Кац Юрген Дмитриевич: другие произведения.

Жемчужная нить; глава одинадцатая: Незнакомец у Ловетт

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 10.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Незнакомый бродяга приходит к миссис Ловетт просить рабочее место. Примет ли она его и что случилось с прошлым пекарем? Узнаете в одинадцатой глава Жемчужной нити!


ЖЕМЧУЖНАЯ НИТЬ

ГЛАВА ОДИНАДЦАТАЯ

НЕЗНАКОМЕЦ У ЛОВЕТТ.

   Ближе к вечеру того же дня, после того как была съедена последняя партия пирогов в лавке Ловетт, в лавку вошел человек в самом жалком наряде, который несколько мгновений стоял, уставившись на прилавок с выражением бессилия и голода на лице, прежде чем заговорить. Миссис Ловетт была там, но она не улыбнулась ему, и вместо обычного вежливого выражения на ее лице появилось выражение гнева, когда она опередила то, что должен был сказать мужчина, воскликнув:
   - Уходи, мы никогда ничего не даем попрошайкам.
   На мгновение лицо незнакомца вспыхнуло румянцем, а затем он ответил:
   - Госпожа Ловетт, я пришел не просить у вас милостыни, а узнать, можете ли вы порекомендовать меня на какую-нибудь работу?
   - Рекомендовать тебя! рекомендовать такого оборванца, как ты?
   - Я жалкий оборванец и к тому же совершенно нищий. В лучшие времена я сидел за вашим прилавком и охотно платил за то, что хотел, и тогда одна из ваших самых мягких улыбок была в моем распоряжении. Я говорю это не в упрек вам, потому что причина вашей улыбки была хорошо известна как своекорыстная, и когда эта причина, то есть, мои деньги, прошла, я больше не могу ожидать увидеть ее; но я в таком положении, что готов сделать все для простого выживания.
   -О да, и потом, когда ты снова попадешь в более выгодное положение, я не сомневаюсь, что ты обнаглеешь настолько, что станешь невыносиным; кроме того, какое у нас может быть занятие, кроме как печь пироги, и у нас уже есть человек, который нам очень подходит, за исключением того, что он, как сделал бы ты, если бы поменялся бы с ним местами, стал наглым и воображает себя хозяином этого места.

0x01 graphic

Попрошайка в лавке Ловетт.

   -Ну - ну, - сказал незнакомец, - конечно, всегда найдется достаточно аргументов против бедных и обездоленных, чтобы оставить их такими. Но если вы будете продолжать утверждать, что мое поведение будет соответствовать описанному вами характеру, то мне совершенно невозможно будет доказать обратное.
   Он повернулся и уже собирался выйти из магазина, но миссис Ловетт окликнула его и сказала:
   - Приходи через два часа.
   Он помолчал минуту или две, а затем, обратив к ней свое изможденное лицо, сказал:
   - Я так и сделаю, если мне позволят силы, - вода из уличных фонтанов - слишком жалкая вещь, чтобы человек смог прожить на ней хоть двадцать четыре часа.
   - Можешь взять один пирожок.
   Полуголодный, несчастный на вид человек схватил пирожок и в одно мгновение проглотил его.
   -Меня зовут Джарвис Уильямс, - сказал он, - я буду здесь, не беспокойтесь, миссис Ловетт, через два часа. И, несмотря на все, что вы сказали, мое поведение никак не перемениться лишь оттого, что я буду хорошо содержан и лучше одет; но если я буду недоволен своим положением, я уйду, без вреда.
   С этими словами он вышел из лавки, и когда он ушел, на лице миссис Ловетт появилось странное выражение, и она тихо сказала себе:--
   - Он может подойти на несколько месяцев, как и все остальные, и ясно, что мы должны избавиться от того, который у нас сейчас; стоит об этом подумать.
   0x01 graphic
   Там есть подвал огромного размера, тусклый и похожий на гробницу - на полу выложены грубые красные плитки, а в земляные стены вбиты куски кремня и большие зазубренные камни, чтобы укрепить их. В то время как кое-где грубые огромные колонны, сделанные из деревянных балок, поднимаются перпендикулярно от пола и подпирают большие плоские куски дерева к потолку, чтобы поддержать его. То тут, то там из печей, кажется, выглядывают мерцающие огоньки, и слышится странный шипящий, кипящий звук, в то время как весь воздух пропитан густым и ароматным паром. Это Лаветтовская пирожковая Мануфактура под мостовой Белл-Ярда, и в это время ночная партия в несколько тысяч штук готовилась для отправки на телегах первым делом утром по всем пригородам Лондона. С первыми лучами солнца появлялась толпа бродячих торговцев пирожками, унося их огромное количество постоянным покупателям, которые получали их ежедневно, и не чаще думали о том, чтобы обойтись без них, чем о том, чтобы запретить молочнику или булочнику заходить к ним домой. Таким образом, мы увидим и поймем, что розничная часть бизнеса миссис Ловетт, происходившая главным образом между двенадцатью и часом ночи, отнюдь не была самой важной или прибыльной частью концерна, который действительно имел огромные размеры и приносил большой годовой доход. Стоять в подвале, когда работало это громадное производство того, что на первый взгляд могло показаться таким тривиальным изделием, и смотреть вокруг, насколько хватает глаз, ни в коем случае не означало иметь достаточного представления о размерах этого места, ибо здесь в разных направлениях было столько дверей и странных низких сводчатых входов в разные подвалы, которые все казались черными, как полночь, что можно было почти предположить, что жители всех окрестностей по общему согласию отдали свои подвалы Пирожковой фабрике Ловетт. Здесь горит лишь один жалкий огонек, если не считать редких судорожных вспышек, исходящих из печей, где пироги тушатся, шипят и брызгают собственной сочной подливкой. Кроме того, во всем подвале есть только один человек, и он сидит на низком трехногом табурете в углу, положив голову на руки и слегка раскачиваясь взад и вперед, издавая едва слышные стоны. Одет он очень легко; на самом деле, на нем, кажется, почти ничего нет, кроме рубашки и свободных парусиновых брюк. Рукава первого закатаны выше локтей, а на голове у него белый ночной колпак. Кажется удивительным, что такой человек, даже с помощью миссис Ловетт, может испечь столько пирожков, сколько требуется в день; но ведь система творит чудеса, и в этих подвалах есть различные механические приспособления для замеса теста, измельчения мяса и т. д., что значительно сокращает труд. Но что за жалкий субъект этот человек - каким печальным и душераздирающе несчастным он выглядит! Лицо у него бледное и осунувшееся, глаза глубоко запали; и когда он убирает руки от лица и оглядывается вокруг, более совершенной картины ужаса невозможно было бы представить.
   -Я должен сбежать сегодня вечером,- сказал он грубым голосом - я должен сбежать сегодня вечером. Я знаю слишком много - моя голова полна ужасов. Я уже пять ночей не сплю и не смею есть ничего, кроме сырой муки. Я уйду сегодня же вечером, если они не будут следить за мной слишком пристально. О, если бы я только мог выйти на улицу, если бы я только мог еще раз вдохнуть свежий воздух! Тише! а это что такое? Мне показалось, что я слышу шум.
   Он встал и стоял, дрожа и прислушиваясь; но все было тихо, кроме кипения и шипения пирожков, и тогда он, глубоко вздохнув, вернулся на свое место.
   -Все двери заперты изнутри, - сказал он, - что это может значить? Это все так ужасно, и мое сердце умирает внутри меня. Я здесь всего шесть недель - всего шесть недель. Я умирал с голоду, прежде чем пришел сюда. Увы, увы! насколько лучше было бы умереть с голоду! Я должен был умереть раньше и избавить себя от всех этих мучений.
   --Скиннер! - крикнул голос, и это был женский голос. - Скиннер, сколько еще нужно топить печи?
   --Четверть часа... четверть часа, миссис Ловетт. Господи, помоги мне!
   - Что ты такое говоришь?
   - Я сказал: Да поможет мне бог! - конечно, человек может сказать это не желая никого обидеть.
   Дверь захлопнулась, и несчастный снова остался один.
   -Как странно, - сказал он, - в эту ночь мои мысли возвращаются к прежним дням, к тому, кем я когда-то был. Мне вспоминаются приятные сцены моей юности. Я снова вижу увитое плющом крыльцо и приятную деревенскую зелень. Я снова слышу веселый звонкий смех моих товарищей по играм, и перед моим мысленным взором возникает журчащий ручей, старинная мельница, старинный особняк с высокими башенками и безмолвным величием. Я слышу пение птиц и ветер, который наигрывает грубую мелодию среди деревьев. Очень странно, что все эти картины и звуки возвращаются ко мне в такое время, как сейчас, как будто только для того, чтобы напомнить мне, какой я бедолага.
   Несколько мгновений он молчал, весь дрожа от волнения, потом снова заговорил:
   Эти фигуры тех, кого я когда-то знал, и многие из которых уже ушли в безмолвную могилу, кажется, толпятся вокруг меня. Они на мгновение останавливают на мне свой взор и с невозмутимым выражением лица остро выказывают сочувствие, которое испытывают ко мне. Я вижу и ее, ту, которая первая зажгла в моей груди пламя нежной любви. Я вижу, как она скользит мимо меня, как смутное видение сна, неясное, но прекрасное; не более чем тень - и все же для меня очень ощутимая. Кто я теперь - кто я теперь?
   Он снова принял прежнее положение, положив голову на руки; он медленно раскачивался взад и вперед, издавая те стоны измученного духа, которые мы уже замечали раньше. Но вот одна из маленьких арочных дверей распахивается, и в сумрак этих подвалов вползает человек в сутулой позе--на лице у него полумаска, на голове плащ, но обе руки свободны. В одной из них он держит двуглавый молоток с мощной рукояткой длиной около десяти дюймов. Он, вероятно, вышел из более темного места, чем то, в которое он теперь так осторожно пробирается, потому что он заслоняет глаза от света, как будто его внезапно стало слишком много для него, и затем он осторожно оглядывает свод, пока не замечает согнувшуюся фигуру человека, чья обязанность - следить за печами. С этого момента он не смотрит ни на что другое, но приближается к нему, уверенно и осторожно. Очевидно, что его целью является большая скрытность, так как он ходит только в одних чулках, так, чтобы было невозможно услышать ни малейшего звука его шагов. Все ближе и ближе он подходит, так медленно, и все же так уверенно, к нему, издающему низкий стонущий звук, свидетельствующий о душевной муке. Теперь он уже совсем близко и на мгновение склоняется над ним с выражением дьявольской злобы. Этот взгляд, который виден, несмотря на маску, а затем, крепко сжимая молоток обеими руками, он медленно поднимает его над головой и делает им размашистое движение в воздухе. Неизвестно, что заставило человека, сидевшего на табурете, подняться в этот момент, но он поднялся и быстро зашагал по комнате. Внезапный крик сорвался с его губ, когда он увидел перед собой столь ужасное видение; но прежде чем он успел сказать хоть слово, молот обрушился на его череп, и он упал безжизненным, без стона.
   0x01 graphic
   -Итак, Мистер Джарвис Уильямс, вы сдержали свое слово, - обратилась миссис Ловетт к изможденному, измученному заботами незнакомцу, который просил ее нанять, - и пришли за работой?"
   - Да, сударыня, и я надеюсь, что вы мне ее дадите; откровенно говоря, я бы подыскал чего-нибудь получше и более подходящее моему характеру, если бы мог; но кто бы нанял человека, имеющего такой жалкий вид, как я? Вы видите, что я весь в лохмотьях, и я уже сказал вам, что я был полуголоден, и поэтому я мог надеяться получить только какое-то простое и заурядное занятие, и это заставило меня прийти к вам.
   - Ну, во всяком случае, я не вижу причин, почему бы нам не устроить вам стажировку, так что, если вы хотите спуститься в пекарню, я последую за вами и покажу, что вы должны делать. Запомните, что вам придется жить исключительно на пирожках, если только вы не хотите купить себе что-нибудь еще, что сможете себе позволить, если сможете получить деньги. Деньгами мы не платим. И вы также должны согласиться никогда не покидать пекарню.
   - Никогда не покидать?
   - Никогда, если только вы не оставите ее навсегда; если на этих условиях вы решите принять предложение, вы можете начать работать, а если нет, вы можете сразу же уйти и заняться своим делом.
   - Увы, сударыня, у меня нет средств, но вы говорили, что у вас уже есть человек.
   - Да, но он пошел к своим друзьям, он пошел к некоторым из своих самых старых друзей, которые будут очень рады его видеть, так что теперь скажите мне: хотите вы или нет принять это предложение?
   - Моя бедность и моя нужда согласны, даже если я буду против, миссис Ловетт. Но, конечно, я вполне понимаю, что смогу уйти, когда мне заблагорассудится.
   - О, Конечно, мы никогда и не думали о том, чтобы держать кого-то много часов после того, как он начинает чувствовать себя неуютно. Если вы готовы, следуйте за мной.
   - Я вполне готов и благодарен за приют. Все самые яркие видения моей юности давно уже исчезли, и то, что теперь со мной будет, не имеет никакого значения; я охотно последую за вами, сударыня, на тех условиях, о которых вы упомянули.
   Миссис Ловетт приподняла часть прилавка, позволив ему пройти за него, и он последовал за ней в маленькую комнату, находившуюся в задней части магазина. Затем она достала из кармана ключ и открыла старую дверь, которая была обшита деревянными панелями и сразу же за которой находилась лестница. Она спустилась по ней, и Джарвис Уильямс последовал за ней на значительную глубину, после чего она достала железный прут, расположенный за другой дверью, и распахнула ее, показывая своему новому помощнику внутренность этого хранилища, которое мы уже очень кратко описали.
   -Это печи, - сказала она, - и я покажу вам, как вы можете делать пирожки, питать печи и вообще приносить пользу. Мука всегда будет спускаться через люк из верхней лавки, так же как и все, что требуется для приготовления пирогов, кроме мяса, которое вы всегда найдете на полках либо в виде кусков, либо бифштексов, в маленькой комнате за этой дверью, но дверь будет открытой только в определенное время; и всякий раз, когда она будет открыта, вам лучше всегда вынимать то мясо, которое, как вы думаете, вам понадобится для следующей партии.
   -Я все это понимаю, мадам, - сказал Уильямс, - но как оно туда попадает?
   - Это не ваше дело; пока вы снабжены им, этого для вас достаточно; а теперь я покажу процесс приготовления одного пирожка, так чтобы вы знали, как действовать, и вы увидите, с какой удивительной быстротой они могут быть изготовлены, если вы приступить к ним надлежащим образом.
   Затем, просто поворачивая ручку, она показала ему, как кусок мяса, брошенный в машину, становится мелко измельченным; а затем, как мука, вода и жир смешиваются вместе, чтобы придать пирожкам хрустящую корочку, другой машиной, которая выбрасывает полученное таким образом тесто маленькими кусочками, каждый из которых достаточно велик для пирожка. Наконец, она показала ему, как можно наполнить поднос, вмещавший всего сотню пирожков, и, повернув брашпиль, отправить его в лавку через квадратный люк, который вел прямо к прилавку.
   -А теперь,- сказала она, - я должна вас покинуть. Пока вы будете трудолюбивы, вы будете жить очень хорошо, но как только вы начнете бездельничать и пренебрегать приказами, которые я вам посылаю, вы получите информацию, которая будет полезна и которая, если вы будете благоразумным человеком, позволит вам знать, что вы делаете.
   - Что это такое? Вы можете сообщить ее мне прямо сейчас.
   - Нет, поначалу мы редко находим для этого повод, но через некоторое время, когда тебя хорошо накормят, ты наверняка захочешь лодырничать.
   С этими словами она вышла, и он услышал, как дверь, через которую он вошел, была тщательно заперта за ней. Внезапно он снова услышал ее голос, и так ясно и отчетливо, что подумал, что она, должно быть, вернулась; но, взглянув на дверь, он увидел, что она говорит через маленькую решетку в верхней ее части, к которой вплотную примыкали ее губы.
   -Помни о своем долге, - сказала она, - и я предупреждаю тебя, что любая попытка покинуть это место будет столь же бесполезной, сколь и опасной.
   - Разве что с вашего согласия, когда я оставлю эту работу.
   --О, Конечно, конечно, вы совершенно правы, каждый, кто отказывается от этого положения, отправляется к своим старым друзьям, которых он не видел, может быть, уже много лет.
   - Какая у нее странная манера говорить! - сказал себе Джарвис Уильямс, оставшись один. Кажется, в каждом ее слове есть какой-то особый, скрытый смысл. Что она может иметь в виду, говоря со мной, если я пренебрегаю своим долгом? Это очень странно; и что это за странное место! Я думаю, что это было бы совершенно невыносимо, если бы не восхитительный запах пирогов, а они действительно восхитительны. Возможно, еще более восхитительны для меня - бедняка, который так долго голодал и прошел через столько несчастий; здесь никого нет, кроме меня, и я сейчас голоден - ужасно голоден, и готовы ли пироги или нет, я все равно съем их с полдюжины.
   Он открыл одну из печей, и ароматный пар, который выходил оттуда, был совершенно восхитителен, и он вдыхал его с таким удовлетворением, какого никогда не испытывал прежде, когда дело касалось чего-нибудь съедобного.
   -Неужели, - сказал он, - я смогу испечь такие вкусные пироги? Во всяком случае, здесь нельзя голодать, и если это своего рода тюрьма, то очень приятная. Клянусь душой, они хороши, даже наполовину приготовленные они - восхитительны! Я возьму еще полдюжины, их там так много - восхитительно! Я не могу сдержать подливку, которая течет из уголков моего рта. Клянусь душой, миссис Ловетт, я не знаю, где вы берете мясо, но оно нежное, как молодые цыплята, и жир буквально тает во рту. Ах, это пироги!-- Они годятся для богов!
   Новый слуга миссис Ловетт съел двенадцать трехпенсовых пирожков, и тут он подумал о том, чтобы перестать. Это был небольшой недостаток - не иметь ничего, чтобы запить их, кроме холодной воды; но он примирился с этим.
   - Ибо,--сказал он, - в конце концов, было бы жалко вымывать изо рта вкус таких пирогов, - право, это была бы такая жалость, так что я не буду думать об этом, а просто смирюсь с тем, что у меня есть, и не буду жаловаться. Я мог бы пойти еще дальше и пасть еще хуже, и я не могу не смотреть на это как на исключительную удачу, которая заставила меня подумать о том, чтобы прийти сюда в моем глубоком горе, чтобы попытаться что-то сделать. У меня нет ни друзей, ни денег. Та, которую я любил, неверна. И вот я здесь, хозяин стольких пирогов, сколько захочу, и, судя по всему, монарх всего, что я вижу. Ибо на самом деле, кажется, никто не оспаривает моего превосходства. Конечно, мое царство довольно мрачно; но тогда я могу отречься от него, когда захочу, и когда мне надоедят эти восхитительные пироги, если такое возможно, в чем я действительно очень сомневаюсь, я могу отказаться от своего положения и подумать о чем-нибудь другом. Если я так поступлю, то навсегда покину Англию; это не место для меня после многих разочарований, которые я пережил. Не было ни одного друга, который бы не покинул меня - моя девушка неверна - ни один родственник, но кто не повернулся бы ко мне спиной! Я отправлюсь туда, где меня никто не знает, где я смогу завязать новые связи и, может быть, завести новые дружеские отношения более постоянного и устойчивого характера, чем прежние, которые все оказались для меня такими фальшивыми; а тем временем я буду печь и есть пироги так быстро, как только смогу.
        
        
        
        
        

Конец Одинадцатой Главы

Перевод Юргена Каца


Оценка: 10.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"