Давным-давно, в далекой-далекой галактике... Одна ведьма присоединилась к элитному отряду космических десантников. Ну, что тут скажешь, к такому их жизнь не готовила.
Дорогие читатели! История победила в конкурсе "Любовь внеземная"
Лето. От нагретой земли идет жар, без устали трещат кузнечики.
- Ладка, иди сюда! Я тебе конфетку дам! - кричит бабушка, высунувшись в окно.
Вечно она нас путает. Чувствую легкую обиду. Но я беру конфетку, быстро съедаю, а потом обегаю круг и пристаю к бабушке:
- А мне конфетку?
Она подозрительно щурится:
- Марта, ты?
Я киваю, приходя в восторг от своей хитрости.
Бабушка снова дает мне конфетку. Еще несколько кругов.
В общем, Ладке конфет не досталось. А нечего от меня убегать и прятаться!
В груди шевельнулось тепло; я точно знала, сон вещий. Ладка возвращается сегодня.
Я окончательно проснулась, открыла глаза и села в постели. Комнату заливал розовый рассвет. Солнце только поднималось, окрашивая пока еще прозрачное небо яркой лазурью. Хороший день.
Нужно подготовиться к встрече с сестрой. Мы не виделись целых пять лет. Она дала знать о себе только через месяц после побега из дома. Прислала короткую весточку, что поступила в Межгалактическую военную академию, просит ее не искать и о ней не беспокоиться. Дурочка моя.
Я покачала головой, открыла шкаф и принялась перебирать вещи. Выбор пал на легкий кремовый сарафан. В нем я отлично выглядела, но при этом не создавалось впечатления, что я специально наряжалась.
В комнату заглянула мама.
- Ты уже знаешь? - спросила она.
- Что Ладка приезжает? Конечно.
- Наконец-то! - Мама радостно хлопнула в ладоши.
Мы спустились на первый этаж. Я старалась наступать на солнечные пятна на полу - приятно ощущать босыми ногами нагретое дерево.
Мама усмехнулась.
- Как думаешь, Ладка смирилась с тем, что у нее нет таланта? Закончился этот ее бунт? - с надеждой спросила я.
Хлопнула дверь. Папа вошел в дом, он нес два ведра воды.
- Папа, тяжело же! Зачем ты...
- Из родника вода лучше. Мама сегодня колдовать собирается.
- Папа, а ты уже знаешь, что сегодня Ладка приезжает?
Папа поставил ведра, сел и схватился за сердце.
- У тебя сердце новое. Так что не притворяйся, - смеясь, сказала мама. - А блудная дочь действительно вернется сегодня. За воду спасибо! Идите завтракать.
Папа опустил руку и сухо сказал:
- Привычка.
Все-таки удивительно, что при папином рождении не определили, что у него могут возникнуть болезни сердца. Все были очень удивлены. А может быть, Ларкин побег послужил толчком. Но в любом случае, вырастили новое сердце и благополучно заменили.
Мы расселись за столом. Все молчали. Мама мурлыкала себе под нос мелодию и, вооружившись титановым черпачком, принялась разливать воду в специальные сосуды. Я посмотрела на родителей. Красивые они у меня оба. У мамы черные как смоль брови и кудри, чуть смугловатая кожа и алые губы - настоящая ведьмовская кровь.
А папа - высокий, стройный, с каштановыми волосами и невероятными золотистыми глазами.
Я пила кофе и думала о том, что судьба порой поступает несправедливо. Мы с Ладой - близнецы. Но у меня проснулся дар, а у нее нет. Я чувствовала, как она страдала. Если бы это было возможно, я бы с радостью отдала ей часть своей силы. В глубокой древности, когда медицина находилась в начале своего развития, практиковалось переливание крови. Брали от одного человека и давали другому. Если бы так можно было с даром! Но наука пока не нашла способ.
Папа начал нарезать хлеб, но резким движением отбросил нож:
- Нет, я все-таки не понимаю, зачем она убежала? Зачем ее понесло к этим военным, да еще и в другую звездную систему? Как будто на нашей планете не нашлось бы занятия для девушки.
- Вот и узнаем, - мама как-то особенно хитро улыбнулась.
Я поежилась. Не люблю космос, и звезды не люблю. Ни разу не летала на этих страшных крейсерах, которые совершают межпространственные прыжки. Мне отлично живется на родной планете, и в дроне я предпочитаю летать близко к земле. И вообще не люблю скорость. Когда езжу на соседнее полушарие, считаю, что лучше потратить полтора часа и добраться по старинке, чем пережить пугающие двадцать минут.
- О полетах задумалась? - проницательно заметила мама.
- Почему ты так решила? - иногда мне кажется, что она читает мои мысли. Это немного раздражает.
- У тебя вид стал затравленный, - доверительно сказала она.
Я не нашла достойного ответа на это замечание, поэтому только фыркнула.
А папа никак не мог успокоиться и распалялся все больше:
- Не женское это дело. Как называется этот отряд... Звездные волки! Подумать только!
Папа, естественно, не мог "не искать" и "не беспокоиться". Он подключил все свои связи и все выяснил. Он порывался лететь и забрать Ладку домой, но мама не позволила.
- Она просто пытается найти свой путь. Для каждой ведьмы это очень важно, - в очередной раз заметила мама.
Тут уж я не могла смолчать:
- Только один момент - она не ведьма.
Я выразительно посмотрела на маму. Она пожала плечами и не стала ничего объяснять.
Папа был упрям даже больше, чем мама:
- Двух ведьм для одной семьи вполне себе достаточно. Если уж она так любит полеты, могла бы стать пилотом пассажирского звездолета и совершать рейсы до ближайших планет. Даже на более дальние расстояния... Достойная работа.
Он бы так и продолжил гнуть свою линию, если бы не шум двигателя подлетевшего к дому пассажирского дрона.
- Она? - папа подскочил со своего места и бросился к окну.
Мы поспешили следом.
Дрон завис в двадцати сантиметрах от земли, плавно покачиваясь. Дверца отъехала в сторону. Сначала на дорожку упала сумка, темно-синяя, похожая на мешок, потом вышла девушка.
Мне понадобилось какое-то время, чтобы понять, что это Ладка. Волосы были неровно отрезаны по плечи. Она выглядела немного бледной.
Я бросилась к ней навстречу:
- Ладка, где сиськи? Что у тебя с волосами?
Нет, серьезно, Ладка очень изменилась. Она стала крепкой и мускулистой. В ней появилась опасная грация, но грудь куда-то делась. Я всегда знала, что интенсивные, изнурительные тренировки не очень полезны.
Ладка улыбнулась. А вот улыбка осталась такой же. Сестра сжала меня в объятьях.
- Эй, полегче! Ничего себе у тебя силища. Ты там что, гири таскаешь?
- Мартишка! Как же я соскучилась! - Она еще сильнее стиснула меня и приподняла над землей. - Ты просто вылитая ведьма стала.
Меня выпустили.
- Ма! Па! - она обняла родителей.
- А мы как раз завтракаем, - сказала мама, целуя Ладку. - С возвращением.
Как будто и не было пяти долгих лет разлуки. Ладка легко подхватила свою сумку и прошла в дом.
- Давай я тебе помогу, - спохватился папа и забрал сумку, или вещмешок, как это называется у военных.
- Мне нужно пятнадцать минут, чтобы сходить в душ и разложить вещи, - сказала сестра.
Я прошла к ней в комнату, намереваясь помочь и начать расспрашивать обо всем.
- А я сегодня видела, что ты приедешь, - поделилась я.
Уголок рта Ладки нервно дернулся, как всегда, когда она волнуется.
- У тебя сильный дар.
- Я тебе писала, - чуть обиженно заметила я. - Ты знаешь, что у меня теперь первая ступень?
Ладка доставала вещи и раскладывала их идеально ровными стопками. Я никогда в жизни не смогу так сложить рубашку. Ни единой морщинки.
- Когда нас готовили в отряд, контакты с внешним миром были запрещены, - сестра сообщила об этом с затаенной гордостью. Это тебе, - она протянула мне небольшую коробочку.
- Спасибо!
Внутри оказались серьги с маленькими камушками зеленого цвета.
- Это с Селисии, камень называет кхармун, - пояснила Ладка.
- Какая красота, - искренне восхитилась я и рванула к зеркалу.
Ладка встала рядом. Мы были похожи, но в тоже время очень разные. А потом, не сговариваясь, мы сделали то, что очень любили делать в детстве.
Я нахмурила брови.
Ладка сделала то же самое.
Она подняла руку. Я повторила.
Сестра улыбнулась. То же самое сделала я.
Мы строили рожицы, крутились, хлопали в ладоши. Сначала, правда, движения не совпадали, но вскоре мы восстановили полную синхронность. Одна чувствовала, что собирается сделать другая.
- Как хорошо вернуться домой!
Мы снова обнялись, и я оставила Ладку принимать душ.
Вниз она спустилась ровно через семь минут.
- Как хорошо! - глаза сестры довольно блестели. - Вода без ограничений! И такая горячая.
Папа собирался что-то сказать, но промолчал.
Мы уселись за стол, все налили себе по огромной чашке кофе.
Ладка захрустела тостом, щедро намазав его домашним вареньем.
- Фкушно! И еда ждесь сфежая!
Мама выдержала ровно до того момента, как сестра прожевала кусок.
- Ну, дочь, рассказывай!
- Вы не поверите! Я попала в самый лучший отряд! Я побывала на двадцати шести планетах. Принимаю участие в секретных операциях. Это, конечно, непросто... но парни меня уважают.
Папа напрягся.
- И кто же, позволь узнать, у вас в отряде?
- У нас есть эльдронг, халиам, циониец, цитринец, харумянин и даже... - она выдержала паузу, - землянин!
Я имела об этих расах очень отдаленное представление. Наш уютный мирок - закрытый. Сложная система виз, квоты на въезд, так что инопланетные гости - большая редкость. Зато осталась чистая вода, нетронутая природа и магия, хотя в технологическом плане есть некоторые неудобства.
- А эльдронги - это те, у которых кожа серая и зубы такие треугольные?
- Нормальные у них зубы, только клыки немного увеличены. Но кожа серая - это факт, - кивнула Ладка. - Сан такой огромный, у него руки толщиной с мою ногу. Мастер ближнего боя. Но, знаете, - она подцепила вилкой кусок вяленого помидора, - у меня с ним нормальные отношения. Я люблю пошутить, и он тоже.
- Ционийцы - интересная раса, - заметила мама. - Этот может превращаться в зверя?
- Ой, да! У него челюсть выдвигается... и на спине протопластины, которые превращаются в полноценную броню. Кстати, его зверь называется волком.
Насколько мне известно, у волков нет никаких бронированных пластин, о чем я тут же сообщила:
- Всегда думала, что волки - это родственники собак.
Ладка хохотнула:
- Да, он когда переходит в боевую трансформацию, я могу спокойно подойти, почесать его за ушком и сказать "хороший песик". У нас в команде без всяких церемоний.
Чем больше Ладка рассказывала, тем больше мрачнел папа.
- А землянин? Земляне - это все-таки люди, а не какая-то экзотика.
Он встряхнул рукой, как будто пытался сбросить прилипшую к ладони грязь.
- А что, - серьезно сказала мама и подмигнула мне, - может, Ладке нравится зверь. Представляю, какие интересные дети получатся. У них же голубые глаза. Только представьте: темные кудри, пронзительная синева глаз и немножечко пластин на спине. Ну и, само собой, детеныш будет зубастеньким.
- Мама! - взвыла Ладка. - В отряде запрещены такие отношения.
Мама закатила глаза, выражая свое отношение к ограничением.
- А землянин, Кирк его зовут, очень метко стреляет. Из любого оружия. У него в глаз вживлен...
- Фу, - сказал папа, - не за столом же.
- Кстати, в одной из миссий мы были на Земле. Представляете, я была на планете, откуда произошли люди. И наша Террина - это отражение Земли.
- У нас лучше, - убежденно сказала мама, которая не ездила дальше нашего полушария.
Я даже слегка позавидовала Ладке. Нет, конечно, здорово быть ведьмой. Я управляю энергией, у меня отличная способность к внушению. Но коллектив у нас женский. А Ладка окружена классными сильными парнями с утра до вечера. Интересно, ей кто-то из них нравится? Может, у нее роман... Вот везучая. Надо было мне тоже поступать в эту академию. Каково это - полюбить по-настоящему? Эх, встретить бы того, кто тронет сердце ведьмы. Вот маме повезло. Ее пара нашлась.
Внезапно меня пронзил страх. А что, если я так не встречу того самого... К страху примешивалась досада: и дернуло же меня ловить эхо будущего. Не моя же специализация совершенно. И главное, теперь не сходишь к нашим. Девчонки быстро бы разобрались, что к чему. А я только и уловила мысль: "будешь с Вороном".
Что это значит? Где его искать? Во всяком случае, я очень надеюсь, что это мужчина. Не хотелось бы провести остаток жизни с птицей. Я читала, что вороны - крайне неприятные представители пернатых. Они слишком умны, вспыльчивы, пытаются истребить других животных, ревнуют того человека, которого признали хозяином, пытаются разрушить все вокруг. Гадят в неумеренных количествах. Кошмар. Уж лучше тогда поступлю так, как некоторые ведьмы, которые не нашли своей пары - заведу кучу кошек или домашних стиксов.
Я вынырнула из своих мыслей, чтобы услышать, как Ладка продолжает рассказывать о парнях:
- ...и он всегда ходит в белом. Я не разбираюсь, но это как-то помогает настроиться на чтение мыслей. В общем, команда уникальная. Но самый интересный - это наш капитан.
Ладка выдохнула это слово, как мне показалось, с особенной интонацией.
- Я называю его Уковк, - Ладка очень заразительно рассмеялась, и мы вместе с ней.
- Какое странное имя, - только и сказала я.
Сестрица продолжала посмеиваться, она даже начала похрюкивать от избытка чувств. Я так никогда не делаю, отвратительная привычка.
- Он цитринец. Уковк и есть. Ой, я сейчас! Я же подарки...
Она с шумом затопала по лестнице. Зашуршала наверху, потом так же торопливо спустилась.
Она вручила папе объемный пакет, в котором оказался свитер.
- В нем есть настоящая шерсть кизиама. Знаешь, такие лохматые и огромные. Плюс риалевая нить.
- Это же безумно дорого. Спасибо! - папа был растроган.
Маме достался цветастый шарф с какой-то экзотической планеты и маленький кулончик на цепочке с черным камушком.
Ладка приехала домой на две недели. Прекрасный срок, особенно после долгой разлуки. Не успеваешь устать друг от друга. Не успевает образоваться своеобразная душевная "теснота", из-за которой в детстве между нами вспыхивали искры и перерастали в яростные потасовки. Хотя в целом жили мы дружно. Может, оттого, что противоположности притягиваются.
Но меня многое в Ладке раздражало. Например, я не могу смотреть, как она ест торт. Вместо того, чтобы отломить аккуратный кусочек и отправить его в рот, она крошит свою порцию вилкой и размазывает крем по тарелке.
Мне не нравилось, что она часто хихикала, особенно когда волновалась. При этом фразы становились рваными, и выглядела она наивной глупышкой.
Я не любила в ней стеснительность. Когда нужно потребовать, надавить, Ладка терялась, начинала мямлить... Но, похоже, она избавилась от этого. Вон какой уверенной стала.
Мы шли по залитой солнцем тропинке. Маме понадобилась еще вода, и мы решили прогуляться.
- Воздух-то какой! - Ладка глубоко вздохнула. - Прелесть. Вот на Зинде, где у нас главная база, дышать совершенно невозможно. Знаешь, наш харумянин попытался вырастить растение в своей комнате...
Всю неделю Ладка снабжала меня сведениями о команде. У меня уже возникло ощущение, что они мои близкие друзья и я знаю о них все.
Телепат харумянин по имени Пак любит пончики с кремом, ходит в белом. Ладка взахлеб рассказывала, что он смог прочесть мысли какого-то бандита и предотвратить крупный теракт. Даже я о чем-то таком слышала, хотя стараюсь избегать межгалактических новостей. Одни ужасы. Какие-то союзы, альянсы, повстанцы, партии. Мрак.
- Так вот, он забыл закрыть защитный купол, и цветок сбросил все листья!
- М-да, ужасно... - откликнулась я.
- Марта...
- Что?
- Хотела спросить... - начала Ладка. - А Сильван... твоя пара? Ты к нему что-то чувствуешь?
На ее щеках вспыхнул румянец.
- Ну... я пока не определилась.
Силь нравился Ладке, когда мы учились в школе, но он почему-то таскался за мной. Я смеялась и говорила ему: "Мы ж близнецы, какая тебе разница". Упорный. А когда у меня проснулись ведьмовские способности, он пришел к родителям и заявил, что хочет стать моей парой. Сейчас-то смешно вспомнить, но тогда...
- Знаешь, Марта, влюбиться - это прекрасно. Надеюсь, что у тебя это получится. Мир становится больше, и в сердце такое ощущение приятное. А когда ты на него смотришь, то кажется, что в нем помещается космос.
Любит Ладка поэтические сравнения.
- Загнула, - я усмехнулась.
- Нет, правда, это сравнимо с колдовством.
Неожиданно сестра побелела и начала оседать на землю.
- Что-то не то, Мартишка, - она рассеянно улыбнулась и потеряла сознание.
Глава 2
Мы с мамой ждали на узких больничных скамейках, Ладку забрали на сканирование. Наконец вышел врач. Молодой, светловолосый, с теплым взглядом. От него исходила уверенность. Весь его облик говорил о том, что можно смело доверить ему жизнь.
Мы тут же вскочили.
- Что с ней?
- Доктор, это серьезно?
Мы были вне себя от беспокойства.
- Все в полном порядке. Хочу вас поздравить! - он улыбнулся. - У вас в семье будет прибавление. Лада становится полноценной ведьмой. В ней пробудилась сила.
Мама даже села:
- Я подозревала что-то подобное, но так поздно...
- Случай нетипичный, поэтому вхождение в силу идет с осложнениями, но мы справимся. Лада должна оставаться у нас под наблюдением, чтобы мы могли в любой момент оказать ей помощь.
- Доктор, а можно к ней? - спросила я.
- А, да, да... конечно. Пойдемте, я провожу.
Ладка полусидела на кровати, под глазами залегли тени, губы искусаны.
- Поздравляю, милая! - мама обняла ее и поцеловала в макушку. - Хорошо, что это случилось дома.
Ладка кивнула.
Доктор понажимал на панель, проверяя какие-то показатели.
- Да, через месяц я смогу вас отпустить. У нас есть группа, где мы помогаем восстанавливаться ведьмам, которые потеряли связь с силой. Ваша ситуация, конечно, совершенно другая, но там вы сможете научиться управлять своими новыми способностями.
- Что? Месяц? Я не могу! Отряд! - Ладка подскочила в кровати и болезненно поморщилась. - Мне нужно улететь с Терррины через неделю.
- Мы сделаем все возможное, чтобы поставить вас на ноги в кратчайшие сроки, - доктор блеснул профессиональной улыбкой.
- Нет, вы не понимаете...
И тут у Ладки случился приступ. Ей ввели лекарства, погрузив в сон.
Помню, как у меня пробудилась сила. Это было неприятно. Очень. Видно, во взрослом возрасте это совсем погано.
Мы переговорили с несколькими врачами. Все они сошлись во мнении, что нужно "наблюдать и выждать время, чтобы организм адаптировался".
Когда на следующий день я пришла навестить "новорожденную" ведьму, Ладка потребовала у меня свой коммуникатор.
- Марта, дай мне мой комм, пока у меня снова не случился припадок.
Я выполнила просьбу.
- Хочу переговорить с капитаном, - пояснила она. - Лучше сделать это в сознательном состоянии.
Она хихикнула и выразительно на меня посмотрела.
- Ой, прости, я тебя оставлю.
Выйдя из палаты, я не плотно прикрыла дверь, поэтому прекрасно слышала, как Ладка несколько раз глубоко вздохнула, зашуршало одеяло.
- Да! - раздался раздраженный мужской рык.
Я заглянула в щелочку. Ладка стояла спиной к двери, плечи сгорблены. Голограмму она не стала включать, связь была только голосовая.
- Добрый день, капитан, - бодро сказала она.
- Ну?
- Понимаете, я тут, как бы сказать... заболела. Не смогу выйти из отпуска в положенный срок.
- Тогда можешь вообще не выходить, - сообщил капитан на другом конце галактики.
- Но, поймите...
- Я понял, - перебил он. - Но если ты не явишься, считай, что ты больше не в отряде. Будешь переведена быстрее, чем сможешь сказать "пока".
- Но...
Комм в руке Ладки мигнул, показывая, что соединение прервано.
Грубо.
Я потопталась снаружи и вошла, когда услышала, что Ладка зарыдала. Она сидела на кровати и вытирала слезы краем одеяла.
- Ты все слышала?
Я кивнула. Нет смысла отпираться.
- П-прос-то меня ценят, ви-дишь, не отпускают, - она всхлипнула.
Я не стала это комментировать.
Ладка завыла жутко и безнадежно, повалилась в подушки.
- Все напра-а-асно!
При проявлении силы эмоции в первое время зашкаливают.
- Ненавижу колдовство. Не хочу быть ведьмой! - вопила Ладка.
От избытка чувств она даже укусила подушку.
- Все наладится, - попыталась я ее успокоить. - С силой чуть освоишься и вернешься. Никуда тебя не переведут.
- Марта, ты же слы-ышала, что он сказал, - сестра некрасиво икнула, - он... он... своего слова не меняет.
Я гладила ее по спине и шептала какие-то банальности. Истерика прекратилась внезапно, Ладка подняла заплаканное лицо.
- Ты сможешь поехать вместо меня? - с надеждой спросила она.
Я опешила от неожиданности.
- Ладка, ты перенервничала, - сказала я. - Ну что ты такое говоришь?
- Нет, послушай... - сестра схватила меня за руку. - Все, что тебе нужно, это просто прибыть на базу.
Она снова опасно побледнела.
- Ну, допустим, - очень медленно сказала я. - На секунду предположим, что я прилечу на базу, а дальше-то что?
- Пожалуйста, пожалуйста, - Ладка упала на подушки, и ее выгнуло дугой. Неконтролируемая сила терзала тело.
Мягко зашуршала медицинская панель, лекарство начало поступать автоматически. Прибежала медицинская сестра.
Чтобы помочь Ладкиным мышцам справиться с нагрузкой и чрезмерным напряжением, ее всю опутали релаксирующими нитями. Свет в палате приглушили.
Я чувствовала, как ей плохо, больно и страшно.
- Спи, Ладка, я приду завтра.
Сестра открыла глаза:
- Марта, пожалуйста. Там... там... ничего сложного.
Несмотря на все усилия врачей, с силой у Ладки совсем не ладилось, ей становилось хуже. В моменты, когда она могла разговаривать, она с безумными глазами продолжала умолять меня отправиться на базу. Как ни странно, эту затею поддержала мама, так что я подвергалась планомерным атакам с двух сторон:
- Ой, вы с Ладкой постоянно проделывали такие штуки. Помнишь, Марта, Ладка сдала за тебя вступительный экзамен по планетологии.
- Я до сих пор не понимаю, зачем это ведьме. Серьезно. Какой смысл учить все эти далекие Венеры, Марсы и Центавры? Пф!
- Не уходи от ответа, - мама стала серьезной.
- А как быть с моей работой? - спросила я.
- Я договорюсь с верховной ведьмой. Проблем не будет, - заверила мама.
Я прошлась по Ладкиной палате. Нет, это все еще невероятно странная идея, но с другой стороны, примерить на себя жизнь сестры было бы весьма заманчиво. А судя по ее рассказам...
- Может, еще раз связаться с твоим капитаном? - предложила я, но мысли уже напряженно работали совсем в другом направлении.
И Ладка почуяла, что я сдаюсь. Она выхватила свой комм из-под подушки и быстро провела по экрану.
- Я тут записала тебе про базу. Отправила. Как, куда пройти. Мои пароли ты и так знаешь. Тебе нужно будет вживить переводчик. Хотя на базе все говорят на всеобщем... - тараторила она.
- Волосы нужно будет подстричь, - ловя свое отражение в пластиковой перегородке, сообщила я. -Только не надейся, что я их обкромсаю таким варварским способом. На такие жертвы я не готова.
- Не ворчи, - сказала мама, - от этого у тебя такой голос делается...
Она очень выразительно сморщила нос.
- Спасибо, Мартиш! Спасибо! Можешь ворчать на меня, сколько хочешь, - Ладка вся засветилась. Буквально. От нее пошел свет.
Мы с мамой отпрянули.
Приборы тревожно запищали.
На этот раз Ладку поместили в специальную капсулу, заполненную раствором, и погрузили в еще более глубокий сон. Доктор не растерял оптимизма, наоборот, он стал еще веселее и заверил нас, что теперь-то точно все пойдет хорошо. Через неделю Ладку разбудят, и вот тогда-то она наконец сможет почувствовать себя настоящей ведьмой. Я подозревала, что он решил написать научную работу на основе Ладкиного случая.
Мы с мамой неторопливо летели домой. По полосе, предназначенной для тех, кто предпочитает ручное управление, пролетел дрон. Мужчина сидел на переднем сиденье и держал круглый руль. Иногда такое можно увидеть, но я не понимаю, в чем прелесть самостоятельного вождения. По-моему, огромная трата времени.
Я углубилась в Ладкины заметки, а мама в задумчивости смотрела в окно.
- Теперь тебе не обязательно лететь. Ладка будет спать неделю, - сказала она. - Как проснется, так и поймем, что делать.
Я отложила комм:
- А если ее действительно выгонят? Она же нам не простит.
Мама задумалась:
- Чутье мне подсказывает, что с обретением ведьмовства Ладка... м-м-м... поменяет свое отношение к жизни, у нее появятся новые интересы.
- Скорее всего, так и будет. Но она сама должна принять решение. Ты же понимаешь. И потом, ты так поддерживала эту затею.
Дрон чуть набрал высоту. Летели над лесом, а некоторые деревья достигали исполинских размеров.
- Я не хотела, чтобы Ладка замкнулась. В ее состоянии это очень опасно. Когда сила еще не "улеглась", а у начинающей ведьмы есть какая-то мысль, на которой она очень сильно сосредоточена... это может привести к катастрофе, даже смерти. Я поддерживала ее, потому что видела, что Ладка считает твой полет на базу выходом из положения. Но сейчас... в этом нет необходимости.
- Ага, конечно. Неужели ты думаешь, когда ее выведут из сна, она забудет то, к чему стремилась? И ты считаешь, что это неопасно? Для ведьмы, которая только-только получила силу. Нет уж. Пусть она знает, что мы сделали все возможное для сохранения ее мечты.
Дрон мягко припарковался на заднем дворе нашего дома.
Мама кивнула:
- Только папе пока не говори. А то еще одно сердце придется выращивать.
