Андерсон Уильям: другие произведения.

Дневник хирурга Андерсона

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Это один из трех документальных рассказов (и самый полный) о том, что предшествовало резне в Патне 7 октября 1763, о неудачном штурме города, о бегстве англичан и бесславном поражении, о пленении и военной неразберихе. Полный он благодаря тому, что доктор Уильям Андерсон, по свидетельствам своих товарищей, был весьма дотошным и педантичным человеком. В сравнении с дневником Питера Кэмпбелла - так оно и есть. Индийские названия и имена в те времена писали просто на слух, поэтому иногда приходится только догадываться, что имелось в виду (так Сэмру в дневниках встречается как Сомеро, Сомру, Самиро и пр.).


Дневник хирурга Андерсона

  
   Двадцать третье июня
  
   В честь годовщины битвы при Плесси мы все обедали на Фактории, и по лицам джентльменов легко было понять, что предметом обсуждения послужило нечто важное. Весь наш совет собрался и объявил приказ освободить от дежурства всех плохо владеющих оружием людей, а капитанам явиться в восемь часов вечера к командующему. Похоже, что джентльмены с фактории получили новость о безуспешных переговорах мистера Эмьетта в Монгхире, и что назначен день его отправления. К тому же в марте у Патны собралось так много сипаев и всадников, около трех тысяч, да еще и шесть пушек, что война кажется неизбежной; они думают, что лучше всего нанести удар первыми и завладеть Патной. Однако они хотят подождать надежных вестей от мистера Эмьетта; соответственно, двадцать четвертого ночью.
  
   Двадцать четвертого июня
  
   В итоге, из-за тех новостей был отдан приказ атаковать город на следующее утро.
  
   Двадцать пятое июня
  
   Около часу войска собрались и вышли в два (около двух отрядов людей, плохо владеющих оружием, с двумя офицерами остались охранять сады) в следующем порядке:
   - сипаи капитана Тэбби и европейцы шли справа (по дороге) к невысокому бастиону Монтенэл (Мутни) с осадными лестницами и ворвались внутрь.
   Капитаны Тернер и Уилсон с четырьмя отрядами у каждого и двумя пушками прошли к западным воротам и заняли их, пока лейтенант Дауни с тремя отрядами штурмовал стену напротив фактории.
   Капитан Кинч с оставшимися пушками расположился на огороженной земле мистера Хоуитта с приказом открыть огонь по стенам и дать сигнал к основной атаке.
   Три пушки (три трехфунтовых) с двумя отрядами сипаев вели непрерывный огонь с крыши дома фактории.
   Капитан Кэрстейрз с европейцами и сипаи Тэбби после входа в город прошли вдоль северо-западных передовых позиций и открыли ворота, так что вторая группа с двумя пушками беспрепятственно попала внутрь.
   Вскоре мы заняли все бастионы, но с трудом прошли по главной улице, потому что на ней от подожженных домов стеной стоял огонь, в котором мы потеряли некоторых рядовых и офицеров, однако, наконец, добрались до киллы*, где заперся единственный военный отряд города. Субах** с большинством земиндаров*** покинул город, и мы только почувствовали себя в безопасности, но - увы! Как мы жестоко ошибались.
   Лейтенанты Дауни и Перри с несколькими сипаями почти прошли через киллу к внешней стороне. Наши европейцы завладели восточными воротами с одной из пушек, но все остальные сипаи разбежались грабить город, так что заново удалось собрать едва ли сотню. Все сильно устали после перехода через жирную грязь без отдыха и передышки, и примерно в час около ста двадцати врагов вошли в киллу и потеснили сипаев, что были там. Европейцы и сипаи, видевшие это, последовали их примеру, и, не успели мы оглянуться, как они оказались у фактории; отряд сипаев Маркотта, которых послали на подкрепление, вскоре вернулся назад с несколькими пушками и начали палить по фактории.
   Так закончилась неудачная попытка, не без огромных потерь и кровопролития. Враг должен был пострадать больше, но подробности нам неизвестны.
   Наши потери следующие:
   Убиты - капитан Перри, лейтенанты Дауни, Макдоннел, Рид (Макдоуэлл, Роуч) и еще восемь европейцев.
   Ранены - капитаны Джохер и Уилсон, лейтенант Перри, десять европейцев и сто сипаев.
   Убита или дезертировала (но последних больше, и, я верю, не без награбленного) тысяча сипаев с офицерами соразмерно их количеству. Потеряли две полевых пушки, которые не смогли забрать назад. Все наши войска состояли из ста пятидесяти европейцев, солдат, сорока единиц артиллерии, двух тысяч двухсот сипаев.
   В шесть вечера была отозвана стража в садах и вскоре присоединилась к нам. После несчастья собрался совет, на котором настойчиво пожелали видеть каждого из капитанов, поскольку те способны предположить, что делать в нынешнем положении. Мнения по этому поводу разделились.
   Во-первых, фактория слишком мала и плохо обеспечена припасами и дровами для тысячи двухсот сипаев и двухсот европейцев, кроме того, нам следует ожидать, что мы будем полностью отрезаны от помощи, которое может прийти из Монгхира, потому было решено, что защищать факторию нет смысла.
   Во-вторых, можно взять лодки и отправиться по реке в Калькутту, но, прежде всего, у нас нет такого количества лодок, и нужно ожидать сопротивления у Монгхира, куда новости должны дойти, опередив нас на день.
   Третье - пересечь реку и пройти по противоположной стороне. Здесь придется идти на большие жертвы, потому что мы переправимся прямо в руки многочисленного врага, который, несомненно, расставил войска напротив Монгхира, чтобы встретить нас, кроме того, невозможно без волов или кули забрать с собой пушки или амуницию. Поэтому окончательное решение, и, несомненно, имеющее наибольший шанс на успех, - захватить силой столь много лодок, сколько получится, послать их к проходу Фитази (Филаги), пересечь реку с одним ховитцем****, пройти земли Саркар Саранг и Суджи Даулата. Решение было одобрено, но этой ночью мы не смогли достать лодок, и на следующий день...
  
   *Килла - крепость
   **Субах, суба - наместник
   ***Земиндар - крупный землевладелец
   ****Ховитц, ховитцер - гауфница, гаубица, нечто среднее между мортирой и пушкой.
  
   Двадцать шестое июня
  
   Мы собрали столько лодок, сколько смогли, отослали их в фарватер реки и подготовились к вывозу фактории. С обеих сторон в это время шла оживленная и непрерывная перестрелка из пушек и ружей, в которой мы потеряли одного европейца и трех-четырех сипаев.
   Около десяти вечера мы погрузили больных и казну - около одного лакха. Вскоре сипаям капитана Тэбби было приказано идти по отмели на север к французской фактории и там ждать европейцев. Мистер Эллис с отрядом сипаев из этого же подразделения, в сопровождении нескольких гражданских, успешно прошел к лодкам. Капитан Кэрстейрз с европейцами и сипаи Тернера поддерживали сильный огонь до полуночи, и когда все было почти готово, заткнули пушечные дула и вышли к лодкам без малейшего досаждения.
  
   Двадцать седьмое июня
  
   Около двух мы без лишнего переполоха начали форсировать реку, так быстро, как только было можно, но прежде чем успели переправить треть людей, поднялся сильный ветер и начался ливень, так что лодки не могли пересечь реку. В то же время, те, кто уже успели переправиться, заметили отряд всадников, приближавшихся атаковать. Был пробит сбор, они зарядили ховитц, отошли на двести или триста ярдов от деревни и там ждали нападающих, но те разумно решили держаться на расстоянии.
   Примерно в десять погода исправилась и ветер стих, поэтому к полудню все были на другом берегу, даже наши лошади. Мы начали готовиться к переходу.
   Соответственно, больные, казна и ховитц с частью боеприпасов переправлялись водой из-за нехватки кули* и т.п., хотя армия шла по берегу. Я остался на лодке вместе с больными.
   После полудня, около пяти часов, армия выступила, и мы, подгоняемые хорошим ветром, подняли паруса на всех тридцати лодках. Тогда я был очень расстроен, потому что лодка с моей одеждой, инструментами, лекарствами и слугами не прибыла.
   Мы шли под парусом большую часть ночи и затем стали на якорь.
  
   *грузчик
  
   Двадцать восьмое июня
  
   На рассвете снялись с якоря и остановились в Часане. Вскоре после этого поднялась тревога из-за двух или трех отрядов сипаев, которых мы заметили на противоположном берегу и увидели, как они спускают на воду несколько лодок. Мы немедленно послали записку мистеру Эллису, и он прислал нам в ответ отряд сипаев защищать нас, поскольку у нас было всего пятьдесят человек.
   В пять армия присоединилась к нам.
  
  
   Двадцать девятое июня
  
   Рано снялись с якоря, но наше баджеро* слишком тяжелое, и мы, в основном, плелись в хвосте. Те вражеские сипаи вышли на трех лодках и охотились за нами с восьми часов, но благодаря свежему ветру и нашим гребцам мы благополучно ускользнули. Сторожевая лодка и еще одна, шедшая в нашем арьергарде, вышли им навстречу. Одна из их лодок ушла после сильного огня, но другие удалось захватить. Сипаи спрыгнули за борт, после того как потеряли двух человек убитыми и двух ранеными.
   В полдень мы вошли в русло реки Доуи (имя Гогры) и остановились на расстоянии косса от армии и около трех коссов выше Чупры по течению.
  
   *Баджеро - бескилевая баржа
  
   Тридцатое июня
  
   Снялись с якоря, но неудачно; сильные течения этой реки заставили нас держаться противоположного берега, когда мы увидели в миле от нас четыре штандарта и всадников, которые вынудили нас вернуться к течению, и, зацепившись за другую лодку, мы сломали руль. Нас взяли на буксир две сторожевые ладьи, которые с превеликим усилием привели нас на сушу, где мы дождались утра. Здесь мы починили на скорую руку, как смогли, руль, и в этом нам сильно помог мистер Плейс, по такому случаю подъехавший на пинасе*.
   Мы видели несколько подожженных деревень в коссе от нас и услышали о некоем Сомеро, который с четырьмя или пятью отрядами сипаев и тремя-четырьмя пушками бродил поблизости с приказом присоединиться к Рамниди, фусдару** этой страны, который собрал около трех тысяч всадников и пехотинцев, чтобы противостоять нам.
   Мы шли по следам нашей флотилии, с трудом и под гнетом опасности, потому что два или три раза мы почти перевернулись. Когда мы присоединились к нашим людям, то услышали приятные новости, что этим утром Рамниди потерпел поражение и примерно двести его людей убиты.
   Ближе к вечеру получили весть о том, что Сомеро присоединился к нему, и они расположились лагерем в коссе от наших войск. Мы сейчас стоим на острове, напротив высокого мыса, где разбили лагерь наши люди, но течение слишком сильно, чтобы мы могли добраться до них. Поэтому, сообщив об этом мистеру Эллису, мы получили приказ перебраться утром к нижнему краю, когда они выступят к нам. Около четырехсот человек верховых и пеших следят за нашими передвижениями, но у них всего лишь одна лодка.
  
   *Пинас - небольшое парусно-гребное судно
   **Фусдар, фузидар, фуджидар - обычно командир армии или военный наместник провинции
  
   Первое июля
  
   Мы спустились вниз по течению и догнали пешую армию, немедленно выгрузили ховитц, но прежде чем они успели зарядить его, появился враг, и началась сильная канонада из трех или четырех пушек. Наши люди схватились за оружие и заняли ту часть реки, которая огибает остров по левую руку, образуя достаточно высокий берег, в двухстах ядах за ними была большая река.
   ***
   Кажется, они не были склонны атаковать нас. Потому по приказу все наши люди опустились вниз, чтобы уберечься от сильного обстрела. Около восьми мистер Эллис и джентльмены из гражданских (кроме Лашингтона) переправились на остров и вскоре начали перевозить грузы на лодках, и потому многие из сипаев начали воровать вещи и прятаться в джунглях. Враги, увидев, что обстрел почти не причиняет нам вреда, уменьшили огонь; однако около одиннадцати несчастливая пуля настигла капитана Кэрстейрза, когда он сидел. Она вошла ему в бедро и вышла из филейной части. По своей природе она должна быть смертельной. После за весь тот день мы потеряли убитыми только двух или трех сипаев и столько же ранеными. Мистер Эллис решил, что если возможно, то надо атаковать врага вечером, пересечь остров и оттуда пройти к лодкам; там не было и косса, чтобы выйти из этой провинции.
   Вечером капитан Тэбби (командующий) и большинство прочих офицеров пришли к решению, что бесполезно атаковать врага при нынешней диспозиции, особенно когда обнаружилось, что не хватает не менее трети сипаев, так что теперь войско насчитывает не более трехсот (семисот) сипаев со ста восьмьюдесятью европейцами, включая артиллерию. Пока они совещались, враг начал двигаться к нам и поднялась тревога. Мы ...
   Отряд врага с правого крыла соединился с основными наступающими силами, которые принялись обстреливать нас из артиллерии; когда они подошли на достаточную дистанцию, батальон Тернера открыл справа непрерывный огонь, но непрерывного мы не видели, только отдельные хлопки. Несколько европейцев выстрелили, и в ответ получили заряд шрапнели, они бросились прочь, началась неразбериха, и каждый искал спасения в бегстве. Некоторые доплыли до острова и сообщили удручающие вести.
   Лодочники были напуганы множеством людей, которые наседали на них и отошли на некоторое расстояние; на борту были капитан Кэрстейрз, капитан Уилсон, доктор Кэмпбелл и я, энсин Армстронг и Маккей, который доплыл до острова, чтобы уйти с двумя солдатами, и пять или шесть слуг джентльменов, и три или четыре сипая, шесть женщин, шесть детей. В суматохе мы видели, как многие лодки уходили, и не знали, как лучше поступить нам самим. Спастись было невозможно, поэтому мы решили, раз у нас уже достаточно людей, то надо идти к Патне, если выйдет, и там сдаться в плен субаху.
   Итак, мы отправились в путь, и, когда мы проходили мимо джунглей в тылу нашей армии, нас окликнули и дважды или трижды выстрелили, однако мы не могли и подумать пристать к берегу, потому что толпа наверняка утопила бы лодку. Мы гребли так тихо, как могли, чтобы не переполошить чоки, которых было предостаточно на этой реке. Часто нас окликали, но мы не отвечали. Чтобы изменить вид нашей лодки, мы срубили мачту и сделали столько джумахов и тюрбанов, сколько смогли, выбросили за борт множество вещей, которые могли выдать, кто мы такие - сабли, ремни, перевязи и прочее, и так провели печальную ночь с бедным Кэрстэйрзом и остальными в каюте, с женщинами и детьми, и каждый миг мы ждали, что нас остановят чоки, которые могут захотеть убить нас в жажде наживы, поскольку на борту было двадцать тысяч рупий Компаний.
   Рядом с Минеером, где по нашему представлению мы находились, наша лодка села на мель, изрядно нас ошеломив, и не давала нам заскучать с час, во время которого мы усиленно рассуждали. Если коротко, мы колебались - идти ли на берег или нет, принять ли нашу судьбу на суше, но не могли и подумать, чтобы оставить Кэрстэйрза, хоть и смертельно раненого, но все сознающего. Нужно добавить о его тщании заставить друзей бросить его, беспомощного, в такой беде. Однако пока мы были на мели, мы потеряли из виду лодку, что нас сопровождала, и, как только мы выбрались и прошли правильным руслом, мы проследовали дальше, до рассвета, когда нам пришлось встретиться с джемидаром*, ехавшим верхом на слоне.
  
   *Джемидар, джемедар, джемадар - офицер, командир отряда, также относится высшим чинам, второй по рангу после субахдара.
  
   Второе июля
  
   Они окликнули нас, когда проходили мимо примерно с сотней сопровождающих, и пожелали, чтобы мы остановились. Мы поведали им, что мы - голландское баджеро из Чупры. Мы не остановились; они выстрелили по нам, и, я верю, нам удалось бы договориться, если б не бой капитана Тернера, сказавший, что нам было бы лучше ехать дальше, пока они не остановят нас силой, и тогда сказать, что мы направляемся к субаху, и это показалось нам разумным. Мы оторвались от этих людей в целости и сохранности, усиленно работая веслами, и никто нас больше не побеспокоил, если не считать лодчонки с тремя мусульманами, которые поднялись к нам на борт и назвались чоки. Мы попросили, чтобы они проводили нас в Патну, но, похоже, им больше хотелось получить от нас баксис, поэтому мы дали им двадцать рупий, и они покинули нас.
   Когда мы приблизились к реке Сингья, мы решили, что будет лучше идти к Хаджипуру и сдаться там, потому что в тех краях мы могли рассчитывать на более мягкое отношение, чем в Патне, где люди были весьма озлоблены. Кроме того, поэтому Фусдар, брат Мир Абдулы, мог обойтись с нами лучше. Мы повернули [и около полудня прибыли в Хаджипур, где нас весьма дружелюбно встретил сын фусдара].
  
   Воскресенье, третье июля
  
   Несчастный Кэрстейрз умер на берегу в хижине, которую ему выделили. Мы сделали гроб и похоронили его с почестями, которые позволяли обстоятельства. В тот же день пришел чит* от доктора Фуллертона; он желал, чтобы мы шли к Патне, и обещал, что субах отнесется к нам с великодушием.
  
   *Чит - записка
  
   Понедельник, четвертое июля
  
   Наши намерения были учтены, и на следующий день мы должны будем отправиться в Патну. Обхождение с нами здесь было весьма дружелюбным, фусдар несколько раз присылал нам съестных припасов, но наши стражники и слуги оказались весьма назойливыми, выпрашивая баксис, и мы решили, что лучше им уступать. Услышали от Фусдара, что наша армия вышла, что мистер Эмьетт утонул, но мистер Хэй и другие джентльмены все еще в Монгхире.
  
   Вторник, пятое июля
  
   Фусдар со стражей проводили нас к Патне.
   Мы высадились у киллы, и нас препроводили в дурбар, где нас добросердечно встретил Али Минди Каун и принес нам в дар множество съестного, после того как угостил бетелем. Нас проводили в отведенные покои и отдали под покровительство Мирзы Калиля, его близкого родственника, и он, за то короткое время, что мы провели вместе, делал почти все возможное, чтобы облегчить нам пребывание (даже черную работу). Он послал за нами в свои покои и угостил местной выпивкой, отдал приказ принести все наши вещи, и не было ни единой мелочи, которой бы он не коснулся. Мы почувствовали себя невероятно счастливыми таким милостивым обращением, когда пришел сам набоб и сел с нами у Мирзы Калиля, и поведал, что он ждет назавтра мистера Эллиса с тридцатью джентльменами и ста двадцатью сипаями, выехавших из Чупры.
   В девять мы вернулись в свои покои, и час спустя вернулся мистер Фуллертон и ознакомил нас с приказом, повелевавшим отправить нас в Монгхир, и его мы должны были выполнить немедленно. Это сильно изумило нас, потому что уже стемнело, а течение было весьма бурным, но после разговора с нашим другом Мирзой Калилем, его выполнение отложилось на утро. Поэтому уже рано мы были готовы и послали наши вещи в баджеро, и он сам пришел посмотреть, что мы в безопасности добрались до джемидара, который должен о нас позаботиться. Он послал на лодку немного хлеба и жареной козлятины, что мы приняли с огромной благодарностью. Капитан Уилсон с огромным трудом убедил его принять саблю в подарок.
  
   Среда, шестое июля
  
   Утром мы отошли от берега под охраной двух лодок и с несколькими сипаями в нашем баджеро. Килла еще не скрылась из виду, когда лодки принайтовились к нашим бортам, чтобы вернее охранять нас, и так мы поплыли, ровно бревно. Но скоро им показалось это неудобным, как и нам, и они отдали нас на буксир: одна лодка ушла вперед, вторая осталась позади нас, и сим образом мы шли, пока не добрались до Барра, где остановились заночевать. Наша стража так о нас позаботилась вечером, что даже поставила пост у каждого окна каюты, натянув вокруг них веревку.
  
   Четверг, седьмое июля
  
   Мы отошли от берега рано, и добрались до ганжа набоба, где мы обильно перекусили катчере и выпили местного арака*, который дал нам наш друг из Хаджипура.
  
   *рисовая водка
  
   Пятница, восьмое июля
  
   Отдали швартовы и поехали к Монгхиру; с реки на него открывается неплохой вид: ты сразу видишь дворец Его Превосходительства, построенный здесь не так давно, с бруствером, перед которым стоят тридцать пушек. Около двенадцати начался дождь и поднялся ветер, и нам пришлось проехать мимо него и пройти около мили, и в пять мы вышли к воротам у нижней части форта. Наш харкарра* отправился на берег с письмом, но никто, кроме одного немецкого мерзавца, ранее состоявшего у нас на службе, к нам не вышел; он сделал вид, что пришел от набоба узнать сколько нас, как нас зовут и какого мы рода.
  
   *харкарра - гонец
  
   Суббота, девятое июля
  
   Поскольку сегодня никто не пришел осведомиться, не нуждаемся ли мы в провианте, и наш харкарра не вернулся, наша охрана была неприятно удивлена, как и мы сами. Мы послали на базар за теми припасами, что хотели бы отведать, и денег у нас - всего восемьсот рупий.
  
   Воскресенье, десятое июля
  
   Слуга мистера Плэйса принес нам чит, из которого мы узнали, что сталось с господами Джонстоном и Хэррисом и еще двумя европейцами с оружейных лодок, всех их держат в одиночках и дают лишь пол-сира плохого риса в день каждому на пропитание; что им нужна кое-какая одежда, и они умоляют нас прислать ее, если у нас есть излишки. Они также упомянули, что у каждого есть десять рупий, которые им дали два дня назад, чтобы купить мяса и пр. Они сдались в Патне мистеру Маркотту, который, узнав в них торговцев, разрешил им уйти, если смогут, но им показалось невозможным пройти через лодки чоки* в Монгхире; чоки стоят по обоим берегам реки, и кроме того, один или два стоят у каждой мели посреди реки; у всех них есть по одному или по два сипая. Поскольку слуга, который принес нам чит, был вместе с сипаем, и наша охрана с трудом разрешила ему вернуться в лодку, мы нашли невозможным послать им одежды. Поэтому мы передали двадцать восемь рупий и написали чит, где рассказали о нашем положении и прочем, но им стоит хорошенько поглядывать по сторонам в поисках лучшей доли, потому что мы не смогли изыскать возможности передать одежды.
   Три армянина пришли к нам на борт, и они поведали нам новости о нашей армии в Кутве. Мы хотели, чтобы они передали деньги Джонстону и прочим, но они отказались, отговорившись тем, что они чужаки здесь и пришли лишь торговать.
   Ночью пришли вести от харкарры, что нам нужно возвращаться в Патну, и для этого ему удалось нанять несколько данди**.
  
   *чоки - таможенный пост или пост стражников
   **данди - лодочник
  
   Понедельник, одиннадцатое июля
  
   Харкарра получил перванну* для нас, но ни одного данди раздобыть не смог. Джемидар из нашей стражи силой вытребовал около дюжины вечером, так что раньше завтрашнего дня отправиться в путь мы не можем. За эти два дня одна-две больших лодки привезли к гхату** две наши двадцатичетырехфунтовки с лафетами, ружьями и лафетными повозками, с помощью которых их выгружали.
  
   *Перванна, пурванна - приказ, письмо, дающее какие-либо права.
   **Гхат - ворота
  
   Вторник, двенадцатое июля
  
   На нашем пути в Патну дул попутный ветер, но течение было слишком сильным. После полудня, на расстоянии четырех коссов от Монгхира, мы прошли мимо лагеря Маркотта с отрядом сипаев, которые направлялись в Монгхир. Услышали, что с ними шел капитан Тернер и два других офицера. Мы остановились в коссе выше от них.
  
   Среда, тринадцатое июля
  
   Рано вышли в путь, и у ганжа набоба встретили пять или шесть отрядов сипаев с двумя пушками и несколькими всадниками; с ними были девяносто европейцев, поступивших к ним на службу, но нам дали понять, что эта мера принята лишь во избежание плохого обращения и с оглядкой на побег. Они рассказали нам, что мистер Эллис и все прочие джентльмены, кроме лейтенанта Пикеринга и энсина Крофтса, убитых или утонувших первого числа, отправлены в Монгхир. Мы пересекли реку и причалили к большому острову, и, когда мы ступили на его землю, нам пришлось остановиться здесь на ночлег, в коссе от Руиналлы на противоположном берегу.
  
   Четверг, четырнадцатое июля
  
   Воды для нас на острове нет, а течение слишком сильно, поэтому мы вновь пересекли реку, и получилось, что отошли на косс назад, и подверглись сильной опасности и трудностям, пока добирались до Руиналлы, поскольку течение было бурным, а берега то и дело осыпались. Пока мы проходили нуллу*, мы видели трех слонов-знаменосцев с армией в две тысячи всадников и пеших солдат, пересекающих реку в лодках на пути в Монгхир.
   В полдень, пока мы были еще на острове, поднялся попутный ветер, и мягкое течение отнесло нас за два косса до Деррьяпура, где мы остановились на ночь.
  
   *Нулла - ручей
  
   Пятница, пятнадцатое июля
  
   Дул слабый ветер, и мы продолжили путь.
   В одиннадцать утра остановились в Деррьяпуре пополнить припасы; в то же время сюда прибыли три отряда сипаев, шедших на юг, в основном, тех, кто служил у нас и переметнулся.
   В час дня мы отошли от берега с легким бризом, и на закате были у Мохуры, в двух коссах ниже Поннерака.
  
   Суббота, шестнадцатое июля
  
   Рано отошли от берега под попутным ветром, около ... мы прошли Поннерак, в полдень мы остановились в Баре за провизией. Здесь огромное скопление лошадей и сипаев, расположившихся большей частью в наших палатках и т.п., которые перешли к ним. Они держат путь в Монгхир.
   В два мы отправились и прошли на косс дальше.
  
   Воскресенье, семнадцатое июля
  
   Мы отошли от берега рано под порывистый сильный ветер, который не прекращался весь день и принес нас на расстоянии мили от сада Джаффер Хана.
  
   Понедельник, восемнадцатое июля
  
   Подняли якорь в пять и прибыли к килле около девяти, и после двухчасового ожидания, нас провели к дивану, поскольку набоба не было дома, и диван распорядился подать нам обед.
   Здесь мы оставались, изнемогая от мух и жары, до восьми, когда набоб послал за нами, и, как раньше, принял нас очень ласково, приказал принести нам стулья, чтобы сесть, подал хуку* капитану Уилсону и уговаривал нас не беспокоиться, потому что мы можем чувствовать себя здесь как дома, что он приготовит для нас подходящее место за несколько дней, и пока мы здесь, и стоит сильная жара, мы будем спать в бунгало наверху.
   Мы попрощались и обрадовались тому, что попали в такие заботливые руки. Бунгало оказалось покоями дивана: оно было соответствующе прибрано, и мы воспряли духом после наших жарких комнат, где мы радовались, когда освежающий бриз дул рядом с ними.
   Вскоре принесли ужин, которому мы уделили мало внимания; он был слишком поздно. Наша стража из двадцати бергундаси и пяти сипаев спала на террасе; несмотря на то, что мы прокрались в бунгало, нам не пришлось хорошо отдохнуть, потому что в нем кишели жуки и москиты.
  
   *хука - кальян
  
   Вторник, девятнадцатое июля
  
   На рассвете нас разбудили, и мы вернулись в нашу раскаленную комнату. Я верю, что наш друг, диван, генту*, не был слишком доволен нашей ночевкой, потому что он велел вынести циновки и ковры и помыть их, и взял командование на себя, даровав нам свой диванканах**, кроме маленького кусочка, отделенного пурдой***, для его поваров. В полдень они начали готовить, и нас заволокло дымом, от которого, вкупе с жарой и мухами, мы сильно страдали. Мы пожаловались на это и получили заверения, что все будет убрано.
   Сегодня слуга принес несколько бутылок спиртного, которые отобрала охрана, поскольку им нужна перванна от набоба, чтобы пропустить их.
   Вечером консама**** набоба пришел сказать нам, что у него есть приказ от его господина, что чтобы мы ни выбрали из одежды, нам стоит только послать на кухню за этим.
   Ночь мы провели ужасно из-за жары, насекомых и шумной стражи, которая заняла веранду в нашем доме.
  
   * генту - индус
   ** диванканах - здесь: дом
   ***пурда - занавесь
   ****консама - дворецкий
  
   Среда, двадцатое июля
  
   Ничего особо выдающегося, разве что зашел Мирза Калиль и рассказал нам, что собирается в Монгхир.
   Вечером диван приказал страже спать снаружи, поэтому мы смогли получить веранду в свое распоряжение для ночевки, и для нас это стало большой услугой. У нас появилось чуть больше воздуха и меньше шума.
  
   Четверг, двадцать первое июля
  
   Ничего интересного.
  
   Пятница, двадцать второе июля
  
   После полудня, около четырех, нас неожиданно вывели из наших покоев, оставив там двух солдат. Нас провели в город, и по пути мы встретили двух европейцев под охраной, и они рассказали нам, что их, пришедших из Монгхира, было пятнадцать.
   Нас провели зигзагами и малолюдными улочками к месту, где содержится множество узников, на любой вкус. После того, как мы прошли два огороженных барака, мы вышли к третьему, где увидели людей, закованных в кандалы, и сие зрелище беспристрастно открыло нам предназначение этого места, с паутиной повсюду, особенно пропитанного сыростью, по сравнению с покоями, где нас держали. Несколько циновок лежали у двери, что была скручена и привязана, так что свет и воздух проходил сквозь нее. Здесь, по всей видимости, мы должны были ждать не более чем равнодушного отношения, но не пробыли здесь и часа, как начали отчасти примиряться с происходящим, поскольку все наши вещи принесли очень бережно. Мы решили, что это место для преступников против государства, и несколько людей, бывших на высоких постах, находились здесь со времен опалы Рамнарайна.
   В охране тюрьмы - около двухсот пеонов, и они дозволяют нам гулять по всей длине площади, поэтому здесь нам перепадает больше уединения и больше свободы.
  
   Суббота, двадцать третье июля
  
   Нас навестил катвал* Рамнарайна, человек доброго нрава, имевший раньше огромное влияние в городе. Провизии нам никто не прислал, поэтому мы были вынуждены кормиться сами. Сегодня мы услышали, что пятнадцатого числа сего месяца основные наши войска сражались у Катвы с людьми из Максадавада, и последние были наголову разбиты. Два главных джемидара убиты. Что мы взяли Хугли и разрушили. Джентльмены из Кассимбазара отослали свои ценности и ускользнули сами. Что набоб готовится в поход.
  
   *Катвал - глава местной полиции и судья
  
   Воскресенье, двадцать четвертое июля.
  
   Сегодня нас весьма встревожил стражники, несшие сверток со старыми кандалами, которые, как мы вообразили, предназначены для нас. Но, к счастью, они просто переносили их в другое место.
   Всем нашим слугам приказано спать за оградой, кроме одного.
  
   Понедельник, двадцать пятое июля.
  
   На голландской фактории до наших слуг дошли слухи, что мистер Эмьетт и его шурин убиты во время прохода по реке у Раджамаула, когда пытались сопротивляться войскам, посланным остановить их, но мы не могли это проверить.
   Из-за нехватки спиртного слуги пронесли тайком бутылку, и каждый из нас получил стаканчик после обеда и перед сном.
  
   Вторник, двадцать шестое июля
  
   Сегодня знойно и душно, отчего мухи стали еще более назойливыми. Немного пополнили запасы двумя бутылками джина, которых хватит на два дня. Мы решили установить режим - пить два раза в день, обедать один, долго беседовать вечером и ложиться спать в десять. Промежутки наполнить чтением, играми и беседами с нашими товарищами по несчастью.
  
   Среда, двадцать седьмое июля
  
   Ничего особенного.
  
   Четверг, двадцать восьмое июля
  
   Наш джемидар сказал, что набоб приказал нам приходить за провизией с его кухни, как обычно. Услышали сегодня, что мунши* мистера Эллиса добрался в безопасности до Бенареса, и о том, что Падишах и Шуджа Даула идут к Аллахабаду.
  
   *мунши - писец, чтец, секретарь
  
   Пятница, двадцать девятое июля
  
   Когда послали сегодня за провизией, кунсама сказал, что у него нет никакого приказа от его господина, значит, обедом мы будем разочарованы.
  
   Суббота, тридцатое июля
  
   Сегодня мы послали наших слуг к набобу поинтересоваться, позволено ли нам отправиться сегодня к голландцам за спиртным, поскольку обычай этот необходим для нашего здоровья, и можем ли мы рассчитывать на ежедневное содержание деньгами, а не провизией, поскольку последнее нам не подходит, и оба прошения он удовлетворил, выделив нам по четыре рупии на день и свободу проносить две бутылки спиртного в день.
  
   Воскресенье, тридцать первого июля
  
   По новым полномочиям купили оплетенную бутыль джина по рекомендации голландского доктора за пятьдесят рупий, и это лучше, чем покупать за две рупии обычную бутылку, в которой десять винных стаканов, а в оплетенной бутыли - тридцать, но мы нашли вино поддельным, и это неудивительно, если учесть, что купили мы ее у еврея.
   Прошел слух, что наши войска потерпели поражение у Плесси.
  
   Понедельник, первое августа
  
   С удовольствием узнали, что вчерашние новости следует понимать наоборот, поскольку мы одержали вторую победу над войсками при Муксадабаде, и мистер Моркотт с большим войском сипаев и прочих сейчас (в восьми коссах) по эту сторону города, так что вскоре мы можем услышать отголоски битвы, поскольку все наши силы совсем рядом с ними.
   Набоб разбил лагерь в Монгхире, у горячих источников, но никаких признаков битвы еще нет.
  
   Вторник, второе августа
  
   Вчерашние новости подтвердились, сильные волнения в Монгхире, и созваны Комгар Каун и остальные фусдары и джамедары.
   Сегодня купили шесть бутылок хорошей мадеры: три рупии за бутылку, одну из них распили в честь хороших новостей.
  
   Среда, третье августа
  
   Раздобыли стол и три стула за 15,8 рупий, и еще один, большой, - за семь. Так мы неплохо экипировались для приема пищи и питья. Греган каун, с остатками войск отошел, и Его Превосходительство остался лишь с несколькими телохранителями.
  
   Четверг, четвертое августа
  
   Ничего особенного, только весь день ждали битвы.
  
   Пятница, пятое августа
  
   Ничего особенного, только слух о битве под Муксадабадом.
  
   Суббота, шестое августа
  
   Слуга мистера Роуча прибыл из Монгхира и принес весть, что недавно туда принесли голову мистера Эмьетта; что там находятся мистер Чемберс и другие люди с фактории в Коссимбазаре, еще услышали, что три наши атаки на Муксадабад были отбиты, но четвертая стала решающей; что старый набоб объявился.. Дон Николо Маскита поделился новостью о поражении Маркотта, о смерти Сомиро вместе со множеством слонов и джемидаров, что Маркотт сбежал от нас с тысячью людей, но безоговорочно доверять этому я не могу.
  
   Воскресенье, седьмое августа
  
   Ничего особенного
  
   Понедельник, восьмое августа
  
   Минди Али Каун ненадолго зашел к нам. Он сделал знак не вставать и не беспокоиться, но после мы услышали, что ему нужно место для того, чтобы расположить двадцать европейцев, только-только прибывших из Монгхира. К ночи дошел слух, что мы спасли Мол-ора и кое-кого из королевской семьи, которых держали пленниками в Дакке и поселили здесь.
  
   Четверг, девятое августа
  
   Пришел чит от некоего мистера Беннетта, фактора Компании у Брампура, и еще один от мистера Томпсона, агента мистера МакГвайра. Их взяли в плен и посадили вместе с обычными солдатами; они в глубоком расстройстве и нуждаются в самом необходимом. Мы тотчас же послали им двадцать рупий.
   Набоб этого места готовится выйти в Монгхир через несколько дней. Харкарры постоянно снуют туда, перевозя семьи и богатства купцов прочь из города. Войскам фусдаров приказано перебираться в Монгхир и строить мост у Руиналлы. Ситов держат в заключении поодиночке, и сильные волнения среди сильных мира сего в Монгхире. Говорят, что наши войска на подходе, и по последним сведениям они были в пятнадцати коссах от нижней столицы.
  
   Среда, десятое августа
  
   Ничего особенного
  
   Четверг, одиннадцатое августа
  
   Слышали о произошедшем сражении, в котором армия Моркотта была полностью разбита, и лишь несколько джемидаров добрались до Мир Джаффера, но это требует подтверждения. Сегодня набоб лично привел к нам господ Беннетта и Томпсона. Они поделились с нами сведениями, как были убиты мистер Эмьетт и энсин Купер:
   - всем отрядом они сели на лодки и послали лошадей и пр. по суше. Десять дней у них заняла борьба со встречным ветром, пока они наконец не добрались до Муксадабада, где с первого взгляда заметили войска, расположившиеся на обоих берегах реки с пушками крупного калибра. Они приказали остановиться и пожелали, чтобы наши люди подошли к берегу, однако кое-кто не обратил на это внимания и выстрелил, в ответ наши сипаи открыли огонь и убили кого-то на берегу, и враги начали стрелять из пушек, и сделали несколько залпов, которые вынудили наших людей пристать к противоположному берегу, где огонь был слабей. Несмотря на огонь, мистер Эмьетт выскочил на берег с парой пистолетов. В одной руке у него была перванна набоба, и он поднял ее вверх, во второй - пистолет, и как только он шагнул на берег, ему выстрелили в ногу, а затем разрубили на куски. Энсин Купер повторил его судьбу, попытавшись сопротивляться. О других джентльменах солдаты рассказать не смогли, но полагали, что их отослали в Монгхир с мистером Чемберсом и прочими из Коссимбазара. Еще они рассказали нам, что мистер Хэй и мистер Галстон остались в Монгхире и до сих пор содержатся там. Эти джентльмены сильно страдали, когда их заковали в кандалы и посадили в одну лодку, и провизии, и всего необходимого еле-еле хватало на всех двадцати семерых. Здесь набоб выделяет десять рупий на день оставшимся семнадцати, а этим двум джентльменам дополнительно положил еще две.
  
   Пятница, двенадцатое августа
  
   Вчера поздно вечером до нас дошло подтверждение о произошедшей битве, но ничего точного. Услышали, что всех жен набоба увезли из Монгхира ради их безопасности. Множество здешних людей отослало свои семьи за реку. Минди Али Кхан нынче уехал с двумястами монголами и несколькими сипаями из Монгхира. Сегодня из-за суматохи на дорогах вернулись два священника, которые несколько дней назад ушли отсюда в Монгхир. Они сказали, что набоб и его войска тоже ушли отсюда, и, верят, он собирается побороться. Они слышали, что всех пленников пересадили в лодки, но это лишь пустая молва.
  
   Суббота, тринадцатое августа
  
   Из надежных источников мы узнали, что одержали полную победу над Маркоттом, захватили девять пушек. Три джемидара с тысячей тремястами всадников и с тысячей восьмьюстами сипаев и европейцев перешли на нашу сторону пять дней назад. Греган Каун присоединился к набобу с остатками своих войск, но с превеликой неохотой. Все пленники в Монгхире и здоровы. Его казна еще там.
  
   Воскресенье, четырнадцатое августа
  
   Прослышали, что набоб вышел пять дней назад с армией в шесть тысяч человек. Комгар Кхан присоединился к нему с тысячей всадников и еще две тысячи из Баттеа едут к ним с тем же намерением.
  
   Понедельник, пятнадцатое августа
  
   Услышали грустные вести, что Рамнапайн и Радж Буллуб зарезаны, но никто этого не подтвердил, хотя члены обеих семей в величайшей печали.
  
   Вторник, шестнадцатое августа
  
   Написанное выше все еще сильно мусолится в городе, и прибавляют, что убитых было всего одиннадцать, и среди них Эллис, Лашингтон и три харкарры, потому представляется, что их заподозрили в попытке вести тайную переписку.
  
   Среда, семнадцатое августа
  
   Слуга мистера Маккея приехал сегодня из Монгхира, добравшись сюда за четыре дня, и он говорит, будто оставил всех наших джентльменов в здравии, и что ходят слухи, будто Рамнарайна, раджу Радж Буллаба и Ситхов зарезали. Слышим наши войска между двумя переправами. Его Превосходительство - в Боглепуре, а основная часть армии у второй. Говорят, что Бегум отправила ребенка в Руиналлу, и это замедлило ее путешествие. У нее множество лодок, слоны и тринадцать тысяч всадников под командованием Нобит Роя. Говорят, все его деньги из Монгхира здесь.
  
   Четверг, восемнадцатое августа
  
   Около пятисот сипаев из наших, которые служили в Монгхире, освобождены от службы, и им приказано уйти за пределы страны, чтобы они не могли спасти его, как бывало раньше.
  
   Пятница, девятнадцатое августа
  
   От слуги из Монгхира узнали, что Мистер Эллис и пр. в порядке, но Рамнарайна, Радж буллаба и его сына посадили в лодку, и, как говорят, утопили. Сообщают, будто набоб намеревается заключить мир и предлагает три крора рупий, чтобы возместить ущерб, но это требует подтверждения. Доподлинно известно, что Его Превосходительство вышел из Боглепура.
  
   Суббота, двадцатое августа
  
   Услышали от вестника из лагеря Его Превосходительства, что пятьсот европейцев, три батальона сипаев, наша конница вышли из Муксадабада к Бирбуму к перевалу через холмы, хотя Мир Джаффер со своей армией и триста или четыреста европейцев и пять тысяч туземцев, недавно прибывших из Калькутты, с тысячей шестистами сипаев остались позади них. У обеих армий равное количество артиллерии. Говорят, что набоб сделал подарок для своих войск - выплатил жалование за полгода, находится под впечатлением от произошедшего и готов бежать, не заботясь о Боглепуре.
  
   Воскресенье, двадцать первое августа
  
   Сегодня Нобит-Рой приезжал повидаться с семьей, Бегум живет в садах Джаффер-Кхана. Говорят, они уходят вглубь страны куда-то в холмы неподалеку от Сассерама.
  
   Понедельник, двадцать второе августа
  
   Ничего особенного, разве что в застенки привели нескольких армян.
  
   Вторник, двадцать третье августа
  
   Сегодня наступила прекрасная погода, и это доставило нам неслыханную радость, потому что дождь, который шел эти четыре дня вызвал такую сырость, что нехорошо повлияла на наше здоровье; мистер Кэмпбелл заболел.
  
   Среда, двадцать четвертое августа
  
   Ничего особенного
  
   Четверг, двадцать пятое августа
  
   По сведениям из Монгхира узнали, что его Превосходительство и армянский генерал в величайшей панике. Письма приходят к Бегум дважды в день, чтобы она уезжала быстрей.
  
   Пятница, двадцать шестое августа
  
   Сегодня Бегум отправилась в путь к Ротасгурре. У нее полторы тысячи буйволов, три верблюда, сто слонов, очень много лодок, кроме того, хоуды; тысяча двести всадников и двести бургундассов* сопровождают ее, и вся казна Его Превосходительства с ней; как сейчас говорят надежные источники, он последует за ней через пятнадцать или двадцать дней.
  
   *беркендосс (беркендауз) - вооруженный охранник, чаще не состоявший на военной службе
  
   Суббота, двадцать седьмое августа
  
   Ничего особенного. Слышали, будто джемидар из Буксьера с четырьмя тысячами всадников и пехотинцев прошел мимо на юг.
  
   Воскресенье, двадцать восьмое августа
  
   Ничего особенного, разве только Бегум остановили у Пулиаари.
  
   Понедельник, двадцать девятое августа
  
   Слышали, будто сюда съезжается множество армян и португальцев из-за волнений.
  
   Вторник, тридцатое августа
  
   Говорят, что наши войска уже у Сути Наллы, и потому его Превосходительство послал туда несколько отрядов, что Греган Каун отстранен от командования, и что вместо него назначен джамидар, который недавно спасся из провинции Шуджи Даулы, где был в плену. Что Его Превосходительство все еще в Боглипуре.
   За прошедшие три дня мы не могли получить наше довольствие из-за суматохи.
  
   Среда, тридцать первое августа
  
   Вчера вечером пришло сообщение от падре, что прибыли несколько отрядов и присоединилось к войскам: они разделились, Мир Джаффер с частью своих войск залег у перехода через Сути; что наши войска под командованием майора Карнака возвели батарею на берегу озера, пока майор Адамс из Восемьдесят Четвертого Полка с Ройдулебом занял Бирбунскую дорогу. Отряд охраняет провинцию Пурни и не позволяет перевозить провизию. Подтверждают, что лучшие из джамидаров повержены, что Греган Каун смещен, потому что он пообещал помирить Его Превосходительство с тестем. Бегум все еще в пути.
   Нам сказали, что доктор Фуллертон послал записку кому-то из своих туземных друзей, будто увидит их через несколько дней.
  
   Четверг, первое сентября
  
   Сегодня услышали кое-какие новости о нашей полной победе у Сути Нуллы, но неподтвержденные. Этим вечером всех армянских женщин отправили на запад.
  
   Пятница, второе сентября
  
   Ничего особенного.
  
   Суббота, третье сентября
  
   Узнали сегодня от человека из нашего лагеря в Сути, посланного к туземному купцу, что армии остаются на своих прежних позициях; что майор Адамс доподлинно занял дорогу на Бирбун с намерением перейти через холмы; что вчера сведения об этом пришли сюда, поэтому им стоит оставаться настороже, и поэтому многие готовятся уйти прочь. Дома Ситхов и гомасты захвачены вместе с тремя лакхами рупий. Нобит Рой и Бегум прибыли в Дауднагор. Он послал записку семье Рамнарайна, что тот не казнен, но, закованный, содержится в тайном убежище Монгхира вместе с Радж Буллабом.
  
   Воскресенье, четвертое сентября
  
   Ничего особенного.
  
   Понедельник, пятое сентября
  
   Весть, что наши захватили Маулду.
  
   Вторник, шестое сентября
  
   Услышали сегодня, что в Калькутту прибыли несколько кораблей с сипаями и европейцами. Бу Али Каун возвращается в Боглепур, и Минди Али Каун получил командование над армией. Комгар Каун стоит на холмах и не может пройти дальше. Говорят, есть признаки бунта в расположении Его Превосходительства. Это - письмом.
  
   Среда, седьмое сентября
  
   От вестника, вышедшего девять дней назад из Муксадабада, узнали, что битва происходила так: вечером враг атаковал нашу фашинную батарею. Наши люди оставили ее и позволили высадиться четырем тысячам человек (они пересекли нуллу в лодках), потом окружили их и перерезали.
  
   Четверг, восьмое сентября
  
   Ничего особенного
  
   Пятница, девятое сентября
  
   Видел чит от мистера Эллиса к его секретарю от третьего числа, где он пишет, что секретарь скоро ему понадобится в связи с делами в Патне, и потому он должен остаться здесь. Говорят, набоб отступил на четыре косса. Ходят слухи о каких-то войсках с той стороны реки.
  
   Суббота, десятое сентября
  
   Николо принес нам путаных новостей, будто мы ворвались вечером в окопы врага, выгнали его оттуда и захватили его лагерь и артиллерию. Сомеро и Маркотт пропали, и их разбитые войска были вынуждены отступить. Сообщают, что шесть джемидаров Комгар Кауна пропали; при дворе Его Превосходительства начался переполох.
  
   Воскресенье, одиннадцатое сентября
  
   С пакетом из Чинсуры узнали, что господам Эмьетту и Хэю предписано вернуться в Европу, мистер Самнер становится вторым в Совете и мистер Макгвайр - бакси*, так что, похоже, интересы мистера Ванситтарта выходят вперед, что может вызвать немало любопытных последствий в этих краях. В наш лагерь прибыл посланец, который принес сведения о битве, услышанные, по его словам, от харкарр набоба, что Минди Али Каун и еде один джемидар убиты, и все их пушки и лагерь захвачены, что двадцати пушечный корабль и три шлюпа на подходе и миновали Надеа Сантипур.
  
   *Бакси - казначей, чаще военный.
  
   Понедельник, двенадцатое сентября
  
   Прослышали, что привезли шесть лакхов рупий, которые послала Бегум на жалование здешним войскам.
  
   Вторник, тринадцатое сентября
  
   Прошел слух, что наши войска захватили первый из проходов, и что Минди Али Каун действительно убит; что мистер Ванситтарт выведен из Совета. Слуга из Монгхира принес сведения, что мистера Джонса привезли туда в дули*. Вчера сюда прибыл джемидар по каким-то важным делам.
  
   *крытом паланкине
  
   Среда, четырнадцатое сентября
  
   Говорят, что сюда стекаются джемидары, чтобы сделать это место защитным оплотом. Здесь полным-полно войск Его Превосходительства, спасшихся после поражения и от его последствий. Ежедневно умирают и убегают люди. Сам он спрятался в Монгхире, и это значит, что наше сильное войско идет через холмы, и все переходы брошены.
  
   Четверг, пятнадцатое сентября
  
   Слышали, что армянского генерала посадили в одиночку, и стражник забрал себе все его имущество здесь; а еще, что джемидар, отправленный служить в Монгхир, отказался подчиняться Его Превосходительству, и что наши войска войдут сюда одновременно с его войсками.
  
   Пятница, шестнадцатое сентября
  
   Девять дней мы не получали провизии от набоба из-за здешних беспорядков, последовавших из-за поражения войск Его Превосходительства.
   Узнали от пеона сэр Уильяма Хоупа, что капитан Тернер умер в ночь, перед тем как они покинуди Монгхир. Сегодня мы поделили оставшиеся у нас деньги - тридцать рупий у каждого - и отослали большую часть сбережений тех, кто был с нами, на голландскую факторию. Эту предосторожность мы предприняли на случай, если нам придется уходить вместе с Его Превосходительством.
  
   Суббота, семнадцатое сентября
  
   Получили доподлинные известия, что наша армия стоит в Шаубаде, за три косса до верхнего перехода, что Его Превосходительство разрушил Монгхир, и что они развалили нашу факторию здесь и укрепляют территорию.
  
   Воскресенье, восемнадцатое сентября
  
   Люди Его Превосходительства бегут из его армии. Мирза Калиль и Минди Али Каун - оба здесь, сбежали после последней битвы. Наши джентльмены - на пути сюда из Монгхира, и думают, что Его Превосходительство намеревается прорваться через холмы в Бенгал, чтобы оттянуть на себя войска, выиграть время и получить подмогу, которую он, возможно, ждет свыше. Сегодня отослал лишнюю одежду на голландскую факторию. Через одиннадцать дней мы, наконец, получили провизию, которая нам предназначалась, за девять дней. Похоже, что наши пехотинцы в большом волнении, и весь город словно готов испариться отсюда. Слышали, будто Его Превосходительство в трех коссах со стороны Монгхира, а наши войска - в шестнадцати.
  
   Понедельник, девятнадцатое сентября
  
   Сегодня все наши джентльмены, кроме мистера Фуллартона, прибыли из Монгхира. Говорят, что леди Хоуп и некоторые другие женщины остались позади, многие из джентльменов закованы в кандалы. Капитан Тернер умер от лихорадки в Монгхире. Нашего слугу, Николо, посадили в тюрьму, когда он попытался попасть к джентльменам, потому что при нем были сабля, крест и маленький щит. Никаких сведений ни о нашей армии, ни об армии Его Превосходительства.
  
   Вторник, двадцатое, и среда, двадцать первое.
  
   Ничего особенного. Нашего слугу, Николо, освободили после поданного прошения в дурбар. Слышали, что голландский глава фактории прислал вина и прочего мистеру Эллису.
  
   Четверг, двадцать второе сентября
  
   Обильные дожди и сильный ветер. Сегодня полнолуние, прямо перед осенним равноденствием.
  
   Пятница, двадцать третье сентября
  
   Поскольку Его Превосходительство все еще в Монгхире, это дает повод думать, что наши войска так и не овладели верхним перевалом.
  
   Суббота, двадцать четвертое сентября
  
   Ничего необычного. Доподлинно узнали, что наши войска в Шаубаде, что враг восстанавливает разрушенное в Монгхире, что в лагере Его Превосходительства - переполох, что Сомеро теперь распоряжается всем. Его Превосходительство не ел три дня и не разрешал бить в свой нагар*, что он и Сомеро были в Монгхире, и его армия идет к нулле Галгот, так что в ближайшие часы мы можем рассчитывать на новые сведения.
  
   *маленький барабан
  
   Воскресенье, двадцать пятое сентября.
  
   Ничего необычного.
  
   Понедельник, двадцать шестое сентября
  
   Вечером прослышали, что в Баре судили десятерых европейцев и бросили в реку, и поэтому мы можем догадаться, чего нам ожидать. Некоторым джемидарам присланы перванны, и, думается, что еще множество отправлено джемидарам из лагеря Его Превосходительства. Кое-кто полагает, что он будет смещен собственными людьми.
  
   Вторник, двадцать седьмое сентября
  
   Этим утром слышал, что с голландской фактории приехала леди Хоуп. Ходят упорные слухи, что несколько дней назад Его Превосходительство был разбит наголову и потерял все, до последнего ружья и т.п., и что сейчас он на пути в Патну. Из-за этих новостей пехотинцы в сильном волнении.
  
   Среда, двадцать восьмое сентября
  
   Из надежного источника узнал, что Его Превосходительство бежал и два дня назад был у Саидпура, Сомеро, армяне и отряд - в Монгхире, а наша армия - в Боглепуре. А еще отряд перешел реку и идет по другому ее берегу. Бу Али Каун с Ситхами и несколькими прочими важными людьми были в Баре. Многих пленников освободили, среди них - отсюда освобожден Шалик Магомед, и взят на попечение его другом, несущим службу в армии Его Превосходительства; он выйдет завтра утром.
  
   Четверг, двадцать девятое сентября
  
   Слышал, что Его Превосходительство в двух коссах от Руиналлы и Сомеро с армянами у нуллы, что его люди ежедневно бегут, и он в ужасе трясется за свою жизнь. Что три недели назад он собирался казнить нас всех, но Сомеро, армяне и кое-кто из джемидаров остановили его. Мулидар с новыми силами будет через три дня в Хаджипуре, поэтому Его Превосходительство убегает через холмы Рамнасеры в восьми коссах отсюда. Очевидно, что его приказам не будут здесь подчиняться, и большая часть людей в городе, похоже, желает защитить нас. Вчера сюда приехали Греган Каун и его пятнадцать всадников, но ворота были закрыты, и им не позволили войти. Дела идут к пику кризиса, наше положение вызывает больше беспокойства. Говорят, что Он будет в Рамнасере послезавтра, так что наша судьба будет определена, самое большее, через два-три дня.
  
   Суббота, первое октября
  
   Магомед Эми Каун, Ситхи и кое-какие прочие пленники все еще остаются за восточными воротами. Сегодня вместе с ним прибыли двенадцать европейцев.
  
   Воскресенье, второе октября
  
   Слышал, что Его Превосходительство будет нынче в Баре, и наши войска - в Руиналле, что Греган Каун то ли убит, то ли тяжело ранен своими могулами из-за спора о жалованье. Сегодня прибыло десять европейцев.
  
   Понедельник, третье октября
  
   Слышал, что Ситхи и Мохаммед Каун благополучно расположились в городе, и что вчера джемидар послал мистеру Эллису своего чобдара* с уговорами не беспокоиться, и если ему нужны деньги, то пусть обращается к нему. Многие из наших стражников исчезли. Рис подорожал до рупии за шесть сиров. Поздно ночью услышал, что Его Превосходительство в Бисинпуре и пройдет мимо этого места завтра. Говорят, волноваться не стоит, потому что с нами все будет в порядке.
  
   *слугу из свиты
  
   Вторник, четвертое октября
  
   Сегодня Его Превосходительство прибыл в сады Рамнарайна и завтра войдет в город. Сегодня они были очень заняты, поднимали пушки на бастионы. Слышал, будто брат Мир Джафара помог ему сбежать.
  
   Среда, пятое октября.
  
   Слышал, что Ситхи казнены около Бара.
  
   Четверг, шестое октября
  
   Этим утром узнал, что мистер Эллис и сорок семь джентльменов убиты ночью, потому нет сомнений, что наша судьба свершится в следуюшие двадцать четыре часа, и пусть Господь Всемогущий подготовит нас всех к этому!
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"