Утром ещё подмораживало, но сейчас в безоблачном небе сияет солнце и так тепло, что редкие грязные льдины, ещё остающиеся кое-где в тенистых дворах на местах бывших сугробов, кажутся нелепыми и неуместными, как контрольная в каникулы.
Уроки закончились. Младшие с визгом носятся друг за другом по школьному двору. Старшие расходятся спокойнее, поглядывая на шумную малышню снисходительно.
Юля и Ника пересекают двор, чудом избежав столкновения с резвящимися мальчишками, и неторопливо идут по тротуару, жмурясь от солнца. Они почти одного роста, но при взгляде на подруг, сразу приходит в голову, что это те самые противоположности, которые притягиваются. Чёрненькая озорная Ника и светленькая задумчивая Юлька вместе похожи на бесёнка с ангелом.
- Скорей бы лето, - вздыхает Юля, - Чтобы тепло и никаких экзаменов.
Ника бросает на подругу озабоченный взгляд, и вечная улыбка покидает её лицо.
- Не хочу лето! - заявляет она хмуро, - Ты уедешь, и как я - без тебя? И почему ты вдруг в юридический решила?
Она печально опускает голову, и длинные чёрные волосы с яркой малиновой прядью падают на лицо.
Юля мягко улыбается с задумчивым видом, и говорит сбивчиво и неловко:
- В мире столько несправедливости. Многие люди совсем бессовестные. Вот и... хочу внести свой вклад... в борьбу...
- Вот это и есть несправедливость, что ты бросаешь меня здесь! - Ника недовольно откидывает волосы, которые уже прилипли к губам, густо закрашенным малиновой помадой, и снова улыбается. Долго грустить она не умеет.
Юля косится на одноклассницу и удивлённо говорит:
- Я только сейчас заметила! Что это ты в такую теплынь в перчатках?
- Стильно! - охотно отвечает Ника и протягивает руку, - Гляди!
Узкая кисть, плотно обтянутая черной перчаткой с сетчатым верхом, кажется удивительно изящной. На безымянном пальце прямо поверх перчатки красуется массивный перстень с большим красным камнем.
- Покажи-ка, покажи! В школе я этого не видела!
- А я в школе и не надевала, - с улыбкой поясняет Ника. - Он мне великоват и крутится на пальце, даже с перчатки сползает. Неудобно. Потом ювелиру отдам уменьшить, а сейчас только тебе показать хотела. Мне бабушка подарила.
- Старинный? Это гранат?
- Нет, это настоящий рубин, и не старинный, а просто старый, ему лет пятьдесят, наверное.
- Красота какая! - одобрила Юля.
- Да, - согласилась Ника, - Жалко, что сейчас не носят перстни на перчатках. Смотрится классно и романтично, как в исторических фильмах.
Она рассматривает свою руку, и взгляд её затуманивается.
- Опять витаешь! - укоризненно замечает Юля. - Пойдём ко мне, чаю попьём.
Подруги неспешным шагом доходят до Юлиного дома, то болтая обо всём, что в голову приходит, то опять замолкая. Ника первая берётся за дверную ручку и тихо ахает.
- Перстень! Соскользнул с пальца!
Она стоит у дверей и сквозь наворачивающиеся слёзы смотрит на свою руку. Юлька первая приходит в себя.
- Давай назад! Может, ещё найдём! Ты где последний раз его видела?
Лицо Ники принимает осмысленное выражение, она даже пытается улыбнуться.
- Да только что! Когда к подъезду сворачивали, я его опять поправляла.
Она окидывает пристальным взглядом все пять метров дорожки и удивлённо спрашивает:
- Только как он мог упасть, что я не слышала? Здесь же асфальт, а он всё-таки большой. Должен был звякнуть.
- На дорожке-то его нет! Меньше руками надо было махать, - ворчит Юля. - Всё равно далеко упасть не мог. Найдём!
Девушки начинают бродить по мокрым клумбам. Никины каблуки глубоко уходят в грязь, да и белые Юлины кроссовки уже выглядят плачевно. Через четверть часа, с отчаянием поглядев друг на друга, подруги отказываются от дальнейших поисков.
Чаепитие проходит в мрачной тишине. Временами Ника закидывает голову и смаргивает выступающие слёзы.
- Дома нагорит? - сочувственно спрашивает Юля, заглядывая ей в лицо.
Ника мотает головой, и слезы, наконец, начинают течь по её щекам.
- Нет. Только расстроятся все. Мне и самой жалко. Он был такой красивый!
Юля понимающе кивает и говорит без выражения:
- Не надо было тебе хвастаться.
- Я и не хвасталась, - вяло возражает Ника, вытирая слёзы, - я очень обрадовалась и хотела поделиться.
Потом Юля в тягостном молчании провожает подругу на автобус, изредка бросая короткие взгляды на её лицо, и чувствуя нарастающее раздражение.
Ну, зачем, зачем, Ника вообще напялила это нелепое украшение? Этот перстень слишком массивный для её руки, он ей и не шёл совсем!
- И не расстраивайся так, всё образуется! - сочувственным тоном говорит Юля, сажая однокласницу в подошедший автобус.
Она неодобрительно смотрит на разрез в узкой чёрной юбке, когда Ника поднимается по ступенькам автобуса. Вот зачем в школу так выряжаться? Глядя в покрасневшие глаза через пыльное автобусное стекло, Юля машет подруге и спешит домой.
Перед подъездом она уверенно сворачивает на газон и, брезгливо сморщившись, ковыряет раскисшую землю там, где ещё виден размазанный след от кроссовки. Сжав в кулаке грязный комок, она поднимается по ступенькам.
Красивый перстень. Вот уеду отсюда - и можно будет носить.