Когда наши души, подобно гордецу, 
расправят плечи; встав лицом к лицу
прижмутся тесно в тишине, 
и пока крылья не сгорят в огне, 
что может горького случиться на земле, 
чтоб нам бороться помешать, 
чтоб крылья длинные сломать?

А ангелы с небесной вышины
сюда в сосредоточье тишины
пусть будут опускать 
шары златые песнопений.
Но мы, давай останемся, любимый, там стоять, 
где наших чистых душ коснуться не сумеют 
средь темноты и смуты настроений
людей  немыслимые горести и зло, 
пусть день единственный любить нам суждено. 


When our two souls stand up erect and strong,
Face to face, silent, drawing nigh and nigher,
Until the lengthening wings break into fire
At either curved point,--what bitter wrong
Can the earth do to us, that we should not long
Be here contented? Think! In mounting higher,
The angels would press on us and aspire
To drop some golden orb of perfect song
Into our deep, dear silence. Let us stay
Rather on earth, Beloved,--where the unfit
Contrarious moods of men recoil away
And isolate pure spirits, and permit
A place to stand and love in for a day,
With darkness and the death-hour rounding it.