Полле Эрвин Гельмутович: другие произведения.

Аникеев Валентин

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Физики, химики - профессионалы. Лирики, также рыбаки, туристы, грибники, пьяницы... - любители. А дети, как ни странно, хорошие.


Аникеев Валентин

02.04.1940 г. - 21.02.1992 г.

  
   Уважаемый читатель! Более 20 лет нет лучшего друга в моей судьбе. Давно публично обещал создать памятный текст, посвящённый Валентину Семёновичу Аникееву. Думаю, время пришло, можно ведь и не успеть. Всё меньше остаётся людей, которые знали в учебно-научной сфере дружную пару, не говоря уже о тех, с кем вместе пили, рыбачили и бродили по горам.
   Возникала мысль вставить заметки о Валентине в недавний мемуарный сборник "ХИМИКИ" (http://samlib.ru/p/polle_e_g/chimikidoc.shtml), ведь в Барнауле и Томске Аникеев сотрудничал преимущественно с химиками. Однако специфический физико-математический интеллект и своеобразие характера друга явно не вписывались в формат воспоминаний о коллегах-химиках, оставивших заметный след в моей жизни.
   С Валентином мы жили и работали рядом в Барнауле всего 4 года, но общались почти 18 лет. В те, уже далёкие, времена у меня и мыслей не было вести дневник, что-то фиксировать для будущих мемуаров. В десятках текстов личной жизненной мозаики, размещаемой с 2003 г. в самиздате библиотеки Мошкова, есть упоминания о Валентине в разных ситуациях. Попытаюсь перешерстить "литературные изыски", что-то конкретизировать и создать единый текст, прошу простить, ссылок на базовые материалы делать не буду. Вспомнить ещё не упомянутые ранее факты вряд ли удастся, хотя отдельные оценки конкретных событий, безусловно, корректируются временем.
   Чувствую сложность в приоритетах изложения, что первично: биография, научное сотрудничество или дружба? Всё переплелось, но в наших с Валентином отношениях никто не искал личной выгоды. Не случайно говорю об этом во введении. Спустя 4 года после переезда из Барнаула в Тюмень, моя жена Нина повезла представлять диссертацию (традиционный продукт научной школы химиков-органиков профессора Тронова) на родной химический факультет Томского университета. Мало того, что её демонстративно "отфутболили" (Борис Владимирович ушёл из жизни и не мог повлиять, пришлось демонстрировать достойный уровень научной работы в Свердловске), ещё и десяток лет распространялись слухи, что диссертацию Полле, т.е. мне, написал Аникеев, причём говорили это люди, никогда не встречавшиеся с Валентином. У движущихся быстрыми темпами вверх (впервые аспирант Алтайского политехнического института в срок защитил диссертацию, первым среди сокурсников стал кандидатом наук и доцентом) всегда хватает завистников, но услышать такое - перебор. Безусловно, к этим сплетням Валентин не имел отношения.
   Уважаемый читатель! Прошу понять, ниже изложен не полноценный памятный портрет Валентина Аникеева, а некие всплески памяти о наших с ним взаимоотношениях и крепкой дружбе. Возможно, многовато пишу о своих личных поступках, но только для того, чтобы оттенить поведение Валентина в разных ситуациях, текст посвящён именно ему. И ещё. Не хватает иллюстраций времени нашего близкого общения. Единственный фотоаппарат ("Зоркий") в компании был у меня. Довольно много снимал, но в общежитии сложно заниматься проявлением, закреплением и особенно печатанием фотографий (люди старшего поколения хорошо знают, щёлкнуть затвором фотоаппарата можно быстро, а печатание хороших фотографий требовало места, времени и усидчивости). Набиралось много плёнок с печатанием "потом". Часть этих нераспечатанных плёнок вместе с фотоаппаратом остались в Тюмени. Короче говоря, сегодня у меня нет даже ни одного совместного фото с Валентином, его женой Лидой. К счастью, сохранилось видео нашей последней с Валентином встречи в марте 1991 г. Удалось выделить несколько кадров. Пусть и невысокого качества (приведены в конце данного текста), но, внимательно присмотревшись, можно увидеть подтверждение отдельных черт характера Аникеева.

---------------------------------------

  
   О происхождении Валентина. Использую материалы, включая фото, любезно предоставленные мне троюродным братом и тёзкой Валентином Васильевичем Аникеевым (Владивосток, Почётный архитектор России, член-корр. Академии архитектуры...).
   Семён Павлович Аникеев - отец Валентина - сын расстрелянного в гражданскую войну бандитами большевика с дореволюционным стажем. Семён Павлович после рабфака год учился в военно-политическом училище, потом ушёл из него и окончил Коммунистический университет. Работал в аппарате ЦК ВКП (б), поднялся до заведующего сектором орготдела ЦК.

0x01 graphic

Семён Павлович Аникеев, отец Валентина.

Слева - студент военно-политического училища (~ 1937г.)

   Жена Мария (рано умерла) родила Семёну Павловичу двух сыновей - Валентина и Александра. После смерти мамы (Валентину года 2-3) в семье появилась первая мачеха - Ася. Родился второй брат Валентина - Анатолий. Ася работала в Минвнешторге, в конце 50-х в Харбине нашла себе другого мужа. Развод. Как следствие, у Валентина появилась вторая мачеха - Полина (учительница английского языка) и третий брат Евгений.
   Развод сказался на карьере Семёна Павловича (было время, партия не поощряла открытое выяснение семейных отношений) и его отправили из Москвы в Подмосковье. Сначала первым секретарём горкома партии в Загорск (ныне Сергиев Посад). В моей личной памяти из разговоров с Валентином осталось, что его отец также работал первым секретарём Подольского райкома партии, что их семейным другом был крупнейший партийный функционер того времени Н.Г.Егорычев (в 60-е 1-й секретарь Московского горкома КПСС).
   Семён Павлович защитил кандидатскую диссертацию по философии. Будучи пенсионером, преподавал исторический и диалектический материализм аспирантам Московского авиационного института. Много писал (больше "в стол"), оставил после себя в Хотьково (именно оттуда приехал в Барнаул Валентин) огромную библиотеку и богатейший семейный архив. Умер Семён Павлович в начале 80-х годов. Архив Семёна Павловича последняя жена Полина не захотела передать Аникеевым (как это популярно в современной России), то ли уничтожила, то ли оставила у родного сына Евгения.
   О детях Семёна Павловича. Цитирую запись Валентина Васильевича Аникеева без купюр. Валентин и Саша у Полины были изгоями - она их плохо одевала, жили впроголодь (хотя Женя был баловнем и питался много лучше). Семён Павлович из-за этого переживал, но Полина держала его "под пяткой", он даже хотел уйти, но, то партия, то совесть его держали. Его мать - бабушка Анютка - даже в старости подрабатывала надомницей в артели, вязала перчатки и носки, заработанные деньги давала Семёну Павловичу на детей, а Полина покупала себе дорогие вещи. Но ребята были умницы, жизнь им давалась трудно и многому научила, прежде всего - самостоятельности.

0x01 graphic

Анатолий, Евгений, Александр (слева направо) - братья Валентина.

   Саша (брат Вали) хотел быть лесником - он любил лес, рядом с Хотьково есть лесотехнический институт (бывшая Лесотехническая академия), и он хотел идти туда учиться. Но потом по примеру Валентина пошёл в МГУ на механико-математический факультет, окончил его, женился на своей сокурснице Гале, оба они работали в космической фирме С.П. Королёва, а жили в Болшево. С жильём было плохо, поэтому Саша взял маленький участок недалеко от Хотьково, построил на нём маленькую избушку, и они с Галей оттуда ездили по два - три часа в Болшево. Потом они получили от фирмы Королёва трёхкомнатную квартиру в Калининграде (ныне город Королёв) и живут там. У них с Галей одна дочь - Ира, по мнению родных довольно легкомысленная и ветреная девушка. Вышла замуж, родила ребёнка, муж ушёл в армию, а она вышла за другого.
   После развала СССР Саша из-за безденежья работы в космической фирме освоил печное дело - стал класть печки и камины в особняках большого начальства. Случайно он оказался на даче начальника службы внешней разведки России генерала Трубникова, сделал ему классный камин и печи. Тот его порекомендовал своим друзьям и знакомым, он теперь нарасхват по высоким начальникам, занимается каминно-печным делом и хорошо зарабатывает. Даже когда он заболел, его лечили в поликлинике и больнице службы внешней разведки.
   Галя на пенсии, здоровье у неё, как и у Саши - неважное, но живут, слава Богу.
   Женя (сын Семёна Павловича от Полины) окончил философский факультет МГУ (кстати, его же окончил Толя - сын Семёна Павловича и Аси, по отзывам Перовых - хороший, умный и очень порядочный парень). Так как Женя был избалован и жил за спиной мамы, то к жизни мало приспособлен, живёт, по мнению родственников, в каком-то выдуманном им мире. Преподавал он в Лесотехническом институте, а его жена преподавала в Абрамцевском училище народных промыслов.

0x01 graphic

Евгений Семёнович, Валентин Васильевич и Александр Семёнович Аникеевы.

0x01 graphic

Май 2006 г. Аникеевы: Анатолий Семёнович, Валентин Васильевич,

Павел (сын Валентина), Ирина Александровна.

   Потом Женя ушёл из этой семьи, сошёлся с одной из преподавательниц Лесотехнического института - татаркой Розой (у неё уже был сын Тимур - фотокорреспондент газеты "Известия"), Роза родила ему дочку. Они снимали квартиру (квартира Семёна Павловича в Хотьково осталась у первой жены Жени), из института их выгнали, Женя ушёл работать в газету "Взгляд". Сейчас их снова взяли преподавателями в институт, жильё они так и не купили. Его сын от первого брака - Серёжа - кончил Амбрамцевское училище, женился, у него двое детей. Работал Серёжа художником-альфрейщиком в какой-то фирме от Московской патриархии, его пригласили поработать от патриархии для какой-то церкви русских эмигрантов в Австралии, он уехал туда и сейчас работает в Австралии.
   Уважаемый читатель! Семейная справка несколько затянута, но отчётливо даёт понять, что Валентин вырос в среде московской партийной элиты с внутренними семейными страстями, однако, не могу представить жизнь Валентина "впроголодь" (слишком объёмное понятие и в разных слоях общества оценивается по-разному, кому хлеба не хватает, кому икры на хлеб). Помню, как в 1973 г. Валентин привёл меня ночевать к своей тётушке в центре Москвы (выбирались после Всесоюзного совещания из Риги в родную Сибирь). Огромная квартира с высоченными потолками, массивной мебелью, в одной из комнат умные мужики играли в бридж. Широко раскрытыми "периферийными" глазами удивлялся габаритам квартиры (мне постелили в отдельной комнате), нелегальному розыгрышу первенства Москвы в интеллектуальной карточной игре (в "брежневские" годы кто на кухне болтал, кто в самиздат писал, кто "вражьи голоса" слушал, кто картами забавлялся). Основным впечатлением и спустя 40 лет осталось, что в квартире родственников Валентина собирались "смышлёные" (один из любимых наших с Валентином жаргонизмов) люди. Думаю, не случайно.

---------------------------------------

  
   Бытовуха. Мы познакомились с Валентином в июле 1964 г., когда я получил хорошую, по оценкам того времени, комнату на 1-м этаже студенческого общежития (сортир и кухня не так далеко по коридору), а Валентин уже месяц проживал в маленькой комнатушке (6-8 кв. метров) на верхнем, 4-м этаже.
   Похожи мы только по возрасту, а по большинству параметров антиподы. Коренной москвич и казахстанско-сибирский провинциал. Холостяк и семейный с ребёнком. Русский и немец. Лысоватый и волосатый. Физик-теоретик - выпускник МГУ и химик-практик - выпускник ТГУ. Ассистент и аспирант. Умный не спешащий "очкарик" и быстро принимающий решения в критических ситуациях прагматик. Курящий почти без мата и некурящий любитель материться. Говорливый, коммуникабельный и не очень. Сова и жаворонок. Какую сферу ни возьми, везде разные интересы, скажем ещё, я активно занимался филателией, Валентин - безразличен. Почти полвека пытаюсь разобраться, что же так сцепило нас в жизни. Думаю главное - обоюдная способность работать до изнеможения, умение слушать и слышать друг друга и любовь к природе.
   Научное сотрудничество с Валентином завязалось года через два. Поясню. Мы с женой Ниной перевелись в аспирантуру Алтайского политехнического института (АПИ) из Томского университета формально с 01.10.1964 г., а наш руководитель Борис Владимирович Тронов ещё год не решался переехать в Барнаул, тогда как в АПИ даже не существовала кафедра органической химии. С помощью ректора мы занимались подготовкой рабочего места для будущих экспериментов, каких-то серьёзных успехов не достигли (какая наука в совсем молодом ВУЗе с одним доктором наук?). С приездом Тронова (второй маститый учёный в АПИ) принято решение взять академический отпуск в аспирантуре, поработать год ассистентом и основательно подготовиться к форсированию диссертации.
   Общались с Валентином практически ежедневно и не по одному разу все четыре года моей жизни в Барнауле, хотя работали в разных корпусах АПИ. Валентин с большим удовольствием возился с дочкой Эльвирой, а позже и с родившимся в 1966 г. Игорем. Хорошо запомнил совместные поездки впятером электричкой на природу в сторону Новосибирска. Незабываемая картина: Аникеев с рюкзаком за плечами тащит на руках Игоря, я держу на руках Эльвиру, сквозь заросли тальника пробираемся от остановки к месту рыбалки и там уже "сдаём" детей Нине. Нередко Валентин оставался за няньку, когда мы оба с Ниной отсутствовали. Валентин хорошо знал наш семейный график и обычно к ужину не опаздывал, утром общались редко, только если собирались на рыбалку.

0x01 graphic

1966 г. Барнаул. Слева от меня Валентин Аникеев, в центре маленькая Эльвира.

   В Барнауле серьёзно продвинулись наши познания в рыбной ловле, благо Валентин тоже любил посидеть с удочкой. Начинали рыбачить ранней весной в деревенских прудах. Мелкий карась - рыба осторожная, требует высокой культуры обращения с удочкой. Помню, Витя Левин (также аспирант Тронова, работал в Томске, но часто приезжал в Барнаул) всё удивлялся: почему у тебя клюёт? Рассматривал мою насадку, высоту поплавка, забрасывал рядом со мной. Ничего не помогало. Результат: у меня 7, у Вити 2, у Валентина 4 карася (не рисуюсь, конкретные цифры на разных рыбалках отличались, но соотношение всегда примерно такое). Кончилось соревнование с Витей тем, что он просто в моём присутствии прекратил рыбачить. Витя - типичный умный представитель своей национальности, всегда уверенно (кажется, профессионально) рассуждал на любую тему, а в конкретных делах нередко оказывался слаб. Однажды, он завлёк нас с Валентином разговорами о ловле линей в какой-то деревне в 150 км от Барнаула. Поехали. Сначала поездом в сторону Бийска. Затем 30 км на попутном грузовике. Приехали в деревушку на берегу озера. Даже следов линя увидеть не удалось. Половили немного ельцов, впервые освоили новую для себя наживку - ручейник, местные жители звали его "дударь" (белый червячок спрятан в маленькую дудку). Елец прямо дуреет, дождевой червь в описываемой ситуации впервые в моей практике проиграл конкуренцию.
   Летом чаще рыбачили с Валентином на Оби. Утром встаём пораньше, пешком добираемся до берега, без особого труда ловятся щурята, часам к 10 возвращаемся с полным 3-х литровым бидончиком. Наживка? Обычный червь.
   В субботу с Аникеевым, ещё кем-то, иногда с женщинами (Валентину нравились дамы на рыбалке, мне нет, отвлекают разговорами), на теплоходе перебирались на обские острова с ночёвкой. Ловля закидушками и донными удочками. Всегда были с рыбой, однажды поймал на донную удочку стерлядь, большая редкость после строительства ГЭС в районе Новосибирска. Естественные пути размножения стерляди оказались перекрыты. Рыбачили с берега, никогда с лодок, просто у нас к ним не было доступа, а своих ещё не имели возможности завести.
   Выше упоминал, что нередко ловили с Аникеевым мелочёвку для ухи в мелких речушках по ходу электрички в сторону Новосибирска. Пытались ловить карпов в прудах (в СССР бум по искусственному разведению), но каких-то серьёзных успехов не помню.
   Ещё один рыбак - Витя Левин, появляясь в Барнауле, останавливался в нашей комнате. И дуэт с Аникеевым превращался в изумительное трио "умников", которое в состоянии было "забить" интеллектом любую барнаульскую кампанию, а может и не только барнаульскую. Вспоминаю совместную поездку на охоту 8-10 мая 1966 г. с Аникеевым и Левиным. Пострелять, постреляли из незарегистрированных мелкокалиберных винтовок, но ничего не убили. Промокли до нитки, спас от болезни только НЗ спирта. "Для полного счастья" (один из типичных примеров нашего с Аникеевым сленга) уже в душе общежития обнаружил клеща, впившегося рядом с пупком. В Томске борьба с клещевым энцефалитом разворачивалась активно, по крайней мере, на словах. А как в Барнауле? На всякий случай куда-то позвонил и мне ответили, что в окрестностях краевого центра не зафиксированы укусы заражённым клещом. Успокоился. Вдруг через 3 недели (примерный срок инкубации клещевого энцефалита) резко подскочила температура, сопровождаемая сильной головной болью, и я не смог составить друзьям компанию. Валентин и Витя с дамами отправились на Обь, когда вернулись, перепугались не на шутку (Нина в декретном отпуске и вместе с Эльвирой находилась у тёщи в Бийске), вызвали скорую помощь. Что-то прописали... Обошлось. Это был первый из 4-х зафиксированных укусов клещём, но последующие контакты с этой заразой сопровождались в Томске уколами гамма-глобулина. Как-то Бог проносит мимо энцефалита, а сколько знакомых пострадало.
   В Барнауле с Валентином и женой Ниной пристрастились к грибной охоте. Вспоминаю поездку на электричке в Усть-Тальменку (райцентр, расположенный на реке Чулым). Порыбачили и возвращались с рыбой и рюкзаками, полными груздей. Забавная (или не очень?) встреча произошла с семьёй из 3-х лосей (телёнок весьма шустрый) в сосновом бору под Барнаулом. Расстояние не более 10 метров, глава семьи нагнул огромные рога и двинулся в нашу сторону. Надо ли говорить, что сбор грибов немедленно прекратился, и мы вернулись домой с яркими впечатлениями вместо боровиков. В Барнауле научился очень неплохо (я так думаю!) жарить грибы (белые, маслята, подосиновики..., никаких пластинчатых) в молоке. Вкусно, и до сих пор готовлю грибы на сковородке, когда изредка приходится, только по своему рецепту. Не признаю распространённый способ приготовления грибного жаркого, когда в сковородке одновременно жарятся картошка, грибы и лук. Съедобно, конечно, но, по-моему, надо отдельно готовить грибы и картошку, а потом каждый сам определит пропорции и сверху "натрусит" зелени. Не помню, чтобы Аникеев опаздывал к "грибам в молоке".
   Внешний вид Валентина: никакой спортивности, небольшая голова (много раз с юмором рассказывал, как в школе папа купил ему на вырост шапку-ушанку 56 размера, а в 25 лет носит 54-й), лысоват, нос чуть-чуть крючком, очки в позолоченной оправе. Заметен интеллект, естественно, тому, у кого есть что-то в собственной "коробке". Я не случайно упомянул форму носа. Читатель может подумать, что намекаю на еврейское происхождение Валентина, отнюдь, и если доля соответствующей крови присутствовала, то, думаю, не от родителей, а от прошлых поколений. Одно из любимых развлечений - игра в карты "под интерес", а в качестве "интереса" выступал нос (денег на забаву не было). Нередко мне приходилось бить, у Валентина где-то к десятому удару постоянно на кончике носа выступала капля крови. Вынужденно "жестокие" стимулы отменили. А играли мы с ним преимущественно в "дурака" вдвоём, очень даже интеллектуальная игра, в сериях из 10, 20 партий случайный выигрыш практически исключён. Публика со стороны не могла понять, почему два "умника" занимаются ерундой. Впрочем, не так давно узнал, что "дурак вдвоём" - распространённое развлечение крупнейших шахматистов, в частности Анатолий Карпов даже участвует в чемпионатах по этому виду карточных игр.
   В моих текстах при описании контактов с Валентином слишком часто упоминаются пьянки (очередной любимый жаргонизм, зачастую шокировавший людей, мало нас с Валентином знающих). В нашей компании употребляли пиво и сухое вино. В 1964 г. неожиданно в Барнауле появилось болгарское и венгерское вино десятков наименований (молодым читателям трудно понять удивлённую реакцию тех лет). Мы предпочитали только сухое вино "Димиат" по 1 руб. 25 коп., "Мискет" и "Гамзу" по 1.45 (бутылка водки стоила 3.12), хотя более популярными среди барнаульцев являлись креплённые вина "Варна" и "Бисер" (по 2.30).
   Мой студенческий опыт пития сухих вин был отрицательным, помню, как ребята выкинули в окно общежития недопитые несколько бутылок "Напореулли" (кто только такую кислятину пьёт!). В Барнауле на изменение моего вкуса повлияли Валентин, выходец из "махровой" московской интеллигенции, и научный руководитель профессор Б.В.Тронов, в 75 лет свободно выпивавший 2 бутылки сухого вина. Наши с Валентином "учёные" портфели вмещали до 18 бутылок "Димиата", с которыми мы неоднократно появлялись на квартире Бориса Владимировича. Постепенно создался круг из 10-12 друзей, которые никаких напитков, кроме сухого вина, не пили. Уже позже я уяснил целесообразность употребления красных сухих вин, но в те годы мы игнорировали и болгарские "Гамзу", "Каберне" и венгерскую "Бычью кровь". Просто белые вина явно пьются легче. Именно в Барнауле мы с Валентином прочувствовал прелесть употребления сухого вина с ухой, обычно рыбаки (да и не только) предпочитают водку. Кстати, при сравнении вин Болгарии и Венгрии одного класса (скажем, "Рислинг"), венгерские вина явно вкуснее, но и дороже.
   В Барнауле в 60-е существовали проблемы с пивом, приходилось "ловить момент", чаще всего это удавалось сделать в районе речного порта. По моим наблюдениям в советское время речное и морское пароходства имели привилегии в части реализации дефицитного в послевоенный период пива (вспомните фильм "Любовь и голуби", где герои пьют пиво). Именно рядом с речным вокзалом в знаменитой на весь Барнаул столовой N15 (известной, как "три пятака") я установил личный пивной рекорд. Пришли с Валентином и ещё одним физиком, сразу взяли три ящика по 20 полулитровых бутылок и поставили рядом со столом. Кто из нас и сколько под непрерывный разговор "обо всём" выпил за 4 часа неясно, но 10 литров на нос - явный перебор. Мы были зверски пьяны, по дороге нас мотало "из стороны в сторону", с трудом (слава богу, без приключений), поддерживая друг друга, пешком добрались до общежития. Получили урок на всю жизнь. В 23 года у меня хорошо работали почки, через час после начала приёма пива устанавливался режим: кружку выпил, кружку вылил. Аникеев так не мог, пару кружек выпьет и сидит, смотрит, как остальные за столом пьют, и что-то "заливает". Далеко не сразу уловил почечную проблему Валентина, считал, что он просто ограничивает потребление алкогольного напитка. С возрастом я Валентина хорошо понял.
   Образовалась удивительная пара, которая часами могла обсуждать любые проблемы: от научных до спортивных, от политических до рыбацких и охотничьих и т.п. Специфический жаргон и нестандартное мышление поражали (не рисуюсь!) окружающих и студентов, привлекали внимание к сути излагаемого предмета и не давали заснуть на лекциях. Прошло более 40 лет, почти невозможно отчётливо выделить отдельные элементы нашего с Валентином сленга (легко воспринимается присказка "по простоте душевной", а вот совет "не суетись" на 99% собеседников действует возбуждающе). Остатки "разговорных изысков" научной молодости удивляют даже мою нынешнюю жену Тамару, да и в настоящем тексте присутствуют.
   Помню, как смеялся 75-летний профессор Тронов, изучавший французский язык в Московском университете ещё при царе, услышав вполне корректное в его присутствии выражение "такова сельави". Очевиден, как ныне принято говорить, прикол, понятный грамотному человеку. Такова "такова жизнь" может напоминать по "глубокомыслию" русское "масло масляное", обычно же мы применяли более тяжёлое искажение - "такова сельавуха". Вот и "бытовуха" оттуда же.
   Валентин часто употреблял любимую поговорку студентов-физиков МГУ "лес рубили дровосеки, оказались гомосеки". Поговорка казалась забавной, но лишённой смысла. Думаю, физики вкладывали в поговорку, как минимум, два значения, причём переносное считали главным в науке (потенциал есть, разговоров о деле много, а серьёзных научных результатов нет). Что касается прямого физиологического смысла, у меня двое детей, о гомосексуализме что-то смутно слышал, не более того. Проходит несколько лет и, столкнувшись с этим, как неожиданно для моего кругозора оказалось, весьма распространённым явлением и в советское время, причём не только на общественном дне, но и среди интеллектуальной элиты, я сразу вспоминал поговорку Валентина. Вспоминал и смеялся про себя, ну не с кем эту малоприятную тему откровенно обсудить, не этично фамилии называть. Даже жене не расскажешь, как тебя пытались использовать "озабоченные мужики". Прошло лет 40, написал на эту тему две юморески "Дровосек" и "Дровосек-2".
   http://samlib.ru/p/polle_e_g/umoreski3doc.shtml
   Впрочем, кончились многочисленные командировки, с гомосексуализмом больше реально лично не сталкивался, но это явление распространилось на экране телевизора и в других СМИ, в спекуляциях политиков (пора прекратить под видом борьбы бесконечную рекламу феномена, существующего столько же, сколько существует человек и его прародители).
   Анекдоты мы с Валентином травили на все случаи жизни. И политические, и житейские, и национальные (армянское радио, чукча понимает, еврейские...). С появлением в нашей компании Вити Левина мало что изменилось, я даже не задумывался, что Витя - еврей. Напомню, это были 1964 - 68 гг., наше интернациональное трио (русский, немец, еврей) "умников" выделялось в АПИ. Хорошо помню, как часто Валентин рассказывал еврейские анекдоты, почему-то подчёркивая, что молдавские евреи - рыжие. Откровенно говоря, я этого раньше не знал и не мог понять, к чему Валентин клонил, ведь сам был слегка рыжеват. Чёрт его знает, может опасался, чтобы не спутали. Конец еврейским анекдотам положил Витя, когда неожиданно заявил что-то вроде "почему всегда евреи виноваты?" Болезненная реакция Вити Левина для меня оказалась откровением, сколько анекдотов про "недобитых фашистов" мне пришлось в жизни выслушать. Конечно, в его присутствии мы с Валентином прекратили анекдоты с одесско-еврейским колоритом. К сожалению, умнейший парень Витя Левин, защитивший диссертацию, в 30-летнем возрасте покончил жизнь самоубийством (7-8 лет не дожил Витя до возможности свободно выехать в "землю обетованную").
   В нашей с Валентином компании достаточно популярен и чёрный юмор. Почти полвека прошло, идёшь по улице Томска, впереди худенькая девица с повышенной претензией на мужское внимание (одежда, причёска, походка...), сразу становится смешно и всплывает фраза того времени: "Ручки тоненькие, ножки тоненькие, е... и плачу, е... и плачу".
   Более приятное воспоминание. В 60-е следом за Окуджавой на песенно-гитарном горизонте всходила звезда Владимира Высоцкого. Впервые услышал фамилию гения, когда Валентин Аникеев привёз из Москвы магнитную катушку с записью концерта Высоцкого в актовом зале физического факультета МГУ. С трудом где-то раздобыли огромный (вдвоём несли) магнитофон (1964 год!), затащили в одну из аспирантских комнат общежития, дверь на ключ и несколько раз прокрутили. Впечатление произвело, хотя запись любительская, много постороннего шума, к тому же магнитная лента скрипела от "переработки". Однако восторженный приём зала передавался и нам. Высоцкий приобрёл всенародную популярность (сначала интеллигенция, космонавты, молодые офицеры, затем остальные), хотя власти чинили препятствия концертам, видели крамолу в его песнях. Частенько задумываюсь и считаю, первоначальная популярность Высоцкого, прежде всего, в высокоинтеллектуальной среде символична. Песенно-поэтический гений стремился к умным людям, они первые оценили его талант и сделали ему колоссальную рекламу, вопреки давлению советского агитпропа. Не знаю, кому как, но нынешний сироп из уст людей и СМИ, гнобивших гения при жизни, меня раздражает.
   Во взаимоотношениях с Валентином в то время для меня так и оставалось до конца неясным, почему приехал из Москвы, почему не любил ездить туда в отпуск, почему так неохотно разговаривал о родителях.
   Что ещё нас объединяло с Валентином - безденежье, он без учёной степени, мы - аспиранты. Старались подрабатывать, скажем, ассистентами в мединституте, но больше на вступительных экзаменах. Помню, как мы с Аникеевым "обеспечивали" положительную сдачу вступительных экзаменов в АПИ офицерам Семипалатинского атомного полигона. Каждый год оттуда приезжала группа в 6-7 человек, только заочная учёба оставляла им надежду в перспективе вырваться из "атомного ада". Большинство из них имели "нулевую" подготовку к экзаменам и даже на "уд" самостоятельно сдать не могли (не понимал, как и чему они учились в военном училище), но на следующий год запланирована следующая группа молодых офицеров (не поступил, сиди и охраняй объект, уступи дорогу товарищам). Поясню, эту категорию абитуриентов принимали в АПИ без конкурса, требовалась просто положительная сдача вступительных экзаменов. После сессии лейтенанты и старлеи заваливались по пути на железнодорожный вокзал в нашу комнату общежития с портфелем коньяка, Нина срочно жарила картошку, а мы с Валентином стаскивали от соседей табуретки и выслушивали слова благодарности от ребят нашего возраста, только в погонах.
   Больше Валентин зарабатывал на вступительных экзаменах в Алтайском мединституте. Престиж медицинского образования в то время (да, пожалуй, и сейчас, за редкими исключениями) существенно превосходил технические дисциплины, конкурс и уровень поступающих в мединститут абитуриентов гораздо выше. Мои друзья, физики АПИ, Валентин Аникеев и Витя Маркин получали возможность хорошо зарабатывать, выполняя чёткое задание тамошнего ректора: получаете в день две группы по 40 человек, резвитесь, как хотите, но к вечеру должна остаться одна группа, т.е. половина абитуриентов должна получить двойки. И здесь, естественно, списочки сверху, только дополнительно указывалось, кому нельзя ставить положительную оценку (не любили в мединституте абитуриентов из-за пределов Алтайского края). В 1966 г. приехала поступать в мединститут моя сестра Вельда. Аттестат зрелости весьма приличный. С подстраховкой Валентина и его друзей она получила "отлично" по физике и химии, написала сочинение (требовалась только положительная оценка). Мы уже начали втроём отмечать её поступление, вдруг Витя Маркин решил сбегать уточнить, как там проверяют сочинения. И вовремя. Оказалось, сочинение Вельды было закодировано шифром, указывающим проверяющим литераторам на необходимость двойки. Перешифровали, Вельда успешно окончила Алтайский мединститут.
   Внешне Валентин не был сексуально озабочен, но женщины к нему липли. Лет пять-шесть считался завидным женихом, наповал "убивая" женщин интеллектом. Что характерно, ни разу не смог заметить на его лице состояние влюблённости (ещё один признак противоположности наших с Валентином темпераментов, на моём лице эмоции всегда выдают себя). Помню, появляется как-то Валентин у нас в комнате с огромным сине-лиловым кровоподтёком на шее: "Вот сука, повадилась кусаться!" Кто это была, я понятия не имел, да и никогда не интересовался временными подругами Валентина, сам он их не афишировал, но в его комнатёнке можно было организовать музейную полочку с заколками, расчёсками и другими забытыми женскими мелочами. Вспоминая Валентина, не перестаю размышлять, как редко сочетаются в мужчине мачо и ум и почему значительная часть женщин (не большинство) предпочитает мужской ум.
   В конце концов, Валентин женился на нашей общей студентке Лиде Ситниковой. На втором курсе АПИ (1966 - 1967 г.) Лида занималась у меня в лаборатории экспериментальной работой, Валентин читал их курсу общую физику. По итогам опубликованы две совместные с Лидой статьи в журнале общей химии АН СССР (для студента второго курса - редчайший случай). Лида - умница, родом из Горно-Алтайска, по речистости (ещё один из наших с Валентином любимым жаргонизмом) - молчунья и являлась полной противоположностью Валентину. Готовясь к переезду из Барнаула в Тюмень, приложил много усилий, чтобы Лида смогла получить достойное образование, организовал перевод Лиды на 4-й курс родного химического факультета Томского университета, передал "в руки" своей сокурснице по учёбе и аспирантуре у Тронова Алле Ивановой (Сухомлиновой). Через два года Лида окончила университет в Томске с красным дипломом. Позже Алла извинялась, что не смогла организовать работу Лиды, достойную публикации в академической научной печати. По окончании Томского университета Лида вернулась в Барнаул, где они с Валентином и поженились. Приглашали и нас с Ниной на свадьбу, но поехать не смогли (дети, деньги), отправили свадебный подарок. Красивые настенные часы с надписью под стрелками, символически напоминающей о наших общих научных интересах, молекулярных комплексах: анилин + нитробензол (донор - акцептор, в общедоступном понимании мужчина - женщина).

---------------------------------------

  
   Научный симбиоз. Уважаемый читатель! Скажу прямо, всегда завидовал уму математиков и физиков-теоретиков может быть потому, что вершины этих наук недоступны простому смертному. Способным к серьёзному восприятию (не штудированию адаптированных учебников) физики и математики надо, прежде всего, родиться. Мне посчастливилось встретить в 1964 г. в Барнауле и подружиться с физиком-теоретиком "от Бога" Валентином Аникеевым. Его способность толковать сложные научные проблемы поражала. При энергичном оппонировании, Аникеев выдвигал одну версию объяснения за другой до тех пор, пока мы не приходили к консенсусу (тогда и слова такого не слышали).
   Постепенно удалось заинтересовать Валентина проблемами органических молекулярных комплексов. Считаю личной заслугой вывод Аникеева на тесные контакты с научной школой Бориса Владимировича Тронова после переезда профессора в Барнаул (на кафедре общей физики АПИ в те годы никто никакой наукой не занимался, хотя много об этом говорили).
   Серьёзная помощь оказана Валентином в интерпретации моих необычных экспериментальных результатов диссертации. При обсуждении мы хорошо дополняли друг друга. Валентин брался объяснять всё, очень увлекался и ему был очень полезен скептический стопор. А поговорить Валентин любил, те, кто его мало знал, слушали "с открытым ртом". Вспоминая наши взаимоотношения, так и видишь гениальную картину художника Перова "Охотники на привале", где Валентин * увлечённый рассказчик, а я чешу затылок. Не помню случая взаимных обид. Удивительно, но друг от друга не уставали.
   5 ноября 1966 г. начался заключительный год в аспирантуре и самый напряжённый рабочий режим в моей жизни (жена с Эльвирой и только что родившимся Игорем остались у родителей в Талды-Кургане), с 7 утра до 1 часа ночи трудился в лаборатории. Были случаи, когда вахтёр обнаруживала меня спящим прямо у работающего спектрофотометра. Неожиданно окружающие разглядели мои синие губы и нос (типичное отравление от вдыхания паров метанола, использованного в качестве растворителя), пришлось ежедневно пить по 1-2 литра молока, пока личико не порозовело. Две недели эксперимента, неделя - оформление статьи, затем 2-3 бутылки сухого вина вдвоём с Аникеевым и снова вперёд. Так появились первые научные статьи в соавторстве с Валентином (в официальном, с печатями, никому ныне не интересном списке моих научных трудов фамилия соавтора Аникеева появляется в статье под N 5). В наших совместных с Валентином работах, фамилия Аникеев стоит первой в списке авторов, но это не означает, что он - главный автор. Поясню.
   Ещё при оформлении первой аспирантской статьи разгорелся единственный скандал во взаимоотношениях с научным руководителем профессором Троновым, я настаивал, что авторы должны указываться по алфавиту. Борис Владимирович взял подготовленный мной машинописный текст, переписал его от руки и сказал, тот, кто писал, тот и первый автор. Вынужденно согласился (Б.В.Тронов, Э.Г.Полле), хотя было смешно и противно. Упрямства мне не занимать, алфавитному принципу расстановки соавторов я следовал во всех последующих работах, написанных моей рукой в Барнауле, Тюмени, Томске (В.С.Аникеев, Э.Г.Полле, Б.В.Тронов; Э.Г.Полле, Л.М.Ситникова, Б.В.Тронов; В.Н.Нагарёва, Н.Н.Полле, Э.Г.Полле и т.д.). Таким подходом неоднократно удивлял столичных научных "бонз", особенно когда первыми авторами оказывались неизвестные научной публике студенты или аспиранты. Вообще говоря, вопрос соавторства в научной работе чрезвычайно деликатен и расстановка соавторов в соответствии с фактическим вкладом (наиболее справедливая!) чревата несравненно более конфликтными ситуациями, чем в принятой мной алфавитной системе. В естественных науках только математики и частично физики-теоретики способны работать в одиночку. Химик-экспериментатор в наше время, практически, не может работать один, без помощников. Как правило, хорошо работает коллектив (численность определяется объёмом поставленных задач), в котором чётко просматривается внутренняя (негласная) структура: голова, руки, жопа. Кто-то должен уметь всё основательно продумать, кто-то хорошо отработать экспериментальные методики, а кто-то (большинство) своей усидчивостью должен обеспечить надёжность экспериментальных результатов. Я никогда не стеснялся включать в число соавторов даже исполнителей низшего звена, скажем, повторяюсь, студентку 2-го курса Лиду Ситникову. Никогда не принимал и не принимаю распространённый подход авторов, особенно характерный для медиков, которые выпускают статью под одной своей фамилией. А в конце текста мелким шрифтом выражается благодарность Иванову за подготовку литературных данных, Петрову за проведение экспериментальных работ, Сидорову за помощь в статистической обработке результатов, Фёдорову за плодотворные консультации и т.п.
   К весне 1967 г. диссертация была готова, при оформлении сделал очередной нестандартный ход, вместе с научным руководителем на титульной странице указал: научный консультант - старший преподаватель кафедры физики Валентин Семёнович Аникеев. Написал сотни отзывов на диссертации, да и сейчас много авторефератов на моих полках, но подобного (консультант без учёной степени) не встречал. Повёз диссертацию в Томск на представление к защите в учёном совете ТГУ. Здесь пришлось интенсивно покрутиться, написать автореферат (в сопровождающем диссертацию списке научных трудов 11 наименований, из них 4 с участием Валентина), найти машинистку, затем ротапринт, затем рассылка. А это и уговоры и деньги (конечно, не такие, как сейчас). Всё закончил в Томске 03.07.1967 г., удивив не только Тронова (он и предположить не мог, что в 2 недели смогу представить диссертацию, подготовить и разослать в 100 адресов автореферат), но и ректорат АПИ. Защита через 4 месяца, 3 ноября, т.е. в аспирантский срок. Такой подарок (шучу, естественно) институту к широко и повсеместно отмечавшемуся празднику 50-летия октябрьского переворота (называлось, правда, иначе). Ректорат очень доволен, а вот на кафедре далеко не все (поразительное явление - зависть к чужой работоспособности).
   Появился в Барнауле, Аникеев собирается на 2 недели в поход на Алтай компанией из четырёх человек, к моему удивлению вместе с супругами Корнейчуками и Лида Ситникова (до того я не замечал их особых с Валентином отношений). А почему меня забыли? Нина с детьми уже в Талды-Кургане. Решил отдохнуть в горах после интенсивного года (позже в семье было много шума). Отправились в горы Алтая впятером.
   Цель - красивейшее озеро Шавло. Сначала 400 км преимущественно гравийной дороги от Бийска по отдельности на двигающихся в Монголию грузовиках (водители за деньги подсаживали в кабину) вверх по Чуйскому тракту с ночёвкой у "придорожной жены" водителя (помните блестящий фильм Шукшина "Живёт такой парень" с Куравлёвым в главной роли). В течение суток собрались у посёлка Курай, примерно в сотне километров от государственной границы. Дикие горные туристы надели рюкзаки и вперёд согласно нарисованной с чьих-то слов схеме (карты секретны?!) по совершенно незнакомым и безлюдным местам, временами исчезающим человеческим и звериным тропам. Интенсивно двигались от рассвета до заката под практически непрерывным моросящим дождём (не повезло с погодой), короткий ночной привал и снова вперёд.

0x01 graphic

Июль 1967 г. Горный Алтай. Валентин перебирается через быструю речку.

   По пути заглянули в альпинистский лагерь Актру. Здесь неожиданно встретили профессора Михаила Владимировича Тронова (75 лет!), младшего брата шефа, руководителя практики томских студентов-гляциологов, изучающих ледники Алтая.
   Днём делали кратковременный привал, перекусывая сухарями и куском сухой польской колбасы. В моём рюкзаке (химик!) запас спирта. В небольших дозах выдавал на ужин, чтобы не заболеть. По дороге встретили группу альпинистов с ледорубами, в альпинистских ботинках "триконях", а мы в обычных кедах. Проходили камнепады, по которым альпинист-профессионал никогда не пойдёт. Видно судьба нас берегла.
   На пятый день рано утром неожиданно встречаем на лошади алтайца. Разбираемся с маршрутом, алтаец показал короткий путь к озеру и тропу. Расстояние? Четыре километра! Надо ли объяснять, как мы, молодые "умники", физики и химики, взбодрились. Вперёд! Без привалов, без обеда! Пришли на озеро без сил в полной темноте. "Четыре километра" интенсивно, стиснув зубы, без шуток и прибауток двигались минимум 14 часов! Опыт пригодился в будущем, никогда больше не спрашивали конных аборигенов о расстояниях.
   Озеро Шавло * изумительное место. Всемирно известный математик академик Борис Николаевич Делоне, пришедший с группой московских альпинистов через 2 дня, уверял, что не видел подобной красоты в Швейцарии. Нам нравилось общаться с Делоне, часами слушали, разинув рот. Удивительны рассказы о нравах в академии наук (1967 год!): "Все боятся говорить, раньше не боялись высказываться только атомщики, а сейчас ещё и ракетчики..." Впервые услышал о Сахарове, о взрывных выступлениях академика Тамма на общем собрании АН СССР по поводу уровня сельскохозяйственной науки, учёности Мичурина, учения Павлова... Рассказал Делоне, как посадили его сына (позже известный диссидент и правозащитник): "Дурак, читал стихи у памятника Пушкину". Кстати, 14-летний внук Делоне (сын правозащитника) постоянно крутился у нашей палатки, обменивал сигареты или что-нибудь московское вкусненькое на возможность пострелять из наших малокалиберных винтовок.

0x01 graphic

Июль 1967 г. Горный Алтай. Озеро Шавло.

   Запомнилась ловля хариусов при впадении речки, вытекающей из-под красивейшего ледника, в озеро Шавло. Встречавшиеся пастухи убеждали, на дождевого червя хариуса не поймаешь, нужна только искусственная мушка из медвежьей шерсти. Но я * человек консервативный, принёс 9 крупных хариусов (грамм по 400). Позже, правда, убедился, что на мушку удобней ловить, не надо без конца поправлять червяка. А вообще ловля хариуса * непростое дело, он пуглив, хватает только движущуюся наживку, необходимо длинное удилище, причём забрасывать желательно из-за какого-нибудь укрытия. Так уж случилось, являлся основным поставщиков хариусов. Валентину ловля хариусов не очень удавалась (похоже "собака порылась" где-то в психологии, может, в повышенной задумчивости). Варили уху, поджаривали на костре. Вкусно!
   Своевременная защита диссертации (03.11.1967 г.) вопреки ожиданию вызвала появление завистников в АПИ, в первую очередь ещё не защитившегося фактически "хозяина" кафедры, сына профессора Тронова. Вопреки уговорам ректора АПИ (трёхкомнатную квартиру получил через две недели после защиты), которого изрядно "достал" сынок маститого учёного, круто развернулся в сторону Тюменского индустриального института.
   Принципиально решив вопрос с переездом в Тюмень, отправился в компании с Валентином, женой Ниной, Лидой Ситниковой, Витей Левиным в Горный Алтай. Конечная цель маршрута * озеро Тайменье. Перед непосредственным выходом с автомобильной трассы в горы к нам присоединился "тёмный" москвич, путешествовавший в одиночку с самодельной разборной малокалиберной винтовкой. Рюкзаки тяжеленные! Основную часть маршрута, особенно на затяжных подъёмах шёл впереди колонны. Что-то есть в характере, психологически затрудняющее движение вторым...
   Моя основная задача * обеспечение рыбой. Ловля хариуса шла неплохо, однако он был мельче, чем годом раньше на Шавло. После интенсивной ловли хариуса несколько месяцев болела рука в области между кистью и локтем (длинное, тяжёлое удилище непрерывно забрасывается, неподвижную наживку хариус "презирает"). Лет через 15 Аникеев рассказывал, что в местах наших первых походов хариус исчез полностью, толи выловили, толи потравили.
   Московский спутник убил медведя-двухлетку. Опасаясь матери-медведицы, переправляли тушу на самодельном плоту, разделывали в устье выходящей речки. Получилось 2 ведра отличного варёного мяса. Неожиданно Валентин и Витя не стали есть медвежатину (кстати, Левин до последнего перевала нёс бутылку уксусной кислоты специально для шашлыка из медвежатины, дальше стало тяжело!). Типичный пример поведения больших любителей поговорить.
   Назад двигались по нарисованной от руки и на коленке карте новым маршрутом на другой участок тракта. Без приключения не обошлось. Оставался дневной переход до точки, откуда, если повезёт, можно добраться попутным транспортом до райцентра Усть-Кокса, ~ 50 км. Дальше километров 350 на Пазике до Бийска, оттуда поездом в Барнаул. Любой горный турист представляет, насколько утомительным бывает завершение маршрута, хотя рюкзаки существенно полегчали.
   Поставили палатку около аила (чума) одинокого пастуха-алтайца, чтобы расспросить о надёжной тропе через перевал в долину Катуни. Начали готовить ужин, вдруг алтаец унюхал спирт, и сразу я стал для него "самым хорошим" человеком (спирт, естественно, в рюкзаке у химика). Притащил сушёное мясо. Конечно, мы его угостили. Утром пастух бросил свою отару, попёрся нас провожать через перевал, от меня не отходил. Ни добрым словом, ни матом отвязаться было невозможно. Когда спустились к берегу Катуни, алтаец уже ходить не мог, лежал поперёк седла своей лошади. Уж не знаю, как он потом добрался до своей отары. По-видимому, козлы-поводыри справились и без чабана, но ведь в тех местах обильно шатались медведи (один из пастухов рассказал, что за май-июнь 1968 г. убито 38 медведей, промышлявших вокруг горных летних отгонов скота их колхоза).
   Верховье Катуни - красивейшее место, на берегу поселение староверов. Удивительный микроклимат, горы, а помидоры краснеют на корню. Гляжу ныне на бородатых моджахедов в телевизоре и вспоминаю красивых русских мужиков с окладистыми бородами...
   Решили сутки отдохнуть, разлеглись с Валентином и компанией погреться на солнышке на берегу Катуни (лепота!). Вдруг бежит кто-то из местных, кричит, почтовый грузовик приехал. В село староверов почту привозили не чаще одного раза в неделю, шанс упускать было нельзя...
   Отдохнули, теперь снова о науке.
   Валентин активно сотрудничал и с другими химиками школы Бориса Владимировича Тронова, имел внушительный перечень совместных научных работ, но "задержался" с диссертацией. Ясная голова физика-теоретика нередко подсказывала химикам правильное направление исследований (бывали и ошибочные предсказания, но это наука!).
   В учёном мире Томска я, мотаясь по делам своей диссертации, сделал Аникееву рекламу в Сибирском физико-техническом институте (СФТИ) и на родной кафедре органической химии Томского университета. Томск в научном плане, конечно, не Москва, но и не Барнаул. Валентин органично вписался в проблемы той лаборатории СФТИ (руководители - профессора Н.А.Прилежаева и В.И.Данилова), в которой я выполнял экспериментальную часть своей дипломной работы. Помню, как весной 1963 г. Валентина Ивановна Данилова уговаривала меня поступать в аспирантуру именно к ним. Жилья нет (вечная проблема Томска) и разговоров нет, ведь у меня семья и ребёнок.
   В конце 1970 г. Аникеев представил к защите в Совет при физическом факультете Томского университета диссертацию на соискание учёной степени кандидата физико-математических наук "Электронная структура и корреляционные эффекты в некоторых ароматических соединениях и их молекулярных комплексах". Ба, родные молекулярные комплексы! Кстати, В.И.Данилова (первичное образование - химик-органик) фигурирует в качестве научного руководителя Валентина. Однако присланный автореферат состоит из 8 страниц малопонятного (мне) текста и небольшого списка научных работ без соавторов, в основном издания СФТИ (Известия Вузов, серия "Физика").
   С любопытством просмотрел автореферат Аникеева в апреле 2012 г. Ни в текст автореферата, ни в список работ Валентин не включил множество работ, выполненных совместно с химиками (не знаю даже, есть ли у него совместные работы или доклады с В.И.Даниловой). Я отметил это сразу. 27.10.1970 г. отправил положительный отзыв на диссертацию Аникеева. Цитирую один абзац отзыва.
   Следует указать, что материал, представленный в диссертации, составляет лишь небольшую часть научного творчества В.С.Аникеева. С 1964 г. В.С.Аникеев проводит большую совместную работу с химиками, исследователями слабых молекулярных комплексов. Опубликовано значительное количество работ, часть из которых напечатана в таких журналах, как "Теоретическая и экспериментальная химия", "Журнал общей химии" и др.
   С Аникеевым мы регулярно встречались на Всесоюзных совещаниях по физико-химическим методам анализа и комплексам с переносом заряда (в Тюмень он ни разу не приезжал). Не рисуюсь, активно участвуя в профильных Всесоюзных совещаниях, приобретал известность среди отечественных, и не только, специалистов. Ниже коротко о главных совещаниях, на которых свободное время проводили с Аникеевым вместе. Существенный и любопытный нюанс, Валентин слушал все мои доклады, но я никогда не видел его выступающим на крупных сборищах специалистов.
   В 1973 г. дважды встречались с Валентином в Прибалтике. Март, Рига. Сделал два доклада, остальное время пили пиво и обсуждали научные проблемы с приехавшим из Барнаула Аникеевым и Щипановым (заведующий кафедрой органической химии Тюменского индустриального института). Размещены в новой гостинице "Даугава", прекрасный вид из скромного двухместного номера на одноимённую реку. Как-то втроём мы спустились в ресторан, мест нет, устроились за стойкой бара, посасывали водку, запивая соком манго, и принялись наблюдать местную публику. Разница в поведении с посетителями сибирских ресторанов бросалась в глаза. Вот за столом сидят 8 девиц, посреди одна бутылка вина, никакой закуси. Удивительно трём сибирским "умникам" со стороны обозревать поведение рижских проституток и внешне сравнивать с повадками их сибирских коллег. Яркий свет в зале включился в 23.30, извещая, что ресторан закрывается (нынешнюю молодёжь можно удивить только временем, вроде бы рановато).

0x01 graphic

Валентин Семёнович Аникеев (~1973 г.)

   В июне встретились с Валентином в Каунасе. Доклады докладами, но в городе оказалось много интересного. Впервые увидели дежурящих на улицах милиционеров с дубинками (раньше только в западных кинофильмах), посетили уникальный музей чертей, бесподобный музей Чюрлёниса, воскресный концерт церковных колоколов. Много впечатлений оставила и совместная экскурсия в древний университет и католический храм Вильнюса.
   И ещё. В Каунасе функционировали два ночных кафе. Группа сибиряков (Аникеев, Мироненко из Барнаула, ещё кто-то) решила посмотреть, что это такое. Напомню, шёл 1973 год, в России подобное не допускалось. Пришли к открытию (19.00) и часов до 22 в зале из посетителей мы одни, попили, поели, запланированные денежные ресурсы на исходе. Ближе к полуночи начинается концертная программа, свободных мест в зале нет. Выступают артисты Каунасского театра оперы и балета, появившиеся после отыгранного спектакля. Танцевальные номера, возможно, эротической направленности (такие выражения не употреблялись). Игра светом, временами кажется, танцуют голые мужики и бабы, включается яркий свет, все видят, что артисты в костюмах, освещение снова меняется. Аплодисменты! Красиво! В 2 часа кафе закрывается. Сейчас подобными концертами никого не удивишь, но в те годы.... В гостинице обсуждали вечерний поход, не могли понять, почему такие кафе не могут функционировать в России. Повсеместно существующие ныне в изобилии ночные клубы гораздо более порочны, чем ночные кафе Каунаса первой половины 70-х.
   18-22 апреля 1976 г. очередная научная командировка в Ригу. Поселены с Ниной в центральной гостинице "Рига" в шикарном номере (большинство участников, включая барнаульцев Валентина Аникеева, Андрея Тронова, размещено в Юрмале, пансионат "Лиелупе"). В "Риге" размещена Г.Л.Рыжова (когда-то мой дипломный руководитель, затем зав. кафедрой и декан химического факультета ТГУ), которая так и рассыпается в комплиментах. Как не вспомнить отвратительные перипетии с представлением диссертации Нины.
   Участие в 3-е Всесоюзном совещании по комплексам с переносом заряда и ион-радикальным солям (КОМИС-76), проводившемся в главном здании АН Латвийской ССР, явилось, без ложной скромности, апофеозом личной научной деятельности. Сделал два доклада на первом пленарном заседании, на прощальном банкете в Юрмале (две сотни присутствующих, несколько десятков профессоров) тамада мне первому предоставил слово. И это в присутствии Г.Л.Рыжовой, пытавшейся угробить диссертацию Нины, и Андрея Тронова, виновника моего ухода из Алтайского политехнического института. Такое не забывается. Самое сильное впечатление: участники совещания, работающие в близких научных направлениях, меня знают и признают.
   Неприятный осадок в душе оставило (и сейчас помню) поведение Валентина, который метался между нами с Ниной и Андреем Троновым как во время моих докладов, так и на заключительном банкете. Впрочем, в семью профессора Бориса Владимировича Тронова с активной рекламой умнейшего физика ввёл Валентина именно я, а это просто последствия, да и прошло почти 8 лет после моего переезда из Барнаула в Тюмень.
   Обещая на банкете в Юрмале организовать следующее совещание в Тюмени, не представлял, что это была "лебединая песня" в учебно-научной сфере и через полтора года буду трудиться на строящемся нефтехимическом гиганте. Очередной крутой жизненный разворот, снова Томск, начальник центральной лаборатории.
   Дирекцией комбината поручен контроль научно-технических разработок в интересах ТНХК и, соответственно, расходование средств. Первыми, по моей инициативе заключены хоздоговора с родной кафедрой органической химии ТГУ и доцентом Аникеевым в АПИ. Вот эти расходы на НИР, "почему в Барнауле?" года три приходилось нудно обосновывать своим руководителям, да и показывать главному инженеру комбината "шибко умного" физика живьём.
   Считал себя обязанным приложить максимум усилий, чтобы Лида Аникеева смогла подготовить и защитить диссертацию. Хоздоговора ТНХК (модификация атактического полипропилена) должны были стать экспериментальной основой диссертации Лиды. К сожалению, Валентин настоял, чтобы Лида прекратила заниматься наукой (диплом с отличием, блестящие надежды...) и занялась детьми. Что такое преподаватель вуза без учёной степени? Зарплата чуть выше, чем у дворника. И тогда был уверен, и сейчас, что сознательно затормозив научный и служебный рост Лиды Аникеев, уверенный в собственной способности достойно прокормить семью, совершил грубую ошибку. Когда Валентин неожиданно умер, Лида осталась с сыном-студентом в Москве, двумя близнецами-десятиклассниками (Таня, Илюша), практически, без средств к нормальному существованию.
   В 80-е годы Аникеев многократно бывал в Томске, останавливался в нашей квартире, как и с Ниной, быстро нашёл общий язык с моей второй женой Надей. Типичная картина: я, жаворонок, уже сплю, а Валентин с Надей на кухне часами курят и беседуют "за жизнь". Удивительное случайное совпадение, мы прожили в браке с Надей столько же, что и Валентин с Лидой, а ушли из жизни Валентин и Надя почти в одном возрасте (Надя на год старше, в 53 года).
   Аникеев, несомненно, самый смышлёный физик Барнаула в 60-80-е годы, но поднимался вверх с "большим скрипом". 01.06.1964 г. - ассистент кафедры физики АПИ, 17.12.1966 г. - старший преподаватель, а с 8.06.1973 г. - доцент этой же кафедры. Для научного роста Валентину явно не хватало учёной атмосферы (на огромных общих кафедрах технических периферийных ВУЗов преподаватели мало занимаются наукой, знаю не понаслышке). Уверен, в московском регионе или даже в Новосибирском академгородке, Валентин к 35 годам мог стать доктором наук. Впрочем, не исключаю, ему не хватало нацеленности на конечный результат и мешало преклонение ближайшего окружения перед его умственными способностями (без квалифицированной критики серьёзный научный рост не возможен). Возможно, повлияла и реорганизация Высшей аттестационной комиссии в 1973 г. под руководством Кириллова-Угрюмова, поставившая непреодолимые ограничения для подготовки и защиты периферийными учёными докторских диссертаций без "московско-ленинградской лапы". Кому-то что-то лизать вверху - не в наших, с Валентином характерах. По крайней мере, для меня политика ВАК стала решающим фактором резкого разворота от ВУЗа к производству, а Валентин так и остался рядовым доцентом АПИ.
   Только к 01.09. 1986 г. Аникеев "дослужился" до заведования всё той же кафедры физики АПИ. Выскажу своё мнение, административная работа на общей кафедре (40-50 преподавателей, большая часть формально такие же кандидаты наук, "пауки в банке") далеко не подарок и сплошная нервотрёпка. Аникеев был очень доступен в общении. Но не принято у нас любить умных, оттеснения в реальности производятся под маской доброжелательности (как бывает на учёных советах: открыто все выступают за, а в урне для голосования чёрные шары). Думаю, не случайно Валентин выдержал в роли заведующего кафедрой только три года. По справке из архива АПИ Аникеев с 1 сентября 1989 г. перешёл в ИПФ СО АН СССР (какая-то неувязка, ИПФ или институт прикладной физики АН существует только в Нижнем Новгороде). Скажу прямо, последние пять лет служебной деятельности Валентина остались вне зоны моего внимания, на юбилейных встречах 1990 - 91 годов Валентин не упоминал о смене работы, и я считал, что он продолжал работать доцентом кафедры до самой смерти.
   Первого апреля 1990 г., в канун 50-летия Валентина, приехали с Надей на своей машине из Томска в Барнаул. Валентин заранее решил проблему свободного гаража (на улице в те годы машину, да ещё с иногородними номерами, держать несколько суток нельзя). Аникеевы своего автомобиля не имели, но квартиру получили неплохую, 4-х-комнатную. Посмотрел на детей Валентина и Лиды (Павел учился в МГУ и на юбилей отца не приехал), крупногабаритную Татьяну и миниатюрного Илью, не знал бы, не поверил, что это близнецы.
   Юбилей Валентина праздновали скромно, даже по тем временам. Все сидели в одной комнате, из старых друзей запомнил только Мишу Кондратенко, в 1990 г. он заведовал кафедрой физики АПИ. С Кондратенко связана история, когда Валентин с Лидой чудом избежали беды. Валентин рассказывал, как Миша с женой и он с Лидой сплавлялись на двухместных байдарках по Оби. Гроза. Неожиданно молния ударила в первую байдарку, Кондратенко чудом удалось спасти, долго лечился, а жена его погибла на месте.
   Выпили на юбилее прилично, на следующее утро мы с Валентином ушли из дома вдвоём, оставив женщин со своими проблемами, целый день гуляли по Барнаулу и говорили-говорили. Как влюблённые, честное слово!
   Не прошло и года, как в марте 1991 г. отмечали мой аналогичный 50-летний юбилей. Карьера на подъёме, уже полгода существовал организованный мной юридически самостоятельный научно-исследовательский центр. Зал торжеств, 60-70 гостей, родственники, сотрудники, п-образный стол. В центре со мной, папой и женой Надей Валентин Аникеев. Валентин подарил картину-пейзаж "Долина Чарыша", как напоминание о тех местах Горного Алтая, где мы в 60-е бродили вместе, картина нашла достойное место в домашней галерее. И сказал прочувственный тост.

0x01 graphic

Томск. 11.03.1991 г. Валентин между мной и папой.

0x01 graphic

Томск. 11.03.1991 г. Валентин на моём 50-летии.

   Мог ли кто-нибудь в марте 1991 г. подумать, что до конца жизни Валентину осталось менее года. Валентин Аникеев умер в Барнауле, не дожив до 52 лет, что-то с сердцем, типичная нерасторопность скорой помощи, не успели довезти до больницы. Вечером 21 февраля 1992 г. позвонил сын Илюша. Шок, появилось ощущение, не рисуюсь, вот-вот сердце остановится. Надо ехать, но сказал жене, что я там или по дороге умру. Ограничился посылкой денег, а время было такое (начало гайдаровских реформ), что переводы больше 500 рублей не принимали, отправлял с трёх точек. Хоронили Валентина 23 февраля. Грех ранжировать смерть друзей, но уход Валентина оказал на меня самое сильное воздействие за прожитую к тому времени жизнь. Светлая ему память!

---------------------------------------

  
   Дети Валентина. Свадьба Валентина с Лидой состоялась осенью 1970 г. Вместе прожили 21 год, сначала ушёл Валентин в возрасте 51 год, затем Лида. Павел сообщил, что мама умерла 10 лет назад (несколько писем с просьбой конкретизировать даты рождения и смерти остались, увы, без ответа).

0x01 graphic

Павлику около года.

   В семье три ребёнка. Сначала появился Павел, затем близнецы Илья и Татьяна. По очереди поступали в родной для Валентина МГУ. Павел и Татьяна окончили механико-математический факультет, затем аспирантуру, успешно продвигаются по жизни.

0x01 graphic

Близнецы Таня и Илюша с отцом на демонстрации.

   А вот Илья не зачислен в МГУ (помню, в 1990 г. Валентин рассказывал, что Татьяна гораздо сильнее Ильи в математике) и поступил в Томский университет на геолого-географический факультет. Года через полтора после смерти Валентина неожиданно позвонила мне домой Лида из Барнаула с просьбой помочь Илье, что-то у него с учёбой не ладится (а я и понятия не имел, что Илья в Томске). Немедленно поехал в общежитие, нашёл его, привёз к себе домой, расспросил о проблемах, обещал заняться. Запустил свои связи в университете, назначена важная встреча, а Илью найти не могу. Через неделю выяснилось, что Илья забрал документы из ТГУ и уехал в Барнаул. Позже он закончил экономический факультет Алтайского университета.
   На праздновании 50-летия в Томске я, представляя Валентина гостям, в шутливой манере рассказал, что уезжал в 1968 г. из Барнаула с двумя детьми, когда Валентин ещё не был женат, но когда у Валентина стало трое детей, я вытерпеть не смог. Теперь и у меня трое и мы равны.
   Оказалось, ошибся, в этой сфере Валентин меня обошёл. Ниже изложена взбудоражившая полудетективная история появления на горизонте моего внимания его старшей дочери Ольги Валентиновны Шматиной. Привожу переписку практически без купюр.
   Странное письмо без подписи появилось 21.12.2006 г.:
   Здравствуйте. Я дочь Аникеева Валентина Семеновича. Не знаю, знаете ли Вы о моем существовании? Я очень была рада, что неожиданно нашла какие-то сведения об отце, благодаря Вам. Я родилась 21.01.1969 года. Если никто не будет против, я хотела бы узнать у Вас побольше об отце, и о сводных братьях. Если ответ отрицательный, пришлите его тоже, чтобы я знала, что Вы получили мое письмо.
   Для меня ребус со многими неизвестными.
   Уважаемая незнакомка! Хорошо бы представиться и чуть подробнее о собственном происхождении (кто? где?). О Валентине воспоминания разбросаны по многим фрагментам "Мозаики" отдельными фразами, основное "Друзья".
   Ответ поступил немедленно.
   Уважаемый Эрвин Гельмутович, большое спасибо за то, что Вы ответили мне на мое письмо. Меня зовут Ольга Валентиновна, девичья фамилия Аникеева. Теперь я замужем и фамилия у меня другая. Живу в Москве. У меня пятеро детей: Евдокия, Антонина, Иван, Василий и Прасковья. Напишите, что Вы хотели бы еще узнать?
   Ещё больше зачесал репу, неплохо знал жизнь Валентина, когда он ещё был холостяком, и хорошо знал его будущую жену, нашу общую студентку Лиду.
   Уважаемая Ольга Валентиновна! Рад обилию Ваших детей, сам я мечтал когда-то о десяти, а Валентин так любил с моими первенцами возиться. По логике наших отношений с Валентином Аникеевым я должен был знать Вашу маму, так как все пьянки-гулянки (вечеринки) мы проводили вместе. Если не сложно, назовите фамилию и имя мамы того времени и место Вашего рождения. В моей части книги "Отец и сын" есть описания, как мы с Валентином и его будущей женой Лидой Ситниковой, нашей общей студенткой из Горно-Алтайска, бродили по Алтаю летом 1967 и 1968 г. (уже тогда они были близки). В августе 1968 г. я переехал в Тюмень, а через некоторое время пришло приглашение на свадьбу. У Валентина и Лиды Аникеевых сначала родился сын Павлик, а через несколько лет двойня: дочь (имя забыл) и сын Илья. В апреле 1990 г. я был на 50-летии Валентина в Барнауле, Павлик уже учился в МГУ, а двойня училась в старших классах (не помню точно в каком). Позже дочка самостоятельно поступила на мехмат МГУ, а вот Илья приехал и поступил в Томский университет на геолого-географический факультет. Уже после смерти Валентина по просьбе Лиды я пытался помочь ему закрепиться на факультете (подключал свои связи, приглашал его домой, не раз был в общежитии), но учиться Илья не смог, бросил и уехал из Томска. С уважением Э.Г.
   Ольга: Уважаемый Эрвин Гельмутович, Моя мама Васильева Наталья Александровна. Она окончила Томский Университет, химфак. Не знаю точно, в каком году, но, судя по всему, вы учились на одном факультете. Хотелось бы узнать, как сложились судьбы Ильи, Павла и сестры, где они сейчас живут, может быть в Москве? У них, наверное, семьи? Мы же сейчас, по заданию учительницы старшей дочери Дуни, составляем родословную, поэтому, если можно, расскажите, что знаете о родителях и других родственниках моего отца. Буду очень признательна. Хотелось бы также увидеть фотографию отца, к сожаленью на ваших почти ничего не видно. Моя мама говорит, что мой сын Василий очень похож на деда, но она, как Вы понимаете, его о-очень давно не видела. Попробую послать Вам его фото "на экспертизу", если получится, т.к. я еще плохо разбираюсь в интернете.
   Фотография Василия поразила, как можно быть так похожим на деда.

0x01 graphic

06.08.2006 г. Василий, внук Валентина Аникеева.

   Уважаемая Ольга Валентиновна! Однозначно подтверждаю, Василий удивительно похож на Валентина (своего деда). К сожалению, в моём архиве нет ни одной путной фотографии Вашего отца, только то, что в "Друзьях". Существуют фото, хорошо помню, где Валентин держит на плечах моего двухлетнего Игоря, коллективные... По-видимому, всё осталось в Тюмени, у моей первой жены. В 1967 г. я при представлении диссертации сделал мощную рекламу уму Валентина в Томске среди химиков и физиков-спектроскопистов, тогда же он впервые появился в Томске. После этого Валентин нередко на 2-3 дня выезжал из Барнаула в Томск в командировку в научную библиотеку. Вашу мать я знал, она работала на химфаке. Однако, о Вашем рождении понятия не имел, так как в августе 1968 г. переехал в Тюмень. Где-то с 1973 г. мы систематически встречались на научных конференциях в Риге, Каунасе..., пили, но семейные дела старались не обсуждать, у каждого своих проблем хватало. После смерти Валентина (через месяц исполнится 15 лет) я с его семьёй контактов не поддерживал, кроме уже описанной попытки помочь Илье. Нет ни адреса, ни телефонов, всё куда-то исчезло, слишком много неприятностей прошло через мою жизнь. В эссе "Смерть" есть абзац, посвящённый нашим отношениям с Валентином, тогда я нутром ощутил приближение собственной смерти. Затем "Крах". Короче говоря, стыдно, что нет координат родственников Валентина. Ольга Валентиновна! Поиск надо вести в Москве и Подмосковье. Я часто шутил над происхождением Валентина из "московской буржуазии". Его отец в своё время работал 1-м секретарём Подольского райкома партии, у Валентина был сводный младший брат. Насколько я в своё время понял, Валентин уехал из Москвы в Барнаул из-за отсутствия нормальных контактов с молодой мачехой. Однажды в 70-е мы с Валентином ночевали у его родной тёти (огромная старая квартира в центре Москвы). Вот, наверное, и всё, чем я могу помочь. Кстати, Павлика я никогда не видел, а близнецы в 1990 г. очень сильно отличались друг от друга, сестра значительно крупнее Ильи, причем, не сказал бы, что очень похожи на Валентина. С уважением Э.Г.
   Ольга: Спасибо за письмо. Буду переваривать информацию. Думаю хорошо, что у Вас нет никаких связей, т. к. у меня было бы искушение к ним обратиться а, наверное, близким моего отца это не приятно.
   На последнюю фразу не знал, как и отреагировать, многое здесь зависит от интеллекта конкретного индивидуума. Может быть, Лиде не все воспоминания молодости приятны [во время данной переписки с Ольгой я и понятия не имел, что Лиды уже давно нет в живых], но причём тут их дети. Ведь не идёт же речь о дележе материального наследства.
   Ольга Валентиновна! Вдогонку к нашей переписке. Полистал старые записи, Вашу сестру зовут Татьяна. Посмотрите, если интересно, главу БАРНАУЛ (1964 -1968 г.) в первых моих мемуарах "Отец и сын". Там немало строк посвящено Валентину. Может быть Вам будет интересно, что именно в те годы я впервые услышал от Валентина о "Татьянином дне" - празднике студентов МГУ. Сейчас это повсеместный праздник, в центре Томска 3-4 года назад поставили отличный памятник Татьяне, покровительнице студентов. С уважением Э.Г.
   Ольга: Уважаемый Эрвин Гельмутович! Еще раз большое Вам спасибо. Нашла по интернету и Татьяну Валентиновну Аникееву и Илью Валентиновича Аникеева и Павла Валентиновича, его дан даже рабочий телефон. Однако не знаю, стоит ли звонить? С уважением, Ольга.
   Прошло три месяца.
   Ольга (28.03.2007 г.): Здравствуйте, Эрвин Гельмутович. Это Ольга Аникеева снова появилась. Хочу попросить вас написать несколько строк об отце, т.к. информация у меня очень скудная, а у Вас в книге все разрознено. Мне нужно всего несколько строк для старшей дочки, ей задали написать родословную. Когда родился, где и когда учился, где работал, когда умер. Буду Вам очень признательна.
   Покопался в памяти и ответил, многие факты приведены выше в настоящем тексте.
   Ольга: Большое спасибо. Все получила. Неожиданно вспомнила, что был в моей жизни такой эпизод. Я пила кофе со своей знакомой, кажется, как раз был 1992 год, вдруг мне стало очень плохо, буквально перехватило дыхание и сильно заболело сердце, знакомая еще сказала: что с тобой? Сердце? Это длилось несколько секунд и прошло. Может быть, я выдаю желаемое за действительность, но думается, не в этот ли момент умер отец? Я сознательно его никогда не видела. Но помню, что в кафе я была одета в пальто, следовательно, была зима. Еще раз большое спасибо Вам за внимание ко мне. С уважением, Ольга Шматина.
   Уверен, энергичная многодетная Ольга Шматина, проживающая в Москве, и без моих "литературных изысков" могла бы разыскать сведения об отце. Трудно сказать, почему ей не помогла мать, Наташа Васильева. Я действительно не знаю, как и где проходили контакты Валентина и Натальи, но какой-то видимой любви не было. Однозначно! Чуть позже я вспомнил внешность Натальи и место работы на родной кафедре органической химии в Томском университете. Напомню, что в период возможных контактов Валентина и Наташи будущая жена Лида дипломировала на этой же кафедре, я ещё находился в Барнауле, в июле 1968 г. мы вместе пошли в горы, но Аникеев был в своём амплуа: никогда не делился амурными успехами.
   И всё-таки приятно слышать отзвук далёкой аспирантской молодости, поневоле выскакивают ассоциации, что все дети Валентина как-то связаны с моей родной кафедрой органической химии Томского университета. Ещё более приятно ощущение полезности "литературного времяпровождения" пенсионера-тунеядца, когда 22.04.2012 г. приходит благодарное письмо от Валентина Васильевича Аникеева, что он в очень доброжелательной атмосфере встретился с семьёй Ольги Валентиновны, у которой на сегодня уже 6 детей (появилась Люба). Цитирую Валентина Васильевича, приславшего фото семьи Шматиных:
   ...Очень дружная, сплочённая семья, дети воспитываются в православном духе. Конечно, в трехкомнатной квартире на 16-том этаже для 8 человек тесновато. Но дети ухожены, коммуникабельны (лишь Любочка меня стеснялась). Вася учится в кадетском корпусе, Дуня, Тоня и Ваня - в школе. Ольга, конечно, крутится с таким семейством, а её муж Илья - выпускник МАИ, после оборонки вынужден переквалифицироваться в учителя истории...
  

0x01 graphic

20.04.2012 г. Москва. Семья Ольги Валентиновны Аникеевой.

---------------------------------------

  
   Уважаемый читатель! Почти полвека как заклинание устно и письменно называю Валентина Аникеева лучшим другом жизни, а вот оценивал ли он меня так же? Не знаю, и спросить уже некого. Просмотрел ещё раз видео с последней встречи в марте 1991 г. на моём 50-летнем юбилее. Валентин прочитал собственную объёмную стихотворную поэму, посвящённую нашей совместной молодости. Мы не смотрели в паспорта/еврей, татарин, русский, немец/ была б душа твоя чиста....

0x01 graphic

Томск. 11.03.1991 г. Валентин Аникеев читает авторскую поэму юбиляру.

   Выступление затрагивало многое из того, что упомянуто в этом тексте (и горные походы, и увлечение сухими винами...). Стихи Валентина и символический подарок навевают мысль, греющую душу.
   Уважаемый читатель! Благодарю за внимание всех, кто воспринял Валентина Аникеева, как достойного во всех отношениях человека, учёного и верного друга.

Томск, 02.04.2012 г. - 26.04.2012 г.

  
   P.S. Спасибо Валентину Васильевичу Аникееву, фактически инициировавшему запоздавший некролог памяти Друга, Валентина Семёновича Аникеева.
  
   P.P.S. Готов выслушать замечания друзей и родственников Валентина по качеству памятного текста, не исключаю корректировки с учётом новой для меня конкретики (цифры, фото...).
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   27
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"