Зорин Иван Васильевич: другие произведения.

Метафизика Ступора

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:


  

МЕТАФИЗИКА СТУПОРА

  
   В истории народа, как и в истории отдельной личности, наступают моменты осознания самого себя, своего предназначения, своей судьбы. В такие мгновенья нации открывается неповторимый, присущий ей одной мир, и она замирает, ощупывая свое будущее, которое соткано из прошлого, беззащитная, как сбросившая кожу змея. Это вглядывание в реку минувшего в надежде увидеть свое всплывающее лицо, это необходимое осознание собственного бытия опасно - в очереди к солнцу цивилизации работают локтями, и молчание одной растворяется в гуле разноязычных голосов.
   Мы переживаем нечто подобное. Перебесившиеся дети, мы застыли в растерянности, и происходящее - не слепок нашей нищеты, как нас пытаются уверить, но - оскудения сакрального. Отвергнув красных пастырей и слепых поводырей, сделавших имя на идеологических поставках в холодной войне, дремлющие в нас богоборчество и неизбывная жажда Бога ищут новые ориентиры, очертания, формы. Дух нации, как он представляется из истории и как его преломляет осколок каждого "я", витает над пустынными водами, ища островок, опору для созидания. А у бездны своя диалектика, свой философский подтекст: динамика предполагает статику, движение - покой. Россия переживает ныне возвращение к истокам, озираясь по сторонам, примеривает символы с чужого плеча, обнаруживая свою инаковость, свое одиночество. Мы другие. Но мы боимся быть другими. В любом из нас сидит цензор, оберегающий неполноценность, камертон, сверяющий пульс с чужеродными ритмами. Упреки в провинциализме веками заставляли нас жить с оглядкой - в эпоху французской моды, англомании или сна за железным занавесом, когда кухни пропитывались ароматом далеких кумирен, а каждая домохозяйка постигала экзистенциализм, пользуя рецепты от чужой болезни. Нет пророка в своем отечестве: иван плотников меркнет перед джоном карпентером. Современники Достоевского носились с тенью Шопенгауэра и отзвуками Ницше, мы верим откровениям Дерриды и Хайдеггера, полагая, что в их строках дремлет наше будущее. Но будущее, как и прошлое, у каждого свое, гуманитарная мысль прикована к этнической системе координат. Ловя гаснущее эхо, мы с беспощадным упрямством стесняемся себя и своих прозрений, не уставая искать ответы в лицемерной пестроте нобелевских речей, в прилизанных академизмом банальностях или вульгарности американизма. Обманчивая выгода настоящего несет забвение отечественной классики, искромсанные цитаты Толстого и каскад заокеанизмов - отцы американской демократии стали отчимами русской культуры. Под видом технократической неизбежности сиюминутность и пропаганда утверждают эстетику комиксов: реализм повержен болтовней шарлатанов из лавки постмодернизма, музыку вытеснил мюзикл. Кто побойчее и поталантливее ушли в духовную эмиграцию, добровольную ссылку, искреннее, экзальтированное попугайство, оставляя патриотическое поле ортодоксам, карающим именем традиции. Но доморощенность оскверняет не меньше продажного профессионализма, грубое прикосновение отторгается.
   Заблудившиеся в дебрях политической фразеологии, мы не узнаем себя ни в холодной системе принудительного уравнения, ни в кривом зеркале демократии. Точно беспризорные дети, мы не смеем расписаться в сиротстве, продолжая искать потерянного родителя. Замурованные в самих себе, одинокие, несчастные, отверженные, мы жаждем диалога, признания мира, не получив, обиженно отворачиваемся, грозя ему. И это несет облегчение, мы бессильны против равнодушия, беззащитны против холодного безразличия и отстраненной вежливости. Наша замкнутость часто выплескивается сумасбродством, шутовством, кровью, трагедией. Мы трубим о самобытности, уникальности, а между тем лозунги своих революций заимствуем из второразрядных западных теорий, а наготу хозяйствования прикрываем фиговым листком чужих экономических школ. Эта раздвоенность, метания между безудержной ксенофобией и неуемным низкопоклонством идут от неведения своего места, мы чувствуем на себе влияние мира, но не видим обратной связи, смущенно подозревая ее незначительность. А этому противится наша мессианская закваска. Мы охотно кладем жизни миллионов соотечественников на алтарь Человечества, мы готовы наполнить собственной кровью копилку его исторического опыта, но обустраивать дом у нас опускаются руки. Мы - герои катастроф, призванные масштабными катаклизмами, блаженные, посетившие мир в роковые минуты. В иные - нас съедает тоска, томит скука, мы начинаем пить не для отваги действия, а чтобы забыться, спастись от жалкого прозябания. Мы становимся посмешищем, подтрунивая над своей медвежьей неуклюжестью, над бессмысленностью бытия, сравнивая свой образ с одним нам ведомым идеалом, завидуя другим его карикатурным воплощениям. Да, мы такие, какие есть, школяры, сдающие экзамен, доказывающие себе и миру право быть собой. Российская Империя рухнула под бременем народовольческого сарказма и косых взглядов либералов, СССР задохнулся от иронии и презрения к себе. Запертые в скорлупе надежд, в лабиринтах отчаяния, отрезанные от себя, несколько последних десятилетий мы жили в перевернутом мире: наше законопослушание воспитывалось на сценах бунта, стены правительственных зданий украшали картины революций. Похожее было у французов, с их термидорами и брюмерами, но отрезвление Ватерлоо пало у нас не на строителей оранжереи, а на ее питомцев. Оболганные и непонятые, мы загнали себя на обочину, в подземелье - благими намерениями устлана дорога в ад, встать с головы на ноги всегда болезненно.
   Любое путешествие предполагает возвращение, восхождение к чужим мифам всегда одиссея. Достучаться до самих себя, вопрошать о своей сути, снова и снова допытываться об истоках, о безликом, едином начале - вот загадка российского сфинкса. Ухватившись за иллюзию ответа, точно за хвост жар-птицы, Россия рывками решала технологические, социальные задачи. И теперь, пока одна часть интеллигенции считает Россию недоразумением, культивируя неверие в ее способности, а другая горячо защищает право на существование, упиваясь растаявшим величием, несамостоятельной самостоятельностью и разглагольствуя на тему пресловутого русского характера, безмолвствующий народ медленно выбирает торную, одному ему ведомую тропинку. Ручеек российской витальности уперся в запруду и теперь скапливается, чтобы, прорвав, разлиться половодьем. Затерянные среди бескрайних равнин, отрезанные сушей, без организующего воодушевления мы впадаем в летаргию, вырождаясь в население. Без указующего перста, без отклика государства народ безропотно гибнет под скальпелем реформ, бьется в сетях невостребованности. Но в его недрах таится грозное, растительное самоощущение, невыраженная мощь, простодушная, движущая горы вера. Зная "зачем", он стерпит любое "как", коренящееся в нем самоотреченье всегда оплачивало проблеск истины. Разновидность иммунитета, эти качества сохранились у великороссов несмотря на их вытравливание под личиной интернационализма или десоветизации.
   В центральных областях николаевской России не подозревали о существовании чего-то нерусского, неправославного, выходящего за пределы сказок, где иноверцев скрывала вывеска "басурман". "Победит тех царей наш царь?" - вопрошают гоголевские помещики, и это - глас вопиющих в пустыне. Сегодня бесконечно довлевшая география отступает, сужается, сближаются континенты, и мы с удивлением слышим русскую речь разбавленную разноплеменным хором. Пробив информационную крышу, нарушив привычную уединенность, страны непрошено гостят в нашем доме. И невольное сравнение с ними пробуждает самосознание куда больше бессмысленных толков о нашей непохожести, особости, исключительности.
   Принято считать, что излишняя самопоглощенность мешает творить реальность, а навязчивая озабоченность национальной избранностью - признак лени и творческого бесплодия. Нам же, наоборот, всегда недоставало концентрации, пристального взгляда в себя, наша исключительность то высмеивалась, то замалчивалась, то забалтывалась. Мы исправно несли крест историообразующей нации, одинаково снося рукоплескания и проклятия и, быть может, впервые за долгие годы небеса отвели нам время на поиск себя. Оно необходимо нам, как воздух. И в этом наше коренное отличие от европейских позитивистов. Они думают, что к миру можно приспособиться, подчинить, переделать, мы - что его можно лишь искупить. Поэтому мы переживаем его боль глубже и острее, поэтому наши падения ужаснее, а взлеты головокружительнее.
   Со стороны мы производим впечатление маятника, сбившегося с такта и теперь бессильно болтающегося то туда, то сюда. Кажется, что мы топчемся на месте, пораженные оцепенением, параличом воли. Но это не так. Мы движемся, преодолевая самый трудный путь - путь к себе. Отряхивая прах советского ковчега, Россия вырабатывает новую философию, новое кредо, чтобы со своим лицом войти в цивилизацию фарисеев, где национальную пестроту прикрывают обманчивые зовы экономической глобализации и миф об унификации мира. В этом тайный смысл происходящего, из осмысления поражения рождается стратегия победы.
   Мы такие, какие есть. Надо пройти через самоуничижение и гордыню, через вселенские замашки и жгучий стыд, через самобичевание и ниспровержение, чтобы прийти к этой формуле.
  
   2000 г.
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"