О.К. : другие произведения.

Стерлинг Брюс. Рой

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:

Брюс Стерлинг. Рой
Перевод с англ. - Б. Кадников, О. Колесников

 

- Мне будет не хватать вас, - сказал инопланетянин. - Наши беседы скрашивали часы перелета.

Доктор-капитан Симон Африэль переплел пальцы украшенных драгоценными перстнями рук над вышитыми золотом манжетами своей куртки.

- Мне тоже будет вас не хватать, энсин, - ответил он на свистящем языке инопланетянина. - Наше продолжительное общение было весьма полезно и приятно для меня. В другом случае за подобные уроки мне пришлось бы платить, с вами я практиковался бесплатно.

- Это лишь информация, - отозвался инопланетянин, прикрыв свои яркие и круглые, словно бусины, глаза мигательными мембранами. - Мы, Инвесторы, мыслим мерами энергии и драгоценного металла. Гонка за чистым знанием и жажда его овладения не свойственны нашей расе.

Сказав это, инопланетянин приподнял удлиненные ребристые мембраны над маленькими, с булавочную головку, слуховыми отверстиями.

- Без сомнения, вы правы, - отозвался Африэль, торопясь польстить капитану. - Мы, люди, все равно что дети по сравнению с вашей расой; при этом некоторое любопытство естественно для нас.

Африэль стянул с носа солнечные очки и потер переносицу. Кабина звездолета была залита пронзительно-голубым солнечным светом, насыщенным ультрафиолетом. Таково было излюбленное освещение Инвесторов, и ради единственного пассажира-человека они не потрудились менять свет.

- Вы неплохо продвинулись, - глубокомысленно объявил инопланетянин. - С представителями вашей расы приятно иметь дело, вы молоды, энергичны, гибки и восприимчивы, вы готовы приобретать большое разнообразие товаров и знаний. Если бы не низкий уровень вашей технологии, не позволявший нам до срока получить достаточно прибыли, мы бы давно уже установили с вами контакт.

- Сегодня многое изменилось, - заметил Африэль. - Мы сделаем вас богаче.

- Определенно, - ответил Инвестор. Слуховые мембраны на его затылке зашевелились, что означало удовольствие. - Мы ожидаем, что в течение двухсот ближайших лет вы окрепнете и разбогатеете настолько, что сможете купить у нас тайну межзвездных перелетов. Если только ваша фракция Механиков не раскроет эту тайну самостоятельно, путем научных экспериментов.

Африэль почувствовал раздражение. Будучи членом фракции Модификаторов, он не выносил любую похвалу в адрес Механиков.

- Вам не следует столь уповать на технический опыт, - объявил он. - Взять, к примеру, потрясающие способности к овладению языками, которыми обладаем мы, Модификаторы. Благодаря этой нашей способности, мы выступаем гораздо более выгодными партнерами в бизнесе. На взгляд Механиков, все Инвесторы выглядят на одно лицо.

Инопланетянин помедлил с ответом. Африэль улыбнулся. Своей последней фразой он надеялся задеть Инвестора за живое, и как видно, этот ловкий ход ему удался. Зерно сомнения было заронено. Тем более что Механики действительно не блистали дипломатическими способностями. Всегда и во всем они пытались обращаться с Инвесторами логично и последовательно, пользуясь всякий раз одним и тем же запрограммированным набором стандартных ходов. Механикам определенно недоставало воображения.

С Механиками нужно было что-то решать, подумал Африэль. И решать на более глубокой и долговременной основе, отличной пусть от жарких, но пока что мелких стычек между кораблями фракций, происходящих в поясе астероидов и в богатейших ледяных россыпях колец Сатурна. И та и другая фракции находились в состоянии постоянной конфронтации, высматривая точки для нанесения наиболее болезненного удара, все время перекупая и переманивая талантливые головы со стороны противника, пуская в ход тактику нападения из засады, наемных убийств и промышленного шпионажа.

Доктор-капитан Симон Африэль был непревзойденный мастер подобной "необъявленной войны". Именно поэтому фракция ремодификации истратила миллионы киловатт для того, чтобы отправить его в этот межзвездный перелет. Африэль имел докторские степени в области биохимии и инопланетной лингвистики и степень магистра-конструктора магнитного вооружения. Будучи мужчиной тридцати восьми лет, он уже подвергся изменению формы в соответствии с веяниями времени и собственной концепцией. Гормональный баланс его тела был несколько перестроен с тем, чтобы компенсировать продолжительные периоды пребывания в условиях невесомости. У него отсутствовал аппендикс. Строение его сердца было изменено для увеличения эффективности работы органа, его толстый кишечник был преобразован и теперь был способен вырабатывать ферменты, которые у обычных людей производила кишечная флора. Благодаря генной инженерии и тщательному воспитанию с самого детства, коэффициент интеллекта доктора-капитана достигал отметки ста восьмидесяти. Он не был самым выдающимся агентом Совета Кольца, но был известен как наиболее психически стабильный тип, вызывающий наибольшее доверие.

- Какая жалость, - снова заговорил инопланетянин, - что человек таких выдающихся качеств, как вы, будет вынужден прозябать в течение двух лет в жалких, бесперспективных условиях столь удаленного поста.

- Эти годы не пройдут напрасно, - ответил Африэль.

- Но почему вами был выбран для изучения именно Рой? Рой ничему не сможет вас научить, просто потому что его члены не способны говорить. У них нет желания торговать, они не используют орудий труда и не знают технологий. Это просто еще одна раса космических странников, напрочь лишенная разума.

- Одно это превращает Рой в любопытный объект исследования.

- Быть может, вы хотите перенять стиль жизни Роя? Это превратит вас в подобных же чудовищ.

Энсин снова помолчал.

- Возможно, что ваши планы именно такие. Это вредно для бизнеса, - наконец произнес он.

По коридорам звездолета разнесся звук короткого фрагмента неземной музыки, вслед за чем прозвучала щелкающая инопланетная речь. Большую часть сказанного Африэль не понял, потому что тональность речи была слишком высокой, выходя за пределы диапазона, доступного его слуху.

Инопланетянин поднялся, и подол тяжелого от драгоценностей мундира укрыл его похожие на птичьи лапки ступни.

- Прибыл один из симбиотов Роя, - объявил он.

- Благодарю вас, - поклонился Африэль. Энсин открыл дверь каюты, и Африэль тут же услышал запах Роя, который испускал его представитель; острый кислый дух обитателя Роя быстро распространился по системам вентиляции корабля Инвесторов.

Доктор-капитан достал из кармана зеркальце и убедился в том, что выглядит подобающим образом. Тронув пудру на своем лице, он поправил бархатный берет, из-под которого вились длинные, до плеч, рыжеватые волосы. В его ушах блестели серьги с крупными, в ноготь большого пальца, рубинами, добытыми в поясе астероидов. Его длинная, по колено, куртка была богато расшита золотом; его рубашка, сотканная из тончайших нитей красного золота, была сама по себе произведением искусства. Подобное одеяние имело цель произвести впечатление на Инвесторов, одобрительно относящихся к своим, имеющим особенно процветающий вид, партнерам. Но каким образом он мог произвести благоприятное впечатление на нового инопланетянина - представителя Роя? Быть может тому понравится его запах? Он освежил свой парфюм.

Внутри корабельного шлюза симбиот Роя беспокойно переминался перед штурманом звездолета. Первый помощник Инвесторов был пожилой и медлительный инопланетянин, вдвое превосходящий размерами любого члена своей команды. Массивная голова первого помощника была скрыта под украшенным драгоценностями тяжелым золотым шлемом, из-под которого затуманенные глаза штурмана светились словно пара прожекторов.

Подняв одну из своих шести лап с четырьмя когтистыми пальцами, симбиот произвел в сторону первого помощника жест. В искусственной гравитации звездолета, равной трети земной силы тяжести, симбиот чувствовал себя неуютно. Рудиментарные глаза симбиота, торчащие на стебельках, были крепко зажмурены от яркого света. "Должно быть, это существо более привычно к темноте", - подумал про себя Африэль.

Первый помощник ответил симбиоту на его языке. Африэль поморщился, поскольку рассчитывал, что обитатели Роя говорят на языке Инвесторов. Теперь ему придется учить новый язык, - язык, на котором разговаривают существа без языка.

После кратких переговоров первый помощник повернулся к Африэлю.

- Симбиот не испытывает радости по поводу вашего прибытия, - сообщил он Африэлю на языке Инвесторов. В недавнем прошлом здесь случались неприятности, всякий раз связанные с присутствием людей. И тем не менее, мне удалось убедить симбиота впустить вас в Гнездо. Этот эпизод записан в вахтенный журнал. Счет за оплату моей посреднической миссии будет представлен вашей фракции, как только наш корабль снова окажется в районе вашей родной звездной системы.

- Благодарю вас, Ваше Превосходительство, - отозвался Африэль. - Пожалуйста, передайте симбиоту мои наилучшие пожелания, а также скажите, что мои намерения являются самыми что ни на есть мирными и безобидными...

Африэль прервал свою речь, потому что симбиот бросился вперед и яростно вцепился своими жвалами в икру его правой ноги. Африэль вырвал ногу из челюстей создания, отскочил назад и встал в боевую позицию, приготовившись к защите. В жвалах симбиота остался длинный лоскут его брюк; существо задумчиво жевало свою добычу, поедая ее.

- Симбиот передаст своим сородичам ваш запах и состав тканей, - объяснил первый помощник. - Это совершенно необходимо, в противном случае вы будете восприняты как вторгшийся на территорию Гнезда враг и воины Роя немедленно вас уничтожат.

Африэль немного расслабился и зажал ладонью рану от укуса на ноге, чтобы остановить кровотечение. Он надеялся, что никто из Инвесторов не обратил внимания на его рефлекторные действия. Умелая боевая стойка мало вязалась с мирными намерениями ученого-исследователя.

- Сейчас мы откроем люк шлюза, - флегматично продолжил первый помощник, откидываясь назад и опираясь на свой длинный и толстый, как у рептилии, хвост. Симбиот дожевывал остатки брюк. Африэль рассмотрел сегментную голову существа, напрочь лишенного шеи. На голове симбиота были заметны ноздри и ротовое отверстие; у него также имелись выпуклые плохо развитые глаза на стебельках; имелись также и симметричные раздвигающиеся щели, в которым могли скрываться средства радиоприема, а кроме того два параллельных ряда трепещущих разветвленных антенн, произрастающих между хитиновыми пластинами. Предназначение этих антенн было Африэлю неизвестно.

Наружная дверь шлюза открылась. Густой туманный дух проник во внутренность шлюза. Запах Гнезда, по-видимому, не пришелся по нраву полудюжине Инвесторов, немедленно покинувших шлюз.

- В соответствии с соглашением, мы вернемся за вами через шестьсот двадцать ваших дней, - сообщил первый помощник.

- Благодарю вас, Ваше Превосходительство, - снова отчеканил Африэль.

- Удачи вам, - по-английски проговорил первый помощник. Африэль ответил улыбкой.

Симбиот, ловко извиваясь суставчатым телом, вполз в раскрытый зев наружного шлюза. Африэль двинулся за ним следом. Люк шлюза затворился позади них. Обитатель Роя не обращал на Африэля ни малейшего внимания, не издав до сих пор ни одного членораздельного звука, лишь продолжая с шумом жевать. Открылась внешняя броневая заслонка, и симбиот спрыгнул внутрь, мгновенно исчезнув во мраке круглого каменного тоннеля.

Африэль снял и убрал в карман свои солнечные очки, взамен которых достал и надел инфракрасные окуляры. После чего ступил из шлюза на каменный пол Гнезда. Искусственная гравитация мгновенно пропала, сменившись едва заметной силой тяжести астероида, внутри которого обитал Рой. Африэль улыбнулся, впервые за всю неделю почувствовав себя в своей тарелке. Большую часть своей взрослой жизни он провел в невесомости, обитая в колониях Модификаторов в кольцах Сатурна.

Сбоку в пещере завозилось огромное мохнатое животное с дискообразной головой, гигантских размеров, почти со слона. Благодаря излучаемому телом животного теплу, оно было отлично различимо в инфракрасном спектре. Африэль слышал дыхание зверя. Животное терпеливо выждало, пока гость, оттолкнувшись ногами, проплывет по воздуху дальше вглубь тоннеля, после чего подвинулось и, забравшись в наружную дыру, раздулось, втянув в себя воздух, настолько, что ставшее круглым тело надежно заткнуло собой выход в открытый космос. Шесть мощный и цепких лап существа надежно закрепились в скальных выступах вокруг выхода из пещеры.

Корабль Инвесторов отбыл. Африэль остался на астроиде, одном из миллионов обращавшихся по разнообразным орбитам вокруг звезды Бетельгейзе планетоидов, общей массой впятеро превосходящих Юпитер. В плане источника потенциального богатства этот планетарный набор каменных обломков мало что представлял собой. Владельцем его, в большей или меньшей степени, являлся Рой. По крайней мере, на памяти Инвесторов, кроме Роя до сих пор никто не предъявлял на него свои права.

Африэль вгляделся вглубь коридора. Коридор казался совершенно пустым, в нем не было живых тел, испускающих тепловой фон, от чего поле зрения Африэля было весьма ограничено. Оттолкнувшись еще раз от стены, он медленно поплыл по коридору вперед.

И услышал человеческий голос.

- Доктор Африэль?

- Доктор Мирна! - воскликнул в ответ он. - Идите сюда!

Первое, что он увидел, была пара молодых симбиотов, торопящихся к нему навстречу и передвигающихся едва касаясь кончиками лап каменных выступов стен. Вслед за симбиотами появилась женщина, на голове которой имелась пара таких же, как у Африэля, тепловых окуляров. Женщина была молода и привлекательна тем безликим идеальным образом, который выдавал генную инженерию, изменившую форму ее тела.

Она что-то быстро проскрежетала симбиотам, отдав им команду на их собственном языке, и существа послушно замерли в ожидании, вцепившись лапами в стены. Женщина двинулась к нему навстречу, и Африэль поймал ее за руку, остановив ее полет.

- У вас нет с собой багажа? - удивленно спросила его она.

Африэль отрицательно покачал головой.

- Ваше сообщение было получено уже после моего отлета. Все, что у меня есть с собой, это одежда, которая на мне, да еще несколько инструментов в карманах.

Мирна критически осмотрела его наряд.

- Значит вот как одеваются сегодня люди Кольца? Со времен моего отсутствия случилось гораздо больше перемен, чем я думала.

Африэль взглянул на свой расшитый золотом рукав и рассмеялся.

- Дело не в моде, а в политике. Инвесторы с большей охотой ведут дела с компаньонами, имеющими процветающий вид человека, живущего на широкую ногу. Вот почему все торговые представители Модификаторов одеваются как последние стиляги. Во всем, что только возможно, мы стараемся обойти Механиков; те до сих пор являются на переговоры в своих безликих серых комбинезонах.

Африэль замолчал, решив, что, возможно, обидел женщину. Коэффициент интеллектуального развития Галины Мирна был в районе двухсот. Мужчины и женщины-интеллектуалы подобного высокого уровня часто бывали легко ранимы и нестабильны, имели склонность уходить в мир собственных грез, излишне увлекаясь сложнейшими логическими рассуждениями и построениями. Высокий уровень интеллекта был оружием Модификаторов, которое они использовали в борьбе за превосходство на культурном фронте, и до сих пор, невзирая на некоторое недостатки и попутные осложнения, фракции приходилось использовать это оружие достаточно широко, поскольку равной замены ему придумано не было. В свое время Модификаторы пытались вывести суперинтеллектуалов, у которых коэффициент умственного развития превышал бы двести очков, однако путь подобного отбора давал такой большой процент брака в колониях Модификаторов, что работы в данном направлении прекратились.

- Что скажете по поводу моей одежды? - спросила Мирна.

- Похоже, что ваш наряд совсем новый, - с улыбкой проговорил Африэль.

- Я изготовила себе одежду из ткани кокона куколки, - ответила Мирна. - Мой гардероб, в котором я прибыла сюда, был съеден симбиотами-мусорщиками в течение прошедшего года, полного тревог. Обычно я хожу голая, но сегодня не хотела оскорбить вас своим видом. Излишняя интимность, знаете ли...

Африэль пожал плечами.

- Обычно я тоже хожу обнаженным, и одежда мне нужно только ради карманов. С собой у меня имеется несколько инструментов, но и они совершенно неважны. Мы - Модификаторы, и наш инструмент вот здесь. - Африэль постучал себя пальцем по лбу. - Если вы теперь покажете мне укромное местечко, где я мог бы раздеться...

Мирна покачала головой. Окуляры закрывали ее глаза, отчего выражение ее лица было невозможно понять.

- Ваша первая ошибка, доктор. Здесь, в Гнезде, нет места, которое мы могли бы считать своим. Ту же самую ошибку допустили агенты Механиков, за что жестоко поплатились. Они быстро погибли один за другим. Рою неизвестны понятия собственности или приватности жилища. Стоит только попытаться завести здесь себе убежище - для какой угодно цели, будь то для сна, или сохранения аппаратуры, - как ты мгновенно превращаешься во врага, в чужака. Пара Механиков - мужчина и женщина - попытались использовать пустую пещеру для того, чтобы устроить там компьютерную лабораторию. Десяток воинов Роя немедленно ворвались в эту пещеру и сожрали Механиков. Мусорщики довершили дело, съели части компьютеров, пластик, металл, клочки одежды, все-все.

Африэль холодно улыбнулся.

- Должно быть они истратили целое состояние, чтобы доставить сюда всю эту аппаратуру.

Мирна пожала плечами.

- Механики гораздо богаче нас. У них есть машины, рудники. Эта пара собиралась расправиться со мной, я уверена в этом. Они наверняка постарались бы убрать меня незаметно, для того чтобы не возбуждать воинов зрелищем насилия. В их распоряжении имелся компьютер, и они сумели выучить язык спиралехвостов быстрее меня.

- Но вы выжили, - заметил Африэль. - А ваши записи и пленки - в особенности ранние, того периода, когда у вас еще имелось достаточно оборудования - представляют собой огромный интерес. Совет уделяет вашим исследованиям самое пристальное внимание. За время своего отсутствия вы стали очень известной фигурой в Кольце. Вы прославились, Мирна.

- Да, я ожидала подобного, - ответила она.

Африэль остался невозмутим.

- Если мне здесь и будет чего-то недоставать, - ровным голосом заговорил он, - так это моих занятий инопланетной лингвистикой - здешний народец кажется мне довольно убогим в этом плане.

Африэль махнул рукой в сторону пары симбиотов, сопровождавших Мирну.

- Насколько я понимаю, вы существенно продвинулись в сфере контакта с местными обитателями, установив через них, по всей видимости, контакт и с Гнездом.

С непроницаемым лицом женщина пожала плечами - за окулярами его выражение снова невозможно было прочитать.

- Здесь, в Гнезде, насчитывается по меньшей мере пятнадцать различных видов симбиотов. Те, что сопровождают меня, зовутся спиралехвостами и общаются только между собой. Они дикари, доктор, и то, почему Инвесторы поддерживают общение с ними, объясняется только тем, что спиралехвосты все еще способны говорить. Когда-то они тоже были расой покорителей космоса, но с тех пор прошло много лет, и спиралехвосты забыли те времена. Они наткнулись на Гнездо, были приняты в сообщество и стали вести паразитический образ жизни.

Мирна легонько постучала одного из симбиотов по голове.

- Мне удалось приручить эту парочку только потому, что я научилась изымать и изымаю еду ловчее чем они. Они остались со мной и теперь защищают меня от более крупных экземпляров. Они ужасные предатели, имейте это в виду, доктор. Они обитают в Гнезде всего только десять тысяч лет и до сих пор не уверены в своем положении. Они обладают способностью думать и сохранили зачатки любопытства. Прошло десять тысяч лет, и в них еще кое-что осталось.

- Дикари, - повторил Африэль. - С готовностью в это верю. Один из них бросился на меня на борту звездолета и укусил за ногу. В качестве дипломатических представителей они оставляют желать лучшего.

- Да, это я предупредила его о вашем прибытии, - ответила Мирна. - Симбиот не был в восторге от того, что ему предстоит встретиться с человеком, провести его в Гнездо, но я подкупила его едой... Надеюсь, что он не причинил вам боль?

- Всего лишь царапина, - отозвался Африэль. - Насколько я понимаю, вероятность заражения отсутствует?

- Уверена, что беспокоиться не о чем. Если только вы сами не принесли на себе бактерии.

- Это совершенно исключено, - оскорбленно отозвался Африэль. - На мне не может быть никаких бактерий. Я не позволил бы себе принести на себе бактерии в лоно инопланетной культуры.

Мирна оглянулась.

- Я имела в виду те особые типы бактерий, которые были подвержены генетическому изменению... мы уже можем идти. Спиралехвосты уже должны были разнести наш запах путем прикосновений "рот в рот" по большей части пещер. По крайней мере в этой части гнезда это должно быть сделано. В остальной части гнезда о вашем прибытии будут знать через несколько часов. Как только это дойдет до Королевы, дальнейшее произойдет очень быстро.

Упершись ногой в плоский панцирь одного из своих молодых спутников-спиралехвостов, Мирна сильным толчком послала себя вперед по коридору. Африэль полетел за нею следом. Температура неуклонно повышалась, и под своей роскошной одеждой он начал потеть, но антисептический пот не имел запаха.

Через некоторое время они оказались в просторной пещере, вырубленной в монолите скалы. Вытянутое в длину помещение со створчатым потолком простиралось вперед на восемьдесят метров и составляло около двадцати метров в диаметре. Внутренность пещеры кишела представителями Роя.

Здесь были сотни живых существ. По большей части это были рабочие особи, восьминогие покрытые мехом существа, размером с Великих Дейнов. Тут и там на глаза людям попадались представители касты воинов, чудовищные косматые создания, размером не уступающие лошади, с массивными головами величиной с большое глубокое кресло, с устрашающими острейшими клыками-саблями.

В нескольких метрах от пришельцев двое рабочих пронесли мимо представителя касты сенсоров, создание с несоразмерно огромной плоской головой, покоящейся на атрофированном теле, по большей части состоящем из легких. На голове сенсора имелась пара огромных глаз-блюдец и целый набор усиков-антенн, трепещущих и на ходу чувствительно поворачивающихся во все стороны. Рабочие особи передвигались прямо по стенам, цепляясь за скальные выступы цепкими когтями, имеющимися на пальцах лап.

Во влажном тепличном воздухе Гнезда мимо них проплыло, загребая толстыми лапами, огромное существо с безволосой и безликой головой. Передняя часть головы чудища представляла собой кошмарное устройство, состоящее из нескольких рядов острейших челюстей, способных перетирать камень, и выделяющих кислоту желез.

- Это тоннелер, - объяснила Мирна. - Эти особи роют в глуби Гнезда новые пещеры и занимаются их обустройством - давайте за мной.

Сильно оттолкнувшись ногами, женщина оседлала тоннелера, крепко ухватившись за густой мех на его спине. Африэль сделал то же самое, за ним последовала пара симбиотов-спиралехвостов, споро уцепившихся за бока существа своими многочисленными ногами. Мех тоннелера был влажный и сальный на ощупь, тело существа было неестественно горячим. Африэль содрогнулся. Тоннелер продолжал плыть по воздуху, умело загребая всеми восемью лапами будто плавниками или короткими крыльями.

- Должно быть здесь сотни тысяч существ, - подал голос Африэль.

- В своем прошлом отчете я действительно назвала цифру около сотни тысяч, но это было до того, как я получила более-менее полное представление о всем Гнезде. Даже сейчас я порой натыкаюсь на тоннели, в которых не бывала ни разу. В настоящий момент я склонна полагать, что здесь обитает около четверти миллиона живых существ. Сам астероид не уступает главному оплоту Механиков - их базе Церес. Порода астероида богата углеродосодержащими минералами, и их запаса надолго хватит.

Африэль прикрыл глаза. Сняв окуляры, он мгновенно ослепнет, оставшись во мраке среди скопищ монотонно копошащихся, куда-то ползущих и чем-то занятых созданий.

- Население Гнезда постоянно возрастает?

- Определенно, это так, - ответила Мирна. - Кстати говоря, очень скоро в Гнезде начнется брачный период роения. В пещере близ покоев Королевы развиваются около трех дюжин мужских и женских особей. Как только роение начнется, произойдет массовое спаривание, после чего будет заложено несколько новых Гнезд. Мы обязательно побываем в пещере наследников, принцев и принцесс.

Мирна немного помолчала.

- Сейчас мы въезжаем в один из грибных садов.

Рядом с Африэлем завозился один из молодых спиралехвостов. Удерживаясь за мех тоннелера половиной лап, он принялся жевать остатки брючины Африэля. Африэль сильно и резко ударил существо ногой, и оно боязливо попятилось, втянув в голову стебельки глаз.

Оглянувшись по сторонам, доктор-капитан обнаружил, что они очутились в другой пещере, превосходящей размерами первую. Стены пещеры по сторонам от них, под ногами и даже над головой были покрыты густой непроницаемой порослью грибов. На первый взгляд можно было различить три типа грибов: цилиндрической формы, состоящих из толстой, словно бочонок, ножки, ветвистых, словно густой кустарник, и похожие на заросли толстых длинных спагетти. Третьи, трубчатые, легко колебались под слабыми дуновениями насыщенного разнообразными запахами ветерка. На глазах Африэля несколько "бочонков" взорвалось, исторгнув вокруг себя целое облако мельчайших спор.

- Обратите внимание на округлые пятна у корневищ грибов - видите, они заметны повсюду? - подала голос Мирна.

- Да, я их вижу.

- До сих пор я не знаю, что это, самостоятельная культура или нечто, принимающее участие в общем биохимическом обороте, но суть даже не в этом, - продолжила женщина. - Самое любопытное то, что вершина этих растений сейчас находится на солнце, снаружи астероида. Пищевая культура, произрастающая в открытом космосе! Представляете, какой переворот это устроит в системе производства пищи Кольца? Этому цены нет!

- У меня нет слов, - отозвался Африэль.

- Эти диски сами по себе несъедобны, - продолжала объяснять Мирна. - Один раз я попробовала маленький кусочек. Все равно что пытаться разжевать пластик.

- А вообще-то здесь достаточно пищи? Вам не приходилось голодать?

- С этим я прекрасно устроилась. Биохимия Гнезда упрощена до предела. Начнем с того, что все виды грибов съедобны в сыром виде. Хотя более предпочтительна отрыжка. Добавки секреции внутренних желез рабочих, расположенных у них в толстом кишечнике, делает производимую ими пищу очень питательной.

Африэль не смог скрыть в своем взгляде удивления.

- Здесь нет ничего особенного, - ответила Мирна. - Со временем вы сами в этом убедитесь. Я научу вас, как попросить и получить у рабочей особи еду - займемся этим немного позже. Для того чтобы рабочий отрыгнул еду, достаточно несколько раз хлопнуть его рукой в определенном месте - дальнейший процесс происходит рефлекторно. По счастью процесс кормления сородичей не основан на процессах взаимообмена ферментами, представляющих основу здешнего самоуправления.

Говоря это, Мирна отвела с глаз длинную прядь спутанных и грязноватых волос.

- Надеюсь, что образцы ферментов, которые я послала прошлый раз, стоили денег, потраченных на их доставку в Кольцо?

- О, да, - немедленно отозвался Африэль. - Химический состав ферментов поистине потрясающ. Нам удалось синтезировать большинство компонентов. Кстати говоря, я входил в одну из исследовательских групп, ведущих работы в этом направлении.

Африэль сделал паузу. Насколько он может доверять этой женщине? До сих пор она не была поставлена в известность об экспериментах, поставить которые здесь в Гнезде было поручено Африэлю Советом Кольца. В настоящий момент Мирна была уверена в том, что он, всего лишь ее новый напарник, такой же мирный ученый-червь, подобный ей самой. Однако по большей части научное сообщество Модификаторов было тесно связано с военным производством и промышленным шпионажем.

Делая ставку на будущее, Модификаторы разослали своих ученых во все разумные обитаемые миры, о которых им сообщили Инвесторы. На сегодняшний день количество известных инопланетных рас составляло девятнадцать. Межзвездные перелеты требовали немалых средств, за возможность отправки своих научных экспедиций Модификаторам приходилось расплачиваться с Инвесторами гигаваттами энергии, тоннами редких металлов и изотопов, но траты во многом стоили того. В большинстве случаев экспедиция включала в себя всего двоих-троих ученых; в семи случаях пришлось ограничиться единственным членом экспедиции. Так случилось и с Гнездом. Для исследования Роя была избрана Галина Мирна. Она с готовностью приняла предложение своей фракции и смело отправилась в Гнездо, рассчитывая, что здравый смысл, интеллект и совершенно мирные намерения позволят ей уцелеть среди инопланетян и сохранить тут рассудок. Отправляя Мирну исследовать Гнездо, Совет Модификаторов не имел ни малейшего представления о том, принесут ли результаты ее исследований какие-либо реальные плоды в будущем. Главным являлось другое: Совет понимал, что прежде чем в Гнезде появятся представители других фракций и сумеют отыскать там нечто, что в результате нарушит неустойчивый баланс сил в раздробленном человеческом сообществе, они должны опередить всех и послать туда своего эмиссара, пусть даже в одиночку и плохо снаряженного. Результат превзошел все ожидания - доктор Мирна совершила открытие невероятной важности. Теперь суть ее миссии строго контролировалась органами безопасности Кольца. Присланный сюда Африэль должен был привести в действие четко сформулированный план.

- Вы синтезировали составляющие ферментов? - пораженно переспросила Мирна. - Но для чего?

Африэль широко улыбнулся.

- Просто для того, чтобы доказать самим себе, что это в наших силах - так, наверное.

Мирна покачала головой.

- Прошу вас, доктор Африэль, не водите меня за нос. Я достаточно проницательна и может быть именно благодаря своей интуиции и выжила до сих пор. Объясните мне истинную причину.

Африэль раздраженно уставился на свою спутницу, отчаянно сожалея о том, что окуляры мешают точно распознать выражение ее лица.

- Что ж, хорошо, - отозвался наконец он. - Вам следует знать, что по приказу Совета Кольца я должен буду произвести здесь эксперимент, который подвергнет наши жизни, и вашу и мою, серьезной опасности.

На мгновение Мирна замолчала.

- Значит вы из Службы Безопасности?

- Со званием капитана.

- Я знаю... я знала это, когда здесь появились эти два Механика. Они были так вежливы и так подозрительны - мне кажется, что они убили бы меня в первый же день, если бы не надеялись выведать у меня какие-нибудь секретные сведения, заполучив их пытками или подкупом. Честно признаться, я до смерти их боялась. И вы, капитан Африэль... вы тоже пугаете меня.

- Мы живем в жестоком мире, доктор. Дело касается безопасности нашей фракции.

- У таких как вы, все касается безопасности фракции, - ответила Мирна. - мне не хочется вести вас дальше и нет настроения ничего больше показывать. Гнездо и его обитатели - они неразумны, капитан. Они не способны думать и не могут ничему научиться. Они невинны, первозданно невинны. У них нет понятий добра и зла. По сути дела у них нет вообще никаких понятий. И последнее, чего бы им хотелось, это стать бессловесным инструментом в борьбе политических партий, находящихся за миллионы световых лет от их родины.

Тоннелер выбрался из пещеры с грибами, и теперь они медленно продвигались через следующий тоннель, сквозь влажную жаркую тьму. Группы существ, похожих на серые мохнатые бейсбольные мячи, выплывали из темноты им навстречу, появляясь с противоположной их движению стороны. Один из "бейсбольных мячей" попытался закрепиться за рукав куртки Африэля, обвив его руку тонким щупальцем, похожим на тонкий хлыст. Африэль осторожно отцепил от себя "мяч", и тот отплыл от него в сторону, выпустив струйку пара, состоящего из красноватых капель с прогорклым запахом.

- Честно признаться, я почти согласен с основными принципами сказанного вами, доктор, - примирительно подал голос Африэль. - Но возьмем Механиков. Большинство представителей их фракции вовсе уже не люди, поскольку их тела наполовину состоят из механизмов. Можно ли ожидать от таких существ гуманного поведения? Они холодны, доктор, - холодны и бездушны, и способны без малейшего колебания живьем разрезать человека на куски, не задумываясь о боли, которую тот испытывает. Да и большинство представителей других фракций с не меньшей силой ненавидят нас. Нас называют расистами, считающими себя сверхлюдьми. Неужели вы хотите, чтобы другие фракции опередили нас в нашем деле и использовали полученные результаты против нас?

- Все это палка о двух концах, - ответила Мирна и оглянулась по сторонам. Вокруг них рабочие, с грибами в жвалах и с желудками, полными питательной смеси, разбегались во все стороны по разветвляющимся не только по горизонтали, но и вверх и вниз коридорам, торопясь донести пищу до самых дальних уголков Гнезда. Африэль заметил нескольких животных, очень напоминающих рабочих, но только с шестью лапами, движущихся у них над головой в противоположном основному потоку направлении. Это были трутни, обладающие способностью к мимикрии. "Сколько времени, - подумал он, - занял процесс эволюции, путем которого это существо обрело свои способности?"

- Неудивительно, - печально заговорила Мирна, - что в Кольце у нас отмечается увеличение числа врожденных дефектов. - Если человечество на самом деле настолько глупо, что позволило загнать себя в угол, подобный тому, что описали вы, капитан, то лучше распрощаться с этим человечеством навсегда. Лучше провести остатки своих дней в полном одиночестве, а не способствовать распространению безумия.

- Исповедуя подобные мысли, вы способствуете истреблению и нашей фракции, и конкретно нас с вами, здесь и прямо сейчас, - ответил Африэль. - Мы обязаны хранить верность фракции, породившей нас.

- Признайтесь мне откровенно, капитан, - сказала ему Мирна. - Неужели никогда, ни разу в жизни, вы не испытывали желания все разом бросить - абсолютно все - и ваши социальные обязанности, и наш мир, сделав это для того, чтобы уединиться и просто спокойно все обдумать? Чтобы понять предназначение нашего мира и четко увидеть свое место в нем? С самого детства нас основательно обучали, Совет затратил на это много сил, и требования к нам с тех пор особенно высоки. Вам никогда не приходило в голову, что лихорадка будней лишает нас способности видеть перспективу, из-за чего мы теряем осмысленность продвижения к целям, к которым стремимся?

- Наш мир - это космос, - ровным голосом ответил Африэль. - А космос - чужеродная среда для обитания человека, и для того чтобы выжить и преуспеть там, требуется приложить особые усилия, и люди для этого тоже должны быть особенные. Наш инструмент - это наш разум, а любая философия здесь стоит на втором месте. Вы требуете откровенности, извольте: иногда мне тоже приходят в голову подобные мысли. Но это всего лишь очередная слабость наших тел, с которой мы не устаем бороться. Я верю в общество равновесия и порядка. Технологии высвободили огромные силы, которые разорвали социум на множество частей. В результате междоусобной борьбы одна из фракций должна будет победить и подняться над остальными фракциями, взяв на себя функцию объединения. Мы, Модификаторы, обладаем разумом и чувством меры для того, чтобы объединить человечество на основах гуманизма. Ради этого я должен довести свою работу до конца.

Африэль помолчал.

- Лично я не ожидаю, что мне доведется дожить до дня нашей победы. Вероятнее всего меня ожидает смерть в вооруженном конфликте или от руки наемного убийцы. Но для меня достаточно и того, что я всеми силами стараюсь приблизить этот день.

- Какая ужасная самоуверенность, капитан! - внезапно горячо воскликнула Мирна. - Самоуверенность вашей маленькой жизни и вашей жертвы! Возьмите для образца хотя бы Гнездо - тем более, что оно окружает нас! Вы столько говорите о гуманизме и идеальном порядке - но он перед вами! Здесь всегда тепло и темно, здесь хорошо пахнет, здесь нет никаких проблем с едой, здесь жизнь бесконечна и цикл ее круговорота отлично налажен. Единственное, что теряется из круговорота обмена, это небольшое число мужских и женских особей, отправляющихся для закладки новых Гнезд, да малое количество воздуха. Сообщество, подобное такому Гнезду, способно безбедно существовать в течение сотен тысяч лет. Сотен... тысяч... лет. Кто или что тогда через сто тысяч лет вспомнит нас и наши глупые фракции?

Африэль покачал головой.

- Это несравнимые вещи. Не нам мыслить подобными временными категориями. Через сто тысяч лет мы превратимся либо в машины, либо станем богами.

Он схватился за макушку - что-то сдернуло с его головы бархатный берет. Где-то неподалеку еще можно было расслышать монотонное чавканье.

Тоннелер уносил их все дальше и дальше в глубь астероида, пробираясь сквозь коридоры, в которых царила невесомость. Они побывали в камерах для выведения потомства, где на подстилках из вещества, напоминающего толстый шелк, извивались личинки; видели главные грибные плантации; пещеру-кладбище, в котором крылатые рабочие бесконечно били своими крыльями и гнали в коридоры густой горячий воздух, нагреваемый теплом разложения массы захороненных тел. Черные грибы довершали дело, превращая мертвые тела в темный текучий порошок, уносимый почти полностью почерневшими рабочими, уже на три четверти мертвыми.

 

 

Через некоторое время они спустились с тоннелера и дальше двинулись сами. Движения Мирны выдавали ловкость, отточенную долгой практикой; Африэль старался не отставать от своей провожатой, но то и дело болезненно сталкивался с торопящимися ему навстречу рабочими и вполголоса ругался. На полу, стенах и потолке были многие сотни ползучих созданий, старающихся проникнуть в каждый доступный уголок Гнезда.

Чуть позже они побывали в пещере с крылатыми наследниками, принцами и принцессами, в огромном круглом зале с гулким эхом, где в воздухе неподвижно висели поджав лапы существа длиной не менее сорока метров. Тела великанов были сегментными и отливали металлическим блеском, в их грудных клетках, там где могли бы располагаться крылья, можно было явственно различить реактивные сопла. К огромным спинам были прижаты широкие антенны естественных радаров в виде плавных полусфер. Своим видом существа гораздо более напоминали планетарные зонты, находящиеся в процессе сборки, нежели что-либо биологического происхождения. Их распухшее брюхо, перетянутое металлизированными спиралями, было полно сжатого кислорода.

Умело постучав рукой по антеннам проплывавшего мимо рабочего, Мирна вытребовала у него еду, которую тот изверг рефлекторной спазмой. Большую часть пищи, в которой угадывался полупереваренный гриб, она отдала своим с Африэлем спутникам-спиралехвостам, которые жадно пожрали угощение и ясно дали понять, что желают получить больше.

Приняв в невесомости позу лотоса, Африэль решительно откусил кусок предложенного Мирной гриба и принялся сосредоточенно жевать. Гриб был жестковат, но вкус имел неплохой, напоминающий копченое на огне мясо - деликатес, который ему довелось отведать только однажды. В колонии Модификаторов запах гари означал опасность.

Мирна упорно хранила молчание.

- Итак, еда здесь не проблема, - продолжил Африэль. - А как насчет места для ночлега?

Мирна пожала плечами.

- Мы можем спать где угодно... везде можно отыскать пустые никем не занятые ниши или тоннели. Вы не хотите побывать в пещере Королевы?

- Немедленно отправляемся туда.

- Тогда нам нужно достать еще грибов. На страже перед входом в пещеру стоят воины, но их можно подкупить при помощи еды.

Мирна добыла очередную порцию грибов у рабочей особи, череда которых тянулась мимо бесконечным потоком, и они отправились дальше. Африэль, уже совершенно потерявший ориентировку, больше даже не пытался запомнить повороты и направление движения. Наконец перед ними открылась огромная и совершенно темная, в обычном свете, пещера, но ярко освещенная в инфракрасном спектре тепла, испускаемого огромным и горячим телом Королевы. Здесь находилось сердце колонии, ее главная фабрика. Тот факт, что фабрика состояла из плоти и пылала естественным теплом, никак не мог скрыть ее производственное назначение. С одного конца Королевы тонны полупереваренных грибов непрерывно поглощались, уминаемые и перемалываемые огромными незрячими черными жвалами. Толстое и мягкое, словно подушка, сегментное тело заглатывало и переваривало еду, урча, раздуваясь и опадая, издавая громогласные всасывающие и хлюпающие звуки, очень похожие на работу химической фабрики органического синтеза. С другого конца Королевы исходил бесконечный, словно бы конвейерный поток округлых яиц, каждое покрытое насыщенной гормонами смазкой. Рабочие особи торопливо и жадно облизывали яйца, передавая их своим собратьям, которые уносили яйца куда-то во тьму, вероятно, для складирования. Каждое яйцо было размером с человеческий торс.

По-видимому процесс рождения был непрерывным и безостановочным. В незнающем дня и ночи сердце астероида царила вечная тьма. В генах обитателей Гнезда не было заложено никаких упоминаний о суточном ритме. Поток воспроизводства продолжался непрерывно с четкой размеренностью автоматического горнодобывающего рудника.

- Вот причина того, почему я прибыл сюда, - в благоговейном восторге проговорил Африэль. - Только посмотрите на это, доктор. Механики на десятки лет опередили нас, потому что в их распоряжении имеются управляемые компьютерами рудники, в которых сутки напролет трудятся роботы. Но здесь - в центре этого безымянного крохотного мира - заключена органическая технология, генетическая природа которой знает как прокормить себя, как обеспечить свое благополучие, как управлять собой, и все это с абсолютной эффективностью и бездумностью, вечно и бесконечно. Мы видим перед собой великолепный образец естественного орудия труда. Фракция, которая сумеет поставить себе на службу этих незнающих усталости рабочих, мгновенно превратится в промышленного гиганта. А наши знания в биохимии очень обширны. Мы, Модификаторы, являемся теми, кто сможет добиться тут успеха.

- И каким же образом вы собираетесь подчинить себе эти существа? - поинтересовалась с нескрываемым скепсисом Мирна. - Может быть вы собираетесь переправить в Солнечную систему на грузовом звездолете оплодотворенную Королеву Роя? Нам вряд ли по карману подобное, даже при том условии, что Инвесторы согласятся пойти на такое, а ведь они наверняка станут возражать.

- Нам нет необходимости переносить в наш родной мир все Гнездо, - терпеливо ответил Африэль. - Достаточно собрать генетическую информацию об одном единственном яйце. В лабораториях Кольца можно будет клонировать бесконечное количество рабочих особей.

- Но без управляющих ферментов Гнезда рабочие бесполезны. Для того чтобы пробудить в них генетически заложенные модели поведения, необходим кто-то, кто станет отдавать химические приказы.

- Вот именно, - ответил Африэль. - На сегодняшний день я обладаю всем набором составляющих ферментов, искусственно синтезированных и сконцентрированных до высокой плотности. Все, что от нас требуется теперь, это испытать их действенность в реальных условиях. Мне необходимо доказать, что при помощи искусственных ферментов я могу заставить рабочих выполнять свои приказы. Как только это подтвердится, я уполномочен добыть генетический материал, необходимый для лабораторий клонирования в Кольце. Нам не придется просить разрешения у Инвесторов. Остается, конечно, вопрос морали, но в данном плане Инвесторы чрезвычайно примитивны и вряд ли станут вдаваться в подробности. К тому же, когда наши успехи проявятся и план раскроется, Инвесторы не останутся в накладе и не станут возражать. И что самое главное, мы сумеем побить Механиков в их собственной игре.

- Так вы тайком пронесли сюда искусственные ферменты? - спросила Мирна. - И Инвесторы позволили вам это? Они ведь наверняка должны были обнаружить ферменты.

- Здесь вы ошибаетесь, Мирна, - спокойно ответил Африэль. - Не стоит быть таким уверенным в совершенстве Инвесторов. Нам удалось обвести их вокруг пальца. Раса, лишенная любопытства, никогда не стремится проверить все возможности, как это принято у нас, у Модификаторов.

Африэль задрал на ноге штанину и продемонстрировал голую до колена ногу Мирне.

- Видите вот эту варикозную вену? Среди людей, много времени проведших в невесомости, подобное нарушение кровообращения - самый обычный недуг. Однако эта вена была заблокирована хирургическим путем, одновременно с чем были предприняты все меры для исключения воспалительного процесса. Внутри вены находятся капсулы с десятью разновидностями генетически измененных бактерий, каждая из которых выведена специально и способна производить ту или иную составляющую ферментов Роя.

Африэль победоносно улыбнулся.

- Инвесторы тщательно обыскали меня, в том числе использовали для этой цели рентген. Однако в рентгеновских лучах моя варикозная вена имела совершенно нормальный вид, и бактерии, скрытые внутри нее, ничем не выдали своего присутствия. Бактерии невозможно обнаружить при помощи рентгена. С собой у меня имеется небольшой набор медицинских инструментов, в котором в числе прочего есть и шприц. При помощи шприца мы сможем добыть из вены тот или иной тип гормонов и испытать его на рабочих Роя. Когда испытания закончатся - а я не сомневаюсь в их успехе - мы опустошим вену от ее теперешнего содержимого. При контакте с воздухом бактерии немедленно погибнут. После чего мы должны будем наполнить вену образцами ткани развивающегося эмбриона. И тогда не будет никакой разницы в том, выживут ли клетки в течение обратного нашего перелета к Кольцу или погибнут. Внутри моего тела, в стерильной вене, где нет никаких бактерий, процессы разложения исключены. Наши коллеги в Кольце сумеют активировать гены к жизни и заставить их произвести различные касты представителей Роя, точно так же, как это имеет место в природе. В нашем распоряжении окажутся многие миллионы рабочих, а при необходимости и армии покорных воинов, а возможно и органические ракеты, выращенные из генетически видоизмененных женских особей. И если наш план увенчается успехом, то кто, по-вашему, вспомнит меня и вас, наши маленькие жизни и принесенные жертвы?

Мирна потрясенно уставилась на своего коллегу - на этот раз даже выпуклые окуляры не смогли скрыть выражение удивления, уважения и даже страха перед услышанным.

- Для того чтобы претворить в жизнь этот план, я истратил очень много сил и времени, доктор. И теперь рассчитываю только на успех.

- Но то, что вы планируете, это преступление. Это обычное воровство. И кроме того - вы ведь просто собираетесь создать новую расу рабов.

Африэль презрительно пожал плечами.

- Вы играете словами, доктор. Моя работа не причинит Гнезду никакого вреда. Возможно, часть рабочих отвлечется от своего занятия, когда станет выполнять мои химические приказы, но о такой малости можно даже не говорить, согласитесь со мной. Возможно, взятие пробы эмбриона приведет к его гибели, но и тут греха не больше, чем в абортах, которые применяются на нашей родине сплошь и рядом. И стоит ли называть пробу одной нити генетической структуры "воровством"? Думаю, что нет. А что касается скандальной идеи о создании "новой расы рабов" - то я отвергаю ее на корню. Эти существа - генетические роботы. Они не большие рабы, чем лазерные буры или ракеты-танкеры. На худой конец, я согласился бы назвать этих новых полезных существ нашими домашними животными.

Мирна обдумала услышанное. Ее молчание продлилось недолго.

- В ваших словах есть правда. Эти существа не будут похожи на обычных рабочих, которые, глядя на звезды, мечтают о свободе. Обитатели Гнезда лишены способности мыслить. Они нейтральны ко всем проявлениям разума.

- Вы совершенно правы, доктор.

- Они просто примутся работать. И где им придется работать - в наших рудниках или в Гнезде, не имеет для них особого значения.

- Я вижу, что оригинальность моей идеи захватила наконец и вас.

- И если план сработает, - продолжила Мирна. - если план сработает, то благосостояние нашей фракции возрастет неизмеримо.

Африэль многозначительно улыбнулся, не осознавая ледяной сарказм своей мысли.

- А кроме того, доктор, не стоит забывать о личной выгоде... нам выпала благоприятная возможность первыми изучить новейшую многообещающую технологию.

Его голос звучал очень тихо, убедительно.

- Когда-нибудь видели, как идет азотный снег на Титане? Я иногда думаю выйти в отставку и поселиться там, отстроив себе жилище огромных размеров, невероятных, которые никогда раньше невозможно было представить... Это будет гениальный город будущего, Галина, место, где человек нашего уровня сможет, наконец, претворить в жизнь правила, законы и тот уровень дисциплины, отсутствие которых прежде выводило нас из себя...

- Вы говорите безумные вещи, доктор-капитан...

Африэль на мгновение замолчал, потом с усилием заставил себя улыбнуться.

- Вы испортили мою великолепную мечту, - печально сказал он. - То, что я описывал, это лишь прибежище обеспеченного человека, наконец удалившегося на покой, а не мир воплощения собственного болезненного величия... есть тут существенная разница, постарайтесь ее понять.

Африэль помолчал.

- Во всяком случае, могу я считать, что в исполнении нашего проекта вы всецело примете мою сторону?

Мирна усмехнулась и тронула капитана за руку. В ее тихом смехе слышалось нечто странное и даже пугающее, но звук этот мгновенно утонул в урчании и бульканье, доносящемся из неустанно трудящихся объемистых внутренностей Королевы.

- Неужели вы могли подумать, что все следующие два года я стану вести с вами бесконечные дискуссии по поводу вашей теории? Полагаю, что нам следует сразу же разрешить все сомнения и внести полную ясность.

- Прекрасно.

- Ведь, в конце концов, вы не собираетесь причинить никакого вреда Гнезду. Его обитатели так никогда и не узнают, что случилось. И если нам удастся успешно репродуцировать генетические структуры Роя в своих лабораториях в Кольце, людям не придется беспокоить Рой в будущем.

- В ваших словах достаточно правды, - ответил Африэль, одновременно размышляя о несметных сокровищах, сокрытых в недрах планетарной системы Бетельгейзе. Наступит день, раньше или позже, когда человечество отправится к звездам в массовом порядке, и ждать этот день осталось очень недолго. И к наступлению того дня будет лучше знать все ходы и выходы жизненных устоев каждой известной инопланетной расы, способной явится потенциальным противником.

- Я буду помогать вам и сделаю все, что в моих силах, - ответила Мирна. Наступила короткая пауза. - Вы уже достаточно на сегодня увидели?

- Да.

Они покинули пещеру Королевы Роя.

- Вначале вы мне не слишком понравились, - чистосердечно призналась она ему. - Но теперь я узнала вас лучше. У вас есть остроумие, напрочь отсутствующее у большинства агентов Службы Безопасности.

- Вы ошибаетесь, - отозвался он. - Таким образом я стараюсь замаскировать в себе сарказм.

 

 

В последовавшем затем бесконечном потоке времени не было ни часов, ни дней. Были лишь только урывки сна, когда сначала они спали порознь, а потом вместе, обнявшись в невесомости. Взаимное половое влечение и ощущение прикосновения к коже и телу друг друга стало связующей нитью в их крохотном человеческом сообществе, оторванном на многие сотни световых лет от породившего их общества, смысл и понятия которого из-за беспросветной дали начинали терять свое значение. Жизнь в теплых и погруженных во тьму тоннелях Гнезда проистекала только в данном месте и в настоящий момент времени; они, пары мужчин и женщин, были подобны паре микроорганизмов в кровеносной системе огромного существа, бесконечно несомые мерно пульсирующим потоком. Часы складывались в месяцы, само понятие времени теряло всякий смысл.

Программа тестирования синтетических ферментов была довольна сложна, но совсем не невыполнима. Поначалу тесты были самыми элементарными, посвященными исследованию группового стимулирования, когда большое количество рабочих особей принуждалось собраться в пещере или, наоборот, выйти из нее и отправиться в заданном направлении. Химический сигнал распространялся путем передачи от одной особи к другой. Как только приказ был выполнен, рабочие останавливались и ожидали новых указаний; если через определенное время никаких указаний не поступало, рабочие возобновляли прерванную ранее деятельность. Для того чтобы отдавать сложные указания продолжительного действия, необходимо было распространять ферменты в сложной смеси друг с другом, распределяя серии по времени подобно компьютерным командам; командой, отданной, например, при помощи первого фермента, могло быть "собраться вместе в пещере", добавка третьего фермента принуждала рабочих вынести все, находящееся в данной пещере, в другое место. Девятый фермент имел отношение к строительным рефлексам; воздействие этим ферментом на рабочих заставляло их нести в указанное место тоннелеров и носильщиков, запуская их там в работу. С другими ферментами приходилось обращаться крайне осторожно: десятый фермент пробуждал рефлекс ухода за потомством, и мохнатые рабочие, помеченные им, немедленно принялись срывать с Африэля остатки его одежды. Воздействие восьмым ферментом принуждало рабочих отправиться на поверхность астероида для сбора там имеющегося материала, и испытывая этот фермент, исследователи в запале едва не погибли, очутившись в ловушке и с трудом избежав открытого космоса, куда их чуть не вынес вырывающийся наружу воздух.

Исследователи больше не опасались касты воинов. Стало известно, что воздействие шестого фермента повергало воинов в массовое бегство в сторону пещер с запасом яиц, которые якобы подвергались опасности, точно так же, как помеченные этим ферментом рабочие особи принимались немедленно ухаживать за яйцами. Получив предварительные сведения, Мирна и Африэль устроили в одной из пещер для себя безопасное жилище, путем химических приказов выстроив его силами рабочих и поставив для охраны у входа воинов, тоже воздействовав специальными ферментами. Для восстановления кислорода в пещере была устроена собственная плантация грибов излюбленных ими обоими сортов, приготовление которых осуществлялось специально химически обработанной рабочей особью. От малоподвижного образа жизни их персональный рабочий раздулся до невиданных размеров и теперь свисал со стены наподобие огромной виноградины.

Африэль чувствовал невероятную усталость. Последнее время у него сильно нарушился режим сна; он понятия не имел о том, сколько уже не смыкал глаз. Циклы его тела, так же как и Мирны, приспособились к особенностям существования к Гнезде, но накопившаяся со временем раздражительность и утомление не давали ему покоя, и он с трудом сдерживался.

- Скоро вернутся Инвесторы, - поговаривал он. - Их прилета уже недолго осталось ждать.

Казалось, что Мирне безразличны его слова.

- Эти Инвесторы... - сказала она и прибавила что-то на языке спиралехвостов, который он пока плохо понимал. Будучи специалистом по инопланетной лингвистике, Африэль тем не менее так и не нашел времени глубоко освоить скрежещущий язык этих обитателей Гнезда. Обладая знаниями в области языка инопланетян, он никогда не испытывал к этой области исследований особого энтузиазма, глядя на нее как на необходимость карьерного роста; язык же спиралехвостов был упрощенным и деградировавшим и воспринимался им как нечто вроде элементарного птичьего щебета, лишенного углубленности и правил высшего разума. Он знал самые основные выражения, необходимые для того, чтобы отдавать спиралехвостам элементарные приказы и имея теперь за своей спиной силу воинов, не чувствовал необходимости делать эти приказы особенно убедительными. Спиралехвосты боялись его, и пара, ранее прирученная Мирной, теперь, в наступившие благодатные времена, превратилась в толстых увальней с характером тиранов, безжалостно терроризирующих прочих своих сородичей. Африэль был слишком занят для того, чтобы серьезно заниматься изучением спиралехвостов или других подвидов симбиотов. Программа исследований ферментов была слишком обширна и сложна и для своего выполнения требовала четко придерживаться графика.

- Если Инвесторы явятся слишком рано, я не смогу завершить исследования, - сказала ему Мирна по-английски.

Стянув с глаз свои инфракрасные окуляры, Африэль повесил их на шею.

- Всему есть предел, Галина, - проговорил он, зевая. - У нас нет необходимого оборудования, и всю собранную информацию нам приходится запоминать. Для анализа и классификации нам необходимо будет дождаться возвращения в лаборатории Кольца. Надеюсь, что Инвесторы не слишком будут шокированы моим видом. Потеряв свою одежду, я лишился целого состояния.

- С тех пор как закончился период спаривания, в Гнезде не происходит ничего нового. Если бы не эти новообразования в пещерах для хранения яиц и личинок, можно было бы умереть со скуки.

Мирна обоими руками отвела слипшиеся грязные пряди волос с лица.

- Ты не собираешься поспать?

- Да, нужно попытаться.

- Тогда я отправлюсь в пещеры с новообразованиями одна. По-моему, там что-то затевается, и это может оказаться важным для нас. Есть признаки возникновения новой касты. У новообразования глаза как у молодых женских особей, но оно не способно двигаться и висит все время на стене.

- Тогда, возможно, оно вообще не имеет отношения к Рою, - с усмешкой ответил Африэль, чувствуя бесконечную усталость. - Может быть, это просто паразит, имитирующий женскую особь Роя. Сходи и посмотри, если есть желание. Я подожду тебя здесь - пожалуй, все-таки вздремну немного.

Закрыв глаза, он услышал как Мирна пробирается к выходу из пещеры. Африэль немного приоткрыл глаза - в их пещере тьма была неполной, тут и там можно было различить слабое фосфорическое свечение грибов. Переполненный полупереваренной грибной смесью рабочий тяжело ворочался на стене, урча натруженными внутренностями. Под эти звуки Африэль уснул.

 

 

Когда он проснулся, Мирны нигде не было. Он не почувствовал беспокойства. Первое, что он сделал, это отправился в тоннель, заканчивающийся выходом в открытый космос, тот через который он впервые проник в Гнездо, расставшись с Инвесторами. Бояться было нечего - Инвесторы всегда исполняли свои обещания - но он волновался по другому поводу, а именно из-за того, что явившись в один прекрасный день за ним, Инвесторы устанут его дожидаться и улетят без него. Само собой, это случится не сразу, и Африэль рассчитывал, что в случае неожиданного появления Инвесторов Мирне удастся занять их на некоторое время, пока он совершит поход в пещеру с развивающимися эмбрионами, где выкрадет яйцо, после чего разделает его в их жилой пещере и спрячет образец тканей в свой тайник в вене. Нужно, чтобы яйцо было по возможности как можно более свежим.

Чуть позже он немного поел. Он жевал гриб в одной из пещер, окружающих главную плантацию грибов, когда его нашли два спиралехвоста, прирученных Мирной.

- Что вам нужно? - спросил он симбиотов на их языке.

- Дающая Пищу совсем плоха, - проскрежетала большая особь, взмахнув своими лапами в бессмысленном оживлении. - Не работает, не спит.

- Не движется, - прибавил второй спиралехвост. И с надеждой добавил: - Съесть ее?

Африэль отдал спиралехвостам остатки своей еды. Симбиоты жадно пожрали пищу, больше по привычке, чем из чувства голода, что обеспокоило Африэля.

- Отведите меня к ней, - приказал он симбиотам.

Пара спиралехвостов припустилась вперед; он ловко поспевал за ними, умело лавируя среди потока рабочих особей Роя. Они проследовали через длинную череду коридоров, проделав среди хитросплетений коридоров Гнезда не одну милю, и наконец добрались до пещеры, где выращивались мужские и женские особи. Там спиралехвосты в растерянности остановились.

- Ее не стало, - сообщила более крупная особь.

Пещера была совершенно пуста. Никогда прежде Африэль не видел в Гнезде столько пустого пространства, которое бы пропадало зря. Это было так не свойственно для поведения Роя. Он ощутил подкрадывающийся страх.

- Ведите меня к Дающей Пищу, - приказал он. - Ведите меня по ее следу.

Не выказывая особого энтузиазма, спиралехвосты принялись обнюхивать стены пещеры; они хорошо знали его обращение и понимали, что немедленно награды от него ждать не приходится, а пищи в его руках видно не было. Наконец одна из особей отыскала след, или только сделала вид, что отыскала, и быстро побежала по потолку пещеры к ее дальнему устью.

Инфракрасное зрение Африэля в пустой пещере сократилось до минимума - слишком мало здесь было источников тепла. Он устремился следом за спиралехвостами.

Впереди раздалось предупредительное грозное ворчание воинов и испуганное стрекотание спиралехвостов. Внезапно тело одно из симбиотов с силой вылетело Африэлю навстречу, поливая все вокруг хлещущей из раны на месте оторванной головы телесной жидкостью. Тело спиралехвоста ударилось о дальнюю стену тоннеля, и перевернувшись, беспомощно распласталось в воздухе. Симбиот был мертв.

Второй симбиот немедленно припустился наутек, жалобно скрежеща от страха и растерянности. Выставив вперед ноги, Африэль попытался затормозить ими о стены тоннеля. В воздухе уже разносился острый кислый запах разгневанных воинов, испускающих ферменты в такой высокой концентрации, что даже человеческое обоняние было способно их услышать. Буквально через несколько секунд дальний конец тоннеля был перекрыт дюжиной воинов; позади воинов он увидел рабочих и тоннелеров, которые торопливо запечатывали вход в пещеру.

Обладая своим теперешним опытом в обращении с ферментами, он смог бы управиться с одним исполненным ярости воином, но только не с парой и тем более не с дюжиной воинов. Мгновенно развернувшись, он бросился обратно, к выходу из тоннеля. Выбравшись в пещеру молодых принцев и принцесс, он торопливо бросился дальше и скрылся в лабиринтах Гнезда.

Он попытался найти уцелевшего спиралехвоста - заметив его, он легко смог бы отличить его от других, поскольку тот значительно превышал размерами своих сородичей - но разыскать беглеца так и не сумел. Обладая острым чутьем, симбиот при желании мог скрываться от человека в течение неопределенного времени.

Мирна так и не вернулась.

Прошло неизвестно сколько времени. Он снова уснул. Потом снова вернулся в пещеру наследников; там уже стояли на страже воины; воины не проявляли ни малейшего интереса к пище, которую он им предложил, и при приближении Африэля принялись лязгать своими огромными зазубренными клыками. Казалось, что в любой миг они могут растерзать его на части; слабый запах фермента агрессии висел в пещере наподобие незримой дымки. На телах воинов он не заметил ни одного симбиота. Африэлю был известен только один единственный вид симбиотов, который воины допускали к себе, небольшого размера существа, похожие на клещей, но теперь даже эти клещи исчезли.

Он вернулся в свое обиталище, для того чтобы отдохнуть и поразмыслить. Тело Мирны наверняка уже было выброшено в пещеру-кладбище. Не исключена возможность того, что ее кто-нибудь съел. Быть может ему следует добыть из своей вены оставшиеся там ферменты и попытаться с их помощью прорваться в пещеру принцев и принцесс? По его стойкому убеждению, Мирна, или то, что осталось от нее, должно было находиться в дальнем конце тоннеля, в котором погиб спиралехвост и который теперь охранялся воинами. Никогда раньше он не бывал в этом тоннеле и не знал, что может там находиться. В Гнезде были сотни тоннелей, которые ему было недосуг исследовать.

Он почувствовал, что сходит с ума от парализующей нерешительности и страха. Если он спрячется и станет сидеть тихо, если он не предпримет ничего, то сможет дождаться Инвесторов, которые должны прибыть со дня на день. Тогда, добравшись до родного Кольца, он сможет представить перед Советом гибель Мирны в любом свете, как ему заблагорассудится; если ему удастся доставить в лаборатории Кольца генетический материал, никто не станет задавать лишних вопросов. Он никогда не любил Мирну; он уважал ее, но не настолько, чтобы пожертвовать ради нее своей жизнью или судьбой исследований, необходимых родной фракции. Он давно уже не вспоминал о Совете Кольца, и задумавшись теперь о нем, почувствовал, что туман в его голове проясняется. Ему придется объясниться и обосновать все свои действия...

Он все еще был погружен в невеселые размышления, когда живой воздушный шлюз у входа в его пещеру зашевелился. В его жилище ворвались три воина Роя. Он сжался от страха, но мгновенно отметил, что не чувствует в воздухе пугающего запаха озлобленности. Воины осторожно и медленно приблизились к нему. Отлично знакомый с их нравом, он не стал сопротивляться. Один из воинов осторожно взял его за туловище своими сильными клешнями и вынес наружу в тоннель.

Воины доставили его в пещеру принцев и принцесс и дальше, в тоннель, который охраняли их собратья. В конце тоннеля была вырыта новая просторная камера. Почти все ее пространство было заполнено колышущейся, вздымающейся и опадающей черной массой в белых толстых прожилках. В центре огромной массы имелся рот и пара влажных блестящих глаз на длинных стебельках. Нити, напоминающие тонкие щупальца, тянулись из жесткого утолщения-бугра, расположенного прямо под парой глаз. Щупальца, каждое оканчивающееся розовой присоской, бессмысленно и судорожно извивались в воздухе, словно бы нащупывая что-то.

Одно из щупалец ужасного создания насквозь пронизывало череп Мирны. Поддерживаемое жутким органом, тело Мирны бессильно висело в воздухе, безвольное, словно кукла. Глаза Мирны были открыты, но их взгляд был слеп.

Еще одно щупальце было погружено в черепную коробку рабочего-мутанта. Тело рабочего, уже взрослой особи, было полупрозрачно, словно личинка; его голова непрерывно корчилась и деформировалась, постепенно принимая странные черты, делающие его похожим на человеческое лицо. Вот на глазах у Африэля на ней сформировался рот, в котором, в обрамлении двух бледных полуокружий, должно быть имитирующих зубы, шевелилось утолщенное нечто, отдаленно напоминающее язык.

Рабочая особь заговорила голосом Мирны.

- Доктор-капитан Африэль...

- Галина...

- Нет, это не мое имя. У меня вообще нет имени. Но ты можешь звать меня Рой.

Африэль схватился руками за горло. Его желудок вывернуло наизнанку. Огромная вздымающаяся масса была невероятных размеров головой. Даже не головой, а обнаженным мозгом, заполнившим почти всю пещеру.

- Меня снова призвали к жизни, - задумчиво продолжал Рой. - Я был рад видеть, что события, явившиеся причиной моего пробуждения не были особенно серьезными. То, что вызвало меня к жизни, стало уже привычной рутиной.

Существо задумчиво замолчало, тело Мирны покачивалось в воздухе - ее грудь вздымалась в нечеловечески ровном ритме дыхания. Ее глаза раз за разом мигали, мерно как часы, закрываясь и открываясь.

- Явление новой молодой расы.

- Кто ты такой?

- Я - Рой, как я уж говорил тебе. Точнее сказать, я представитель одной из каст Роя. Я инструмент, удобная адаптация; моей специализацией является способность мыслить. Необходимость во мне возникает крайне редко. Приятно снова почувствовать себя нужным.

- И ты все это время находился здесь? Почему ты раньше не вошел с нами в контакт? Не приветствовал нас по прибытии? Мы с радостью встретились бы с тобой. Нам есть о чем поговорить. Мы пришли с миром.

Влажный рот на голове рабочей особи издал отвратительный звук, означающий смех.

- Так же как и ты, Африэль, я ценю иронию, - проговорило существо. - Ты попал в ловушку, доктор-капитан Африэль. Ты пытался использовать знания и опыт Роя в своих целях, чтобы заставить его работать на себя и свою расу. Ты и твоя спутница изучали нас, чтобы научиться выращивать в условиях вашего мира и потом использовать в своих целях. Ваш план достоин всяких похвал, но мы уже сталкивались с этим много раз. Впервые это случилось так давно, когда вашей цивилизации еще и в помине не было.

Охваченный паникой, Африэль лихорадочно соображал.

- Ты - разумное существо, - торопливо заговорил он. - Не в обычае разумных существ причинять друг другу вред. Мы всегда можем договориться. Мы можем быть полезны друг другу.

- Согласен, - отозвался Рой. - Ты можешь быть нам полезен. Проанализировав память твоей спутницы, нам удалось установить, что сегодня галактика переживает один из наиболее беспокойных своих периодов необычайного всплеска развития и распространения разума. Мы воспринимаем разум как нежелательный источник беспокойства. Не раз и не два в прошлом разум досаждал нам.

- Что ты имеешь в виду?

- Вы молодая раса и вы очень самоуверенны, много значения придаете своему знанию и способности мыслить, - ответил Рой. - И как обычно вы допускаете главную ошибку, не принимая во внимание то, что разум - не главное условие выживания.

Африэль оттер пот со своего лица.

- Но мы делаем успехи, - ответил он. - Мы добрались до вас и пришли с миром. Не вы пришли к нам, а мы.

- Я именно об этом и говорю, - невозмутимо отозвался Рой. - Неистребимое желание развиваться, исследовать и завоевывать новые территории - это в крови у молодых рас, настолько, что можно приравнять эту тягу к инстинктивной. Вы наивно убеждены, что ваша тяга познания может утоляться бесконечно. Но эта печальная история стара как мир, и до вас по этой самой дороге прошло неисчислимое количество рас. Через тысячу лет, или чуть позже, вы, как вид разума, исчезнете.

- Вы собираетесь уничтожить нас? Предупреждаю, это будет нелегкая задача.

- И снова ты не понимаешь меня, доктор-капитан. Знание - вот сила! Неужели ты считаешь, что такой слабый вид как вы - с вашими примитивными ногами, вашими смехотворными руками, с вашим слабым, с неглубокими извилинами, мозгом - сможет вместить в себя все необходимое могущество? Конечно же нет! Ваша система уже распадается на отдельные части под ударами своего собственного зачаточного жизненного опыта. Оригинальная форма человека разумного становится достоянием прошлого. Вы пытаетесь изменять свои собственные гены, и ты сам, доктор-капитан, есть только грубый эксперимент своей расы. Через сотню лет вы превратитесь в реликт. Через тысячу лет от вас не останется даже воспоминаний. Ваша раса закончит так же, как до вас закончили тысячи других.

- И чем же они все закончили?

- Мне невозможно описать это в известных вам терминах.

Рабочий-мутант на конце щупальца Роя издал приглушенный смех.

- К тому же, гибель разумных рас происходила за пределами моего внимания. Все они что-то открыли, чему-то научились, в результате их упадок произошел вне моего понимания. Быть может, на своем пути эти расы просто переступили черту бытия. В любом случае, я не ощущаю их присутствия в материальном мире. Они не совершают никаких действий, они не вступают ни с кем в сношения; в плане всех мыслимых смысловых и логических понятий эти расы могут считаться мертвыми. Исчезнувшими. Они могли превратиться в богов, или стать призраками, и в том и другом случае я не испытываю желания следовать их пути.

- Таким образом, получается, что ты живешь словно...

- Разум - это палка о двух концах, доктор-капитан Африэль. Разум полезен только до определенной степени. Разум неизбежно вносит свои коррективы в устоявшийся порядок жизни. Жизнь и разум - две вещи во многом несовместные. И вопреки вашему детскому убеждению, эти два состояния никогда не находились в родственных отношениях.

- Но ты - ты же разумное существо...

- Как я уже объяснил, я всего лишь инструмент.

Видоизмененная рабочая особь на конце щупальца Роя произвела звук, означающий вздох.

- Как только вы начали свой эксперимент с ферментами, химический дисбаланс был немедленно отмечен Королевой. Изменения в Гнезде привели к запуску особого генетического механизма в Ее теле, в результате чего на свет вновь появился я. Химический саботаж - суть проблема, с которой лучше всего справиться при помощи разума. Мой интеллект искусственно усилен, причем настолько, чтобы в своих мыслительных способностях превзойти любого представителя молодой расы. Через три дня после своего появления на свет я уже мог мыслить полностью самостоятельно. В течение пяти следующих дней я занимался расшифровкой знания, закодированного в моем теле, по преимуществу включающего в себя историю моей расы. На исходе пятого дня я полностью уяснил для себя суть стоящей перед Гнездом проблемы и принял решение о том, каковы станут мои дальнейшие действия. Таким образом, мне всего шесть дней от роду.

- И что ты теперь намерен делать?

- Ваша раса весьма активна и склонна к захватнической экспансии. По моим оценкам, вы должны будете появиться в области нашего обитания примерно через пятьсот лет. Быть может, это случится немного быстрее. Для того чтобы подготовится к достойному отпору, необходимо основательно изучить твой вид. Я уполномочен предложить тебе, доктор-капитан Африэль, присоединиться к нашему сообществу на долговременной основе.

- Что это должно означать?

- Я предлагаю тебе, доктор-капитан, стать симбиотом Роя. В моем распоряжении есть мужская и женская особи, чьи гены могут быть изменены в достаточной степени без вреда главному предмету изучения. Вы можете стать прекрасной парой, создав основу для дальнейшего размножения. Таким образом, это сэкономит мне много времени, которое в противном случае должно было быть потрачено на клонирование.

- Как ты мог подумать, что я предам свою расу, чтобы создать вам новых рабов?

- Выбор, стоящий перед тобой, доктор-капитан, однозначен и прост. Ты можешь либо сохранить свой разум и остаться независимым разумным индивидуумом, либо превратиться в марионетку, подвластную мне, что уже случилось с твоей спутницей. Мне пришлось полностью взять под контроль ее нервную систему; то же самое может произойти и с тобой.

- Лучше покончить с собой.

- Это может быть неприятно, но не смертельно - довольно скоро я создам вашего клона. Однако клонирование, в котором я высочайший эксперт, достаточно болезненный процесс для меня. Я являюсь генетическим артефактом; в моем сознании имеются охранные механизмы, которые не дадут мне, при всем желании, получить власть над всем Гнездом. Подобное означало бы тот же тупиковый путь, которым безуспешно пытались пройти многие разумные расы, а о их печальной судьбе я уже упоминал. По тем же самым причинам, моя продолжительность жизни ограничена - просуществовав лишь тысячу лет, я уйду в небытие, но прежде исчезнет ваша раса, поглощенная своим собственным легким водоворотом, порожденным легкомысленным выплеском энергии, по сути незначительным и бесполезным. После этого в галактике снова воцарит мир, и я стану ненужен.

- Всего какая-то тысяча лет? - горько усмехнулся Африэль. - И что потом? Насколько я вас понял, вы убьете всех моих наследников, потому что от них больше не будет пользы?

- Нет. Мы не уничтожили ни одного представителя ни одной из пятнадцати разумных рас, которых ассимилировали для исследовательских целей и разработки стратегии защиты. В этом просто не было необходимости. Взять, к примеру, вот этого маленького мусорщика, что плавает у твоей головы, доктор-капитан Африэль, того, что кормиться твоей рвотой. Пять миллионов лет назад его предки заставили трепетать всю галактику. Когда они напали на нас, мы выпустили против их кораблей свои, с командой из существ их собственного вида. Конечно, мы внесли незначительные полезные изменения в генетическую структуру своих защитников, сделав их умнее, придав им жизнестойкости и привив им абсолюно полную преданность нам. Гнездо было их родиной, единственным известным им миром и они сражались за нас с яростью и изобретательностью, которые, конечно же, были бы нам самим не по силам... Когда ваша раса явится к нам, чтобы напасть на нас, мы, естественно, поступим точно так же.

- Но мы, люди, другие.

- Без сомнения.

- И через тысячу лет мы останемся верны себе. Вы все погибнете, и наши потомки завладеют вашим Гнездом. Через несколько поколений мы овладеем технологиями, которые сделают нас невероятно могущественными. И то, что вы лишите нас опыта, который должен был принести с собой я, ничего не изменит. И здесь вам тоже не удастся превратить людей в предателей. Жить во тьме, не значит родиться с тьмой в душе.

- Конечно, тьма здесь не при чем. В Гнезде вообще вам не нужны будут глаза. Вам не нужно будет ничего из вашего привычного арсенала чувств.

- Так ты предлагаешь мне жизнь? Ты предлагаешь мне жить здесь и учить своих потомков?

- Вот именно, доктор-капитан. Откровенно говоря, мы оказываем тебе услугу, если не сказать честь. Через тысячу лет твои потомки будут единственными уцелевшими представителями расы людей. Мы щедро делимся своим бессмертием; для того чтобы сохранить ваш вид, мы берем вас под свое покровительство.

- Ты ошибаешься. Ты, Рой, неверно судишь разумных, и во всем, что ты сказал, тоже кроется порок ошибочных предпосылок. Может вам удалось превратить другие расы в паразитов, но с нами, людьми, у вас ничего не выйдет. Мы другие.

- Я и не пытаюсь оспаривать вашу оригинальность. Вопрос в том, согласен ли ты, доктор-капитан, на наши условия?

- Да, я принимаю твой вызов. Но знай, тебя ожидает поражение.

- Прекрасно. Когда здесь в следующий раз появятся Инвесторы, спиралехвосты объявят им, что ты погиб - был съеден мусорщиками. После чего они сообщат Инвесторам, что дальнейшие их визиты нежелательны. Инвесторы больше никогда не появятся здесь. Следующими, кого мы ожидаем, будете вы, люди.

- Не я одолею вас, а они.

- Возможно, но не об этом теперь речь.

Существо на конце щупальца снова вздохнуло.

- Я рад тому, что мне не пришлось абсорбировать твою личность, доктор-капитан. Надеюсь, что наши беседы скрасят века ожидания.

 


 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"