Аннотация: Статья Курта Воннегута мл. о великолепной советской переводчице Рите Райт-Ковалевой.
ПРИГЛАСИМ РИТУ РАЙТ В АМЕРИКУ !
Курт Воннегут, мл. журнал The New York Times Book Review
Я хочу, чтобы наше правительство и ряд университетов как можно скорее пригласили бы Риту Райт-Ковалеву в Соединенные Штаты. Она - большая почитательница литературных талантов и советская переводчица работ Вильяма Фолкнера и Дж. Сэллинджера и Джона Апдайка и Франца Кафки и Анны Франк и Роберта Бернса, помимо всех прочих.
Мисс Райт ни разу не бывала у нас и хочет побывать, а я хочу, чтобы ей показали страну Фолкнера, и чтобы она приятно провела у нас время. Ее до смешного просто порадовать. В октябре прошлого года я наблюдал в какой экстаз привел ее Париж. Произошло это во время одной из ее поездок за пределы своей страны, которых она совершила за свои семьдесят пять лет жизни в общей сложности четыре. Она показала мне Версаль, который для нас обоих стал ошеломительным открытием. "Я д а р ю его вам," сказала она. Ее английский великолепен.
Ее здоровье также великолепно. Как и литературные вкусы. В Советском Союзе переводчики находят хорошие на их взгляд книги на иностранных языках, а затем бьются, чтобы убедить правительство опубликовать их. И если поразмыслить над тем к а к и е книги Рита Райт дала возможность прочитать своему народу, нельзя не признать, что она укрепила международное понимание на самом глубоком уровне ничуть не меньше кого бы то ни было в наше время. Я счел бы очаровательным, если бы этот факт был отмечен в учебниках истории.
В нашем времени она пребывает уже довольно долго и знает многих знаменитых людей. Она была ребенком, когда случилась революция. Она училась у Павлова и получила ученую степень по физиологии. Задумайтесь над этим. Она - вдова капитана подводной лодки, который относился к литературе без особого энтузиазма. Она с уважением относилась к отсутствию этого энтузиазма. И когда она приедет сюда, если она приедет сюда, всем откроется, что она без надлежащего энтузиазма относится к, и фактически поразительно несведуща в вопросах, политики и экономики.
Ее глубоко пристрастные мнения о достоинствах различных советских писателей, к примеру, не имеют никакого отношения к тому, находятся ли эти самые писатели в политическом фаворе или нет. Ее интересует лишь одно: умеют ли вообще эти писатели писать.
Ее, как и многих других людей, чрезвычайно легко смутить, и я с удовольствием вгонял ее в краску рассказами о пиратском книгоиздании, каверзно практикующемся в Советском Союзе. Интрига заключается в следующем: книги зарубежных писателей издаются там без разрешения авторов. Так случилось с несколькими моими книгами, при этом меня даже не уведомили об их издании.
А каверза в том, что авторские гонорары, начисленные господь-один-ведает-по-какому-принципу, кладутся столь же таинственным образом авторам на банковские счета, которые находятся господь-один-ведает-где. Ходят слухи, о том что писатель может пользоваться этими деньгами только внутри СССР.
Совершенно же точно установлено вот что: их нельзя передать Солженицину. Грэм Грин попытался сделать это уже несколько лет тому назад, но его затея провалилась. Как и следовало ожидать. Другие социалистические страны решают эти вопросы более честно и открыто. И я сказал Рите Райт, что лишь на Формозе с зарубежными писателями обращаются столь же оскорбительным для них образом, как в СССР. Ее покоробило. "Лишь на Формозе", повторила она за мной. "Я скажу им", сказала она. И, кстати, я уверен, что она это сделала. В свое время она не побоялась предложить им напечатать Кафку, так что, конечно же, она им сказала.
А Россия безусловно мало-помалу выучится хорошим манерам в отношении соблюдения авторских прав. Я полагаю, мы можем подождать. И пока мы ждем, мы должны продемонстрировать наши собственные хорошие манеры, пригласив Риту Райт взглянуть на нас, прежде чем возраст более не позволит ей путешествовать. Предстоит соблюсти массу формальностей. Насколько я понимаю, ее должны официально пригласить наши маститые университеты на предмет занятий самыми серьезными учеными вопросами. Наш собственный Государственный Департамент должен выразить удовольствие по поводу возможности прибытия столь почетного гостя. Я ищу надлежащие административные органы, которые знают, как делаются такие вещи. Было бы просто очаровательно, если бы надлежащие административные органы в свою очередь связались со мной.
Предупреждаю заранее: она не совсем без ума от Достоевского. И последний роман Солженицина ей не представляется настолько хорошим, каким он кажется многим иностранцам. Хотя ранние работы Солженицина убедили ее, что СССР должен гордиться таким писателем. Что она представляет из себя в качестве переводчика? Люди, достаточно компетентные, чтобы на их мнение можно было положиться, сказали мне, что она - первоклассный переводчик. Там, у них, ее перевод "Над пропастью во ржи" остается одним из самых сенсационных бестселлеров всех времен. Подобно тем, кто публиковался в журнале The Times, ей было запрещено пользоваться бранным "F___ you", но она гордится, что отыскала старинное русское выражение, настолько причудливое, что оно не обладает официальным статусом непристойности. Жалоб и протестов оно не вызвало и книга вышла так, как ее перевели. К большому удовольствию Риты Райт причудливое выражение в контексте шедевра Сэллинджера звучало не более и не менее оскорбительно, чем, по ее мнению, того хотел бы сам Сэллинджер.