Иорданская Дарья Алексеевна. Иуда будет в Раю

Иуда будет в Раю

Тогда Иуда, предавший Его, увидев,

что Он осужден, и раскаявшись,

возвратил тридцать сребреников

первосвященникам и старейшинам,

Говоря: согрешил я, предав

Кровь невинную. Они же сказали ему:

что нам с того? смотри сам.

И бросив сребреники в храме,

он вышел, пошел и удавился.
Матф., 27, 2-4

И Сам отошел от них на вершение камня и,

преклонив колена, молился,

Говоря: Отче! О, если бы Ты благоволил пронесть

чашу сию мимо Меня!

впрочем, не моя воля, но твоя воля да будет.

Лука, 22, 41-42

Растеклись дороги по моим глазам,

Дороги-недотроги к мутным небесам...

Юрий Шевчук

Листья под ногами даже не шуршали, а как-то перешептывались. Он прислушался. "Каин, где брат твой Авель?"; и еще: "Каин, где брат твой Авель?"; и еще: "Что ты сделал? Голос крови брата твоего вопиет ко Мне от земли". Старая песня - давно слышно. Он обернулся. Сзади была бесконечно длинная прямая дорога, припорошенная сырым листом. И - всполохи на горизонте. Мужчина сел на обочине, расстелив прямо на земле черное драповое пальто, и закрыл глаза.

Солнце почти закатилось, полыхнув напоследок. Оно окрасило вершину Голгофы кроваво-красным, Иуда словно бы видел это своими глазами. Он упал на колени прямо на пороге храма. Кошель жег руку.

- Больно, Господи, - прошептал он.

- Прости, Господи, - прошептал он.

Иуда быстро поднялся и вошел. В храме было прохладно и сумрачно, как и всегда. И очень тихо. Как во всем городе. Люди еще не вернулись с Казни.

И все же, первосвященники были здесь.

-- Зачем ты пришел, - спросили они.

Он только швырнул им под ноги кошель. Монеты с тихим звоном раскатились по полу.

- На моих руках невинная кровь, - прошептал он. - Я виноват! Как я виноват!

- Что нам до этого? - спросили первосвященники.

И Иуда метнулся прочь. Прочь! Прочь отсюда! И побежал из города, следуя раскаленными выжженными улицами. И покинул Иерусалим. И Тьма накрыла город.

Задыхаясь - от бега, от рыданий - Иуда взобрался на холм. Там он вновь упал на колени от бессилия и отчаянья и прижался лбом к горячему стволу смоквы.

- Прости, Господи! Я ведь должен был! Должен! Ты же сам сказал, Господи! Должен!

И тишина в ответ.

- Прости, Господи!

- Больно, Господи!

Он встал, пошатываясь, цепляясь за ствол дерева, развязал пояс и перекинул его через ветку.

- Прости, Господи, прости меня! - глухо, истово - как молитва. Это и есть молитва.

Иуда вскарабкался на дерево, надел петлю на шею и бросил последний взгляд на горизонт. Слабые красноватые солнечные лучи коснулись его лица.

- Больно, Господи... - и спрыгнул вниз.

И последние лучи солнца исчезли. И Тьма поглотила Все.

- Прости, Господи, - пробормотал он.

- Больно, Господи, - пробормотал он.

- Я не могу, - печально ответили ему. - Нельзя. Иди.

И он открыл глаза. Последние лучи солнца, красные, как кровь, скользнули по его лицу и скрылись за горизонтом. Тьма пожрала дорогу. Остался только запах прелой листвы.

Он встал, надел пальто и пошел.

23.09.2004

Комментарии: 13, последний от 26/10/2005. © Copyright Иорданская Дарья Алексеевна (kyotolegend@gmail.com) Размещен: 13/10/2005, изменен: 17/02/2009. 4k. Статистика. Новелла:		Ваша оценка:
Аннотация: Маленький рассказ. Идея безусловно не нова, исполнение... ну, я не Леонид Андреев и не Дадзай Осаму... ПРЕДПРЕЖДЕНИЕ: если вы чересур серьезно относитесь к христианской религии, лучше не читать. Скорее всего, вы со мной не согласитесь.

Иорданская Дарья Алексеевна: другие произведения.

Иуда будет в Раю