Глянь в зеркало, и сам себе скажи,
Что не в стекле пора отображаться.
Себя в своём потомстве освежи,
И одари жён материнства счастьем.
Ужели в мире есть та целина,
Чтоб отказала пахарю такому?
Безумцу участь гроба суждена:
Жизнь схоронить, не дав её другому. 
Ты - зеркало для матери своей,
В тебе её апрель жив навсегда,
Ведь дети - окна в мир прошедших дней
Смотри сквозь них. Морщины - не беда!
Но если хочешь, чтоб тебя забыли,
То образ свой похорони в могиле.

Look in thy glass and tell the face thou viewest,
Now is the time that face should form another,
Whose fresh repair if now thou not renewest,
Thou dost beguile the world, unbless some mother.
For where is she so fair whose uneared womb
Disdains the tillage of thy husbandry?
Or who is he so fond will be the tomb
Of his self-love to stop posterity?
Thou art thy mother's glass, and she in thee
Calls back the lovely April of her prime;
So thou through windows of thine age shalt see,
Despite of wrinkles, this thy golden time.
But if thou live rememb'red not to be,
Die single, and thine image dies with thee.