Palassatiykoteg: другие произведения.

Философия любви. Предварительный этап. Часть 3.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Заявки 73-108 в порядке подачи


   Журнал Самиздат: Философия Любви. Конкурс стихов
   Часть 3.
Заявки 73-84 (в порядке подачи).
  
   Стойков Д.И. Фотоальбом
  
   Время пройдет мимо нас без оглядки, без спешки,
   Закрутит, завертит седой небосвод.
   Время расставит, кто был королем, кто лишь пешкой,
   Кому горны ада, кому райский грот.
  
   Спокойно затушит оплывшие свечи,
   Сотрет наши годы, как будто песок.
   Но знаешь, о нас позаботится вечность,
   Нам в книге судьбы отведен уголок.
  
   Мы останемся здесь, обратившись к рассвету,
   На мшистой полянке обветренных скал.
   И кто-то когда-то прочтет ту газету,
   Где кто-то когда-то о нас написал.
  
   Ароматы духов, что ты прежде носила,
   По миру развеют чужие ветра.
   И вспомнишь ли ты, как когда-то ценила,
   Песни проснувшихся птиц по утрам.
  
   И вспомнишь ли первые, робкие строки,
   Что я для тебя так давно написал.
   Как вместе мечтали мы жить на Востоке
   В сказочных странах, что я сочинял.
  
   Все это останется в старых архивах,
   Там же где детство, мечты, отчий дом.
   Нас лев унесет на светящейся гриве,
   И лишь сохранится потертый альбом.
  
   Мы останемся там, в неудавшихся снимках.
   В альбоме, где почерк уже не понять.
   Мы останемся там, где застыли в обнимку,
   И времени нас никогда не разнять.
  
   "Без оглядки без спешки" - не являются однородными членами - запятая не нужна, однако, форма, выбранная автором сбивает читателя с толку. С другой стороны, "без спешки" не особо сочетается с "закрутит, завертит". "Сотрет как будто песок" - неудачный образ, песок сдувает, стирает - следы. "Обратившись к рассвету" - также неудачно, обращаются к кому-то с чем-то, к рассвету можно обернуться. Неуместной фразой про газету автору удалось закрыть поэтическую "дыру" в две строки.
   Рифмы очень слабые, стихотворная ритмика автору, видимо, не ведома. Сбои ритма и акцентов через строку, да в каждой строке. Чувствуется стремление подать тему в авторской интерпретации, но образы по большей части неуклюжи или неуклюже оформлены. Запомнился "лев со светящейся гривой".
  
   Приймак А.И. Моя шальная голова
  
   ***
   Моя шальная голова,
   Катясь отторженно от тела,
   Вам вслед восторженно глядела,
   Как сами Вы того хотели -
   Ликуя, но боясь молвы...
   Ведь этого хотели Вы?!..
   ............
   Ужели так
   хотели Вы?!..
  
   Любопытный "фильдеперс с подвывертом". На мой взгляд этюд получился недоработанным: первая строке совсем одиноко без рифмы. Четвертая строка в тяжелых раздумьях: у нее, как это принято на Руси, три дороги: одна - налево ("присоседиться" к паре "тела-глядела" этакой сироткой), другая - прямо (гордо оставаться без рифмы, как и первая строка), третья - направо (образовать пару внутренней рифмой с "ужели"). Последний вариант наиболее перспективный, но требует доводки текста. "Отторженно" - в принципе неудачно, в сочетании с "катясь" - совсем не понравилось. "Ликуя, но боясь молвы" на самом деле по смыслу можно отнести и к катящейся голове. Финальная фраза не дает однозначности в акценте: на "так" или на "так хотели" (в смысле, очень сильно).
  
   Сергеев М.А. Время пришло
  
   Время пришло -
   О, как же всё быстро! -
   Я навсегда с Вами прощусь.
   Благоухание ваших мыслей,
   Прекрасный вкус Ваших чувств
  
   Я позабуду,
   Хоть и печально,
   Хоть очень жаль забывать Вас теперь.
   Уже не услышу я Ваших желаний
   И не увижу отсель
  
   То, что сокрыто
   Там, где сияет солнце Вашей души,
   Там, где я не был,
   Вас оставляю
   В Вашей премирной тиши.
  
   Там, где я не был,
   Вас оставляю
   В Вашей премирной тиши.
  
   Лубочная поэтика не впечатлила. Особенно - "отсель" и "премирной". Непонятно, то ли это классический стих АВАВ с многочисленными сбоями ритма и "бедными" рифмами, то ли свободный стих. Но и в последнем случае это должна быть поэзия, а не "бег в кандалах по пересеченной местности". Образы искусственные: "благоухание... мыслей", "вкус... чувств". "Там, где я не был, вас оставляю..." - очень близко к знаменитому "пойди туда, не знаю, куда" (с).
  
   Курильчук В.П. Зёрнышко стихотворенья - плен слезы с твоих ресниц
  
   Сливы, сливы - краски ночи.
   Диким яблоком луна.
   Жизнь избытком многоточий
   В звездопашни вплетена.
  
   Непризнанья невесомы.
   И молчание - венец.
   На двоих одна истома
   В несимфонии сердец.
  
   Предрассветные арены
   В метких высверках зарниц.
   Зёрнышко стихотворенья -
   Плен слезЫ с твоих ресниц.
  
   Хорошее стихотворение. Мне оно запомнилось еще по "Парнасским играм". Но финал как-то "не вытанцовывается". Текущий вариант не видится мне достойным завершением стиха: образы "зернышка" и "плен слезы" не сшиваются в единую картину.
  
   Котова К.В. Duende
  
   Спит, свернувшись в каминной флейте,
   мое обожженное солнце.
   Спит - и видит сгоревшие звезды
   в красках выцветшего сандала.
  
   Я ее отыскал на Этне
   и привез домой в зажигалке,
   отпустил на теплые угли
   и включил для нее Равеля.
  
   Много лет мы прожили рядом:
   я читал ей сказки Родари,
   она мне дарила улыбки,
   и мы вместе варили кофе.
  
   Наше счастье так долго длилось,
   что часы на полке затихли,
   мое сердце биться устало,
   ее угли остыли пеплом.
  
   В час, когда нас закружит Лета,
   моя саламандра проснется,
   спрыгнет немо ко мне на колени
   искрой гаснущего фламенко.
  
   Этакий итало-испанский "компот". Для меня - необъяснимый. Увы, эти образы мне ничего не рассказали, кроме собственно фактов. "немо" - показалось непоэтично. Если это регулярный стих, то во второй, одиннадцатой и восемнадцатой строках сбои ритма, которые не украшают (на мой вкус) этот текст.
  
   Рубцова Д. Сон
  
   Снился сон мне. Дикий, безутешный.
   Снился мне сегодня и вчера
   Сон о том, что будешь ты повешен
   На рассвете, в пять часов утра.
  
   Снилась мне тоскующая крепость,
   Снилось утро в каменных тисках...
   Глупый бред, досадная нелепость -
   просто сон. Но в нем жила тоска.
  
   И к тебе зачем-то на свидание
   Я пришла, хоть ты и не просил.
   Здравствуй снова, злое обаяние
   Темных глаз. Ты холоден и мил.
  
   Пыль кругом - такое запустение!
   Стол, окно и запертая дверь.
   Суета, смущение, сомнение -
   Я пришла, мне больно, что теперь?
  
   Неподвижен ты, ты смотришь слепо,
   Ты чего-то ждешь - я знаю! - ждешь.
   Но опять я бормочу нелепо
   Нестерпимый бред и чью-то ложь.
  
   Сердце - горлом. Видимо, бледнею.
   Прекрати! Ты слышишь? Хватит ждать -
   Ничего я сделать не сумею,
   Ничего я не смогу сказать.
  
   Твой тюремщик - как служитель ада,
   Лязг засова, словно топора.
   "Срок уже истек. Простите, надо
   Уходить. Вы слышите? - Пора".
  
   "Что ж, пора!" - и просыпаюсь с криком,
   Вот и кончен нестерпимый сон.
   Вот и все. И заспанные лики
   Неумытых утренних окон.
  
   Только сон - из тех, что не забудешь,
   Сердце стонет, сердце не унять!
   Помню я, что ты повешен будешь
   На дворе тюремном. Ровно в пять.
  
   Начало заинтриговало. Несмотря на "сегодня и вчера", создающее впечатление, что сон длится вторые сутки без перерыва. Несмотря на "тоскующую крепость" - образ непонятный и, непонятно для чего, введенный автором в повествование. Следующие шесть строф - попытка написать прозу стихами. Диалоги - затянуты, описания бедны - много лишних слов, не несущих никакой мысли, никакого настроения. Рифмы бедные. Что хотел герой от героини? Что должен "предрекать" ей такой сон? Ответов нет. Опять же, двадцать с лишним строк "мыльной оперы" сводят на нет ту натянутую нить сюжета, заданную первыми двумя строфами. Последняя строфа - получше, но только за счет повторения удачной мысли из первой строфы на фоне "бесцветия" предыдущих строф. "Забудешь-будешь" очень слабо для финала.
  
   Жуков-Зеневич Ю.С. Последнее

* * *
   Не нужно слёз и всё наладится -
   я убеждаю сам себя -
   всё перемелется, исправится,
   всё обновится... С сентября.
   И будут листья все намокшими,
   И панихида по тоске,
   печали волнами поблёкшими
   исчезнут следом на песке!
   ... а нынче душно, сердце мается,
   и давит грудь мне тяжесть дней.
   Всё представляется - раскаяться -
   и снова чист, и снова к ней!..
   Но не в чем каяться!!! Отрезаны
   пути в обход и напролом.
   И Сплином ломтики нарезаны
   лимона - "вздрогнем" коньяком.
   Мне остаётся лишь бессонница,
   мне остаётся осень ждать,
   а сердце всё равно колотится,
   желая в унисон звучать...
   Но не к кому ему подстроиться -
   Дуэт распался навсегда!
   Ступай - ты больше не невольница!
   Спеши одна через года!..
  
   Начало настроило на очередную поэтическую поделку. Перечитал две первые строфы. Понял, что мне мешает. "Всё" в первой и "все" в пятой строке. Можно простить рифму "наладится-исправится", можно закрыть глаза на недоработку в подборе ряда "перемелется, исправится, ... обновится", можно не обращать внимание не некоторую туманность образа "печали волнами поблекшими", но пустые слова убивают поэзию. Следующие восемь строк читаются уже с интересом. Не совсем ясно, в чем же каяться, если не в чем? Не до конца проработана фраза с "коньяком". Такое впечатление, что автор замучился с подбором более гладкого, логичного описания, махнул рукой, сказав: "Пойдет и так". Следующие семь строк - понравились больше, скорее настроением. Эх, если б не "не к кому ему" и последняя строка...
  
   Трещалин М.Д. сорок лет назад
  
   Ах, как было здорово:
   Вихрастые головы
   Огромных и белых, как снег хризантем,
   Не самые лучшие
   Достались по случаю
   Мне давешним вечером, ветреным тем.
   Ты в рыжих кудряшках
   И волны в барашках,
   Твой странно-нелепый с разводами плащ.
   Трепал его ветер
   И гнал все на свете
   Серьезные мысли подальше, хоть плач.
   А ты все смеялась,
   И мне улыбалась,
   И все говорила то вздор, то - пустяк.
   Ты верно забыла,
   Как все это было?
   А я помню точно: все именно так.
  
   Такой образ! Ну что же вы, автор, так не бережно с ним? Как же так: "огромных и белых" - как можно ставить между этими прилагательными "и"? Дальнейшее разочаровало. Идея и контуры сюжета в полном порядке, но образное наполнение и поэтическая реализация подкачали. Неудачи начинаются уже в шестой строке с ее необоснованной инверсией, слабое сочетание определений "давешним" и "ветреным тем", последнее еще и имеет двойное значение.
   Дальше в лес, больше дров (с) сиречь неудачных образов, рифм, случайных слов. "Кудряшках-барашках" - и рифма так себе, скорее повтор, и сравнение это, непонятно для чего. "Все на свете" читается, как "всё", и "серьезные мысли", появляющиеся вдруг в следующей строке, хочется отправить "подальше". Рифмы финала добили окончательно еще теплившуюся надежду: "смеялась-улыбалась, забыла-было". Увы.
  
   Губский В.И. Реальность и миражи
  
   Ласкает ветер счастья нас недолго,
   А в сердце боль приходит навсегда. -
   То голубь белокрылый у порога,
   То вдруг у ног - горелых два пера.
  
   Не примет сердце слова покаянья,
   Нам груз свершенного пожизненно нести,
   Дорогой от цветенья к увяданью,
   Где то горят, то меркнут фонари.
  
   Наверно где-то - в глубине Галактик
   Запрет на единенье с красотой
   Начертан Роком, - вот он мне и ставит -
   Барьер несовместимости с тобой.
  
   И реквием на жизни клавесинах -
   О смерти чувств - печальный звук в веках, -
   Звезда умрет в космических глубинах,
   Слеза блеснет печалью на глазах.
  
   Слеза печали - зависти слеза.
  
   Завидую я гребню, что твоих волос
   Касается, как только солнце дарит -
   Нам новый день - и ты встаёшь с постели.
   Завидую, что платье обнимает -
   Твой гибкий стан. А он ведь взору дарит -
   Волнений миг, - и сердца стук скорее.
   Завидую кулону на груди,
   Туда-же шлет воображенье поцелуи.
   Завидую я капельке крови,
   Что в сердце твоем бьется страсть даруя.
  
   О небо с мириадами светил,
   Я вдохновенно свет ваш поглощаю!
   Так почему-же я лишаюсь сил
   От той красы, что дева источает?
  
   Ответ небес из глубины души
   Взметнул в сознанье мысль простую:
   -Причину слабости в красе ты не ищи,
   Зло оболочку выбрало иную.
  
   Надменность - пожирающий огонь,
   Гордыня - ветер разметавший пламя,
   На чувстве нежном выжигают боль,
   В тигле страданя душу твою плавят.
  
   Но ведь пламени безумствовать не вечно -
   У надменности есть времени предел.
   Вкруг себя сжигая человечность -
   Дева, горький обретет удел.
  
   "Навсегда-пера, фонари-нести, галактик-ставит" - не рифмы. "Ветер счастья" - не очевидный образ, "в сердце боль" - очень часто используется сочетание слов. Финальный образ первой не нов, но запоминаем. Жаль спотыкаешься на "голубь белокрылый". Смысл второй строфы едва угадывается между заумной сентенции второй и необъяснимости последней строки.
   "Барьер несовместимости" - еще один спорный образ.
   Четвертая строфа начинается с неудачной заумной фразы на две строки. Целесообразность образов умирающей звезды вызывает сомнения.
   Далеко не блестящий результат первых четырех строф, но в них, хотя бы, поддерживается регулярная строфика и какой-то смысл. Потом идет одинокая строка, которая по рифме тяготеет к четвертой строфе. А после нее - образование из десяти строк, которое не поддается идентификации, ни с точки зрения структуры, ни с точки зрения образов. На "твОем" явный сбой акцента или ритма. Философия простая - зависть вперемежку с ревностью, но поэзии не получилось.
   Дальше автору удалось вернуться к регулярному стиху, но повествование осталось туманным, сбивчивым. Последняя строфа еще и сбивается на другой размер, как будто ее искусственно приделали к готовому стихотворению, отрезав от другого.
  
   Сухоносов О.И. На прошлое взглянув
  
   На прошлое взглянув,
   Зачин мы видим - семя:
   Муж и жена, сверкнув,
   Земли родили племя.
  
   Который день под ложкою сосёт,
   Салазки сводит, а во горле ком.
   Когда некошный жребий сменит мёд,
   Когда мы вокруг дуба обойдём?
  
   Ладанька, милая, басее всех в миру,
   Мы с нею сладили, изведавши утех.
   Но то не грех уж, коли ноги на полу,
   Известно - грех грядёт, коль ноги вверх.
  
   Явился гость, обапола юрится, ярей.
   Налощит ся, размасливает статок, деловец,
   А взором льстится к ней, хотящей гирей,
   Пускает слюни, гладит запороток, жеребец.
  
   Запёкся скоро тесть мой предстоящий,
   Купца он кличет не иначе - сыновец.
   У шалыгана ж на уме - как в чаще
   Укусную совлечь на свой конец.
  
   Как не корячся, а родитель в силе,
   Знать, на умык идти нам вышел чёт.
   Скраду, посягнем, там творить михирю -
   Он в кунку милой плодорожье изольёт.
  
   Прочитать этот текст неподготовленному читателю, все равно, что на иероглифы пялиться. Тем более что в моем понимании это не древнеславянский, а его смесь с современным русским. Значения половины слов - неизвестны, поэтому смысл едва угадывается. Правильно расставить ударения невозможно, как и точное произношение (современными буквами можно изобразить древнеславянские звуки лишь с большой долей условности). Таким образом "мелодика" стиха не угадывается. Что остается читателю? Довериться, что его не посылают, куда подальше?
  
   Сударева И. Легкомысленное
  
   Мы у липы упавшей шептались,
   Над рекой, что прозванием Мышка.
   Наши пальцы изящно сплетались,
   И в груди появлялась одышка.
  
   И купаясь в лучах золотых,
   На льняных простынях, одеялом
   Укрываться одним на двоих -
   Вот о чем, улыбаясь, мечтали.
  
   Тихо речка травинки несла,
   Словно пули, носились стрекозы,
   Май катился, сгорая дотла,
   И ворчали на западе грозы.
  
   "Не забуду, - сказал, - никогда,
   Как над Мышкой шуршащей сидели..."
   Но забыл, убежал, как вода,
   Не прошло даже полной недели... :)
  
   Увы. Когда натыкаешься на такое изложение мысли, как "над рекой, что прозванием", и на такие образы, как "и в груди появлялась одышка" или "шуршащая" река, уже не обращаешь внимания ни на глагольные рифмы, ни на мудреные инверсии. Впрочем, качество текста соответствует названию. Недаром говаривал Христофор Бонифатьевич: "Как вы яхту назовете, так она и поплывет".
  
   Гош С.И. Ого.
  
   Да, я вчера - эх, как. О-ля-ля!
  
   Вспоминаешь детство материнское? Помнишь, песочница, часики, классики, солдаты на передовой...
   А мы стоим такие красные, как помидор.
   Зажимаемся за углом.
   Взрослеем, краснеем...
  
   И тут - ты беременна, у меня - триппер.
  
   Загрустили, значит. Повзрослели, увеличились в размерах.
  
   И тут - о-ля-ля!.. Так быстро, резко, по горке - вниз, опасный спуск, превышение полномочий...
   Пробежало все, как в плохом кино, когда кончилась кола и нечем запить бутерброды из булочной.
  
   Ты пишешь, что машина дорого стоит.
   Кому ты это говоришь?.. Кому?! Мне?!
   Я не знаю, адрес написан неразборчиво.
  
   Неясности, отголоски, вывернутые ляжки...
  
   А тогда было ведь... Было.
   Зеленое мороженое, красные глаза, смех из-под ног.
  
   Земля качалась, качалась... Песня еще играла.
   Вот эта:
   "Когда мы будем где-то там,
   У нас появится вот то.
   Когда пойдем ко всем кругам,
   Закрутим небо в колесо..."
  
   О, эти милые сердцу песни.
   О, эти милые глазам глаза.
   О, эти дальние, манящие огни...
   О, о, о.
  
   Я учился рисовать треугольники на пляшущем стекле автобуса.
  
   А у тебя машина дорого стоит...
   Я не понимаю, как это понять.
  
   Отказываюсь смотреть на цены.
   На жестокие цены полного доверия.
  
   Да ладно, ладно... Улыбнись.
   Тебе же это идет.
  
   Не в той ситуации оказались наши.
   Секунды драгоценной, молодой жизни.
  
   На фоне других работ конкурса эта работа выделяется попыткой передать идею нестандартными образными решениями. На этом отличие с большинством работ, к сожалению, заканчивается.
   Прочитав текст, я понял, что дело Эллочки-Людоедочки живет. Флаг этого "птичьего" языка подхватили надежные руки. Одна заглавная фраза чего стоит: "Да, я вчера - эх, как. О-ля-ля!". Одни эмоции, информации - минимум: ясно только, что вчера. "Детство материнское" это как? В утробе матери что ли? Что такое "часики" не помню, но дело не в этом, а в необъяснимом перескоке на "солдаты на передовой". "А мы... красные, как помидор" - не принято ставить сравниваемые слова в разные формы, если это не является особенностью данного слова. Клинические проявления взросления позабавили. Неуклюжие фразы "увеличились в размерах", "превышение полномочий", "пробежало все". Следующая фраза про кино и бутерброды настраивает на какое-то подобие сюжета, но, увы - продолжается фрагментированный поток сознания, отягощенный повторами: "красные-краснеем-красные", "взрослеем-повзрослели", "глаза-глазам глаза", "качалось, качалось", "ладно, ладно". С логикой даже для псевдопостмодернизма напряг, последние две строчки тому пример. Зачем точка после "наши"? Кто такие "наши"? О чем говорит последнее предложение (типа предложение) без сказуемого? В общем, поэзия - далеко не "о-ля-ля".
  
   Заявки 85-96.
  
   Мегалкарвен А. Посвящение...
  
   Я приду к тебе теплым дождем
   Песню спою о небесах
   Покажу тебе как мы вдвоем
   Рассекаем небо на наших крыльях...
  
   Буду ветром тебя ласкать
   Свежесть даря и покой
   Босиком будем мы танцевать
   В поле, покрытой росой...
  
   Стану я родниковой водой
   Смеясь, у ног твоих буду бежать
   И чувства наши с тобой
   В пламя нежности превращать...
  
   Обернувшись в осеннюю сказку
   Закружусь над тобой листопадом
   И не снявши золота маску
   Буду с тобою рядом...
  
   Если в снежный край ты придешь,
   Пред тобой Королевой предстану
   В мире снега защиту найдешь
   И излечишь любые раны...
  
   И когда ты придешь ко мне
   Мы забудем про боли разлук
   Жизни вечность нас примет к себе
   И больше не разомкнем мы рук...
  
   Да, читано-перечитано, даже на этом конкурсе. Те же образы, только качество исполнения оставляет желать много лучшего. "Небесах-крыльях" - круче даже, чем "палка-селедка". Злоупотребление глагольной рифмой само по себе обедняет поэтику, а "придешь-найдешь" - за пределами хорошего вкуса. Тут же повтор "придешь". Понятия размер, акцент, автору, видимо, неведомы, а внутреннего природного чутья нет. Отсюда и такая непоэтичность текста.
  
   Алексеев А.А. По мотивам стихотворения М. Цветаевой "Опыт ревности"
  
   Ну как Вам, боль моя, живется-можется?
   Как думается, дышится Вам как?
   Смешинка ли бежит по алой кожице
   Капризных губ, шептавших "мой чудак..."?
  
   Ну как с галантным Вашим утешителем,
   С его слащавой пошлостью речей?
   Вам, знавшей сладо - страстье Небожителя,
   Ужели сладок уксус страсти, чьей?
  
   Как Вам, о фея снов и вдохновения,
   К лицу ль в мещанском платье щеголять?
   У Ваших ног не худший был...из гениев!
   Теперь же - ровная посредственности гладь.
  
   Как Вам, к кому не обращался в прозе я,
   Пел для кого про Ахиллесов щит
   И с кем вкушал небесную амброзию,
   По вкусу ли теперь пустые щи?
  
   ...Ну как, скажите мне без околичностей,
   Живется Вам и можется Вам как?
   Слезинка ль заблестит на Вашем личике,
   Когда Вам некий вспомнится чудак?
  
   Стилизация. В целом показалось добротно, но при повторном чтении почему-то появились какие-то заусенцы и зацепки. "Смешинка ли бежит" - ритмически строка построена так, что получается диковинный глагол "либижит". Кроме того, построение фраз настраивает на последующее сравнение-противопоставление, а не на вопрос, поэтому весь вопрос читатель переносит на "мой чудак?". "Капризных губ, шептавших" - каждое из сочетаний само по себе вполне читаемо, но в сумме получилась не самая простая для произношения фраза. Окончание второй строфы оформлено неграмотно, как с точки зрения фразеологии и синтаксиса, так и с точки зрения выражения эмоций. Если это единое предложение, то запятой не надо. Если же автор пытается выделить последнее восклицание, то нарушается смысл всей фразы. Фрагмент отягощен повторами "сладо-сладок, страстье-страсти". Слово "сладо", которое не существует, как самостоятельная лексическая единица, опасно еще и "мутацией" при "проглатывании" звука "л". Я бы на месте автора вернулся к традиционному, слитному написанию слова "сладострастье". "Ровная посредственности гладь" - неудачный образ, на мой взгляд. "Как Вам, к кому не обращался в прозе я" - опять неудачно: и по звучанию, и по смыслу. Тут же повтор "вкушал-вкусу".
   Финальная строфа не избежала огрехов. "Околичностей-личике" - все же однокоренная рифма не есть украшение, особенно - коды. Перебор с "Вам". "Ль заблестит" - неудачно фонетически. "Личико" - неудачно стилистически, как и "некий".
   Несмотря на столь обильную критику, стихотворение понравилось.
  
   Линникова Т.Н. Звёздное таинство
  
   Свежий запах разнотравья,
   Ветром клонится ковыль,
   И земля бывает раем.
   И ковром бывает пыль.
  
   Но зовут нас в небо звёзды,
   Отрывая от земли,
   И нам кажется не поздно
   Повстречаться на пути.
  
   Но чем дальше, тем темнее
   Ожидание в глазах.
   Потухает свет предчувствий
   В не согревшихся сердцах
  
   И уже прикрыты губы,
   И они уже не ждут
   От земли и неба чуда...
  
   И меняют на уют
  
   Наши тайные желанья,
   Вожделенья и мечтанья.
   Как потухшие планеты
   Продолжаем мы сюжеты
  
   Кем - то писаной судьбы.
   Мы уже - совсем не мы...
   Иногда взлетаем тайно
   Мы на звёздное сиянье.
  
   Мы такие с вами все ?
   Прячем звёзды мы в себе.
   Или я одна такая,
   Что глаза я прикрываю...
   В них я прячу звёздный свет
   И не сбывшийся сюжет.
  
   Свежий запах разнотравья,
   Ветром клонится ковыль,
   И земля бывает раем?
   И ковром бывает пыль?
  
   Первое четверостишье - вот, философия любви, выраженная простым языком, без сверхизысков, но при этом - авторски. Но счастье, увы, недолго. Вторая строфа посеяла сомнения, третья окончательно развеяла надежды. "Темнее-предчувствий" - не рифма. "Темнее ожидание в глазах" - образ не рисуется. "Потухает свет предчувствий" - непоэтично. Четвертая строфа обнадежила, но дальнейшее разочаровало. Переход от схемы АВАВ к ААВВ необъясним. Слабые рифмы, очень много "воды". Примером может служить строка "мы такие с вами все". Никакой необходимости в повторе с прятаньем звезд не видно. Повтор первой удачной строфы с вопросами не спасает текст.
  
   Володин Г.В. Тебе
  
   Благодарю тебя,
   Благодарю за яркий свет добра в твоих глазах
   Благодарю за детскую улыбку на лице твоем счастливом,
   Благодарю за слово "Нет!" грехам и злу в твоих устах,
   Благодарю я жизнь, что создала тебя,
   Благодарю судьбу, случайность, Бога, что показали мне тебя,
   Благодарю Создателей за дар увидеться с тобою,
   За разрешение приобщиться к наивности и доброте твоим огромным,
   За силу, что дана тебе меня счастливым сделать,
   За то, что на этом свете существуешь ты сейчас.
   Благодарю всегда, везде и всюду
   И умоляю:
   " Будь такой всегда!"
  
   Зачем семь раз "благодарю", потом три раза без него, а потом еще раз "благодарю"? Во всем тексте одна рифма "глазах-устах" и рифма-повтор "тебя-тебя-тебя". Жизнь - создала, судьба, случайность, Бог - показали, Создатели - даровали свидание, разрешили "приобщиться к наивности и доброте твоим огромным" (неказисто, непоэтично), дали силу "тебе меня счастливым сделать" (чудовищная инверсия) и поддерживают ее сейчас. Кто такие "Создатели"? У автора каша в голове.
  
   Локи Х. Rodved
  
   На ладонях слепого бога
   Сегодня расцвел огонь.
   И мимо развалин убогих
   Неспешно бредет его конь.
   Полмира крылом закрывая,
   Ворон кружится над ним...
   А я...Я рядом стояла.
   И был этот мир так раним:
   Здесь хрупкость неверных движений,
   Здесь вязкий опаловый свет,
   Стеклянная муть отражений,
   Где серый - единственный цвет.
   Не смея сказать и коснуться
   Руки, что держала огонь,
   Я взглядом его провожала,
   Пытаясь сдержать тихий стон...
   Мне - вечно стоять, провожая!
   Ему - не увидеть меня!
   Туман пеленой застилает
   Землю, лишенную дня...
   Так боги нас наказали...
   Но кто-то накажет и их!
   Шел конь, травы не сминая...
   И ветер над миром стих.
   Сочились сквозь камни столетья.
   И ворон был неутомим...
   Проклятое лихолетье
   Черных сожженных долин!
   Так иней покроет одежды...
   Так мы были рядом и врозь...
   И не было больше надежды
   В мире, промерзшем насквозь!
  
   Чей конь? Огня или слепого бога? С рифмами - просто беда. С размером и акцентами - тоже. Вроде, огонь зажегся, а дня Землю лишили. Описывается серый, бесцветный пейзаж, туман, и применяется определение "опаловый", которое стойко связано с драгоценными опалами, что "горят" и переливаются всеми цветами (в зависимости от разновидности). Ни смысла, ни эмоций, ни поэтической красоты.
  
   Ярдаева М.А. Осень
  
   Осень накрывает пьяным небом,
   Бронзовыми нитями дождей.
   Чувствую, что возвращаюсь в небыль
   Я своих непринятых идей.
   Тонкое в душе моей задето,
   Вырваться отчаянно спешит.
   Безголово пляшет ветер где-то,
   И Нева впивается в гранит.
   Я опять ищу, а что не знаю,
   Всматриваюсь в отражение луж.
   Я как будто бы дошла до края -
   Края в вечность обращенных душ.
   И предчувствие воздушного чего-то
   Лишь усиливает бреда торжество.
   Я как будто бы сливаюсь с этим небом,
   Я как будто моря волшебство.
   Растворяясь в желто-красных листьях,
   Улетаю я неведомо куда.
   Часть меня в ворсинках тонкой кисти,
   Что в руках художников дождя.
   Есть меня немного и в лучах
   Отгоревшего сентябрьского солнца,
   Пара капель, заточенных в берегах
   Финских вод - я и в залива волнах.
   Эта осень и как финиш и как старт
   За меня подводит все итоги,
   Закрывая на ремонт пути назад,
   Мне рисует новые дороги.
   С этой пасмурностью на одной волне
   Одним воздухом мы дышим,
   Одни краски оставляем на холсте,
   Одинаковыми нотами мы пишем.
   И когда я поняла, что Осень - Я,
   Перестала без конца искать ответы.
   Осень истины не знает бытия,
   И ничуть об этом не жалеет.
  
   "Пьяное небо", "бронзовые нити дождей", "безголовый ветер", Нева, "впивающаяся в гранит" - спорно, но задорно. Первые двенадцать строк, несмотря на некоторые погрешности в целом удались. Дальнейшее, простите, чудовищно непоэтично.
  
   Крайн Л. Монолог
  
   Если хочешь услышать - молчи, умоляю, молчи. Будет вечер, и дождь, и вино разольем по бокалам, и слова рвутся изнутри - хочешь, не хочешь - шепчи: про меня, про тебя, про ночные прогулки по скалам. И про вечное: "Где ты?" - зови, я услышу, зови!.. И про звезды, что слишком ярки, если смотришь одна в них, про тоску, про бессонницу, про ожиданье зари, про мечты, про сомненья, про всех моих милых, но давних.
   Но довольно - все, хватит, - ты тоже хоть что-то скажи!.. Замолкаю, краснею слегка - и вино допиваю, сердце бьется так быстро, а страхи - темны и свежи: ты молчишь, а когда домолчишь, то, что скажешь - не знаю.
  
   Форма записи не спасает этот текст. Кто главный герой, женщина или мужчина? Кто к кому обращается? То - "молчи", то - "шепчи", то - "зови", и вдруг - "Но довольно - все, хватит, - ты тоже хоть что-то скажи". "Прогулки по скалам" - любители экстрима? В альпинистском снаряжении? Со страховкой? Или все-таки "среди скал"? Смотреть "в звезды" - никак не вырисовывается процесс. Финальная фраза "ты молчишь, а когда домолчишь, то, что скажешь - не знаю" - своей путанностью и неудачным словотворчеством подводит закономерный итог.
  
   Матушкин Л.Р. Тебе.
  
   Так постигают бесконечность -
   Пройдя над бездною в глазах.
   Когда растрачена беспечность,
   Когда прощанье словно крах.
   Так познают непостижимость -
   Предоставлением виска,
   И принимают одержимость,
   Как образ жизни на века.
   Так направляют ход событий
   Вдоль сердцевины бытия,
   Поняв среди иных открытий
   Неразделимость ты и я.
   Так приближаются к пределу,
   Заглядывая через край,
   Себя стократно переделав,
   Не различая ад и рай.
   Так постигают бесконечность -
   прощая боль,теряя страх,
   И обрекаются на вечность
   За соучастие в стихах.
  
   Технически текст исполнен неплохо. Размер выдержан, акценты на местах. Даже рифмы приемлемы. Если бы поэзия заключалась только в технике, ее писали бы машины. Перестарался автор с высокопарностью фраз. Слова - "значительные", а реального значения не несут. Последняя фраза симпатична, но придает тексту неожиданный оттенок. По этому поводу дружеский шарж:
  
   Начальник, бездны бесконечность
   Познал по полной я, до дна!
   Пятнадцать суток? Тьфу! Коль вечность
   Поэту свысока дана.
  
   Да! Грешен я в стихосложеньи!
   Да! Рифмоплетство - мой косяк!
   Ты не сули мне снисхожденья:
   Мол, соучастнику скостят.
  
   Меня не купишь и отсрочкой -
   Пусть мне кормить тюремных вшей -
   Я сочинил все! В одиночку!
   Ты групповуху мне не шей!
  
   Барамунда Запах шёлковых волос...
  
   Я помню утро, наш перрон,
   Толпой прокуренный вагон,
   Потом - метро и турникет,
   Поспешно купленный билет
   Ещё - на август календарь,
   Как по щеке течёт янтарь,
   Глаза, незаданный вопрос...
   И запах шёлковых волос...
  
   Я помню день и вкус котлет,
   В стакане - розовый букет,
   Иконы, крест, святой Лука,
   А на плече - твоя рука,
   Ещё - на август календарь,
   Как по щеке течёт янтарь,
   Глаза, незаданный вопрос...
   И запах шёлковых волос...
  
   Я помню вечер, рыхлый свет,
   У изголовья - табурет,
   И первый страх, и первый стон
   На мой ответ, наш сладкий сон,
   Ещё - на август календарь,
   Как по щеке течёт янтарь,
   Как твой вопрос щекочет нос
   Волной распущенных волос...
  
   Странно. Увидев имя автора, я предвкушал совсем иное. Рефрен первой строки - согласен. Тем более он удачно модифицируется по времени. Рефрен целого четверостишья - перебор, на мой взгляд. Как автор, которому не чужда песенная стилистика, не приветствую увлечение рефреном-припевом. Тем более, что "наживки", которую бы "заглотил" слушатель, здесь нет. Янтарь слишком образно для песни, "запах шелковых волос" в отсутствие их владельца при повторении превращается в "фетиш". Повторюсь: это на мой взгляд - мнение других читателей может кардинально отличаться.
   Первая строфа неожиданно трактует последовательность: "перрон... вагон... метро... турникет... билет". "Наш перрон", "прокуренный вагон" - настолько заезженные образы, а в сочетании с "я помню" - просто гимн дворовопопсовой стилистике.
   "День и вкус котлет" - забавно звучит. Соседство "вкус котлет" и икон - совсем не забавно. "У изголовья табурет" - однозначные ассоциации с больничной палатой и предсмертной исповедью. Тем неожиданнее продолжение.
   Измененное окончание рефрена оживило волосы, но связка "вопрос-волос" не прорисовывается.
  
   Губкина Д.Г. Почти
  
   В те глаза я смотрела запоем,
   Разрушая столпы и основы.
   Быть, почти что совсем не изгоем,
   И почти что счастливой с тобою...
  
   Отдаваться в магии танца,
   Растворяться под чарами рифмы...
   Ведь с тобой мы почти идеальны,
   И почти что достойны быть мифом...
  
   И рыдать не песком, а слезами,
   И кричать человеческим криком,
   Мы почти что друг друга узнали,
   И почти насладились тем мигом...
  
   Мы почти... Ты прости, если сможешь.
   И тебя я прощу, если стану.
   Мы живём, как всегда, друг без друга...
   Но за это - почти без обмана...
  
   "Основы-тобою", "танца-идеальны" - очень слабые рифмы, "сможешь-друга" - совсем не рифма. Образ разрушения "столпов и основ" одним лишь взглядом "запОем" впечатляет, даже где-то потрясает. Как говаривал доктор из к/ф "Формула любви": "За это Вам наше глубочайшее мерси". "Быть, почти что совсем не изгоем" - фраза феноменальна по своей бессмысленности, ну, нельзя в одну кучу собирать два противоположных по значению слова. "Рыдать не песком, а слезами" - сомнительный образ: песок ассоциируется с несколько другими процессами. "И тебя я прощу, если стану" - о чем это? Что "стану"? Где? "Но за это" - неуклюже. "Почти без обмана" - не понимаю таких формулировок. Не бывает так. И если бы стихотворение было об этом - о призрачности, эфемерности этого "почти", текст имел бы смысловой "скелет", на который можно было уже "нарастить" поэтику.
  
   Васильцев С. Я мудр, как бедуин, прошедший сквозь пустыню...
  
   Я мудр, как бедуин, прошедший сквозь пустыню...
   И не глотал вина, но весел оттого,
   Что головы церквей напоминают дыни,
   Забытые у невских берегов.
  
   За мной стоит Весна. Ее щекочут листья.
   А город весь в цвету. И этим цветом пьян.
   И отрешен... И за десяток истин
   Я не отдам тоски твоей обман
  
   И то, чем буду жить. В любой исходной форме,
   Когда от красоты и радости знобит,
   У хаоса души выпрашивая фору
   Для хаоса судьбу слагающих орбит.
  
   И там - на берегу моих переселений -
   Из голоса и губ уложенная гать
   Еще не превела к началу представленья,
   Еще не начались последние бега.
  
   Но я, еше пока закованный в приличья,
   Уж в тайне от себя готовлю свой исход
   Туда, где хмурый Дант лишь бредит Беатриче.
   И дерево души вынашивают плод...
  
   Не все, на мой взгляд, гладко с размером и рядом формулировок, но текст подкупает свежестью некоторых образов. Меня немного смутило "прошедший сквозь пустыню" и "не глотал вина". Мне кажется, с этими образами можно еще поработать. Образ церковных куполов очень понравился. "Тоски твоей обман" - не совсем понял образ. Эпизод с "хаосами" заставляет напрячь извилины, но образ до конца не складывается. Как и финальная фраза: "И дерево души вынашивают плод". Возможно, здесь просто ошибка в окончании глагола. Если бы было единственное число (вынашивает), тогда все понятно.
   Еще раз отмечу неплохой темп, неизбитые образы и удачные рифмы при их неброскости.
  
   Земцова Е.Е. Ты - там
  
   Ты-там...ты в широких бескрайних морях,
   В далеких просторах лазурной тиши.
   Ты-там, не зови, не молчи, не дыши..
   Ты-воин, не знаешь, не ведаешь страх.
   Ты -там, ты встречаешь рассвет на воде,
   Корабль ведешь, как слепой в пустоте,
   Но ты видишь свет, что не ясен другим,
   Лишь сердцем, как шепотом, он различим.
   Ты-там, ты отчаян и смел, и силен,
   Ты с морем и солнцем, как брат их рожден.
   Ты-там, где расплавилась в небе заря,
   Ты-там, далеко, но ты помнишь меня.
   Я-здесь, где над льдами лишь ветер звенит,
   Где снег, как безумием, кровью залит.
   В причудливых тропах ты можешь найти
   Моих линий странствий скупые следы.
   В душе моей -вера, в руке моей - меч,
   Мне Бог даровал пламя молний зажечь,
   Сквозь жизни, миры, времена нам искать
   Одно, лишь одно, что нельзя потерять.
   Забыться в объятьях, стереть пыль дорог,
   Не думать, не слышать, бежать со всех ног
   Оттуда, где боль превращают в гранит,
   В тепло этих рук, что спасет, сохранит...
   ...Мне снятся до боли реальные сны,
   Я знаю так ясно, их видишь и ты...
   Когда мы пройдем сквозь огонь и войну,
   Ищи меня здесь - на морском берегу.
  
   Единственное, что ясно из этого текста, что "он - там", а "кто-то - тут". Мужчина или женщина, непонятно. О любви здесь, если и есть что-то, оно погребено под гигантским наслоением "словесного мусора". Прошу прощения, но не вижу смысла разбирать технические огрехи в тексте, у которого не не сумел нащупать ни смысла, ни сюжета.
  
   Заявки 97-108
  
   Лешев О.П. Баллада о можном
  
С нею в нашем отделе настала весна.
Мужики не таясь токовали безбожно!
Перерыв. Гибну в срочных делах. Вдруг -- она:
"Я налью тебе чаю, горячего --
можно?"

Всё стремилась она изучить и понять,
обращалась ко всем без амбиции ложной.
Словно музыка, средь монотонного дня
её голос звучал: "Я с вопросом к вам --
можно?"

Раз не в духе я был, психовал втихаря --
тут она как на грех!.. В состоянье бульдожном
прорычал: "Сколько можно уже повторять?
Можно!!!"

С той поры воцарилась меж нами зима.
За обидою, как за стеклянной стеною,
терпеливо искала ответы сама
и подчёркнуто сухо держалась со мною.

И, когда притворяться уж не было сил,
я накрыл её руку своей осторожно.
"Можно, я тебе сделаю чаю?" -- спросил
и услышал в ответ:
"Сколько ждать уже можно!"
   Технически текст исполнен на хорошем уровне, но не оставляет ощущения притянутости многих рифм к сюжету и, взятому за основу, приему рефрена одного слова. Автор, на мой взгляд, остановился в нерешительности на полпути, не зная, чему отдать предпочтение: стройности сюжета или поэтики. В результате - блеска не получилось ни в том, ни в другом. В первой строфе смущает обращение к главному герою на "ты". Для завязки сюжета - неудачно. Возможно, это мое личное "дурацкое" восприятие делового этикета, но обращение на "ты" - крайне редкий в этой области случай. Начало второй строфы самое неудачное место текста. Здесь сильнее всего ощущается (для меня) натянутость образов, и действий героев.
   А вот третья строфа, несмотря на "бульдожном" воспринимается естественнее, натуральнее. Однако, урезание на целую строку показалось излишним в изображении нервного срыва. Четвертая строфа - неизбежный мостик к финалу, в целом, неплохо решенный автором, но без традиционного рефрена выглядит, как не "родной" для текста.
   Финал понравился: четко, акцентировано. В целом идею автору раскрыть удалось, но цельного восприятия истории у меня не получилось.
   Митюшкина Т.Н. Три слова
  
   Полечи меня от боли,
   Полечи меня от муки.
   Нужно, ведь, всего три слова,
   Чтобы не было разлуки.
  
   Чтобы не было печали,
   И сердца опять забились.
   И как прежде мы с тобою,
   Вновь, друг в друге растворились.
  
   Нужно, ведь, всего три слова,
   Чтобы ярче стали краски,
   Чтобы Мир казался добрым,
   И чарующим, как сказки.
  
   Я не верю, что забыты,
   Те слова, что с губ слетали.
   Ведь они теплом и светом,
   Наши души наполняли.
  
   Ты скажи скорей три слова,
   Я тебе на них отвечу.
   Да, прекрасных слов так много,
   Сердцу жизнь дают, лишь эти!
  
   Философия этого текста очевидна настолько, что философией ее назвать трудно. Как обращение к близкому, трогательно, но скорее интимно нежели публично. Много лишних слов, которые автору, конечно, не кажутся лишними. Ритм и размер - неплохо. Схема АА, а в авторской разбивке хАхА - на мой взгляд, наиболее простая в исполнении, но наиболее трудная в реализации поэтики текста. Последняя строфа совсем без рифм. Образность практически отсутствует, а те, что есть, очень слабые.
  
   Ариэль Не судьба
  
   Влечение, кажется, можно потрогать,
   Но вновь незаметно кончается вечер
   И каждый уходит своею дорогой,
   Лишь губы замерзшие шепчут: "До встречи..."
   Объятья, как будто во сне, разожмутся,
   И пальцы коснутся щеки осторожно...
   Не бросится вслед, только чуть оглянуться -
   Как подвиг, немыслимый и невозможный.
   А взгляд за плечо так насыщенно-нежен,
   И вновь недосказанность больше, чем речи.
   По сердцу невидимой бритвою режет
   Тоска и надежда на скорую встречу.
  
   Идея понравилась. Чувства, сильные настолько, что становятся осязаемыми. Если бы не некоторая двусмысленность этой фразы - я бы отметил первую строку, как удачу автора. "Разожмутся" - показалось непоэтично, да и глагольная рифма в данном случае - далеко не украшение текста. Я бы попытался найти решение именно для пятой строки: здесь есть возможность подобрать, пусть не точную, но более эффектную и эффективную рифму, которая позволит подобрать глагол, более ярко, описывающий происходящее. "Чуть оглянуться" - мне кажется, мера действия не подходит к этому глаголу. Можно или оглянуться, или не оглянуться, а вот "обернуться" можно и чуть, и едва. "Насыщенно" - тоже видится временным решением, хоть и не самым худшим. "Бритвою режет" - почему-то для меня не звучит так, как хотелось бы услышать. Для меня ассоциативной парой к слову "режет" возникает слово "нож". Бритва ассоциируется у меня с глаголами "сечет", "полосует". Наверное, это "мои тараканы". При желании автора текст можно значительно усилить.
  
   Чиж Н.П. Неизбежность...
  
   Залиты окна мерзлыми слезами.
   На небе звездном здравствует февраль.
   И фонари лучистыми глазами
   Глядят сквозь снежный рой куда-то вдаль.
   И сахарно-хрустящего зефира
   Хрустальные цветочницы полны,
   Алмазной россыпью на ткань седого мира
   Ложится тихий и манящий свет луны.
   И вьется улица тесемкою узорной,
   Да снег скрипит под смелою ногой.
   И ты, такой воздушный, иллюзорный
   И оттого безмерно дорогой.
   Мы оба понимаем: неизбежность
   Нас навсегда, возможно, разлучит.
   Но самую неистовую нежность
   Мы завещаем нынешней ночи.
   Пусть в ней нам чудеса не открывались.
   Не пели птицы. Не цвели сады.
  
   ...Но, уходили вдаль, переплетаясь,
   Неровные, прощальные следы.
  
   Если говорить о философии, то она передана неплохо, хоть и незамысловата. Однако есть один момент: "неизбежность нас навсегда, возможно, разлучит" - здесь "возможно" видится мне совершенно неуместным. Так часто бывает, когда авторы для "выравнивания" размера и акцентов использует незначащие слова, которые могут диссонировать по своему значению со смыслом всей фразы. Впрочем, это мое мироощущение. Кому-то это может показаться даже оригинальным.
   "Мерзлыми слезами" - неплохо, но возникает вопрос: чьи слезы? Описание ночи понравилось. "Неровные прощальные следы" - не очень удачно, то ли пьяные брели, то ли физически измотанные люди. Не хватает этой работе отточенности и добротного финала, что бы запомниться, заставить возвращаться читателя вновь и вновь.
  
   Капустин В. Верность
  
   Суетен человек, недолго горе сушит,
   Тоску стирают дни, вернув к простым делам.
   Но только почему, оплакивая души,
   Мы тянемся сюда, к утраченным телам?
  
   На кладбище ночном могил угрюмый ряд
   Явилась навестить горбатая луна.
   Скорбящие спешат, прощальный бросив взгляд
   На памятник, туда, где не гнетет вина
  
   За то, что ты живой, а он уже ушел,
   За то, что не успел и не сумел спасти.
   За то, что я не бог и бога не нашел,
   Неловко прошепчу последнее "прости".
  
   Мир сказочных существ, таящихся в ночи,
   Изгнал с погоста всех, кто верит липким снам.
   И только старый пес то воет, то молчит,
   Нисколько не боясь того, что страшно нам.
  
   Выходит из могил вампиров черный строй,
   Глодает вурдалак червивое гнилье,
   На кладбище ночном звучит собаки вой,
   Ну, как понять, за что оставил друг её?
  
   Отчаянья упрек, бессловный слез поток,
   Мирок собаки прост, кому ее судить?
   Сложнее человек, но так же одинок,
   И так же мне сейчас хотелось бы завыть.
  
   О чем этот текст? Ляд с ними, с вурдалаками, вампирами и прочей нечистью. Одиночество - вот основной тон, вот единственное разумное объяснение этим шести строфам. От темы любви этот текст весьма далек: не любовь же это к посещению ночного кладбища. Кстати, автор плохо себе представляет поминальные традиции: "скорбящие" на кладбище после захода солнца - нонсенс. Непонимание элементарных вопросов никогда не улучшает качество повествования. Из образов запомнилась "горбатая луна". Рифмы не впечатлили. "Глодает" - просто перл.
  
   Анни С. Если станет тебе тяжело
  
   Если станет тебе тяжело
   Будет плохо и очень туго,
   Позови меня - я приду!
   И спасу от любого недуга.
  
   Мне не станет помехой зима
   Эта вьюга, холодный ветер
   Я оставлю свои дела,
   Лишь меня б ты с улыбкой встретил
  
   Я войду в леденящий туман,
   Пусть мороз жжет лицо жестоко
   Если ты заболеешь - знай!
   Я болею, мне тоже плохо.
  
   Вот пишу, но дрожит рука
   Там в глуши волки грозно воют
   Ты послушай мои слова
   Они тоже чего-то стоят.
  
   Ты в руках держишь сердце мое
   Слышишь? Звук его, как оно бьется
   Пускай мыслью моя душа
   С твоей в этот миг сольется.
  
   Я почувствую боль твою
   Своим дыханьем тебя согрею.
   Отведу любую беду
   Ты поверь, я смогу, я сумею!
  
   Я мечтаю лишь об одном,
   Чтоб здоровый ты был и счастливый,
   Чтобы не был ты одинок,
   Чтобы всеми ты был любимый.
  
   Чтоб светились твои глаза,
   Чтобы ты всегда улыбался,
   Чтоб не гасла твоя звезда,
   А ты ею в ночи любовался.
  
   А я согрею своим лучом,
   Своим ласковым, нежным взором
   Я мечтаю лишь об одном,
   Чтоб счастливым ты был и здоровым!
  
   Да простит меня автор, но... Готовность пожертвовать всем, необоснованно завышенная оценка собственных возможностей, несвязная сбивчивая речь, зацикливание на одной мысли, концентрация внимания лишь на объекте чувств - основные симптомы любовной лихорадки: я болел - я знаю. И немного завидую по белому. Этот текст мил, эмоционален, но не более.
  
   Гаврилов И. Осень
  
   Осень. И с неба падают птицы...
   Они забыли, что будет солнце.
   Они считают, что им всё снится.
   Они не знают, что сон порвется.
  
   Осень. И снег уже рядом с нами.
   Он нас зовет. Ты не слышишь? Странно...
   А мне вот чудится он и снами
   Заполнил небо, заполнил... ладно.
  
   Давай не будем опять об этом.
   Давай откроем коробки старые,
   В которых с прошлой зимы, всё лето,
   Мы свои крылья от мира прятали.
  
   Давай достанем? Опять научимся,
   Как раньше, в воздухе зимним вечером,
   Мы растворяться, терять... Не мучиться.
   Ведь мы с тобой непременно встретимся.
  
   Тот редкий случай, когда не хочется придираться к рифмам и образам, но они цепляются и не дают насладиться поэтикой, воплощением идеи автора в слова, задающие такт дыханью и сердцебиению. Образ падающих птиц до конца не понятен, как и уместность глагола "порвется". "С нами-снами" - лакомый кусочек в поэтике, но автору не удалось исполнить эту поэтическую миниатюру без фальши. "Он и снами" - конструкция неудачна из-за "мутации" существительного "снами" в местоимение "с нами", ввиду соседства с местоимением "он", еще и через союз "и". Тут бы автору поработать с текстом. Самое простое - убрать "он" чуть дальше, например, вместо совсем необязательного "вот". После "чудится" поставить точку. Останется только подобрать наречие или прилагательное к слову "снами". "ладно" лучше начать с заглавной буквы и поставить после него не точку, а запятую, это ведь новая мысль, и относится она к последующей фразе. В текущей разбивке "ладно" может (и должно) восприниматься как характеристика заполнения неба. В последней строке третьей строфы напрашивается простенькая инверсия "свои мы". Третья строка финальной строфы также требует шлифовки. Хотя бы заменить "мы", цепляющее на себя ненужный акцент.
   Подчеркну, что я не противник "слабых" рифм и созвучий, в принципе (здесь не говорим об откровенно слабых текстах, где такая рифма лишь подчеркивает их слабость). Мне не нравится (за редким исключением), когда на "слабой" доле (нечетные строки) оказываются унисонные рифмы, а под акцент строфы (четные строки) подпадают неточные рифмы. Здесь как раз такой случай - "старые-прятали", "вечером-встретимся".
   Несмотря на это, стих понравился.
  
   Костенко П.А. На скамейке
  
   Мы в саду на скамейке сидели,
   Замалинил за рощей закат,
   Позолотой осыпало ели,
   Колдовской окружал аромат.
  
   Тишиной наполнялось пространство
   Не играл больше ветер с листвой,
   Ускользало от глаза убранство,
   Что блистало дневною порой.
  
   Появилися уж звезды лучисты,
   Покрывалась росою трава,
   Н е был я от природы речисты,
   Воплотить не мог мысли в слова.
  
   Молчаливо сидели мы рядом,
   Под навесом кленовых ветвей,
   С каждым новым чарующим взглядом,
   Мне хотелось прижаться сильней.
  
   Промелькнули не жданые тени,
   Я руками тебя обхватил,
   На свои передвинул колени,
   В поцелуи желанном застыл.
  
   Нам легко, мы в полете,
   Невесомы, по небу плывем,
   Посмотрите наверх. Узнаете?
   Это я, с ненаглядной вдвоем.
  
   Личный, авторский вариант "мы на лодочке катались". Опять же личный взгляд автора на полеты "во сне и наяву". Первые шесть строк понятны, поскольку описательны. Как только автор попытался сваять образ, как-то не заладилось. "Ускользало от глаза убранство..." - я догадываюсь, о чем хотел сказать автор, но получилось у него неуклюже. На четвертой строфе, чувствуя, что вступление затягивается, автор, недолго думая, достает, как фокусник, из рукава "чарующие взгляды". Чудо, только чудо, позволяет быстро и без экивоков, перейти от скучной пасторали вечерних пейзажей, к радости мирских утех. Поэтика просто брызжет: "я руками тебя обхватил" - ассоциируется с чем-то весомым, "на свои передвинул колени" - с одной стороны подтверждает весомость, с другой стороны возникает вопрос: а на чьих коленях была героиня? Потеря целой стопы в первой строке финальной строфы не "лечится" паузой. Это явный сбой. Последние строки говорят о широкой известности автора среди населения, или каком-то ярком, заметном элементе в его гардеробе.
  
   Бурель Л.Л. Клубок печали
  
   Смотались чувственные дни
   в клубок печали.
   За кончик нити не тяни.
   Мы отыграли
   трагикомедию с виной
   за медный грошик.
   Он в кружку нищенки, на дно
   небрежно брошен.
  
   Но пальцы стиснуты в кулак,
   до боли: сжали
   мне мною поданный медяк...
  
   Клубок печали.
  
   Мне импонирует такой слог и стиль. Асимметрия стихов, когда длинная строка, как речь в суде (прокурора или адвоката - неважно), а короткая строка, как вердикт, порой неожиданный, но вполне логичный. Невычурные, но "звучащие" рифмы. И та самая недосказанность, когда не возникает вопросов типа "почему", "зачем", "откуда", но и оставляется простор для фантазии читателя. "Трагикомедию с виной", "мне мною" - хотелось бы, чтобы автор эти моменты подправил. Еще одно: на мой взгляд двоеточие между "боли" и "сжали" не нужно. Для чего оно? Попробуйте без него. Вместо запятой после "кулак" можно поставить точку, двоеточие или тире.
   Посмотрел измененный текст. Может, автор немного торопится вносить правки?
  
   Little L. Две женщины
  
   Я виновата в каждой строчке,
   Она лишь в том, что нАд "и" точки
   Не хочет расставлять.
   Я - просто недоразуменье,
   Случайных глупостей стеченье,
   Она - жена и мать.
  
   Меня любой легко осудит,
   Ей - только святости прибудет.
   За ней - мораль, закон.
   Мы разные, как шёлк и мрамор,
   Как в Ад вход и ступени храма,
   Но есть у каждой Он.
  
   Мы только этим и похожи:
   Его прикосновеньем к коже
   И ревности тоской.
   Я - вихрь, безумье, блики света,
   Его река забвенья - Лета,
   Она - его покой.
  
   Мне кажется порой, что это
   Когда-то, кто-то, как-то, где-то
   Нас проклял и теперь
   Мы связаны в кругу порочном
   Заклятьем злобным и бессрочным:
   До жизненных потерь.
  
   Она и я: мы обе знаем,
   Что Он поделен. Сохраняем
   Секрет из ночи в ночь.
   Но власть чья больше, мне понятно,
   Я для Него небезвозвратна,
   А у неё - есть дочь.
  
   Порой хочу я всё разрушить,
   Молчание Его нарушить,
   Заставить выбирать.
   Но не могу. Я - эхо звона,
   Дым сигарет, мороз перpона...
   Она - жена и мать.
  
   Философия любовного треугольника. С вершинами все понятно, а что со сторонами? Страсть, привязанность и ненависть. Тема вечна, но наличие большего числа "степеней свободы" позволяет авторам развернуться со своим собственным взглядом на данную философскую геометрию. Не избита и схема ААВССВ. Собственно, все карты автору в руки. "Что над "и" точки", "как в ад вход" - чудовищно непоэтично. С образом Леты автор явно запутался сам и путает читателя. Лета ассоциируется с покоем. Какой "вихрь"? Какое "безумье"? "что это когда-то, кто-то, как-то, где-то" - верх пренебрежения к читателю: не просто "гидракалбаса", а "вадинайа". "До жизненных потерь" звучит неясной угрозой: дескать, если одному из нас кирдык, у двоих оставшихся все наладится сразу. "Небезвозвратна" - и словотворчество так себе, и смысл неочевиден.
   Не буду перечислять все штампы и затертые рифмы этого текста. Резюме - автор с задачей не справился.
  
   Троллев Д. Валентинка
  
   Всю любовь лишь набор из точек,
   Как морзянка сердцебиения,
   Неразборчивый Господа почерк,
   На скрижалях души сомнения.
  
   Как лавина из горных высей,
   Милосердна, как смерть от старости,
   От звезды бесноватой вызов,
   Или признак всевышней слабости.
  
   Слишком глупо? Прости, дорогая.
   Ты ведь знаешь, бывает, заносит,
   Заиграюсь нечайно словами,
   Хоть меня не об этом и просят.
  
   Рассказать бы хотелось о главном:
   Как ты спишь, лишь похают ресницы.
   Как ты любишь горячую ванну,
   И не любишь, когда мне не спится.
  
   О тепле твоих мягких ладоней,
   Иль о томных улыбках и взглядах...
   Бесконечно мобила трезвонит
   В бесконечных карманах халата...
  
   Нет, не то - ни строки нет, ни ритма,
   Глубины не хватает до боли,
   Чтоб вложить хоть немножечко смысла,
   В то, как счастлив я быть с тобой, Оля.
  
   Может быть "вся любовь", а не всю? "На скрижалях", прошу прощения, но эти слова воспринимаю уже, как 33-й лимон без сахара - скулы сводит. "Лавина из горных высей" - двусмысленно, а все из-за неверного использования предлога. "Милосердна", как "лавина...", или как "смерть..."? "Бесноватой" - выпадает из стилистики текста. "Всевышней слабости" - вторая строфа и второе упоминание о Нем: не злоупотребляет ли автор? "Хоть меня не об этом и просят" - неуклюже, непоэтично. Куда делась цветастость и высокопарность первых строф? С "главным" автор тоже подкачал. Счастье любить и быть любимым - хорошо. Тщетность попыток описать это чувства - неплохо. Остальное - увы.
  
   Философ Не дети...
  
   Не дети... В том то всё и дело.
   В романе виртуальном смысла мало.
   Ведь не коснутся телом тела,
   Чтоб вдруг похолодеть и чтобы тут же жарко стало.
  
   Не дети... И оттого давно понятно,
   Что не отдаться, всё позабыв на свете.
   Что не корить себя потом невнятно
   За чувства путаные эти.
  
   Не дети... Потому и мука,
   Мечтая целоваться страстно.
   Но счастью лишь постель порука,
   А без неё сгорать, увы, напрасно.
  
   Типичный (простите) сетевой экспромт с претензией (еще раз простите) на глубокую философию. Автору явно не хватает четвертой строки, чтобы выразить мысль. При этом "вдруг", "и чтобы тут же" скорее заполняют пространство и выравниваю размер.
   Начало второй строфы - размер поплыл, хотя ни что не мешает автору уложиться в заявленный в первой строфе размер. Достаточно убрать "оттого", являющееся избыточным. Зачем во второй строфе приставка "по", ломающая ритмику стиха? Без нее и ритм становится нормальным, и размер, и на смысл это никак не влияет. Третья строка на стопу увеличена, но это мелочи. "Невнятно" в данном случае неочевидно и объяснимо только рифмой. Деепричастный оборот "мечтая целоваться страстно" висит в воздухе: ему не кому приткнуться, у него нет ни действия, которое он характеризует, ни объекта. В одиночестве он тянется к "муке", но это уже нонсенс. Финал поражает своей истиной, разрушающей все это ханжество "философии любви". Нет ее! Банальный "трах" (простите), вот что нужно нам, животным. Может быть не об этом хотел сказать автор? Может быть, надо сказать чуть иначе, но автор не удосуживается поиском решения. Решение очевидно - так сойдет.
  
   Небольшое резюме первой "сотни с хвостиком":
  
   Не дети? Что же не понятно?
   Что не напишешь лучше всех на свете?
   Чтоб не корили критики за смысл невнятный
   И чувства путаные эти?
  
   Не дети! Потому и мутит
   От глупости, в стихах воспетой,
   И от "воды", что в старой ступе
   Толкут безостановочно "поэты".
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) Н.Самсонова "Отбор не приговор"(Любовное фэнтези) П.Роман "Ветер бури"(ЛитРПГ) А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Б.Ту "10.000 реинкарнаций спустя"(Уся (Wuxia)) Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Е.Кариди "Черный король"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) М.Ртуть "Попала, или Муж под кроватью"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"