Зубачева Татьяна Николаевна: другие произведения.

Сон 10-2

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 8.97*11  Ваша оценка:


СОН ДЕСЯТЫЙ

ПРОДОЛЖЕНИЕ

575 год

Весна

4 декада 10 день

Аргат

Ведомство Политического Управления

   ...Здесь всё было серым. Пол, потолок, стены, откидная койка и такой же столик у изголовья, даже раковина с принудительно капающим краном, который ни открыть, ни закрыть, и собирающейся у стока пригоршни воды. Тоже серой, потому что прозрачная. И вместо унитаза серая дырка в сером полу с принудительным смывом. И даже посуда из какого-то серого пластика, и еда, и питьё непонятного состава и неприятного серо-бурого цвета. И одежда - цельнокроеная рубаха без швов и завязок, не длинная и не короткая - до колен.
   Но зато, в отличие от того, сверкающего белым кафелем и полированным металлом страшного кабинета, из-за стен не доносились крики. Здесь господствовала тишина. Только звуки: постоянно капающего крана и редкого журчания в полу - единственные, нарушающие, нет дополняющие мёртвую, не враждебную, а равнодушную тишину. Со-Инн-Рию пробовала говорить сама с собой, читать вслух стихи, даже кричать и проклинать. Ничего и никак не менялось, а собственный голос начинал казаться чужим, неприятным. И она стала молчать.
   Время от времени выключался и включался свет, что означало время сна и бодрствования. Со-Инн-Рию догадывалась, что с реальными днём и ночью это никак не коррелируется. Но спросить, уточнить свою догадку было не у кого. Так же время от времени в двери откидывалась полка, на которой стояли миска с едой и стакан с питьём. Скудный неизменный паёк, опять же не дающий никакой информации о времени. Опустошённую посуду следовало поставить на ту же полку. Какое-то время она стояла, а потом полка поднималась, сливаясь с дверью. Подобный механизм, только там было полное вращение по горизонтали, она видела ещё в детстве, когда как-то их - для расширения кругозора - возили на ферму, где выращивались разные зверьки на мех и мясо. Там их так кормили, чтобы не открывать клетки и не создавать ненужных привязанностей конкретных особей к конкретным служителям. И вот она сама попала... в особи. Полная беспомощность и беззащитность. И неизвестность.
   Сам момент пленения вспоминался со жгучим чувством стыда. Её - боевого офицера - скрутили как... как городская шпана деревенскую девчонку. Подлое нападение, сзади, со спины... О том, что падение дерева, так точно перегородившее дорогу перед машиной, было не случайным, она старалась не думать, хотя... не исключено, но... да, засада примитивная, но и такая слишком сложна для аборигенов, тупой, нет, неразумной болотной плесени. А волчий вой вплотную за спиной... нет, это вполне объяснимо, волки во время войны - падальщики, потому что зачем охотиться, когда и так полно трупов. Ну да, нужно было развернуться и стрелять, а она... нет, она не шарахнулась, а отшагнула, чтобы... именно, чтобы стрелять, ну, споткнулась, ну...
   Со-Инн-Рию передёрнула плечами, будто пыталась стряхнуть наваливающуюся тяжесть. Да, самого... страшного не произошло, но... Чужие грубые руки рвут застёжки мундира, добираются до белья... и останавливаются на сумке с пакетом.... К удаче или к беде, что дикари отвлеклись на пакет и родовой знак и, сорвав их, не продолжили...
   Она снова передёрнула плечами. Дальнейшее было в темноте с редкими просветами. ...Землянка, сначала забитая, нет, не людьми, а теми же аборигенами, но в форме. Потом осталось трое.... Ургоры... Офицер... кажется... да, майор... И двое рядовых. Мальчишка, с насмешливой жестокостью показавший ей свою ладонь с клеймом спецвойск, и, если бы не офицер, останавливающий его, чтобы дать ей ответить на вопрос, этот садист пытал бы её ни о чём не спрашивая и не слушая ответов, а для своего удовольствия. И красавец-аристократ, говоривший на согайнском с изысканной старомодной вежливостью превосходства, оскорбительной вежливостью... это взбесило её, и она сорвалась, крикнула ему в лицо, кто она и каково её место в славном могущественном роду, а он... снисходительно улыбнулся и небрежно бросил: "Это уже неважно". И с его происхождением, а она знает, читала, смотрела портреты, королевская кровь, да, и только рядовой, или, да нет, скорее всего переоделся для допроса, для ещё большего унижения, даже оскорбления. И даже кружок на лбу как у аборигенов нарисовал, ремешок надел на шею, как будто... нет, это, конечно, тоже для маскировки. Жалкий трус, как... как все ургоры, притворщики и лицемеры, предатели, предадут всё и всех ради...
   А потом... потом только хуже. И страшнее. И это лучше не вспоминать. И не думать. Потому что после всего, что было, после всего сказанного ею, а она рассказала всё. Всё о себе, о семье, о своей "хищнице". Её даже особо и не спрашивали. Она говорила сама. Потому что стоило ей замолчать, как... нет, об этом нельзя, слишком страшно. И больно. Она разболтала. Всё. И что знала, и о чём только догадывалась. Она... она - предатель. Предала и всё и всех. А предатель должен умереть. Согайн не может быть предателем. И попав в руки врага, должен умереть. А она... И что теперь? После этого, ей остаётся одно - разбить голову о стену. Потому что повеситься ей не на чём, застрелиться не из чего, а уморить себя голодом... нет, она не хочет долго умирать, и вообще не хочет умирать. И... и для чего-то же её до сих пор не убили. Для чего-то она им нужна, а значит... нет, об этом тоже не стоит думать и изводить себя.
   Со-Инн-Рию заставила себя встать посередине камеры и выполнить несколько махов руками и ногами, сделать пять приседаний. Раз она решила выжить, то решение надо претворять в жизнь. Надо действовать и спокойно обдумать. План мести. Кому? Да всем. И не жалеть. Ни себя, ни - тем более - других. Надо ненавидеть. Ненависть спасает, а жалость губит.
  

* * *

  

Согайя

Согле

Дворцовый комплекс

Апартаменты Первого Меча Согайи

  
   Хочешь сделать хорошо - делай сам. Но и сам тогда отвечай за всё. Да, ты - голова. Ты придумал, обдумал, решил. Но делают руки. А вот руки - это другие. Подчинённые, союзники, сторонники. А у них, к сожалению, свои головы. И всего во всех деталях им знать не надо. И начинаются отклонения, неувязки, нестыковки и прочее. И любая мелочь может подставить, привести к провалу всей операции.
   Первый Меч Согайи завершил традиционную, почти ритуальную тренировку мечевого боя, кивком поблагодарил своих тренера и помощника-партнёра, поцеловал старинный родовой меч и отдал его бесшумно возникшему оруженосцу.
   Теперь небольшая быстрая прогулка - ни в коем случае не пробежка, его ранг может спешить, но бег допустим только как тренировка и только на специальной дорожке - от тренировочного комплекса к рабочему корпусу. Время обретения чистоты и согласованности мыслей и чувств, головы и сердца. Как заведено в незапамятные времена, и потому не оспаривается никем и никогда.
   Всё как всегда, как обычно и как положено. Вот только голова занята совсем другим. Провалом задуманной задолго до войны и тщательно подготовленной операции. Да, эта война была только частью плана, необходимым условием. И вот... Срыв. Нужных исполнителей не оказалось в нужное время в нужном месте. Они не отказались и не опоздали. Они просто не получили приказа о действиях. И вместо... запланированного и подготовленного пришлось дать сигнал "залечь и не светиться". Но это только для тех, кто не только знает, но и задействован в последующих стадиях, остальные... приказа не было, значит, для них всё по-прежнему. А самому пришлось идти по цепочке в обратном направлении, выясняя, где, когда и по какой причине произошёл срыв. Предательства не было. Иначе его самого бы уже не было. "Исчезновение с несуществованием" умеют не только ургоры. Что намного эффективнее и эффектнее публичных казней.
   Цепочка оборвалась на Со-Инн-Рию. Девчонку отправили в положенное по плану время с нужным пакетом к нужному адресату и... Стандартная формулировка: "Не справилась с управлением". И отправитель чист, ибо пакет утонул в болоте вместе с гонцом и теперь никто не докажет, что пакет был. Что, возможно, и к лучшему. С Женским Дворцом всё улажено согласно закону и обычаям. Лично принёс соболезнования её ближней семье, вручил посмертную награду. Гибель в бою почётна. А детали... никому не нужны и даже мешают будущим планам. А они там есть. Ох, какие планы в этой помеси гадюшника с курятником. Нет, всё к лучшему. Максимум помощи в минимуме помех. И не больше.
   А "хищницы" по брюхо в том же болоте и взлетят не раньше середины лета, когда поле, если позволит погода, достаточно просохнет. И если - он невольно нахмурился - ургоры позволят. Затишье на фронте становится подозрительным. Ясно, что, как только подсохнет и просохнет земля, обе армии рванутся вперёд. Авиация - уже только поддержкой, слишком большими оказались потери в материальных и что обиднее людских ресурсах. Да, ургоров на свою территорию не допустили, но... когда слишком теряешь в обороне, то не с кем наступать. И наоборот. Потери ургоров тоже весьма значительны, но, к сожалению, не решающе. И кто начнёт первым, тот и... ещё не победит, но определит конкретный участок ТВД. Разумеется, тот, где он лучше подготовлен. Или считает противника наиболее слабым. Где это может быть? Чтобы предугадать действия противника, надо стать им. Ненадолго. Только чтобы проникнуться и понять.
   В своих апартаментах он сразу прошёл в оперативный кабинет с уже нанесённой на карты оперативной обстановкой согласно последним - глупые суеверия о власти слова над событием с заменой "последнего" на "крайний" он искренне презирал и никогда ни вслух, ни про себя не использовал - по времени поступлениям данных. Привычно проверил фланг, прикрывающий аэродром с "хищницами". Без изменений. Всё тот же сформированный уже в начале войны, как его, да, тридцать седьмой полк. Как встал за болотами, так и стоит. Трусоват и безынициативен его командир полковник Фомал.Не трогаем. И незачем, и нечем. И возможна... да, смелая традиционная комбинация бокового удара по наступающему клину. Где будут наступать ургоры?
   Первый Меч Согайи обошёл вокруг стола с картой и встал так, как стоял бы главнокомандующий ургоров, чтобы увидеть фронт с этой стороны. Да, вариантов не так уж много. Фронт стоит достаточно долго, чтобы укрепления стали из временных стационарными. И... и да, это очевидно. Либо класть своих на узлах укреплений, пока сложенные друг на друга трупы не сравняются, а то и превысят высоту стен - применялось когда-то и небезуспешно. Либо узкими клиньями под фланговым перекрестным огнём прорываться между узлами. И то, и другое губительно для наступления. И вряд ли ургоры настолько глупы и самонадеянны. Остаются два крайних даже не фланга, а именно краёв всего фронта. Справа вдоль побережья при поддержке флота высадкой морского десанта. Да, здесь возможно. Но если срочно усилить базу и группировку стянуть морские патрули, то есть шанс удержаться и связать эту затяжной осадой. На море ургоры не сильны. Как, если честно, и мы. Равные силы, затяжные бои. А в случае удачи, рванувшись вперёд, ургоры подставят опять же бок под наши фланговые удары. Будет шанс отсечь и заблокировать всю их армию. А слева... те самые болота.
   Он быстро перешёл на "свою" сторону и проверил догадки отсюда. Да, вполне возможно. Ткнутся пару раз в левых проходах и попытаются прорваться здесь. О "хищницах" они ничего не знают, не могут знать и, значит, и о заслоне не подозревают. Дать им продвинуться и отсечь, а здесь...
   Первый Меч Согайи удовлетворённо кивнул своим мыслям и лёгким шевелением пальцев, не касаясь карты, провёл линии предполагаемых наступлений ургоров и фланговых ударов, отсекающих прорвавшихся.
   Стоявший рядом помощник понимающе кивал, ловя его короткие жесты, и быстро записывал. Да, решение вполне оправданное, логичное, а насколько гениальное...
  

* * *

  

Ургайя

Аргат

Резиденция

   5 декада
   10 день
  
   Война войной, а... а всё остальное остаётся и требует внимания иногда даже большего, чем в мирное время. Но при неуклонном соблюдении распорядка. Десятый день - день подведения итогов декады и окончательное формирование планов на следующую. Разумеется, неизбежны коррективы, в любой день может произойти нечто, требующее мгновенной реакции, но в десятый день - итоговый, он же - выходной. Для тех, кто не принимает решения, а выполняет. По детской считалке - левый мизинец. Самый нерабочий палец, а без него человек дееспособный, но ущербный.
   Работа с документами с возникновения письменности - неотъемлемая обязательная составляющая любого процесса управления и руководства. Нет, устные доклады не исключены и даже - в определённых случаях - приветствуются, но и они должны быть запротоколированы, а листы прочитаны, и уже с наложенными резолюциями вложены в соответствующие папки.
   Итоговые декадные сводки с фронта и по тыловым службам - обычная рутина. Пока всё идёт по плану, коррективы минимальные. Позиционная война, перемалывающая в технический мусор и погребальный пепел материальные и людские ресурсы без видимых результатов. Ключевое слово - видимых. Ибо её стратегическая цель - не захват чужой территории и даже не удержание своей, а именно это: уничтожение ресурсов. Разумеется, вражеских. Желательно, невосполнимых или быстро невосполнимых. Прежде всего людских. Хотя свои потери неизбежны, но тут действует общее правило: свои потери должны быть меньше вражеских. Войну выиграет последний живой воин. Он должен быть своим. По лётчикам уже наметился незначительный, но перевес. Принцип согайнов - лётчик гибнет вместе со своим самолётом - работает на нас. Потому что воздушные бои теперь всё чаще над относительно открытой местностью, чтобы подбитые падали не на здания и укрепления. И да, дать бой над своей территорией. Чтобы свои как раз могли выброситься с парашютом и уцелеть, оказавшись среди своих. Остроумное решение. Уступаем внешне, чтобы выиграть скрытно. Надо отметить.
   Теперь планы. Ближайшие и отдалённые, тактические и стратегические. Уже обсуждались, решения приняты, ход подготовки... отклонения незначительные и несущественные, текущая корректировка. Ну здесь по старому принципу: "Работает - не трогай". Решение остроумное и - будем надеяться - для согайнов неожиданное. Не вмешиваемся. Пока незачем и привлечёт ненужное внимание. Интересный выход на айгринов. Эти стервятники своего никогда не упустят и всегда присоединяются к победителю, стараясь его оттеснить и присвоить добычу целиком. Ну-ну. То, что они согласились на контакт, уже многозначительно и перспективно.
   Теперь по ресурсам. Материальные... в норме. Убыль пополняется, Трудовой Фронт на должной высоте. Опять же не вмешиваемся, форсаж не нужен.
   Людские ресурсы. Здесь две позиции требуют внимания. Вот их и посмотрим подробнее и внимательнее.
   Что с особыми вспомогательными? Эффективность... да, в прямой зависимости от командного состава. Сержанты и даже офицеры из бывших надзирателей... массовая смертность от случайных, ха-ха три раза, аварий и прочих небоевых обстоятельств. Ну, дураков, не понявших и не принявших изменений, не жалко. Естественный отбор объективен и полезен. Для выживших. Так-так, особая вспомогательная "Не просыхающая" рота тридцать седьмого "Болотного" полка... уже получили неофициальное, но принятое всеми название... оставим. Так что они? Надо же какая эффективность и в какой области. Да, перспектива неожиданная, вернее, неожидаемая и потому особо ценная. Примем к сведению и запомним. И очень интересный выход на предстоящие события.
   Ликвидация спецвойск усилила армию и тыл... своей ликвидацией. Так, сводка о реакции... досужая болтовня... пылкого одобрения нет, но оно и не нужно... сдержанное одобрение... О, а вот это интересно! Надо же, какое понимание. "- Нам это зачем показывают? - Для вразумления. Чтобы губы не раскатывали". И уже расползлось народной, хе-хе, мудростью. Да, досужая болтовня бывает информативнее официального доклада. Источник надо найти и мягко взять на заметку такого понимающего. Очень мягко, чтобы не спугнуть и не толкнуть... в ненужную сторону. Как говорил тот король из Тёмных веков после своего свержения и перед казнью? "Сделать из противника сторонника трудно, затратно и ненадёжно. А превратить сторонника в противника можно одним неудачным словом, и это уже навсегда". Сделаем соответствующую пометку и отложим в "к исполнению".
   Что осталось? Тоже болтовня, но уже из гуманитарной Академии и сопутствующих кругов, групп и группочек. Ну-ка, у гуманитариев тоже бывают интересные аспекты и нюансы. Так сказать, в любой куче навоза может оказаться золотой самородок. Детские сказки и древние легенды - не иссякающий источник выверенной веками мудрости. Ну, например, как из хромого паршивого жеребёнка вырастить могучего и бесконечно преданного боевого коня. Кстати, интересная методика купания последовательно в холодной воде, кипятке, молоке и крови. Многозначная метафора. А это что? Сопроводилка от Чёрного Лиса?! И что же такого интересного он нашёл?
   Взяв из наполовину разобранной стопки несколько листов, скреплённые простым зажимом, Енот - он же Глава Ургайи - перешёл к рабочему столу. Это надо не просмотреть, а прочитать. Медленно и вдумчиво. Чёрный Лис не будет вот так - в открытую - тревожить по пустякам. И какую хитроумную и рассчитанную не на декады или сезоны, а на годы вперёд операцию он задумал? И с каких это пор Чёрный Лис шуршит в этой сфере? Хотя... тут и родственные связи, и продолжение той операции с газетными статьями.
   А ведь интересно, и действительно перспективно. Да, стоит принять. И первичный источник - "академическое чаепитие", академик, профессор и так далее Варн Арм. Вполне респектабельно и авторитетно для тамошней тусовки. Приняли и согласились? Да, возражений не последовало. И уже употребляется в частных разговорах... ого, прозвучало в лекции... Ну, студенты, разумеется с профессорами не спорят, а, значит, начнёт расползаться. Имеет смысл поддержать? Да. Особенно учитывая дальнейшие стадии формирования... гм, общности населения Ургайи. Поддержим. Но пока без указа, так сказать - Енот усмехнулся - инициативой снизу. Как назовёшь - так и будет. Тоже давно известно и во множестве вариантов. Назови человека дюжину раз свиньёй, и в тринадцатый раз он хрюкнет. Если принять предложение, то... Аборигенов этим убираем вчистую. Никакого деления на туземцев и пришельцев. Все конфликты из-за территории оставим, но между ургорами и... шагъярами. И ссылка на рукописные хроники того времени, разрозненные листы, найденные в оставшемся бесхозным замке... какого рода, а вот оно... ликвидированного в тогдашней междоусобице... Лохмачи и все производные остаются разговорными вульгаризмами, терпимыми просторечьями, вроде старинного обращения к любимой женщине: "кобылка моя". А прилично и потому официально - шагъяры и никак иначе. А во избежание сопротивления инициатива должна идти снизу, чтобы власть, так сказать, пошла навстречу чаяниям, достаточно редкий случай, надо использовать с максимальной отдачей. И как это на письме? Шагъяр, шагъярка, шагъярик, шагъярский...
   Енот полюбовался выписанными в столбик новыми терминами. А что... смотрится вполне эффектно. И эффективно с учётом дальнейших стадий. Пускай начинается как частные предложения в академической среде и среди прочей интеллигентской гуманитарной швали. Они любят выступать... зачинателями. И ни в коем случае не рекомендацией: взбрыкнут и сорвут весь процесс. А Чёрному Лису выразим сдержанное одобрение. Умеет аггел улыбчивый находить ключевые, болевые и перспективные точки. Одна его задумка с тридцать седьмым полком какой эффект дала. Вот пусть и дальше с ним работает.
   Он наложил резолюции, поместил всю стопку в соответствующую папку и вернулся к столу с неразобранными бумагами. Любое дело надо доводить до конца. Логического. Иначе потом недоделки и недоработки всплывут неожиданными и трудно исправимыми помехами. Как получилось в итоге с энергином, когда, не завершив проверки отдалённых последствий, выпустили в широкий и практически открытый доступ. Прибыль в гемах была весьма значительной, и ряд операций удалось провести успешно и без шума, в частности Королевская Долина хорошо с этим подставилась, но... вот именно. Нет, разумеется, любое оружие эффективно в строго определённых именно для него условиях. Энергин оставим для служебного пользования и сверхдорогим развлечением для слишком богатых, которых надо держать под контролем. По категории... не запрещено, но не одобряется.
   Так, остальное... обычная шелуха.
  

* * *

   575 год
   Весна
   6 декада
   Фронт
   Каждый день уникален и обычен одновременно. Но одни, да нет, большинство забываются, сливаясь в неразличимо серую ленту с отдельными яркими картинками, а есть дни, которые помнятся декады, сезоны и годы спустя не по периодам и даже долям, а по мигам. Потому что в один день ты и умер, и воскрес.
   Не можешь изменить - терпи, не хочешь терпеть - измени, и не путай где что и как. Любая ошибка - смертельна. Так что, приспосабливайся. Если хочешь выжить.
   Четверо бывших спецовиков, переживших смертное заклятие Огня, вычеркнувшее их не просто из жизни, а из людей, и получивших непонятно по каким соображениям вторую жизнь, очень хотели выжить и жить дальше. И потому приспосабливались к в чём-то новой, а в чём-то неотличимой от прошлой жизни беспрекословно и старательно. Потому что в каком полку служишь, так по тому Уставу и живёшь.
   Знакомство с новым Уставом началось для них сразу перед посадкой в тентованный грузовик с короткого приказа старшины:
   - Четырок, вразуми!
   - Дрючить и обламывать на месте будем, - понимающе кивнул молодой парень с погонами аттестованного рядового и двумя нашивками на рукаве.
   Дарг было дёрнулся, но даже сказать ничего не успел, как перед его лицом раскрылась правая ладонь с татуировкой - раскрытым глазом.
   - Всё понял или добавить? - поинтересовался парень и скомандовал: - В кузов, рекруты!
   Даже не салаги, не новобранцы, ещё ниже, а потому обиднее. Но они смолчали и выполнили приказ.
   Кузов пустой, без скамеек. Значит, не для личного состава, а для грузов. И они сели вдоль бокового борта, прижимаясь друг к другу плечами. Не от тесноты, как раз просторно, а, чтобы оставаться вместе, пока их по приказу тихушника не разбросали по разным дюжинам.
   Напротив, так же в ряд село несколько бородачей и этот странный парень. Небритый, с кружком на лбу как у остальных, и с глазом на ладони, как у них. Поселковый дикарь и спецовик?! А смотрится чистокровным, если бы не щетина.
   - Первое, - начал парень. - О форме. Каскетка на затылке, лоб открыт. Воротник расстёгнут, шея открыта. Волосы спереди до бровей, сзади до шеи. Усы до губ, борода до шеи. Шапки поправьте, воротники расстегните.
   Они молча подчинились. Арг провёл тыльной стороной ладони по щеке, проверяя щетину.
   - Обрастёшь, - насмешливо утешил парень.
   Ангура вдруг накрыло обжигающе ледяной волной пережитого ужаса, и он скорчился, уткнулся лбом в колени, на последнем краешке сознания стараясь не показать неудержимо полившихся слёз.
   - О! Первый сломался! - издевательски хохотнул парень.
   - Охолонь, Четырок, - негромко, но веско сказал один из бородачей. - Себя вспомни, каким на плотине был.
   Сразу два незнакомых непонятных слова. Дарга передёрнуло не столько от боли, да заросло уже, если и болит, то терпимо, выдержал же проверку, как от отвращения. Сказать вслух, потребовать заткнуться и не болботать по-дикарски он не рискнул, но его гримасу заметили и... рассмеялись.
   - Злыдень!
   - Это да.
   И негромкий дружный смех.
   Ангур, не поднимая головы, судорожно пытался сглотнуть. Чья-то рука мягко ткнула его в плечо. Он поднял, заставил себя поднять голову, открывая залитое слезами лицо. Но никто из сидящих напротив не засмеялся, а один, светлобородый, протянул ему флягу.
   - Глотни.
   - Два глотка, - хрипло сказал Арг.
   Первый глоток прошёл с трудом, второй дался легче. Ангур облизал губы и нерешительно повёл флягой вдоль их маленького... да, хоть и сидят, но строя. Бородач кивнул, а Арг строго повторил:
   - Два глотка.
   Последним сделал эти два живительных глотка Арг и вернул заметно полегчавшую флягу. Бородачи снова переглянулись уже с улыбками. И уже другой, темнобородый, достал и протянул Аргу маленькую круглую буханку тёмного хлеба с вдавленными на верхней корке двумя разделительными полосами крест-накрест. Арг молча разломал буханку на четыре части и передал по цепочке, сам стал есть последним.
   - Стрый, - не спросил, а назвал давший им воды.
   - Стрый, - кивнули остальные.
   Арг догадался, что это теперь будет его прозвищем, но значение уточнять не стал. Успеется. Да и по тону понятно, что не осуждение, и не насмешка.
   Риарр старался есть медленно, но заглоталась эта четвертушка до обидного быстро. Дожевав и проглотив последний кусок, он уже с живым интересом посмотрел на давшего им хлеб и ухмыльнулся.
   - А я тебя помню.
   - Я тебя тоже, - ответно улыбнулся бородач. - Как ты нас тогда от того городка и до моблагеря бегом гнал. Я думал, сердце выскочит.
   - Ну так... - Риарр покраснел. Н-да, у этого бородача погоны аттестованного и две нашивки, попадёшь к нему под начало, он тебе всё припомнит.
   - И орал ты здорово, - весело продолжил бородач, - и загибал красиво.
   Засмеялись и остальные.
   - Так что, Карько, без рук обходился? - весело спросил сидевший крайним слева светлобородый.
   - Ну да, - Карько ухмыльнулся. - Но кричал, не замолкал. Урлан.
   - Урлан, - кивнули остальные.
   Риарр понял, что получил прозвище и перевёл дыхание. Первый рубеж пройден. Он ещё не свой, но уже не отвергнутый. А что это слово значит... Арг промолчал, не спросил, ну, так и ему, как младшему, лучше не лезть.
   Ангур, дожевав, вытер рукавом мокрое от слёз лицо и с обречённым интересом стал ждать прозвища. Могут ведь и Плаксой прозвать или ещё хуже...
   Но его пока разглядывали молча и достаточно доброжелательно.
   Так, в молчании доехали до места. А там обычная неразбериха, путаница, офицерский ор, сержантская ругань... ну, всё как обычно и как в таких случаях положено.
   - Старшина!
   - Я!
   - Пополнение на медосмотр. И чтоб у тебя на глазах!
   - Есть пополнение на медосмотр у меня на глазах!
   Вот непруха! Ладно, Четырок с Быстрым на оружии, Большак на всём остальном.... Справятся.
   Гаор махнул стоявшей у грузовика четвёрке.
   - За мной! Бегом!
   И уже на бегу бросил через плечо Большаку:
   - Плюс четыре!
   И получил в спину:
   - Не учи!
   Четверо переглянулись. Промолчали, но запомнили.
   На полдороге к медпункту их нагнал Ласт, сунул Гаору в руку согайнский офицерский кинжал и убежал, выдохнув:
   - На анальгетик поменяй!
   Гаор молча кивнул, пряча кинжал под куртку. Вся четвёрка всё, конечно, заметила и, возможно, поняла, но опять промолчала.
   В медпункте, увидев дежурного лейтенанта из Ведомства Крови, Гаор еле удержался от ругани. Он с этим... заносчивым необстрелком уже как-то столкнулся, получая индпакеты на свою роту. Так их ему не дали и не показали, где взять, а швырнули под ноги. И на просьбу добавить кое-чего по мелочи, даже не дали закончить фразу с предложением обмена на трофеи, а рявкнули:
   - На людей не хватает!
   Поэтому на входе Гаор доложил чётко и строго по форме. И сразу:
   - Особая вспомогательная? Опять вонючки, задницы волосатые!
   Арг остался внешне невозмутимым, а молодых передёрнуло, и Гаор взглядом предостерёг: не время и не место, да и незачем, пусть привыкают, что "волосатая задница" не оскорбление, а характеристика. К тому же свидетели: девчонка-канцеляристка, два, похоже, лаборанта от Ведомства Крови, ага, вон и санитар - лоб здоровый - показался. С ним, правда, свои договорённости уже имеются, но сегодня точно ни хрена не получится из-за этого, аггелов ему во все дырки и погорячее.
   - А почему без клейма?! Не заслужили?
   - Есть клеймо! - резко, но без крика ответил Ангур, выбрасывая вперёд правую ладонь.
   Мигом позже его жест повторили Арг, Риарр и Дарг. Гаор невольно ухмыльнулся, увидев, как внезапно побледнел и отшатнулся этот дурак. Привык видно к безгласным рабам, а тут...
   Наступившая тишина длилась целых три бесконечных мига. И наконец побледневший, но устоявший на ногах - крепкая сволочь, если и обделался, то не показал - сдавленным хрипом приказал:
   - Раздевайтесь.
   Ну, медосмотр - штука стандартная, всем с первого класса в училище знакомая. И дальше всё пошло по накатанному-наезженному. Заполнение карточек: армейский номер, имя, фамилия, полная дата рождения, рост, вес, визуальная проверка функционала, забор крови - и чего каждый раз по стольку выкачивают - и в конце два укола прививок.
   Санитар, канцеляристка и лаборанты работали слаженно, ограничиваясь фразами только по делу. И с такой же внешней невозмутимостью молча выполняли их короткие приказы обследуемые.
   Гаор всё-таки успел переглянуться с санитаром, и тот еле заметной гримасой показал ему, что сегодня ничего не получится. Гаор, сохраняя выражение тупого служаки, на миг опустил веки, показывая, что понял. Лейтенант их переглядку увидел и, возможно, что-то понял, но ограничился приказом одеться и убираться к аггелам в Тарктар. Гаор не повторил приказа, показывая тем, что лейтенант Ведомства Крови ему не командир, и скомандовал одевшимся в режиме боевой тревоги бывшим спецовикам, а теперь подрядовым особых вспомогательных войск:
   - За мной! Бегом! Марш!
   И уже когда неторопливой трусцой бежали к своим грузовикам, сказал Ангуру:
   - Хорошо ответил. Метчик.
   Гаор специально назвал его не Метким по-ургорски, а нашенским словом. Чтобы не просто терпел, а привыкал.
   Всё нужное и положенное по табельной росписи уже перетащили к грузовикам, и шла погрузочная и укладочная суета. Риарр, укладывая цинки с патронами, всё-таки рискнул сунуться к старшему своей, как он надеялся, дюжины.
   - В душ бы...
   - Дома в баньке, - отмахнулись от него.
   Ну, дома - это, скорее всего, в подразделении, а вот что это такое "банька"? Но задумываться было уже некогда, да и незачем. Что будет, то и будет, а ему сейчас надо поближе к этому... да, Карько держаться. Аттестованный рядовой, старший дюжины и брат старшины, и за прошлое зла на него не держит. Так это последним недоумком-штафиркой надо быть, чтобы такой шанс упустить. А Дарг сглупил, трепыхнулся не вовремя и не по делу, вот и попал под этого... дважды клеймёного, и огребает от него, тот же все уловки явно знает.
   На обратную дорогу они попали опять в один грузовик и тут же заснули, вернее, отрубились. Всё-таки... накопилось всякого. И голода, и страха, а напоследок ещё и крови выкачали... до головокружения. Огонь Великий Справедливый пощадил их: обошлось без налёта, и на месте они уже почти на равных участвовали в разгрузке и укладке, отзываясь на новые прозвища, ещё не понимая их смысла.
   Потом получили вещевое обеспечение, положенное по табельной росписи, вымылись в странном сооружении с не менее странным непонятным названием "банька", которое вместо душа у... вот именно, поели каши из чёрной крупы, как для... ну, так горячая и даже, вроде, что-то мясное попадается, и всем такое, и поровну, и сидя за общим столом. И даже уже непонятные прозвища не царапали слух. Оставалась прописка. У... этих всё не по-людски, так, может, и прописка будет... А она будет, вон как старшина с другими, у которых по две нашивки и погоны аттестованных, переглядывается.
   В землянке, тесной от множества набившихся туда людей, их усадили в ряд за стол. Напротив сел старшина, рядом с ним, и за ним, и за их спинами... не шевельнуться и не продыхнуть. Всё молча и очень серьёзно.
   - Руки на стол, - прозвучала без крика, но властная команда. - Вот так.
   Они, недоумевая, подчинились, положив на столешницу руки ладонями вверх.
   Общие одобрительные кивки.
   - Четырок, и ты давай, - Большак ткнул Торра в плечо.
   - Для наглядности, - ухмыльнулся тот, втискиваясь с торца и выкладывая на стол обе ладони, предварительно поплевав и обтерев о штаны правую. Чтобы клеймо лучше просматривалось.
   - И личным примером, - хохотнул Быстрый.
   - Нет, - не оборачиваясь и по-прежнему глядя в упор на сидевшую напротив четвёрку, ответил Гаор. - Тут каждый сам за себя. Смотрите.
   Он говорил, сопровождая каждое слово коротким внушительным жестом.
   - Есть мы, - о стол пристукнута правая ладонь, - и есть они, - такой же жест левой ладонью. - Мы свои, они, - правая ладонь Гаора осталась открытой, а левая повернулась, прижавшись к столешнице, -чужие. Четырок, покажи, как у тебя.
   Тот кивнул и повторил ту, памятную с той ночи фразу, прижав к столу ладонь с клеймом.
   - Мне здесь мы.
   - Решайте, - не сказал, а приказал Гаор.
   Ангур и Риарр практически одновременно повернули правые ладони вниз, пряча клеймо и повторив эхом фразу, как они догадывались, обряда. Миг, даже полмига промедлив, это сделал Арг. Дарг, кусая губы, думал целых три мига, но... остаться одному против всех - это страшно. Аггелы в Тарктаре и Коргците, ну, нет у него шанса выжить, оставшись чужим, а признать их, дикарей-аборигенов, своими... Ну...
   - Мне... здесь... мы! - натужно выдохнул он, пряча свой знак спецовика.
   Гаор кивнул.
   - Всё. Сегодня отсыпайтесь, а завтра по общему распорядку. Старшие, кого кому. Забирайте к себе и отбой.
   И... и это всё? А прописка? Они переглянулись, но спросить и не рискнули, и не успели. Да и Старшина сказал: "Всё". Ну... да, слышали, что дикари в этом ничего не понимают, так что, дикарство - оно и на пользу бывает.
   Разобрались по дюжинам, разошлись по землянкам. Общей молитвы не было, но это везде так. Фронт же, не казарма с общим построением. А про себя пошептать никто не запрещает. Кончился день, спасибо Огню, что живы, помоги Огонь выжить завтра.
  

* * *

  

29.03.2022

  

Оценка: 8.97*11  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"