. Резные кресла. Гренгуар в синем камзоле, без плаща, в очках, волосы завязаны в хвост. Он и мэтр Флориан стоят у входа в зал, в глубине у окна Клэр с Арманьяком, другие дамы и кавалеры. Около Гренгуара толпятся другие авторы.
   Гренгуар: Мэтр Флориан, как я выгляжу? Прилично для столь высокого общества? Я не знал, стоит ли надевать плащ, он мне идет, но...
   Мэтр Флориан: Не волнуйся, Клэр тебя не узнает.
   Гренгуар: Клэр? Где? Щурится, но не видит ее. Да где она, черт Вас возьми, мэтр...
   Прерывается, так как входит семья де Божё и дофин, а так же придворные поэты и драматурги. Дофин показывает Гренгуару язык.
   Гренгуар (удрученно): И так всегда!
   Мэтр Флориан: Не отчаивайтесь, Пьер, сейчас будут обсуждать Вашу пьесу.
   Гренгуар: Будут бранить. Лучше бы я сюда не являлся.
   Пьер де Божё (пытаясь перекричать болтовню в зале): Прошу авторов выйти вперед!
   Гренгуар не решается, мэтр Флориан его выталкивает, он спотыкается, и падает в ноги Анне де Божё.
   Анна де Божё: О Господи!
   Гренгуар: Не Господи, а всего-навсего Пьер Гренгуар, бедный сочинитель! Вскакивает, отряхивается, про себя "Опять! Опять!"
   Пьер де Божё: Сейчас я и господа ценители выскажут свои мнения.
   Первый критик: Есть ли среди вас господин Пулетт? Неопрятный толстяк, выходит из рядов сочинителей.
   Господин Пулет: Эт-та я.
   Первый критик: Ваша пастораль разрешена к постановке. Обсудим ее наедине. Отходят в сторону.
   Второй критик: Есть ли среди присутствующих господин де Буа? Выходит грубый нормандец.
   Господин де Буа: Да.
   Второй критик: Ваша пьеса по мотивам хроники времен Карла Великого крепко выстроена и разумеется, будет поставлена. Поговорите со мной. Также отходят в сторону.
   Третий критик: Господин де Эглиз? Выходит человек в сутане.)
   Господин де Эглиз: Аз есмь.
   Третий критик: Ваше моралите о святом Иосифе благочестиво и благолепно. Вы будете ставить Вашу пьесу перед дворянами в Блуа, и мы это обсудим.
   Гренгуар (мэтру Флориану): Этому дала, этому дала, а этому не дала! Как Готон! Меня не хотят - я ухожу!
   Мэтр Флориан: Подождите. Всему свой час. Будет и на Вашей улице праздник.
   Гренгуар (горько): Муза, девочка, хватит плакать...
   Пьер де Божё: Все ли ценители высказали свое мнение?
   Последний критик: А есть ли здесь... (пытается разобрать почерк на свитке) что за почерк! Пьер Гренгир?
   Гренгуар (резво выбегая вперед): Это я, я! Только я Гренгуар, Гренгуар!
   Клэр в стороне резко прерывает разговор с Арманьяком и смотрит на Пьера. Гренгуар, озирающийся в поисках своего критика, замечает Клэр и тоже пристально глядит на нее, и так несколько мгновений они смотрят друг на друга почти в упор в полной тишине.
   Последний критик: Итак, вы и есть Пьер Гренгуар?
   Гренгуар: Да, я же сказал! Я подавал Вам пьесу... вчера. Вы действительно прочли ее?
   Последний критик: Да, и с ней некоторые проблемы.
   Гренгуар (в ужасе): Какие?
   Последний критик: Там встречаются странные фразы, неподходящие по смыслу, и она...
   Гренгуар (перебивая): Прочтите!
   Последний критик (разворачивает свиток, читает с трудом): Например, священник говорит: "Если женщина отвергнет такую любовь, горы содрогнутся! Какая сволочь парижский епископ, два года не платит мне за эпиталаму! А Блуа - место для аристократов, а не для меня!" В зале смех. И так много раз...
   Гренгуар (как в озарении): А, это я спутал! Письмо матери и текст пьесы... Там было два листка, туда-сюда... Кашляет, робко: А если я их вычищу, пьесу можно ставить?
   Последний критик: Даже нужно!
   Гренгуар: Уф!
   Гренгуар: В Вас есть нечто. Я не могу сказать, что именно, но вы способны. Даже порадовать сердце.
   Гренгуар: Женщин это не касается. Клэр строго смотрит на него Гренгуар прикусывает язык и отступает назад, кланяясь якобы критику, но на деле - ей, теряет равновесие и падает.
   Гренгуар: Во второй раз! Уже не смешно! Как в бездарной пьесе!
   Арманьяк (делая вид, что в сторону): В бездарной пьесе бездарного писаки с бездарными актерами.
   Гренгуар (шаря по полу, ищет очки): Посмотрим, когда я поставлю свою пьесу!
   Арманьяк (иронически): И когда же мы увидим это действо?
   Гренгуар: Через три дня, как и все другие!
   Арманьяк: А нельзя ли отменить? Не думаю, что это будет хороший подарок мне накануне свадьбы.
   Гренгуар (найдя очки, про себя): Так это на следующий день... (Громко) Это подарок Вашей невесте, а не Вам, господин Маньяк... ой, Арманьяк, запамятовал! Mea Culpa! Mea Culpa!
   Уходит, раскланиваясь, мэтр Флориан за ним.
  
   Картина 3.
   Сад при дворе в Блуа. На заднем плане - дворец с залом и каморкой, а в ней - мэтр Флориан и Гренгуар, загримированный, в женском платье.
   Гренгуар (поправляя прическу): Мэтр Флориан, мне страшно. А вдруг Арманьяк прав и я - действительно плохой актер? А если - плохой автор? Вот Вы, мэтр Флориан, разве знаете такое волнение, когда завтра Вашу пьесу будут ставить перед самим дофином? И Клэр?
   Мэтр Флориан: Да, но в отличие от Вас, Пьер, я не мечу бисера перед свиньями.
   Гренгуар: Это я-то - свинья? Простите за бестактность, но Вы не могли бы рассказать, как Вы чувствовали?
   Мэтр Флориан: Мог бы. Но не имею желания.
   Гренгуар: Почему? Я бы Вам рассказал... И ведь по Вашим годам... когда Вы были в Блуа, Вы могли видеть самого Франсуа Вийона! Мечтательно. "Ах, где же прошлогодний снег?" Помните, мэтр Флориан?
   Мэтр Флориан: Слишком хорошо помню.
   Гренгуар: А вот это... самое любимое... совсем про меня, вот... "От жажды умираю над ручьем..." Такое стихотворение! А последняя строка! Я щеголял ею в Сорбонне, когда меня спрашивали о чем-нибудь: "Я знаю все, но только не себя"
   Мэтр Флориан (грустно): "Я знаю все, но только не себя". Я знал автора этих строк. И я не знаю его... тем более теперь.
   Гренгуар (роняет зеркало и ловит его на лету): Вы... Франсуа Вийон?
   Мэтр Флориан: Да.
   Гренгуар: Но Вы же умерли!
   Мэтр Флориан: Франсуа Вийон умер. Умер автор "Баллады состязания в Блуа". Когда в тюрьме я ждал повешенья, туда бросили еще одного узника. Ученого. Он был молод, но страдал тяжелейшей чахоткой. Он не хотел жить в муках, а я хотел... хотя бы как-нибудь! Утром из тюрьмы вышел Флориан де ла Плюм, а Франсуа Вийон был повешен.
   Гренгуар (смотрит на него во все глаза): Так Вы взаправду Вийон? Вы не врете? Вы так непохожи... его стихи... бесшабашны... а Вы - рассудительный, здравомыслящий...
   Мэтр Флориан: И все-таки я был Вийоном и победил в состязании в Блуа. По выходе из тюрьмы я скитался, доказывал невиновность в судах - меня обвиняли в намерениях помочь одним бунтовщикам убить короля. Гренгуар ломает руки, закусывает губы. Я оправдался. Я бросил все былое. Поначалу еще приходили стихи. Непрошенные гости! Привели меня на скользкую дорожку - я решил отказаться от них. Литература - прочь! Игра в жизнь - прощай! Жить, жить... Быть правильным, учить других... Учитель... Гренгуар слушает, положив голову на руки, иногда косит глазами в окно и покашливает в ладонь.
   И вот я встретил тебя, я с ужасом узнал себя в молодости. Такой же задор, трепет, темперамент! Но тебя хранила и хранит твоя беда - твоя детскость. Нежелание взрослеть. В тебе потому нет пороков, что ты не дорос до них. Ты вечное дитя, Пьер. Жизнь тебя не учит.
   Гренгуар: Зато Вас она переучила. (со вздохом) Мэтр Фл... Франсуа... Вы взволновали меня... Мы потом, вот. Я пойду. С порога. Мэтр Фл... Франсуа! Посторожите пока козу!
   Сбегает в парк, где уже собираются Анна де Божё и придворные дамы с кавалерами.
   Анна де Божё (останавливая Гренгуара): Кто Вы, мадемуазель? Вы не из придворных.
   Гренгуар: О... я... Пьеретта.
   Анна де Божё: Пьеретта, а дальше?
   Гренгуар: Де... ла... Фуа.
   Анна де Божё: Странно, не помню такого имени. Но ты хороша собой...
   Гренгуар: Э-э... я не знал... а.
   Анна де Божё: Вы всегда так странно говорите?
   Гренгуар: Я, того, застенчив... ая. Заметив Клэр. А кто эта красавица?
   Анна де Божё: Клэр де ла Валь, невеста Теофиля Арманьяка.
   Клэр (подозрительно глядя на Пьера): Очень приятно.
   Гренгуар: И мне. У Вас красивый жених, блондин.
   Арманьяк (самодовольно): Клэр, а ты так редко хвалишь меня!
   Клэр: Мужчине красота не главное.
   Гренгуар (очень серьезно): А что?
   Клэр: Быть надежным. Таким, который уважает женщину. Таким, с которым рядом не стыдно находиться в обществе.
   Гренгуар: То есть таким, как Ваш жених?
   Клэр (неуверенно): Да...
   Гренгуар: Почему же женщины предпочитают таких обыкновенных мужчин?
   Клэр: А Вы предпочитаете других?
   Гренгуар: Таких, которые видят в женщинах прежде всего душу. Творческих. Талантливых.
   Клэр: Я бы познакомила Вас с моим... знакомым поэтом Пьером Гренгуаром. Он понравится Вам, он здесь, в Блуа. Пьеретта? Вам плохо? Вы какая-то странная...
   Гренгуар: Эт-та я ничего... солнце слишком ясное...
   Клэр: Да? А по-моему, оно скоро скроется за тучами.
   Мадам Марианна (поспешно подходя): Клэр, Анна де Божё просит тебя помочь в выборе платья на завтрашние представления. Никто ведь лучше тебя не понимает в одежде!
   Клэр: Иду, мама. Теофиль, позаботься пока о Пьеретте, познакомься с ней - ведь если мы станем подругами, в чем я не сомневаюсь, то ты тоже должен хорошо знать ее.
   Арманьяк: Ну, я попробую.
   Клэр и ее мать уходят.
   Гренгуар: Мессир Теофиль...
   Арманьяк: Просто Тео, без выкрутас, как говорит мой друг Феб де Шатопер.
   Гренгуар (изумленно): Он - Ваш друг?
   Арманьяк: Да, мы оба славно служим королю и нашим дамам. Наклоняется к Гренгуару, пытается погладить его по лицу. А ты мне кого-то напоминаешь...
   Гренгуар: Мы все кого-то напоминаем.
   Арманьяк: У тебя глаза как у Клэр... только в них есть огонь. Клэр, но страстная, с пламенем во взгляде... обожги меня! Гренгуар недоуменно таращится на него. Глаза, в которых - обещание... Какими бы стали они, если бы я поцеловал тебя?
   Гренгуар: Никакими. Я не умею целоваться. И боюсь. Я слишком молодая, мне только шестнадцать...
   Арманьяк: Не стоит, милая. Я первый раз в... не помню... зато уже в пятнадцать... Обнимает Пьера.
   Гренгуар: Нет... не надо...
   Арманьяк: Что за недотрога! Неужели у тебя никого не было?
   Гренгуар: Кл... коз... Я приличная девушка, хотя мне уже шестнадцать, семнадцать, во....
   Арманьяк: Женщина, которая набавляет себе годы! Впервые вижу! Ты молоденькая, а Клэр мне ровесница.... С ней я давно... Наклоняется к Гренгуару так низко, что касается его щеки. А ты... один поцелуй ничего не значит... она ведь не только со мной...
   Гренгуар: Нет, нет! Не надо! Вы же женитесь послезавтра!
   Арманьяк: А сегодня я еще свободен! Пытается поцеловать Гренгуара, тот вырывается и убегает, Арманьяк бежит за ним. Подожди! Я хочу увидеться с тобой! Послезавтра! Вечером! После пирушки!
  
   Картина 4.
   В саду Блуа на открытом месте установлена площадка (она на переднем плане). Зритель видит все как бы из-за кулис этой сцены, перед которой - сидячие места для двора. Дофин между супругами де Божё, Клэр около Пьера, Арманьяк стоит за ее креслом со скучающим и презрительным видом. На сцене играют последний акт мистерии Гренгуара. Мэтр Флориан в роли Клода Фролло стоит на башне импровизированного Собора Парижской Богоматери. Гренгуар за кулисами готовится к выходу - он играет самого себя, на нем жуткий красный с желтым костюм, в котором он похож на бедного жонглера.
   Гренгуар (всматриваясь в сцену): Скоро мой выход... А Клэр уже там, она подле Пьера, но это - не я... Вот... Пойдем, Джали.
   Выходит на сцену с козой. Мэтра Флориана сталкивает с башни исполнитель роли Квазимодо. Актеры-толпа выражают изумление. Гренгуар вырывается вперед, кричит:
   Учитель! Учитель! Что с Вами?
   В ложе Пьер де Божё шепчет что-то на ухо Клэр.
   Клэр: Да, этот тот же самый.
   Арманьяк: Нахал! Накатал пьеску и сам кривляется на сцене!
   Дофин: А по-моему, он смешной. И козочка прелесть.
   Гренгуар: Учитель! Учитель! У Вас расколот череп... Вы умерли... неужели? И Квазимодо исчез... Учитель! Ваш брат погиб, ее повесили - быть может, по Вашей вине... Вы так смотрели на казнь, вы выспрашивали меня... Вот... Хлопает себя ладонью по лбу, про себя - "Опять переврал текст!". Значит, это из-за любви! Смотрит на Клэр. Из-за любви! Клэр смотрит на сцену. Учитель! Кто теперь будет вести меня по жизни, кроме милой козочки, кто мне поможет, кроме Джали! Коза нюхает мэтра Флориана и блеет.
   Дофин: Какая забавная козочка!
   Арманьяк: С нею также забавный козёл.
   Клэр строго смотрит на него, стражники-актеры уносят труп, толкнув Гренгуара, который падает.
   Гренгуар: Опс!
   Стража на сцене: Не суйся не в свое дело, нищеброд!
   Гренгуар: Я поэт! Поэт! Все из-за дурных законов церкви или государства, а истинный лишь один - Божий! Твой закон, собор! Твой закон, любовь! Все меняется, но ничего не умирает! Наше время - грань, рубеж, переход, и Вы, учитель, на старом берегу, а я в лодке, в реке! Учитель! Вы согрешили, но почему, но что и как - все это опишу я! Я расскажу эту историю миру!
   Резко выпрямляется, плащ чуть было не падает, ловит его.
   В великой любви - великая философия! Каждый истинно любящий стремится быть Данте, стремится сделать предмет любви подобным Беатриче, то есть бессмертным! Слово было плотью каменных стен, слово станет духом печатных букв! Какова не была бы форма, искусство вечно!
   Кашляет. Джали блеет, тянет его за плащ.
   Впрочем, я зафилософствовался! Пойдем, Джали: я - поэт и ты - Муза! Смотрит на Клэр, не успевает он отойти к краю сцены, как вся труппа выходит на поклон.
   Дофин: Какая козочка! Дядя Пьер, подарите мне ее!
   Джали передразнивает дофина.
   Дядя Пьер! Дядя Пьер! Подарите мне козочку!
   Гренгуар: Не могу, Ваше высочество!
   Арманьяк: К каждой бочке затычка!
   Клэр: Оставьте его в покое, Теофиль.
   Арманьяк: А он никак не может оставить в покое военное сословие, очерняя его в своей глупой пьеске!
   Джали копирует и его, все смеются.
   Дофин: Сестра Анна! Прошу Вас, подарите ее мне!
   Анна де Божё: Это Ваша коза, мэтр актер?
   Гренгуар: Я не актер, я поэт Пьер Гренгуар. Это я недавно падал Вам в ноги... случайно. А Джали - моя... сестричка.
   Все хохочут.
   Арманьяк: Я же говорил - он козел!
   Пьер де Божё: Потише, мессир Арманьяк! Эй, комедианты, освободите сцену для критиков!
   Выходят критики распределять места.
   Третий критик: Первое место - господин де Эглиз!
   Гренгуар: Черт!
   Первый критик: Второе место - господин де Пулетт!
   Гренгуар: Черт!
   Второй критик: Третье место - господин де Буа!
   Гренгуар: Черт!
   Пьер де Божё: Что, вручаем призы?
   Гренгуар: А зрительский?
   Пьер де Божё: Это кто сказал? Господа, называйте, кого Вы хотите!
   Зрители выкрикивают имена.
   Так Гренгуар или де Буа?
   Зрители кричат и то, и другое. Пьер де Божё смотрит на жену и придворных.
   Арманьяк: Мне кажется, они кричат де Буа.
   Пьер де Божё: А Вам, Клэр?
   Клэр, вцепившись в подлокотники, напряженно молчит.
   Дофин: Дядя, а кто из них с козочкой?
   Клэр (тяжелым голосом): Пьер Гренгуар.
   Дофин: Дядя, дай приз человеку с козочкой! Он такой забавный!
   Анна де Божё: Пьер, действительно, дай приз тезке. У де Буа и так уже есть.
   Пьер де Божё: Пусть тогда так! Идите сюда!
   Победители медленно поднимаются к чете де Божё, Гренгуар идет последним, ведя на поводке Джали.
   Дофин: Козочка! Козочка! Дядя Пьер - да Вы, актер - можно, я потрогаю Вашу козочку?
   Гренгуар (безразлично): Как угодно Вашему Высочеству. С надеждой смотрит на Клэр, но та отворачивается. Де Божё раздает кошельки, победители благодарят. Когда он вручает приз Гренгуару, Арманьяк ставит тому подножку, и он падает, хватаясь за Клэр. Не рой другому яму (тихо). Спасибо, Ваше Высочество. Можно мне забрать Джали? Нам пора.
   Дофин: Вы еще приедете в Блуа?
   Гренгуар (косясь на Клэр): Сегодня уеду. И, кстати, моя победа посвящается, во-первых, мэтру Флориану, а во-вторых, одной Даме. Она здесь.
   Молча, не оглядываясь, спускается и уходит с Джали..
  
   Картина 5.
   Замковая церковь в Блуа. Внутри - Гренгуар в женском платье и уборе, как в третьей картине, рядом с мэтром Флорианом в заднем ряду. Священник венчает Арманьяка и Клэр.
   Гренгуар (всю сцену до выхода из церкви преимущественно шепотом): Мэтр Флориан... Я не могу... не выреджу тьфу, не выдержу...
   Мэтр Флориан: Успокойся, Пьер. Сколько моих возлюбленных повыходило замуж!
   Гренгуар: Сколько! У меня она одна!
   Мэтр Флориан: И это не мешало мне с ними...
   Гренгуар: Но я так не могу... это грех вроде... я бы женился, вот...
   Мэтр Флориан: Дитя. В Ваши годы - такая мораль...
   Гренгуар: Будьте мудры как голуби и чисты как змии, опять заговариваюсь, как змии и голуби... а некоторые считают безумием... Я во имя творчества - юродивый, мэтр Флориан.
   Мэтр Флориан: Тише... соседи подслушают...
   Гренгуар: Мише, толча! А она там, там!
   Все это время - орган, певчие. Клэр выглядит больной, она нервно вертит головой по сторонам и слово что-то стряхивает с нее. Арманьяк крайне элегантен и горд.
   Священник: Согласны ли Вы вступить в брак с этой женщиной и жить с ней в горе и в радости, в болезни и в здравии, покуда смерть не разлучит Вас?
   Арманьяк: Да!
   Священник: А Вы согласны вступить в брак с этим мужчиной и жить с ним в горе и в радости, в болезни и в здравии, покуда смерть не разлучит Вас?
   Клэр (рассеянно): Не знаю... Трясет головой. Да... да...
   Гренгуар (громко): Нет!!!
   Священник: Кто сказал нет?
   Клэр: Да. Да. (с ожесточением) Я же сказала - да!
   Гренгуар, кашляя, закрывает себе рот рукой.
   Священник: В таком случае, если никто не знает причин, по которым этот брак не может быть заключен...
   Гренгуар (еще громче): Я знаю!
   Мэтр Флориан затыкает ему рот рукой и наклоняет его голову к коленям, как будто тому плохо.
   Священник: Какие же? Кто знает? Молчание. Мадам Марианна оглядывается с подозрением. В таком случае именем Господа нашего объявляю вас мужем и женой, можете поцеловаться...
   Гренгуар (из-под руки мэтра Флориана, отчаянно громко): Нет, нет, нет!!!
   Священник: Это кто кричит! Уберите ее из церкви!
   Мэтр Флориан выводит сопротивляющегося Гренгуара, затем, после многочисленных поцелуев, выходят остальные.
   Арманьяк (в сторону, заметив Гренгуара): Пьеретта!
   Клэр: Что?
   Арманьяк: Ничего. (Целует Клэр, та пытается улыбнуться)
   Все поздравляют молодых, Гренгуар вырывается от мэтра Флориана.
   Гренгуар: Я хочу ее видеть! Вы мне не заперечите... тьфу, не запретите!
   Арманьяк: Хороши нравы - монах удерживает девушку!
   Гренгуар (как внезапно озаренный): Тео!
   Клэр: Пьеретта?
   Гренгуар: Да, это я! Тео, ты женился на ней! А ведь ты обещал мне! Предлагал прийти ночью!
   Священник: Это Вы кричали "нет"?
   Гренгуар: Да! Я кричал...а. Он меня любил вроде, а туточки...
   Клэр: Теофиль, что это значит?
   Арманьяк: Она помешанная.
   Гренгуар: Помешанная! Как бы ни так! Не владея собой, скороговоркой. Это ты - помешанный, и ты - лжец, и ты - предатель, и ты - Иуда, и ты - Брут! Указывает в сторону Арманьяка. Тут же в воздухе свистит стрела, Арманьяк падает на руки Клэр - он ранен. Гренгуар закрывает лицо ладонями.
   Господи! Я не хотел...а!
   Пьер де Божё: Кто посмел сделать это? Кто приказал?
   Анна де Божё, Клэр: Помогите ему, здесь кровь!
   Мэтр Флориан (Гренгуару): Стой! Гренгуар бросается к Клэр, пытается отстранить ее от Арманьяка, с его головы падает чепец, теперь его можно узнать и в гриме.
   Клэр: Пьер?
   Гренгуар: Да, я! Арманьяку. Ну что, бездарная пьеса бездарного писаки с бездарными актерами? Вы так и не узнали меня! Жалобно. Прошу Вас, не умирайте, Вы обидите Клэр, мы оба любим ее!
   Арманьяк (из последних сил указывая на Пьера): Он! Он!
   Пьер де Божё: Арестуйте его!
   Гренгуар: Я невиновен! Невиновен! Меня подставили... ко мне приходил Рука мести, он внушил мне фразу, я все повторял про себя, что ее ни в коем случае нельзя произносить, что это как самое страшное ругаткельство! Клэр? Разве ты веришь ему? Клэр, отвернувшись, молчит. Клэр? Мессир Пьер де Божё, я не убийца, я автор пьесы, которую Вы наградили вчера! Де Божё также не реагирует, зато стражники связывают Гренгуара и уводят за сцену. Мэтр Флориан! Мэтр Флориан, берегите козу!
  

Действие четвертое. 1483. "Вечное возвращение".

   Картина 1.
   Проселочная пыльная дорога, лето. К деревне, на краю которой - церковь, бредут двое путников - Гренгуар и мэтр Флориан. Гренгуар еще больше похудел, на нем выцветший синий плащ и башмаки с отрывающимися подошвами. Мэтр Флориан в потертой сутане, подпоясан веревкой. Гренгуар ведет на поводке козу.
   Гренгуар: И как я покажусь маме? Сынок вернулся из Парижа хуже, чем уезжал, ни славы, ни денег, ни любви! И в коровью лепешку вляпался!
   Мэтр Флориан: Но Вы свободны.
   Гренгуар (насмешливо-напевно): Я свободен!... Мне нельзя въезжать в Париж, пока не сдох этот старый хрыч Людовик, потому что эти церберы разрыли, что меня ловили в ту ночь, когда бродяги штурмовали собор, и что я с ними связан! Он боится, что я устрою покушение и на него! Я сослан, понимаете?! И как они не раскопали, что Вы - Вийон!
   Мэтр Флориан: А Вы кричите об этом на всех перекрестках.
   Гренгуар: Я бы о другом кричал! Слушайте, Арманьяк оказался врагом де Боже, в его бумагах нашли подозрительные вещи... А он, кстати, взаправду помер?
   Мэтр Флориан: Да.
   Гренгуар: Не по-христиански так говорить, но ... теперь я могу жениться на Клэр, вот!
   Мэтр Флориан: Не думаю.
   Гренгуар: Ну конечно, надо, чтобы истек срок траура, чтобы Людовик тоже помер, дорога ему в рай... А вот и мой дом!
   Входят во двор, Гренгуар стучит в дверь.
   Пустите!
   Голос из-за двери: Это кто там тащится? Нищих не кормим - сами такие!
   Гренгуар: Это я, Пьер!
   Голос из-за двери: Какой такой Пьер?
   Гренгуар: Сын!
   Голос из-за двери: У меня нет такого сына!
   Гренгуар: Как нет? Я Пьер Гренгуар, то есть Гренгор, сын Люсиль Гренгор и Николя Гренгора, который помер по пьяни в году...
   Дверь распахивается и ударяет его по носу. На пороге - молодая женщина.
   Лизон!
   Бросается ей на шею.
   Лизон: Брат!
   Андрэ Гренгор (выбегая): Дядя Пьер из Парижа! Мэтр Флориан с улыбкой созерцает эту сцену. Коза блеет.
   Козочка! Так вы и есть мой знаменитый дядя из столицы?
   Гренгуар: Уже нет.
   Лизон: То есть как?
   Гренгуар: Долгая история... Где мамочка?
   Лизон: Должна была вернуться из церкви - да вот и она.
   Входит Люсиль Гренгор - актриса та же, что и Готон.
   Люсиль Гренгор: Кто это опять напросился? Лизон, я же просила не пускать... И что скажет твой муж.
   Лизон: Ничего - он в лесу. А это твой сын Пьер.
   Люсиль Гренгор: Силы небесные! Пьер приехал!
   Гренгуар: Пришел, мама. Твой сын теперь - бродяга.
   Люсиль Гренгор ронят корзину.
   Мама... Кюре разве не получал моих писем? Вы так и не научились читать? Я же оставлял Вам азбуку...
   Лизон: Да когда нам! А кюре говорил только хорошее...
   Гренгуар: Ах он прохвост! Схожу к нему сейчас же, вот! Джали блеет.
   Люсиль Гренгор: А это что... откуда у тебя коза?
   Гренгуар: Это Джали. Муза, сестра. Она мое приданое...вот.
   Люсиль Гренгор: Ты приехал с женой? Где она?
   Гренгуар: Я приехал с монахом. Мой учитель жизни мэтр Флориан. А жена - я вдовец.
   Люсиль Гренгор: Ой, горе-то! А дети есть?
   Гренгуар: Мистерия.
   Люсиль Гренгор: И ты дал девочке имя, которого нет в святцах?
   Мэтр Флориан смеется, Гренгуар, пытаясь смеяться, кашляет.
   А Вы-то чего ржете, как старый мерин?
   Мэтр Флориан: Старый мерин! Как точно обо мне, Пьер!
   Гренгуар: Мамочка, ты тоже - поэт! Мы все!
   Люсиль Гренгор: Этот тоже будет жить с нами?
   Гренгуар: Я хотел подселить его к нашему кюре. Мам, ты не плачь, что я - вдовец, я скоро опять женюсь, вот.
   Мэтр Флориан: Вряд ли.
   Гренгуар: Ну, истечет срок траура... Жизнь Людовика.... Я - вдовец, она - вдова, чем не пара?
   Люсиль Гренгор: А как же Мистерия? Как жить с мачехой-то? И где она?
   Гренгуар: Вот. Показывает на котомку. Ей здесь хорошо.
   Люсиль Гренгор: Ты меня уморишь, сынок!
   Гренгуар: Вовсе нет. Мама, так старик кюре еще жив?
   Люсиль Гренгор: А куда он денется? Молится да читает. Ты надолго, как, сынок.
   Гренгуар (махнув рукой): Может, и навсегда.
   Лизон: Что, наш дю Геклен испугался арманьяков?
   Гренгуар: `ANAГKH!
   Люсиль Гренгор: Ты что ругаешься при женщинах?!
   Мэтр Флориан: Это судьба. По-гречески. Смотрит на Лизон, берет ее за руку мягким жестом. Девушка, могут ли странники рассчитывать на завтрак или обед?
   Лизон: Если будут трудиться. Пьер, иди наколи дров.
   Гренгуар: Может, я лучше подою козу?
   Люсиль Гренгор: Это почему же? Доить - женское дело.
   Гренгуар: А я же ничего больше не умею!
   Люсиль Гренгор: И чему же ты учился в Париже?
   Гренгуар: Риторике, поэтике и герметике.
   Лизон: И в чем их польза?
   Гренгуар: Я пишу лучше, чем раньше, вот. Ты помнишь, Лизон, я читал тебе.
   Лизон: А как же! Спать по ночам не давал. Лизон, Лизон, я написал новое, послушай!
   Гренгуар: Я действительно пишу лучше! Я даже заслужил зрительский приз в Блуа, но у меня его отобрали за покушение на убийство Пьера де Божё.
   Люсиль хватается за голову.
   Мэтр Флориан: Не беспокойтесь, Ваш сын просто всегда находит приключения на свои... хм...
   Лизон: Андрэ, ты где?
   Гренгуар: А где Джали?
   Мэтр Флориан: Он идет сюда с ней... не один!
   Гренгуар: Он ведет за собой толпу!
   Андрэ Гренгор (впереди множества крестьян): А это мой знаменитый дядя Пьер, вернувшийся из Парижа.
   Толпа нависает на забор, подбрасывает в воздух шапки, все кричат.
   Первый крестьянин: А ты видел короля?
   Гренгуар: Лучше бы нет!
   Второй крестьянин: А Нотр-Дам?
   Гренгуар: Даже изнутри!
   Третий крестьянин: А правда, что там зарабатывают за день столько, сколько здесь за год?
   Гренгуар: Скорее тратят!
   Первая крестьянка: А женщины там красивые?
   Гренгуар: Да не лучше Вас!
   Вторая крестьянка: Люсиль, а что он привез из Парижа? Жену?
   Гренгуар: Козу!
   Третья крестьянка: Люсиль, а где его жена?
   Гренгуар (пытаясь выглядеть свирепо, подходит к забору): Так, все отошли и слушают сразу на все вопросы! Я был женат фиктивно, то есть без того, от чего дети, овдовел и теперь собираюсь снова, если невеста согласна. Она из Парижа и очень красивая! Все? А теперь уходите! Есть пора!
   Сам уходит в дом вместе с семьей и мэтром Флорианом.
  
   Картина 2.
   В доме Гренгоров. Бедная комната. Гренгуар что-то пишет на листке за корявым столом, Мэтр Флориан хлебает суп.
   Мэтр Флориан: А славная жизнь в деревне, Пьер!
   Гренгуар (отряхивая волосы со лба): Не думаю.
   Мэтр Флориан: Отчего же?
   Гренгуар: Самое малое - здесь нет общественных бань, а в лохань я не влезаю, а в реке не умею. Я оброс грязью! И что это за муж у Лизон?
   Мэтр Флориан: Не знаю. Он все время в лесу. А пока я....
   Гренгуар: Вы что, вспомнили прошлое! Мне Вас снова называть Франсуа?
   Мэтр Флориан: Пожалуйста... Имя мэтра Флориана тоже нынче не в чести.
   Гренгуар: Да уж, особенно после Блуа... Из-за моей простой оплошности...
   Мэтр Флориан: Да все из-за мелочей, Пьер. Малое убивает великое.
   Гренгуар: Это слова отца Клода! Не говорите их, можете тоже плохо кончить... Подсев к нему, хватает за рукав. Я теперь так боюсь всего, мэтр Флориан... Франсуа... Вы - как Феникс, умерли и воскресли, а я - кто, воробей! Чик-чирик! Чик-чирик!
   Муж Лизон (поначалу за сценой): Оставь! Оставь! Вбегает в комнату, заносит топор над головой Пьера.) А-а! Лизон! Твой любовник!
   Гренгуар прячется под стол, мэтр Флориан уклоняется - удар приходится в столешницу.
   Гренгуар (из-под стола): Я ее брат!
   Лизон (вбегая): Это мой брат и его учитель!
   Муж Лизон (пытаясь вытащить топор): А каких чертей они тут живут?
   Гренгуар (не осмеливаясь вылезти из-под стола): Потому что у нас нет дома!
   Муж Лизон: И эти нахлебники проедают то, что я зарабатываю тяжким трудом?
   Гренгуар: Я пасу козу и дою ее.
   Мэтр Флориан: Еще он подметает двор и убирает в доме.
   Гренгуар: И я отдал пугалу свою прежнюю одежду, так с тех пор на наш огород не залетала ни одна ворона!
   Лизон: И он учит Андрэ читать.
   Муж Лизон: Это еще зачем?
   Гренгуар: Затем, чтобы уметь. Вот Лизон и мама не умеют, так они не прочли ни одного моего письма, а подлец кюре не передавал им.
   Мэтр Флориан: Не такой уж он и подлец - у него есть доброе вино!
   Гренгуар: Понятно, где вы торчите по вечерам! И возвращаетесь под утро!
   Муж Лизон: И кто его пускает?
   Мэтр Флориан: Не мокнуть же под дождем, как вчера!
   Муж Лизон: Так и у тебя нет ничего с моей женой?
   Мэтр Флориан (уныло): Нет...
   Муж Лизон: Я бы заставил работать этих бездельников! Пусть идут со мной рубить лес, Лизон!
   Лизон (вдогонку): Не Пьер уничтожит дерево, а дерево - Пьера! Вздыхает. Может Вы ему поможете, мэтр Флориан?
   Мэтр Флориан: Мое мирское имя Франсуа, девушка. Пододвигаясь ближе к ней, старается понюхать локоть. У Вас прекрасный суп!
   Андрэ (с порога): Мама! А можно, я тоже пойду с папой в лес?
   Лизон: Куда хочешь, только не вертись под ногами!
   Мэтр Флориан: Прекрасный сын!
   Гренгуар (тревожно): Мэтр Флориан! Лизон отходит к очагу, достает сковороду, раскладывает еду. Не советую Вам приударять за моей сестрой!
   Мэтр Флориан: Прекрасный брат!
   Лизон резко поворачивается и бьет его по голове сковородой.
   Мэтр Флориан: Черт!
   Лизон: Чтоб неповадно было!
   Мэтр Флориан: А ты прав, Пьер - не я за ней приударил, она меня приударила! Эх, сходим-ка к кюре, он давно тебя звал.
   Гренгуар: Да, пойдем. Мэтр Флориан, Вы как козочка - что бы ни случилось, веселы. Я возьму ее с собой?
   Лизон: В гости?
   Гренгуар: Так это единственное, кроме мистерии, что я привез из Парижа.
   Уходят. Лизон гремит посудой. Топор по-прежнему воткнут в стол.
  
   Картина 3.
   Дом кюре и дорога к нему, где Гренгуар и Мэтр Флориан.
   Гренгуар: Вы, мэтр, зря Лизон интересовались, вот. Вы бы лучше приударили за моей матерью - вдова, и по годам ровня.
   Мэтр Флориан: А разве ты не знаешь, что мужчины предпочитают молоденьких!
Гренгуар: Фьюить! Клэр даже старше меня! На восемнадцать дней. Иногда мне кажется - лет...
   Мэтр Флориан: Значит, Вам девять.
   Гренгуар: Как Данте, когда он встретил Беатриче.
   Они доходят до дверей, Гренгуар стучит.
   Кюре: Для друзей открыто. Славен Господь в Сионе...
   Гренгуар: Высоко сидит на троне!
   Кюре: Это ты, Пьер?
   Гренгуар: Да, и мэтр Флориан, мой парижский наставник и ваш собутыльник.
   Кюре: Заходите!
   Они входят, на столе - вино.
   Гренгуар: Что Вы, я только разбавленное, как грек.
   Кюре: Узнаю трезвенника... и неудачника?
   Гренгуар: Увы и ах!
   Кюре: Флориан говорит, у тебя сумасшедшая любовь!
   Гренгуар: Это я сумасшедший, а не она. Односторонняя она, вот. Вы помнили, как советовали мне ехать в Париж? Кашляет.
   Кюре: И как ты скакал, как козел, возле статуи Богоматери. Помнишь, ты говорил мальчишкой, что женишься на ней или на фее?
   Гренгуар: На фее из замка, с которой я играл в детстве.
   Кюре: А туда приехали.
   Гренгуар: Когда и кто?
   Кюре: Недавно. Девушка в черном. Твой племянник уже задружился с ней и клянчит у нее мелочь, чтобы играть в орлянку.
   Гренгуар: Так вот откуда у него деньги, на которые он предлагал мне купить у Вас поношенную сутану, а то мне не в чем выйти!
   Кюре: Если я дам тебе сутану, тебе придется служить в церкви. У нас как раз помер пономарь.
   Мэтр Флориан: Может, это твоя судьба, а не Клэр. Вот и встретишь кого там...
   Гренгуар: Это не может быть Клэр, но это будет Клэр!
   Кюре: `ANAГKH.
   Гренгуар: А, и Вы знаете греческий? Зачем я ездил учиться в Париж?
   Кюре: Чтобы привести мне собеседника.
   Гренгуар: И собутыльника. Вы раньше так не пили...
   Кюре: Так в церковь никто не ходит! Пойдешь ко мне пономарем?
   Гренгуар: А что мне делать? Работать я не умею, пить не люблю, спать скучно, в Париж нельзя! Эх, буду пономарем, вот!
  
   Картина 4.
   В церкви. Гренгуар в платье пономаря протирает статуи, Андрэ ему мешает.
   Андрэ: Дядя Пьер! Вы там не стерли!
   Гренгуар (оборачиваясь): Чего?
   Андрэ: Дядя Пьер, Вы не вытерли лампаду!
   Гренгуар: Ну и... честный Крест Господень с нею! Говори мне ты! (Пауза) Как хорошо было в Париже, как плохо - здесь! Я голодал, но писал! А тут - тушу свечи, проверяю пожертвования, есть ли святая вода... Хлеб наш насущный даждь нам днесь.... Даждь! А не заставляй зарабатывать тяжким трудом! (вытирает лампаду) Да будет свет! Да будет... Клэр! Отходит вглубь церкви чистить статую св. Иосифа, напротив - св. Мария (похожа на Клэр).
   Клэр (входя в церковь со служанкой): Не мешкай, Готон! Подходит к статуе Мадонны, молится молча, на ней - траур.
   Андрэ (подбегая к Готон): Тетенька, дай денежку!
   Готон: Уймись, постреленок!
   Андрэ: Тетенька, дай денежку, у меня папа болен.
   Готон: Я тебе и вчера давала, и позавчера, хватит с тебя! Когда твой папаша выздоровеет?
   Андрэ: Когда протрезвеет.
   Готон: А другая родня у тебя есть?
   Андрэ: Дядя, он тоже больной.
   Готон: И чем же?
   Андрэ: Головой.
   Готон: А мать у тебя есть?
   Андрэ: И мама, и бабушка, и коза, и все голодные...
   Готон: А что они не работают?
   Андрэ: Бабушка немолодая, мама по хозяйству, а коза... она пасется. Тетенька, дайте денежку!
   Готон: Сладу нет! (дает деньги)
   Гренгуар (спиной к зрителю): Андрэ!
   Андрэ: Да, дядя!
   Готон: Так Вы и есть больной на голову?
   Гренгуар (оборачиваясь): Клэр! Бросается к ней, чтобы обнять, она пытается отстраниться. Я так и знал! Клэр, я знал, что это будешь ты! Ты здесь, приехала! Это ведь ты живешь в замке?
   Клэр (холодно): Да. Пытаясь отстраниться. Да что это такое!
   Гренгуар: Клэр, я не видел тебя... больше двух недель... даже издали. Андрэ смеется .
   Готон: Полно Вам связываться с этим ненормальным!
   Клэр: Я сама решу, с кем связаться. Пьер, ты не отпустишь меня?
   Гренгуар: Никогда! То есть... Разжимает объятья, отходит на шаг. Зачем ты здесь?
   Клэр: Затем, что это - замок моей матери. Здесь я жила в раннем детстве. Убегала от Готон в деревню. Однажды один мальчик поранил мне руку ножичком...
   Гренгуар (восторженно): Это был я! Девочка-фея из детских игр - это ты?
   Клэр: Это - ты... Гренгуар смотрит на нее и вдруг гладит по руке.
   Гренгуар: Ты - мечта мальчика... Забытая и воскрешенная... Помнишь, я сказал - "До свадьбы заживет"? Зажило ведь?
   Клэр: И прошло. Пьер, я прошу тебя не преследовать меня.
   Гренгуар: Что???
   Клэр: Я удалилась от двора на время траура. Буду жить в Париже крайне уединенно. Прошу не компрометировать меня.
   Гренгуар: Перед кем? Крестьянами? Кюре? Мэтром Флорианом?
   Клэр: Он здесь?
   Гренгуар: Да... то есть у кюре. Пьют они. А я теперь служу не только Музам, не только Даме, но и Ему.
   Клэр: Ты стал монахом?
   Гренгуар: Нет, но ради тебя - стану.
   Клэр: Что за шутовство!
   Гренгуар: Это любовь. У любви есть святое юродство.
   Голос за сценой: Пьер! С кем ты треплешься вместо работы! Скоро снова служба!
   Гренгуар: Какая служба без Прекрасных Дам?
   Готон: А мы кто?
   Гренгуар: Клэр... Выслушай... Я люблю тебя, но я не хотел, чтобы Арманьяка так... Это ошибка... Я перепутал, вот...
   Клэр: Ты вечно путаешь, Пьер.
   Гренгуар: Это от любви, она делает мудрецов глупцами, а глупцов вразумляет. Вот. Клэр? Можно сходить к тебе в замок?
   Клэр: Нет.
   Гренгуар: Всегда нет! Ни в Париж, пока жив Людовик, ни к тебе сюда! А в деревне свежий воздух, здоровая еда, мэтр Флориан! Он, правда в обиде на тебя, считает, ты меня недостойна, ты - самая обыкновенная... Это не так, вот. И мне он позволяет любить тебя лишь ради стихов, вот. Хотя он считает, я иногда поэзией порчу себе жизнь, вот.
   Клэр: Пьер, ты слишком много говоришь. Как я могла заступиться за тебя в Блуа, чтобы не бросить тень на мать? Разве я тебе должна? Гренгуар молчит, опустив голову. И разве мэтр Флориан вправе решать за меня?
   Гренгуар складывает руки, как в молитве.
   Пьер, я очень сожалею, но здесь я только летом. И могу говорить с тобой лишь в церкви. Я уезжаю через несколько дней, и ты долго не увидишься со мною.
   Гренгуар: Как долго? Год? Я раньше мог, а теперь не... Клэр... Хватает ее за руку. Клэр, подари мне свою вещь... Чтобы я мог вспоминать тебя... вот...
   Готон (насмешливо): Тетенька, дай денежку!
   Клэр (обрывает бахрому с рукава): Возьми. До свидания, Пьер!
   Гренгуар: Свидания...
   Клэр и Готон уходят. Гренгуар задувает лампаду и сгибается вдвое в приступе кашля.
  
   Картина 5.
   Дом матери Гренгуара, он лежит на лавке.
   Гренгуар: И вот я уже месяц здесь... Да, родная деревня, но поговорить не с кем, мэтр Флориан то пьет, то волочится за моей матерью, Андрэ отобрал у меня козу и вараварски пасет ее, и Клэр уехала! Я одинок... Почему я не умею вбивать крюк в потолок? Но балка не выдержит меня... Топиться противно... Самосожжение - ну и как я буду выглядеть в гробу? Нож... Но я боюсь крови... Может, украсть яду у кюре? Меня все равно вырвет, прежде чем... Я хочу в Париж! Там моя слава, мое призвание! Пытается прихлопнуть клопа. Но у меня нет идеи... Кто бы помог мне... Никому нет дела... Мэтр Флориан позаимствовал мою мать, а я думал, он мой друг, я же просто пошутил насчет нее...Смех за сценой, голоса Люсиль и мэтра Флориана ("А теперь я...", "Нет, Вы что... не надо на улице..."). Все-таки отравлюсь. Соскакивает с лавки, поправляет прическу. Решено! Иду к кюре! Alea jacta est! Пытается идти к двери, но его сбивают с ног Андрэ и маленькая девочка.
   Какого черта!
   Андрэ: Дядя Пьер! Это моя невеста!
   Гренгуар: Эта, что ли?
   Андрэ: Не Джали же! Это Наннетта.
   Гренгуар: Но вы же еще дети?
   Андрэ: А нам надо ждать, пока мы не состаримся, как ты?
   Гренгуар: А Лизон согласна?
   Андрэ: А какая разница?
   Гренгуар: Не было бы разницы, я бы женился на Клэр!
   Наннетта: А кто эта Клэр?
   Гренгуар: Чудо, молния, фея, Муза, Дама.
   Андрэ: Тетенька, у которой мы просиди денежку, помнишь?
   Наннетта: В трауре? Моя маманя красивше.
   Гренгуар: Не знаю, не знаю... Где кюре?
   Андрэ: В церкви. К нему приехал кто-то, он так одет, как из Парижа.
   Гренгуар: Ну и я оттуда, а толку что? Мои шмотки достались пугалу...
   Дети играют с Джали.
   Так значит, я не могу сходить к нему за... Джали! И ты предала меня, а ведь я говорю с тобою, как с человеком, а они всего-навсего беззаботные ребята!
   Вскакивает, восторженно размахивая руками. Беззаботные ребята! Enfants sans sousi!
   Обнимает и целует всех подряд. Джали! Андрэ! Наннета! Это вы меня надоумили! Теперь я знаю, что делать в Париже!... Если я туда вернусь... Я соберу труппу из детей бродяг и научу их играть на сцене мои пьесы! И я стану знаменитым! Известным! Эврика! Я нашел смысл своей жизни! Они не будут грабить и нищенствовать, а станут актерами! То, что я делал, было правильно! Зря я поехал в Блуа! Зря я состязался с бездарью! Но Людовик жив...
   Вновь садится на лавку, охватив голову руками. Входит мэтр Флориан.
   Мэтр Флориан: Я только что от кюре. Гость из Парижа сказал, что Людовик умер три дня назад, и надо...
   Гренгуар: Ехать в Париж! Ура!
   Мэтр Флориан: Пьер, что с тобой!
   Гренгуар: Я могу ехать в Париж! К Клэр! К славе!
   Мэтр Флориан: А ты уверен, что они ждут тебя там?
   Гренгуар: Отнюдь! Но здесь - тем более. Мэтр Флориан, вы поедете со мной как учитель подрастающего поколения!
   Мэтр Флориан и Лизон (входя): Ты собираешься брать в Париж детей?
   Гренгуар: Да. Здесь им нечего делать.
   Мэтр Флориан: Пьер, ты в своем уме?
   Гренгуар: Да в своем особенном. В Вашем мне бы ничего подобного в голову не пришло.
   Мэтр Флориан: Но я не еду в Париж.
   Гренгуар: Как так?
   Мэтр Флориан: Потому что я собираюсь жениться на твоей матери.
   Гренгуар: Господи! Все женятся! Андрэ на Наннетте, Вы - на матери, Джали и та нашла себе козла, а как был, так и остался даже не помолвлен!
   Входит мать Гренгуара.
   Люсиль Гренгор: Кто тут собрался на мне жениться? Я согласия не давала!
   Мэтр Флориан: Зато я дал. Муж Лизон всегда в лесу, ей одной не управиться в хозяйстве и с Вашей помощью - Пьер, хоть от него и нет никакого толка, уезжает с Андрэ в Париж.
   Люсиль Гренгор: Не дам внучка!
   Гренгуар: Мама! Андрэ станет богатым и знаменитым!
   Люсиль Гренгор: Если это значит вернуться в лохмотьях и служить потом пономарем - то да.
   Гренгуар (взволнованно): Мама! Отпусти их со мной в Париж, с ними ничего не случится! Я вот сколько жил в большом городе, а так и не выучился ни пить, ни развратничать! Кашляет. Джали копирует его нервные жесты.
   Мэтр Флориан: Отпусти, Люсиль! Нам меньше свидетелей!
   Гренгуар: Слышала?
   Лизон: Да пусть возьмет Андрэ в Париж, и сам едет - а то мой муж не особо верит, что Пьер - мой брат.
   Гренгуар: Слышала? Сейчас и кюре придет просить, чтобы я уехал - вчера я продал в церковной лавке подписанное изображение святого Филибера вместо святого Дагобера. Хотя какая разница - они читать не умеют...
   Андрэ: Бабушка, я хочу в Париж! Там водятся дельфины!
   Гренгуар: Там дофин живет!
   Люсиль Гренгор: Ладно, езжайте. Смотрит на мэтра Флориана. Теперь в доме у нас есть грамотный человек, он будет читать нам письма.
   Гренгуар: Письма будут. Собирайтесь, дети!
   Люсиль Гренгор: А ты?
   Гренгуар: А я уже готов. Omnia mea mecum porto.
   Люсиль Гренгор: Что опять ругаешься?!
   Мэтр Флориан: Он хочет сказать, Люсиль, что у него из вещей только то, что на нем надето.
  

Действие пятое. 1483, 1485. Старая гвардия умирает, но не сдается!

   Картина 1. 1483.
   Двор Чудес. Ночь. Гренгуар с детьми и козой крадется вдоль стены.
   Гренгуар: Кажется, это здесь. Не уверен. Везет же Вам, мэтр Флориан - вы были Вийоном, когда хотели славы, учителем, когда хотели мудрости и покоя, и сельским жителем, когда хотите счастья! Вы желаете - и получаете! А я... вот...
   Андрэ: Дядя, Вы говорите слишком быстро, а идете слишком медленно! И Вы уверены, что здесь можно жить?
   Гренгуар: И даже умереть. Стучит кулаком в дверь ближайшей лачуги. Эй, кто-нибудь есть? Я тут жил, это мой дом, откройте, вот!
   Голос из-за двери: Кто там?
   Гренгуар: Хозяин!
   Голос из-за двери: Кто-кто?
   Гренгуар: Хозяин!
   Голос из-за двери: А я тогда кто?
   Гренгуар: А я не знаю... Я здесь жил, жил, понимаете?
   Голос из-за двери: Мало ли кто здесь жил! Не пришел ночевать раз, два - хата не твоя!
   Гренгуар: Как не моя? Я, когда уезжал в Блуа, написал записку и прикрепил к дверям, что я вернусь!
   Голос из-за двери: А я читать умею?
   Гренгуар: Так что, никто не умеет? Не верю! И вообще, надо пустить меня хотя бы на ночь, вот, со мной дети!
   Голос из-за двери: Ладно, вливайся.
   Дверь отворяется, на пороге - старуха.
   Гренгуар: Фалурдель! Так Вы тоже переехали?
   Фалурдель: Так после того суда меня вытурили, вот я и подалась сюда. Не сразу, правда, вначале жила на Складской, против Сенной пристани...
   Гренгуар (крестясь): Вы меня преследуете!
   Фалурдель: А потом и оттуда, теперь вот здесь и живу - сразу, как освободилось... А откуда Вы меня знаете?
   Гренгуар: Дело в том, что я - вдовец той цыганки, от которой Вы пострадали. Джали не видно, она за спинами Гренгуара и детей. А это вот мой племянник и его... подружка. Сестра вот замужем, а мать скоро во второй брак...
   Фалурдель: А я вот никогда не была замужем, зато моим любовником был сам Франсуа Вийон!
   Гренгуар: `ANAГKH!
   Фалурдель: Это что за тарабарское ругательство?
   Гренгуар: Греческий язык. Можно, мы войдем?
   Старуха кивает, Андрэ и Наннета входят, Гренгуар с козой за ними.
   Фалурдель (узнав козу): А-а! Адская тварь! Она жива! Ее и виселица не берет! Выбегает на улицу.
   Гренгуар (всплеснув руками): Есть же на свете справедливость! Джали, умница моя, ты вернула мне дом... По крайней мере, пока старуха никого не позвала, вот... Дети, теперь Вы должны поминать в вечерней молитве и Эсмеральду - ну и что, что она была язычницей, и, разумеется, Клэр. `ANAГKH! Если ко мне вернулся дом, вернется и Клэр, и она... Андрэ, Наннетта, располагайтесь, ешьте, старуха убежала, оставив все, вот. Поживем здесь до утра, а завтра... начнем наше великое дело. Правда, Джали?
   Джали блеет. Гренгуар кормит ее с руки яблоком.
  
   Картина 2.
   Двор Чудес. Гренгуар сидит на бочке в центре "площади".
   Гренгуар: Так. Мне сказали, у вас вчера опять замочили вожака, и вы решили выбрать другого. Я не врубаюсь, причем тут я!
   Голос из толпы: Старуха Фалурдель сказала, у тебя есть дьявольская коза!
   Второй голос из толпы: Которая гадит золотом!
   Третий голос из толпы: Батист Птицеед ночью слушал у тебя под окном и узнал, что умеешь нахватать деньжат и не бояться виселицы!
   Четвертый голос из толпы: И что ты знаешь дофина, как покойник Клопен - шефа фламандцев!
   Пятый голос из толпы: И что ты спасал наших скорпионов от побирушничества!
   Гренгуар (недоуменно-весело): Итак, я стал Христом-Спасителем... Два года назад меня хотели тут повесить, вот! А теперь - избрать вожаком... Но я не умею... вот.. хотя... Батист Птицеед!
   Батист Птицеед: Я тута!
   Гренгуар: Хочешь быть вожаком?
   Батист Птицеед: Я?
   Гренгуар: Ну не я же? Ты умеешь, наверное.
   Голос из толпы: Но мы хотим тебя, а не его!
   Гренгуар: Ладно! Стучит по бочке кулаком, ему подносят сковороду, чтобы он стучал громче. Батист - моя правая рука по воровству. А кто хочет жить честно - за мной!
   Голос из толпы: А кто не умеет ни то, ни другое?
   Гренгуар: Просите милостыню.
   Голос из толпы: Все лучше, чем работать!
   Гренгуар: Так это же не статуи про... изводить, не строить, вот! Это... ну вы же переодеваетесь... Изображаете... когда попрошайничаете... так делать то же, только на помосте, вот! Поняли?
   Голос из толпы: Да!
   Гренгуар: Ну, а теперь тогда покажите, что кто умеет, вот! Андрэ и Наннета, выходите! Кашляет.
   Дети выходят с Джали.
   Толпа (в ужасе): А-а-а! Дьявольская коза!
   Гренгуар: Я не понимаю! Эсмеральда жила здесь с ней же, и я тоже, и вы не думали, что она - дьявол! Это она же! Джали! Джали!
   Джали копирует Гренгуара, в толпе крики ужаса и восторга.
   А теперь все-таки покажем, что мы умеем! А Джали поможет... Давайте же, я есть хочу!
   Голос из толпы: Есть вожаку!
   Подносят сало на сковороде, Гренгуар ест и кормит детей. Выходит старуха.
   Гренгуар (жуя): Ты кто?
   Старик: Ща позыришь. Хромает, потом сбрасывает парик - он юноша, и проходится колесом. Джали подражает его манерам, в толпе - смех. Больные проказой и водянкой показывают "болячки" и тут же избавляются от грима. Дети боязливо жмутся к Гренгуару.
   Андрэ: И зачем я поспешил в Париж?
   Наннетта: И я...
   Гренгуар (сначала им, потом - толпе): Да не бойтесь, дети. И Вы, чудесники. Мы ведь - беззаботные ребята, так? Мы будем жить, как надо!
  
   Картина 3.
   Маленькая площадь где-то в Париже. "Братство беззаботных ребят" репетирует пьесу. Гренгуар руководит процессом, около него вертится Джали.
   Гренгуар: Андрэ! Ты не так играешь Папу Римского! Надо величественно!
   Андрэ (в костюме Папы): Дядя Пьер! Вы знаете, как - Вы и играйте! А то от Вас одна морока - и то не так, и это не этак!
   Гренгуар: Ладно! Срывает с Андрэ тиару, одеяние, быстро облачается, начинает декламировать с завываниями.
   О кардиналы! Шапок ваших цвет
   Не должен ли быть цветом ваших щек -
   Мы люди все, и нам ничто не чуждо,
   Давайте пить за наше достоянье,
   За индульгенции...
   Дальше не я, кто дальше?
   Актер-кардинал (речитативом): О Ваше Святейшество, мы теперь хорошо их продаем, в одной Франции, в одном Париже благодаря епископу...
   Мимо проходят Парижский епископ и Жак Шармолю со свитой.
   Гренгуар:
   Так значит, мы богаче стали. Что ж,
   Налейте мне, скорее мне несите...
   Жак Шармолю: Чушь!
   Гренгуар: Чего? У кого текст? Это отсебятина, этот кусок нельзя импровизировать... Ай! Здрасьте!
   Жак Шармолю: Не намерен желать здоровья тому, кто позорит Папу и мать нашу Церковь.
   Гренгуар: Я никого не позорю, я хороший актер.
   Парижский епископ: Как не позоришь? Ты сеешь порочащие сведения!
   Гренгуар: Так этот Папа уже умер, он историческая личность.
   Жак Шармолю: Все, что можно связывать с нашим временем - современно. Нельзя показывать такое!
   Гренгуар: Так о чем тогда мне писать? Только о любви, а публика на такое не идет...
   Парижский епископ: Сам сознался, что написал! Под стражу его!
   Гренгуара хватают стражи, мимо проходит мадам Марианна в сопровождении служанок.
   Мадам Марианна (Шармолю и еспископу): Здравствуйте, Ваше высокопреосвященство, здравствуйте, мэтр!
   Жак Шармолю: Здравствуйте, мадам де ла Валь. Где Ваша прелестная дочь?
   Гренгуар (вырываясь): В моем сердце!
   Мадам Марианна (узнавая его): Это кого вы арестовали?
   Парижский епископ: Богохульника из Двора Чудес - нам на него донесла некая Фалурдель.
   Мадам Марианна: А если я попрошу вас освободить его, чтобы сделать приятное моей дочери?
   Жак Шармолю: Разумеется! Отпустите идиота!
   Стражники отпускают Гренгуара.
   Гренгуар: О, мадам Марианна! Как мне Вас отблагодарить?
   Мадам Марианна: Быть другом моей дочери, но не более того - пусть она и скучает о Вас, хотя никогда не признается в этом, ее чувства к Вам нельзя назвать любовью, да Вы и неподходящая партия... к сожалению.
   Гренгуар: А если я разбогатею, прославлюсь и получу дворянство?
   Мадам Марианна: Тогда если она согласится, но как Вы планируете...
   Гренгуар (перебивая): Мадам Марианна! Даю обет - пока не добьюсь всего этого, не переступлю порог Вашего дома, вот!
   Мадам Марианна: Ловлю Вас на слове! Извините, я спешу, до свидания, господа и простолюдины. Уходит.
   Жак Шармолю: И ты выметайся, слышишь! И своих уводи! Прежде чем кривляться за пределами Двора Чудес, получи разрешение!
   Гренгуар: А Вы дадите?
   Парижский епископ: Утром - деньги, вечером... До виселицы, еретик!
   Уходит с Шармолю и свитой на край сцены.
   Гренгуар (труппе): А вы что стоите? Давайте, давайте! Нас гонят! Во Двор Чудес! Кашляет, слезы на глазах. Там наш дом! Снова кашляет. И язык улиц будет во дворцах! Идите, идите!
   Кашляя, подбирает тиару, берет Джали за поводок и уходит в сторону, противоположную той, откуда вслед ему ухмыляются епископ и Шармолю.
  
   Картина 4. 1485.
   Двор Чудес, ночь. Жилище Гренгуара, где он пишет письмо в деревню.
   Гренгуар: Дорогая мамочка, я живу все так же в Париже, дела мои... Комкает бумагу, бросает на пол, сердито: Не хочу врать! И так грешен! Лучше напишу мэтру Флориану, по крайней мере, ничего скрывать не надо будет, вот! Итак, Джали, что мы ему напишем... Коза подходит к Пьеру и кладет ему голову на колени, он говорит все, что пишет, вслух. Мэтр Флориан! Франсуа! Я живу все так же в Париже. Мои беззаботные ребята меня слушают, хотя применяют свое ремесло не только на подмостках. Я с Андрэ и Наннеттой даю хожу по домам показывать фокусы с Джали и читать стихи, но известности пока нет, денег и дворянства - тоже... Закашливается. Ну, это жизнь, которая лучше поэзии, не так ли? Стук в двери. Войдите!
   Батист Птицеед: Мэтр!
   Гренгуар (пока говорит, продолжает писать письмо): Чего тебе в такой час?
   Батист Птицеед: Я к Вам от рожи всех арготинцев - если не дадите денег, мы больше не играем у Вас.
   Гренгуар (в ужасе захлебывается кашлем, потом встревоженно): Но Вы меня не выгоните со Двора Чудес?
   Батист Птицеед: Да куда мы Вас! Вы - такой же, как мы, просто мы думали, Вы - более везучий.
   Гренгуар: Э...э... послушай, Батист. На воскресенье нам дали разрешение выступить перед собором, там будет дофин, тьфу, уже король, я намерен говорить с ним, вот... Скажи своим, пусть подождут до этого, а нет - можете меня повесить, от судьбы... Ладно?
   Батист Птицеед: Заметано!
   Уходит.
   Гренгуар (нервно поглаживая козочку): И что мне теперь делать? Джали, Джали! А... Андрэ, иди сюда!
   Андрэ (входя и зевая): Дядя, Вам опять не спится? Уже далеко за полночь.
   Гренгуар: Бабушке пишу, мэтру Флориану... Короче, отвезешь его туда, как кто поедет... Дает ему письмо, Андрэ уходит, но Гренгуар вдруг хлопает себя ладонью по лбу. Андрэ, вернись!
   Андрэ (возвращаясь): Дядя, что опять? С Вами жить хуже, чем с папашей! Все не так и не этак!
   Гренгуар: Подожди, я добавлю. (Пишет.) Мэтр Флориан! Срочно приезжайте в Париж к воскресенью! Все, можешь ехать...
   Андрэ уходит.
   Джали, Джали, у тебя в деревне остался козлик, а у меня - где Клэр, кроме сердца!
  
   Картина 5.
   Площадь перед собором. Подмостки. Зрители - король (бывший дофин Карл), Клэр, семейство де Божё и другие. Гренгуар и Андрэ - на сцене. Они играют отрывок из "Чуда святого Валентина", у Гренгуара - роль слепой Девушки, дочери тюремщика, Андрэ играет Валентина.
   Андрэ-Валентин (стараясь говорить грустно): Я тебя люблю.
   Гренгуар-Девушка: Но ты меня не знаешь. Мне сказал
   На родине один - любить нельзя,
   Не зная...
   Кашляет в руку.
   Андрэ-Валентин (так же): Я тебя люблю. Всего
   Три дня провел с тобой - а как всю юность...
   Король: Клэр, Вы знаете этого актера? Мне кажется, я его где-то видел...
   Клэр: Нет...
   Король: Я имею в виду того, кто играет Девушку. Может, в Блуа, на ежегодных представлениях...
   Гренгуар-Девушка (Все паузы прокашливает, последние слова совсем нечетко): Я... тоже...так я чувствую, как будто...
   Я не должна... я права не имею...
   Но если вдруг... не зрение.... Ведь чудо -
   Не только исцеленье, это если
   Сбывается несбыточное...
   Поднимает глаза к зрителям, незаметно следя за Клэр, Андрэ-Валентин касается пальцами ее век.
   Андрэ-Валентин: Боже!
   Верни ей зренье!
   Гренгуар-Девушка (перестав кашлять): Ай!
   Отскакивает, сгибается в три погибели, одной рукой прикрывая рот, другую прижав к груди. Отнимает руку ото рта - на ней кровь.
   Андрэ-Валентин (обеспокоено): Что, что с тобой?
   Гренгуар-Девушка: Так... просто кровь... Бледнеет, шатается.
   Импровизация дурная...
   Король: Ему плохо!
   Андрэ-Валентин: Дядя Пьер!
   Гренгуар-Девушка: Так, пустяки... Здесь - небо?
   Андрэ-Валентин (недоуменно): Да.
   Гренгуар-Девушка: И красный
   Жестокий отсвет падает на Тибр? Закашливается так сильно, что вначале согнувшись, теряет равновесие и падает лицом на помост, из последних сил. Джали! Из-за кулис выходит коза и вяло тычется в него носом, только теперь видно, как она стара.
   Король (восторженно): Я узнал его! Это поэт с козой! Пьер? Вы пишете хорошие пьесы и стихи, вы памятны мне еще с Блуа!
   Гренгуар-Девушка (еле слышно): Правда?
   Король: Дама Клэр де ла Валь давала мне читать их. Вы - талант!
   Гренгуар-Девушка (пытаясь встать): Чушь!
   Король: Нет, вставайте, идите ко мне, и если вы согласитесь стать моим придворным поэтом, я дам Вам все, что Вы скажете! Вы - самое яркое воспоминание моего детства!
   Гренгуар-Девушка (пытаясь встать): Сейчас... Сейчас... Встает, делает несколько шагов, шаря рукой в воздухе, и падает в обморок. Джали блеет и ложится у его головы.
   Толпа: Автор умер!
   Андрэ и труппа уносят его за кулисы и укладывают там на кровать. Дофин смотрит на Клэр, она, подобрав юбки, спускается с галереи.
   За кулисами Гренгуар приходит в себя.
   Гренгуар: А где Джали?
   Андрэ: Дядя Пьер... Она... вы знаете, она была старенькая...
   Гренгуар: Умерла? Тогда мне не стоит жить. Отворачивается к стенке.
   Андрэ: Врача! Врача!
   Вбегают Клэр и человек в черном.
   Человек в черном: Это я.
   Клэр: Мэтр Флориан... Он...?
   Мэтр Флориан: Жив.
   Андрэ вносит тело Джали и кладет его около Гренгуара на пол.
   Клэр: Мэтр Флориан... Но он же как неживой! Мэтр Флориан! Почему Вы не говорите со мной? Разве я виновата в его страданиях, его скитаниях! Я позволяла ему себя любить, я почти не прогоняла его! Я сама поначалу была такой, как он ... и может, внутри и осталась, но так глубоко, что он один видит! Что я сделала?
   Мэтр Флориан: Ты была малодушна. Но и апостолы оказывались такими - Петр, Фома. А теперь ты пришла к нему умирающему - и ты ни в чем невиновна. А для него и не была такой никогда, разве что в минуты раздражения! Как ученицу, я ... люблю тебя, Клэр...
   Гренгуар (с закрытыми глазами): И я...
   Андрэ: Дядя, ты живой?
   Гренгуар: `ANAГKH...
   Андрэ: Он бредит!
   Входит человек короля.
   Вестник: Автор жив?
   Гренгуар (все еще с закрытыми глазами): А зачем он Вам?
   Вестник: Король жалует его титулом придворного поэта и возвращает награду, отобранную в Блуа, а также намеревается в будущем подарить дом в Париже, но если автор мертв - то к чему?
   Мэтр Флориан: В достойных условиях он переживет нас с вами.
   Гренгуар (так же): Какие условия! Джали мертва... И камень молнией разбит... Никого у меня нет...
   Клэр: А я?
   Гренгуар (открывая глаза): Ты - не призрак? Это ты пришла?
   Клэр: Да... я... Ты можешь жить у меня, Пьер, пока король не подарит тебе дом. Мама гордится тобой.
   Гренгуар: Ну да - теперь... Радостно. Так я могу жить на нашем чердаке?
   Клэр (смеется): Какой чердак! В комнатах для господ, разумеется.
   Гренгуар (с надеждой): И ты..?
   Клэр: Может быть. Я еще не разобралась в себе, Пьер.
   Гренгуар (еще более с надеждой): Ничего, я тоже не сразу в себе разбираюсь. О, если бы Джали воскресла!
   Андрэ (подбегая к кровати): Дядя, мэтр Флориан сказал, что когда бабушка болела, и я отвозил Джали в деревню, она там... короче, за этот трудный год она родила козленка, но мы тебе не говорили - хотели, когда подрастет, подарить тебе на день рождения.
   Гренгуар (радостно): Ну, тогда я выйду к публике! Под руки меня берите!
   Клэр и мэтр Флориан помогают ему подняться на ноги и выводят из-за кулис. Публика не разошлась.
   Гренгуар (торжественно): Автор воскрес!
   В толпе - шум, крики восторга. Гренгуар кашляет, но улыбается.
   Да, это Пиррова, но победа! Над тобой, Париж! Над вами, законы жизни! Надо всем, что... Клэр, спасибо тебе, это все из-за любви к тебе. Ты правда никогда не попросишь меня уйти? Клэр кивает.Камень и молния...
   Толпа: А пьеса? Будешь доигрывать пьесу?
   Гренгуар (еще более торжественно): Эта закончена, актеры хотят отдохнуть - но скоро я поставлю для вас новую пьесу, лучше этой! К Клэр: Новую пьесу о тебе и обо мне!
  

ЗАНАВЕС!!!

   У Гюго - светлые, но кто знает, какими они были на самом деле? Пьер Гренгор, между прочим - лицо историческое, руководитель театрального любительского объединения "Беззаботные ребята", затем придворный поэт Людовика XII. Истинные даты его жизни (ок. 1475 - 1538) противоречат сюжету Нотр-Дам, в отношении их автор следует за Гюго.
   Молния как световой эффект по-французски - Иclair (эклэр), Claire (Клэр) значит "ясная".
   Так и у Гюго.
   "Курица".
   "Лес"
   "Церковь"
   По-французски фамилия Пьера пишется Gringoire, последняя буква не читается, in читается как э носовое.
   Моя вина (латынь).
   Жребий брошен (лат.)
   Так и переводится - "Беззаботные ребята".
   По-французски dauphin - это и дельфин, и дофин.
   Все свое ношу с собой (лат)
   На воровском жаргоне - ребенок!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   1
  
  
  

 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
П.Корнев "Черные сны" А.Гореликова "Зерна огня" В.Седлова "Подсадная невеста для фальшивого жениха" Е.Плахотникова "Ларт Многодобрый" М.Поликарпов "Сербский закат" С.Нергина "По закону перелетных птиц" А.Маслов "Сверкающий Ангел" Д.Казаков "Солнце цвета ночи" М.Мах "Карл Ругер. Боец" В.Выставной "Утечка мозгов" В.Давыдов "Киммерийская крепость" Е.Малиновская "Танец над бездной" Е.Гайдай "Сказка для проклятых" Л.Астахова "Пригоршня вечности"

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"