Лесная тиш хранила тайну старого дупла, 
Где тишина, служебный чин от смерти сберегла,
Молчать в говнянной куче воробьëм, гласила одна мудрость, 
В царьки всех может возвести обыденная трусость. 

Обыденная трусость.

Когда-то бабка в Шиловском лесу спокойненько жила, 
Грибы в лес собирать ходила, в глубь его ушла, 
Но раз маньяк один достал, большой топор, 
О том, как бабку разрубил, молчит кровавый бор. 

Призрак еë теперь гуляет в платье с топором, 
И продолжает даже в зиму, искать грибы кругом, 
И не понятно, лишь от куда, она берëт грибы, 
Ведь призрак кто еë увидит, исчезнет лишь в ночи. 

Призрак бабушки гуляет прямо под луной, 
Лишь слышен ночью, иногда страшный волчий вой, 
Призрак бабки - грибника, здесь всех вокруг пугает, 
Кто ночью призрака увидит, тот шипуна пускает.

Лесная тиш хранила тайну старого дупла, 
Где тишина, служебный чин от смерти сберегла,
Молчать в говнянной куче воробьëм, гласила одна мудрость, 
В царьки всех может возвести обыденная трусость. 

Обыденная трусость. 

Из года в год, всë исчезают люди - грибники, 
Их не находят даже здесь поисковики, 
Лишь вещи попадаются, а тел и вовсе нет, 
Здесь поиски людей ведуться много-много лет. 

Где -то в чаще, в старом дубе есть одно дупло, 
Залезть в него силовику было суждено, 
Бандитами был схвачен милиции стралей,
Ведь не отбился в карты им, со стопкой козырей. 

Лесная тиш хранила тайну старого дупла, 
Где тишина, служебный чин от смерти сберегла,
Молчать в говнянной куче воробьëм, гласила одна мудрость, 
В царьки всех может возвести обыденная трусость. 

Обыденная трусость. 

Теперь за ноги к верху, суют с бутылкой братца, 
Ведь власть не так сильна, где волки срать боятся, 
Теперь в дупле и голый, с скелетами людей, 
Не знал такого в жизни, бывалый тот старлей.

И призрак этой бабки, внезапно появляется, 
Не только запах от грибов, в округе появляется, 
Останки тел бандитов, падают в дупло, 
Выходит что старлею, больше повезло. 

Лесная тиш хранила тайну старого дупла, 
Где тишина, служебный чин от смерти сберегла,
Молчать в говнянной куче воробьëм, гласила одна мудрость, 
В царьки всех может возвести обыденная трусость. 

Обыденная трусость. 

Теперь со страшной тайной, живëт и он майор, 
В дупле хранится тайна, его про тот позор, 
Не каждому дано, без тайн на верх поднятся, 
Ведь просто так бутылке той, в дупле не оказаться. 

Обыденная трусость. 
Обыденная трусость. 
Обыденная трусость.