Токацин
172. 31.05-21.06.284. Западная пустошь, южная Аркасия, Старый Город Йилгва - северная Викения, город Элия - Викения, река Уллин, город Вуутан - река Аркети, город Илкара
Аннотация: О тех, с кем договорились, и о тех, с кем договариваться не стали.
31.05.284 от Применения. Западная Пустошь, южная Аркасия, Старый Город Йилгва
- Не было тут никаких дикарей, - проворчал связист со станции "Джойя". - С того раза не было. И мимо не ходили. Птицы? Теск, вот только нам дела до всего, что здесь летает!
- За дронами разведки летают боевые, - хмуро напомнил Гедимин, но в наушниках только фыркнули.
- Не боись, наш купол стрелой не пробьёшь!
Перед "воротами" Йилгвы расплылось серое пятно. Степь выжгли на десятки метров. Но сам город не тронули, даже черепа в респираторах - давнее "украшение" на входе в туннель - не почернели.
- А ты чего припёрся? - недовольно проскрипел из-за ворот охранник-Серый; его броня с последней встречи стала пестрее, но крепче из-за новых латок. - Семпаль давно прошёл, всё без тебя забрали!
- А с чего с ним делиться? - высунулся из укрытия Серый-филк. - Ирренций не добывает. В городе дня не отработал. Каких ещё цацек?!
"Семпаль..." - Гедимин угрюмо сощурился на новые яркие цацки на пятнистой броне. Глиняные бусины разной формы, костяные трубочки и плашки, кручёные иглы тунки, даже кисточки из волоса Ифи, - всё, на что у Серых не хватило бы мелкой моторики.
- Что такое Семпаль? - спросил он, выходя из-под арки. Его вопрос слышали и патрульные (тоже с новыми цацками), и засевший в окошке таркон, - и все широко ухмыльнулись.
- Где тебе знать! Якшаешься с дикарями. Даже для ваших "чистых" ты никто. А Деннис и Маф вот нашли, с кем можно говорить. Кто не ракетами грозит, а даёт хорошие вещи. Джомивелг, Повелитель Запада, - слышал о таком?
"Больше, чем хотелось бы," - Гедимин угрюмо сощурился.
- Меняете ирренций на бусы? Ну и кто здесь дикарь? Люди степей хотя бы сражались. А вы, с пушками, сдались орде с копьями?
- Ах ты ж... - Серый набычился, сжал кулаки. Филк, коротко взвизгнув, отпрыгнул в тень, что-то сдёрнул с плеча.
- Хэ! - крикнул патрульный, выходя из-за угла. - Что у вас там?
- Этот! - таркон, нырнувший было в укрытие, снова высунулся и ткнул пальцем в Гедимина. Второй патрульный скользнул по сармату взглядом узких бесцветных глаз. Чёрные веки, собранные в вертикальные складки, чуть подались вниз, но до конца не опустились.
- Кет? Ну так к Деннису его, - пробурчал он. - Эй, теск! Идём в контору. А вы - тихо тут!
Показав караульным тяжёлый кулак, Серый протянул руку к плечу Гедимина и жестом велел идти за собой. Тот молча кивнул. Он смотрел на новые цацки на тёмно-серой броне. Их было меньше, чем у караульных на воротах - но всё-таки больше, чем у встречных мутантов в комбинезонах. А те, кто выглядывал из окон - тарконы и мутировавшие филки - часто были даже и без рубах.
- Вас скирлином не снабжают? - спросил Гедимин, насчитав десяток полуголых поселенцев. Патрульный смерил его угрюмым взглядом.
- Не так, как тебя, чистенький. Не за красивые глаза. Но голыми не ходим.
Он остановился и громко свистнул. Постовые у дальней арки зашевелились. Серый толкнул Гедимина к ним.
- Деннис в конторе? Это к нему.
Эти здания Гедимин уже видел, - правее них грохотал горнообогатительный комбинат, и виднелся отрезок хельдова туннеля, соединяющего завод с ирренциевой шахтой. Высотки у комбината "усохли" до трёх этажей, - из срезанных плит и балок соорудили ангары и глухой забор. Гедимин, на ходу привстав на пальцах, увидел за оградой серо-зелёный грузовой глайдер. На его крыльях сверкали зелёные "ирренциевые" трилистники.
- Ваш транспорт? - спросил сармат у охранника. Тот сердито фыркнул.
- Смеёшься? Грузовик прилетел.
- Откуда? - не отставал Гедимин.
- Твоё какое дело?! - окрысился мутант.
- Эй! - из-за двери выглянул филк - удивительно яркий в чистом белом комбинезоне; Гедимин не сразу даже заметил на его лице следы "медленной" эа-мутации. - Что за ор? Почему не на посту?
- Это к Деннису, - буркнул Серый, указав на Гедимина. - Я привёл. Сами разбирайтесь!
- Я Гедимин Кет, - вступил в разговор сармат, не дав мутантам затеять нудную перебранку. - Есть разговор к Маккензи. Он здесь, в конторе?
Нижний этаж, вероятно, до Применения взаправду был какой-то человеческой конторой - с потолками, рассчитанными на проход экзоскелетчиков, с гладко облицованными стенами с неярким узором. Сохранились стеллажи и шкаф с выдвижными ящиками. Их отметили новыми наклейками с малоразборчивыми подписями. Почерк был мелкий, с завитушками, - здесь поработал кто-то из тарконов.
Они и сейчас сидели у окна, за матовой, помутневшей ширмой, и молча чем-то шуршали - может, вели записи или перебирали бумаги. А ближе к двери, за грубым столом, собранным из куска стены и обломков балок, устроились на самодельных стульях трое сарматов. Завидев Гедимина, один из них отложил бумаги и криво ухмыльнулся, надвигая шлем до подбородка. Зеркальный щиток прикрыл бесцветные глаза.
- Вот и откуда ты всё время берёшься?
- Жаль, Гиайны тебя не пришибли, - процедил Ченге. Его единственный глаз недобро сузился, сухие губы оттянулись в оскале.
Гедимин сел за стол - поодаль от Серых, напротив них, чтобы видеть каждого - и облокотился на скрипнувшую столешницу.
- Стало быть, вы с хесками поладили? И ты, Деннис, - губернатор Джомивелга?
- Всё разнюхал, - недобро оскалился Маф. На его пёстрой броне поблескивали новые цацки - подвески из тонких костей и зелёно-розовых волосяных кисточек. Деннису больше нравились иглы тунки и бусины и бляшки из цветной глины. А Ченге вовсе не носил цацек, но складки на его лице как будто слегка разгладились. "Эльфийское зелье? Или жир ванкасы? Хески поделились трофеями..." - Гедимин угрюмо сощурился.
- Торговля - дело хорошее, - сказал он. - Хескам тоже нужен ирренций? Строят АЭС?
Маф смерил его недобрым взглядом.
- Если и так - то не у нас под боком. Нам твоих АЭС хватило по горло.
- Ты, канадец, на долю не рассчитывай, - хмуро сказал Деннис. - Металл наш - и прибыль наша. Что от вас, чистых, что от Джомивелга. А с ним, пожалуй, дела вести полезнее.
Он отстегнул перчатку и пошевелил согнутыми пальцами. "Так и есть - трофейные снадобья," - Гедимин сузил глаза.
- Эти препараты делают эльфы и люди, - сказал он. - Вы давно могли с ними договориться. Сарматы из "Ксолата" безо всяких Джомивелгов...
- Погибли все до единого! - Маф грохнул кулаком по столу. - А с ними - Монту, несчастный дурак! Послушал тебя, Кет, ушёл к "макакам" - и теперь он мёртв. И все они мертвы. Надо было пристрелить тебя ещё там, у "Овегена"!
Гедимин мигнул.
- Точно знаешь? От Гиайнов?
Маф запустил руку под броню. На стол упал чёрный, слипшийся от крови комок плотного вязаного полотна.
- Вот так оно - слушать твои советы, - мрачно сказал Деннис. Ченге тронул пустую глазницу и громко скрипнул зубами.
- Я, Деннис Маккензи, - не какая-нибудь мартышка, - продолжал командир Йилгвы. - Поэтому ты, канадец, заходишь сюда живым и уходишь невредимым. Но на твоём месте я бы по Йилгве не шатался. А если попортишь наши дела с новой властью...
- Кончить его - и вся недолга, - впервые подал голос Ченге.
- Уходи, - процедил Маф. - Иди в "Ксолат". Расскажи там, как хорошо якшаться с "макаками". Зря ты не убился ещё в Ураниуме!
- Сарматов убили хески, - тихо сказал Гедимин, поднимаясь из-за стола. - Хески, а не люди или нанны. Хескам вы подчинились. Так чего ты попрекаешь меня "Ксолатом"?! Были бы там вы, с оружием, - он бы выстоял!
Стол затрещал. Все трое разом выпрямились. Деннис ухватил Ченге за плечо.
- Heta!
- Zaa fauw! - выдохнул Маф, глядя на Гедимина в упор. - Здесь главный - Деннис. А пустоши - для всех. Ещё встретимся, sa hasukemu!
01.06.284 от Применения. Западная Пустошь, Викения, река Артаккаш, город Элия
Нанны не строили камнемётов. С их силой и умением летать они могли вручную швырять камни не хуже человеческих катапульт. На их сторожевых башнях - Гедимин помнил - всегда лежали горы каменных ядер. Но в разрушенной, выжженной крепости Элии сармат не нашёл ни одного. Все "разметало" на сотни метров по мёртвой, серой от пепла степи. Гедимин надеялся, что ни одно не пролетело мимо цели.
Элию выжигали и "ровняли" со всех сторон, не пропуская ни дома. "Серый огонь" гулял по развалинам, заметая следы. Но Гедимин видел - здесь что-то с огромной силой ударило в стену, здесь - приподняло и раскололо башню, а здесь камни оплавились от страшного жара. "Серый огонь" испепелил органику - остались бесформенные груды каменных обломков и битой черепицы. Ветер выдувал из расщелин мелкий серый пепел, разносил по степи, сыпал на ещё живую траву, выжженную зноем... Над Тэкрой уже "ворочались" первые грозы, но на юго-западе ещё не стихли суховеи из Гиблых Земель, - дождь ещё не размыл следы...
У разрушенных городских ворот желтела груда черепов, больших, и поменьше, и размером с человечий. От неё расходились черепами же выложенные кривые "лучи". И настоящие ЭМИА-лучи, как показывал дозиметр, - все кости отчаянно "фонили". Гедимин нашёл много радиоактивного пепла на развалинах - видимо, там "утилизировали" тела. В серой золе чернели поясные бляшки, кованые накладки, расколотые бусины, но оружия сармат не нашёл - хески не стали сдирать мелкие "цацки", но ценные вещи прибрали...
Вокруг Элии не осталось ни полей, ни садов - только мёртвая серая земля. Гедимин угрюмо щурился на небо. Там не было ни Квэггов, ни небесных змей, даже ящеры-полуденники куда-то пропали. Ветер шуршал в развалинах, перекатывая волны пепла.
"Тут нужна будет дезактивация. Потом, лет через десять," - думал Гедимин, вырезая на гранитном валуне предупреждающие знаки. Вокруг глыбы он выложил кольцо из наннских каменных ядер. Смысла в этом было немного. Собственно, в любых действиях на развалинах Элии уже не было смысла.
18.06.284 от Применения. Западная Пустошь, Викения, река Уллин, город Вуутан
От Элии до Вуутана Гедимин не встретил никого - ни хеска, ни поселенца. Долгая засуха выгнала из пустошей и зверей, и птиц. Кто откочевал к побережью, кто - к непересыхающей Тэкре. Даже в тростниках вдоль Артаккаша редко был слышен звериный шорох. Маленькая река Уллин обмелела, обнажив позеленевшие камни бродов. На мелководье больше не было вутских ловушек, в тростниках не качались поплавки. Над междуречьем стояла тишь.
Рощу к северу от Вуутана поселенцы успели назвать Кузнечной. Сейчас ей больше подходило имя "Мёртвая". Стволы снизу доверху почернели и потрескались, ветви испепелило, земля местами спеклась от страшного жара. Взрывы разметали обломки вутских печей, выжгли "мины" и "рабочие" орнаменты. Горелая роща "фонила". По пятнам излучения Гедимин нашёл осколки кальцинированных костей, но чьи они - узнать было уже невозможно.
"А ведь здесь не было Гиайнов," - Гедимин угрюмо щурился на взорванные печи и сожжённые сторожевые посты. Видимо, именно тут вута встретили орду - и не стали сдаваться без боя. Огонь "вылизал" округу, выжег органику, - хески тщательно прятали доказательства своей уязвимости...
"Это не Гиайнское оружие. Это другой огонь. Ближе к нормальному. Тут были огненные твари - Скарсы. Интересно, удалось кого-нибудь из них убить?"
Тропа вдоль реки чернела оплавленной бороздой, и вокруг обуглились кусты, и выгорела трава. От "дома вождей" осталось пепелище. Но остальные постройки огонь не тронул. Они были разрушены, местами - потоптаны и погрызены; под поваленными крышами из веток и тростника остались тяжёлые глиняные горшки и котелки, но ни медной утвари, ни кремня и рога, ни шкур или ткани Гедимин не нашёл. На влажной земле вдоль оросительных канавок было много следов - широкие стопы панцирных ящеров, звериные ступни хесков, человечьи ноги - босые и обутые, узкие птичьи лапы харайг... Вода по канавкам текла, как и раньше, орошая высокие кусты. На нетронутых ветвях коуны и читчу зрели белые полупрозрачные ягоды и зелёные морщинистые плоды - будто за ними со дня на день должны были вернуться.
"А черепов не ви... Hasu!" - выдохнул сармат, остановившись в тени коуны. Куст заслонил от него жёлто-чёрную пирамиду. Её хорошо было видно с юга, от переправы через Уллин, - её сложили на дороге в Вуутан, на месте сгоревших охранных узоров. Одни черепа обуглились, другие треснули от удара, были и следы острых когтей и зубов. Кости, как было принято у хесков, принесли сюда со всей округи - и всё равно набрали меньше сотни.
Чей-то взгляд остановился на Гедимине. Тот резко развернулся - и увидел в тени коуны мохнатый четверорукий силуэт.
- Здесь не ищи, - красный глаз на лбу сиригна приоткрылся и плотно сомкнулся. - Живых угнали в Хуулгарту, к лесному народу. Здесь будет новый город.
- Чей? - Гедимин недобро сузил глаза. - Нийю?
- Иналь-Нийю городов не строят, - отозвался сиригн. - Новые племена уже на подходе. Твоих не тронут, если им хватит ума. Вайнегу всё равно, кто выполняет его волю.
Сармат стиснул зубы.
- Так вы - шпионы Вайнега? Или его солдаты? Ладно, с людьми вы не знались. Почему не вступились за наннов?
Сиригн оскалился.
- Молчи! Наш народ не нарушал клятв. Но мы не обещали сражаться!
- Всех, кто жил в Элии, перебили, - Гедимин перехватил его взгляд. - Знаешь об этом?
- Всех, кто жил в Рааласе, тоже, - отозвался сиригн. - В этом году погибли многие. И ты, пойдя против Вайнега, сгинешь.
- Посмотрим, - бросил Гедимин. - Ты-то меня не выдашь?
Четверорукий фыркнул.
- Следить, кто где ходит - не наша работа. Мы бережём деревья. И мы не нарушили клятв!
Громко хрустнул у реки тростник, Гедимин обернулся - а когда перевёл взгляд на куст, сиригна там уже не было. "Не нарушили клятв..." - повторил про себя сармат, недобро щурясь. "Мать моя колба... Да чтоб их! Надо было спросить про Хулгарту. А теперь ищи её... Ладно. Если лесной народ - это скайоты, как-нибудь найду. Главное, что вута живы. И скайоты тоже."
21.06.284 от Применения. Западная Пустошь, Викения, река Аркети, город Илкара
На рассвете Гедимин услышал знакомый истошный крик. Хесская птица заорала на юге, где-то над Гайной, и, издав три вопля, замолчала. С юго-запада, из междуречья Аркети и Артаккаша, ей эхом ответил крик сородича. Гедимин, угрюмо щурясь, убрал контейнеры с водой и пищей и накинул защитное поле. Лагерь хесков, по всем признакам, был где-то рядом.
От укреплённой переправы через Артаккаш к высоткам Гайны тянулась широкая полоса выжженной, спёкшейся земли. "Зубцы" сторожевых "башен", знакомые Гедимину, сменили очертания и стали ниже. Но пирамиды из черепов сармат не увидел, а из развалин доносился гул моторов и треск ломаемой стены - "ездоки" по-прежнему сидели в Гайне и занимались привычными делами. "Даже угнать их никто не захотел," - невесело ухмыльнулся Гедимин, оглядываясь на руины. "И верно - кому нужны saat hentush?"
Земля у воды была мягкой, транспорт, проехавший по переправе, - тяжёлым. Сармат без труда различил следы хентоского "фургона" и флипперов сопровождения. Он ускорил шаг, готовый в любой момент накинуть защитное поле, - но нагнал ездоков только у стен Илкары.
Поля многожальника и аменера на склонах городского холма пожелтели от засухи. Но огонь их почти не затронул. Стены почернели, башни, взорванные изнутри, просели и осыпались, в проём виднелись полуразрушенные дома с провалившимися крышами. Но на полях осталось всего несколько пятен гари - что-то загорелось от далеко улетевших искр или горячих обломков и вскоре было потушено.
Ездоки из Гайны - два фургона, четыре "флипа" с настороженными стрелками - остановились у восточного склона. С запада Гедимин услышал гул и чиханье мотора - там тоже встали чужаки-хентос, и, скорее всего, из Ликкина. А по склону, обращённому к реке, растянулся, потеснив поля, лагерь хесков.
Там стрекотали харайги, тяжело вздыхали панцирные ящеры, и то и дело с воплем пролетал Квэгг. И неспроста - хески снимались со стоянки. Гедимин, под маскировкой обогнув фургоны хилларсов, видел, как сворачивают пологи шатров и выдёргивают жерди опор. Белокожие Нийю из племени Хеккула вьючили ящеров. "Волки"-Идгева, натаскав воды, заливали костры. Кто-то из них подошёл поправить черепа в обугленной, почти чёрной пирамиде у выбитых ворот Илкары. Синекожие лучники - Гедимин знал, что их племя называется "Касури" - следили за периметром, а пристальнее всего - за ездоками на востоке и на западе. И стрела Нийю, и пуля хилларса на таком расстоянии легко поразила бы цель. Но никто не атаковал - все щерились друг на друга и чего-то ждали.
На выпуклом панцире крупного ящера-анкейо сидел "инструктор"-Айогаса, а рядом с ним стоял командир отряда - один из Идгева, даже по жаре одетый в стёганую броню и начищенный до блеска шлем. Ветер трепал султан на шишаке - длинный пучок рыжих волос. Такими же пучками, но поменьше и покороче, некоторые Идгева и Касури украсили пояса. А на поясе вожака висели полосатые шкурки - и Гедимин, узнав их, всадил когти в землю.
Мотор на западе заревел - и оглушительно чихнул. Кто-то выругался. Айогаса, дёрнув ухом, презрительно оскалился. Командир Идгева повернулся к источнику шума. Чуть сместившись, Гедимин тоже его увидел, - хмурые хилларсы уводили от лагеря хесков заглохший "флип".
Айогаса, негромко рявкнув, провёл по морде широкой лапой. Идгева буркнул что-то в ответ. "Флип", чихнув ещё пару раз, мерно загудел. Гедимин беззвучно хмыкнул. "Излучение. Айогаса фонит. Нийю - тоже, но меньше. От них флип не заглох бы."
Квэгг, пролетев над опустевшим лагерем, с воплем сел на панцирь "командирского" ящера. На загривок запрыгнул полуголый Идгева, щёлкнул "машину" по макушке. Ящер, шумно вздохнув, потопал вниз по склону. На его боковые шипы, цепляясь когтистыми лапами, на ходу запрыгивали харайги. Караван потянулся на запад.
На восточной стоянке хилларсов загудели "флипы". Первая машина пронеслась мимо Гедимина к разбитым воротам. Стрелок на ходу показал западным соплеменникам средний палец и торжествующе заорал. Следом со свистом и воплями в город влетел весь гайнский отряд.
Пришельцы из Ликкина ждали, сдавленно переругиваясь, - караван Нийю проходил мимо них, и никто не рискнул завести "флип". Гедимин угрюмо щурился на заброшенную крепость. Давно было понятно, что в Илкаре не осталось ни наннов, ни нхельви, - кто погиб, кого угнали, кто рассеялся по степи. И, уж наверное, всё ценное увезли хески, и даже отряду, охранявшему Илкару, уже мало что осталось. Но мародёры из Гайны тоже что-то нашли - и теперь довольно перекликались.
- Сучьи дети! - заорал пилот из ликкинского отряда. Новые "флипы" ворвались в город. Гедимин, брезгливо морщась, поднялся из укрытия. Хески уехали, мародёры-люди рассеялись по брошенным домам, - до сармата никому не было дела.
Он остановился у груды черепов. Они все были обуглены, расколоты, их принесли сюда по частям, - Гедимин не сразу даже смог пересчитать погибших. "У наннов принято сжигать мёртвых," - сармат снял с плеча плазморез. "Пусть обычай будет соблюдён."
Груда вспыхнула вся разом, проседая внутрь и превращаясь в пепел. Шипящий столб дыма и пара ударил в небо. Крики в городе затихли. Гедимин вжался в стену, и вовремя - над Илкарой с воплем пронеслась хесская птица.
Она заложила вираж и заорала ещё громче. С запада донёсся ответный крик и громкий топот. Вдалеке показался "мелкий" колючехвостый ящер.
Гедимин сдвинулся в тень, прикрываясь маскировкой. Ящер почти бегом добрался до холма. За ним, уже без спешки, выехали ещё три - тоже из "мелкой", легко навьюченной породы.
- Йя! - на колючей спине выпрямился "синий" лучник-Касури. Его ящер остановился там, где недавно лежали черепа, и теперь все его ездоки растерянно озирались. Погонщик с треском провёл по шипам ящера пустотелой палкой.
- Там! Кто ломать?
Люди, высунувшиеся из-за стены, растерянно хмыкнули. Они тоже глазели то на свежее пятно гари, то на хесков, то друг на друга.
- Кто ломать?! - взвизгнул Касури, вскинув короткое копьё. Хилларсы шарахнулись по щелям.
- Это не мы! - донеслось из развалин. - Нам оно на кой?! Никто даже не подходил...
Другой Касури между тем спешился и принюхался к пеплу. Его взгляд скользил по стене, то и дело "цепляя" затаившегося Гедимина - но маскировка работала.
- Кто ходить? - резко спросил погонщик, обводя копьём окрестности. - Вы что слышать?
- Грохнуло и зашипело, - хилларсы отлично понимали ломаный подвывающий говор. - А потом уже Квэгг прилетел. Если кто тут был, то с вашей стороны. А наши все в городе. Сдались нам эти черепушки!
Он щёлкнул ящера по макушке, разворачивая на запад. Несколько минут - и всё стихло.
Гедимин выждал ещё немного. Люди вяло переругивались, добывая что-то в опустевших домах. Наружу больше не высовывались. "Хески умеют с ними обходиться," - Гедимин угрюмо щурился, тихо спускаясь с холма. "Это я никак не научусь."