Анариэль Ровэн: другие произведения.

Сказание об Эарэндэле

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Перевод М. Крайнова и Анариэль Ровэн. 5 глава второго тома "Утраченных Сказаний" Толкина. Перевод стихов - Алан (Арандиль).


   Перевод М. Крайнова и Анариэль Ровэн. Перевод стихов - Алан (Арандиль)
   5 глава из "Книги Утраченных Сказаний-2" (2 том "Истории Средиземья" Толкина)
  
  

V

СКАЗАНИЕ ОБ ЭАРЭНДЭЛЕ

  
   "Настоящее начало" Сказания об Эарэндэле - в устье Сириона, где обитали лотлим (здесь кончается Падение Гондолина: "и прекрасный Эарэндэль растет среди лотлим в доме отца своего", с. 196-197) и куда приходит Эльвинг (место, где кончается Сказание о Науглафринге: "они навеки покинули поляны Хитлума и отправились на юг, в те отрадные края, где Сирион несет свои глубокие воды. И сим судьбы всех фэери сплелись в единую нить, и нить эта и есть великое сказание об Эарэндэле; теперь мы добрались до настоящего начала этой истории", с. 242). Ситуация, как будет видно, осложняется тем, что отец сделал Науглафринг первой частью Сказания об Эарэндэле.
   Но это великое сказание так и не было написано; и сейчас очень сложно понять, каково оно должно было быть, ибо мы вынуждены полностью полагаться на чрезвычайно сжатые и часто противоречивые наброски. Существует множество отдельных заметок и очень ранние стихотворения об Эарэндэле. Если стихи могут быть датированы точно, то когда были записаны заметки и наброски, мы не можем определить, и кажется невозможным разместить их по порядку, чтобы выделить нить повествования.
   Один из набросков к Сказанию об Эарэндэле - наиболее ранний из двух "планов-конспектов" для Утраченных Сказаний, послуживших основным материалом для Рассказа Гильфанона; и я повторю здесь, то, что говорил в первой части (I. 233):
   "Несомненно, первый из них [т. е., первый из двух планов-конспектов, который я буду здесь называть "B"] был составлен, когда Утраченные Сказания достигли уровня развития, представленного в этой книге позднейшими текстами и порядком их расположения. Когда этот набросок переходит к содержанию Рассказа Гильфанона, он сразу становится значительно подробнее, опять сводясь к беглым ссылкам, когда дело касается сказаний о Тинувиэль, Турине, Туоре и Ожерелье Карлов. Переходя к сказанию об Эарэндэле, набросок снова делается более подробным".
   Этот конспект ("B", как я продолжаю его называть) предлагает связный, хотя и отрывочный, план повествования и делит историю на семь частей, первая из которых (помеченная как "рассказанная") называется "Сказание о Науглафринге до побега Эльвинг". Это деление на семь частей упомянуто Сердечком в начале Падения Гондолина (с. 144):
   "Это очень длинная история, и нам придется семь раз собираться у Огня Сказаний, чтобы ее можно было поведать как следует; а потом, она так тесно связана с повестями о Науглафринге и о походе эльфов, что я был бы рад, если бы мне помогли рассказами..."
  
   [стр. 253]
  
   Если бы каждая из шести частей, следующих за Сказанием о Науглафринге, была сопоставима с ним по длине, то полное Сказание об Эарэндэле размером было бы приблизительно с половину всех записанных историй; но никогда впоследствии мой отец не считал, что она должна быть такой объемной.
   Ниже я даю заключительную часть конспекта "B".
  
   Начинается Сказание об Эарэндэле, с коим переплетаются Науглафринг и Поход Эльфов. Более подробно см. записную книжку C*.
  
   Первая часть. Сказание о Науглафринге до бегства Эльвинг.
  
   Вторая часть. Поселение на Сирионе. Приход туда Эльвинг и их с Эарэндэлем любовь, возникшая еще в детстве. Старость Туора - он втайне отплывает на "Лебяжьем Крыле", услышав раковины Улмо.
   Эарэндэль плывет на север, чтобы найти Туора и - если понадобится - Мандос.
   Плывет на "Эарамэ". Кораблекрушение. Появляется Улмо. Спасает его и велит плыть в Кор - "ибо для сего был ты избавлен во время Погибели Гондолина".
  
   Третья часть. Вторая попытка Эарэндэля добраться до Мандоса. Крушение у Фаласквиля и спасение благодаря оарни (1). Он видит Остров Морских Птиц, "куда порой собираются все птицы со всех вод". Возвращение сушей к устью Сириона.
   Исчезновение Идриль (она уплыла ночью). Раковины Улмо зовут Эарэндэля. Последнее прощание с Эльвинг. Постройка "Вингилота".
  
   Четвертая часть. Эарэндэль плывет в Валинор. Его скитания продолжаются несколько лет.
  
   Пятая часть. Птицы Гондолина прилетают в Кор с вестями. Волнение эльфов. Советы богов. Поход Инвир (смерть Инвэ), тэлэри и солосимпи.
   Набег на Сирион и захват в плен Эльвинг.
   Скорбь и гнев богов, пала завеса между Валмаром и Кором, ибо хотя боги не разрушают город, они не в силах взирать на него.
   Приход эльдар. Пленение Мэлько. Странствие на Одинокий Остров. Проклятие Науглафринга и смерть Эльвинг.
  
   Шестая часть. Эарэндэль достигает Кора и видит, что там никого нет. Он плывет домой в печали (и видит Тол Эрэссэа и флот эльфов, но сильный ветер и темнота уносят его прочь, и он сбивается с пути и плывет на восток).
   Наконец приплывает к Сириону и никого там не находит. Отправляется к развалинам Гондолина. Слышит новости. Плывет на Тол Эрэссэа. Плывет на Остров Морских Птиц.
  
   Седьмая часть. Его путешествие на небесную твердь.
   -----------------------------------
   (*) По поводу "записной книжки C" см. с. 254.
   -----------------------------------
   [стр. 254]
   В конце текста написано: "Ост[альная] часть Плана - в записной книжке C". Эти упоминания в плане "B" о "записной книжке C" относятся к маленькой записной книжке, которая восходит к 1916-1917 гг., но в которую заносились заметки и предположения в течение всего периода написания Утраченных Сказаний (см. I. 171). В начале этой записной книжки имеется набросок (называемый здесь "C"), озаглавленный "Сказание Эарэндэля, сына Туора", который хорошо согласуется с планом-конспектом "B":
  
   Эарэндэль живет вместе с Туором и Ирильдэ (2) в устье Сириона у моря (на Островах Сириона). Эльвинг из гномов Артанора (3) бежит к ним с Науглафрингом. Эарэндэль и Эльвинг полюбили друг друга, еще будучи детьми.
   Великая любовь меж Эарэндэлем и Туором. Туор стареет, и раковины Улмо зовут его далеко на запад, за море все сильнее, и однажды вечером он отправляется в плавание на своей сумеречной ладье с пурпурными парусами - "Лебяжье Крыло", "Алкварамэ" (4). Идриль видит его слишком поздно. Ее песнь на взморье Сириона.
   Он не вернулся, и печаль постигла Эарэндэля и Идриль. Эарэндэль (также понуждаемый Идриль, что была бессмертна) жаждет отправиться в плавание и достигнуть, быть может, даже Мандоса. [Написано на полях:] Проклятие Науглафринга лежит на его путешествии. Оссэ - его враг.
   Русалочий Фьорд. Кораблекрушение. Улмо появляется при крушении и спасает их, после чего говорит им, что Эарэндэлю должно отправиться в Кор и он спасен ради этого.
   Печаль Эльвинг, когда она узнает веление Улмо. "Ибо не может человек ступить на улицы Кора или увидеть земли богов и после этого снова мирно жить во Внешних Землях".
   Несмотря на это, Эарэндэль отправляется в путь, но терпит крушение из-за вероломства Оссэ. Они с Воронвэ спасаются только благодаря оарни (любящим его), которые принесли их в Фаласквиль.
   Эарэндэль возвращается домой по суше вместе с Воронвэ. Узнает, что Идриль исчезла (5). Его печаль. Молится Улмо и слышит раковины. Улмо велит ему построить новый чудесный корабль из той древесины Туора, что из Фаласквиля. Строительство "Вингилота".
  
   На этой странице записной книжки есть еще четыре пункта, озаглавленные "Дополнения":
  
   Постройка "Эарамэ" ("Орлиное Крыло").
   Нолдоли присоединяют свои мольбы к велению Улмо.
   Эарэндэль осматривает первое жилище Туора в Фаласквиле.
   Путешествие к Мандосу и Ледяным Морям.
  
   Продолжение наброска:
  
   Воронвэ и Эарэндэль плывут на "Вингилоте". Их относит к югу. Темные земли. Огненные горы. Древолюди. Пигмеи. Сарквинди или великаны-людоеды.
   Их относит к западу. Унгвэлиантэ. Волшебные Острова. Сумеречный Остров [sic]. Гонг Сердечка пробуждает Спящую в Жемчужной Башне (6).
  
   [стр. 255]
  
   Кор найден. Он пуст. Эарэндэль читает сказания и пророчества в водах. Запустение Кора. На обувь Эарэндэля и на его самого оседает алмазная пыль, и поэтому они начинают ярко сверкать.
   Приключения на пути домой. Плавание на восток - пустыни и красные дворцы, где живет Солнце (7).
   Приплыв к Сириону, обнаруживает, что все разграблено и опустошено. Эарэндэль, обезумев от горя, странствует с Воронвэ и приходит к руинам Гондолина. Люди разбили там жалкую стоянку. Также гномы, все еще ищущие потерянные самоцветы (или несколько гномов вернулись в Гондолин).
   О пленении Мэлько (8). Войны с людьми и уход на Тол Эрэссэа (эльдар не могут вынести царящих в мире распрей). Эарэндэль плывет на Тол Эрэссэа и узнает о том, что Эльвинг утонула вместе с Науглафрингом. Эльвинг стала морской птицей. Его скорбь весьма велика. Его одежды и тело сияют как алмазы, и его лицо в серебряном сиянии из-за печали и........
   Он отплывает с Воронвэ и живет на Острове Морских Птиц в северных водах (недалеко от Фаласквиля) - и надеется, что Эльвинг вернется с морскими птицами, но она ищет его и плачет над берегами и над обломками кораблей.
   Минует трижды семь лет, и он отплывает вместе с Воронвэ к чертогам Мандоса - он достигает их, ибо [?только] те, кто еще ................... и страдали, могут совершить сие. Туор отправился в Валинор, и ничего неизвестно об Идриль и Эльвинг.
   Достигает преграды на краю мира и плывет по океанам небесной тверди, дабы обозреть землю. Лунный мореход преследует Эарэндэля из-за его сияния, и он бросается в Дверь Ночи. Теперь он не может вернуться в мир, потому что иначе он умрет.
   Он найдет Эльвинг во время Исхода.
   Иные говорят, что Туор и Идриль плавают на "Лебяжьем Крыле", и на заре или в сумерках можно увидеть, как они плывут по ветру.
  
   События, рассказ о которых дополняет Сказание Эарэндэля
  
   Набег орков Мэлько на Сирион и пленение Эльвинг.
   Птицы рассказывают эльфам о Падении Гондолина и об ужасной судьбе гномов. Советы богов и волнение эльфов. Поход Инвир и тэлэри. Солосимпи тоже отправляются, но путешествуют по побережьям мира, так как не желают жить вдали от звуков моря - и только с этим условием согласились идти вместе с тэлэри - ибо нолдоли убивали их родичей в Копас.
  
   Далее этот набросок повествует о событиях, произошедших после прихода эльфов Валинора в Великие Земли, что будет рассмотрено в следующей главе.
   Хотя набросок "C" гораздо подробнее, в нем, как представляется, немногое явственно противоречит сказанному в "B", и в позднем наброске присутствуют
  
   [стр. 256]
  
   детали, отсутствующие в раннем. Обсуждая эти отрывки, я буду следовать делению рассказа на части, сделанному в "B".
  
   Вторая часть. В "C" сказано чуть больше о том, как Туор покинул Сирион (в "B" нет упоминаний об Идриль); и там появляются мотивы враждебности Оссэ к Эарэндэлю и проклятия Науглафринга, являющегося причиной кораблекрушений Эарэндэля. Место первого крушения называлось Русалочий Фьорд. В рукописи, несомненно, стоит слово "их", а не "его" во фразе "Улмо спасает их, после чего говорит им, что Эарэндэлю должно отправиться в Кор", что, скорее всего, указывает на то, что Идриль или Эльвинг (а возможно, и обе) были с Эарэндэлем.
  
   Третья часть. В "B" целью второго путешествия Эарэндэля, как и первого, несомненно был Мандос (розыски отца), в то время как в "C", как представляется, второе плавание скорее всего было совершено во исполнение веления Улмо отправиться к берегам Кора (что опечалило Эльвинг). По "C", Воронвэ сопутствует Эарэндэлю во втором путешествии, которое закончилось у Фаласквиля, но в этом месте не упоминается Остров Морских Птиц. В "C" "Вингилот" был построен "из той древесины Туора, что из Фаласквиля"; в Падении Гондолина нолдоли рубили для Туора лес в Дор Ломине и сплавляли его по скрытой реке (с. 152).
  
   Четвертая часть. Если "B" просто упоминает о "скитаниях" Эарэндэля в поисках Валинора, которые продолжаются несколько лет, то в "C" эти скитания вкратце описаны - когда "Вингилот" унесло на юг, а потом - на запад. Встреча с Унгвэлиантэ во время путешествия на запад загадочна, так как в Сказании о Солнце и Луне сказано, что "Мэлько владел севером, а Унгвэлиант - югом" (см. I. 182, 200).
   В "C" мы снова встречаем Спящую в Жемчужной Башне (говорится, что это Идриль, но потом это было вычеркнуто, см. примечание 6), пробужденную гонгом Сердечка; ср. рассказ о Сердечке в Домике Утраченной Игры (I. 15):
  
   "Он плыл на "Вингилоте" вместе с Эарэндэлем в том последнем странствии, когда надеялись они отыскать Кор. Звук этого Гонга в Тенистых Морях пробудил Спящую в Жемчужной Башне, что стоит далеко на западе, на Сумеречных Островах".
  
   В Пришествии Валар сказано, что Сумеречные Острова "плывут" по Тенистым Морям "и бледная Жемчужная Башня высится над их самым дальним западным мысом" (I. 125; I. 68). Но в "C" Сердечко, сын Воронвэ, не упоминается как спутник Эарэндэля, хотя выше, в вычеркнутом предложении, сказано, что он был в Устах Сириона (см. примечание 5), также в Сказании о Науглафринге (с. 228) Айлиос говорит, что никто из ныне живущих не видел Науглафринг, "кроме лишь Сердечка, сына Бронвэга" (где "кроме" исправлено из "даже").
  
   Пятая и шестая части. В "C" возникает новый образ: обувь Эарэндэля
  
   [стр. 257]
  
   сияет алмазной пылью Кора. Этот образ сохранился (Сильмариллион, с. 248):
  
   "Он шествовал пустынными путями Тириона, и пыль, что оседала на одежды его и обувь, была алмазной, и он блистал и сверкал, поднимаясь по длинным белоснежным лестницам".
  
   Но в Сильмариллионе Тирион был пуст потому, что стояло "время праздника и почти все эльфы ушли в Валимар или собрались в залах Манвэ на Таниквэтиль"; здесь же, как кажется, определенно имеется в виду и в "B", и в "C", что Кор опустел, поскольку эльфы Валинора отправились в Великие Земли, услышав вести, принесенные птицами Гондолина. В этих чрезвычайно ранних планах повествования не упоминается об обращении Эарэндэля к валар от имени эльфов и людей (Сильмариллион, с. 249), и нам остается сделать вывод, правда, очень необычный, что великое путешествие Эарэндэля на запад, хоть он и достиг своей цели, было бесполезным, что не его появление послужило причиной прихода помощи из Валинора эльфам Великих Земель и (самое странное) что замысел Улмо относительно Туора остался неосуществленным. И в самом деле, мой отец писал в версии "Сильмариллиона" 1930 года, что:
  
   Посему от гномов было много посланников, но до Валинора не добрался никто, кроме одного: он пришел слишком поздно.
  
   Слова "он пришел слишком поздно" были заменены на "могущественнейший мореплаватель из песни", и это предложение мы находим и в Сильмариллионе, с. 102. К сожалению, из ранних записей невозможно понять, каков был замысел Улмо, когда он велел Эарэндэлю плыть в Кор - для чего тот был спасен во время падения Гондолина. Чего бы он добился, доплыви он до Кора "вовремя", что еще случилось бы после прихода вестей из Гондолина - кроме описанного Похода Эльфов в Великие Земли? В любопытном примечании к "C", не соотносящимся с настоящим наброском, мой отец вопрошал: "Как вестники Короля Тургона достигли Валинора или получили позволение богов?" и отвечал: "Его посыльные так и не добрались туда. Не Улмо [sic], но птицы принесли эльфам вести о судьбе Гондолина (горлицы и голуби Тургона) и они [?вооружились и выступили в поход]".
   За получением послания последовали "советы богов и волнение эльфов", но в "C" ничего не сказано о "скорби и гневе богов" или о завесе, которая "пала... между Валмаром и Кором", упомянутыми в "B", где определенно имеется в виду, что Поход Эльфов из Валинора был предпринят вопреки воле валар и что валар были категорически против вмешательства эльфов Валинора в дела Великих Земель. Это можно связать со следующими словами Вайрэ (I. 19): "Когда же фэери
  
   [стр. 258]
  
   покинули Кор, путь [т. е. Олорэ Маллэ, что вел мимо Домика Утраченной Игры]... перегородили высокие непроходимые скалы". Есть еще только одно упоминание о том, что произошло по получении послания из-за моря, и это слова Линдо, обращенные к Эриолу в Домике Утраченной Игры (I. 16):
  
   "...Инвэ, прозванный гномами Инвитиэль, ... был Королем над всеми эльдар в ту пору, когда жили они в Коре. Так было встарь, еще до того, как, услышав плач мира [т. е. Великих Земель], Инвэ увел народ свой в земли людей".
  
   Позже Мэриль-и-Туринкви рассказала Эриолу (I. 129), что Инвэ - предок ее предков - погиб "во время похода в мир", но его сын Ингиль "давно возвернулся в Валинор и пребывает с Манвэ"; в "В" также упоминается о смерти Инвэ.
   В "C" солосимпи согласились отправиться в поход только при том условии, что они останутся возле моря, и это нежелание Третьего Рода отправиться в поход по причине Братоубийства в Лебединой Гавани сохранилось (Сильмариллион, с. 251). Но нет намека на то, что эльфы Валинора были перевезены на кораблях, и даже наоборот, солосимпи "путешествуют по побережьям мира", а сама экспедиция - "Поход"; но нет указаний на то, как они попали в Великие Земли.
   По обоим наброскам, Эарэндэль был унесен на восток во время его возвращения домой из Кора, и он застает поселение в устье Сириона полностью разоренным, когда наконец добирается туда; но в "B" не говорится о том, кто повинен в разорении Сириона и похищении Эльвинг. В "C" это был налет орков Мэлько, ср. статью в "Списке имен" в Падении Гондолина (с. 217): "Эгалмот ... спасся во время пожара Гондолина, и жил после в устье Сириона, но был убит в жестокой битве, когда Мэлько захватил Эльвинг".
   Ни в одном из двух набросков не сказано о побеге Эльвинг из плена. В обоих говорится о возвращении Эарэндэля к развалинам Гондолина - в "C" он возвращается туда с Воронвэ и находит людей и гномов; другая статья "Списка имен" (Падение Гондолина, с. 215) гласит: "Галдор ... выбрался из Гондолина, и даже сумел пережить нападение Мэлько на живших у устья Сириона, и вернулся на развалины вместе с Эарэндэлем".
   В обоих набросках упоминается уход эльфов из Великих Земель на Тол Эрэссэа после пленения Мэлько, в "C" говорится о "войнах с людьми" и о том, что эльдар "не могут вынести царящих в мире распрей", в обоих упоминается о последующем путешествии туда Эарэндэля, но порядок событий выглядит различным: в "B" Эарэндэль на пути из Кора "видит Тол Эрэссэа и флот эльфов" (вероятно, флот, возвращавшийся из Великих Земель), в то время как в "C" уход эльфов не упоминается до тех пор, пока Эарэндэль не вернулся к Сириону. Но суть этих набросков нельзя передать в печатном виде: они написаны наспех, словно отец пытался поймать ускользающие мысли, и придирчиво анализировать их бессмысленно. Как бы то ни было, касательно судьбы Эльвинг
  
   [стр. 259]
  
   "B" и "C" согласны: "B" просто упоминает об ее смерти, несомненном следствии проклятия Науглафринга, и из порядка, в котором расположены события, можно предположить, что она умерла во время плавания к Тол Эрэссэа; "C" особо указывает, что Эльвинг "утонула" с Науглафрингом, но добавляет, что она стала морской птицей, и эта идея сохранилась (Сильмариллион, с. 247). Это, пожалуй, придает больший смысл путешествию Эарэндэля на Остров Морских Птиц, упоминающемуся и в "B", и в "C": в последнем он "надеется, что Эльвинг вернется с морскими птицами".
  
   Седьмая часть. В "B" заключительная часть сказания очень кратка: "Его путешествие на небесную твердь", со ссылкой на другой набросок, "C", где появляется нечто, напоминающее повествование. Кажется, можно предположить, что яркость Эарэндэля (совершенно независимо от Сильмариля) - связана с "алмазной пылью" Кора, а также, в некотором смысле, с величием его печали. Отдельная приписка в другом месте в "C" вопрошает: "Что стало с Сильмарилями после пленения Мэлько?" Отец в то время не дал ответа на этот вопрос; но сам вопрос - доказательство сравнительно малого значения самоцветов Фэанора, и также, вероятно, свидетельство его понимания, что положение изменится, что именно в них будет центральный стержень мифологии.
   Также представляется, что Эарэндэль отправился на небо в поисках Эльвинг ("он плывет по океанам небесной тверди, дабы обозреть землю"); и его проход через Дверь Ночи (вход, сделанный богами в Стене Бытия на западе, см. I. 215-216) не был частью его плана, а произошел потому, что за ним охотилась Луна. По этому поводу см. I. 193, где Илинсор, кормчий Луны, назван "охотником за звездами".
  
   Более поздний из двух планов-конспектов для Утраченных Сказаний, который дает довольно полный набросок Рассказа Гильфанона, где я назвал его "D" (см. I. 234), здесь ничем не может нам помочь, ибо заключительный абзац очень сжат, многое зачеркнуто, и план-конспект "D" резко обрывается в начале Сказания об Эарэндэле. Я привожу его здесь, начиная с несколько более ранней точки повествования:
   Смерть Тинвэлинта и побег Гвэнэтлин [см. с. 51]. Как Бэрэн отомстил за Тинвэлинта и как ему досталось Ожерелье. Как оно навлекло на Тинувиэль хворь [см. с. 246] и как Бэрэн и Тинувиэль исчезли с лица земли. Как их сыновья [sic] жили после их смерти и как сыновья Фэанора выступили против них войском из-за Сильмариля. Как все были убиты, но Эльвинг, дочь Дайморда [см. с. 139], сына Бэрэна, бежала с Ожерельем.
   О корабле Туора с белыми парусами.
  
   Как народ лотлим поселился в устье Сириона. Эарэндэль вырос прекраснейшим из людей, что были и есть. Как русалки (оарни) полюбили его.
  
   [стр. 260]
  
   Как Эльвинг пришла к лотлим и о любви Эарэндэля и Эльвинг. Как состарился Туор, и как Улмо вечером позвал его, и Туор пустился в плавание и пропал. Как Идриль поплыла за ним.
   (В следующем абзаце мой отец, как кажется, написал сначала: "Эарэндэль ....... оарни построил "Вингилот" и отправился искать ........... оставив Воронвэ с Эльвинг", где в первой лакуне стояло, видимо: "с помощью", хотя сейчас разобрать написанное совершенно невозможно; но потом он вписал: "Эарэндэль построил "Лебяжье Крыло"", а впоследствии частично стер абзац и невозможно сейчас определить, каков был замысел.).
   Плач Эльвинг. Как Улмо запретил ему вести поиски, но Эарэндэль все же отправился, чтобы найти путь к Мандосу. Как "Вингилот" потерпел крушение у Фаласквиля, и как Эарэндэль нашел там украшенную резьбой хижину Туора.
  
   В этом месте план "D" заканчивается. Чуть раньше в нем есть ссылка на "вестников, посланных из Гондолина. Голуби Гондолина летят в Валинор после падения города".
   Этот набросок, как кажется, свидетельствует о желании упростить сюжет: "Вингилот" - это и тот корабль, на котором Эарэндэль пытался достигнуть Мандоса, и тот, что потерпел кораблекрушение у Фаласквиля; но этот набросок слишком краток и обрывается слишком рано, чтобы можно было сделать какие-либо определенные выводы.
  
   Четвертый набросок, который я называю "E", существует на отдельном листке; в нем Туор зовется Туром (см. с. 148).
  
   Падение Гондолина. Тризна по Глорфиндэлю. Жилище у вод устья Сириона. Русалки являются к Эарэндэлю.
   Растет любовь Тура к морю - его песнь Эарэндэлю. Однажды вечером он зовет Эарэндэля, и они идут на берег. Там стоит челн. Тур прощается с Эарэндэлем, просит его оттолкнуть челн от берега и уплывает на Запад. Эарэндэль слышит великую песнь, доносящуюся с моря, пока челн Тура скрывается за краем мира. Его горькие рыдания на берегу. Плач Идриль.
   Строительство "Эарума" (9). Приход Эльвинг. Нежелание Эарэндэля. Воодушевление Идриль. Плавание "Эарума" на Север и его гибель, исчезновение Идриль. Как морские девы спасли Эарэндэля и принесли его к бухте Тура. Его путешествие вдоль берега.
   Похищение Эльвинг. Эарэндэль видит разорение в устье Сириона.
   Строительство "Вингэлота". Он ищет Эльвинг, и ветром его уносит на Юг. Вириломэ. Он спасается на востоке. Он возвращается назад на запад, обнаруживает Залив Фаэри. Жемчужная Башня, волшебные острова, великие тени. Он находит Кор пустым; он плывет обратно, осыпанный пылью, и его лицо сияет как огонь. Он узнает, что Эльвинг утонула. Он высаживается на остров Морских Птиц. Эльвинг является ему в образе чайки. Он уплывает за земной предел.
  
   [стр. 261]
  
   За исключением более подробного описания того, как Туор отправился из устья Сириона, отсюда мало что можно узнать: набросок слишком сжат. Но даже с учетом спешки и сжатости изложения здесь, как представляется, можно уловить существенные отличия от "B" и "C". Так, в этом наброске ("E") Эльвинг, судя по всему, добралась до устья Сириона позднее, уже после ухода Туора; но набег и захват Эльвинг, кажется, произошли раньше, пока Эарэндэль возвращался к Сириону от места своего кораблекрушения на Севере (не так, как в "B" и "C", где это произошло во время его великого плавания на "Вингилоте", которое привело его в Кор). Здесь же получается, что было только одно путешествие на север, закончившееся кораблекрушением "Эарамэ"/"Эарума" близ Фаласквиля. Хотя это нельзя доказать, я склоняюсь к мысли, что "E" был написан позднее, нежели "B" и "C": частично потому что превращение двух путешествий на север, закончившихся кораблекрушением, в одно более возможно, чем наоборот, а также из-за формы Тур, которая, не прижившись, временно заменяла Туор (с. 148).
   В этом наброске есть несколько примечательных моментов. Великая паучиха, называемая Унгвэлиантэ в "C", здесь зовется Вириломэ ("Мракоткущая", см. I. 152), и Эарэндэль сталкивается с ней далеко на юге, а не во время его плавания на запад, как в "C": см. с. 256. Эльвинг в этой версии появляется перед Эарэндэлем в виде морской птицы (так же как и в Сильмариллионе, с. 247), о чем не говорится в "C" - видимо, в том варианте это было отвергнуто.
  
   Другая отдельная страница (связанная со стихотворением "Веление менестрелю", см. с. 269-270) предлагает очень любопытное описание великого путешествия Эарэндэля:
  
   Корабль Эарэндэля плывет прямо на Север. Исландия [Добавлено на полях: за Северным Ветром]. Гренландия и дикие острова: сильный ветер и гребень большой волны относит его в более теплые края, за Западным Ветром. Земля странных людей, страна магии. Дом Ночи. Паук. Он спасается из сетей Ночи с несколькими товарищами, видит огромный остров-гору и золотой город [Добавлено на полях: Кор] - ветер несет его на юг. Древолюди, солнечные жители, пряности, огненные горы, красное море: Средиземноморье (потеря корабля (путешествие пешком через дебри Европы?)) или Атлантика*. Домой. Стареет. Постройка нового корабля. Прощание с родным севером. Снова плавание на запад, на край мира, туда, где Солнце уходит в море. Он уплывает по небу и более не возвращается на землю.
  
   Золотым городом был Кор, и он уловил музыку солосимпэ и, вернувшись, дабы разыскать ее, лишь узнает, что фэери покинули Эльдамар. Смотри тетрадку. Осыпан алмазной пылью, подымается по пустынным улицам Кора.
   -----------------------------------------------
   * Слова в этом абзаце ("Древолюди, солнечные жители") написаны четко, но без знаков препинания и поэтому могут быть неверно истолкованы.
   -----------------------------------------------
   [стр.262]
  
   Следовало бы, конечно, предположить, что это изложение должно было быть написано раньше, чем все, рассмотренное выше (исходя из двух фактов: что история Эарэндэля после его возвращения из великого путешествия рассказана не так, как в "B" и "C", и что он путешествует по землям и океанам известного нам мира), если бы не упоминания о "тетрадке", что должно означать "записную книжку C", из которой взят набросок "C" (см. с. 254). Но я считаю вполне вероятным (и внешний вид рукописи тому подтверждением), что последний абзац ("Золотым городом был Кор...") добавлен позднее, и начало этого отрывка относится ко времени написания ранних набросков стихотворения - к зиме 1914 года.
   Достойно внимания то, что из всех ранних набросков только здесь пояснено, что "алмазная пыль", покрывавшая Эарэндэля, - это пыль улиц Кора (ср. с отрывком из Сильмариллиона, процитированным на с. 257).
   Еще одно из ранних стихотворений об Эарэндэле, "Побережья Фаэри", снабжено небольшим прозаическим предисловием, которое написано если не одновременно со стихотворением (июль 1915, см. с. 271), то ненамного позже:
  
   Эарэндэль-Скиталец, который обошел Океаны Мира на своем белом корабле "Вингэлот", будучи уже стар, много времени провел на Острове Морских Птиц, что в Северных Водах, покуда не отправился в свое последнее странствие.
   Он миновал Таниквэтиль и сам Валинор, протащил свою ладью через преграду на краю мира и спустил ее в Океаны Тверди Небесной. Ни один человек не рассказывал об его приключениях там, за исключением истории о том, как, будучи преследуемый полной Луной, он бежал обратно в Валинор, и, поднявшись на башни Кора, что на скалах Эгламара, он оглянулся на Океаны Мира. Каждое полнолуние пребывает он в Эгламаре, пока Луна плывет, охотясь, над Таниквэтиль и Валинором*.
  
   И здесь, и в отрывке, связанном с "Велением менестрелю", Эарэндэль задумал посетить твердь небесную, будучи уже стариком.
  
  
   Другие ранние "связные" изложения Сказания об Эарэндэле отсутствуют. Есть, однако, некоторое количество отдельных заметок, по большей части - в виде одного предложения. Некоторые из них находятся в записной книжке C, другие на обрывках бумаги. Я расположил эти ссылки более или менее в соответствии с последовательностью событий.
   (i) "Жизнь на Острове Сириона в доме из белоснежного камня". - В "C" (с. 254) сказано, что Эарэндэль поселился вместе с Туором и Идриль в устье Сириона у моря "на Островах Сириона".
   ----------------------------------------------------
   * Это предисловие есть во всех текстах стихотворения, кроме самого раннего, и его версии отличаются только формами имен и названий: Wingelot/Vingelot, и Эгламар/Эльдамар (меняются так же, как и в соответствующих вариантах стихотворения, см. примечание к тексту на с. 272), и Кор > Тун в третьем тексте, Тун - в четвертом. По поводу Эгла = Эльда - см. I. 276 и II. 350, по поводу Тун см. с. 292).
   ----------------------------------------------------
   [стр. 263]
  
   (ii) "Оарни дают Эарэндэлю чудесный, сверкающий серебром плащ, который никогда не промокает. Они любят Эарэндэля, вопреки Оссэ, и учат его строить корабли и плавать, когда он играет с ними на берегах Сириона". - В набросках упоминалось о любви оарни к Эарэндэлю ("D", с. 259), о том, как к нему пришли русалки ("E", с. 260), и о вражде Оссэ ("C", с. 254).
   (iii) Эарэндэль был меньше большинства людей, но очень проворно бегал и быстро плавал (Воронвэ же не умел плавать).
   (iv) "Идриль и Эарэндэль увидели корабль Туора, исчезающий в сумерках, и услышали звуки песни". - В "B" Туор уплывает "втайне" (с. 253), в "C" "Идриль видит его слишком поздно" (с. 254), а в "E" Эарэндэль присутствует при отплытии Туора, даже отталкивает корабль от берега: он "слышит великую песнь, доносящуюся с моря" (с. 260).
   (v) "Смерть Идриль? - следует тайно за Туором". - Смерть Идриль отрицается в "C": "Иные говорят, что Туор и Идриль плавают на "Лебяжьем Крыле"..." (с. 255); в "D" Идриль поплыла за ним (с. 260).
   (vi) "Туор приплыл назад в Фаласквиль и поднялся по Ильбрантэлоту обратно к Асгону, где он восседает, играя на своей одинокой арфе, на острове-скале". - Это помечено знаком вопроса и "X", что подразумевает отказ от этой мысли. В Рассказе Гильфанона (см. I. 238) есть интересные ссылки на остров-скалу Асгона.
   (vii) "Русалочий Фьорд: они очаровывают моряков Эарэндэля. Русалки - это не оарни (но земные жители или фэй? - или и то и другое)". - В "D" (с. 259) русалки и оарни считаются одними и теми же существами.
   (viii) Корабль "Вингилот" был построен из дерева Фаласквиля "с помощью оарни". - Об этом, вероятно, говорится в "D": см. с. 260.
   (ix) "Вингилот" имел "форму жемчужного лебедя".
   (x) "Горлицы и голуби двора Тургона приносят вести в Валинор - только эльфам". - Другие упоминания о птицах, прилетевших из Гондолина, также говорят о том, что они прилетали к эльфам или в Кор (с. 253, 255, 257).
   (xi) "Во время своих путешествий Эарэндэль видит белые стены Кора, сияющие вдалеке, но его уносят прочь противные ветры и волны Оссэ". - То же самое говорится в "B" (с. 253) о том, как Эарэндэль видел Тол Эрессэа во время его пути домой от Кора.
   (xii) "Спящий в Жемчужной Башне пробуждается от гонга Сердечка: вестник, отправленный годы назад Тургоном и опутанный магией. Даже теперь он не может покинуть Башню и предупредить их о колдовстве". - В "C" утверждается, хотя это было впоследствии отвергнуто, что Спящей в Жемчужной Башне была сама Идриль (см. примечание 6).
   (xiii) "Улмо, гневаясь на стремление Эарэндэля достичь Мандоса, снимает свою защиту с Сириона, что позволило Мэлько разгромить его". - Это замечание вычеркнуто, будучи помечено "X"; но в "D" (с. 260) сказано, что "Улмо запретил ему вести поиски, но Эарэндэль все же отправился, чтобы найти путь к Мандосу". Смысл должен быть тот, что поиск Эарэндэлем Мандоса - из-за его отца - был противоположен целям Улмо, согласно которым Эарэндэлю надо достичь Кора.
  
   [стр. 264]
  
   (xiv) "Эарэндэль женится на Эльвинг перед тем, как отправиться в плавание. Когда он узнаёт об утрате, он говорит, что его детьми будут "отныне все те люди, которые осмелятся плавать на кораблях по великим морям"". - Ср. Домик Утраченной Игры (I. 13): "...даже сын Эарэндэля, каковым и был этот странник" и (I. 18): "Ибо нынче вечером мы принимаем гостя, путешественника великого и славного, сына Эарэндэля, как сдается мне". В наброске о жизни Эриола (I. 24) сказано, что он был сыном Эарэндэля, рожденным под его лучом, и что если луч Эарэндэля падал на новорожденного, он становился "чадом Эарэндэля" и странником. В раннем словаре квэнья есть статья Эарэндильон: "сын Эарэндэля (применительно к любому моряку)" (I. 276).
   (xv) "Эарэндэль приходит к самим пустым Железным Чертогам в поисках Эльвинг". - Эарэндэль должен был добраться до крепости Ангаманди (опустевшей после поражения Мэлько) тогда же, когда добрался до развалин Гондолина (с. 253, 255).
   (xvi) Корабль, на котором плыла Эльвинг с Науглафрингом, погиб во время путешествия на Тол Эрэссэа, когда эльфы возвращались из Великих Земель. - См. мои примечания с. 258-259. Относительно "исполнения" проклятия Мима - когда утонул Науглафринг - см. Приложение, статья Науглафринг. Уход эльфов на Тол Эрэссэа обсуждается в следующей главе (с. 280).
   (xvii) "Эарэндэль и северная башня на Острове Морских Птиц". - В "C" (с. 255) Эарэндэль "отплывает с Воронвэ и живет на Острове Морских Птиц в северных водах (недалеко от Фаласквиля) - и надеется, что Эльвинг вернется с морскими птицами"; в "B" (с. 253) "он видит Остров Морских Птиц "куда порой собираются все птицы со всех вод"". Это сохранилось в Сильмариллионе, с. 250: "Для нее [Эльвинг] выстроили к северу от Морей Разлук белую башню, порой туда прилетают морские птицы со всей земли".
   (xviii) Добравшись до Мандоса, Эарэндэль узнает, что Туора "нет ни в Валиноре, ни в Эрумани, и ни эльфы, ни айну не знают, где он. (На самом деле он с Улмо)". - В "C" (с. 255) Эарэндэль, достигнув Чертогов Мандоса, узнает, что Туор "отправился в Валинор". О возможности того, что Туор может быть в Эрумани или Валиноре, см. I. 91 и далее.
   (xix) Эарэндэль "время от времени возвращается с небесной тверди вместе с Воронвэ в Кор, чтобы узнать, зажжено ли Волшебное Солнце и вернулись ли обратно фэери - но Луна гонит его прочь". - О возвращении Эарэндэля с небесной тверди см. (xxi) ниже; о том, что вновь загорится Волшебное Солнце, см. с. 286.
   Два замечания об Эарэндэле, процитированные ранее, могут быть добавлены сюда:
   (xx) В сказании Оковы Мэлько (I. 141) говорится, что "множество диковинных повестей было изображено знаками-рисунками на стенах Кора, а на камне были начертаны или вырезаны руны великой красоты. Давным-давно Эарэндэль прочел там многие удивительные предания".
   (xxi) В "Списке имен" к Падению Гондолина (процитировано на с. 216) есть следующая статья: "Эарэндэль был сыном Туора и Идриль и, говорят,
  
   [стр. 265]
  
   единственным, кто принадлежал наполовину к эльдалиэ, наполовину же к людям. Он был первым и величайшим мореходом среди людей, и повидал области, которых люди до сих пор не нашли и не узрели, несмотря на множество своих кораблей. Ныне же путешествует он вместе с Воронвэ на крыльях ветров тверди небесной и не возвращается назад ближе Кора, а иначе бы он умер, как и прочие люди, столь много в нем от смертного". - В наброске, связанном со стихотворением "Веление менестрелю", Эарэндэль "уплывает по небу и более не возвращается на землю" (с. 261); в прозаическом предисловии к "Побережьям Фаэри" "Каждое полнолуние пребывает он в Эгламаре, пока Луна плывет, охотясь, над Таниквэтиль и Валинором" (с. 262); по наброску "C" "он не может вернуться в мир, потому что иначе он умрет" (с. 255); и выше, в (xix) говорится, что он "время от времени возвращается с небесной тверди вместе с Воронвэ в Кор".
   В Сильмариллионе (с. 249) решение Манвэ относительно Эарэндэля и Эльвинг звучало следующим образом: "не жить им больше ни с людьми, ни с эльфами во Внешних Землях"; но также говорится, что Эарэндэль возвращается в Валинор "из своих странствий за пределами мира" (там же, с. 250), точно так же, как в "Списке имен" к Падению Гондолина сказано, что он возвращается не дальше Кора. На следующее высказывание в "Списке имен" - что если Эарэндэль сделает это, то умрет, как и другие люди, "столь много в нем от смертного", - есть поздний отклик в письме отца от 1967 года: "Эарэндилю, который происходил и от людей, не было дозволено снова ступить на Землю, и он стал звездой, сияющей светом Сильмариля". (Письма Дж. Р. Р. Толкина, номер 297).
  
   Здесь заканчиваются все прозаические материалы, касающиеся ранней версии Сказания об Эарэндэле (не считая нескольких упоминаний о нем в следующей главе). Эти наброски и примечания отражают самый ранний этап сочинительства, когда замыслы постоянно изменялись и не получили выражения даже в наброске к повествованию: миф явлен в образах, которым суждено было сохраниться, но сами эти образы еще не "проговорены".
   Я уже указывал (с. 257) на интересное отсутствие намека на то, что именно Эарэндэль и его прошение привели помощь с запада; в равной степени нет указаний ни на то, что валар освятили его корабль и отправили его на небо, ни на то, что его свет исходил от Сильмариля. Тем не менее, уже присутствуют приход Эарэндэля в Кор (Тирион) и то, что Кор пуст, алмазная пыль на его обуви, превращение Эльвинг в морскую птицу, прохождение его корабля через Дверь Ночи, и решение о невозможности его возвращения на земли к востоку от Моря. Набег на Гавани Сириона появляется в ранних набросках, и предполагается, что это было дело рук Мэлько, а не Фэанорингов; также отплытие Туора, хотя и без Идриль, которую он оставил. Его корабль назывался "Алкварамэ", "Лебяжье Крыло". Впоследствии он получил имя "Эаррамэ", означавшее "Морское Крыло" (Сильмариллион, с. 245). Это имя сохранило форму, но не значение имени первого корабля Эарэндэля, "Эарамэ", "Орлиное Крыло" (с. 253-254 и примечание 9).
  
   [стр. 256]
  
   Интересно прочесть высказывание моего отца относительно происхождения образа Эарэндэля, сделанное приблизительно полвека спустя (в письме от 1967 года, упомянутом выше):
  
   Это имя и в самом деле (что очевидно) произведено от англосаксонского earendel. Когда я начал профессионально заниматься англосаксонским (с 1913 года) - еще в отрочестве я тратил на него время, которое предназначалось для греческого и латыни, - я был поражен великой красотой этого слова (или имени), всецело связанного с обычным слогом англосаксонского языка, но обладающего особым благозвучием, обычно не свойственным этому приятному, но не "прелестному" языку. Форма этого слова явственно говорит о том, что по происхождению это имя собственное, а не нарицательное существительное. Это подтверждается очевидно родственными формами в других германских языках; отсюда, несмотря на путаницу и порчу, привнесенные поздней традицией, становится очевидным, что это имя связано с астрономическим мифом и было названием или звезды, или созвездия, или группы звезд. По моему мнению, употребления этого имени в англосаксонском явственно указывают, что это было имя звезды-предвестницы рассвета (по крайней мере, в английской традиции), которую мы теперь называем Венерой: утренняя звезда, ярко сияющая на заре перед восходом Солнца. Так, во всяком случае, я его понимаю. Еще до 1914 года я написал "стих" о том, как Эарэндэль спустил на воду свою похожую на яркую искру ладью в гаванях Солнца. Я поместил его в свою мифологию, где он стал фигурой первой величины: мореплаватель, и в конечном итоге - звезда-вестник, знак надежды людям. Айа Эарэндиль Элэнион Анкалима ([Властелин Колец], II. 329), "Славься, Эарэндиль, ярчайшая из звезд" произведено в конечно итоге от Eala Earendel engla beorhtast*. Но это имя не могло быть принято в первоначальной форме: оно должно было быть приспособлено к лингвистической ситуации эльфийского языка, а его носитель - обрести место в легенде. На заре эльфийского языка, который начал после моих многочисленных попыток, предпринятых в детстве, обретать некую форму в то же самое время, когда в него вошло это слово, появились (а) О[бще] Э[льфийская] основа *ayar "море", первоначально употреблявшаяся по отношению к Великому Западному Морю, лежащему между Средиземьем и Аманом, Благословенным Королевством валар; и (б) элемент или глагольная основа n(dil), "любить что-то, быть преданным чему-либо", со значением "быть преданным или любить личность, предмет, дело или занятие ради них самих". Эарэндиль стал персонажем легенды, записанной раньше всех (1916-1917) основных легенд, Падения Гондолина, величайшим из пэрэльдар - "полуэльфов", сыном Туора из наиболее прославленного дома эдайн и Идриль, дочери Короля Гондолина.
  
   На самом деле мой отец здесь не утверждает, что в его интерпретации имя Эарэндэль изначально содержало элементы, в совокупности означающие "Любящий море"; но во всяком случае очевидно, что во время написания самых
   --------------------------------------------------
   * Из древнеанглийской поэмы Христос: eala! earendel engla beorhtast ofer middangeard monnum sended [Славься, Эарендель, светлейший из ангелов, Над средиземьем людям посланный].
   --------------------------------------------------
   [стр. 267]
  
   ранних из существующих набросков на данную тему это имя связывалось с эльфийским словом эа, "орел", - см. с. 265 об имени первого корабля Эарэндэля "Эарамэ" - "Орлиное Крыло". В "Списке имен" к Падению Гондолина это выражено ясно: "Имя Эарэндл [sic], хотя и может находиться в родстве с эльфийскими эа и эарэн "орел" и "орлиное гнездо" (здесь вспоминается перевал Кристорн и то, что Идриль использовала знак Орла [см. с. 193]), создано, как думается, на тайном языке гондотлим [см. с. 165]".
  

*

   Напоследок я перехожу к четырем ранним стихотворениям отца, в которых возникает Эарэндэль.

I

Eala Earendel Engla Beorhtast

   Не вызывает сомнений, что, как предполагает Хэмфри Карпентер (Биография, с. 71), это первое написанное отцом стихотворение об Эарэндэле и что оно было создано в Феникс-фарм (Гедлинг, Ноттингемшир) в сентябре 1914 года (10). Именно на это стихотворение отец ссылался в только что процитированном письме от 1967 года: "я написал "стих" о том, как Эарэндэль спустил на воду свою похожую на яркую искру ладью": ср. со строкой 5 нижеследующего стиха: "белой искрой ладью устремил он свою...".
   Существует пять вариантов данного стихотворения, каждый из которых включает в себя изменения, внесенные в предшествующих вариантах, хотя существенной переработке подвергалась лишь первая строфа. Первоначальное название было "Странствие Эаренделя Вечерней Звезды" с древнеанглийским (как обычно) подзаголовком Scipaereld Earendeles AEfensteorran; это было изменено на Eala Earendel Engla Beorhtast "Последнее Странствие Эарэндэля", а в последующих вариантах новоанглийское название уже отсутствовало. Я даю здесь последний вариант стихотворения; дату его написания определить затруднительно, хотя, судя по почерку, этот вариант был создан много позже, чем первоначальная версия. Наиболее интересные разночтения см. в сносках.
  
   Эарендель взошел, где теней ореол
   Океана венчает края,
   И над сумраком круч, как серебряный луч,
   Через ночи уста просияв,
   Белой искрой ладью устремил он свою
   От последних песков тишины,
   И в дыханье огня умиравшего дня
   Он отплыл от Закатной страны.
  
   [стр. 268]
  
   И в дороге своей над пыланьем углей
   Догорающей славы дневной,
   Звезд минуя огни, вел он стройно меж них
   Галеон мерцающий свой.
   Подступившая мгла на волне принесла
   Небесные корабли,
   Светом их парусов ночи черный покров
   Заблистал надо мглою земли.
  
   Он ныряет им вслед, к их мерцанию слеп,
   Своенравным духом своим
   Увлекаемый плыть вдаль из западной мглы
   В вечный путь за пределом земным.
   Мчится в спешке своей он над бездной огней
   И над сумраком, что позади -
   С серебристым огнем на лике своем,
   С пламенеющей жаждой в груди.
  
   И с востока плывет Лунный Челн в свой черед,
   Из Гавани Солнца стремясь,
   Чьих ворот белизна засияла, бледна,
   Пред лучом серебра отворясь.
   Зри! Меж стай облаков, челн облекших в покров,
   Поднимает он якорь свой,
   Оставляя тот брег, что пылает вовек,
   И мерцают весла его.
   ---------------------------------------
   Чтения ранних версий:
   1-8
   Из купели морей взмыл над миром теней
   Эарендель в сиянье своем,
   И над сумраком круч, как серебряный луч,
   В двери Ночи стремится проем,
   Белой искрой ладью устремил он свою
   От песка, что как злато горел,
   Сквозь дыханье огня Умиравшего Дня
   Покидая Закатный предел.
  
   (Далее в английском оригинале примечания приводятся варианты фразировок отдельных строк, которые практически невозможно передать по-русски ввиду особенностей поэтического перевода - Прим. ред.)
   ---------------------------------------
   [стр. 269]
  
   Эарендель спешит, и Луны он бежит
   Прочь за темной земли окоём,
   В Океан смутных вод, за пределы его,
   Чтоб за миром проплыть потом;
   И он слышит вдали шум веселья земли
   И рыдания скорби земной,
   Будто мир в свою смерть через лет круговерть
   Пал в руинах, окутанный мглой.
  
   И тогда путь ему - плыть в беззвездную тьму,
   Как светильнику в лоне морском;
   Вне познаний людских, запределен для них,
   Одиноким стремиться путем.
   Так за Солнцем вслед, сея белый свет,
   В бездорожье небес он мчит,
   Пока в безднах льда за века навсегда
   Его ярый огонь не сгорит.
   (Перевод Алана (Арандиля))
  
   Есть все основания полагать, что это стихотворение предшествует всем наброскам и примечаниям, данным в этой главе, и что их отдельные выражения эхом повторяют строки стихотворения (к примеру, "его лицо в серебряном сиянии", набросок "С", с. 255; "земной предел", набросок "E", с. 260).
   В четвертой строфе Корабль Луны поднимается из Гавани Солнца; в сказании Сокрытие Валинора (I. 215) Аулэ и Улмо построили на востоке две гавани - гавань Солнца (которая "была просторна и сияла золотом") и гавань Луны (которая "сверкала белизной, и врата ее были из серебра и жемчуга") - но обе они построены "в том же заливе". Как и в стихотворении, в Сказании о Солнце и Луне Луна движима "мерцающими веслами" (I. 195).
  
  

II

Веление менестрелю (The Bidding of the Minstrel)

  
   Это стихотворение, согласно небрежному примечанию отца на одной из копий, было написано на Сент-Джон-стрит в Оксфорде (см. I. 27) зимой 1914 года; другие датировки отсутствуют. В данном случае наличествуют наиболее ранние черновики, и на оборотной стороне одного из листов находится набросок,
   ----------------------------
   46-48
   Правит он свой челн в небесах
   До поры, пока он, светом Утра сожжен,
   Не умрет с Рассветом в глазах.
   ----------------------------
   [стр. 270]
  
   повествующий о путешествии Эарэндэля и приведенный на стр. 261. Первоначально стихотворение было значительно длиннее, но черновики в высшей степени небрежны, в них даже нет названия стиха. Наиболее раннему законченному варианту впоследствии было наспех приписано название: "Менестрель отказывается петь". Позже заголовок был изменен на "Лэ об Эарэндэле", а в последней версии - на "Веление менестрелю, из Лэ об Эарэндэле".
   За первоначальным неотделанным наброском последовали четыре версии, но значительных изменений сделано не было, и я даю стихотворение в его последней версии, заметив только, что в ранних вариантах менестрель, как представляется, откликался на "веление" раньше - в пятой строке, где стояло "Внемлите повести бессмертных морских томлений"; и что "эльдар" в строке 6 и "(лодьи) эльфов" в строке 23 сменили "фэери" в последней версии.
  
   "О, воспой нам еще Эарэндэля - странника,
   Спой нам лэ про его беловесельный челн,
   Что страннее всего, что представим мы странного,
   Запределен для смертного, в музыке волн.
   Спой нам повесть бессмертных морских томлений,
   Что до смены света знал эльдар народ -
   Чар хмельного плетенья и удивленья
   Брызгам пены и запаху ночи с высот;
   И о шепотах сумерек над океаном,
   И как якорь бросал он у немых островков,
   Где недремлющим волнам плескать неустанно;
   И как ветер, вздымаясь, полнил плоть парусов,
   И как южные воды вокруг клокотали,
   Как их громкая песнь грозным звоном лилась,
   И за тысячи миль от тех рук, что создали
   Челн - он мчал птицей моря, как крылатый алмаз;
   Как, отважен в пути своем неизмеримом,
   Из морского полета плывущий домой,
   Медлил он, неустанен, и в гавань незримо
   Возвращался по кругу в час темный ночной".
  
   "Но мелодии нет, и слова позабыты,
   И Солнце увяло, и сед лик Луны,
   Лодьи эльфов гниют, тиной моря увиты,
   Жажда чуда и пламя в сердцах холодны.
   Кто расскажет теперь, и чья арфа подхватит
   Мелодией верной, богатством тонов,
   Где и чар, и глубокой гармонии хватит,
   Гула дюн и простора морских берегов, -
   То, как челн его тонок, из древа какого,
   Как блестят паруса и сколь мачта стройна,
   Нос горит серебром от прибоя морского,
   И бортов лебединых чиста белизна!
  
   [стр. 271]
  
   То, что мог бы я спеть, - лишь обрывок виденья,
   Той мечты золотой, что приходит во снах;
   То, что шепчут углей догорающих тени
   Об ушедшем, хранимом в немногих сердцах".
   (Перевод Алана (Арандиля))
  
  

III

Побережья Фаэри (The Shores of Faлry)

  
   Самый ранний вариант этого стихотворения приведен Хэмфри Карпентером в Биографии (с. 76-77) (11). Существует оно в четырех версиях, не сильно отличающихся друг от друга; на трех из них отец указал дату написания: "8-9 июля, 1915"; "Мосли и Эджбастон, Бирмингем, июль 1915 (пешком и на автобусе). С тех пор неоднократно вносились изменения, в особенности - в 1924"; и "Первое стихотворение моей мифологии, Валинор ....................... 1910". Вряд ли подразумевалось, что последняя дата - дата написания стихотворения, и неразборчивые слова, предшествующие дате, можно прочесть как "обдумывался около". Но, как бы то ни было, Побережья Фаэри не может быть "первым стихотворением мифологии": я полагаю, что таковым является Eala Earendel Engla Beorhtast - что, как представляется, подтверждается упоминанием об этом стихотворении в письме отца от 1967 года (см. с. 266).
   Древнеанглийское название этого стихотворения было Ielfalandes Strand (Побережья Эльфланда). Ему было предпослано краткое прозаическое вступление, данное выше, на с. 262. Я даю здесь позднейшую версию стихотворения (недатированную) и некоторые чтения ранних версий*.
  
   На запад Солнца, на восток
   Луны - в волнах морских
   Вознесся одинокий холм,
   Чьих башен мрамор тих -
   Там, за Таниквэтиль, (5)
   Где Валинор.
   Туда приходит лишь одна
   Звезда, бежав Луны;
   Там плоть Двух Древ обнажена -
   Того, с Цветком ночным, (10)
   Другого, что с Плодом дневным,
   О, Валинор.
   Там галька Фаэри брегов
   Прозрачный свет лучит,
   И пена гладит музыкой (15)
   Опаловое дно
   --------------------------------------------
   * Опущены в переводе почти полностью. - Ред.
   --------------------------------------------
   [стр. 272]
  
   За тенью сумрачной морской,
   Где грань песка блестит,
   К стопам драконоглавых врат
   Приникшего давно - (20)
   То есть врата Луны
   Там, за Таниквэтиль,
   Где Валинор.
   На запад Солнца, на восток
   Луны - звезды причал, (25)
   И бел тот город Странника
   У Эгламара скал.
   И "Вингэлот" там в гавани,
   Где Эарэндэль смотрит вдаль,
   Где между краем Эгламар (30)
   И нами - темных вод печаль
   Там, за Таниквэтиль вдали,
   Где Валинор всегда сиял.
   (Перевод Алана (Арандиля))
  
   Укажем на интересные совпадения между текстом этого стихотворения и сказанием Пришествие Эльфов и Возведение Кора. "Одинокий холм" - это холм Кора (ср. сказание, I. 122: "над концом этого протяженного залива высится одинокий холм, что смотрит на более высокие горы"), в то время как строки "золотое подножье Кора" (строка, измененная в позднейших версиях) и, с большой вероятностью, "где грань песка блестит" поясняет следующий отрывок из сказания:
  
   "Туда [т. е. в Кор] принес Аулэ всю пыль волшебных металлов, созданных и накопленных его трудами, и рассыпал ее у основания холма - а пыль та большей частью была золотая - так что от подножия Кора протянулась вдаль, туда, где цвели Древа, полоса златого песка".
   -----------------------------------------
   Чтения ранних версий:
   (28) Самый ранний текст: Wingelot > Vingelot; вторая версия: Vingelot; третья версия: Vingelot > Wingelot; последний вариант: Wingelot.
   В позднейшем тексте в строке 13 над Фаэри написано Эльвенлэнд, и Эльдамар - напротив Эгламар в строке 27 (и всё); Эгламар > Эльдамар во втором варианте.
   -----------------------------------------
   [стр. 273]
  
   С "драконоглавыми вратами" ср. описание Двери Ночи в Сокрытии Валинора (I. 215-216):
  
   "Столпы их из крепчайшего базальта, так же, как и дверная перемычка, а высечены на них огромные драконы черного камня, и темный дым медленно клубится из их пастей".
  
   В этом описании Дверь Ночи не есть, однако, "врата Луны", поскольку ею проходит во внешнюю тьму Солнце, в то время как Луна "не осмеливается выйти в беспредельную пустоту внешней тьмы, ибо свет и величие сего судна менее, нежели у Солнца, и путь его пролегает под миром [т. е. в водах Вай]".
  
  

IV

Счастливые морестранники (The Happy Mariners)

  
   Последним я даю стихотворение, посвященное Жемчужной Башне на Сумеречных Островах. Оно было написано в июле 1915 года (12), и шесть версий предшествуют варианту, опубликованному (вместе со стихотворением "Почему Человек-с-Луны спустился вниз так быстро") в Лидсе в 1923 году*. Этот вариант я даю первым.
  
   (1)
   Я знаю в башне западной окно,
   Открытое в моря небес;
   И ветр, что раньше звезды овевал,
   Приют находит средь его завес.
   То башня Сумеречных Островов, (5)
   Где Вечер вечно средь теней сокрыт,
   Она мерцает, как жемчужный пик,
   Давно угасший свет она двоит;
   И моет море черную ее скалу,
   Ладьи проходят в сумрачную мглу (10)
   К земле теней, горя во тьме
   Огня востока всполохами, что
   ----------------------------------------------
   * Нортерн Венчер: см. сноску I. 204. Дуглас А. Андерсон великодушно снабдил меня копией данной версии стихотворения, которое не сильно изменилось с момента публикации в Стэплдон Мэгэзин (Эксетерский колледж, Оксфорд) в июне 1920 года (Карпентер, с. 268). - Twilight в строке 5 версии лидского журнала почти наверняка ошибка, поскольку все оригиналы дают Twilit.
   ----------------------------------------------
   [стр. 274]
  
   Пловцы добыли в солнечных водах;
   И, может, трепетанье лиры то,
   Иль серых мореходов голоса (15)
   Двоятся эхом средь теней земных;
   Без парусов и весл челны у них,
   И часто пение иль звук шагов
   Здесь мнится - иль звенит далекий гонг.
  
   К вратам великим Западных брегов, (20)
   О морестранники счастливые, ваш путь,
   Где у драконоглавых Ночи врат
   Фонтаны звезд, сверкая пеной, бьют,
   Обрушивая ярких искр каскад.
   Когда Луну слежу я в небесах (25)
   Из башни ветреной своей,
   Без мига промедленья средь теней
   Вы мимо с пеньем странным на устах
   Плывете по погибельным волнам,
   Сквозь мглу - к волшебным тем лугам, (30)
   Где россыпь звезд на своде голубом
   Все в танце кружится своем.
   Вы к Островам Благим плывете вслед
   За Эарэндэлем, одетым в свет;
   Из-за пределов сумрачных назад (35)
   Лишь ветер возвращается, шепча
   О золотых дождях, что, свет луча,
   В тех смутных землях вечно шелестят.
   (Перевод Алана (Арандиля))
  
   В Сокрытии Валинора (I. 215) сказано, что после создания Солнца валар намеревались проводить его под миром, но что
  
   "слишком хрупка и порывиста она [Сари, т. е. Солнце]; и много драгоценного сияния расплескалось во время тех попыток в глубочайшие воды и осталось мерцать тайными искрами в неведомых океанских пещерах. И многие из эльфов и народа фэй ныряли и искали те искры на заокраинном востоке, как поется о том в песне Спящей в Жемчужной Башне".
  
   То, что "Счастливые морестранники" и есть "песня Спящей в Жемчужной Башне" подтверждается, как кажется, в первой строфе стихотворения.
   По поводу "драконоглавых Ночи врат" см. с. 273.
  
   Много лет спустя отец переписал стихотворение, и я даю ниже эту версию. Еще позже отец вернулся к этому варианту и внес несколько поправок; в этот раз он приписал, что пересмотренная версия датируется временем после "1940?".
  
   [стр.275]
  
   (2)
   Я знаю в башне Западной окно,
   Открытое в небес моря;
   Туда из неземной далекой тьмы
   Надзвездный дышит ветер, льдом даря.
   То башня Сумеречных Островов, (5)
   И, возносясь из вечных их теней,
   Сверкает, как жемчужная, она,
   Забытый свет приют находит в ней.
  
   Подножье вечно моет шелест волн,
   И каждый к Западу плывущий чёлн (10)
   Её минует, в темноте маня
   Мерцанием восточного огня,
   Что в давний год
   Добыт пловцом из Солнца вод.
   Порой там арфы зазвенит струна, (15)
   Коснется сердца музыка, странна -
   Иль серых мореходов голосов
   От гор далеких донесется зов, -
   Тех, что плывут среди теней земных,
   И чьи без весл и парусов челны; (20)
   Торжественна прощальная их песнь -
   Огромно море, путь не кончен здесь.
  
   О морестранники счастливые, судьба
   От серых островов, за Гондобар,
   Влечет вас в путь к последним берегам, (25)
   Где у драконоглавых Ночи врат
   Фонтаны звезд взлетают к небесам,
   И звездной пены рушится каскад!
   Пока Луну слежу я в небесах
   Из башни ветреной своей, (30)
   Без мига промедленья средь теней
   Вы с песней арфы в сумрачных морях
   Плывёте под торжественный напев
   К земле последней Двух Дерев,
   Луна и Солнце коим - цвет и плод, (35)
   Туда уходит свет, оттуда он идёт.
   ---------------------------------
   Последние исправления:
   (3) "туда" опущено
   (33-36) Перечеркнуты
   ---------------------------------
   [стр. 276]
  
   За Западный предел вы мчите вслед
   За Эарэндэлем, одетым в свет,
   Что устремляет сквозь ночи уста
   Свою ладью туда, где темнота, (40)
   Во внешние моря. Сюда порой
   Вернётся ветра вздох дорогой той,
   Неся дерев нездешних аромат.
   И здесь в окно я отблеск вижу
   Тех золотых дождей, кои всегда (45)
   Над внешними морями шелестят.
   (Перевод Алана (Арандиля))
  
   Я не могу объяснить отсылки (наличествующие только в пересмотренной версии, строка 24) на плаванье морестранников "от серых островов, за Гондобар". Гондобар ("Град Камня") было одно из семи имен Гондолина (с. 158).
  
  

ПРИМЕЧАНИЯ

   (1) Фаласквиль - так назвалось прибрежное жилище Туора (с. 152); оарни, фалмарини и вингильди названы духами "пены и океанского прибоя" (I. 66).
   (2) Ирильдэ - это "эльфийское" имя, соответствующее Идриль языка гномов. См. Приложение, статью Идриль.
   (3) "Эльвинг из гномов Артанора", вероятно, просто ошибка.
   (4) По поводу Лебединого Крыла - эмблемы Туора - см. с. 152, 164, 172, 193.
   (5) Слова "Идриль исчезла" стоят вместо слов "Сирион был разграблен, и, чтобы об этом поведать, остался лишь Сердечко (Ильфрит)". Ильфрит - еще одна версия эльфийского имени Сердечка (см. с. 201-202).
   (6) Здесь вычеркнуто: "Спящая - это Идриль, но он не знает".
   (7) Ср. со строками из поэмы Кортирион среди Дерев (I. 36, стр. 129-130):
   "Мне нет нужды в дворцах алей огня, Где солнца дом..."; эти строки незначительно изменились во второй (1937) версии (I. 39).
   (8) Эти несколько предложений, начиная с "Эарэндэль, обезумев от горя..." заменили следующее: "[неразборчиво написано имя, похоже на "Орлон"] [?ожидает] там и рассказывает ему о разграблении Сириона и о пленении Эльвинг. Поход корэльдар и пленение Мэлько". Вероятно, слова "поход корэльдар" были вычеркнуты по ошибке (ср. набросок "В").
   (9) "Эарум" исправлено (только при первом появлении) из "Эарам", за которым следовало название "Эарнхама", впоследствии вычеркнутое. Earnhama переводится с древнеанглийского как "орлиная одежда", "орлиное платье".
   ----------------------------------------
   (41-43) перечеркнуты
   Строка, добавленная в конец: "Там, за страной сияющих Дерев".
   ----------------------------------------
   [стр. 277]
  
   (10) Так датируют время создания стиха два наиболее ранних варианта, один добавляет "Клуб эссеистов Экс[етерского] колл[еджа], дек. 1914", а на третьей версии мы находим примечание "Гедлинг, Нотт., сент. 1913 [ошибка: надо "1914"] и позднее". Отец упоминал о том, что читал "Эарэндэля" в клубе эссеистов, в письме к моей матери от 27 ноября 1914 года.
   (11) Но вместо "у Эгламара скал" в строке 27 (26) надо читать "у Эгламара скалы".
   (12) Согласно примечанию, оно было написано в "Барнт-грин [см. Биографию, с. 36] в июле 1915 и в Бедфорде и позже", другое примечание датирует его "24 июля [1915 года], переписано 9 сент.". Первоначальные наброски сделаны на обороте неотосланного письма, написанного в Мосли (Бирмингем) 11 июля 1915 года; военные сборы в Бедфорде начались 19 июля.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"