Эн Тали: другие произведения.

Линии 2: Берега разных миров

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 5.25*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:


    contador de visitas счетчик посещений

    Э то продолжение истории Веды.

    Волей судеб, ну и своего собственного выбора она остается в новом мире. Мире Сантим. Мире, в котором она обрела новую семью, друзей, любовь. Но у выбора всегда есть оборотная сторона. Вместе с счастьем в её дверь постучались боль предательства, непонимание, непринятие и новые реальности.
    Но не зря говорят, что когда закрывается одна дверь, обязательно откроется вторая.
    Дверь открылась! И Веду ждут новые испытания, новые противники, новые возможности, исполнение мечты, новые друзья и ... новая любовь? Или не новая? :-)
    Главное - русские не сдаются! А остальное, дело наживное :-)

    Надеюсь и эта история будем Вам также интересна, как и первая её часть :-)
    Приятного чтения!

    Конструктивная критика приветствуется :-)

    СПАСИБО

    Поделиться:

    Люблю вас всех :-))


   * Оглавление
   Часть 1. Люди встречаются, люди влюбляются... женятся?
  
  
   Глава 1. "Я его... а он меня..."
  
  
  ·"Он пришел, лишь на час опережая рассвет;
  Он принес на плечах печали и горицвет.
  Щурился на месяц, хмурился на тучи,
  Противосолонь обходил деревню,
  И молчали ветры на зеленых кручах, И цепные птицы стерегли деревья. ..." 1 - звучало в наушники девушки, которая невидящим взглядом сейчас смотрела на солнечные блики в озере, сидя на поваленном дереве недалеко от заводи.
  Полдень был в самом разгаре и легкая прохлада сохранилась только в тени деревьев, в которой как раз и сидела она в черных брюках поверх ботинок такого же цвета и синей тунике. На голове повернутая на бок бейсболка с надписью ·Сделай это?, а в руках аккуратный, компактный планшет.
  · "Постучался в двери там, где вишни зрели,
  К той, что пела песни да низала бисер,
  Где играли звери, где плясали перья,
  О незваном госте прошуршали листья:
  Ты чужооой, ты другооой, ты не моооой, не любый...
  Нажав на одну из кнопок на своем браслете, девушка выключила музыку и посмотрела на небо.
  - Тяжко? - услышала она рядом. Повернув голову, увидела невысокого мужичка, в обычных холщовых штанах, зеленой рубашке с коричневой жилеткой. И шапке - ушанке, надетой поверх темных кудряшек, из под которых проглядывали курносый нос и серо-зеленые глаза.
  - Да, дядько Микойла, - ответила она, даже не пытаясь отрицать очевидного.
  Леший подошел поближе и взобравшись на ствол дерева, присел рядом.
  - Помочь?
  - Нет. Спасибо, - грустно улыбнулась она, - Я сама.
  - ·А я говорю, пару минут погоды не сыграют?, - раздалось из динамиков в планшете.
  - Енто чё такое? - удивился леший, - Вед? Это твои картинки ещё и разговаривают?
  - Да, дядько Микойла. Они не только разговаривают.
  - А что ещё? - заинтересовано спросил её знакомец.
  - Сейчас увидите, - Веда, а это была именно она, вывела картинку на большой экран и подкрутила звук.
  На экране шел спор. Спорили маркиз Фэран и принцесса Вероника. Один доказывал, что о личном можно поговорить и потом. Сейчас король Лион Элгейский, находясь в фамильном замке герцога Элгейского, очень занят и у него нет времени смотреть и слушать какие-то там записи. Вера же заявляла, что раз эти записи оставлены с указанием послушать именно при всех, значит и слушать они будут их при всех. А не тогда, когда решил Андрюсик. Имечко Эндрю трансформировалось Андрюсик и прочно закрепилось за братом Эла. По началу Эндрейн бесился и злился, но сделать ничего не мог. Но после одного разговора с Ведой поменял своё мнение и сейчас не так рьяно протестовал даже против уменьшительно-ласкательного прозвища.
  Веда улыбнулась. ·Верунчик. Как я по тебе скучала. Ты моя девочка, совсем за эти три месяца не изменилась... Три месяца... всего три месяца, а так много всего произошло?.
  
  
   Три месяца назад
  
  
   Веда
  
  
   Эл сдержал обещание и она увиделась с мамой. Её любимый с помощью какого-то артефакта преобразил её, сделав похожей на Энелин. Ну, с животиком, прической и одеждой. И сам преобразился. Нет. Веда видела Эла таким какой он есть. Но вот окружающие, её родители и брат, смотрела на мужа их дочери и сестры.
   Веда пока не могла воспринимать маму как-то по другому и очень была благодарна любимому за возможность попрощаться. После целого дня с родителями, с обниманием, поцелуями, разговорами и воспоминаниями, Веда показала Элу свой родной город. Вернее город, в котором она росла. Подаренное Марыськой колечко каким-то чудом открывало маленькие портальчики и они с любимом попутешествовали весь следующий день по всей планете. Когда первый раз Веда в слух озвучила сожаление, что хотела бы показать ему свои любимые места, море и оказалась с ним в том месте, о котором только что говорила, то немного при балдела. Но легкое мерцание колечка позволило довольно быстро осознать, откуда в техногенном мире магия. И каково истинное назначение и цель подарка подруги. Не зря же Марыська тайно всучила ей это колечко, скорее всего надеясь, что если она надумает вернуться, а обычным путем сделать это будет нельзя, то подарок в этом ей поможет. Они с Элом побывали там, где была раньше Энелин. Побывали и там, куда Веда всегда хотела поехать, но не случилось. Посетили Алтай, Крым, Кавказ, полазили по уральским горам, посетили Тайланд, Европу, Индию. Заглянули на пару часиков на территории Туманного Альбиона, постояли напротив Ниагарского водопада. И на берегу индийского океана в хижине провели самую чудесную ночь, даря друг другу всю нерастраченную нежность, делясь своей любовью и получая её же в ответном даре.
   А третий день они посвятили шопингу. Да, Веда потаскала Эла по магазинам, показывая и рассказываю о чудесах научного прогресса. И он не жаловался, чем заслужил внеочередные поцелуи, нежность и счастье в глазах и безмерное уважение за терпение. Деньги у неё были. Осталась зарплатная и кредитная карты. И поэтому без зазрения совести Веда скупала всё, что по её мнению может пригодится в её новом доме. Начиная от батареек, которые, она надеялась, подвергнуться с помощью Карыча очередным магическим экспериментам и станут почти нескончаемые, благодаря солнечной энергии, и заканчивая крупно габаритной техникой и оборудованием. Так, Веда не удержалась и стала скупать шоколадки, предметы личной гигиены и декоративную косметику, светодиодные фонарики и недорогие украшения. Зачем-то купила краску для волос, наборы для туриста с ножами, вилками и складными стульями, спальники, обувь и одежду, особенно кружевную, притягивающую взгляд и много ещё чего, посчитав: 'А вдруг пригодится?'. И безразмерная сумка ей очень в этом помогала. Не нужно было искать куда сложить, как доставить, где хранить.
   И вот на четвертый день они вернулись в Сантим. Когда они шагнули с Элом из портала в её новый дом их встречали. Притом встречали сразу все. И сестры Арангита, и друзья в лице Карыча, Маруськи, Лео с Марой, которая изменилась до неузнаваемости. И Верунчик со всем своим семейством. Они с Элом оказались во дворе у Марейны. Там, откуда уходили в теперь уже не Веден мир. Вся толпа стояла возле одного из камней и с радостью в глазах и улыбками на лицах ожидала их. Как только они оказались во дворе Веду сразу же окружили, обнимая и расцеловывая, радуясь её возвращению.
   Карыч, подхватив её на руки, оказавшись первым из встречающих, закружил, радостно смеясь. Ведена улыбка и смех были ему ответом. Оказавшись на земле, когда друг, почти старший брат, отпустил её, Веда оказалась в объятиях не менее желанных. Вера, прорвавшись к ней второй в очереди, вцепилась в руку подруге и никуда не отпускала. Веда обняла ее сама и крепко прижала к себе. Она так привязалась и полюбила всем сердцем эту взбалмошную девчонку и оказывается очень сильно по ней соскучилась. Следующими на очереди был Лео с Марой. Мару было не узнать. Зеленый цвет с кожи полностью исчез и перед ней предстала очень красивая, хрупкая на вид, стройная, с каштановыми вьющимися волосами и малахитовой зеленью глаз женщина. На фоне Лео она казалась легкой и воздушной. Марыська подошла следом и также радостно обняла её. Весело болтая и радуясь их возвращению, они все вместе направились в сторону сестер.
   Но помимо короля, рядом с семейством Арангита присутствовал и ещё один человек. Герцог Эдиней собственной персоной. После всех её обнимашек и целовешек с друзьями, он попросил у неё прощение. При всех. Веда немного опешила. Уж от кого - кого, а от герцога она такого не ожидала. А Эдиней, видя её замешательство попытался объяснить своё поведение. Уж как мог, но он поведал о своих выводах, сделанных на основании увиденного и о своих чувствах, когда герцог узнал правду и осознал, что натворил. Веда не стала кочевряжиться, дуться, обижаться и выставлять условия. Не такой она человек. Просто простила его и обняла. Эдиней замер на пару секунд от такого проявления чувств, а потом сам крепко обнял её, тихо произнеся: 'Спасибо. Спасибо, дочка'.
   А потом они всей толпой переместились во дворец, где веселая компания весь день отмечала их с Элом возвращение.
  
  
  ***
  
   - Верунчик, а давай махнем к бабе Дуси? - предложила Веда после трех недельного нахождения во дворце. Ей уже надоели празднества, почти бесцельное время препровождение и расспросы Андрюсика.
   Да, он ей разрешил себя так называть в обмен на рассказ о своём мире. И она прилежно исполняла соглашение. То есть, обращалась к нему исключительно Андрюсик. Брат Эла понял какую ошибку совершил, когда вслед за Ведой его так стали звать и отец с дядей. Ну а сам Эл только улыбался, разводя руки в стороны, типа он здесь нипричем и ничего не может поделать. Вера бессовестно пользовалась заступничеством отца и Веды и придумывала всё новые и новые имена для двоюродного брата. Поначалу Эндрейн злился, но терпел, периодически жалуясь брату. Но видно возможность узнать что-то новое, неизвестное ему, перетянули чашу весов на сторону почти смирения. Почему почти? Потому что периодически в глазах проскальзывало раздражение, а с языка тихо слетали нелицеприятные эпитеты в адрес обратившегося к нему по имечку. То есть всех. И он не с меньшим жаром буквально допрашивал Ведариэтту о 'её' мире.
   Веда попросила Эла не говорить никому кто она и что Сантим, косвенно, но всё же родной ей мир. И любимый пообещал, что эта тайна умрет с ним. Поэтому, отвечая на расспросы она просто говорила 'Мой мир' и рассказывала, что 'дознанцев' интересовало. А интересовало их всё. Конечно, в основном, они спрашивали о технической стороне: устоях, традициях, новых технологиях. Спрашивали об устройстве мира, страны, о геополитической обстановке, о религии и образовании, а также расспросили о медицине с её достижениями и успешные управленческие решения. А Вера прожужжала все уши о жизненной необходимости знать все новые тенденции моды её мира. И если бы не любимый, эти двое, король не был так настойчив, уморили бы Веду. Эл, как принц на белом коне, после своих дел приходил в кабинет отца и буквально вырывал из лап 'огнедышащего дракона', коими были его родственники, Веду. Вел на обед или ужин и они просто беседовали, делясь тем, что случилось за день. Или просто сидели в тишине, наслаждаясь близостью.
   Но ночевали каждый у себя. Эл решил соблюсти приличия и традиции. И до свадьбы, кроме поцелуев, ничего себе не позволял. Зато какие это были поцелуи. Веда таяла от каждого, наслаждаясь и забывая обо всем. И о том, что она по сути тут никто. Ну, названная дочь. Ну виконтесса. Ну и что? У неё ни кола, ни двора, ни своего дела. Последнее её удручало больше, чем отсутствие жилплощади. Хотя Лион вернул ей титул и виконство, но что делать с ними Веда не знала. Но предпочитала особо по этому поводу не заморачиваться. Забывала она и о том, что Эл стараниями своего папеньки не свободен, так как герцог умудрился заключить помолвку по всем правилам. И чтобы её расторгнуть надо и невесте, и жениху официально отказаться перед монархом и корамом, большим ритуальным камнем. Эту проблему Эдиней обещал решить лично, поэтому Эл попросил ни о чем не тревожиться. Ни думала и ни переживала она в такие моменты об оставленной жизни, о теперь уже чужом мире, и о своей тоске по родителям. Но, как только Эл уходил заниматься делами, оставляя её одну, все мысли и печали возвращались к ней.
   Веру обучали 'быть принцессой', а четверть разрешенной Веде для чтения литературы в королевской библиотеке она уже перечитала. И поэтому, если не сидела с подругой, выслушивая 'правила жизни настоящих принцесс', и не заседала с книжкой в библиотеке, Веда в компании охранника гуляла в городе по лавочкам, паркам, заходила в гости или просто сидела на скамейке в тени дерева возле пруда. Для таким прогулок она попросила Лиона выделить ей охрану, так как Эл категорически был против, чтобы Веда ходила в город одна. И вот все места были осмотрены, все гости навещаны, все книги прочитаны, а Эндрейн и Эдиней по умерили свой пыл, шибко сильно уже не задавали вопросы. Вере она не хотела мешать осваивать то, что та пропустила у Дусеи, а для себя дела никак не могла придумать. 'Ну не целительницей же или адвокатом здесь подрабатывать?', смеялась она на вопрос, чем бы ей хотелось заняться. И вот она устала от всего этого. Устала думать о том, что говорить, как выглядеть. Устала следить за собой, боясь сделать что-то не то. Веде захотелось увидеться с друзьями.
   - А, давай. - тут же согласилась Вера, так как ей тоже уже надоели всевозможные занятия, указания, рекомендации и настоятельные просьбы, - В гро... достало меня уже это всё. Берем Эла и по коням. Хотя, - подруга посмотрела на неё немного виновато, припомнив, что с лошадками у Веды не очень, - Возьмем карету и поедем с удобствами.
   - Нет. В карете тоже не хочу, - благодарно улыбнулась Веда, принимая этот маленький компромисс и желая отплатить тем же подруге, - Давай переместимся порталом? Потом у Карыча ещё попросим.
   - Так, - тут же вскочила принцесса, начиная метаться по комнате, давая указания, - На сборы час. Потом едем... нет, летим... нет, упорталиваемся... портализуемся.. пфу, блин, - Вера остановилась и жалостливо посмотрела на неё, - Вед, а как правильно?
   - Уходим порталом, - улыбнувшись простодушию принцессе, ответила ей Веда. Встав и направившись к выходу из покоев принцессы, она согласилась, - Давай. Через час чтобы была готова. Много не бери. А я пойду пока Эла найду. Узнаю, сможет он с нами пойти или нет.
   - Давай, - не стала спорить Вера, уже опять как метеор носясь по комнате и выбирая, что бы взять.
   Веда в очередной раз улыбнулась, покачав головой и вышла из комнаты. Эла она нашла быстро и поведав свою затею получила укоризненный взгляд.
   - Я пока не могу отлучиться. А одних вас не отпущу, - заявил он безапелляционно.
   - Но мы порталом? - удивилась она такой реакции.
   - Веда, не спорь. Одних не отпущу, - но почти тут же меняя тон, слегка приобняв, продолжил, - Давай ещё парочку дней подождите и я смогу вырваться из этого завала и поехать с вами?
   - Парочка это сколько? - спросила она, вздохнув, - Как обычно. Неделя?
   - Нет, - он слегка улыбнулся, прижимая Веду к себе крепче и целуя в висок, - Парочка - это два, три. Подождете?
   - Подождем. Только Андрюсика угомони. А то он опять активизировался. Что знала, я уже почти всё рассказала.
   - Хорошо. Я его займу на это время, - продолжая обнимать её, пообещал любимый, - А после Дусеи поедем к нам домой.
   - Куда? - немного напряглась Веда.
   - Любимая, к нам, это к нам, - он отстранился и внимательно посмотрел на неё, - Да, мы заедем к родителям. Я познакомлю тебя с мамой и сестрой. А потом поедем к нам. Раньше, это просто был мой графский замок. Но теперь я очень хочу, чтобы он стал нашим домом. Ты против?
   Он замолчал, давая осознать сказанное.
   - Н-нет, - чуть заикаясь, ответила Веда, - Но... может с мамой... того... потом... как-нибудь?
   - Когда потом? - улыбнулся Эл.
   - Нууу, - сложив губы трубочкой и отведя взгляд в сторону, - Годиков так через надцать... когда дети про бабушку спрашивать начнут.
   Эл рассмеялся. Громко. Весело. Что Веда сама не выдержала и присоединилась.
   - Глупенькая, - отсмеявшись, привлек он её опять к себе, - Мама примет тебя так же, как отец и дядя. А когда узнает, что ты...
   - А давай пока не будем маме говорить? - предложила она, стараясь сделать глаза кота из Шрека. Видно у неё это получилось, так как Эл наклонился и поцеловав её, согласился.
   - Хорошо. Как хочешь. Хотя, я не понимаю, что...
   - Я не хочу, чтобы твоя мама приняла меня только как твою пару, потому что у нас эти ... как их там?... омикрон, да? - Эл кивнул, - Так вот, - продолжила она, - Пусть твоя мама узнает меня и примет, если примет, как обычного человека. А не как предназначенную кем-то зачем-то.
   -Зачем-то? - переспросил он, выгибая одну бровь в удивлении.
   - Ладно, - пошла Веда на попятную, положив ладошку на его грудь, - Предназначенную тебе для определенных целей. Так сойдет?
   - Нет, - немного игриво ответил Эл, накрывая её ладошку своей, - Не пойдет.
   - Да? - вторя ему в игривости спросила Веда.
   - Да, - наклоняясь к её губам, тихо ответил любимый.
   - Да, - также тихо прошептала она в его губы и получила такой долгожданный и сладкий поцелуй. И уже не важно, о чем они разговаривали минуту назад. Не важно кто был рядом, и был ли кто рядом тоже не важно стало. Веда наслаждалась его поцелуями. Тая и одновременно заряжаясь радужным фонтанов эмоций, охватывающих её от поцелуев любимого. И с такой же силой чувств отвечала на них, делясь своим счастьем.
   - Кхм, - услышали они сквозь шум бьющегося сердца, - Простите, что мешаю. Но Эллариана ждут.
   Веда с Элом прекратили целоваться, но не отстранились. Она опустила голову и уткнулась ему в грудь. А он положил подбородок ей на макушку, крепко, но нежно прижимая к себе.
   - Хорошо, Грегори. Я сейчас подойду, - ответил Эл нарушителю их уединения.
   В ответ послышалось хмыкание и звук удаляющихся шагов.
   - Мне пора, - нарушил он уютное молчание.
   - Пора, - соглашаясь с ним, Веда нехотя отстранилась от Эла и быстро поцеловав, повернувшись побежала к Вере извещать её, что поход в гости откладывается.
   - Люблю тебя, - услышала она слова Эла, сказанные ей вслед.
   - А я тебя люблю, - не оборачиваясь, чуть громче, сказала она, чтобы любимый её точно услышал.
  
  
   ***
  
   - Как это подождать? - возмущалась уже минут пять принцесса, - А что мы без Эла ни как? Мы же порталом? А там баба Дуся, Карыч, Лео со своей Марой и... и..., пытаясь придумать что ещё сказать, запнулась Вера, но тут же продолжила, - Лёшик! Так что в обиду никто нас не даст. И папа меня уже отпустил и...
   - Отпустил? - не поверила Веда подруге.
   - Нууу..., - заюлила Вера, отводя взгляд в сторону, подтверждая выводы Веды, что не всё так просто, - Он сказал, если Эл с нами идет, то можно, - и переведя опять на неё взор принцесса продолжила, - Но там же все наши. Что с нами может случиться? Мы же порталом.
   - Ты повторяешься, - прервала тираду Веда.
   - Ну и что? Зато может ты проникнешься и мы быстрее окажемся у бабы Дуси. Ты же по ним скучаешь? - зашла с другой стороны подруга.
   - Скучаю, - не стала отпираться Веда, - Но я обещала Элу, что мы подождем его. Так что ждем.
   - Ладно, мамочка - вроде бы смирилась и немного папаясничала принцесса, но тут же потребовала, - Пойдем в город? Я просто тут вешаюсь от этих правил.
   - Хорошо, ребенок. Пойдем в город, - улыбаясь согласилась Веда.
   - Урааааааааа!!! - радостно взвизгнула Вера, запрыгав и захлопав в ладоши, - Значит давай быстрей смываться отсюда. Пока никто ни пришел и не забрал меня на очередные пытки.
   Продолжая улыбаться девушки вышли из комнаты принцессы, миновали коридоры и спустились в холл.
   - Вероника, куда вы направляетесь? - услышали они уже выходя из холла. Оглянувшись, Веда увидела наставника принцессы лорда Даниэла Мортэна. Сорокалетнего темноволосого мужчины, с едва тронутой сединой висками, темно-карими проницательно-понимающими глазами и подтянутой фигурой, которую он всегда облачал в черное. Веде он нравился. С ним интересно было поговорить на различные темы. Поспорить или узнать что-то новое. Он также заполнял её пробелы в знаниях. Но не муштровал, как принцессу. С инициативой просвещения выступила сама Веда, рассудив, что не помешает, а он не отказал. Объяснял доходчиво, а если что-то было не понятно, не раздражался, а приводил примеры, разъясняя пока не станет ясно. Да и внешность у него была приятная. Так что она наслаждалась беседами и занятиями с ним. Кроме того Даниэль знал кому обязан освобождением от Канаээрра, так как тоже, вместе со всеми, был в троном зале. И, судя по отношению к Веде, ценил это и был благодарен.
   Рядом с ним стояла Ирэн Мортэн, его старшая сестра и назначенная фрейлина Веры. Темные волосы женщины были красиво уложены, строгий наряд идеально отутюжен, а хмурый взгляд карих глаз выражал недовольство поведением принцессы. В прочем, Ирэн была недовольна поведением не только Вероники. Она была противоположностью брата. Редко улыбаясь, постоянно чем-то раздражена или просто не в настроении. Но в присутствии брата сдерживала себя. Раскрывался её характер в полной мере, когда уроки по этикету проводила Ирэн одна. Ни Вера, ни Веда не любили такие уроки и всячески старались увильнуть от них. Но, иногда, Веда сочувствовала женщине. Она понимала, что скорее всего поведение фрейлины диктует чувство несчастья, осознание своего одиночества, потому что в свои годы была всё ещё не замужем. И кроме брата у женщины не было никого. А за глаза Ирэн величали некрасивым словом 'старая дева'.
   - Как думаешь, может, если мы притворимся, что не слышали и уйдем, они не будут возражать? - тихо спросила Вера, застывая в проеме, но так и не обернувшись.
   - Вряд ли, - смотря на легкие смешинки в глазах Даниэля, ответила Веда, - Не судьба нам с тобой сегодня пофилонить.
   Вера возмущенно повернула голову и заговорила громче.
   - И это подруга, - укоризненно начала принцесса, - которая и в горести, и в радости, и в болезни, и в здравии, и ...
   - Что - то это мне напоминает? - задумчиво произнесла она, поглядывая на уже едва сдерживаемую улыбку лорда, - Кстати, Даниэль, всё хотела спросить. Лорд, это же титул учтивости? - припомнила Веда из истории. Он кивнул. Вообще много сведений и информации из 'её' мира перекликалось, подтверждая, что она тут не первая оказалась, - Тогда какой ваш титул? - подходя ближе, спросила она, - Герцог? Маркиз? Или граф?
   - Откуда у вас такие познания? - в свою очередь не отвечая на вопрос, сам поинтересовался лорд Мортэн.
   - Историю в юности учила, - вздохнула Веда, - Ну так как?
   - Граф.
   - Хорошо, граф, - она слегка склонила голову в бок и изобразила шутливый реверанс, - Передаю вам на попечение наше дитятко, - улыбнулась Веда, - Разрешаю...
   - Ээээ! - возмутилось дитятко, - А меня кто-нибудь спросил хочу ли я передаваться?
   - Мы и так знаем ответ, - парировала Веда. - Так зачем сотрясать воздух, коль всё-равно тебе учиться надо.
   - А тебе не надо? - немного обиженно спросила принцесса, скрестив руки на груди.
   - Надо. Но не сегодня. Так что не упрямься. Я завтра с тобой тоже позанимаюсь, - Веда подошла к подруге и слегка её приобняла, - Договорились?
   - Хорошо, - опуская скрещенные руки и обнимая Веду, согласилась Вера, - Но завтра, - поднимая указательный палец, начала принцесса, - только попробуй сказать что-то.
   - Честное октябрятское, не скажу, - засмеялась Веда, поворачиваясь к ожидающим их сестре с братом. - Она ваша, - всё ещё смеясь, выдала им.
   Даниэль улыбнулся, но как-то слегка грустно. Или Веде только так показалось? Ирэн сдержано кивнула и повернувшись отправилась в учебную комнату. Вера, взяв под руку Даниэля, отправилась следом. Проводив их взглядом, Веда направилась в свою комнату. Там она собрала вещи, которые планировала раздать нуждающимся и упаковала их в свою сумку. А затем, прихватив теплую куртку, пошла в город.
   С делами она справилась быстро. Поэтому сразу направилась в городской парк. Хотелось просто побыть одной. Ни о чем не думать. Было грустно. Даже одиноко. 'Странно? Давно уже ПМС не мучил', усмехнулась она своим мыслям, присаживаясь на излюбленную в последнее время скамейку возле пруда в городском парке. Укутавшись в куртку и прикрыв слегка глаза, просто смотря на водную гладь, не обращая внимание на жужжание мыслей, Веда погрузилась в какое-то подобие медитации. Когда просто хорошо. Когда не важно где ты и с кем. Когда все тихо и спокойно. Когда просто ты есть и этого достаточно.
   - Красиво тут, - услышала она тихий приятный голос. И так как хозяина голоса узнала сразу, то даже не шелохнулась, продолжая созерцать озеро и спокойствие внутри себя, - Тебя потеряли, - снова через какое-то время сказал голос.
   - Но нашли же, - ответила она, так и не предприняв попытки посмотреть на нарушителя её спокойствия, - Кстати, кто сдал, где искать?
   - Я ещё никому не сдал. Решил сам проверить.
   - Так никто не знает, что я нашлась? - Веда повернула голову и посмотрела на Гора. Он сидел рядом на скамейке, немного откинувшись и облокотившись на руки. Ей виновато улыбнулись, осознавая, что получат оба от графа Эрлейна. Но Веда улыбнулась и тихо поблагодарила, - Спасибо.
   - За что? - не понял Грегори.
   - Что есть ещё возможность посидеть в тишине. Хотя... думаю, не ты один додумался, где я могу быть, - она обернулась, заметив движение, но никого не увидела.
   - Ну, да, - усмехнулся он. - И тебе спасибо, - вдруг выдал Гор.
   - За что? - теперь Веда была удивлена.
   - Да так. С тобой хорошо. Спокойно... Я с тобой отдыхаю. А всем скажу, что искал и проводил воспитательную работу.
   Оба заулыбались.
   - Хорошо. Так и быть. Скажу, что ты свой долг перед отечеством выполнил. Я типа больше так не буду и всё такое.
   - Ты очень на неё похожа, - вдруг тихо выдал Гор, заправляя выбившуюся прядку за ушко.
   - На кого? - удивилась Веда.
   - На Аниту, - лицо Гора преобразилось. Взгляд стал мягче, но рустнее, подернувшись дымкой воспоминаний, - Она меня младше на пять лет..., - он запнулся и с горечью продолжил, - Была. Анита была моей сестрой.
   - Она... погибла? - прикоснувшись в руке, в знак поддержки и прощения, что подняла не очень приятную для него тему.
   - Да, - он вздохнул, - Семь лет назад. Официально, несчастный случай, - Гор замолчал, не спеша рассказывать о случившимся. Но Веде почему-то было важно услышать, что случилось.
   - А не официально? - всё же задала она ему вопрос. Гор перевел взгляд на воду и долго молчал. А потом стал не торопясь рассказывать о сестре.
   История была проста. Но вот чувства. Они показывали какой на самом деле Грегори. Какой была его сестра. Он рассказал об их детстве. Об их отношениях. Он очень любил свою сестру. Всячески поддерживал и оберегал. А сестра отвечала ему взаимностью. Выгораживая перед родителями или как-то по иному проявляя сестринскую любовь. Анита была живой! Увлекающейся, активной, радостной и солнечной. Живопись и музыка стала её страстью. Но танцы она недолюбливала, зато обожала лошадей. Их мать умерла рано, а отцу не было до них дела. До тех пор, пока ей не исполнилось семнадцать. Отцу срочно понадобились деньги и соглашение о договорном браке было достигнуто в считанные месяцы. Но на жениха Аниты претендовала графиня Оттарис. Та, которой всё-рано кто перед ней. Она видела цель и шла к ней. По головам. А помогал ей в этом брат, Рендам. Парочка организовала всё так, что ни каких улик найти не смогли, а свидетели просто в срочном порядке уезжали из города и терялись на просторах страны.
   Анита погибла за считанные минуты. Черный огонь или узел, как называли это проклятие знающие, не имело ни оборотного заклинания, ни противоядия. Оно сжирало, окольцовывая черным огнем свою жертву, даря взамен невыносимую муку перед вечным успокоением. Жертвы кричали и бились в агонии, но способа спасти их не было.
   Доказательств, что в этом виновата графиня не нашел даже Гор, которого держали шестеро его подчиненных, не пуская к сгорающей у него на глазах сестре. Официально объявили, что Анита случайно наступила на оставленный специально для короля заговорщиками заготовленный артефакт, запуская к действую Черный огонь. Но Гор видел торжество во взгляде графини Оттарис и её победную улыбку, когда уносили, укрыв простыней, тело сестры. И он просто на интуитивном уровне знал, что ни какая это не случайность. И никакого злоумышленника нет. Вернее есть. И даже целых два. Но только замышляли они именно против той, что умерла у него на глазах, не имея ни малейшего шанса на спасения. А потом мужчина, из-за которого погибла Анита, надоел графини и она кинула его, даже не вспомнив, что делала.
   Гор, повернул голову, оторвав взгляд от водной глади и посмотрел на Веду.
   - И ты мне её очень напоминаешь.
   - А мне кажется ты про нашу принцессу сейчас рассказывал, - смущенно проговорила она, с легкой улыбкой.
   - Да, - хмыкнул он. - Есть такое. Неугомонное создание... Знаешь, мне кажется, они бы подружились.
   - Я тоже, почему-то, об этом подумала. И, - Веда опять коснулась его руки, - спасибо, что поделился. Я верю, что эта особа получит то, что заслужила.
   - Уверен в этом, - улыбнулся Гор, накрывая своей лапищей её ладошку и слегка сжимая в знак благодарности.
   - И не стыдно вам, Грегори, чужих невест уводить? - услышали они знакомое и веселое.
   - Не стыдно, Даниэль. Так как я никого не увожу, - выпуская из плена руку Веды, ответил Гор, неспешно поворачиваясь на голос. Веде пришлось тоже обернуться, чтобы на заснеженной дорожке, ведущей к пруду, возле которого они сидели, увидеть обладателя приятного голоса.
   - Лорд Мортен, здравствуйте ещё раз. Присоединяйтесь, - позвала она мужчину, слегка подвинувшись к Гору, освобождая часть скамейки.
   Даниэль подойдя к ним и усевшись на предложенное место, без соблюдения всяких церемоний, попросил.
   - Ведариэтта, можно просто Даниэль. Вы же Грегори называете Гором?
   - Ну, я его настоящее имя узнала только недавно. Он для меня так и остался ... Правдагор, - с озорством стрельнув в него глазками, заулыбалась Веда. Гор закатил глаза, а она рассмеялась, - Но хорошо, - отсмеявшись, продолжила Веда, - Буду называть ни при всех вас Даниэлем. Тогда для вас я Веда, - и она протянула руку для рукопожатия. Мужчина с интересом пожал протянутую руку.
   - Тогда, раз уж... Правдагор, - Даниэль тоже заулыбался, произнося придуманное Ведой прозвище для Грегори, - обращается к вам на ты. Позволено ли будет и мне...
   - Позволено, - перебила она его, - А где Вера? Она сильно бушевала?
   - Нет. Она вела сегодня себя на удивление сдержано и прилежно. Вот мы и закончили досрочно.
   - На нее не похоже, - немного удивленно проговорила Веда. - Значит надо ждать какой-нибудь... Впрочем, неважно, - она подняла голову и посмотрела на Даниэля, который с улыбкой смотрел на неё, - Так какие у нас планы? Возвращаемся во дворец?
   - Да. Надо бы, - ответил Гор. - Пока нас с тобой не отправили в Тарунту.
   - За что? - повернув теперь голову к другу спросила Веда. Она уже знала, что Тарунта, это местное поселение где-то на севере для особо опасных преступников. Веда для себя решила, что это аналог каторги.
   - За соучастие, - ответил он улыбаясь.
   - Эх. А я хотела ещё тут позависать, - вздохнула она, намереваясь встать со скамьи.
   - Сиди уж, - остановил её друг, - Скажу, что нашел. И ты под наблюдением и в безопасности.
   Гор встал и обратился уже к Даниэлю.
   - Надеюсь, я правильно понял и...
   - Да. Я провожу Веду, - посмотрев на Гора, перебил его Даниэль.
   - Отлично. А то мне ещё кое-куда нужно. А вы тут позавис..., - он запнулся, укоризненно посмотрев на Веду. Только взглядом обличая в распространении непонятных, но таких приживающихся словечек.
   Она улыбнулась и помахала рукой в знак прощания. Гор хмыкнул и повернувшись, направился вверх по дорожке. Проводив мужчину взглядом, Веда посмотрела на почти не замерший пруд. По плотней укутавшись в ворот, она перевела взор на мужчину, сидевшего все это время рядом.
   - Даниэль, а...
   - Догадался, - не дожидаясь вопроса, ответил он ей. - Ты часто сюда приходила. Вот я и предположил, что ты снова тут.
   - А...
   - Нет, - он усмехнулся. - Не следил. Просто я частый гость в одном домике в парке. Там живет мой хороший знакомый. Дом как раз недалеко. И окна выходят на парк. Я тебя видел, прогуливающейся тут. Видел, как ты заворачивала и спускалась к пруду.
   - Понятно, - хмыкнула она, отведя взгляд. - А сейчас...
   - Сейчас, закончив урок с Вероникой, в коридоре услышал часть разговора, что тебя ищут. Подумав, решил проверить свои выводы. Оказался прав.
   - Прав, - вздохнула Веда.
   - Ты почему сегодня сбежала с уроков? - вдруг спросил Даниэль.
   - Я не сбежала, - шутливо возмутилась Веда. - У меня были... эээ... важные дела.
   - Что может быть важнее учебы и получения новых знаний? - тоже в шутку возмутился сидящий с ней рядом граф.
   - Любовь, - брякнула она, но тут же, поняв, что сморозила, посчитав что её не так поймут, спохватившись добавила. - Я хотела сказать, что ... любовь конечно важна, но... важным делом ... эм... что-то меня не в ту степь понесло, - немного виновато посмотрев на Даниэле, призналась Веда. - Так о чем мы?
   - О любви, - улыбнувшись, напомнил он ей.
   - Разве? А я думала о важных делах.
   - Ну, это самое важное дело всей жизни, - серьезно заверил её граф, хотя глаза смеялись.
   - Ты правда так думаешь? - слегка удивилась Веда.
   - Честно? - внимательно смотря на неё, спросил Даниэль и дождавшись кивка, продолжил, - Я считаю, что любовь важна в любых отношениях. Не важно отношения эти, как мужчины и женщины, или отношения, как учителя и ученика, или отношения мастера своего дела к работе. Если нет любви, чудо не случится. Не будет пары и семьи, а только два безразличных человека, вынужденных терпеть друг друга. И дети в таком браке будут также несчастны. Кто их научит любви? А может вообще не быть их. И также не будет дара знаний, не будет полета души мужду учителем и учеником. А будет грубое, бессмысленное заучивание информации одним, так как этого требует другой. И в результате не появится мастер своего дела. Потому что не будет любви к этому делу.
   Веда слушала Даниэля и улыбалась, так как его слова были созвучные ее мыслям и убеждениям.
   - По больше бы таких людей как ты, - тихо проговорила она, когда он замолчал.
   - Как я? - удивленно переспросил Даниэль.
   - Да. Если бы так все думали, мир бы преобразился. Было бы больше гармоничных союзов, а не просто договорных браков. Были бы дружеские отношения, а не взаимовыгодное сотрудничество. Каждый бы занимался тем, что он хочет. К чему лежит душа. Творчеством, учебой, торговлей или... чем хочет, короче. А не тем, что выгодно или тем, чем заставили заниматься его родители, потому что: 'На хлебушек с маслом всегда можно заработать', - процитировала она слова своих родителей. - Эх, к сожалению, пока это не возможно. Всё это утопия, - вздохнула она, ежась под порывами ветра.
   - Ты веришь, что так когда-нибудь будет? - заинтересовано спросил Даниэль.
   - Может быть, когда-нибудь. Когда закончиться опыт дуальности в этой вселенной, - с улыбкой ответила она на его вопрос.
   - Опыт?
   - О, про эзотерику я могу рассказывать часами, так как в юности увлекалась этой областью.
   - Эзотерика? Не слышал. Поделишься?
   - Хорошо. Я завтра, пока Ирэн будет мучить, ой, учить Веру, расскажу основные постулаты.
   - Что, сильно достает? - усмехнулся Даниэль.
   - Бывает. Просто... она одинока, вот и... И не смотри на меня так, как будто ты не понимаешь. Да. У нее есть ты. Но любая женщина хочет любви. И братская любовь никогда не заменит потребности женщины в любимом человеке, материнстве. Хотя не у всех, конечно, но у большинства. И потребности дарить им свою любовь. А тут что получается? - она посмотрела ему в глаза и как маленькому ребенку, стала объяснять прописные истины. - Ты найдешь свою половинку и посвятишь себя ей. А Ирэн, как была одна, так и останется. Я так поняла, она уже и не ждет никого.
   - Да, - кивнул Даниэль. - Когда ей было двадцать, над ней очень жестоко посмеялась подруга с кузеном. С тех пор она никому, кроме меня, не доверяет и ни во что не верит. А мои разговоры, что не пришло еще её время, не воспринимает.
   - Вот. А ты спрашиваешь 'достает - не достает'.
   Немного помолчав Веда предложила.
   - Может тебе с ней поговорить немного о другом? Я конечно не психолог. И советовать всегда легче, чем самому следовать советам, но... - и увидев непонимания в глазах сидящего напротив неё мужчины, продолжила. - Я понимаю, что ты сейчас можешь посмеяться над моими словами. И не поверить мне. Но попробуй донести до нее две мысли. Во-первых, что мысли материальны. Мы притягиваем в свою жизнь всё то, о чем думаем. Да-да. Не смейся, - заулыбалась она. - Я ему тут серьезные, эзотерические вещи рассказываю, а он смеется.
   - А что во-вторых? - стараясь не улыбаться, спросил Даниэль.
   - А во-вторых, - вздохнула она, - Всё, что происходит в нашей жизни послано нам для чего-то. И это событие всегда к лучшему.
   - Кем послано и почему к лучшему? - заинтересовался новой информацией мужчина.
   - Кем? Ну, кто-то называет Богом, кто-то Существованием, кто-то Жизнью. А к лучшему... там, откуда я... где я росла, - поправилась Веда, - есть поговорка. Всё, что не делается, делается к лучшему. Изначально мы все дети бога. И он нас любит. Вообще, Бог и есть любовь. А мы дальше своего носа не видим. Так вот, любящий нас боженька, дает своим неразумных деткам то, что приведет к лучшему. Путано, да?
   - Ну....
   - Смотри. Кому-то суждено стать королем, к примеру. Или вождем. Или полководцем. А он от рождения мямля. Так вот, он будет попадать в такие ситуации, которые его закалят и сделают волевым и упорным. Есть, конечно, вариант, что он сломается, так и не достигнув поставленных перед ним задач. Но, как говорит еще одна поговорка: 'Бог дает нам ровно столько, сколько мы готовы и можем унести'. А уж нам решать, что с данным даром делать. Это и есть опыт.
   - Занятные мысли, - хмыкнул Даниэль.
   - Да. Есть над чем подумать. Я просто вижу, что Ирэн плохо. И она уже давно не смотрит по сторонам, не видит радости жизни. Махнула на себя рукой. А вокруг так много возможностей. Но со мной она говорить не станет. А вот с братом.
   - Зачем тебе всё это? - вдруг спросил граф, выжидательно смотря на Веду.
   - Что это? Помогать другим?
   - Да.
   - Не знаю. Просто помогаю, если могу. Я... трудно объяснить, - она отвела взгляд и опять посмотрела на пруд. - Я кажусь людям странной, что проявляю доброту и участие. Но... просто не могу пройти мимо, если кому-то плохо, а в моих силах им помочь.
   - А как же твоё утверждение о получении опыта? - всё-таки кое-что уяснил из её путанных объяснений граф.
   - А вот тут два варианта. Если человек получил свой опыт и пришло время из него выходить, то в его жизни появляются люди, случаются события, которые помогают ему избавится от него. Дают совет, который выручает его. Занимают деньги и он... ну, не знаю, удачно вкладывает их и разрешает, к примеру, ситуацию с долгами. Или боженька посылает одинокому человеку любовь всей жизни. И тут снова начинается опыт, но уже новый, - Веда улыбнулась. -. А вот если человек свой старый опыт не получил. Другому просто не дадут ему помочь.
   - То есть, ты утверждаешь, что пришло время Ирэн?
   - Нет. Я просто хочу показать ей, что жизнь не кончилась. Её и так слишком мало нам дают, чтобы тратить наши крохи на страдания. И уверена, что в этом ключе ты с сестрой еще не говорил.
   - Нет.
   - Вот. Хочешь я завтра на уроке тебе еще раз более подробно расскажу всё, а она пусть тоже послушает. Ну, а ты потом закрепишь, так сказать, результат, с ней дальше продолжишь этот разговор.
   - Посмотрим, - уклончиво ответила Даниэль. - Но... посмотрим.
   - Ну, тебе решать, - поежилась опять под порывами колючего ветра.
   - Замерзла? - видя, как она кутается в ворот, спросил Даниэль. - Тут недалеко мой знакомый живет. Если хочешь, можем зайти к нему на чай, погреться.
   Веда посмотрела на Даниэля, ожидающего ее ответа. Легкая улыбка, а в глазах... Веда так и не поняла, что отражали его глаза. Нежность? Заботу? Тревогу? Грусть? Или она действительно замерзла и всё это ей кажется?
   - Есть немного, - честно призналась. - Но, давай возвращаться уже. А то, действительно, получу по самое не балуй.
   - Не балуй? - не понял Даниэль выражения.
   - Так в детстве называли, - с улыбкой пояснила она, смотря на него. - Ну, когда дети шалят, их же шлепают по попе? И говорят, чтобы больше не баловались. От этого и пошло. Получу по самое не балуй.
   - Интересно, - снова хмыкнул мужчина. - И часто получала по... не балуй?
   - Бывала, - призналась Веда, вставая. - Ну так что? Идем?
   - Идем, - согласился Даниэль, вставая и предлагая руку. Облокотившись на предложенную конечность графа, они не спеша двинулись вверх по склону.
  
  
   ***
  
   - Веда! - услышали они, как только вошли в здание. - Где ты была?
   По ступенькам очень быстро спускался Эл.
   - Гуляла, - ответила, наблюдая за спуском. 'Всё-таки он очень красивый у меня мужчина', засмотрелась она на любимого.
   - Одна? Ты же знаешь, что не безопасно бродить по улицам города в одиночестве, - он уже подошел и сердито смотрел на неё. - Я попрошу тебя впредь...
   - Эл, прекрати, - перебила его Веда. Разом стряхивая с себя наваждение и забывая мысли о красоте. - Давай потом поговорим....
   - Не прекращу! Я уже миллион раз говорил тебе, чтобы одна не ходила, - он схватил её за локоть, повернулся и направился к лестнице.
   - Эл, мне больно, - запротестовала она, пытаясь разжать его пальцы и одновременно не упасть, так как шел он очень быстро.
   - Эллариан! - окликнул его Даниэль. - Может быть вы успокоитесь и не будете причинять боль леди.
   - Граф Мортен, не лезьте ни в своё дело. Мы разберемся как - нибудь сами, - очень сухо ответил Эл, останавливаясь и сверля мужчину взглядом, полным недовольства.
   - Эл, прекрати. Если у тебя не очень удачный день, не надо злость срывать на окружающих. Отпусти мою руку. Ты мне делаешь больно, - стараясь говорить спокойно, начала Веда. - Хочешь поговорить? Идем. Я и сама пойду. Нечего портить настроение окружающим, - Эл наконец разжал пальцы и Веда потирая локоть, отступила на шаг. Потом повернулась к Даниэлю.
   - Граф Мортэн, простите, пожалуйста, нас. И спасибо, что заступились, - она улыбнулась. - И до завтра. Я обязательно приду на завтрашний урок. И расскажу вам ещё об эзотерике.
   Даниэль кинул хмурый взгляд на Эла, кивнул прощаясь и не говоря ни слова ушел. Веда повернулась к Элу, который всё это время стоял молча и сверлил её недовольным взглядом.
   - Пошли, - позвала она и отправилась наверх по лестнице в выделенную ей комнату.
   В помещении Веда сразу же прошла к окну и присела на подоконник, дожидаясь, когда Эл зайдет и закроет за собой дверь. Её любимый подошел к ней, вставая рядом, молча глядя на парк, куда выходили окна комнаты. Простояв так с минуту, он прошептал.
   - Прости.
   И если бы он не говорил это над самых ухом, возможно она бы и не услышала. Веда подняла голову и посмотрела на него.
   - Объяснишь?
   - Своё поведение? - он чуть с горечью хмыкнул.
   Веда кивнула.
   - Ты права. День не удачный. И я о тебе беспокоился. И... прости, - он обнял её, заставляя положить голову на грудь.
   - Эл. Ну я же не одна. Я уверена Гор постарался и меня всегда кто-нибудь из его молодцов сопровождают.
   Эл хмыкнул ещё раз, подтверждая её выводы.
   - Видела?
   - Нет, предположила. Ты сейчас подтвердил.
   - Я подтвердил? - в голосе слышалось удивление.
   - Ты очень выразительно хмыкаешь.
   Эл улыбнулся. Веда не видел, но была в этом уверена. Просто почувствовала его улыбку. А он уже более тепло продолжил.
   - Я за тебя переживаю и... Что с тобой делал граф Мортэн? - задавая вопрос, голос у него опять похолодел.
   - Ты что, ревнуешь? - удивилась она, приподнимая голову и заглядывая в его глаза.
   - Я... нет. Но мне не приятно, что ты общаешься с мужчинами. Ты моя невеста и...
   - Эл, - она отстранилась от него и всё также смотря в глаза, продолжила. - Я общительный человек. У меня много друзей и знакомых. И общаюсь я со всеми, как с друзьями. Ты это знаешь. Мне на титулы наплевать. Если человек хороший...
   - Да знаю я...
   - Так почему задаешь глупые вопросы?
   - Мне не приятно, - отвел он взгляд, - что ты больше времени проводишь с кем-то, чем со мной. Тем более когда этот кто-то мужчина.
   - Ревнуешь, - уже утвердительно с улыбкой сказала Веда.
   - Мне не приятно, - всё ещё не глядя на неё повторил Эл.
   - Эл, посмотри на меня, - попросила она и обнимая его за шею. Он перевел взгляд сначала на её руку, нежно погладив локоть, который в холле сжимал, причиняя боль. А затем поднял взгляд и посмотрел на неё. В глазах недовольство, что его заставили признаться в своих слабостях и раскаяние, что сделал больно. - Эл, я люблю тебя. И я однолюб.
   - А твой... ? - попытался задать вопрос Эл, но Веда его перебила.
   - Его любила Энелин. Я жила её чувствами. Но её чувства остались с ней. А я... я люблю тебя. Тебя! И мне никто другой не нужен. Поверь. Я же тебя ни разу не обманывала. И не собираюсь.
   - И ты...
   - Да. Я буду дружить и дальше с близкими мне людьми и нелюдями. Эл, услышь меня. Я тебя люблю. Измен я не приемлю. И даже если весь мир будет против тебя, я буду стоять рядом, - она улыбнулась, припомнив и перефразировав поговорку, продолжила, - и подавать тебе ножи для метания. Ну и сама пару раз поучаствую.
   Эл улыбнулся её словам и наклонившись поцеловал Ведены волосы, вдыхая запах. А она продолжила.
   - Единственное, что прошу, не обрезай у меня крылья. Мою свободу. Я могу сама её тебе подарить. Но не забирай насильно, не отнимай её у меня.
   - Ты простишь меня, - прошептал он, не отнимая лица от её волос.
   - Уже. Ты же знаешь, что когда любишь, долго не можешь сердиться и прощаешь.
   - Всё? - усмехнулся Эл.
   - Почти, - она вздохнула, прижимаясь щекой к его груди, прикрыв глаза, - Я, наверное, не смогу простить предательства. А остальное, купиться, выкинется, приготовится, заштопается и склеится.
   Эл очередной раз улыбнулся её словам и ещё крепче прижал к себе.
   - Я приготовил тебе сюрприз. А тебя не была так долго. Вот я и... прости. Завтра теперь всё.
   - Завтра, так завтра, - согласилась она, уже гадая что же за сюрприз приготовлен для неё.
   - Я нашел тебе занятие. Ты же хотела быть полезной?
   Веда подняла голову и, посмотрев на Эла, заулыбалась. Кивнула. Эл наклонился и поцеловал.
   - Вот. Завтра всё узнаешь.
   - А...
   - Завтра, - перебил он Веду, подарив ещё один поцелуй.
   - Хорошо, - согласилась она, отвечая на его подарок.
  
   ***
  
   На ужин они спускались через пол часа. Эл успел сбегать к себе и принять душ. 'Мне надо успокоиться', пояснил он. Веда только улыбалась, чувствуя себя самой счастливой.
   Все уже сидели за столом. Лион с Эдинеем заговорщически переглянулись и старательно пряча улыбки, продолжили трапезу. Они с Элом заняли свои места и перед ними тут же появились тарелки с едой. Эндрей вел тихую беседу с Даниэлем, а Ирэн сидела рядом с Верой и молча ела. Вера задумчиво ковырялась в тарелке, периодически поднимая глаза на Веду и натыкаясь на внимательный карий взгляд, отводила свой, продолжая задумчивое занятие.
   - Веда, а что ты сегодня вечером делаешь? - вдруг спросил Лион, опуская на стол свой фужер с красный вином. Веда последовала его примеру, отложив на стол ложку и посмотрев на своего названного отца, ответила.
   - Планировала собрать вещи для поездки. Ну и кое-что на завтра приготовить нужно.
   - Вещи ещё успеешь собрать. Вера тебе поможет. Сегодня вечером мне нужна будет твоя помощь. После ужина я буду ждать тебя в своём кабинете.
   - Хорошо, - кивнула она, опять приступая к ужина.
   Больше её никто не беспокоил и ужин прошел тихо. На выходе из гостиной Веду остановил Эндрейн и попросил на пару слов. Эла как раз отвлек Эдиней. Посмотрев как отец с сыном что-то обсуждают, Веда решила, что пару минут любимый может побыть и без неё. Кивнув, она собралась идти за ним и обратила внимание, что Гор и Даниэль внимательно наблюдают за ними. Улыбнувшись и подмигнув мужчинам, она последовала за братом Эла. Зайдя в его кабинет, остановилась, ожидая дальнейшего развития событий.
   - Ведариэтта... - Эндрейн запнулся, - Веда. Присаживайся.
   Она молча села на предложенное кресло, даже не гадая для чего её позвали. Зачем? Всё сейчас и узнает. Эндрейн подошел к окну и не глядя на неё начал говорить.
   - Я хочу у тебя попросить прощение.
   - За что? - удивилась Веда.
   'Что ещё он натворил пока меня не было во дворце?', - задалась она вопросом. Все недоразумения ими оговорены еще в то время, когда они с Элом вернулись. Он, как и отец, попросил у нее прощение. Но в отличии от Эдинея на сближение не шел, сохраняя между ними дистанцию. Веда не настаивала, решив, что ещё не время. Она с удовольствием общалась с герцогом, который после всего случившегося принял её как родную и всячески поддерживал. Иногда даже журил сына, вставая на её сторону. Ни притворства, ни злобы она не чувствовала, наоборот, только отраду общения и отеческую заботу, поэтому с радостью отвечала будущему родственнику взаимностью.
   - Понимаешь... эта я..., - Эндрейн повернулся и посмотрел на неё, - я настоял, чтобы отец заключил эту помолвку и... я думал, что ты воспользуешься положением... то как я себя вел тогда... мне стыдно... - он отвел взгляд, отворачиваясь опять к окну, - Не знал, что так трудно будет... я хотел, чтобы ты была как можно дальше от нашей семьи... от меня... чтобы не напоминала мне о происшедшим... я эгоист, да, но... я наговорил о тебе разных вещей отцу и настоял, чтобы он заключал помолвку по всем правилам. Ронтану. А сейчас..., - он повернулся и несмотря на неё, присел на подоконник, как делала она сама.
   'Дурной пример заразителен', мимоходом улыбнулась Веда, слушая брата Эла, всё ещё не понимая, что так мучает его. 'Ну стыдно. Ну заключили. И что? Всё же поправимо. Или нет?'.
   - Сейчас графиня Мирэнда Оттарис отказывается разорвать помолвку.
   'Оттарис.... Оттарис... что-то знакомое', - меж тем размышляла Веда. - 'И она не хочет разрывать помолвку... Тааак'. Она наконец поняла почему Эндрейн так беспокойно себя ведет и не находит место.
   - И что теперь? - спросила она, смотря на его опущенные плечи и голову. Весь его образ говорит о раскаянии и сожалении.
   - Есть два выхода. Они женятся. Через пять лет разводятся. Потом вы заключаете брак. Но думаю ты не захочешь ждать пять лет, - он виновато и выжидательно посмотрел ей в глаза.
   - Какой другой вариант? - подобравшись внутренне и выпрямив спину, прямо смотря на мужчину перед собой, просила Веда. Она ожидала, что и второй вариант ей не понравится, предполагая, что Андрюсик не стал бы так нервничать, если бы все было так просто.
   - Существует древний закон. Согласно ему, если одна из сторон против, полную ронтану - помолвку, которая заключена между Элом и Мирэндой, можно расторгнуть только в двух случаях. Смерть или бесчестье одной из сторон. И как ты понимаешь умирать никто не хочет.
   - Бесчестье? - непонимание в глазах и голосе заставило Эндрейна подтвердить.
   - Да. Если одна из сторон пары будет требовать расторжение помолвки перед карамом и докажет бесчестье второй стороны. - Он замолчал, а потом вдруг тихо и быстро, словно боясь передумать, принялся пояснять, - Мы и раньше слышали о каких-то темных делишках семейства Оттарис, но не придавали этому значения. Мало ли что говорят о благородных. А тут... сейчас, когда её брат стал угрожать ... - он сглотнул, но продолжил, - По тому же закону, если одна из сторон отказывается от брака после ронтаны, но не докажет бесчестье другой, то... её признают саму бесчестной и ...
   - И? - не выдержала Веда, когда молчание затянулось.
   - Тогда Эллариан умрет. А наша семья будет покрыта позором.
   - Умрет? - спросила она, пораженно замирая и смотря в пол, но видя ничего.
   - Да. Возмездие карама найдет везде. А Эл сам от тебя не откажется. И тогда...
   - Эл знает? - В голове билась лишь одна мысль: 'Эл умрет'. Стало как-то сразу нечем дышать. Захотелось открыть окно и вдохнуть полной грудью чистого воздуха. И сквозь зарождающуюся боль Веда услышала.
   - Да.
   - Когда он узнал? - спросила она всё также безэмоционально.
   - Всегда знал. В нашей семье законам обучать начинают с малолетства.
   - У него есть шанс?
   - Возможно. Мы хотим с отцом перед тем, как ехать в Храм и просить карам, навестить некоторых людей и кое-что узнать у них о графе и его сестре.
   - Почему она не хочет...
   - А ты бы отказалась от такой выгодной партии, как племянник короля?
   - Я собираюсь это сделать, - тихо проговорила она, даже не глядя на Эндрейна. 'Если это единственный выход, я это сделаю', - решила Веда.
   - Что? - вытаращился он на нее, как на восьмое чудо света, - Что ты хочешь сделать?
   - Я могу подождать пять лет, - уверено проговорила она, подняв на маркиза Ферана взгляд. - За то с ним ничего не случится.
   - И ты спокойно будешь смотреть, как он будет жить с другой? Спать с ней? Возможно появится наследник и...
   - Хватит, - прервала она его откровения. - Ему обязательно надо будет спать с... женой?
   - В ронтанском браке нет измен. Эллариан мужчина. А у мужчин есть определенные потребности, - усмехнулся Эндрейн.
   - Ну да, - горько хмыкнула Веда, - Женщина может воздержаться и хранить верность умершему мужу, а у мужчины - потребности.
   Она вздохнула и опять отвела взгляд, смотря теперь в окно.
   - Если ваш карам так опасен для него, так как у него ничего нет предъявить этой... графине, то я на это пойду.
   - А если он не захочет к тебе возвращаться? Или не сможет? - Веда перевела непонимающий взгляд на маркиза, а он пояснил, - Если у него появится наследник, брак будет не расторжим.
   Веда прикрыла глаза. В груди заколола. Стало ещё труднее дышать, но она всё же взяла себя в руки и посмотрев на Эндрейна постаралась твердо сказать.
   - Я пойду на это.
   - Почему? - удивленно спросил брат Эла.
   - Потому что я люблю его, - не задумываясь ответила она, ничуть не покривив душой. - И пусть он будет не со мной, но живой.
   Эндрейн долго смотрел на Веду. В глазах чувства сменяли друг друга, так и не останавливаясь на каком-то одном. Решив видно что-то для себя, встав, он подошел к Веде и присев возле неё на корточки, накрыл своей рукой её ладошку, которую она неосознанно сжала в кулак, скомкав своё платье.
   - Спасибо, - тихо проговорил Эндрейн. - Прости меня.
   Говорить она не могла, а просто кивнула, продолжая смотреть сквозь него.
   - Вед, - также тихо позвал он. И дождавшись, когда Веда посмотрит на него, продолжил, - Мы с отцом сделаем всё, что от нас зависит, чтобы найти информацию и доказательства. Но я не буду привозить сюда карам, если мы не найдем. Мне самому больно, что я причиняю двум близким людям ещё больше боли, чем уже причинил, но... я не могу рисковать его жизнью. Он мой брат. Может быть всё обойдется и .... - Веда во время его монолога отвела взгляд, слушая его и только кивнула, когда он замолчал. - Прости меня. Я не знал, что всё так выйдет.
   - Эндрейн, я прощаю тебя. А сейчас могу я посидеть здесь немного? Одна, - безэмоционально попросила Веда.
   - Сиди. Только не долго. Тебя дядя ждет. Он же просил подойти после ужина к нему.
   - Да. Я помню. Десять минут и я пойду.
   - Хорошо.
   Маркиз поднялся и молча вышел из своего кабинета. А Веда закрыла глаза, откинувшись на спинку кресла, позволила слезам свободно потечь из глаз. Ей хотелось просто закричать в голос. 'Как? Как такое может быть?', но ответ не находился. 'Он будет жить', - уговаривала она себя, но сердце как будто закаменело, и невыносимая тяжесть не позволяя свободно вздохнуть. 'Всё может обойтись. Они найдут. Они смогут', успокаиваясь, говорила она себе, но тяжесть никуда не уходило. Каждый вздох давался с трудом. Последний раз всхлипнув, Веда достала платок и вытерла следы своей боли. Отыскав в неизменной, безразмерной сумке, которая была до поры до времени для всех не видима, фляжку и чашу, подарок Феофана, Хранителя Источника и Охранника Долины Каритайра, плеснула себе и залпом выпила содержимое. Она смочила платок и обтерла лицо, надеясь, что глаза не сильно покраснели от слез. Сделав вдох полной грудью, она тихо выдохнула и убрав вещи на место поднялась с кресла, намереваясь пойти и узнать, что ещё ей приготовили сегодня. Какой вираж ожидает её в кабинете короля.
  
  
   ***
  
   Эндрейн ждал в коридоре и когда она вышла обеспокоено, но в тоже время с облегчением посмотрев на неё, предложил проводить. Веда кивнула и последовала за ним.
   В кабинете уже все были в сборе. Лион тихо о чем-то переговаривался с братом. Каждый сидел на своих местах. Персивальд, советник короля, занял своё место подле кресла Лиона и тихо стоял, особо не привлекая внимания. Эл сидел на диванчике, ожидая когда она придет. Но как только они зашли, поднялся и пошел к ней навстречу. Разговоры разом смолкли.
   - Всё хорошо? - немного обеспокоено уточнил Эл. Веда кивнула, устраиваясь на диване, к которому её подвел любимый. - Что хотел Эндрейн? - она покачала головой, показывая, что не сейчас. Он понял и не стал дальше расспрашивать. А только придвинулся к ней ближе и приобнял.
   Усевшись и обведя комнату взглядом, она мимоходом отметила, что в комнате присутствует граф Мортан и Грегори. Веры с Ирэн не было. Веда посмотрела на Лиона, который уже закончил разговор с Эдинеем и немного напряженно, немного виновато смотрел на неё. Первой разговор она начинать не стала. Ей было плохо. Очень плохо от осознания услышанного от Эндрейна. Состояния безысходности не покидало. И ни как не получалось принять всё происходящее и постараться найти выход. Веда видела лишь одно решение. Она отпустит. Но принятое решение не дарила покой, не уменьшало той боли, что сейчас выедало её изнутри, образовывая пудовую пустоту в груди. Кроме того, ей казалось, что все в комнате с жалостью смотрят на неё. А жалость ей была не нужна. Ей необходимо было теплые руки любимого и его спокойно-уверенное 'Всё будет хорошо'. Но он молчал, как и все ожидая объяснений за чем всех сюда пригласили. Выпрямившись и задрав подбородок, она прямо смотрела в глаза Лиона, предоставив право первым начать разговор. Он выждал немного и вздохнув, начал.
   - Веда... мы... я хотел тебя кое о чем... - Она смотрела на названного отца и молчала, ничем не облегчая ему задачу. Уже догадываясь о чем пойдет речь, Веда меж тем, не понимала зачем здесь Даниэль с Гором. - Доченька.... прости... Эдиней, - попросил король, переведя просительный взгляд на брата. Тот вздохнул и повернулся к неё.
   - Доченька, мы хотели тебя попросить... - и тоже замолчал.
   - Отец, Веда... - начал Эндрейн, но его перебили.
   - Спой нам, - вдруг попросил Лион.
   - Спеть? - не дрогнувшим голосом спросила Веда. Казалась она была совсем неудивлена такой просьбе.
   - Да, - король откинулся на спинку кресла. Он отвел взгляд. - Ты давно не баловала нас своим голосом. Я потом... сам всё скажу.
   - Вы позвали меня сюда, отослав Веру с Ирэн подальше, чтобы я вам спела? - приподняв одну бровь в немом вопросе.
   - Да, - опять подтвердил её слова названный отец, так и не посмотрев на Веду.
   Помолчав немного, она поднялась и прошла к окну.
   - Что спеть? - решила Веда выполнить просьбу.
   - Что хочешь, - как-то устало проговорил Лион. Будущий, а возможно не состоявшийся отец, молча переводил взгляд с Лиона на неё и обратно. Всё молчали, ожидая чего-то.
   'Хотите, чтобы я спела?', - она отвернулась и смотрела в окно. Сложив руки на груди, одной она неосознанно теребила маленький серебренный крестик, который носила, как память о той, прошлой жизни. И не отдавая себе отчет запела.
   'Долгие века, ищем мы любовь по свету,
   А за нами пыль, да воронье.
   В небе облака. На кресте рука. Впереди любовь и кровью.
   В самый трудный час, только вера греет нас.
   И спасает вновь любовь.
   Любовь и смерть, добро и зло,
   Что свято, что грешно, познать нам суждено.
   Любовь и смерть, добро и зло,
   А выбрать нам дано одно...' " 2
   И все те чувства, с которыми она, как ей казалось, совладала в кабинете Эндрейна вновь нахлынули с большей силой. Веда слегка повернулась, встав в пол оборота ко всем и облокотилась на подоконник, обхватила себя руками, чувствуя озноб. Не смотря ни на кого продолжила.
   '...В поисках любви мы летим сквозь пыль столетий.
   На лету горим забыв про боль...', - прикрыв глаза, чувствуя слезы, Веда подняла лицо в потолку, стараясь не дать пролиться ни слезинки, а сама продолжала.
   '...Из холодной тьмы воскресаем мы,
   Чтобы встретить вновь любовь.
   Обгоревшим ртом спорим мы опять с Христом,
   Что же есть любовь и кровь...', - справившись с собой, она опустила голову и открыла глаза, встретившись совсем рядом с обеспокоенной и такой любимой синевой. С трудом оторвавшись от неё, Веда обвела взглядом комнату, натыкаясь на немного потрясенные взгляды, устремленные на неё. Рядом с Элом, также обеспокоено на неё смотрела карие глаза друга. Грустно улыбнувшись, она запела припев.
   '... Любовь и смерть, добро и зло,
   Что свято, что грешно, познать нам суждено.
   Любовь и смерть, добро и зло,
   А выбрать нам дано одно....', - и прикрыв глаза повторила: 'А выбрать нам дано одно'.
   В комнате воцарилась тишина. Все были погружены в себя, только синий и карий взгляды не отрываясь от её лица делились своими переживаниями. Веда ещё раз грустно им улыбнулась и оттолкнувшись от подоконника, молча направилась на выход.
   - Веда, - негромко окликнул её Эл.
   Она остановилась возле двери и повернувшись в пол оборота, посмотрела на Эла. 'Я сегодня побуду одна, а завтра всё будет хорошо. Я справлюсь', - мысленно пообещала, улыбнувшись одними губами, ободряя. Она очень старалась, чтобы улыбка была ободряющей, но чувствовала, что получается жалкой. Вздохнув и снова обведя всех взглядом, видя, что все следят за её действиями, она остановила свой взгляд на Лионе и тихо сказала.
   - Сделайте всё правильно, - а потом просто вышла из кабинета.
  
  
   Эллариан
  
  
   - Эллариан, стой, - услышал он голос отца, когда направился следом за Ведой, но не обращая ни на кого внимания, продолжил свой путь. Проход ему преградил Грегори. Хмуро посмотрев на него, Эл повернулся к Эдинею, понимая, что Гор не по собственной воле мешает ему.
   - Я должен быть с ней.
   - Нет. Оставь её. Пусть сейчас побудет одна и...
   Он почувствовал, что начал закипать.
   - Что вообще здесь происходит? - смотря на отца, потребовал он ответа.
   - Графиня Оттарис отказалась расторгнуть помолвку, - ни смотря на сына, тихо проговорил Эдиней.
   - Даже за откуп? - сухо спросил Эл успокаиваясь и понимая, что от такой суммы, какую герцог предложил за разрыв помолвки своего сына, просто так не отказываются.
   - Да.
   Эл в миг осознал последствия отказа. И тысячи чувств вперемешку с безысходность на пару секунд поглотили его. Взяв себя в руки, он посмотрел на отца.
   - Веда...
   - Да, - вместо Эдинея ответил ему брат. - Я ей всё рассказал.
   - Зачем? - со злостью спросил Эл. Теперь стало понятно состояние любимой. Её отстраненность и боль в глазах. Злость опять поднялась в нем. Хотелось крушить. Но вряд ли это помогло бы разрешить все проблемы. Он понимал, что отыгрывался на близких из-за отчаяния, но не мог справиться с той волной ярости, которая поднялась осознанием, что опять всё решают за него.
   - Я хотел попросить прощение у неё. Она спросила за что. Я рассказал, - ответил Эндрейн. Брат стоял возле отца и также не смотрел на него. И поза, и голос выражали усталость. Эндрейн поднял глаза и посмотрел на Эла. - Ты считаешь, что Веде не надо знать, что происходит?
   - Нет, - не задумываясь, ответил Эл. - Ей и так хватает переживаний. А вы...
   - Ты предпочитаешь её обманывать? - приподняв в одну бровь в легком удивлении, спросил Эндрейн.
   - Я не обманываю, - раздраженно ответил он ему. - Я...
   - Не договариваешь, - усмехнулся Даниэль. И не понятно было, что больше в его фразе: сарказма, осуждения или просто насмешки. Эл хмуро посмотрел на комментатора.
   - Эндрейн прав. Умалчивание не лучше обмана, - вступил в разговор Эдиней. - И если нам ничего не удастся найти, как ты объяснишь свою свадьбу на другой?
   - Если отец, если. Я уверен, что у вас всё получится.
   - Не будь глупцом. Как Веда говорит? Не говори гоп, пока не перепрыгнешь. Так кажется? Если до этого не было ничего, то не стоит ожидать, что по твоему желанию вдруг возьмутся и возникнут необходимые сведения.
   Эл промолчал, никак не комментируя предъявленное ему.
   - Мы с Эндрейном поедем к моему другу, в графство Вилрейн. Он обещал помочь, - меж тем продолжил его отец. - С нами поедет граф Мортен. Он тоже будет полезен. Гор... ты остаешься здесь. А ты, - Эдиней повернулся к сыну, - берешь Веду с Вероникой и едешь к нам в замок. Там и безопасней и...
   - Вы опять решаете всё...
   - Да, - перебил начинающуюся тираду Эла его отец. - Ты сейчас не отвечаешь за свои поступки. И не спорь, - видя, что он собирается протестовать, заявил Эдиней, - Сядь. Успокойся. И подумай, как лучше. И ты пойдешь, что это единственно правильное решение.
   - Тем более в свете последних событий, - подал голос Лион.
   - Что я ещё не знаю? - спросил он вздохнув, понимая, что не просто так настаивает на отъезде его отец, а дядя его поддерживает.
   - Рендам угрожал Веде.
   Эл непонимающе посмотрел на короля. Перевел взгляд на отца, затем на брата, которые также непонимающе сейчас смотрели на монарха. Лион вздохнул и продолжил.
   - Несколько дней назад люди Грегори поймали двух человек. Они должны были кое-что подбросить Веде. Припугнуть её. Среди вещей обнаружена записка, где прямым текстом указывается, что ей необходимо разорвать все отношения с тобой и покинуть в срочном порядке королевство.
   - Что они должны были передать? - сразу спросил Эдиней, пока другие переваривали услышанное.
   - Первый раз...
   - Первый раз? - переспросил отец Эла. - А был и второй?
   - Да, - подтвердил король. - Было три раза.
   - Почему мне ничего не докладывали? - строго посмотрел он на Грегори.
   - Я запретил, - ответил за Гора Лион. - Никто не знает. Вы были заняты и я...
   - Я бы попросил тебя на будущее, что касается Веды, ничего от меня не скрывать. Я тоже хочу называть её своей дочкой на законных основаниях.
   Лион тепло улыбнулся брату понимая, что слова и недовольство герцога вызваны беспокойством за свою пока еще не невестку.
   - Хорошо. Не буду. Сейчас вопрос в другом, - король обвел взглядом всех в кабинете. - Нам надо приложить все усилия, чтобы найти доказательства. Как говорит Веда: Дыма без огня не бывает. А раз ходят разговоры, то слухи не беспочвенны. И Эндрейн, - обратился Лион к племяннику, - попрошу тебя без самодеятельности.
   - Хорошо, - без протестов согласился тот.
   - Что ты рассказал Веде? - задал вопрос Эл.
   - Правду.
   - Какую? - понимая, что его брат политик и умеет манипулировать, когда ему это выгодно людьми.
   - Всю, - односложно ответили ему.
   - Какую? - повторил он вопрос.
   - Если ты хочешь узнать, рассказал я ей про Закон? Да. Рассказал. И пояснил о ронтанском браке.
   - И она согласилась ждать, - больше утвердительно, чем вопросительно сказал он скорее самому себе, смотря в сторону.
   - Да, - брат вздохнул, с грустной улыбкой и с каким-то сожалением продолжил, - она любит тебя. Сказала, что пусть уж ты будешь с другой, но живой.
   - Эллариан, сейчас ты пойдешь и... - начал отец, но Эл перебил его.
   - Позволь мне самому решать, что и когда делать, - зло проговорил он, смотря на Эдинея.
   - Мальчик мой, что с тобой? Ты ведешь себя...
   - А как мне себя вести, когда благодаря вашим стараниям я возможно лишаюсь своей любимой. А ты прекрасно сам знаешь, что не просто любимой. И...
   - Прекрати истерить, - прервал его отец. - Сядь, - приказали ему, и дождавшись, когда приказ будет исполнен, - А сейчас подумай, что ты делаешь, это нормально? - видя осознание в его глазах, Эдиней более тепло продолжил, - И ты ещё спрашиваешь, почему за тебя решается. Что с тобой происходит? Почему твоя агрессия в последнее время резко возросла?
   - Не знаю, - устало ответил Эл, проводя рукой по волосам и лицу. Злость, действительно, в последнее время, у него была частным гостем. И настроение скакало, как переменчивый весенний ветер.
   - Поэтому сейчас иди спать. Завтра поговорим. А мы пока решим, где будем еще искать доказательства.
   Эл встал и направился к двери, намереваясь зайти к Веде и просто побыть с ней. Он чувствовал, что нужен ей. Чувствовал, что так будет правильно.
   - И сын, не ходи сейчас к Веде. Дай ей побыть одной. Так лучше будет.
   Злость, успокоившаяся и дремавшая в нём, проснулась и с новой силой обрушилась на людей, находящихся сейчас в комнате.
   - Что вы из меня мальчика на побегушках делаете, - начал он закипая. - То делай, это не делай. Я как-будто сам не знаю, что можно, а что нет. Откуда ты знаешь, что и как будет лучше? И главное для кого? Для вас? Может для вас как раз лучше, чтобы мы расстались?
   - Эллариан, прекрати. Думай, что говоришь. Не городи чушь, - запротестовал Эдиней. Но Эл уже никого не слушал.
   - Опять чушь? Опять успокойся? Что же вы не подумали, когда ронтану без моего согласия заключали? Кстати, как? Насколько я знаю нужно моё добровольное согласие и моя кровь.
   Эдиней отвел взгляд и промолчал. Эл посмотрел на брата. Тот тоже молчал и не смотрел на него.
   - Так как? - допытывался он, накручивая себе ещё больше. - Или так тоже лучше было для меня? Жить с нелюбимой женщиной. Да к тому же преступницей.
   - Сын, мы не знали, - попытался достучаться до него Эдиней.
   - А сейчас знаете?
   - Эллариан. Успокойся, - обратился к нему Лион. - Давай ты пойдешь и отдохнешь. Успокоишься. А завтра соберемся и всё ещё раз обговорим.
   Эл повернулся, намереваясь уйти из этого опостылевшего ему кабинета. От туда, где его никто не понимал. Его чувства. Его и Ведены. Это только их отношения. А родственники своим вмешательством только все портят. Решают всё за них. Но он не намеревался сидеть сложа руки. 'Веду я им не отдам. Браку с Мирандой Оттарис не бывать'. Он решил, что сделает всё возможное и не возможное, но или уговорит Миранду отказаться от него, или уничтожит. Потому, что сейчас она была угрозой его счастью. А угрозу нужно уничтожать в зародыше. На задворках сознания робко проклюнулась мысль, что это не правильно. Это не выход. Как он будет смотреть в глаза любимой, зная, что совершил. Но робкий проблеск совести был задушен силовой волной злости, что сейчас бушевала в нем.
   - Что с ним происходит? - услышал он тихий голос отца, перед тем как выйти из комнаты.
   - Эдиней посмотри на его ауру. Мне одному кажется она странной?
   Дальше Эл уже никого не слушал. Он вышел, громко хлопнув дверью.
  
  
   Веда
  
  
   В коридоре Веда никто не встретила и быстро дойдя до выделенных ей покоев, закрылась в них. Подошла и улеглась на кровати, молча смотря в потолок. Сейчас внутри была пустота и ничего не хотелось. Умом она понимала, что шанс есть. Может быть Эдиней найдет какие-то доказательства. Но также понимала, что шанс этот мизерный. Так хотелось себя пожалеть. Хотелось, чтобы Эл был сейчас рядом, обнял, утешил, сказал, что всё будет хорошо. Но также она понимала, что жалостью ничего не решишь. Да и слезы себе Веда уже разрешала. Так что осталось взять себя в руки и жить дальше. Жить и надеяться на лучшее. 'Всё будет хорошо. Что не делается, всё делается к лучшему', - садясь на постели, повторила уже сказанные сегодня слова. - 'Я буду с ним... пока могу. А потом? Потом я уеду к бабе Дуси. Да! К бабе Дуси. Надо собрать вещи'. Приняв наконец решение, Веда встала и принялась собираться.
   Через минут десять из ванной комнаты вышла Вера и увидев, что делает подруга весело сообщила.
   - Мы можем сегодня пойти к бабе Дуси!
   - Нет, Вер, - не оборачиваясь и не прерывая своего занятия проговорила Веда. - Через пару дней освободится..., - она запнулась, но тут же продолжила, - Эл или еще кто и мы все вместе тогда пойдем в гости.
   - А Эл уже... освободился, - как-то через чур весело заверила её принцесса.
   - Да? - Веда всё-таки отвлеклась и посмотрела на подругу.
   - Да. Вот я за тобой и пришла. Через пять минут он будет ждать нас.
   'Освободился? Это наверное и есть его сюрприз. А может и правда сейчас уехать туда, где мне рады? Где меня любят...', - задумалась Веда, чувствуя, что если не уйдет сейчас отсюда хоть куда, то её выдержка треснет, как мыльный пузырь. Решение она приняла, но тяжесть никуда не делась. Исполнять его Веда решила начать завтра, а сегодня просто побыть, там где ей хорошо. Где можно просто быть. И чувствовать, что тебя любят.
   - Ты уже собралась? - спросила она Веру, не наблюдая у неё каких-либо вещей.
   - Да, - радостно ответила ей принцесса. Сбегала в ванную и принесла свою походную сумку. Веда, поняв всё без слов, убрала её в свою и принялась дальше укладывать вещи.
   - Ну, Веда. Ну, пожалуйста. Нас уже Эл, наверное, заждался, а ты все копошишься.
   Веда как раз складывала последние вещи в сумку, которые хотела взять с собой, а Верунчик нетерпеливо расхаживала рядом.
   - Подождет, - спокойно ответила она, заканчивая сборы и беря с собой куртку. - Пойдем.
   - Да. Давай быстрее, - Вера была через чур возбужденной и радостной. Но Веда списала это на ожидание скорой встречи с друзьями. Да и свои мысли не давали ей боле объективно посмотреть на ситуацию.
   Они вышли из дворца через черный ход и вместо конюшен, Вера повела их в сторону парка.
   - Мы куда? - меланхолично спросила она принцессу.
   - Так сказал Эл. Он нас там ждет. Мы же порталом, - не глядя на неё, ответила Вера.
   Пройдя ещё по дорожке, скрываясь от посторонних глаз, Вера остановилась возле очередного неизвестного Веде куста, на котором до сих пор не опали все листья и повернулась к ней.
   - Веда. А хочу... - начала подруга, но замолчала, увидев, что прямо к ним по дорожке направляется Ирэн Мортана. - А этой что тут надо? - тихо проворчала Вера, но Веда её услышала, хмыкнув про себя.
   - Ваше высочество, Его Величество просит вас пройти к нему. Вы сегодня пропустили дополнительное занятие и...
   - Мы уходим. Передайте Его величеству, что всё в моей комнате. А сейчас нам некогда, - и принцесса схватив за руку Веду, потянула за собой, уводя с дорожки. Так как она стояла расслаблено и не сопротивлялась, то подруга легко утянула её в сторону и потащила вглубь парка.
   - Как это уходите? - возмутилась Ирэн. - Его Величество четко дал указание привести вас к нему. - Догнав, фрейлина схватила за другую руку Веду и попыталась остановить беглянок.
   - Я папе сама всё объясню. Мы уходим, - громко и рассержено почти прокричала принцесса и вынув что-то из кармана, кинула впереди себя.
   Тут же образовалась серебристая воронка перехода.
   - Вера? - понимая, что всё не так, как ей поведали, начала Веда.
   - Мы быстро туда сходим и вернемся. Никто даже не узнает, - посмотрев на Ирэн, строго проговорила, - Если некоторые не проболтаются.
   Не найдя видно того, что искала в карих глазах своей единственной пока фрейлины, Вера переведя взгляд на неё и попросила.
   - Идем, а? - и потянула к воронке.
   - Я вас никуда не пущу, - запротестовала Ирэн и потянула Ведену руку на себя. И началось перетягивание 'репки'. В роли репки, естественно, выступала Веда.
   - Хватит, - запротестовала назначенная 'репка'. - Прекратите. Вера, успокойся. Мы никуда не идем. Отпусти меня. Ирэн, - обратилась она к сестре Даниэля, собираясь попросить её тоже отпустить, так как они остаются.
   Но принцесса не собиралась останавливаться на пол пути и через чур сильно дернула её на себя, заставляя всех по инерции протопать пару шагов к порталу, который тут же принял их в свои 'дружественные' объятия. Последнее, что увидела Веда пред тем, как накрыла тьма, испуганные глаза обеих спутниц, вцепившихся в её руки.
  
  
  
   Глава 2. 'Ба! Знакомые всё лица!'
  
  
   Веда
  
  
   Приходила Веда в себя очень медленно и тяжело. Голова болела и подташнивало. 'Видно, хорошо меня приложило', - подумала она, пытаясь открыть глаза и пошевелить руками. Глаза открывались плохо. А руки были связаны. 'Связаны?'. Не испуга, ни паники А лишь удивление. Веда всё же приоткрыла глаза и наткнулась на покрасневшие от недосыпания серые знакомые глаза.
   - Очнулась, птичка, - мерзко ухмыляясь, констатирован Януш, вставая с корточек, когда она пришла в себя.
   'А он почти не изменился', - мимоходом подумала, быстро обежав взглядом высокую, худощавую фигуру в стандартной темно-зеленной куртке торов с черными штанами и в сапогах. Только в этот раз куртка была сильно поношенной и не 'родной'. С чужого плеча. Сапоги разношенными, со стоптанными задниками, а брюки в заплатках. Пробежав взглядом по таким же косматым пепельно-русым волосам, как и при первом их знакомстве, она остановилась на самодовольной ухмылке Януша. 'Принесло же'. Веда прикрыла глаза, собираясь с мыслями.
   - Эй! - встряхнул Ян её, причиняя боль в затекших руках. - Я тебе не разрешал спать. Давай, очухивайся и поведай, как вы тут оказались.
   - По дурости, - прохрипела Веда. Сглотнув, она продолжила, - Я... одна?
   - Нет. Девки вон там. Ещё не пришли в себя.
   Веда медленно повернула голову и задрав её постаралась посмотрев в ту сторону, куда ей указали. Там действительно, рядом с таким же нечесаным бандитского вида мужиком лежали две фигуры в женских платьях. По ним она как раз и опознала: 'Вера и Ирэн. Час от часу не легче'.
   Вернув голову на место, уже сама задала вопрос.
   - Где вы нас наши? Мы где?
   - Ты что не знаешь куда шла? О, клуша. Возле Ситона. Пару часиков от него родимого. Так как вы тут оказались? А то ребята вас нашли валяющихся здесь.
   - По дурости же, говорю. Дай встать. - Веда попыталась подняться, но ей не дали, нагло положив руку на грудь, останавливая подъем.
   - Нет. Лежи тут, - бывший тор нагло заухмылялся, продолжая держать руку на груди.
   - Так холодно на земле лежать, - возмутилась она, стараясь отвлечься от боли в руках, которые затекли от неудобного положения. - Сам бы полежал, узнал бы.
   - Лежал, - как-то подозрительно спокойно прокомментировал Януш её возмущение. - Ладно. Поднимайся.
   Он убрал руку и рывком усадил её. В глазах потемнело.
   - Не гони конец.
   - Что? - не понял он видно, почему это он не должен погонять коней. И каких - таких коней.
   - Не торопись, говорю. Голова кружится.
   - Привыкай, - усмехнулся он. - Так как вы тут оказались?
   Веда прикидывала, борясь с тошнотой и головокружением, какую бы небылицу можно рассказать Яну. Но голова отказывалась 'варить'.
   - Порталом, - честно призналась она, надеясь походу повествования придумывать 'легенду'.
   - И где вы взяли кристалл портала?
   - Украли, - честно призналась Веда понимая, что Вера скорее всего взяла его без спроса. А что это, как не кража?
   - Да? - удивленно переспросил его знакомец. - И где?
   - В городе.
   - В каком?
   Веда молчала, прикидывая, стоит ли говорить про столицу.
   - Кто эти с тобой? - тем временем Яну надоело ждать ответа и он задал следующий.
   - Этим - то? - она бросила быстрый взгляд за спину и повернувшись к знакомцу, ответила, - Мои подопечные.
   - Ты в няньки нанялась? - засмеялся Януш.
   - И что? В няньках тоже хорошо. Одет, обут, сит. Знай себе, смотри только за подопечными и всё.
   - И что же ты не досмотрела? А?
   - Не мой день сегодня, - тихо ответила Веда, опустив взгляд.
   - А чей? - опять не понял он её.
   - По-ходу, твой, - вздохнула она, так и не подняв взгляд.
   - И что вы тут забыли?
   Веда устало посмотрела на Яна, понимая, что он с допросом не отстанет. Но надеялась, что возможно что-то стоящее придет ей на ум. Но пока её ожидания не оправдались. В голову ничегошеньки не приходило. Бывший тор хмуро смотрел на неё, усилено думая о чем-то.
   - Мне из тебя клещами всё тянуть?- психанул Ян.
   - Да не знаю я. Плохо мне. Дай прийти в себя. Потом поговорим. Не переношу я оказывается ваши переходы портальные.
   - Хорошо. Идем, - он дернул её вверх и поставил на ноги, придержав, чтобы она не свалилась. Руки всё ещё были связаны и Веда прикусила губу, чтобы не застонать от боли. Януш меж тем, продолжил, - Сейчас приходи в себя и к котелку...
   - Руки развяжи, - потребовала она, поворачиваясь к нему спиной.
   - Ага. А ты драпать?
   - И оставлю тебе подопечных? Котелок свой включи. Куда я в зимнем лесу подамся? Тем более, как я приведу себя в порядок и пойду готовить со связанными руками?
   Ян призадумался над последним вопросом, оглядел ее с ног до головы и вынул нож из-за пазухи.
   - Только попробуй что-то выкинуть и твои... подопечные пойдут...
   - Не пугай, - перебила она его, - пуганная. Развязывай уже.
   Он молча разрезал веревки. Веда медленно опустила руки, пару раз жала и разжала кулаки, давая возобновиться кровотоку, и стала их слегка растирать.
   - Сколько вам? - и видя непонимание в глазах Януша, пояснила. - На скольких готовить?
   - С вами десять, - был ей ответ.
   - Что готовить? - задала она вопрос, а сама не спеша двинулась к 'подопечным'.
   - Ты куда? - задался вопросом Януш.
   - Проверить как там эти кулёмы. Их тоже можно к готовке пристроить, если они очухались, - пояснила она свои действия, приседая возле Веры и проверяя её пульс. Он был. С облегчение выдохнув, она переползла к Ирэн, проведя всё те же манипуляции и удостоверилась, что с женщиной тоже все в порядке. Посмотрела на сидевшего рядом с ней разбойника. А по-другому Веда не могла назвать долговязого, бородатого мужчину, также одетого непонятно во что, в лохматой шапке на пепельных волосах. Но вот карие глаза смотрела как-то по-доброму. Даже уважительно. Или ей показалось?
   В это время сестра Даниэля слегка застонала.
   - Ирэн, как вы? - тихо обратилась она к ней.
   - Не знаю, - так же тихо ответила Ирэн. Щурясь, медленно открыла глаза, - Где мы?
   - В лесу. Не пугайтесь, но мы у разбойников, - глаза фрейлины принцессы расширились от осознания происходящего. - Не пугайтесь. Пока все хорошо. Сейчас пойдем что - нибудь приготовим им поесть, а потом подумаем как быть. Договорились?
   Ей кивнули. Приподнимаясь, она качнулась. Её поддержали мужские руки бородача с добрыми глазами.
   - Не бойтесь. Всё будет хорошо, - также тихо прошептал он Ирэн. Но Веда сидела очень близко и хорошо его расслышала. Обменявшись с подругой по несчастью непонимающими взглядами, она отползла опять к Вере, решив привести и её в сознание. Достав из кармана нашатырь, который прикупила 'на всякий случай' будучи с Элом в мире Энелин, она поднесла его в носу подруги. Вера сморщилась и закашлялась.
   - Садистка, - тихо проворчала принцесса.
   - Ещё какая. Ты даже не представляешь, - многообещающе заверила её Веда. Вера недоверчиво открыла глаза и огляделась.
   - Мы... где? - сглотнув, спросила принцесса.
   Веду так и тянула ответить в рифму, но она сдержалась.
   - В лесу. А сейчас ты встаешь, вопросов не задаешь. Молчишь и выполняешь всё, что я тебе скажу. Понятно? - уточнила она, поднимая её и придерживая, когда та покачнулась, едва не упав опять.
   - Мы... - начала опять принцесса.
   - Вер, молчишь серой мышкой. Потом всё расскажу. Ясно?
   Ей кивнули, но тут же схватились за голову. 'Похоже переход для всех прошел одинаково', - подумала она, вспоминаю своё 'пробуждение'.
   - Ирэн, вы как? Оклемались? - повернулась она к фрейлине. Та кивнула и посмотрела на бородача, придерживающего её.
   - Спасибо, - услышали они с Верой, - я могу теперь сама.
   Сестру Дана тут же отпустили. Ирэн вымучено улыбнулась и подошла к принцессе с Ведой.
   - Значит так. С тобой я потом поговорю, - она посмотрела на Веру, - нет просто времени, - и переведя взгляд на Ирэн, тихо продолжила, - Некоторые воспользовались не проверенным порталом, я так полагаю. Нас выкинуло недалеко от Ситона. Но мы не среди друзей. Поэтому молчим и случаем меня, - она опять посмотрела на Веру, - Во всем. Понятно? - подруга кивнула. - Сейчас мы идем готовить еду на всех. Вы мои подопечные. И не слова, - перебила она её, видя, что подруга хочет опять что - то спросить, - Я сказала, что всё потом. А сейчас живо к костру.
   Фрейлина только кивнула и не твердой походкой направилась куда указали. Было видно, что женщина находится в прострации. Вера опять попыталась что-то сказать, но Веда схватив её за руку, повела к костру сама.
   'Ну что мне с этой девчонкой делать? Сначала делает, а потом извиняется', - она скосила взгляд на подругу. Вера шла насупившись, но молча. Вздохнув, успокаиваясь, она тихо, так чтобы услышала только её 'подопечная', проговорила.
   - Вера мы не на прогулке. В сотый раз повторяю. Эти люди разбойники. Один из них должен был тебя похитить, но у него ничего не получилось. Как ты думаешь, он рад, что из-за нас попал в тюрьму? Из которой потом бежал. Вот и я думаю, что лучше себя вести тихо, - завершила свою речь, видя что до Веры стал доходить масштаб учиненного ею бедствия. Тем более они как раз подошли к костру.
   - Что есть? Из чего готовить? - тут же принялась расспрашивать Веда сидящего на поваленном стволе дерева ещё одного мужчину бандитской наружности.
   - А што хош, - ответили ей шепелявя, - Всё рафно нишего нет, - и заржал. 'Как конь', - подумала она, но тут же исправилась. 'Хотя нет. Простите милые коняшки, хоть мы с вами и имеем разногласия, но смеетесь, то есть, ржёте, вы гораздо лучше. Не так противно'.
   Смех разбойника подхватила ещё парочка бандитских рожь. Переглянувшись с принцессой и её фрейлиной, Веда увидела, что бородач несет им какой-то мешок и ведро полное воды.
   - Вот. Тут я на охоту ходил. Там мало, правда.
   - Спасибо, - поблагодарила она, приминая мешок с дичью. Как - то располагал мужчина к себе, хотя особо ничем и не отличался от своих собратьев. - Как вас зовут? - спросила Веда, решив обращаться за помощью к нему.
   - Вообще Рик. Но кличут Ряком. Рябой я, - усмехнулся. - Вот бороду и нашу, - ответил он на её удивленно-недоверчивый взгляд.
   И Веда поняла, что он не так стар, как хочет казаться. И проникся он к ним сочувствием. Правда не понятно по какой причине. И не игра ли это всё? Но карие глаза говорили, что нет, не игра. Веда решила довериться своим ощущениям.
   - Вы нам поможете? - очень тихо, почти одними губами спросила она и к своему удивлению получила едва различимый кивок. А затем поняла, что ощущает еле различимое тепло на внутренней стороне пальца. Веда озадачено подняла взгляд на Рика и увидела его ухмылку, которую он прятал в бороду.
   'Аааа... Так вон оно что', - стала она догадываться о причинах 'симпатии' бородача. - 'Ну тогда понятно. Надо этим воспользоваться'.
   Веда развязала мешок и заглянула туда. Там оказалось пару птиц. Её опять затошнило от вида кровавых тушек. Молча повернулась и вручила мешок шепелявому. На его озадаченный взгляд пояснила.
   - Хотите жаркое? Тогда вперед и с песней. Мы пока все подготовим, а вы тушки общипайте.
   И повернувшись потопала опять к двум девушкам озадаченно наблюдавших за её действия.
   - А что ты тут раскомандовалась? - появился вдруг из ниоткуда Януш.
   - Ты же сам сказал, чтобы еду приготовили. А разделывать тушки мы пока не можем. Нас и так после перехода тошнит. Хочешь посмотреть, что мы ели на завтрак?
   Януш молчал, но сузив глаза очень нехорошо смотрел на неё. Потом повернулся и посмотрев на шепелявого скомандовал.
   - Шелли, принеси ещё воды. А Рот тебе поможет
   'Шелли?', - удивилась Веда. - 'Кличка? Или всё-таки имя? Как девчонка... хм, хотя имена у них тут почти у всех странные'.
   Она присела у костра и вытянула руку. На пальчике блеснул подарок Эла.
   'Эл... Как ты там? Наверное уже знаешь, что я опять пропала', - Веда грустно еле заметно улыбнулась. - 'Только бы ты себе ничего не придумал. А то последнее время ты стал таким раздражительным и ...', - но додумать ей не дали. Рядом громкий закричала Вера, что Веда аж подпрыгнула от неожиданности.
   - Да что ты себе позволяешь! Убери грабли свои! Да я... да я папе всё.... Прекратите лапать меня! Руки уберите! Ты вообще знаешь, кто я?
   - И кто ты? - ухмыляясь спросил Рот, который вместе с Шелли уже принес воды и сейчас обнимал одной рукой за талию принцессу, а второй старался удержать её руки, так как Вера просто так не стояла, а размахивала ими, норовя врезать 'по первое число'. Ну или хотя бы отцепить его от себя. Шелли усмехаясь стоял рядом и поглядывал на Ирэн. Женщина стояла не жива, ни мертва и не сводила ошарашенного взгляда с Веры и Рота.
   - Рот, отпустите девушку, - заступился за Веру Ряк.
   - А мне и так нравится, - противно засмеялся тот. - Тем более, это моя добыча. Я её первый нашел. Она моя.
   - Я своя собственная. Отпусти, - перешла на ультразвук принцесса. И тут же получила наотмашь, по лицу. Крик оборвался, а Вера застыла потрясенно смотря на бандита и приложив ладошку к горящей щеке.
   - Ну что, поняла чья ты? - глумился разбойник.
   - Рот, оставь их в покое. Януш ещё ничего не решил и....
   - А мне плевать. Я хочу её, - он прижал Веру теснее к себе, делая больно, но принцесса молчала, пораженно смотря на него, - и я её получу.
   - А ты знаешь, кого сейчас ударил? - взвилась опять Вера. - Да ты вообще...
   - Ой, заткнись. Я уже понял, что цену набиваешь.
   - Да ты...
   - Я сказал, заткнись. Или еще хочешь? И так оглох от твоего ора.
   - Слышь ты, болезный на оба уха. Отпустил её, - Веда поднялась с корточек и сделал шаг к Роту.
   - А то что? - нахально ухмылка расползлась на тонких губах разбойника.
   - Можешь пожалеть, что связался, - вкрадчиво проговорила она, не сводя взгляда с его глаз.
   - Ой, да что вы сделаете? Нас семеро, а вас трое. И притом жалких дворняшек я не боюсь, - он окинул Веду оцениваю-унизительным взглядом. - Хотя ты ничего. Я тобой потом займусь, - он в очередной раз сально улыбнулся, - когда с твоей подругой закончу.
   - Руки убери. Скотина. Да я принцесса Верон..., - начала опят Вера, но её перебили.
   - Болезная она. На всю голову болезная, - вмешалась Веда, даже несмотря на Веру, а прожигая ледяным взглядом Рота. - Отпустите её. Слабых и убогих лучше не трогать. А то боженька накажет.
   - Что? Кто такую чушь выдумал? - скривился Рот.
   - Да не чушь. А не уберешь руки, будешь иметь дело с Янушем.
   - С чего это он будет вас защищать? - вступил в разговор Шелли.
   'Действительно? С чего? Надо что-то придумать', - она обернулась и быстрое поискала знакомца глазами, но не нашла и повернулась обратно.
   - А вот он придет, у него и спросите. А сейчас...
   - Ты мне не указ, - перебил её Рот. - Сказал моя! Значит моя!
   - Тебе в рифму ответить на 'твоя'? Или сам уже догадаешься и дашь нам приготовить вам ужин?
   - Ты мне тут не зубоскаль. Вас двое, вот и работайте. А я пойду с моей...
   Веда сложила руки на груди и также как он до этого окинула его оценивающий взглядом. А сама внутренне напряглась, как натянутая струна, придумывая, чем можно отпугнуть бандита.
   - Ты походу тоже с головой не дружишь, - начала она, и видя как в глазах разбойника появляется огонь злости, усмехнувшись, пояснила, выдумывая на ходу. - Я же тебе говорю, болезная она. На таблетках. Действие кончаться, начнет буянить. Слышал, что в столице волки задрали одного человека? Нет? Так вот, власти специально заявили про волков, так как папачка этой, - она кивнула на Веру, - заплатил большие деньги за это. И как только закончится действие трав и лекарств я вам не завидую.
   - Да ты врешь, - встрял Шелли, но голос его звучал как-то не уверенно.
   'Повелся? Какие-то они тут... дааа, мельчает нынче разбойник, мельчает', - промелькнула у неё в голове, вызвав легкую улыбку.
   - Да нет, Шел, - вдруг поддержал её Ряк. - Я же тебе говорил, что есть знакомый в столице. Он что-то такое рассказывал. Что были свидетели, но им заплатили за молчание и всё спихнули на волков.
   Рот медленно отпустил из захвата Веру и сделал шаг назад, не доверчиво косясь на неё. А Вера улыбнулась ему во все тридцать два зуба, стоя уперев руки в боки.
   'Ого! Видно Ряку тут безоговорочно верят. Надо же?'. Веда так и не посмотрела ни на Веру, ни на разбойника с добрыми глазами.
   - Она? Да не... она же девчонка... да не может быть..., - начал Рот.
   - Хочешь проверить? - холодно уточнила Веда. - Тогда я ей не буду давать лекарства, проверишь.
   - Нее... ты это... не надо... - струхнул он, но тут же поправился, - брехня это. Но лучше дай. На всякий случай.
   - Руки распускать не будешь? - не сдвинувшись с места спросила Вера.
   - Посмотрим, - нагло ответил он, но больше к 'буйнопомешанной' приближаться не стал.
   - Ну и я посмотрю, - поворачиваясь и намереваясь вернуться к готовке, проговорила Веда.
   - Да она тебя первую и порвет, - услышала она сзади.
   - Не порвет. Я слово заветное знаю. Меня она в бешенстве слушается, - Веда обернулась и кинула выразительный взгляд на Веру. Та стушевалась и отвела глаза. Веда мазнула взглядом Рота с Шелли, которые нерешительно переглядывались, попеременно косясь на 'буйную' и продолжила, поворачиваясь опять к костру, присаживаясь. - А вот вас.... может и не услышать. Или я не успею... кто ж её знает, что ей взбредет в следующий раз в голову.
   Через пару секунд к ней присоединилась Вера. Сначала принцесса молчала, помогая с готовкой, а затем подсела очень близко и тихо прошептала: 'Спасибо'. Веда лишь слегка кивнула и поднявшись налила в котелок воды, намереваясь заварить чай.
   С Верой они в две руки быстро приготовили ужин. Особо не старались. Но и не портили еду. Ирэн же присоединившаяся к ним всё время готовки сидела рядом молча и потрясенно наблюдала за ними. Лишь изредка переводила взгляд на Ряка, который крутился где-то поблизости, но не подходил. Веда решила её пока не трогать. Дать ей время немного прийти в себя. Сама же всё думала, что нужно сделать и как незаметно покинуть это 'гостеприимное' пристанище.
   Януш появившийся опять аккурат к ужину, больше ни сказал им не слово, но всё время поглядывал в сторону кухарок. После того, как все поели, Веда собрала грязную посуду.
   - Пошлите мыть.
   - Но... - начала Ирэн.
   - Вы хотите здесь одна остаться? - перебила она её.
   - Одна? - не поняла женщина.
   - Я Веру тут не оставлю без присмотра, - пояснила Веда и вручила посуду принцессе. - Шагом марш к речке.
   - Куда это вы направились? - услышали они голос Рота.
   - Мыть посуду, - не оборачиваясь ответила Веда. - Или сами предпочитаете возиться в холодной воде?
   Ответом ей стала тишина. Только через минуту они услышали скрипучий звук шагов по заснеженному лесу. Не прекращая двигаться, обернувшись, Веда увидела Ряка, который шел за ними с пустым ведром. Повернувшись обратно и спокойно дойдя до речушки, которую она присмотрела ещё в первое своё знакомство с окрестностями Ситона, Веда принялась мыть посуду. Вера с Ирэн присели рядом на ствол поваленного дерева и не издавая ни звука.
   - Ряк, как нам отсюда выбраться, - очень тихо спросила Веда, когда он присел рядом, набирая воды в ведро.
   - Ночью. Я могу дежурить. Но мы не спим по трое.
   - Я дам травок. Они успокоительные и от них хорошо спиться, - предложила Веда.
   - Нет. Всякие травяные сборы мы тут не пьем.
   - Вино? - предложила Веда.
   - А есть?
   - Есть, но... травки бесполезны в этом случае, - ответила она, припомнив, что успела зайти зачем-то в винотеку и купить парочку настоек. Для чего, она сама не знала, так как алкоголь не пила уже давно и придерживалась принципа - не спаивать других.
   Ряк вздохнул, поднимаясь.
   - Тогда я рискну и...
   - Не надо, - остановила его Веда. - Вы же наверное уже не первый год здесь, - она замолчала, давая ему время осознать, что именно имеет в виду, - и ради нас не стоит раскрывать конспирацию.
   - А Савик был прав, - усмехнулся также тихо, как и говорил до этого Ряк. - Умная вы. Хотя и красивая.
   Веда удивленно приподняла брови, немного смущенная его комплиментом.
   - А как одно другому мешает?
   - Ну баб... простите, женщины или умные или красивые. А тут...
   - Бред, чепуха и заблуждение. И не умная я, а образованная. В школе училась хорошо. Так какие будут предложения?
   Ряк задумался. Посмотрел на принцессу с фрейлиной, притом на последней взгляд задержал чуть дольше и опять вернулся к Веде.
   - Давайте, я ночью...
   Но договорить он не смог. Его нагло перебил волчий вой. Ряк резко повернулся в сторону разносимого по лесу воя и настороженно всмотрелся в вечерние сумерки, положив руки на рукоятку ножа, пристегнутого в поясу.
   - Что-то рановато сегодня.
   'Час от чесу не легче', - возмутилась про себя Веда. - 'И что этим волкам тут надо? Небось, ещё какие-нибудь огромные... большущие, при большущие... и...'
   'Небось! И большущие, и огромные', - раздалось веселое у неё в голове.
   'Файрут! Лапочка моя мохнатая! Ты?' - обрадовалась она, быстро поворачиваясь туда же куда смотрел Ряк.
   'Я, солнце моя ласковое', - ответил четырехлапый друг.
   'Какими судьбами? Это вы людей пугаете?'.
   'Мы', - всё так же радостно прозвучало у неё в голове. - 'За тобой мы. Нужна ты нам. А вой... так отпугивает кого не нужно. Я вижу ты не одна. Ты проводишь их?'.
   Веда оглядела своих 'подельников'.
   'А мы можем немного здесь ещё побыть? Или тебя я срочно нужна?'.
   'Могу и подождать. Но нужна срочно'.
   'Спасибо, мил чел... мил фох, облегчил задачу', - она хмыкнула, - 'помог называется'.
   'Так тебе зачем тут оставаться?' - задался логичным вопросом её приятель.
   'Не могу я Ряка подставить. Он тут, как я поняла, уже давно работает под прикрытием. А со мной Вера и Ирэн. Я не могу их оставить'.
   'И чем тебе поможет, если я подожду?'.
   'Ну.... мы типа ляжем спать, а потом под разными предлогами выйдем к тебе... хотя нас скорее всего всех вместе не пустят... блин, что делать?'.
   Веда задумалась, не обращая внимание на уже косящиеся на нее людей.
   - Веда? - позвала принцесса. - Ты чего?
   - Подожди. Не мешай. Я нам план побега готовлю, - отмахнулась от подруги Веда.
   'А если сейчас заберешь Веру с Ирэн, а потом меня?'.
   'А как ты одна тут останешься?', - в голосе фоха слышалось удивление.
   'Проще паренной репы. У меня есть фантомы. Верунчик уже готов. Ирэн сейчас смострячу. Так как? Сможешь?'.
   'Смогу. Кого первого? И куда?'.
   'В Ситон. Там у нас друзья есть. Вера знает. Просто доставь их до города и незаметно проследи, чтобы с ними ничего не случилось, пока меня не будет'.
   'Хорошо. Давай их сюда'.
   'Подожди. Не проявляйся', - поспешно попросила она, представляя реакцию окружающих на фоха, - 'Я предупрежу'.
   'Валяй', - со смехом разрешил Файрут.
   'Научила на свою голову', - шутливо поворчала Веда и посмотрела на ожидающих её людей.
   - Значит план следующий. Сейчас с моим знакомым Вера с Ирэн идут в Ситон. Он вас доставит прямо к черте города. Там Вера знает к кому нужно пойти. А я...
   - Как? Ты не можешь тут одна остаться! - тут же запротестовала принцесса. - Они же нас хватятся. Я тебя тут не оставлю.
   - Так, Вера, успокойся. И послушай меня. Помнишь, я рассказывала тебе о фохе? - Вера немного озадачено кивнула. - Так вот. Он вас проводит. И не кричать. Не нужно привлекать к нам большее внимание, чем уже привлекли.
   - Фох? - пискнула Ирэн. Веда посмотрела не неё.
   - Ирэн, прошу вас, не паникуйте. Я его хорошо знаю. Он меня слушается, - 'Да неужели?', - разделось в голове, а Веда мысленно погрозила ему кулаком, чтобы не мешал, не сбивал настрой, - Он вам ничего не сделает.
   - Но ты, - опять начала принцесса.
   - Вера, я знаю, что делаю. И скоро к вам присоединюсь.
   Подойдя к сестре Даниэля, Веда вручила ей кристалл и попросила немного его подержать, пока она возилась с планшетом. Это в разы ускорило время создания фантома. И вот перед всеми стояла точная копия Ирэн. Оригинал шокировано широко раскрытыми глазами рассматривала себя.
   - Так. Теперь твой выход, - обратилась она к Вере и запустила фантом.
   - Когда ты только успела - то? - усмехнулась подруга, знакомая уже со штучками Веда и не реагирующая так, как её фрейлина.
   - Долго ли умеючи. Так. Всё. Время.
   'Файрут', - мысленно позвала она, заставляя фантомов немного отойти в сторону.
   Пред ними проявился огромный черный волк, обнажив свои клыки в 'приветливой' улыбке.
   - Не пугай людей, - попросила она, представляя предобморочное состояние девушек, - и прекрати лыбиться. Всех в округе своей улыбкой распугал, - всё же на последнем слове, Веда улыбнулась, представив себе это. И повернувшись к своим подопечным, скомандовала. - Забирайтесь на него.
   Фох услужливо лег за землю, давая возможность забраться на него.
   - Я не... не... - замотала головой Ирэн.
   - Вы хотите обратно к разбойникам? - прекращая панику, перебила Веда женщину. - Учтите, я не смогу постоянно их убалтывать. Так что выбирайте. Или садитесь и через десять минут вы будете у друзей. Или возвращайтесь и тогда сами за себя.
   И повернувшись к принцессе, взяв ту за руку, повела к фоху.
   - А.. - начала Вера, но и ей право голоса никто не собирался давать.
   - Вера. Не начинай. Сейчас ты сядешь, одна или с Ирэн, это как она решит и поедешь в Ситон. Пойдешь к Дану и Лизе. Я вас там найду.
   - А...
   - Ночью. Я собираюсь отсюда удрать ночью. А сейчас села и поехала. Поняла? - на уговоры реально не было времени. Вера кивнула и осторожно забралась на спину Файрута. Помимо настороженности Веда увидела в глазах подруги предвкушение. 'Ребенок', - хмыкнула она, одобрительно проследив, как принцесса усаживается на свою временную 'лошадку' и повернулась к Ирэн.
   - Ну что, решили?
   Ирэн молча как-то нервно кивнула.
   - Я всё-таки фрейлина, - тихо проговорила женщина, скорее уговаривая себя, чем объясняя окружающим своё решение. Подойдя, Ирэн очень осторожно залезла на спину фоху позади принцессы. Файрут тут же поднялся, заставив вцепиться в него девушек, чтобы не упасть со спины и, повернувшись, не спеша зашагал к реке, потихоньку теряя свои очертания вместе со своим 'грузом' и растворяясь в пространстве.
   'Удачи', - мысленно пожелала им Веда и повернулась к Ряку, который всё это время стоял молчаливым столбом. В глазах застыл шок вперемешку с восторгом.
   - Пойдемте? - позвала она, собрав помытую посуду и направляя фантомов в 'их' лагерь.
   Веда отдала должное мужчине, как он держал себя всё это время. Ни испуга, ни протеста, ни вопросов. Хотя после того, как малость отошел от увиденного, было видно, что спросить он хочет о многом. Но молчал.
   - А Вера... она... - всё-таки не выдержал мужчина.
   - Да. Вера именно Она, - поняла Веда, что хотел спросить Ряк. - Но прошу...
   - Понятно. Никому, - закончил он за неё.
   Больше вопросов не было. Они молча дошли до лагеря и расположились возле костра.
   - Куда нам можно будет прилечь, - тихо спросила Ряка Веда, надеясь, что он предложит удобное во всех отношениях место для побега.
   - А вон, возле поваленных деревьев и ложитесь, - правильно поняли её вопрос.
   - Это почему? - влез в разговор Рот. - Вот возле меня и ляжете.
   - Дай нам отдохнуть. Завтра поговорим, кто с кем и когда будет спать, - отрезала Веда. Ей был неприятен именно этот человек. Уж больно нахрапистый и самовлюбленный.
   - Да кто ты...
   - Не начинай, а, - она не была настроена на разговор и быстро 'уложила' фантомов 'спать'. Сама собиралась последовать их примеру, но ей не дали.
   - Веда, иди-ка сюда, - услышала она знакомый вкрадчивый голос.
   - Что нужно? - не дружественно спросила Веда, оборачиваясь в пол оборота. Януш стоял возле Рота, который ему в пол голоса что-то выговаривал, а Шелли, стоящий там же, кивал, поддакивая. 'Шестерки', - подумала она, не сдвинувшись с места.
   - Долго мне тебя ждать? - поторопил её главарь этой шайки.
   - Что надо? - повторила она свой вопрос.
   - Поговорить надо.
   'Кому надо, пусть и говорит. Я мне и без разговоров хорошо живется', - про себя проворчала Веда, но подошла к разбойникам.
   - Говори.
   - Нет, - с какой-то хмурой решительностью проговорил Януш, схватил её за локоть и потащил за собой. - Говорить будешь ты.
   Отойдя от места ночлега на пару метров, он толкнул её на поваленное бревно и приказал.
   - Рассказывай.
   - Что? - решила пока косить под дурочку Веда.
   - Всё.
   - Всё-всё?
   - Да.
   - С чего начать? - уточнила она уже предвкушая веселья для себя.
   - С начала, - ожидаемо ответили ей. Отведя взгляд и постаравшись скрыть улыбку, Веда начала.
   - Родилась я дождливым осенним утром. Ещё не было шести утра, когда я сделала первый вздох, а через пару секунд ознаменовала своё рождение криком. В тот день....
   - Что ты несешь? - завелся с пол оборота Януш.
   - Как что? Ты же сам просил с самого начала. Вот я и начала с начала. Со своего рождения.
   - Я не это имел ввиду. Ни про это.
   - А про что?
   - Как вы тут оказались!
   - Так я же уже рассказывала. Украли...
   - Вот! Откуда? У кого украли?
   Говорить правду, что она не знает, кого обчистила Вера, Веда не могла. Так как понимала, что начнут спрашивать ту, которая этим самым занималась. А так как эта самая сейчас отсутствовала, фантомы не в счет, нужно было что-то быстро придумать.
   - Нууу... есть один дядечка. Я его лично не знаю. Но говорят жмот еще тот, - начала юлить она, - Ну а что? Жалко было дать самому? Пришлось нам взять, попользоваться.
   - И ты правда думаешь я поверю в эту чушь?
   - А что? Не поверишь? - похлопала она ресничками, на манер 'блондинке обыкновенной'. - Жалко. А я уже надеялась...
   - Хватит! - рявкнул Януш. - Где вы взяли кристалл портала?
   - В доме.
   - В каком?
   - В богатом.
   'Ну, а что? Дворец же дом? Дом. Богатый? Богатый. Я и не соврала', - утешила себя Веда.
   - Или ты мне сейчас расскажешь правду откуда у вас кристалл или я приглашу присоединиться к нашему разговору твоих 'подопечных', - выделяя последнее слово интонацией, пригрозил он. - И поверь им это не понравится.
   - Угрозы мы уже проходили, - тихо проговорила Веда, лихорадочно придумывая, чтобы такое ему наплести. Просто лечь спать не получилось, чтобы по тихому улизнуть. Поэтому она решила тянуть время. Возможно Файрут вернется и поможет или у неё самой родится толковая идея.
   - Так ты говорить будешь? - всё ещё не успокоился Януш.
   - Я и так не молчу.
   - Прекрати! - он вплотную подошел и навис над ней. - Я, кажется, внятно спросил, что вы тут делали?
   - Лежали. Вы же сами нас нашли.
   - Рот, приведи-ка мне одну из этих птичек, - начал их главарь, неотрывно смотря ей в глаза. Сглотнув, понимая, что приказ будет тут же исполнен, так как Рот осклабившись, ретива подскочил, намереваясь выполнить поручение, Веда попросила.
   - Оставь девчонок в покое. Так и быть, расскажу.
   - Кто они такие?
   - Я уже говорила. Молодая - дочка богатенького купчишко. Ирэн и я к ней приставлены. Ирэн смотрит за здоровьем и всё такое, я за всем остальным.
   - И много за такое платят? - ухмыльнутся Рот.
   - Мне хватает, - несмотря на него, ответила Веда.
   - Допустим, я тебе поверил, - продолжил Януш. - Где вы взяли кристалл и зачем он вам нужен?
   - Ты меня слышал? Девочка иногда не дружил с головой. Что хочет, то и творит. Вот и тут она свистнула где-то у отца портал. А мы все вместе попали. Ну, а вы нас нашли тут, - почти не соврала она, смотря на огонь и надеясь, что больше вопросов не последует. Надежды не оправдались.
   - Чья она дочь?
   - Имя тебе ничего не скажет.
   'Простите меня вашество, что я так нахально вас принижаю, но не рассказывать же правду', - мысленно попросила она у него прощения.
   - И всё же.
   - Ноел.
   - Странное имя.
   - Ну, какое есть.
   - Допустим. Но...
   Раздался вой, не давший Янушу закончить фразу.
   - Твои штучки? - прошипел он, зло смотря на неё.
   - С чего? Я тут. Перед тобой.
   'И что он так резко стал злым?', - подумала она и тут же позвала. - 'Файрут, ты уже вернулся?'.
   'Давно. Ждал, когда ты освободишься'.
   'Как там девочки?',
   'Всё хорошо. Они уже в доме'.
   'Спасибо', - от души поблагодарила Веда, переключая своё внимание на происходящее вокруг. А посмотреть было на что.
   Разбойники активизировались. Они стояли по краям своей маленькой полянки, вытащив ножи и зажав их в одной руке. В другой каждый взял по большой ветке и поджог её от костра.
   'Фаер-шоу для начинающих с элементами экстрима. Мда... Звери боятся огня. Логично', - мимоходом отметила она, продолжая наблюдать за происходящим.
   'Ну, ты скоро?', - услышала Веда в голове.
   'Как? Они меня окружили'.
   'О! Права ваша поговорка. Длина коса, да ум короток'.
   'Не обзывайся', - немного насупилась понимая, что решение на виду, просто она пока его не видит. - 'Подскажешь?'.
   'А сама?', - усмехнулись на её вопрос.
   'Ну сама, так сама. Значит жди', - ответила Веда. И так захотелось ей показать язык. 'И я ещё Веру ребенком называю', - пожурила себя и задумалась. - 'Что я могу сделать? Они не смотрят на меня. Но как только встану они увидят и мне не уйти. Может Ряк поможет их отвлечь?'. - Она посмотрела на мужчину. Но он так же как и все настороженно что-то высматривал в темноте. - 'Облом. Не поможет. Как бы отвлечь, чтобы они меня не увидели... не увидели... О! Не увидели!', - Веда тут же коснулась подарка Таши и растаяла на глазах у повернувшегося в этот момент к ней разбойника с добрыми глазами, напоследок улыбнувшись ему.
   'А я уже думал не догадаешься', - усмехнулся Фарут, вставая рядом с ней и давая опереться на себя.
   'Ты меня видишь?', - удивилась Веда.
   'Да. У нас одна природа', - пояснил фох.
   'Что это значит?', - но вопрос оставили без ответа. Веда решила не настаивать и задала другой, интересующий её не меньше вопрос.
   'Что с ними будет?', - перевола взгляд на поляну. Очень не хотелось, ей чтобы Ряк пострадал. Да и кто бы то ни было, люди же, хотя и оступившиеся.
   'Ничего. Попугаем до утра. А утром патруль их найдет'.
   'Спасибо', - поблагодарила она, поднимаясь и обнимая мохнатого друга за шею. - 'Ну что? Пошли?'.
   'Пошли', - согласился Файрут, давая ей возможность сесть на себя.
   'А куда мы?'.
   'Сначала в Ситон. Ты же не успокоишься, пока сама свою Веру не увидишь. А затем просили тебя в Долину доставить'.
   Веда улыбнулась, радуясь, что есть на этом свете существа, которые её хорошо знают. И главное принимают такой, какая она есть.
   'Вперед, мой верный конь. Навстречу подвигам', - решила пошутить Веда, за что удостоилась шлепка хвостом по спине и ехидной ухмылки. Но решила не обижаться. 'На обиженных воду возят. А так, пока меня саму везут'. Её мысли Файрут ни стал никак комментировать, а только ускорился, заставляя Веду немного пригнуться к его шеи и крепче обнять фоха.
  
  
   Глава 3. 'Разные неожиданности и не только'
  
  
   Веда
  
  
   - А я считаю, ты не права! - никак не хотел соглашаться с Ведой Феофан.
   - А вдруг...
   - Нет!
   Они уже час обсуждали, кто мог хотеть вреда Долине, но ни к какому-то выводу не пришли. Вернее варианты были, но то Веда критиковала предложение Духа, то он приводил доводы ошибочности её суждений.
   В Долине происходили странные вещи. То появлялись и пропадали проходы. То появлялось ощущение присутствия посторонних, но Источник молчал и Феофан не знал, что и думать. То как-будто блуждали какие-то тени, которые тоже странным образом пропадали в никуда. Как - будто их и не было. Стали сами пропадать вещи тоннай каритэ, но затем чудесным образом находится вообще в таких местах о которых никто бы и не подумал. Ночью слышались странные звуки. Но источник молчал. А Дух нервничал. Длилось это всё уже без малого одну луну. И Феофан принял решение позвать на помощь ТоннаТей-Рон. То есть Веду. Но все её идеи, после того как он ей объяснил в чем проблема, Феофан отвергал, как бредовые.
   - Полтергейст? - не зная, что еще предложить ляпнула Веда.
   - Нет. Это не он, - посмотрев укоризненно, опять не принял рабочую версию Феофан.
   - А вы знаете, что это? - удивилась она безапелляционному заявлению Духа.
   - Знаю.
   'И всё то вы знаете', - не удержалась она от мысленной шпильки в адрес Духа.
   - Знаю, - опять подтвердил он, а Веда вспомнила, что Феофан легко при желании может читать её мысли.
   - Ну я тогда не знаю. Не ваши эти темные мымры, ни шутки соседей или самих каритэ, ни проклятия, так как Источник молчит. Ни потусторонние силы. Ни...
   - Источник молчит, - опять завел свою пластинку Феофан.
   - И что? Вы хуже Верунчика. Уперты как баран.
   'Верунчик', - улыбнулась она вспоминая, как появилась на дворе дома Нанэль, ожидая, что все уже спят. Ни тут-то было! Вся братия в полном составе, а это Вера, Вир с Нанэль, Дан с Лизой и Ирэн, одетые в теплые вещи, готовились куда - то идти.
   - Ей нужна будет помощь, - тараторила Вера. - И я пойду с вами.
   - Нет, - отказался Вир. - Она отправила тебя сюда, значит ты здесь останешься.
   - Но...
   - Нет. Я один быстрее их найду. И приведу сюда. А вы живо в дом. И без истерик.
   - А я не буду тебя слушать. Я выше....
   - Ну, я бы не стала так утверждать, - проявилась для всех Веда. - И грубить старшим тоже.
   Всё молча смотрела на неё. Только тут Веда опомнилась, что вместе с ней появился для всех и фох. Повернувшись к нему, погладила по гладкой черной шерсти.
   'Хороший мой. Спасибо за помощь. Подожди немного .... ээ... в невидимом режиме. А то распугаем тут всех. Так столбами и останутся'.
   Файрут только ухмыльнулся и растворился у всех на глазах. Обернувшись к молчаливым изваяниям своих друзей, она потребовала.
   - Ну так как? Я не слышала ответа.
   - Веда, - тихо проговорила принцесса и тут же взвизгнув, бросилась к ней на шею, - Веда, Ведушка. Я так за тебя переживала.
   - И поэтому всем хамила? - прокряхтела она под натиском объятий подруги. Но улыбнулась. - Задушишь.
   - Ой, прости, - ослабив хватку, но не отпустив, Вера слегка отстранилась. - С тобой всё хорошо? Ты там одна... а они не... ой, ты же устала, да? Давай в дом. А то мы уже за тобой... а Вир не хотел... я не права, но он не хотел, а ты там одна, - тараторила принцесса.
   - Вера, успокойся. Я тут. Ничего не случилось. А теперь давай, извинись перед Виром и пошли в дом. У меня мало времени.
   Уже готовая на всё Вера, качая головой в знак согласия, тут же запротестовала.
   - Как это мало времени? Ты куда собралась?
   - По делам. А ты тут подождешь. И не спорь, - видя возмущенное лицо подруги, предостерегла она Веру. Они уже подошли ближе ко всем и теперь Веда посмотрела на собравшихся. - Всем привет. Простите, что эта егоза подняла такой переполох. Но уже всё хорошо и...
   - Веда, - отмерла Лиза и тоже кинулась на её многострадальную шею. - Мы так испугались. Ты как от туда сбежала? А этот зверь, он кто? Такой огромный и страшный. А ты...
   - Стоп, - остановила словесный поток девушки Веда. - Все вопросы в домике за чашкой чая. Или ты предпочитаешь нас тут морозить?
   - Ой, нет. Конечно. Пошлите. Тётя можно я пирожки подогрею? Там немного правда, но утром еще напечем? Хорошо? Я быстро, - и Лиза умчалась в дом, оставив разбираться со всем другим. Дан с Виром переглянувшись и разулыбались. Нанэль слегка покачала головой и с легкой улыбкой двинулась следом в дом. Одна Ирэн всё также молчаливым изваянием стояла и испугано смотрела на происходящее.
   - Ну здравствуй, горемычная, - поздоровался наконец-то с ней тор, слегка приобнимая.
   - И тебя здравия, друг мой сердечный, - также обнимая его одной рукой, так как другая всё ещё была занята принцессой, с улыбкой поздоровалась Вера. - Я так соскучилась.
   - Я тоже, - тихо ответил он ей. - Ну, пошли в дом?
   - Идем, - и повернувшись с фрейлине принцессы спросила. - Ирэн, вы с нами? Или решили закаливанием заняться и поморозить себя?
   Ирэн кивнула и как-то нервно пошла в дом.
   - Что тут произошло? - направляясь в дом, обнимаемая с двух сторон, спросила Веда.
   - Да много чего. Сейчас в домике всё и обсудим.
   - Всё хорошо? - немного встревожилась за друга.
   - Да в общем-то да. Так. По мелочи.
   Веда решила не настаивать. Тем более он сам сказал, что всё расскажет в доме. Её усадили возле камина, укутали в шерстяное одеяло и вручили чашку с ароматным травяным сбором. Поблагодарив за заботу, она приготовилась слушать. Но рассказывать никто не спешил. Все ждали от неё рассказа. Немного повредничав, Веда всё же поведала, что ушла так же как и Вера с Ирэн. Ей помог фох. А затем ей рассказали, как к ним вечером ворвались две чумазые женщины, требуя какого-то идти и спасать. Требовала правда одна. В приказном тоне. Вторая молчаливой тенью следовала за первой. Чумазая гражданка номер один устроила фирменный дебош, так как на её требования никто не прореагировал. Дана не стали звать спуститься в зал, так как он занимался с документами. Лизы не было, а никто дебоширку в лицо не знал. И если бы не появился Вир, вернувшийся аккурат к тому моменту, как Веру под белые рученьки выводили из трактира, а она верещала, что вернется и всем покажет, то неизвестно, где бы Веда сейчас искала одну почти венценосную особу и одну к ней приближенную.
   Посмотрев во время рассказа на подругу, Веда увидела, что ей стыдно. Сутулая спина, опущенный взгляд и яркий румянец выдавал Веру с головой. 'Ребенок. Эх... Как же мне научить думать перед тем, как делать что-то? Хотя, прогресс уже есть', - она улыбнулась. - 'Сейчас она не спорит. Не доказывает, что мы не правы'. Принцесса подняла всё-таки взгляд и виновато посмотрела на неё. Веда ей подмигнула и протянула руку. Веру не нужно было уговаривать дважды. Принцесса тут же сорвалась со стула и присела возле подруги.
   - Прости меня. Я очень испугалась за тебя. Переживала. Не думала, что говорю....
   - И вот зря. Ты будущее лицо государства. Ты в любой ситуации должна уметь думать головой. И не кипишить, - обнимая её тихо проговорила Веда. - А вот прощения тебе нужно не у меня просить. А у тех, кому ты наговорила всяких гадостей.
   Вера кивнула и повернувшись к остальным, начала шептать.
   - Я прошу простите меня... я не специально...
   - Вер, тебя никто не слышит, - остановила её Веда. - И даже я. Так что встань и нормально, глядя в глаза, скажи.
   Принцесса не стала спорить, а поднявшись, вздохнула и обведя всех взглядом, извинилась. И это было не просто так, для галочки. Веда чувствовала, что действительно Вера переживает и ей стыдно за свое поведение. 'А может уже перевоспитывается.... было бы не плохо. Меньше забот величеству будет с ней', - улыбнулась она про себя. А вслух сказала.
   - Ну вот и хорошо. А сейчас спать. Дан, комнату выделишь?
   - Уже всё готово. Три комнаты и...
   - Мне не надо. Я ночевать не буду.
   - Как? - удивился Дан. Недоумение читалось и на лицах остальных.
   - Мне правда по делам нужно. Утром вернусь.
   - Я с тобой, - начал Вир.
   - Нет, не надо.
   - Но...
   - Я буду не одна. И тебя туда, куда я иду, наверное, просто не пустят.
   Тор не стал спорить, но хмуро посмотрел на Веду, взглядом обещая потом спросить с неё.
   - Веда, а я... - начала принцесса.
   - Спать! - не дала ей ничего сказать подруга. - Спать. Утром решим куда направимся, обратно домой или туда куда ты рвалась.
   - Но ты... - не унималась Вера.
   - Утром. Всё утром. А сейчас спать. Вер, все устали. А меня ещё ждут. Я потом все расскажу. Так что не усложняй. Хорошо?
   - Ладно. Но ты же без нас...
   - Не брошу, не переживай. Мне потом твой же папулёк таких люлей навешает за твои проделки. Так что баюки-баю, - с улыбкой закончила Веда.
   - Доброй ночки, - принцесса ещё раз обняла её и потопала наверх в свою комнату. Ирэн молча встав, направилась за Верой.
   - Странная она какая-то, - тихо проговорил Дан, смотря в след поднявшейся фрейлине.
   - Она всё ещё в шоке. Ирэн всю жизнь прожила во дворце. Она просто не привыкла к такому. Так что не придирайся. И вообще, спасть. Это всех касается.
   Разогнав всех Веда пообещала, что к утру вернется и выйдя на улицу, позвала фоха. Он проявился сразу, без препирательств, не заставляя себя ждать.
   'Может и правда, что - то серьезное случилось?', - подумала она, садясь на Файрута и попрощавшись с Виром, который вышел её проводить, они направились в Долину.
   Сейчас в домике Хранителя в Долине шел спор, что происходит и кто же мог быть зачинщиком всего этого.
   - Ну и кто это по вашему? - в очередной раз спросила Веда.
   Очередной вздох и лаконичное.
   - Не знаю.
   - Вот! Не знаете, а спорите. Может я права?
   - Угу, - усмехнулся Шер, который всё время их разговора сидел на подоконнике и с улыбкой наблюдал за спорщиками. - Или лева.
   - Не паясничай, - скорчила она рожицу и улыбнулась. - Если предложений и идей нет, я спать. Я и так сегодня переволновалась.
   - А что такое? - поинтересовался каритэ.
   - Да так. Со старыми знакомыми пришлось пообщаться. Да ещё и моя, - Веда усмехнулась, - подопечная кхена.
   - Какая кхена? - теперь Дух был в недоумении.
   - Верунчик. У неё же мама кхена. Так что она...
   - Веда! - вдруг вскочил Феофан. - Ты точно ТоннаТей-Рон!
   Она недоуменно посмотрела на Духа. Затем перевела взгляд на каритэ и увидела, что он тоже ничего не понимает. Меж тем Хранитель Долины, соскочив со стула, начал ходить из угла в угол, что-то бормоча себе под нос.
   - Феофааан? Не хотите поделиться гениальной идеей, пришедшей в вашу светлую голову? - улыбаясь просила Веда.
   - А? - он поднял горящей, но абсолютно отсутствующий взгляд, - А, да. Иди спать. Я за тобой пришлю, - и спокойно утопал в одну из дверей.
   - И что это было? - просила она у закрытой за Духом двери.
   - Хотел бы я тоже знать, - ответил Шер, но он тоже ничего не понимал.
   Пожав плечами и решив, что сейчас бесполезно требовать объяснения, когда придет время Феофан им всё расскажет, они направились на выход. Шер доставил Веду до границы Долины, кратко поделившись, последними новостями. А ещё сверкая как медный пятак на солнце похвастался, что скоро станет папой. И это радостная новость перекрыла все волнения сегодняшнего дня и ночи. Взвизгнув не хуже Веры, Веда поздравляя повисла у друга на шеи.
   - Я так за вас рада, - щебетала она, не прекращая улыбаться. - Где сейчас Юлиана? Как чувствует себя будущая мамочка? Ты её берешь? Хотя, что это я? Конечно, бережешь.
   - Отдыхает, - отвечая улыбкой, обнимал её Шер.
   - Ладно. В следующий раз обязательно останусь у вас по-дольше.
   - Да. Мы тоже по тебе соскучились, - отпустив Веду и немного отступив, Шер попросил. - Возвращайся по-чаще.
   - Обязательно, - немного грустно пообещала она, разом возвращаясь в реальность и вспоминая последние события.
   Попрощавшись, Шер передоверил её ожидающему их Файруту, а сам, обернувшись белоснежным с синими вкраплениями тигром, убежал.
   - Подрабатываешь провожатым? - смеясь, усаживаясь на черного зверюгу спросила Веда.
   'Угу. Личным транспортным средством', - со смехом прозвучало у неё в голове.
   - И откуда ты таких слов понабрался? - не прекращая улыбаться, удивилась Веда. Радостная новость про новоявленного папашку всё ещё грела душу.
   'Так в твоей голове', - открыл он ей 'истину', начиная не спеша двигаться в сторону Ситона.
   - И что? Часто в моей голове лазаешь?
   'Да нет. Когда пускаешь'.
   - Вот ты жук.
   'Нет', - опять послышался смех в голосе, - 'Я фох'.
   - Нет. Ты жук. Или нет. Ты лис. Черный, хитрый лис.
   'А разве хитрые не рыжие?'.
   - Ты когда успел всего этого у меня в голове выискать?
   'Ну... еще тогда, когда у тебя защиты не было', - признал её мохнатый друг. - 'А теперь я слышу только то, что ты мне говоришь. Ну и когда ты сильно громко думаешь', - в голосе опять послышалась улыбка.
   - Я ж говорю, жук, - усмехнулась она и опустила голове на его мохнатую, мягкую шею. - Я малец отдохну. Ты не против? А то мне, скорее всего, спать уже не дадут.
   'Да спи. Пол часика у тебя есть. Я торопиться не буду', - разрешил ей фох.
   - А всё-таки, почему ты меня провожаешь? Шер же может...
   'Не может', - перебил её Файрут. И теперь в голосе звучала усталость. - 'Тебе, наверное, не рассказали, что помимо странных происшествий в Долине стал иссякать Источник'.
   - Как иссякать? - сон как рукой сняло. - А почему Феофан промолчал?
   'Вопрос не ко мне. Источник замолчал и ни на что не реагирует. Мои выводы Дух не слушает. Говорит, что такое бывало раньше. Пару сотен лет назад, когда Источник копил ресурсы для Открытия и Очищения. Но я чувствую, что что-то там не так', - всё это звучало в голове с какой-то усталостью и печалью.
   - А Шер? Он...
   'Он во всем слушает Духа. Он же его каритэ. Первый защитник', - Файрут фыркнул.
   - И они мне ничего не рассказали, - рассуждала она вслух. - И хотят чтобы я им помогла. Мда... ладно, подумаю на досуге. Кстати. А скажи-ка мне друг мой мохнатый, Духу или каритэ страшны кхены?
   'С чего вопрос?' - удивился фох.
   - Нет. Вы точно все тут евреи, - засмеялась Веда. - Да, так. Что-то Феофан всполошился, когда я про кхену заикнулась.
   'Да нет', - подумав, выдал ответ Файрут. - 'У них разные магические потоки. По силе приблизительно равны. Но друг другу они не мешают. Особо не дружат. Но не мешают. Долина и Заповедник, это... почти одно и тоже. Только Долина один из энергетических Источников, поддерживающих Жизнь на Сантиме. А Заповедник, скорее ближе к ... как бы сказать?... к Месту Силы, для межмировых переходов'.
   - Межмировых? - удивилась Веда.
   'Да', - медленно шагая по заснеженному лесу, продолжил свои объяснения фох. - 'Они же из другого мира пришли сюда. Их привела Богиня. Вот проход и остался'.
   - И они могут его открывать?
   'Ну, по идее, да. Но как оно на самом деле, никто кроме них не знает'.
   - Ясно, - опустила опять голову на мягкий мех фоха и прикрыла глаза, думая над полученной информацией. - Что же тогда так всполошила Феофана?
   Пока она думала, они благополучно миновали лес и вошли в город. Ситон еще спал и поэтому ни одна живая душа по пути им не встретилась. Оставив Веду возле дома и попрощавшись с ней, фох счастливо оскалившись на прощание, растворился в предрассветных сумерках, а она мысленно пожелав ему удачи, направилась в трактир, очень надеясь, что хотя пару часиков у неё есть. И ей дадут поспать.
  
  
   Эллариан
  
  
   - Ваше Величество, их нет, - услышал Эл взволнованный голос Олава.
   Они сидели в малой гостиной. Когда туда пришел он, там собрались все. Все, кроме его любимой и принцессы. Сердце тревожно заныло, но усилием воли он отбросил нехорошие предчувствия. 'Ей нужно побыть одной', - оправдывал он себя, так как послушался отца и не пошел к Веде. - 'Сейчас она придет и мы поговорим'.
   Обведя всех Эл отметил, что его брат с отсутствующим взглядом сидел в кресле, так и не переодевшись к ужину, и просто пил одно из своих коллекционных вин. Дядя с отцом о чём-то не громко переговаривались, тоже не отказывая себе в аперитиве. Персивальд, как обычно, стоял молчаливой тенью возле короля. А граф Мортен с графом Хаусас находились возле одного из окон и в пол голоса что-то обсуждали. На его появление почти никто не обратил внимание. Уточнив у брата, где Веда с Верой и получив ответ, что за ними послали, он уселся на ближайший диван и стал ждать. Параллельно он думал, почему всё так. И вот теперь голос с нотками паники вывел его из задумчивости.
   - Что значит нет? - пока не повышая голоса, поинтересовался монарх.
   - Ни Её Высочества, ни фрейлины принцессы, ни вашей, - Олав сглотнул, - приемной дочери нет в их комнатах. А на постели принцессы нашли вот это, - он протянул королю сложенный в четверо листок бумаги.
   Дядя Эла молча взял листок и пробежав взглядом, передал брату. Эдиней тоже быстро ознакомившись с содержанием послания и перевел взгляд на брата, приподняв одну брось в немом удивлении.
   - Не знаю, - ответил на молчаливый вопрос король. - Я ей ничего не давал. Может Веда?
   - Что Веда? - спросил Эл, так как ничего пока не понял из реплик родственников.
   - Они ушли, - вздохнув, пояснил Лион. - Вероника оставила записку, что они с Ведой ушли к Дусее. Вернуться через пару дней.
   - Как ушли? - Эл почувствовал раздражение. - Веда мне обещала, что никуда не уйдет. Они подождут пару дней и потом мы вместе пойдет погостить к...
   - Ну ушла и ушла, - перебил его брат. - Радуйся. Отдохнете друг от друга. - всё это Эндрейн говорил не смотря ни на кого. И создавалось впечатление, что он разговаривает сам собой.
   - Сын. Тебе на сегодня хватит, - начал герцог.
   - Да нет. Я только начал, - хохотнул его сын.
   - А я сказал, хватит, - твердо повторил Эдиней. Брат хмуро посмотрел на отца и ни слова не говоря, став, направился из комнаты.
   - А где Ирэн тогда? - спросил Даниэль Мортан.
   - Её тоже нет в её комнате, - подал голос Олав. - Разложены на кровати вещи для ужина и писчие принадлежности на столе. Но ни в парке, ни во дворце её нет.
   - А не могла ваша Веда вместе с Верой прихватить и сестренку графа? - веселился остановившийся возле двери маркиз. - А что? Надо же девочкам отдохнуть от...
   - Эндрейн! - громко перебил его отец.
   - Ну, Эндрейн. И что?
   - Да ты пьян? - отец изумленно и в тоже время хмуро смотрел на сына.
   - Ну пьян. И что? - стоя с глупой улыбкой и стараясь сфокусировать взгляд на ком-нибудь, брат Эла бубнил. - Что выпить нельзя? Вон, некоторые пьют и ничего. А я выпил, понимаете, - он посмотрел на руки, загибая пальцы, продолжил, - одну, две.. ну, три бутылочки. Что нельзя? - Эндрейн отвлекся от разглядывания своих пальцев, поднял голову, - Может у меня этот, как его... - он пощелкал пальцами, - О! Траур. Во!
   - И по кому у тебя траур, позволь узнать? - продолжая хмуро смотреть на сына, спросил Эдиней.
   - Можно, - разрешил его сын. - Позволяю.
   И замолчал, вероятно ожидая, когда у него спросят ещё раз о причине пьянства. Но в комнате стояла тишина и присутствующие не спешили расспросить его. Эндрейн вздохнул. Пожал плечами и повернувшись пошел к двери. Никто его не остановил и мужчина спокойно, в полной тишине, покинул малую гостиную.
   - Так, куда пропали принцесса с Ведой? И может ли моя сестра быть с ними? - нарушил тишину Даниэль.
   Эла полоснула по слуху, как граф Его Веду называет по имени. Но он промолчал, слушая, что отвечает король.
   - Девочки ушли в гости к Дусеи, - начал Лион. - А вот где Ирэн... Они вроде бы не особо дружны? - уточнил монарх.
   - Они не ... конфликтовали, но и не были так дружны как ваши дочери.
   - Мда... интересно, - начал Лион. - Может быть мне тоже в гости к Дусеи наведаться. На пару часиков.
   - А кто будет... - начал его брат, но даже не дослушав, что хочет спросить герцог, король его перебил.
   - А вы мне на что? - он поднялся. - Я на пару часиков. Вечером вернусь.
   - Я с тобой, - встал Эл, намереваясь пойти с дядей и узнать, почему Веда не сдержала слова и ушла без него. Умом он понимал, что лучше не ходить. Они опять поругаются, но очень хотел её увидеть. 'Я буду молчать', - говорил он себе. Хотя сам в это не верил.
   - Нет, Эллариан, - дядя был непреклонен. - Ты останешься и поможешь отцу с...
   - Дядя. Позволь мне самому решать, когда...
   - Я сказал нет! Ты здесь нужен, - и было это сказано очень жестко и властно, что Эл решил подчиниться воли короля. Он кивнул и сел на место. - Вот и славно. Брат, старшего не трогай. Пусть проспится. Займитесь договором. Перси вам поможет.
   - Ваше... - начал советник, но тоже был жестко перебит.
   - Я пойду один. Проверю всё ли у них в порядке. Вернусь вечером. Так что все за работу. К ужину буду.
   И Лион ушел, оставив еще больше вопросов от своего поведения и требований, чем таинственная записка Веры.
   - Ну, все всё слышали? - вставая, начал его отец. - Пойдемте в кабинет, обсудим договор перед нашим отъездом.
   - Я... - начал опять Эл, но Эдиней, так же твердо, как до этого его брат, не дал ему ничего сказать и почти приказал.
   - Живо в кабинет. Там поговорим.
   Эллариан поджал губы и промолчал. Внутри плескалось раздражение вперемежку с обреченность. 'Да что такое происходит? Один напивается. Другие рычат. Третьи...', - он глянул на графа Мортена, - 'Как всё раздражает. Съездить бы в... лицо этому ...', - он выдохнул. - 'Успокоиться. Веда вернется и мы поговорим. Сейчас я успокоюсь и пойду работать. А вечером поговорим', - убеждал он себя, но внутри что-то не давало расслабиться. Что-то тревожило и не отпускало.
   Они вчетвером разместились в кабинете отца и уже минут десять молча изучали документ, когда в него буквально вбежал Лион.
   - Их там нет, - с порога заявил король.
   - Кого? - не понял его брат.
   - Их. Их нет у Дусеи. Они там не появлялись.
   В кабинете повисла почти мертвая тишина. Присутствующие пытались осознать случившееся. И только настенные часики, подарок возможной будущей дочери свекру из иного мира, тихо тикали, отсчитывая секунды.
  
  
   Веда
  
  
   - Ну раз все сыты, хотелось бы узнать, как вы сюда попали? - спросил Вир, обводя взглядом гостей уютного трактира Нанэль.
   Они сидели в небольшой комнате на втором этаже и завтракали. В общий зал решили не спускаться, поэтому не боялись быть услышанными посторонними. Дан с Лизой с интересом смотрели на друзей. Нанэль, сидевшая рядом с Виром, встала, собираясь убрать со стола. Но тор её остановил, предлагая посидеть ещё немного. Ирэн, как обычно, сохраняла молчание, но была уже меньше напряжена, чем вчера. Веда посмотрела на подругу выжидательно, так как сама была не в курсе 'воровской операции' принцессы. Вера же слегка покраснев и опустив взгляд тихо начала.
   - Я так соскучилась по бабе Дуси. И мне так надоело жить в... - она запнулась, но вспомнив, что тут все свои, продолжила, - во дворце. Надоело делать все по расписанию. Надоело выполнять то, что я не хочу. Надоел весь этот этикет, правила и... я понимаю, что мне придется всё это выучить и соблюдать, но... я хотела отдохнуть от всего пару дней... Я захотела туда, где мне было хорошо. Захотела к друзьям. И я не могла ждать еще пару дней, как ты меня просила, - подруга подняла виноватый взгляд на Веду, - Прости. Но мне нужно было оттуда уйти. И я взяла кристалл портала у Перси. Ещё в детстве я подглядела где он их держит. Проверила. Ничего не поменялось. Я пришла к тебе, а там ты... не своя была... и мне стыдно, но я воспользовалась положением. Ты не задавала особо вопросы, а я... я думала, открою портал и мы окажемся у бабы Дуси. Там друзья. Там не надо быть кем-то. Нас там любят такими, какие мы есть. А мне это нужно очень! Я знаю, ты меня любишь. Но у тебя своя жизнь, свои проблемы и на меня, именно на меня, а не на уроки и всё такое, не хватает времени, - принцесса взахлеб рассказывала то, что у неё накопилось за всё это время, как будто боялась, что ей не дадут высказаться, а по щекам текли слёзы. У Веды сжалось сердце. 'Верушка', всей душой потянулась она к ней, а принцесса продолжала. - Я эгоистка, да... Знаю, ты скоро уйдешь, - Вера всхлипнула, - Но кто я такая, чтобы держать тебя возле себя... Прости, прости меня. Я не подумала, что кристалл может нас привести куда-то не туда. Я вообще кроме как о том, как уйти из дворца, ни о чём не думала. Я ... прости...
   - Вера, - не выдержала Веда, обнимая рядом сидящую подругу. - Солнышко моё. Ну как ты могла подумать, что я тебя брошу? После всего, что мы пережили. Ты навсегда в моём сердечке. И я всегда буду рядом, когда тебе это будет нужно... Глупышка. Ни один другой человек не изменит моей любви к тебе, - она гладила принцессу по спине, а та уже не пытаясь остановиться плакала у неё на плече. Вир взглядом указал присутствующим на дверь и они, ни слова не говоря всё вышли, оставив девушек вдвоём. - Какую бы ты глупость не сделала, если это можно исправить, я всегда помогу тебе. Потом, конечно, настучу тебе по тыковке-маковке, так, в профилактических целях, - Вера усмехнулась через слезы, - чтобы начала головой думать, а ни нижними девяносто. Но я буду рядом. Ты же мне больше, чем подруга. И я люблю тебя.
   - Ты простишь меня? - робко спросила принцесса.
   - А куда я денусь, - со вздохом призналась Веда. - Но нагоняй ты получишь. Правда я ещё не решила...
   - Я согласна, - отстраняясь и перебивая её, воскликнула Вера. - Я согласна на всё, только прости мня. И не уходи сейчас. Я знаю, у тебя что-то случилось, а я даже не поинтересовалась что. Может я могу тебе помочь? Я попрошу папу. Он мне не откажет. Правда. Он поможет...
   - Глупышка, - опять обнимая Веру и прижимая к себе, со светлой грустью улыбнулась Веда. - Он в курсе. И пока даже он не может помочь.
   - Всё так серьезно? - не отнимая головы от плеча подруги, спросила принцесса.
   - И да, и нет, - она вздохнула и призналась. - Элу придется жениться на другой, если не найдутся какие-то доказательства невозможности этого.
   - Как? - отстранившись и пораженно смотря на неё, спросила Вера.
   - Давай потом. Сейчас не хочу об этом.
   - Ладно, - уже подруга обнимала её, гладя по спине. - Да. А тут ещё я со своими баранами.
   - А почему баранами? - усмехнулась Веда.
   - Я тараканов не люблю.
   - Ааа... помню, как ты визжала, когда Лео тебе жука на стол кинул.
   - И ничего смешного, - фыркнула подруга.
   - Нет. Было смешно, - хохотнула она, вспоминая эту сценку из их прошлого. - Ладно, - начала она, отстраняясь от Веры и поднимаясь. - Пошли, успокоим наших радушных хозяев. Надо ещё во дворец весточку послать.
   - Да. Ты права. Папа будет переживать.
   - И не только папа, - уже спускаясь по лестнице, переговаривались они.
   - Угу. От Эла мы точно получим, - заулыбалась принцесса.
   - Ага. Притом обе. Ты, что берешь не своё. А я, что тебя не проконтролировала.
   - Больше не буду.
   - Ты сама в это веришь? - посмотрев на Веру, спросила Веда. Та только улыбнулась и отвела взгляд. 'Ребенок', - вздохнула она и продолжила спускаться.
   - Интересно, а почему лес? - вдруг задалась вопросом Вера.
   - Ну, тут всё просто. Перси, советник короля. Все структуры контролирует он. Должен быть в курсе всего. А как получить оперативно информацию? Правильно. Шпионская сеть у него большая, я так думаю. Вот и пути дороги, выходы и входы такие как кристаллы-порталы у него под рукой. Почему только у него это в свободном доступе лежит не понятно.
   - Нууу... не совсем в свободном, - Веда посмотрела на принцессу, приподняв удивленно бровь и та призналась. - Я могу снимать его магическую защиту. Папа мне подарил одну штуку. Для защиты. Ну, она еще и...
   - Вскрывать магические замки может, - закончила она на Веру. - Эх ты, Соня золотая ручка. Надеюсь, карьеру домушника ты не собираешься продолжить?
   - Нет, - завертела головой в отрицательном жесте подруга.
   - Вот и славно. Теперь нам надо вернуться во дворец, - но видя как тут же потух взгляд Веры, уточнила, - или подумать, как попасть к бабе Дуси.
   Вера заулыбалась и кинулась к ней на шею.
   - Спасибо, спасибо, спасибо.
   - Задушишь оглохнувшую от твоего крика подругу.
   - А мы тебя откачаем, - смеясь, отстранилась Вера от неё.
   - Идем уж, доктор Айболит, - и они направились искать всех, чтобы решить животрепещущий вопрос. 'Что делать?'.
  
   ***
  
   - Вот такие вот пироги, - закончила рассказ Веда.
   Все собрались на их полянке за домом и сидели за столом, слушая об их приключениях. Веда была рада, что поддалась Вере и они не вернулись ко двору, а воспользовавшись кристаллом Карыча, всё же направились в гости к своим друзьям.
   Когда попрощавшись с друзьями в Ситоне, отговорив Вира с Даном идти с ними, они появились на дворе у Дусеи, их ждали. И ждала их... взбучка. Получили они по первое число. Притом обе. Одной Ирэн особо не досталось. Фрейлина стояла столбом и хлопая широко раскрытыми глазами, наблюдала как по двору с полотенцем в руках за двумя дочерьми одной венценосной личности бегает высокий, темноволосый, синеглазый парень и не стесняясь в выражениях, с серьезным лицом раздает 'плюшки'. Слова 'паразитки', 'вражины' и не понятное 'Сталина на вас нет', ввергли её в шок и Ирэн не предпринимала абсолютно ничего, чтобы прекратить это безобразие. А паразитки и вражины бегали от него крича, что они больше не будут, но всё это делалось с улыбками и совсем не верилось, что они это серьезно. Понарезав круги по двору, девушки переглянувшись, рванули в разные стороны. Парень остановился, не зная за кем бежать. Кинул полотенце на землю.
   - Пфу на вас. Всё. Профилактика закончена. Идите обниматься, - он повернулся к Веде, раскрыв руки для объятий. Веда тут же подлетела к нему. За ней подошла Вера. Он прижал обеих к себе и чмокнул в макушки. - Я соскучился.
   - Мы тоже, - ответила за них двоих Веда.
   - Ага. Видим, как ты соскучился, - потирая пятую точку, по которой всё-таки прошлось его полотенце. Он заулыбался.
   - Заслужили. Нефиг было уходить не понятно куда, да ещё никому ничего не говоря.
   - Я сказала, - запротестовала Вера, но тут же под укоризненным взглядом друга поправилась. - Я записку оставила.
   - Ага. Оставила. Написала, что сюда пошли, а сами появились только через сутки. Лион там места себе не находит.
   - Он был здесь? - Вера отстранилась и с удивлением посмотрела на него.
   - А как ты думаешь? Он же за вас переживает. Ещё вон и девушку умыкнули. Она бедная наверное от вас в шоке, - все посмотрели на Ирэн, которая присела на крыльце домика и облокотившись на перила, слушала их разговор. - Довели человека. Ладно. Пойдем. Освежитесь и за стол. Чай будем пить и всё нам расскажите.
   - Да. Поволновались мы за вас, - услышали они и повернулись на знакомый, любимый голос.
   - Баба Дуся, - полетела к ней Вера. Веда переглянувшись с Карычем, стояли и с улыбками наблюдали, как очередная жертва обнимашек принцессы, пытается не задохнуться от силы объятия.
   - Вера, силушка у тебя ого-го. По умерь пыл.
   - Ой, прости, - принцесса тут же отстранилась, но объятия не разомкнула. - Я так по вам соскучилась.
   - Мы тоже всегда рады видеть вас. Только так больше не делайте. Тут твой папа такой переполох поднял.
   - Не будем, - почти клятвенно заверила Вера Дусею и опять с улыбкой прижала её к себе.
   - Ну, полноте, полноте. Идемте чай пить, - хотя было видно, что бабушка рада их видеть.
   - Угу, - буркнула принцесса и полетела за домик.
   - Ребенок, - покачала головой знахарка и посмотрев на Веду, распахнула свои объятия. Её дважды приглашать не нужно было. Оказавшись в теплых и родных объятиях, она чуть не расплакалась. - Ну, успокойся радость моя. Всё хорошо будет. Я знаю. А сейчас представляйте мне ваше попутчицу и правда идемте. Чай стынет.
   - Это Ирэн, - повернувшись к девушке, которая уже встала и молча ждала, когда на неё обратят внимание. - Она фрейлина Веры. Ну и наша коллега по несчастью.
   - По какому? - удивился Карыч.
   - Оказаться не там, когда нашему ураганчику приспичило прийти к вам в гости.
   Присутствующие улыбнулись. Даже Ирэн позволила себе легкую робкую улыбку. И все отправились за домик, где их ждали Маруська с Лео и горячий чай.
   И вот сейчас, выслушав их, Карыч обнимал Веду, а она расслабившись откинулась на его плечо. Вера сидела рядом с Лео, который так же как Карыч, приобнял принцессу. Ирэн присела возле Веры, но сидела прямо и украдкой наблюдала за всеми.
   - Ну вы и кулёмы, - вынес свой вердикт Лео.
   - От такого слышу. Кстати, а где Мара? - поинтересовалась Вера, задрав голову и посмотрев в его глаза.
   - Она дома, - вздохнув, ответил Лео.
   - А почему ты тут? Нет, я рада тебя видеть, но просто, почему ты тут, а она там?
   - Её оборот идет очень тяжело и нам.... рекомендовали пока побыть отдельно. Но через пару дней я её увижу, - разулыбался он, потрепав принцессу по голове. Подняв взгляд он поймал радостный взгляд Веды, которая отвечала такой же счастливой улыбкой, как и у него.
   - На свадьбу позовешь? - хитро спросила Вера.
   - Нет, - также с улыбкой ответил он, - Малявок и малолетних преступниц не приглашаем.
   - Совсем - совсем? Или есть надежда? - продолжая хитро улыбаться, ничуть не обиделась принцесса.
   - Нуу... надо подумать, - он обвел взглядом всех присутствующих за столом и опять посмотрел на Веру. - Ладно. Приглашу я криминальные элементы к себе на свадьбу. Но с условием, - поднял он указательный палец перед лицом принцессы, видя, как загорелись в предвкушении её глаза. - Без фанатизма, дорогих подарков и глупых розыгрышей. Понятно?
   Вера быстро, быстро закивала, довольная, что её пригласили на торжество. Но по огонькам в глазах было видно, что она что-то задумала. И предупреждения Лео хоть и были приняты к сведению, но 'сюрприз' она уже готовит.
   - Ребенок, - вздохнул он, ероша волосы принцессы, понимая как влип.
   - Да, я такая, - заверила его Вера. - Но я всё равно тебя люблю. - А потом перевела взгляд на собравшихся за столом. - Я вас всех люблю. И простите меня, пожалуйста, что доставляла вам столько хлопот.
   - Заметьте, - встрял Карыч, - она просит прощение, только за то что делала. При этом, что нас ещё ждет и будет ли проситься за это прощение, не известно.
   Все разулыбались. И Веде стало вдруг хорошо и светло на душе. Она смотрела на любимые и родные лица, которые сейчас находились здесь и радовались вместе с ней, и почувствовала, что со всем справится. Та тяжесть и боль, что в тески взяла её сердце в кабинете у Эндрейна, понемногу стала отпускать. Веда смогла вздохнуть полной грудью и пообещать себе, что у неё всё получиться. Она справится. Они с Элом справятся.
  
  
   Лион
  
  
   - Они объявились у Дусеи, - сообщил Лион, заходя в свой кабинет. Ему только что передала это сообщение сама Фёорта и он немного успокоился. Попросив приглядеть несколько дней за ними и направился делиться хорошими новостями с остальными.
   Четыре пары глаз посмотрела на него. И если в трех из них король увидел облегчение, то в четвертых он заметил и ещё кое-что.
   - Эл, мальчик мой, что случилось?
   - Всё хорошо, дядя, - невозмутимо ответил его племянник и отвернулся.
   - Да? Хорошо, - он прошел и сел в своё кресло. - Тогда займемся делом. Брат, как Эндрейн?
   - Спит, - кратко, без пояснений ответил Эдиней.
   - Хорошо. Когда проснется, поедите в горы. Там вас ждут. Ну, а дальше ты сам знаешь, что делать. Даниэль, - повернулся он к графу. - Ты едешь с герцогом. Это очень важно. Нужно найти... - король быстро кинул взгляд на Эллариана и продолжил, - сделать всё возможное и не возможное, чтобы графиня отказалась от этого брака.
   - Я понимаю. И со своей стороны сделаю, - граф запнулся на секунду, но Лион заметил это, так как смотрел на него, - всё, чтобы освободить графа Эрлейна от ненавистной ему помолвки.
   - Хорошо, - вздохнул король и не смотря больше ни на кого, обратился уже к советнику, - Всё готово?
   - Да. Они могу выезжать уже через час.
   - Нет. Мы поедем сегодня ближе к вечеру, - пояснил его брат.
   - Тогда все свободны. Эллариан, останься, пожалуйста, - попросил Лион, когда собравшиеся поднялись и стали покидать кабинет. Эл сел обратно, а король в очередной раз оглядел его, отмечая странность не только в поведении, но и в оболочке, которая окутывала всё его тело, давая дополнительную защиту. Это особенность их рода ни раз защищала их от магических атак, воздействий и вмешательств. Лион прошел по узору защиты. Посмотрел на ауру. Всё вроде бы было так, как обычно. Но что-то не давало ему покоя. Но вот, что именно, он ни как не мог понять.
   - Мальчик мой, что с тобой происходит? - не стал он ходить вокруг да около.
   - Со мной всё в порядке, - буркнул 'мальчик'.
   - Не ври мне. С тобой уже который день что-то творится. И не надо мне говорить, а твоей помолвке, - перебил он так и не родившееся возражение племянника. - Это с тобой происходит уже давно. Я же вижу.
   Эл долго молчал, пристально смотря ему в глаза, а потом отводя взгляд, признался.
   - Я не знаю. Это началось на второй день после нашего возвращения. Приступы необъяснимой агрессии, злобы, раздражения. Настроение скачет верх и вниз, как мячик, который дети бьют об пол. Только когда Веда со мной мне легче. А в течение дня... я иной раз не контролирую себя. Поэтому не хочу, пока... не хочу, чтобы Веда меня видела таким. Но всё равно не получается. Вчера накричал на неё, когда она пришла с прогулки. Я знаю где и с кем она, но всё равно, готов... - он поднял взгляд на короля и спросил. - Что со мной?
   - Не знаю, - честно признался Лион. - Но я узнаю. Слово главы рода. А сейчас иди и отдохни. Вечером закончим с договором. А потом заберешь, как и планировали девочек и отвезешь их к Рейгане. Мать твоя о них позаботится. Побудь пару дней с ними. Твой отец с братом уже должен будет вернуться. Посмотрим, что они найдут.
   Эллариан встал и вышел. А Лион надолго задумался. Где-то он что-то слышал. Но мысль каждый раз ускользала от него. Он никак не мог понять, что из рассказанного его смущает.
   В дверь тихо постучали и вошел Перси.
   - Всё слышал? - советник только кивнул. - Тебе это что-то говорит?
   - Мне кажется, что я уже о чем-то таком слышал. Но не могу вспомнить.
   - Вот и я тоже, - Лион откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. - Что же мы упускаем из вида?
   - Я посмотрю в семейном архиве.
   - Хорошо, Перси. А я покопаюсь в нашем.
   Секунд десять в кабинете стояла тишина.
   - Ладно. Что у нас дальше по плану? - садясь опять ровно, Лион выжидательно посмотрел на своего советника.
   - Встреча с послом от кхенов. И затем подписание договора и....
   - Чтоб им сладко было, - в сердцах по-сокрушался король, параллельно вспомнив, кому обязан таким словечком. Улыбнулся. - Ладно. Давай посмотрим, что тут осталось.
   И монарх со своим помощником приступили к свои непосредственным обязанностям: сохранению мира между двумя разными расами.
  
  
   Веда
  
  
   - Веда. У меня для тебя подарок, - услышала она, когда все разбрелись, а она осталась помогать Маруськи убирать со тола.
   Лео убежал первым, заявив, что у него дела. Правда не сказал какие. Но Веда предположила, что раз скоро свадьба, то жених тоже не сидит без дела. А тут он только потому, что ему плохо без Мары. И вот так их волчонок отвлекается от грустных мыслей, раз не может пока быть с невестой. Вера вместе с Ирэн и Дусеей ушли в деревню. От помощи Веды отказались. Принцесса заявила, что может и сама помочь. Кроме того, она дано всех 'наших' не видела и вызвалась помочь бабе Дуси с обходом. Кого это 'наших' её подруга не уточняла, но и так было понятно, что принцессе не терпится посмотреть, что же изменилось тут пока их не было. Ирэн не захотела оставлять Веронику без присмотра. А знахарка не отказалась от двух помощниц. Правда, чем они могли помочь бабе Дуси, Веда не знала, но возражать не стала. С Марыськой они быстро прибрались и уселись за стол просто посплетничать о своем, о девичьем.
   - Какой? - отвлеклась она от рассказа подруги о её свидании с соседским парнем.
   - Идем. Увидишь.
   Не споря, Веда поднялась, переглянувшись с Маруськой. И обе девушки устремились за Карычем. Он привел их в старую комнату Веды. Там на столике, рядом с орудием их экспериментов лежали её солнцезащитные очки, пару блокнотов с карандашами и несколько кристаллов, над которыми они с другом колдовали, пытаясь сделать из них солнечные батарейки.
   - Вот, - гордо заявил Карыч и взяв, передал ей солнцезащитные очки.
   - Ээм.. спасибо. Я как раз думала, что солнце сильное. Моих очков мне не доставало, - немного озадачено проговорила она, принимая 'подарок'. Друг улыбнулся и спросил.
   - Где твой планшет?
   - Тут, - Веда похлопала по своей безмерной сумки, которая проявлялась только, когда ей нужно было что-то оттуда достать или положить.
   - Доставай.
   - Хорошо, - безропотно выполнила она его просьбу.
   - Запусти какой-нибудь фантом, - попросил Карыч.
   Особо не раздумывая, Веда выпустила свой фантом, пустив 'погулять' его во двор и посмотрела на пернатого друга.
   - Одевай очки, - дал он очередное указание. Веда одела и удивленно уставилась на две разными картинками в очках. В одном стекле был Карыч, который с улыбкой стоял напротив и наблюдал за ней. В другом картинка двора. Но видеть его она не могла, так как стояла, во-первых, в своей комнате. А, во-вторых, спиной к двери. Повернувшись и подтвердив свои выводы, Веда заулыбалась.
   - Да. Теперь ты можешь через своих фантомов всё видеть и находиться там, где находятся они.
   - Находиться? - не поняла она, снимая очки.
   - Да. Помнишь, ты рассказывала, что у вас есть игры. Три Дэ, вроде, - Веда кивнула. - Ну так вот, если запустить вот тут и тут, - он указал где именно на очках нужно что запускать, - то ты спокойно можешь 'играть' в фантоме.
   - Здорово! - Веда тут же одела очки и запустила 'программу'. И сразу же оказалась во дворе. Повернувшись, она наблюдала, как из её подсобки выглядывает Маруська и машет ей рукой.
   - Марусь, ты руками мне машешь? - спросила она, проверяя, действительно ли это так. Подруга кивнула и тут же рядом с собой она услышала.
   - Да. Проверяю всё ли нормально работает.
   - А как им управлять? - озадачилась Веда.
   - Просто подумай и иди, - ответил ей Карыч.
   И её фантом двинулся к ним. Легко и свободно, как будто это она сама идет. Фантом подошел к двери её комнаты и попытался открыть дверь.
   - Руками не махай, - услышала она смех пернатого, - Всё равно не откроешь.
   - То есть? - озадачилась Веда. Пока она видела только дверь, находясь в фантоме, но Карыча слышала хорошо, так как он стоял рядом.
   - Ну это же просто картинка. Мы смогли с тобой по подсказке бабы Дуси уплотнить их. Но сами фантомы ничего не могу делать.
   - А если ещё поэкспериментировать?
   - Как?
   - Ну... мы же смогли их уплотнить при помощи кристаллов? А что если при помощи их и ещё чего-то дать возможность им, вот, к примеру, открывать дверь? Или что-то в руках держать? - пока Веда говорила, она направила свой фантом к речке, проверяя дальность действия своего своеобразного 'пульта управления'.
   - И что ты предлагаешь? - услышала она вопрос Карыча.
   - Не знаю. Ну, можно попробовать внести в него, в фантом мой, часть меня.
   - Часть тебя? - теперь не понял друг.
   - Что самое просто, что я могу почти без болезненно отдать? Волосы, ногти... что ещё? О! Кровь! Точно! Есть же магия на крови? Вот давай поэкспериментируем с моей кровью. Внесем его в кристалл и посмотрим, поможет это нам или нет.
   - Откуда такие мысли? - вроде бы как ругая, проговорил Карыч, но в голосе не было осуждения. 'Он сам заинтересовался', - решила Веда, так как лица его не видела. Она сейчас находилась на реке и рассматривала там всё.
   - Да так... просто подумалось...
   - Привет, Веда, - услышала она и обернулась. Перед ней стоял Дарио. Улыбнувшись, она раскрыла объятия.
   - Здравствуй, друг мой вездесущий.
   - Ну, не такой я все знающий, - улыбнулся он в ответ и... прошел сквозь неё.
   - Что? - на лице читалось не понимание и неверие.
   - Спокойно, - тут же затараторила Веда, припомнив слова из одного любимого мультика: 'Спокойствие, только спокойствие. Дело-то житейское'. - Всё хорошо. Я жива и здорова. И нахожусь сейчас в своей комнате. А это очередной эксперимент Карыча.
   - Почему сразу мой? - возмутился рядом друг.
   - Не мешай мне успокаивать чел... духа, - ответила она ему, продолжая улыбаться для Дарио.
   - Экспериментаторы, - фыркнул дух и направился к ним.
   А Веда отключила фантом и сняла очки.
   - Займемся пока мы тут?
   - Конечно, - поддержал её идею Карыч, забирая у неё очки и выходя из комнаты уже полностью погруженный воплощением нового проекта.
   Девушки переглянулись и направились за ним. Во дворе их уже ждал Дарио. Он раскрыл объятия и Веда тут же поспешила к нему.
   - Привет, еще раз, радость моя, - проговорил он ей в макушку, обнимая и прижимая к себе.
   - Я тоже по тебе соскучилась, - также прижимая его к себе, отозвалась Веда. - Ты правда не распознал фантом? - тихонько поинтересовалась Веда.
   - Сразу нет. Но потом посмотрел повнимательней и увидел, что оболочка пуста.
   - А...
   - Мне кто-нибудь будет помогать? - услышали они ворчливый, но больше нетерпеливый голос Карыча.
   - Не дождешься, - ответил ему Дарио, отпуская Веду. - Я её сто лет не видел. А ты...
   - Как тебе не стыдно, мой возраст всем выдавать, - смеясь пожурила она друга.
   - Тут все свои. Так что можно, - также с улыбкой парировал он, за что получил легкий удар ладошкой и ему погрозили пальцем. Он улыбнулся и подозвав Маруську, направил всю троицу творить очередной шедевр магическо - инженерной мысли.
   К вечеру, когда домочадцы с гостями вернулись, очки были уже готовы и успешно прошли все испытания. Теперь при помощи фантомов Веда могла не только открывать двери, видеть и слышать, что говорят за километр, дальше они не заходили, но и держать мелкие предметы в руках. И ей не надо было двигаться самой. Просто подумать и фантом делал всё за неё.
   Счастливо расцеловав Карыча и Маруську с Дарио за компанию, Веда бережно убрала очки и предложила организовать сегодня танцы. Идею поддержали. И когда к ним пожаловал гость, то он попал в самую гущу веселья.
  
  
   Эллариан
  
  
   - Нет. Нет. И нет, - протестовала принцесса. - Я не для того из дома убегала, чтобы меня закрывали в очередном замке. Я хочу побыть тут. Я по друзьям соскучилась. Я... да просто нет. Никуда я не поеду.
   - Вера, успокойся, - в очередной раз пыталась утихомирить её Веда. - Эл нас не забирает прямо сейчас, - она посмотрела на него и увидев легкий кивок, продолжила. - Мы немного тут погостим и поедем к нему домой. Ты же меня не бросишь на растерзание?
   - Тебя? - не поняла Вера.
   - Ну да. У меня будет первое знакомство с ... - Веда запнулась, но почти тут же продолжила, - с родственниками Эла. Так что мне нужна будет поддержка.
   - Да они хорошие, - вступилась и за своих родственников принцесса.
   - Вот. Ты и будешь их поддерживать тоже.
   - А их зачем? - опять озадачилась подруга его любимой.
   - Ну как? А вдруг я что отчебучу? И им нужно будет объяснить, что это нервное. А вообще я белая и пушистая.
   Все присутствующие за столом на полянке улыбнулись. Они уже с пол часа наблюдали сцену: 'Никуда не поеду!'. Но Веда находила такие доводы, что постепенно протесты принцессы сошли на нет и они договорились побыть тут пару дней, а затем отправиться в замок герцога Элгейского.
   Когда Эл прибыл сюда, тут полным ходом шли танцы. И сначала его никто не увидел. Ну, это он так думал. Но неизменная троица - стражей этого места сразу распознала прибывшего и спокойно наблюдала, что будет дальше. А дальше, Эл подождал окончания очередного танца, полюбовавшись, как Веда танцует с Дарио и подошел к ним.
   - Эл, - улыбнулась она ему и сделала шаг вперед. Но остановилась, стирая радость с лица. - Злишься?
   - Уже нет, - тихо ответил он, протягивая ей руку. Улыбка снова появилась на лице и Веда без возражений прильнула к нему, обнимая также крепко, как и Эл её. - Почему вы не дождались меня?
   - Эл, это я виновата, - услышал он голос Веры, но оборачиваться не стал, продолжая обнимать Веду, зарывшись носом в её волосы.
   - Потом расскажешь, - попросил он оставить их вдвоем. Вера тут же удалилась, уводя за собой и Дарио. А Веда, подняв голову и посмотрев на него, предложила.
   - Пойдем в заводь?
   Он кивнул и они ушли. На берегу тихо шуршала речка, отражая луну в своих водах. А на скамейках были разложены, предусмотрительно оставленные кем-то одеяла. Усевшись, так и не разомкнув объятий, они просто молчали. Веда положила голову ему на плечо, а он просто отдыхал, прижимая к себе и вдыхая её запах.
   - Простишь? - тихо спросила она, положив руку ему на грудь в район сердца. - Мы не специально. Так просто получилось.
   - Уже простил, - он вздохнул. - Сразу было желание найти и надавать так, чтобы сидеть долго не могли. Обе. - он усмехнулся. - Но поразмыслив, пришел к выводу, что ты бы не стала просто так нарушать данное слово. Поэтому решил для начала узнать, что произошло, а потом уже... - Эл опять вздохнул и попросил. - Расскажешь, что произошло?
   И Веда рассказала. Не очень вдаваясь в подробности, обходя острые углы, она поведала об их приключениях и попросила сильно не ругать Веру. Эл пообещал сдержаться и сильно не ругать, если она подарит ему поцелуй.
   Обозвав его шантажистом, Веда приступила к исполнению условий. К обоюдному удовольствию этот процесс затянулся и легкое покашливание духа не сразу их вернуло к действительности.
   - Вас там заждались, - пояснил Дарио. - Вера уже собралась идти сюда и выяснить почему вас так долго нет, - он хитро подмигнул Элу и повернувшись исчез, оставив парочку успокаиваться и приводить себя в порядок.
   Переглянувшись, обозрев поле деятельности своих губ и рук, а вернее расстегнутую одежду, взлохмаченные волосы, слегка припухшие губы и раскрасневшиеся лица, Веда рассмеялась, уткнувшись ему в шею. Эл тоже улыбнулся.
   - Хороши же мы сейчас.
   - Мда, - откликнулся он. - Зато всё всем понятно. И лишних вопросов не будет, - поправляя на Веде одежду, заявил Эл.
   - Ты думаешь? - скептически осматривая свою работу по приведению его рубашки в опрятный вид, спросила Веда. - По-моему у Веры всегда буду вопросы. Даже если очевидное будет у неё перед глазами, - она улыбнулась, а он в очередной раз засмотрелся на неё, счастливо улыбаясь в ответ и тихо радуясь, что Веда сейчас с ним.
   - Люблю тебя, - прошептал Эл, чувствуя, как тепло разливается в груди от одной лишь ответной нежной улыбки и тихого: 'Люблю тебя'.
   И Веда сама приподнялась и нежно поцеловала его.
   - Но сейчас нам надо идти.
   - Надо, - вставая за ней, но так и не отпуская её руку, как будто боясь, что Веда исчезнет, если их руки разомкнуться. Она не протестовала. Наоборот, доверчиво прижалась к нему.
   - Ты простишь меня? - вдруг спросил Эл.
   - За что? - спросила она, останавливаясь и смотря на него.
   - За отца, - ответил он, и ту же понял свою ошибку. Только что Веда обнимала его и нежно улыбалась, а в следующую секунды, напряглась, становясь натянутой струной. Улыбка спала с лица, а в глазах потух огонь. - Прости, я дурак. - он остановился и опять обнял её. - Мы справимся. Верь мне. Я не откажусь от тебя. Мне никто больше не нужен. Слышишь? И ты не исчезай. Ты самое важное, что есть у меня. Я не знаю, что тебе наговорил Эндрейн, но... просто верь мне.
   - Хорошо, - тихо проговорила Веда, обнимая его в ответ. И он выдохнул, немного расслабляясь и молясь богине, чтобы у отца с братом получилось и они нашли то, за чем поехали.
   - Мы ту переночуем, а завтра или послезавтра поедем к нам домой. Дядя сказал забрать вас к себе. Мама о вас позаботится, - стал он пояснять, возобновляя их возвращение к остальным, на ходу осматривая всё ли они привели в порядок. Но почувствовав, как опять напряглась любимая, решил её отвлечь и попросил. - Помоги уговорить Веру. Она, наверное, сейчас представление на тему 'Никуда не поеду' устроит. - он хмыкнул, но уже серьезно продолжил. - И ничего не бойся. Я рядом... Поможешь? - переспросил он, поцеловав её в макушку.
   Вздохнув, Веда кинула, а Эл улыбнулся. 'Глупенькая. Ты обязательно понравишься маме', - но в слух это не успел сказать. Они вышли к ожидающим их на полянке.
   И он оказался прав. Сейчас, после того, как он объявил дальнейшие их планы, принцесса устроила показательно выступление и даже Веде пришлось приложить немало усилий, чтобы утихомирить Её Высочество.
   - Ладно, - нехотя согласилась Вера. - Но мы там будем не долго. И сможем на выходные вернуться сюда. - поставила принцесса условия.
   - Посмотрим, - улыбнулась его любимая.
   - На что смотреть будешь? - усмехнулась, присаживаясь Вера, так как все это время ходила из стороны в сторону, отказываясь соглашаться на поездку к нему домой.
   - На твоё хорошее поведение, - с улыбкой пояснила Веда, смотря в глаза принцессе. Та покраснела и отвела взгляд.
   - Ладно. Смотрите, - смирилась она и вздохнув попросила. - Только сильно не рассматривайте. А то увидите что-нибудь такое, потом доказывай, что вам показалось.
   Всё присутствующие разулыбались. И было решено идти спать. Никто особо не возражал. Карыч с Марыськой пошли к себе. Принцессе и Ирэн постелили в доме. Дусея предложила и ему, место хватало, но он отказался. Эл просто зашел в комнатку Веды и молча, под недоуменным взглядом любимой, которая уже легла спать, разделся и лег рядом с ней.
   - Мы просто поспим вместе и всё, - пояснил он свои действия.
   - Лучше бы поприставал, - усмехнулась Веда, поворачиваясь на бок, позволяя обнять себя и прижать в нему.
   - Всё будет, - тихо проговорил Эл, зарывшись лицом в её волосы, - верь мне. Всё у нас будет.
   Он сам повторял эти слова про себя, заставляя верить в это. А Веда положила ладошку поверх его ладони, переплетя пальцы и тихо-тихо, едва слышно на уровне слуха прошептала.
   - Я стараюсь.
  
  
   Глава 4. Знакомство с ... или оно мне надо?
  
  
   Веда
  
  
   - Мама, позволь представить тебе виконтессу Ведариэтту Велтэр, - знакомил её любимый с герцогиней Элгейской.
   Веда же не знала, как справится с нервозностью. 'Ну не девочка вроде? Откуда такая реакция?'. Она кивнула, даже не подумав сделать реверанс или ещё что-то, продолжая смотреть на Рейгану Элгейскую. Эл, кажется, говорил о чём-то, но Веда уже его не слушала.
   Всё ее внимание было уделено женщине, стоящей на невысокой, в две ступеньки, площадке перед домом. Сначала её привлекли хрустальные странной спиралевидной формы серьги. Они делали два оборота и заканчивались красивым хвостиком. И Веде они даже понравились. Но серьги были простые. Она бы сказала, что такие сережки легко могли носить у нее на работе на земле, но ни как герцогиня. Потом она посмотрела на саму мать Эллариана.
   Её можно было назвать красавицей. Довольно молодая. Синие глаза смотрели цепко и выжидательно. 'Это у них семейное', - хмыкнула она про себя, продолжая осмотр. Светлые волосы не тронутые сединой были уложены в элегантную прическу. Темно-зеленое из дорогой ткани платье, с длинными рукавами и юбкой в пол, квадратным вырезом по вороту, по краям украшенному кружевом, смотрелось очень стильно, придавая дополнительный шарм этой леди.
   Рядом с ней, в темно-синем платье такого же покроя, стояла её копия, только намного младше. 'Мираэлла', - поняла Веда. И в подтверждении её выводов Эл представил ей сестру. Кивнув друг другу, она увидела, что на лице девушки играет улыбка. И ей озорно подмигнули. Робко улыбнувшись в ответ, Веда перевела опять взгляд на Рейгану.
   - Приветствуем вас, виконтесса. И добро пожаловать, - и хоть сказано это было негромким приятным голосом, но так, что Веде показалось, если бы не Эл, им точно дали бы отворот поворот.
   - Спасибо, герцогиня. Надеюсь мы не доставили вам беспокойство своим визитом?
   - Ну что вы. Вы желанный гость в моём доме.
   'Ага. Сто лет бы ваши глаза меня не видели', - пробурчала про себя она, не забывая улыбаться. 'Блин, всё как у нас... противно'. Она сразу поняла, что мать Эла не довольна их приездом. А вернее выбором сына. И она даже где-то её понимала. Невеста, вроде как, у сына уже есть. А тут она. Но сам факт, что даже не узнав её, герцогиня сделала свои выводы, немного расстроил. 'А они с Эдинеем и Эндрейном не родственники случай? Неа?', - подбодрила себя шуткой Веда. - 'А то история повторяется'. Хмыкнув, она огляделась. Замок выл красив. Не такой как дворец у Лиона или Тинея, но впечатление тоже создавал. Высокий, в этажей пять, с башенками вокруг основного здания, просторной площадью и огромным садом. А еще подсобные помещение, как предположила Веда, за ним имеются.
   Когда они переходом вышли возле замка, то Веда пораженно остановилась, осматриваясь. Больше всего её поразило, что тут было лето. Поняв её удивление, Эл пояснил, что дом родителей находится в заповеднике и тут всегда тепло. Как у кхенов. И пообещал, что у них дома её тоже ждет сюрприз. Правда на уговоры не поддался, не рассказал какой.
   - Мама, может уже пригласишь в дом? - ворвался в её мысли голос любимого. Веда вернула внимание герцогине.
   - Да. Конечно. Проходите. Комнаты уже готовы.
   И Рейгана грациозно вплыла в дом, оставив всех на крыльце. Эл улыбнулся ей и предложил свою руку. Веда послала ответную, но немного вымученную улыбку и приняв предложение, почувствовала, как её ладошку слегка сжали в знаке поддержки.
   - Всё будет хорошо.
   Она слегка кивнула и стала подниматься вместе с ним по ступенькам. Мираэлла вместе с матерью не зашла, а дождалась, когда они поднимутся и пошла рядом. Веда прошла в холл и остановилась, рассматривая помещение. Высокий, просторный. По центру лестница, раздваивающаяся и уходящая в разные стороны вверх. Пару огромных окон, щедро впускающие свет в помещение, а витражи на пролете лестниц на втором этаже добавляли краски. Мебель же завершала впечатление достатка хозяев и показывала их отменный вкус. Ничего лишнего, но смотрелось великолепно. Веде очень понравилось как ту все устроено. 'Какие же тогда их комнаты?', - подумалось ей.
   - Красиво, да? - тихо и мелодично спросила Мираэлла.
   - Да, - кивнув, согласилась она, не отвлекаясь от рассматривания.
   - Вот отдохнете, я вам ещё кое-что покажу. Вот там настоящая красота.
   Веда посмотрела на девушку и искренне ей улыбнулась. Сестричка Эла понравилась ей ещё по рассказам любимого. Теперь же её выводы подтверждались поведением девушки. Ну не чувствовала она, что с ней играют или претворяются.
   - Спасибо.
   - Да не за что. А кто это с вами приехал?
   - Мои подруги, - не стала она пока никак представлять Веру с Ирэн.
   Ещё у бабы Дуси они договорились, что Эллариан везет к себе домой виконтессу и её подруг. Зачем такая конспирация? Так захотела Вероника. Она решила побыть просто компаньонкой виконтессы. Это давало ей больше свободы от правил. И никто не стал спорить. Но Эл потребовал чтобы принцесса во всем слушалась его и Веду. И Вера согласилась. Конечно, была вероятность, что Рейгана узнает племянницу, но она её давно не видела. Да к тому же особо сейчас не рассматривала. Поэтому обошлось. На Ирэн герцогиня вообще не оборотила внимания, всецело уделив его Веде.
   Выделенные комнаты тоже радовали светлостью и простором, а мебель была удобной и не громоздкой. В целом дом родителей Эла ей пока нравился. В своих комнатах гости освежились и привели себя в порядок. Вера самолично выбирала платье для подруги, а Ирэн помогла с прической. А заодно попросила прощение за своё поведение во дворце. Подруги переглянувшись и непонимающе уставились на фрейлину, а она стала пояснять.
   - Я вам завидовала, - начала Ирэн. - Вы, Ваше Высочество, молоды. У вас всё впереди. А вы, Ведариэтта, хотя и не такая юнная, как принцесса, но... вы только появились, а вам подарили виконтество. У вас богатый и красивый жених. И главное он вас любит. А я... - она замолчала. Веда не торопила её, давая время принять окончательное решение и выговориться. Глазами показала, чтобы и Вера молчала. Та села рядом и с комментариями не лезла. Помолчав какое-то время, не поднимая глаз, фрейлина продолжила. - Меня почти у алтаря бросил жених. Он сбежал с моей подругой. Это потом я узнала, что они с самого начала... что ни какой любви не было. Был спор и была я. Дурочка, на которую спорили. Вернее спорили, что я влюблюсь и .... так и вышло. С тех пор я не верю в любовь. Я отказалась от подруг. И всё было понятно и привычно. Простые правила. Этикет. Протокол. И никаких чувств. И вот появились вы. - Ирэн посмотрела на Веду. - Вы помогаете друг другу. Заботитесь, оберегаете принцессу. Сначала я думала, что из - за её положения. Но потом поняла, что ошибаюсь. Вы действительно любите эту девчонку. И она отвечает вам взаимностью. А я... я хотела чтобы меня также любили. Также заботились и ничего не требовали взамен. И я стала отыгрываться на вас за то, что меня когда-то обидели. Обидели не вы, но я... - на опять опустила взгляд. - А вы не бросили там, в лесу. Заступились. И потом в доме ваших друзей. Они по доброму отнеслись ко мне. А у вашей бабушки так вообще приняли как родную. И мне стыдно. Я же... простите ли вы когда-нибудь меня? - Ирэн подняла полные слез глаза, - мне правда стыдно и очень жаль, что ...
   - Ирэн, - поддавшись порыву, взяла в руки её ладошки и слегка сжала их. - Поверьте, этому ребенку, - указав головой на Веру, - нужна дисциплина. И я очень рада, что есть кто-то кто может немного её приструнить, заставив делать то, что нужно. А не только то, что ей хочется. Заставить вызубрить все правила, чтобы Лиону на всяких мероприятиях не было стыдно за дочь. И не дуйся, - обращаясь уже к принцессе, видя как она насупилась, пояснила Веда свои слова. - Ты знаешь, что твоя импульсивность иногда очень разрушительна. - и возвращая внимание фрейлине, продолжила. - Я на вас не обижаюсь. Да и Вера тоже, я думаю, - и видя легкую улыбку на лице сестры Дана поняла, что Вера закивала на её слова. - Так вот. Главное, что вы поняли, что мы вам не враги. Что есть и дружба, и любовь. Просто вам не попадались такие люди. Не повезло с самого начала и вы закрылись. А теперь видите, что зря. И мы с радостью примем вас в ряды наших друзей, - с улыбкой пообещала она фрейлине.
   - Правда?
   - Конечно. Вы же должны знать все тайны принцессы, чтобы когда нужно шантажировать её, требуя ответственности и хорошего поведения. А кто кроме друзей может вам все поведать? - также с улыбкой спросила она, видя такую же улыбку у Ирэн. - Вот и хорошо. Союзника по воспитанию этой егозы я нашла. Так что могу быть спокойна. И давайте уже на ты. А то мне, как и принцессе, во дворце уже надоел весь этот протокол. А ещё тут нужно из себя виконтессу строить.
   - Давайте, - согласилась Ирэн. - Но только когда...
   - Мы наедине, - закончила за неё Вера. - Это всё понятно. Я тоже не против иметь в фрейлинах подругу, а не грымзу. Уж извините, - развела она руки, поймав укоризненный взгляд от Веды, - но на правду не обижаются.
   - Вот видишь с чем нам придется работать? - приобнимая принцессу, обратилась она к Ирэн.
   - Запущенный случай, - ответила та ей, убирая расческу на место, слегка улыбаясь.
   - Не то слово.
   - Эээ... это что, заговор против моего величества за моей же спиной, моими же подругами?
   - Конечно. А как ты хотела? Во дворце все против всех устраивают заговоры. Вот мы решили не отставать, - заверила принцессу Веда.
   - Самый настоящий заговор? - уточнила Вера, прищурив глаза.
   - Самый, при самый, - подтвердила Ирэн, с улыбкой смотря, как дурачатся её подопечные и уже, наверное, подруги.
   - Ну тогда ладно. Будет всё по взрослому. Настоящая принцесса. Настоящий заговор. Настоящие подругу, - и Вера протянула руку фрейлине. Ирэн робко протянула свою. Веда же положила свою ладошку сверху.
   - Ну что, мои верные Вевери, - начала принцесса.
   - Кто? - улыбнулась фрейлина, уже предполагая что услышит.
   - Ну, мы Вера, Веда, Ирэн. Ве-Ве-Ир не звучит. А Ве-Ве-Ри звучит.
   - Ребенок, - в два голоса переглянувшись, одновременно сказали Веда с Ирэн и рассмеялись.
   - Ладно, Веверка, - поднимаясь, потянув за собой принцессу, начала Веда, - Пошлите накормим нас. А потом Мираэлла обещала экскурсию устроить по замку. Интересно же что и где здесь.
   И как раз в это время в дверь постучали. А вошедшая после разрешения девушка пригласила всех в обеденную залу, сообщив, что их ожидают. Не заставляя себя упрашивать, Вевери направились обедать.
  
   ***
  
   - А давайте, завтра пойдем на речку? - повергнув некоторых присутствующих в легкое недоумение, предложила Вера.
   - Зачем? - удивилась Мираэлла.
   - Как зачем? Купаться, - не менее остальных удивилась принцесса вопросу.
   - Но... как купаться?
   - Молча. Но можно с песнями, - заулыбалась Вероника.
   - Вер, не пугай людей своими идеями, - подала голос Ирэн. - Это у бабушки вы можете купаться, когда хотите, а тут просто так пойти на речку не выйдет. Не положено. И...
   - Да ладно. Мы никому не скажем. Ну Веееда, - заканючила подруга, повернувшись к названной сестре, - заступись за меня. Они тут все против бедненькой меня. Туда не ходи, сюда не ходи...
   - Снег башка попадет, совсем мертвой будешь, - засмеялась Веда.
   Они уже третий день пребывали в замке герцога Элгейского. Веру представили всем баронессой Верейной Габсбургской. Ну, а что уже придуманному раз имени пропадать? Ирэн же осталась графиней Мортэн. На недоуменный взгляд герцогини, что делает графиня вместе с баронессой и виконтессой, та просто пояснила, что они подруги детства. Рейгана ничего не сказала, но по взгляду Веда видела, что такую дружбу она не одобряет.
   'Снобизм, он и в Африки снобизм, - вздохнула Веда. - Ничего, перевоспитаем. У нас есть секретное оружие'. Она глянула на Веру, которая хмуро наблюдала за матерью Эла, но пока молчала.
   Герцогиня, сославшись на дела, удалилась в свои комнаты, и роль радушной хозяйки взяла на себя Мираэлла. Сначала, как и обещала, сестра Эла провела им экскурсию по замку. Показывала комнаты, залы, картинную галерею, зимний сад с террасами и балкончиками, а также рассказала историю замка. Потом они прогулялись по саду. Сад был чудесен. Красиво оформленный и казался сказочным. Веда всё не могла привыкнуть к экзотической расцветке некоторых растений. А смотрелись они вкупе с фантазией оформителя сада просто нереальными. Сад заканчивался оградой, увитой вьющимися растениями. В ней имелась кованная дверь. 'Через эту калитку можно выйти на небольшое поле', - пояснила им Мира (как разрешила называть себя сестра Эла). Там были речка и совсем маленький лесок. Веда решила, что обязательно туда сходит. Вера тут же, как будто услышала её мысли, выразила желание прогуляться и туда. И Мира пообещала, что устроит им такую экскурсию, но чуть позже.
   Вообще, с сестричкой Эла было легко и весело. Кроме того, Мира быстро подружилась с Верой, и Эл боялся, что замок не переживет их приезда. Но, как ни странно, ничего сверхъестественного или криминального девчонки не устраивали. Рассказывали друг другу разные веселые случаи, обменивались опытом подпольной деятельности. Правда, у Веры опыт был пообширней. Всё-таки на вольных хлебах в деревне жила, а там простора для фантазии больше. Мира делилась своими проказами и слегка косилась на брата. Наверное, боялась, что он её заложит. Но Эл только улыбался, качая головой. Иногда журил обеих, пугая, что он им это ещё припомнит. А иногда сам вспоминал свои детские проказы. И всё время просто был рядом с Ведой.
   Весь день проводя с ними, он не забывал и о делах, располагаясь с какими-то бумагами за столом там же, где пили чай девушки или просто болтали о разном. Периодически Веда ловила его взгляды на себе и нежно улыбалась ему. Он отвечал на её улыбку и возвращался к работе.
   Вечерами после ужина к ним присоединялась герцогиня и расспрашивала, как они провели день. Удостоверившись, что ничего такого не случилось, мать Эла удалялась спать. И они тоже расходились по своим комнатам. Любимый провожал до её покоев, целовал на ночь и удалялся к себе. Веда не настаивала, прекрасно понимая его состояние. Да и свою затухающую боль не хотелось бередить.
   В один из дней Мира провела их на речку. Она рассказала, что если перейти через мостик, переброшенный кем-то из местных, представляющий собой два толстых бревна, связанных между собой, то в леске есть небольшая заводь, и она убегала в детстве туда, прячась от нянек. В свою очередь Вера поведала всем, что тоже убегала и пряталась, только не в лесу, а в кабинете у отца. Туда нельзя было входить никому. И она бессовестно этим пользовалась. Перетаскав с кухни всякие вкусняшки и ни в чем себе в течение дня не отказывая, она параллельно осматривала кабинет и запоминала, что где лежит. Это потом очень пригодилось.
   И вот после посещения речки, Вере пришла очередная идея, как себя развлечь.
   - Ну, а что? - надула в шутку губки принцесса. - Скучно же. Завтра Эл уедет. Мы останемся одни. Никого не будет. Можно и поплавать.
   - А я... не умею, - робко призналась Мира.
   - О! Это не страшно. Я тебе покажу, как плавать. Меня Веда научила. Я теперь умею. Так что не боись, - убеждала её Вера.
   - Но мама... - начала сестренка Эла.
   - А мы ей не скажем, - тут же нашлась принцесса.
   - Ты чему учишь мою сестру, чертенок в юбке? - в шутку стал грозно выговаривать Эл.
   - Основам жизни, - безапелляционно заявил 'чертенок', посмотрев на него. - И вообще. Ты там работаешь? Вот и работай. Не мешай планы на завтра строить, - и повернувшись опять к подругам, продолжила: - Устроим завтра пикник на речке. Возьмем корзинки с едой, зонтики, одеяла. Можно будет до заводи прогуляться в лес. Мы же никуда не уходим, просто гуляем. А там и искупаемся. Потом позагораем немного, обсохнем и вернемся обратно. Ну? Как план?
   - Ну... - задумалась Мира, - можно, наверное. Только загорать...
   - Вот. Одна уже согласна, - не дослушав, перебила её Вера, - А загорать полезно. Правда, Вед? - и принцесса с легкой, слегка нахальной улыбочкой посмотрела на подругу. - Молчание - знак согласия, - тут же отрапортовала она и уточнила: - Так идем завтра? Вед? Ир?
   С легкой подачи Веды, Ирэн превратилась в Иру. Фрейлина призналась, что ей понравилось, как сократили имя. И сейчас на обращение принцессы с улыбкой кинула.
   - Я за. Хочу тоже научиться плавать. Поможете? - спросила Ирэн у Веды. За неё ответила Вера.
   - Конечно. Будешь ещё одним ихтиандром среди нас.
   - Кем? - не поняла Ира.
   И Веде пришлось кратко пересказать поведанную когда-то принцессе историю Александра Беляева 'Человек-амфибия'.
   - Но мне не нужны жабры, - ужаснулась Мира, хватаясь за шею.
   Все рассмеялись. Эл заверил сестру, что они вырастают только у непослушных девочек и мальчиков. А покосившись на Веру добавил тише: 'Ну, бывают и сбои', - за что получил маленькой диванной подушкой, которую метко бросила принцесса, попав ему в голову. 
   Так дурачась прошел день. Эл решил остаться ещё на немного и сходить на пикник вместе со всеми. Это он сообщил улыбающейся Веде вечером, желая ей доброй ночи. Получив долгий нежный поцелуй, который больше мучил, чем дарил радость, её любимый удалился к себе. А Веда, чтоб немного отвлечься и успокоиться, спустилась на кухню, попросить к их провианту на завтрашний пикник добавить ещё продуктов. Всё-таки на свежем воздухе хочется кушать больше. А Эл мужчина. Схомячит за двоих.
   Уже возвращаясь к себе, она услышала шум открывающихся ворот, и голос герцогини, приветствующий кого-то. Не справившись с любопытством, Веда, приоткрыв, выглянула в окно. Там, в свете магических шаров, установленных прямо во дворе, стоял большой экипаж, из которого вышел мужчина и, подав руку, помог спуститься женщине. Вторая женская фигура, закутанная в плащ, спустилась сама. 'Горничная что ли?' - удивилась Веда.
   - Граф Оттарис. Графиня. Рада, что вы смогли приехать. Ваши комнаты уже готовы. Проходите, - и она посторонилась, пропуская приехавших. Но вместе с ними не зашла, а повернувшись ко второй гостье, поговорила, - Таниэлла, что ты тут делаешь? Ты же должна быть вместе с дядей. И Эндрейн уехал...
   - Меня дядя прислал сюда. Сказал, что у вас гости, и моя помощь понадобится. А графиня Оттарис любезно предложила довезти. Они как раз собирались к вам, - услышала Веда приятный голос девушки.
   - Хорошо. Не думаю, что это без ведома Лиона. Проходите. Эмма, - обратилась она к стоящей рядом с ней женщине, - распорядись насчет комнаты для нашей гостьи, - и ушла в дом.
   Таниэлла, постояв пару секунд, вошла следом.
   'Занимательно, - прикрывая окно и направляясь к себе, размышляла Веда. - Оттарис... Оттарис... не иначе, как невестушка к женишку пожаловала. Да ещё и с братцем. Всё интересней и интересней. А вот Таниэлла... Кто же у неё дядя, и зачем он её послал сюда?'.
   Проходя мимо гостиной, Веде пришла мысль, но признав её параноической, отогнала и прошла мимо. Однако через несколько секунд вернулась. Убедившись, что никого по близости нет, она быстро достала и установила парочку камер в малой гостиной. Затем прошла по кабинетам, гостевым и закончила установку в банкетном зале. 'Ну, паранойя прогрессирует', - хохотнула она, направляясь уже к себе. Но и в своей комнате, перед тем, как лечь спать, Веда установила парочку камер, чтобы иметь картинку с разных ракурсов. И уже засыпая, подумала, что и к Элу не помешает наведаться с этой целью.
  
  
   Эллариан
  
  
   - Она здесь! - услышал он звонкий голос Веры и ринулся в ту сторону.
   Они уже минут двадцать не могли найти Веду. Она собралась прогуляться по окрестности. Никто не захотел ей составить компанию, так как девушки разместились под тенью деревьев, накрыв 'стол', в виде одеяла, прямо на земле. И им было лень идти по солнцепёку. А его задержала мать. Рейгана позвала его поговорить, как раз когда они планировали все вместе идти на пикник. Эллариан, как знал, что не стоит сейчас идти к ней. И стоя в холле, где все уже собрались, придумывал оправдание. Но его любимая попросила не обижать маму и обещала оставить ему вкусный бутер, забирая корзинку с едой из его рук. Вздохнув и не став уточнять, что такое бутер, скоро сам узнает, когда вернётся, он отправился к Рейгане.
   По дороге вспомнил, как утром стал невольным свидетелем тайного сбора на пикник.
   - Соглашайся, - услышал он звонкий голос Веры.
   'Ну, и что задумало в этот раз это неугомонное создание? И главное, кого это она подбивает? И на что?'. Эл остановился и заглянул в зал. Там на мягких диванчиках восседали его любимая со своей названной венценосной сестрой, фрейлина принцессы, его собственная сестра и... невеста его брата. 'А что Таниэлла здесь делает?' - удивился он, но заходить не стал, предпочтя послушать, о чём секретничают девушки.
   - Я... не знаю, - робко начала Таниэлла, - может быть...
   - Да что тут думать? Идёшь, и всё. Мы все уже готовы. Так что иди в комнату, бери зонтик, чтобы нос не обгорел и... - Вера воровато оглянулась на дверь, но видно его не заметила, и тихо продолжила, - длинную рубашку бери.
   Таниэлла ещё с сомнением переводила взгляд с одной девушки на другую и не решалась.
   - Ну, ты идёшь? Или оставайся здесь с этой мегерой.
   При слове 'мегера' невеста его брата вздрогнула и решительно встала.
   'Да уж, мегера', - хмыкнул Эл, догадываясь, о ком речь.
   - Я сейчас.
   Сделав пару шагов, она остановилась. Но, видно, всё-таки что-то решив для себя, опять направилась к двери.
   - Таня, подожди, - встала следом его сестра. - Я тебя провожу.
   'Таня?... Веда', - понял Эл, как-то светло вспоминая, что его любимая всем подбирает ласковые или сокращает собственные имена. 'Таня... красиво', - отметил он, ожидая, когда в коридор выйдут девушки.
   - А я за шляпкой схожу, - услышал он голос фрейлины принцессы, которая, судя по шуршанию юбок, неспеша поднялась и направилась к выходу.
   Вслед за голосом Ирэн, он увидел, как из комнаты вышли Мира и Таня. Почти сразу же появилась и сама обладательница голоса. Увидев его, девушки приостановились, но присев в лёгком книксене и кивнув в знак приветствия, поспешили удалиться.
   - Ну, и что ты пристала к бедной девочке? - услышал он голос любимой.
   - Ой, ничего я не приставала. Для её же блага стараюсь. Ты видела, как Рейгана себя с ней ведёт? Вот. И тебе не жалко её? Можешь не отвечать. Вижу, что жалко. Ты у нас вообще жалостливая. Всех приголубит. Всем она помогает. А о себе позаботиться не даёт.
   - У меня есть, кому обо мне позаботиться, - возразила Веда. Эллариан улыбнулся, не сомневаясь, кого она имеет в виду.
   - Угу. Есть. Только он что-то не спешит заботиться, - Эл почувствовал, что начинает раздражаться от слов принцессы. Попытавшись успокоиться, он услышал дальше: - Ты вечно идёшь на компромисс. Ты решаешь, ты договариваешься, ты уступаешь, ты... ты женщина, в конце концов. Тебя должны защищать, холить и лелеять. А что ты? Эх... ты даже не перечишь Рейгане! И...
   - Вера, не начинай, - как-то устало попросила Веда. - Моя жизнь, что хочу, то и ворочу, - в комнате стало тихо. Пару секунд ничего не происходило, а затем послышался Ведин вздох и тихое: - И что ты мне предлагаешь? Устроить истерику. Ах, какая я бедная и несчастная. Помогите, хулиганка мужа лишает. Так что ли? Или невестушку эту оттаскать за волосенки? - Вера хмыкнула: - Нет, это не выход.
   - Но ты даже...
   - Вер, успокойся. И так тошно.
   - Прости.
   - Прощу, если лезть с советами перестанешь.
   - Не буду. Но... ой, извини.
   Видимо, поняв тщетность своих обещаний, извинилась принцесса.
   - Ладно, - с улыбкой в голосе проговорила Веда. - Иди сюда, ребятёнок.
   - Я уже...
   - Ты ещё, а не уже. И запомни, благими намерениями выстлана дорога в ад. Так что не лезь туда, куда не просят.
   - Но...
   - Ты опять?
   - Нет. Всё. Молчу.
   - Лучше иди, собирайся. Через минут десять пойдём на пикник.
   - Ладно. А ты?
   - Я тоже сейчас пойду, возьму одежду. Только ... - она опять вздохнула, - мама Эла позвала меня к себе. Ей о чём-то нужно поговорить со мной.
   - А ...
   - Нет. Она просила ему не говорить.
   - А ты ...
   - Я потом ему расскажу. Тем более я не знаю, что хочет мне сказать Рейгана. Может счастья пожелать, а я зря переполошу Эла.
   - Ага. Счастья. С другим.
   - Спасибо, Вер.
   - Прости. Но ты видишь её отношение к Тане. И заступаешься за неё. А вот к себе...
   - Вер, ты помнишь, о чём мы две минуты назад разговаривали?
   Принцесса замолчала на несколько секунд, а потом послышалось её тихое и быстрое:
   - Я тебе сейчас скажу всё, что я думаю и больше не буду лезть. Хорошо? Принимай решения сама. Как ты сказала, твоя жизнь. Но сейчас ты меня выслушаешь. Так вот. Тётя не плохая, но... как бы сказать... она аристократка. Приближённая к королю. И видеть возле своего сына всего лишь виконтессу ей не хочется. Да, она благодарна тебе за Эндрейна. Но... как я поняла, ни о том, что ты теперь моя сестра, ни о том, что ты рона её сына, вы ей не сказали?
   - Нет.
   - Почему?
   - А зачем?
   - Да. Тут ты права. Если так не любит, любовь резко не появится. Но... хотя Рейгана вся такая титулованная.
   Послышалось хмыканье.
   - Где ты таких слов-то набралась?
   - Где надо, там и набралась. И не мешай. О чём это я? ... А, да. Рейгана... мне кажется, она тебя проверяет. И наблюдает за тобой. С Таней, не смотря на то, что она уже невеста Андрюсика нашего, она так себя не ведёт. Мне её жалко. Отцы договорились, всё решили, а ей теперь страдать. Ему-то пофиг. И... вообще, я не об этом хотела с тобой поговорить, пока наши переодеваются. Я хотела спросить, почему ты разрешаешь так с собой обращаться?
   - Как, так?
   - Ну, разрешаешь Элу не защищать себя. Разрешаешь тёте...
   - Вер. Я не буду повторять заезженную фразу 'ты опять'. И я даже не буду на тебя обижаться, что ты не держишь данное слово. Но я отвечу.
   Очередное шуршание материи юбок от вставания и дальше любимый, немного грустный голос стал пояснять:
   - Эл - мужчина. И я не указываю ему, как себя вести. Он сам принимает решение. И я принимаю его решение. Он попросил подождать, и я жду. Он попросил ему верить, и я верю. И если Эл не считает необходимым что-то ещё, помимо того, что уже сказано, говорить своей матери, то я настаивать не буду. Я сама не люблю неприятности. Поэтому не нарываюсь на конфликт. Я уже поняла, что даже если мы будем вместе с Элом... всё сложится хорошо, меня в семью особо не захотят принять. Но...
   - Да почему? - не выдержала принцесса, чуть повысив голос, но тут же тише добавила: - Почему ты так думаешь? Как только Рейгана узнает...
   - А я не хочу, чтобы она узнала, - не менее безапелляционно заявила Веда.
   - Даже спрашивать не буду, почему ты такой баран.
   Веда хмыкнула.
   - Баран мужского рода.
   - Ну, и что? Это не мешает тебе быть бараном.
   - А почему не козой?
   - Нееаа, - с улыбкой в голосе почти пропела Вера, - коза - это я. А свои титулы я никому не раздаю.
   - Ну, да. Коза ты ещё та.
   - Так вот. Сейчас, когда пойдёшь к Рейгане, расскажи ей всё и....
   - Нет, - резко отказалась его любимая.
   - Баран.
   - Коза, - беззлобно парировала Веда.
   - Ладно. Я одеваться.
   - А я на аудиенцию, - хмыкнула любимая, и обе девушки направились к дверям.
   Эл понял, что нужно сматываться, пока его не застукали на месте преступления. Он быстро зашёл в соседнюю комнату, выполняющую роль кабинета, и немного подождал, пока две подруги скроются из виду. Внутри бушевали коктейль из раздражения и непринятия услышанного и беспокойство. Мысли скакали одна за другой, и Эл никак не мог понять, почему он так реагирует. С частью сказанного он был согласен, и это действительно только их с Ведой дело. Но вот слова, что он ничего не предпринимает, задели. И где-то внутри он понимал, что она права. Надо только успокоиться и всё хорошо обдумать. Но мечущиеся в голове мысли не способствовали успокоению. Пару раз вдохнув и выдохнув, попытался успокоиться, чтобы никому не портить настроение на пикнике, из-за которого Эл остался ещё на один день. Он решил подумать обо всём чуть позже. Сейчас его ждали.
   Собрались все быстро. Всё было уже готово. Подготовлен провиант, выбрано место, куда отправиться. Да и Веда не задержалась у герцогини. А вот, что его вызвала к себе мама, стало для него сюрпризом.
   Рейгана позвала его в свой кабинет. Подойдя к её комнате, постучавшись и получив разрешение, Эл вошёл. Небольшая светлая комната, обставленная, как и весь замок, со вкусом, делилась спокойствием. Герцогиня в тёмно-зелёном строгом платье с высокой причёской восседала в своём кресле за столом. Она читала какую-то книгу. Когда Эл зашёл, она вложила туда бумажный лист и закрыла её.
   - Сын, - начала Рейгана, дождавшись, когда он прошёл и сел в одно из стоящих возле её письменно стола кресел, - я бы хотела...
   - Мама, если ты о Веде, то не старайся. Я уже давно всё решил. О чём и сообщил тебе по приезде.
   - Но графиня...
   - Я не женюсь на графине Оттарис. Отец в курсе. Я тебе также уже говорил, что он сейчас занимается как раз вопросом разрыва помолвки.
   - Но ты сам...
   - Нет. Помолвку заключили без меня.
   - Как? ... А как же... ?
   - Этот вопрос я тоже задал отцу с братом. Но так ничего вразумительного не получил на него.
   - А Мирэнда, она...
   - Она отказалась расторгать помолвку.
   - Но... значит, это правда, - Рейгана как-то вся сникла.
   Элу даже показалось, что стала меньше. Она не смотрела на него, но Эл знал, о чём сейчас думает мать. Почти нерасторжимая помолвка, а он отказывается от свадьбы. Эл вздохнул, поднимаясь с кресла и подойдя к ней, присел рядом.
   - Мам. Папа обещал сделать всё, что в его власти, и добиться моей свободы.
   - А если не получится? - она затравлено посмотрела на сына.
   - Веда согласна меня отпустить.
   - Согласна? - иронично приподняла бровь герцогиня.
   - Да. Она предпочитает меня пусть только видеть, но живым. Веда мне не говорит, что за ужасы ей наговорил Эндрейн, но... - он поднялся и подошёл к окну, - мам, я её люблю. Очень. Она - моя жизнь. Ты должна меня понимать, как никто другой. У вас с папой же так же. И я чувствую, я знаю, Веда меня тоже любит. Она так много уже сделала для нас... для меня. Она готова отказаться от меня лишь бы... - он бросил взгляд на мать и опять перевёл его в окно. - Как всё сложно...
   - И не говори... Я с ней беседовала только что. Твоя Веда, - его мать хмыкнула, но, слегка улыбнувшись, продолжила, - показалась мне... хорошей, - подбирала она слова, - и Вероника её слушается.
   - Ты в курсе? - удивился Эллариан.
   - В курсе чего? Что Верейна Габсбургская - это принцесса Вероника? Да. Она, конечно, выросла, но наша девочка вылитая мать. А с ЭлБет я была очень близко знакома. Мы были подругами. И я её сразу узнала. И, кстати, что за маскарад?
   - Вера захотела. Ей этикет и протоколы все надоели. Веда не стала возражать. Я тоже.
   - Я заметила, что Вероника доверяет и слушает твою... Веду.
   - Да. Они подруги, - Эл улыбнулся, вспомнив, как его сестрёнка слушает иной раз любимую, - и даже больше, - он запнулся, чуть не проговорившись о положении Веды при дворе. И чтобы не привлекать внимания к заминке, продолжил: - Они как сёстры.
   - Да. Я видела. Даже графиня Мортэн изменилась. Ожила, что ли, после той истории.
   Эллариану история Ирэн Монтэн была известна поверхностно. Он и не пытался что-то дополнительно узнать. Но был рад, что ещё одному человеку смогли помочь его Веда с Верой.
   - Так ты... - начал он, поворачиваясь от окна к матери, но она его перебила.
   - Я ничего против Ведариэтты не имею. Мне она даже понравилась, - Рейгана улыбнулась. - И до титула мне её, по сути, нет никакого дела. Главное, чтобы вы друг друга понимали, уважали и, - она опять улыбнулась, - и любили. Но ты понимаешь, что сейчас я открыто не могу её поддерживать. Да и невеста официальная тут.
   - Ты её пригласила?
   - Нет. Они сами изъявили желание приехать. Я не нашла достойного повода, чтобы отказать.
   - Хорошо. Но развлекать тебе их придётся самой. Я сегодня вечером планирую уехать. Веда вместе с девушками найдут, чем заняться. А вот графиня... полностью на тебе.
   - Не беспокойся. Мы будем обсуждать вашу свадьбу, - Эл скривился, а Рейгана с лёгкой полуулыбкой продолжила, - так что ей будет не до Ведариэтты.
   - Надеюсь. Так зачем ты меня звала к себе?
   - Хотела сказать, что поддерживаю тебя, но открыто пока не могу это показать. Ты же понимаешь?
   - Понимаю, - вздохнул Эл. - Я пойду? А то у нас там пикник, а я их одних оставил. Да к тому же Мира с Верой вдвоём могут всё что угодно устроить. Слышала бы ты, что творила твоя дочь в десять лет.
   - Я слышала, - усмехнулась его мама.
   - Сама или Эмма? - хмыкнул Эл.
   - Сама. Эмма была занята в эти дни.
   - Годы при дворе не прошли даром?
   - Не паясничай. Теперь я хотя бы догадываюсь, что из себя может представлять твоя Ведариэтта.
   - Почему может? - удивился он, не понимая, что тут непонятного.
   - А потому что я тоже женщина. И как никто другой понимаю, что иногда можно быть такой, какой нужно, а не той, что я есть. Поэтому...
   - Мам, поверь. Веда та, за кого себя выдает. И она не играет.
   - Ты пристрастен, милый. Вот она тут поживёт, посмотрим на неё. А теперь иди, раз тебя ждут.
   И он пошёл. И, как оказалась, не зря спешил. Со всеми Веды не оказалось. Девушки обсуждали моду. Что лучше: брюки или юбки? И никто не мог вспомнить, в какую сторону его любимая направилась.
   Прочесав два раза за эти двадцать минут тот лесок возле речки, Эл успокаивал себя мыслью, что и здесь скорее всего живёт какой-нибудь леший, мимо которого его любимая никак не могла пройти. 'Надо быть благоразумным. И не кричать... сразу, - повторял он себе. - Сначала нужно выяснить, где она была'. Но тут же внутренний голос ехидно комментировал его слова: 'Ага. Сначала нужно её найти. А уж потом выяснять, где она пропадала'.
   На причитания Веры и Миры, он холодно попросил, чтобы они помолчали. Переплетённые недовольство с беспокойством не способствовали успокоению. И когда Эл услышал, что пропажа нашлась, его напускное спокойствие дало трещину.
   Буквально перелетев мостик через реку, он остановился на том берегу, наблюдая, как Веда выходит из леска и радостно что-то рассказывает Вере.
   - Нашлась наша пропажа, - прозвучал рядом голос Таниэллы.
   - Нашлась, - с раздражением повторил Эл. Мысли о благоразумии ушли, оставив вместо себя только раздражение. - И где мы были?
   - Мы? - с улыбкой спросила Веда. - Вы, не знаю. А я...
   - Хватит! - вдруг разозлился Эл. - Ты можешь нормально сказать, где ты была?
   Улыбка сползла с лица любимой, оставляя место сначала растерянности, а затем холодной маске. Он уже начал себя корить за несдержанность. 'Надо уехать. Иначе поругаемся. А я этого не хочу', - решил он, поворачиваясь и спеша в замок. Но уезжать очень не хотелось. Однако и остаться Эл тоже не мог. 'Вот и сходили на пикник', - пришла мысль, когда он, зайдя к себе в комнату, завалился в чём был на кровать и закрыл глаза. Полежал пару минут. Но успокоение всё никак не хотело приходить.
   'Нужно извиниться. И выслушать. Иначе я себя изведу'.
   Решив не откладывать в долгий ящик извинения, Эл взяв подарок, который приготовил для Веды и открыл дверь. Там, занеся руку для стука, стояла его любимая.
   - Веда, - прошептал Эл.
   - Эл, - одновременно с ним произнесла она, не отводя взгляд, - нам надо проговорить.
   Он посторонился, пропуская её внутрь. Смотря на решительное лицо и то, как она прошла к окну, прислонившись к так нравившемуся ей подоконнику, он хмыкнул, но уже понимал, что разговор будет не из приятных.
  
  
   Ведариэтта
  
  
   - Эл, - не отводя взгляд от глаз любимого, проговорила Веда, - нам надо проговорить.
   Он посторонился и пропустил её в комнату. Утроившись возле окна, она не спешила начинать разговор. Это только решение 'Нужно поговорить' далось относительно легко, а вот как его реализовать, выяснить, что же происходит, она пока не знала. А ведь день так хорошо начинался!
   Её разбудил поцелуй любимого. А нежный запах полевых цветов, которыми за эти три дня была уставлена её комната, заставил улыбнуться. Она приоткрыла один глаз, убедившись, что очередной букет лежит рядом на подушке. Эл сам их собирал. И каждое утро приносил ей, будя поцелуем. А затем, вёл в свою комнату, где они вдвоём, перекусив булочками с чаем, встречали на балкончике рассвет. Веда очень ценила несколько минут, проведённые с любимым наедине, и поэтому с радостью жертвовала своим сном. Вот и сегодня после рассвета они ещё немного посидели, обнявшись на балконе.
   - Подожди меня, пожалуйста, - попросил он, когда она уже собиралась покинуть его комнату. - Я сейчас провожу тебя.
   И Эл скрылся в ванной. Пока его не было, Веда осуществила свою вечернюю идею и установила, так же как и у себя, парочку камер. Непонятно даже для неё, по какой причине, но Веда не стала рассказывать Элу о своих манипуляциях. А закончив, присела на кресло и стала ждать возвращения любимого. Ждать пришлось не долго. Эл вернулся с загадочной улыбкой и с каким-то свёртком в руках. Убрав его в комод, он проводил Веду до её комнаты. А там, нежно попрощавшись, ушёл по делам.
   Веда же принялась проверять свои камеры. Они работали и фиксировали всё исправно. Так она узнала, что вся прислуга уже на ногах и выполняет свои обязанности. А Эмма, личная помощница герцогини, проверила все корзинки, которые уже были собраны для их пикника на кухне. Но, слава всем богам, ничего туда не подложила, не подмешала и не забрала. После кухни эта 'домомучительница' прямиком отправилась к своей хозяйке и доложила всё, о чём удалось разузнать. И тогда же Веда узнала, что её пригласят на аудиенцию после завтрака. Пока никто не пришёл, она быстро пробежалась по другим записям, но ничего интересного не обнаружила. Веда села читать книгу, которую ей презентовала Мира после того, как она пожаловалась, что является виконтессой, а про них толком ничего не знает. Но почитать спокойно ей не дали.
   Буквально через пару минут после того, как она устроилась с книгой в кресле, к ней, постучавшись, ворвался её личный ураганчик. Вслед за ней, скромно потоптавшись возле двери, но увидев, что Веда уже не спит, зашли Мира с Ирэн. Они несли два подноса с чашками, маленьким чайничком и тарелку с пирожными.
   - Ну, ты готова? - плюхаясь рядом с ней в кресло, начала принцесса. - Я так соскучилась по нашим. По нашей заводи. И давно не купалась. Что прям не дождусь, когда можно будет поплавать.
   Веда покачала головой, улыбаясь, но ничего не сказала. Фрейлина Её Высочества и сестра Эла разместили подносы на столике, а сами сели на небольшом диванчике. Болтая ни о чём и обо всём, они не заметили, как прошли полчаса, и их пригласили на завтрак.
   И вот первое испытание Веду ждало именно там.
   Она уже почти забыла о вечерней гостье этого дома и её братце. А вот они о ней, видно, нет.
   Графиня Оттарис была миловидная шатенка с бледно-голубыми глазами, сердцеобразным личиком и пухлыми, ярко накрашенными губами. Светлое, довольно-таки открытое платье было длиной в пол, но почти полностью обнажало грудь графини. Руки женщины были прикрыты до локтя, а на голове красовались заколки-жемчужины в виде капелек. Роста графиня была не высокого. 'Почти одного со мной', - мелькнула у Веды мысль, когда Мирэнду Оттарис представили присутствующим, а она с интересом рассматривала графиню. 'И фигура, как у меня. Эл может и перепутать в темноте', - невесело пошутила она, переводя взгляд на сопровождающего невестушку. Мужчина, стоящий рядом с графиней, был на голову выше сестры. Худощавый, темноволосый и кареглазый. Он надел обычный серый камзол поверх белой рубашки и серые в тон брюки. Однако, не ограничившись этим, повязал на шее хомутом платок и натянул перчатки. 'Зачем надевать перчатки на завтрак?' - недоуменно перевела Веда взгляд на Ирэн. Но та тоже озадаченно смотрела на этот предмет туалета графа. 'Дурдом на выезде. Ну, или просто франт', - усмехнулась своим мыслям Веда.
   Графиня Оттарис после их с братом представления всячески демонстрировала ей пренебрежение, старалась задеть, уколоть, вывести из себя. И вот, где Веде пригодился навык юриста вести дипломатические переговоры, не раздражаясь, придерживаться выбранной линии поведения и вежливо отвечать на колкости, выстраивая предложения так, чтобы сам оппонент загнал себя в тупик.
   Эл на завтраке отсутствовал, и весь графский 'яд' достался исключительно ей. Старался и граф Оттарис. Рендам поддакивал сестре и делал недвусмысленные намёки, пространственно рассуждая, что женщине, ведущей вольную, он бы даже сказал, распущенную жизнь, и не состоящей в браке с мужчиной, под крышей которого она проживает, неприлично находиться в обществе аристократов. Это унижает достоинство хозяина дома и его гостей. Веда дежурно улыбалась, кивала, соглашаясь в правоте утверждения, и так же пространственно рассуждала о милости богини, что тут таких нет. И очень старалась сохранить спокойствие, прекрасно понимая, чего эта парочка добивается.
   Герцогиня, храня молчание, не вставая ни на чью сторону, завтракала. По протоколу Вере и Мире нельзя было вступать в разговор, пока к ним не обратятся. И принцесса, чтобы не раскрыть своего инкогнито, молча хмуро смотрела на графиню Оттарис, еле сдерживаясь. Мира, не имея возможности заступиться за любимую брата, ни на кого не смотря, поджав губы, молча ковырялась вилкой в тарелке. Ирэн попыталась заступиться за подругу, но была некрасиво осажена невестушкой Эллариана. Веда улыбнулась сестре Дана, успокаивая и слегка покачав головой, прося не вмешиваться.
   Также молча, почти не поднимая глаз, за столом сидело и ещё одно новое лицо. Девушка, прибывшая с графьями ночью. Светлые волосы были собраны в небольшой пучок и закреплены несколькими шпильками. Она спустилась на завтрак в длинном до щиколотки, светло-голубом платье, с неглубоким треугольным вырезом и рукавом три четверти. Платье подчеркивало небольшую грудь, тонкую талию, а покрой обеспечивал свободу шага. На нем отсутствовали всякие рюшечки, воланчики и бантики. Всё смотрелось стильно и гармонично.
   Её представили, как графиню Таниэлла Мэлори. На этом закончилось внимание, которое ей уделили. Пару раз она поднимала неодобрительный взгляд серых глаз на графиню Оттарис, но молча опускала его и продолжала, так же как Мира, ковыряться вилкой в тарелке. Однако, когда свои рассуждения высказал сам граф Оттарис, не выдержала и попросила не обсуждать за столом такие темы, которые не способствуют аппетиту. Веда даже почувствовала благодарность за попытку этой девушки прекратить это безобразие. К сожалению, её выпад в сторону семейства Оттарис был безжалостно задавлен герцогиней. Хозяйка замка высказалась холодно и строго, что она гостья в этом доме и не имеет права делать замечания никому.
   Когда мучение, под названием 'завтрак', закончилось, Веду ожидало другое испытание. Её пригласили через полчаса к герцогине в кабинет. Радуясь небольшой отсрочке, она вместе с девушками собрались в уже привычной им гостиной. Таниэллу Веда тоже пригласила, так как видела, что до неё никому нет дела. Кроме того, ей было интересно, кто у неё дядя, и зачем он прислал её сюда.
   Вера тут же стала уговаривать Таниэллу идти с ними на пикник. Таня, которая согласилась, что её имя звучит так лучше, долго не решалась, но всё-таки была уговорена неугомонной принцессой. И как только цель Веры была достигнута, все пошли собираться, а Веда отправилась к герцогине.
   Не зная, почему, но ничего плохого она не ожидала. Её встретили холодно. В кабинете, где ожидала Рейгана Элгейская, было светло. Мебель тёмных тонов сочеталась с тёплой гаммой стен, и хотелось задержаться в этой комнате, осмотрев здесь всё. Приоткрытое окно, через которое лился солнечный свет, пропускало ещё и пение птичек, что только увеличивало состояние покоя и тихой радости.
   Веде предложили занять одно из кресел возле стола, за которым сидела мать Эллариана. Дождавшись, пока она сядет и обратит своё внимание на хозяйку кабинета, ей задали прямой вопрос.
   - Вы любите моего сына?
   Не ожидая такого вопроса, Веда кивнула и честно ответила.
   - Да.
   Синие глаза герцогини смотрели очень внимательно. И, казалось, видят насквозь того, кто сейчас сидел перед ней. Но Веда ничего не скрывала, поэтому смотрела спокойно и открыто.
   - Как давно вы знакомы? - задала Рейгана очередной вопрос.
   - Несколько лун.
   - А с принцессой Вероникой как давно вы познакомились? - и видя слегка удивлённое лицо своей гостьи, пояснила: - Она очень на мать похожа.
   - Да, - улыбнулась Веда, - очень на ЭлБет похожа.
   - Вы видели ЭлБет? - теперь герцогиня с удивлением смотрела на девушку перед собой.
   - Да, - продолжая тепло улыбаться, пояснила она. - Мы с Элом побывали у них в гостях в Заповеднике. Там и познакомились с ЭлБет, её дядей ЭриБет и дедушкой РенБет.
   - И... вас выпустили? - обеспокоенно-озадаченно уточнила Рейгана.
   - Да, - не стала вдаваться в подробности Веда. И надеялась, что расспросы не последуют.
   - Но... как? - всё-таки не суждено было сбыться её надеждам.
   - У меня... есть кое-какие знакомые среди... магических существ. Они мне помогли, - постаралась обойти этот вопрос.
   Хотя уже и не надеялась, что такой ответ удовлетворит мать Эла. Но, как ни странно, хозяйка замка, ненадолго замолчав, задумавшись над услышанным, больше на эту тему вопросы не задавала. А следующий вопрос уже не удивил Веду.
   - Вы хотите стать герцогиней?
   - Нет, - так же, как до этого, честно ответила она. И наблюдая очередное удивление на лице Рейганы, пояснила: - Я хочу стать женой Эллариана, а не герцогиней. Меня вполне устраивает, что я виконтесса. Хотя к этому и не стремилась.
   - Да. Я помню. Эдиней рассказывал, что вы не хотели, - задумчиво проговорила герцогиня. - А как... как сейчас?
   - Вы про невесту Эллариана и их помолвку? - и дождавшись кивка, призналась: - Герцог вместе со старшим сыном поехали решать этот вопрос.
   - А если не решат?
   - Я буду ждать.
   - Чего?
   - Буду ждать, пока Эл сможет развестись, - безэмоционально проговорила она, стараясь не показать матери любимого, как ей не легко даётся это решение.
   - И дождётесь? - как будто не замечая ничего, продолжала допрос герцогиня.
   Посмотрев внимательно ей в глаза, Веда помимо интереса увидела и беспокойство. 'Беспокойство? За кого? За меня? Или всё-таки за сына?' - раздумывала она над увиденным, но решила ещё раз честно ответить.
   - Рейгана, я честна с вами и прошу того же от вас. Я ничего худого не сделала вашей семье. Я, как могла, помогала. Не смотря, что ваша семья не совсем справедливо поступила со мной. Не разобравшись, осудили. Клеймили интриганкой и охотницей за графским титулом. Хотя, он мне нафиг не нужен. Я и сейчас делаю всё зависящее от меня, чтобы ничего страшного не случилось. И даже готова отказаться от любви, лишь бы... - она запнулась, но сглотнув, продолжила, - лишь бы Эл жил. И если он попросит меня ждать, я дождусь. Да, мне будет больно. Мне и сейчас не сладко. Но ради нас я могу много чего выдержать. Такой ответ вас устроит?
   Теперь надолго замолчала герцогиня. Не спуская задумчивых глаз с неё, Рейгана, откинувшись на спинку кресла, на котором она сидела, задумчиво барабанила пальцами по подлокотнику.
   - Вы так и не ответили на мой вопрос, - через несколько минут наконец проговорила мать Эла.
   - Как давно я знаю Веру? - уточнила Веда. И увидев лёгкий кивок, ответила: - Чуть больше одиннадцати лун. Мы у Дусеи познакомились. Там и сдружились. А потом вместе путешествовали в столицу.
   - А графиня Мортэн?
   - С ней мы познакомились во дворце.
   - И подружились?
   - Не сразу, - откидываясь на спинку своего стула, призналась с улыбкой Веда. - Сначала мы побывали в лесу. Спаслись от разбойников. Познакомили Ирэн со своими друзьями с Ситоне. Побывали в гостях у Дусеи. А затем подружились.
   - И когда успели?
   - Ну, долго ли умеючи.
   - Да. Странная вы всё-таки девушка, - всё так же наблюдая за ней и слушая Ведин рассказ, пришла к своим выводам герцогиня.
   - Какая есть.
   - Я не поблагодарила вас за Эндрейна, - проговорила после минуты молчания Рейгана, доставая из стола продолговатый, обитый зелёным бархатом футляр. - Я хотела сказать вам спасибо и подарить вот это.
   Герцогиня положила перед ней на стол футляр. Но Веда не спешила его принимать.
   - Спасибо большое. Эдиней с Лионом уже поблагодарили меня. Теперь я виконтесса с землями и титулом. Так что это лишнее.
   - Вы даже не хотите посмотреть, что там? - не понятно, чему больше удивилась Рейгана. Тому, что она легко короля с герцогом называет по именам, или что отказалась от дорогого подарка.
   - Зачем? Я не очень люблю эту мишуру. А это очень дорогой подарок. Вы лучше Мире на приданное оставьте, - улыбнувшись, предложила Веда. - А я как-нибудь обойдусь.
   - Хорошо, - согласилась хозяйка замка, продолжая смотреть на неё, а Веда решила выяснить для себя кое-что.
   - Герцогиня, могу и я вам задать два вопроса?
   - Задавайте, -разрешили ей.
   - Вы против брака Эндрейна и Таниэллы?
   - Почему вы так решили? - вместо ответа спросила Рейгана.
   'Нет, у них евреи точно в семье были. Притом, с обеих сторон', - улыбнулась про себя Веда.
   - Почему вы так относитесь к Таниэлле?
   - Как так? - искривились в ухмылке губы Рейганы.
   'Хорошенький у нас разговор получается', - хмыкнула Веда.
   - Как будто она вам копейку с рубля не дала.
   - Что? - не поняла её герцогиня.
   - Вы ведёте с ней так, как будто она уже сделала вашей семье что-то такое, за что вы не можете её простить. А Тане и так не сладко. Мало того, что брак договорной, и ни о каких чувствах между ней и Эндрейном и говорить не приходится, так ещё и вы усложняете ей жизнь, всячески подчеркивая, что она тут нежеланная гостья. Вот я и спрашиваю, почему?
   - Именно поэтому я так себя и веду, - ответила Рейгана после её эмоционального монолога.
   - Не поняла, - призналась Веда.
   - Таниэлла очень... ранимый человек. Я знаю её с детства. Она чуть старше Мираэллы, но они, как я привезла дочь во дворец, как-то сразу подружились, - герцогиня отвела наконец взгляд и продолжила: - Я люблю сыновей. Но трезво смотрю на них и вижу их недостатки. И про эгоизм и властность старшего из сыновей хорошо осведомлена. А когда мой муж и её отец сговорились об этом браке, поняла, что ждёт девочку.
   Рейгана опять посмотрела на Веду.
   - Не знаю, зачем я вам это сейчас говорю, но... Таниэлла попросила меня сама научить быть стойкой, и я учу.
   - Зря.
   - Что?
   - Зря, что так учите. Иногда доброе или ласковое слово способно придать стойкости, добавить сил больше, чем любая закалка в виде привыкания к надменности и терпения колкостей.
   - Откуда вам знать?
   - Там, откуда я родом, и не такое приходилось видеть.
   - А откуда вы родом?
   - У мужа спросите. Он всё уже обо мне знает, - печально вздохнула Веда. - Знаете, вот, посмотрите на Веронику. Как думаете, она справилась бы с таким, как Эндрейн?
   - Не сомневаюсь, - как-то вдруг по-доброму улыбнулась герцогиня.
   - Вот. А мы не учили её ни надменности, ни как ставить на место зарвавшихся аристократов, ни как командовать. Ребёнок она ещё, конечно, но уже сейчас знает, что если она оступится, совершит что-то осуждаемое обществом, от неё не отвернутся, а помогут, поддержат. Вера сама готова оказать такую же поддержку, отстоять свои идеалы, идти на компромисс и дарить такую же любовь, которой мы все её любим.
   - Вам она дорога? - так же тепло спросила Рейгана.
   - Очень. Она мне больше, чем подруга. Больше, чем сестра.
   Окинув Веду очередным внимательным взглядом, герцогиня спросила.
   - Это всё, что вы хотели узнать?
   - Нет. Ещё один вопрос, - и выпрямившись в кресле, спросила: - Кто дядя Таниэллы?
   - А вы не знаете?
   - Нет.
   - Персивальд Мэлори.
   - Перси? Советник Лиона? - удивлённо переспросила Веда. - Вот так сюрприз.
   - Вы с ним хорошо знакомы? - в свою очередь спросила Рейгана.
   - Сдружились после нападения Канээрры.
   - Кто же вы, Ведариэтта? - вдруг спросила герцогиня.
   'Рона вашего сына', - чуть не брякнула она, но вовремя прикусила язык.
   - Какой ответ вы хотите услышать?
   - Правдивый.
   'Дежавю, однако', - хмыкнула Веда, гадая, сколько семья Эла будет донимать её этим вопросом.
   - Я - человек. У меня много недостатков, но они мне не мешают дружить с хорошими людьми и нелюдями, уважать и быть честными с ними. И, льщу себе надеждой, они отвечают мне тем же.
   - И всё-таки... ладно. Вас, наверное, уже заждались. Не смею больше задерживать, - отпустила её Рейгана.
   Помня, что все действительно ожидают только её, Веда не стала спорить и покинула кабинет радушной хозяйки. Настроение было приподнятое. Она поговорила с мамой Эла, её не выгоняют, а наоборот, немного раскрыли мотивы своих поступков. И даже то, что после неё герцогиня изъявила желание поговорить с сыном, не испортило Веде настроение.
   Всю дорогу до места их пикника Вера с Мирой щебетали как птицы, рассказывая об очередной проделке. Ирэн и Таня шли рядом и посмеивались над ними.
   - Танюш, давай, пойдём, прогуляемся, пока эти балаболки расстелют одеяло и накроют на стол? - смотря как Мира с Верунчиком вертят-крутят плед, решая, где и как лучше постелить, спросила Веда.
   - Пойдём, - согласилась Таниэлла, и они вдвоём пошли вдоль реки.
   Ирэн осталась присматривать за венценосной особой и её сестрёнкой.
   - О чём ты хотела со мной поговорить? - догадалась Таня.
   - Хотела спросить, прости если лезу не в своё дело, но... тебе правда нравится терпеть все эти насмешки?
   - Какие насмешки? - посмотрев на Веду, спросила графиня.
   - Как с тобой ведут окружающие. Как герцогиня позволяет им вести с тобой. Тебе это действительно нравится?
   - Ничего такого они не делают и...
   - Только смеются над тобой.
   - Вы ничего не понимаете.
   - Понимаю, - перебила её Веда. - Я сейчас разговаривала с Регйнаной, и она мне сказала, что ты сама её просила помочь тебе стать сильнее. Вот она тебя так и учит. Но это не выход.
   - Как учит? - останавливаясь и удивлённо смотря на Веду, спросила Таня.
   Притормозив и повернувшись к девушке, она сама в удивлении приподняла брови.
   - А ты не знала? А почему тогда всё это терпела?
   - Ну... я думала, что... - Таниэллла отвела взгляд и почти шёпотом продолжила, - что я не нравлюсь герцогине, а... а брак одобрен королём, и она не смеет возражать. И вот так показывает своё отношение. И... Эндрейн не рад такому выбору, и... я не знала.
   Закончила графиня, грустно вздохнув. И если бы Веда не стояла очень близко, то не услышала бы и половины признаний.
   - Тебе он нравится, - поняла вдруг Веда. - Ты влюблена в Эндрейна.
   Таня испуганно вскинула взгляд на неё, бледнея. А потом быстро обернулась, осматриваясь, нет ли кого поблизости, чтобы услышать Ведины догадки. Повернувшись, немного успокоившись, что рядом никого не оказалось, графиня замотала головой, уже сама догадываясь, что её отрицания не обманули девушку перед ней.
   - Я никому не скажу, - попыталась она успокоить Таниэллу. - Не волнуйся. Но со всем соглашаться тоже не выход.
   - А что делать? - растерянно спросила Таня.
   Сейчас она напомнила Веде Верунчика в первые дни их знакомства. В тот день принцесса вот так же растерянно стояла перед кухонным столом, на котором лежали продукты для теста. Веда решила всех угостить варениками с картошкой и обещала дать мастер-класс для желающих. Вера же тогда так же потерянно смотрела на картошку и гадала, как к ней подступиться, попеременно переводя взгляд то на подругу, то на продукты. Но была вынуждена признаться, что не знает. Над ней потом несколько дней домочадцы бабы Дуси потешались, а Веда шикала на них, заступаясь за подругу, обещая спросить у них строение синхрофазотрона или карбюратора, если они не угомонятся. Угроза действовала. На пару часов, до следующего приёма пищи. А потом опять начинались шуточки. Скоро и сама принцесса смеялась над собой, признавая, что не стыдно не знать. И грех не воспользоваться такой возможностью научиться чему-то новому. Благо, отец далеко, и никто, кому не надо, не видит.
   Посмотрев сейчас на Таниэллу и улыбнувшись, она на чистом русском, проверяя свои догадки, предложила:
   - Давай, устроим Эндрейну полномасштабную военную акцию под кодовым названием 'Андриано Челентано'.
   - Почему Андриано Челентано? - так же на русском спросила Таня.
   - Строптивый больно, - со смешком ответила она ей, наблюдая, как расширяются серые, как хмурое небо, глаза графини, и до девушки доходит, на каком языке они разговаривают.
   - Как? - только и могла спросить Таня, прикрыв ладошкой открытый от удивления рот.
   - А вот так, - развела Веда руками. - Я родом оттуда, откуда ваш прадедушка, - решила честно признаться.
   Ведь для того, что Веда задумала, ей придётся объяснять, откуда она всё это знает. А Таня не такая, чтобы просто принять помощь, не выяснив, зачем и для чего это нужно, и главное, как всё это возможно провернуть.
   - А дядя...
   - Знает. Он меня и раскрыл, - продолжая улыбаться, пояснила Веда.
   - А кто... - графиня оглянулась на оставшихся на полянке и всё ещё не расстеливших одеяло девочек.
   - Вера тоже знает русский, - правильно поняла её вопрос Веда. - Лион с твоим дядей. Ну, и Эдиней, по-моему, тоже немного. А так, никто больше.
   - А...
   - Ты мне скажи, хочешь или не хочешь, чтобы тебе ответили взаимностью?
   - Хочу! - решительно сказала Таниэлла, но тут же потупилась, опуская и лицо.
   - Так не годится, - Веда подошла и приобняла её. - Давай, ты не будешь чего-либо стесняться. Хотя бы в моём присутствии. Надо же с чего-то начинать. А то тебя вообще все заклевали. И ещё, если тебе что-то не нравится, ты об этом говоришь прямо, чётко. Не молчишь, как воды в рот набравшая. И потом за это не чувствуешь себя виноватой. Договорились?
   Таня, поднявшая на Веду глаза, пока ей давали наставления, робко улыбнулась и кивнула. Но, смотря на первые ростки надежды в глазах девушки, Веда знала, что будет не просто.
   - Вот. Уже молодец! Предлагаю тебе дружбу. Будем дружить, так сказать, против Эндрейна, - с улыбкой сказала она: - Заставим его бегать за тобой и просить прощение, что тебя не замечал и так с тобой обращался.
   Таня опять робко улыбнулась на её слова.
   - Ну, так как? Друзья?
   - Друзья, - кивнула Таня, принимая предложение Веды.
   - Вот и хорошо. А теперь пошли руководить процессом. А то эти дети нам порвут наш стол для пикника, и придётся есть стоя, - развернув обратно и всё ещё придерживая Таню за плечи, Веда повела её к трём девушкам, которые всё никак не могли решить, на солнышке накрывать на стол или в теньке.
   Придя и быстро дав всем нагоняй, что девушки уже через пару минут уселись в тенёчке, возле накрытого ими стола, и стали наслаждаться видами. Потекло неспешное обсуждение, что сейчас такого можно одеть, чтобы не было жарко. Постепенно разговор перетёк на моду. А Эла всё не было.
   Перекусив и обсудив немного моду, Веде захотелось прогуляться. Но никто её не поддержал. И она сама решила пройтись до той заводи, о которой им в первую прогулку рассказывала Мира. Ей предложили зонтик, чтобы Веда спряталась от солнца, так как аристократкам положено иметь белую кожу. Но Веда сказала, что никогда не была этой самой аристократкой и становиться ею не собирается, отказалась от предложенного. Подруги, пожав плечами, пожелав сильно не сгореть, стали рассуждать на тему, шокировало бы высшее общество, если бы принцесса появилась на приёме в шортах. Что такое шорты, Вера уже успела всех просветить и без помощи Веды. Улыбнувшись странным мыслям девушек, Веда отправилась прогуляться.
   Перейдя мостик, она как-будто сразу очутилась в тропическом лесу. 'Чудеса', - мелькнула у неё мысль, пока она разглядывала всё. Как-то она смотрела передачу 'Живой мир', и там рассказывали про леса Мексики. Вот одним из них был Лакандонский. Точь-в-точь такой же, в каком она сейчас стояла. Растения очень напоминали бамбук, лианы, эбеновые деревья, шарею, эпифиты и папоротники, альбицию, каулифлорию, которые произрастали в тропиках на Земле. Но всё это чудо было таких экзотических расцветок, что Веда забыла, где находится. Шагая по узенькой тропинке, дотрагиваясь до растений, гладя листики, она переводила взгляд от одного представителя флоры Сантима на другого.
   - Красота, - ахнула она, когда увидела перед собой привычное зелёное дерево с тёмно-коричневыми фруктами длиной двадцать пять и шириной пятнадцать сантиметров на толстых черешках, свисающих прямо со ствола.
   'Чемпедак? Тут?' - обрадовалась Веда. Она, ещё будучи в отпуске в Тайланде, полюбила этот фрукт с тёмно-жёлтой, нежной, сочной и сладкой мякотью. От этих плодов тоже шёл очень сильный, приятный аромат. И она была уже готова подбежать и сорвать так манивший её плод, но споткнулась о какие-то ветки и, чтобы не упасть, схватилась за ближайший ствол дерева, вынуждено опуская взгляд на дорожку, по которой шла.
   В метре от неё, как раз под кустом одного из этих чудных растений, стоял маленький коренастый мужичок, а большие серо-зелёные глаза с вертикальным зрачком светились радостью встречи.
   - Дядько Микайло! Вот это встреча! Вы как тут? - подбежала тут же к нему, опускаясь на корточки и обнимая старого знакомца, Веда.
   - Так охраняем владения свои тута мы, - заулыбался теперь и сам леший. - А ты так тут в гостях, как я погляжу?
   - Угу, - отстраняясь, но продолжая сидеть на корточках и улыбаться, подтвердила Веда. - В гостях. С родителями Эла знакомиться приехали.
   - Хорошая она. Не злая. Строгая, правда, но не злая, - закивал её друг.
   - Кто? - не поняла она, присаживаясь на ветку, об которую споткнулась.
   - Так знамо, кто. Рейгана. Я же её ещё девчонкой малой знал. Теперешне она хозяйка замка ентого. Мама твоего Эла. И дети у неё хорошие. Правда, старшенький испортился апосля експериента своегошного. Темноту в себе носил. Но ты, я видел, его освободила. За это моя тебе благодарность.
   С этими словами дядька Микайло протянул и вложил ей руку камешек. Опустив взгляд и покрутив подарок перед глазами, Веда спросила.
   - А этот что даёт?
   - Желание исполняет, когда совсем худо.
   - Спасибо большое, - вешая на свой браслет очередную подвеску, поблагодарила она лешего.
   Закончив разбираться с подарком, Веда перевела взгляд на дарителя, а потом за него и попросила.
   - Дядька Микайло, а можно мне этот фрукт попробовать? Он очень похож на одну из тех вкусняшек, что растут на Земле.
   - Отчего ж нельзя? Можно.
   И прямо на удивлённых глазах Веды один из коротких стеблей повернулся к ним поближе, и фрукт спланировал прямо в руки лешего. Он деловито разломил его пополам и протянул ей кусочек.
   - Угощайся.
   - Спасибо, - радостно приняла угощение, уже видя, что это именно чемпедак.
   'Но как? Откуда?' - крутились у неё мысли, пока Веда наслаждалась дивным вкусом экзотического даже для таких мест растения. Дядько Микайло присел рядом с ней, вытирая о небольшой лоскут материи руки после того, как съел фрукт. Протянув такой же, оказавшийся влажным, лоскуток для Веды, он спросил:
   - Вижу по глазам, вопросов много.
   Веда закивала, принимая с благодарностью ткань и подтверждая очевидное. Леший усмехнулся в бороду и начал свой рассказ.
   - Я, когда молодым был, по мирам ходил. Тогда ещё можно было. Вот это дерево попросило меня, чтобы я взял его с собой. Сказало, что путешествовать любит.
   - Прям само так и сказало? - улыбаясь, уточнила Веда, гадая, разрешит ли леший ей взять парочку фруктов для друзей.
   - Да. Они же разумные все. Просто, вы с ними разговаривать не умеете. А они всё чувствуют. Любят, ненавидят, радуются и горюют. Всё, как у вас. Только по-иному.
   - Да. Я тоже слышала, что они помогают нам, людям. Иногда негатив могут весь забрать. Или силой напитать.
   - Вот. Правы те, кто так балакают. Слушай их, - поднял указательный палец левой руки вверх, как бы закрепляя сказанное.
   - Договорились. Буду слушать.
   - Ну? - через минуту тишины спросил Микайло.
   - Что? - с улыбкой спросила Веда.
   - Ну, я же вижу, попросить хочешь, чтобы я тебе гостинцы для твоих девочек разрешил взять, - заулыбался он в ответ.
   - А можно?
   - Можно. Десять хватит? А то пока спелых больше нет, - как-то немного виновато произнёс леший.
   - Хватит, - заверила его она, радуясь, что дают так много.
   'Ещё и про запас парочка останется'.
   И вот, когда фрукты так же по волшебству, ведомому только местному хозяину, опустились в её руки и были убраны в бездонную сумку, а Веда собралась уже прощаться и возвращаться на полянку, леший попросил:
   - Ведушка, ты приходи сегодня вечером сюда.
   - Для чего, дядька Микайло? - повернувшись в нему, спросила Веда.
   - Ну, скучно мне тут. А моим деревцам глоток свежего воздуха да тёплого света не помешает. И... это... - он отвёл взгляд, - и могла бы... это... ну, спеть для нас.
   - Хорошо, дядь Миш, приду, - смеясь, согласилась она, помня, что почему-то её песни даже лешему бабы Дуси нравились, и он частенько приходил на границу их полянки, послушать, как она пела.
   - Как ты меня назвала? - вскинув голову и удивлённо таращась на неё, спросил леший.
   - Дядя Миша. Это на русский манер, сокращённое от Микайло. Не нравится? - присев возле него и заглядывая лешему в глаза спросила Веда.
   - Да неее. Наоборот. Меня так никто, по-домашнему, не называл. А ты... вот девка. Умеешь удивить. Я рад, что тогда ты пришла ко мне, и я решил тебе помочь.
   - И я рада, что познакомилась с тобой. И спасибо за всё, - она в очередной раз обняла его. - Я постараюсь сегодня вечером прийти к тебе в гости.
   - Я буду ждать, - отозвался он, взмахом руки убирая огромные ветки и листья с её дороги, открывая ровную тропинку. - Иди по ней. Ты выйдешь как раз к мостику.
   - Спасибо, дядь Миш. И до встречи.
   И Веда поспешила скорее к друзьям, чтобы поделиться новым для них, экзотическим фруктом.
   - Веда, - окрикнула её Вера, - ты где была?
   И тут же повернувшись, закричала:
   - Она здесь, - а потом опять ей: - Ты где была? Мы тебя уже полчаса ищем.
   - Не выдумывай. Меня не было от силы минут десять.
   - Ага. Эл уже тут такого шороху навёл, - подходя и обнимая подругу, стала причитать Вера. - Я так за тебя испугалась. Мы тут всё обыскали, а тебя нет. Эл на два раза всё прошел. Ты где была то? - отстраняясь от неё, ещё раз спросила подруга.
   - О, ты не поверишь, где я была. Там так красиво. Я вам даже гостинцы принесла. Я...
   - И где мы были? - услышала она ледяное от любимого, когда вышла из леса вместе с Верой.
   - Мы? - с улыбкой переспросила Веда. - Вы, не знаю. А я...
   - Хватит! - вдруг разозлился Эл. - Ты можешь нормально сказать, где ты была?
   Улыбка сползла с её лица. 'Что происходит?' - пришла мысль, когда Эл быстро повернулся и ушёл в замок.
   - Веееер, а что происходит? - не сводя взгляда с удаляющейся фигуры, спросила она подругу.
   - Я же тебе говорю, тебя потеряли. Ты ушла гулять. Пришёл Эл, тебя нет. Он всё тут проверил, но тебя не нашёл. Тебя реально тут не было. Я сама второй раз с ним ходила, - с беспокойством ответила ей Вера. - Правда, ты куда пропадала?
   - Я в гостях у дядьки Микайло была, - всё так же не отводя взгляд от Эла, пока он не скрылся в воротах, ответила Веда. - И мне казалось, я там не долго была.
   - Тебе надо поговорить с Элом, - тут же начала принцесса. - Он так за тебя переживал. Поговорите, выясните всё.
   - Поговорю, - задумчиво проговорила Веда, отмечая очередную агрессию Эла по пустяковому случаю.
   'Нам действительно нужно поговорить', - решила она, поворачиваясь к Вере.
   - Вы домой собираетесь или ещё будете тут?
   - Домой. Какой тут пикник, - вздохнула подруга.
   - Тогда идёмте, помогу собраться.
   Собрались они быстро. На молчаливые, но вопросительные взгляды девушек, Веда никак не реагировала. Только когда они вошли в замок, на крыльце обратилась сразу ко всем.
   - Я хочу извиниться за испорченные по моей вине день и пикник в целом. Я обязательно отвечу на ваши вопросы, но чуть позже. Сейчас мне нужно поговорить с Элом.
   - Он, наверное, у себя, - подала голос Мира. - Когда ему плохо, он идёт или в библиотеку, там есть выход в сад, или закрывается у себя в комнате.
   - Спасибо, Мира, - поблагодарила Веда и отправилась искать любимого.
   Эл нашёлся у себя в комнате. Он как раз куда-то собирался и открыл дверь, когда Веда занесла руку, чтобы постучать.
   - Веда, - прошептал Эл.
   - Эл, - одновременно с ним произнесла она, не отводя взгляд, - нам надо проговорить.
   Он посторонился, пропуская её внутрь. Войдя, она прошла к окну и облокотившись на подоконник, стала смотреть на кромки деревьев, что были видны из его окна.
   Эл молча подошёл к ней и остановился, не касаясь.
   - Я... прости меня, - тихо начал Эл. Он стоял очень близко, и Веда чувствовала его дыхание. - Я за тебя испугался. Очень. Тебя не было в этом проклятом лесу.
   - Он не проклятый, - решила его перебить Веда. - Там живёт дядька Микайло. И там очень красивый лес.
   - Я так и думал, что ты к какому-нибудь лешему в гости подалась, - усмехнулся её любимый.
   - А если думал, что же накричал, даже не разобравшись, - поворачиваясь к нему лицом, задала она ему вопрос.
   - Просто, - он обнял и притянул не сопротивляющуюся любимую к себе, - я за тебя переживал, а тут ты... улыбаешься... и совсем не думаешь, что я за тебя волнуюсь, вот я и... - он отвёл взгляд, пока говорил, а потом опять посмотрел на Веду. - Прости. Я... последнее время очень жутко себя веду. Да? Я и сам понимаю. Но... прости меня.
   Веда подняла руку и легонько провела ею по лицу Эла, оставляя прижатой к его щеке.
   - Эл, я уже не обижаюсь на тебя. Я просто хочу понять, что происходит? Почему ты так себя ведёшь? Кидаешься постоянно из-за любой мелочи на меня, кричишь, не разобравшись. Что с тобой?
   Она очень обеспокоенно смотрела в его глаза, пытаясь не только словами показать, что переживает не меньше, чем он сегодня за неё.
   - Можно, я потом тебе всё расскажу?
   - А сейчас?
   - Сейчас я и сам всего не знаю, - вздохнул он, отводя глаза.
   - Я буду ждать, - согласилась она, кладя свою голову на его грудь.
   - Мне нужно будет уехать.
   - Когда? - так не хотелось отпускать такого родного человека куда-то от себя.
   - Сегодня вечером, после ужина.
   - Хорошо.
   - Я буду скучать, - вдыхая запах её волос, прошептал Эл.
   - Ты ещё не уехал, а уже скучаешь, - усмехнулась Веда, а у самой кошки скреблись на душе от неизвестности.
   - Я буду приезжать, как смогу, - пообещал он ей, легонько гладя по волосам.
   - Как часто?
   В руках Эла было спокойно и легко. И любые тревоги забывались.
   - Раз в два-три дня.
   - Точно? - решила она пошутить. - Я могу на это надеяться? Завтра не прибежишь?
   Веда подняла голову и посмотрела с лукавством в любимую синеву. Эл же, не поняв, чем вызван её вопрос, пояснил:
   - Раньше не получится. Много работы скопилось и... а почему ты спрашиваешь?
   - Нуууу, чтобы ты случайно не застал меня с кем... - улыбнулась она, но видя, что глаза Эла гневно сужаются, поспешила исправиться. - Это шутка такая. Неудачная. Так что не нужно возмущаться. Ты же знаешь, мне никто кроме тебя не нужен.
   - Знаю, - выдыхая и прижимая её к себе, проговорил Эл. - Ну, и шуточки у тебя.
   Он легонько поцеловал её в висок.
   - Прости, - покаялась Веда. - Правда, дурацкая шутка. Я тоже, наверное, устала сегодня, вот и горожу всякую чушь.
   - Мы оба устали, - улыбнулся её любимый, прокладывая дорожку из лёгких поцелуев от виска к губам. - И нам не мешало бы отдохнуть.
   - Правда? - млея от такой негаданной ласки, улыбнулась Веда.
   - Правда, - ответил он, накрывая её губы своими.
   Целовались они долго. И если бы не стук в дверь, извещая, что скоро ужин, они бы так и просидели вдвоём в комнате Эла, наслаждаясь друг другом. И Веда была бы этому только рада. А так пришлось срочно приводить одежду в порядок и идти ужинать.
  
  
   Глава 5. Андриано Челентано или операция Ы !
  
  
   Эллариан
  
  
   - Вот так, Мира. Ногу назад и полукруг ею. Ага. Вот так. Вера, молодец. Танюш, чуть дальше. Да, так. И спинку прогни. Вот. Теперь ещё раз. Угу. А теперь голову опускай медленно за руками, так, и резко вверх. Класс. Вы молодцы. А теперь всё с начала.
   Это первое, что услышал Эл, когда они с братом вернулись через три дня в дом родителей. Не сговариваясь, оба представителя рода Элгейского шагнули к дверям танцевального зала и приоткрыли створки.
   Там, посреди зала, напротив зеркальной стены стояли четыре юные, сказочные нимфы. В белых, длинных, с разрезами вдоль бёдер юбках и на тонких бретельках майках. Волосы девушки заплели в косу и закрепили шпильками, или подняли в высокий хвост.
   - А теперь под музыку, и всё с начала, - командовала самая любимая 'нимфа' Эла.
   Сразу же полилась весёлая, ритмичная музыка, заполняя весь зал. А девушки разошлись в разные стороны, чтобы тут же под музыку вернуться и, встав в шахматном порядке, начать творить волшебство. Волшебство танца.
   'The sun, is setting on the sand
   Sangria all around
   and the real love is found.
   So you're lookin' over here but I don't see ya
   Givin' it your best but I don't see ya
   Now you're makin' all the moves but I won't see ya
   Don't try to get me cause I won't see ya...' 3.
   Синхронные шаги, взмахи руками, плавно стекающие вдоль тел и заставляющие наблюдателей провожать их взглядом, повороты головы, движения ногами, наклоны, прогибы и медленные поднимания, развороты и плавные движения под музыку. Всё это завораживало. Эл смотрел и не мог насмотреться на Веду. Нет, красиво двигались все девушки. Но ему хотелось смотреть на танец Веды. Вернее, кроме неё, он никого не видел. Она вела, задавала темп, указывала направление. Она манила и обещала. Она играла и делилась лёгкостью каждым тактом, каждым взмахом, каждым биением сердца. Смотря на неё, ему хотелось подойти и продолжить танец уже вместе. Касаться её руками там, где она только что провела вдоль стройного тела своими, повторить эти движения губами, прижать любимую к себе, накрыв так манившие его губы Веды, и почувствовать отклик, который только она всегда дарила ему. Но, как будто услышав его мысли, Веда озорно улыбнулась и, отрицательно замотав головой, помогая себе руками, подпевала неизвестной певице:
   'Oh no, no no no, Let's go, go, go.
   Oh no, no no no, Let's go, go, go '.
   И он просто с нежностью и теплотой смотрел за таинством, оставаясь на месте. А по залу разносилось:
   ' ... I'm everything you wanna be
   All done up so perfectly
   And everybody loves me
   yeah yeah, yeah yeah
   I can feel you wanting me
   but there's no chance of getting me
   Don't bother trying.
   I'm too sexy, sexy '
   Он сглотнул и как будто сквозь пелену услышал рядом глухое:
   - Тани... Таниэлла?
   Эл слегка повернул голову и увидел обескураженный и одновременно восхищённый взгляд брата, который следил с не меньшим интересом за танцующими. Вернув внимание девушкам, он только сейчас понял, что помимо Веды танцуют Вера, его сестрёнка Мира и невеста Эндрейна - Таниэлла.
   Эл усмехнулся, посмотрев опять на брата.
   'Даааа. Не думал, что брат способен на какие-нибудь чувства. А тем более такие'. Он облокотился о косяк двери, сложив руки на груди, и опять вернулся к наслаждению танцем. Они стояли для всех незамеченными. А девушки кружились, приседали, поднимались, замирали, чтобы вновь продолжить движения. И для них никого вокруг не существовало. Лишь улыбка на устах свидетельствовала о том, что им нравится творить то, чем они занимаются.
   Но вот Веда сделала очередное движение и вскинула голову, увидев его. Заулыбалась. А потом послала воздушный поцелуй, продолжая танцевать. И вот прозвучали последние звуки мелодии, и девушки застыли, а потом рассмеялись и захлопали себе.
   - Молодцы. У нас всё получилось, - похвалила их Веда.
   Эл присоединился к аплодисментам. За что тут же получил три немного озадаченных и смущённых взгляда.
   - Девушки, вы великолепны. Я поражён, - продолжал он нахваливать их, приближаясь.
   - Действительно, - услышал Эл рядом голос брата. - Я поражён не меньше. И когда вы только этим непотребствам научились?
   - Ничего вы, маркиз, не понимаете в колбасных обрезках, - вдруг выдала Веда.
   - Что? - останавливаясь и удивлённо смотря на его любимую, спросил Эндрейн.
   - А, - махнула она рукой на его брата, - ничего, - и уже девушкам: - У нас всё чудесно получилось. И не слушайте этого старого брюзгу. Ему понравилось. Я видела. Просто он не привык говорить комплименты.
   Эл проследил, как слегка порозовело и вытянулось от удивления лицо брата, а Веда продолжила:
   - Наша разминка окончена. Сейчас все по своим комнатам. И по плану у нас водные процедуры, а через полчаса всех жду у себя. Да, и про Ирэн не забудьте. Она как раз должна уже закончить свои дела, - проговорила она вслед удаляющимся девушкам.
   С этими словами Веда подошла к Элу и, улыбнувшись, быстро поцеловала. Он попытался обнять, но она увернулась.
   - Мне нужно ополоснуться. Мы же тут не просто разговоры разговаривали.
   - Я к тебе зайду.
   Веда кивнула и убежала вслед за девушками.
   - И что это было? - сухо спросил Эндрейн.
   - Разминка, - пожав плечами и пытаясь не улыбаться, ответил ему Эл.
   - И ты разрешаешь ей этим заниматься? - в голосе помимо раздражения прорезались нотки осуждения.
   - Чем, этим?
   - Это неприлично для леди...
   - Эндрейн, прекрати, - одёрнул он старшего брата. - Они просто тут танцевали. Танцы бывают разные. И...
   - Вот именно, что разные. И...
   - И нет ничего противозаконного, если девушки хотят научиться чему-то новому и им интересному.
   - А когда они перед посторонними так танцевать будут, ты тоже...
   - Ты видишь здесь посторонних? - раздражённо спросил он Эндрейна.
   С одной стороны он был рад, что Эндрейн сейчас с ним, а не уехал с отцом и графом Мортэн. В тот день маркиз был не в состоянии, а ждать, когда протрезвеет сын герцог не захотел. И вот теперь брат помогал ему, вместо отца решая вопросы и выполняя поручения короля. Но с другой сторону, Эл хотел, чтобы ему никто не мешал побыть с любимой. А когда Эндрейн рядом расспросов и осуждения не избежать.
   Сегодня пришло сообщение, что отец возвращается. Но ничего существенного они не нашли. И Эндрейн был не в духе. Ещё и король зачем-то затребовал дочь к себе. А ещё и это представление. Явно не для них. Девушки просто развлекались. Но всё же. 'И куда смотрит мама?', - задался он риторическим вопросом.
   - Ну, надо же с чего-то начинать. Сейчас с таких вот танцев. Завтра пойдут в кабак. Послезавтра - в дом хм...
   - Уйми свои фантазии. И прекрати говорить гадости. Признай, тебе же понравился танец? А сейчас ты бесишься, что Таня так...
   - С каких это пор моя невеста стала для тебя Таней? - лицо маркиза Ферана представляло собой маску надменности. Впрочем, голос особо не отличался, хотя был слегка окрашен бешенством.
   - Оооо, брат, как тебя-то проняло, - не выдержал всё-таки Эл и засмеялся. - Прости, - выставил он руку вперёд, как бы успокаивая своего Эндрейна, - но, правда, ты бы себя видел со стороны.
   Эндрейн резко повернулся и быстро ушёл из зала.
   - Да. Любовь - странная штука, - хмыкнул он, собираясь выполнить своё обещание, и направился в комнаты любимой, надеясь, что отец приедет всё же не с пустыми руками и в следующую их поездку они заберет с собой его брата.
  
  
   Веда
  
  
   'Пять секунд - полёт нормальный', - поднимаясь по ступенькам на второй этаж и идя в выделенные ей апартаменты, Веда была довольна. Всё так славно сложилось. И их танец, и внезапный, но не менее радостный приезд любимого. И даже появлению Эндрейна она была рада. Он увидел то, чему Веда уже три дня учила Таню, морально подготавливая её к 'укрощению строптивого'.
   Сколько было разговоров, споров, уговоров и дружеского шантажа. Веда понимала, что в одночасье изменить взгляды, привычки и убеждения тихой, где-то даже застенчивой, чересчур послушной воле старших аристократки, которой являлась Таниэлла, не возможно. Но видя, каким стал Эл, как изменилась Вера, она понимала, что настойчивость, вкупе с добротой, дружеским отношением и уважением дадут результаты. И поэтому, на отказ графини Мэлори танцевать 'такие' танцы, на нежелание одеваться по-другому, неумение говорить 'нет', когда действительно этого не хочется, и нехотение отстаивать своё мнение, она прикладывала все усилия, чтобы показать, изыскать способ, заинтересовать и добиться своего. И её усилия, однозначно, не прошли даром.
   Первые результаты перевоспитания Тани её подруги увидели за столом на следующее утро за завтраком. Когда семейство Оттарис привычно завело пространственные рассуждения о распущенности и невоспитанности некоторых особ, которые имеют наглость проживать в доме родителей своих любовников, абсолютно никого не стесняясь, Таниэлла поддержала их, соглашаясь. И продолжая тему недопустимости, под удивлённом взглядом герцогини так же стала философствовать, что есть даже среди аристократов такие вот бессовестные леди, которых-то и леди назвать нельзя. А всё почему? Потому что они хотят нажиться на беде других, например, отказываясь разрывать помолвку. И всё это делалось так красиво, в рамках дозволенных выражений, но не оставляя присутствующим сомнений, о ком говорит графиня Мэлори.
   Веда очень старалась не смеяться, наблюдая, как меняются в лице графиня с братом, как прячет улыбку в уголках губ Ирэн, как, не стесняясь, улыбаются, хоть и опустив взгляд, Мира с Верой. Но вот увидеть хоть и мимолётную, но добрую улыбку у Рейганы не ожидала.
   И это было не единственным достижением Таниэллы. После этого случая Таниэлла несколько раз 'ставила на место' Мирэнду с Рендамом. Герцогиня не вмешивалась, давая возможность показать себя Тане. А может, ещё и сама получала удовольствие, что девочка наконец-таки выросла.
   Под влиянием Веды Таня начала одеваться немного по-другому. Исчезли оборочки, ушёл серый цвет, увеличился немного вырез декольте и поменялся фасон. Но всё выглядело допустимо, элегантно, и самой перевоспитываемой нравилось. Причёска тоже постепенно стала более воздушной. Веда вместе с Верой убедили подругу, что это последний писк моды в Париже, а он, как известно, законодатель в этом вопросе.
   Ещё Веде очень нравилось, что герцогиня стала разговаривать с Таней. Не одергивать, не критиковать и указывать, как она не права, а разговаривать. Постепенно в это общение Рейгана включила и Веду. Мать Эллариана хоть и держала нейтралитет при гостях, ни словом, ни делом не выказывая свою поддержку ей, но стала участвовать в их посиделках в библиотеке, советовала Мире, что можно показать их гостям, и с удовольствием слушала пение Веды. А уходя от них, так как обязанности герцогини никто не отменял, один раз, вздохнув, призналась, что хотела бы, чтобы небезызвестное семейство скорее уехало, так как она от них устала. И Веда чувствовала, что женщина не врёт. А ещё, Рейгана разрешила провести мастер-класс для девушек по кулинарии. Веда с подругами оторвалась. Напекли столько всего, что ели всем замком.
   И вот ещё одной маленькой победой стала заинтересованность Эндрейна Таниэллой. Ведь по взгляду брата Эла было ясно, что увиденное его очень даже не оставило равнодушным, хоть он и пытался показать обратное.
   'Когда не нравится, так себя не ведут. Это во-первых, - рассуждала она. - А, во вторых, Таню он заметил. И это главное. Теперь завершим первую стадию и приступим ко второй'. Мысленно потирая ручки, подошла Веда к своим комнатам и скрылась там.
   Быстро ополоснувшись и закутавшись в махровый белый халат, она поспешила в комнату за вещами. Но там её уже ждали.
   Выйдя, Веда была поймана сильными, но нежными руками и прижата к тёплому и родному телу.
   - Эл! - немного возмущённо воскликнула она, но внутри была рада, что он пришёл. - Тебя не учили, что без спроса заходить в чужие апартаменты нельзя?
   - То в чужие, - хохотнул он, разворачивая её к себе и смотря в любимые карие глаза. - А я пришёл в нашу с тобой комнату.
   Он наклонился и, уже не стесняясь, занялся тем, о чём мечтал вот уже целых десять минут, как появился в родительском замке. Веда отвечала ему не менее страстно, соскучившись по любимому. И только когда Эл слегка отстранился от неё, обратила внимание, что прижата к стенке, а полы её халата слегка разошлись в стороны, чем бессовестно пользовался этот наглый, но такой любимый субъект. Руки блуждали по её телу, заставляя жар желания подниматься по спине и от сладкой истомы слабеть ноги. Внутри всё звенело натянутой струной, и очень-очень-преочень хотелось, чтобы Эл не останавливался.
   Но её желанию, в очередной раз, не суждено было сбыться. Он шумно вздохнул, замирая. И, прижав к себе, зарылся в её волосы, стараясь успокоиться. Веда обняла его, не настаивая и в этот раз.
   - И долго ты нас мучить будешь? - не сдержалась она всё-таки, когда и её дыхание пришло в норму.
   - Любимая, потерпи ещё немного. Скоро отец уже вернется. Я уверен, у них всё получится.
   - А если...
   - Получится! - перебил он её, так и не разжимая объятия, а ещё крепче прижимая к себе. - Я в этом уверен.
   - Это хорошо, что уверен, - вздохнула она, проводя пальцами вдоль спины любимого, рисуя на ней даже ей непонятные узоры.
   - У меня для тебя подарок, - начал Эл.
   И отстранившись, пока Веда запахивала халат, он достал из кармана куртки, в которой был, оббитый синим бархатом продолговатый футляр.
   - Я буду рад, если ты примешь этот подарок, - открывая коробочку, проговорил любимый.
   А глаза буквально просили принять.
   Веда тепло улыбнулась, понимая, что отказать не сможет, и опустила взгляд на подарок. На синем бархате лежал не очень большой, с пол-ладони, плоский, овальный темно-красный камень, оправленный в золото. 'Рубин', - поняла Веда.
   - Это фамильный кулон. Его мне оставила моя бабушка. Мама отца. Она взяла с меня обещание, что эта вещь будет принадлежать только той, которую я полюблю. А она будет любить меня. Я хотел ещё раньше тебе подарить, но всё как-то не получалось, - говоря, Эл вытянул из коробки оказавшееся на длинной золотой цепочке украшение. - Примеришь?
   И прозвучало это с такой затаённой надеждой, что с счастливой улыбкой, кивнув, Веда отвела волосы и повернулась к нему спиной, позволяя надеть подарок на неё. Эл быстро справился с этой задачей. И взглянув на себя, она увидела, что из-за длинной цепочки камень болтается на уровне живота. Решив похулиганить, Веда с улыбкой сказала:
   - По-моему, это украшение носится немного по-другому.
   И отойдя на пару шагов от любимого, перевернула цепочку так, чтобы рубин оказался сзади. А заодно спустила халат с плеч, обнажая спину. В комнате повисла тишина. Очень медленно повернув голову, чтобы проверить реакцию Эла, она увидела его любящий, полный нежности и восхищения взгляд.
   - Я очень тебя люблю, - проговорил он, приближаясь к ней. А Веда разглядела ещё кое-что, что заставило ощутить жар предвкушения и неосознанно задержать дыхание. - Но ты играешь с огнём, - наклоняясь и проходя губами вдоль спины до места, где расположился подарок, и обратно к шее, прошептал он ей в ушко. - Хватит провоцировать меня.
   - Я просто примеряю твой подарок, - но услышав хмык, продолжила: - И да, немного провоцирую, - накидывая халат на плечи и запахивая его, проговорила Веда.
   - Доиграешься.
   - Ну, может, тогда ты наконец...
   - Веда, я же всё объяснил, - вдруг с раздражением сказал Эл. - И ты обещала...
   - Я от своих слов не отказываюсь. Обещала ждать, жду... пока жду, - Веда выскользнула из его объятий и направилась к шкафу.
   - Что значит, пока? - взгляд мужчины поменялся.
   Из нежного и обожающего он превратился в колючий и выжидательный. Но так как она находилась к нему спиной, то этого не видела и продолжала рассуждать вслух.
   - А то и значит. Найду себе посговорчивее и тогда...
   Её рывком развернули и прижали к дверце шкафа.
   - Кого ты себе найдёшь? - уже зло спросил Эл.
   Ошарашено смотря на любимого, она не верила, что явные, ничего не значащие шутливые слова могли его так взбесить.
   - Ну, - тряхнул он её, -я жду ответа.
   - Эл, - наконец отмерла Веда, - мне больно.
   - Я жду ответа, - потребовал он опять.
   - Это была шутка. Неудачная шутка. Никого я не буду искать. Ты же знаешь это, - и чувствуя, что хватка стала менее сильной, попросила: - А сейчас отпусти меня. Ты делаешь мне больно. И дай мне одеться, пожалуйста.
   Эл отступил, разжимая руки, но уходить не спешил. Посмотрев на то, как Веда медленно развернулась и стала дальше искать, что одеть, Эл подошёл и уже нежно обнял и прижал её к себе.
   - Прости. Я сам не знаю, что на меня нашло. Просто. Я... прости.
   - Эл, дай мне, пожалуйста, одеться, - стараясь не расплакаться, попросила Веда.
   С одной стороны, она винила себя, что так неуместно пошутила. Но и почему надо так реагировать на явную шутку, Веда не понимала. И ей было обидно. 'Мне, что совсем не доверяют?' - смахнув набежавшую слезу, думала она, доставая и раскладывая платье, которое планировала надеть на обед.
   Эл отпустил её, но никуда не ушёл. Он стоял рядом и молчал. А после того, как Веда удалилась в ванну и, там переодевшись, вернулась в комнату, Эл опять обнял её и, сев в кресло, усадил Веду себе на колени.
   - Я не во всём ещё разобрался, - начал он, заставив положить её голову себе на грудь, а рукой начал гладить её по спине, - поэтому не хотел пока ничего говорить тебя. Но с недавних пор я... понимаешь, я...
   - Веда, - влетела в комнату принцесса, прерывая покаяние Эла, - а мы уже тебя... ооо, простите, я вам помешала? - с извиняющимися нотками в голове спросила Вера.
   - Есть немного, - признался её любимый, не отпуская Веду с рук. Но перевёл взгляд на неё и вздохнул, прошептал: - Видно, не судьба сегодня поговорить.
   Затем поставил Веду на ноги и, поправив на ней платье, нежно поцеловал и ушёл, пообещав зайти через часа три и проводить их на обед.
   - Поссорились? - после того, как закрылась дверь, быстро спросила Вера.
   - Нет... почти нет, - вздохнула Веда.
   - А что случилось?
   - Да так. Потом расскажу, - посмотрев на себя в зеркало и поправив и так хорошо сидящее на ней платье, проговорила она: - Девочки когда придут?
   - Ира сейчас. Я её как раз встретила, когда к тебе шла. Она обещала книги занести к себе и придёт. Мира пошла на кухню, чтобы чай принести. А Таня... она с Андрюсиком ругается.
   - Как ругается? - встрепенулась Веда, поворачиваясь к принцессе.
   - Ну, не ругается, - присаживаясь в освободившееся кресло, улыбнулась Вера, - строит женишка своего. Он опять зашёл к ней в комнату без стука, а она была не одета... почти, - озорная улыбка опять озарила лицо принцессы: - Ну, слово за слово. Он ей танец наш припомнил, заявив, что бесстыдно так танцевать. И вообще, она - невеста маркиза и должна себя вести достойно, а не как портовая девка. Таня отвесила ему пощёчину и выгнала из комнаты, запретив заходить к ней без её разрешения.
   Веда прикрыла ладошкой рот, слушая подругу, радовалась, что Таня не растерялась, не промолчала и в этот раз, а заявила об уважении к себе.
   - Молодец, девочка, - вторя её мыслям, высказалась Ира, которая зашла как раз к ним в комнату.
   - Не осуждаешь? - удивлённо посмотрела на неё Веда, припомнив, что фрейлина принцессы не очень поддерживала её идею, когда она шутя пересказывала ей жизненные истории, незаметно стараясь подвести к мысли, что безвольной куклой жить нельзя и нужно уметь постоять за себя.
   - Нет, - усаживаясь на соседнее с Верой кресло, отрицательно помотала Ира головой, - уважаю. Не побоялась. Правда, не знаю, какая последует реакция. Но считаю, она - молодец.
   - Я тоже, - поддержала её принцесса.
   - О, так у вас уже тандем. Вы сработались, - подколола их Веда.
   Вера с Ирэн переглянулись и заулыбались Веде.
   - Всё в вами ясно. Ждём Таню и идём в гости.
   - Ты не боишься? - вдруг спросила Ира.
   - Чего?
   Они уже два вечера ходили в гости к дяде Мише, как представила лешего Веда. Для них радушный хозяин организовал плетенную беседку с креслами и столиком, на котором к приходу гостей красовался беленький заварник, несколько чашечек и вазочка с ягодами и фруктами. А саму беседку освещали несколько облочков светлячков. Ну, это Веда так решила, что это светлячки. Они тихонько кружились под потолком даря беседующим мягкий теплый свет.
   Девушки приходили в гости тоже не с пустыми руками. Они приносили свои кулинарные шедевры, а Веда ещё брала бутылочку с молоком. Она помнила, что почему-то баба Дуся, уходя к лешему, всегда брала его с собой. И угадала. Увидев бутылочку, глаза Дядьки Микайло загорелись предвкушением, а на губах, даже через бороду была видна улыбка.
   Мира в силу возраста и любопытства быстро подружилась с дядей Мишей. И она на пару с Верой уплетала гостинцы лешего, умудряясь выпрашивать эту 'вкуснятину' себе домой, пока Веда устраивала мини-концерт. А вот Ирэн всё ещё настороженного относилась к её знакомцу.
   - Ты не боишься? - вдруг спросила Ира.
   - Чего?
   Они уже два вечера ходили в гости к дяде Мише, как представила лешего Веда. Для них радушный хозяин организовал плетённую беседку с креслами и столиком, на котором к приходу гостей красовались беленький заварник, несколько чашечек и вазочка с ягодами и фруктами. А саму беседку освещали несколько облачков светлячков. Ну, это Веда так решила, что это светлячки. Они тихонько кружились под потолком, даря беседующим мягкий тёплый свет.
   Девушки приходили в гости тоже не с пустыми руками. Они приносили свои кулинарные шедевры, а Веда ещё брала бутылочку с молоком. Она помнила, что почему-то баба Дуся, уходя к лешему, всегда брала его с собой. И угадала. Увидев бутылочку, глаза дядьки Микайло загорелись предвкушением, а на губах даже через бороду была видна улыбка.
   Мира в силу возраста и любопытства быстро подружилась с дядей Мишей. И она на пару с Верой уплетали гостинцы лешего, умудряясь выпрашивать эту 'вкуснятину' себе домой, пока Веда устраивала мини-концерт. А вот Ирэн всё ещё настороженного относилась к её знакомцу.
   - Ну... он же нечисть и.... - Ирэн запнулась. Она определённо знала, что надо бояться, вот только чего, так сформулировать и не могла.
   - Ир, он мой друг. Он нам не раз помогал. Спроси Веру. И он меня попросил. Мне не трудно. Да и вы говорите, что вам нравится. Или обманываете? - хитро прищурившись, спросила Веда.
   - Да нет. Нравится, когда ты там поёшь. Там как-то даже красивее, что-ли. Просто... я не привыкла и... - фрейлина посмотрела на принцессу, - а если что-нибудь...
   - Если тебе не по себе, ты можешь не ходить. Но сидеть здесь скучно. А с мегерой ты, вроде бы, не горишь желанием общаться.
   - Ну, графиня Мирэнда Оттарис не такая уж и мегера, - начала Ирэн, но поймав два скептических взгляда, рассмеялась и завершила: - Она хуже.
   - Я рада, что наши мнения сходятся, - проходя в комнату и присаживаясь в ещё одно кресло, заявила Таня: - Прибить её мало.
   - Чем на этот раз отличилась наша графинюшка? - Вера заинтересовано посмотрела на только что пришедшую подругу.
   - Ничем особенным. Она уже напела маркизу Фэрану обо мне дифирамбы. Он пришёл высказать своё недовольство моим недостойным поведением, так как я 'всё ещё его невеста', - последние слова Таня выделила интонацией, давая понять, что она цитирует жениха.
   - А ты? - не унималась принцесса. Хотя прекрасно знала, что было дальше.
   'Кстати, откуда?' - Веда взглянула на подругу, решив потом уточнить её источники. Хотя подумала, что Вера банально подслушала, когда пришла звать Таню к ней.
   - Выставила. Ты же знаешь, - Таня улыбнулась. А в серых глазах заплясали весёлые искорки: - Я тебя видела под дверью и знаю, что ты в курсе нашего разговора, - подтверждая мысли Веды, сдала принцессу графиня Мэлори.
   - Я не подслушивала, - стала отнекиваться Вера. Но видя три скептических взгляда, потупилась: - Ну, может, чуть-чуть. Я не специально.
   И вскинув голову, с вызовом продолжила.
   - А вы сами виноваты. Почему дверь не закрыли? Ты же знаешь, какая я любопытная. И вот пришла тебя звать, а там самое интересное началось. Ну, как тут удержаться?
   Три улыбки были ей ответом. Принцесса также присоединилась к ним. И через пару минут, уложив заварку, привезённую в гостинец Ведой из её мира и сейчас предназначенную лешему, баронесса, виконтесса и две графини отправились в гости.
  
  
   Таниэлла
  
  
   'Верь в себя, как тебя верит Бог.
   Ошибиться не мог, всё творящий Отец.
   Ла-ла-ла...
   Верь в себя. Полной грудью дыши,
   Унывать не спеши. Улыбнись наконец.
   Ла-ла-ла...
   И пой: - Да! Я такой! Всегда молодой!
   Довольный судьбой! Ла-ла-ла.
   Иду по жизни легко. Парю высоко.
   Удача со мной. Ла-ла-ла.' 4
   И хотя графиня Мэлори знала, что песня поётся для всех, но воспринимала голос Ведариэтты как указание к действию.
   Таня много осознала и переоценила за эти несколько дней. И благодаря этой девушке, которая сейчас, сидя в плетённой беседке, в лесной чаще пела для их радушного хозяина, поняла, что быть послушной марионеткой в руках дяди, отца, герцогини и даже собственного будущего мужа она не хочет. Да, она не может всё исправить или изменить так, как ей хочется. Но многое в её руках. И Веда права, надо начинать с малого, а уж за большим дело не встанет. Вот только было страшно. Страшила неизвестность, и не отпускали старые привычки. А ещё она боялась, что так и не сможет добиться взаимности и навсегда останется серой тенью собственного мужа, страдая от неразделённой любви, сожалея об упущенном и невозможности что-либо изменить.
   Ей вспомнилось их детство. Вспомнила, как в двенадцать лет, читая на балконе своего фамильного замка очередную книжку о верных и отважных рыцарях, о величественных и загадочных драконах и прекрасных принцессах, она услышала шум подъезжающей кареты. Посмотрев вниз, она увидела его. Своего черноволосого рыцаря на вороном коне. Он был такой загадочный и такой красивый. А когда рыцарь вскинул голову, осматривая окрестности, и мимоходом посмотрел в её сторону своими до невозможности синими глазами, Таня забыла, как дышать, заворожено следя за ним. Всё внутри встрепенулось и заголосило: 'Он! Это Он! Это точно Он!'. Опустив взгляд, продолжая осматриваться, её девичья мечта ехал возле кареты и не спеша вёл с каким-то мужчиной разговор. Присмотревшись, она узнала брата короля и догадалась, кто её рыцарь. Она уже придумала, что наденет на обед, когда её позовут, ведь гости обязательно останутся отобедать с ними, раз приехали. В мыслях она заготовила темы для беседы, продумала, что скажет и куда предложит пойти погулять, что расскажет и что будет показывать у них в замке. Дальше заходить в мечтах она побоялась, надеясь, что первые шаги сделает её рыцарь. Но девичьим мечтам не суждено было осуществиться. Эндрейн даже не посмотрел в сторону Таниэллы, когда их представили перед обедом друг другу. Молча поев, отвечая на обращения к нему односложно и со скучающим выражением на лице, он отправился в выделенную ему комнату и не показывался до самого вечера. И когда на ужине Таниэлла решилась сама с ним заговорить, смотрел на неё, как на пустое место, не утруждая себя иногда даже ответом на её вопросы. Было больно и обидно. Она уговаривала себя, находя ему оправдания. Раз за разом, при встрече, пытаясь с ним заговорить, натыкалась на глухую стену раздражения и недовольства её присутствием или на скучающий, пустой взгляд. Но Таня уже придумала себе образ прекрасного 'принца' и жила им, старательно не замечая реальность. Так продолжалось несколько лет. Ей доставались лишь редкие встречи и разговоры, какой маркиз Фэран молодец. Как он ведёт дела отца, как он провёл отлично переговоры, как он служит королевству, и прочее, и прочее, и прочее. Иногда она слышала сплетни о его 'подвигах', и краска стыда заливала уши и щёки, что такое говорят вслух. Но после очередной такой сплетни поняла, что эти разговоры всегда будут преследовать маркиза Фэрана, и прекратила на них обращать внимание.
   А потом случилось чудо. Эндрейн спас её на охоте, когда молодая лошадь понеслась, испугавшись выстрелов. Он оказался ближе всех к Тане и рывком выдернул её из седла, не дав сильно испугаться. И пусть завистники поговаривали, что он это сделал только потому, что она племянница советника короля, и теперь граф Мэлори у него в долгу. Но для Таниэллы это было не важно. Она всё ещё жила в своих грёзах и для неё маркиз Фэран был героем.
   Иногда, по ночам, она позволяла себе помечтать. И в мыслях разрешала Эндрейну поцеловать её руку или закружить в танце. Но приходило утро, и новый день показывал ей в очередной раз, что её мечты тщетны. Пытаясь выкинуть никому не нужную влюблённость из головы, Таня с тройным усердием занялась учёбой. Экономика, география, философия, немного политики, искусство деловых переговоров, конные уроки, танцы, иностранные языки. Она даже осилила, непонятно зачем изучаемый в её роду, русский язык, считая, как и многие в семье, его не нужным, но необходимым, так как они строго соблюдали завет предка. Наследства никто не хотел лишиться. А влюблённость никуда не девалась. Наоборот, Таня с ужасом осознала, что она переросла в более стойкое чувство, а все эти занятия она использует, чтобы заглушить ту боль, что вызывает его безразличие.
   И вот в один из дней, после изнуряющих тренировок, её позвал к себе дядя и 'обрадовал' новостью, что теперь она невеста маркиза Фэрана. Далее он рассказал, что брак одобрен королём, и принялся пояснять о выгодах и о необходимости этого союза. Но Таниэлла его уже не слушала. После нескольких мгновений счастья, что она сможет видеть своего любимого чаще, пришло осознание, что он никогда не ответит ей взаимностью, и она обречена на одиночество холодных дней и ночей, ожидая его дома, пока 'любящий' муженёк будет занят 'делами'. Она уже не льстила себе возможной радостью будущего супруга и не мечтала о счастливой семейной жизни. И оказалась права, когда Эндрейн спустя час зашёл без стука к ней в комнату и высказал всё, что думает по поводу этого брака. Потом, остыв, понял, что не она решает такие вопросы, молча повернулся и ушёл. А Таня каждый раз при встрече, вспоминала этот его монолог, успокаивая себя, что многие так живут. И у неё будет ещё счастье. Ведь никто не запретит ей любить детей и быть любимой ими.
   И засевший глубоко страх, что ей, не смотря на старания Веды, так и не удастся изменить отношение Эндрейна к ней, не давал расслабиться и радоваться тому, чему её учили. Но раз за разом Веда преподносила ей уроки, подарки и просто добрые улыбки, которые вселяли в Таню надежду. Вот и сейчас, слушая эти слова, она начинала верить, что справится. Чего только стоит её выходка с маркизом. А уж о пощёчине и говорить страшно. Таня опустила взгляд, смущённо розовея. Но ей понравилось, что в этот раз Эндрейн не смотрел на неё, как на пустое место. Что в его взоре, в отличие от слов, которые он, не скупясь, лил на неё, был интерес. А ещё, она надеялась, что правильно рассмотрела, хотя и боялась в это верить, будущий муж смотрел на неё с маленькой толикой восхищения. И пусть это не нежность, не любовь и не уважение, но уже что-то.
   '...Верь в себя! Можешь всё изменить.
   В счастье, радости жить. И не ждать, а творить!
   Ла-ла-ла...
   Да! Да, я живой! Я верю в любовь. Иду за мечтой.
   Ла-ла-ла...
   И мне всё по плечу. Могу и хочу! Удача со мной!'.
   - Ох, Ведушка, правильные слова. Ой, какие правильные, - дядя Миша, маленький немного смешной мужичок, расположившийся напротив певуньи, вместе со всеми пил чай и слушал Веду. - Впрочем, ты всегда знала, что нужно сказать, - он повернулся и подмигнул Тане.
   Она немного растерялась, но взяв себя в руки, смущённо улыбнулась и потупилась.
   - А тебе нужно перестать бояться, - услышала она голос лешего, продолжающего давать наставления. - Своё счастье а то пропустишь.
   В первый раз, когда они пришли в гости к дяде Мише, он устроил выговор Вере за её импульсивность, безголовость и ребячество. Веда, конечно, попыталась защитить подругу. Но досталось и ей за покрывательство и безнаказанность принцессы. И никакие её доводы, что доброе слово действеннее вдвойне, не приносили результат. Наоборот, не стесняясь своих гостей, леший обвинил Веду в бесхарактерности по одном вопросу. Благо, не стал уточнять, в каком. Хотя любопытство подняло голову и стало выдавать предположения, что бы это могло быть. Представить обвиняемую в бесхарактерности просто не получалось. Но хозяин лесной чащи быстро сменил гнев на милость и устроил настоящий пир. Он вообще отличался миролюбивостью и улыбчивостью. Были, конечно, предположения, что не последнюю роль сыграли гостинцы, которые принесли девушки. Но кто ж теперь это докажет? А во второй раз нравоучения достались Мире.
   Подняв голову, чтобы узнать, кто на этот раз удостоился такой чести, Таня с удивлением поняла по округлившимся глазам его собеседницы, что на сегодня это графиня Мортэн.
   - И не смотри на меня так. Чувствую я всё. Так что не боись, девонька. Хорошая ты. Худого я не думаю. И ты кончай дрожать. И вообще, слушай вон Ведку. Она плохого не пожелает.
   - А я слушаю, - тихо проговорила Ирэн. И, сглотнув, продолжила: - Просто, нам всегда говорили, что такие, как вы, опасны. Вас бояться надо. А привычки трудно менять. Простите, что всё это говорю, но...
   - Да знамо оно то всё. И мы не все к добру склонны. Да и я, чего скрывать, не всегда такой. Просто Ведушка мне как... - он взглянул на ту, о ком говорил, и взгляд потеплел, - родная ты мне, Ведка, стала. По духу мне близка. А своим мы помогаем, - и уже опять всем, повернувшись, продолжил: - Вот поэтому её подругами я и... - он развёл руки в сторону, показывая, что не всё так просто: - А так вам правду балакали. Мы опасны.
   К странному говору лешего привыкли очень быстро, и это не мешало его понимать. Он поставил чашку на стол.
   - Пора вам. Там в замке гости к вам приехали.
   - Какие ещё гости? - заинтересовалась Мира.
   - Нехорошие, - нахмурился он. - Такие, как вон с Таней приехали.
   - Тогда нам действительно пора, - встала с кресла Веда. - Дядь Миша, спасибо. Чай обалденный! - она подошла и обняла мужичка: - Мы завтра, если дождя не будет, придём раньше.
   - Хорошо, Ведушка, - улыбаясь, согласился леший. - Доброй дорожки.
   С этими словами ветки расступились, открывая им утоптанную дорожку прямо до мостика через речку.
  
   ***
  
   Их возвращение в замок приветствовал собачий лай.
   'Собаки? Зачем?' - подумала Таниэлла, наблюдая, как с крыльца к ним быстрым шагом направляется Эллариан.
   - Где вы были? - предельно серьёзно, вместо приветствия, спросил граф Эрлейн.
   - Гуляли, - ответила ему Веда. - А что тут собаки...
   - Где. Вы. Были? - перебивая свою возлюбленную, спросил он, останавливаясь непозволительно близко к виконтессе.
   - Эл? Что... - недоумённо начала Веда, но опять была перебита.
   - Где. Вы. Были?
   - В гостях у дядьки Микайло, - без улыбки, тоже серьёзно ответила Веда. - Ещё вопросы есть? Если нет, то мы пойдём. Нам надо...
   - Никуда ты не пойдёшь, пока не ответишь, где ты была?
   Он схватил её за локоть, не давая сделать и шага.
   - Эл, ты меня не слышишь? Или не хочешь слышать? Если так, спроси у сестры, Веры, Ирэн и Тани, где мы были. А меня отпусти. Я освежиться хочу. Жарко.
   Эллариан как будто очнулся и обвёл всех присутствующих взглядом. Недоумение, раздражение вперемешку с усталостью отразились в нём.
   - Эл, что случилось? Мы и правда ходили в гости к дяде Мише. На чай, - вышла немного вперёд его сестра.
   - Ничего, - сквозь зубы ответил он, отпуская руку. Но лишь затем, чтобы через секунды обнять и притянуть Веду к себе. - Прости, - он зарылся носом в её волосы, явно пытаясь успокоиться. - Я вас не нашёл в комнате... потом и брат... мне сказали, что Веда исчезает на пару часов и... прости. Я не подумал... Прости.
   - Эллариан, отпусти, пожалуйста, - начала Веда. - Тут посторонние и...
   - А мне плевать, - он отстранился от Веды, чтобы тут же припасть к её губам.
   Девушки с интересом наблюдали, как нежелание и сопротивление Веды тают, и она сама начинает отвечать на поцелуй, зарывшись руками в его шевелюру. Улыбнувшись, Таня обвела взглядом собравшихся, отмечая у них лукавую улыбку. Но посмотрев на крыльцо, где стояли её жених и графиня Оттарис, она поняла, что грозы не миновать. Если Эндрейн наблюдал устроенное его братом представление с усмешкой и лёгким осуждением, то взгляд Мирэнды был полон злобы и ненависти.
   - Леди Мирэнда, пройдёмте в дом. Вас герцогиня пригласила к себе, - услышала она от Эндрейна.
   Та, взяв себя в руки, улыбнулась натянуто и, приняв предложенную руку маркиза, зашла в дом.
   Эл уже не целовал Веду, а прижав к себе, стоял и гладил по голове.
   - Прости, - донеслось до её слуха.
   - Девочки, нам ещё нужно переодеться и освежиться перед ужином, - принялась командовать Вера. - Так что прошу всех в дом. Мира, ты мне ещё обещала показать свою коллекцию.
   - Да, да, - заторопилась сестричка Эллариана, - конечно. Приходи ко мне через полчасика.
   И подруги направились в дом, оставляя Веду с Элом наедине. Переглянувшись с Ирэн и понимающе друг другу улыбнувшись, Таня с вместе с фрейлиной принцессы отправилась следом за двумя неугомонными созданиями.
   Таниэлле ещё предстоял ужин в компании жениха и мегеры, которая, она была уверена, что-то задумала против Веды. Скорее всего, нужно готовиться и к разговору с Эндрейном, так как перед тем, как увести графиню Оттарис в дом, маркиз как-то загадочно посмотрел на неё. А добрая, по-настоящему добрая улыбка гуляла на губах. Это и настораживало. И дарило какие-то неясные чувства. И тревогу. И предвкушение чего-то. И... что-то ещё. Решив, как говорит Веда, не заморачиваться, а дождаться действий маркиза Фэрана, Таниэлла поднялась к себе отдохнуть перед ужином.
  
  
   Эллариан
  
  
   - Я вернусь через три дня. Раньше не получится, - прощаясь с Ведой, объяснял Эл, не желая её отпускать и придумывая новые темы для беседы.
   - Эл, я всё понимаю. Но Веру-то зачем с Ирэн забирать? - спросила она, не поднимая головы от плеча любимого.
   - На Веру вернуть во дворец дал указания её отец. А Ирэн фрейлина Вероники. Она не может оставить принцессу одну.
   - Ну, хоть Таню нам оставьте. А то мы тут с Мирой от скуки помрём.
   Эл хмыкнул. Вспомнив их сегодняшний разговор, устроенный им по её требованию, он сомневался, что его любимая когда-нибудь будет скучать.
   Танцы, пение для лешего, мастер-классы по выпечке, чтение и рассказы каких-то невероятных историй. Даже его мать стала по-другому относиться к Веде, выказывая, если не уважение, то не осуждая её, а ставя в пример дочери.
   По настоянию Веды, которая зашла в его комнату перед ужином со словами: 'Я требую, чтобы ты мне всё рассказал. Откуда эта необоснованная ревность, агрессия и что (и главное, кто) тебе уже успели напеть обо мне?', - ему пришлось рассказывать и о цели их возвращения в родительский дом, и о разговоре с братом, который пообщался с его невестой, и о беседе с самой графиней Оттарис и её братом. Все в один голос утверждали, что виконтесса ведёт себя недостойно. И учит, непонятно чему, его сестру и невесту брата. Про Веру с Ирэн никто не обмолвился и полусловом. Либо знали, кто такая Вера, или просто обычная баронесса их не интересовала. Все эти разговоры вызывали только раздражение вкупе с желанием прекратить бессмысленную болтовню. Что Веда не сделает ничего из того, в чём её обвиняют гости его матери, он был уверен. Но вот прыгающее настроение не способствовало успокоению и здравому мышлению. А уж когда ему рассказали об отлучках в неизвестном направлении, и он не нашёл любимую в комнате, нервы, стянутые за целый день узлом, сдали. Он даже не поинтересовался, одна она исчезает, или с кем-то. И, как результат, налетел, накричал, обвинил, а потом... потом покаянно просил в очередной раз прощение.
   И его простили. Он знал, что любимая не держит на него зла. Готова принимать его таким и ждать, но всё равно чувствовал себя виноватым. Чувствовал, что нужно как-то решать вопрос со своей нестабильностью. Тем более, что Персивальд обмолвился, что Его Величество уже озаботилось этой проблемой. А он до сих пор сам не разобрался. И это его мучило.
   И именно этим он собирался заняться после того, как выполнит поручение короля. Доставит его дочь во дворец.
   Сейчас, после ужина, на котором он объявил свои планы, и принцесса вместе с фрейлиной удалились собирать вещи, Эл решил провести несколько минут с любимой. Но понимание неминуемой разлуки очень отягощало состояние покоя и радости от объятий Веды.
   - Душа моя, давай, ты завтра поедешь обратно? - вдруг попросила она. - Я так по тебе соскучилась. Тут хорошо и... и красиво, и есть, чем заняться. И мама твоя ко мне отношение, вроде бы, поменяла. И невестушка твоя не отличается оригинальностью и не сильно достаёт. И с девочками не так скучно, но... - она подняла голову и посмотрела ему в глаза, - мне так тебя не хватает. Я так устала. Хочу просто побыть с тобой. Когда ты рядом, мне больше ничего не надо. Останься. Хоть на чуть-чуть.
   Эл улыбнулся такой простой просьбе его любимой, разделяя все те чувства, которые Веда ему описала от близости с ним.
   - Я бы очень хотел, но не могу.
   Она грустно улыбнулась и опустила голову обратно на плечо.
   - Хорошо, - вздохнув, через какое-то время прошептала Веда.
   - Обиделась?
   - Нет, просто... трудно мне тут без тебя.
   - А как же все эти занятия?
   - Они как раз именно из-за того, что тебя нет рядом. И мне нужно что-то делать, что бы совсем не захандрить.
   - Родная, ещё немного осталось. Подожди чуть-чуть. Я уверен, отец найдёт то, что нам поможет.
   - Я жду... Грустно просто.
   - Любимая, - Эл крепче прижал её к себе, - как я не хочу уходить...
   - Но тебе надо, - за него закончила Веда.
   - Надо.
   - Тогда иди. И возвращайся побыстрей.
   Эл нежно поцеловал Веду. Разжав объятия, он сделал пару шагов назад, не отрываясь смотря в её глаза. Она улыбнулась ему, стараясь скрыть печаль, и обхватила себя за плечи руками. В этот раз Веда не стала провожать его, ссылаясь на усталость и нежелание встречаться лишний раз с графиней Оттарис. Он и не настаивал, обещая себе, что в следующий раз не будет тянуть три дня, а приедет к ней раньше.
   Понимая, что если сейчас не уйдёт, то рискует действительно остаться в родительском доме до утра, Эл резко развернулся и направился в общий зал, где всех уже ожидал его брат.
   - Граф Эрлейн. Эллариан, - услышал он, как только зашёл в комнату, - уделите мне, пожалуйста, пару минут перед тем, как вы покинете замок.
   Повернувшись, он пронаблюдал, как к нему направляется семейство Оттарис.
   - Чем могу быть полезен? - стараясь не выдать своего недовольства, спросил он подошедших.
   - Мой друг, граф Кеил Кетроун, проездом в нашей стране, - начал Рендам, - я его не видел очень давно... Могу ли я просить вашего разрешения пригласить его в этот дом? На правах гостя, конечно.
   - Этот вопрос вы должны были решить с моим отцом, - холодно отрезал Эл, смотря на графа.
   - Но его сейчас нет, и вы могли бы...
   - Хорошо, - особо не задумываясь, и чтобы побыстрее отвязаться от этих двоих, согласился Эл.
   - Можно доступ в замок? - протягивая кристалл переноса для гостей, которые сами добирались к ним, с довольной улыбкой попросил Рендам.
   Эл тут же открыл доступ и, откланявшись, сославшись на дела, подошёл к брату.
   - Долго ещё? - уточнил он у Эндрейна.
   - Сейчас придут наши подопечные, и мы уходим, - без ехидства и уже привычных шуточек ответил ему маркиз.
   - Что-то случилось? - решил он узнать, в чём причина столь нетипичного для брата поведения.
   - Нет. Всё как всегда, - не горел желанием делиться Эндрейн.
   - Ну, ладно, - отворачиваясь от брата, проговорил Эл.
   Оглядев зал, он убедился, что граф Оттарис с сестрой покинули их. Его мать с сестрой и невестой брата в это время прощались с принцессой и её фрейлиной.
   - Заглядывайте к нам. Я буду ждать, - услышал он слова Миры, подходя к женщинам.
   - Ну, думаю, через пару дней папа от меня устанет, или я что-нибудь без Веды отчебучу, и он вернёт меня сюда под надзор, - с улыбкой призналась Вера.
   - Давай, чебучь сразу же, как там появишься. Быстрее вернешься, - давала ей наставления её новая подруга.
   - Чему ты Веру учишь? - пристыдил он сестру. - Веда и так с ней мучается, а ты...
   - Кстати, - встрепенулась Вера, - а где Веда? Она, что, даже не попрощается со мной? - и видя пристальный взгляд Эла, поправилась: - Ещё раз не попрощается?
   - Имей совесть. Не устраивай тут очередное представление.
   - Ничего я не устраиваю. Просто... я же скучать буду по всем вам, - принцесса обвела всех взглядом, но наткнувшись на холодную синеву своего родственника, закатила глаза, - по тебе скучать не буду. Вы мне ещё кровушки попьёте.
   - Идём уж, бедненькая кроводательница, - со смешком сказала Ирэн.
   - Вообще-то, - следуя на подругой, продолжила принцесса шутливые рассуждения, - тот кто отдаёт кровь добровольно, его называют донором. А кто не добровольно, тот... мученик.
   - И в кого ты такая умная? - поинтересовался Эл.
   - Ну, ясен пень, в кого, - улыбнулась его венценосная сестричка. - В Веду! - безапелляционно заявила Вера.
   Ирэн, переглянувшись с Элом, заулыбалась. К ним присоединился даже Эндрейн, открывший уже портал и услышавший рассуждения принцессы.
   - Идём, мученица ты наша, - беря её за руку и ведя в портал, Эндрейн, ни с кем не попрощавшись, утащил принцессу за собой.
   Эл же предложил руку графине Мортэн, и они, не торопясь, последовали за его братом с принцессой.
  
  
   Глава 6. Нас бьют, мы летаем
  
  
  
   Ведариэтта
  
  
   В сознание Веда пришла как-то резко и сразу. Голова раскалывалась. Виски давило, и мутило. Во рту пересохло. И страшно было двигаться. А ещё она поняла, что очень сильно замёрзла. Крайне медленно Веда открыла глаза и уставилась на деревянный с огромными щелями потолок.
   'Это ж надо было так напиться, что не помнить... хотя, стоп. Я уже давно не пью и... где я?'.
   Веда, стараясь не двигаться резко, приподняла голову и огляделась. Она находилась в деревянном сараюшке три на три, где, кроме наспех накиданного грязного тряпья, на котором Веда лежала, не было ничего. Сквозь щели в стенах и крыше были видны стволы деревьев, и слышен шелест листвы.
   'Я в лесу. Уже неплохо'.
   Оглядев себя, она поняла, что на ней только тоненькая сорочка, а руки связаны. Благо, связаны были они спереди, и шансы развязать их самой увеличивались. Осторожно сев и ещё раз осмотревшись, Веда тихо позвала:
   - Дядя Миша, вы тут?
   В ответ только зачирикала какая-то птаха.
   - Ну, нет, так нет. Будем сами с усами.
   Превозмогая боль, Веда поднялась и попыталась найти что-нибудь острое. Но в этом странном помещении ничего такого не нашлось. Через минут пять безрезультатного брожения до сознания дошла мысль, что кое-что острое есть у неё в сумке, которая, благодаря стараниям Карыча с бабушкой Дусей, всегда с ней. Открыв и кое-как вытащив оттуда нож, Веда принялась разрезать верёвки. Она справилась с этой проблемой довольно быстро и убрала орудие труда на место.
   Присев на кучу тряпок, которые выполняли тут роль лежака, Веда стала думать, где она и как тут оказалась. И если на первый вопрос она догадывалась, где приблизительно может быть, так как через щели в нескольких десятков метров просматривался край замковой стены, то вот на второй не было ни одной мысли.
   Помассировав виски, утихомиривая головную боль, и накинув на себя какое-то старое одеяло, чтобы окончательно не замёрзнуть, Веда стала вспоминать прошедшие дни.
   Обычные дни. Ничего интересного. После того, как ушли Эл с Верой, она просидела весь день в библиотеке, читая какой-то трактат о магии и отличии её от стихий. Ничего из прочитанного она не поняла, но было интересно читать диалоги двух учёных, которые спорили на эту тему. Затем к ней присоединилась Мира, и они прошли на ужин. В зале находился незнакомый ей мужчина. Его представили как графа Кеил Кетроун, и он весь вечер оказывал ей внимание. Убежав ото всех сразу в свою комнату, Веда засела опять за чтение и легла поздно. На следующий день Веда вместе с Мирой и Таней ушли в лес в гости к лешему. А вечером она опять спряталась от назойливых ухаживаний графа Кетроуна в своих покоях. А вот на третий, он увязался с ними в сад, и им с сестрой и невесткой Эла пришлось терпеть его общество и его рассказы о путешествиях. Мира с непосредственностью ребёнка увлечённо слушала байки путешественника. Таня откровенно скучала, так как граф не произвёл на неё впечатление. А Веда мечтала, чтобы поскорее наступил вечер. Ведь Эл обещал вернуться на третий день. Но наступила долгожданная пора, а любимый так и не появился. Зато на четвёртый день пропал граф Оттарис. Он уехал в город по своим делам, и его сестра присоединилась в их компанию.
   Мирэнда начала играть роль блондинки обыкновенной, выспрашивая, что, где и как. 'А где вы познакомились с Элларианом? А что он там делал? А вы чем там занимались? А почему вы тут? А куда делся граф Эрлейн?'. Вопросы так и сыпались из неё. А Веде совсем не хотелось с ней общаться, но правила хорошего тона и требования к поведению, а ещё присутствие герцогини вместе с ними, которая тоже изъявила желание побыть на свежем воздухе и послушать истории графа Кетроуна, заставили сдержаться и не послать невестушку её любимого лесом. Кратко она поведала официальную версию их знакомства и своего прошлого и, сославшись на усталость, удалилась в выделенную ей комнату. Там, от нечего делать, установила камеры на подоконнике в сторону двора, чтобы видеть кто, что там творится не выходя из комнаты. А ещё она решила поиграться с графикой и сварганить клип. Выбрав одну из песен Сергея Лазарева, позволила разыграться фантазии. Именно за этим занятием Веду и нашла Таня, пришедшая за ней к ужину.
   - Я хочу разорвать помолвку с Эндрейном, - с порога озадачила её подруга.
   - В смысле?
   - Я много думала над твоими словами и... я решила поговорить с дядей и всё честно ему рассказать.
   - И что ты ему собираешься рассказывать?
   - Что не выйду замуж за человека, который меня не любит.
   - Для Перси это будет не повод.
   - Но он сам мне говорил, что за недостойного человека меня не отдаст.
   - Для него маркиз Фэран очень даже достойный человек. Так что твои слова воспримут, как блажь. Не серьёзно.
   - Но... а как тогда?
   - Чего ты хочешь добиться? - указывая на соседнее кресло собеседнице, спросила Веда.
   - Чтобы он меня заметил. Узнал, какая я, - Таня присела в кресло и отвела взгляд, - полюбил меня.
   - И поэтому ты хочешь разорвать помолвку?
   - Ну, тогда я... я могу его игнорировать. Не буду обязана подчиняться. Смогу как-то по-другому... - она совсем стушевалась, заливаясь ярким румянцем.
   - Идея, конечно, не без изъяна. Но что-то в ней есть. А ты сможешь? - не унималась Веда.
   - Да. Я уже всё продумала. И дядя мне поможет, - Таня посмотрела на подругу, и в её взгляде Веда увидела решимость.
   - Ну, хорошо. Тогда скажи Перси, что помолвку ты разрываешь не навсегда. Иначе тебе ни дядя, ни Лион не разрешат твои эксперименты.
   - А...
   - Ну, король же одобрил твой брак с маркизом? Вот и расторжение помолвки, скорее всего, тоже нужно будет одобрить.
   - А как всё объяснить... ?
   - Можешь сослаться на меня. Скажи, я одобрила твои действия, и проблем с этим у тебя не должно быть. А вот что ты собираешься делать после получения свободы, я хотела бы послушать.
   И оставшееся время перед ужином девушки посвятили проработке плана Таниэллы по завоеванию Эндрейна. А вот на ужине её ждал приятный сюрприз. Вернулся Эл.
   Веда улыбнулась воспоминаниям, но вернувшаяся головная боль, заставила её сморщиться.
   'Так. Эл вернулся. Поужинал со всеми. Побыл пару часиков вместе со мной. Рассказал, что в очередной поездке Эдиней что-то узнал, и они с братом скоро вернутся. Потом... потом... он уехал опять... а затем... блин, не помню. Надо срочно в замок узнать, что случилось'.
   С таким настроем Веда закуталась в одеяло и вышла осторожно из сараюшки. Навстречу ей никто не попался, а вот когда она дошла до ворот, то ей преградили дорогу два личных охранника герцогини.
   - Не велено вас пускать, - заявил ей один.
   - Почему? - спокойно спросила Веда.
   - Распоряжение герцогини.
   - А можно её позвать, чтобы она лично мне это сказала? И в замке мои вещи.
   'Мда. Глупее вопроса я не смогла придумать', - попеняла себе Веда. Но как ни странно парень, осмотрев её с ног до головы, повернулся и пошёл выполнять Ведину просьбу, оставив напарника возле ворот присматривать за ней.
   Через пару минут к воротам подошло семейство Оттарис. И графиня с обворожительной улыбкой поинтересовалась:
   - Не холодно ли вам, милочка?
   - Ничего. Я закалённая. Недельку поболею и оклемаюсь.
   - Ну-ну. Удачи, - скривилась графиня, уязвлённая, что все её старания прошли мимо. Что даже в таком состоянии, полураздетая, растрёпанная и чумазая Веда не реагирует на слова графини, не стесняется и не отводит глаза. Но осмотрев ещё раз наряд Веды, ехидная улыбка опять расцвела на губах Мирэнды Оттарис. - Удача вам оооочень понадобится.
   - С чего это? - задала она вопрос ненависному семейству, уже догадываясь, что в виновниках происходящего графиня стоит в первых рядах.
   - Тебя выкинут отсюда, как дворовую шавку, - с улыбкой пояснила ей невестушка Эла. - И никто за тебя не вступится.
   - Да? Позвольте узнать, почему меня должны вышвыривать?
   - О! Это занятная история и...
   - Что здесь происходит? - перебила пояснения Мирэнды появившаяся герцогиня Элгейская.
   Рейгана Элгейская в строгом дневном платье смотрела на Веду, как ей показалось, с какой-то брезгливостью и разочарованием. Осанка, поза, надменность. Ни капельки человечности. Чуть поодаль стояли Мира с Элом. Подруга отводила взгляд, а Эл не отрываясь смотрел в её глаза. Такая любимая ею синева покрылась льдом и не выражала ничего. 'Да что произошло-то?'.
   - Я хотела бы пройти в замок, но меня не пускают. Сказали, что это ваш личный приказ.
   - Да. Я запретила пускать вас.
   - А почему, можно узнать?
   - И она ещё спрашивает? - появились наконец-то возмущённые нотки в голосе герцогини.
   - Да. Я бы хотела узнать, что происходит.
   - У вас двадцать минут собрать вещи. Потом вас выпроводят в том, в чём вы будете. Время пошло. И прошу покинуть не только мой дом, но и земли. И больше никогда здесь не появляться. Вы поняли меня?
   - Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?
   Ей никто не ответил, продолжая или отводить взгляд, или холодно смотреть на неё.
   - Ну, не хотите, как хотите. Сама узнаю. Потом не жалуйтесь.
   Веда, держась за больную голову, прошагала мимо охранников и, не смотря больше ни на кого, так как понимала, что бесполезно, направилась в выделенные ей комнаты. Там быстро умывшись и одевшись по-походному, Веда просмотрела запись с видеокамер и уже через пять минут была в курсе того, что случилось. И даже больше. Её поразило, с какой лёгкостью у злопыхателей получилось провернуть всё. И не только избавиться от неё, но и заполучить то, что (а вернее, кого) хотели. Она несколько минут смотрела на одну картинку, на которой Эл был с Мирэндой. 'Почему так легко поверил?' - только и билось у неё в голове. Сдержав слёзы и узнав, что в замке гости, Веда решила действовать.
   Обида на Эла, что поверил, что сам не захотел узнать у неё, так ли это, обида на Рейгану с Мирой, что также обвинили и ничего не захотели объяснить, придали силы. Слезами горю, как известно, не поможешь. Поэтому, за оставшееся время Веда быстро смонтировала клип из нарезок картинок с её видеокамер и придуманной накануне сюжетной сценки. А потом записала его на кристалл. Просматривая записи, она услышала ещё кое-что интересное и, похвалив себя за предусмотрительность, записала и эти разговоры на другие кристаллы, намереваясь передать их Лиону.
   Заканчивая сборы, она услышала шум в коридоре и радостное:
   - Ведка, открывай, Винни Пух пришёл!
   Улыбнувшись, Веда открыла дверь и оказалась в таких родных объятиях. Именно этого ей сейчас и не хватало.
   - Верунчик! Ты как здесь?
   Она знала, что принцесса приехала с отцом и дядей сегодня утром. Но почему раньше не ворвалась, как обычно, ураганом к ней в комнату, не догадывалась и решила узнать.
   - Приехали недавно. Но ты отдыхала. Меня к тебе не пустили. А сейчас я сама решила тебя навестить, - не разжимая объятия, рассказывала принцесса.
   - Это хорошо, что сама. Попрощаться успеем.
   - Как попрощаться? Ты куда это намылилась? - отстраняясь от неё и непонимающее смотря, спросила Вера.
   - Выгоняют, - пожала плечами Веда.
   - Как выгоняют? Кто?
   - Хозяева.
   - За что? Вернее, что устроила эта ... крашенная, в общем?
   - Ты так во мне уверена, что я не могу сделать что-нибудь, что бы меня выгнали?
   - Да! Тебя подставили! И в этом я уверена!
   - Рада, что хоть кто-то в меня верит. Хотя, я же не богиня, чтобы в меня верили, - грустно пошутила она, отходя к столу и беря в руки белые кристаллы.
   - Вед, не до шуток сейчас, - разом посерьёзнев, одернула её принцесса. - Рассказывай, что, кто, когда.
   - Умничкая моя. Взрослеешь. Правильно. Эмоции вон. Проблемы надо решать чётко и разом. Но... сама всё узнаешь. Вот тут всё записано. И я бы тебя просила включить эту запись при всех в зале.
   - А сама?
   - Я ухожу. Мои двадцать минут истекли, и за мной сейчас придут. А ты обещай мне, что эту запись увидят все.
   - Все, это...?
   - Все.
   - И...
   - И она с братцем в первую очередь.
   - И...
   - И папулек наш со своим братцем. И... все.
   - Понятно. Обещаю, - смотря серьёзно на неё, пообещала Вера.
   - И ещё, - Веда протянула принцессе парочку кристаллов. - Вот тут занимательные разговоры записаны. Лиону и его братцам-кроликам из тайной службы будет интересно послушать.
   - А...
   - Заговор. Кто замешан. Кто, что, когда и что ждать дальше от них. Ничего интересного для тебя.
   - Хорошо, - принимая и эти кристаллы, пообещала Вера. - А ты сейчас куда?
   - Да пройдусь до дяди Миши, а там... я же сейчас не бедная, - улыбнулась одними губами Веда. - У меня целое виконтство есть. Вот туда и направлюсь.
   - А мне можно к тебе в гости? - как-то жалостливо попросила принцесса, обнимая подругу. - Я же скучать буду.
   - Конечно. Вот закончится у тебя обучение. Кстати, а ты почему сюда приехала?
   - Да, папа с дядей кое-что нашли про эту змеюку. Вот я с ними и напросилась. Тебя хотела повидать. Порадоваться за тебя. Белое платье с бабочками надеть на обручение. А оно вон как...
   - Верунь. Всё будет. Не грусти.
   - Ты своего предателя уже простила и никуда не уйдёшь? - встрепенулась её подруга.
   - Нет. Не простила. Поэтому и ухожу. Хочу побыть одна. А Эл... если я ему нужна, он меня найдёт. А там уже и я остыну. Поговорим.... Ладно, не буду загадывать. Может, и не нужна. И он рад-радёшенек, что от меня вместе с Мирэндой избавился.
   - Не городи ерунду, - возмутилась принцесса.
   - Вер, ты не видела, как он на меня смотрел утром. Они даже ничего мне не стали объяснять, - вырвалась обида у Веды. - А я... я... меня же оглушили... раздели... а я... - слёзы потекли ручьём.
   - Ведушка, солнышко. Ну ты чего? - обнимая подруг, и успокаивая, глядя по спине, запричитала Вера. - Всё же хорошо. Я с тобой. Ну, выпроваживают. Ну и что? Они потом сами пожалеют, что так с тобой обошлись. Ну, не плачь, радость моя. Ну чего ты? Хотя... поплачь. Легче станет. - Веда прижалась к подруге, испытывая благодарность за поддержку и участие, но услышав следующие слова, поняла, что зря она всё ей рассказывает: - Поплачь, поплачь. Давление кое-где исчезнет, и под кустики часто бегать не будешь. Дорога у тебя же дальняя. Да и неудобно в зимнем лесу сидеть. Отморозишь всё себе ещё.
   - Паразитка, - сквозь слёзы улыбнулась Веда.
   - Да, да. Я помню все свои титулы. А ещё я люблю тебя. И донесу до... до этих, которые тебя обидели, как они не правы. И Эл, и невестушка его, кошка драная эта, за всё заплатят. За каждую твою слезинку.
   Веда хмыкнула, представив плешивого кошака, вынимающего из кошелька денежку и оплачивающего её слёзы по курсу Центробанка.
   - Ну, ты успокоилась?
   - Угумс, - кивнула она, не отнимая лица от груди подруги.
   В дверь постучали.
   - Это за мной, - отстранившись и вытирая слёзы, вздохнула Веда и направилась к двери.
   Как она и ожидала, за ней пришли двое из личной охраны герцогини.
   - Нам приказано проводить вас из замка.
   - Хорошо. Я уже готова.
   Веда повернулась к подруге.
   - Я с тобой?
   - Нет. Я дойду одна. Ты займись кристаллами. Проследи, чтобы запись посмотрели.
   Вера кивнула. А затем, не стесняясь никого, обняла Веду.
   - Не пропадай надолго.
   - Хорошо. Не буду.
   - И мы тебя любим.
   - А я вас.
   - Удачи, - чуть не плача, отпуская подругу, прошептала Вера.
   - Спасибо. Пригляди за Таней. У неё идея фикс, - попросила на прощание Веда.
   - Какая?
   - О! Тебе понравится. Некогда будет скучать. Ну, приглядишь?
   Дождавшись кивка, Веда направилась за провожатыми по коридору, размышляя о том, что, видно, судьба у неё такая, страдать от семейства Элгейских. Почём зря. А ещё прощать. Потому что любовь, не смотря ни на какие обиды, никуда не делась. Грустно улыбнувшись своим мыслям, Веда пожелала себе терпения и ускорилась, собираясь поскорее покинуть замок. Ведь главное представление сегодняшнего дня только впереди, и Веда намеревалась занять места в первом ряду.
  
  
   Грегори
  
  
   'Что происходит?' - была первая мысль, когда он увидел, как Веду опять конвоируют по коридору. Спереди и сзади её сопровождали охранники герцогини и вели они девушку явно из замка. 'История повторяется?' - мелькнула мысль перед тем, как он вышел им навстречу.
   - Куда путь-дорожку держите? - усмехнувшись, спросил Гор, помня, что Ведины словечки очень даже приживаются везде.
   - О! Друг мой боевой. А ты какими судьбами здесь? - улыбнулась ему, как родному, Веда.
   А впрочем, почему, как? Веда давно записала его в друзья. И это не раз она лично ему заявляла. А он считал её младшей сестрёнкой. И поэтому радовался каждый раз, встречаясь с ней, не менее, чем она сейчас ему.
   - Дела. А ты? Куда опять тебя понесло?
   - Меня не понесло. Я сама иду, - хмыкнула она. - Хотя... куда подует ветер, туда и облака, - процитировала его 'сестрёнка' явно слова какой-то песни, но уже грустно закончила: - Меня вежливо попросили освободить частную собственность.
   - Опять? - догадываясь, что произошло, предположил Гор.
   - Не опять, а снова, - ответила ему Веда.
   - Герцог?
   - Нет, - ответила ему она, качая головой.
   - Вам пора, - напомнил один из провожатых.
   - Парни, дайте пару минут. Никуда она не денется, пока мы поговорим.
   - Не положено, - ответили ему.
   Веда что-то хотела сказать, но поджала губу, ухмыльнувшись. 'Шуточки свои всё шутит, - смотря на почти сестрёнку, подумал граф Хаусас. - А дело, наверное, серьёзное'.
   - Ты куда опять вляпалась? - не сдвинувшись с места, не давая увести Веду, задал он вопрос.
   - Никуда. Просто... я - бессовестная стерва, корыстная сволочь и... как там, - она пощёлкала пальцами, вспоминая, - о, зазнавшаяся деревенщина, прыгающая из одной кой... впрочем, не важно. Доверия мне нет, и меня попросили удалиться. Удаляюсь.
   И столько горечи, столько обиды было в её словах, что Гор просто обнял её. Веда уткнулась ему в область ключицы носом и ответила на объятия. Он чувствовал, что она пытается не расплакаться, и стал успокаивая гладить её по спине.
   - Всё будет хорошо. Я во всём разберусь. Обещаю.
   - Всё уже и так хорошо, - приглушённо ответила она, не отнимая от него лица. - А разбираться... приходи сегодня в большой гостиный зал. Там твоя и твоих архаровцев помощь нужна будет. Вера в курсе. Так вот, - она отстранилась и посмотрела ему в глаза, - там всё и узнаешь. Что, как, почему.
   - А ты?
   - А я уже далеко буду.
   - Но...
   - Хочу побыть одна.
   - Понятно. Пойдём, провожу. Это уже почти традиция.
   Оба улыбнулись. Как только Веда скрылась за воротами замка и пошла почему-то не по дороге, а свернула в небольшую рощицу, Гор направился к королю.
   Подойдя к кабинету герцога и постучавшись, он вошёл. Но на него никто не обратил внимания, так как в комнате шёл спор. Спорили принцесса Вероника и маркиз Фэран.
   - А я говорю - будем! - строго выговаривала принцесса.
   - Ещё чего! - отвечал ей Эндрейн. - Есть и более важные дела.
   - Андрюсик, не беси меня, - сложив руки на груди, прищурившись, потребовала дочка короля Лиона.
   На обращение 'Андрюсик' все, кто находились в комнате, попытались скрыть улыбки, чем привели маркиза в ещё большее бешенство.
   - Я тебя просил не называть...
   - Я тебя тоже просила. Пару минут, и можешь дальше проводить свои собрания. А это важно.
   - У нас, может, тоже важная информация.
   - Моя важнее! Веда мне сестра! И я должна узнать, что здесь произошло. Почему её выгнали.
   - Веду выгнали? - растеряно переспросил Эндрейн.
   Удивлены были все.
   - Да, - подал голос до этого молчавший Гор. - Только сейчас её проводил за ворота.
   - Как? А... Надо её вернуть, - вскочил герцог Эдиней, - и всё выяснить.
   - Поздно. Она уже в роще. А там - поминай, как звали.
   - Давно она ушла? - повернулся к нему король.
   - Минут пятнадцать, - честно ответил Грегори, гадая, как так случилось, что эти венценосные и высокопоставленные особы знают меньше, чем он.
   - А где Эллариан? Куда он смотрел? - раздражённо проговорил отец графа Эрлейна.
   - Он и выпроводил, - без улыбки отозвалась Вера.
   В тишине все шокировано смотрели на принцессу, а она, воспользовавшись этим, продолжила.
   - Поэтому сейчас, по просьбе Веды, мы пойдём в большой гостиный зал и посмотрим, что тут произошло. А потом будем слушать вас. Что вы там нашли и так далее. Согласны?
   Ответом ей стала тишина.
   Гор обвёл собравшихся в кабинете герцога взглядом. И король Лион, и герцог Элгейский были погружены в себя. Граф Даниэль Мортэн с беспокойством смотрел в окно, а Вера играла в гляделки с Эндрейном.
   'Да. Привезли хорошие новости', - горько усмехнулся он, переживая за Веду и думая, что, возможно, они опоздали.
   - Я поговорю с Рейганой, - направляясь к двери, начал Эдиней. - Через десять минут собираемся в зале.
   - Ваше Величество, - обратился Грегори к монарху, - уходя, Веда попросила собрать там моих ребят и...
   - Я уже понял, что не просто так её быстро удалили до нашего приезда. Правда, не успели, но... И Эл... Ладно. Чего гадать? Сейчас всё сами узнаем. Через десять минут всем быть в гостиной.
   - Пап, я к Мире, - следуя за королём, пояснила принцесса Вероника.
   - Ладно.
   Отец с дочерью удалились вслед за герцогом. В кабинете остались только граф Мортэн и маркиз Фэран. Один так и не повернулся, смотря в окно. Второй же с угрюмым видом сидел и смотрел в одну точку.
   - Что сказала Веда? - вдруг спросил Эндрейн.
   - Ничего конкретного, - ответил Гор. - Только, что её попросили удалиться.
   - Кто попросил? - продолжал допрос маркиз.
   - Не сказала.
   - Почему Эллариан ничего не сделал? - задал риторический вопрос граф Мортэн.
   - Предлагаю спросить у него.
   - Так и собираюсь, - вставая и направляясь к выходу, проговорил Эндрейн.
   - Маркиз, - окликнул его Даниэль, - подождите. Я с вами пойду.
   - Как вам будет угодно, - бросил брат Эллариана, обернувшись в пол оборота.
   А затем повернулся и продолжил свой путь.
   Гор тоже не стал задерживаться в кабинете. Ему за оставшееся время необходимо было подготовить и разместить своих ребят-стражников в гостиной. Прикрыть пути отступления, предотвратив возможный побег. Поговорить с прислугой. И попытаться узнать, что известно им. На это полномочия у него как раз таки имеются. А ещё, там в зале, попытаться не придушить некую особу, которая продолжала портить всем жизнь. Что она здесь, он знал. И, что выдворение Веды дело её рук, тоже был уверен.
   Осталось дело за малом. Сдержаться. А вот с этим были проблемы. Гор ненавидел графиню всей душой. И если он винил себя не менее, чем графиню Мирэнду Оттарис, за смерть сестрёнки, что не уберёг, что позволил этой стерве безнаказанно уйти от расплаты, то терять вторую обретённую сестру он был не намерен. Гор поклялся, что сделает всё, что от него зависит, чтобы вернуть Веде доброе имя. И направляясь по коридорам в зал размещения охраны, он уже знал, как будет действовать.
  
  
   Глава 7. Show Must Go On! или приплыли...
  
  
   Грегори
  
  
   Спустя положенное время Гор стоял в большом гостином зале герцогского замка и ожидал прихода короля. У него уже давно было всё готово. И только мелькающие мысли, беспокойство за Веду и напоминание о долге не позволили бурно реагировать на появление семейства Оттарис. Вместе с ними вошёл в зал граф Кеил Кетроун. 'А он что тут делает?' - удивился появлению аристократа Гор, но вида не подал. Графиня с братом и со своим спутником, расположившись на достаточном расстоянии от него, тихо разговаривали, ни на кого не обращая внимания. Довольная улыбка блуждала на губах Мирэнды, и Гор ещё раз убедился в верности своих выводов. Без неё не обошлось. Следом за ними появилась Мираэлла в сопровождении братьев. Они также молча встали на положенных им местах. Дочь герцога была грустной, даже подавленной. На лицах обоих братьев застыла маска безразличия. Графиня Мэлори вошла в зал под руку с дядей Персивальдом. Они о чём-то вели тихо беседу, и Таниэлла улыбалась. Гор отметил, что эта девушка за какие-то несколько дней, пока он её не видел, очень изменилась. И дело было не в причёске и наряде. Нет, он отметил и это. Но граф также обратил внимание, что она стала уверенней, решительней и свободней. Исчезли вечная запуганность, нервность движений, какая-то обречённость. Перед ним стояла новая графиня Мэлори. И какой он её сейчас видел, ему нравилось. За советником короля с племянницей зашёл граф Даниэль Мортэн. Плотно поджатые губы и хмурый лоб выдавали, что он узнал о чём-то неприятном и был этим крайне возмущён. Но то, что граф остановился недалеко от семейства Мэлори и ни в какие разговоры не вступал, а осуждающе смотрел на графа Эрлейна, давало основание Грегори предположить, что речь о Веде. И только желание разобраться до конца в происходящем заставляет графа Мортэн молча ожидать того, что захотела показать им Веда.
   Чета Элгейских, герцог с супругой почтили их присутствием через пару минут. А следом за ними вошёл король Лион. Монарх прошёл и сразу сел в кресло.
   - Что у вас тут происходит? - без пышных предисловий перешёл он сразу к делу.
   С полминуты в зале стояла тишина.
   - Кх... Ваше Величество, - начал герцог, - я прошу разрешения провести сегодня свадьбу моего сына Эллариана с графиней Мирэндой Оттарис.
   Король с принцессой застыли, осознавая сказанное. В глазах стоял немой вопрос, отвечать на которой герцог пока не спешил. Оглядев присутствующих, Гор наблюдал довольные лица невесты с братом, скучающее графа Кетроуна, уставшее жениха, осуждающее Эндрейна, растерянное младшей сестрёнки Эла и непонимающе-удивлённое и одновременно недовольное Даниэля Мортэна.
   - Да, Ваше Величество, вы не ослышались. Я вынужден настаивать на этом. Эллариан не против. Все здесь. Так что можем провести сейчас.
   - А не торопитесь ли вы, мой брат? - отмер король.
   - Нет... произошло кое-что, что... даёт мне право так говорить. И те сведение, что есть у нас... они нам ничего не дают.
   - Понятно. Могу я узнать, что произошло?
   Герцог молчал. Он смотрел на сына. Эллариан с отсутствующим взглядом взирал в окно. Казалось, ему всё равно. И ни в каких беседах он не собирается участвовать.
   - Да. Он сам вам расскажет. Позже, - ответил наконец Эдиней.
   - Понятно, - промолвил Лион. - Что ж. Раз так, то прямо сейчас и проведём. Невеста готова.
   - Да, Ваше Величество, - выступив вперед, озвучил согласие граф Оттарис.
   - Отлично. Значит...
   - Мы сейчас послушаем ещё одного человека, - вклинилась в разговор принцесса. - А потом можете жениться, разводиться, страдать и даже умирать.
   С этими словами Вера, не слушая больше никого, прошла в центр зала и, положив кристалл на середину, активировала его. А затем быстро отпрыгнула от него, сделав пару шагов назад, так как из кристалла стала течь вода, очень быстро образовывая озеро. Оно почти не колыхалось, радуя глаз гладью и цветом. По залу понеслись первые звуки музыки и мужской голос запел.
   'We can never let the word be unspoken.
   We will never let our loving go come undone.
   Everything we had is staying unbroken, oh.
   You will always be the only one.
   You're the only one...'. 5
   'Озеро', переливаясь всеми оттенками голубого и зелёного, слегка вибрировало в такт музыки. В центре серебристым жидким металлом стала подниматься волна. И если бы Гор смотрел 'Терминатора 2', то у него обязательно возникли ассоциации с роботом модели Т-1000. Но так как он не видел культовый фильм, то граф просто наблюдал, как поднимающаяся волна постепенно приобретает девичьи очертания, к последним строкам куплета полностью сформировавшихся в прекрасную стройную фигуристую девушку с ярко-синими глазами и пышной копной серебристых волос. Чем-то неуловимо она была похожа на Веду, но всё-таки не она. Казалось, на девушке ничего нет. И только распущенные длинным ковром волосы укрывают её, пряча прекрасное тело от постороннего взгляда. Но стоило ей повернуть голову, осматриваясь, и откинуть волосы за спину, присутствующие увидели платье, начинающееся от груди и уходящее в пол, смыкающееся с водой из 'озера'. Платье было живое. Образованное из волн, которые перетекали, закручивались, пенились и перемещались по одеянию, создавая эффект, что оно полностью состоящее из воды. Девушка кивнула в знак приветствия Лиону и отошла на пару шагов, прищёлкнув пальцами.
   Тут же, в месте, где стояла девушка-вода, образовалась воронка, закручиваясь по спирали, уходя глубоко вниз, а из её недр, под слова песни, вырвались оставшиеся три стихии.
   'Won't ever give up cause you're.
   Still somewhere out there...'
   Огонь. Вспыхнув огромным факелом из открывшегося разлома, также формируя стройную девушку с невероятно ярко-рыжими длинными волнистыми волосами и янтарными глазами, почти раздетую, так как короткий ярко-красный топик и длинная, но с разрезами по бёдрам такого же цвета юбка, скорее всё демонстрировали, чем прикрывали. Вокруг неё, невзирая на то, что стояла она в воде, всё горело. Огонь ластился по ней, создавая для окружающих ощущение нахождения девушки в костре. Она также осмотрелась, как будто проверяя, где очутилась, и разулыбалась.
   '... Nothin' or no-one's gonna keep us apart.
   Breakin' it down but i'm still gettin' nowhere.
   Won't stop - hold on....'
   Следом за ней, чуть левее, из воды в ускоренным режиме стали прорастать многочисленные побеги деревьев, переплетаясь друг с другом, образуя в конечном итоге такую же прекрасную девушку с каштановым цветом длинных волос и в невероятном одеянии, созданном как-будто из цветов и живых бабочек. По фасону оно было похоже на платье девушки-огня, но более закрытое и не такое вызывающее. Осмотревшись, как и её предшественницы, девушка - земля, хотя можно было бы сравнить её с самой Матерью Природой, заметила Веронику и послала ей воздушный поцелуй. Вместе с поцелуем к принцессе полетела и часть бабочек, отделившихся из украшений красавицы. А достигнув Вероники, уместились на её волосах и платье, превращая скучное зелёное платье в белоснежное и с открытым верхом, как и хотела принцесса. Вера тут же повернулась к висящему за её спиной зеркалу и стала рассматривать подарок. Но почти сразу, опомнившись, что пропустит всё представление, повернулась обратно, чтобы лицезреть проявление ещё одной сущности-стихии.
   Воздух. Для всех присутствующих девушка-воздух вылетела из разъёма и приземлилась рядом с сёстрами. Но в отличии от других стихий уплотняться не стала, так и оставшись едва видимым очертанием обнажённой девушки, прикрытой только распущенными длинными волосами вместо одеяния.
   Осмотревшись, она подарила свою улыбку окружающим и, поднявшись вверх, пронеслась по комнате, будоража своим ветром и огонь, который взметнулся вверх, обнажая стройную ножку девушки-огня, и водяную деву, растрепав ей волосы, и заставив бабочек сестры встревоженно вспорхнуть, а потом опять вернуться на причёску девушки. Опустившись рядом с Гором, она послала ему воздушный поцелуй.
   '...Thunder and lightning it's gettin' excitin.
   Lights up the skyline to show where you are.
   My love is rising the story's unwindin.
   Together we'll make it and reach for the stars.
   You're the only one you're my only one.
   You're my life every breath that I take.
   Unforgettable so unbelievable.
   You're the only one - my only one.'.
   Тем временем их старшая, как появившаяся тут первой, водяная дева два раза хлопнула в ладоши, и все девушки тут же встали в центре зала возле воронки в полу. Из неё как раз стала подниматься переливающая золотом, мерцающая круглая, с метр в диаметре, сфера. Она поднялась над полом, и девушки синхронно вошли в неё. Сфера вспыхнула и уменьшилась до размеров небольшого мячика, резко поднявшись вверх.
   Зависнув на высоте трёх метров, она выпустила несколько молний прямо в озеро, которое к тому времени уменьшилось до размеров маленькой лужи. Удары молний запустили в действие процессы и в считанные секунды соткали из пространства, остатков озера и самих молний невероятно красивую девушку.
   Длинное, тёмно-синее, почти чёрное, мерцающее, из неизвестного ему материала платье облегало фигуру девушки, показывая все достоинства гостьи. От бедра платье немного свободнее спадало на пол, образовывая небольшой шлейф. Оголённые плечи, как и спина, которая почти вся была обнажена, притягивали взгляд. Русые волосы красавицы были уложены в высокую причёску, которую завершала диадема в виде цветка лотоса, состоящего из белых и чёрных драгоценных камней. 'Брильянты?' - предположил Гор, рассматривая девушку. На шее, переливаясь на свету, также красовалось ожерелье из чёрных каменей. А на лице девушке играла лёгкая улыбка. Она слегка склонила голову перед королём в знак приветствия, и он узнал тёмно-карий дорогой его сердцу взгляд.
   '...I could have told you to slow down and stay down.
   I could have told you a secret wont you keep it now.
   Thinking of making a showdown when love is found.
   Thinking of waiting till you're around...'
   Тем временем, гостья перевела взгляд на герцога и также поприветствовала его. Подняв руку, она подождала, когда послушная её воле золотистая сфера опустится, и взяла её двумя руками. Подмигнув советнику короля, девушка развела руки в стороны, растягивая живое золото на ширину рук. Сфера также безропотно подчинилась хозяйке, расширяясь и образовывая столб света. Не задерживаясь ни на секунду, узнанная ими красавица шагнула в свет, который тут же раскололся на сотни прямоугольных окошек, движущихся по кругу в зале.
   В каждом окошке появилась картинка. Присмотревшись, Гор обомлел. Вот окошко, где они прибыли в эскорте короля во дворец герцога. Вот он спустился с лошади и придерживает лошадь принцессы. А она ему выговаривает, что не надо над ней трястись, как курица-наседка над птенцами. Гор смеётся, вспоминая словечки Веды и радуясь, что скоро её увидит. Вот окошко, где они ещё во дворце идут по коридору и только собираются выезжать. А вот окошко, в котором отражается тронный зал и множество людей. А вот окошко с дворцовым садом, где Веда сидит под большим деревом и что-то рассказывает Веронике. Переведя взгляд, он увидел, что возле короля с семьёй герцога тоже проплывают окошки. В них отражаются то какая-то трапеза, то танцы, то игра детей. В следующем проплывающем окне Гор увидел картинку с тронным залом, и там что-то происходило. И по залу двигались сотни таких движущихся картинок. Переведя взгляд на центр комнаты, он увидел, что в эпицентре всего этого стоит всё та же гостья, но уже в своих излюбленных чёрных штанах, синей тунике с прозрачными рукавами. Волосы заплетены непонятным узором в косу. Она сидит на каком-то странном высоком с одной ножкой стуле и не торопясь что-то листает в своей странной коробочке. 'Планшет', - припомнил он название, сказанное когда-то Ведой. Вдруг взгляд её остановился на одной из картинок, и сразу несколько из летающих окошек пошли рябью. Картинки в них пропали. Только она всё смотрела и смотрела на эту картинку.
   Гору с его места было не очень хорошо видно, что же такого в этом окошке, что привлекло её внимание. Но он сразу понял, что это не из приятного. Гостья подняла руку и провела ею вдоль окна. В тот же миг пропали все окна с рябью. А летающие картинки стали двигаться быстрее и уже не только по кругу. Они перемешались, казалось, хаотично. То поднимаясь, то опускаясь, то подлетая к хозяйке творимого, то пропадая вообще. Несколько окон, подлетая к гостье и подвластные её руке, поднимались и зависали над ней. Остальные уходили дальше в свободное парение по залу.
   С последним звуком мелодии шестнадцатое окно присоединилось к зависшим над девушкой и слилось со всеми в один небольшой, не более ладони, чёрный квадрат. Остальные тут же осыпались маленькими (как будто разбитые на миллиарды осколков) квадратиками. Но не долетая до пола, пропали.
   'Невероятно!... это же... это же...' - но сформулировать в слова всё, что чувствовал он пока не смог. Гор огляделся. Все потрясённо застыли, смотря на гостью. Только в глазах короля с принцессой, да герцога и советника сверкал интерес. Казалось, их абсолютно не поразило происходящее.
   Квадрат меж тем спокойно подплыл к девушке, ложась в поднятую руку, и гостья поздоровалась.
   - День добрый, Ваше Величество. Простите за показуху. Но, во-первых, я же обещала произвести на вас более приятное впечатление, когда в следующий раз мы встретимся. Не такое, как первое, - говорившая улыбнулась. - А во-вторых, теперь все присутствующие внимательно следите за тем, что я хочу вам показать. Это не займёт много времени. Три минуты двадцать семь секунд, если точно. И хотя напрямую вас это не касается, думаю, вам будет интересна причина моего отсутствия в этом замке и... там и для вас тоже есть полезная информация. А сейчас устраивайтесь поудобнее. Просмотр начинается.
   И квадрат в её руках, как до этого золотая сфера, превратившись в столб света, расширился на метров пять в ширину, а гостья опять исчезла в золоте свечения. Огромный прямоугольник побелел, и на нём появилась картинка.
   В зале ужинали люди. За столом сидели герцогиня, её сыновья с невестами и дочь. Веда сидела рядом с Мираэллой, сестрой Эла, и о чём-то с ней переговаривалась. Картинка ускорилась, и ужин за пару секунд подошёл к концу. Затем была беседа Веды и Эла, их быстрый поцелуй, и граф удалился, а Веда направилась по коридору.
   Дальнейшее повергло Гора ещё в большее недоумение. Веду оглушили, раздели до сорочки и, завернув в покрывало, преспокойно вынесли из замка. И никто им не препятствовал. Ни охрана герцогини, ни служанки, снующие во дворе, никто.
   Затем картинка сменилась, и вот уже девушка в Вединой комнате в её же платье, спущенном до пояса, сидит верхом на ком-то в постели. Она находится спиной к зрителям. И только большой рубин, оправленный золотом висит на длинной цепочке у неё на спине, слегка покачиваясь в такт её движениям. И хоть лица девицы не видно, но по голосу её и мужчину узнали все. Они разговаривают. И разговор этот не приятный. Они обсуждали, что будет с Ведой, когда герцогиня выгонит её из замка.
   Потом на картинке появляется Рендам и громко выговаривает Эллариану, что вот его распрекрасная Ведариэтта кувыркается с другим. Что она ничем не лучше любой продажной девки. А даже хуже! Притворялась ангелом, а сама корыстная, зазнавшаяся деревенщина, прыгающая из одной постели в другую, у кого больше денег. Эл появился вместе с графом Оттарис и молча стоит и смотрит на творимое. При этом парочка заговорщиков не прерывает процесс, сопровождая его поцелуями, ритмичными движениями, стонами, а мужчина повторяет имя Веды.
   Действие меняется, как только Эллариан уходит. Рендам следует за ним, а двое заговорщиков тут же начинают обсуждать дальнейшие свои действия. Та, что изображала Веду, ничуть не смущаясь, стягивает с себя платье и начинает быстро одеваться в своё, намереваясь пойти на поиски своего 'жениха'. 'Любовник Веды' советует ей подождать, пока её брат доведёт женишка до кондиции, а у них есть время заняться более интересным занятием. И они повторяют всё уже не на публику. Всё происходит в ускоренном режиме и укладывается в секунд десять. Далее идёт напоминание Мирэнде о необходимости после брака с графом стать любовницей маркиза, чтобы иметь возможность влиять на него. Маркиз очень любвеобильный, а невесту свою не любит. И это будет легко. На вопрос, почему просто нельзя стать его любовницей сейчас, над графиней посмеялись, объяснив, что тогда она точно не станет графиней Эрлейн. Уж его братец постарается.
   Картинка поменялась. И теперь зрители наблюдают за комнатой Эллариана, где хозяин апартаментов вместе с Ренданом пьют. Время опять для всех убыстряется. За окном рассвет, и почти бесчувственное тело Эла брат с сестрой и 'любовником Веды' переносят в кровать и раздевают его. Мирэнда также разоблачившись, укладывается рядом. А брат и граф Кетроун уходят. Потом мелькают картинки поцелуев, утрешнего разговора с невестой и приход нежданного гостя, который требует за то, что Эл опозорил сестру, немедленной свадьбы.
   Далее окно показывает всем двор. Полуголую Веду, укрывшуюся каким-то непонятным лоскутом, и нелицеприятный разговор. Просьбу Веды объяснить, что произошло, все игнорируют. Только графиня Мирэнда Оттарис соизволила победно улыбнуться и, подойдя близко, тихо сообщить, что она проиграла и теперь её вышвырнут, как дворовую шавку. Её слова подтверждает требование герцогини удалиться из стен замка, с территории её владений и больше никогда не появляться здесь.
   - Да что, собственно, произошло? Кто-то мне объяснит наконец? - возмущённо уже требует Веда. Но её опять игнорируют. - Ну, не хотите, как хотите. Сама узнаю. Потом не жалуйтесь.
   Окно растаяло, и на его месте возникает Веда.
   - Вот в принципе и всё, что хотела сказать. Вашество, я передала Вере парочку кристаллов с записью разговоров этих заговорщичков. Вам будет интересно послушать. И у Гора будет мнооого работы, - она хмыкнула. - А теперь позвольте откланяться и исполнить требование герцогини.
   Веда изобразила шутливый поклон и повернулась, собираясь уйти.
   - Веда, - одновременно раздались три голоса.
   Но она продолжила своё шествие в сторону двери, начиная таять на глазах.
   Последующее произошло в считанные доли секунд и повергло всех ещё в больший шок.
   - Будь ты проклята, - раздалось на весь зал визгливо-истерично-обречённое, и в Веду полетел чёрный сгусток.
   'Чёрный огонь', только и успела мелькнуть мысль перед тем, как сгусток соприкоснулся с девушкой, полностью покрывая с ног до головы чёрным пламенем.
  
  
   Веда
  
  
   - Чёрный огонь, - раздалось рядом над ухом. Веда посмотрела на лешего. - Ох-ох-ох. От него же нет спасения. Глупая девочка.
   - Кто глупая? - не поняла Веда.
   - Так ясно ж, кто. Та, кто кинула в тебя проклятие енто, - но чувствуя, что она до сих пор не понимает, стал объяснять: - Тебя же там нет? Нет. А эта зараза всегда возвращается, если жертву не находит. Себя сама и погубила.
   Веда, недолго думая, остановила 'своё' исчезновение из зала замка и, отыскав в сумке их с Карычем экспериментальные 'очки', тут же их надела.
   Она оказалась в замке. В полной тишине все смотрели на неё. Вернее на ту, кто сейчас молча горела в чёрном огне. Опустив взгляд и полюбовавшись на свои руки, охваченные огнём, она хмыкнула и повернулась к графине Оттарис.
   - Но... а... как... - непонимающе смотря на неё, залепетала Мирэнда.
   - Я так понимаю, это и есть тот самый знаменитый Чёрный огонь? - графиня, не отдавая себе отчёт, кивнула. - Замечательно, - снова улыбнулась Веда.
   - Почему ты не дохнешь? - взвилась вдруг её несостоявшаяся убийца.
   - А должна? - как ни в чём не бывало, спросила она, сложив руки на груди.
   - Да! - выкрикнула Мирэнда. - Все до этого сгорали! Не было никаких улик! Всё всегда шло так, как я и задумывала. И я могла... - графиня осеклась, осознав, что взболтнула лишнее, и продолжила молча и зло смотреть на неё.
   - Ну, что я могу сказать, голубушка? Вам несказанно... не повезло. Хотя, может, и повезло. Это как посмотреть, - и видя непонимание в глазах рядом стоящего с пока ещё невестой Эла её брата, принялась объяснять. - Повезло, что я останусь жива. Почему? Так я выполнила требование герцогини, и меня тут нет. И её, - она качнула головой в сторону безмолвной жертвы своих же козней, - присутствующие не растерзают.
   - А не повезло? - уже начиная догадываться, спросила графиня.
   Веда перевела взгляд на Мирэнду.
   - Ну, дорогуша, вы столько лет пользовались этим проклятием и должны были уже узнать, что, не найдя жертву, оно возвращается к тому, кто его применил. Так что, как только мой фантом исчезнет... - она не договорила, разведя руки в стороны, показывая, что ничем помочь не сможет.
   - Но...
   - Найдёт хоть где. Так что вам не спрятаться.
   - Но...
   - Раньше надо было думать. И жить по совести.
   - Но...
   - Мирэнда, а вам знакомо слово карма? - отходя от графини на пару шагов, рассчитывая расстояние и время, сколько у неё будет, чтобы попытаться провернуть свою задумку - нейтрализовать проклятие.
   - Карма? - непонимающе и потеряно, переспросила та.
   - Да. Это... как бы попонятнее. К нам возвращается всё то, что мы сделали. Делаем хорошее, нам боженька дарит лучшее. А совершаем какую-нибудь гадость, так и сами получаем по самое 'нехочу'.
   Веда отошла уже к окну и тихо спросила: 'Какова скорость движения?'.
   Дядько Микайло её понял и ответил: 'Как у гончей собаки'.
   'Плохо', - так же тихо проговорила она и посмотрела на Веру.
   - Верунь, а дай поносить твои серёжки? - попросила Веда, чем повергла в большее изумление всех. Хотя куда уж больше?
   - А у тебя уши не проколоты, - тихо ответила ей подруга, но послушно стала снимать серьги.
   Серёжки были те самые, которые сделал принцессе Влад из аналога Слёз дракона. И Веда надеялась, что они помогут хотя бы замедлить действие проклятия. А если повезёт, и запереть его там.
   - Одной хватит, - остановила она принцессу. - Хотя... давай две. Кидай.
   Вера выполнила просьбу подруги, и когда серёжки оказалась у неё в руке, вернее у фантома, в котором она сейчас разгуливала по залу, Веда в полной тишине прошла к Мирэнде и, поймав её обреченный взгляд, спросила.
   - Молилась ли ты на ночь, Дездемона?
   - Что? - к обреченности добавилось непонимание.
   Принцесса прыснула, знающая подтекст вопроса. А Веда, покачав головой, повернулась и зашагала обратно к окну, считая шаги и надеясь, что у неё все получится и задумка сработает.
   - Веда, что ты хочешь делать? - услышала она вопрос подруги.
   - Следственный эксперимент. Отойдите подальше от графини, - и повернувшись к королю, попросила. - Вашество, уберите всех подальше. Особенно одну любопытную особу, которой всё хочется посмотреть в первых рядах.
   - И ничего я не любопытная, - поворачиваясь и шагая к отцу, наигранно обиженно пробурчала Вера.
   - Поговорите мне тут, - хмыкнула Веда и дала последнее указание бледной графине, - без криков. А то ошибусь, и точно будешь головешкой. Понятно?
   Мирэнда закивала, как китайский болванчик, согласная на всё, лишь бы не умирать такой страшной смертью.
   - Вот и отлично. Можете начинать все молиться, - разрешила Веда и нажала на кнопку у себя на браслете, исчезая из зала.
   На её месте осталась чёрная оболочка, которая, замерев на несколько секунд, кинулась размытым пятном в сторону графини Оттарис. Но упавшая на пол серёжка, зажатая до этого в руке Веды, не дала чёрному сгустку далеко уйти. Пятно как будто на цепи рвалось и вырывалось, но Слеза дракона крепко держала его, не давая сдвинуться ни на миллиметр.
   Веда материализовалась опять в зале замка через пару секунд, так как кристалл никто не убирал. Подняв серёжку, она осмотрела дело рук своих и позвала:
   - Кис-кис-кис. Иди к тётеньке, - и сгусток по непонятным ей причинам вырываться прекратил и послушно втянулся в Слезу.
   Оглядев присутствующих и убедившись, что все в молчании поражённо продолжают наблюдать за ней, Веда подошла к Мирэнде, которая сидела на полу, так как от пережитого ноги её не держали. Наклонившись к ней, спросила:
   - Жить хочешь?
   Мирэнда не смогла пока связно говорить и только кивнула, не сдерживая слёз облегчения, что участь быть сгоревшей заживо её миновала.
   - Тогда будем отрабатывать карму.
   - Что, рабыня нужна? - зло спросил Рендам.
   - По себе людей не судят, - не смотря на говорившего, ответила Веда, не прерывая контакт глаз с Мирэндой. - Ну так как? Будем?
   Ей опять кивнули.
   - Отлично, - поднявшись, она повернулась к Гору и кинула ему одну серьгу, - лови. Она твоя.
   - Почему? - не понял друг.
   - За Аниту. Ты хотел иметь шанс. Вот он.
   - Спасибо.
   И столько было в этом 'спасибо'. Она знала, что графиня заплатит. Дорого заплатит. Но это не будет смерть или насилие. Это будет шанс на прощение за всё, что Миранда сделала в этой жизни плохого. Веда просто знала это. И была уверенность, что так правильно. Она грустно улыбнулась. И собралась уже снова попрощаться, как услышала.
   - Ну, наконец-то я опять тебя нашёл, тонара.
   Развернувшись, Веда увидела светловолосого, высокого, спортивно сложенного мужчину в белом костюме, напомнившем ей костюмы восемнадцатого века её мира. Янтарного цвета глаза имели почему-то зелёный ореол, а волосы были заплетены сложным узором в косу. На пальце сложенных на груди рук сверкнуло золотое кольцо с непонятной вязью рисунка и маленьким ромбообразным красным камнем. Этот камень очень выделялся из светлого ансамбля костюма и привлёк внимание Веды. Осмотрев пришедшего с ног до головы и не найдя для себя ничего интересного, она опять повернулась к Гору.
   - Ладно. Не скучайте тут без меня. Пойду я, наверное. А то дел много ещё.
   - Тонара. Как ты смеешь игнорировать меня? - услышала она вопрос и, так как понятия не имела, к кому конкретно обращаются, улыбнувшись, направилась на выход.
   - Тонара! Стой!
   Веду заинтересовало, кто эта загадочная тонара, и почему ей нужно стоять. Оглянувшись, увидела, что все ошарашено смотрят на неё, переводя взгляд на незваного гостя и обратно.
   - Вы это мне? - на всякий случай уточнила Веда у белобрысого.
   - Тонара, как смеешь ты... - начал он, но был бессовестно перебит.
   - Простите, не имею чести знать вашего имени-отчества...
   Она внимательно посмотрела в его глаза, мимоходом отмечая, что где-то уже видела такой цвет глаз. Пробежала взглядом по всему облику мужчины. 'Хорош, красавчик, - подумала, улыбнувшись. - Но не моё. Не цепляет'. Подождав немного ответа, но так и не дождавшись, пожала плечами.
   - Ну нет, так нет. Всем ариведерчи, - и опять повернулась на выход.
   - Стоять! - раздался грозный рык.
   Веда остановилась и, приложив руку к уху, несколько раз потрясла ею.
   - Зачем же так орать? Вам бы на демонстрации без рупора подрабатывать. Глядишь, разбогатели. И пользу людям приносили бы, - поворачиваясь к гостю, проворчала она, но так как в зале стояла тишина, её услышали все. Сложив руки на груди, устало спросила: - Что надо-то?
   - Тонара... - начал опять незнакомец.
   - Кто такая тонара? - перебила она опять.
   - Избранная, - сглотнув, проговорил Лион потрясённо, как и все, переводя взгляд то на неё, то на белобрысого.
   - Избранная? Куда и зачем? - поинтересовалась Веда.
   'Хозяина Неба', - ответил ей голос дядьки Микайло в наушнике.
   - Хозяина Неба? - переспросила она, гадая, кто этот 'хозяин'.
   - Ты вспомнила? - с улыбкой шагнул к ней незнакомец. - Я знал. Я верил. Моё кол...
   - Неа. Подождите, - делая шаг назад и выставляя вперёд руку, останавливая ретивца, - давайте разберёмся. Кто такой этот хозяин, и кто такая тонара?
   'Это дракон и его пара', - опять дал справку голос лешего.
   - Дракон? - непонимающе посмотрела на мужчину, отмечая, что от её слов его улыбка ширится. Она перевела взгляд на Лиона, так как только он проявил знание происходящего. - Вашество?
   - Избранная Хозяина Неба, - тихо проговорил король.
   - Неее, - замотала головой Веда, - хватит. Не хочу быть ни избранной, ни парой, ни роной, ни тонарой, ни тонаей. Достаточно. Набылась.
   - Роной? - раздался неверяще-испуганный голос герцогини.
   - Тонарой? - вторил голосу Эдиней.
   - Тонаей? - удивлённо переспросил незнакомец.
   - Веда, - окликнул её Эллариан.
   Не смотря ни на кого, особенно на Эла, Веда гадала, почему у неё такое ощущение, что незваный гость ей кого-то напоминает. Но она никак не могла вспомнить, кого. Перебирая в уме знакомых, вспоминала всё, что только сейчас услышала, Веда обдумывала информацию.
   - Почему ты молчишь? - спросил её искатель 'тонар'.
   - А что говорить? Вы, товарисч, обознались. Не знаю я никаких тонар. И уж тем более я - не она. И ею становится не собираюсь. Так что ещё раз прощавайте. Надеюсь, больше не увидимся.
   - Тонара. Прекрати нести чушь. Ты знаешь, кто я и...
   - Да с чего вы взяли, что я эта ваша тонара? - немного раздражённо спросила Веда.
   Её прекращала забавлять вся эта ситуация.
   - Знак, милая моя, - хмыкнул он, пряча улыбку в краешке губ.
   - Какой знак? - уточнила она, склонив голову на бок.
   - На твоей руке.
   Веда подняла ладошки к глазам и покрутила перед собой, не обнаруживая никаких дополнительных знаков, помимо омикрона. Но он едва выглядывал из-под браслета и незнающим не был виден. 'И зачем я фантом одарила этим знаком? Блажь. Эх. Или он имеет в виду какой-то другой знак?'. Непонимающе подняла взгляд на гостя, молча спрашивая: 'Вы что, сударь, пили? Где знак?'.
   - На плече, - дал наводку мужчина.
   Веда посмотрела на правое плечо. Ничего нет. Перевела на левое. Тоже ничего не обнаружила. И уже хотела опять посмотреть на незнакомца, высказав ему о необходимости посещения окулиста, но взгляд зацепился за красивый витиеватый узор, окутывающий её руку от локтя до запястья. Он был легко просматриваемым через прозрачные рукава туники. Веда совсем и забыла, что, программируя фантомов, для загадочности добавила в их образ этот узор. Его она рассмотрела на колечке, подаренном ей подругой.
   - А, вы об этом?
   Она улыбнулась и, подняв правую руку, провела ею вдоль левой. А на поляне, вдалеке от замка, Веда отключила функцию декора фантомов, и знак на её руке в огромном зале замка исчез у всех на глаза.
   - Но... - начал гость, встрепенувшись. Он обеспокоено смотрел на неё и всё пытался что-то сказать, - как? Я же чувствую... Ты... это точно ты!
   - Обознатушки. Не я это. Меня там не было, - улыбнулась Веда. - Так что: Goodbye, my love, goodbye.
   - Ты никуда не уйдёшь, - строго заявил ей этот... обознавшийся.
   - С чего это? - удивлённо и одновременно весело смотря на него, спросила Веда.
   - Я тебе не позволю.
   - С какого перепугу я должна вас слушаться? - уже откровенно веселилась она.
   Вся эта ситуация раздражать не перестала. Но было интересно, чем всё это закончится.
   - Я приказываю тебе...
   - Дааа? Мне? Ну, вы загнули, - Веда повернулась к названному отцу. - Вашество, прикиньте, мне тут непонятно кто приказывает, - и разворачиваясь опять к гостю, продолжила: - На будущее. Самоуверенные заявления мне не нравятся. Они меня раздражают и выводят из себя. Потом сами будете не рады этому. А вернуть всё, как было, не получится. Так что поостерегитесь заявлять такое незнакомым девушкам.
   - Тонара...
   - Хватит! - рявкнула Веда. - Я. Не. Ваша. Тонара! - чётко выговаривая каждое слово, начала она, смотря на мужчину: - Вы задерживаете меня. У меня много дел, знаете ли.
   - Ты не выйдешь из этой комнаты, пока ...
   - Да? И кто мне помешает?
   - Я изолировал этот зал от любой магии. Ты даже дверь сама не сможешь открыть. И не сможешь уйти отсюда, пока я не разрешу. А уйдёшь ты только со мной. И...
   - Спорим?
   - Что? - не понял белобрысый.
   - Предлагаю спор. Если я уйду из этой комнаты, невзирая на ваш запрет, вы оставляете меня в покое. Не преследуете. Не достаёте. А просто уходите и дальше ищете свою тонару. Но уже без меня. И никаких претензий ко мне не предъявляете. Согласны?
   - А почему бы не развлечься, - усмехнулся гость, облокачиваясь на рядом стоящий столик. - Если уйдёшь, я не буду тебя трогать. Но если нет, ты уходишь без разговоров со мной. К нам домой. Согласна? - Веда кивнула. - У тебя пять минут, - милостиво разрешил гость.
   Она обвела взглядом зал, в котором сейчас находились и шокировано смотрели на неё дорогие и не очень её сердцу люди.
   - Да мне столько и не надо, - хмыкнув, Веда направилась к Вере.
   - Ты тут не балуй. Я пока пропаду на время.
   - Хорошо, - всхлипнула принцесса и сделала шаг, порываясь обнять её, но Веда едва заметно покачала головой, заставляя остановиться Веру. - Ты вернёшься? - задала она мучающий, наверное, почти всех в этом зале вопрос.
   - Не знаю, Вер. Посмотрим. Сейчас я хочу побыть одна, - и уже тише, так чтобы её слышала только подруга, добавила: - Но ты жди.
   Вера заулыбалась сквозь слёзы. Веда ответила ей грустной улыбкой и повернулась к Лиону.
   - Вашество, вы уж не серчайте, но я пойду.
   Он лишь кивнул, находясь всё ещё в прострации от происходящего. Веда повернулась к герцогу с супругой и склонила голову в лёгком поклоне.
   - Ваша Светлость. Всё. Теперь я могу исполнить вашу 'просьбу' и удалиться из вашего дома.
   - Ведариэтта... - начала герцогиня, но Веда не дала ей договорить.
   - Ухожу, ухожу. Можете не утруждаться.
   В ней заговорила обида. Обида, что никто не поверил. Никто не спросил. Даже любимый человек. Они даже ничего не объяснили, просто выгнали, и всё. Она быстро кинула взгляд на Эла и, поймав обеспокоено-виноватую синеву любимых глаз, усилием воли заставила отвернуться. 'Нет. Я хочу побыть одна. Успокоиться. А там... там видно будет'.
   - Веда, - шагнул к ней Эл, но был остановлен братом, который схватил его за руку и не позволил подойти.
   - Не сейчас, - в пол голоса попросил Эндрейн, но Веда хорошо его расслышала.
   Хмыкнув, она повернулась к Таниэлле. Ободряюще улыбнулась и на русском языке обратилась к невесте маркиза Фэрана.
   - Любишь? - ей кивнули. - Заставь завоевать себя. Иначе будешь сидеть холодными зимними ночами одна и жалеть, что жизнь сложилась так, как сложилась. Верь в себя, и всё будет в шоколаде.
   Ей улыбнулись и ещё раз кивнули. Рядом с Таниэллой стояла Мираэлла. И уже к ней Веда обратилась опять на понятном всем языке.
   - Тебя это тоже касается. Когда придёт твоё время.
   - Что? - не поняла сестрёнка Эла.
   - Спросишь Таню. Она объяснит.
   - Хорошо, - согласилась девушка, а в глазах стояли слёзы. И Веда её прекрасно понимала. У самой кошки скреблись на душе.
   - Ну, всё, - она преувеличенно радостно вздохнула. - Мне пора. Буду по вам скучать. По некоторым. Так что все не обольщайтесь.
   Шагнув назад, Веда повернулась к белобрысому.
   - У тебя осталось две минуты. И я не намерен...
   - Очень хорошо, что не намерен. Я тоже тут уже задержалась. Так что Auf Wiedersehn.6
   И нажала на пару кнопок на планшете, материализовав на полу воронку, в которую, помахав на прощание, шагнула. Из зала она исчезла.
   Сняв очки и выключив планшет, Веда оглянулась. Всё было так же, как некоторое время назад, когда она 'переместилась' в замок.
   - Тикать нам надо, - тихо сказала она, смотря на улыбающегося лешего.
   - Тикать, - кивнул он, - надо. Давай за мной.
   Веда без разговоров встала, убирая параллельно всё ненужное в сумку. И направилась за семенящим впереди дядей Мишей.
   - Пути я запутаю. Но этот, который тебя ищет, быстро распутает узелок.
   - И что? Он же обещал, что не станет...
   - Тонар свою тонару везде найдёт. Да и не держат они без клятвы слова.
   - Как не держат? - немного потеряно переспросила Веда.
   - А вот так, - заворчал леший. - Надо было клятву с него истребовать. Ну что ж теперь сокрушаться-то. Пойдём, путь тебе открою. Там он тебя не найдёт.
   Веда даже не спросила, куда они идут, прикидывая в уме, чем ей теперь грозит этот тонар, и как от него можно отделаться.
   - Вот, - дядько Микайло повернулся к ней и посторонился, пропуская Веду. - Там схоронишься, - указывая на небольшую плетённую из различных растений беседку. - Зайдёшь туда. Там дверь слева. Иди в неё. Когда всё успокоится, я за тобой пришлю.
   - Спасибо, дядь Миш, - обняла лешего Веда и, поцеловав в щёку, отпустила.
   И больше не задерживаясь, тут же шагнула в беседку.
   - Быстрее, - услышала в спину.
   Оглянувшись, увидела лёгкое сияние на полянке, и ветки плетённой беседки тут же закрыли ей проход. Обернувшись обратно, она поискала дверь слева. И нашла. Целых три. 'И куда мне идти? О какой из них говорил леший?'.
   - Ведариэтта, - ей показалось, что прогремело на весь лес. - Я тебя найду! Лучше выйди сама!
   - Ага. Спешу и падаю, - пробурчала она и, не раздумывая, направилась к самой левой из дверей, - только шнурки поглажу. И на дорожку присяду. И на посошок не забуду.
   Она открыла дверь. За ней оказался серый туман. И как-то не очень хотелось туда идти.
   - Ведариэтта! - прогремело опять. - Выходи!
   - Я же сказала, что уже спешу, - и шагнула в туманную неизвестность.
  
  
  
   Часть 2. Долгая дорога ...
  
  
   Глава 1. Кто-то теряет, кто-то находит
  
  
   Веда
  
  
   Было... серо. Веда оказалась в густом грязном тумане. Он, как кисель, едва-едва колыхался, создавая впечатление разумности, но близко к телу не приближался. Влажное, душное нечто парило в паре сантиметров, не дотрагиваясь до неё. На расстоянии вытянутой руки ничего не было видно. Но Веду не покидало ощущение, что за ней наблюдают. А туман - своеобразный барьер, который не пускает незваную гостью ступить за чётко очерченные границы. Это, как в детстве, лежишь на кровати ночью и смотришь в темноту, и всё кажется, что там кто-то есть. И закрывать глаза никак нельзя. Боязно. И даже накрывание с головой одеялом не избавляет от ощущения чьего-то присутствия.
   'Ну, не стал бы дядя Миша меня подставлять и отправлять туда, где опасно?... или... неее. Мы вроде бы подружились', - осматривая то место, где она оказалась, думала Веда. Собираясь всё-таки куда-нибудь уже направиться, ей почудился всхлип, и она остановилась. Прислушалась. Тишина.
   'Показалось? Наверное'. Но как только она сделала шаг вперёд, то услышала очередной всхлип. Повернув голову в сторону звука и всматриваясь в серую хмурь, пытаясь хоть что-то увидеть, Веда вслушивалась в тишину пространства этого места. И холодным неприятным осознанием стало понимание, что тут отсутствуют звуки. Все. Не слышалось щебетание птиц, нет шелеста листвы или журчания какого-нибудь ручейка, не ощущалось дуновение ветерка. Не было ничего.
   'И куда это меня дядя Миша закинул?' - подумала она, застыв столбом и таращась с тревогой перед собой. Очередной всхлип заставил её сделать шаг вперёд. Мысли о том, что, возможно, там кто-то такой же, как она, попавший сюда, то есть, не пойми куда, и одиноко ожидающий помощи, притупили немного тревогу. Пройдя вперёд, Веда опять остановилась и огляделась. Ничего не изменилось. Серое нечто также еле колыхалось впереди, не трогая и не препятствуя её движению.
   'Куда идём мы с Пятачком? Большой, большой секрет...' - начала она декламировать сама себе тихо под нос, чтобы отвлечься от назойливого ощущения наблюдения. Всхлипы больше не повторялись. А стоять, решила она, глупо. Поэтому неспеша двинулась вперёд. Краем глаза заметила какое-то движение и повернулась в ту сторону, останавливаясь. Никого. Постояв немного, озираясь вокруг, Веда продолжила движение. Снова глаз уловил какое-то движение, и она застыла, прищурив глаза и стараясь рассмотреть, что это было. То, что ей не мерещится, Веда себя убедила, решив довериться своим ощущениям и быть настороже.
   Сделав ещё несколько шагов, она вдруг увидела очертания какого-то предмета, похожего на срубленное дерево, а подойдя чуть ближе, смогла разглядеть, что возле него кто-то сидит. В это время раздался очередной всхлип. Веда, больше не думая, ринулась туда. Подойдя совсем близко, она рассмотрела маленького мальчика, который сидел возле сваленного дерева и жался к стволу. На вид ему было не более пяти-шести лет. Одежда вся порванная. На коленках, которые он прижал к себе и обхватил руками, красовались ссадины. Руки тоже в некоторых местах были содраны. Перепачканные в чём-то сером волосы в беспорядке торчали в разные стороны. А на чумазом личике с мольбой и страхом на неё смотрели глазки тёмно-карего, почти чёрного цвета.
   - Привет, - тихо поздоровалась она. - Ты как тут оказался?
   Сделала шаг, но малыш тут же отпрянул от неё, вжимаясь в ствол дерева ещё сильнее.
   - Не бойся. Всё хорошо. Я ничего тебе не сделаю. Честно, - она опустилась на коленки, припомнив, что маленькие боятся тех, кто выше их, и подняла руки, показывая, что ничего у неё нет. - Ты меня понимаешь?
   Малыш долго смотрел на неё, но потом кивнул.
   - Ты как тут оказался? - повторила она вопрос, гадая, кто он, и чем можно ему помочь, но сильно на ответ не надеялась.
   - Убежал, - тихо ответили ей минуты через две.
   - От кого? - решила развивать успех Веда, слегка придвинувшись к нему.
   - От брата. Я хотел... - он сглотнул, - хотел пойти в Зал. Но я знаю, что оттуда никто не возвращается. Я не хотел, чтобы он умер. Я хотел сам. Я сам пошёл туда. Но я... я заблудился. А потом появился туман. И я... - его голос к концу речи совсем затих, и Веда догадывалась только по губам, что же он говорит.
   - Иди сюда, маленький, - тихо позвала она, протягивая к нему руки. - Я тоже потерялась. И тут холодно. И...
   Придумывая, что бы ещё такого сказать, чтобы ребенок допустил её к себе, она с лёгкой улыбкой смотрела на него. А сердце от наблюдаемого сжималось. Бледный, маленький, перепуганный. Но рискнувший за брата принять его участь. 'Что же это за место такое? Эх. Знать бы побольше'. И пока она, стоя на коленках, думала, мальчуган очень медленно распрямил ноги, и Веда увидела, что не только царапины украшают его конечности. Нога чуть выше колена была перевязана уже пропитанной кровью повязкой. А подранная в нескольких местах рубашка также была в кровяных разводах. Постаравшись взять себя в руки, она всё-таки и не такое видела, когда помогала бабе Дусе лечить деревенских, Веда спросила:
   - Как звать тебя?
   - Брат называет Санни.
   - Солнышко, - улыбнулась Веда. - А я Веда. Разреши мне помочь тебе. Я немного могу лечить. И у меня есть чистый бинт. Давай, я тебе ссадины обработаю?
   Мальчик несмело кивнул, и Веда придвинулась во вздохом облегчения ещё ближе.
   - Санни, давай рубашечку снимем? Я сейчас протру ранки. А потом намажем одной чудодейственной мазью. И у тебя они сразу пройдут. Завтра уже не будут болеть. Договорились? - говоря всё это, она уже помогала ребёнку снять порванную рубашку и осматривала поле деятельности. - Где же ты так умудрился пораниться? - спросила она, приступая к лечению.
   - А... убегал, - нехотя признался мальчуган, стоически терпя обработку ран. - На краю появился туман. Все знают, что в тумане живёт Он. Вот я... испугался. А когда побежал, упал. Ну и...
   Он замолчал. Но Веде не нужны были пояснения. И так всё было ясно. 'Теперь только бы понять, где она оказалась. Кто такой Он? Что за Зал такой? И почему из него не возвращаются? Ну, и как отсюда выбраться, тоже бы не помешало понять'.
   - Санни, - продолжила обрабатывать рану на ноге, смывая грязь и достав из сумки мазь, спросила Веда, - а как называется это место?
   - У Него нет названия, - тихо ответил он ей, держа руки вытянутыми перед собой, так как они были намазаны пахучей мазью.
   - А что за Зал? Зачем твой брат туда собрался?
   Мальчик сразу закрылся. Веда это прям почувствовала, как он отгородился и замолчал.
   - Не хочешь, не говори. Просто, может, я могу помочь? - мальчик молчал. - Хорошо. Я просто не ведаю, где оказалась, и что нас с тобой ждёт. А так хоть буду знать, чего опасаться нужно.
   Санни продолжал молчать, а Веда, не расспрашивая более, обработала все раны и наложила новые повязки. Достав из своей сумки два тёплых одеяла, Веда нашла в ней рубашку Лео. Улыбнувшись, мысленно поблагодарив друга, что он забыл ей напомнить вернуть свою собственность, она надела её на ребёнка. Рубашка оказалась очень большая и доставала до пят Санни. Усадив на плед и укрыв его им, она достала термос с кипятком и заварила для них чай. В сумке нашлось несколько бутербродов. Похвалив себя за запасливость, она протянула один мальчугану, а потом налила чай в плошку.
   - На, запей. Согреешься немного.
   Санни принял бутерброд с радостью и уже жевал, запивая его чаем. 'Видно, давно не ел', - решила она, смотря на него. Пока ребёнок обедал, или ужинал, так как в этом тумане невозможно было сказать, что за время суток сейчас, Веда развернула второе одеяло и, усевшись рядом, тоже принялась за еду. Так они и ели, молча. Санни, не говоря ни слова, протянул ей пустую плошку, а в глазах стояла просьба. Веда налила ему чаю и дала ещё один бутерброд. Ребёнок взял его и уже надкусил, как вдруг остановился и посмотрел на неё.
   - А вы? - тихо спросил Санни.
   - Я уже наелась. Так что ешь спокойно, - ответила она с улыбкой, слегка пригладив его волосы.
   На руке осталась паутина. 'Куда это он залезал, что весь непонятно в чём?'. Но вслух ничего не сказала.
   Когда они поели, и Веда всё убрала, она оглядела ещё раз место, где они сидели, и, ни к кому не обращаясь, тихо спросила саму себя.
   - И как мы выбираться отсюда будем?
   - Дорога есть только до Зала, - услышала она тихое от мальчика. - Обратно мы не найдём пути.
   - Ну, до Зала, так до Зала. А сейчас давай спать. Нам отдохнуть нужно.
   - Прям тут? - удивился Санни.
   - А у тебя есть другие предложения? Я вся во внимании, - улыбнулась Веда, смотря на искреннее недоумение на лице мальчугана.
   - Там, - он махнул рукой за себя, - я видел большой таргон. У него есть много нор. Там можно спрятаться, если Он придёт ночью.
   - Санни, прости меня. Я не местная и многого не знаю. Что такое таргон? И кто это Он?
   - Таргон - это большое дерево. Если на него забраться, в стволе есть вход в норы, - ответил ей ребёнок на первый вопрос. Второй, также как и про Зал, проигнорировал.
   'Ладно. Не хочет говорить. Заставлять не буду', - решила Веда. Затем поднялась и повесила одеяло на руку.
   - Пошли к твоим таргонам, - взяв ребёнка прямо в пледе на руки, удивилась, что он очень лёгкий для своего возраста. - Показывай дорогу.
   Санни указал направление, и она пошла.
   'Эх, дороги, пыль да тууман.
   Холода тревоги, да степной бурьян...' 7 - бубнила она, шагая вперёд, чтобы не было так жутко.
   Туман также скрывал все предметы, мимо которых они проходили. Лишь иногда Веда видела огромные валуны или какие-то перевернутые предметы. Остановиться и рассмотреть их она не могла, так как пригревшийся у неё на руках ребёнок задремал, и им нужно было найти место для ночлега. А таргона или что-то, напоминающее дерево, она всё ещё не видела.
   Дорога заняла минут двадцать. И когда впереди Веда увидела смутно напоминающий огромный, в четыре обхвата, дуб, она чуть ли не бегом припустилась к нему.
   - Саннишка, Солнышко. Просыпайся. Мы пришли, - она слегка потормошила мальчугана, когда остановилась возле толстого ствола таргона. - Я тебя не подниму наверх. Тебе придётся самому.
   Санни открыл свои чёрные, как ночь, глаза и улыбнулся.
   - Ты такая... и вкусно пахнешь, - вдруг выдало 'чадо'. - Ты похожа...
   Мальчуган замолчал, а Веда не знала, что сказать. Нежно улыбнувшись, напомнила:
   - Давай подниматься на дерево.
   - Хорошо, - он слез с её рук и шустро стал забираться по веткам.
   Сложив одеяла в сумку, она попросила:
   - Только не быстро. А то я тебя потеряю из вида и промахнусь мимо этих ваших нор, - кряхтя приступила она к подъёму.
   - Не промахнёшься, - услышала голос откуда-то сверху. - Я тебя тут жду. Так что не потеряешься.
   Веда улыбнулась, заползая на третью ветку, слушая голос мальчишки и вспоминая, как в детстве с друзьями играли на огромной урючине. Крона её была настолько густа, что легко можно было спрятаться.
   Туман был и здесь. И реже не стал. Санни замолчал, а Веда, примеряясь уже к шестой ветке, попросила:
   - Ты мне что-нибудь говори, а я буду на голос ползти. Так точно не потеряюсь.
   - Ты и так не потеряешься, - возник он возле неё.
   Веда вздрогнула, оглядываясь. Санни стоял на ветке, на которую забралась и она. Но Веда была уверена, что секунду назад его там не было.
   - Вот ты... Шумахер. Уже обратно спустился? Зачем? Давай наверх. Я за тобой, - стало немного не по себе ей.
   И чтобы отвлечься, она опять стала болтать. Санни постоял, смотря на неё, а потом, повернувшись, полез вверх. Выждав пару секунд и посмотрев вниз, прикидывая, на сколько уже залезла, а так же гадая, как будет спускаться, Веда продолжила свой подъём. На девятой ветке она увидела сидящего Санни. Он протянул ей руку.
   - Давай помогу.
   Веда улыбнулась, протягивая свою руку, и неожиданно оказалась на небольшой, метра полтора на метр, площадке. Оглядевшись, она увидела, что принятое ею за ствол оказалось краем этой площадки, и мальчик вытянул её туда. Сама площадка представляла собой несколько переплетенных между собой веток, выходящих из большого ствола, поднимающегося куда-то далеко ввысь. По центру этого ствола зияла расщелина. А Санни с улыбкой, сидя на краю и болтая ногами, смотрел на неё.
   - Ну? Что дальше? - спросила она у своего провожатого. - Здесь укладываемся или? - Веда кивнула в сторону расщелины.
   - Давай здесь, - предложил он, поднимаясь. - Тут красиво, и с тобой не страшно.
   - Ну, давай, - она достала одеяла, гадая, что красивого он в тумане смог увидеть. Постелив один край на площадку, Веда уселась на него, облокотившись на ствол. - Иди сюда, - позвала она Санни.
   Дождавшись, когда тот подойдёт, укутала его вторым одеялом. Уложив Санни себе на колени, опустив голову мальчика на свою руку, попросила:
   - Закрывай глазки. Поспи. Завтра трудный день.
   - А ты?
   Веда улыбнулась такой бесхитростной заботе, и как легко он перешёл на ты.
   - Я тоже посплю. Но чуть позже, - она погладила его по щеке, - спи.
   Санни закрыл глазки, а Веда откинула голову, прислонив её к стволу таргона. Она устала. Очень. Сначала пробуждение не понятно где. Потом выпроваживание из замка не понятно за что. Доказывание, что она не верблюд, и выведение начистоту виновных тоже немало сил отняли. А уж побег в эту обитель не понятно чего забрал последнее.
   Сейчас, сидя с закрытыми глазами, к Веде опять вернулись мысли, чувства, боль прошедшего дня. Перед глазами всплыла картинка поцелуя Эла с невестушкой. И умом она понимала, что в пьяном состоянии он ничего не соображал, но... боль с новой силой проявила себя. 'Что ж теперь каждую можно целовать, когда вздумается, и отговариваться, что ничего не соображал?'. Закралась мысль, что зря Веда вмешалась и не дала погибнуть графине Оттарис во цвете лет. Она хмыкнула своим мыслям, отгоняя их, убеждённая, что если бы Мирэнде суждена сегодня смерть, то у Веды не было бы и шанса.
   Продолжая держать Санни на руках, думая о прошедшем дне, незаметно для себя она тихо запела:
   'Ты знаешь - так хочется жить!
   Наслаждаться восходом багряным.
   Жить - чтобы просто любить
   Всех, кто живет с тобой рядом...
   Ты знаешь - так хочется жить,
   Когда тебя задавило!
   Встать и всем объявить:
   'Я вернусь, даже если прибило!'
   Ты знаешь - так хочется жить
   В ту минуту, что роковая...
   Всё плохое забыть. Всех простить.
   Лишь прощение - спасение, я знаю...' 8
   Песня, как и танец, снимала стресс. И для неё это было спасение. Тихонько поглаживая ребёнка по голове и напевая слова, Веда расслабилась и задремала.
   Снился ей странный сон. Сначала Веда оказалась в уже знакомом тумане. Она открыла глаза и поняла, что находится не на дереве, а на земле. Одна. Веда позвала Санни, но никто не откликнулся. Его нигде не было. Она прислушалась, но так ничего не услышала. А потом прямо перед собой увидела огромные чёрные с красными белками глаза. Страх заставил отшатнуться. Веда споткнулась обо что-то и упала, покатившись по какому-то склону. 'Видно, рядом был овраг или ещё что-то, - мимоходом пришла мысль, которую вытеснила другая. - Проснуться. Нужно проснуться'. Но ни удары, ни порезы на теле не приносили желаемого. Она всё ещё находилась во сне. Ударившись в очередной раз обо что-то она остановилась. Переведя дыхание, Веда огляделась. Перед ней возвышалось какое-то строение. Что это, она бы не смогла сказать, так как туман скрывал большую часть сооружения. Поднявшись, Веда ещё раз позвала Санни, но ответа, как и ожидала, не получила. Повернувшись, побрела к зданию, думая, что если это её сон, то она в нём хозяйка. И раз не получается проснуться, то надо убрать эту жуть отсюда.
   Именно в это время створки ворот, к которым Веда подошла, открылись сами собой, приглашая войти. Внутри был просторный двор. Зелёная трава, пара деревьев, скамейки и никакого тумана. В метрах десяти начиналась кирпичная стена. Но что это за строение, не войдя, увидеть было не возможно. Веда прошла внутрь, и створки ворот так же сами собой закрылись.
   'Попалась', - мелькнула мысль, но она тут же её отогнала.
   - Здравствуйте, - на всякий случай решила Веда быть вежливой. - Дома хозяева?
   Ответом ей стала тишина. Она огляделась. Ни души. Ни звука. Ни ветерка. 'Хорошо, что и тумана нет', - подумала Веда, присаживаясь на скамейку. Осмотрев себя, ничего страшного она не обнаружила. Пара ссадин и пыльная одежда.
   - Простите, если потревожила, - попыталась она снова достучаться до хозяев, параллельно рассматривая высокое, добротное, двухэтажное кирпичное здание привычного ржавого цвета. Именно край его стены она видела находясь снаружи.
   Никаких излишек. Всё просто и гармонично. Возле крыльца цвели ромашки или цветы, очень на них похожие. Ступеньки вели к входной двери, а на крыше дома, спускаясь вдоль стен, цвели буйным цветом вьюнки. Странность заключалась в том, что кроме смотрового окна на втором этаже, сделанного из красного стекла и сейчас приоткрытого, никаких других Веда не наблюдала.
   - Странный дом. Хотя, если это мой сон, значит...Ну и фантазия у меня, - вставая, усмехнулась Веда и направляясь к дому.
   Поднявшись по ступенькам, она всё-таки постучалась и, нажав на ручку, открыла дверь. И вздрогнула. Первым звуком, помимо своего голоса во сне, стал неприятный скрежет давно несмазанных петель двери.
   - Мда. У меня явно не всё в порядке с головой. Нет бы море там, горы или острова с пляжем увидеть. А тут страсти разные снятся, - стоя на крыльце, успокаивала она себя болтовнёй.
   Из зияющей темноты прохода повеяло холодом.
   - Надо менять антураж. Это же моя голова? И я давно осознанных снов не видела. Значит так. Да будет свет, сказал электрик и перерезал провода. Убираем всё тёмное. Включаем лампочки. Меняем интерьер на приятный глазу. А лучше, очень приятный. И...
   Договорить она не успела. Дверь перед её носом с резким скрипом захлопнулась, а когда через секунду тихо открылась, она увидела освещённый электрическими лампочками длинный, богато украшенный коридор. На стенах висели картины. На полу лежали ковры, и стояли вазы с цветами. Вдоль стен были выставлены стулья и диванчики с подушечками. На потолке красовалась лепнина. А все двери, ведущие в комнаты, были красиво и богато украшены резными рамками. На каждой из дверей висела табличка. На ближайшей ко входу Веда прочла: 'Доктор медицины, психоаналитик, психиатр, невролог Зигмунд Фрейд'.
   - Мда. А я думала, обойдётся, - скептически хмыкнула Веда, оставаясь на месте. - А может, без Фрейда, а? И эта вычурность...
   Договорить, как и в первый раз, ей не дали. На её глазах коридор преобразился. Убрались вся позолота, лепнина и резные вставки. В новом интерьере преобладал минимализм, зелёные тона, белые двери. А на табличке витиеватым, не вписывающимся в общий стиль помещения, шрифтом было выведено: 'Спайдермен - просто тот, кто решит все ваши проблемы'.
   - Нет, вы издеваетесь?... Спайдермен. Хм. А Бетмен с Джоном Макклейном тоже будут? Хотя, зная мою фантазию, могут спокойно.
   Веде показалось, что всё пространство как-то заулыбалось её рассуждениям.
   - Клиника. Маразм крепчает. Эх. Ладно. Пойдём знакомиться со Спайдерменом. Будет что вспомнить. Поугорать в старости над выкрутасами подсознания.
   И она шагнула в дом. Входная дверь тут же услужливо, тихо закрылась, а из соседней двери, которую Веда и не заметила, стоя на крыльце, вышел молодой парень.
   - Добрый день, - поздоровалась она с ним.
   Парень застыл, увидев её перед собой, а у Веды появилось время рассмотреть его. Она могла бы назвать его долговязым, но была уверена, что под строгим серым брючным костюмом и сиреневой рубашкой накаченный пресс и бицепсы. А это переводило его фигуру в разряд атлетических. На пепельной растрёпанной шевелюре, как будто парня только что разбудили, одели и выставили за дверь, была надета странная сиреневая, в тон к рубашке, с узорами шапочка. У Веды она ассоциировалась с тюбетейкой. Пронзительно-голубые, слегка раскосые глаза смотрели недоумённо, но в то же время проницательно. На вид ему она дала бы лет двадцать пять. Лёгкая складка в уголках губ, которые он поджал, рассматривая её, говорила о стремительности и принципиальности, а огонёк интереса, замеченный Ведой чуть позже в его глазах, намекнул ей, что перед ней тот, кто способен на гибкость суждений, возможно, даже компромисс. Складка разгладилась, когда улыбка появилась на губах парня, делая его похожим на мальчишку. Но Веда знала, как порой внешность вводит в заблуждение.
   - Извините, а куда я попала? - решила узнать Веда, припомнив, что если в осознанном сне встретишь кого-то, то он ответит на все твои вопросы. И даже может помочь найти пути решения любой проблемы в жизни.
   Парень оторвал взгляд от неё и огляделся. Такое же непонимание отразилось в его взгляде, когда он закончил осматриваться и посмотрел на себя. В руках странный обитатель дома её грёз держал чёрную папку. Покрутив руки, рассматривая их, и во что он сам одет, парень поднял глаза на Веду и ответил:
   - В Зале.
   - Смерти? - зачем-то ляпнула она, стараясь не рассмеяться.
   Уж больно комично он выглядел. Как будто сам не ожидал всё это увидеть.
   - Почему смерти? - удивился парень. - Зал выбора Судьбы.
   - А... менее пафосного ничего нет?
   Как-то выбирать судьбу во сне Веде не хотелось. Отдохнуть. Повеселиться. Да. А вот выбор чего-то серьёзного она решила оставить для реальности.
   - Нет. Здесь только Зал выбора Судьбы. Только вот... - парень опять оглянулся и осмотрел помещение. - А вы кто?
   - Веда. Так понимаю, виновница всего этого дурдома. А вас как величать?
   - Алексис... - он запнулся, раскрывая папку и вчитываясь в то, что там написано. Потом поднял взгляд и повторил: - Алекс.
   - Алекс, простите меня, что отрываю, но раз уж я вас встретила... А что тут делают?
   - Выбирают Судьбу.
   - А разве судьбу можно выбирать?
   На неё посмотрели так выразительно, что почувствовав себя как минимум двоечницей, не знающей элементарных вещей, Веда поспешила перевести тему.
   - А если я не хочу?
   - А зачем тогда пришли? - спросил удивлённо Алекс.
   - Да, как-то, меня не спрашивали.
   - Понятно, - парень опять углубился в чтение записей.
   Наблюдая за ним, Веда отметила, что держится он уверено, несмотря на растерянность несколько минут назад. Читает вдумчиво, как будто там написано что-то важное, а он в первый раз видит документ. Одет опрятно, хоть и малость странно. Ну, не вписывалась эта маленькая тюбетейка в его образ.
   - Алекс, а можно ещё вопрос?
   Парень вздохнул, закрывая папку и поднимая глаза на неё.
   - Слушаю.
   - Зачем я здесь оказалась? - решила не ходить вокруг да около и узнать сразу всё.
   - А как сами думаете? - как-то устало спросил он, облокачиваясь на стену, предполагая, что разговор предстоит долгий.
   - Мда. Приплыли. Всё сама, всё сама, - посокрушалась Веда. - Даже блондинкой не дадут побыть. Ладно.
   Веда прошла к ближайшему стулу и села на него.
   - Я думаю, что мне нужно решить какие-то ключевые вопросы в своей жизни, поэтому мне это всё и снится, раз в реальности я бегу от них.
   - Снится? - удивился парень.
   - Ну, да... - она подозрительно посмотрела на Алекса. - Или нет?
   Он хмыкнул, отталкиваясь от стены и присаживаясь рядом с ней на стул.
   - Уважаемая Веда. Всё, что вы тут видите, - он обвёл помещение рукой, - всё реально настолько, насколько вы этому позволяете быть реальностью. И это не сон. Это Зал выбора Судьбы.
   Веда замерла, поражённо слушая его. 'За что? Куда я опять вляпалась?' - простонала она мысленно. Но, видно, вся гамма чувств легко читалась у неё на лице, что молодой человек взял в успокоительном жесте её руку и стал пояснять.
   - Веда, не волнуйтесь вы так. Если вас сюда привели, значит вас избрали...
   - Опять? - воскликнула Веда недовольно.
   - Опять? - не понял он её возмущение.
   - Меня постоянно кто-то куда-то да избирает. Надоело. Хочу простого человеческого счастья. Взаимной любви. Семью хочу. Детей. Любимое занятие. Чтобы мной гордились, уважали, считались. Чтобы родные и близкие были живы и здоровы. И не попадали со мной в разные приключения, находя на свои нижние девяносто неприятности. И чтобы у них тоже поселились счастье и любовь. Разве я много хочу? - она выжидательно посмотрела в глаза Алекса. Он слегка покачал головой, с интересом смотря на неё, а Веда продолжила: - Вот. И я думаю, что мало. Ни о славе, ни о богатстве, ни о власти, ни об избранности даже не мечтаю. Нет у меня такой потребности. Спасать никого не рвусь. Помогать - помогу. Но избранность, это уже перебор.
   - Ну, в принципе, больше ничего и не надо. Конечная цель задана, - Алекс поднялся, выпуская её руку. - А путь ты пройдёшь сама, как и хотела.
   - Какая конечная цель? - непонимающе переспросила Веда.
   - Счастье, - улыбнулись ей.
   - А... э... м... счастье? - очень информативно уточнила она, наблюдая, как папка в руках парня истаяла, а он сам, сложив руки за спиной, по-доброму ей улыбается.
   - Да. Вы же его хотели? Значит, получите. Осталось дело за...
   - Веда, - перебивая говорившего, из двери с табличкой, гласившей, что там обитает тот, кто решает все проблемы, вышел мальчик лет шести в светлом бежевом костюме и в странной сиреневой тюбетейке на голове.
   Он остановился, увидев её с Алексом, и удивлёно перевёл взгляд на парня.
   - Санни? - Веда в первые мгновения не узнала своего давешнего знакомца.
   Он очень изменился. Нет. Внешне перед ней был всё тот же мальчик. Но, помимо необычного, не детского наряда, поменялась манера держаться. Исчезла детская наивная простота. Вместо неё появилась уверенность, жёсткость, властность, вдумчивость. Тёмно-карие глаза смотрели озадаченно, но казалось, что видят тебя насквозь. В них не было злобы, но становилось не по себе.
   - Санни? - с удивлением уточнил Алекс, скрестив руки на груди.
   - Эммм... ну... я бы... как это... в общем, да. Я выбрал её.
   - Куда выбрал? - переспросила Веда, начиная догадываться, что Санни не просто так попался у неё на пути.
   - Для обряда, - ответил мальчик, отведя взгляд, но тут же поднимая его и смотря Веде в глаза.
   - Какого? Что за обряд? - напрягшись, спросила она, оставаясь сидеть на стуле и смотреть уже выжидательно на Санни.
   Мальчик вздохнул и подошёл к ней. Остановившись на расстоянии вытянутой руки, он сцепил руки за спину.
   - Веда, понимаешь... в это место просто так не попадают и... и ты... я думал, что тебя направили нам для очередного... что ты очередная... а ты... ты не такая как все, кто сюда приходил. Не бросила мальчика, накормила, напоила. Обогрела. Даже на себе несла, хотя могла потребовать, чтобы я шёл пешком. Ты пела мне. Мне уже полвека никто ничего не делал просто так... ничего не прося, а ты... И потом ты мне не врала. Ты правда оказалась тут как бы случайно. Но в этой жизни нет случайностей.
   - Есть неизбежность, - растерянно на автомате отозвалась Веда, слушая откровения полувекового мальчика.
   - Да. Ты права. Ты тут не случайно. И этот свет... я не могу ошибаться. Я его узнаю из тысячи.
   - Что за свет? - вступил в их разговор Алекс.
   Санни повернулся к спрашивающему и недоумённо посмотрел на него, как будто забыл, что они тут не одни. И подтверждая мысли Веды, мальчик спросил.
   - А ты что тут делаешь?
   - Вообще-то тебя искал. Прихожу, а тут всё это, - Алекс опять обвёл рукой помещение, в котором они находились. - Что это? Откуда?
   - Это сейчас не важно. Что ты хотел?
   Алекс глазами показал на Веду, спрашивая, можно ли при ней что-то говорить.
   - Говори, - разрешил Санни.
   - Был всплеск в закрытой зоне. Я искал тебя, чтобы ты проверил. Доступ есть только у тебя. Прихожу, а тут всё это. Да ещё и странная девушка Веда, - уже с улыбкой закончил парень.
   - Да. Странная, - улыбнулся мальчуган.
   - Как она тут оказалась? - продолжил расспрашивать обладатель серого костюма и странной шапочки.
   - Я не знаю, как она оказалась здесь. Обычно приходили из-за тумана. А тут... я почувствовал её присутствие в центре Зала. Пришёл туда, а там... она просто стояла, и всё. А свет рассеивал туман. Он даже к ней не прикасался. Вот я и решил узнать, кто она... старая схема тут не годилась. Пришлось прийти самому. Дальше... - он повернулся к Веде, - дальше ты сама знаешь, что было.
   - А что было? - опять встрял Алекс.
   - Много будешь знать, скоро состаришься, - усмехнулся Санни.
   - Что?
   - Это так говорят в Ведином мире, - вздохнув, присел рядом с ней Санни.
   - Проходы открыты? - и столько было удивления, восхищения и ещё чего-то потаённого в этом вопросе, что Веда забыла возмутиться, что кто-то опять копошился у неё в голове.
   - Я не читаю тебя, - вдруг повернулся Санни к ней и с извинением посмотрел на Веду. - Свет не пускает. Даже когда ты уснула и сама открылась передо мной, я смог увидеть немногое. Обрывки. А сейчас слышу только очень громкие мысли.
   - Невероятно, - потрясенно прошептал Алекс. - Она...
   - Да. Я думаю, это Она. Мы дождались.
   - И обряд...
   - Да.
   - Так. Стоп! - отмерла Веда, запоздало спохватившись, что до сих пор так и не разобралась, где она, и что хотят эти странные существа от неё. Что перед ней не люди, она уже поняла.
   Санни с Алексом недоумённо посмотрели на неё.
   - Во-первых, где я? Во-вторых, кто вы? В-третьих, что за обряд, и что вы от меня хотите? Далее, кто такая она, о ком вы думаете, что это я? И...
   Договорить ей не дали. Переглянувшись, серьёзный парень и маленький мальчик с проницательными глазами захохотали. Смеялись так, как будто Веда рассказала им весёлый анекдот, и они оценили шутку. С непониманием наблюдая, она дождалась, когда они успокоятся, и потребовала:
   - Я жду.
   - Ой. Давно так не смеялся. Прямо отдохнул душой, - всё ещё посмеиваясь, признался Санни.
   - Да. Это Она. Одним своим присутствием меняет пространство, а уж об окружающих её и не говорю.
   - И что тут смешного? - Веда всё так же выжидательно смотрела на странную парочку.
   - Я пятьдесят лет не смеялся, - вдруг признался Алекс грустно, - а ты и то больше.
   - А сколько вам лет? - озадачено спросила Веда совсем не то, что хотела.
   - Много будешь знать, скоро состаришься, - с усмешкой повторил за Санни поговорку Алекс.
   - Мне это не грозит. Я умру с вашими такими выкрутасами раньше. Молодой и красивой. Так что я жду пояснений, - она сложила руки на груди.
   Парочка опять разулыбалась.
   - У этого места нет названия. Я тебе сказал правду, - принялся объяснять Санни, устраиваясь поудобнее на стуле. - Зал выбора Судьбы, его придумали задолго до нас. До того, как нас здесь закрыли.
   - Закрыли? - уточнила Веда.
   - Да, - присел рядом с ними Алекс, - мы вот уже пятьдесят лет тут торчим.
   - А вы...
   - Нет. Нас не наказали. Это... ошибка. Вернее... так просто и не расскажешь.
   - А я никуда не тороплюсь.
   Поёрзав на стуле, устраиваясь поудобнее и мысленно пожалев, что нет тех удобных диванчиков, которые были в начале коридора, Веда вместе с Санни и Алексом вдруг оказалась сидящей на мягкой софе. А в ногах стояли пуфики. Улыбнувшись, она положила ноги на пуф и спросила:
   - А чай программой откровений не предусмотрен?
   Санни улыбнулся, пожав плечами. Алекс выглядел озадачено.
   - Эх вы, радушные хозяева. Женской руки на вас нет. Вот выберусь отсюда и займусь поисками.
   Говоря это, Веда залезла в свою сумку и извлекла термос с оставшимися бутербродами.
   - Поисками кого? - не понял Алекс.
   - Тебе жену найду. Будешь всегда под присмотром, - пояснила она, наливая чай в плошку и протягивая её Санни.
   - А... эм... зачем? - стушевался парень.
   - А что, будешь всю жизнь бобылём ходить? - уже не скрывая улыбки, протянула она ему налитый чай.
   Приняв плошку и понюхав жидкость, Алекс сделал глоток, и светлая мальчишечья улыбка появилась у него на лице.
   - Чай, - восхищённо прошептал парень.
   - Как мало надо для счастья, - продолжая улыбаться, констатировала Веда. - Так, я жду рассказ. У нас, я так понимаю, мноооооого времени, раз ваша зона закрытая.
   - Уже и не знаю. Ты же как-то сюда попала. Кстати, как?
   - Нет. Сначала вы мне всё расскажете, а затем я поведаю свою историю.
   - Хорошо, - согласился Санни. - Слушай.
  
  
   Глава 2. На 'Титанике'
  
  
   Грегори
  
  
   - Ведариэтта! Я тебя найду! Лучше выйди сама!
   Прогремело по округе, когда пару минут назад воронка, в которую прыгнула Веда, растворилась, а нежданный гость в светлом костюме исчез за ней следом.
   В зале повисла тишина. Все были настолько потрясены увиденным и услышанным, что даже не делали попытки что-то сказать или спросить. Сам Гор, зажимая в руке серёжку, подаренную Ведой, не знал, радоваться, что вот тот шанс, который он все эти годы ждал, или проклинать, что всё-таки этот час настал, а граф не знал, что делать. И стоит ли начинать. Аниту не вернуть. Веда права. И месть не избавит его от той боли, которую он закрыл глубоко внутри. Тогда нужно придумать, что делать, чтобы не было больше таких как он: убитых горем и сожалеющих о несбывшемся из-за этой парочки.
   Поглощённый своими размышлениями Гор не сразу уловил изменения в зале. Первый отмер король. Лион вернулся в поставленное ему кресло и сел в него. Доставая что-то из кармана, он параллельно раздавал приказы.
   - Этих, - он глазами показал на семейство Оттарис, - увести и допросить. Свадьба отменяется. Я расторгаю помолвку.
   В руке Его Величества вспыхнул красным огнём небольшой, с ладонь, пятигранный камень с золотой вязью иероглифов на нём, в котором все присутствующие узнали Осколок Карама. Именно такие камни выдавались на время монархам в Храме Богини Судьбы вершить суд. От красного свечения отделились два жгутика и поплыли к наречённым. Опоясав их запястья левых рук, они стали растекаться по руке, закрывая её полностью. Эл стоял спокойно и даже безучастно. Мирэнда отмерла и стала кусать губы, чтобы не закричать в голос. Процедура расторжения помолвки не из приятных. Так богиня наказывала тех, кто необдуманно решил навсегда связать себя узами, но потом от них отказывался. От руки Эллариана сформировался и, отделившись, поплыл в сторону герцога ещё один жгутик. Он опоясал руку отца Эла и также покрыл её полностью, показывая всем, кто ещё участвовал в ронтане. Плотно сжатые губы Эдинея выдавали, что ему тоже сейчас не сладко. Но все молча переносили это наказание. Это продолжалось с минуту. И всё это время в зале стояла тишина.
   Свечение погасло, освобождая из захвата 'виновных'. Лион спрятал Карам обратно в карман и продолжил давать указания.
   - Графа Кетроуна также допросить. Грегори, возьми записи у Вероники и просмотри их. Эдиней, дай поручения... Эллариан! Ты куда? - окликнул он направляющегося на выход из зала графа Эрлейна.
   - Искать Веду, - не оборачиваясь, ответил тот, продолжая движение.
   - Стоять! - приказал Лион, и двое охранников преградили ему путь, заставляя остановиться. - Вернись! Нагородил уже дел.
   Эллариан, скрипя зубами, повернулся и направился на то место, где до этого стоял.
   Король переглянулся с братом.
   - Видел? - спросил он тихо герцога Элгейского.
   - Да, но... что...?
   - Позже, - тихо ответил Лион, ожидая, пока его приказы выполнят, и в зале останутся только 'свои'.
   Стража встала с трёх сторон от преступников, давая им шанс самим покинуть зал.
   - Это всё ты виноват, - заныла Мирэнда.
   - Заткнись, дура, - оборвал её стенания Кеил, собираясь последовать за конвоирующими их людьми.
   - Что? - поворачиваясь к оскорбителю, возмущённо воскликнула графиня Оттарис. - Рендам! Ты это слышал? Как он смеет? Это всё его план. А обвиняет он меня? Я сделала всё, как вы сказали. И теперь я ещё и дура? И ты позволишь меня ему оскорблять?
   - Мирэнда, угомонись. Сейчас не до тебя, - отмахнулся от сестры граф, шагая к двери за сообщником.
   - Что? И ты тоже? - не сдвинувшись с места, продолжила возмущаться графиня Оттарис. - Может, и ты считаешь меня дурой?
   - Мирэнда, хватит устраивать балаган, - раздражённо кинул её брат через плечо, останавливаясь. - Нашла время разбираться.
   - Ну уж нет! - стояла на своём. - Я задала тебе вопрос! - скрестив руки на груди, потребовала ответа графиня.
   - Графиня Оттарис, - одёрнул её маркиз Фэран. - Вам дарована милость. Вам дали шанс искупить всё. Вас оставили в живых. А вы ведёте себя...
   - Да мне плевать на вашу милость, - поворачиваясь к старшему сыну герцога, завизжала Мирэнда. - Это всё вы! Такие, как вы! А страдаем мы. Нам нужно всегда пробиваться. Бороться. Врать. А вы на всём готовеньком.
   - Мирэнда, прекрати, - окликнул её брат.
   Рендам с графом Кетроуном уже стояли возле выхода и ожидали, когда закончится это представление.
   - Нет! Не прекращу! - бушевала женщина. - Не прекращу. Нам дали шанс! Надо же. Какие благодетели. А мне не нужен никакой шанс. Я сделала то, что меня заставили. Они заставили. Всё им. Всё для них. А ты... ты даже не можешь ответить на мой вопрос!
   - Хорошо. Хочешь знать моё мнение? Знай. Я считаю, Кеил прав.
   - Что? - взревела не хуже птицы Крулх 9 обиженная женщина.
   - Да! Только полная дура устроит тут скандал с выяснением отношений при всех, когда уже...
   Договорить ему не дали.
   - Ненавижу! - выкрикнула Мирэнда, со злым превосходством смотря на своих сообщников. - Вас всех ненавижу. Вы пожалеете. Да будет поздно.
   С этими словами Миранда выхватила из волос последнюю заколку, сдерживающую её волосы, и кинула в брата. Заколка покатилась по полу, выпуская чёрный сгусток.
   Стража среагировала молниеносно. Они в мгновение ока расступились и отпрыгнули от несчастного. Чёрный огонь моментально распространился по телу графа Оттариса, поглощая его полностью.
   Повернувшись на возглас Мирэнды, граф Кетроун, находившийся совсем близко с Рендамом, шарахнулся от 'друга', сталкиваясь со стоящим возле выхода Гором, ожидающим, когда стража выведет преступников. От удара граф Хаусас выронил сжимаемый в руке кристалл серёжки. Упав на пол и откатившись, серьга остановилась возле догорающего в агонии тела Рендама. Раздался щелчок, и аналог Слезы Дракона под воздействием Чёрного огня осыпался пеплом, выпуская запертую там силу.
   Никто толком и не успел понять ничего, как в зале замка герцога Элгейского за считанные секунды стало на двух человек меньше.
   - Предначертанного не миновать, - раздалось философское в полной тишине. - Как бы кто не пытался это исправить.
   Гор поднял глаза и посмотрел на говорившего. Король Лион смотрел туда, где только что стояла графиня Оттарис и проклинала всех.
   'Действительно... не миновать'. Граф Хаусас посмотрел на свои руки. Он не смог вспомнить ни одного случая, когда находившиеся в его руках предметы так легко покидали их, помимо воли хозяина. 'Не миновать', - повторил он про себя.
   Рядом с ним, всё ещё пребывая в шоке, стоял и смотрел туда же, куда и король, чудом не погибший граф Кетроун. По нему было видно, что невзирая на заговоры, интриги и подлость, смерть, такую страшную смерть, он видел впервые.
   - Будет открытый суд, - меж тем продолжал монарх, - графа Кетроуна лишить всех титулов и земель. Всё переходит короне. Всё имущество в качестве компенсации причинённого вреда делится между королевской казной и виконтессой Велтэр. Вам оставят жизнь, навсегда сослав в Тарунту. Взамен вы выдадите всех своих сообщников, планы, и что уже вы реализовали. Это чистая формальность, так как все доказательства у нас уже есть. Но... для общественности всё не откроешь. А так 'чистосердечное признание', - улыбнулся Лион: - Ну так как?
   Продолжая всё так же смотреть на то, что осталось от графини Оттарис, граф Кетроун сглотнул и, переведя взгляд на короля, спросил:
   - А если я...
   - Повторите судьбу этих, - Лион глазами указал на горстку пепла.
   - Я... я... согласен, - обречённость со смесью облегчения сквозили в тихом голосе бывшего графа Кетроуна.
   Уже осуждённого увели, а Гор открыл ближайшее окно, чтобы быстрее развеялись остаточные чары заклятия. Он стал отдавать своим парням указания, испытывая необычайное спокойствие, почти умиротворение.
   'Анита отомщена. И Мирэнда сама себя наказала. А я...'. Он вдохнул воздух полной грудью, понимая, что начинается новый этап его жизни.
  
  
   ***
  
  
   Как только все посторонние покинули помещение, и даже парни Гора вышли за дверь, охранять и не допускать утечки информации, которая будет озвучена в этом зале, Лион потребовал:
   - Рассказывайте.
   Герцог перевёл взгляд на бледную и растерянную супругу.
   - Милая? - попросил он, всё также придерживая её за талию, так как она почти не стояла.
   Не совсем осознанным взглядом она посмотрела на мужа. И её можно было понять. Всё произошедшее здесь выходило за рамки обыденности и повседневности. Рейгана начала шепотом:
   - Я не знала. Я думала... Ведариэтта, как многие, из-за титула... а потом она мне показалась хорошей. И все говорили... и я видела сама, а... а вчера Эллариан вернулся за какими-то документами. А Рендам сказал... мы не поверили. Пошли, и там... мы думали, там Ведариэтта. И этот рубин. Это же подарок Эла для будущей супруги. А он на ней... а она там на...
   Рейгана замолчала, опустив взгляд, а герцог прижал её к себе, успокаивая.
   - А почему ей никто слова не дал? - задала Вероника мучающий и Гора вопрос.
   - Но мы же видели сами... думали, что всё видели, - поправилась герцогиня. - Что ещё спрашивать?
   - Мда. Про индюка, это про вас.
   - Ну, а ты что скажешь? - обратился король к племяннику.
   Эл невидящем взглядом смотрел в пол и молчал.
   - Понятно. Вероника, - обратился король к дочери, - что Веда тебе сказала, когда уходила?
   - Что ей надо побыть одной, успокоиться.
   - Куда она пойдёт? - задал вопрос Эдиней.
   - Не скажу. Хватит с вас. То один, не разобравшись, отправляет куда-то, а второй обвиняет во всех смертных грехах. И это не смотря на то, что именно вашей семье Веда делала только хорошее.
   - Вероника, - начал Эндрейн.
   - А ты вообще молчи, - оборвала его принцесса. Было видно, что она не в настроении шутить, и всё это её достало не меньше, чем, наверное, саму Веду. - Ты наговорил гадостей про Веду. Ты вообще ничего хорошего про других никогда в жизни не говорил. Но сейчас не об этом. Ты настроил дядю против Веды, вы организовали ронтану с этой... Кстати, как?
   - Кровь и согласие, - ответил за сына отец.
   - Эл не давал своего согласия, - запротестовала принцесса.
   - Когда он в невменяемом состоянии метался раненым зверем возле постели Веды, а она была без сознания после канаээрры, я уже тогда понял, что не всё так просто. И это не очередное увлечение. Мы разговорились о Веде, и Эл, раздавив стакан, порезался. На мой вопрос: 'Неужели тебе так дорога эта девушка?', - он ответил утвердительно. Я его поддел: 'Что, даже кровь свою отдашь, если нужно?'. И тогда сын ответил, что добровольно отдаст хоть всю свою кровь. В нашей семье просто так кровь не отдают. И это сказало мне о многом. Я воспользовался словами Эла. Запечатал их в камне. Взял кровь с осколков бокала. А дальше всё само получилось.
   - А как же... Значит, камень судьбы можно обмануть? - спросила Вероника.
   - Нет. Просто... Был разговор, где Эл согласился жениться на той, что ему выберет семья. Правда, это было до того, как он встретил Веду. Да и у нас были свидетели. Эндрейн выступил с моей стороны. Поэтому ронтана состоялась.
   - Мда, - король сидел и задумчиво смотрел на брата. - Наворотили вы дел. Кто ещё что хочет добавить к сказанному?
   - Разрешите, Ваше Величество? - обратился к королю Лиону его советник.
   - Давай.
   - Я прошу разорвать помолвку моей племянницы, графини Таниэллы Мэлори, с маркизом Эндрейном Фэраном.
   На несколько долгих секунд в зале опять установилась тишина.
   - А у вас-то что? - отмер монарх.
   Вперёд вышла графиня Мэлори, поклонилась и проговорила что-то на непонятном Гору языке.
   - Вот как, - удивился король. - Ладно. Я выполняю вашу просьбу и расторгаю помолвку с маркизом Фэраном.
   Появившийся в руках монарха Карам засиял золотистым светом, который также окутал запястья расторгающей помолвку пары. И так как это была не ронтана, достаточно было согласия короля и одной из сторон. Свечение пропало, а на губах графини расплылась улыбка.
   - Благодарю вас, Ваше Величество.
   Она присела в книксене и отошла к дяде.
   - Как расторгнута? - услышали все удивлённое восклицание уже не жениха графини Мэлори.
   - Поздняк метаться, Чадский, - заулыбалась Вероника. - Что имеем - не храним, потерявши - плачем. Так всегда Веда говорила. И была права. Так что наслаждайся теперь своей одинокой жизнью. А Таню я беру к себе в фрейлины. А то, что это у принцессы всего одна фрейлина? Не порядок. Танюш, ты не против?
   Графиня Мэлори, улыбаясь, покачала головой.
   - Ну, вот и отлично.
   - Подождите, - опять подал голос маркиз.
   Но договорить ему не дали.
   - Что здесь происходит? Почему я не чувствую ТоннаТей-Рон?
   В центре зала образовался портал перехода, и из него появилась Вторая Хранительница Знаний и Равновесия Мира, Марейна Арангита Въёна собственной персоной. Тёмно-зеленый плащ с капюшоном укутывал её всю, не позволяя разглядеть, в чём одета женщина. А посох в руках Марейны, с маленьким черепом какого-то зверька и двумя серебристыми змейками, торчащими из глазниц, производил жуткое впечатление. Гор узнал, кто это, так как на коронации Лиона Тимрея Фэран Гэлейна, короля Элгейского, именно она наделяла его властью и принимала клятвы верности вместе с ним.
   - Я столько сил приложила, чтобы вернуть девочку. Где она?
   Следом за закрывшимся порталом первой гостьи, открылся второй. Из него также стремительно шагнула в зал ещё одна женщина в сопровождении темноволосого парня.
   - Где моя девочка? Почему я прекратила её ощущать в нашем мире? - задала она вопрос, оглядывая присутствующих.
   Эта гостья была в обычном длинном синем платье. Без украшений и другой атрибутики аристократок. Но манера держаться, властность, тембр голоса с требовательными нотками говорили, что она не просто крестьянка. Приглядевшись, Гор понял, кто посетил замок герцога. Сёстры были похожи. Поэтому догадаться, кто перед ними, графу Хаусесу не составило труда.
   - Дусея? - удивилась Марейна.
   - Да. Я тоже это почувствовала. И пришла узнать ответ.
   - О, сёстры. Вы уже здесь? - из очередного портала, появилось ещё одно действующее лицо.
   - Тильда? - удивилась теперь Дусея.
   - Да. Я тоже не чувствую более нашу девочку.
   Третья из Арангит была в широком переливающемся плаще, и определить, какого он цвета, Гор не смог. Зато стоящего рядом с Тильдой огромного чёрного зверя он узнал сразу. Фох. О нём ему рассказывали уже несколько его ребят. А Ряк, восхищённо докладывая о Веде, пел дифирамбы и этому зверю.
   - А его зачем притащила? - Марейна с осуждением посмотрела на третью Хранительницу Знаний и Равновесия Мира.
   - А он сам захотел. И мне больше этот клыкастик не подчиняется. Веда теперь его хозяйка. И только её он слушается.
   Фох зарычал на клыкастика, а Хранительница только отмахнулась
   - Да ладно. Друг, друг. Я помню. Найдём мы её. Куда она от нас денется? Только надо разобраться, что случилось.
   Троица перевела взгляд на монарха и его родственников.
   - Мы не знаем, что... - начал король, но тут в очередной раз вспыхнули уже два портала, и из них появились ещё гостьи.
   Первый портал открылся водяной стеной. Вся вода, стекающая сверху, падала вниз и уходила в то пространство, откуда был открыт портал. Так что ни капельки не было разлито в зале замка. Из него вышли две пары.
   Высокий, представительный мужчина, лет сорока, с прямыми золотистыми длинными волосами, заплетёнными в косу, с ярко-синими глазами, смотрящими строго и хмуро, и поджатыми губами, выдающими его недовольство, сопровождал невысокую, стройную, русоволосую девушку с бирюзовым цветом глаз. Изумрудное платье, в тон к одеянию мужчины, смотрелось на ней изумительно, а диадема из жемчуга в волосах только придавала большее очарование.
   Вторая пара была в серебристо-голубых нарядах. У девушки белые волосы также были украшены жемчугом и красивыми, но не известными Гору цветами. Зелёные глаза рассматривали всё с живым интересом, а сопровождающий её светловолосый юноша, на вид которому он больше шестнадцати не дал бы, смотрел на всё своими бирюзового цвета глазами с подозрением.
   Из второго портала появилась троица. Странный, маленький, не более шестидесяти сантиметров, покрытый зелёной шерстью человечек в сером балахоне, с серебристыми до плеч кудряшками на голове, с жёлтыми узкими глазками, носиком картошкой, тонкими тёмно-зелёными губами, едва различимыми на зелёной коже, и с миленькими, длинненькими, заострёнными ушками, заканчивающимися пушистыми серебристо-жёлтыми кисточками. За ним следовала пара. Достаточно высокий мужчина, с белоснежными длинными волосами, собранными в высокий хвост, который был подвязан синими лентами, идущими от его обруча в виде переплетённых линий на голове. Синие глаза смотрели на всех с лёгкой долей иронии, и Гору показалось, что обвиняюще. Разворот широких плеч, спортивная фигура и гордая осанка, всё указывало, что этот гость тоже непрост, как и шествующая рядом с ним светловолосая миниатюрная девушка. Её голубые глаза не скрывали интереса, рассматривая всё вокруг, но в тоже время настороженно взирали на окружающих.
   - Арангиты. Приветствую, - склонил голову в приветственном поклоне первый из пришедших.
   - Владыка? Здравия и вам, - ответила за всех старшая из сестёр. А затем повернулась к странной троице. - Хранители. Долгих лет жизни. Что вы тут все делаете?
   Зелёный человечек, которого Марейна назвала Хранителем, склонился в приветственном поклоне и тихим голосом пояснил:
   - ТоннаТей-Рону признал Источник. Без неё он совсем затих. Значит, её нет в этом мире. Мы пришли узнать, так ли это.
   - У нас стал чернеть кристалл УндРеи, - вступил в разговор Владыка.
   - Мда, - Вторая Хранительница Знаний и Равновесия Мира опустилась на появившееся из ниоткуда кресло. - Дела. Ну, так мы узнаем, что произошло? Куда вы дели нашу девочку?
   Лион совсем поник, под тяжестью узнанной только что информации. А сведений было немало. В зале очередной раз повисла тишина.
   - Нам долго ждать? - поторопила монарха Марейна.
   - Никуда мы её не девали, - заступилась за отца принцесса. - Её, наверное, забрал один наглый белобрысый тип.
   - Какой тип? - встрепенулась Дусея Арангита Фёорта, четвёртая Хранительница Знаний и Равновесия Мира, - Верунька, ну-ка расскажи, что ты знаешь?
   - Мы не знаем, какой, - ответила принцесса. - Он её тонарой называл и хотел забрать. Но она вроде как ушла от него. А они поспорили, что если Веда уйдёт, он её оставит в покое. А этот тип за ней пошёл. И я думаю, мог не сдержать слово.
   - Тонарой? - потрясенно переспросила Дусея.
   - Сестра? - обратилась к ней Марейна. - Ты что-то знаешь?
   - Он всё перепутал, - тихо ответила Дусея родственнице. - Что ж она наделала... Как же теперь... Я же не успела ей ничего рассказать.
   - Что рассказать? Кто наделал? Кто перепутал? - вопросы так и сыпались из старшей сестры Арангит.
   - Простите, - обратил на себя внимание пришедший с Дусеей синеглазый парень, с собранными в низкий хвост длинными тёмными волосами. - Тут с вами хочет кое-кто пообщаться. Он говорит, что знает, где Веда.
   - Зови, Карейн. Пусть проходит, - дозволила Марейна.
   И в зале тут же материализовался низенький, коренастый мужичок, в зелёной безрукавке на белой рубашке и меховой шапке. А в приглаженной бороде, достающей чуть ли не до пола, просматривался нос картошкой и большие серо-зелёные глаза с вертикальным зрачком. На него страшно было смотреть. Казалось, он убит горем и не видит выхода из ситуации.
   - Здоровьица, Матушки, - поклонившись, поприветствовал он сестёр, безэмоционально, как-то автоматически, не задумываясь, что делает. Затем повернулся к остальным. - И вам, честной люд, здравия.
   - Света и тебе, Микайло, - ответила опять за всех Арангита Въёна. - Что ты знаешь о Веде? Где она?
   - Это я виноват. Не уберёг, - покаялся странный субъект, натягивая уши шапки вниз, к плечам. - Я её схоронить хотел. Енти бесстыжие ироды ведь украдут, не разобравшись, что не их енто, а Веде потом страдай. А как потом отобрать украденное? Никак же. Драконы без клятвы не держат слова. А он ей не давал. Так, пообещал и всё.
   - Драконы? - удивилась Тильда.
   - Да, Матушка. Пришёл, откель не знамо. Стал Ведушку нашу тонарой кликать. Не отвяжется же теперь. Вот я и хотел её схоронить у себя. Окромя меня да вас, туда ходу нету никому.
   - Где именно? - грозно спросила Марейна, явно о чём-то уже догадывающаяся.
   - Да знамо где. В заповедном месте. Где старый Храм стоял, да Источник Жил. Я ей открыл проход и говорю: 'Иди в левую дверьку. Там укроешься. А я потом за тобой пришлю'. Только я, старый пень, не подумавши, что стою к Ведушке лицом. И что для меня слева, для неё справа.
   Макайло отпустил уши шапки, но вцепился в свою бороду и комкал её в руках.
   - И? - Марейна была непреклонна.
   Все не спускали глаз с маленького мужичка, который корил себя за пропажу Веды.
   - Она в левую и пошла. Не знамо как, но Веда открыла печать и пошла к Нему... Я поздно опомнился. Когда ужо поздно было. Да ещё этот ирод привязался. А как Веда ушла, так и он, видно, учуяв, что ужо нету её туточки, сам истаял. Эх.
   Микайло сел на колени на пол и, не смотря больше ни на кого, уставился в пол.
   - Дядь Миш, - позвала его принцесса, - а что, Веду никак нельзя вернуть?
   - Не ведаю я енто, Верушка. Нет мне прощения. Не уберёг.
   Очередное безмолвие укрыло сегодня зал замка герцога Элгейского.
   - Значит, так, - приняв какое-то решение, вставая, стала командовать Марейна. - Вы, Владыка, и вы, Хранитель, пока возвращайтесь домой. Я извещу вас о том, что удалось узнать. Ты, - она повернулась к фоху, - тебя это тоже касается. Нечего людей пугать. Иди, занимайся своими прямыми обязанностями и...
   - Я с вами, - выступая вперед, перебил говорившую Эллариан.
   - С нами? Куда? - хмыкнула она, повернувшись к графу Эрлейну.
   - Искать Веду. И я...
   - А ты уже наворотил дел, - перебила теперь она его. - Я тебя предупреждала? Сутки! У тебя только сутки! А ты? Явились через три дня. Вот и пожинай теперь плоды своей самонадеянности.
   - Какие сутки? Какие плоды? - недоумённо спросил герцог.
   Марейна обернулась теперь к отцу Эла и выговаривала ему.
   - Неконтролируемая агрессия, злость, раздражение, перепады настроения, желание всех придушить, внушаемость. И это только первая стадия.
   - А что будет... на второй? - сглотнув, просил Эдиней.
   - Он будет выпадать из реальности и...
   Договорить она не успела. Играя серебристо-фиолетовыми красками, открылся ещё один портал перехода, и из него вышел высокий, одетый во всё чёрное, худощавый мужчина с резкими чертами лица, угловатым подбородком и маленькой серьгой в левом ухе. Волосы его были собраны в хвост и перевязаны широкой бордовой ленточкой, под цвет пряди в волосах, которая шла аккурат между двумя серебристого цвета и закреплялась вместе с остальными тёмно-каштановыми волосами под ленточкой в хвосте. Он осмотрел всех присутствующих немного раскосыми, тёмного, почти чёрного цвета, с серебристым ободком по краям зрачка глазами и остановился на Веронике. Мужчина с такой жадностью рассматривал принцессу, а она его, что становилось неудобно, что Гор как будто подглядывает за этими двумя.
   - Тэриус, - окликнула его Майрена, заставляя оторвать взгляд от принцессы и перевести его на Вторую Хранительницу.
   - Марейна Арангита Въёна, - спустя пару секунд, сфокусировав взгляд на женщине, поприветствовал мужчина старшую из сестёр. - Рад снова видеть вас в здравии.
   - Какими судьбами вы к нам?
   - Вообще-то я искал Ведариэтту. Мне нужно ей кое-что передать. К вам я собирался чуть позже.
   - Что за дела у вас с нашей подопечной?
   - Личного характера, - не стал объяснять пришедший.
   - А к нам вы собрались, так как у вас появились данные о Переходе?
   - Откуда...? - начал мужчина, но осёкся и, обведя ещё раз всех взглядом, спросил: - Веда?
   - Скорее всего, - вздохнула Марейна.
   Вновь прибывший мужчина опять перевёл взгляд на принцессу, а потом на короля.
   - Могу я попросить...
   Наблюдавший за Тэриусом, как назвала его Марейна, король Лион кивнул.
   - Но тогда вы тоже...
   - Хорошо, - сразу же согласился просивший, даже не дослушав, что хочет король.
   - Ну, если со всем разобрались, тогда, Микайло, проводишь нас. Остальные могут вернуться к себе.
   - А Эллариан? - опять подал голос Эдиней.
   - Изолируйте его.
   - На сколько? - упавшим окончательно голосом спросил отец Эла.
   - На год! - припечатала Вторая Хранительница. - Не меньше.
   - И что, совсем...? - теперь слабым голосом спросила герцогиня.
   - Надежда есть всегда. Сейчас ему нужно восстановиться. А находясь среди окружающих, он ещё больше себя распыляет. Правда, - Марейна перевела взгляд на Владыку, - есть способ. Но... нет, не вариант. Так. Всё. Тильда, Дусея, за мной. Остальные свободны.
   И троица, прихватив с собой маленького мужичка по имени Микайло, фоха и парня по имени Карейн, растворилась в портале. И никто, кроме Гора, который неотрывно наблюдал за тремя Хранительницами, не заметил, как в последние секунды перед закрытием перехода в него шагнул ещё один человек. На лице была решительность и убеждённость в правоте своего поступка. Граф Хаусас вздохнул. 'Ещё и его придётся искать. Что ж за день сегодня?'.
   Пока Гор обдумывал дальнейшие действия, следом за сёстрами Арангита в полной тишине ушла троица Хранителей и Владыка со своими спутниками.
   Монарх встал и, подойдя к дочери, попросил:
   - Пойдёмте в кабинет к Эдинею. Там поговорим.
   Вероника, не отрывая взгляда от Тэриуса, кивнула и пошла за отцом. За ними последовали мужчина с бордовой прядью в волосах и советник с племянницей. Герцог с супругой остались стоять в центре зала, переваривая услышанное. Эндрейн тоже никуда не спешил, погружённый в себя и, казалось, как и брат, стоящий рядом, не замечающий ничего вокруг.
   - Эллариан, - подняв наконец взор на сына, позвал герцог, - прости нас.
   - Вы ни в чём не виноваты, - тихо ответил он им, так и не посмотрев на них. - Это всё я. Я один...
   - Может хватит самобичеванием заниматься? Надо браться за решительные действия, - встрепенулся вдруг брат Эла. - Что вы все руки опустили? Найдётся его Веда. Я уверен. Она с Канаээрром справилась. А тут, подумаешь, другой мир! Так. Папа, Эла изолируйте в восточном крыле. Там магические замки. Отмычки не действуют. Сбежать не сможет. Маму отправляй отдыхать. Пусть с ней... - он запнулся, но продолжил, - Таниэлла посидит. Я попрошу. А мы с тобой займёмся поисками. Грегори, вы с графом Мортэном... Кстати, где он?
   - Ушёл, - односложно ответил Гор.
   - Найдите и займитесь заговорщиками.
   - Хорошо, - кивнул он и направился на выход.
   День обещал быть долгим.
  
  
  
   Глава 3. На золотом крыльце сидели...
  
  
  
   Веда
  
  
   - Ведушка, тебе надо поесть, - услышала она, когда в очередной раз признала свою идею бредовой.
   И эта идея ей ничем не помогала спасти дорогого человека.
   - И поспать, - последовало дополнение.
   - Я и поем, и посплю. Вот только...
   - Изведу себя и заморю голодом, - отнимая у неё исписанный лист бумаги, Карейн поставил перед Ведой тарелку с кашей и овощами. - Ешь. И не возмущайся. Потом отдам твои каракули.
   Веда обвела всех собравшихся взглядом. Они находились в домике Дусеи. Около неё сидел Санни и сам что-то записывал. Карейн стоял рядом и ждал, пока она начнёт есть. Маруся сидела рядом за столом с другой стороны и помалкивала. Дусея умостилась в своём излюбленном кресле и вязала. Мирное постукивание спиц всегда успокаивало Веду. Но только не в этот раз. Сейчас это нервировало и раздражало.
   Она почти зло посмотрела на друга.
   - Не отстанешь?
   Карейн отрицательно покачал головой.
   - Съем, и ты вернёшь мне записи?
   Он кивнул.
   Веда пододвинула тарелку к себе и, почти не чувствуя вкуса, проглотила еду. Отодвинув пустую тарелку, она уже хотела потребовать назад свои записи, но перед ней тут же оказалась кружка с горячим варевом. Пахло травами и чем-то пряным.
   - Выпьешь и отдам, - последовало пояснение.
   Она вздохнула и отпила. Сделав пару глотков, она впервые за несколько дней осознала, что сидит у бабы Дуси, но покоя, который всегда сопровождал её здесь, не ощущает. Всё то время, пока она была тут, её не оставляли чувство вины и желание во чтобы ни стало всё исправить.
   Тогда, сидя на удобном диванчике в месте, у которого нет названия, и слушая рассказ пятидесятилетнего мальчишки, Веда удивлялась, почему так всё происходит.
   Полвека назад, будучи одним из Хранителей всех Миров Пятёрки, как назвал их Санни, которому подчинялись несколько сотен стражников Мира, он совершил ошибку. Хотя Веда бы и не назвала это так. Он влюбился. И ошибка была не в том, что Хранитель это нежное прекрасное чувство впервые испытал, а в том, что поставил влюблённость, даже не любовь, выше всего. Выше семьи, долга, выше своей Пятёрки, выше той цели, которой служила Пятёрка. Он не думал о подчинённых, он не думал о последствиях, он не думал ни о чём. Для него существовала и была главней всего лишь одна она. Девушку звали Сойта. Она была приёмной дочерью одного из его стражников. Хотя у них не было принято брать чужих детей на воспитание. Но он этому не придал значения. Она казалась ему совершенством. Он видел свет в её серых, как пасмурное небо, глазах и улыбку на её устах, и всё переставало вокруг существовать. Сойта радовалась их встречам. Она смешила его и смеялась сама. И её голос был для него божественен, а она сама - богиня.
   Но девушка была просто смертной, а он хотел, чтобы любимая была равна ему. Кроме того, она умирала, и никто не мог из лекарей ей помочь. И Санни, невзирая на запрет, вдохнул в нить судьбы свои силы и подарил этой девушке здоровье, а вместе с ним и долголетие.
   - А далее всё банально, - хмыкнул Санни. - Осознав, что с выздоровлением у неё появились дополнительные силы и возможности, легкомысленная особа стала ими злоупотреблять. За что и поплатилась. А с ней все мы...
   Он говорил, казалось, легко и непринуждённо, но боль сожаления стояла незыблемой гранитной скалой в его взоре. Поняв, что раскрыт, Санни отвёл взгляд и продолжил рассказ. Он поведал, что попытался остановить Сойту и по возможности защитить, ведь чувства всё ещё жили в нём. Но его самого обвинили в том, что творила эта особа. Только тогда он окончательно понял, кого считал единственной. На кого молился. В ком жизни не чаял.
   Веда не смогла спросить, что же такого творила эта Сойту и как смогла все свои грехи скинуть на Хранителя всех Миров Пятёрки. Не решилась она прервать покаяние, но собралась разузнать всё чуть позже у Алекса, который сидел тут же и слушал рассказ с отсутствующим выражением. Он как будто не был тут. А пустота в голубых глазах делала его похожим на восковые фигуры мадам Тюсо. Понаблюдав за парнем и переведя взгляд на мальчика, который, не смотря на неё, рассказывал о прошлом, у Веды мелькнула мысль о каком-то не соответствии. Что-то смутное. Едва уловимое. И голос, и поза, и грусть в словах говорившего свидетельствовали, что он не лжет, но... но было какое-то 'но'.
   Она опять посмотрела на Алекса. Он сидел и с застывшим взглядом смотрел на стену. Парень, казалось, отгородился от всего, не позволяя проникнуть за стену отчуждения, выстроенную им. Веда перевела взгляд на Санни. Вопросы так и роились у неё в голове.
   'Почему Алекс отгородился? Он что-то скрывает? А может...? Да нет. Бред. Да и как Санни может быть... он же мальчик... или он стал таким? Но что же тогда...', -но та боль, увиденная в глазах Санни и, которую он пытался скрыть, признаваясь тем самым, что до сих пор винит себя, убедила Веду в бредовости её предположений.
   - Гораздо позже я узнал, - рассказывал тем временем он, - что смерть Сойты от привнесённой из другого мира болезни запустила бы в организме, таких как мы, скрытые резервы и перевела бы на совершенно иной вид существования.
   Горькая усмешка мальчика, на вид которому было не более шести, а в глазах - глухая тоска человека, жившего долгие годы с невыносимой болью осознания невозможности исправления совершённой ошибки, поразила её, что Веда уже не думала о каком-то подвохе.
   - Следующая ступень развития, - тихо заключил Алекс, доказывая, что он всё слушал и слышал.
   Веда молчала. Уже не наслаждаясь ни чаем, ни удобствами, которые так заботливо организовали ей в этом странном месте. Она держала Санни за руку и сопереживала всей душой его утрате, его разочарованию, его боли. А также сочувствовала и Алексу, которому тоже пришлось многое пережить из-за случившегося.
   - В тот день нас позвали всех в Зал, чтобы зачитать приговор и позволить сделать выбор, - начал Алекс, но Санни его перебил.
   - Когда я прибыл туда с двадцатью своими подчинёнными, которые были мне как братья и не захотели меня покидать, она уже стояла там, но...
   Он замолчал. И впервые за всё время своего рассказа посмотрел прямо Веде в глаза. Не отводя и не скрывая теперь всё то, что отражалось в них.
   - Она собирала силы. Это я понял очень поздно... Сойта уже догадалась, что у неё отберут то, что я так необдуманно ей даровал. И не захотела с этим расставаться. Посчитав, что сможет забрать силы у нескольких стражей и сбежать, она как-то активизировала камень Судьбы, а он, - Санни вздохнул, - разлетелся на осколки, запечатывая проход в Сантим и закрывая меня и моих парней тут. Всех остальных - там. А Сойта ... её задело осколком, разбив голову, и...
   - И она умерла, - закончил тихо за Санни Алекс. И ещё тише, почти неразличимо: - Умерла у меня на руках.
   Веда не выдержала и обняла Санни, прижав к себе его одной рукой. А он, удобно приютил голову на её плече, обнял её в ответ. Алекса же она взяла за руку и слегка сжала, выражая поддержку и сопереживание случившемуся с ними. Так они и сидели в тишине. Алекс не стал больше ничего дополнять, молча приютившись рядом и думая о своём. А Веда обнимала Санни, легонько гладя по голове, давая время ещё раз пережить все ужасы прошлого и вернуться к настоящему бывшему Хранителю всех Миров Пятёрки.
   - А потом у нас стали появляться люди и нелюди, - продолжил вдруг Санни, так и не разжав объятия. - Они приходили пройти обряд и получить силу. Но почти все оставляли её здесь. Уйти мы не могли, печать не позволяла. А как наши гости приходили, я не в курсе. Нам осталось только следить за ходом времени и самим обрядом, и всё. Постепенно Зал стал погружаться в туман. И он сам выбирал, что кому показать, а что у кого отнять.
   Санни повернул голову и посмотрел на Веду.
   - Тебя он привёл в этот дом. И почему-то показывает то, что ты хочешь.
   - Он знает, кто в доме хозяин, - хохотнула Веда, ласково улыбнувшись мальчику.
   Но всматриваясь в глаза Санни, она не увидела той боли и тоски, которые были несколько минут назад. Наоборот, они горели любопытством, каким-то азартом исследователя и даже предвкушением. Мысль о неправильности происходящего опять всплыла у неё в голове.
   - Ты мне сейчас соврал? - спросила она, не разжимая объятия. - Придумал всё?
   Санни, не мигая и не отводя взгляд, смотрел на неё, а в почти черных глазах Веда видела только своё отражение.
   - Он тебе не врал, - ответил за мальчика Алекс.
   Она отстранилась от Санни и повернула голову к парню, слушая его.
   - Он тебе не врал, - повторил Алекс. - Всё до единого слова, рассказанного Первым, правда. Только... - вот теперь во взгляде парня появились осознанность и горечь, - только он всё это рассказывал не про себя... а про меня.
   Веда удивлённо перевела взгляд с Алекса на Санни и обратно.
   - Про тебя?
   - Да.
   - Это ты Хранитель каких-то там миров?
   - Нет. Хранитель - Первый. А я его... - он вздохнул и продолжил, - я его друг. И это я нарушил все заветы и...
   Алекс опять не договорил и замолчал. Но и пояснять ничего не надо было. Хотя один вопрос Веда всё же задала этим двум.
   - Зачем?
   - Что зачем? - переспросил парень.
   - Веда хочет узнать, зачем я устроил этот спектакль и рассказал твою историю от своего имени.
   Она слегка кивнула, подтверждая правдивость его выводов. А сама думала, что не мог Санни так сыграть. Нет, боль в глазах Хранителя была настоящей. 'Тогда что таким грузом лежит у него на душе? Почему он переживает боль Алекса, как свою собственную?'. Вопросы, вопросы, вопросы. Но ответов пока не было.
   Тем временем, покуда Веда размышляла, помолчав немного, Санни негромко начал:
   - Понимаешь, самое страшное - это терять надежду. Видеть, что кто-то пришёл в это забытое Богиней место. Надеяться, что именно он пройдёт обряд и подарит свободу. А когда этого не происходит, верить, что ещё не пришло наше время. Мы ещё не заплатили за свои ошибки сполна. И ждать. Снова ждать, сохраняя в сердце надежду и веру, что появится тот, кто сможет. Тот, у кого получится. Тот, кто пройдёт. Тот, кто... Но раз за разом видеть, как разбиваются наши надежды. Как из глаз моих парней уходит свет веры. Как они теряют... И мне с каждым разом становится всё труднее их контролировать. Контролировать и следить, чтобы они не скатились в безумие. В отчаяние. Не пересекли ту черту, из-за которой не возвращаются. А ты... - серые глаза мальчугана проникновенно посмотрели на Веду, - ты мне понравилась. Очень. Я давно не видел таких светлых людей. Таких... не знаю даже, как объяснить. Но... я не хочу, чтобы ты, как и многие до тебя, осталась здесь в виде чистой энергии, развоплощённой этим местом.
   - Но... - начала Веда, но Санни не дал ей договорить.
   - Обряд проводит сам Зал. Только ступая сюда, пришедший запускает весь процесс. Каждый раз всё происходит по-разному. Неизменны лишь два нюанса. Зал всегда даёт право выбора для прибывших. Он как бы проверяет, на что способен тот, кто захотел силу.
   - А второй? - спросила Веда, внимательно слушавшая Санни.
   - Это то, что чистая энергия, высвобожденная из телесной оболочки несправившихся не исчезает, а впитывается этим местом и помогает Залу и дальше существовать. Даже находясь в изоляции. А ты... Ещё до того, как Зал тебя призовёт сделать выбор, я хотел ещё раз убедиться, что ты та, кого мы всё это время ждали.
   Сказав всё это, Санни замолчал. Он давал ей время переварить услышанное. Понять. Принять. Но из всей той информации, что поведал ей Хранитель всех Миров Пятёрки, Веда поняла, что он за неё переживает. Но это никоим образом не отвечало на её вопрос о разыгранном перед ней маленьком спектакле.
   - Я не понимаю, - всё же сказала она после нескольких минут молчания. - Зачем ты присвоил чужую историю?
   Санни вздохнул и ответил.
   - Хотел убедиться, что ты такая, какой я тебя вижу.
   - Какая такая?
   - Человечная. Сопереживающая. Добрая. Дарящая своё душевное тепло, не задумываясь ни о выгоде, ни о том, кому ты его даришь. Действуешь из принципа, что кому-то нужнее, и всё.
   - И что тебе это даёт? - не сдавалась Веда.
   - Я очень надеюсь, что ты пройдёшь обряд.
   - Так я тоже... уже...
   - Нет.
   - Что нет? - не поняла она, немного удивлённо смотря на Санни.
   - Когда ты сюда пришла, когда появилась в тумане, ничего не произошло. Обряд не начался. Зал молчал. А я... - мальчуган посмотрел на Веду своими удивительно проницательными серыми глазами, - я растерялся.
   - А сейчас? - не унималась Веда.
   - Сейчас я очень хочу оказаться правым.
   - Но уверен не до конца?
   - Сомнения присущи и нам, - улыбнулся Санни.
   - А вы кто? - проявила она любопытство.
   - Хранители, - просто ответили ей, так и не раскрывая тайны.
   - Ладно, - пока смирилась Веда.
   Она повернулась к Алексу.
   - А ты, что скажешь?
   - Что Санни прав. Я думаю... я знаю, что он ни разу не ошибался. И всегда прав. И раз он...
   - Я хочу узнать твоё мнение, а не признание заслуг вашего Хранителя.
   - Я... я не знаю, - признался наконец Алекс. - Я тот, из-за которого мы оказались в этой тюрьме. Бессрочно. Без права на помилование. В неизвестности. Я тот, кто не послушал предупреждения своего друга и поступил по-своему и... и я ничего не могу сделать, чтобы освободить хотя бы моих друзей. И Санни, - говоривший быстро взглянул на Хранителя и опять посмотрел на Веду, - если он считает, что ты сможешь помочь хотя бы им, я буду счастлив. И я сделаю всё, чтобы у тебя получилось дать им свободу.
   - А ты? - прищурив глаза, спросила Веда.
   - На всё воля Богини...
   - Ой, не надо тут из себя фаталиста строить, - раздражённо оборвала она Алекса. - Своё ты уже отсидел. Что ребят подставил, это не очень хорошо. Но сами говорили, что нет случайностей. Значит, вам всем это было надо для чего-то. Так что хватит себя жалеть и вселенским злом себя представлять. Лучше ведите сюда своих ребят.
   - Зачем? - удивился Алекс.
   - Мужа себе выбирать буду, - вставая с диванчика и поворачиваясь к Хранителю и его другу лицом, ответила Веда. Увидев удивление на физиономиях этих двоих, она удовлетворённо улыбнулась и, сложив руки на груди, продолжила: - Знакомиться будем и решать, что делать дальше. Сами же говорили, что обряд почему-то не запустился. Здесь, правда, не удобно для двадцати человек. Было бы лучше побеседовать где-нибудь в гостиной, но...
   Высказать свои пожелания до конца она не успела. Миг, и они оказались в большой зале перед горящим камином, над которым висел смутно знакомый гобелен с картиной эпического сражения, а огонь в камине приятно согревал своим теплом. Осмотревшись, Веда увидела знакомый интерьер малой гостиной замка герцога Элгейского. Теперь грустная улыбка коснулась её губ.
   Пройдя и сев в одно из кресел, которых тут было в изобилии, она попросила:
   - Ну, что? Звать будете?
   Санни с Алексом переглянулись, и оба, поднявшись с мест, направились к выходу.
   - Спасибо, - ни к кому конкретно не обращаясь, прошептала Веда.
   Парни ушли. И она осталась одна в комнате. Но отчетливо ощущалось чьё-то присутствие. Оглядев ещё раз зал, Веда спросила:
   - Зал, это вы?
   Ответом ей стала тишина. Но какая-то добрая. Немного грустная, но пахнущая почему-то скошенной травой и дождём. Веде всегда нравились эти запахи, и она улыбнулась.
   - Спасибо ещё раз. И... я могу им помочь? Правда, могу?
   И опять ничего не произошло. Только огонь в камине немного сильнее разгорелся, и из него выпал уголёк. Нагнувшись, Веда разглядела в чёрном камешке с огненными прожилками маленький ромбообразный кристаллик. Дотронувшись пальцем, проверяя, не обожжётся ли она, и убедившись в полной безопасности, Веда подняла его и, зажав в руке, вернулась в кресло. Рассматривая 'уголёк', Веда, помимо красивых, слегка мерцающих красноватых искорок, с удивлением обнаружила на нём такие же символы, как и на кристаллах, которые давал ей Феофан в Долине Каритайра. А из воздуха материализовался свиток и упал на её колени. Зажав в руке огненный 'подарок', она осторожно раскрыла послание и прочла:
   - ...И зазвучат в сердцах моих детей,
   Мотивы ветра, голоса теней.
   Мелодия, согретая без слов,
   Сумевшая сломать печать оков.
   И будет рядом Та, что Освещает,
   Тогда туман забвения истает...
   Отрывок был без начала и конца. Он как будто был выдран из середины и показан ей частично.
   - Это ответ на мой вопрос о помощи? - спросила Веда.
   И увидела, как первоначальная надпись исчезает, а вместо неё проступает другая:
   - Есть Нить Судьбы, что ткётся непрерывно.
   Есть Та, что Волю исполняет.
   Случайностей же не бывает.
   И маленький смайлик в конце повествования. Он так нелепо смотрелся здесь, что Веда поморгала пару раз. И с трудом удержалась, чтобы не потереть руками глаза. Но убедившись, что это ей не кажется, улыбнулась, хмыкнула и задала следующий вопрос.
   - Что делать-то нужно?
   И заворожено пронаблюдала, как и эта надпись сменяется новой.
   - Сама должна ты догадаться.
   Посланнице Богини не стоит сомневаться.
   - Какой Богини? - удивилась Веда.
   Она знала только одну. Но как-то слабо верилось, что и здесь она тоже отметилась. Но на этот вопрос ей не ответили. Пергамент стал белым, как снег, и хранил чистоту.
   - Хорошо. Будем считать, я знаю, какая. Тогда ответьте мне, пожалуйста, зачем Санни рассказал мне историю Алекса. Вы же знаете?
   - Знаю, - проявилась надпись. И всё.
   - Не скажете? - немного разочаровано спросила Веда.
   - Зачем? - сменился ответ вопросом.
   - За маслом, - хмыкнула она. Но решила не докапываться: - Ладно. Нет, так нет. А кто такие Санни и Алекс, можно узнать?
   - Зачем? - исчез и опять появился вопрос.
   - Нууу, чтобы знать, кого я на волю отпустить буду стараться.
   Её пояснения остались без внимания. Ничего не происходило. Веда просто сидела в тишине, смотря на поднадоевший вопрос.
   - Послушайте, как вас там?
   - Зал Судьбы, - представился общающийся с Ведой.
   - Очень приятно. Так вот, Зал Судьбы, я ничего про этих существ не знаю. Хранитель и его друг. И всё. Очень информативно и познавательно. Но это мне абсолютно ничего не говорит. А вдруг они опасны, а я их выпущу к мирным гражданам? Почему Санни выглядит, как маленький мальчик? Как ему может быть больше пятидесяти? А Алекс? Кто он? Действительно это его ошибка или...
   Но повозмущаться ей не дали. На белой бумаге появилась надпись.
   - А ты уверена, что я тебе скажу правду?
   - А вы мне лжёте? - в свою очередь спросила Веда.
   - А как ты думаешь? - вопросом на вопрос ответили ей.
   - А вы живое существо? - задала нелогичный вопрос она, думая, что, наверное, сошла с ума, раз сидит и разговаривает с листком бумаге.
   Но это было бы полбеды. Основная проблема в том, что эта самая бумага ей отвечает. А это уже шизофрения чистой воды.
   Несколько минут пергамент оставался белоснежным, как будто Зал думал над тем, что сказать. А затем ровным почерком стали появляться слова:
   - Я Есмь оплот, дающий Жизнь извне.
   Я Есть то место, где сплетаются Дороги.
   Закрыв Потоки и во мне
   Свернули Силу, обделив чертоги.
   Хранители несут Мне часть даров.
   Они питают, наполняют, помогают.
   Саннимус Саннтос Сантикор
   Поддерживает мою Жизнь, оберегает,
   Но вот свою - существенно он уменьшает.
   За дар бесценный для меня, его провёл я через перерождение.
   Теперь в теле Дитя живёт Хранитель
   И ждёт общего искупления.
   Побыв на листе бумаге несколько минут, текст стал бледнеть, пока совсем не исчез. А на место него появилось следующее.
   - Алекситэн Ирэк Тир
   Майрет Тибальтий Икорней
   Служителем Дороги признан был,
   Но Путь к слезам сей проложил.
   Порог переступить без помощи - Никак
   Он не способен. А для тебя -
   Это же пустяк.
   И пока Веда переваривала полученную информацию, за ней появилась ещё одна надпись:
   Есть просьба у меня к тебе.
   Готов помочь в служении и нужде.
   Пока твой свет горит, тепло сердца согревает,
   Мелодия звучит, глаза всех одаряют,
   Все двери для тебя открыты. Мир - дорога.
   Открой ты Путь. Избавь всех от тревоги.
   Дай Радость Жизни Другу и Защитнику Хранителей Миров.
   Сбрось горести с них, тяжести оков.
   Ты подари тепло Души тому, кто телом юн,
   Но жизнь прожил. И знает холод Лун.
   Даруй ему ты шанс прожить всё снова,
   Без морока и льда.
   Ты подари ему себя.
   И всё. Надпись также стала таять. И через пару секунд исчезла полностью.
   Голова была пуста, но в тоже время было ощущение, что сказано всё, и добавить нечего. А вопросы пока не сформулировались, чтобы более чётко найти ответы, что тут происходит. Веда свернула пергамент и, зажав его в руке, просто сидела в тишине. Зал больше не вмешивался. Да она и не ждала.
   Постепенно строчки послания стали всплывать в памяти, как бы запечатлеваясь, чтобы не забыться, а у Веды появилось нечёткое, едва уловимое, почти ускользающее ощущение, что такая ситуация у неё уже была. Осталось вспомнить и решить, как поступить.
   'Мелодия... мелодия... зазвучит в сердцах... мелодия... голоса... блин, какая мелодия? Что за голоса? Что делать-то?'.
   Открылась дверь, впуская в зал Санни. За ним шёл Алекс. Но если Санни войдя сразу направился к ней, присаживаясь рядом в кресло, то Алекс остался возле двери, придерживая её и впуская в комнату гостей. Все пришедшие были как на подбор. 'Все равны, как на подбор. С ними дядька Черномор', - мысленно усмехнулась Веда, продолжая рассматривать входящих. Молодые, поджарые, симпатичные, темно- и светловолосые, но цвет глаз у всех был голубым. Одетые в простые светлые рубашки и видавшие виды тёмные брюки, заправленные в сапоги чёрного цвета. Было видно, что они не новые, но за ними хорошо ухаживают.
   Веда насчитала девятнадцать мужчин, и за последним закрылась дверь. Вернее, её закрыл Алекс, проходя и присаживаясь по другую руку от Веды. Остальные же остались стоять, с интересом разглядывая, как интерьер комнаты, так и саму девушку.
   - Господа, присаживайтесь, - решила поторопить их Веда. - В ногах правды всё равно нет. А разговор, возможно, у нас с вами будет не короткий.
   'Господа' на её приглашение ничего не ответили, но стали рассаживаться в кресла, стоящие рядом. Как поняла Веда из рассказанного, это именно те ребята, которые были в подчинении у Хранителя и не пожелавшие его оставить в тот день в Зале. 'Ну, уже неплохо. Есть преданные люди... Хотя вряд ли люди'. Она обвела всех собравшихся ещё раз, ловя немного озадаченные, любопытные, хмурые и насмешливые взгляды. 'Безразличных нет, уже хорошо', - подбодрила Веда себя и поздоровалась.
   - Добрый день. Меня зовут Веда. Я ваша гостья. И, как утверждают тут некоторые, - посмотрев на руку, в который был зажат пергамент, но не обнаружив его, она улыбнулась и продолжила, - возможно, я та, кто может вам помочь выбраться отсюда. Только надо решить парочку вопросов.
   - Каких? - подал голос сидевший по левую руку от Санни мужчина.
   Веда повернула голову к вопрошающему. Темноволосый, немного долговязый, но под рубашкой проглядывали накаченные мышцы рук, свидетельствующие, что перед ней не хлюпик. Широкий лоб скрывала смешная наискось стриженная чёлка, прямой нос вздёрнут, пухлые губы насмешливо изогнуты в ухмылке, а голубые глаза нахально отражали озвученный им вопрос.
   - Месье? - намекнула Веда на то, что неплохо бы представиться.
   - Рант, - всё же назвал себя мужчина.
   - Первое, - начала она, - хочу знать, пытались ли вы выбраться отсюда? Что вы уже делали для этого?
   - А второе?
   - А второе, решить, что можно ещё сделать?
   - И всё? - так же с кривой улыбочкой спросил Рант.
   - И всё, - улыбнувшись, ответила ему Веда. - Ещё вопросы?
   - Да, - не меняя позы и тона, продолжал мужчина. - Кто вы?
   - Я невесомый человек на человечьих весах, - вырвалось у неё, но останавливаться не стала и продолжила:
   Меня не может ни смутить, ни остановить страх.
   Всё потому что дело не в том, что успелось.
   А том, что сейчас в глазах 10, - негромко пропела Веда, с удовольствием отмечая, что её шалость имеет интересные последствия.
   - Что? - брови мужчины полезли вверх.
   'А почему бы и нет?' - мысленно спросила себя Веда, уверенная, что такие лица сейчас почти у всех собравшихся, и продолжила:
   Я невесомый человек, я человеческий ноль,
   Ни за кого, ни против всех, а выбор главная боль,
   Что разъедает души и тем, кто послушен,
   И тем, кто стремится в бой.
   Веда поставила локоть на подлокотник и подпёрла кулачком щёку. Зал замер. Из глаз собравшихся исчезла насмешка. Вместо неё появилась озадаченность.
   - Но...? - смотря как-то неуверенно на неё, попытался что-то спросить Рант.
   - Что? - улыбнулась ему Веда.
   - Ты... то есть, вы... вы...?
   'Я-я', - вспомнив немецкие фильмы, Веда усмехнулась, но ничего не стала произносить в слух.
   - Что? - с улыбкой переспросила она, ожидая пояснений их удивлению.
   Но вместо ответа Рант медленно замотал головой, как бы отказываясь верить в услышанное или увиденное. В комнате ненадолго установилась тишина.
   - Итак, - когда ей надоело ждать, начала опять она, - на повестке дня два вопроса. И ответ на первый я так и не услышала.
   Веда повернулась к Санни и глазами показала, что всё ещё ждёт. Он улыбнулся.
   - Я провёл обряд. Толку ноль. Зал запечатан был и...
   - То есть ничего больше за пятьдесят лет вы не пробовали?
   - Ну... да, - немного смутился Хранитель.
   Все остальные молчание.
   - Мда... понятно. Хорошо. Какие сейчас есть предложения?
   В зале стояла тишина, и прерывать её никто не собирался. Веда обвела собравшихся взглядом, отмечая какое-то несоответствие, которое никак не хотело формироваться и осознаваться. Все смотрели на неё. И во взгляде уже не было ехидства или превосходства. Но что-то не давало ей покоя.
   - Лес рук, и идеи одна другой краше, - она скрестила руки на груди и удивлённо ощутила какой-то предмет, спрятанный под платьем.
   Встав, Веда прошла к окну, рукой ощупывая этот предмет, который сразу показался знакомым. Недолго думая, так как стояла спиной ко всем, она расстегнула пуговицу и заглянула в ворот. Там, на лёгком кожаном шнурке, на её шее, покоился переливающийся синим, красным и фиолетовым чёрный камень в серебряном ободке. 'Каронит', - догадалась она, гадая, откуда он здесь взялся.
   Она обернулась и ещё раз обежала всех взглядом. Все смотрели на неё. Сделав пару медленных и тихих вздохов, сложив руки на груди, Веда попросила.
   - Санни, а представь мне твоих ребят.
   Просьба преследовала, помимо знакомства, ещё и получение немного времени на обдумывание сложившейся ситуации. Хранитель встал и, подойдя к ней на расстояние вытянутой руки, начал:
   - Алекса ты уже знаешь. С Рантом познакомилась. Он старший гунг. То есть второй после меня. Далее, - Санни повернулся и стал по очереди представлять остальных, параллельно объясняя, кто за что отвечает.
   Как поняла Веда, двадцать их было не случайно. Все вместе они составляли гунгейн Хранителей Пятёрки Миров. Гунгейн состоял из четырёх пятёрок сатейна, каждый из которого отвечал за свою сторону света, обладая определённой стихией. Иерархия в сатейне строилось таким образом, чтобы каждый помогал другому, не возвеличиваясь за счёт иных. Однако был пятый член команды, тайн. Он следил за сохранением баланса сил, энергетической составляющей и результатами деятельности, а также отвечал за всю пятёрку в целом. Только в сатейне силы были огромны, а слаженная работа приносила свои плоды. Порядок и мир царили на Сантиме и других мирах. И каждая пятёрка была маленькой семьёй, в кругу которой друг другу безгранично доверяли, несмотря на знания 'тараканов' в голове. Именно благодаря этому, в сатейне царили гармония, лад и уверенность.
   Из тайнов выбирался Хранитель. Но не сатейном. Это делал Камень Судьбы, который сейчас безвозвратно утерян. Слушая всё это, Веда всё никак не могла понять, что же её смущает. Что не даёт внимательно слушать новую и интересную для неё информацию?
   Санни закончил рассказывать и вопросительно посмотрел на Веду. Она кивнула ему, в знак, что услышала всё и благодарит теперь и обвела собравшихся ещё раз взглядом.
   - А что за обряд ты проводил? - меж тем обратилась Веда к мальчику.
   - Снятие оков. Этот обряд отпирает..., - он запнулся, но поправившись, продолжил, - отпирал замки миров и мог, при соблюдении определенных условий, поймать в петлю само Время. Но это чревато последствиями. Особено для проводившего такой обряд. Поэтому он запрещен.
   - А ты, значится, рискнул? - уточнила она, посмотрев на Санни.
   - У меня не было выбора. Да и цели запирать Время у меня не было.
   - Не помог, - не спрашивая, а скорее констатируя, заключила Веда.
   - Не помог, - согласился Санни. И тут же стал пояснять: - Вообще ничего не произошло. Ни движения энергий, ни звуков, ни... ничего. Даже мой осколок не помог.
   - Какой осколок? - заинтересовалась Веда.
   - Вот, - Санни вытащил и показал, показавшийся странно знакомым зеленоватый кристаллик плоской круглой формы.
   Веда протянула руку. Санни не протестовал и сам отдал его ей. Тут же в районе груди появилось легкое тепло.
   'Началось в колхозе утро', - пронеслось у неё в голове, а руки уже вытащили и соединяли каронит со Слезами Дракона. Страха не было. В голове было кристально ясно. Слова вспомнились сами. Не задумываясь зачем она это делает, Веда тут же нажала на третью кнопку в верхнем ряду на своем многофункциональном браслете, активировав вокруг себя двойное энергетическо - силовое поле, как тогда в Долине. И это спасло ей жизнь.
   Никто ничего не успел понять. Ещё до того, как Веда опустила руку, один из стражников молнией метнулся в её сторону, но застыл в метре, застревая, как в патоке, в одном из полей.
   В груди мужчины заклубилась серебристая тьма, образовывая марево, через которое стала вытягиваться чёрная, мерцающая и переливающая оттенками красного, фиолетового и синего сущность, окутывая тело. Канээрра в доли секунд поглотило стражника, заставляя его совершать движения, чтобы пробиться к ней. Но мешало поле. Тогда сущность оставила попытки как-то вырваться из западни и сама покинула тело. Тело мужчины сразу же обмякло и ломанной куклой упало у её ног.
   Веде хватило пары секунд, чтобы задвинуть Санни на автомате за себя и начать читать врезавшиеся в память и всплывшие сейчас слова:
   - Тер Канээрра Дон тирал. Тэннээра Эрраден Эн!
   'Чернильное пятно' приобрело очертания человека, а от Канээрра как и в прошлый раз стали отделяться маленькие каплеобразные кусочки и двигаться по воздуху в её сторону, притягиваемые и поглощаемые кристаллом. Только казалось, что сейчас всё происходит в разы быстрее.
   - Эрраден ден Эндарра тера! - услышала Веда знакомо потрясённо испуганное, но продолжала повторять слова заклинания изгнания Канээрра.
   Сгусток чёрной энергии метнулся к ней, пытаясь поглотить в своём чёрном коконе, но не мог даже приблизиться. Второе поле также не пускало близко захватчика к ТоннаТей-Рон, безжалостно развоплощая и поглощая тандемом каронита и Слезами Дракона. Минута, и всё было кончено.
   Веда отключила поле и быстро подошла к лежащему на полу мужчине.
   - Помогите мне его перевернуть, - попросила она, так и не подняв голову и не взглянув ни на кого.
   Возле неё тут же оказались Санни с Алексом. В четыре руки они перевернули освобождённого и, ровно уложив на пол, потрясённо смотрели на посеревшее лицо Ранта.
   - Я так понимаю, для вас это сюрприз? - всё так же не смотря ни на кого, а доставая из своей сумки чашу и флягу, спросила Веда.
   Ответом ей стала тишина. Налив воды из Источника и уложив голову мужчины себе на колени, стала не торопясь вливать её в Ранта.
   - Я думаю, у вас ничего с этим обрядом отворения или как там...
   - Снятия оков, - услышала она потрясённое от Санни.
   - Во-во. Снятие этих самых оков не получилось, так как Рея не хотела пускать в Сантим Канээрра. А вот как вы проглядели этот факт?
   - Они и не могли, - слышала Веда знакомый женский голос.
   Как и все, она вскинула голову и посмотрела на новое действующее лицо. Перед ней стояла высокая, стройная женщина, с правильными чертами лица, с длинными, собранными в высокий хвост, золотистыми волосами и голубыми глазами. В этот раз на Рее был лёгкий бирюзовый брючный костюм, под жакетом которого просматривалась золотистая маечка, а на ногах одеты золотистые босоножки на высоком каблуке.
   Веда озадачено оглядела богиню. На других она всё ещё не смотрела, хотя не сомневалась, что их лица выглядят более ошарашенными.
   - Да, я к вам не собиралась. А в Милане неделя высокой моды. Пришлось всё бросать и мчаться сюда, когда каронит активизировался и направился к тебе.
   - Сам? - только и выдавила из себя Веда, чувствуя, что она что-то всё-таки в этой жизни не понимает. 'Как каронит мог сам направиться ко мне? Он что...'
   - Живой? - отвечая на её мысли, спросила Рея. - Да. И он сам знает, когда и где ему надлежит быть.
   Богиня прошла и села в появившееся из ниоткуда плетённое с мягкими подушками кресло.
   - И что теперь? - спросила Веда, доливая воду из чаши в Ранта.
   - Теперь? - удивилась Рея. - Ну, печать снята. Проход открыт. Так что всех, - женщина обвела застывшую композицию 'Не ждали' взглядом и, усмехнувшись, продолжила, - могу отпустить. Своё они уже получили. А ты мне возвращаешь каронит и тоже вольна заниматься, чем хочешь.
   - И вернуться в Сантим?
   - Да. Я же говорю, вольна аки птица в небе.
   Веда хмыкнула.
   - Что с ним? - уточнила она, кивнув на лежащего всё ещё на её коленях Ранта.
   - Оклемается.
   - Как Канээрра попало в него? - решила узнать интересовавшее её, пока богиня здесь и отвечает на вопросы.
   - Глупость. Думал, арханги неуязвимы. Но если у кханов Канээрры убивают симбион, то архангами при слиянии легко могут управлять.
   - Но это невозможно, - подал голос молчавший до этого Алекс. - Канээрры не могут... - но под голубым взглядом богини стушевался и замолчал.
   - Возможно. Трудно, но возможно. Абсолютной защитой обладают двое в этом Зале. И это не арханги.
   Рея щёлкнула пальцами, и Рант исчез с её колен и пола, а оказался на небольшой кушетке, стоящей тут же, недалеко от них. Веда же себя обнаружила в мягком, домашнем кресле, укрытая пледом.
   - Спасибо, девочка моя. Ты и в этот раз справилась. И теперь тебе нужно отдохнуть.
   До Веды медленно доходила информация, но она решилась ещё на один вопрос.
   - А всё это...?
   - Да. Так нужно было. Раз Канээрр попал в тело-носитель, я должна была изолировать его. Но... всё получилось немного не так, как хотелось бы...
   - Сойта? - догадалась Веда.
   - Да. Рант влиял и на неё. Вот она так и поступала. И мне ничего не осталось делать, как уничтожить Камень Судьбы и закрыть проход. Но вместе с Канээрой закрыла и всех.
   Богиня тяжело вздохнула. И ни на кого не смотря, продолжила.
   - Просить прощения не буду. Это вам нужно было. Потом поймёте.
   Она встала и, подойдя к освобождённому архангу, лежащему сейчас на кушетке, дотронулась до его лба кончиками пальцев. Тут же маленькая искра вспыхнула в месте соприкосновения и пробежала по всему телу. На глазах цвет кожи мужчины выровнялся, и появилось дыхание. Рея повернулась и чуть повысила голос, увидев, что Веда пытается встать с кресла, возмутилась.
   - Веда! Я не шутила. Тебе надо отдохнуть.
   - Но я отдыхаю, - запротестовала она, опускаясь обратно и укутываясь в плед.
   - Тебе надо поспать. Время у тебя ещё есть.
   - А...
   - С ним будет всё хорошо. Саннимус, через три часа проход откроется полностью, и вы можете покинуть это место. Перед уходом пусть Каронит выберет нового Хранителя Пяти Миров. Ты свободен. Теперь твоя жизнь только твоя.
   - Я... хотел бы... - отмер Санни, но ему не дали договорить.
   - Хорошо. Я одобряю.
   Что же хотел попросить Санни, так и осталось для Веды загадкой. Так как буквально через минуту она уже сладко спала, прислонив голову на спинку кресла. И уже не видела, как пропали очертания Зала Судьбы, и её кресло оказалось стоящим в тени высоких деревьев на лесной опушке рядом с большим, напоминающем по форме пламя, камнем терракотового цвета с зеленоватыми прожилками.
   Туман исчез. Всё вокруг преображалось. Повсюду кипела жизнь. Через открытые врата живительным потоком текла такая необходимая Залу Судьбы энергия. А двадцать архангов в своей истинной форме, пропуская эту энергию через себя, выполняли свои прямые обязанности - гармонизировали окружающее пространство, наполняя его, восстанавливая, обновляя и защищая.
   И только маленький светловолосый мальчик с чёрными, как ночь, глазами, сидел рядом с креслом девушки и, щурясь улыбался солнышку, светившему сейчас на небосклоне. Улыбался жизни этого места. Улыбался свободе. Улыбался обретённой эрхэме.
  
  
   Глава 4. И снова здрасти!
  
  
   А когда Веда проснулась, все двадцать мужчин сидели на зелёной травке, на той самой опушке, собравшись вокруг неё.
   - Долго я спала? - спросила она, сладко потянувшись, щурясь со сна на свету.
   - Да нет, - ответил ей Алекс. - Мы как раз всё успели.
   - Что успели? - уточнила Веда, сложив плед и осмотрев присутствующих.
   - Проход открылся. Мы сделали своё дело. Теперь свободны. И можем уйти, - продолжил объяснение Алекс. - Но решили подождать.
   - Чего? А кто новый Хранитель? - улыбнулась она, откинувшись на спинку кресла, так как вставать и тем более идти, куда бы то ни было, не хотелось.
   - А откуда...? - начал взявший на себя роль рассказчика, но ему не дал договорить Санни.
   - Новым Хранителем Пятёрки Миров избран Алекс.
   - О! Поздравляю! Уверена, ты это заслужил, - искренне порадовалась за мужчину Веда. Алекс улыбнулся, принимая поздравление. - А ждёте вы чего?
   - А ждут они тебя, - также ответил ей Санни.
   - Меня? А зачем?
   Она непонимающе посмотрела на Санни, перевела взгляд на Алекса. Но он молчал, вынуждая опять вернуться к бывшему Хранителю.
   - Печать снята, но открыть пока новый Хранитель не может дверь. Ему нужна ты, - понял её правильно Санни.
   - А... ну, хорошо. Давайте, показывайте, где эта ваша дверь, и идём открывать, - Веда нехотя поднялась и обратила свой взор на Алекса: - Ну, веди.
   - Веда, а двери нет, - ответил опять за друга Санни.
   - А как тогда? - удивлённо и немного растерянно задала она вопрос.
   Санни улыбнулся и пожал плечами.
   'Мда... задачка со всеми неизвестными', - хмыкнула про себя Веда и огляделась. Лес. Красивый, зелёный, полный жизни. Ветерок, гуляющий по веткам деревьев, ласкающий травку и иную растительность. Шум листвы, стрекотание насекомых, перекликивание живности. И голубое небо. Солнца на нём не видно, но свет и тепло этого места прямо указывает на его присутствие. И никакого тумана.
   - А что сказала Рея...? - возвращая свой взгляд опять на Алекса, решила она уточнить, чем всё закончилось, пока она послушно исполняла рекомендации Реи - спала.
   - Какая Рея? - непонимающе переспросил новый Хранитель Пятёрки Миров.
   Переведя взгляд на собравшихся, она к своему недоумению увидела девятнадцать лиц, на которых также читалось непонимание.
   - Но... а как же... - ничего не понимая, поблуждав глазами по лицам, Веда наткнулась на смеющийся взгляд Санни.
   Одними губами он тихо прошептал: 'потом', и Веда не стала допытываться, что происходит. Разом успокоившись и опять сев в кресло, она задумалась.
   'Двери нет, но они ждут, чтобы я их выпустила. И как, спрашивается?'.
   Какие-то неясные мысли блуждали в голове. Приходили и тут же уходили обрывки разговоров, картинки прошлого, но во всём этом хаосе решения задачи Веда так и не видела.
   Она даже не заметила, как к ней подошёл и, присев на подлокотник, положил руку на плечо Санни. Подняв на него взгляд, Веда увидела радость, нежность и веру. Веру в неё.
   'Прости, мальчик мой, я не знаю, что делать... как вам помочь', - мысленно попросила она у него прощение. А оглянувшись опять на сидящих возле мужчин, увидела немного опечаленные лица, понурые головы, опущенные плечи. Кто-то смотрел в пол с безразличным выражением, кто-то в сторону, делая вид, что там происходит что-то занимательное. Все старательно не смотрели на неё.
   Веда, обняв, перетянула к себе на колени Санни. Мальчик как-то успокаивающе действовал на неё. И она немного расслабилась, прижимая его к себе. Думая, что была бы рада такому вот светловолосому чуду в своей жизни.
   - Ну, и что будем делать? - улыбнувшись, спросила она, сама не зная у кого.
   Ей же пояснили, что ждут, когда она откроет дверь, которой нет. А вот как, никто не знал.
   - Какие есть предложения? - открыто улыбнулся ей Санни.
   - Нууу, - Веда сделала вид, что задумалась.
   Именно сейчас ей пришли на ум слова Зала, которые так упорно ускользали от неё. 'А почему бы не попробовать?'. И улыбнувшись, предложила:
   - Петь.
   - Петь? - удивление читалось теперь в глазах и Санни.
   - Да, - кивнув, подтвердила она, всё ещё улыбаясь.
   - О чём?
   - Обо всём, - Веда умостила голову мальчика у себя на плече и продолжила: - Вот погляди вокруг. Что ты видишь?
   Расчёт отказался верным. Вслед за Санни все свидетели её маленького спектакля также заозирались. 'Ну, что. Уже неплохо. Потихоньку включаются в решение проблемы', - мысленно улыбнулась она, обнимая своего малыша. Она поняла, что уже давно записала его в 'свои'. Этот маленький человечек прочно засел у неё в сердце и никуда не собирался уходить. И она старалась не думать, что они расстанутся, когда Веда поможет им отсюда выбраться. Что поможет, сомнений не было. Зря, что ли Рея сказала, что они свободны?
   - Ну... лес, деревья, траву, - меж тем перечислял мальчик, не отнимая голову от плеча и также обняв Веду.
   - А что ещё?
   - Небо, - негромкий голос Алекса заставил её посмотреть на мужчину и улыбнуться.
   - А ещё?
   - Камень Судьбы, - сказал кто-то из девятнадцати стражников.
   - Где? - заинтересовалась Веда.
   - Да вот он, - повернул голову и кивнул в сторону странного громоздкого камня терракотового цвета Санни.
   - О! - разглядывая это загадочное нечто, она продолжила допрос: - Замечательно! А ещё?
   - Зал Судьбы, - также включился в перечисление Рант.
   - Я вижу, тебе лучше, - Веда посмотрела на мужчину, продолжая улыбаться.
   Ей уже не казались его глаза холодными и надменными. Перед ней был молодой человек, немного робеющий, немного растерянный, слегка озадаченный, но смотрящий сейчас на неё, как показалось Веде, с какой-то затаённой надеждой. Он, как и все тут, хотел уже покинуть это место, но не знал, как. И старался помочь, чем мог.
   - И ты, правда, видишь тут Зал? - Веда покрутила головой, выискивая этот самый Зал.
   Рант, смутившись, опустил взгляд и ничего не ответил.
   'Забавный малый. Эх, усыновить, что ли, всех этих молодчиков?'.
   - Веда, - позвал её Санни, заставляя оторваться от наполеоновских планов по обретению двадцати одного красавца-сынули и взглянуть на него: - Объясни толком, что ты хочешь услышать? Зала, как такового, нет, но и одновременно это всё Зал Судьбы.
   - А что есть Судьба? - допытывалась она, заинтересовавшись, откуда столь чудное название.
   - Неизбежность, - вздохнул Рант, опуская голову.
   - Что ж так тяжко-то?
   Веда сама не знала, зачем так ко всем пристаёт, но чувствовала, что должна их расшевелить. Они за пятьдесят лет заточения совсем тут 'закостенели'.
   - Замороженные вы тут все, - вздохнув, озвучила она свои мысли. - Хотя снега у вас нет.
   И как по заказу, с неба стал падать белоснежный пух первых снежинок. Сидящие мужчины как-то синхронно подняли головы вверх. 'Тренировались они, что ли?' - засмеялась про себя Веда. А сама, понаблюдав за этим чудом (а снег среди лета - это чудо, самое настоящее чудо), она подставила лицо под снежинки, прикрыв глаза.
   - У леса, на опушке, жила Зима в избушке, - негромко напела Веда сама себе, вспоминая, как в детстве, часто гуляя под снегопадом, вот так вот любила задирать лицо и ловить языком снежинки. Любила играть с детворой в снежки, 'закапывать' друг дружку в сугроб, стоить там домики и тайные убежища, прорывая в снеге норы, кататься с горки и просто весело петь с подружками, шокируя прохожих.
   - Что? - услышала она тихое от Сани.
   Не открывая глаза, не поворачиваясь, она уже чуть громче запела.
   - 'Она грибы солила в берёзовой кадушке.
   Она сучила пряжу, она ткала холсты,
   Ковала ледяные да над речками мосты'.
   Улыбаясь и приоткрыв один глаз, скосив его на Санни, Веда продолжила:
   - 'Потолок ледяной, дверь ски-пуу-ча-я.
   За шершавой стеной тьма ко-люю-ча-я.
   Как шагнёшь за порог, всю-ду и-ней,
   А из окон парок си-ний, си-ний'. 11
   Теперь все восторженно-зачаровано смотрели на неё. Она в очередной раз обвела взглядом присутствующих и остановилась на мальчике. У него и спросила.
   - Что?
   - Веда... ты... ты...
   - Я Веда. Да. И что?
   - А спой ещё? - неожиданно попросил Санни.
   - О чём? - не стала капризничать она, тем более самой хотелось чего-нибудь эдакого.
   - О чём хочешь, - не ограничили её.
   Она смотрела на Санни, улыбаясь ему. 'Какой же он лапочка. Как жаль, что... эх, ладно. Спеть, так споём'.
   Веде захотелось спеть что-то весёлое, лёгкое и обнадёживающее. Но слова сами сорвались с губ.
   - 'Наша встреча с тобой - неизбежность.
   Не могу не стоять, не идти.
   Мои чувства способны на нежность.
   Дай мне шанс не погибнуть в пути.
   Я устала от тех междометий,
   Где слова о любви для утех.
   Твоя жизнь от победы к легенде.
   Дай пройти мне последний рубеж'. 12
   В порыве Веда прижала к себе Санни и прикрыла глаза.
   - 'Ты поверь, что теперь солнце только снится.
   Невозможно любить без потерь.
   Ты не слушай ничьи небылицы.
   Для тебя я всегда открою дверь'.
   Потом была ещё одна песня, и ещё одна, и ещё. Она пела и пела. Её никто не останавливал. А Веда чувствовала, что песня для неё - как дыхание. Она просто не сможет сейчас по-другому. Что-то внутри сломается, надорвётся. И сейчас песня - это жизнь.
   А потом она услышала общий вздох и открыла глаза.
   Они находились на зелёной полянке, с которой она сбегала вместе с дядькой Микайло.
   - Ведушка, - прозвучало где-то очень близко.
   Она повернула голову на голос, но никого не могла рассмотреть. Пока Санни вставал с её колен, пока Веда сама поднималась с кресла, весь гунгейн в полном составе окружил их с Санни, не давая никому подойти близко.
   - Что происходит? - спросила Веда, надеясь растолкать молодцев, но они стояли все, как монолитная стена, не давая ей выбраться.
   - Ведушка, - опять услышала она знакомый, немного обеспокоенный голос.
   - Да, дядь Миш. Что случилось?
   - Ведушка, ты там в порядке? - теперь её спрашивал другой не менее знакомый и любимый женский голос.
   - Да, баб Дусь. Всё хорошо. Я сейчас выберусь из этих зарослей молодняка тока. А ну, архаровцы, подвиньтесь! - стараясь сдвинуть с места хоть кого-нибудь, ответила Дусее Веда.
   Но никто и не собирался выполнять её требования. Плюнув на это неблагодарное дело, Веда залезла на кресло и огляделась.
   В нескольких метрах от их застывшей композиции 'почти тридцать три богатыря и Веда, возвышающаяся над ними, как реющий флаг над просторами' стояла вся честная компания. Дусея с Карычем, Тильда, Марейна и леший.
   - Всем здрасти. А что происходит? - чуть повысив голос, спросила она, раздумывая, что это они все тут собрались.
   - Веда, доченька, подойди к нам, - как-то напряжённо позвала её баба Дуся.
   - Зачем?
   - Просто подойди и...
   - Она никуда не пойдёт, пока вы не объясните, что происходит, - заговорил молчавший все это время Алекс.
   - Помолчи, мальчишка, - перебила его Марейна. - Не с тобой разговаривают.
   Трое Арангит выстроились в шеренгу, как-то по особому сгибая пальцы, и на их руках зажглись синие пылающие огни. Карыч тоже развёл руки в стороны, чуть отойдя от сестёр, и что-то забормотал.
   - Баб Дусь? Да что происходит?
   - Отпустите девочку! - потребовала Марейна.
   - И не подумаем! - ответил Санни, непонятно как оказавшийся в первых рядах.
   - Санниииимус, - протягивая имя бывшего Хранителя, Марейна ещё сильнее и ярче заставила разгореться синее пламя в руке. - Вижу ты всё-таки освоил ритуал перерождения.
   - Марейна, - игнорируя издевательские нотки, в свою очередь поприветствовал и он её. - Как видишь.
   - Что вы задумали? Отдайте нам Веду! - строго потребовала старшая из Арангит.
   - Мне интересно, что задумали вы? И почему так настойчиво требуете эту девушку?
   - А меня интересует, что вообще тут происходит?! - повысила голос Веда. - Баб Дусь? Санни? Карыч?
   Но её дружно проигнорировали, смотря напряженно друг на друга.
   'Дур дом на колёсиках', - прошипела про себя Веда.
   - Так, или мне сейчас объясняют, что здесь происходит, или я вас всех запру ещё на пятьдесят лет где-нибудь! - чуть ли не крича, пыталась достучаться до застывших друг напротив друга Хранителей.
   Нет, угрозу она не собиралась выполнять. Тем более не была уверена, что это ей под силу. Да и не знала, как. Как здесь очутились, она тоже не совсем понимала. Так что данный ультиматум был направлен исключительно на привлечение внимания.
   Она и привлекла. Санни с Алексом повернулись и посмотрели на неё. Во взглядах была усталость и ещё что-то. Что именно, Веда не успела разглядеть, так как увидела, что с рук двух сестёр срываются и летят в сторону её мальчика синие огненные шары.
   Не думая, что и зачем она делает, Веда оттолкнулась от спинки кресла и, перепрыгнув через строй своих 'охранников', повалила на землю Алекса и Санни. Она кого-то задела ногой, кто-то выругался. Но ей было всё равно. Веде нужно было убрать с линии 'обстрела' ставшего дорогим ей человечка. Что другие справятся с магической атакой, она не сомневалась, ведь они смотрели на сестёр Арангит и, в отличии от её мальчика и Алекса, всё видели.
   - Веда! - закричали три голоса.
   - Что Веда? - она кряхтя приподнялась и осмотрела Санни. - С тобой всё в порядке? Всё хорошо? Я тебя не сильно придавила?
   - Хорошо, - разулыбался он ей в ответ.
   Притянув к себе и обняв, она прикрыла глаза и выдохнула. 'Слава всем богам и богиням. Пронесло'.
   - Веда? - опять позвали ей.
   Она поднялась с колен, осмотрела ещё раз Санни на наличие повреждений, но не найдя их, немного успокоилась. Оглянувшись и увидев, что и у Алекса всё в порядке, Веда повернулась к сёстрам и, прижав Санни к своему боку, начала:
   - Что, Веда? Я уже, знаете, сколько лет Веда? Хотя ладно, не говорите. Не шокируйте присутствующих моим возрастом, - она слегка улыбнулась, и продолжила, хмуро глядя на старшую из Хранительниц: - Вы мне лучше скажите, что тут происходит? С чего вы тут в войнушку решили поиграть? И зачем это всё? Кто вам давал право нападать на моего ребенка?
   - Что? - слаженный хор голосов сестёр, Карыча и ещё кого-то, кого Веда не поняла, раздался на поляне.
   - То!
   Санни, счастливо улыбаясь, обнял Веду и сам прижался щекой к её боку. Она потрепала его по вихрастой головушке, улыбаясь ему.
   - Но... а... - что-то пыталась растерянно сказать Марейна, но пока не могла связать буквы в слова.
   - Баб Дусь, может ты скажешь, а? - немного жалобно попросила она, видя, что пока старшая из сестёр в ауте.
   - Ведушка, можно, я подойду? - тихо, даже как-то робко, спросила Дусея.
   - Если больше не будете нападать на нас, то можно, - разрешила Веда и сама сделала шаг вперёд.
   Осторожно подойдя к ним, Дусея как-то нерешительно потопталась на месте, а потом обняла Веду. Веда ответила ей тем же, обнимая её свободной рукой, не отпуская Санни.
   - Я так по вам соскучилась по всем, - призналась она бабушке, чуть не плача, в душе радуясь, что уже всё закончилось.
   - И мы все соскучились, - Дусея отодвинулась слегка от неё. - Ну и заставила ты нас поволноваться.
   Но потом смилостивилась и, посмотрев на Санни, попросила.
   - Ну, знакомь меня с твоим... сыночком, - со смешком закончила Хранительница.
   - Бабуль, это Санни. А это, - Веда оглянулась и кивком головы подозвала к себе Алекса, - новый Хранитель Пятёрки Миров и мой друг, Алекс.
   - Новый, кто? - удивлённо переспросила баба Дуся. - А... - Дусея посмотрела на Санни.
   - А он больше не Хранитель, - с улыбкой ответила на невысказанный вопрос Веда. - Теперь он свободен выбирать себе занятие по душе.
   - И он выбрал...? - вопросительно недоуменно уточнила Дусея.
   - Выбрал, - вступил в разговор Санни. - Я обрёл эрхэму. И я останусь с ней.
   - Но... как? - глаза бабы Дуси расширились от удивления настолько, что Веда заволновалось, как бы старую женщину не хватил удар. - А... она...
   Дусея посмотрела на Санни. Он кивнул ей и пояснил.
   - Она только что признала меня своим ребёнком.
   - Да? - теперь удивилась Веда.
   - Да, - посмотрев на неё немного виновато, Санни спросил: - Ты не хотела?
   И замолчал, затаив дыхание, ожидая ответа. Веда была удивлена. Для неё это стало сюрпризом. Она и подумать не могла, что этот кареглазый мальчуган сам захочет быть с ней. Мыль о том, что глаза у Санни странным образом посветлели, пришла и ушла, сменяемая осознанием происходящего. За удивлением пришли тихая радость и трепетное чувство нежности к этому маленькому человечку. Именно сейчас Веда призналась себе, что всегда мечтала быть мамой вот такого малыша. Серьезного и одновременно улыбчивого, любознательного и ответственного, доброго, ласкогого и смелого, такого родного маленького чуда. Чуда для неё. И она уже всем сердцем любит его.
   - Глупый, - разулыбалась она, присаживаясь и обнимая Санни крепко-крепко. - Я и мечтать об этом не смела. Хороший мой, - гладя по голове мальчика, шептала ему она, - Мой малыш. Я люблю тебя. Сама не поняла, когда это случилось. И было очень грустно осознавать, что когда мы отсюда выберемся, ты уйдёшь. Держать возле себя я тебя не могла. Это неправильно. Поэтому я с радостью буду твоей мамой. Или, как там... ?
   - Эрхэма, - подсказал обнимающий и счастливо улыбающийся ребенок.
   - Во! Эрхэмой.
   - Это всё прекрасно. И я рада, что у вас всё замечательно, - услышали они строгий голос пришедшей в себя Марейны. - Но что делать с этими отступниками?
   - Какими отступниками? - Веда поднялась и огляделась.
   На поляне за ними всё так же, не меняя поз, стояли девятнадцать мужчин. Веда увидела, что у всех у них глаза заволокло тьмой. Ни белков, ни радужки. Одна сплошная чернота. Застывшие фигуры зловещим изваянием внушали какой-то иррациональный страх. И Веде показалось, что за спинами мужчин, как прозрачные ленты, что-то едва-едва колышется. Присмотревшись, она так и не смогла разглядеть, что же там такое. Стало как-то жутко.
   - Что...? - начала она, но её перебил Алекс.
   - Когда нас заперли в Зале Судьбы, обездвижив как раз таким вот заклинанием, чтобы сбросить с себя чары, нам пришлось простоять так целую луну. И то, благодаря только Санни, нам и удалось освободиться. И не погибнуть.
   Веда не решилась задать сейчас вопрос о виде этих братцев-кроликов, решив узнать об этом в спокойной обстановке. Вместо этого, наблюдая за застывшими и делая маленький шажок вперед, спросила:
   - И как вы вышли из этого состояния?
   - Кровь и...
   - Веда, не подходи к ним, - перебила Алекса Марейна. - Они сейчас не в себе. И могут тебе навредить.
   - Зачем же вы тогда их до такого довели? - не оборачиваясь и тихонько приближаясь, негромко спросила Веда.
   Впрочем, ответа она не ожидала. Не дойдя каких-то пару метров, Веда наткнулась на невидимую стену. Она потёрла слегка ушибленный нос и ощупала руками стену.
   - Воздушная преграда, - тихо пояснил Алекс, который неслышно следовал за ней.
   - Веда, отойди! - услышала она строгое от Марейны.
   - Ага, а вы сейчас же начнёте 'порядки' тут наводить, - пробурчала она, не собираясь выполнять требования.
   Вместо этого она обернулась, отыскала глазами Санни, который остался стоять с Дусеей, так как та, схватила его за плечо и не отпуская, что-то тихо выговаривала. Веда подмигнула ему. Мальчишка успокоился и перестал вырываться, оставаясь спокойно стоять возле Хранительницы. Веда улыбнулась и вернулась к прерванному занятию. Она провела рукой вдоль преграды, думая, чем же можно это снять.
   - Баб Дусь, а вы можете это убрать? - поинтересовалась она, продолжая рассматривать 'отступников' и параллельно думать над словами Алекса.
   - Нет. Это сейчас опасно. Они начали трансформацию и...
   - Понятно, - не стала дослушивать Веда и повернулась к Санни.
   - Мальчик мой, что ты делал, чтобы освободиться?
   - Пил кровь, - просто ответил бывший хранитель.
   - Чью? - удивилась она, рассматривая Санни.
   - Свою. Она помогла мне снять преграду и выйти из транса.
   - А...
   - Как? Мне повезло, когда взорвался Камень Судьбы, я трансформировался первым, и мои... эм... конечности были в близости от моего рта... Да и осколки немного ранили меня, так что я смог вывести себя из транса довольно быстро. С остальными пришлось, правда, повозиться.
   - Понятно, - поворачиваясь опять к мужчинам, вздохнула Веда.
   Хотя понятно не было ничего.
   Ступая вдоль образовавшегося кокона воздушной преграды и не смотря, куда наступает, она вдруг споткнулась, и если бы не Алекс, следующий тенью за ней, упала бы. Он подхватил её, а она схватилась за него, случайно задев висевший на поясе кинжал. Руку обожгло болью.
   - Ой! - Веда тут же, одернув руку, зажала её другой.
   Алекс, поддерживая её за плечи, поставил прямо и отступил. Веда повернулась к нему.
   - Прости. Я не специально, - виновато произнёс новый Хранитель.
   - Да понятно, что не зарезать ты меня хотел, - усмехнулась она, пережидая, пока боль прекратится. - Что это за тесак? - пытаясь не обращать внимание на боль, спросила Веда, рассматривая холодное оружие у него на поясе слева.
   Она, конечно, не была знатоком холодного оружия, и если бы не странная рукоятка, то по внешнему виду он напомнил Веде обычный небольшой (не более двадцати сантиметров в длину, с лезвием не более трёх сантиметров в ширину) обоюдоострый кинжал. В месте соединения лезвия и самой рукоятки, казалось, мерцал каким-то странным серебристо-фиолетовым светом выпуклый, гладко отполированный серый камень с сиреневыми вкраплениями. Веда мимоходом подумала, что полевые шпаты и тут водятся, и продолжила разглядывать далее. Рукоять слегла выгибалась для удобства держания, а от странного камня в две стороны отходили по четыре непонятных ответвлений, странно смахивающих на щупальца или лапки паука с заострёнными кончиками, на концах которых Веда разглядела по такому же малюсенькому серому камешку. С нескольких таких лапок сейчас медленно скользили капли её крови.
   Алекс, проследив, куда смотрит Веда, приподнял кинжал, вынимая из ножен правой рукой, и быстро пояснил:
   - Это ритуальное орудие. Майхэм. Он используется нами для того, чтобы можно было сконцентрировать всю свою внутреннюю силу, и с помощью острия кинжала направить её на решение необходимой проблемы.
   Веда сделала шаг к мужчине, чтобы лучше рассмотреть, чем же она умудрилась поранить руку, но опять споткнулась. Алекс тут же, перекинув майхэм в другую руку, придержал её. Веда подняла голову, собираясь поблагодарить, но увидела поднятый кинжал рядом со своим лицом. В доли секунды в голове откуда-то вспыхнула мысль, что новый Хранитель занёс майхэм и хочет ударить, и она неосознанно отшатнулась, выставляя руку назад, чтобы в очередной раз не грохнуться. Сделав пару шагов назад, Веда остановилась, не почувствовав ожидаемой опоры воздушной преграды. Наоборот, она осознала себя стоящей уже за этой самой воздушной преградой. А напротив, уперев обоими руками в преграду, стоял Алекс. Рядом с ним остановился Санни. И оба с нарастающим беспокойством смотрели на Веду и на то, что находилось позади неё. Медленно обернувшись, она увидела перед собой застывших мужчин и с ужасом убедилась, что ей не померещилось. У каждого из-за спины едва заметно шевелились по четыре прозрачных пятифаланговых щупальца. В ужасе она отступила, буквально вжавшись спиной в преграду. Мужчины стояли, не шевелясь, но неотступно следили за ней. Веду обуял такой страх, что она пока не могла мыслить рационально. Пошарив по стене рукой, надеясь, что раз она сюда как-то проникла, то и выйти ей тоже всё же удастся, Веда так и не обнаружила желаемое спасение. Повернувшись к преграде, постоянно оборачиваясь, Веда стучала ногами, руками, сжав их в кулаки, но не добилась ровным счётом ничего. Стены 'западни' так и оставались непроницаемые, как снаружи, так и изнутри.
   Обернувшись в очередной раз, Веда заметила, что один из застывшей композиции слегка пошевелился. Веда затарабанила по стенке преграды ещё сильнее. И тут же наткнулась на испуганные тёмные глазёнки своего малыша.
   'Санни. Он за меня испугался. Я не должна показывать, что мне страшно. Какая я мать после этого, если веду себя, как... впрочем, пока никакая'.
   Мысли пронеслись в голове, одновременно отрезвляя и заставляя задуматься. Вдох, выдох. Очередной вдох и медленный выдох. И улыбнувшись Санни, Веда повернулась к гунгейну, застывшему под непонятным и неизвестным ей заклятием.
   'Божечки, почему опять я?' - вернулась паническая мысль. Веду очень пугали эти чёрные без белков глаза. Казалось, что сама тьма живёт в них, не отпуская своих жертв, затягивая, порабощая. А ещё непонятные щупальца. Веда неосознанно опять вжалась в стенку. 'Что делать? Зачем я сюда полезла? Как будто мне мало было этого Зала. Теперь вот это'. К своему большему ужасу Веда увидела, как рука одного из мужчин шевельнулась ещё раз. 'Они приходят в себя', - догадалась она. И тут же в памяти всплыли предостережения Марейны, что они могут быть опасны, так как не контролируют себя. 'Что делать?!' - раненой птицей, пойманной в силки, билась единственная мысль в голове, но ответ так и не приходил. Веда лихорадочно оглядывала поляну, ту часть, которая ей была доступна в пределах воздушной преграды. 'Что делать?' - задавалась она в очередной раз вопросом, но так и не находила ни ответа, ни что-нибудь для защиты. 'Мне крандец. Осталось лишь с горя напиться и...' - пришла нелепая мысль вместе с нервной усмешкой. Но тут же Веда замерла, схватив эту мысль, как утопающий хватается за соломинку. Она показалась ей возможным спасением. Стоя и думая над возникшей идеей, Веда неотрывно смотрела на Ранта, который уже в третий раз подавал признаки скорого освобождения от заклятия. 'Надо действовать!' - дала себе указание она. Решившись, Веда полезла в свою сумку.
  
  
  
   Глава 5. Успеть!
  
  
   Даниэль
  
  
   'Что она делает?' - застыл и с беспокойством неотрывно смотрел Даниэль на Веду. Она появилась на поляне как-то вдруг и из ниоткуда. А вместе с ней эти непонятные люди. Однако, что это не люди, он понял довольно быстро. И внешность, и дальнейшие действия наглядно показали, что перед ними наводящие ужас только упоминанием о них, безжалостные каратели, стремительные и неумолимые вершители, судьи и исполнители, представители древнейшей из рас - арханги. Но Веда безмятежно прижимала к себе одного из них и была спокойна. Казалось, весь тот ужас, который непременно сопровождал их, её абсолютно не волнует. Она что-то тихо пела, слегка убаюкивая кого-то на руках, безмятежно улыбалась. Он не слышал слов, но был удивлён не менее остальных, что все возникшие посреди поляны арханги с каким-то восхищением, упоением и радостью завороженно слушали пение девушки. Никто из них и не собирался нападать на Стража ворот, которого Веда почему-то назвала дядей Мишей. Никто из прибывших не планировал сражаться за свободу, которуй их лишили много лет назад.
   Да, он знал об этом. Немного, но знал. Ещё его дед рассказывал ему о Великом Собрании и Решении Совета Хранителей Пятёрки Миров. Дед был вхож в малый совет, который состоял в основном из людей, которые могли принести пользу Сантиму и странам этого мира. Так вот, двадцать отступников были лишены свободы, так как решили перекроить устройство Мира и стать вершителями судеб. Правда, много было несостыковок в рассказе деда. Много вопросов он рождал. Впрочем, Даниэль всегда слушал эту историю, как очередную сказку, которой дедушка иной раз баловал его с сестрой. Но вот сейчас он осознал, что все те бредни, как он считал, сочиняет его дед, никакие не бредни. Вот они! Перед ним! И то, что это не милые котята, свидетельствует и готовность Хранительниц вступить в бой (хотя признаков агрессии пришлые не проявляли) за единственного сейчас дорогого ему человека.
   Всё это время, пока Марейна с сёстрами, перенесясь на эту поляну, что-то искали, что-то рассчитывали, что-то обсуждали, Даниэль волновался. По услышанному в замке, по обрывкам разговоров здесь на поляне он понял, что Веда пропала. И где она, он уже догадался. А уж когда она появилась на поляне в окружении архангов, догадки отпали сами собой, подтверждая его выводы.
   И вот сейчас, смотря на неё, мирно сидящую на поляне, осознал, какое это счастье - просто видеть её. Знать, что с ней всё хорошо. Она здесь, рядом. Такая родная. Такая дорогая.
   От пришедшей мысли Даниэль вздрогнул и сделал шаг назад, всё также не спуская с Веды глаз. 'Дорогой?' - озадачился он. И с готовностью ответил сам себе: 'Единственной!'.
   Только сейчас он осознал, насколько дорога стала Веда его сердцу. Борясь со страхом, что больше не увидит её никогда, он закрыл все переживания, все чувства внутри себя, не разрешая себе задумываться, почему так поступает. Он осознал, что любит.
   Мысль пришедшая следом, оказалась такой естественной. Такой правильной. Он смотрел на неё и никого сейчас не видел. Она спокойно сидела на кресле и тихо напевала что-то. Облокотившись на спинку и слегка склонив голову к мальчику, сидящему у неё на коленях, и которого Веда очень бережно обнимала, она улыбалась своей невообразимо доброй и такой манящей улыбкой. Хотелось подойти и обнять. Прижать к себе, ставшую необычайно родной ему девушку. Защитить её от всего на свете. И никуда никогда не отпускать.
   Уже сделав несколько шагов по направлению к ней, он остановился, сражённый очередным осознанием. 'Он любит. Любит!'. Даниэль осознал это, как страшный приговор. Он любит беззаветно, но упорно скрывал это даже от себя. Стали понятны чувства, мысли, образы, что преследовали его последнее время. Он сглотнут, понимая, что Веда никогда не ответит ему взаимностью. Нет, не потому, что он плох чем-то, или она выше сейчас его по положению, так как является названной дочерью короля. Нет. Именно сейчас до него чётко и ясно дошло понимание, что Веда давно и так же беззаветно любит графа Эрлейна. А он - третий лишний. И сейчас, смотря на такое родное лицо, старался сделать вдох. Но это у него получалось плохо. После ощущения полёта и песни сердца, после тихой радости от осознания своей любви, пришло понимание невозможности его мечты. А за ним - падение. И боль. Ужасная. Раздирающая.
   Даниэль схватился за грудь, надеясь, что эта боль скоро утихнет. Но она продолжалась и продолжалась. 'Всё... хорошо', - уговаривал он себя, глотая воздух маленькими порциями и так же неотрывно смотря на ту, которая стала для него единственной, желанной, любимой, но недостижимой.
   Веда встала, поприветствовала всех. Озадачилась вопросом происходящего. А Даниэль всё стоял и смотрел, не в силах ни сдвинуться с места, ни отвести взгляд, пока её не закрыли собой арханги. И даже тогда он стоял, не двигаясь, и слушал наигранные возмущения любимой.
   А потом на долгую минуту время, как и сердце Даниэля, казалось, замерло. Он словно во сне, когда всё понимаешь, а сделать ничего не можешь, оставаясь сторонним наблюдателем, видел, как в сторону Веды с отступниками летит заклятие, призванное запечатать их. Как Веда невообразимым образом просто перепрыгнула живую ограду её охранников-тюремщиков, спасая Хранителей, повергая в ещё больший шок окружающих. Как очень счастливая улыбка появляется на губах любимой, когда она обнимала мальчика, соглашаясь стать его эрхэмой. Как безрассудно направилась к воздушной преграде, служащей дополнительным заслоном от сил отступников. И легко преодолела преграду, хотя по всем источникам знаний этого сделать невозможно.
   И вот Веда, испуганная, пытается вырваться из западни, в которую по неосторожности угодила. А сердце Даниэля уже пустилось вскачь. Воздушная преграда просто так не снимается, это он знал точно, так как принимал участие в создании. А данная преграда ещё и усиленная магически. Понимание того, что Веде угрожает реальная опасность обухом ударило его по голове. Ни Хранительницы, растеряно и с беспокойством наблюдающие за происходящим, ни новый Хранитель с обретённым Ведой сыном, мечущимися возле преграды, ничего не могли сделать. Даниэль лихорадочно старался вспомнить всё, что он знал о своём проекте. И главное, как снять эту воздушную преграду? Да, это риск, если арханги останутся в неадекватном состоянии. Они могут атаковать. И что случится потом, он не знал. Но для него куда важнее была Веда, и он думал исключительно о ней.
   Страх. Вот, что им владело сейчас. Страх, что он не успеет. Что не вспомнит. Не сумеет. И она погибнет у него на глазах. Этого он допустить не мог.
   Быстро подойдя с преграде, ставшей для Веды западнёй, он ощупал её контур, не прекращая просчитывать, как это можно снять.
   - Как это снимается? - услышал он взволнованное от нового Хранителя.
   - Я не могу, - обречённо почти простонал мальчик. - Дусея! - не оборачиваясь, позвал Санни.
   - Нет. Я тоже не могу, - услышал он немного виноватое от одной из Хранительниц. - Я вообще не понимаю, как Веда там оказалась. Эта преграда специально для вас... - Дусея запнулась, но переведя взгляд на действие, творимое в коконе, продолжила, - для отступников создавалась. Чтобы наверняка обезопасить себя и вывести вас из строя.
   - Как это снять? - как будто не слыша, что объясняет одна из сестёр Арангит, неотрывно наблюдая за своей эрхэмой, спросил Санни.
   - Да не снимается это! - чуть повысила голос Дусея.
   - Но Веда...
   - Мы не знаем, почему она так легко прошла через кокон, - взволновано призналась подошедшая к ним Марейна.
   - Её надо оттуда вывести. Они же без Хранителя неуправляемые, - практически прошептал Санни, так и не обернувшись к подошедшим, продолжая смотреть на Веду.
   - Как? - теперь уже старшая из Арангит повысила голос, выдавая свои смятение и беспомощность.
   - Не надо было всё это устраивать, - отозвался молчавший до сих пор Алекситэн Ирэк Тир.
   - Алекс, не начинай, - одёрнул его Санни, продолжая стоять ко всем спиной.
   - Какие предложения? - взяв себя в руки, приступила к решению проблемы старшая из Хранительниц.
   Даниэль решил не встревать, продолжая ощупывать кокон, выискивая утончения, прорехи. Всё то, на что можно будет повлиять, снимая преграду. В неснимаемость он не верил. Как когда-то сказала Веда: 'Ломать - не строить. Да и ничто не вечно под луной'. И в этом он был уверен. Одна мысль о том, что арханги пьют кровь, не давала ему покоя. Картина за картиной одна страшнее другой сменялись у него в голове. А мысль настойчиво билась, не давая покоя.
   Обходя по кругу кокон, он так же, как и Санни, с беспокойством следил за тем, что там происходило. А происходило странное.
   Сначала Веда жалась к стенке преграды. Ей было очень страшно. Это было видно. А потом она разом вдруг успокоилась. Во взгляде появилась решимость. И она сама поспешали к отступникам, выискивая что-то у себя в сумке. Она вытащила какой-то кубок и фляжку. А потом сорвала что-то у себя с браслета на руке, и сжав на несколько секунд в кулаке, зажмурив глаза, кинула это в кубок. Под быстрыми пальцами свинтилась крышка с фляги. Вода полилась в кубок, а Веда что-то зашептала. Что именно, Даниэль не слышал. Преграда не позволяла. И в следующее мгновение мириады водяных жгутиков взвились ввысь, устремляясь к приходящим в себя архангам. Касаясь одного за другим, жгутик расплывался по телам мужчин, окутывая их в кокон, создавая дополнительную преграду и как будто лишая их ещё чего-то. Была уверенность, что Веда делает всё правильно. Не зная, где она этому научилась, но в действенности творимого ею не сомневался. И вот уже почти все отступники окутаны дополнительной защитой. Один из архангов повалился навзничь, и водяной жгут не коснулся его. Напротив, через секунду именно этот отступник поднял голову и посмотрел на Веду жутким, пронизанным тьмой взглядом. Тьма стала сгущаться ещё больше, сужаясь в небольшую точку на кроваво-красном цвете, заполнявшем его глаза.
   'Кровь', - ещё раз всплыло в мозгу Даниэля. В ужасе за любимую он обернулся к остальным. Они также, как и он, затаив дыхание, уже не обсуждали, а с замиранием сердца и страхом следили за происходящим. Взгляд Даниэля зацепился за капли крови, оставшиеся на клинке, который новый Хранитель непроизвольно сжимал в руках. Вспомнилось, что до того, как попасть в ловушку, Веда порезала руку именно об этот кинжал. 'Майхэм', - всплыла опять в памяти подсказка. 'Проводящий энергию. А если Веда... то...'.
   Больше не раздумывая, он подскочил к Алекситэну и сжал лезвие кинжала и рукоятку руками. Хранитель непроизвольно дёрнул оружие, видно, опасаясь, что его хотят отнять. Но у Даниэля и в мыслях этого не было. Он получил то, чего добивался. Взглянул, как расплывается кровь из разреза на руках. Мимолётно улыбнувшись, довольный полученным Даниэль рванул теперь обратно к преграде, смешивая на ходу кровь на руках между собой. Приблизившись, он выставил вперёд окровавленные руки. Расчёт был верным. Преграда беспрепятственно пропустила его, как до этого Веду.
   Оказавшись внутри, Даниэль не успел порадоваться получившемуся. Перед ним предстала ужасающая своей дикостью картина. В Веду мчались разящие, смертоносные, незнающие пощады и промашки майхэмы архангов. Не раздумывая ни секунды, он рванул к ней, с единственной мыслью: 'Успеть'.
  
  
  
   Глава 6. Не отрекаюсь от тебя...
  
   Веда
  
  
   Темно-карие, проницательные глаза сейчас с беспокойством смотрели на Веду.
   'Даниэль здесь?' - мелькнула мысль, когда перед ней появилась фигура, прижав её к себе и загородила от всего этого ужаса. А потом мысли вообще исчезли из головы, как только Веда разглядела тоненькую струйку крови, медленно стекающую из уголка губ мужчины.
   - Даниэль, - одними губами прошептала она, так как от пережитого голос подвёл её.
   - Всё... в порядке, - запинаясь, почти прокаркал он, чуть-чуть отодвигаясь и опуская глаза.
   Веда проследила за его взглядом. Глаза расширились, осознавая увиденное. Паника накрыла целиком.В районе груди, чуть правее от сердца и в паре сантиметров от её собственной грудной клетки Веда увидела окровавленную, мохнатую конечность, проткнувшую Даниэля насквозь. Она в ступоре переводила взгляд с лица мужчины на кровоточащую рану.
   - Всё... хорошо, - опять прошептал Даниэль и стал заваливаться, когда конечность исчезла, а из раны на груди хлынула кровь.
   - Даниэль! - подхватывая его и опуская на землю, воскликнула Веда.
   - Всё... уже всё... - опуская голову на землю вслед за телом, так же тихо пробулькал граф.
   Кровь хлестала из раны на груди, и Веда впервые не знала, что делать.
   Обернувшись, она краем сознания отметила, что Рант, который избежал первый раз водяного жгута, благополучно всё-таки попался в водяной кокон. И конечность, что так несправедливо и безжалостно проткнула Даниэля, заслонившего её, втягивается в этот кокон, покрываясь водяной амальгамой. Также мимоходом мозг отметил, что воздушной преграды уже нет, но все участники этой трагедии так и стоят, не шевелясь, не веря в случившееся.
   Веда опустилась на колени и, стянув с себя кофту, зажала ею рану на груди. Впервые в голове не было идей. Что делать? Как спасти человека со смертельной раной? Судя по скорости кровопотери, не помогало даже то, что она зажимала рану, задеты жизненно-важные органы. И она догадывалась, что это лёгкое. А если это так, у её друга и спасителя не более нескольких минут, если она что-то не придумает.
   Слёзы потекли по щекам, так как решение не придумывалось. Или они уже давно текли, просто Веда не осознавала их. Неотвратимость происходящего загоняла в угол.
   - Даниэль... Данюша... Дан... ты держись, - шептала она, зажимая рану, параллельно обшаривая взглядом окрестности, молясь, чтобы ей и в это раз повезло и нашлось решение.
   Но чуда не происходило.
   Потихоньку в голову стали проникать мысли, что если бы она сюда сломя голову, несмотря на предупреждение Марейны, не направилась, ничего бы этого не случилось.
   - Всё... хорошо, - в очередной раз окровавленным ртом прохрипел Даниэль, прикрывая глаза.
   Бросая на него взгляд, Веда увидела, что он хочет ещё что-то сказать, но не дала ему это сделать.
   - Помолчи. Тебе нужно сейчас беречь силы. Потом всё расскажешь... Да помогите кто-нибудь ему! - не выдержала и закричала Веда.
   - Мы не можем, - услышала она виноватое от Санни совсем рядом.
   - Почему? - повернула голову и старалась рассмотреть сына заплаканными глазами.
   - Майхэм архангов пропитан ядом. От него нет противоядия, - смотря исключительно на рану на груди у графа Мортэна, тихо ответил ей Санни.
   - Баба Дуся? Марейна? Ну сделайте что-нибудь! - взмолилась она, вертя головой, пытаясь найти их взглядом. - Карыч, миленький. Ну, пожалуйста, - уже в голос плакала Веда.
   - Мы тут бессильны, - устало-виновато проговорила Дусея.
   - Ведушка, - шёпотом позвал её Карейн. - Отпусти его. Мы уже ему не поможем. Это судьба и...
   - Нет! - взвизгнула Веда. - Судьба? Нет уж. Это я должна была погибнуть. Я видела эти прозрачные щупальца. Я видела, как они тянутся ко мне. Но Даниэль спас меня! Это я, понимаете, я, а не он, должна была умереть! А вы предлагаете мне дать ему умереть? Нет уж!
   Она кричала, понимая всю безысходность ситуации и свою беспомощность. Понимала тщетность своих попыток, но упорно зажимала рану на груди, рыдая в голос и шепча:
   - Всё будет хорошо, Данюш. Всё хорошо... будет. Мы справимся. Я придумаю, что-нибудь обязательно придумаю. Данюш, ты только держись... держись только...
   Но смотреть на него не могла. Подняв взгляд, Веда увидела, что весь гунгейн в полном составе уже пришёл в себя, и водный кокон не сдерживает их. Выстроившись полукругом возле неё с Даниэлем, они молча смотрели. Рант тоже пришёл в себя, но близко не подходил. Он опустился на колени и смотрел застывшим взглядом на землю. Серо-жёлтое, как маска, лицо и пустой стеклянный взгляд. Перед ней сейчас был не живой человек, а статуя, искусно вырезанная мастером из камня. Понимание, что это защита от ужаса содеянного, пришло как-то не вовремя. Веда отмахнулась от него, решив, что подумает об этом позже, если она спасёт Даниэля. Но тут же обругала себя. 'Не если, а когда спасу', - поправилась она. 'Почему? Почему так?' - сделав пару вздохов и медленно выдохнув, Веда пыталась успокоиться и что-нибудь придумать.
   - Веда, - позвал Карыч, - отпусти его. Ему больно.
   Веда, вздрогнув от голоса друга, о котором сейчас забыла, перевела встревоженный взгляд на Даниэля, встречаясь с лихорадочным блеском его карих глаз. Он попытался улыбнуться краешком губ, но не смог, прикрыв глаза от боли.
   - Прости, - одними губами прошептала она, не в силах отвести взгляд от умирающего, в отчаянии сжимая до боли кулаки.
   Веда ощущала потерю чего-то родного, светлого, необходимого. Тоску и невыносимую боль, осознавая, как дорог человек, который был рядом. Просто одним своим присутствием он дарил ей уверенность, чувство надёжности, спокойствие. Его обаяние, внимательность, чуткость, умение слушать и объяснять, увлеченность идеями, умение заражать ими других, радость в глазах при встрече и добрая улыбка уже давно заняли своё место у Веды в сердце. И она, смотря сейчас на Даниэля, понимала, что вот сейчас этого дорогого ей человека может не стать. И именно она в этом виновата. Он спасал её. Не задумываясь, кинулся, закрыв собой. А она... А она просто стояла и как трусиха ничего не предпринимала.
   'Боже! - взмолилась Веда, прикрывая глаза. - Пожалуйста! Ни о чём тебя не просила! Сейчас прошу. Не дай умереть Даниэлю! Если это его судьба, если так и должно было быть... прошу, дай ему шанс выжить. Он же меня спасал. Не по своей нужде или...'.
   Веда осеклась, пытаясь уловить мелькнувшую даже не мысль, а ощущение мысли. 'Нужда', - опять повторила она, широко раскрывая глаза, наконец видя, что её старания остановить кровь ни к чему не привели. Рана Даниэля сквозная, и кровь беспрепятственно вытекала снизу.
   - Зал. Мне нужен Зал, - прошептала Веда.
   - Что? - не понял стоящий рядом Карыч.
   - Алекс! Санни! - позвала она громко. - Поднимите Дана. И, Алекс, срочно открывай путь обратно. Нам нужно в Зал этот ваш.
   - Веда, - попыталась достучаться до неё баба Дуся, - ты только растягиваешь его агонию и...
   - Нет! - резко поворачиваясь и почти крича, оборвала Дусею Веда. - У меня есть шанс. И я сделаю всё от меня возможное и невозможное, но Даниэль будет жить!
   И больше ни с кем не разговаривая и ничего не объясняя, уже потребовала:
   - Алекс! Срочно открывай дверь в Зал Судьбы. Немедленно!
   Мимо неё пролетели полупрозрачные ленты-щупальца, и кровь, зажатая двумя из них сверху и снизу, остановилась. Несколько других щупальцев подняли тело умирающего мужчины и застыли, ожидая чего-то. Веда смотрела как-то отстранёно за манипуляциями Санни и Ранта, который тоже подключился к делу. Не удивляясь и не ужасаясь происходящему.
   Пару мгновений, и они опять на полянке возле 'ржавого' камня.
   - Зал! - тут же громко позвала Веда. - Зал! Я в нужде. Ты обещал помочь. У меня тут человек умирает. Я прошу! Помоги ему!
   Даниэля уложили на небольшой постамент, который стоял тут же возле камня, но щупальца продолжали зажимать рану.
   'Не могу', - проступили серые буквы на камне.
   - Почему? - требовала она, не собираясь сдаваться.
   Веда подошла к лежащему мужчине и попыталась улыбнуться ему. Но улыбка так и не родилась. Лицо белое, маленький полузасохший ручеек крови, стекавший из уголка почти синих губ, которые стараются скривиться в улыбке. А глаза. В глазах столько сожаления и... Веда отвела взгляд, не в силах принять то, что она там увидела.
   Посмотрев на Камень, она ещё раз спросила:
   - Почему не можешь?
   'Век человека короток, а значит -
   Его дорога привела сюда.
   Он выполнил предназначение
   И в одночасье будет призван Создателем для себя', - проступила очередная надпись.
   - Что значит, век короток?! - возмущённо-обречённо простонала она, осознав написанное. - Предназначение? Да кто решает? Вы сами там что-то о моей важности говорили. Он спас меня! Меня! Понимаешь? А значит, я в долгу. И я не позволю ему умереть, пока не отдам долг!
   Веда краем сознания понимала, что несёт бред, но хваталась сейчас за любую соломинку, лишь бы Даниэль жил.
   Камень 'промолчал'.
   - Ты поможешь мне? - пристально смотрела на этот самопишущий объект, ожидая ответа.
   'Я не могу изменить выбранное', - был ей ответ.
   - Но ты помог Санни... - начала она, но осеклась, увидев следующую сверкающую перламутром надпись.
   'Он Хранитель. Сущность звала. Его из Мира теней за собой привела.
   А у человека всего лишь Душа. Без неё он не жил никогда.
   Ты готова пожертвовать частью себя, став опять миражом, и уйти в никуда? Коль готова, иди! Майхэм у Хранителя - забери. И человеку своему новую жизнь подари!'.
   Веда могла поклясться, что ей ответили эмоционально и с раздражением. Но задумываться над этим не стала. А посмотрела на Даниэля. Он уже лежал с закрытыми глазами и ни на кого не смотрел. Подойдя к нему и взяв руку, Веда отстранённо отметила, что она ледяная. Положила ладошку на лоб. Убедилась, что и он не отличается теплотой. Она наклонилась и прижала ладошкой его голову к себе.
   - Данюш, ты держись. Я... я... я придумаю что-нибудь ещё. Ты только не... - она запнулась, осознавая, что опять плачет, не в силах произнести слово 'умирай', понимая, что уже ничего не придумает. Времени не осталось.
   - Я... - едва слышно, почти беззвучно начал граф Мортэн. И если бы Веда не обнимала его, то не расслышала ни звука. - Я... хочу, чтобы... ты... знала, - с трудом продолжал он шептать, а Веда только бережно прижимала его голову к себе, не в силах вымолвить ни слова. - Я... тебя... я... люблю... и Ирэн... позаботься...
   - Я отдам свою жизнь, - услышала она ставший ей родным голос.
   Резко повернувшись, Веда увидела решимость, с которой спорить было бесполезно.
   - Нет! - категорично всё-таки заявила она. - Лучше уж я сама...
   - Тебя спасли не для этого, - возразили ей.
   - А я говорю нет. Тебе тоже не для этого второй шанс давали.
   - Я не умру, - тихо пояснили Веде.
   - Как это? - не понимала она ничего.
   - Я отдам свою сущность. Она из-за грани вернёт душу Даниэля. А сама...
   - А сама? - поторопила она, так как ставший ей сыном арханг замолчал, явно не намереваясь продолжать.
   - Сама останется в мире теней.
   - Как... А... Нет! - категорично заявила Веда, не желая терять ещё и Санни.
   Она смотрела на своего сына и видела решимость. Упрямо поджатые губы, лёгкий наклон головы, вызов в глазах. Он уже всё решил, и что могло его переубедить, она не знала. Веда разрывалась между нежеланием терять сына и желанием спасти друга. Она посмотрела на Даниэля. Он уже закрыл глаза и, казалось, не дышал. Веда опять посмотрела на Санни, намереваясь запретить ему делать задуманное. Взгляд мазнул по камню и уловил проступившие на нём слова. Она ещё раз перечитала надпись, силясь понять, не помешалась ли она рассудком от горя и правильно ли понимает написанное там.
   Надпись гласила:
   'Выбор сделан. В дар сущность принята. Душа человека будет обратно возвращена'.
   Веда перевела взгляд на Санни, который подошёл к другу, стоящему возле алтаря, и неотрывно смотрел ей глаза. Алекс, наоборот, опустил взгляд на Даниэля и молча сжал плечо её сына в знак поддержки.
   Веда не понимала. Ничего не понимала. Она смотрела на сына и Алекса и не могла произнести ни звука. Мысли метались хаотично.
   Реальность опять поплыла. Но сквозь слёзы Веда увидела смазанную тень, метнувшуюся откуда-то сзади, и услышала вскрик Алекса:
   - Что...?
   - Так правильно, - спокойно, твёрдо и тихо оборвали его невысказанный вопрос.
   И всё. Наступила тишина. А Веда так и стояла, зажмурившись, опустившись на колени рядом с Даниэлем. Руку обожгло огнём, но она так и не открыла глаза. Про себя повторяя: 'Пожалуйста... пожалуйста... пожалуйста...'.
   Сколько это продолжалось, Веда не знала, но упорно не желала, а вернее, боялась увидеть крах своих надежд. И только стук её сердца продолжал отсчитывать идущее время.
   - Вееедааа, - тихо позвали её.
   И один камень упал с плеч. Санни. Его голос звал её. Она открыла глаза, но не увидела перед собой Даниэля. Алтарь был пуст, а её рука свободно лежала на камне, сжимая окровавленную кофту. Очень медленно Веда подняла взгляд на Алекса, стоящего перед ней.
   - Прости, - прошептал он одними губами.
   Сердце опять зажали в тиски. Ни пошевелиться, ни сделать вздох невозможно. А перед ней только виноватая голубизна.
   'Это... это... всё?.. Не получилось?' - болью застыл вопрос у неё в глазах. Алекс отвёл взгляд.
   - Не... не... нет... - сначала медленно, а затем быстрее замотала Веда головой. - Это не... Он не... - она замолчала, споткнувшись о слово 'умер'.
   Силы покинули её, и она осела на землю, прижавшись лбом к алтарю.
   'Почему? Почему он? - корила она себя, даже не пытаясь остановить слёзы, которые снова застилали ей глаза. - За что? Это же я... я... почему?...'.
   Её никто не трогал, давая возможность выплеснуть своё горе и время принять случившееся.
   - Веда, - лёгким весенним ветерком донеслось до неё. Но горе не отпускало. Шёпот позвал ещё раз: - Веда.
   Замерев, узнавая голос зовущего и не веря себе, Веда медленно обернулась. На расстоянии вытянутой руки рядом с ней парила полупрозрачная фигура мужчины.
   Фигура опустилась на землю и присела рядом с Ведой, давая возможность разглядеть его. Одетый, как и при жизни, во всё чёрное граф Мортэн казался ещё бледнее, несмотря на свою прозрачность. В глазах нежность, а на губах грустная улыбка.
   -Даниэль? - только и смогла произнести Веда.
   - Да, Веда. Это я. Вернее, то, что от меня осталось.
   - Но... а как... они же... - она повернулась к Алексу, - камень же... и дар принят... и... как это...? - так и не смогла сформулировать свой вопрос Веда и повернулась опять к Даниэлю.
   - Моё тело не выдержало трансформации и не дождалось возвращения души, - пояснил на невысказанный вопрос граф.
   - А...
   - Рант отдал свою сущность, - пояснил Алекс.
   - Но...
   - Да. Не получилось, - услышала она на очередной свой мысленный вопрос. - Вернее, получилось, но не так, как мы ожидали. Даниэль не арханг. Его тело не смогло выдержать перерождение. А душа вернулась из мира теней.
   Веда, не отрываясь, смотрела в родные карие глаза и думала, думала, думала. Но сегодня был, видно, не её день. Решение не находилось.
   Граф не мешал, не отпуская её взгляд, так же тихо сидя возле неё. Казалось, он прощается. Раз не получилось сделать это при жизни, то хотя бы так. Молча. Одними глазами говоря: 'Прости, что не встретил тебя раньше. Прости, что расстраиваю тебя. Прости... за всё прости'.
   - Даниэль, - наконец смогла произнести Веда, - мы что-нибудь придумаем. Ты...
   - Не надо, - прервал он её. - Всё так, как должно быть. Я рад, что в оставшееся мне время ты рядом со мной. И я могу сказать, что безмерно счастлив, что полюбил такую женщину, как ты. Добрую. Светлую. Необыкновенную. Умную. Смелую. Заботливую. Красивую. Умеющую любить. И щедро делящуюся своей любовью с близкими. И я поступил бы так же ещё раз, если бы тебе угрожала опасность. Я не жалею ни о чём. И не надо плакать. Всё хорошо. Правда. Ты только живи. И будь счастлива.
   - А ты? - тихо прошептала Веда.
   - А я? - он поднял руку и легонько коснулся её щеки, стирая дорожку слёз. - Я уже счастлив.
   Веда прикрыла глаза, ощущая прикосновения ветерка к лицу и боль потери.
   Даниэль улыбнулся и поднялся.
   - Мне пора.
   Повернувшись к Алексу, он попросил:
   - Откройте мне путь в наш мир. И...
   - Я не отпущу тебя, - вставая за ним, твёрдо сказала Веда. - Ты будешь здесь, пока мы что-нибудь не придумаем.
   - Веда, - обернувшись к ней, начал Даниэль, - не надо...
   - Надо! Ещё как надо! - не дослушав, перебила она его. - И я обязательно что-то придумаю.
   Она вытерла слёзы. Оправила платье. И посмотрела на Санни с Алексом.
   - Его, - Веда указала на Даниэля, - отсюда не выпускать. Что с Рантом?
   - Он остался в мире теней, - ответил ей Санни.
   - А его...
   - Нет. Его тело мы не можем использовать, - понял её без слов Санни. - Он арханг. Даниэль человек. Не получится. Да и тело без сущности скоро исчезнет.
   - Понятно.
   Веда повернулась к Даниэлю.
   - Возражения не принимаются, - но видя, что он всё же не согласен с её решением и собирается ей их высказать, попросила: - Дай мне три дня. Три дня, и я сама провожу тебя за грань.
   Даниэль молчал, не соглашаясь, но и не возражая. И Веда продолжила.
   - Дай мне этот шанс. Шанс всё исправить. Шанс... Я не буду настаивать. Я не буду просить остаться, если тебя не устроит моё предложение. Но подари мне эту возможность. Пожалуйста.
   И Даниэль сдался. Он молча кивнул и растворился.
   Веда растеряно перевела взгляд на Алекса.
   - Он тут. С ним всё хорошо. Так что не переживай.
   - Ладно, - выдохнула она. - Тогда пойдёмте обратно. У нас мало времени.
   Через пару секунд они исчезли с поляны, а на их месте материализовался граф Мортэн. Он присел и поднял оставленную Ведой кофту. Вся в крови и порванная в нескольких местах одежда уже не подлежала восстановлению. Но ему это и не нужно было. На эту вещицу у Даниэля были другие планы.
  
  
   ***
  
  
   - У нас остались сутки, чтобы решить, что делать, а у меня..., - Веда вздохнула, сокрушаясь.
   Она уже допила травяной чай, который ей принёс Карейн. И сейчас ждала, когда он вернёт ей её записи.
   Веда сидела в избушке Дусеи безвылазно уже несколько дней и записывала все идеи, которые приходили в голову. А потом безжалостно сама же их критиковала и вычёркивала. Ожидая, когда ей вернут обещанное, она принялась массировать виски, пытая утихомирить головную боль, которую вдруг осознала.
   - Пошла бы, поспала, - смотря с беспокойством на неё, предложила Маруська.
   - Нет, Марусь. Я должна найти выход. Я должна ему помочь. А в голову, как на зло, ничего не приходит, - прикрывая ладошкой зевок, проговорила Веда.
   Ей вдруг очень захотелось прикрыть на пару минут глаза. Всего пару минуточек, и всё. И она опять сядет искать решение этой задачи. И она найдёт его, чего бы ей это не стоило.
   Глаза закрылись сами собой, а голова легла на сложенные на столе руки.
   Ещё минута, и Веда крепко спала, усыплённая настойкой из трав, а Карейн бережно переложил её на кровать и укрыл пледом.
   - Веда нам этого не простит, - тихо проговорил Санни, проследив за действиями Карыча, и приступил опять к своим записям.
   - Сейчас - нет, - тихо вздохнула Дусея. - Но со временем она поймёт, что так лучше. Даниэль сам хотел уйти. А так она только больнее делает и себе, и ему.
   В избушке установилась тишина. Каждый был занят своими мыслями. Каждый переживал за Веду. И каждый корил себя, что ничего не может сделать, чтобы облегчить боль дорогого им человека. А Веда спала беспокойным сном. Ведь даже во сне её не покидали мысли о помощи другу и желание сделать всё, чтобы Даниэль жил.
  
  
  
   Глава 7. Жизнь после...
  
  
   - Ты уверена, что это единственный выход?
   - Ты сомневаешься в моём слове?
   Веда сидела в плетённом кресле за столиком на уже знакомой полянке возле озера и пила имбирный чай в божественном обществе.
   - Нет. Но...
   - Ты не сдержишь своё, если поступишь так?
   - Да, - печально вздохнула она, понимая, что именно это ей и не нравится.
   - И тебя это тревожит? - усмехнулась Рея.
   - Да. Но я сделаю так, если это единственный шанс.
   - Пока - да. Я не могу больше ничем тебе помочь, - богиня поставила изящную чашечку на блюдце на столе и посмотрела на Веду. - И не обижайся на своих друзей. Они хотели тебе помочь.
   - Благими намерениями, - хмыкнула Веда, ставя свою чашечку на стол и поднимаясь. - Где мне взять этот булыжник?
   - Девочка, побольше уважения к святыни, - возмутилась Рея, скрестив руки на груди. - Я ей помогаю, так сказать, за просто так. А она - булыжник.
   - Ну, я тебе помогла. Ты мне. Всё честно, - Веда тоже скрестила руки на груди. - Так, где этот вам... ваша святыня?
   - Когда проснёшься, спроси своего, - Рея улыбнулась, - сыночка. Он подскажет. А потом отправляйся с Алексом в Зал. Он будет в курсе.
   - Хорошо.
   - И запомни слова, - поднимаясь, напутствовала богиня.
   - Запомню.
   - Вот и отлично, - Рея улыбнулась и обняла Веду. - Удачи, девочка моя.
   - Спасибо, что не оставила меня.
   На это Рея только улыбнулась в очередной раз, и картинка перед глазами Веды поплыла.
  
  
   Веда
  
  
   Открыв глаза, Веда обнаружила себя в домике Дусеи. Рядом сидел Санни и держал её за руку. В детских глазках отражалось беспокойство.
   - Я не буду ругаться, Санни, - тихо проговорила Веда. - Только расскажи мне всё, что ты знаешь о санскритских хронах.
   Глаза ребёнка расширились, понимая, что задумала Веда. Но он промолчал. Только оглянулся и посмотрел на дверь.
   - Если ты и в правду собираешься это сделать, у нас мало времени.
   - Я знаю. Поэтому сразу и спросила. Мне нужен этот хрон.
   - Парочка имелась у меня на родине. Но я сейчас не Хранитель и не смогу без Алекса открыть дверь никуда.
   - К нему мы попозже заявимся, - откидывая одеяло и садясь, сказала Веда. - Сейчас я слушаю всё, что ты знаешь о хронах, и где взять информацию о ритуале.
   - Веда, а ты уверена, что...
   - Нет, - перебила она Санни, признаваясь, - но другого выхода я не вижу. Пока не вижу, - поправилась она.
   - А отпустить...
   - Нет.
   - А он...
   - Я потом у него попрошу прощение. Но отпустить его не могу.
   - Почему? - Сани смотрел на неё выжидательно, так и не выпустив её руку.
   - Он меня спас. Я хочу вернуть долг.
   - Только ли поэтому? - допытывался её сын.
   - Что ты хочешь знать? - устало вздохнула Веда, освобождая свою руку и вставая.
   - Зачем тебе это? Если это его судьба, зачем мешать случиться тому, что должно?
   - Если должно, я отступлюсь. А если есть шанс, я его найду и использую.
   - Почему? - в очередной раз услышала она.
   - Он мне очень дорог.
   - Ты его... любишь? - тихо спросил мальчик.
   - Да. Как друга.
   - Понятно, - Санни поднялся и, смотря в глаза своей эрхэме, стал рассказывать о хронах всё, что знал.
   А Веда, внимательно слушая, собирала в дорогу необходимое, параллельно задавая уточняющие вопросы и переспрашивая непонятное. Когда они собрались, день уже клонился к концу. И у них оставалось пару часов, чтобы найти Алекса, отыскать хроны и провести обряд.
  
  
   ***
  
  
   - Даниэль, - позвала Веда.
   - Да, - тут же материализовался он возле неё.
   - Привет, - нежно и в то же время грустно улыбнулась она, рассматривая его прозрачные очертания.
   - Привет, - улыбнулся он ей в ответ. - Ты пришла.
   - Да. Я же обещала.
   - Проводишь, - больше утвердительно, чем вопросительно сказал граф, не переставая улыбаться. А смотрел так, как будто старался запомнить, сберегая на потом её образ.
   - Провожу, - кивнула она, - потом.
   - У тебя есть предложение? - удивился Даниэль.
   - Да. Но... можно я кое-что проверю? - она отвела взгляд, изображая, что что-то высматривает.
   На самом деле ей было стыдно за враньё, которое она придумала, чтобы не говорить правды.
   - Можно, - усмехнулась душа Даниэля. - Хотя я вижу, что ты что-то задумала, но не могу тебе отказать.
   - Ты ... - Веда взглянула на него.
   - Разрешаю. Пробуй, - уверенный в том, что ничего не получится, разрешил граф Мортэн.
   - Хорошо, - с облегчением вздохнула она, понимая, что он всё равно её не похвалит, когда узнает, что она задумала.
  
  
   ***
  
  
   - Этого не может быть!
   Веда оглянулась. На поляне собрались все сёстры Арангиты в окружении восемнадцати архангов. Веда перевела взгляд на переливающийся всеми цветами радуги у неё в руках небольшой шарик и тихо прошептала:
   - Прости.
   Прямо на глазах он уменьшился до размеров горошины. Мигнув пару раз на прощание, он застыл изумрудом у неё на ладошке.
   - Прости, - ещё раз прошептала она и вложила в специально приготовленную и уже закреплённую у неё на браслете секцию.
   Повернувшись к пришедшим, Веда молча смотрела на них и ждала. Санни встал рядом и так же молча смотрел на всех. Алекс подошёл неслышно и встал по другую сторону от Веды.
   - Веда, доченька, - начала Дусея, - прости нас, мы...
   - Я знаю, - перебила говорившую она. - Вы хотели, как лучше.
   Она ещё раз обвела всех взглядом и направилась к 'ржавому', как обозвала его сама же Веда, камню. Рядом, не спеша, также двигались бывший и действующий Хранитель.
   - Я сделала, что должна была. Теперь я хочу покинуть это место.
   И подвластный её воле Зал Судьбы выполнил просьбу Веды. Три фигуры исчезли из Зала, чтобы появиться на полянке в лесу.
   Веда выдохнула, немного расслабляясь и обернувшись к сыну, обняла его. Санни тут же обхватил её талию двумя руками, прижимаясь к ней. А она грустно улыбнулась и погладила его по светлой голове.
   - Куда вы сейчас? - спросил стоящий рядом Алекс.
   - Домой, - просто ответила Веда.
   - Это куда? - поднял голову, заглядывая в её глаза, заинтересовался Санни.
   - Куда, куда? Я же виконтесса. Вот в моё виконтство и поедем. Знакомиться.
   - А...
   - Алекс может поехать с нами, - ответила она на незаданный вопрос сына.
   Санни посмотрел на друга.
   - С радостью, - улыбнулся тот, довольный, что про него не забыли. - Но чуть позже. Тут надо кое-что закончить.
   - Ну вот и хорошо, - повернувшись, не выпуская сына, Веда позвала: - Дядя Миша! Вы тут?
   - А куды мне деватися-то? - раздался где-то рядом знакомый, с лёгкой хрипотцой голос.
   - Дядь Миша, а можно нам тропинку в виконтство Велтэр?
   - А чёй-то нельзя? Можно, - появился из-за ближайшего дерева и приблизился леший. - Идёмте, чёй ли?
   - Идём, - Веда протянула свободную руку Микайло, и тот сжал её ладошку своей толстой лапищей. - Но у меня ещё одна просьба.
   Она взглянула на Алекса, который молчаливо улыбался, и попросила.
   - Можно, когда новый Хранитель закончит свои дела, открыть ему короткий путь к нам в гости?
   Леший задумался, смотря на неё и Санни. Потом перевёл взгляд на Алекса и, кивнув своим мыслям, изрёк.
   - Ладушки. Открою я ему три пути-дороженьки, - и уже самому Хранителю: - Звать знаешь как?
   - Я... ну... - Алекс виновато улыбнулся, пряча смущение из-за незнания таких вещей, как призыв лешего.
   - Эх ты, - покорил его Микайло. - Всему-то вас, молодняка, учитите надобно. Слушай и запоминай. Когда в гости к нашей Ведушке соберёшься, выйти тебе надобно в лесок и сказать...
   - Дядя Миша, к Веде с Санни хочу, сил нет, - засмеялась слушающая до этого их Веда.
   - Цыц, - шикнул на смеющуюся леший. - Никакого уважения.
   - Да ладно вам, дядя Миш. Ну какие заговоры-наговоры? Он же нам не чужой. Давайте по-простому.
   Микайло только покачал головой, пряча улыбку от полюбившегося ему обращения в бороду.
   - Будет вам по-простому. А сейчас идёмте?
   - Идём, - согласилась Веда.
  
  
  
   Глава 8. Новый дом
  
  
   Дядько Микайло выполнил своё обещание и до виконтства Велтэр Веда с Санни добрались очень быстро. Уже через десять минут они стояли возле средних размеров домика.
   Выйдя из леса, по которому прогулялись с лешим, Веда с сыном оказались возле небольшого озерца, укрытого раскидистым деревом, напомнившим ей плакучую иву. Под деревом стояла парочка резных деревянных скамеек, а чуть дальше небольшая качелька для детей.
   Пройдя немного вперёд, они увидели свой новый дом. На её непредвзятый взгляд, Веда назвала бы его трёхэтажным коттеджем в стиле винтаж. Аккуратненький, в бежевых тонах, с тёмно-коричневой черепицей на крыше, с парочкой балкончиков и окнами, выходящими на солнечную сторону, он ей понравился.
   Ограда была не выше полутора метров, целиком из кустарников тёмно-зелёного цвета с жёлтыми в крапинку большими цветами, которые Веде напомнили лилии. Но её уже просветили, что именно эти цветы не дадут незваному гостю проникнуть в дом. Они, как сторожевые псы, имели острые зубчики и чутко следили, чтобы нарушители не ушли от наказания в виде покусанных филейных частей и конечностей и огромных некрасивых сине-зелёных опухолей от укусов этих милых созданий. Это была смесь магии и селекции. Цветы нещадно наказывали нарушителей, но не трогали 'своих'. Своими были те, кому хозяева с помощью настойки на их крови открывали 'доступ', и те, кого сами хозяева приглашали в дом.
   В ограде была установлена резная калитка, выкрашенная в приятный солнечный цвет. Пройдя по такой же солнечной песочной дорожке к калитке, Веда с Санни остановились, гадая, как бы привлечь к себе внимание. Но эта проблема решилась сама.
   Стоило им выдвинуться в сторону домика, как рядом с калиткой появился коренастый мужчина в сером костюме. Веда бы назвала его невзрачным из-за одеяния, которое сливалось с пепельными волосами и бледно-голубыми глазами. Но широкие плечи привлекали внимание к мужчине, делая его, если не запоминающимся, то заметным.
   - Здравствуйте, - Веда первая начала разговор. - Чей этот дом, не подскажите?
   Мужчина с каким-то подозрением посмотрел на них, но ответил.
   - Виконтессы Велтэр.
   - Ну, значит, мы на месте, - улыбнулась Веда, чем озадачила мужчину. - Я виконтесса Ведариэтта Велтэр. А это мой сын Саннимус. Открывайте, любезнейший. Мы с дороге устали и...
   Глаза мужчины теперь выражали наивысшую степень удивления. То есть грозили вылезти из орбит.
   - Вы?
   - А что? - не поняла Веда.
   - А... а где сопровождение? Где прислуга, багаж? Документы?
   - Аааа. Вы об этом, - успокоилась Веда, доставая бумаги из своей сумки. - Вот. Можете ознакомиться. Только...
   Она посмотрела на калитку, не зная, как поступить. Протянуть бумаги через неё или сначала войти? Но подумав, что теперь она тут хозяйка, попросила:
   - Но сначала, будьте добры, впустите нас.
   Мужчина молча открыл калитку, но протянул руку к документам. Веда без возражений вручила их ему. Изучив королевскую печать, которую, как знала Веда, подделать невозможно, там что-то было связано с магией и родом, мужчина приступил к содержанию. Ознакомившись с документом, постоянно кидая взгляд на пришлых, он отдал их Веде.
   - Простите, миледи. Но сами понимаете...
   - Я всё понимаю. Всех же не будете впускать и на слово верить. А теперь представьтесь и проводите нас в дом. А то мы очень устали.
   На вопрос о вещах и сопровождении она пока не торопилась отвечать.
   - Да, конечно, - заторопился мужчина. - Моё имя Патрейк Ритер. Я тут... - он замялся, но продолжил, - всем руковожу. Вот сейчас как раз собрался за поверенным. Как раз хотели успеть к вашему приезду. Мы вас не раньше одной луны ждали. И дом... Не совсем готовы к вашему приезду, - оправдывался управляющий, как его сразу окрестила Веда.
   - Ничего. Пока побудем в гостевой комнате, - направляясь к дому, слушая Патрейка, оборвала извинения Веда. - За день же наши комнаты приведут в порядок?
   - Да, но...
   - Вот и ладно, - отворяя дверь, заключила Веда.
   Войдя, она огляделась. Внутри их ждал приятный полумрак. 'Электричество экономят что ли?' - хмыкнула Веда. Но тут же себя пожурила, продолжая осматриваться: 'Какое электричество? Тут благо, если есть свечи'.
   Квадратный просторный холл был задрапирован в ткань светлых тонов, украшен напольными и настенными подсвечниками, вазонами с красивыми белыми и красными цветами, резными фальш-рамками, в которых что-то находилось. Что именно, Веда не рассмотрела. И венчала всю эту красоту, помимо 'хрустальной люстры', висевшей высоко под потолком на уровне третьего этажа, белоснежная лестница.
   'Мрамор', - заключила Веда, хотя никогда в этом особо не разбиралась.
   Лестница заканчивалась небольшой площадкой, укрытой красивым с вензелями по краям, красно-коричным ковром, таким же, как и вся лестница. А на стене висела огромная картина всадницы на гнедом, гарцующим перед усадьбой. Рядом с портретом, по бокам, стояли напольные подсвечники с зажжёнными свечами. Веда хорошо видела изображение на картине и всадница показалась ей смутно знакомой, но этим вопросам она решила озаботиться позже. От площадки лестница раздваивалась, полукругом уходя вверх, встречаясь на втором этаже.
   - Чем могу помочь? - услышали пришедшие приятный мелодичный голос.
   Веда повернула голову и увидела невысокую, добродушную на вид, пышную женщину в серой рубашке с тесемкой, завязанной у горла и длинной в пол такого же цвета юбке. Волосы цвета пшеницы были стянуты в узел на затылке, а в руках она держала ножницы.
   - Добрый день, - поздоровалась Веда.
   Санни только склонил слегка голову, приветствуя женщину.
   - Да, можете. Я виконтесса Велтэр. А это, - она обняла одной рукой Санни, - мой сын Саннимус. А теперь проводите, пожалуйста, нас в гостевую и начните приводить наши комнаты в порядок.
   Женщина перевела немного недоуменный взгляд за спину Веды. И, видно, получив подтверждение, быстро сделала книксен и убрала ножницы в карман.
   - Простите, миледи. Мы вас не ждали. Моё имя Марика Роз. Я слежу за хозяйством.
   - А... - Веда оглянулась на мужчину.
   - А мистер Ритер отвечает за порядок и имущественные вопросы в хозяйстве, доход, налоги, ремонт, а я слежу за домом, - правильно поняла экономка замешательство Веды.
   - Понятно. Тогда, Марика, проводите нас в наши комнаты и распорядитесь о ванне и обеде, пожалуйста.
   - Да, да. Конечно, - заспешила женщина. - На второй этаж, пожалуйста. Там ванные комнаты сейчас натопят. И комнаты быстро приведём в порядок. А... - она остановилась, глянув на Санни, и перевела взгляд на Веду, - молодой господин... ему где готовить комнату?
   Веда не поняла вопроса, но страх в глазах женщины успела заметить, перед тем, как та отвернулась. 'Странно. Не было же ничего такого', - размышляла она. Посмотрела на Санни. Он слегка пожал плечами, давая понять, что сам не в курсе происходящего. Но лёгкая улыбка выдала, что он знает, к чему вопрос, но не хочет пока об этом говорить.
   На втором этаже стоял тоже полумрак, но тут было намного светлее, чем в прихожей. Длинные коридоры, закрытые резные двери, настенные подсвечники, картины, и, что очень радовало Веду, всё было сделано в приятных, тёплых, светлых тонах.
   - Сегодня, после купания и обеда, вы можете провести нам экскурсию по дому? - следуя за Марикой, спросила Веда. - Мы и выберем, кто где будет. А мистера Ритера попросим завтра показать нам усадьбу.
   - Что? - не поняла Марика, останавливаясь перед простой дверью, выкрашенной в белый цвет.
   - Покажете нам дом? - поняла затруднение женщины Веда.
   - Да, да. Конечно, - открывая дверь и впуская виконтессу и сыном, согласилась экономка.
   - Вот и отлично.
   Веда улыбнулась, осматривая просторную светлую комнату с двумя огромными, во всю стену, окнами. Через них свободно лился солнечный свет, делая помещение уютным.
   В комнате ничего лишнего. Три большие бадьи-ванны, подсвечники вдоль стен, вёдра возле ванн, пара столиков с щётками, баночками и полотенцами. Четыре лавки, с одной из которых сейчас подскочила молоденькая рыжеволосая девушка в такой же серой 'форме', как и у Марики.
   Увидев, кто вошёл, девушка сделала книксен и, не поднимая головы, отчиталась:
   - Мадам Роз, уборку закончила. Принадлежности все поменяла. К приезду хозяйки всё готово.
   - Молодец, Мо. А теперь позови Ви и подогрейте для хозяев воду.
   Девушка стрельнула глазами в Санни и Веду и тут же их опустила, временно удовлетворив своё любопытство.
   - Хорошо, мадам Роз.
   Очередной книксен, и девушка скрылась за дверью.
   - Располагайтесь. Сейчас Мо быстро всё организует. А... - Марика опять запнулась, взглянув на Санни, и перевела взгляд на Веду.
   - Санни я сама искупаю, - заявила Веда, не став пока допытываться причинами странной реакции на бывшего хранителя.
   - А как же? - недоумения во взгляде прибавилось. - Он же... а как же...
   - Это мой сын. Почему я не могу его искупать?
   - Но... вы же... а он...
   - Очень информативно, - хмыкнула Веда. - Хорошо. Он сам искупается. Хорошо?
   Всё ещё находясь в прострации, экономка кивнула, принимая решение новой хозяйки, но тут же опомнилась и, отведя взгляд, залепетала:
   - Да, да. Конечно. Простите, я не должна была и... простите. Больше этого не повторится. Простите.
   - Марика, да что с вами? - теперь непонимание читалось в глазах у Веды. - Что не повторится?
   - Мам, здесь так не принято, - заговорил молчавший до этого Санни.
   - Как?
   - Решение хозяев под сомнение не ставят. А если и ставят, - он повернулся и подошёл к одному из окон, - то сомневающийся сразу лишается своего места. Вот Марика и испугалась, что тебе её непонимание относительно меня не понравится, и ты 'попросишь' освободить место.
   Веда посмотрела на поникшую женщину. Марика опустила взгляд и молча слушала Санни, не перебивая и не извиняясь больше.
   - Марика, это так?
   Экономка кивнула.
   - Я могу вас освободить от занимаемой должности в трёх случаях.
   Женщина подняла голову и посмотрела на виконтессу.
   - Первое, если вы сами попросите. Второе, если вы будете пренебрегать своими обязанностями. В доме будет бардак, грязь, пыль, и вы ничего не будете делать, чтобы это исправить.
   - А третье? - робко задала вопрос экономка, так как Веда также отвернулась и, подойдя к сыну, молча смотрела на пейзаж за окном.
   - Я не прощаю предательства. Если вы пойдёте на преступление против меня или близких мне людей: соврёте, своруете, сознательно что-то испортите, мебель, еду или ещё что. Расскажете что-то кому-то, что делается в этом доме и для других ушей и глаз не предназначенное. Любую проблему, если это не смерть, можно решить. В людях я ценю честность, ответственность и верность слову. И сужу о людях по поступкам, - Веда обернулась. - Понятно?
   Марика кивнула.
   - Вот и отлично. Есть ещё ванные, или это единственная комната?
   - Для гостей две и в хозяйских ещё три, - пояснила успокоившаяся экономка.
   - Отлично. Я...
   - Я пойду в соседнюю, - перебил Веду Санни. - А ты оставайся здесь.
   - Но...
   - Я не маленький. И сам могу сделать такое простое дело, как искупаться, - запротестовал Санни, но вызвал только улыбку у своей эрхэмы. Он ответил на улыбку и пояснил: - Ну, не вместе же нам тут купаться? Тем более, сюда придут девушки. А мне не хочется своей голой пятой точкой отсвечивать.
   - И где ты таких слов понабрался? - всё ещё улыбаясь, задала риторический вопрос она, прекрасно зная, где. Веда радовалась, что Санни с ней. И она уже не одна в этом мире. - Ладно. Топай, не маленький. Встретимся в гостиной. Марика тебя проводит потом.
   - Хорошо, мам, - он обнял Веду, и дождавшись, пока она его поцелует в макушку, вышел из ванной комнаты.
   - Нуте-с, приступим-с, - радуясь купанию, и что всё пока получается, как она хочет, приступила к раздеванию Веда.
   Через пару минут ванна была наполнена горячей водой, а девушки отпущены. Новая виконтесса не пожелала, чтобы её мыли, сказав, что религия не позволяет. Что такое 'религия', объяснять не стала, а с удовольствием понежилась в горячей водичке, оставшись одна.
   Через полчаса виконтесса Велтэр и её сын были накормлены. А ещё через час им провели экскурсию по дому. Новые хозяева выбрали себе комнаты и отбыли отдыхать. День был насыщенным. А на утро предстояло ещё много дел.
  
  
   Глава 9. Домомучительница, домочадцы и другие прелести
  
  
  
   Веда
  
  
   - Миледи, а я вам говорила, не дело виконтессе у плиты стоять, как обычной стряпухе, - причитала Мо.
   С девушкой-служанкой, которую звали Мотильда, но её все называли Мо, Веда сдружилась быстро. Именно её Веда встретила в первую свою ночь в особняке, когда вышла в коридор за стаканом воды, так как не нашла кувшин у себя в комнате. Но незнание расположения комнат привело к тому, что новая хозяйка всего виконтства заблудилась. Мо встала по той же причине. Пить захотела. И очень удивилась, когда встретила Веду в крыле для прислуги. Девушка проводила её на кухню, напоила и даже накормила виконтессу, так как Веда попросила бутерброд или хотя бы яблоко. Слово за слово, и вот девушка уже рассказывала, кто в доме 'главный', кто задирает нос, а кто честно работает. Из двадцати трёх работников, Мо не нравился поверенный, брат мистера Ритера, Аликас Ритер. От него постоянно пахло алкоголем, а шаловливые руки так и норовили залезть под юбку. Притом совершенно не заботило, согласна ли носительница юбки, чтобы под неё залезали, или нет. Не по нраву была и помощница мадам Роз - Магда. Она крутила шашни с Аликасом и постоянно всем была недовольна. Мнила себя тут хозяйкой и ничего толком не делала. Почему до сих пор тут работала, Мо ответить не могла. Ещё девушка пожаловалась на конюха Ива, который был парнем неплохим, лошадей любил и работу свою делал хорошо. Но любил выпить, и часто, когда была нужна помощь в тяжёлой работе, его было не дозваться. Дрых на конюшне.
   Хвалила Мо также за заслуги, а не просто за красивые глазки. Веде понравилось, что в приоритете у девушки были честный труд, взаимопомощь и доброта. И таких качеств у работающих в поместье было большинство, что очень радовало новую хозяйку.
   Также виконтессе поведали, почему прислугу зовут по первым двум буквам. Оказывается, слугам не положено полное имя. Только благородным была дарована эта честь. Марике и Патрейку разрешено было называться целым именем ещё при последнем виконте Велтэре, да будет ему светлой и доброй память. Он не оставил наследников, и всё имущество отошло короне. А управлять хозяйством так и остались два старожилы.
   Когда Магда стала помощницей мадам Роз, она взяла себе целых пять букв. Марика не возражала. А остальные так и остались Ив, Ви, Мо, Ло, Ру.
   Веда подумала, что с утра обязательно познакомится со всеми 'домочадцами'. И начнёт со старушки Ру, кухарки, которую Мо любила, как родную бабушку. Она так нахваливала её выпечку, что новоявленная виконтесса не устояла. И утром, после того, как привела себя в порядок и одела голубой сарафан поверх беловой рубашки с коротким рукавом, Веда первым делом спустилась на кухню. Но никого не застала.
   В помещении всё было прибрано и расставлено на свои места, указывая, что сегодня сюда ещё никто не заходил. Ожидая, когда в сие светлое и хранящее вкусные запахи место спустится ещё хоть кто-нибудь, Веда заварила чай.
   После первого глотка Веду посетила блестящая, как показалась ей, идея. Приготовить пирог. И чебуреки с сыром. И пиццу. И блинчики. И не известно, сколько гениальных идей ещё бы посетили городу Веды, но в кухню спустилась заспанная Мо и отвлекла от потока идей вопросом, что собственно она делает на кухне.
   - О! Вот ты мне и поможешь, - подскочила виконтесса. - Где тут мука?
   - В кладовой, - удивлённо ответила девушка.
   - Неси! - скомандовала Веда, снимая передник с крючка и завязывая сзади тесёмки.
   - А..?
   - Будем делать пиццу с... а что есть? - озадачилась она, вопросительно ожидая ответ.
   - Миледи, а я вам говорила - не дело виконтессе у плиты стоять, как обычной стряпухе, - попыталась вразумить новую хозяйку Мо.
   - Да. Уже два раза. Так что есть?
   - А что нужно? - поняв, что спорить с Ведой бесполезно, решила помочь ей девушка.
   - Ммм... сыр, молоко, яйца, сметана, что ещё?... Овощи. Можно с колбасой сделать, но я не ем мясо. Так что из овощей есть?
   И получив ответ вместе с запрошенными продуктами, так как Мо сноровисто собрала и принесла всё перечисленное, параллельно рассказывая, что есть ещё, виконтесса решила сделать незабвенную Маргариту с грибами и отдельно рыбную.
   Именно за этим занятием заставила их старушка Ру, которая спустилась на кухню через полчаса.
   - Мо? Что тут происходит? Что за безобразие вы тут устроили?
   На последней ступеньке стояла седовласая женщина, чем-то напомнившая Веде Марику. Отличалась она шириной плеч и более высоким ростом, поэтому не казалась такой уж пышечкой. На серьёзном лице сейчас строго сверкали праведным гневом от чужого вторжения на её территорию серые глаза, а губы старушка осуждающе поджала. На женщине была уже знакомая Веде серая униформа.
   'Мда. Надо от этих тряпок избавляться', - подумалось Веде, которая перешла к следующей пицце с тёркой и сыром.
   - Ру, понимаешь... мы тут... - запинаясь, начала девушка и бросила взгляд на ту, которая как раз устроила это 'безобразие' и сейчас без зазрения совести улыбалась, замолчала.
   - Сейчас поставим всё в печь, и через полчаса, ну, или минут через сорок, всё будет готово, - откладывая тёрку, заключила Веда и, вытерев руки, с улыбкой поздоровалась. - Доброе утро. Вы Ру. Правильно?
   - Да. А вы кто? - кухарка перевела колючий взгляд на притихшую Мо и уже ей задала следующий вопрос. - Я долго буду ждать ответ? Что вы тут делаете? И кто это? - Ру кивнула головой в сторону новой хозяйки.
   - Ру, она...
   - Миледи, вот вы где, - появилось ещё одно действующее лицо на кухне.
   - Да, мадам Роз, - не отводя взгляда от кухарки, отозвалась Веда.
   Старушка переменилась в лице, не веря, осматривала виконтессу с ног до головы. Только сейчас Веда осознала, что одета, совсем не как пристало её положению, и улыбка стала шире. Идея родилась сама собой.
   - Что-то случилось? - уточнила она у домоправительницы, переводя взгляд на Марику.
   - Нет, нет. Всё хорошо. Только вас искал молодой господин.
   - Вот и отлично. Направляйте его сюда. И никому больше не говорите, кто я. Хорошо?
   Если просьба и удивила Марику, то вида она не подала, кивнув и удалившись с кухни.
   - Ну, что, - поворачиваясь к застывшей в напряжённом молчании кухарке, - давайте знакомиться сначала?
   - Миледи... простите, - Ру низко склонила голову, явно пряча смятение и страх. - Я не... я...
   - Ру, посмотрите на меня, - тихо попросила Веда. И когда её просьба была выполнена, спросила: - Как ваше полное имя?
   - Рудана, - чуть запинаясь и не поднимая глаз, ответили ей.
   - Отлично. Рудана, я не сержусь. Это хорошо, что на вверенной вам территории, на кухне, чистота и порядок. И всё под рукой. И вы строго следите, чтобы без вашего ведома тут не хозяйничали. Так что увольнять я вас не собираюсь. Успокойтесь, - и уже с улыбкой закончила: - А если вы нам испечёте свои знаменитые булочки, о которых мне Мо прожужжала все уши, то... я тоже открою вам тайны русской кухни, поделюсь парочкой рецептов. И мы устроим сегодня пир для живота...
   - Правда? - робкая улыбка коснулась лица старушки.
   - Конечно. Приступим?
   И они приступили. А через полчаса запах пиццы и другой свежей выпечки уже витал не только по кухне. Именно на него пожаловали гости.
  
   ***
  
   - Ру, почему стол в гостиной ещё не накрыт? - голос звучал неприветливо. Веда даже сказала бы, что надменно. - Скоро приедут господа Ритер, а у нас... А что вы тут делаете? - останавливаясь и с пренебрежением смотря на троицу за столом, спросила женщина.
   - Работаем, - не прекращая защипывать края пирожков и не оборачиваясь, ответила Ру вопрошающей.
   Веда подняла взгляд на темноволосую, голубоглазую женщину в ярко-красной рубашке с коротким рукавом, большим декольте и в чёрной юбке-клёш. На первый взгляд она дала бы ей лет тридцать - тридцать пять, но из-за толстого слоя косметики не стала определять возможный возраст. Зачем? Потом, если захочет, узнает. На пальцах и в ушах рассматриваемой большие кольца дешёвой бижутерии. Красотка, как сразу окрестила её Веда, держала руки на поясе и пыхтела. А ещё, прищурившись, недобро смотрела на них.
   Оценив реакцию кухарки на женщину, то есть отсутствие её вообще, новая хозяйка тоже решила не отрываться от занятия. Они все втроём лепили пирожки. Только Мо делала с капустой, Ру с яблоками, а Веда захотела с картошкой. Параллельно они разговорились, и кухарка, уже не боясь, отвечала на вопросы виконтессы, попросив её называть Ру. Она уже привыкла к сокращению. А ещё старушка, как одна из старожил этого особняка и знающая много чего, веселила девушек курьёзными историями из жизни старого виконта.
   - Ру! - взвизгнула красотка.
   - Что? - не прерываясь, спросила старушка.
   - Кого ты сюда привела? Почему со мной новых слуг не согласовала? И почему... да оторвись ты от своей стряпни! Всё равно её никто не ест.
   Ру прекратила лепить, подняла взгляд и устало спросила.
   - Магда, что тебе нужно? Говори и не мешай работать.
   'Магда, значит?' - уже более заинтересованно смотря на женщину, думала Веда, дивясь, что Ру совершенно не боится помощницу Марики. Но о причинах она решила разузнать позже.
   - Кто это? - некультурно тыкнув в Ведину сторону рукой, опять спросила Магда. - Что она тут делает без моего разрешения?
   - А что, нужно ваше разрешение? - захотелось повеселиться Веде.
   'Нет, правда. В моём собственном доме надо спрашивать разрешение? Чудесненько', - улыбка так и хотела расплыться на её губах.
   - Тебе слово никто не давал, - не отвечая на вопрос, огрызнулась помощница экономки. И опять обращаясь к Ру: - Я жду ответа.
   Переглянувшись с Мо, которая опустила голову, но не из-за страха, а тщетно пряча улыбку, и посмотрев на Ру, которая не таясь улыбалась, Веда расхохоталась.
   - Что ты ржёшь? Прекрати! Немедленно! - разорялась Магда. - Вот приедет виконтесса, я вам покажу.
   Новый приступ смеха был вызван абсурдностью утверждения и предположения, что именно собралась им показывать Магда, когда приедет новая хозяйка.
   - Прекратите! Уволю! Всех уволю! - распалилась женщина.
   - А у вас есть такие права? - сквозь смех решила уточнить Веда.
   - Да! - сложив теперь руки на груди, заявила Магда. - И уволю вас всех! И вообще, я даже согласовывать с виконтессой не буду. Я вас сейчас уволю.
   - Да?! - притворно округлив глаза, ахнула Веда, складывая ладошки вместе. И играя дальше, жалобно продолжила: - А может, не надо? Вдруг мы ещё пригодимся?
   - Нет, - торжествуя, отказала даже в маленькой надежде не быть уволенным Магда всем троим. - Я как скажу, так и будет. У меня есть разрешение виконтессы.
   Веда насмешливо приподняла брови, не припоминая за собой такой оплошности.
   - Да, - не замечая смеющегося взгляда, продолжила Магда. - Марика мне сейчас сказала, что приехала хозяйка. И она дала распоряжение подобрать достойных слуг, - врала помощница экономки: - Вот я вас и уволю. А сама подберу других.
   - А может, всё же дадим виконтессе самой определиться, кого оставить, а кого уволить? - пыталась сидеть со скорбным лицом и старательно прятала улыбку.
   - Нет! Не пристало виконтессе якшаться со всяким сбродом, - и столько высокомерия и пренебрежения звучало голосе, что на миг Веде показалось, что это Магда, а не она, тут хозяйка. И её поведение ей абсолютно не понравилось.
   - И вообще, - тем временем продолжала Магда, - она сама ничего не решает. Как скажу, так и будет. И тебя, Ру, это тоже касается. Заступничество сестрёнки тебе не поможет. Ты старая. Да и сама... - ехидная улыбка расцвета на тонких накрашенных губах. - Уверена, скоро я всем тут буду заправлять и... - Магда осеклась, сообразив, что замечталась. И замечталась вслух. Окинув всех предупреждающим взглядом, она вскинула руку: - Если вы...
   - Так получается, ты тут хозяйка? - оборвала невысказанную угрозу Веда.
   - Да. Именно так. А вы, пошли вон! Чтобы через десять минут вас не было.
   И Магда повернулась, собираясь уйти, но её остановил вопрос.
   - А допечь нам можно? А то сгорит всё.
   -Ну... - женщина задумалась, прикидывая по вкусным запахам, лучше дать им время доготовить. А выгнать она их успеет. - Ладно. Доделывайте.
   И ушла, а Веда спросила:
   - А эта ваша Магда всегда такая?
   - Последнее время да, - Мо явно недолюбливала помощницу Марики. - Как стала крутить шашни с братом мистера Ритера, так вообще испортилась. Он ей соловьём заливает, а она, дурочка, верит. Вот и...
   - А была неплохой девочкой, - вздохнула вдруг Ру, принимаясь опять за пирожки. - У неё тут родители работали. Правда, Даг так и не признал дочь. Гарда тут... ну... у неё много мужчин было. Вот Даг и не поверил. А потом вообще пропал в лесу. Гарда умерла при родах. И осталась Магда с бабкой. Вот её все и жалели.
   - Как пропал? - удивилась Веда. - И его не искали?
   - Да кто ж теперь узнает, как, - вздохнула кухарка. - Ушёл и не вернулся. Искать искали, но... даже останков не нашли. А Магда... бабка постоянно на работе. Ребёнка всё жалела. Сирота. Вот и вырастила...
   - Она считает, что раз она такая обделённая, то ей все обязаны, - пожаловалась Мо.
   - Ладно. Сегодня лечится всё, - доделывая свой пирожок с картошкой, заключила Веда. - Сейчас ставим в печь и пьём чай с пиццей.
  
   ***
  
   - Мам, - Санни тоже привели на кухню запахи вкусняшек.
   И сейчас, стоя возле стола в своей белой рубашке, заправленной в светло-серые брюки, он улыбался.
   - О, дорогой мой. Иди, мой руки, и будем чай пить. А потом знакомиться, - Веда тепло улыбнулась сыну, и пока мальчик послушно пошёл к умывальнику, представила его Ру. - Ру, это Санни. Он мой сын и... - она осеклась, так как на лице старушки прочла недоумение вперемешку со страхом. - Что?
   - Он... сын, но... он же ... не человек? - чуть хрипловато, полушёпотом спросила кухарка.
   - Ну да. А что? - непонимающе смотря на Ру, удивилась Веда.
   - Он...
   - Я арханг, - представился сам Санни. - И да, арханги очень опасны, даже в младенчестве. Но пока мне или моей эрхэме ничего не грозит, я никому не причиню вреда.
   Он подошёл и сел напротив женщин.
   - Мам, а когда мы чай пить будем? А то я ещё не завтракал, - и улыбнулся самой обаятельной улыбкой, какую только видела у него Веда.
   Ру всё ещё с недоверием смотрела на Санни, но страха в её серых глазах уже не было. Мо с любопытством рассматривала мальчика. Видно, зная, кто такие арханги, и почему их все боятся, она ни разу их не видела. И сейчас удовлетворяла свой интерес.
   - Как только ты прекратишь пугать людей, поможешь Мо расставить чашки, а мы с Ру закончим с пирожками, - Веда положила последний пирожок с яблоками на противень и отправилась к печке.
   Ру встала и, забрав у неё сдобу, сама разместила их в печке.
   - У меня молодой, растущий организм, и я... - он покосился на готовые кругляши пиццы, от которых шёл обалденный аромат.
   - И ты, как будущий настоящий мужчина, будешь тренировать силу воли и подождёшь всех, - Веда подошла и обняла своего мальчика. - Давай, помоги Мо, а я пока со стола уберу.
   Чмокнув его в макушку, она принялась убираться, а Санни, вздохнув, встал и подошёл к Мо.
   - Я к вашим услугам, моя леди, - картинно склонив голову, серьёзно проговорил Санни, чем вызвал улыбку уже не только у своей эрхэмы.
   Мо растерянно переводила взгляд с мальчика на виконтессу, но увидев добрую улыбку, разулыбнулась сама. Присела в наигранном реверансе и тоненьким голоском почти пропела:
   - Милорд, рада, что вы нашли время, чтобы помочь моей скромной персоне, - Мо явно кого-то пародировала. - Не буду много занимать ваше время и сильно утруждать. Нужно только наколоть дрова, вымыть во всём доме полы, окна, натаскать воды в купальни, натереть перила до блеска, везде вытереть пыль и... - девушка возвела очи к потолку, задумываясь, что бы ещё ему поручить. Вдруг этого мало? - И надо запрячь двуколку для виконтессы. Скоро приедет мистер Ритер и покажет хозяйке её владения. Не пешком же им идти? И да, ещё нужно помочь Иву, конюху. Там нужно почистить конюшни.
   - Это... всё? - в раскрытых от удивления глазах сверкали смешинки.
   - Мало, да? - Мо притворно вздохнула. - Но на сегодня это всё.
   - Мо, не пугай молодого господина, - не оборачиваясь, с улыбкой в голосе проговорила кухарка. - А то он ещё сбежит от тебя. Кто тебе помогать расставлять чашки будет?
   - Ничего. Мне не страшны трудности, - так же ей в тон, серьёзно отозвался Санни. - Тем более, если мы всё это будем делать вместе, то... - он с удовольствием пронаблюдал, как осознание его слов доходит до девушки, и как накрывает ладошка раскрытый в изумлении рот девушки.
   - Сааннии. Тебя ждут чашки.
   Улыбка ангелочка и согласное:
   - Хорошо, мам, и...
   - Вы ещё тут?! - раздалось неприятно-визгливое на кухне.
   Все присутствующие повернулись на голос. В проёме стояла Магда и недобро смотрела на них.
   - Я вам дала время убраться отсюда. Почему вы ещё тут?
   - А почему мы должны уйти? - с детской непосредственностью спросил Санни.
   - А ты что тут делаешь? Кто разрешил приводить сюда ребёнка? Пошли все вон. И...
   - Не кричите, пожалуйста. У мамы голова от вашего крика разболелась, - перебил её Санни, наблюдая, как Веда потёрла свои виски.
   - Чтоооо?! Да как ты... да я... да ты... да... все вон отсюда! - наконец решила для себя что-то Магда.
   - И не подумаем, - Санни взял у Мо чашки с блюдцами и стал расставлять их на столе. - Мам, а ты заваришь свой вкусный чай, с травками?
   - Мама?! Так эта, - Магда повернулась и взбешённо смотрела только на Веду, - привела ещё и ребёнка с собой! Всё будет доложено виконтессе. И вы...
   - И мы сейчас будем пить чай. А вас попросим удалиться, - абсолютно не впечатлившись угрозами, сел за стол Санни и, как ни в чём не бывало, посмотрел на маму. - Ну что? Завтракаем?
   Веда не сдержала улыбку.
   - Ладушки, - сама подошла и села рядом.
   Мо тут же разлила по чашкам уже заваренный чай, а Ру разрезала и разложила по блюдцам пиццу. Поставив большую тарелку с готовыми пирожками, розетки с вареньем и маслом, все приступили к завтраку.
   - Мадам Роооз, - вскрикнула забытая всеми и онемевшая от такой наглости Магда. - Мадам Роооз. Тут такое творится!!!
   Помощница Марики вылетела с кухни, побежав за подмогой, а все присутствующие, переглянувшись, разулыбались.
   - Надвигается гроза, - прощебетала Мо.
   - Девять баллов. Не меньше, - также веселясь, вторил ей Санни.
   - Дети, - вздохнула Ру. Но её глаза тоже смеялись.
   - Дети, - согласилась Веда.
   Что будет не легко, она не сомневалась. И к этому была готова. Радовало, что у неё уже есть помощники. И она знала, что справится.
   На сердце было почти спокойно. Настроение хорошее. Сын рядом. Чай и булочки чудесные. А новый дом полон тайн, приключений и 'веселья'.
  
  
  
   Часть 3. Жить по-новому
  
  
   Глава 1. Новая жизнь со старыми проблемами
  
  
   Веда
  
   - Миледи, там староста. Вас требует.
   Голос у Мо звучал обеспокоено.
   - А что он хочет? - отрываясь от чтения, подняла голову Веда.
   - Требует хозяйку.
   Виконтесса сидела в кресле в библиотеке и читала отчёты управляющего за последние пять лет. Особо замечаний не было. Но кое-какие вопросы возникли. Веда скрупулёзно записывала их, оставляя свои комментарии на страницах отчётов.
   До этого Веда познакомилась с домочадцами, постаравшись запомнить, кто за что отвечает, и понять, на что способен каждый. Её мнение совпало с тем, что успела поведать Мо, и новая хозяйка в целом осталась довольна и организацией ведения хозяйства, и самими работниками. Нареканий у неё не было. Всё было отлажено. Мадам Роз хорошо знала, а главное, исполняла свою работу. А свои хотелки, нововведения Веда доводила до экономки по ходу знакомства со всем.
   Что касается Магды, ей предложили или стать помощницей Мо, или быть свободной. Веда не намеривалась кормить бездельников и хамок, но не дать им шанс на исправление новая хозяйка не могла. Там более за девушку очень просила Марика. Но Магда после разговора с виконтессой отказалась. Заявила, что не будет подтирать чужой зад, и ушла, хлопнув дверью. У Веды было ощущение, что женщина просто боялась, что сейчас на ней просто будут отыгрываться за то, как она вела себя со всеми до этого. Поэтому предпочла уйти. Её никто не удерживал. Хоть экономка и порывалась окликнуть непутёвую деваху, но сдерживалась. По Марике хорошо было видно, что она переживает за Магду и беспокоится за её судьбу. Веда задалась вопросом, что их может связывать, но пока были только догадки, которые необходимо было проверить.
   На вопрос виконтессы, заданный на следующий день экономке, где сейчас Магда, Марика со вздохом рассказала, что та живёт у местной знахарки. Аликас Ритер выгнал её, узнав, что та более не заправляет в поместье. И это только больше разозлило бедную девушку.
   Веда хмыкнула, слушая экономку. Уж кого-кого, а Магду она бы не назвала бедной. Каждый получает то, чего добивается. И своим поведением она добилась того, что сейчас имела. Но решила промолчать, так как Марика из-за непонятной заботы к своей помощнице Веду просто не поняла бы.
   И вот, после более тщательного знакомства с домом, новая хозяйка принялась за отчёты. А сейчас появилось ещё одно дело, которое требовало её вмешательства.
   - Хорошо.
   Веда встала и расправила складки на своём тёмно-синем платье. Взглянув в зеркало, висевшее напротив неё на стене и проверив, всё ли в порядке с причёской, она не спеша направилась в холл.
   Спустившись на первый этаж и пройдя в гостиную, она увидела пять темноволосых мужчин в простых чёрных штанах и в кожаных жилетках, одетых поверх серых рубашек. На вид она не дала бы им более сорока. Они стояли возле одного из кресел, в котором сидел мужчина в такой же одежде, как и у стоящих, но выглядел он старше. Ещё одним отличием было наличие у него небольшой бороды.
   - Добрый день, господа. Я виконтесса Велтэр.
   Все взоры присутствующих обратились на Веду. Хмурые. Неприветливые. Как будто она уже чем-то успела им насолить, и они были крайне недовольны.
   - Чем обязана?
   - Миледи, - поднялся с кресла бородач, - моё имя Канир. Я старший староста всех ваших поселений. А это, - он кивком головы показал на мужчин с ним, - старосты своих поселений. Прошу нас простить, но... нам сообщили, что прибыла новая хозяйка, а ждать мы больше не можем.
   Он замолчал и выжидательно посмотрел на Веду своими бледными голубыми глазами.
   - Я вас слушаю, - виконтесса также серьёзно смотрела на мужчину.
   - Нам нужно ваше разрешение, - всё так же напряжённо смотря в глаза Веде, проговорил Канир.
   - На что?
   - На вызов шамана, - помолчав, медленно проговорил мужчина.
   - Зачем?
   - У нас пагуба.
   Все присутствующие, казалось, застыли после слов старшего старосты и чего-то ожидают от виконтессы. Веда обвела всех взглядом и задала следующий вопрос:
   - Какая именно?
   В комнате установилась тишина. Мужчины поджали губы и продолжали сверлить хозяйку хмурыми взглядами. Веда решила не торопиться, предполагая, что случилось. Пусть сами всё расскажут. Она сложила руки на груди, продолжая смотреть на Канира.
   - Кровянка, - наконец заговорил староста.
   Если бы Веда жила в Сантиме, она бы знала об этом заболевании. Знала бы, что кровянка - разновидность чумы. Человек покрывается кровавыми пятнами и заживо сгнивает. Знала бы, что в этом мире нет лекарства от этого заболевания. Знала бы, что исцеления нет, но с помощью шамана родные заболевших облегчают муки обречённых. Кроме шаманов, которых по неведанным всем причинам эта зараза не трогала, никто не мог приблизиться к больным, не заразившись самим. Стоили услуги шамана очень дорого. Именно поэтому к ней сейчас пожаловали гости.
   Но Веда ничего этого не знала. Она молча повернулась и поднялась к себе в комнату. Шесть пар глаз в полном молчании удивлённо проводили удаляющуюся виконтессу Велтэр. А сама виконтесса поднялась к себе и переоделась, так как знала, что если в поселении действительно какая-то эпидемия, одежду придётся сжечь. Надев удобную обувь и проверив свою сумку на наличие медикаментов, трав и всего необходимого в таких вот случаях, спустилась к ожидающим её мужчинам.
   - Пойдёмте, Канир. Покажете, что там у вас, - и спокойно направилась к выходу.
   - Но... миледи, это же кровянка, - полустон, полушёпот.
   - И что? Она заразна?
   - Да!
   - Но вы до сих пор здоровы, - Веда повернулась в дверях и окинула мужчин вопросительным взглядом.
   - И это странно, - старший староста отвёл взгляд, но продолжил: - Обычно от неё вымирает селение за луну. А тут уже несколько лун, а умерло только несколько человек.
   - Значит, и у меня есть надежда.
   - Вы нам не верите и хотите убедиться? - задался вопросом староста, поднимая на неё взгляд.
   - Я хочу вам помочь. А для этого мне нужно посмотреть, что там у вас творится. Такой ответ вас устроит?
   - Вы пойдёте одна?
   - Почему одна? С вами.
   - А ваши...
   Он не договорил. По лестнице спускался Санни, держа что-то под мышкой.
   - О, мам, ты куда? И надолго?
   Веда заметила, как поменялись в лице все мужчины, увидевшие мальчика.
   'Опять? - мысленно вздохнула она. - И как они определяют, что он арханг?'.
   - Мам? - вывел Санни её из задумчивости.
   - Не знаю, солнце моё. Там какое-то заболевание. Хочу съездить и посмотреть. И без тебя, - видя его желание присоединиться, сразу отказала Веда сыну.
   - Но...
   - Никаких но. Ты тут за главного. Так что мы в деревню. А ты... Кстати, а ты куда собирался?
   - К Мо. Мы в шахматы играем, - улыбнулся Санни.
   - Вот и иди. Если буду задерживаться, пришлю кого-нибудь, - Веда подошла и, обняв мальчика, поцеловала его в макушку. - Не скучай.
   - Хорошо, - обнимая в ответ и прижимаясь щекой к её животу, согласился её сын. - Ну, я пошёл.
   И он убежал, оставив в недоумении шестерых мужчин.
   Виконтесса повернулась к старостам.
   - Господа, мне хотелось бы вернуться к ужину. Давайте не будем задерживать друг друга.
   - Хорошо, - отмер Канир. - Идёмте.
   И он открыл перед виконтессой дверь.
  
  
   ***
  
  
   - Хозяюшка, ну разве так можно? Зачем вы тягаете тяжести? А мужички наши на что? - причитала дородная бабка Ганя в длинной пёстрой, но рваной юбке.
   Размеров женщина была весьма больших. Своя одежда поизносилась, а вот чужая была мала. Голос у женщины был зычный, и Веда могла бы биться об заклад, что он хорошо слышен даже на другом конце деревни.
   Двое болеющих мужчин, которым стало получше и которые трапезничали за столом в углу, переглянулись. Одни из них встал и направился к виконтессе.
   Веда держала на руке годовалого ребёнка и кормила из бутылочки. В еду она подмешала лекарство, привезённое ещё с Земли, и надеялась, что не зря провела здесь столько дней. Другой же рукой она взяла несколько стульев с намерением вынести их на улицу и там посидеть на свежем воздухе с детьми.
   Когда она со старостами пришли в поселение, то ничего, кроме пустых улиц, не обнаружили. Опрятные и аккуратные некогда домики сейчас выглядели заброшенными и нежилыми. Канир пояснил, что здоровые переселились, а тут только заболевшие. И так как они доживают последние дни, то им не до чистоты. Да и спалить потом придётся все дома.
   Дальше ворот с Ведой никто не пошёл. Хмыкнув, она бодро зашагала к первому дому. Без стука войдя туда, Веда увидела молодую женщину, которая сидела на скамейке и прижимала к себе мальчика лет восьми. Оба были одеты в испачканную одежду. В глазах обречённость и смирение. Лица и открытые части рук были в крупных красных точках. Мальчик, держа в руке кружку, пил из неё. Второй же рукой чесал первую, оставляя после этого расчёсанные волдыри.
   Увидев Веду, оба замерли и испугано уставились на неё.
   - Как давно чешется? - задала она вопрос.
   А в ответ тишина.
   - Тома, скажи миледи, - раздался у неё за спиной голос Канира.
   'Надо же? Не побоялся?'. Но вслух не стала ничего произносить, ожидая ответ.
   - Уже дней десять, - пискнула та, сгорбившись и прижав ребёнка к себе, ещё более испугано косясь после слов старосты.
   - Сколько человек в поселении?
   - С нами тридцать семь, миледи, - отмер мальчик.
   - Ходячие?
   - Да, - мотнул ребёнок головой.
   - Как тебя звать?
   - Кара я, - представился он.
   - Небесная? - улыбнулась шутке Веда, замечая, что и у женщины слегка дёрнулись уголки губ.
   - Почему небесная? - удивился мальчик.
   - Потом расскажу. А сейчас тебе, Кара, задание. Обеги всех. Пусть идут сюда. Мне поговорить с ними нужно. Хорошо?
   Мальчик слез с лавки и медленно приблизился к ним. Шагал он через силу. Болезнь забирала силы, щедро делясь слабостью. Остановившись, он спросил:
   - Вы шаман?
   - Почти, - улыбнулась Веда, отодвигаясь и пропуская Кару. - Беги.
   Кара улыбнулся и так же медленно пошёл всех собирать. А виконтесса села рядом с женщиной и попросила:
   - Рассказывайте, что болит.
   И Тома рассказала. Веда задала ещё несколько уточняющих вопросов и уверилась окончательно. И то, что заболевшие в основном дети, и что умерло несколько взрослых, которые до этого перенесли сильную простуду, и их иммунитет был понижен. И дрожь, и жар, и головные боли, и чесотка, и красные зудящие пятна на лице, голове, плечах, груди и спине - всё указывало, что она права.
   А так как в детстве Веда переболела ветряной оспой, то заболеть снова обычной ветрянкой она не боялась.
   Когда все собрались, и новая хозяйка представилась, настала тишина. Именно в тишине Веда поведала им, что это не кровянка, а иное заболевание. Рассказала, что и как нужно делать. Много пить и не чесаться. Пообещала приготовить им лекарство. А также заставила болеющих привести себя в порядок и навести чистоту в домах. А вновь прибывших, если они будут, направлять к ней.
   Все старосты остались в поселение, так как слышали речь виконтессы. И хоть всю тяжёлую работу по уборке взяли на себя, но с больными старались не контактировать.
   Для виконтессы выбрали дом старосты, который ушёл вместе с семьёй в другое поселение. Отмыли его и привели в порядок. Веда решила устроить там лазарет для детей. Два соседних определила для взрослых.
   Через Канира Веда узнала, что Санни порывался прийти и помогать нуждающимся, но Мо его не пустила. Так как через того же старшего старосту виконтесса дала чёткие указания относительно Санни. Она не знала, подвержены ли арханги таким заболеваниям, и рисковать не хотела.
   Помня уроки бабы Дуси и кое-что из своей прошлой жизни, Веда приготовила настои из трав, сделала мази, снимающие зуд, а ещё приготовила зеленку. И строго следила, чтобы никто не чесался. Детям она рассказывала сказки или пела песенки, отвлекая их. Взрослых сама расспрашивала о жизни. Еду им приносил Канир из усадьбы. А бабка Ганя даже испекла хлеб, так как нашла запасы муки в доме.
   Вот уже третий день Веда безвылазно находится рядом с больными. И эти три дни дали свои результаты. У некоторых сыпь уже стала сходить, покрываясь коркой, видно, был хороший иммунитет. У некоторых только прошёл зуд, а некоторые до сих пор мучились с жаром и головной болью. Кому было полегче, помогали виконтессе, ухаживая за теми, кому ещё было плохо.
   Сейчас уже пятеро человек помогали ей. Бабка Ганя убирала после их завтрака со стола. Мельник Багар допивал свой чай. А кузнец Ставрос, подошедший к ней, молча взял у неё стулья и отнёс их на улицу. Веда направилась за ним, так как Кара вместе с ещё одним мальчишкой вышли во двор ждать её.
   Ставрос вышел на крыльцо и, спустившись на пару ступенек, застыл как вкопанный. Выглянув из-за массивного кузнеца, Веда немного удивлённо, так как не ожидала здесь увидеть гостей, но с радостной улыбкой поприветствовала двадцать мужчин.
   - Алекс! Какими судьбами?
   Она обошла мужчину и спустилась по ступенькам. Подойдя на расстояние вытянутой руки, Веда увидела, что не только Алекс со своими стражами почтил её стоим присутствием. Санни стоял рядом с Хранителем, но чуть сзади, явно рассчитывая, что его не сразу заметят. Но поняв, что он не остался незамеченным, сделал шаг вперёд.
   - Стой, - строго сказала Веда. Арханг послушал свою эрхему. - Здесь карантинная зона. Тут больные. И я не знаю, есть у вас на эту заразу иммунитет или нет. И вообще, как она на вас скажется. Поэтому и запретила приходить.
   - Мам, но...
   - Никаких но. Я сказала нет, значит нет. Живо домой. Приду, молодой человек, мы с вами поговорим.
   И после этих слов опять повернулась к Алексу, продолжив:
   - Какими судьбами, Алекс?
   - В гости, - улыбнулся ей арханг.
   - Рада, но сейчас немного занята и... эм... а ты куда? - проследила она за прошедшим мимо неё мужчиной.
   - Знакомиться, - также улыбаясь, ответил Алекс, подходя к детям. Он присел на корточки: - Привет. Меня зовут Алексом. Я друг вашей виконтессы и пришёл ей помогать. Есть работа для меня?
   Кара с другом, переглянувшись, посмотрели на удивлённую Веду, потом на Ставроса. Слово взял Кара.
   - Здравствуйте. Я Кара. А это Дар, - мальчик указал на друга. - Нам помощь не нужна. А вот миледи нужна. Она уже три дня тут всё приводит в порядок и почти не спала. За больными ухаживает.
   - Ну, тогда мы по адресу, - новый Хранитель всех Миров Пятёрки поднялся и, повернувшись к Веде, проговорил: - Виконтесса Велтэр, по решению Совета всех Миров Пятёрки Проход в Зал Судьбы перенесён. Дислокация стражей будет на территории ваших владений. В Заветном лесу. За разрешение пользоваться Заветным лесом вам выделены двадцать стражей в личную гвардию. Мы прибыли и готовы с завтрашнего дня приступить к несению службы. Выполнять ваши поручения.
   Веда недобро прищурилась, понимая, что место перенесено не случайно. И в другой раз она бы порадовалась этому обстоятельству. Но у неё сейчас больные на руках. А если она разрешит им находиться здесь, то и Санни захочет. А рисковать обретённым сыном у неё не было ни малейшего желания.
   - Так. Архаровцы. Слушайте моё первое поручение. Ноги в руки и в усадьбу. Живо. Всё. Там найдёте мадам Роз, и она вам даст указания, что делать. И в ближайшие дней пять сюда ни ногой. Всем всё ясно? - обведя всех взглядом, наблюдала, что никто не сдвинулся с места, и пыталась скрыть улыбку.
   Она посмотрела на Алекса. Он, редиска такой, улыбался не таясь
   - Что? - чувствуя подвох, спросила она у арханга.
   - Гвардия приступает к службе с завтрашнего дня. Сегодня они вольны делать, что им хочется. А хочется им привести эту деревню в порядок. Так что не дуйся и не злись. Тебе не идёт красный цвет.
   И как ни в чём ни бывало, повернулся и потопал в дом. Ставрос посторонился, пропуская мужчину, немного шокировано смотря на виконтессу.
   - Сама, хозяин, в шоке, - вспомнив анекдот, прокомментировала Веда поведение Алекса и направилась в дом.
   Зайдя в дом, она застала две статуи самим себе. Явление Хранителя застало бабку Ганю и Багара за столом. Мужчина так и застыл с поднятой кружкой, не донеся её до рта.
   - И что ты творишь? - укладывая в кровать уснувшего ребёнка, тихо, но недовольно зашептала Веда. - Санни...
   - С Санни ничего не будет. У него иммунитет поболее нашего. Он прошёл через перерождение. А нам ваши болезни не страшны, - спокойно уместившись на скамейке за столом напротив 'статуй', ответил ей Алекс.
   - Точно? - недоверчиво переспросила она, подходя и садясь рядом.
   - Точно, - вместо него ответил Санни, подходя и обнимая свою эрхему за шею.
   Веда обняла сына и притянула его себе на колени. Уткнувшись в его макушку, она проворчала:
   - Редиски вы все. Заставляете меня волноваться.
   - Мам, ну что ты? Всё же хорошо. Ты помогаешь людям. Мы тоже решили помочь им. И тебе полегче будет.
   - Умный, да? - ехидно спросила она, не отпуская из объятий Санни и уже не сердясь, и не пытаясь выпроводить его домой. - Значит так. Хотите помогать, хорошо. Ты, - Веда повернулась к Алексу, - организуй несколько бригад. Сейчас должны прийти старосты. Пойдёте в их поселения, проведаете обстановку. Что и как там. Если есть больные, пусть ведут сюда. Вечером расскажешь мне, что они там увидят. Здесь оставь челов... парней пять. Нужно будет расчистить в конце поселения сгоревшую баню и построить на её месте больницу. Ну, дом для врачевания. Тут где-то знахарка живёт. Вот её способности и направим в нужное русло. Где взять материал для строительства, спросите у Ставроса. Он говорил, что они где-то деревья рубят. После того, как с этим закончим, будем помогать дома восстанавливать. А то они в таком запустении из-за этой болезни стали.
   - Это всё? - всё также улыбаясь, спросил Алекс.
   - Пока да. Но я, как вспомню, что ещё нужно, обязательно с тобой поделюсь, - улыбнулась ему в ответ виконтесса.
   На том и порешили. Веда занималась детьми и больными. Ей помогали селяне, запоминая её поучения. А личная гвардия виконтессы за луну восстановила все поселения. Отремонтировали дороги и дома врачевателей. В ближайшей деревне отстроили огромный двухэтажный дом, который Веда назвала школой. Заготовили столы и стулья, а также несколько непонятных стражам сооружений, сделанных по чертежам виконтессы, названных ею досками для чистописания, качели и манеж.
   За это время все больные были исцелены. Селяне вернулись в свои дома, а в виконтство Велтэр пожаловали гости.
  
  
  
   Глава 2. Привет из прошлого
  
  
   Веда
  
  
   - Нет, ты невыносима!
   - А я тебе не раз говорила, не надо меня никуда выносить.
   Веда сидела в мягком удобном кресле возле окна в библиотеке. Она пила чай и наблюдала, как рядом с ней разъярённой фурией носилась принцесса Вероника Дэкрай Анжел Фэран Элгейская.
   Створка окна была немного приоткрыта, и свежий ветерок легко проникал в комнату, принося с собой не только прохладу, но и гомон работников поместья. Голоса не мешали. В установившейся тишине они добавляли спокойствия и уверенности виконтессе.
   На стоящем поблизости столике остывал чай, налитый в чашку для принцессы. На тарелочках были разложены фрукты, булочки и шоколад. Последнюю сладость хозяйка поместья достала из собственных запасов с Земли по случаю приезда гостей.
   - Веда, - нарушила тишину Вера, - как ты не понимаешь... я не могу. Понимаешь? Не-мо-гу!
   - Пониманию, - она поставила чашку на столик и посмотрела на подругу. - Но не понимаю, почему не можешь.
   - Веда! - возмущённо воскликнула принцесса.
   - Что? - притворно удивилась она, стараясь не рассмеяться.
   Уж больно комично выглядела Вера в простом длинном на толстых лямках сарафане голубого цвета. Волосы принцессы были заплетены в косу и уложены короной на голове. Но проведенный целый день вместе с деревенской ребятнёй в школе, поход на речку и прогулка по лесу сделали своё дело. Принцесса сейчас выглядела обычной растрёпанной девчонкой. Она так смешно морщила в возмущении носик и надувала губки, что Веде приходилось прикладывать усилия, чтобы не захохотать.
   А всё дело в том, что принцесса, как обычно, никому ничего не сказала и с помощью дядьки Микайло, лешего и хорошего друга Веды, прибыла в гости к подруге через Заповедный лес. Остальным же придётся добираться к ней не менее месяца. Леший всех подряд не пропускает по своим тропам.
   Вера налетела, как ураган, приводя всех окружающих в ступор своим поведением. И вопросом, как она тут оказалась, Веда задалась не сразу.
   После знакомства Вероника вместе с Санни облазили всё поместье и парочку близлежащих поселений. Дурачилась и безобидно подшучивала вместе с архангом и Мо над домочадцами. Подружилась с Каниром, вела с ним беседу об улучшениях и нововведениях в поселениях и строила старост, раздавая указания, что ещё нужно доделать на вверенных им территориях. Старший староста не знал, кем является гостья виконтессы, но признавая обоснованность предложений, поддерживал принцессу.
   Архангов Вера не боялась. Быстро подружившись с Терроном и Тирром, молодыми, на вид не более двадцати лет, темноволосыми и голубоглазыми братьями и помощниками Алекса, она без зазрения совести утащила их вместе с Санни в поселение, мотивируя тем, что вдруг нужна будет грубая мужская помощь, а ей и Санни, таким слабеньким, не справиться. Но Веда подозревала, что Вероника нашла себе под стать приятелей и, пока нет надзора, просто отрывалась и отдыхала. Виконтесса не мешала подруге, только просила никого не убивать без её ведома, ничего не взрывать и не разрушать, так как людям ещё тут жить и жить. Вера клятвенно обещала выполнять наказы и убегала вместе с архангами на очередное приключение.
   Вероника умудрилась заболтать даже Веду, делясь новостями и впечатлениями от увиденного.
   Принцесса поведала, что после разрыва помолвки маркиза Фэрана и графини Мэлори Эндрейн воспылал 'праведным гневом', что всё сделано без его ведома. И развернул полномасштабную акцию, чтобы добиться согласия Таниэллы вернуть всё обратно. Начал с угроз, но видя, что они не возымели должного действия, перешёл к другой тактике. Он стал красиво ухаживать, дарить подарки, приглашать на прогулки, вести беседы и узнавать свою несостоявшуюся невесту. Для него стало открытием, что графиня неглупа, образована, имеет своё мнение, притом взвешенное, продуманное и обоснованное. У Таниэллы много увлечений, с ней есть о чём поговорить, она ненавязчивая и не скучная. Он каждый раз открывал в девушке что-то новое и неожиданное, что уже и не помнил, зачем всё это затеял. А просто добивался внимания небезразличной ему девушки.
   Таня, как призналась хихикающая Вера, не поддавалась. И давала понять маркизу, что есть более достойные кандидаты на освободившееся место. Маркиз бесился, сходил с ума, но терпел и с ещё большим рвением придумывал, как заставить бывшую невесту передумать.
   Веда была уверенна, что свою роль графиня Мэлори отыграет блестяще. Она будет прекрасной маркизой Фэран. Да и неспроста Эндрейн так всполошился, хоть и не признавался в себе в этом. Права была Веда, ох, неспроста.
   Также Вера с радостью в глазах, не прекращая улыбаться, рассказала, что познакомилась с дедушкой Тэриусом, отцом мамы. Они проговорили весь вечер. Он рассказывал ей о маме, о дяде ЭриБете, о жизни в заповеднике, об их традициях и инициации. Но самое главное, ей разрешили увидеться с мамой. К ним в заповедник не приглашал, пояснив, что там не спокойно, а вот организовать ЭлБет встречу с дочкой пообещал. Где? Да хоть у бабы Дуси. Правда, сама бабушка вместе с сёстрами у них не появлялась, но принцесса была уверена, что Дусея уже в курсе, что у неё будут гости. И против не будет.
   Венценосный папа и его не менее богатый на регалии брат, герцог Элгейский, возжелали посетить виконтство Велтэр с визитом вежливости и проведать так скоро убежавшую названную дочь. Веда была не против. По Лиону она соскучилась. Да и с Эдинеем было о чём поговорить.
   Герцогиня Элгейская уговаривала мужа взять её с собой. Уж очень велико было чувство вины перед виконтессой, и она хотела выпросить прощение. Веда ничего не сказала после этой новости, но внутри рос протест. Ни её, ни младшего сына герцогини она не желала видеть в ближайшее время. Именно поэтому, когда Вера заговорила об Элллариане, Веда перебила её и спросила о Мирре, не нашла ли она себе жениха. О судьбе заговорщиков, где сейчас Гор, не знает ли она что-нибудь о Вире, как поживает Ирэн, не появлялись ли баба Дуся и Карыч. Веда расспрашивала обо всех, кроме любимого.
   Нет, она пока была не готова ни говорить, ни видеть его. И уже тем более думать, что и как будет дальше. У неё на первом месте сейчас был сын. Потом ответственность за людей в её владениях, а потом все остальные.
   И вот теперь, узнав через пару дней после приезда подруги об очередном импульсивном поступке принцессы, Веда отправляла ту домой, наказав прибыть в гости как все, то есть по обычным дорогам и с сопровождением. А Вера наотрез отказывалась уйти. Но не объясняла, почему.
   - Веееда, ну пожааалуйста... можно, я останусь? - Вера подошла и, присев на корточки, положила свою голову на колени подруге.
   - Объяснишь? - попросила она, гладя принцессу по плечу.
   Вера вздохнула и, усевшись на пол возле подруги, призналась:
   - Папа нашёл мне жениха. И собирался, раз Карам у него, совершить обряд помолвки. А я...
   Вероника не договорила, возмущённо подняв голову, и посмотрела на хохочущую Веду.
   - Прости, - сквозь смех простонала заливающаяся виконтесса, - прости... но я... ахаха... ой, не могу... опять... ахаха... тебе Слезу дракона не подогнать на денёк? Проверишь, в себе папочка или опять... того... ахаха...
   - И ничего смешного, - надулась принцесса, чем вызвала очередной приступ смеха.
   - Нет, конечно... ахаха... ничего... ахаха... кхм... - Веда постаралась взять себя в руки, но улыбка не сходила с её губ. - Всё... кхм... Кто тот несчастный, то есть, я хотела сказать, кого 'осчастливил' Его Величество твоей персоной?
   - Ты его не знаешь, - Вера опять положила голову на колени подруги. - И я его не знаю. Он из другой ветви рода короля. Где-то на востоке есть герцогство... блин, я даже не воспроизведу его название. По словам папы, мой жених средний сын герцога. Он старше меня лет на десять. Не красавец, но и не урод. Но откуда папе знать?
   Веда хмыкнула. 'Действительно, откуда?', - но вслух ничего не стала говорить, продолжая гладить Веру и слушать. Подруга меж тем продолжила.
   - Он сказал, что Веня...
   - Веня? - хохотнула Веда.
   - Ну, Венверен Арвен Вендер Гойрвен, и ещё фиг знает сколько 'вен', маркиз какой-то там... мой женишок, - принцесса вздохнула. - И как с таким именем он живёт? Это же нереально запомнить. Так вот, папа сказал, что он прошёл какую-то военную компанию. Был ранен. Долго выздоравливал. Потом вернулся домой и занялся защитой герцогства, помогая старшему брату. И с его отцом связался дядя, когда они искали доказательства против Мирэнды Оттарис. И вот результат: у меня появился жених, чтоб он провалился.
   - Ну что ты так кипятишься? А может, это твоя судьба? Может, он красив, добр и тебя любить будет всю жизнь. И ты увидишь его и влюбишься до беспамятства.
   - Ага, после войны красив и добр? И умеет любить? Не смеши меня, - Вера поднялась и села в соседнее кресло. Сделав пару глотков холодного чая, она вдруг призналась: - Да и не влюблюсь я в него.
   Веда хотела уже возмутиться, что любишь не потому что, а вопреки. И внешность не главное. Но последняя реплика заинтересовала её.
   - Это почему ещё?
   Вероника отвела взгляд и очень тихо ответила.
   - Я уже.
   - Что уже? - не поняла Веда.
   - Ну... влюбилась.
   - Так! И в кого, интересно мне знать?
   Но допросить с пристрастием подругу у Веды не получилось. Постучав в дверь, в библиотеку зашёл Санни. А следом за ним Алекс.
   - Мам, Мо просила передать, что Ру накрыла на стол, и все ждут только вас.
   - Хорошо, солнце моё. Мы сейчас с Верой подойдём.
   Санни с Алексом вышли, а Веда увидела на щеках подруги лёгкий румянец. Она смотрела в окно, делая вид, что проплывающие там облака по небу её очень интересуют.
   - Вееерааа, - Веда поднялась и с улыбкой медленно подошла к подруге. - Признавайся, это он?
   - Кто он? - так и не посмотрев на Веду, спросила принцесса, продолжая делать вид, что не понимает, о чём речь. Но предательски дрогнувший уголок губ и не исчезнувший румянец выдали её с головой.
   - Неужели Алекс смог завоевать твоё маленькое сердечко? - задала виконтесса вопрос, подходя и кладя руки Вере на плечи.
   - Почему маленькое? - возмутилась девушка. - Ничего оно не маленькое! Очень даже большое. И любящее, - с каждым словом голос затихал, и последние слова принцесса почти прошептала.
   - Любящее, значит? - улыбаясь, допытывалась Веда.
   - Да, - сбрасывая руки с плеч и вскакивая, подтвердила Вероника. - Любящее. И я точно уже никого больше не полюблю.
   - Почему это?
   - Когда я говорила с дедушкой, он мне рассказывал об обычаях. И вот, если кхен встречает свою пару, у него появляется... даже не знаю, как правильно всё объяснить... вот, - Вера протянула руку ладошкой вверх, и Веда увидела на запястье девушки красивый золотисто-чёрный витиеватый узор.
   - Татуировка?
   - Не совсем. Это гаян. Он появился у меня уже несколько дней назад. И был чёрный. И означал, что я достигла возраста, когда могу выбрать себе пару.
   - А что значит смена цвета? - рассматривая узор на руке подруги, спросила Веда.
   - Что я нашла свою пару.
   - А он?
   - У него тоже гаян стал менять цвет.
   - И когда вы всё успели-то? - отпуская руку и садясь опять в кресло, спросила виконтесса.
   - Ну, помнишь, мы с Санни лазили по вашему поместью и залезли на чердак? Санни пролез в лаз, а я не удержала равновесие и полетела вместе со стремянкой вниз. Да, да, я знаю, что безответственная, неосторожная и сбиваю с пути истинного твоего сына, - видя, что Веда собирается возмутиться, тут же признала принцесса. - Но так уж получилось. И быть мне распластанной на лестнице тушкой с синяками и ссадинами, если бы не Алекс, - Вера опять слегка покраснела. - Он подхватил меня на руки и не дал упасть. А когда я посмотрела в его глаза... они поменяли цвет. Из голубых, как чистое небо, превратились в сиреневые. Я моргнула, думала, померещилось, и всё исчезнет. Но всё осталось на своём месте. А он меня держал и не отпускал. Это было, как наваждение. И я зачем-то коснулась его щеки, проверяя... впрочем, не важно, - смутившись, Вероника соскочила с места и направилась на выход.
   - Вероника, вернись назад и дорасскажи, - не двинувшись с места, потребовала Веда. - Ты меня знаешь. Мало не покажется.
   - Бить будешь? - остановилась и обернулась принцесса. Усмешка играла на губах.
   - Хуже. Папульке расскажу всё. И он быстро тебя определит в жёны за Венечку, - в тон подруге ответила Веда.
   - Тиран ты, - возвращаясь в кресло, пробубнила Вера. Но продолжила: - Короче, мы поцеловались. Вот, я всё сказала. Теперь пошли обедать.
   - Нет. Если хочешь помощи с моей стороны, то рассказывай действительно всё. Если стесняешься, можешь без подробностей, но, что происходит, я должна знать.
   - Какой помощи? - прищурилась Вероника.
   - Ты взрослая девочка и не можешь не понимать, что Алекс, хоть и Хранитель, но... Принцессу никогда не отдадут замуж за безродного и бедного.
   Вера опустила голову и, обхватив себя руками, согласилась.
   - Понимаю. И он понимает.
   - Рассказывай.
   Из рассказа Веры выходило, что поцелуй запустил не то привязку, не то связку, и гаян стал менять цвет. И так как он стал золотисто-чёрным у обоих, это показывало, что они подходят друг другу. Можно сказать, предназначены судьбой. Но из-за разницы в происхождении они не могу быть вместе. Хотя принцесса и намерена побороться за своё счастье.
   - А если у вас так всё серьёзно, что же ты с Терроном и Тирром везде таскалась?
   - Нууу... а что он такой деловой, всё сам решил и меня не спросил?
   - Кто решил? - не поняла Веда.
   - Алекс, - надула губки принцесса. - Любит, жить не может, но вместе нам не судьба. Так что прости, отпусти и живи дальше. Одна. Арханг недощипанный. А моё мнение кто спрашивать будет? Одна, значит, да? Вот я ему и показала, что если он не передумает, то я могу и без него обойтись.
   - Передумал? - спросила виконтесса, стараясь не рассмеяться опять.
   - А то ж, - засияла принцесса. - Сказал, что понял свою ошибку, всё осознал и будет бороться за наше счастье. Но мы пока решили не афишировать свои отношения и чувства. Я хочу с папой поговорить. Только не знаю как.
   Вера просительно посмотрела на подругу. Веда только покачала головой, вставая и направляясь к выходу.
   - Мда. Как у вас всё запутано. Заварили вы кашу. Гаяны, маяны, фиганы. Ладно, - останавилась в дверях, поворачиваясь и поджидая подругу, Веда пообещала: - Помогу, чем смогу. Но никаких безумств и самодурства. Прекращаешь чудить и начинаешь думать головой. И после ужина пригласи ко мне Алекса. Поговорить с ним хочу.
   Веда вышла из библиотеки и направилась в гостиную.
   Через пол минутки её догнала в коридоре Вера.
   - После обеда, может быть?
   - Нет. После ужина. Подумать мне нужно сначала. Надо же. Алекс и Вера. Мда, убойная смесь, - взглянув на подругу, с улыбкой задала риторический вопрос: - Это какие же у вас дети будут?
   Вероника опять залилась краской, а Веда рассмеялась и обняла подругу.
   - Не боись, прорвёмся. Когда наш папенька прибывает в гости?
   - Думаю, дней через пятнадцать - двадцать уже будет здесь, - радуясь, что тему разговора хозяйка поместья сменила, пробормотала красная от смущения принцесса.
   - Вот и славненько. Всё успеем. А теперь обедать!
  
  
   ***
  
  
   - Мам, а почему говорят 'добро всегда побеждает зло'? А почему зло называют злом? Кто давал эти названия? А может, они не правы? Может, добро надо было назвать злом, а зло - вилка?
   Вот такие вопросы почемучки задавал Санни Веде уже часа два, пока они гуляли по близлежащей с их замком зелёной роще.
   После обеда Веда решила подумать над сложившейся непростой ситуацией. А лучше всего думать у неё получалось на природе. Взяв Санни с собой на прогулку, чтобы не мешал влюблённым побыть вдвоём, а также чтобы ничего не учудил, она надеялась найти решение возникшей проблемы. Но сын постоянно отвлекал свою эрхему вопросами, и думать не очень получалось.
   Так и хотелось ответить, что 'так положено'. Но помня свою реакцию на такие утверждения и предполагая услышать в ответ: 'кем положено и куда?', она сдержалась. Не могла Веда ответить и любимое 'по кочану'. А так за последний час хотелось.
   - Добро побеждает зло, потому что оно умеет прощать и любить. А Любовь - самая мощная из сил, что есть на свете. А кто придумал названия...
   - А кто это проверял? Ну, что самая сильная?
   - Санни, я бы ещё поняла тебя, если бы тебе действительно было лет шесть, но тебе больше пятидесяти! - всё-таки не сдержалась Веда. - А ты...
   - Ну, мне же интересно! - возразил он маме. - Тем более, кроме тебя мне не у кого спросить. Вера точно не задавалась такими вопросами. Да и не до этого ей сейчас. Впрочем, как и Алексу. А больше не у кого.
   - Ты же сам всё знаешь, - не хотела вдаваться в рассуждения виконтесса.
   - Я знаю только то, чему нас учили. Но вдруг это не правильно? Да и тебя хочу послушать. Вдруг, что новое и умное скажешь, - улыбнулся Санни, предусмотрительно после этих слов отходя от своей эрхемы.
   - Вот ты... - Веда улыбнулась, поняв его маневр и невозможность отвесить лёгкую оплеуху сыну. - Ладно, - смирилась она, понимая, что он прав.
   Кроме неё ему действительно никто не ответит. Во-первых, потому что такими вопросами скорее всего никто и не задавался. Во-вторых, потому что её сына до сих пор опасались. Веда помнила реакцию всех домочадцев на архангов. И только мадам Роз, Ру и Мо уже не вздрагивали и не старались побыстрее убраться из помещения, в которых находились Санни или её гости.
   - Но давай чуток попозже. Мне подумать нужно.
   - О голубках? - разулыбался сын.
   - Я посмотрю на тебя, когда ты найдёшь свою пару и у тебя...
   - Всё-всё. Понял. Хорошо. Не мешаю.
   И Санни убежал вперёд, выискивая озеро, к которому они направились.
   Веда проводила его нежным взглядом, радуясь, что судьба подарила ей такое чудо и, вздохнув, приступила к тому, для чего собственно и пошла на прогулку. Стала думать. А подумать было о чём.
   Вероника принцесса. Алекс, по-сути, никто. Статус Хранителя в глазах короля вряд ли прибавит ему привлекательности, и венценосный папа решит отдать замуж свою единственную кровиночку. Есть ещё названная дочь, но это не в счёт. И сейчас не об этом.
   Далее. Вера на половину человек, на половину кхена. Он - арханг. Тут вроде бы проблем не должно быть, так как их расы подходят друг другу. Но вот странно, что подруге только исполнилось восемнадцать, а она уже готова к поиску пары. И главное, тут же нашла. А Алекс? Что-то она не видела никаких татуировок у него ранее. Или просто не обращала внимания. И этот гаян уже был у него, а сейчас только цвет стал менять? Ладно, и с этим разберёмся.
   Так, принцесса девочка добрая и отзывчивая, но импульсивная и пока не научилась думать головой перед тем, как что-то сделать, её неуёмная энергия не даст скучать окружающим.
   Веда при этих мыслях хмыкнула, полагая, что этот ураганчик ещё не скоро успокоится. И ещё долго всем будет 'весело'.
   Про Алекса она особо ничего не знала. Ему более пятидесяти. Сколько точно - не известно. Он друг Санни. Они знакомы давно, и сын отзывался о нём хорошо. Но в Зале Судьбы их всех закрыли именно из-за Алекса. Хотя это не показатель сейчас. Своё он получил. Да и будь что-то не так, Зал не выбрал бы его новым Хранителем. Не передал бы ему этот статус.
   Зацепившись за эту мысль, Веда крутила её и так, и эдак в поисках решения, но идея только маячила на горизонте и не хотела пока формироваться в окончательный план.
   Ещё у Веды было стойкое ощущение, что эти двое действительно будут вместе счастливы. Она сможет его расшевелить и заставить забыть плохое. А он будет сдерживать её порывы и не даст наворотить дел.
   Именно это чувство заставляло шагать к озеру в надежде найти выход из сложившейся ситуации.
   - Ведушка, лапушка, ты ко мне или просто гуляешь? - вывел её из задумчивости знакомый голос.
   - Просто гуляла, дядь Миш. Но очень хорошо, что я вас встретила. Мне совет нужен.
   Она остановилась и улыбнулась.
   - Идём, - позвал леший, поворачиваясь и заходя в появившуюся из ниоткуда беседку. - Помогу, чем смогу.
   Рассматривая плетёное творение из различных растений, Веда прошла и опустилась в предложенное кресло рядом с чайным столиком, на котором её уже поджидал чайник с чашками и тарелка с фруктами и сладостями.
   - Рассказывай, что за потреба у тебя.
   И она поведала Микайло всю историю. И про Веру, и её положение, и про Алекса, и про их гаяны, и о том, что они собираются быть вместе, а это может привести к не очень хорошим последствиям, если сделать что-то неправильно. И о своих страхах, и о появившейся идее, как можно помочь влюблённым.
   Закончив рассказ, Веда взяла чашку чая и отпила немного, наслаждаясь цветочным вкусом и давая время гостеприимному хозяину подумать.
   - Знаешь, всё ты правильно говоришь, - поглаживая бороду, наконец заговорил леший. - Но ты уверена, что правильно всё сделаешь? Вдруг Алекс этого не заслуживает?
   - Нет, дядь Миш, не уверена. Но... - она замолчала, ставя чашку на столик, а потом, так же не глядя на лешего, продолжила: - Счастья заслуживает каждый. Просто счастье для каждого своё. Вера для меня больше, чем подруга. Больше, чем сестра. И я чувствую, что должна им помочь. И если это единственное решение, чтобы они были вместе, то я это сделаю.
   - А как же ты?
   - А что я? - не поняла Веда.
   - Где ты будешь? Кем ты будешь? Не забывай, у тебя теперь ребёнок на руках.
   Последнее Микайло произнёс с лёгкой смешинкой в голосе. Ребёнок, который 'на руках виконтессы', мог легко сам позаботиться и о себе, и о своей эрхеме. А Веда заботилась о нём, как о маленьком. И это очень веселило лешего.
   - Ну, мы не пропадём. Да и Вера нас не бросит, - улыбнулась его гостья.
   - Ну, раз так, то и я поддержу твою идею.
   - Осталось дело за малым.
   - За чем? - отпивая чай, усмехнулся Микайло.
   - Уговорить этих двоих сделать, как я задумала.
   - Думаешь, откажутся?
   - Будут, - вставая с кресла, призналась в своих опасениях Веда.
   - Ну, тогда, удачки тебе, - также поднялся вслед за гостьей леший.
   - И вам, дядь Миш, - обняв на прощание и пригласив в гости, виконтесса с лёгким сердцем вышла из беседки.
   И шагнула сразу на берег озера, куда собственно и направлялась. Так её поджидал Санни.
   - Ну и где ты пропала? Я тут кое-что нашёл. Пойдём, покажу.
   - В гостях была. И что ты там нашёл?
   Веда подошла и увидела в толще воды на дне разломанный камень, напомнивший ей надгробие. На нём имелось множество каких-то надписей или рун, или ещё чего-то. Но под водой особо было не видно.
   - Давай вытащим? Посмотрим, что это.
   - Нет. Сегодня ничего вытаскивать не будем. В следующий раз. Сейчас мне нужна будет твоя помощь, - отвлекая Санни от его затеи, попросила Веда.
   - Какая? - тут же заинтересовался этот непоседа.
   - Нужно уговорить Алекса кое-что сделать. Вернее, кое с чем согласиться.
   - Что?
   - Только ты пока никому ни-ни, - покачала пальчиком Веда.
   - Честное пионерское. Ни-ни, никому, - разулыбался Санни.
   - Вот нет что хорошее перенять, так нет, словечки от Верки учишь, - в шутку пожурила она сына.
   - Сама Верку и научила им, а теперь причитаешь, как старушка.
   - Что? Я старушка?
   Веда оскорблённо состроила гримасу, стараясь раньше времени не рассмеяться и не выдать свои намерения, и отвернулась.
   - Мам? Ты обиделась? - в голосе Санни звучали извиняющие нотки. - Я же пошутил.
   - Я тоже сейчас как пошучу, - пообещала Веда, поворачиваясь и хватая подошедшего к ней сына.
   - Нет! - захохотал он, так как Веда стала его щекотить. - Только не это!
   - Нет. Старушки только этим и занимаются. Защекотаю тебя. Будешь знать, как обзываться.
   - Нет. Аахаха. Не надо, - извивался мальчик в её руках, но виконтесса держала сына крепко, хотя и знала, что если он захочет, освободиться из захвата ему не составит труда. А Санни тем временем продолжал смеяться и просить: - Всё. Аахаха. Хватит. Я всё понял. Ты не старушка. Ты девчушка-щекотушка.
   - Ах вот как ты заговорил! - продолжая щекотать, притворно возмутилась Веда. - Щекотушка. Ну, значит, и получай.
   - Нет. Ахаха. Всё. Ты самая добрая, ахаха, самая лучшая, ой, нет, ахаха, самая-пресамая. Только не щекоти. Я живот надорву от смеха.
   - Ничего, - прекращая дурачиться, но не улыбаться, обняла сына виконтесса: - У меня есть большая иголка и нитки. Зашью тебе живот. И будем дальше жить.
   Санни в ответ обнял Веду, прижавшись щекой к ней.
   - Вместе?
   - Вместе.
   - Тогда я готов терпеть щекотку, - признался мальчик.
   - Так и быть. Защекочу тебя позже. А сейчас послушай, что нужно сделать.
  
   Глава 3. Сюрпризы бывают разные
  
  
   - Алекс, я понимаю твои сомнения, но, согласись, так будет лучше, - увещевал бывший Хранитель Пятёрки Миров.
   Два арханга находились в библиотеке в усадьбе виконтессы Велтэр. Алекс стоял возле окна и смотрел на окрестности, сложив руки на груди. Санни сидел в кресле и смотрел на друга.
   Когда он вернулся с Ведой обратно в дом, она сразу ушла на кухню, сказав, что сегодня будет праздничный ужин. А сам Санни отыскал друга, позвал его поговорить.
   Как и ожидал Санни, Алекс не поддержал идею Веды. И ему пришлось уговаривать его, приводя всевозможные доводы. Осложнялось дело ещё и тем, что Санни сам сомневался в положительном исходе дела. Но раз эрхема так решила, значит, так тому и быть.
   - Алекс, ну что ты молчишь? - А как же Веда? - заговорил наконец арханг. - О ней ты подумал?
   - Она сама предложила этот план. И она, как никто другой, понимает последствия.
   - Ты не прав. Она могла и не подумать. И не знать...
   - Так, Алекс, прекрати. Ты хочешь быть с Вероникой? Да или нет? Если нет, разговор окончен. Если да, иди и скажи Веде, что ты принимаешь её условия.
   - Я хочу, но... не могу, - поворачиваясь к Санни и облокачиваясь на подоконник, вздохнул Алекс. - Она и так много сделала для нас. Для меня. Я уже так привык к ней, что считаю её чуть ли не сестрой. А тут взять и... Нет. Да и Вероника мне этого не простит.
   - Почему?
   - Веда ей не просто подруга. Она даже больше, чем сестра. Вера сама рассказывала, что она из неё человека сделала. Воспитала. Всему научила. Поддерживала. Защищала. Правда, и огребала она от Веды тоже, но...
   Санни улыбнулся, услышав знакомые словечки.
   - А я её возьму и всего лишу, если соглашусь, - тем временем продолжал Алекс. - Думаешь, Вера будет рада?
   - Уверен, Веда решит эту проблемку, - улыбнулся малолетний интриган. - Давай, не тяни, как красна девица.
   Теперь улыбнулся Алекс в ответ, понимая, чьи словечки цитирует друг.
   - Хорошо, - решился он.
   - Вот и отлично, - Санни вскочил с кресла и направился на выход. - Пошли помогать нашей спасительнице. Она обещала научить меня брауни делать.
   - А что такое брауни? - заинтересовался Алекс, следуя за Санни.
   - О! Ты должен это попробовать. Это очень вкусно.
   Бывший и действующий Хранители Пятерки Миров вышли из комнаты, решая, кто первый будет учиться готовить новое блюдо, а кто - мыть посуду. Прошли на кухню и остановились в дверном проёме.
   На кухне стояла тишина. Обе подруги стояли друг напротив друга и молча смотрели в глаза. Одна почти с бешенством, другая спокойно и выжидательно. Вера вся с ног до головы была испачкана в муке. Веда лишь припорошена немного.
   - Что тут происходит? - заходя в кухню, спросил Алекс.
   Две пары глаз одновременно повернулись к говорившему и засверкали. И если одна с радостью, другая с подозрением. Стало как-то не по себе. Алекс споткнулся и остановился, понимая, какую оплошность совершил.
   - Алекс, дорогой, а скажи-ка нам, - начала, хищно улыбнувшись, Веда, - поговорил с тобой Санни?
   Хранитель Пятёрки Миров сглотнул и медленно кивнул, ругая себя на чём свет стоит, что вклинился в 'разговор' подруг.
   - И что ты решил? - продолжая улыбаться, допытывалась виконтесса.
   - Я... - он опять сглотнул. - Я... подумал... и...
   - Ииии, - протянула принцесса, уперев руки в бока.
   - Я... - Алекс всё же сделал шаг назад, но наткнулся на Санни, который стоял в проходе и уходить не собирался.
   - Ты согласился? - не выдержала Вера.
   Хранитель Пятёрки Миров просто кивнул, даже не пытаясь что-либо объяснить. Веда разулыбалась, поворачиваясь и шагая к висевшему недалеко зеркалу. Там она стряхнула с себя муку и вытащила из холодного шкафа яйца.
   - Санни, радость моя, поможешь? - попросила, подходя и ставя их на стол.
   Он подошёл и стал наблюдать, что делает его эрхема.
   Вера продолжала стоять, молча и хмуро смотреть на Алекса, а он отвечал ей немного виновато.
   - Вера, прекрати. Ты не ханжа, так что и не начинай, - замешивая тесто, не глядя на двух статуй самим себе, проговорила виконтесса Велтэр. - Лучше помогите нам.
   - Веда, - поворачиваясь к подруге, распыляя с себя вокруг муку, начала Вера. - Я тебя люблю, но ты...
   - Я предложила вам вариант. Не самый плохой, кстати, - улыбнулась виконтесса. - Думаю, после этого Лион не будет против. Да и что такое это всё? - Веда обвела взглядом помещение, где они находились. - Так, пшик. Сегодня есть, завтра нет.
   - Но Веда! - опять воскликнула принцесса.
   - Так, Верунь, приведи себя в порядок, а потом поговорим.
   Вероника вздохнула и направилась на выход. Санни и Алекс посторонились, пропуская принцессу. В установившейся тишине сын Веды поинтересовался:
   - А почему Вера вся... эмм... в муке?
   - По дурости, - улыбнулась Веда.
   - В смысле? - не понял Алекс.
   - Она решила сама испечь пирог, порадовать своего любимого, - улыбнулась Веда. - А у Ру не уточнила, где взять ингредиенты. И вот...
   Веда прекратила замешивать тесто и стала раскладывать его в приготовленные формочки. Санни помогал, придерживая противень. А Алекс молча наблюдал за их действиями, присев на скамейку возле стола. Закончив с раскладкой, она поставила печения в печь и, убрав со стала всё лишнее, присела рядом с Алексом.
   - А ты почему была в муке? - спросил Санни.
   - Да тоже по тому же, - отмахнулась его эрхема. Рядом стояла. И мне прилетело.
   - Мам, а Вера в курсе? - решил сменить тему Санни.
   - В курсе, - вздохнула она и обняла сына. - И не в восторге, как видите.
   - Я с ней поговорю, - начал арханг.
   - Не надо, Алекс. Я сама.
   Веда встала и вышла из кухни, попросив последить за печением.
   - Думаешь, уговорит? - тихо спросил Хранитель.
   - Уговорит. А ты давай следи за выпечкой. Хотел же научиться, - вставая и направляясь на выход, кинул через плечо Санни.
   - Ты куда? - и не утруждаясь ответом, Алекс заявил: - Я с тобой.
   - А как же...
   - Ру или Мо попросим.
   Переглянувшись, оба арханга хитро улыбнулись и вышли из кухни.
  
  
  
   Веда
  
  
   - Верунька...
   - Нет.
   - Ну, Верунчик.
   - Нет.
   - Ну, Верушка.
   - Нет.
   - А я шоколадку тебе дам.
   - Нет.
   - А если две?
   - Нет.
   Вера пыталась не рассмеяться, но дёргающиеся уголки губ выдавали её с головой.
   - А три?
   - А у тебя есть? - повернулась принцесса к подруге.
   - Сладкоежка, - улыбнулась открыто Веда.
   Они сидели в небольшой беседке в парке за домом виконтессы. Веда ещё раз изложила свою идею и выразила надежду, что Вера примет её подарок Алексу и ей. Принцесса молчала. И вот они уже минут десять сидели в тишине.
   Вера глядела на озеро и думала. Веда ей не мешала. Но потом решила пойти на небольшую хитрость и рассмешить подругу. А смех сближает. Решено - сделано.
   - Есть. Целых пять! - подтвердила виконтесса. Но что не штук, а коробок, благоразумно умолчала. А заявила: - Но я их тебе не дам все.
   - Почему? - запротестовала принцесса.
   - А чем я тебя потом подкупать буду? - улыбнулась хитро Веда.
   Вера придвинулась и опустила голову на плечо подруге.
   - Твоими вкусняшками и обещанием, что ты меня не оставишь на произвол судьбы, - пробурчала принцесса.
   - Обещаю, - улыбнулась она, обнимая одной рукой Веру. - Ну что, пошли пить чай? Там...
   Но договорить она не успела. В беседку вбежала запыхавшаяся женщина. В растрёпанной и косматой гостье Веда еле узнала Магду.
   - Миледи... там... - она махнула куда-то в сторону рукой, - там... надо... они же сгорят...
   Бывшая работница поместья тяжело дышала, как от быстрого бега.
   - Магда, что случилось? Кто сгорит?
   Веда уже встала, отпустив Веру, и подошла к женщине.
   - Там... - всё не могла отдышаться Магда. - Кузнец закрыл в сторожке жену и поджёг, - наконец проговорила она, падая на скамейку.
   - Зачем? - в два голова спросили принцесса и виконтесса.
   - Приревновал. А потом застукал. Теперь вот... - как-то спокойно пояснила женщина, но тут же, спохватившись, запричитала: - Сгорят же! Надо помочь! Он же там стоит и смотрит. И никого не подпускает. Обещает тоже спалить, если кто сунется. Кузнец вас послушает. Больше никого. Миледи, прошу. Больше мне не к кому обратиться.
   - А тебе что за дело? - с подозрением спросила Вера.
   - Так... это... сестра моя жена кузнеца, - ответила Магда и встала со скамьи. На глазах у неё уже сверкали слёзы. - Вы поможете? Если нет, я побежала искать...
   Веде всё это не нравилось, но она никак не могла понять, что. Нет, люди, что бы они там не совершили, не заслужили быть сожжёнными заживо. Но... А вот что 'но', она пока не поняла.
   - Помогу, - решила виконтесса. - Где пожар?
   - Там. На опушке. Возле Заячьей речки. Там, где развалины, - затараторила женщина, выбегая из беседки.
   - Вера, слышала? - поворачиваясь к подруге, попросила: - Зови всех, кто свободный.
   - Хорошо, - кивнула подруга, соскакивая со скамьи и выходя вслед за Магдой и подругой. - А ты?
   - А я уже пошла. Может, удастся уговорить кузнеца, сам потушит.
   С этими словами Веда быстро направилась за уже удаляющейся Магдой, пытаясь не потерять её из вида.
   Через минут пять почти бега по лесной тропинке Веда позвала:
   - Магда, стой. Долго ещё?
   - Нет, миледи. Ещё немного, - не останавливаясь, через плечо бросила женщина. И ускорилась, скрываясь из виду за растущими впереди кустами.
   - Магда! - опять окликнула Веда, когда, поравнявшись с этими кустами, никого не обнаружила.
   Веда остановилась и огляделась. Ни речки. Ни опушки. Ни запаха гари, который, если верить словам Магды, должен быть уже слышен. Да и сам пожар, если он имел место быть, был бы уже виден.
   Впереди были навалены друг на друга несколько стволов деревьев, а чуть левее чёрным пятном выделялись развалины некогда жилого дома. От бывшего жилища остались обгоревшие и почти развалившиеся две стены и выжженная территория.
   Виконтесса сошла с тропинки и сделала пару шагов по направлению к пепелищу. Под ногами хрустнула ветка, и Веда опять остановилась. А потом ещё раз позвала.
   - Магда, что за шутки?
   - Да какие шутки? - раздалось злое и надменное сзади.
   Резко развернувшись, виконтесса увидела, как на той тропинке, где она только что была, стоит Магда и держит что-то в руках.
   Проследив, куда смотрит Веда, женщина рассмеялась, по-своему расценив взгляд виконтессы.
   - Страшно? Правильно. Бойтесь.
   - Что здесь происходит? Что ты хочешь? - тихо спросила Веда.
   Страха не было. Было непонимание происходящего. В уме никак не укладывалось, что хочет сделать Магда. Это же глупо. Сейчас через пару минут сюда прибегут люди и арханги. Даже если женщина и попытается причинить вред ей, сама-то она не успеет убраться с места преступления. Во-первых, Веда не собиралась легко сдаваться. Во-вторых, подмога не позволит.
   - Я? Ничего особенного, - меж тем нарушила мысли виконтессы Магда. - Ты высокородная выскочка. Приехала и выгнала меня. Испортила мне жизнь. Из-за тебя меня бросил любимый. А ты... обзавелась чудовищами и думала, что я ничего не придумаю? Нет. Я умная. Я придумала, как отомстить.
   Обвинения не понятно в чём так и лились из женщины нескончаемым потоком. Магда стояла на тропинке и не приближалась, но Веда чувствовала, что она чего-то ждёт.
   - Хорошо, - согласилась Веда, разом прерывая порядком надоевший поток словесного мусора. - Я исчадие ада и испортила тебе всю жизнь. Что дальше?
   - А дальше... - улыбка Магды, появившаяся на лице женщины, могла бы посоперничать с оскалом дракона, которых Веда видела ещё на Земле на картинках, - дальше я сделаю то, что ты заслуживаешь. То же, что заслужил он.
   Кто этот 'он', она не уточняла. А продолжила в традициях мультяшных злодеев расписывать, что сделает, пытаясь устрашить:
   - Ты навсегда останешься здесь. Назад дороги для тебя нет. И никто тебя не найдёт так же, как и его, - Магда рассмеялась неприятным, каркающим смехом.
   'Она не в себе', - догадкой кольнула мысль.
   Посетившая виконтессу мысль с одной стороны хоть как-то объясняла происходящее. С другой, немного пугала. Невменяемые непредсказуемы. Мало ли, что у них на уме. Ничего конкретного из монолога 'сбрендившей' Веда не услышала. Магда тем временем продолжала:
   - Ты сгниёшь здесь. А я займу место в твоём... в моём доме, которое по праву моё.
   Веда не успела поинтересоваться, почему она считает место виконтессы своим. Магда быстро разломила и кинула под ноги Веде то, что держала в руках.
   В этот момент произошли сразу три вещи.
   Первое. Веда, наконец, разглядела, что было у Магды. Красный кристалл, который упал недалеко от неё, испуская угольно-чёрные пыльные облачка. Они заклубились, поднимаясь ввысь, и от них вверх и в стороны стали расходиться серые лучи, образовывая вокруг присутствующих что-то наподобие кокона.
   Второе. Кидая в неё кристалл, Магда по инерции шагнула вперёд, не удержав равновесие, и чуть не упала. Осознав, что она сделала, тут же повернулась, намереваясь вернуться на тропинку, но не смогла. Перед ней как будто стояла невидимая преграда, не давая выйти из зоны действия лучей.
   Третье. Веду почти сразу сбили с ног. Навалились сверху и прикрыли собой.
   - Тихо. Не двигаешься и молчишь, - услышала она тихое и хриплое.
   Послушно замерев, Веда просто вслушивалась в происходящее. Видеть, что-либо она не могла, так как упала лицом в траву. Так её и придавили.
   - Всё. Теперь можно, - так же хрипло прошептали ей в ухо, и тяжесть исчезла.
   Повернувшись, она увидела очертание кого-то. Из-за пробивающихся через ветки деревьев лучей садящегося солнца Веда не могла рассмотреть того, кто был сейчас рядом. Но что это мужчина, весьма крупный и сильный, она определила. Еще разглядела, что ей протягивают руку. Решив принять помощь неизвестного спасителя (правда, спасшего от чего, тоже пока было не известно), Веда протянула руки и была тут же поднята на ноги.
   Охнув от резкого рывка, она несколько секунд держалась за 'спасителя', дожидаясь, когда голова перестанет кружиться, и когда уже сможет стоять самостоятельно. Отпустив опору и отряхнув платье, огляделась. Сейчас она могла спокойно рассмотреть, кто находился перед ней.
   Крупный, коренастый и седой мужчина. Хотя на вид Веда не дала бы ему больше пятидесяти. Крупные черты лица. Шрам, проходящий через всё лицо. Серые внимательные глаза. Большие сильные руки. Застиранная до неопределённого цвета холщовая рубашка с длинными рукавами, поверх которой был надет расстёгнутый кожаный жилет коричневого цвета. Колет был без рукавов и весь в заплатках. Чёрные кожаные штаны тоже не отличались новизной. Вместо сапог - непонятная конструкция из кожи и меха. За спиной виднелась тетива лука. На поясе большой нож и прикреплённая холщовая сумка.
   - Насмотрелась? - хмыкнул он.
   Рассматривая мужчину, Веда отстранёно подумала, что бесившаяся и кричавшая рядом Магда её вообще не волнует. Не волновала и причина, по которой женщина сейчас истерила.
   - Да. А вы кто и что тут делаете?
   Он опять хмыкнул и посмотрел на Магду.
   - Нам нужно побыстрее отсюда убраться, пока не пришли они.
   - Кто...
   - Все вопросы потом, - перебил её мужчина.
   Он повернулся и, подойдя к взбешённой женщине, нажал на какие-то точки у неё на шее. Крик сразу пропал, а тело Магды обмякло и стало падать. Не давая ему упасть, мужчина подхватил тушку женщины на руки и понёс. Молча. Ничего не объясняя.
   - Подождите! - окликнула его Веда, шагая следом. - А мы куда? У меня тут недалеко...
   - У вас тут очень далеко, - через плечо кинул ей, не останавливаясь. - Сейчас придём, я вам кое-что поясню. И лучше помолчите. Поберегите дыхание и... не привлекайте лишнего внимания.
   И как ни в чём потопал дальше.
   'Нет, что за не справедливость? Мне хотели отомстить. Меня хотели напугать. Отбили любимые бока. А несут на руках другую. Эх. Что за жизнь?' - вздыхала Веда, молча шагая за их провожатым. 'Что не день, так новые приключения. А я и не обедала ещё', - с грустью подумала виконтесса и остановилась, так как остановился и её провожатый.
   Перед ней раскинулась небольшая землянка, укрытая ветками деревьев и кустарника.
   - Заходите внутрь, - распорядился мужчина и спустился по земляным ступенькам, заходя в помещение.
   Стало как-то не по себе. Место было незнакомое. Вокруг никого. Странно. Вроде времени прошло много, и должны были уже начать её искать. Вера же побежала за подмогой? Но вокруг тишина. И тишина какая-то давящая.
   Она ещё раз огляделась, но ничего необычного в незнакомом месте не увидела.
   - Ну, была не была, - подбодрила себя Веда и шагнула на ступеньку.
  
  
   Санни
  
  
   - Алекс, Санни, пожар!!! - врываясь в комнату, кричала Вероника.
   - Что случилось? - вскочил с кресла Алекс. - Где пожар?
   После того, как они вышли из кухни и попросили присмотреть за выпечкой Ру, арханги довольно быстро нашли девушек. Но подходить не решились. Во-первых, просто так подойти со стороны дома к беседке незамеченными, не представлялось возможным. Во-вторых, решив не тратить время на бессмысленное подслушивание, так как девушки им потом сами всё расскажут (Вера так точно. Она просто не сможет не поделиться с любимым. А Алекс обязательно поведает ему), парни решили вернуться в библиотеку и продумать встречу с отцом Вероники.
   - Там, - принцесса махнула рукой куда-то себе за спину. - Прибежала какая-то странная женщина. Сказала, что поджог. Веда побежала туда, а меня за остальными послала, - запинаясь, так как не могла отдышаться, выпалила Вера.
   Алекс уже обнимал принцессу, пытаясь поддержать любимую, переживая за неё. Это было написано у него на лице. Но и за Веду он тревожился не меньше.
   - Где пожар? - повторил Хранитель.
   - Она сказала, на опушке. Возле Заячьей речки. Там, где развалины.
   - В Заповедном лесу, значит, - прижав к себе Веру, вынес вердикт Алекс.
   - Кто она? - меж тем задал вопрос Санни.
   - Я не знаю, - кладя голову своему избранному на плечо и закрывая глаза на пару секунд, ответила принцесса.
   - Хорошо, - поцеловав в висок Веронику, Алекс мягко отпустил её. - Беги к мадам Роз. Расскажи ей всё. А я...
   - Мы, - перебил его Санни.
   - Санни, она не одобрит и...
   - Она моя эрхэма! - не слушая возражений и направляясь к выходу, заявил маленький хозяин поместья.
   Алекс не стал спорить с другом, прекрасно понимая его чувства. Он направился следом за ним.
   Но когда они прибыли на указанное место, то ни пожара, ни Веды, ни странной женщины не обнаружили. Бросившиеся к кузнецу Ставросу работники виконтессы, поднятые принцессой, тоже не нашли ни хозяйку, ни Магду, которую обознали по описанию Веры.
   Да и рассказанное Верой не вязалась с реальностью. Не мог Ставрос поджечь жену с любовником. Не было у него жены. Да и Магда одна была у своей матери. Ни братьев, ни сестёр Гарда не успела подарить своей единственной дочери. Умерла при родах.
   Только развалины некогда жилого дома, в котором проживал бывший смотритель этой усадьбы, находились там, где сказала пропавшая женщина.
   Вся личная гвардия виконтессы облазила все окрестности, прочесала болота и топи, тропинки и овраги, холмы и пещерки в поисках Веды. Но всё без толку.
   Прошёл один оборот луны. Затем другой. Приехали гости. Они тоже присоединились к поиску. Но и действия прибывшей подмоги не дали никакого результата.
   Сёстры Арангита, при обращении к ним, отказались помогать.
   'Мы и так много наворотили', - отворачиваясь, проговорила Дусея и продолжила заниматься своими делами.
   Санни день за днём приходил к развалинам в лесу и раз за разом проверял и перепроверял там всё. Он изучил наизусть всю округу, но так и не нашёл ответа, что же произошло, и куда делать его эрхэма.
   И в один из дней, видно, Богиня услышала его молитвы, и ему улыбнулась удача.
  
   Глава 4. 'По ту сторону
  
  
   Веда
  
  
   'Бьётся в тесной печурке огонь. На поленьях смола, как слеза. И поёт мне в землянке гармонь про...' 13 - оглядываясь, продекламировала мысленно Веда.
   Она остановилась при входе в комнатушку, в которую они спустились. В помещении мужчина положил на лежанку в углу бессознательную Магду. Подошёл к стоящему в центре комнаты столу и зажёг, находившуюся там свечу. После полутьмы лестницы глаза даже от маленького, тусклого света свечи зажмурились сами. Открыв их и оглядевшись, Веда увидела обычную землянку с двумя лежаками, один из которых был занят. Стол, пара наспех сколоченных стульев и небольшие подвесные полки в углу комнатки. Вот и всё хозяйство, что было тут.
   - Проходи и присаживайся, - вывел из задумчивости хриплый мужской голос.
   Веда бездумно осматривала жилище, продолжая стоять при входе.
   - Чего ждёшь? - опять обратил внимание на себя её нежданный спаситель.
   Он уже присел к столу и наливал в чашку что-то из кувшина.
   Веда прошла и присела рядом. Перед ней тут же оказалась одна из заполненных чашек. Подняв и принюхавшись, она поняла, что это простая вода. В полном молчании они выпили.
   Каждый думал о своём.
   У Веды после вакуумного заторможенного состояния мысли стали гнаться друг за другом галопом. Она и так, и эдак крутила в голове, прикидывая, что же произошло, но как ни старалась, так и не могла ничего понять.
   Почему Магда взбесилась, Веда предполагала. Но что именно она хотела ей устроить?
   Кто этот странный мужчина, сидящий сейчас рядом с ней? Почему он 'спасал' её, а не Магду? Где они? Что вообще тут происходит?
   Все эти вопросы так и роились у неё в голове, не находя ответа.
   Молчание затягивалось. Вздохнув, набираясь сил, чтобы начать разговор, Веда ещё раз посмотрела на мужчину. Решив прояснить всё, она представилась.
   - Веда.
   - Дагир, - ответили ей.
   - Дагир, спасибо вам, что помогаете. Но не могли бы вы пояснить, где мы, и что вообще тут происходит?
   Мужчина скривил уголок губ в ухмылке и, молча встав, подошёл к бессознательной женщине.
   - Вы называли её Магда, - вместо ответа начал Дагир. - Её мать звали Гарда?
   - Да, - внимательно следя за мужчиной, ответила Веда.
   И смутное понимание странности этого вопроса забрезжило где-то на краю сознания.
   - Сколько Магде лет? - меж тем продолжал допрос мужчина.
   - Не знаю. Где-то тридцать - тридцать пять.
   - Значит, тридцать лет прошло, - в никуда заключил Дагир.
   И опять это смутное чувство понимания. Посомневавшись ещё немного, Веда решилась.
   - А вы, - она прочистила горло перед тем, как спросить, - отец Магды?
   Мужчина обернулся. Серые глаза прищурились, внимательно смотря на неё.
   - Нет.
   - Ну да. Мне говорили, что вы никогда не признавали ребёнка.
   - Слушай, деточка, - направился в сторону Веды мужчина, и ей стало как-то не по себе от его взгляда и тона, которым он с ней заговорил. - Если я говорю, что эта, - он оглянулся и посмотрел на бессознательную Магду, но потом его колючий взгляд вернулся к виконтессе, продолжил: - не моя дочь, значит, не моя. Я точно знаю, что утверждаю. Это понятно?
   'Так точно, сэр', - от этого тона так и хотелось вытянуться по струнке и отдать честь. Но вместо этого Веда попросила.
   - Расскажите?
   Дагир долго и пристально смотрел ей в глаза, пытаясь увидеть что-то, известное только ему. И видно, всё же разглядел, так как вздохнул и присел рядом. Плечи его разом опустились под грузом прожитых лет и тяжестью воспоминаний. Он положил руки на стол, уставился невидящим взглядом куда-то и начал.
   Рассказ не занял много времени. Всё было банально и просто. Ему разбила сердце в молодости девушка. А кроме того оставила 'подарочек' на всю жизнь, из-за которого в глубине души Даг чувствовал себя ущербным. Он поклялся, что больше ни одна не сможет пролезть в его сердце. Но Гарде, матери Магды, как-то удалось туда попасть. Нет, она не отличалась красотой или добродетельностью. Не было у неё и мягкого, нежного взгляда или плавности в движениях. Ни один из окружающих не видел в ней добрых душевных порывов, как то помочь соседке с больной спиной бельё развесить просушиться или поухаживать за умирающей животинкой: котёнком или щенком. Даже просто добивать из сострадания она бы не стала. Прошла бы мимо. Но Даг понял, что очень часто думает об этой женщине. Чёрные глаза снились ему по ночам. Её полные красные губы заставляли буквально грезить поцелуем. Стройное тело, притягивающее взгляды мужчин (что вызывало глухое раздражение и дикую ревность), манило, дразнило, заводило. Им хотелось обладать.
   Нет, это была не любовь. Это было какое-то наваждение. И он держался, до последнего сопротивляясь. Но в один из вечеров, после особо трудного дня, расслабившись, Даг напился. А на утро проснулся в постели с объектом своих грёз. Что и как было, он не помнил. Вот совсем. Память не вернулась к нему и потом. В то утро, не смотря на дичайшую головную боль, он тихо собрался и кое-как ушёл. Через пару дней Даг и сам прекратил думать о случившемся. Всё закончилось как-то разом, в одночасье. Как и началось.
   А через луну Гарда сама нашла его и заявила о его якобы будущем отцовстве. Что именно она нашла в нём, Даг так и не понял. Ни богатства, ни внешней красоты, ни чего бы то ни было выдающегося за собой он не видел. Но вот выбрала почему-то именно его.
   'Любовь зла... Хотя, может, и не любовь', - появилась мысль, но испугавшись раздражённого Вединого шика, тут же исчезла.
   А Даг, продолжал. Он поведал, что этот ребёнок был не от него. Потому что тем 'подарочком', которым его наградила в молодости бывшая возлюбленная, было заболевание, после которого он стал бесплодным.
   На отказ признать ребёнка Гарда очень разозлилась и, пообещав, что он ещё пожалеет, исчезла на луну или две.
   А потом для него нашлась работа. Новый виконт захотел убрать развалины в лесу. Вид ему они портили. Разгребать пепелище позвали и его. Так то работы особо не было. И денег тоже. А пообещали неплохие деньги за помощь. Вот он и согласился. В назначенное время Даг пришёл на развалины, но никого не нашёл. Подождав, и уже собирался возвращаться, когда ему под ноги что-то полетело. Пока он рассматривал, что это, и дивился непонятным лучам, исходящим из этого, Даг услышал:
   'Будь ты проклят. Теперь ты пожалеешь! Слышишь? Ты сгниёшь здесь, и никто, совершенно никто тебе не поможет. А Они выпьют тебя без остатка'.
   Отвлекшись от разглядывания и посмотрев на говорившую (голос Гарды он узнал), Даг пропустил один из лучей, который прошёл сквозь него и обездвижил. Стало холодно, и потемнело в глазах. Последнее, что он слышал, это не живой, а какой-то искусственный женский смех, за которым пришли тишина и небытиё.
   Сколько длилось это состояние Даг не знал. Он очнулся ночью на земле в лесу и не узнал того места. Попытался выбраться из этого места, но не смог. Казалось, он находился в какой-то прозрачной 'коробке', два на два метра. Всё видит и слышит, а выйти за границы этой ловушки не может.
   Страха не было. Было ощущение, что нужно спешить. Загадочное: 'Они выпьют тебя без остатка', не давало покоя. Подумав немного, Даг залез на дерево, предполагая, что у этой 'коробки', возможно, нет 'крышки'. Он уже был на высоте метров пяти, когда появились Они.
   Прозрачные границы его ловушки лопнули с лёгким звоном, а на небольшой полянке, где он очнулся, появились двое Нечто. Что-то бесформенное, чёрное, тягучее и неживое. От них так и веяло ужасом и смертью для всего живого. Близрастущие кустарники и деревья на глазах у вжавшегося в ствол Дага сохли и превращались в пыль. И слова Гарды стали очень понятны. Он был с ними согласен. Его просто выпьют, как эти растения.
   Эти два существа, вплыв на то место, где был до этого Даг, постояли несколько мгновений и растворились. Вот были только что тут, а потом растаяли, как вчерашний снег.
   Даг не знает до сих пор, кто или что это. За время, проведенное здесь, он не раз становился свидетелем их деяний. Живности тут давно уже нет. Деревья и кустарники пока ещё растут каким-то чудом. И самому Дагу ещё удаётся прятаться от них. Само провидение, не иначе, привело его в то место, когда женщина, как две капли воды похожая на Гарду, пыталась закрыть в такую же ловушку Веду. Естественно, приняв её за мать, Даг решил не допустить, чтобы ещё одна неугодная стала жертвой этой...
   Кого 'этой', Даг не договорил, но на лице Веда легко прочла все эмоции и чувства, которые бушевали сейчас внутри у мужчины.
   - Даг, вы сказали, 'прошло тридцать лет', но вы не похожи на дряхлого старика. Да и ...
   - Ещё я выяснил, что тут время идёт по-другому, - перебил он её. - Тут были менее удачливые... - Даг хмыкнул, вспоминая кого-то, но продолжил. - Кто-то сразу попадался к здешним обитателям и от него только пепел и оставался. Кому-то, как и мне, везло. Они становились ужином или обедом не сразу. Один из них был мой знакомый. Он успел мне рассказать, что меня уже как десять лет потеряли. А тут прошло не более четырёх лун. Тогда я и понял, что ловушка эта как бы вне времени. Вне мира.
   'Вне времени. Вне Мира'. У Веды после этих слов как будто переключили тумблер в мозгу, и всё сложилось.
   - Даг, а эти... существа, ну, которые чёрные и бесформенные... они разговаривали между собой?
   - Не слышал. Не до этого было.
   - И они за всё это время вас ни разу не нашли?
   - Нет. Они появляются всегда в одном и том же месте после того, как кто-то туда попадает. А потом исчезают, как будто их тут и не было.
   - А они сами, без жертв, попавших сюда, появляются?
   - Было несколько раз. Но я не скажу, зачем они сюда приходили.
   - Даг, нам нужно найти этих существ.
   В серых глазах застыл ужас. На неё посмотрели, как на умалишенную. Да она и была сейчас не в своём уме, раз решила договориться с Канээррами.
   - Ты головой что ли приложилась хорошо, когда упала? Или вообще меня не слушала, что я битый час тебе рассказывал?
   - Головой, конечно, приложилась, но это сейчас не главное. Главное, я тебя услышала. И я знаю, кто эти существа. Скажу сразу, я не уверена в исходе затеи, но попробовать стоит.
   - Сумасшедшая.
   - Ага. Мне так не раз говорили, - улыбнулась Веда. - Ну так что? Будем выбираться или как?
   Даг молча и неверяще смотрел на неё, а Веда думала, что она может противопоставить Канээррам. Очень надеялась, что каронит как и в прошлый раз в Зале Судьбы появится у неё в нужный момент. Богиня же сказала, что он сам выбирает, где и у кого ему нужнее быть. А больше идей не было.
   - Будем, - вывел её из раздумий Даг. - Какой у тебя план?
   - Нуу... как бы... хмм... Мне нужно найти этих существ и посмотреть на них.
   - И это всё? - недоверчиво спросил мужчина.
   - Пока да, - не стала вдаваться в подробности Веда. - Как мы их искать будем?
   - Ложись спать. Завтра подумаем.
   Веда послушно встала и пересела на указанную Дагом лежанку.
   - А ты ...?
   - Не волнуйся, - усмехнулся мужчина, - я привыкший, - укладываясь на пол возле неё, ответил на незаданный вопрос Даг.
   Веде легла и закрыла глаза. Не спалось. В голове роились тысяча мыслей, но чёткого плана так и не выстраивалось. Решив пока не забивать этим себе голову, Веда подумала о Санни. Стало ещё хуже. Они там с ног сбились, разыскивая их. Переживают.
   'Это сколько я отсутствую там у нас? Месяц? Два?' - от этой мысли Веда села и схватилась за голову.
   - Не спится? - услышала тихое.
   - Нет, - созналась она, переворачиваясь и облакачиваясь на стену.
   - Переживаешь о близких? - понял творившееся у неё в голове Даг.
   - Да.
   - Кто там у тебя остался?
   В темноте Веда видела только очертания, но была уверена, что грустная улыбка появилась на лице мужчины, лежащего на спине с заложенными под голову руками и смотрящего в потолок.
   - Сын и ...
   Веда запнулась. Слова про любимого так и не слетели с её губ.
   - Понятно, - вздохнул Даг, переворачиваясь на бок к ней лицом. - А у меня там была сестра. Ниса, наверное, уже выросла, замуж вышла. Племянников мне нарожала. Сколько твоему?
   - Шесть, - поняв, про кого он спрашивает, ответила Веда.
   - А тебе самой-то сколько годков? Молоденькая что ли совсем рожала?
   - Спасибо за комплимент, - улыбнулась виконтесса. - Но я старше, чем выгляжу. И Санни, он... - она запнулась, решая рассказывать, что сын не человек, или не стоит.
   Но её раздумья прервал скрипучий голос очнувшейся.
   - Дурак. Она с архангами якшается, а ты её девочкой обзываешь.
   Собеседники посмотрели на Магду, которая уже сидела на лежанке и тяжело дышала.
   Веда встала и, налив в стакан воды, отнесла его женщине.
   - Пей, легче будет.
   - Не надо, - оттолкнув предложенное питьё, Магда схватилась за голову и спросила. - Почему ты мне помогаешь? Я же убить тебя хотела.
   - Но не убила же? - хмыкнула в ответ Веда. - Ну, или я тебя сейчас хочу отравить. Как такой вариант?
   - Не хочешь говорить? - не смотря на присутствующих, проскрипела женщина.
   Ей явно было плохо. А ещё тяжело говорить, но она упорно отказывалась от помощи.
   - Пей и не выпендривайся, - протягивая опять стакан с водой, уже потребовала Веда. - Потом поговорим.
   - Я хочу сейчас...
   - А я сейчас хочу быть со своим сыном. Со своими близкими. А из-за одной взбалмошной особы, которая надумала себе не пойми что, возомнила себя не пойми кем, вынуждена сидеть в землянке и ждать, что будет дальше. Так что пей, что дают, и не выводи меня ещё больше, чем ты это уже сделала. Я ясно выразилась, или мне повторить?
   Веда втиснула в руку ошеломлённо глядящей на неё женщине кружку и прошла к лежанке. Сев и прислонившись опять к стенке, она прикрыла глаза, и какое-то время в помещении установилась тишина.
   - Откуда у тебя то, чем ты открывала сюда проход? - не открывая глаз, начала спрашивать виконтесса.
   Голос был уставшим, но холодным. И Магда не стала артачиться и рассказала, что после смерти матери в возрасте десяти лет она нашла в её вещах записи и кое-какие побрякушки. Ознакомившись с находкой, Магда узнала, что мать заключила какой-то договор, по которому она должна оставлять людей в лесу, кидая вот такие шарики им к ногам, а самой убегать. За это ей платили золотом и каким-то снадобьем, которое позволяет оставаться молодой и не стареть быстро.
   Магда поведала, что из написанного в своеобразных дневниках Гарды она узнала и про отца, который отказался от дочери, и про этих существ, которые выпивают людей, и про это место. Но продолжить дело матери она не решалась.
   - До того момента, пока ты сюда не приехала, - смотря на Веду больным взглядом, призналась женщина. - Я решила попробовать сначала на одном старом пьянчуге. Его бы никто не хватился, даже если бы ничего не получилось, и он бы на утро жаловался, что его связали и оставили в лесу. Но всё получилось. Вот я и решила от тебя тоже избавиться.
   - Не получилось, - констатировала Веда.
   - Не получилось, - согласилась Магда, опуская голову и упираясь руками в край лежанки.
   И опять в землянке стало тихо. Магда думала, какая она несчастная. Даг гнал появившуюся после слов Веды надежду на вызволение отсюда. А Веда, прикрыв глаза, почему-то представила себя в руках Эла, который, прижав её к себе, гладил по спине и обещал, что всё будет хорошо. Он рядом, и вместе они что-нибудь придумают. С такими мыслями она и заснула.
  
   ***
  
   Проснулась Веда отдохнувшей. Сна не помнила. Но было ощущение чего-то хорошего, тёплого и родного. Спала она укутанной в одеяло. Рядом на полу ещё спал Даг. Магда лежала тихо на своей лежанке, но тяжело дышала.
   Присмотревшись к ней и почувствовав неладное, Веда тихо встала и подошла к женщине. Волосы и одежда были мокрые. На лбу испарина. Магда не шевелилась, но было видно, что ей очень плохо.
   Веда достала из своей сумки фляжку, и оторвав от нижней юбки кусок ткани, смочила его. Обтерев лицо и руки больной, она обратила внимание, что женщина стала покрываться ещё большей испариной и метаться по подушке.
   - Что с ней?
   Даг проснулся и подошёл совсем не слышно. За почти год, проведенный тут, он научился искусству маскировки почти в совершенстве. С современными методами Вединого мира не сравнить, но всё же.
   - Не знаю. Но...
   Договорить ей не дала белая пена, которая стала появляться с шипением на руках и лице, где Веда протёрла живой водой из источника.
   Магда заметалась, тихо поскуливая.
   - Что...
   Даг отступил, шокированный увиденным. Веда тоже не знала, что происходит и что делать, во все глаза наблюдая, как пена пузырится и стекает с побелевшего тела женщины, а она сама как будто высыхает в тех местах, что успела обтереть Веда.
   - Что это за колдовство?
   - Да не колдовство никакое это, - взглянула она на мужчину. - Просто водой из живого источника я...
   - Когда тело нечисто, - перебил Даг виконтессу, - то и живая вода становится мёртвой.
   - Что это значит? - спросила Веда, переводя взгляд на умирающую.
   - Что она и не она вовсе.
   - В смысле?
   - Плохо ей стало, как она сюда попала. И лучи эти на неё не так, как на остальных, подействовали. И вода твоя, - Даг посмотрел на фляжку, поднял взгляд на Веду, а затем перевёл его на Магду, - она такая же, как и те существа. Хозяева.
   - Да быть не... - Веда осеклась, увидев, что за пеной из тела женщины стали по капле выходить чёрные сгустки.
   Оба сделали несколько шагов назад.
   - Нет, - тихо сказала Веда, начиная догадываться, что происходит. - Не такая. Это их очередной эксперимент.
   - Их? - не понял Даг.
   - Потом расскажу. Что делать будем?
   - Есть варианты? - не стал допытываться Даг.
   - Нет.
   - И у меня не... что?
   Даг поднял глаза и посмотрел на потолок землянки, с которого закапало что-то зелёное и дурнопахнущее. Веда также посмотрела наверх и увидела под слоем веток каменную плиту, с которой стекала вода.
   - Что это? - поинтересовалась.
   - Не знаю. Когда я нашёл это убежище, то тут уже всё было.
   - Поблизости реки или озера нет?
   - Есть. Озеро. Но оно не так близко. Так что это всё очень странно.
   Веда опустила взгляд и ещё раз посмотрела на Магду. Бедняжка уже не металась, а тихо лежала. Высохшие руки и лицо наводили ужас даже на видавшего виды мужчину. Веда же смотрела на женщину и жалела её. Жалела, что так сложились обстоятельства. Что её мать пошла на это, и Магда стала ещё одним экспериментом этих сущностей. А ещё, не смотря на всё, что эта женщина сделала ей, Веда жалела, что не может ей помочь. Никто не заслуживал такого.
   Не боясь, Веда подошла и легонько провела подушечками пальцев по лбу Магды. В этот момент та открыла полные тьмы глаза и схватила виконтессу за руку.
   - Тентекэсс имэррис рэккис, - услышала скрипучее и безжизненное.
   - Я в этом не уверена, - отдирая руку от себя, заявила ей Веда.
   Она сделала шаг назад, уже без сожаления наблюдая за застывшим взглядом, из которого уходила клубившаяся там тьма, а тело начинает разрушаться буквально на глазах, превращаясь в пыль. Несколько минут, и на месте, где только что была Магда, остался только мелкий рыжий песок.
   - Что это? - сухой голос вывел Веду из прострации.
   - Канээры не могут существовать без носителя в нашем мире долго. Я думаю, Магда была результатом их эксперимента по созданию очередного носителя. Видно, не совсем удачным. Или просто в этом месте они не могут существовать.
   - Но эти...
   - Они появлялись. Выпивали несчастных и исчезали, - поняла вопрос Веда. - Надолго никто не задерживался.
   - А почему... - присаживаясь на другую лежанку, немного отходя от увиденного, стал спрашивать Даг, - почему именно здесь?
   - Не знаю. Но думаю, что в нашем мире они без последствий появиться не могут. А здесь - пожалуйста. Никого нет. Делай то, зачем пришёл.
   Веда тоже прошла и присела рядом с мужчиной.
   - А что она тебе сказала?
   - А ты не слышал? - удивлённо воззрилась она на Дага.
   - Да что-то непонятное. Тентексис ирис что там такое.
   Веда улыбнулась.
   - Нет. Она пригрозила всеми муками ада и обещала, что мы все сдохнем тут, и никто нам не поможет.
   - Вся в мать, - грустно усмехнулся Даг. - Что делать-то будем? - решил он сменить тему.
   - Нуу... - виконтесса обвела взглядом комнату и остановилась на потолке. - Предлагаю попробовать расчистить плиту.
   - Зачем? - удивлённо воззрился на неё мужчина.
   - За масл... хм... интересно же, - Веда улыбнулась, скрывая неловкость от неудачной шутки, и продолжила: - Неужели не хочется узнать, как плита тут оказалась? И что это вообще такое? А если её расчистить и...
   - И совсем не интересно, - прервал вдохновляющуюся на ратные подвиги виконтессу Даг. Он кивнул на потолок: - А не страшно?
   - Чего?
   - Ну... - мужчина задумался, а Веда встала и подошла посмотреть поближе.
   Ветки были как будто раздвинуты, часть валялась на полу. 'И как я раньше на это не обратила внимание?' - покорила себя она, продолжая разглядывать открывшуюся картину. Картина эта вызвала кучу вопросов. За ветками скрывалась плита из серого камня, размером метр на полтора. От краёв находки, сантиметрах в пяти, шли выемки, образуя рамку, из углов которой в середину камня выходили лучи. В центре лучи переплетались причудливым узором и расходились в разные стороны под углом в сорок пять градусов. Дойдя до 'рамки', они отражались от нее и под прямым углом продолжали своё путешествие до другого края, где повторялась картина с отражением. Вместе они напоминали какую-то сложную геометрическую фигуру. За 'рамкой' едва различимо были видны узоры и какие-то символы.
   - Знаешь, не страшно. Наоборот. Ещё одна загадка, - вздохнула Веда, опуская взгляд на мужчину, следящего за ней. - Нет бы просто написали: сделай то-то и то-то и попадёшь домой. Ну, или хотя бы указали направление. А они опять какие-то загогулины подсовывают.
   - А что бы ты хотела? - развеселился Даг. - Топнуть, хлопнуть и повелеть: 'Везите меня ветра туда, где дом и моя родня'?
   - А почему бы нет? - тоже улыбнулась Веда.
   Она хлопнула в ладоши, представляя себя Элли, ударила пятками друг о друга и, продолжая улыбаться, начала: 'Хочу к сынку родному я...'.
   Но договорить у неё не получилось. С потолка на виконтессу обрушился огромный поток воды, сбивая с ног. Вода быстро затопила пространство землянки, не давая возможности опомниться или что-то успеть сделать. 'Мда, что-то пошло не так', - успела подумать Веда, погружаясь во тьму. Но перед этим ей показалось, что она слышала чьи-то голоса.
  
  
   Глава 5. 'Квест' начинается
  
  
   Санни
  
   - Санни, мальчик мой, ты снова в лес?
   Вопрос задавался изо дня в день на протяжении двух лун в малом зале, где проходил завтрак. Сейчас тут находились все. И домочадцы виконтессы, и Алекс со своими заместителями, и Вера, и приехавший король с малочисленной свитой, в которую вошли его брат со старшим сыном и советник.
   Лион сам вместе с братом и племянником целую луну искали хоть какие-нибудь следы Веды, но так ничего и не нашли.
   - Да, сир, - вставая и откланиваясь, ответил арханг.
   - Ты уже всё проверил и выучил наизусть весь лес. Пора признать, её больше нет ...
   - Она моя эрхэма. Она жива. И я не брошу поиски, - с пылом начал мальчик.
   - Никто и не говорил, что она мертва, - король поднял ладошки вверх, призывая успокоиться и дослушать его до конца. - Я говорю о том, что, возможно, она не в этом мире. Ты же знаешь, откуда пришла твоя эрхэма?
   - Да, - более спокойно ответил Санни, присаживаясь обратно на стул. - Она рассказывала.
   Ему что-то подобное уже приходило в голову. Но он не придал этому значения, продолжая целенаправленно прочёсывать местность.
   - И что вы предлагаете?
   - Или ждать...
   - Нет. Ждать я больше не могу.
   - Или ждать, - повторил король, - или найти того, кто может поискать её в одном из Пяти Миров.
   - Её там нет.
   Все взоры повернулись на другого арханга.
   - Откуда ты знаешь? - недоверчиво спросил Лион.
   Вера с Алексом так и не рассказали отцу ничего, дожидаясь, когда закончатся поиски. Но Санни чувствовал, что король сам догадывается и более пристально приглядывает за Алексом.
   - Эта мысль пришла не только вам. Я сам проверил несколько дней назад все пять Миров и не нашёл там её.
   - Кто тебе открыл Путь?
   - Хранитель открывает путь, - ушёл от ответла Алекс.
   - Тогда где ещё она может быть? - вступил в разговор Эдиней.
   Присутствующие задумались. На некоторое время в комнате установилась тишина, нарушаемая только лёгким ветерком из приоткрытого окна.
   - Межмирье, - одновременно высказались оба арханга.
   - Межмирье? - переспросил король. - Но там... км... - он сглотнул, увидев, как расширились от испуга зрачки у дочери. - С ней всё в порядке. Вера, успокойся.
   - Я спокойна, - отведя взгляд и не смотря ни на кого, ответила принцесса.
   - Вероника, - обратился к ней Алекс и, дождавшись, когда она посмотрит на него, продолжил, - Веда прошла Зал Судьбы. Она освободила там запертых архангов. Неужели ты думаешь, что она не выживет в Межмирье?
   - Выживет, - тихо согласилась Вера.
   - Тогда прекрати истерить и помоги Санни собраться в заповедник.
   - А я...
   - Нет. Ты сидишь с отцом и ждёшь, когда мы придём.
   - Но...
   - Вера. Никаких но.
   Алекс встал и подошёл к принцессе.
   - Мы найдём её. Ты мне веришь?
   Вера кивнула, смотря с мольбой и надеждой на любимого.
   - Вот и славно. А теперь помоги Санни.
   - А ты?
   - Я ещё раз схожу в Зал Судьбы.
   - Хорошо.
   Принцесса, последний раз посмотрев на Алекса, повернулась к остальным, извинилась и удалилась вместе с одной из горничных.
   - Молодой человек, вы нам ничего не хотите рассказать? - спросил Эдиней, как только за Верой закрылась дверь.
   - Пока нет, - ответил Алекс и, попрощавшись, тоже удалился.
   - И что это значит? - герцог с лёгкой ухмылкой смотрел на Санни.
   - А это значит, мой дорогой брат, - вместо арханга ответил король, - что моя малышка выросла. И определилась.
   - А ты?
   - А я определюсь, когда найдём мою вторую дочь.
   - А пока что делать будем?
   Санни не стал слушать планы монарших особ. Он встал и покинул комнату, намереваясь проверить ещё одну идею поиска своей эрхэмы.
  
   ***
  
   - Санни, мы уже битый час копаемся в этом озере. Что мы тут ищем?
   Алекс, раздетый по пояс, как и ещё пять архангов, прибывших с ним по зову бывшего Хранителя, вычерпывал грязь из озера в указанном Санни месте.
   - Вход, - зачерпывая очередную лопату глины и бросая её на берег, ответил мальчик.
   - Вход? - удивления в голосе Алекса было хоть черпай этими же лопатами.
   - Ну, выход. Не суть. Главное, когда в тот раз с Ведой его нашли тут, я не узнал его. А вот сегодня заговорили о мирах, и я вспомнил. Только почему плиты нет на месте? Я точно помню, что здесь нашёл её. Мы ещё с Ведой тут дурачились.
   Санни воткнул лопату в ил и облокотился на неё.
   - Нам нужно найти плиту, метр на полтора. И поднять её. Там написано, как попасть в Межмирье, так как много веков туда уже закрыта дорога. Даже я не помню, что и как нужно делать.
   Алекс не стал спорить. Хранитель хоть и бывший, но все знания остались при нём. И если Санни говорит, что это возможно, значит, так и есть.
   И арханги с новым рвением принялись выискивать на дне серую плиту.
   Им повезло ближе к вечеру. Один из помощников Алекса наткнулся на что-то твёрдое. Он как раз обследовал небольшую заводь и не ожидал ничего там найти.
   Но поднять и вытащить плиту архангам удалось не сразу. Камень намертво прикипел к земле и никак не хотел сдвигаться. Провозившись ещё пару часов, им всё же удалось немного раскачать из стороны в сторону и подсунуть под него толстые палки.
   - Пять минут, и продолжим, - попросил кто-то из стражей, так как все устали.
   - Хорошо, - согласился Санни и вышел на берег вслед за остальными.
   Пока все отдыхали, у него было время подумать и вспомнить всё, что он знал об этой забытой скрижали. 'Выход' - так называлась она. Благодаря ей можно было открыть проход в любую известную или неизвестную реальность. О существовании скрижали знали единицы, и Санни очень повезло, что его учитель был один из них. Именно он поведал ученику о создании Пятёркой Безликих, Пятёркой Создателей такого запасного варианта. Описал, как выглядит скрижаль, но не уточнил, что она такая огромная. Именно поэтому, увидев её в тот день в озере, Санни стало просто любопытно, что это, но он не вспомнил и не узнал по рассказам учителя 'Выход'.
   С одной стороны, он был рад, так как нашли, сумели, получилось. И Веда скоро найдётся. Даже если она и не в Межмирье, то с помощью скрижали они её найдут где угодно. Омрачало радость, что нужно было знать, как она активируется, и как задать параметры поиска. А этого Санни не знал.
   Но он был твёрдо намерен прочесать все схроны, библиотеки миров, все тайные хранилища бесценных знаний и найти ответы на свои вопросы.
   Давая стражам ещё немного отдыха, Санни встал и подошёл к озеру. Грязь уже осела, и большая часть находки была хорошо видна ему через толщу воды. Один из углов плиты был отколот. Второй угол был весь испещрен символами и иероглифами, которые Санни почти не понимал. Ему удалось разобрать иероглиф 'добровольная жертва' и 'огонь'.
   'Надеюсь, никого сжигать не надо', - подумал он, приступая к раскапыванию другой части плиты, лежавшей под слоем ила.
   К нему присоединились остальные. Алекс отправил его на берег, попросив не мешаться. Санни не стал спорить, понимая, что от него сейчас не так много проку. Наблюдая с берега, как шесть архангов с усилием подняли неимоверно тяжёлую, почти неподъёмную скрижаль, Санни увидел, что один из стражей поскользнулся и стал падать, выпуская свой край плиты. Санни тут же подскочил к стражам, желая помочь. Но хватаясь за угол, порезал себе руку. Руку обожгло болью. Зашипев, он ещё сильнее схватил камень, помогая вынести на берег. Из раны по одной из сторон плиты потекла кровь, забиваясь в вырезы узоров и символов.
   - Надеюсь, - пыхтел рядом Алекс, - это поможет.
   Терпя боль, Санни помог вынести плиту и, опустив её на берег, рухнул тут же вместе со всеми. И прикрыв глаза, ответил.
   - Поможет. Мы найдём Веду.
   Несколько минут в тишине ночного леса, нарушаемой только тяжёлым, усталым дыханием архангов, они смотрели на плиту. Санни начало казаться, что там, где плита была окроплена его кровью, символы стали слегка мерцать. От созерцания камня его отвлёк окрик.
   - Смотри! - проговорил кто-то из стражей.
   Переведя взгляд на то место, куда указывал арханг, все увидели, что там, где была плита, сейчас закручивается воронка, куда утекает вода из озера.
   Подскочив и подбежав к тому месту, Санни показалось, что под водой кто-то есть. Не раздумывая, он сиганул туда, даже не заботясь о своей безопасности.
  
   ***
  
   Пришёл в себя Санни на поляне возле озера. Над ним стоял крупный мужчина со шрамом на лице.
   - Очухался?
   Санни попытался сесть, но ему не дали.
   - Да лежи ты. Сейчас вся вода вытечет, и встанешь. Ты как там оказался-то?
   Санни не спорил. У него кружилась голова, и нещадно саднило горло.
   - Я, - попытался он сказать хоть что-то, но не смог.
   Собравшись силами, он предпринял ещё одну попытку.
   - Веда...
   - Веда? Ты за ней сюда пришёл?
   - Да, - прохрипел Санни.
   - Понятно. Мозгов нет, и не купишь.
   Мужчина встал и отошёл. Куда именно, Санни не видел, только слышал бухтение: 'молодо-зелено', 'эх, молодёжь, молодёжь', 'не думают сейчас головой, делают, а потом уже нечем думать'. И всё в таком роде.
   Полежав ещё несколько минут, Санни всё же попытался подняться. И ему это удалось с четвёртой попытки. Он перевернулся на живот, ощущая, что помимо головокружения и боли в горле всё тело ноет, как в старые времена, когда он гонял своих стражей целый день на поле для тренировок без перерывов на отдых. И себе не давал спуску. Приложив немного усилий, бывший Хранитель встал на коленки и, опираясь руками о землю, сел на ноги. Отдышавшись, он огляделся.
   Они действительно находились возле озера, но место ему было незнакомо. Рядом в паре метров от него лежала Веда. Санни тут же кинулся к ней, но упал, не рассчитав свои силы.
   - Не торопись, - услышал он над ухом. И его подняли и поднесли к эрхэме. - Всё с ней будет хорошо. Воды, как и ты, наглоталась просто.
   Санни тут же, как только его отпустили, прижался и обнял Веду, радуясь, что нашёл, что получилось. Улыбка расплылась по лицу пятидесятилетнего мальчика.
   - Так значит, ты и есть сын Веды? - спросил мужчина со шрамом на лице, когда Санни отстранился от своей эрхэмы и оглядел её, выискивая, не поранилась ли она.
   - Да, - просто ответил он, не оборачиваясь, продолжая своё дело.
   - А звать тебя как? - допытывался странный мужчина.
   - Санни, - слушая мужчину в пол уха, ответил арханг.
   - Мда. Заварили вы кашу. Как теперь расхлёбывать будете?
   - В смысле? - не понял арханг, оборачиваясь.
   Сейчас, когда Веда нашлась, и он убедился, что она жива, вставал другой вопрос: 'Как выбраться?'. И слова мужчины его заинтересовали.
   - В прямом. Ты плиту сломал?
   - Я не ломал, - насупился Санни.
   - Не суть. Но она исчезла, и мы все чуть не утонули, - подкинул пару дровишек в разожжённый костёр их спаситель. - Это первое.
   Санни так был увлечён встречей с эрхэмой, что не обратил ни на что внимания. А вот теперь, глядя на огонь, понял, что замёрз. И мокрая одежда тепла не добавляет.
   - Второе. Возьми, - Санни кинули в руки сумку, - там есть сухая рубашка. Штанов твоего размера, прости, нет.
   Поблагодарив, Санни тут же переоделся, закутываясь в сухое одеяло, предложенное Дагом.
   - Так вот, - продолжил их спаситель, когда Санни, укрыв Веду вторым одеялом, обратил на мужчину внимание, - у нас был шанс открыть 'Выход', а теперь его нет.
   Санни удивился, откуда этот человек знает о скрижали, и, главное, откуда ему известно, что что-то не так. Может, всё так и должно быть.
   - А вы кто?
   - Запоздалый вопрос, - усмехнулся мужчина. - Даг. Я такой же пленник, как и Веда. Как и ты теперь.
   - Но... а так же плита... и...
   - Нет плиты. Открыть мы уже ничего не сможем. Остаётся один выход.
   - Какой?
   - Тут есть Храм. Даже не Храм, а так... Место, когда-то бывшее Местом силы Пяти Безликих, - и видя вопрос в глазах мальчика, пояснил: - Я пока тут был, много что разузнал. Так вот. Если пройти все пять залов, то в конце у Создателей можно попросить помощь. Говорят, они помогают.
   - А сами вы почему до сих пор здесь? - поинтересовался Санни.
   - Я дальше первого зала пройти не могу, - вздохнул Даг, опуская взгляд. - Там срабатывает какой-то механизм, и меня дальше не пускают. Дверь не открывается.
   - И вы предлагаете...?
   - Да. Я надеюсь, втроём мы что-нибудь придумаем.
   Санни замолчал, обдумывая предложение. Даг не торопил. Он подкладывал ветки и кипятил в котелке воду. Веда тихо лежала на земле, укрытая одеялом. Дыхание было ровным и спокойным. И Санни успокаивал себя, что она спит. Что она обязательно скоро проснётся.
   - Напоить мать сможешь? - вывел его из раздумий голос Дага.
   Он стоял рядом и протягивал Санни кружку с каким-то настоем.
   - Что это? - принимая питьё и нюхая его, уточнил арханг.
   - Настойка из трав. Ей лучше станет, - и видя недоверие во взгляде карих глаз, сам отхлебнул пару глотков. - Ну, так что? Напоишь?
   - Напою, - кивая, решил принять помощь Санни.
   Поил он очень долго, потихоньку вливая каплю за каплей настойки. Когда кружка была пуста, солнце уже почти село к радости местной живности.
   - Садись ближе к костру. Тут не так кусать будут, - предложил Даг.
   - А...
   - Веда сейчас спит. Ей всё равно. Да и не тронут её.
   - Даг, - подсаживаясь к костру, начал Санни, - что это за место? Что случилось с Ведой? И как она сюда попала? И что это было с плитой? Я, правда, ничего не понимаю.
   - Эх ты, а ещё... ладно. Веду привела сюда женщина по имени Магда.
   И Даг рассказал всё, что сам знал об это, что случилось потом, до того момента, как поток воды хлынул в землянку, чуть не погубив их всех. Благо, земляная стена разрушилась под напором воды, а поток подхватил, унося с гиблого места, помогая Дагу вытащить их всех на сушу.
   - А плита... Я знаю, что с помощью неё можно было выбраться обратно в свой мир. Но ты там что-то с ней сделал. Или не ты. Главное, что там что-то нарушили, и она исчезла, не оставив и надежды на спасения.
   - Да. Наверное, мы... когда из озера вытаскивали.
   Санни потёр раненную об плиту руку, она начал зудеть и чесаться, и обратил внимание, что рана почти зажила, а вокруг неё появились такие же завитушки и символы, как он видел у плиты.
   - Когда очнётся Веда? - поинтересовался Санни, отрывая взгляд от увиденного.
   - Думаю, к утру проснётся. Так что ты надумал?
   - Вот Веда проснётся, тогда и подумаем вместе.
   - Понятно.
   Даг замолчал, смотря на огонь. А Санни смотрел на свою маму и думал, что теперь всё будет хорошо. Он её нашёл. Она жива, почти здорова. И вместе они справятся. Он постарается. И незаметно для себя, под треск костра и шорох мыслей уснул. А утром их ждал сюрприз.
  
  
   Веда
  
   - Я тебе говорю, что нам надо было вдоль озера и налево повернуть. Там лесок, а за ним развалины.
   - Вот кому надо, пусть и поворачивает. А я не хочу быть съеденным. И маму свою не отдам.
   Веда хотела попросить говорить потише, но не смогла. Губы её не слушались. Казалось, болела каждая мышца, а в голове поселился табун мустангов, которые постоянно бегали галопом, не останавливаясь и не замедляясь.
   Приоткрыв немного глаза, она осознала себя сидящей на большой толстой ветке дерева, придерживаемой с одной стороны Дагом, а с другой Санни. Улыбка сама собой появилась на лице, а из глаз потекли слёзы.
   - Мам, - встревоженно спросил её сын, - что-то болит, да? Потерпи немного. Вот слезем, я посмотрю.
   Она через силу подняла руку и обняла его, прижав к себе.
   - Всё... хорошо, - так же, чтобы не пугать сына, тихо, превозмогая боль, сказала она и закрыла глаза.
   Помолчав пару минут, не открывая глаз, Веда позвала:
   - Даг?
   - Всё хорошо, Веда. У нас просто... эм... небольшие трудности. Но мы с ними справимся. Всё будет хорошо.
   - Как... я... тут... оказалась? И... что... там...? - делая паузы перед каждым словом, потому что усталость не давала ей большего, Веда попыталась узнать, что происходит.
   - Мам, всё хорошо, - взял слово Санни. - У нас тут... эм...
   - Эм?... - хмыкнула она и чуть не застонала от тошноты, накатившей на неё, но сдержалась и продолжила: - Это... что-то... новенькое...
   - Тут такое дело, - попытался опять Санни всё объяснить. - Ты наглоталась воды, когда плита... эм... сломалась. Даг тебя вытащил, откачал. Потом появились волки, и мы с Дагом затащили тебя на дерево.
   Веда приоткрыла глаза и посмотрела на Санни. Не врёт ли? Нет, не обманывал. Медленно перевела взгляд на Дага, не понимая, о каких волках говорит её сын. Даг отвёл взгляд и посмотрел вниз.
   На такой подвиг, как посмотреть вниз, Веда не решилась. Она откинулась на ствол дерева и закрыла глаза.
   - Как? - не представляя, как бесчувственное тело можно затащить наверх по стволу да ещё залезть самому. И всё это под бдительным оком местной фауны.
   - Даг сильный, - опять взял слово Санни. - Да и я чуток помог.
   Веда почему-то представила, как Даг поднимается по стволу, цепляясь за ветки и неся непосильную ношу, её то бишь, на плече, а Санни своими прозрачными щупальцами поддерживает её, страхуя, чтобы не свалилась. 'Бред', - отгоняя видение, заключила она, но так как ничего другого на ум не пришло, допустила и такой вариант, прекращая допытываться на эту тему.
   - Что... здесь... происходит? - через какое-то время выдавила виконтесса из себя.
   - Не знаю откуда они появились, - тихо начал Даг. - Здесь вообще никого не должно быть. Только на поляну, где мы ночевали, под утро вышли пять белых, голодных волков.
   - Спрашивал? - хмыкнула Веда и опять покорила себя, первого раза с тошнотой ей было мало.
   - Нет, беседы с диким зверем не вёл. Только по ним же видно. Грязные, всклокоченные, худые. Глаза красные.
   - И... что... теперь?
   - Ждём. Может, сами уйдут.
   - Давно?
   Веда вела разговор с закрытыми глазами, не заботясь, как выглядит. Сейчас ей было плохо, а показывать это, чтобы не волновать сына, она не собиралась. Разговоры её немного отвлекали от болезненного состояния, и Веда продолжила распрашивать.
   - Давно, - понял её Санни. - Часа два уже сидим.
   - Раз... сразу... не... ушли... не уйдут...
   Она тяжело дышала. Каждое слово ей давалось с трудом, но всё же она продолжила.
   - Что... произошло... в... землянке?
   Сидя с закрытыми глазами Веда не видела, как Санни с Дагом переглянулись. И вздохнув, Санни поведал, что в их мире прошло уже больше двух лун, как она пропала. Что только вчера Лион заговорил о других мирах, и он вспомнил о находке в озере. Вместе с Алексом они нашли и вытащили плиту, которая являлась выходом из этого места, но Санни не подумал и наделал глупости. Теперь плиты нет, и им надо придумать, как отсюда выбраться.
   - У Дага есть предложение, - закончил свою часть рассказа арханг.
   - Раз плита разрушена, - начал Даг, - и мы не можем через неё вернуться, то можно попробовать другой вариант.
   И он рассказал о месте силы Пятёрки Безликих. На вопрос Веды, почему он тогда ещё здесь, раз знал, что это может помочь, Даг рассмеялся и спросил, не родственники ли они с Санни. Веда через силу улыбнулась.
   - Почему... мне так... плохо? - нашла она другую тему для разговоров.
   - Вед... ты... - Даг замялся, но всё же продолжил. - Когда плита исчезла, на тебя пришёлся основной поток воды. А он не маленький. И не слабый. Тебя там почти раздавило под её силой. Санни выдернул тебя с того места и мне удалось вас вытащить. А потом отпаивать настойкой из... короче, не важно. Просто поверь, ты ещё легко отделалась. Органы почти не пострадали. Мышцы в порядке. Поболят пару деньков. Будешь пить отвар, который я сделаю, и всё пройдёт.
   - Если эти не съедят, - вставил свои пять копеек арханг.
   - Не съедят, - заверил Даг и предложил: - Давайте придумывать, как до Храма добираться будем?
   - Я могу отвлечь их, - вызвался Санни.
   - Нет, - категорично заявила Веда.
   Она даже открыла глаза, возмущённо воззрившись на сына, но через пару секунд опять их прикрыла, борясь с головной болью и тошнотой.
   - Нет, - тише повторила она, - не можешь.
   - Но Веда, Даг не может отвлекать. Я тебя не унесу. И я не знаю, куда идти. И...
   - Нет, - тихо повторила своё решение она и добавила: - По-другому надо.
   - Как? - Санни негодующе смотрел на мать, не видя другого решения. - По воздуху полетим или невидимыми станем? Или кого-нибудь скормим, и они отстанут?
   - Не трещи, - не открывая глаз, попросила Веда. - Даг... а они... нас... чуют или... просто видят?
   - Чуют, наверное. А может, видят. Не ведаю я.
   - Ладно... проверим...
   Веда подняла руку, и протянув Дагу, тихо пояснила.
   - Кольцо с жемчугом... Подарок... Я могу... нас сделать... невидимыми... Вам нужно... нести и... держаться за меня... Сама я... пока не могу.
   Даг присвистнул, рассматривая кольцо. Санни тоже внимательно слушал свою эрхэму, не предполагая, что у Веды есть такие подарки.
   - Тогда, - начал Даг, - отвлекаем их, потом спускаемся.
   - Как отвлекаем? - уточнил арханг.
   На некоторое время на верхних ветках их убежища установилась тишина.
   - Шуметь... нужно, - выдала идею Веда, подумав, что именно шум привлекает внимание к одному и одновременно отвлекает от другого. - Только... в другом... месте...
   По последовавшей в ответ на идею тишине, Веда догадалась, что её не поняли.
   - У меня... есть... маленький... динамик... Его можно... бросить... подальше и... потом включить... волки... обязательно обратят... внимание... А мы... под шумок... слезем... и уйдём, - поведала она мужчинам свой план. Отдышавшись, Веда продолжила: - Санни... динамик в левом... кармане...
   Арханг выполнил невысказанную просьбу эрхэмы и покрутил маленький чёрный, непонятный ему предмет в руках.
   - Теперь... там кнопка внизу... нажми... не пугайся... только... там...
   Не успев пояснить, что за нажатием последует, Веда вздрогнула, услышав бульканье и хрипы со скрежетом. И на фоне всей этой какофонии завывал солист группы 'Рамштайн'. 'У меня есть 'Рамштайн'? - удивилась Веда, но себе же ответила: - А почему нет? Я слушаю много чего. А хрипы... Вода. В динамик попала вода... Жаль. Но хорошо, что я про музыку ничего не сказала'.
   Вздрогнула не только она. Даг слегка отстранился от источника шума. Санни удивлённо смотрел на сей предмет, но держал. 'Умничка моя', - мысленно улыбнулась Веда.
   - Кидай, - попросила сына. - Далеко... где кусты...
   Санни кинул. Звук с их веток переместился и улетел куда-то влево, унося за собой и шум встрепенувшихся внизу зверей. Когда последний зверь скрылся из виду, молчавший всё это время Даг начал командовать.
   - Так, спускаемся. Я беру Веду на руки. Ты за нами. И держишь её или меня. Мы обходим озеро и идём в Храм. И всё тихо и быстро. Всем всё понятно?
   Возражающих и уточняющих не нашлось. Веда была сейчас согласна со всем, лишь бы не было так плохо. Санни посчитал этот план более безопасным, чем свой, и тоже ничего против не имел.
   - Ты мне потом расскажешь, что это было за дитя Гаранга 14, - аккуратно беря Веду одной рукой за талию и начиная спуск, тихо проговорил Даг.
   Он явно был впечатлён. Однако осторожно спускался с ветки на ветку, останавливаясь, и придерживал Веду, давая спуститься Санни. Стараясь не шуметь, арханг также опускался по веткам и останавливался рядом, давая возможность мужчине продолжить спуск, придерживая свою эрхэму.
   И уже через минут пятнадцать вся троица шагала в сторону Храма, где они надеялись найти что-то, что поможет им вернуться домой.
  
  
  
   Глава 6. Дорога без начала и конца...
  
  
   Веда
  
   - Так, Санни. Успокоился. Я тоже боюсь темноты. Но я же девочка. А ты мужчина. Так что давай я за нас буду бояться, а ты будешь искать выход?
   Раздался смешок, который разрядил обстановку, снижая градус напряжения и страха.
   Они находились в просторной и пустой комнате с четырьмя окнами, выходящими на разные стороны. За каждым из них была ночь. Но в каждой было своё время года.
   Зимнее окно было занесено инеем, сквозь стекло был виден зимний пейзаж светлой тихой ночи. За осенним окном на деревьях шумели разноцветные листья, качаемые сильным, порывистым ветром. За окном, где сейчас было лето, раскинулось поле, освещаемое полной луной. А за четвертым окном шёл дождик, и пахло зеленью. Луна скрылась за облаками, и было пасмурно.
   Троица сидела на полу в центре комнаты и думала, как тут оказались.
   Когда они дошли до Храма, Даг поставил Веду на землю и сказал, что у каждого здесь свой путь, и она должна сама войти в это место силы. Постояв и собравшись силами, поддерживаемая с двух сторон, виконтесса сделала шаг, затем другой, за ним следующий. Так они добрались до сооружения, напомнившего ей развалины графского замка из фильма про Дракулу.
   Войдя внутрь, троица увидела лужайку со скамейками и несколькими кустами и вымощенную камнем дорожку, уходящую вглубь прохода-туннеля в здании.
   Дав отдышаться и отдохнуть на скамейке, Веду опять повели. Внутри оказался просторный холл с тремя дверьми и лестницей на второй этаж.
   - Я заходил в левую дверь, но там пусто. Две другие были заперты, - стал пояснять Даг.
   - На второй этаж? - предложила Веда.
   - Куда тебе на второй-то? И на первом спокойно полежать можешь, пока мы всё тут проверим.
   Санни был непреклонен.
   - Проверяйте, - она села на ступеньки и облокотилась на перила. - А я посижу, отдохну и поползу на второй этаж.
   Даг хмыкнул. Санни улыбнулся. В этом вся его эрхэма.
   - Ладно. Отдыхай. Мы сейчас.
   И мужчины разошлись проверять, что тут есть, а Веда, посидев с закрытыми глазами, повернулась и, встав на колени, стала подниматься на четвереньках наверх.
   Когда она уже преодолела десять ступенек, рядом раздался смешок.
   - И что смешного? - не смотря на говорящего, заворчала она. - Нет бы помочь бедной, измученной отсутствием ума женщине. Нет, мы будем стоять, смотреть и ржать над невинной, всеми забытой, почти умирающей мной.
   Продолжая бубнить, она поднялась ещё на пару ступенек. Смешок повторился. Не утруждая себя выяснением, кто это тут такой невоспитанный, Веда доползла до конца лестницы и села, прислонившись опять к перилам. Отдышавшись, она приоткрыла глаза и осмотрелась.
   Просторный вестибюль с огромным на полстены витражом. Мебель, укрытая чехлами, и никого.
   'Странно. Может, послышалось? Или уже слуховые галлюцинации в добавок к шизофрении?'. Не забивая больше этим вопросом себе голову, Веда посмотрела вниз, где её уже искали мужчины, и позвала:
   - Мальчики, я тут. Наверху.
   - Как ты там оказалась? - Санни поднялся к ней первым.
   - Доползла, - обняв сына, ответила на его вопрос. - Как и обещала.
   - Ты меня удивляешь, - Даг посмеивался над ними.
   - Я себя удивляю.
   - Как ты себя чувствуешь? - Санни с беспокойством смотрел на Веду.
   - На букву Х, только не подумайте, что хорошо, - улыбнулась она. - Нормально всё. Жить буду... может быть.
   - Зачем ты сюда полезла? - стал отчитывать её Даг.
   - А почему нет? Вы на первом этаже ищите не понятно что, я на втором занимаюсь тем же.
   - Тебе всё хиханьки и хаханьки, а тут серьёзное дело. Это, - мужчина обвёл рукой вокруг себя, - место силы пяти...
   - Знаем, знаем, - перебил Дага Санни. - Ты уже говорил.
   - А ты не встревай, когда взрослые говорят. И вообще, Веде пора настойку выпить, а не лазить, неизвестно где и не пойми зачем.
   С этими словами Даг достал и протянул виконтессе пузырёк, который она беспрекословно взяла.
   - Да уже всё нормально. И голова не так сильно болит, - Веда сделала глоток и скривилась. - Бее... Что ты туда кладёшь?
   - Тебе лучше не знать, - принимая и убирая пустую тару, ответил Даг. - Ну и что ты тут нашла?
   - Комнату с мебелью. Больше пока ничего не успела. А вы что-нибудь нашли?
   - Много пустых комнат, и больше ничего.
   - Яяясно, - кряхтя протянула Веда, вставая.
   Санни тут же подставил своё плечо, заставив свою эрхэму улыбнуться. Даг скинул чехлы и помог усадить Веду в ближайшее кресло. Санни устроился рядом, а Даг уселся напротив.
   Чувствуя слабость, всё-таки подъём забрал силы, Веда откинулась на спинку кресла и спросила:
   - Ну и что дальше?
   Даг откинулся на спинку кресла, сложил руки и прикрыл глаза.
   - Отдохнём здесь и что-нибудь придумаем.
   Обняв Санни, который тут же откликнулся на ласку, прижавшись к боку эрхэмы, Веда согласилась.
   - Значит, отдыхаем.
   Незаметно для гостей странного пустого дома их сморил сон, и они не видели, как меняется пространство. Как появляются новые этажи, комнаты, залы, коридоры. Как меняется убранство помещений, появляются витражи, большие окна и анфилады, на стенах роспись и мозаика. Все перемены заняли не более десяти минут, а спящим невидимые хозяева странного места, которое Даг назвал Храмом силы Пятёрки безликих, дали возможность отдохнуть и набраться сил. Проснулись они как раз в странной комнате с четырьмя окнами.
  
  
   Санни
  
   - Я не боюсь темноты! - запротестовал арханг.
   - Ну да, ну да, - согласилась Веда, качая головой. - Я тоже не боюсь. Но ради тебя буду бояться.
   - Зачем? - озадачился Санни.
   Временами его эрхэма была очень странной. И хоть он всем сердцем её любил, но иной раз не понимал.
   - Нууу, я всё ещё чувствую слабость, и мне лень вставать и проверять тут всё. А так я боюсь и никуда не пойду, - улыбнулась Веда.
   Даг опять хмыкнул, сдерживая смешок. Санни покачал головой такой детской непосредственности его мамы, встал и подошел к окну. По очереди подойдя к каждому и порассматривав их, он вернулся опять к Веде.
   - Я не могу точно сказать, где мы оказались, - признался Санни. - Дверей нет. В окнах разные миры. Вот если бы ты разрешила мне пройти с Алексом ритуал, то...
   - Миры? - перебил удивлённо Даг.
   - Нет! - одновременно с Дагом, воскликнула Веда. - Никаких ритуалов! Хватит! - и не желая продолжать выяснение отношений, сменила тему: - Почему ты решил, что разные миры?
   - Время года и небо везде разные, - не желая расстраивать свою эрхэму, просто пояснил Санни.
   Арханг давно хотел вернуть часть своих сил, утраченных после перерождения. В замкнутом пространстве Зала Судьбы без специальных приготовлений это сделать было невозможно. Но сейчас, когда Алекс может повести его за Грань, Санни смог бы полноценно воссоединиться со своей сущностью.
   Когда он спросил об этом Алекса в присутствии эрхэмы, друг поддержал его желание. Веда же поинтересовалась, как будет проходить ритуал. Когда новый Хранитель честно рассказал и про ритуал, и про Грань, и про риск (Грань не всегда отпускает своих 'гостей'), Веда категорически запретила в ближайшее время ему даже говорить об этом.
   Он понимал, что мать волнуется за сына, а Алекс пока много чего ещё не знает, поэтому и согласился подождать несколько лет. Но как бы было чудесно, обладай он сейчас всеми теми возможностями, которых пока лишен. Возможно, они уже были бы дома.
   - Небо? - проявляя любознательность, вывел Даг его из задумчивости.
   - Оно везде разного цвета.
   - Но там ночь, - возразил Даг. - Что ты там разглядел?
   - Я, - Санни запнулся, решая, говорить, что он не человек, но его эрхэма решила за него.
   - Даг, у мальчика хорошее зрение. Так что не спорь. Лучше давайте решим, что делать будем, раз ответ на вопрос, как мы тут оказались, пока нам не доступен.
   Мужчина открыл было рот, собираясь возразить, но передумал. Поднявшись и повторив путь Санни, Даг что-то бурчал себе под нос, а обернувшись у последнего окна, сложил руки на груди.
   - Да, интересное место. И какие предложения?
   - Может, спать опять ляжем, а оно само того... ну, нас обратно перенесёт? - состроив невинную мордашку, пошутила Веда, заставив улыбки появиться у присутствующих.
   - Если бы всё было так просто, - вздохнул Даг и опустился на пол рядом с ними. - Мы заснули не просто в доме. Если это место решило само показать нам...
   - Подожди, - перебила его Веда. - То есть, этот Храм пяти...
   - Пятёрки Безликих, - поправил её мужчина.
   - Да, их самых. Так вот, это место живое?
   Даг задумался. А Санни, наблюдая за своей эрхэмой, уже догадался, к чему она клонит.
   - Нет, мам. Это не Зал Судьбы. Это что-то другое. Тут скорее Источник. Место силы же. Но так как боги покинули это место, а силы остались, то вот они и куражатся.
   - И в кого ты такой умный? - улыбнулась виконтесса, прижимая его к себе. - А силы эти тоже живые? Или это просто энергия?
   - Силы...
   Теперь Санни задумался, а слово взял Даг.
   - Санни не совсем прав. Это силы не богов. По преданию, это было место силы пяти Творцов. Они ходили по мирам и создавали новые. Следили за порядком и выполняли... да много чего. А тут... отдыхали что ли. Набирались сил и делились идеями.
   - А почему они покинули это место?- заинтересовалась Веда рассказом.
   Санни было уютно в объятиях матери, и он нежился в её тепле и свете. И не стал спорить с Дагом, что это всё сказки. Творцы никогда не воплощались в материальном мире. Это он знал точно. Но вот откуда, этого Санни вспомнить не смог. А Даг продолжал.
   - Никто не знает точно, почему они ушли и оставили это место. Давно это было. Очень давно.
   Мужчина опустил взгляд, как-то горько, одним уголком губ, ухмыльнулся и тихо продолжил.
   - Одни рассказывают, что не поделили что-то. Другие, что ушли искать новое и неизведанное, да так и не вернулись. Третьи уверены, что всё это сказки, и никакого места силы нет.
   Санни посмотрел на мужчину, гадая, уж не читает ли тот мысли, но ничего странного не заметил. А Веда продолжала допытываться.
   - А почему они безликие?
   - Никто не знал, как они выглядят. Творцы могли принять любой облик.
   - Как метаморфы что ли?
   - Кто? - не понял Даг.
   - Ну, это такие существа разумные... типа оборотни, только они могут оборачиваться в любое живое существо или неживой предмет. Я сама их, правда, никогда не видела, но... - Веда засмущалась и как-то неуверенно закончила, - читала.
   - Где? - теперь проявил любопытство Даг.
   Веда слегка покраснела, отвела взгляд.
   - В книгах.
   - В каких?
   - В разных.
   - А конкретнее? - не сдавался мужчина.
   - В фэнтези, - всё-таки призналась она, не смотря ни на кого.
   - Где? - не понял Даг.
   - Не важно. Может, они и не существуют, и это всё выдумки авторов. А может, это кто-то видел ваших Творцов и так их обозвал, - быстро затараторила его мама.
   Она встала и проделала весь путь, что до неё прошли Даг с Санни. Возле окна, где лил дождь, и была осень, Веда задержалась. Она долго смотрела вдаль и думала о чём-то.
   Санни тоже стал думать, что бы это всё значило, и как им отсюда выбраться.
   - Уважаемые Хозяева... Силы, или как вас там... Вы не представились, а мы не знаем, - вывел его из раздумий голос эрхэмы. - Так вот. Может быть, вы объясните правила игры?
   - Игры? - удивился мужчина, сидящий рядом с Санни на полу и наблюдающий за виконтессой.
   - Вся жизнь игра, - просто ответила Веда и ещё раз позвала. - Ну так как? Узнаем мы зачем тут оказались?
   Она уперла руки в бока и постучала носком ноги по полу.
   - Думаешь, ответят? - улыбнулся Даг.
   Санни подошёл к маме и обнял её, выражая поддержку. Как по-другому помочь, он не знал. О таких местах не слышал, а что всплывало в памяти, ни одно не подходило под описание.
   - Вот сейчас и посмотрииии... - не закончила она, так как прямо на полу образовалась яма, в которую Веда вместе с Санни провалились.
  
   Веда
  
   - Санни, напомни мне тебе 'Алису в стране чудес' почитать, - после минутного падения попросила она сына.
   Падали они быстро, но мягко. Ветерок приятно холодил, и пахло почему-то озоном.
   - Хорошо, - прижимаясь к ней, согласился он, но переспросил: - А зачем?
   - Чтобы проникнуться важностью момента, - хмыкнула она и пояснила: - Там Алиса, главная героиня, как раз вот так, как мы с тобой, долго падала, провалившись в нору.
   В этот момент падение притормозилось, и их осторожно опустили на холодный каменный пол. Зажглись сами собой пять факелов, установленных на стенах круглой комнаты, в которой они оказались.
   В этом помещении, в отличие от того, в котором они проснулись, было четыре двери и один тёмный широкий коридор.
   - Это тоже из твоей страны чудес? - вставая и помогая подняться Веде, спросил Санни.
   - Нет. Там была одна маленькая дверь. А тут такая роскошь. Выбирай любую - не хочу.
   После этих слов двери стали таять одна за другой.
   - Ээээ... стойте, стойте! Я хочу, хочу, - запротестовала Веда.
   Ей совсем не улыбалось остаться замурованной в круглой комнате без окон и дверей.
   Остались две двери и коридор.
   - Ну, вот теперь у нас не такой богатый выбор, - улыбнулась она, подбадривая сына и себя, спросила: - Куда двинем?
   - Не знаю. Мне никакой из вариантов не нравится.
   Санни, как и самой Веде, было не по себе, но оба старались этого не показывать. Кроме того, где-то там наверху остался Даг, и его судьба тоже тревожила.
   - Направо пойдёшь - коня потеряешь. Налево пойдёшь - жизни лишишься. Прямо пойдёшь - судьбу найдёшь, - переврала Веда слова из какой-то сказки. - Коня у нас нет. С жизнью расставаться как-то неохота. Пошли искать судьбу, - предложила она, всматриваясь в тёмный проход коридора, который как раз чернел прямо напротив них.
   - Подожди, - попросил Санни и, отойдя от неё, попытался снять один из факелов со стены.
   Они находились высоко, а арханг не доставал ни до одного. Веда улыбнулась такой предусмотрительности и, достав фонарик из сумки, позвала.
   - Санни, нам не нужен факел.
   - Но, - начал было он и осёкся, так как разглядел, что у эрхэмы в руках. - Ну, пошли, - вздохнул Санни.
   Он подошёл и взял её за руку. Они не спеша отправились по тёмному холодному коридору, пахнущему сыростью и затхлостью.
   Каждый уголок этого тёмного туннеля, казалось, кричит об опасности. В темноте чудились неизвестные опасности. Но Веда с сыном, не торопясь, шагали по коридору, высвечивая фонариком тёмные участки и осматривая местность.
   В молчании прошло минут десять. А затем неожиданно погас свет. Веда остановилась и попыталась реанимировать фонарик. И стучала об руку, и включала, и выключала кнопку, и доставала батарейки, но ничего не помогло. Убрав его в сумку, она взяла за руку Санни, который всё то время, пока Веда возилась с фонариком, стоял рядом и ждал.
   - А факел всё же был бы лучше, - прошептал её сын.
   - Не спорю, - так же тихо согласилась она и спросила: - Ну, что? Идём?
   - А есть выбор?
   - Ты же знаешь, что всегда есть выбор. Хочешь, вернёмся в тот каменный мешок?
   - Нет, - хохотнул сравнению Санни. - Давай вперёд.
   - А давай споём? - медленно начиная движение, предложила Веда, решив, что пение хоть как-то отвлечет и от темноты, и от беспокойства за их знакомца, который остался наверху.
   - Что будем петь? - ухватился за идею арханг.
   - Предлагай, - развеселилась виконтесса.
   Своды этого странного места никогда не слышали завывания в попытке воспроизвести затяжные 'у', 'о' и 'а', которые могли бы посоперничать с воем стаи волков, смех и тексты шутливых песенок, распеваемых этой парочкой.
   Их концерт продолжался около получаса. А затем неожиданно закончился коридор, и они вышли в большую с высокими потолками и мраморной плиткой на полу комнату. На противоположной стене одиноко притаилась деревянная дверь с какой-то табличкой посередине. От входа она не смогла разглядеть, что на ней написано.
   Остановившись и оглядевшись, они приметили на полу какие-то святящиеся зеленоватым светом символы. Наклонившись к одному из них и более внимательно рассмотрев его, Веда пришла к мысли, что это руны, чем и поделилась с Санни. Он не знал ничего о рунах, но сказал, что данные знаки очень похожи на всеми забытые письмена Цымай.
   Пока слушала пояснения сына, Веда легонько коснулась святящихся символов и провела по их контуру пальчиками. Кожей почувствовала исходящий от них жар. Под рукой плитка просела, вспыхивая красным, а над ухом что-то прожужжало. В следующую секунду она оказалась на полу, прижатая сыном.
   Выпущенные за первой стрелы воткнулись в пол, заставив Веду схватить сына и оттащить его от святящихся символов.
   Возвращаться в тёмный коридор она не стала, а уселась рядом с дверью, облокотившись спиной о стену.
   - Ну, ты как? Всё хорошо?
   На вопрос никто не ответил. Веда посмотрела на сына и заметила расползающееся на правом боку кровавое пятно.
   Отталкивая свою эрхэму с траектории полёта стрелы, выпущенной скрытым механизмом, Санни прыгнул на мать, заставив её повалиться на пол. Но, видно, действовал не так быстро.
   - Санни, - обеспокоенно позвала она, с нарастающей паникой наблюдая, как кровь стекает на пол.
   'Спокойно, - укладывая его на пол, успокаивала себя. - Ему никто не поможет, если не я. Вдох. Выдох'.
   Веда разорвала рубашку на сыне и застыла. Стрела прошла навылет, оставляя после себя колотую рану, не более сантиметра, с ровными краями. Она очень надеялась, что жизненно важные органы, сосуды и нервы не задеты, и всё обойдётся. Хотя не была уверена в этом. Во-первых, анатомию архангов Веда не знала. Во-вторых, на ум стали приходить всякие страсти о ядах, которыми пропитывают наконечники стрел. В-третьих, кровь продолжала течь.
   'Кровь. Надо остановить кровь', - пришла спасительная мысль, приводя в чувства и немного успокаивая. Пока её руки шустро искали, доставали из сумки всё необходимое, Веда в голове прокручивала всё, что знала о ранах, и вспоминала, чему её учила баба Дуся.
   За несколько минут рана была обработана, на неё наложены повязки, а сам арханг напоен водой из кубка. Всё это время она то молилась, чтобы помогло, то ругала сына за поступок, хотя понимала, что не поступи он так, быть ей пришпиленной, как бабочка у коллекционера под стеклом.
   Когда всё было сделано, Веда аккуратно уложила сына себе на руки, стараясь не тревожить рану, и прислушалась к дыханию. В какой-то момент ей показалось, что его нет.
   - Санни, не смей. Слышишь? Не смей! - зашептала испуганная мать. Сил на крик не было. - Не оставляй меня. Мне без тебя нельзя. Пожалуйста, вернись ко мне, - продолжала уговаривать она. - Я не буду ругаться, что ты полез в эти ваши врата, не зная, куда это тебя приведёт. Честно. Я разрешу тебе пройти этот твой обряд - ритуал с Алексом. Правда, правда. Я познакомлю тебя с дедушкой. Он хоть и король, и строг с окружающими, но добрый и справедливый. И вообще прикольный. А ещё я расскажу тебе о моём мире. О разных разностях. Всё, что ты захочешь. Солнышко моё, только вернись ко мне.
   Санни лежал на её руках и не подавал признаков жизни. Лицо осунулось, черты заострились. Мертвенная бледность сына пугала.
   Смотря на Санни мокрыми от непролитых слёз глазами, Веда начала молиться. Нет, это не были 'Отче наш' или какая другая молитва. Она обратилась к знакомой богине с просьбой помочь, спасти сына. Взамен обещала выполнить любую её просьбу, не роптать и не торговаться. По щекам уже давно лились слёзы, а в мыслях она продолжала просить и просить.
   - Мам, - услышала она тихое. - А почему ты плачешь?
   Веда открыла глаза и улыбнулась. Камень свалился с души от увиденного. И пусть Санни ещё был бледен, и глаза запали, и взгляд не ясный, но он был жив. И даже нашёл в себе силы заговорить.
   - Это от радости, Солнце моё, - выговорила она, продолжая плакать. - Ты, главное, меня больше так не пугай. Хорошо?
   - Хорошо, - согласился её сын и закрыл глаза.
   Посидев в тишине, гладя сына и благодаря Рею, что помогла (в этом Веда была уверена), она пришла к мысли, что пора и честь знать. Выбраться не помешало бы.
   Осмотревшись, Веда аккуратно переложила Санни на пол и подошла к тому месту, где ранили арханга. Вытащив из сумки склянку со снадобьем от кашля, она поставила её на ближайшую плитку без светящихся символов, отпрыгнув в сторону. Ничего не произошло. Она проделала тоже самое с другой плиткой. Тот же результат.
   - Значит, будем аккуратней, - заключила она, убирая склянку, и вернулась к сыну.
   Взяв его на руки, стараясь особо не тревожить, Веда аккуратно наступила на чистую плитку, надеясь, что не ошиблась в предположениях. Как и в случае со склянкой ничего не произошло. Уже более уверенно виконтесса шагнула на вторую не исписанную символами плитку. А затем на третью, четвёртую, десятую, пересекая комнату и доходя до двери с табличкой.
   Подойдя вплотную, она прочла: 'Добро пожаловать!'.
   Нервный смешок вырвался помимо воли.
   'Здрасти, гости дорогие. Не ждали? А мы припёрлись', - истерически процитировала вполголоса и осторожно приоткрыла дверь.
   Они оказались в зале, залитым светом луны, проникающим через не задёрнутые занавеси на высоких окнах.
   Но даже этого света хватило рассмотреть, что пол в комнате был исчерчен какими-то геометрическими фигурами, образующими одну общую. Веда предположила, что это гексаграмма.
   Почти в самом центре на небольшом возвышении в ряд стояли пять каменных фигур, а чуть поодаль неширокая скамейка. Больше в помещении ничего не находилось.
   Подойти и рассмотреть их сил уже не было. Веда доплелась до скамейки и опустилась на неё.
   'Холодно', - поёжилась она, гадая, сможет ли уложить Санни так, чтобы не потревожить, достать одеяла из сумки и укрыть их. Одной рукой придерживая сына, другой доставая пледы, она ещё раз огляделась. В темноте фигуры выглядели зловеще.
   - Добро пожаловать, добро пожаловать. Хоть бы свет включили, - пробубнила Веда, справившись с доставанием одеял и укрывая Санни.
   Через пару мгновений по углам зала стали медленно разгораться круглые светильники, которые она не разглядела в полутьме. В помещении стало светлее, и Веда смогла разглядеть, что две каменные фигуры воспроизведены неизвестным скульптором в виде мужчин в одеянии, похожем на рясу. В руках одного был меч, у второго - посох. Две другие фигуры изображали женщин в плащах с капюшонами, держащих в обнимку по плетённой корзине. Отнести к кому бы то ни было последнюю статую Веда не решилась. Перед ней было неизвестное, никого не напоминающее существо. Пятое каменное изваяние представляло собой низенькое, не более метра нечто, на первый взгляд похожее на маленького человека. Если бы не фасеточные глаза, хоботки-антеннки, выходящие из места, где должен быть нос, и не восемь щупалец с острыми наконечниками, расходящихся в разные стороны, образующие кокон вокруг этой фигуры, Веда подумала бы, что скульптор вырезал из камня фигуру маленького мальчика, стоящего в сфере и держащего в руках дощечку с символами.
   - И кто это такие? - спросила она саму себя.
   - Думаю, Творцы, - предположил Санни, который, как и Веда, рассматривал изваяния, лёжа на руках у матери.
   - Странно как-то, - тихо сказала виконтесса, поправляя съехавшее одеяло.
   - Что странно? - насмотревшись, прикрыл глаза Санни.
   - Дом этот странный. Коридоры и двери, появляющиеся и исчезающие сами по себе. Ловушки. Фигуры эти... как по заказу.
   Она вздохнула и, осмотрев комнату ещё раз, взглянула на фигуры. Рассматривая их более пристально, ей показалось, что они кого-то напоминают. Но через несколько минут она могла сказать с уверенностью, что эти образы никогда не видела.
   Несмотря на то, что Творцы давно покинули это место, всё вокруг, казалось, пропитано силой, которая давила, причиняя дискомфорт, не позволяя расслабиться. А через несколько минут почему-то приходила уверенность, что каменные хозяева живые, и ещё мгновение - и вся пятёрка повернётся к непрошеным гостям с немым вопросом во взоре. Веда даже вздрогнула от мысли и поёжилась.
   Понаблюдав за Санни, который тихо лежал у неё на руках, она поймала себя на мысли, что они в ловушке. Накатывала тоска, и казалось, что выхода из этой клетки нет. Несмотря на всю эту чехарду ощущений и мыслей, Веду что-то смущало, но она никак не могла поймать за хвост ту мысль, что не давала ей покоя.
   - Мам, - тихо позвал арханг, вырывая её из раздумий, - давай поспим, а потом что-нибудь придумаем.
   - Спи, мой родной, спи, - согласилась она, ласково поглаживая по голове и убирая выбившуюся прядь с лица за ухо.
   - А ты? - не открывая глаз, спросил Санни.
   - И я, мой хороший, отдохну. А ты спи.
   Веда обняла его одной рукой и, чтобы как-то избавиться от непрошеных ощущений, стала вполголоса напевать:
   'Ты моя нежность, ты моё небо.
   За тобой встану, где бы ты не был.
   Ты моё сердце, ты моё чудо.
   Обниму нежно и с тобой буду...' " 15.
   Некоторое время в зале раздавались только тихие звуки песни, которые Веда напевала заснувшему у неё на руках сыну. Она бездумно водила взглядом по помещению, пока не обратила внимание, что в зале беззвучно горевшие до этого фонари заменены факелами. Скамейка, на которой они устроились, преобразовалась в лежанку, а перед статуями появилась купель.
   Веда не спеша встала и переложила Санни на лежанку, а сама подошла к появившемуся чашеобразному сооружению. Она разглядывала купель, которой могла позавидовать любая католическая церковь в Ватикане. Это было произведение искусства. Из белого мрамора, с позолоченными символами и вырезанными узорами. С двойными бортиками и маленькими ступеньками, уходящими в слегка подсвеченную зеленоватую воду. На дне что-то лежало.
   Памятуя, что если дотрагиваться до всего с разными непонятными надписями, может случиться непоправимое, Веда не стала интересоваться этим предметом на дне купели более пристально, а обошла фигуры по кругу, рассматривая их, замечая детали, которые не видела до этого.
   На мече она разглядела синие и зелёные камни в рукояти. В посохе стеклянную сферу с жёлтым кристаллом в форме ромба. На плащах женщин были застёжки с разными камешками. У одной плащ держала рубиновая застёжка. Одеяние второй украшала застёжка с голубым камнем. И только в пятой фигуре ничего нового она не обнаружила.
   Собираясь вернуться обратно на место и отдохнуть, как и обещала сыну, Веда скользнула взглядом по воде, плескающейся в купели, мимо которой она проходила. Чуть не споткнувшись, она замерла, ошарашено смотря на картины, которые ей, как на экране телевизора, там показывали.
   Вода приобрела синий оттенок, который прекрасно передавал всё показываемое на её поверхности. Жаль, не было звука. Но Веде и не надо было слышать. Достаточно и того, что она увидела.
   А увидела она уже знакомый ей зал и всё семейство, доставившее ей немалое беспокойство. Увидела знакомые и всё ещё любимые черты. Синие глаза, горящие нездоровым блеском. Плотно сжатые в упрямстве губы. Светлые волосы, небрежно собранные в хвост. Он диким зверем метался по комнате, шагая из угла в угол, и что-то выговаривал. Старший брат пытался его успокоить, что-то объясняя, но Эл не слушал. Развернувшись, он вылетел из комнаты, не оглядываясь.
   Вода пошла рябью, и картина сменилась. Вместо зала она увидела ночной лес и скачущего всадника. Ночь стояла безлунной, и видны были только очертания. Всадник остановил лошадь возле избушки, к которой он, скорее всего, ехал, и вошел внутрь. Света, появившегося от лучины, когда мужчина открыл дверь, хватило, чтоб узнать всадника. Дверь захлопнулась, и картинка сменилась.
   Веда увидела себя в длинном платье глубокого зелёного цвета. Она стояла на высоком утёсе и смотрела в небо. Ветер путал распущенные волосы. Накрапывал дождик, а свинцовые тучи добавляли ощущение обречённости.
   Веда узнала место действия. Утёс располагался недалеко от дома бабы Дуси, и она частенько ходила туда посидеть, подумать. Ей обычно там никто не мешал. Девушка на картинке повернулась и подняла лицо с закрытыми глазами навстречу каплям, падающим с неба, и Веда не успела понять, плачет она, или это дождь щедро поделился своим добром. А потом, не открывая глаз, раскинув руки, словно два крыла, та Веда, улыбнувшись, полетела вниз.
   На 'экране' картинка потемнела, а вместо утёса Веда опять увидела всех, но уже в кабинете короля. Лион понуро сидел в кресле. Рядом с ним его брат с женой. Вера вместе с Алексом стояли возле окна. Он приобнял её, выражая поддержку, а она бездумно смотрела вдаль. Плечи опущены, и взгляд пуст. Эндрейн с Таней и с темноволосым незнакомцем молча стояли чуть поодаль от всех. В комнату тихо зашла и присела на диванчик Мира с заплаканными глазами, и только темноволосый незнакомец, проследив за ней, налил и протянул дочери герцога стакан с водой. Все остальные даже не обратили внимания на её появление, так были поглощены невесёлыми думами. Мира молча приняла бокал, но пить не спешила, уставившись отрешённо на воду. Мужчина что-то шепнул ей, она кивнула, так и не отведя взгляда от воды. Он внимательно понаблюдал за ней, а потом повернулся и вышел из комнаты. Все молча сидели или стояли в кабинете короля. Каждый был поглощен своими мыслями. И все они одеты были в чёрное.
   'Кто?' - пришёл вопрос после осознания увиденного. В горле пересохло. В голове ответы сменялись один безрадостней другого.
   Но неизвестному оператору, видно, не до чувств бедной девушки, находящейся сейчас в шоке. Картинка исчезла, не показав больше ни одного кадра.
   Подождав ещё с минуту и поняв, что продолжения не будет, она повернулась, чтобы вернуться к сыну и осмыслить увиденное, и опять застыла. Место, где стояла лежанка, и спал Санни, было пустым. Резко обернувшись, надеясь, что просто посмотрела не туда, Веда увидела, что купели уже нет. А из пяти осталось четыре фигуры. Мужские и женские. Ещё раз обежав в панике комнату, гоня панические мысли, виконтесса так и не нашла оставленного сына.
   - Верните его мне! - потребовала она неизвестно у кого. - Слышите? Верните его мне!
   Ответом ей стала тишина. Только ещё на одну статую стало меньше.
   - Так. Спокойно, - сказала себе Веда, делая несколько вдохов и выдохов.
   Найдя в себе силы, чтобы немного успокоиться, виконтесса подошла к оставшимся фигурам.
   - Зачем вам мой сын?
   Как и ожидалось, ей никто ничего не ответил. Но виконтесса не привыкла останавливаться на полпути.
   - Вам скучно, и вы решили так поиграть? Или у вас на нас другие планы?
   И опять в комнате не прозвучал ответ, только горящие факела немного потрескивали, создавая звуки.
   - Что вам вообще нужно? - теребя браслет на руке, задала она ещё один вопрос.
   Когда и на этот вопрос тишина заполнила комнату, Веда поймала себя на том, что мысленно просит помощи, и поняла, что перебирает пальцами подвески на браслете. Именно в этот момент она крутила в руках маленький хрусталик, внутри которого словно маленький вихрь было скручено по спирали малюсенькое чёрное пёрышко.
   'А чем их богиня не шутит. Была - не была', - решилась Веда и раздавила оказавшийся хрупким хрусталик. Но ничего не произошло. Чёрный вихрь, вырвавшись на волю, покрутился пару секунд и исчез. Веда растерялась. Столько было надежд, а тут на тебе. От падения в депрессию её отвлёк лёгкий хруст где-то рядом.
   Оглядевшись, она с изумлением наблюдала, что одна из каменных фигур пошла трещинами и крошится на глазах. Внутри находился кто-то живой, так как статуя зашевелила пальцами рук, стряхивая с них каменную крошку. Затем фигура повернулась к ней в пол оборота, помогая уже чистыми от камня руками снимать с себя кусок за куском. Когда дело дошло до головы, выбравшееся из плена существо просто расколола каменную маску надвое, отбрасывая в сторону, явив миру свой лик.
   - Ну, здравствуй, Ведушка. Я почему-то так и думала, что тебя рано или поздно занесёт сюда.
  
  
  
   Глава 7. Новые грани прошлого
  
  
   Веда
  
  
   - Ну, здравствуй, Ведушка. Я почему-то так и думала, что тебя рано или поздно занесёт сюда.
   Появившаяся таким вот необычным способом женщина щёлкнула пальцами, и вся пыль и остатки каменной крошки исчезли, оставляя прибывшую в чистом одеянии и с корзиной в руке. Корзинка была накрыта белой тряпицей, и что там, Веда не видела.
   - Аа... ээм... аа... как...- попыталась задать вопрос ошарашенная увиденным Веда, но галопом скачущие мысли не давали возможности сосредоточиться.
   - Давай присядем, поговорим. В ногах правды нет, - меж тем предложили ей: - Карейн, - позвала прибывшая.
   И в комнате из появившегося чёрного вихря, такого же, как до этого она сама выпустила на волю, пред ними предстал её родной и любимый Карыч. Как обычно неотразим, во всём чёрном, с забранными в хвост волосами, скрепленными подаренным ему Ведой кожаным ремешком и с улыбкой на красивых губах.
   - Привет, сестрёнка, - подмигнул он ей.
   На приветствие Веда не ответила. Просто не могла, потрясённо переводя взгляд с бабы Дуси на Карыча и обратно.
   Карейн оглядел место, в котором они находились, и снова улыбнулся.
   - Ну, с возвращеньецем, что ли. Давно мы сюда не заглядывали.
   - Карейн, приведи тут всё в порядок. Мне нужно с нашей девочкой побеседовать. А то её сейчас кондратий хватит, - улыбнулась Дусея, заставляя впасть Веду ещё в больший ступор.
   Баба Дуся и вдруг такие словечки употребляет. Да, определённо кондратий её мог хватить. Но взяв себя в руки, она попыталась спросить о том, что её сейчас больше всего волновало.
   - А Санни...
   - С ним всё в порядке, - даже не дослушав, улыбаясь, ответила Дусея. - Карейн, мы ждём, - поторопила она своего помощника.
   - Ван момент, плиз.
   И он растаял в синей дымке, забирая с собой полумрак и промозглость помещения. Доля секунды, и зал преобразился. Из каменного мешка зал превратился в уютную гостиную с задрапированными светлыми тканями стенами, с тяжёлыми цвета красного золота шторами на окнах, с книжными шкафами, креслами и диванами, журнальным столиком, установленным перед камином, на котором горели свечи и стояли фотографии. На столике стояли чайник и несколько ажурных чашек, тарелка со сладостями и фруктами. В камине пылал огонь, согревая и даря ощущение чего-то родного и близкого.
   - Присаживайся, Ведушка, - предложила Дусея.
   Пока Веда рассматривала помещение, женщина заняла одно из кресел возле камина и позвала девушку.
   Веда молча подошла и села в соседнее кресло, ожидая пояснений. И Дусея не заставила себя ждать.
   - Знаю, ты ждёшь, чтобы я рассказала, что тут происходит, и как мы здесь оказались. Но это трудно, не рассказав, с чего всё началось.
   - Я никуда не спешу, - устало откликнулась Веда. - Только верните мне сына, и я готова вас выслушать, не перебивая.
   - Всему своё время. Он сам к нам придёт, а пока... пока послушай предысторию.
   Помолчав, Дусея вздохнула и начала:
   - Я расскажу тебе сказку. Когда-то, много веков назад...
  
  
   Когда-то много много веков назад
  
   Не молодая, но всё ещё красивая и стройная женщина в голубом пеньюаре сидела на кровати в богатоуставленной спальне и расчесывала свои длинные, тёмные волосы. Одну ногу она подогнула под себя, другая была опущена с кровати и утопала в мягком ворсе ковра.
   Женщина специально ушла спать пораньше, чтобы подумать. А подумать надо было о многом.
   Вот уже десять лет, как то, чем она занималась, не приносило ей радости и удовольствия. Её сестра и братья, как она чувствовала, тоже уже не горят идеями и с неохотой приходят сюда в их общий дом. Всё больше их засасывает собственные дома, собственные миры. А их сила растрачивается и тает, унося с собой радость жизни, желание узнать неизведанное и воплотить новое и интересное. Они распылялись во вне, ничего не оставляя внутри себя.
   Их общий дом на пересечении миров был местом их сил. Местом, где они делились планами, идеями, экспериментировали и отдыхали. Но с недавних пор всё это кануло в Лету. Братья всё больше интересовались технологическими мирами, унося идеи этих миров в свои творения, не замечая, что это только приближает конец. Или заигрывались в свои 'войнушки', 'испытывали свои творения' и 'устраивали тотализаторы на выживание'. Сестра всё больше уходила в свои миры, забывая, что в единении не только с природой необходим баланс и гармония. И все они не поддерживали старшую сестру, которая настаивала на совместных творениях, совместных собраниях и обмене силами. 'Брать' родственники брали, а вот делиться не хотелось.
   Ей особо не перечили и приходили сюда с неохотой. Планы уже обсуждались вяло, и не было тех баталий дни напролет о том, какого цвета должно быть небо того или иного мира, какой по вкусу будет вода в зелёном водоеме, а какой в красном. И уж давно не было никаких новых идей по очередным экспериментам над своими творениями.
   Никто из них, противясь велению сестры, но выполняя как меньшее из зол её требования, не задумывался, зачем она это делает. Никто из них не спросил ни разу, почему она настаивает на их объединении, на их присутствии в доме хотя бы пару дней в луну. Зачем не пускает надолго в 'одиночное плавание', и уж никому из них не пришло в голову поинтересоваться у неё об этом напрямую.
   Но спроси хоть кто-то из них у неё об этом, она бы повторила то, что говорила им уже не раз.
   'Это наш дом! И мы обязаны поддерживать его. Мы обязаны поддерживать Силы и следить за всем'. Не могла она поделиться с ними тем, что было ей известно с момента рождения в этом доме. Её Богиня избрала хранительницей знаний, и именно ей было строго настрого запрещено открывать их кому-то бы ни было. Даже собственным братьям и сестре.
   Она приходила сюда раз за разом, пытаясь найти пути решения и вернуть всё, как было, не открывая всей правды, но неизменно терпела поражение.
   - О чём задумалась, моя сладкая? - вывел из задумчивости голос брата.
   - Рагнгар, ты прекрасно знаешь, что я терпеть не могу это прозвище, - не прекращая расчёсывание, бесцветно возмутилась Въёна " 16.
   - Ну, кто виноват, что имечко у тебя такое, - обходя сестру и плюхаясь на кровать, ничуть не смутился Рагнгар. Он облокотился на подушки, удобно устраиваясь.
   - Что хотел?
   - Я хотел поговорить о том, как будем дальше жить?
   - Что ты имеешь в виду?
   Въёна наконец прервала своё занятие и первый раз за время нахождения брата в комнате посмотрела на него. Он был серьёзен, без обычной ухмылки и смешинок в серых глазах.
   - Я предлагаю поделить Силы Источника и забрать его с собой. Каждый свою часть.
   Женщина продолжила расчёсывать волосы, отводя взгляд, всем своим видом показывая, что ей это не интересно. Рагнгар, видя, что предложение не заинтересовало слушательницу, сел на кровати. Вся расслабленность исчезла. Он понимал, что без Въёны провернуть задуманное он скорее всего не сможет. Хоть очень и хотелось, но было рискованно. К тому же, она старше его, и сил у неё больше. Въёна всегда была консервативна, и чтобы её убедить в необходимости предлагаемого, ему понадобится всё красноречие, которое было даровано ему в достатке. Он подобрался как перед прыжком и выпалил:
   - Я поговорил с Рейном и Корри. Они не против. Фета, я думаю, тоже не будет возражать, если ты поддержишь. Ты...
   - Нет, - перебила она брата. - Я против.
   - Но как ты не понимаешь. Он умирает. Ему нужны новые вливания силы. И без раздела мы Его не сможем перенести. И...
   - Нет, - не дослушав, опять прервала его Въёна. - Ты первый раз не слышал мой ответ?
   - Слышал, - сдерживая злость и разочарование, ответил брат, вставая.
   - Тогда не задерживаю, - всё также расчёсывая волосы и не глядя на Рагнгара, холодно проговорила Въёна.
   Мужчина, постояв несколько секунд, вышел из комнаты, с силой хлопнув дверь.
   'Ещё одна проблема', - вздохнула женщина, прекращая своё занятие и убирая гребень на тумбу возле кровати.
   Въёна как никто понимала, что если разделить Силы, то они растают ещё быстрее, чем это происходит сейчас. А отсутствие Силы порождает агрессию и желание получить то, чего лишился.
   Посидев в тишине и подумав над сложившейся ситуацией (что Рагнгар не отступится и будет прикладывать все усилия, чтобы старшая сестра согласилась, она была уверена), Въёна легла спать, решив поговорить со всеми завтра.
   Но её планам не дано было осуществиться.
   Ранним утром её разбудил взрыв. Часть дома разнесло на куски. Остались только спальные комнаты и половина зала. Не было ни дыма, ни огня. Всё было хуже. Весь дом был пропитан энергией Сил, а это могло значить только одно: Рагнгар решил сам осуществить свою задумку. Он начал процесс разделения, но не зная всего, напутал, и всё вышло из-под контроля. Вырвавшаяся из Источника Сила носилась по остаткам некогда прекрасного дома, пропитывая всё собой и навсегда меняя облик места.
   Въёна в чём была, понеслась к сестре. Она переживала за Фету, ведь та, не смотря на свои годы, всё ещё оставалась наивной, доверчивой, как ребёнок. А уговорить её на такие вот 'подвиги' Рагнгар мог всегда. Но младшей сестры не оказалось в комнате.
   Не оказались в своих комнатах и Рейн, и Корри. В доме вообще никого не было. Паника охватила женщину, заставляя совершать глупость за глупостью.
   Она направилась в Зал, где некогда был вход в Источник. Силы не подчинялись ей. Въёне пришлось самой убирать завал и пролезать сквозь руины. Спустившись к алтарю, она, как и ожидала, не обнаружила его. На месте алтаря зияла огромная дыра, из которой вырывалась Сила, круша всё на своем пути.
   Рядом с провалом лежали три тела, в которых она опознала родных братьев и сестру. Слёзы застилали глаза, и она не сразу рассмотрела, что от каждого из лежащих в дыру тянутся маленькие жгуты, вытягивая последние силы. Вся жизненная энергия, щедро наделённая некогда Богиней, уходила и рассеивалась в материи Сил.
   - Рагнгар! - взревела Въёна, приходя в ужас от содеянного им.
   Неконтролируемая злость на брата помогла ей прийти немного в себя.
   Ради своей цели он перешёл все границы, подверг их опасности, да ещё забирал их силы, а сам... 'А где он сам?' - задалась вопросом она, оглядывая остатки зала.
   Рагнгара она нашла быстро. Он, как и его братья с сестрой, был без чувств, отдавая свою жизненную энергию Силам через жгутик. Только не лежал на полу, а парил над полом в коконе - энергетических путах.
   - Так тебе и надо, - зло оскалилась в улыбке Въёна, разрывая первый жгутик, связывающий сестру с местом Силы.
   За ним пошёл второй жгутик, освобождая Корри, а затем и третий, спасая Рейна от смерти. Рагнгара она не торопилась освобождать.
   Сил не было. Перенести их в команаты Въёна сама не могла. Братья хоть не толстяки, но всё ж тяжёлые. Оттащив их от края, Въёна поделилась немного своей энергией. Убедившись, что родным уже ничего особо не угрожает, кроме мук совести, и осталось подождать, когда они сами придут в себя, Въёна села на осколок стены и задумалась.
   Нет, убивать Рагнгара она не собиралась. Тогда всё вообще выйдет из-под контроля. Этим она всё только ухудшит. Но и оставлять это его самодеятельное творчество просто так тоже не хотела.
   Подумав немного, Въёна пришла к мысли, что раз Силы вырвались на волю и им уже не подчиняются (пока не подчиняются), а у неё на управление всем этим уйдёт вся её собственная энергия, она оставит всё как есть.
   Видно, пришло время начать всё заново. Она с родственниками уйдёт, предоставив Силам навести тут порядок без них.
   'Надо только выбрать мир и роли в нём, - рассуждала Въёна, расчищая от обломков площадку и чертя символы для задуманного. - Корри хороший воин, его можно поместить к архангам. Тем более он сам мечтал пожить среди них. Фету отдам в Хранительницы. Она любит создавать гармонию, да и новые знакомства не помешают. Полезно будет пообщаться с другими разумными существами. Не всё же только с растениями и Силами быть. Рейна можно в стражи определить, но пусть сам решает. Он мальчик сообразительный. А вот Рагнгара... - она критически осмотрела нарисованные символы и перевела взгляд на энергетические путы. - Пусть будет человеком', - решила Въёна, разрывая жгут и выпуская из пут брата.
   Он грохнулся на пол и застонал. Старшая сестра усмехнулась, абсолютно не испытывая жалости к лежащему перед ней. Оттащив его подальше ото всех, начертила вокруг него круг. Внутри круга нарисовала символы и понятные только ей странные картинки. Закончив с приготовлениями, Въёна нараспев стала читать заклинание, параллельно вливая в него свою энергию, не надеясь на помощь Места Сил. С каждым произнесённым звуком символы на полу вспыхивали и гасли, исчезая с пола и переносясь на тело лежащего мужчины. Непонятные картинки, мерцая, увеличивались в размере, накладываясь друг на друга, образуя странные трёхмерные фигуры, и впитывались в тело Рагнгара, подобно каплям воды в почву. Всё заняло не более пяти минут. Оставляя открытым заклинание, не завершив обряд, она вернулась к братьям и сестре и проделала то же самое с ними, помещая в круг с символами и картинками.
   Когда заклинания были прочтены, в сознание пришла Фета.
   - Ну, ты как? - склоняясь над сестрой, участливо спросила Въёна.
   - Жить буду, - прохрипела та, не без помощи садясь и осматриваясь.
   Оглядев то, во что превратился зал, Фета подняла взгляд на сестру.
   - Прости. Я знаю, что виновата. Не нужно было...
   - Ничего не говори. Я знаю, ты не хотела, это Рагн...
   - Нет. Я сама его поддержала, - перебила сестру Фета.
   - Как сама? - удивилась Въёна.
   - Ну, - Фета отвела взгляд и продолжила, - я считаю, нам всем нужно пожить отдельно. Просто всем командуешь ты и... Мы все так решили, но... но не учли, что при разделении Сил нужна и ты. Нет, мы хотели и тебе часть отдать, но...
   - Но брат не сказал вам всего. Хм... Вы с ним поделились своей энергией, а потом вообще могли умереть, так как всё вышло из-под контроля.
   - Но, - попыталась возразить младшая сестра.
   - Что но? Вы уже не только делились с братом энергией, а отдавали свою энергию Силе.
   Въёна встала и отошла к младшему из братьев. Рейн ещё не пришёл в себя, но дышал ровно и спокойно. Это радовало.
   Фета ошарашено смотрела на старшую сестру, понимая, что та не обманывает. Въёна вообще предпочитала правду, какая бы та не была, и этого же требовала от других. Но в голове не укладывалось, что они из-за глупости могли лишиться не только всего, но и своих жизней. Раньше как-то над этим не задумывались. Считалось само собой, что они бессмертны, живут вне времени, и на всё воля Богини, а тут...
   - А...что теперь будет? - решилась спросить Фета.
   - То, что вы хотели, - не смотря на сестру, ответила Въёна, проверяя состояние Корри. - Вы будете жить отдельно. Каждый сам по себе.
   - А место Силы? - тихо спросила её сестрёнка.
   - А его уже нет. Вы всё разрушили. И нужно время, чтобы Сила успокоилась и навела тут порядок. А потом подпустила нас к себе.
   - А ты...?
   - И я уйду.
   - С нами? - с надеждой и виной в голосе спросила Фета.
   - Нет. У вас свой путь, у меня свой.
   - Но... а как же... но...
   - Фёорта, прекрати. Сами виноваты.
   Обе сестры обернулись на голос пришедшего в себя Рейна. Он уже сидел на полу и тряс головой.
   - Въёна уже всё сказала. А если так, то так тому и быть, - продолжил он, медленно поднимаясь с пола и подходя к старшей сестре. - Поведаешь нам, что ты решила?
   - Я позволю вам получить то, что вы так жаждали.
   - Что? - ошарашенно переспросил мальчишечий голос.
   Въёна улыбнулась младшему из братьев, посмотрев на растерянную чумазую мордочку.
   Рейн помог подняться Корри. Фета подошла к братьям, ожидая решение сестры.
   - Разделение. Я вам помогу разделить то, что осталось, и отпущу.
   - А... а как же...
   - А вот так, - просто ответила Въёна, разводя руки в стороны.
   При этом она смотрела на родных и улыбалась уже всем. Уставшие и дезориентированные её заявлением они не будут сопротивляться. Именно этого Въёна добивалась своим поведением. - Прости нас, - за всех попросил прощение Рейн.
   Он смотрел открыто, не тая сожаление и чувство вины. Фета опустила взгляд, не находя в себе сил посмотреть на Въёну. Корри ещё не пришёл достаточно в себя, чтобы осознать происходящее, поэтому просто прикрыл глаза и прислонился к брату.
   - Прощу, - пообещала Въёна, сводя руки и хлопая в ладоши, завершая обряд.
   Стоящих перед ней накрыло зеленоватыми мерцающими коконами, запуская последний этап задуманного ей.
   'Вот и всё', - устало подумала она, опускаясь на пол, отдавая последнюю энергию на завершение начатого. А замершие перед ней фигуры под куполами начали таять и исчезать, пока полностью не растворились вместе со свечением.
   На Въёну навалилась такая усталость, что хотелось просто лечь и уже не вставать. Но она знала, что этого делать нельзя. Вокруг стояла тишина, что казалось, будто даже Силы замерли в ожидании завершения происходящего.
   - Прости, - наконец найдя в себе силы, прошептала она, не поднимая головы.
   'Всё так, как должно быть', - услышала Въёна такое же тихое.
   За голосом пришли лёгкость, спокойствие и понимание правильности происходящего. Въёна подняла голову и осмотрелась. Ничего не изменилось. Развалины, Силы, вырывающиеся из разлома, и никого, кроме тела брата, сломанной куклой лежащего в стороне.
   Поднявшись и подойдя к нему, старшая сестра Рагнгара дочитала заклинание, вливая в него немного энергии.
   Тело мужчины накрылось зеленоватым свечением, но в отличие от родных не исчезло, а раздвоилось. После очередного деления перед Въёной лежали четыре тела брата, накрытые с головой зеленоватым мерцающим одеялом. Два из четырёх стали уменьшаться и трансформироваться. Оставшиеся тела продолжали делиться, образуя новых 'Рагнгаров'. При этом алгоритм не менялся. Два из четырех тел делились, оставшиеся уменьшались и трансформировались в различные предметы. И скоро вокруг них были ручки, замки, ветки, мешочки и сумки, камни и монеты, рюмка и чайная пара, серебряная заколка в виде пёрышка неизвестной птицы, мужская шляпа и женский ридикюль, пара шкатулок, зонт-трость, конверт с обожжёнными уголками, несколько гвоздей, шляпки которых были погнуты, цветочные горшки и сломанные колёсики от игрушечной машинки, горка мокрой земли и пакетики с семенами, разные деревяшки и железяки, порванные верёвки, парящая в воздухе парочка воздушных шариков и несколько осколков стёкол и зеркал. Также невдалеке на обломке стены сидели кролик, лис и сова. Совсем крохи жались друг к дружке, настороженно озираясь по сторонам. Рядом сидел волк и как-то обречённо, с тоской и сожалением смотрел на распластанные перед ним тела. Откуда-то из глубины зала вспорхнула огромная птица, уносясь через разлом в потолке, поднимая клубы пыли. Но пыль женщину беспокоила меньше всего.
   По взмаху руки исчезли и пыль, и предметы с животными. Тело одного из Рагнгаров растаяло, а второй открыл глаза. Полежав, глядя в остатки потолка и приходя в себя, он медленно сел.
   - Накажешь? - без предисловий спросил, догадываясь об ответе.
   - Уже, - удивила она его, поворачиваясь и направляясь к выходу.
   - Но... как уже?... Подожди.
   Он попытался подняться, но тело ещё плохо слушалось его, и получилось встать далеко не сразу. Въёна уже успела выйти из комнаты. В душе непонимание в перемешку с тревогой, рождало панику и необъяснимую злость на старшую сестру. Как так? Он такое совершил, а она повернулась и ушла. А как же он? Как все они?
   Рагнгар остановился и огляделся, вспомнив, что был с братьями и сестрой. Быстро обежал взглядом остатки некогда красивого зала и никого не нашёл. Успокаивая себя, что Въёна уже наверное всех вывела, возобновил движение. Думать о худшем не хотелось. Чувство вины было ему не чуждо, но самонадеянность и перенятый у людей эгоизм не давали признать свою неправоту полностью.
   Когда он доковылял до выхода, его взору открылась вся картина содеянного. Дома больше не существовало. Развалины были покрыты заросшими растениями, а некогда прекрасный сад с озером исчезли. На их месте была выжженная равнина, посредине которой стояла его старшая сестра и смотрела на то, что осталось от дома.
   Собрав остатки сил, он подошёл к сестре. Тысячи вопросов вперемешку с раздражением, обидой, тревогой, злостью на несправедливость и виной роились внутри, не давая решиться и задать мучающие его вопросы.
   Рагнгар остановился возле неё и повернулся к их бывшему дому. Простояв в молчании какое-то время, собираясь с мыслями, он спросил:
   - Они живы?
   - Да, - не смотря на брата и не вдаваясь в подробности, ответила Въёна.
   - А где...
   - Там, где им надо быть.
   Простояв какое-то время в тишине, Рагнгар предпринял ещё одну попытку всё узнать.
   - И что теперь?
   - Всё.
   - Что всё? - не понял он её ответ.
   - Всё - это всё. Что непонятного?
   - Всё, - усмехнулся мужчина.
   - Ну, тогда слушай, - Въёна повернулась и посмотрела в глаза Рагнгару, - ты остаёшься здесь пожинать плоды содеянного.
   - А... но... а как же...
   Кроме нудящей боли в голове и ломоты в теле, сосредоточиться и понять происходящее мешала какая-то звенящая пустота в груди. Непонимание раздражало. Даже злило.
   Вспомнив, что он тоже не последний из своих марионеток (так он называл свои творения, которых оживил и наделил разумом), Рагнгар попытался открыть проход и уйти, решив, что поговорить они смогут и потом, когда успокоятся. Но ничего не получилось. Озадаченно посмотрев на пустоту перед собой, он предпринял ещё одну попытку, а затем ещё и ещё, и ещё, но ни одна из них не увенчалась успехом.
   - Что...? - начал он, ужасаясь догадки.
   - Ты понял всё правильно, - не проявляя ни жалости, ни злорадства, смотря на потуги брата, пояснила Въёна. - Ты получил своё разделение. Всё, как и хотел. Теперь у тебя есть силы. Только вот они уже не твои. Они разделены. И разбросаны по мирам. И да, в этом месте у тебя их нет. Ты сам желал забрать их из Источника. Так получай. Уйти без них отсюда ты не сможешь. Так что живи и радуйся содеянному.
   Рагнгар стоял, поражённый услышанным, ещё не веря в реальность происходящего. Въёна повернулась и пошла вглубь пустыни, отдаляясь от брата. Она отошла не меньше, чем на пол километра, но её хорошо было слышно.
   - Скрижали для тебя теперь не работают. Выход заблокирован, ты не сможешь ими воспользоваться. Да и вряд ли захочешь. Без сил в других мирах ты просто развеешься, и от тебя вообще ничего не останется. Не лезь к Силам. Они теперь тут хозяева.
   О том, что это временно, она умолчала. Да и не надо было это знать её брату. Остановившись, она оглянулась и, бросив взгляд на Рагнгара, продолжила:
   - Помочь себе сможешь только ты сам. Осознавай и познавай То, что скрыто... Скрыто от тебя. И... я верю, что у тебя всё получится.
   А затем, больше ничего не объясняя, просто растаяла в воздухе.
   На долгие столетия частичка некогда великого Творца оставалась запертой, как в темнице, в этом опустевшем месте, наедине с невесёлыми мыслями, горесными чувствами и крохотной надеждой, что он сможет всё исправить.
  
  
   Веда
  
  
   - Я очень виновата перед ними, что решила всё за всех, но... - баба Дуся за время рассказа ни разу не посмотрела ни на слушавшую её с волнением Веду, ни на грустного Карейна, который, появившись на середине рассказа, неслышно пристроился рядом в соседнем кресле.
   - Мы тебя не виним, - тихо проговорил парень. - Сами это заслужили. Тебе уже все... почти все в этом признались.
   - Да, но был и другой выход.
   - Погрозить пальчиком и сделать вид, что ничего не было? Это не выход, - перебил Дусею Карыч.
   - Подождите, - непонимающе переводя взгляд с одного на другого, начала Веда. - То есть, Въёна это ты?
   Баба Дуся кивнула, так и не подняв глаза на девушку.
   - А Карыч это...?
   - У меня много имён. Мы же Безликие, - он усмехнулся и продолжил, - но большую часть времени меня звали Рейн. Карейн - это частичка меня же. Не понятно?
   Веда кивнула, но тут же отрицательно затрясла головой из стороны в сторону. Карейн хмыкнул.
   - Это сейчас не важно. Главное, мы вернулись, - он щёлкнул её по носу. - Рот закрой, ворона залетит.
   Веда осознала, что действительно приоткрыла рот от удивления и таращится на этих, ставших ей родными людей, которые вообще не люди, а... Творцы? Или их... части? Вообще ничего не понимая, она пыталась упорядочить то, что сейчас услышала, но пока это плохо получалось. Сквозь ворох мыслей до неё долетели слова Дусеи.
   - Ведушка, не вини нас. Мы вообще не планировали тебе всё рассказывать. Не время ещё. Да и это не твоя история, просто... просто, раз уж так получилось, и ты привела нас всех сюда, то видно...
   - Всех? - немного ошарашенное сознание выхватило первое, что показалось ему странным.
   - Да, сестрёнкин, - сверкая улыбкой, подтвердил Карыч. - Сейчас все подтянутся, и поговорим.
   Веда отвела взгляд и уставилась в окно, переваривая услышанное. Как-то не верилось, что её родная и любимая бабушка Дуся - Творец. А Карыч, этот оболтус, друг и братишка тоже оказывается из Творцов. Или нет? А ещё у Творцов есть два брата и сестра. Интересно, кто они? Марейна и Тиней? А может, Тильда и РенБет?
   Нет, в принципе, она допускала такой вариант. Чего только уже не навидалась, попав в этот мир. Обзавелась сестрой, которая человек только наполовину. Подружилась с морским Владыкой и его семьёй. Отлупила крапивой оборотня (а что? Лео заслужил за обман и притворство), познакомилась с лесными духами и с их каритэ (при воспоминании о Шере тёплая улыбка заиграла на губах девушки), чаепитничала с хейфой и лешими, каталась на фохе, познакомилась с кхенами, обзавелась сыном-архангом (улыбка стала шире). Теперь вот Творцы в друзьях затесались. Почему нет? Но всё равно, как-то не верилось.
   'Вот придёт Санни, у него спрошу. Он умный. Много знает', - решила Веда принять происходящее и не кипешить. За него она больше не переживала. Раз баба Дуся сказала, что всё в порядке, то всё в порядке. Веда повернулась к Дусее, которая внимательно смотрела на девушку, и спросила:
   - А Фета - это Тильда или Марейна?
   - А ты как думаешь? - светло улыбнулась Дусейна, понимая, что ни истерик, ни обвинений не будет.
   - Нууу... Марейна у вас командир. Я думала, что она старшая. И на тихую, наивную девушку не тянет.
   - А на кого тянет? - услышали они знакомый голос.
   Повернувшись, Веда узрела рядом с собой по другую сторону от Карыча эффектную шатенку в тёмно-зелёном брючном костюме. Волосы женщины были элегантно уложены в причёску в форме ракушки, а в ушах красовались, показавшиеся ей знакомыми, хрусталики - серьги в виде спиралек. Завершали образ классические туфли-лодочки на высоком каблуке.
   - На бизнес-вумен из моего мира, - не подумав, брякнула Веда.
   Присутствующие разулыбались.
   - Спасибо за комплимент, - поблагодарила Марейна, присаживаясь в появившееся напротив кресло.
   - Фета, не смущай девочку. У неё от новостей и так голова кругом. А ещё много чего предстоит узнать, - Дусея уже более расслабленно сидела в кресле и пила травяной чай из бело-синего фарфора, который так нравился Веде у бабы Дуси в её домике на окраине.
   - Она крепкая, - заверил всех Рейн, протягивая чашку с чаем младшей сестре, а затем Веде. - Выдержит.
   Усевшись назад в кресло, он улыбнулся и закончил:
   - А потом вас отлупит... крапивой, как Лео.
   - За что? - возмутилась Марейна.
   - За обман, - заверил всех Карейн
   Он как ни в чем небывало надкусил заварное пирожное, которое только что взял из вазочки на столике.
   - Ну, тогда и тебе достанется, - принимаясь за чай, заявила его младшая сестра.
   - Неее, - улыбка не сползала с губ парня, - она меня любит и не будет...
   Карейн запнулся, бросив взгляд на смотрящую на него девушку. И взгляд этот был такой, что он предпочел не продолжать демагогию, а заняться надкушенным только что пирожным.
   - Мам, - тихо позвали от двери.
   Все присутствующие Творцы, повернувшись на голос, и глазом моргнуть не успели, как Веда оказалась возле своего мальчика, обнимая и целуя, радуясь, что он жив и здоров.
   - Ничего не болит? Всё зажило? Ты куда пропал? Я так переживала. Но баба Дуся сказала, что ты в порядке, и я немного успокоилась. Так с тобой всё хорошо? Ты меня не обманываешь? Правда хорошо? - не прекращая поток вопросов, Веда быстро оглядела Санни, ощупывая голову, руки, спину.
   - Да всё хорошо, мам, - выкрутился он из её хватки, но тут же сам приник, обнимая. - Всё теперь хорошо.
   - Ну и отлично. А то тут такое происходит, я не успеваю за событиями.
   Она повела его к креслу, на котором до этого сидела. Оно трансформировалось в маленький диванчик, так что они легко поместились на нём вдвоём.
   - Ты где был? Рассказывай.
   - Я...
   - Он был со мной.
   Новое действующее лицо, появившееся в комнате, не дало ответить мальчику. Обернувшись на голос, который звучал со стороны окна, Веда увидела мужчину со шрамом на лице.
   - О, Даг, как хорошо, что с тобой всё в поряке. А то тут такое творится Ты не представляешь.
   - Представляю, - усмехнулся он, складывая руки на груди.
   - Откуда?... Подожди, - Веда прищурилась, прислушиваясь к смутной догадке. - Ты... ты один из...
   - Да. Моё имя Рагнгар, и я один из братьев этих чудиков, - усмехнулся Даг. Но вздохнув, тихо добавил: - И виновник всего этого безобразия.
   Он отошёл от окна и сел на ещё одно материализовавшееся кресло, напротив Веды с Санни.
   - А... но...
   - Сам ты чудик, - возмутился Карейн.
   - Не чудиковатее тебя, - возразил ему брат. - Сам отказался от своей частички и рад этому.
   - Да! Рад.
   Карейн протянул чашку с чаем брату, которую тот принял и кивнул в знак благодарности.
   Спокойно отхлебнув чай, Даг оглядел всех присутствующих.
   - Ну, здравствуйте, мои дорогие. Давно не виделись, - очередная ухмылка, но какая-то грустная. - Мы не очень хорошо расстались, но я рад, что вы сейчас здесь.
   Он поставил на подлокотник кресла чашку и, сцепив пальцы рук, продолжил:
   - Я много раз представлял нашу встречу. Продумывал, что скажу... а вот оказался не готов...
   Он ненадолго замолчал, обдумывая, что сказать.
   - Мне нужно попросить у вас прощение. Я очень виноват перед всеми. Простите, что обманом втянул во всё это. Я был слепцом и глупцом. Это сейчас я понимаю, а тогда... Меня ослепило желание доказать всем, что я лучший... Что достойный иметь большего... Что Силы должны подчиняться мне... Что это я должен тут быть главным. Я должен всем руководить, а не Въёна. Глупо, по-детский, да? - он вздохнул. - Мне понадобилось тысячи тысяч лун, чтобы осознать, как я был не прав.
   Он опять замолчал, а Веда быстро прикинула в уме, сколько же это тысяча тысяч лун. 'Мда... больше восьми веков. И это время ушло только на осознание содеянного. А сколько же он фактически здесь провёл?'.
   - Больше ста тысяч лет в вашем времяисчислении, - ответил Рагнгар на её незаданный вопрос, но видя удивление в глазах, пояснил: - Больше ста тысяч лет я был здесь.
   - Я думала вслух?
   - Нет, - лёгкая улыбка коснулась уголков губ мужчины, - но ты так умильно морщила личико, подсчитывая в уме, что я решил ответить.
   Он вздохнул, как будто с неохотой возвращаясь к прерванной её подсчётами теме, и продолжил.
   - Сначала я злился... на Въёну, винил её во всём... злился на себя, что так просчитался и не справился... искал выход... день за днём искал скрижали... а найдя, экспериментировал, но так ни разу не активировал их... раньше с магией над активацией даже не задумывался, а вот без... ничего не помогало... я злился на вас всех... что бросили... допустили произвол Въёны... моя злость поддерживала во мне силы и веру... веру, что смогу, справлюсь, и вот тогда...что тогда, я не придумывал, не нужно было. Главное, я внушил себе, что выберусь. И как только это случится, вы все пожалеете...
   Грустная улыбка на губах мужчины у Веры вызвала желание как-то его поддержать. Но она не знала, как он воспримет это. Поэтому она прижала к себе ближе Санни и продолжила слушать.
   - Потом был длительный период безысходности, - после паузы продолжил Рагнгар. - Агрессия перешла в апатию... ну, это вам не интересно... - он встал и прошёлся по комнате. - Главное, я понял, что причиной происходящего являюсь я сам. Поиски решения, как всё исправить, ни к чему не приводили... Смирение пришло далеко не сразу, но... Как только я принял всё происходящее, как только мысленно попросил и почувствовал от вас прощение, когда искренне поблагодарил Богиню за всё, что происходило со мной, ко мне стали возвращаться мои частички... Сначала появился лес... Там я нашёл пару монет. Затем верёвку и нож. За лесом появились озеро и сад. В нём тоже много чего было найдено. А затем и наш дом стал восстанавливаться. Но меня к нему не подпускали волки. Потом порталами или незваными гостями стали приноситься разные предметы, дополняя и меняя меня...
   Рагнгар вернулся в кресло, убирая чашку с недопитым чаем обратно на столик.
   - Потом я стал видеть сны... и в них был я. Вернее, это был Даг. Он жил другой жизнью. Друзья, работа, любимая. И мне нравилась эта жизнь. Даже, как-то с ним сроднился, - он хмыкнул. - Потом пришло осознание, что это не сны, а реальность. Один из миров, где мы раньше были частыми гостями. А Даг моя часть. Вот тогда я стал с ним взаимодействовать. Через какое-то время смог влиять на его мысли. Через него нашёл всех вас.
   - А я вам говорила, что не зря мне ворон снился! Гостей всё ждала, - воскликнула вдруг Фета. - Так это твоих рук дело.
   - Нууу... есть грешок, - усмехнулся Рагнгар. - Всё надеялся, что поймёте, простите, придёте. Честно, очень ждал. Но вот кого кого, а вот Веду никак не предполагал увидеть здесь. Даже не поверил, когда почувствовал её.
   - Почувствовал? - немного удивлённый голос отвлек расказчика.
   - Да, я всегда чувствую новых гостей.
   - Даг... ой, простите, Рагнгар... - Веда немного смутилась.
   - Ничего. Я уже привык к новому имени, - усмехнулся мужчина. - Да и имя, что выбрала моя частичка, мне нравится больше.
   - А... как...
   - Как я воссоединился с Дагом? Время, наверное, пришло. Он нашёл кристаллы в одном из тайников, подумал, что полудрагоценные камни, и хотел их продать. Признаюсь честно, хотел ему внушить их раздавить и перенестись ко мне. Но помня предыдущий опыт манипуляций, и к чему это всё привело, решил так не делать. Провидение решило само. Он сам случайно один раздавил и оказался тут. Я это почувствовал. Естественно, никаких Канээрров здесь не было. И записей Гарды не существовало. Она и писать толком не умела. Даг её учил, но понял, что бесполезно, - и видя непонимания в глазах Веды, уточнил: - Дружили они. А когда Гарда залетела без мужа, сам предложил свою кандидатуру в качестве отца. Чтоб мать не прибила. Не мог он иметь детей, а тут вроде и семья... Вот он и хотел подзаработать. Но оплошность все планы ему спутала.
   Он немного помолчал, вспоминая что-то и давая возможность присутствующим осмыслить рассказанное, а потом продолжил.
   - Части не могут сами давать жизнь. А частичка воплотилась в теле мужчины, вот ему и дали воспоминания о болезни и её последствиях. Так что никакого ребёнка у них не было.
   - Подождите, - Веда подняла свободную от обнимания сына руку, - то есть как не было? А Магда? Сами же сказали, что...
   - Когда Гарда родила мёртвую девочку и, не выдержав этого потрясения, умерла, Марика решила взять себе во внучки подкидыша. Как раз нашли за день до родов девочку в сторожке, - не дослушав вопрос, перебил её Даг.
   - Так Магда... Она...
   - Да, тут ты угадала. Этот относительно удачный эксперимент Канээрров в Месте силы потерял свою стабильность. Ещё и ты вмешалась. Вот и случилось то, что случилось.
   - А кристаллы и записи Гарды? Магда же сама об этом говорила.
   - Не было записей. Она врала. Я и без магии это хорошо чувствую. А кристаллы. Думаю, нашла те, что когда-то находил Даг. И даже смогла понять, что это. Вот и хотела тебя отправить куда подальше.
   - Зачем ей нужно было всё это сочинять? И зачем вам нужно было ей подыгрывать?- не понимала Веда.
   - Думаю, она сама во всё это верила. Может, бабка постаралась, а может, ещё что... А я... я её читал. Когда человек слышит то, что хочет, его легко прочесть и просчитать. Мне нужно было понять что передо мной.
   - Понял? - тихо спросил Корейн.
   - Понял, - качнув головой, подтвердил Даг. - Носитель без души, исполнитель, просто оболочка, не имеющая своей воли. Всё, что она делала, ей внушали. Ей руководили, заставляя верить, что это её собственные мысли и желания.
   - Кто? - спросила виконтесса, хотя уже догадалась, какой будет ответ.
   - Канээрры. Ты же им все планы во дворце спутала.
   - Мда. Дела... А откуда вы, будучи здесь, всё это знаете? - недоверчиво спросила Веда. - Даг не мог вам это всё сообщить.
   - Я много чего знаю, - Даг усмехнулся. - И даже то, что не должен.
   - И всё же это не всё.
   Веда быстро пробежалась взглядом собравшихся в комнате, ловя грустные улыбки и смешинки в глазах.
   - И что тебя ещё интересует? - спросила молчавшая всё это время Дусея.
   - Вы Въёна, - стала рассуждать вслух виконтесса. - Карыч - это Рейн. Фета стала Марейной. Рагнгар получается вы, - скорее утвердительно, чем вопросительно, посмотрев на Дага, проговорила Веда. Он кивнул, подтверждая правильность выводов. - И все вы только частички самих себя, - продолжила она рассуждать.
   - Не совсем, - вклинился в её рассуждения Санни. - Они это они сами. Просто отдали, кто добровольно, кто... - он запнулся, но продолжил, - вынужденно частичку себя.
   - А где эти частички сейчас? И зачем вы это сделали? - Веда смотрела на Карыча, уверенная, что он всё пояснит. Но ответил ей опять Санни.
   - Это было необходимо... для хорошего дела.
   - И как? Получилось "хорошее дело"?
   - Ещё как! - Карыч хохотнул и продолжил: - До сих удивляюсь тому, что получилось. Все собравшиеся здесь не зря их отдали. Они воплотились в одном... хм....
   - В ком? - допытывалась Веда, но её вопрос был оставлен без ответа. Только лёгкие улыбки появились на лицах присутствующих.
   - Ничего не понимаю, - призналась она в очередной раз. - А Корри тогда где, если вы все тут?
   И опять ей никто не ответил, продолжая уже открыто улыбаться и поглядывать в её сторону.
   - Ладно, интриганы, - надулась Веда, бурча себе под нос. - Попросите у меня снег зимой. ВигВам, а не снег будет вам, - вздохнув, спросила: - Что теперь делать?
   - Ужинать. Спать. А потом расходиться по домам, - произнесла Дусея и встала.
   Её примеру последовали все родственники. Только Веда с Санни остались сидеть на диванчике и непонимающе наблюдать за происходящим.
   В этом месте, у себя дома Дусея опять преобразилась в красивую темноволосую женщину, которую не трогуют ни седина, ни годы.
   'А бабушкой она мне все равно родней и ближе', - подумала Веда, мысленно улыбвнувшись.
   - Печать давно снята, - меж тем продолжила Творец. - Так что можем уйти, когда захотим. Только надо захотеть.
   И она, как ни в чём не бывало, повернулась и направилась из комнаты. Карыч с Марейной последовали за ней.
   - Подождите, - попросила Веда, заставляя их остановиться и обернуться. - Если это ваш дом, зачем нужно было ранить Санни и пугать меня картинками?
   - Ранить? - удивился Даг.
   - Какими картинками? - одновременно с братом спросила Дусея.
   Веда прищурилась, недоверчиво обвела взглядом всех и ответила.
   - Санни в первой комнате ранила стрела.
   При упоминании стрелы все напряглись. Даже Санни, обнимавший свою эрхэму, как-то подобрался и застыл натянутой струной. А Веда меж тем продолжила.
   - Ему повезло. Жизненно важные органы не задели, и он быстро оклемался. А вот картинки в купели с непонятными намёками мне вообще не понравились. И...
   - Что ты видела? - перебила её Марейна.
   - Много чего. Но я так и не услышала ответа.
   - Что конкретно ты видела? - не унималась Творец.
   - Я больше не скажу ни слова, пока мне не объяснят, зачем нужно было калечить моего сына!
   Ответом ей стала тишина.
   - И как это понимать? - не выдержала виконтесса.
   - Санни... он... ему нужно было... - как будто нехотя начал Карыч.
   - Что нужно было? - взвилась Веда. - Раниться? Умереть? Или это очередное испытание?
   - Это возвращение домой, - тихо проговорил сидевший рядом с ней мальчик.
   Он внимательно и выжидательно смотрел на свою эрхэму. Веда открыла рот, но не найдясь, что сказать, закрыла его. До неё медленно доходили слова о возвращении домой.
   - Ты Корри, - наконец осозналось ею.
   Санни ничего не ответил, но кивнул, не отрывая взгляда от матери.
   - Как давно... - голос Веду подвёл, и сглотнув, прочистив горло, она повторила попытку задать вопрос. - Как давно ты это знаешь?
   - С того момента, когда в меня попала стрела, и Силы забрали в Источник для слияния частей и восстановления.
   - И что это значит?
   - Кроме того, что теперь я такой же, как мои сестра и братья, ничего.
   - Целостный?
   - Не совсем. Каждый из нас отдал...
   - Я уже это слышала, - перебила она его. - Меня интересует, кому, зачем и для чего это вам нужно было.
   Веда также выжидательно и не менее внимательно смотрела на сына. Санни отвёл взгляд и оглядел родственников. Лёгкий кивок и одно слово, слетевшее с губ арханга-Творца, перевернуло внутри Веды всё с ног на голову. Хаос и смятение разрослись до невиданных доселе высот, снося на своем пути и мировоззрение, и убеждения, и всё то, чем жила до этого девушка. Одно только слово и всё. Веды нет.
  
  
  
   Глава 8. В поисках 'себя'
  
  
   Где-то... когда-то...
  
  
   Сначала была пустота. Вакуум. Ничто. За 'ничто' появилось ощущение тела. Рук, ног, туловища, головы. За ощущениями пришли мысли и осознание существования. А потом блаженную тишину нарушил громкий голос.
   - И долго ты себя жалеть ещё будешь?
   - 'Жалеть? Кто?'.
   - Ты. И не притворяйся, что не понимаешь, о чём я.
   Пустота пропала. На смену ей пришла летняя плетёная беседка с видом на сад с озером. В беседке на плетёных креслах сидели две девушки. Эффектная брюнетка в лёгком синем сарафане на тонких бретельках и потерянная шатенка в своих излюбленных шароварах и тунике.
   - 'Я? А кто я?' - не хотелось ни говорить, ни думать.
   - Кончай уже. И так целый день я позволила тебе побыть нюней. Для нас это непозволительная роскошь.
   - 'Позволила? А кто позволил?'.
   - Если ты сейчас не прекратишь этот балаган, я тебя точно расщеплю на атомы и... Хотя нет. Я тебя отправлю, знаешь, куда? Что ты там не любишь больше всего? - женщина задумалась. - О! Я тебя отправлю с Верой по магазинам покупать наряды на приём.
   - Нет! Только не это! - воскликнула девушка. - Ты смерти моей хочешь?
   От былой потерянности и уныния не осталось и следа.
   - Нет, - улыбнулась Богиня, довольно и расслабленно наблюдая за реакцией Веды, - только чтобы ты вышла уже из этого состояния.
   - Я... вышла? - Веда непонимающе огляделась, узнавая излюбленное место Реи. - А что я тут делаю?
   - Придаёшься печали и унынию, - ответила Богиня, невозмутимо отхлебнув из материализовавшегося бокала с вишнёвым соком.
   - Я? - Веда всё не могла никак взять в толк, что происходит, и почему она тут.
   - Ты. На тему: 'Какая я бедная и несчастная. Я не я, и корова не моя', - кривляясь, тоненьким голоском продекламировала Рея.
   Девушка непонимающе продолжала смотреть на Богиню.
   - А что ты последнее помнишь? - прекращая паясничать, спросила её собеседница.
   Веда задумалась. В памяти всплыла картинка уютной светлой комнаты, где она сидела с бабой Дусей и её сестрой. Карыч поил всех чаем, а Даг и Санни что-то рассказывали. Что именно, вспоминалось с трудом.
   Веда напрягла память, стараясь вытянуть из подсознания воспоминания. Картинка за картинкой, слово за словом. Все вместе они складывались в шокирующую для неё картину. Её близкие и родные - Творцы.
   - Я помню рассказ бабы Дуси. Помню, что рассказал Даг. Что все вместе они что-то кому-то отдали.
   Рея просто дотронулась до плеча девушки, возвращая утраченные воспоминания. Вернее, то, от чего Веда добровольно отказалась, не желая мириться с реальностью. И они потоком хлынули в сознание девушки.
   'В тёплой и светлой комнате было уютно и многолюдно. Творцы сидели, разговаривали и пили чай. Веда задавала вопросы, получала ответы, но они все говорили какими-то загадками, и какая-то мысль постоянно ускользала от неё.
   Она осознала, что её мальчик и есть Корри. Тот самый пятый Творец. Радовало, что с ним всё хорошо, но тревожило, что они кому-то отдали свои частички. Что это за частички? Зачем они это сделали? Эти мысли не давали ей покоя, и она озвучила их.
   - Меня интересует, кому, зачем и для чего это вам нужно было?
   Веда внимательно смотрела на сына и ждала ответа.
   - ТоннаТей-Рон, - не отводя взгляд, ответил Санни.
   - Что? - растерянно переспросила она, гадая, не ослышалась ли.
   - После нашего разделения далеко не все сразу вернули свои части. А это плохо сказывалось, - начал Карыч, но Веда не дала ему закончить.
   - Повтори, что ты сказал? - обращаясь к сыну, попросила Веда.
   - Мы утратили часть силы, - опять попытался объяснить Карыч, тараторя: - И чтобы сохранить баланс и не разрушить миры, нам нужно было что-то придумать. Тильда стала первым удачным экспериментом. Но там химичили только девочки. Всё получилось, но... У неё не хватало сил, как у...
   - Кто или что я такое?- не дослушав, потребовала ответа Веда.
   - Веда ты не...
   - Кто или что я такое? - повторила она свой вопрос.
   - Ты есть часть каждого из нас. Энергия. Ты создана по образу и подобию Творцов с целью внести в этот мир гармонию, свет истины и завершить начатое Богиней, - ответила Дусея.
   - Что именно? - почти не осознавая, на автомате спросила Веда.
   Вот так, в одночасье узнать, что ты вообще не пойми кто. Ты никто. Ты ничто. Ни человек с каким-то там непонятным предназначением, о котором ей периодически напоминали. Ни какое-то мифическое существо или представитель иной расы. Нет. Просто энергия. Часть Творцов. Очередной их эксперимент по созданию... кого или чего? Искусственного разума? Клона с интеллектом? Или просто, что получится? Для чего? Ради забавы? Смеха ради? Или от нечего делать возомнившим себя богами этих... этих... считавшихся ею родными людьми?
   У неё в голове никак не укладывалось, что всё это правда. Мозг продолжал отрицать услышанное, а ворох мыслей не способствовал успокоению и осознанию.
   - Это ведомо только ей, - продолжала отвечать на её вопросы Дусея.
   - Веда, послушай. Ты должна... - опять начал Карыч, но снова был перебит.
   - Я никому ничего не должна, - твёрдо и уверенно произнесла она, вставая с дивана.
   Внутри от напряжения ломила каждая мышца. Судорогой сводило руки, а в районе сердца образовалась пустота, которая только разрасталась от каждого слова этих... предателей? Создателей? Творцов... Она хмыкнула и отвернулась.
   Подойдя к окну и оперевшись рукой о подоконник, буквально вцепившись в него, чтобы не упасть, прикрыла глаза.
   'Я ничто... я энергия... я эксперимент... Пропади оно всё пропадом. Не хочу. Ничего не хочу! Хочу, чтобы этого ничего не было', - в сердцах мысленно воскликнула она, не вслушиваясь в то, что пытались до неё донести Творцы.
   - Веда, не смей, - услышала она взволнованный голос Дусеи.
   - Мама, не надо, - не менее испуганное от Санни.
   Но сил поворачиваться и спрашивать, что ещё от неё хотят, и что она не должна делать, не было. Веда приоткрыла глаза и отстранённо пронаблюдала за тем, как её руки стали терять очертания и распадаться на малюсенькие светло-зелёные, голубые и бирюзовые звёздочки, отлетая от неё и тая, забирая с собой тело, её сознание, её саму...'.
   - Вспомнила? - дождавшись, когда воспоминания полностью вернутся к Веде, спросила Рея.
   Девушка только качнула головой.
   - А что...
   - Силам в Межмирье ты понравилась, - богиня улыбнулась, встала и подошла к шкафу, где достала тетрадку. Полистав её, она вернулась с ней и села обратно в кресло, меж делом поясняя: - Они приняли тебя, вот и исполнили, что пожелала.
   - Но я не... - попыталась возразить Веда.
   - Ты пожелала 'не быть', отказываясь принимать факт твоего создания не мамой с папой, а Творцами, - перебила её собеседница. - Хотя, по-сути, какая разница?
   - А нет разницы?
   - Нет, - просто ответила Рея. - Вот у всех по два родителя, а у тебя целых пять.
   - Не смешно, - буркнула Веда, отворачиваясь, хотя уже такой трагедии в этом не видела.
   Было ощущение, что её как-будто обманули. Только в чём конкретно, она сформулировать бы не смогла.
   - Не смешно, - согласились с ней, - но глупо.
   Рея протянула ей тетрадку, раскрытую посередине. На ней, как поняла Веда, был изображён космос в тёмно-синих, фиолетовых и малахитовых тонах. Но в отличие от статичного изображения нарисованного мира, там что-то всё время происходило. Картинки перемещались в пространстве, менялись местами, исчезали и вновь появлялись в другом месте.
   'Гарри Поттер отдыхает', - вспомнив 'живые' картинки в газетах в Хогвартсе, хмыкнула Веда про себя.
   Ей казалось, что движение изображений в тетрадке хаотично и непонятно. Но понаблюдав минутку, она смогла понять алгоритм появления картинок.
   Сначала были бесконечные просторы космоса, пронизанные энергией мироздания. Затем эта энергия каким-то образом уплотнилась и 'отпочковала' от себя два не таких огромных 'космоса'. При этом новые образования были и внутри, частью огромного космоса, и отдельно от него. Через какое-то время процесс 'отпочкования' повторили уже эти два космоса, 'родив' внутри себя и одновременно отдельно ещё четыре 'малыша' поменьше. Дальше процесс деления понёсся в геометрической прогрессии.
   Она не успевала считать, сколько, где и что образовывается. Деление длилось и длилось. Каждое последующее отделённое образование не было таким эфемерным, как предыдущее. Появлялись большая чёткость и яркость, разнообразие форм и проявлений, материальность воплощений. Каждое новое творение было отдельным миром, отдельной реальностью, существовавшей во взаимосвязи со всеми изначальным космосом и отдельно от него.
   'Как один единый живой организм', - пришла мысль Веде, наблюдавшей за происходящим.
   Вскоре живая картинка увела внимание девушки в сторону от 'почкования' на одну из образовавшихся линий, которая заканчивалась такими же множественными ответвлениями-реальностями. В них Веда узнала модели Вселенных. Их было разнообразное множество, и она долго выискивали глазами ту, в которой есть знакомая с детства галактика Млечный путь.
   Как по заказу, картинка приблизила искомую Вселенную с галактикой, на просторах которой Веда узнала родную Солнечную систему, состоящую из Солнца, восьми планет и не таких крупных небесных тел: спутников, комет, астероидов и космической пыли.
   Возле рассматриваемой галактики, образовав как будто бы защитный круг, столпились сонмы разнообразных существ. Веде показалась, что там присутствуют и ангелы, как она себе их представляла. С огромными крыльями и в белоснежных одеяниях. Углядела и несколько божеств, образы которых видела в книжках о разных религиях. Она никогда не была набожной, веря, что всё есть Бог, и Бог в каждой частичке всего проявленного, но сердце всё-таки ёкнуло, когда она встретилась со взглядом, полным сострадания, голубых глаз божьего сына, рождённого от дочери Иоакима и Анны. Понимание и прощение за всё сразу лучилось в них и дарилось каждому. Веда моргнула и отвела взгляд, постаравшись сосредоточиться на происходящем.
   Помимо похожих на людей существ, были среди собравшихся и из негуманоидных рас. Присутствовали бестелесные души, а также, как ей показалось, какие-то технические средства, неизвестные Веде приборы, оборудование и что-то напоминающее оружие.
   Скорость показа увеличилась, приближая планету Земля, и за несколько минут, словно по каналу Discovery Channel, Веда в убыстренном темпе просмотрела весь процесс эволюции в полной её красе.
   Темп ещё ускорился, пронося перед взором девушки эпоху за эпохой.
   - Ну, это уже не интересно. Вернее, не по делу, - забирая тетрадку, проговорил Рея. - Главное ты увидела. Какие выводы сделала?
   Веда ещё переваривала то, что стало для неё открытием, и не спешила с ответом. Богиня закрыла тетрадку с живыми картинками, позволяя ей безропотно вернуться на своё место.
   - Ну, так как? Какие мысли в голове?
   - Это... это сотворение миров?
   - Это сотворение всего проявленного и сокрытого, - начала Богиня пафосно. - Это начало начал. Процесс самопознания животворящий и...
   Прервав себя на полуслове, Рея вздохнула и уже без апломба продолжила.
   - Я тебе это показала, чтобы ты понимала, все мы - часть Единого. Все мы разумная энергия, цель которой получить опыт. Просто в плотных мирах для материализации, то есть для провода энергии в эти миры, используют отца с матерью. В других мирах Единый получает опыт через другие состояния.
   - Мы - энергия? - переспросила Веда.
   - Да. Все мы энергия и не более. Так что какая разница, Ваня с Маней тебя родили, или Творцы поделились частичкой себя?
   По большому счёту с мировоззрением девушки это не расходилось. Просто она никогда не примеряла эту теорию на себя. А сейчас сидела с Богиней, осмысливая услышанное, а на ум приходили цитаты, отрывки из книг, фильмов, бесед эзотерических и духовных сообществ, которых прослушано было ею немало в своё время.
   Она подняла глаза на Рею.
   - Но как же теперь...?
   - А что теперь? Что изменилось? Всё так же, как и было.
   Богиня немного подалась вперёд и, глядя Веде в глаза, проговорила:
   - Былое закрыто, грядущее скрыто, настоящее даровано. Так что живи настоящим. Получай свой опыт и радуйся жизни.
   Рея откинулась на спинку кресла. Лёгкая улыбка блуждала на её губах. О чём думает сидящая напротив неё девушка, ей было хорошо известно, и богиня уже знала, что свою работу она сделала на 'отлично'.
   - А ты тоже...?
   - Всё, всё, всё. Тебе пора. Тебя заждались, - перебила её Богиня, не давая задать глупый, как была убеждена Рея, вопрос.
   После этих слов мир перед Ведой поплыл, и она опять унеслась в блаженное небытиё.
  
  
   Веда
  
  
   Открыв глаза, она осознала себя стоящей за раскидистым зелёным кустом, который рос на берегу заводи возле домика бабы Дуси. Вечерело. Прохлада только начала опускаться на берег реки, и было ещё тепло.
   В беседке, которую обустраивали Веда с Карычем на берегу, находились все Творцы. Они горячо спорили. Послушав с минуту и поняв причину столько бурной дискуссии, Веда улыбнулась. Она решила ничего не менять. Не устраивать драм и трагедий. И не делать из мухи слона. Признала правоту Реи и очень хотела поскорее обнять своего Санни. Своё персональное счастье. Своё солнышко. Своего сына.
   Вдохнув чистый воздух полной грудью, она вышла из своего укрытия. Но все так были поглощены спором, что на её появление никто не обратил внимания.
   - Ты не права. Это её выбор, - говорил Даг, сидевший прямо на полу беседки, рядом с Карычем.
   - А у неё он был? - буйствовал Сании.
   Мальчик стоял напротив оппонента со скрещенными на груди руками и буравил того хмурым взглядом. Смотрелось немного комично, Веда еле сдержала смешок.
   - Я тоже считаю, что давно нужно было всё рассказать Веде, - поддержал Санни Карыч. - Глядишь, она бы от нас не ушла.
   - И что сейчас гадать, что надо было, что не надо? - задала риторический вопрос Марейна, сидевшая в кресле возле Дага. - Всё так, как должно быть. И наша девочка скоро вернётся. Я в это верю. Она не могла вот так всё бросить и отказаться от жизни. Это не в её духе. Дусея, скажи же, я права?
   Она говорила вроде бы уверенно, но взгляд всё же выдавал сомнения в своей правоте.
   Дусея стояла возле кромки воды, спиной ко всем и молчала. На ней было привычное серо-синее платье с повязанным поверх передником с миллионами кармашков, в которых, как знала Веда, можно было найти любое средство почти на все случаи жизни. Благородная седина опять украшала волосы Творца, и она полностью перевоплотилась в любимую ею бабу Дусю.
   - Не знаю, - через какое-то время тихо произнесла Дусея, не поворачиваясь. - Я её пока чувствую. Значит, она ещё ни от чего не отказалась. Просто не здесь. И я очень надеюсь, что нас поймут и вернутся.
   - Вас простили и вернулись, - решила выдать себя Веда.
   Пять пар глаз моментально обратились в её сторону.
   - Ведушка, - прошептала Дусея, обернувшись и во все глаза смотря на девушку.
   - Веда? - Карейн поднялся и сделал шаг, но остановился и смотрел на неё.
   - Мама, - сорвался с места и понёсся в раскрытые объятия Санни.
   Веда поймала и крепко-крепко прижала к себе сына. Прикрыв глаза, она наслаждалась объятиями и тихо радовалась, что осознала свою неправоту и вернулась к родным и близким ей людям. Ну и что, что они Творцы. Какая к едрене фене разница, творцы, боги, люди, нелюди? Главное, она их любит, а они отвечают ей взаимностью. И Веда решила остаться здесь со своей семьёй.
  
  
   Санни
  
  
   Сжимая в объятиях свою эрхэму, ставшую ему самой дорогой во всех мирах, он был счастлив.
   Санни уже не мыслил жизни без Веды. Она так глубоко и прочно запала в его душу, что казалось, не стань её, и он исчезнет. Нет, оболочка останется. Она даже будет ходить, говорить, есть, существовать, но его не станет.
   Сейчас, в объятиях своей эрхэмы Санни знал, что раз она вернулась, значит, всё поняла, приняла, простила, и всё будет хорошо.
   - Мам, ты вернулась? Ты не уйдёшь? - не размыкая объятий, спросил арханг.
   - Вернулась и не уйду, - также обнимая его, ответила эрхэма. - Если сами не попросите.
   - Не попросим, - не скрывая улыбки, ответил за всех Карыч.
   - Ну, это мы ещё посмотрим, - также с улыбкой проговорила Веда.
   Санни немного отстранился и, заглядывая в глаза, ещё раз переспросил.
   - Ты точно никуда не уйдёшь... от меня?
   - Солнышко моё, - присаживаясь на колени, чтобы быть на одном уровне с сыном, начала она, - ну, куда я могу уйти без тебя? Только за грань. И то, когда время придёт возвращаться к Единому. А сейчас я вернулась домой.
   Веда обвела всех глазами, и в каждом взгляде она видела благодарность и сопереживание.
   - Я хочу попросить у вас прощение за истерику. Что напугала вас, когда исчезла... Мне стыдно. Сама не знаю, что на меня нашло. Почему увидела в этом трагедию, не знаю, - она опять взглянула на Санни. - Простите?
   Вместо ответа мальчик обнял Веду и крепко прижался к ней щекой.
   - Мы не в обиде, Ведушка, - наконец подала голос Дусея. - Главное, что ты с нами и всё правильно поняла. И приняла. И ты права, это твой дом. Он всегда открыт для тебя.
   Веда поднялась, обнимая сына, и вместе с ним подошла к Дусее, которая протянула руки, приглашая своё творение в родные материнские объятия. Девушку не нужно было уговаривать.
   - Спасибо, - тихо проговорила она, прижимаясь к груди своей бабушки.
   - Ну, раз всё чудесно, и все во всём разобрались, я к себе, - нарушила идиллию Марейна.
   - Нет, подожди, - остановил её Карыч. - Дагу нужно помочь с местом жительства, а кроме тебя с Тильдой это лучше никто не сделает.
   - Вы меня уже выпроваживаете? - обиженно спросил мужчина со шрамом на лице.
   Однако смешинки в глазах никак не вязались с обидой в голосе. Дусея покачала головой. Веда чуть отстранилась, оставаясь стоять рядом, а старшая из сестёр попеняла брату.
   - Взрослый мужчина, а ведёшь себя, как маленький.
   - Детский сад, штаны на лямках, - выдал Санни, чрезвычайно довольный своей шуткой.
   Ему показалось забавным и к месту Ведино выражение.
   - Что ты там пропищал, малявка? - поднимаясь с земли, прищурившись, спросил Даг.
   - Сам такой, - Сании показал язык и спрятался за Веду.
   Все рассмеялись.
   - Нуу, началось, - Марейна тоже уже встала с кресла и стояла рядом с Карычем, наблюдая за препирающимися.
   - Ладно, дети. Успокоились, и пойдёмте чай пить.
   Дусея повернулась и вместе с эскортом в лице Сании и Веды направилась к дому. Остальные Творцы, подхихикивая над поведением братишки, направились за ними.
   - Дага можем в моё виконтство вернуть. Там у него и дом, и друзья есть. Вернее, остались от прошлой жизни. Да и Заповедник теперь тоже там, - предложила Веда.
   Дусея обернулась и посмотрела на Дага. Он задумался над предложением.
   - Соглашайся, - обратился Санни к брату. - Я с Алексом поговорю. Он не будет против. Да и лишние руки в Заповеднике никогда не помешают.
   Веда совсем забыла, что в планах было одарить одних молодых особ. И эти планы менять она не собиралась.
   - Соглашайся, - поддержала она сына. - Там места хорошие. Красиво и тихо.
   Санни слегка дёрнул её за рукав.
   - Мам, а ты как же? - спросил он, когда она обратила на него внимание.
   - Не я, а мы, - продолжая улыбаться, ответила она ему. - И мы не пропадём. Познакомлю тебя с названным дедом, он нам ещё что-нибудь подарит. А не подарит, то и не надо. Хочу увидеть весь Сантим. Будем путешествовать.
   - А мы уже... познакомились.
   - Правда? Вот и здорово. Надо повидаться с нашими и поделиться планами.
   Продолжая обсуждать, кто куда собирается и что намерен делать, они подошли к домику.
   Внезапный звук лопнувшего пакета разрезал тишину вечера.
   - Дусея, что это за фортеля?! - громогласно пронеслось над владениями знахарки.
   Все устремили свои взоры в сторону заводи, откуда они только что пришли.
   - Ты защиту не сняла, - пытаясь не смеяться, произнёс Карыч.
   - А ты старой не напомнил, - отпустила Веду и почти бегом понеслась баба Дуся к реке.
   - Вот только не надо всё на возраст списывать! - вдогонку крикнул ей братец.
   - Получишь, - пригрозила Дусея, скрываясь в зарослях.
   - К вам гости? - удивился Даг.
   Санни тоже стало интересно, кто к ним пожаловал.
  
  
   Веда
  
  
   Веда улыбалась. Она узнала голос гостя и с нетерпением ждала его, чтобы расспросить о Тимке с Румиёй. Но её ждал сюрприз.
   - Веда! - вылетел из зарослей светловолосый, коротко стриженный парень. - Вот это да! Ты! Здесь! Класс!
   Подлетев, Тимка обнял подругу и, проявив неожиданную силу, закружил её. Его бирюзовые глаза сверкали от радости.
   - Аааа!!! - голосила она. - Отпусти, уронишь.
   - Как же я соскучился! - вторил ей друг.
   Но остановился и опустил на землю. Не разжимая объятия, прижал Веду к себе и тихо прошептал:
   - Тебе надо к нам. Очень нужно.
   Отстранившись, с улыбкой продолжил:
   - А я вам приглашение на папкину свадьбу принёс. Думал просить передавать их вам с Веркой, а ты здесь оказалась. Так что получите и распишитесь.
   Он вытащил из кармана рубашки жемчужно-белые большие лепестки какого-то цветка, внешне похожего на лотос, перевязанные серебристой ленточкой.
   - Вот, - он протянул Веде лепестки.
   Взглянул на Сании, стоявшего рядом. Поразглядывал его пару секунд и без разговоров тоже протянул приглашение. Затем обошёл по кругу и вручил оставшимся, параллельно знакомясь с Дагом, которого представили, как брата Карейна.
   - А бабе Дусе? - спросила Веда, рассматривая произведение искусства в виде пригласительного на свадьбу.
   - Её Владыка сам пригласит, - хитро улыбаясь, ответил Тимка.
   - А...
   Но спросить Веда не успела. Со стороны заводи раздался всплеск и громкое:
   - Ах ты, охальник! Да я тебе сейчас не свадьбу, а... - очередной всплеск и продолжение: - Только попадись-ка мне, я тебя быстро отучу от шуточек. Пригласительное он принёс. Вот я Туе-то расскажу, какое он пригласительное принёс. Будешь у меня...
   Дальше Дусея возмущалась тише, и чем именно она грозила Владыке за 'приглашение', уже слышно не было.
   - И что это было?
   Веда, как и все, обескуражено смотрела на кусты, ожидая конца разыгрываемого там спектакля.
   - Папа приглашение передал, - не прекращая улыбаться, пояснил паренёк.
   - Иии? - Веда перевела на него взгляд, замечая лукавство во взгляде.
   - И всё.
   Русал проявил дар предвидения, и своевременно начиная пятиться, так как его подруга сделала шаг к нему навстречу. А чем заканчиваются такие вот повороты, он прекрасно знал. Лео до сих пор вспоминает.
   - Всё? - меж тем вопрошала Веда.
   - Нууу, - не прекращая отступать, Тимка зашёл за Дага, укрываясь за его массивной спиной.
   - Тииимкааа, не буди во мне зверя. Что там происходит? - наступая на него, продолжала допрос Веда.
   - Я хомячков не боюсь, - из-за спины Творца рискнул пошутить её друг.
   - Ой, тигр мне тут нашёлся.
   Веда остановилась напротив Дага и глазами показала мужчине на Тимку. Тот усмехнулся и, обернувшись, изловил паренька.
   - Так нечестно! - воскликнул он, пытаясь вывернуться из захвата, но потерпел фиаско.
   - А честно нас держать в неведении? - Веда всё также стояла напротив со скрещенными на груди руками и смотрела на друга.
   - Ну, хорошо. Отпустите. Расскажу.
   По её разрешающему кивку Тимку отпустили и пригладили растрепавшиеся волосы.
   - Тиней её в свидетельницы пригласил, - буркнул тот, уворачиваясь от непрошенного причёсывания.
   - Так не реагируют на такие приглашения, - Веда поняла, что им рассказали часть правды, а хотелось знать всю.
   - Эх, - вздохнул Тимка, подходя и присаживаясь на лавку возле дома, -Туя впечатлилась твоими рассказами о земных свадьбах и захотела себе такую же.
   - И что? - она до сих пор не понимала, к чему клонит русал.
   - У вас есть странный обычай, чтобы муж с женой после свадьбы жили долго и счастливо, свидетель со свидетельницей должны переспать в ночь свадьбы.
   - Что? - Даг посмотрел на Веду. - Правда есть?
   Она кивнула, продолжая смотреть на Тимку и пытаясь не рассмеяться.
   - Ну, вот он Дусее предложил быть свидетельницей.
   - А она знает...? - начала спрашивать Марейна.
   - А свидетелем кто будет? - одновременно с сестрой, хохотнул Карыч.
   - Знает, - усмехнулся русал. - Владыка предложил три кандидатуры.
   Тимка снова развеселился, забыв о предательстве Дага (мужчины же должны быть солидарны, а он его выдал Веде).
   - И кому так повезло? - уже в открытую веселился Карыч.
   - Зею и Ренталу, - потирая руку, ответил русал.
   - А третий кто? - спросил Даг.
   Ему тоже уже стало интересно, и он веселился вместе со всеми.
   - Никто. Папка решил подшутить над бабой Дусей и предложить скрасить последний холостяцкий вечерок перед свадьбой. Ну и...
   - И получил по загривку, - Марейна присоединилась к веселью.
   - Ну, так как, придёте? - отвлекая народ от отца, уточнил Тимка.
   - Придём, раз нам оказана такая честь, - ответила за всех появившаяся из зарослей Дусея.
   Она шла впереди, а вслед за ней топал чрезмерно довольный Тиней. Но стоило знахарке обернуться, как с лица Владыки исчезло блаженство. Сам он стал воплощением раскаяния и смирения. Даже состроил взгляд 'а-ля кот в сапогах из Шрека'. Сердце Дусеи не выдержало такого давления, и она так же, как и все собравшиеся во дворе, рассмеялась.
   - Ладно, шутник. Будет тебе свидетельница, - усаживаясь в кресло, пообещала баба Дуся Тинею.
   - А вот это обещание меня пугает, - положа руку на сердце, признался Владыка.
   Он дурачился и был в отличном настроении.
   - Бойся, бойся её, чудище морское. Она может, - заверил его Карыч.
   Тиней тут же повернулся к Веде, зная, откуда у прозвища 'чудище морское' ноги растут, и укоризненно произнёс:
   - Вот что ты за человек такой? Нет бы про морских богатырей, царей или, на худой конец, красивых морских созданий рассказывала бы. Нет. Она про чудищ, чудовищ и морских гадов всякие кошмары показывает.
   И без перехода, раскрыв руки, тут же сграбастал её в объятия.
   - Ну, здравствуй, лягушка-путешественница.
   - Раз-да-вишь, - прохрипела Веда.
   - Ничего. Соберём обратно, - он отпустил девушку и осмотрел присутствующих. - Жду всех через луну у себя во дворце. А тебя, Веда, Туя просила прийти пораньше. Они там с Румиёй что-то тебе приготовили на свадьбу, и ты им нужна.
   Дусея насторожилась. Карыч тоже стал серьёзным.
   - Да что вы тут трагедию разыгрываете. Ничего не случилось, - Тиней сел рядом со знахаркой. - Даю тебе обещание, что с Ведой всё будет хорошо. Не как в прошлый раз. Никаких интриг и расследований. Её и вправду зовут невестка с моей невестой.
   Владыка улыбнулся, а Дусея немного расслабилась.
   - Я пойду с Ведой, - потребовал Карейн.
   - Да пожалуйста, - Тиней, закинув ногу на ногу, спросил: - Кто ещё?
   - Я пойду с мамой.
   - С мамой? - в голосе Тинея звучало удивление.
   - Да, - Веда улыбнулась и обняла Санни, - у меня уже и сын появился, а вы всё сами никак не женитесь.
   - Уже скоро, - улыбнулся ей русал. - Кстати, о скоростях. Когда это ты мамой стать успела?
   - Долго ли умеючи, - ответила ему Веда.
   Она прижала Санни к себе крепче, а свободной рукой погладила по голове.
   - Карыч, ты мне здесь нужен, - обратилась Дусея к брату. - А с Ведушкой пусть Санни идёт.
   - Хорошо, - нехотя согласился Карейн, посмотрев внимательно на сестру, и сел на соседнее кресло.
   - Ну так что, идём? - Тиней встал, махнув рукой призывая и сына собираться.
   - Прямо сейчас? - теперь удивилась Веда такой спешке. - А поужинать? Я только вернулась. Ещё не...
   - Давай я тебя заберу на часик-два, а потом верну. Ммм? Румия очень просила тебя привести именно сегодня.
   - Иди, Ведушка, - внезапно стала на сторону русала баба Дуся. - Повидайся с подругами. Присмотришь там себе наряд, может быть, традиционный для свадьбы русалов. А мы к вечернему чаю тут всё приготовим. Маруська как раз вернётся из поселка. Так что иди.
   - Хорошо, - пожав плечами, согласилась Веда.
   Одной рукой она взяла за руку Санни, второй обняла за плечи Тимку, и они направились в заводь. Тиней шёл за ними и что-то вполголоса напевал.
   - Вашество, а что это у вас настроение такое чудесное? - повернувшись в пол-оборота, спросила она, гадая, что за сюрприз её ждёт.
   - А почему оно должно быть плохое? Всё налаживается. У меня скоро свадьба. Может, скоро внуки пойдут. Что грустить?
   - Большинство мужчин из моего мира с вами бы не согласились, - усмехнулась она, шагая по дощатому мостику к границам защитного купола Дусеи.
   - То они, а то я, - опять улыбнулся Тиней, протягивая кольцо. - Вот для Санни. У тебя есть. Так что, будете готовы, скажи.
   Веда молча повернула своё кольцо и, надев сыну, объяснила, что да как.
   - Мы готовы, - выдала она через минутку.
   - Отлично. Поплыли.
  
  
   Санни
  
  
   - Веда! - первое, что они услышали, как оказались в огромном белоснежном трёхъярусном дворце.
   Находясь под впечатлением от 'скромного жилища' Тинея, его садов, бассейнов с отражёнными мирами, фигур вырезанных из кустов и камня, он с восторгом гадал, кто из родственников постарался над этой красотой.
   - Веда! - повторился возглас, и его эрхэма оказалась в объятиях молоденькой светловолосой и зеленоглазой русалки.
   - Румия! - не менее крепко обнимала Веда девушку в ответ. - Как я рада тебя видеть!
   - Я тоже соскучилась. А к вам выбраться никак не получается. Тут столько дел, столько дел. И Тую одну не бросишь, а ещё... Она прервала себя на полуслове, заметив, наконец, мужа и свёкра.
   - Тимка! - легко переплыв от подруги к парню, повисла у него на шее. - Ты пришёл нам помогать?
   - Ээ... нет. Мы привели вам Веду. Вот. А у нас дела.
   И он, схватив за руку отца, попытался ретироваться
   - Стоять! - командным голосом гаркнула невестка Владыки.
   'Вот это кадры подрастают на смену Тинея', - пряча улыбку, подумала Веда.
   - Но, дорогая, - попытался увильнуть Тимка.
   - У невесты твоего отца должна быть самая-пресамая лучшая свадьба, и ты, как будущий Владыка, просто обязан сделать ей такой подарок, - назидательно начала Румия, уперев руки в боки.
   - Но, любимая, - предпринял очередную попытку отхода русал.
   - Я тебя тоже люблю, но если по твоей милости что-то пойдёт не так, я могу согласиться на стажировку в Долине.
   Тимка вздохнул и покорно кивнул.
   - Что нужно делать?
   - Дуй к Зею, он тебе скажет.
   - И его припрягли, - усмехнулся Владыка.
   Взгляд Румии обратился на Тинея.
   - Ой. Я это... занят я, - понимая, что зря напомнил о себе, попытался отвертеться отец Тимки.
   - Владыка, Туя просила вам напомнить, что сегодня в три в большом зале будет репетиция, и вам необходимо там быть.
   - Я в три буду занят, - очень быстро сообщил он невестке.
   - Хм, - сложила руки на груди Румия. - Я так и передам вашей невесте.
   - Ууу, - погрозил он ей пальцем, - шантажистка. Вырастил на свою голову. Буду я в три в большом зале.
   - Вот и ладненько.
   Русалка уже собиралась забрать Веду и увести с собой, но тут заметила Санни.
   - А это тут кто у нас? - улыбаясь, спросила Румия.
   - А это мой сын Санни, - обняла его эрхэма одной рукой и представила этой миленькой, юной 'фее' с замашками руководителя гестапо.
   Что такое гестапо, он уже знал. Веда постаралась, рассказывая о войнах на Земле.
   - Правда? Здорово! - обрадовалась эта крохотулька и, оборачиваясь к мужу, сладким голосом проговорила: - Вы же Санни не дадите скучать, пока мы будем своими делами с Ведой заниматься?
   - Аа...
   - Эмм..
   - Оу...
   Ни русалы, ни сам Сании не знали, как реагировать на предложение Румии, а Веда не знала, куда спрятать глаза, а ещё лучше, спрятаться самой, чтобы ненароком не рассмеяться и не обидеть никого. Санни, заметив это, улыбнулся, продолжая наблюдать за заведомо проигрышным делом.
   - Что-то не так? - иронии в голосе русалки было хоть отбавляй.
   - Нет, моя рыбка, всё так. Конечно, не будет скучать.
   И Тимка, подплыв к Санни, взял того за руку.
   - Сматываемся, пока она нам ещё чего доброго не придумала, - тихо сказал он собратьям по 'несчастью'.
   Веда прикрыла рот ладошкой, и Санни понял, что она всё слышала.
   - Что ты сказал, радость моя? - елейно спросила Румия.
   - Что надо поторопиться, чтобы всё успеть, - ответил ей Тимка и стал подталкивать его и отца к выходу, шепча им в спины: - Быстрее. Пошевеливаемся. Сейчас Румия ещё вспомнит, что большой зал не украшен, и нам вообще трындец.
   - А почему украшать зал должен Владыка и его наследник? - задал резонный вопрос Санни, когда они уже выплыли из зала и направились по коридору в покои Тимки.
   - Традиция. Всё, конечно, украсят слуги, а вот нишу со столом, на котором будут регалии Владыки, и троны должны своими руками украшать члены семьи. Ну, если по-простому сказать, это семья принимает нового члена к себе и оказывает сим ему доверие. Благо, хоть готовить сейчас не заставляют.
   Санни ещё раз усмехнулся. Разные расы, разные традиции.
   - Так значит, ты сын Веды? - плывя чуть впереди, в пол-оборота спросил Тимка.
   - Ну, значит, я, - усмехнулся он, пытаясь не отстать от русала.
   Владыка в переходах где-то затерялся, а Тимка, пока они двигались по известному только ему маршруту, периодически решал организационные вопросы с другими русалами, которые к ним присоединялись. И вот теперь они плыли вдвоём, а у кого-то разыгралось любопытство.
   - И давно она стала мамой?
   - Вы с Владыкой не родственники случаем? - меж тем подколол его Сании, так как от Тинея он уже слышал этот вопрос.
   - О! Наш человек! Чувствуется влияние нашей Веды, - Тимка разулыбался.
   - Она на всех влияет, - согласился он с ним.
   - Ты чей будешь-то? - без предисловий спросил русал. - Нет, что Ведин сын, я уже слышал. Меня интересует другое.
   Он остановился, и прямо смотря в глаза Санни, серьёзно сказал:
   - Вижу, что не человек. Вижу, что не мальчишка. Но силой отца ещё не владею полностью, поэтому спрашиваю, чтоб знать, в случае чего.
   - Арханг я, - так же не скрывая взгляда, ответил Сании. - А Веда моя эрхэма.
   - Ясно, - кивнул своим мыслям русал.
   Он повернулся к одной из дверей, возле которых они остановились.
   - Приплыли, - сын Тинея открыл дверь и качнул головой, приглашая Санни входить. - Сейчас отдохнём и дальше 'трудиться на благо семейного торжества'.
   Арханг улыбнулся. Русал ответил тем же.
   'А он нормальный пацан, - одобрил Санни сына Владыки, вплывая в предложенное помещение. - Надо будет сюда в гости напроситься с Ведой, когда такого кипиша не будет'.
   И комната наследника Владыки, и друзья Тимки, и сам русал Санни понравились. С Зеем он даже умудрился поспорить об оружии и лучшем способе его заточки. Договорились пометать ножи, когда будут свободны оба. Обменяться, опытом, когда не будут дёргать каждые пять минут.
   Дела делались споро, проблемки решались, задуманное двумя русалками воплощалось, зал к трём часам был украшен, столы ломились от еды, троны сверкали в лучах заходящего солнца. (Санни специально спрашивал о том, как на такую глубину попадают лучи дневного светила, и получил подробные пояснения о системе кристаллов, которые установлены от поверхности до самого дворца и хорошо проводят свет).
   Санни тоже помогал, хотя много ему не поручали, давал рекомендации (много из обычаев земной жизни своей эрхэмы он уже знал) и просто отдыхал. Когда выдастся ещё случай повидать жизнь морских обитателей, так сказать, изнутри, без помпезности приемов, традиций и этикета.
   К трём часам всё было готово. Полный зал собравшейся знати и жених со своим сыном рядом возле тронов, дрейфующие в ожидании своих пар.
   Звуки музыки возвестили о приходе тех, кого все ждали. Но в открытую дверь в зал вплыла одна русалка.
   Она была миниатюрна, совсем как Румия, с волосами цвета спелой пшеницы, слегка отдававшей рыжинкой и с бирюзовыми глазами. Особого наряда, отличающегося чем-то от присутствующих, кроме цвета, у невесты Владыки не было.
   Быстро подплыв к жениху и что-то ему зашептав, она постоянно нервно оглядывалась.
   - Она тут? - тревожно спросил Тиней.
   - Да, но...
   Договорить у неё не получилось. В открытые двери вплыла его эрхэма, и все замолчали. В зале установилась тишина. Присутствующие, кто со страхом, кто с удивлением, а кто и в шоке, рассматривали зеленокожую русалку с бирюзовыми волосами.
   Санни протёр глаза, не веря в то, что видит. Но галлюцинация не исчезла. Это однозначно была Веда, но он не понимал, что происходит. Как из человека она превратилась в русалку? И зачем? Санни подплыл немного ближе, во все глаза смотря на пришедшую, и стал ждать в надежде, что это шутка, и всё сейчас разъяснится.
  
  
   Глава 9. И треснет мир напополам
  
  
   Веда
  
  
   - Рыбка? - улыбнулась Веда Румие, когда за мальчиками закрылась дверь.
   Они так быстро сбегали от них, вернее от тех заданий, которые щедро раздавала русалка, что даже этого почти не скрывали.
   - Да, - немного покраснела русалка. - Мне кажутся милыми эти ваши земные прозвища. Ну, там, рыбка, птичка, зайка. Вот мы с Тимкой так друг друга и зовём.
   - А что это за стажировка в Долине, которой ты Тимку пугаешь?
   - А, это, - Румия махнула рукой и, повернувшись, не спеша поплыла, давая возможность Веде присоединиться к ней. Как только та догнала русалку, она начала пояснять: - Не пугаю, а держу в тонусе. Был у нас Хранитель Источника и Охранник Долины Каритайра.
   - Феофан? - удивилась Веда.
   - Вроде да, но я не запомнила, - улыбнулась русалка. - Я всё больше его троих каритэ рассматривала.
   Веда улыбнулась. Вот после этого заявления всё стало на свои места. И странная покладистость Тимки при упоминании о Долине, и мечтательный блеск в глазах его жёнушки. Девушки, они и в подводном мире девушки. При виде накаченных красавцев мало кто останется равнодушным. А уж если этим счастливицам выпадет возможность не только поглазеть, но и пообщаться с каритэ, то о поклонниках юных дев никто и не вспомнит. Русалка неторопливо плывя, меж тем продолжала:
   - Я весь разговор не помню. Говорил что-то об общении с Источником. Там какая-то проблема. Но это, скорее всего, Владыке с Тимкой придётся разговоры разговаривать с Источником. Далее что-то про обмен артефактами и опытом было. Потом ещё о чём-то говорили, но дальше мне не особо интересно было, - Веда сдержала улыбку, понимая, что, а вернее, кто стал причиной отсутствия интереса к разговору гостей и Владыки. Невестка Тинея, не останавливаясь, рассказывала дальше. - Ну, вот нас и пригласили в Долину. Хранитель со своими каритэ погостили у нас день и уплыли. А Тимка мне запрещает с ними ехать.
   - И ты не знаешь, почему? - подколола русалку виконтесса, пряча смешинки в глазах.
   - Нет, - вздохнув, горестно ответила русалка. - А так хочется новые места повидать. А он...
   Веда пока не стала обнадёживать Румию и говорить, что она сама, испросив разрешения, спокойно может провести в Долину желающих при большой надобности. Вместо этого она сменила тему.
   - Ладно, голубка моя сизокрылая, о Долинах потом. А пока давай, говори, что нужно.
   - О! Ничего особенного. У нас уже почти всё готово, - защебетала Румия. - Мы с Туей хотели тебя попросить быть подружкой невесты на свадьбе. И приготовили тебе платье. Вот увидишь, оно тебе понравится. Тиней разрешил из сокровищницы выбрать самые лучшие материалы. Даже из Элгея несколько видов. И они зачарованы, так что не намокнут. Поэтому будет всё, как у вас на Земле. Смокинги, подружки невесты. Кстати, мы выбрали зелёный цвет для платьев подружек. А Туя будет в белоснежном. Фата, букет и всё такое, только туфелек не будет. И их не украдут.
   Русалка вздохнула, и вправду печалясь, что туфельку украсть не смогут.
   - Но могут украсть саму невесту, - решила утешить подругу Веда.
   - О! Это мысль, - обрадовалась Румия. - Мы сейчас поделимся ею с Туей.
   Пока они болтали, доплыли до опочивальни будущей жены Владыки. В комнате светлых тонов было уютно и красиво. Однако их встретил хаос. На кровати и диванчиках были разложены вещи, на столах стояли коробки, баночки, вазочки со всевозможным добром, шкатулки с украшениями из жемчуга, а рядом лежали ленточки и кружева. Цветами было заставлено полкомнаты. Один угол покоев завален тюками тканей всевозможных расцветок, а в противоположном углу стояло большое напольное зеркало, которое визуально расширяло и так не маленькую комнату. И хаос в придачу.
   Но не это поразило гостей. В покоях, помимо хозяйки, их ожидал Тиней. Он сидел в кресле, а его невеста с удобствами уместилась у него на хвосте, обвив руками шею и склонив голову на грудь Владыке. При появлении гостей, парочка, не стесняясь, продолжала сидеть, ожидая, когда они войдут в комнату.
   - А...
   Опешили пришедшие.
   - Веда, мне нужно с тобой поговорить, - не вдаваясь в подробности, как сумел опередить их, попросил Тиней.
   Он легко поднял Тую на руки и, встав, пересадил на занимаемое только что кресло. Сам повернулся к невестке с гостьей и продолжил.
   - Пятнадцать минут, не более. А потом я отдам тебя в полное распоряжение девочек.
   - Звучит, как в рабство отдаёте, - хмыкнула она, но согласно кивнула и поплыла за Владыкой.
   - Веда, подожди, - окликнула её Туя.
   Тиней нахмурился, а русалка, быстро подплыв к сваленным на кровати одеждам, выудила из них сложенную в несколько раз какую-то вещь тёмно-зелёного цвета. Не смотря на Веду, она протянула ей найденное.
   - Я забыть могу, закручусь, забегаюсь. Поэтому дарю сейчас, пока помню. Вот, - Туя вложила в руки Веде мягкий на ощупь подарок и улыбнулась. - В нём не жарко и не холодно. А ещё в нём можно дышать под водой без кольца.
   - Спасибо, - ответила ей улыбкой Веда. - Потом бы подарила.
   - Потом могу забыть, - всё так же не смотря на подругу, проговорила Туя. - А теперь плыви. Тебя ждут.
   - Спасибо, - ещё раз поблагодарила она русалку, обняв её.
   Заинтригованная, что же такого ей подарили, она всё же убрала подарок в свою сумку и повернулась к Тинею.
   - Я готова, - отсалютовала она в шутку.
   - Надеюсь, - тихо проговорил Владыка без тени улыбки и выплыл из комнаты.
   Веда последовала за ним, гадая, показалось, или у Тинея резко испортилось отчего-то настроение.
   Они минули несколько залов, коридоров, спустились на ярус ниже и выплыли в сад. В саду Тиней повёл её в ту часть, в которой она ещё не была. Вернее, её не пускала его стража, сообщив, что вход туда строго для членов семьи Владыки.
   Русал молча провёл её мимо стражников и доплыл до окраины сада. Подплыв к густым зарослям росших здесь деревьев, похожих на плакучую иву, он отодвинул слегка покачивающиеся ветки и кивнул головой, прося проплывать вперёд. Веда выполнила просьбу и оказалась в пустыне Калахари. Именно такая ассоциация пришла ей на ум, когда она из морских просторов шагнула в бескрайние красные пески с редкими жёлтыми колючими кустами. Солнце палило нещадно, что сразу стало жарко.
   - Веда, - услышала она голос Тинея.
   Обернувшись, увидела, что русал не последовал за ней, а всё так же находится на территории сада, в своих водных владениях. При этом именно эта картинка, наподобие двери, застыла на фоне всё той же красной пустыни.
   - Я не пойду дальше, - тихо, как будто бы извиняясь, начал он.
   - А зачем... - хотела спросить цель похода сюда, но ей не дали.
   Смотря прямо в глаза, Тиней задал вопрос, который она уж точно не ожидала услышать от Владыки.
   - Ты любишь Эла?
   - Люблю, - не задумываясь, ответила Веда.
   - Значит, поймёшь меня правильно, - он оглянулся, как будто проверяя, не подслушивает ли их, а когда убедился в безопасности, продолжил. - Я не могу тебе больше ничего сказать и... объяснить не могу. И вообще не должен ничего такого делать. Дусея узнает, прибьёт. Но... если ты этого не сделаешь, ты... случится кое-что плохое.
   - Что? - опешила она.
   До этого он её интриговал, привёл в незнакомое место, удивил пейзажами и вопросом об Эле, а вот сейчас уже пугал.
   - Сделай то, что должна. И никому не говори, что я тебе дорогу показал. Скажи, сама не знаешь, как сюда попала. Нам запрещено сюда приводить людей.
   - Что должна? - с паникой в голосе спросила Веда. - Куда привели? Зачем? Кому нам? Я ничего не понимаю.
   Тиней стоял на месте и смотрел на неё, как на обречённую. Так ей казалось. Веда никак не могла взять в толк, что происходит, что она должна сделать, и причём тут Эл.
   - Прости, но ты должна... постарайся, пожалуйста.
   И он стал отпускать росшие до земли ветки 'плакучей ивы', закрывая проход, который со стороны Веды сразу стал исчезать.
  
  
  
  
  
   ЗАГЛЯДЫВАЙТЕ В КОММЕНТАРИИ, ТАМ АВТОР ЖДЕМ ОТЗЫВЫ :-) А ещё ему будет приятно читать ваши обсуждения истории, предположения и идеи :-)) Тогда и стимул будет выкладывать сюда проду :-)
  
   ВНИМАНИЕ!!! Авторское вдохновение, отсутствие лени и количество проды прямо пропорционально объему откликов от читателей! :-) Комментируйте, ругайте (но конструктивно!) высказывайте своё мнение, оценивайте, не молчите! Очень вам буду благодарна! Люблю вас всех :-)) :-)
  
Агитки - Статусы для произведений
  
  
  
   Оглавление
  
  
   Часть 1. Люди встречаются, люди влюбляются... женятся?
  
   Глава 1. Я его... а он меня....
   Глава 2. Ба! Знакомые всё лица!
   Глава 3. Разные неожиданности и не только
   Глава 4. Знакомство с ... или оно мне надо?
   Глава 5. Андриано Челентано или операция Ы!
   Глава 6. Нас бьют, мы летаем
   Глава 7. Show Must Go On! или приплыли....
  
   Часть 2. Долгая дорога в....
  
   Глава 1. Кто-то теряет, кто-то находит
   Глава 2. На 'Титанике'
   Глава 3. На золотом крыльце сидели...
   Глава 4. И снова здрасти!
   Глава 5. Успеть!
   Глава 6. Не отрекаюсь от тебя
   Глава 7. Жизнь после...
   Глава 8. Новый дом
   Глава 9. Домомучительница, домочадцы и другие прелести
  
   Часть 3. Жить по-новому
  
   Глава 1. Новая жизнь со старыми проблемами
   Глава 2. Привет из прошлого
   Глава 3. Сюрпризы бывают разные
   Глава 4. По ту сторону
   Глава 5. 'Квест' начинается
   Глава 6. Дорога без начала и конца...
   Глава 7. Новые грани пршлого
   Глава 8. В поисках 'себя'
   Глава 9. И треснет мир напополам
   Эпилог
  
  
   ГЛОССАРИЙ
   * ---
[1] Песня группы Мельница 'Чужой'
   * ---
[2] Песня В. Цыгановой 'Любовь и смерть'
   * ---
[3] Песня Cristina Rus 'I Dont See Ya'
   * ---
[4] Песня Инны Шевченко 'Верь в себя'
   * ---
[5] Песня Сергея Лазарева 'You're the only one'
   * ---
[6] 'До свидания' (перевод с немецкого языка).
   * ---
[7] Песня А. Новикова, Л. Ошанина 'Эх, дороги'
   * ---
[8] Песня группы 'Рождество' - 'Та знаешь, как хочется жить'
   * ---
[9] Птица Крулх обитает в мире Сантим. Имеет яркое оперение и длинный разноцветный хвост. Самая громкая птица этого мира. Её крик слышен на несколько километров. Аналог нашего индийского павлина.'
   * ---
[10] Слова из песни Ясвены 'Невесомый человек'
   * ---
[11] Слова из песни Эдуарда Хиля 'У леса на опушке'
   * ---
[12] Немного переделанные слова из песни Глызина и Валерии 'Он и Она'
   * ---
[13] А.А. Сурков 'В Землянке'
   * ---
[14] Гаранга - полудева - полуптица, мифическое существо, которое своим громким криком привлекает беды и несчастья.
   * ---
[15] Песня Наргиз 'Ты моё небо'.
   * ---
[16] На всеобщим языке в мире Сантим имя Въёна обозначало сладость, тайна, старшая. И брат, подтрунивая над сестрой, называл её сладостью, конфеткой.
  
  
Оценка: 5.25*5  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Пылаев "Видящий-4. Путь домой"(ЛитРПГ) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) Н.Изотова "Последняя попаданка"(Киберпанк) Д.Игнис "Безудержный ураган 2"(Уся (Wuxia)) Б.Ту "10.000 реинкарнаций спустя"(Уся (Wuxia)) А.Минаева "Академия Алой короны. Обучение"(Боевое фэнтези) Ю.Васильева "По ту сторону Стикса"(Антиутопия) Ю.Кварц "Пробуждение"(Уся (Wuxia)) А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список