Аннотация: "...ночью мой лучший друг нассал мне под дверью..."
Ночью мой лучший друг нассал мне под дверью. Я снимаю квартиру на четвертом этаже без лифта. Собаки иногда это делают, чтобы пометить территорию и отвадить соперников, но он же не собака, он мой лучший друг, и, кроме того, моя квартира - это не его территория, ведь нассал-то он под моей дверью.
За несколько минут до этого мой лучший друг стоял на остановке и ждал автобуса. Не знал, что делать. Мало-помалу мочевой пузырь начинал его доставать. Сначала он пытался сдержаться, терпел до последнего, напоминал себе, что вот-вот придет автобус, но прошло двадцать минут, а автобус все не шел. И тут он вспомнил, что я, его лучший друг, живу в какой-то сотне метров оттуда, на четвертом этаже без лифта, на съемной квартире. И он пошел ко мне в гости. Точнее, не пошел, а побежал, терпеть становилось все труднее, с каждым шагом давление в мочевом пузыре возрастало, он уже думал свернуть в какой-нибудь двор и там облегчиться, у стены или возле газового баллона. Но к тому времени он уже был в пятидесяти метрах от моего дома, и мысль о том, чтобы поссать в чужом дворе, показалась ему скотской и малодушной. У него много недостатков, у моего лучшего друга, но малодушным его не назовешь. И он кое-как доковылял до моей квартиры, поднялся четыре этажа, и с каждой ступенькой ему казалось, что мочевой пузырь вот-вот лопнет, как воздушный шарик.
И когда он наконец-то позвонил мне в дверь, оказалось, что меня нет дома. Именно в тот момент, когда я был нужен ему больше всего, я, его лучший друг, торчал в каком-то баре, сидел себе у стойки, болтая ножками, и уговаривал одну телочку пойти ко мне домой, переночевать. А лучший друг стоял в это время у моей двери в полном отчаянии, он же слепо доверял мне, полагался на меня без оглядки. И тогда он почувствовал, что не в силах больше сдерживаться, что четыре этажа вниз по лестнице ему не одолеть, - единственное, что он мог сделать - это расстегнуть штаны и нассать мне под дверью, и оставить маленький клочок бумаги со словами "прошу прощения".
А девушка, которую я уломал-таки пойти ко мне домой, как увидела лужу, так прямо вся перекосилась, и сказала - "Фу, гадость!.. Во-первых, наступать сюда я не собираюсь, еще чего. Во-вторых, даже если ты это вытрешь, запах все равно останется, вся квартира, наверное, уже провоняла. И в-третьих," - она скривила губы - "в-третьих, если твой лучший друг ссыт у тебя под дверью, это кое-что говорит". Помолчала и добавила - "о тебе самом". И опять помолчала, и снова добавила - "кое-что не шибко приятное". И ушла. Это она мне рассказала, что собаки так метят свою территорию. После слова "собаки" она сделала маленькую паузу и посмотрела на меня многозначительно, то есть имелось ввиду, что между собаками и моим другом есть немало общего. Посмотрела и ушла, а я принес с балкона тряпку, ведро воды и вымыл пол, насвистывая песенки из кинофильмов. Я был очень доволен собой, - гордился, что стерпел и не врезал ей по морде.