Странник Стелла: другие произведения.

Четвертая семерка! Готова принять критику?

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Обзор работ четвертой группы конкурса крупной прозы "Связь времен-2017".

   Решила сделать для каждого автора вот по такому "подарочку"! А что? Пусть будет расширенный обзор, приближенный к рецензии! Его можно при желании и в комментарии к произведению вставить, и разместить отдельно, прямо на своей странице (если понравится, конечно!). А можно и в рамочку вставить, на стене повесить. Ну, а если что не так - спалить его, да и все дела!
  Да, и последовательность работ - так уж карты легли! "Не виноватая я! Он сам..."
  
  
  Гешпенстов Олег: Революгеддон. Сказка для младших офисных сотрудников
  Разбор любого произведения начинается с анализа заголовка. Вот и я призадумалась, а что же там такое прячется? На мой взгляд, заголовком является только главное слово - "Революгеддон", а "Сказка для младших офисных сотрудников" - это уже подзаголовок. Так и представляю на обложке книги: первый - более крупным кеглем, а второй - чуть мельче.
  Теперь - о смысле заголовка. Что такое "революгеддон"? Если, например, не читать аннотацию и вообще не представлять, о чем пойдет речь в повести, мое воображение понеслось бы по такому пути. Слово это сложное, и образовано путем сращения двух слов: "револю", связанным с понятием революции, то есть, крутого переворота, и "геддон"... А что - "геддон"? Ох-хо-хо! Так и стоит перед глазами босс огненных недр барон Геддон! (А шо делать, коль с другими не знакома?) И если уж они соединились - "рево" и "геддон", то, знать, ждет нас в повести некая игра, в центре которой будет революционный переворот (или хотя бы его попытка!). Но уж точно там будет "бабахать" и полыхать! А может быть, и начнут хрустеть кочанами капусты отваливающиеся лихие головы да потекут реки крови! (Кто испугался - прОшу не читать. А я прошептала: "Гори все синим пламенем!" и сделала первый шаг! Корову-то все равно не проиграю!).
  
  В основу повести положена такая незатейливая фабула, скажем, не уникальная, но ведь дело не в этом. Сколько разгуливает сюжетов о машинах времени или о войнах с инопланетянами - и ничего! Где можно найти сегодня неисхоженную межу, когда все поля давно уж перетоптаны вдоль и поперек миллионами авторских ног, пардон, пальчиков на тетеньке Клаве? Главное - как подать, не так ли?
  Так вот, действие происходит в реальном, но более - все же в условном мире - в Москве и в наше время, прямо сейчас, осенью этого года. Профессор Сокольнический, историк и лингвист, специалист по Древнему Шумеру и Вавилону, получает письмо от своего студента Николая Недашкова из Ирака, где тот копает артефакты вместе с "черными" геологами. Этот паренек, выросший в условиях необычайной бедности, очень уж увлекался сочинениями Ленина, марксовским "Капиталом", но свою дипломную писал по Древнему Вавилону. Видать, чуял, откуда свалится на него такое "счастье"!
  Не успел хозяин дома открыть письмо, как заявился некто, представившись ученым Штурммахером, то бишь Шеймейхером из Германии, специалистом по " Шумер и Вавилон". Наивный Сокольнический (а каким еще может быть профессор?) отдает ему старинное шумерское кольцо Всежизния, что лежало в этом конверте, и, бедный, не видит даже того, что его незваный гость бросает бумагу в камин. И только этот "махер-мейхер" (так и просится - "один херр", то бишь, господин) - за порог второго входа, как на первом - капитан милиции Белкин: "Я по поводу убийства вашего студента Николая Недашкова! Как вы сказали? Профессор, вы отдали кольцо очень опасному мошеннику Афанасию Новикову по прозвищу Фокусник".
  
   Вот так быстро, уже с первого эпизода, мы начинаем погружаться в мир, созданный автором, откушивать его "десерт", потому как чтиво легкое вроде воздушного безе, удерживают которое небольшие слои авторских рассуждений, но - опять же, без нравоучений и навязывания своей точки зрения.
  Игра началась! И где же нам (то есть - им!) искать "кольцо Всежизния", оживляющее мертвых, как не на Красной площади! Вроде бы туда, куда обычно идут все, кто приезжает в Москву впервые, собирался пойти и тот "херр"!
  Накатанная автором дорожка (то бишь, фабула) верна на все сто! Так и есть! "Фокусник" на Красной площади! Бегство! Потасовка! И вот кольцо выскальзывает и катится в сторону Мавзолея... Стоп! Армагеддон меня разрази! Я ведь об этом уже читала! Дежавю, однако! Или...
  А вот и еще одна ассоциация невольно выплеснулась наружу! Армагеддон! Да, именно так! Значит, впереди нас ждут сражения, в которых примут участие противоборствующие силы - силы добра и зла!
  
  Не буду останавливаться долго на Красной площади, потому что события начали разворачиваться страшным образом и нужно "уносить ноги". Ожил сам Владимир Ильич, а вместе с ним - и армия мертвецов, почивавших в стенах Кремля. С одной стороны, вроде бы сбылось желание студента-ленинца воскресить вождя, чтобы тот совершил революцию (а, вот и дошли мы до этого "револю"!) и отобрать у богатеев все их добро... Но с другой - не чересчур ли много начало шастать по площади "мертвяков"? Да они еще и вонзают свои клыки в шеи прохожих!
  
  Вот здесь можно и прервать ненадолго рассказ о сюжете. Попробуйте просто пофантазировать. Да, вы правы, это и не Ленин вовсе, а поселившийся в его теле страшный демон Бэл, он же Бал и Бел. Какая разница? Так что задаст жару всем чертям на свете!
  Слышу вопросы из зала:
  - А будут старинные манускрипты!
  - Непременно! Могу заверить!
  - А чувиха?
  - О! Еще какая! Писаная красавица! А какая умная и сильная! Раскидает, как кегли, сотни мертвецов. Так что... да, точно, еще как будут хрустеть их шеи!
  - А какой-то "благородный" герой, но - оступившийся и... понесший кару?
   - Без проблем! Подойдет князь Голодовский? И антураж - дом-крепость в виде старинного замка! Он и кольцо поможет найти студенту, но вот возомнит себя пупом земли - и будет покусан. А что после укусов бывает - и груднички знают, да просто сказать не могут.
  - А есть ли тот, кто "не корысти ради, а токмо...", то есть, захочет пожинать "революцьон-плоды"?
  - О! Как без этого? Угадайте с первого раза, кто именно? Да, вы правы! Капитан Белкин! Не надо громко кричать, что он мент поганый!
  - А самый-самый? Вы не сказали о нем! И будет ли, как это принято, последняя схватка двух гэ-гэ?
  - Да. Два гэ-гэ есть, это уж точно! Как две стороны - "лево" и "право". А вот за "право"... его имя... его имя... Короче, его назвали Избранным! Сами читайте!
  - Подождите! Еще один вопросик! А что, повесть можно читать только младшим офисным сотрудникам?
  - Да ради Бога! Если вы - старший, но любите сладенькое, то тоже можете проглотить чтиво! Безе, оно такое: на вид высокое и белое, а лизнешь - и есть нечего. Кстати, один из героев - он тоже из офисных, как раз младший менеджер Антон Пункин, почти что Пупкин. Правда, уволили его уже, но... качества свои не растерял. Умеет держаться в команде (с той самой "амазонкой", профессором и его внучкой - девочкой с лазоревым бантом), легкообучаем (даже у госпожи Яго, жены японского мастера по "нагинату-дзицу") и многое другое.
  
  Читая повесть, внимательный читатель обратит внимание на жанр - постмодернизм и не будет осуждать автора за смешение в кучу-малу "ленинцев" и христиан, ученых и мертецов, а также множество нестыковок, расставленных, как капканы на звериных тропах, по всему тексту.
  Вот, например, как выглядит дом профессора.
  "Одноэтажный, стоит окруженный стройными высотками, как чахлый гриб на опушке дремучего леса, из красного кирпича, с десятью остроконечными башенками - тремя спереди и четыре по бокам - с пристройкой с зелеными воротами и крышей, покрытой сухими листьями. Три окна, как тройка любопытных глаз, смотрят на тебя из-под белого чепчика наличников. По фронтону, почти у самой крыши, идёт каймой резной узор из ромбов и вьющихся побегов".
  Посчитали башенки на "безе"? Три плюс четыре будет десять?
  Да, а насчет резного узора - это уже вам наводка на манускрипты.
  Или подготовка к XXIX съезду КПСС. Сколько было съездов? Да, 28! Но ведь уже в 1993 году прошел еще один, объединенный, 29-й! Для истинных партийцев он - был!
  А "костюмерная" для героев? Один "херр" чего стоит! В рыжем костюме, в синих кедах и со старинным моноклем. В наше-то время! Да и "одежка" из исторического музея, растасканная мертвецами - истинный гротеск! А если оглядеться шире, то чего только нет в этом хаосе! Даже пиво "Балбалтика" - тоже вроде бы "около"! А герои? С одной стороны, ярые партийцы, а с другой - мертвецы и зомби! Два полюса очень нужны, чтобы тянуть одеяло и туда, и сюда. Если жилище олигарха - то в стиле средневекового замка, если преподаватель научного коммунизма, то любит помолиться, если маленькая и незаметная девочка с лазоревым бантом, то... (ох, читайте сами!).
  Но главное даже не это. Внешний мир - он есть, но хрупкий и ломкий, как в туннельнм просмотре. Чаще всего "камера" нацелена на героев, и в кадр не попадает этот самый мир. Даже на Красной площади, где произошли события, положившие начало "второму Октябрьскому восстанию", почти никого не было. Помню фразу вроде такой: "Людей там было мало".
  А находилось ли что-то за Москвой? В эпоху-то Интернета! И никто не пришел на помощь!
  Вот так, в игровой форме, с легким юмором, переходящим в черный, автор иронично строчит текст-пародию на произведения, которые мы когда-то читали на эту тему, а заодно и на самого себя. Он словно насмехается над насилием и даже - над смертью.
  
  Немного о стиле и языке.
  Стиль легкий, метафорический. Вот несколько цитат:
  ...и увидел ужасное: свой рассечённый лоб, кожа на котором болталась широким лоскутом, с зияющей кровавой раной, широкой, но не глубокой, как будто образующей рисунок ширококрылой хищной птицы.
  Белкин только один раз посмотрел в них, и ему показалось, что он заглянул в бездну, в которой клокотало пламя и били огненные водопады. Чудовище наклонилось к нему и прошептало...
  Вжик-крэш-вжик-крэш! - звучали поочередно то молоток, то серп. Черепа трещали как орехи, костяные шеи срезались как молодые побеги. Красная гвардия дрогнула, но тут же снова окружила его. Вжик-крэш-вжик-крэш! И вот уже остальные были порублены и разбиты в прах. Рядом с Лениным-Бэлом осталась лишь небольшая кучка преданных бойцов, которыми он не мог пожертвовать.
  В тексте есть и такие устоявшиеся обороты, как "Кто не рискует, тот не пьет шампанское!", "Хочешь жить, умей вертеться" и переделанные на свой лад: "Капитан бежал сломя ноги и слышал за собой мерный топот мертвяков".
  
  Что особенно цепляет глаз? Множество опечаток и даже - ошибок, начиная с первых же строк повести. В русском языке предложение не начинают с чисел, написанных цифрами. Да и вообще в художественной речи не нужно их так писать:
  25 октября 2017 года около дома N 22 в Москве припарковалась старая малиновая хонда CR-V в которой сидел лысый крепкий мужчина в коричневой кожаной куртке.
  Вызывающе звучат большие буквы в местоимении "вы", в том числе и в диалогах. Полагаю, чтобы показать эту большую букву, герои выговаривают ее с двойным нажимом: "в-вы"!
  - Извините, я плохо расслышал Вашу фамилию
  - Вот, пожалуйста, Ваш монокль, - профессор отдал кольцо иностранцу и стал внимательно осматривать кольцо (здесь еще и вместо "монокль" написано "кольцо").
  - Афанасий, я хочу Вам кое-что показать. Я делаю это, потому что доверяю Вам, как товарищу преданному делу революции. (Еще и запятой нет).
  - Я всё знаю о тебе капитан, ты правильно догадываешься, ведь я не Ваш революционный вождь Ленин, я значительно древнее его!
  - А зачем Вам понадобилось искусство, которая я преподаю? (Здесь еще и род перепутан).
  
  И вот такие шероховатости-ошибочки:
  Та быстро и недружелюбно глянула на него. Все же "взглянула".
  Вот и сейчас сидел он с открытой бутылкой пива 'Балбалтика' и слушал в пол уха мистический канал. "Вполуха" - наречие.
  Он бросился к стоянке, размахивая на право и налево. "Направо" - тоже наречие.
  Примерно тоже самое происходило в разных концах крепости. То же самое.
  Марго и профессор всё также смотрели. Все так же.
  
  Вот здесь можно поспорить с автором.
  Он был заставлен тарелками, которые были прикрыты белоснежными салфетками и бутылками с вином. Тарелки прикрыты бутылками?
   Недашков достал из рюкзака грязную арафатку, свернутую в узелок, раскрыл её и показал содержимое Новикову. Внутри было золотое кольцо с ромбовидным рубином.
  Как, однако, быстро, на глаз, герои смогли определить, что оно золотое! Может, увидели, что оно из желтого металла?
  
   И без комментариев:
  Мертвяки полетели в разные стороны, а вихрь подлетела к воротам и превратилась в малиновую хонду-седан;
  его тело покоиться в Мавзолее;
  Ещё надо Свидетельство о переходе праве собственности зарегистрировать;
  Похоже, его хорошо тряхонули, так что может быть буйным;
  Компания ГосОил Одел экономики и контроллинга;
  увидел малиновый костюм Анна Валерьяновны;
  Анна Валерьяновна лежал в углу;
  Когда Марго, профессора и Настеньку вывили из павильона;
  Госпожа Яго, одетая в чёрное женское кимоно, вытянула руку с жатым кулаком;
  - Мне кажется, - задыхался Антон, - Что я никогда не учусь такому мастерству;
  Тут её стало дурно, и она опустилась на пол;
  Группа белогвардейцев и контрреволюционеров окапалась;
  Часовой всю ночь стоялл на посту;
  Марго набрала Википдию и открыла статью про Ленина;
  Всё охнули;
  Бэл выпустил изо рта огненную струю прямо на Настеньку, но она раздвоилась, пламя прошли мимо обеих её частей;
  - Вот и хорошо! - сказал Настенька грозно.
  
  Такой уж он - "безе-революгеддон"! Хаос и много мишуры, однако - читается взахлеб! А вот на интеллектуальное чтиво не претендует! Так что - не обессудьте! На вкус, как говорится, и цвет...
  Повеселились? Вот и автор повеселился, причем, не только над собой, но и над нами, читателями! "Фига вам с маслом!" - не сказал, а сделал, запрятав интригу в самое укромное местечко. Где? Дойдете до финала - узнаете!
  
  
  Татьяна Иванова: Преображающие мир. Книга первая "Охота на Велеса"
  Напишу заголовок не прописными буквами, как это было у автора. Думаю, так будет лучше.
  Итак, я взглянула на название романа и сердце екнуло: надо же, только недавно читала о Велесе, да еще и в одном из своих романов написала о нем, и вот он - тут, да еще и крупным планом, если в "красном углу" - в самом заголовке.
  Но вот описания Велеса в начале романа мне не хватило! Да, позже, ближе к концу, будет подробно рассказано о капище, то есть, о языческом культовом сооружении, но, опять же, не о самом образе этого бога! И еще. Автор подчеркнет, что Велес - покровитель скота. Но ведь люди почитали его и как Бога удачи и плодородия! В те ли это было времена? И тогда начала я сама представлять Велеса таким, каким и описывала его когда-то: древним старцем с посохом, но очень энергичным, даже - моложавым. Фигура - осанистая, как у парня, а борода - длинная и белая, и глубокая складка на лбу от постоянных дум. Ну, а другие читатели могут тоже воспользоваться простором для фантазии. Представляйте Велеса как хотите!
  
  Далеко не каждое историческое произведение легко читается. Нередко они грешат насыщенностью фактов из первоисточников, сложными географическими названиями и такими же незапоминающимися именами. А еще - многочисленными ссылками, так как современный читатель не понимает ни эти архаизмы, ни эти иностранные словечки. Поэтому открывала роман с опаской. Однако, быстро поняла, что напрасно беспокоилась.
  
  О чем произведение? В его основу легли события почти тысячелетней давности, когда не везде еще в Залесской Руси прижилось христианство. В Суждальской земле (здесь и дальше я буду писать географические названия так, как они идут у автора) случился неурожай, и народ, поднятый волхвами, взбунтовался. Как же! Раньше, при языческих обычаях, люди жили лучше! Значит, и сейчас надо предать земле старух, особенно - если они богаты и счастливы. Жертвоприношения - вот что нужно для хорошего урожая!
  Киевский и Новгородский князь Ярослав борется с подобными настроениями, безжалостно уничтожает все места поклонения Велесу, но вот главное его капище так и не нашли. Предполагается, что оно спрятано где-то возле Муромля. Но где именно?
  В центре событий - христианка Любава, сирота, повидавшая много горя. На глазах шестилетней девочки отец убил мать, чтобы та не испытывала мучений в страшном плену врагов - датчан, напавших на русских близ Ладожского озера. И сам тут же расстался с жизнью, уже от руки захватчиков. Девочку нашел в лесу и воспитал отец Иоанн из Троицкого монастыря. Так что и грамоту она знала, и даже - язык греческий. И вот, будучи девицей, стала дружинницей княгини Ингигерд, молодой супруги Ярослава.
  Любава получает очень важное задание: выведать, где же находится капище Велеса. И для этого отправляется в Муромль. Думаю, нет смысла подробно описывать дальнейшие события. Если кто-то заинтересовался книгой - он и сам об этом прочитает. Ну, а те, кому все это "по барабану" - и мой отзыв читать не будут. Для них все же добавлю еще одну деталь: книга воспринимается как славянское фэнтези, потому что многие обряды, привычные для жизни той давности, сегодня считаются колдовством.
  
  Стилистика, язык.
  Стиль ровный, выдержанный в едином ритме. С хорошо выписанными периодами.
  Выложенная деревянными дощечками дорожка вела к высокой деревянной ограде, расписанной изображениями огромных рогатых туров, стоящих на задних лапах и имевших грозный вид, и изображениями помельче, изображениями коров, овец, коз, собранных в стада. Все верно. Бог Велес чтился русскими людьми как покровитель скота. И на внешней ограде святилища он был изображен с рогами, копытами и хвостом, охраняющим стада животных.
  Кстати, обратили внимание на очень скудное описание Велеса?
  Но вернемся к ритму повествования. Иногда он меняется из-за вплетенных в текст былин. А как без них? Особенно там, где еще не развита письменность. Сказитель - особая профессия, и уважаемая. Так что и в романе дети с удовольствием посещают такие занятия.
  И вот в самую ночь лютую, грозою стонущую, дождем плачущую, темную да рябинную, двинул князь Черниговский своих воинов на князя Киевского, князя Новгородского. И была сеча лютая, только в блеске молний мечи сверкали, да удары грома крики и стоны заглушали. И насмерть стояли храбрые Черниговцы против воинства варяжского. Ища себе славы, а князю чести. Порубили их варяжские воины, наступавшие клином, щитами защищаясь. И тогда в непроглядной тьме, по земле, скользкой от дождя да от крови выдвинулись с боков вперед закаленные полки хазарские да касожские. Полита земля была кровью русскою, полита кровью, да костями засеяна. Полегло перебитым все войско Новгородское, лишь успели бежать сам князь Ярослав, да воевода его, Якун Слепец. Потерял Якун в битве той золотую свою луду бесценную. Пир кровавый закончили русичи.
  
  Текст чистый. О! Это слово такое ответственное! Лучше скажу: достаточно чистый! Потому что огрехи можно всегда при желании найти. Например, здесь:
  Чтобы ты сделала, Любава. Все же "что бы ты сделала".
  Не смотря на то, что он не одобрял поведения своей названной дочери. Ну уж "несмотря" - это без комментария.
  Русские духовники уважались за свою мудрость не только христианами, но и всеми жителями Руси. "Русских духовников уважали..."
  Я там самый крутой, самый-самый крутой, - восторженно сообщил мальчик Любаве, орудующей в печке длинным ухватом. Сомневаюсь, что в этом значении "крутой" (прилагательное стало жаргонизмом) употреблялось в те времена.
  - Чтобы не случилось, Всеслав, я всегда буду благодарна тебе за твою заботу. "Что бы ни случилось..."
  Да, и еще. В третьей главе, которая называется, почему-то, "третяя", огромный пласт текста идет без абзацев. Очень тяжело читать без разбивки.
  
  Кроме литературных достоинств, роман имеет историческое и этнографическое значение. В нем не просто воссозданы события тех времен тысячелетней давности, но и красочно описаны традиции и обряды. Языческая свадьба и погребение (никак не подходит это слово к покойнику, которого не кладут в могилу, а сжигают), разнузданные народные гуляния на Ивана Купалу, после которых девицы топятся в омуте или приносят "в подоле"... Наконец, человеческие жертвоприношения! А сколько примет! Вот здесь выставляют рядом с веником блюдечко с молоком для домового, а здесь - снимают на ночь с веревок недосушенное белье, иначе в округе кто-нибудь повесится. Вот такой он - колдовской, не признающий княжеской власти, поклоняющийся Велесу Муромль!
  
  А как хороши костюмы! По ним можно изучать историю моды:
  девица в льняной вышитой рубахе с голубой узорчатой тесьмой по рукавам и горловине, в голубой вышитой паневе, стянутой на тонкой талии кожаным поясом
  надевшая по такому случаю поверх рубахи не только паневу но и праздничный узорчатый нарамник
  ее короткие ножки в удобных кожаных поршеньках не доставали до земли
  
   "Преображающие мир" - очень емкое и широкое общее название романа поначалу показалось несколько пафосным. И кто же это там решился на такие перемены? И какого именно мира? Уж не выдуманного ли? Но когда прошла вместе с героями по тропам этой реальной жизни, насмотрелась на ее жестокость и своенравие, воспринимаю этот заголовок вполне миролюбиво, и даже - с радостью. Да, этот мир требует серьезной чистки от всякой скверны, и в первую очередь - в умах людей.
  Серьезную тему поднимает автор в своем романе! И от меня ему - огромный респект! Удачи на нелегком поприще!
  
   Дьяков Виктор Елисеевич: Рождение нации
  Вот так, именно - 'Рождение нации'! Какой? Наверное, нашей! Круто, однако! Все равно что начать игру с козырного туза! Ну что ж, посмотрим, что там скрывается за 'тузом'!
  В первом же предложении - тавтология:
  Михаил сидел в своем "рабочем кабинете", то бишь каморке школьного рабочего по зданию.
  А дальше тоже печально:
  Каморка представляла небольшое помещение под лестницей, ведущей с вестибюля первого этажа на второй. Именно здесь отгородили закуток, где и оборудовали своего рода мастерскую, в которой Михаил резал стекло, чинил сломанные стулья, замки, и так далее. Минуло уже шесть часов вечера, а в школе еще находились немало, и учеников, и учителей. Вообще-то школа работала в одну смену, но... Но московский район-новостройка, естественно, являлся новым, новой была и школа, ее "история" не насчитывала и десятка лет.
  И дальше - то же самое:
  Причина заключалась в том, что он являлся студентом-вечерником и естественно вечером должен был посещать лекции
  Вот и сегодня, после пропуска двух лекций Михаил рисковал не успеть на очень важную и интересную для него консультацию по этнологии
  корпуса университета, предназначенные в основном для функционирования
  
  В таком же стиле выдержаны и диалоги. Профессор рассказывает студенту все равно что читает лекцию с трибуны. И мы слышим отчетливо лишь его размеренный голос, и больше - ничего. В это время рядом с ними даже муха не пролетит!
  - Еще раз повторяю, это так называемое государство представляло собой весьма аморфное образование, где тот же киевский князь, кроме нерегулярного сбора дани, почти не влиял никак на тех же кривичей, новгородцев и тем более вятичей. Почему я чаще всего упоминаю именно эти три славянские племени? Да потому, что именно они в своем стремлении уйти как можно дальше на восток от власти варягов, отобравших у них ключевые позиции на хлебном пути "Из Варяг в Греки", или от хазар, как в случае с вятичами, в конце концов колонизовали обширные лесные территории и ассимилировали жившие там с незапамятных времен местные племена, в основном финно-угорского происхождения...
  Это еще не вся его 'залповая' речь, дальше - еще несколько раз по столько, да без передыха! Вот такие тирады!
  
  Кстати, о профессоре. Я бы на его месте оскорбилась:
   Профессор продолжал говорить, одновременно одевая пальто. Параллельно тоже одевал свою куртку Михаил - одевал и слушал.
  Ну не может профессор 'одевать' пальто! Впрочем, как и не может это делать ни один другой человек, даже без такого звания. (А может быть, пальто само одевается? )
  К бедному профессору 'прилипли' и другие авторские высказывания:
  при этом не прекращая отвечать на вопрос из аудитории - только на один вопрос он отвечал много-много раз?
  глянул на студента укоризненно поверх очков - все же 'взглянул', а не 'глянул', тем более - не малограмотный какой-то, а - профессор.
  
  Ага, скажете, это автор специально подчеркнул речь ученого? Мол, привык тот именно такими фразами и оперировать? Ну, вот тогда вам и одно из высказываний простого русского паренька, студента Михаила. Его я скопировала, правда, не из самого начала романа, чтобы показать, что дальше-то тоже хрен редьки не слаще:
  - Еще?- Михаил задумался.- Мне кажется, что надо во всеуслышание заявить, что колыбелью России и матерью городов русских Киев никогда не являлся. Что касается Киева, вы сами мне уже все растолковали, в том районе жили поляне и древляне, никогда в образовании собственно русского народа не участвовавшие. Словене новгородские, конечно же, одни из прародителей русских, но если опираться на документы, которые я просмотрел по вашей рекомендации, их численность была заметно меньше численности восточных кривичей и вятичей. Да и мешались новгородцы в основном с небольшими финно-угорскими племенами. Потомки данного процесса впоследствии, видимо, составили основную массу коренного русского населения Архангельской, частично Вологодской, Вятской и конечно Новгородской и Ленинградской областей. А кривичи мешались с самыми большими на тот исторический период финно-угорскими народами, мерей и частично с мещерой и муромой. Они и составили основную часть коренного населения современных территорий Смоленской, Псковской, Тверской, Ярославской, Владимирской, Ивановской, Костромской и частично Московской и Вологодской областей. Вятичи же ассимилировали сначала немаленькое балтское племя голядь, затем частично принялись за мещеру, мурому и также частично слились с мокшой и эрзей. Потомки этого слияния составили коренное русское население территорий современных Калужской, Тульской, Рязанской, Орловской, Пензенской, Нижегородской и частично Московской областей. Таким образом, вышеперечисленные племена и народы, смешиваясь, образовали единый народ, который принял язык на основе славянского и впоследствии византийскую культурную традицию, в том числе и религию - христианство православного толка. Дальше этот народ стал растекаться на юг и восток, в конце-концов и создав собственно Россию.
  
  Одним словом, сплошной канцелярит! Трудно, да и неинтересно, пробираться через его дебри. И я бы отложила книгу в сторону, если бы не две причины. Первая: роман находится в подсудной группе, значит, я его должна прочитать полностью. Вторая: В аннотации автор говорит о том, что действие романа разворачивается и в начале нашего века, и в веке девятом. А вдруг там будет нечто потрясающее?
  
  Ну наконец-то!
  Вторая половина девятого века, леса между Москвой-рекой, Клязьмой и Окой.
  Погоня не прекращалась вторые сутки. Дружина одного из кривических племенных князей Всеслава все дальше забиралась в почти непроходимые дебри...
  Вот откуда и начинаются лесные дебри, а не дебри канцелярита, о которых я только что сказала! И подумала: а почему бы не сделать именно с этих слов начало романа? Ну, а дальше уже и вставить современный пласт, конечно же, переработав его.
  В погоню за мещерцами князь кривичей Всеслав впервые взял шестнадцатилетнего сына Вячеслава, который именно здесь и возмужает. Князь поручил ему очень важное задание: незаметно с небольшой дружиной и 'разговорчивым' пленником обходным путем достичь нового мещерского селища, по пути получив хорошее подкрепление. Ну, а там действовать по обычной схеме: полонить молодых и здоровых людей, прихватив и их ценности.
  Автор подробно описывает этот народ, причем, от телосложения, внешних данных, до манеры поведения:
  ...мещерячки в основном светло и рыжеволосые, белотелые, по полноте большинство средние, но видели и сочных с ядреными грудями и бедрами. Большинство из них ходят в простых льняных рубахах, без платков и босые, но некоторые одеты богато в одежду из дорогих шкур и хорошо выделанной ткани и обуты в разукрашенные онучи.
  Некоторые образы - настолько яркие, что не исчезают перед глазами, сколько бы времени ни прошло. Например, жена мещерского князя Кову и особенно - ее дочка, девочка, пахнущая лесом и озером. Среди членов дружины тоже есть те, на кого автор не пожалел красок, и правильно сделал. Особенно выразителен своей наглостью и жестокостью Бучила, которого в конечном итоге Вячеслав одолеет в сражении и собственноручно приговорит к смертной казни.
  
  Очень тщательно, я бы сказала, добросовестно, описан быт племен. С необыкновенной дотошностью, не упуская ни одной маленькой детали. Скажу честно - не встречала более подробного описания в исторических романах, обычно приходится домысливать, а здесь - хоть фильм монтируй - все кадры уже засняты камерой.
  В многосемейных жили наиболее бедные члены племени. Они устраивались как большие полуземлянки, углубленные на несколько ладоней с земляным полом. Кровлю в этих общественных полуземлянках устраивали двускатную, опускавшуюся своими краями почти до земли и опиравшуюся на врытые в землю бревна. Стены делали из тесанных досок, вбитых вертикально в землю и обмазанных глиной. Но зажиточные мещеряки из наиболее удачливых охотников, бортников, рыбаков, а также оказавшимися богатыми по наследству, могли позволить себе жить со своими семьями отдельно в бревенчато-срубных жилищах, которые выделялись на фоне дощатых полуземлянок. Внутри каждого жилища имелся сложенный из камней очаг. Жилища состоятельных мещеряков еще отличались тем, что возле них имелись всевозможные хозяйственные пристройки, где содержалась их личная скотина. Бедные, как правило, личного скота не имели, но для общих нужд держали общественное стадо свиней и коров. Лошадей в хозяйстве мещеряков было немного и только в частном владении. Их использовали в основном для пахоты.
  И даже вот такие, казалось бы, незначительные, детали:
  Мещерские стрелы не пробивали железных рубах-кольчуг кривичских дружинников. Зато стрелы кривичей, чьи наконечники делались из крепкого варяжского железа, разве что на излете не могли пробить защитных рубах мещеряков, сшитых из многослойной льняной ткани.
  
  Как в целом можно охарактеризовать роман 'Рождение нации'? Построен он на двух сюжетных линиях. Первая - становление молодого героя, нашего современника, студента Михаила: его интерес к учебе и именно к теме этногенеза русского народа, его способности к выживанию вплоть до построения своей карьеры, и конечно же взаимоотношения с девушкой - от периода ухаживания до расцвета чувств, появления семьи и даже - рождения ребенка. Паренек впитывает в себя знания, полученные от профессора и из книг, и намерен донести их до других людей - написать учебник по истории.
  
  Параллельная линия (слово 'вторая' не подходит, так как это - главная тема романа) - процесс рождения нации на примере воспроизведения исторических событий в центре русской равнины в девятом веке. Автор подает 'на стол' три больших 'коржа' торта 'Наполеон'. Первый основан на конфликте между племенами мещеряков и кривичей и заканчивается полонением дочери мещерского князя. Второй, уже с пятнадцатилетней выдержкой, повествует о том, как князь Всеслав идет к мещерам с посольством, возложив дипломатические обязанности на полоненную ранее дочь мещерского князя, а ныне жену княжича Вячеслава и едва ли не полноправную хозяйку всего кривичского поселения. И третий 'корж' - объединение сил этих племен для борьбы с их захватчиками.
  
  То есть, на самом деле фабула романа достаточно проста и не содержит сложных нагромождений. Большая часть текста - это авторские размышления о том, как появился русский народ, а также - вовсе не родственные ему белорусский и украинский; о некоторых других народностях - татарах, евреях, жителях азиатских стан СНГ, кавказцах и турках... О традиционных схемах взаимоотношений между русскими и всеми этими народами, естественно, отдельно взятыми. На эту же тему построены диалоги героев, как внутренние, так и открытые. И если вырезать все эти размышления, то объем 'Наполеона' будет равен объему обычного рассказа.
  
  Стиль, язык.
  Стиль публицистический. Автор популяризирует выводы определенной группы ученых, причем, называя их имена и их работы. Понятно, что сам он тоже склоняется к этой точке зрения, а значит, эти выводы - его собственные. Вот откуда 'растут ноги' у козырного туза, о котором я упомянула в первом абзаце своего обзора! Эта 'козырная карта', по мнению автора-исследователя, в корне отличается от общепринятой точки зрения на вопрос этногенеза русского народа.
  Публицистический стиль не лишен выразительных средств языка, что, кстати, и предусмотрено стилистическими требованиями. Он даже насыщается художественными образами, смутно напоминающими нечто подобное в творчестве Салтыкова-Щедрина или Глеба Успенского. Сатиры здесь нет, конечно, но зато есть настолько четкие, объемно созданные образы героев, что они стоят перед глазами даже после того, как давно захлопнута обложка книги. Возникает парадоксальность: есть пространные рассуждения, напичканные канцеляритом и очень длинные, 'с одного плеча', диалоги, а есть - красочные образы героев.
  
  Еще одна особенность романа. Уже не в построении текста, а в специфике подачи фактуры: автор не показывает сам процесс создания образов, то есть, не воссоздает их на наших глазах, как это делает живописец (в отличие от некоторых красочных 'картинок', о которых я уже сказала выше), а преподносит нам уже результат. Автор не показывает, а рассказывает.
  
  Что еще играет не в пользу автора? Конечно же - обилие орфографических и стилистических погрешностей. Их так много, что глаз просто устает перепрыгивать через эти барьеры:
  Центр русской равнины начало 21 века - нет запятой, цифры должны быть римскими;
  Примерно тоже можно сказать и про другие исконно русские области - 'то же';
  А История? (о школьном предмете).
  О, лучше давайте дальше без комментариев!
  Отслужив Армию;
  будет жить и учится за счет родителей;
  корпуса университета, предназначенные в основном для функционирования в них платных подготовительных курсов, а так же для занятий студентов заочников и вечерников;
  Примерно тоже можно сказать и про другие исконно русские области;
  Конечно, в открытом сражении с более хорошо вооруженной и обученной дружиной кривичей, даже при равной численности;
  обращался, через знающего мещерский язык толмача, Всеслав к пленникам, чьи лица искажали грмасы боли от сидящих в них наконечников стрел;
  Он сломал оперение, пытаясь вытащит ее;
  буд-то не слыша толмача;
  не успев даже одеть своих защитных рубах;
  Но среди дружинников были и такие, в первую очередь у кого имелись семьи, которые не столько интересовались женщинами, сколько дорогими и красивыми вещами;
  вынужденный принять ее в сои объятия;
  медвежьи шкуры в придачу;
  все время старающуюся находится в поле его глаз;
  Хотя возможно это от того, что княжич разрешил;
  прятный на ощупь блестящий шелк;
  только Перуну да Сворогу под силу;
  энергоносители по дешевке;
  Девушка хоть и не напрямую, но как буд-то обвиняла его;
  С варягами даже кривичской дружине не справится;
  и чтобы люди твои этим смердам селится не противились;
  С кем бы они не воевали, всегда верх берут;
  И с ними уже нам не справится;
  Тут тебе мозги поласкают;
  Я очень люблю Историю;
  Михаил, не глядя на контроллеров;
  На, одень, теплее будет;
  переменила постельное белье на кровати;
  варяжские князья создали нечто вроде государства, который потом опять же официальные летописцы и историки стали называть Киевской Русью;
  Ведь взаимные контакты балтов и финно-угров начались задолго того;
  в дальнейшем оно преумножалось;
  не было, либо его богатырского здоровья, либо возможности, как у него уйти с обозом в Москву, выучится;
  вернее еврейская кровь в нем, конечно, ест, но всего-навсего четверть;
  чтобы ни что не отвлекало его от сдачи экзаменов;
  На сколько эта работа соответствовала;
  Я ведь даже на вскидку вижу;
  не стеснялись ни каких поз;
  Людмила Петровна "одела" на свое лицо маску радости;
  А таковых всегда пруд-пруди;
  мы в молодости думали черти о чем, только не о продлении рода;
  узнал, что такое школа изнутри и знаю, что по чем;
  хочешь не в аспирантуру, а в школу простым учителем устроится;
  А вот для женщине-учительнице пробиться по служебной лестнице, хотя бы без малейшего блата, почти нереально;
  тысяч по стопятьдесят в месяц. Вот и думай, как этой обычной бабенке удалось, так в жизни устроится?
  Я не ставила перед собой задачи вычистить текст, так что, думаю, подобных 'блох' и иных тварей здесь гораздо больше.
  
  И все же... Конечно, после того, как автора мы побьем, то есть, заставим поработать над текстом, я бы посоветовала каждому, кто считает себя частью великой русской нации и гордится этим... прочитать сей роман. Это придаст вам сил и уверенности, а главное - поможет разобраться во взаимоотношениях с представителями других национальностей. Некоторые ответы на вопросы вроде 'а почему у них именно так, а у нас - эдак?' настолько просты и в то же время гениальны! А может быть, мы просто о них не задумывались? А зря! Так что - почитайте!
  
  
  Еласов Эдуард Васильевич: Зайди ко мне, когда уснёшь
  Роман читала долго. Поэтому и не сразу отписалась. И долго - не потому, что он трудный для восприятия. Скорее, напротив - глаз скользит, как по зеркальной поверхности, а ты погружаешься в мир, созданный автором, и уже не замечаешь ни картинок, ни звуков, ни - даже запахов мира реального. На смену им приходит нечто другое - вязкое, затягивающее в свои сети. Но ты сам не хочешь противиться этому и добровольно отдаешься неведомой силе.
  
  Кто не испытывал чувства голода? Его можно заглушить по-разному. Например, накидать в желудок первого попавшегося фастфуда. А можно - не торопясь налепить домашних пельменей или испечь пирог с фруктами, это кто что любит. Пусть уйдет на готовку намного больше времени, но зато блюдо получится гораздо вкуснее. А можно отдаться этому процессу еще больше: посидеть несколько часов в поисковике и найти рецепт изысканного блюда именно по своему вкусу. А потом долго-долго готовить его, тщательно подбирая все ингредиенты и в меру приправляя специями. Тут очень важно купить самые свежие и качественные продукты, не торгуясь и не заменяя их на более дешевые. Еще важно не пересолить, не переперчить, не пересластить, не перелить бальзамического уксуса, соевого соуса, кокосового или кунжутного масла...
  
  Потратив столько сил и средств, навряд ли захочется проглотить это блюдо залпом! Будете с хрустом смаковать хвостики креветок в карамельном соусе или же, урчать, впиваясь зубами в золотистые бараньи ребрышки, политые апельсиново-медовым маринадом, или лизать белый айсберг нежнейшего брауни с творогом и вишней. Вот оно - лакомство для истинных гурманов! И вам так захочется продлить до бесконечности это удовольствие... Вы будете поглощать свое кулинарное творение, но очень медленно, наслаждаясь фантазийностью его оформления, терпким, дурманящим ароматом и изысканностью вкуса.
  
  Вот теперь вы поняли, почему я так долго читала роман 'Зайди ко мне, когда уснешь'?
  
  Несколько слов о сюжете. Молодожены Костя и Катя едут в аэропорт, чтобы оттуда вылететь на отдых за границу. У них достаточно времени, чтобы покататься на новенькой, только что купленной машине. Казалось бы, и пространство, которое они преодолевают, не таит в себе никаких неожиданностей - так хорошо оно знакомо героям! И все же... в атмосфере зреет ощущение неизбежности, чего-то страшного. Оно растет как снежный ком, пока не наступает час, нет - секунда 'икс' - несмотря на... и вопреки тому... Происходит авария там, где ее, по логике, не может быть. И эта особенность - тоже из разряда 'случайностей', не так ли?
  Всё стихло. Разом пропали звуки, автомобили, трасса. Сама местность исказилась, словно взорвалась от ужаса и боли, разлетелась на куски и потом, собравшись невпопад, осела могильной тишиной.
  И в этой искаженной плоскости мы продолжаем наблюдать за героями и даже - ощущать их каждой клеточкой своего тела и своего мозга.Таким же образом мы воспринимаем других 'живых' существ, тех же вороных коней, которые готовы вынести людей подальше от места катастрофы. Все! Случилось! Камень в воду брошен, и от него пошли круги, по которым и будет нас водить автор. Много раз! И с каждым кругом, как далеко бы он ни находился от эпицентра, мы будем не отдаляться, а - приближаться к стержню фабулы. К тому самому, на который и нанизал автор другие события.
  
  Я не случайно выделила полужирным два слова: 'время' и 'пространство'. Что же они здесь представляют?
  Сначала - о месте. Действие происходит в Перми, и это - не просто Пермь Великая, не просто определенная территория, где автор знает каждую подворотню и каждый закоулочек! Нет! Здесь все дышит мистикой! Спросите, что именно находится на плоскости, на которой, как на мольберте, и создает свою картину автор-художник? Гляденовская гора с ее святыми источниками - как место силы! Река Стикс, протекающая рядом с Егошихинским кладбищем - почти что царство Аида в Древней Греции! Еще здесь общепризнанная родина Бабы Яги - не просто злобной сказочной старухи, а... (вспомните же!) проводника в загробный мир!
  Наполовину живая, наполовину покойница, цветущая девушка и страшная старуха одновременно. Одной ногой она стоит в царстве мёртвых, другой тут! - утверждает автор.
  А Пермский треугольник, известная аномальная зона? Пусть чуть дальше от Перми, но он тоже излучает нужную для рождения мистической картины энергетику.
  
  Теперь - о времени. Действие происходит в современном и, как уже поняли, в реальном мире. Но есть еще и несколько экскурсов в Прошлое. Они, словно зеркальные отражения нынешних событий, в то же время не просто копируют их, а раскрывают с другого ракурса. Для чего? Чтобы сделать их объемными, как картинки 3D. А еще? Чтобы подчеркнуть неслучайность и даже - закономерность цепи событий.
  Главная из нескольких 'странных' центровых фигур - Часовщик. Где он живет? Будто бы где-то, если его можно найти. Но о месте проживания сам говорит вот что:
  -- Считай, что ты на границе между мирами. Физическим и духовным.
  -- Здесь бред -- реальность, а реальность как бред. Привыкнешь со временем...
  Или дальше, где Часовщик рассуждает уже о времени:
  -- Часы пропускают через себя то, что вы даже не видите -- Время. Время непреклонно, неподкупно и правдиво. Ни один из вечных жителей не может противостоять ему!
  -- ...Люди верят только своим примитивным органам чувств, и поэтому для них открыты всего три координаты. Вам так трудно проникнуть в другие пространства. Особенно внутри себя. Но все эти пространства пронзает Время, которое может искажать их, изменять и даже оборачивать вспять. А значит, Время -- наиважнейшая константа бытия.
  -- Вот оно, Колесо Времени! -- Часовщик был просто одержим.
  
  Взглянув на выделенные мною два философских понятия - 'пространство' и 'время', я тут же подумала еще об одном - о 'движении'. Помните? 'Движение - это свойство материи'. 'Движение есть условие существования материи'.
  Без понятия движения трудно вообще представить этот роман. Нет, здесь не боевик с многочисленными поединками и не детектив с погонями и преследованием! Но! Движение ни на долю секунды не останавливается. Да, вот здесь тоже об этом сказано:
  В общем, как бы то ни было, всё броуновское движение Перми заключалось в одной плоскости, словно на огромном блюдце.
  Хаотические беспорядочные движения - это не только перемещение героев в пространстве. Хотя и они присутствуют - походите по кругам на воде, о которых я уже сказала - и вы это почувствуете. Но есть еще и движения, присущие всему живому (в отличие от картонных персонажей!): герои моргают, чешутся, потирают лоб, вздыхают, всматриваются, оглядываются, дотрагиваются друг до друга руками, судорожно сжимаю пальцы и совершают множество других движений.
  И эти движения, не долгие и резкие, а слабые и мягкие, напоминают выложенный из холодильника холодец. Вот несут это блюдо к столу, а оно колышется туда-сюда, словно живое. Будто дышит. Так и герои - вдох-выдох, вдох-выдох, независимо от того, в каком мире находятся - во сне или наяву.
  
  Стиль и язык.
  Во-первых, нет засилия какого-то одного вида речи. Очень гармонично сосуществуют описания, рассуждения, диалоги. Любой вид речи интересен и читается с удовольствием. Описания внешнего мира емкие, не пространные:
  Весь мир сжался на квадратных метрах этой маленькой квартиры. Были только Он и Она.
  Или - с глубоким смыслом:
  И все эти тикающие часы, окружающие их, были словно живые. Они наблюдали за Леонидом, отстукивая секунды. Тик-так, тик-так. Время вдруг стало видимым словно прозрачная река, оно огибало все предметы, встречающиеся на его пути. Всё это постепенно вымывалось, таяло, частичка за частичкой, пока, не устав сопротивляться, растворялось и превращалось в тлен.
  Белое полотно чистой дороги, которое убегало по холмам теряясь вдали. Небо от горизонта было ярко сиреневого цвета, переходя в более тёмное к зениту, там становилось совсем чёрным, где мерцающими всполохами играли необычайные лиловые огни. Это зрелище отличалось от северного сияния хаотичными линиями изгибов, вспышки от которых, то спиралью уносились вверх то зигзагами устремлялись к горизонту. Воздух был необычайно прозрачен, позволяя различать детали ландшафта даже на далёком расстоянии.
  А вот так автор строит образы героев:
  Скобелев Леонид, высокий, черноволосый мужчина средних лет, но уже прилично потрёпанный бытом, проживал на окраине Перми в своей однокомнатной квартире.
  
  Язык яркий, метафорический, но без излишеств, которые встречаются порой в произведениях, да еще и раздражают. Так и кажется, что автор специально занимался подбором синонимов, упуская из виду нечто важное. Здесь такого нет.
  Многие фразы можно было бы растащить на цитаты. Вот, например:
  Каждый имеет право на жизнь.
  Он ярко представил суть этого механизма, который неумолимо перемалывал время, а вместе с ним всё остальное.
  -- Сон -- это лишь окно. В нём можно посмотреть на то, что не видно за стенами бытия. А смерть -- это уже дверь, выход...
   -- А горячка или бред?
   -- Получается, сени!
  Сон. Младший кузен. Его мир -- это метафора, иногда ребус, который надо ещё разгадать. Это же его любимое занятие, доносить до людей то, что для них важно, не напрямую, а через головоломку.
  --...Смерть. Нет ничего глупее очарованной Смерти. Очарованной людьми, такими как ты, когда она забывает свою суть и начинает потакать им.
  -- Смерть тоже забывается. Иногда и она хочет быть человеком. Она слаба, когда приобретает человеческие качества. Но она Смерть.
  
  Текст не грешит проблемами стилистики и орфографии. Разве что иногда нелады с пунктуацией - встречаются лишние запятые:
  В тот выходной, мы пошли в зоопарк;
  Оттуда, то и дело доносились эмоциональные возгласы;
  перестроения и манёвры на дороге, выполнял чётко и уверенно;
  Большие, голубые глаза смотрели;
  отчего, зад слегка бросило к бордюру;
  казалось, неподвижные вещи, изменились на глазах;
  что хотелось, как можно скорее заглушить его;
  В квартире находился, ещё кто-то.
  
  И все же небольшие стилистические огрехи нашла:
  От чего с худым чуть не приключился приступ - 'отчего' здесь наречие;
  тревожный голос молодого человека едва не менялся в ликующий - меняться 'на что-то', а не 'во что-то';
  Мысли о том, зачем он так рано покинул относительно уютную больницу, время от времени закрадывалась в его голову - просто опечатка;
  Девушка отложила бумаги в сторону и посмотрела настолько наивным взглядом, отчего Лёня даже подумал, что она не поняла вопроса - здесь оборот 'настолько, что...' изменен на несуществующий 'настолько, отчего...';
  подозрительно прищурила взгляд Наталья Фёдоровна - 'прищуриться - это прикрыть веками глаза;
  Попробуйте осмыслить сами, не взирая на мнение иллюзорного общества - 'невзирая' предлог;
  Едва отпуская, он забавляться пернатой игрушкой - опечатка;
  Лёнька, есть сотка в займы? - взаймы' наречие.
  Смерть решила поиграть с ним в "кошки -- мышки" - в 'кошки-мышки', нужен дефис, а не тире;
  Смерть предлагает мне сыграть в партию - 'сыграть партию'.
  
  А вот здесь местоимение 'вы' с большой буквы, что выглядит нелепо в художественной речи, и особенно - в диалогах:
  -- Слушаю Вас, -- наконец произнёс доктор таким тоном, как будто тому было, что говорить.
  -- А Вы чем здесь занимаетесь и как попали сюда?
  
  Я намеренно не стала рассказывать, что же произошло с попавшими в катастрофу героями, чтобы не раскрыть интригу. Ах, как я наслаждалась этим чтивом - даже больше, чем самым изысканным гастрономическим 'произведением'! Мой глаз плавно скользил по тексту, опасаясь пропустить даже одно слово! Казалось - именно в его створках может находиться жемчужина, та самая, без которой нельзя назвать роман состоявшимся.
  Трудно будет оценивать работы других авторов - довольно высока планка, которую поднял автор романа 'Зайди ко мне, когда уснешь'!
  
  
  Ковалевская Александра Викентьевна: Ночь всех проверит
  Сначала, по традиции, о заголовке. Глагол 'проверит' мне не понравился. Уж больно сухой он, невыразительный. Ближайшие ассоциации: 'проверить отчетность', 'проверить решение задачи', 'проверка налоговой', 'проверка паспортного режима'. И только потом уже начинают всплывать 'проверка на прочность' и 'проверка своих сил'. В слове 'проверить' я ощущаю разовое действие: одним махом взял и просмотрел, как составлена отчетность, как решена задача... А вот в глаголе 'испытывать' улавливается длительное действие - кто-то 'испытывал новое оборудование', и это действие длилось довольно долго, а кто-то даже 'испытывал голод, страх или разочарование', то есть, в отличие от сухого глагола 'проверить' в глаголе 'испытывать' присутствуют еще и 'живые' нотки.
  
  Я бы выбрала из этих двух глаголов именно 'испытает': 'Ночь всех испытает'. А может, даже так: 'Испытание на краю галактики', 'Испытание на Ило Семилунном', 'Испытание в фиолетовых сумерках'. Или вообще другое, но живое, метафоричное (если 'ночь', то - какая? - красивый эпитет; если 'испытает', то как именно - поэтический образ, не меньше!). А может, что-то со словом 'метаморфоза' или 'экзамен'? Ну не может черствый заголовок гармонировать с красочными описаниями, с которых начинается роман и которые присутствуют в огромном количестве и дальше по тексту! С описаниями, завораживающими не только сочностью красок, но и вызывающими сенсорное восприятие созданного автором мира!
  
  Предвижу реакцию читателей из числа поклонников научной фантастики, поэтому с самого начала признаюсь в том, что до сего дня я успешно обходила стороной этот литературный жанр по той причине, что увлекалась другими. Особенно казалась оторванной от жизни сфера космоса, поэтому единственной и крепкой ассоциацией при слове 'звездолет' возникали кадры из фильма 'Небо в алмазах': построенный на сцене для показа оперы звездолет, где герои исполнили арию и дуэт. Этот звездолет с пуленепробиваемым стеклом и сопровождал меня на протяжении всего романа, а звуки оперы 'звучали' в голове.
  
  Вот почему чтение текста оказалось для меня не простым занятием и продвигалось оно не так быстро, как хотелось бы. Мой глаз цеплялся за непонятные для меня (да и неблагозвучные, на мой взгляд) словечки типа 'аэрокрафт', 'схрон', 'микродатчик', 'мультитопливник', 'миникубои', 'космолингв', выражения 'лента цитрозусов', 'полисоновая сеть', 'сенсорный датчик', 'дюзы маневрировавшего флагмана', а также целые блоки текста, которые приходилось медленно 'пережевывать':
  - Гравитация - это искривление пространства и времени под влиянием массивных объектов. Любая планета на орбите находится в искривлённом пространстве, окружающем звезду. Планета двигается в этом пространстве, как шарик в колесе рулетки. Энергия материи всегда трансформируется в энергию искривлённого пространства-времени. Энергия переходит из одного вида в другой, но не исчезает. Так учил Энштейн.
  Он, сидя перед кубо-кубо, машинально отметил, что левый нижний угол экрана пульсирует слабым свечением, - белошвейки не завершили наряд, и энергия искривлённых гравитационных полей перераспределяется, неконтролируемо "вытекая" в космос. Новой первой мастерице придётся создавать новую торсионную схему; вряд ли незаконченный наряд удержит импульс, способный перебросить корабли на расстояние двухсот световых лет...
  
  О чем роман? Пропала улетевшая в космос белошвейка Мрия, к тому же - и беременная. Белошвейки занимаются пошивом нарядов для кораблей, и это очень ответственная работа, ведь если что-то не так, то корабль рискует выпасть 'вовне'... Вот как описываются действия этой мастерицы:
  она шила многомерную иллюзию внутри иллюзорного космоса, ни то, что голографическое полотно, усыпанное искрами звёзд, послушно подавалось под её пальцами. Сворачивалось, скручивалось, исходило потоками излишков энергии из складок, укладывалось, образовывало заломы и сгибы, и соединялось. Или не соединялось. И тогда белль искала новые способы сделать так, чтобы точка старта и финиша совместились друг с другом.
  
  Красиво? Да! И я продолжаю читать. Осиливаю две главы, но пока особенно ничего не происходит. Народ ожидает, вздыхает, обдумывает, разливает чай. Что-то мне подсказывает: ближе к финалу Мрию найдут, а может, и не одну - вдруг она уже и родит в космосе?
  
  Повествование неспешное, замедленное подробными описаниями внешнего мира. Его много. Очень много!
  На Ило Семилунном в вечерних потоках воздуха роятся мириады фосфоресцирующих насекомых. Оранжевые, ярко-голубые, белоснежные спирали лент, состоящие из крылатых хитиновых оболочек с крошечной жизнью внутри, устремляются в небо. Вверху ленты из насекомых закручиваются в петли и расцветают букетами: мотыльки-однодневки цитрозусы, взлетев выше небоскрёбов, разлетаются прочь друг от друга, и опадают, гаснут искрами в фиолетовых сумерках, оставляя после себя ощутимый аромат сандала с тонкой цветочной нотой. Это фиал, запах здешнего мира.
  
  Красиво? Да! Но когда чего-то много, чересчур много... Одним словом, внешний мир доминирует. Он висит над стержнем фабулы и давит, давит на него... Кажется, что вот-вот расплющит.
  Точно так же - с едой. Многочисленные блюда, ярко оформленные, вызывающие аппетит, тоже играют против: пока ковыряешься в тарелке, отвлекаешься от основного действия:
  ...белые рисовые прямоугольники; за ними светлые пшеничные; затем жёлтые кукурузно-просяные; потом почти оранжевые хлебцы, в составе которых была кукуруза и местное саго; дальше шли мои любимые серые тосты. Мой вкус определял их как гречневые, или испечённые из того, что похоже на гречу. И в конце ряда выстроились тёмно-коричневые, почти чёрные, грубоватые, но сытные ржаные тосты - "настоящие"... и т.д.
  
  А как насчет 'оперного' звездолета? Его образ продолжает висеть перед глазами и дальше, вот, например, кусочек прямой речи из середины текста:
  - Это потому, что необходимо искривить пространство с троекратной надёжностью, слишком велики напряжения, словно пружину сжимаешь слишком сильно. Если наряд слабый, он не сдержит гравитационный поток. Масса нашего звездолёта благодаря искривлению пространства в наряде находится так неизмеримо далеко и в ином направлении от самого корабля, что местная сила притяжения роли не играет, и ты могла бы держать самый гигантский корабль, даже будь он размером с планету, на кончике ногтя. Потому что внутри наряда корабль становится невесомый, он как бы выпадает из всех характеристик пространства: он не обладает ни массой, ни инерцией. Он как бы лишается своей материальности, он - лишь образ звездолёта, который мы отправили в путешествие. Наряд - это туннель, но особенный, не такой, каким его представляли. Он сворачивает, скручивает, сжимает пространство, разделяя все физические константы. И лишь на выходе из наряда все физические характеристики - эти самые константы, опять соединяются привычным образом. И звездолёт снова становится массой, и для перемещения его массы снова требуется огромная энергия...
  
  Простите, меня, научные фантасты, но я все это прочитала, потому что идет конкурс. А без него бы... Эх!
  
  Язык, стиль.
  Язык соответствует описаниям внешнего мира. Предложения, как и ленты из насекомых, укладываются в 'спирали', 'закручиваются в петли и расцветают букетами'. Многие фразы настолько выразительные, что, читая их, вообще забываешь о том, что есть еще и сюжет.
  
  Конкретные замечания по тексту. Во-первых, тавтология:
  Горизонтальные опахала ресниц нетерпеливо качнулись, вернулись в горизонтальное положение;
  в компании припасов и всевозможных запасок;
  В довершение всего, изнутри меня грызла тревога за вторую белль, и галерец только усилил эту тревогу;
  - Я поверну корабль, - я притормозил верзилу, - по стенке стучать бесполезно;
  Ушки, выжидавшая в зарослях, разрешила зависшим в ожидании дронам движение вперёд;
  Почему бы не установить с помощью камер наблюдения за морскими тварями наблюдение не за морем, а за пассажирами?
  Её супруг, по её словам, перепил за обедом;
  Когда мадам двинулась с места, мальчик двинулся за ней;
  Полюбовалась на новорождённую, сделав умильное лицо, какое делают, глядя на младенцев.
  
  Во-вторых, небольшие погрешности:
  Девушка хохотнула в ответ на шутку, ни на секунду не прерывая своё занятие: голова в полоборота;
  Анна, причёсанная, с заколками-кристаллами в высоко уложенных волосах и в новом платье, снова работала дорогу для корабля;
  Здесь должен быть Jet A-1 для газотурбинных двигателей (это в прямой речи);
  Пол в бункере был не то, что бы гладким;
  - И одеваешь что-нибудь из комплекта одежды на себя;
  - Одену хоть всё;
  Иногда я ловлю себя на мысли, что, случись всем достижениям звёздного человечества вдруг навернуться и исчезнуть;
  Туристы улыбались, не согласных среди них не было;
  Вторая белошвейка окинула взглядом безмятежно-яркое небо Ило;
  Она подавала ему хлеб, а Тимох откусывал от ломтя, который она подносила к его рту, глядя на девушку и думая о том, что люди склонны верить всякой ерунде: не смотрите в глаза белошвейке...
  Анна досадливо отвернула лицо при упоминании о Ветере;
  Мрия не пойдёт в лес в единственной паре туфлей, - невозмутимо пояснила она - здесь, правда, прямая речь, так что девушка вполне могла сказать 'туфлей' вместо 'туфель';
  Если люди пережили ночь - ничего рокового уже не случиться;
  По разному люди готовятся к ночи;
  Лех протянул бригадиру сменный комплект рабочей одежды и озадачено спросил;
  Смерть полковника Петре Браге как-то связано с нами.
  
  В-третьих, просто опечатки:
  Ксантиппа кивнула, причём, Тимоху померщился злорадный блеск в её глазах;
  Незнакомец, занявший мой пилотское кресло;
  Предстояло бликануть ещё раз - и мывыпадем из привычной реальности; Анна явилась в кубо-кубо неожиданно и застала меня врасплох Я, уставившись потолок, ковырял в зубах;
  Здесь растёт только один лириодендрон, потомк первых деревьев-меток;
  В другой стороне ангара наши себе место контейнеры и канистры;
  По айве рядом с бункером вились плети жёстколистой лианы, первитой с собствеными прошлогодними высохшими стеблями;
  вентировались лёгкие патрульного пилота;
  Аристарх ушёл к растению-водосбору, названному так за способность скурчивать на ночь листья конусом;
  лесоруб оказался молодым парнем, ина вид ему было лет двадцать семь;
  Кроме того, кувшин с компотом отбасывал сочные оранжевые блики.
  
  Итак, общее мнение о романе. Боюсь, не смогу выполнить фактчекинг, оставлю это занятие для научных фантастов, уж они с первого взгляда определят, где что не так. А я кто? Обычный читатель. Но, скорее всего, этот роман все же не для таких 'обычных', а для более подкованных. Среди них, опять же, не для любителей экшна, а для тех, кто готов неспешно почитать метафорическую вязь, устроившись в удобном кресле или на диване.
  Вопрос о раскрытии темы и идеи романа тоже упущу. Нужно же что-то оставить и другим рецензентам.
  
  И последнее. Не увидела в романе соответствия теме 'Связь времен'. Может, просто не обнаружила? Если кто найдет ее, очень прошу мне сообщить об этом.
  
  
  Криминская Зоя: Вторая жизнь Дмитрия Панина
  Не думала, что можно попасть в сети художественного произведения, которое стоит не на моей книжной полке! Вот так вот иногда тоже случается: увлекаешься чем-то одним, а тут тебе в руки бросают мячик из другой игры. И вроде бы поначалу захочется просто отбить удар, а потом потихоньку втягиваешься в игру, да так, что и не хочется из нее выходить.
  Смысл романа отлично раскрывает заголовок и дополняет аннотация, так что о сюжете повторяться не буду. Единственное, замечу: да, это действительно две совершенно разные жизни одного человека! Нечто похожее на смерть одного человека и рождение другого.
  Не вдаваясь в подробности сюжета, чтобы не испортить интригу, расскажу лишь о своих впечатлениях, немного процитировав автора, чтобы легче было погружаться в роман и тем, кто читает этот обзор.
  Если бы мне стал неинтересен образ этого Димы Панина, навряд ли смогла дочитать роман до конца. Но интерес возник, и довольно сильный: герой притягивал, словно магнитом, а, зацепившись за читательский взгляд, не отпускал. Его образ создавался прямо на моих глазах: герой дышал, думал, радовался, но больше - переживал. И росло, росло как снежный ком, ощущение страха, которое и бывает перед каждой катастрофой. Да, вот сейчас, вот сейчас это и произойдет!
  
  В голове у Димы стоял белесый, как разбавленное молоко туман, в котором не видно было ни зги, причём таинственным образом полностью исчезли некоторые конкретные слова и понятия: кто он, где находится, и почему именно здесь? В молоке копошились неясные фигуры, слышались враждебные голоса, что-то мелькало, стучало, гремело, и понять, что же такое происходило вчера, не было никакой возможности.
  ...страх глазел из-под кроватей, выглядывал из серой тени под подоконником, протягивал длинные когтистые руки на гранях сумеречной серости и золотистого круга от маленькой электрической лампочки на потолке.
  
  Жизнь перспективного физика, однако, выросшего словно тепличный цветок, потому - и инфантильного молодого человека лежит на зеркальной плоскости, которая при наступлении времени 'икс' - времени максимального напряжения, теряет опору и падает, разбиваясь на множество мелких осколков. И в каждом из них герой отражается с определенного ракурса, раскрывая конкретные черты характера. Эти осколки совершенно разного размера - от довольно крупных до самых маленьких:
  - отец,
  - мама,
  - жена Виолетта,
  - первая любовь по имени Лида,
  - новая женщина Тамара,
  - долгожданная женщина Маша,
  - сын Миша,
  - друг Валера,
  - бывший начальник Леонид,
  - внебрачная дочь Наташа,
  - сестренка дочери Света,
  - сын Светы от случайной связи с парнем из Армении.
  Есть и другие люди, но те, кто не попал на зеркальный осколок как осколок памяти, не попали и в его сознание, так что воспринимаются героем 'как фон, как явление природы'. Каждый зеркальный осколок имеет значение. Он - часть 'хрустально-логического мира', из которого герой ищет выход в мир реальный.
  
  Что показалось особенно интересным?
  В романе нет скучных кусков из биографии героя и его близких. Эпизоды гармонично вплетены в текст и несут нагрузку. Начиная с тех, что вырваны из далекой юности мамы и заканчивая черной кошкой, описанной в самом начале произведения. Признаюсь, была удивлена, когда увидела ее полноправным членом многочисленного семейства героев, а не проходным эпизодом для красного словца. Да, это 'ружье' выстрелило!
  О чем бы ни рассказывал автор - читать интересно. Даже - о такой, казалось бы, сухой науке как физика:
  По ночам ему стали сниться гамильтонианы, псифункции танцевали вокруг него хоровод, а спин-гамильтониан, решенный во втором порядке теории возмущений, являлся к спящему Диме и требовал перепроверки, грохоча по столу лапищами, обозначавшими небольшие возмущения основной энергии взаимодействия магнитных полей.
  
  Внешний мир. Он так же гармонично вплетен, короткими штрихами, но цепкими, выразительными:
  Июнь стоял над городом, окрашивая мир в зеленые и голубые цвета.
  Был теплый зимний вечер, Маша в накинутом пальто курила на балконе, длинные синие тени от фонарей лежали на оранжевом от света окон снегу...
  Светила лампочка под оранжевым абажуром, частоколы теней от его бахромы падали на стены, на обои с цветочками, огораживая людей от шумной жизни улицы, подсвечивая бледные зимние лица летним загаром.
  
  Стиль, язык. Легкий, метафорический, но не витиеватый, без перебора 'сахара' и 'перца'. Автор не рассказывает о том, что происходит с героями, а показывает это. Так что возникают объемные картинки, которые можно долго разглядывать - они не рушатся, в отличие от картонных. На первом месте - чувства, впечатления. Автор раскрывает именно их, причем, так, что ощущения у него передаются даже через кончики пальцев, когда люди дотрагиваются друг до друга.
  
  Из недостатков текста на первый план бросились повторы:
  не пользовался тем, что оставался с девушкой наедине, к большому сожалению девушки;
  холодность Димы Каховская приписывала его застенчивости и увлеченности учебой, а Дима всё сильнее ощущал возбуждение в её присутствии;
  она даже, как потом признавалась, почти три месяца была в него влюблена, но потом, когда он стал;
  Лежали они в высокой траве на маленькой полянке, окруженной невысокими густыми ивами.
  
  Написание числительных цифрами:
  ...и Толе грозило до 6 лет;
  Ему ещё 4 года учиться;
  Дима пролежал 4 месяца и вышел.
  
  Другие погрешности:
  А мне родится... мелькало в голове у Димы (имеется в виду - 'не судьба родиться');
  Нелегко Любе смирится с решением покойного зятя;
  Жизнь не предсказуема.
  
  Встретились опечатки, правда, на весь роман - всего несколько.
  
  Итак, общие впечатления. Роман из разряда 'не мое', поэтому его чтение откладывала на 'потом'. Где-то в других обзорах промелькнуло 'женская бытовая проза', что тоже отпугивало, но... Но текст настолько затянул в свои сети, что трудно было от него оторваться. Кроме вот такого 'интереса', увидела и глубокий смысл. Жизнь героев романа - это ведь слайды нашей с вами жизни, вот почему сопереживаешь с ними, в отличие от других, из мира фантастического. Вот почему начинаешь сильнее ценить все то, что имеешь. И вот почему хочется сделать для своих близких гораздо больше.
  ...Закончив чтение романа поздно вечером, мне так захотелось встать пораньше и совершить маленький 'подвиг' для близких, например, испечь на завтрак пирог. И я это сделала!
  
  
  Буденкова Татьяна Петровна: Женская верность
  Читала заголовок, а перед глазами уже выстраивались версии повествования. Скорее всего, любовный роман, ведь первой ассоциацией была все же супружеская верность, и только после этого - верность присяге или Родине, или...
  И почему именно 'женская'?
  Три стареньких женщины 'сидят рядком и говорят ладком'. Вот, значит, кто и стал главными героями романа. Скорее всего, мы будем перелистывать страницы их жизни, начиная с молодости, а кто его знает, может, и с рождения. Интересно ли читателю заглядывать в замочную скважину, чтобы подсмотреть, как же живут другие люди? А вот посмотрим! Раз и предоставлена нам такая возможность!
  
  На самом деле оказалось даже не так. Три женских образа - сестер Устиньи и Акулины, а также их соседки Татьяны (Портнягиной, потому что будут и другие Татьяны!) как цемент, связали фундамент романа. Более того, с их благословения автор вплел в повествование судьбы близких - мужей, детей, друзей, а дальше - внуков... Так что получилась целая эпопея. Огромное поле, вспахивая которое, открываются глазам переплетенные корни растений, среди которых уже трудно определить первичные. Каждый пласт пашни - это не отдельно взятые эпизоды из жизни одного или нескольких героев, а сотканное из них цельное полотно. Откуда идут эти корни? От матери Прасковьи Родкиной. А если копнуть еще глубже? Неужели от самой боярыни Морозовой?
  
  Внешний мир. Он поперечными нитями - уток, переплетается с основными - образами главных героев. И потому этот мир состоит не из статичных картинок, а из живых, пропущенных через восприятие людей, которые в нем и находятся.
  Перед тем моментом, когда к молодой Акулине подойдет первый кавалер - Тимофей, и потому она не замечает, что происходит рядом:
  Сумерки становились всё гуще. Темнота растекалась в ветках яблонь у домов, погружая деревню в ночную дрёму.
  Тимофей шагает по дороге, сраженный известием о болезни первенца:
  Пыльная просёлочная дорога бесконечной лентой уходила к горизонту.
  Устинья, окрыленная мыслью о переезде, а значит, и о более счастливой жизни:
  Устинья шла домой и вдруг неожиданно для себя почувствовала, как шёлком стелется трава под её босыми ступнями, как тянет лёгкий запах берёзового дыма от топившихся бань, подняла голову и увидела какое бескрайнее небо над головой, каким пожаром горит закат!
  
  И даже времена года ведут себя как предметы одушевленные:
  Зима уже вовсю мела метелями и стучала в окна морозами;
  Осень шелестела на деревьях тонким листовым золотом.
  
  В романе много предметов обихода, которые вонзаются в память да так и остаются там. Вот такое качество есть у автора - создавать маленькие 'иголочки', будоражить воображение читателей. Среди них, например, сундук, 'отмыкают' (именно отмыкают!) который ключом с вензелями, после чего он издает мелодичный звон. А есть еще серебряный портсигар еще с войны. В него складывают денежные купюры для 'заначки' и еще - передают такое сокровище (конечно же, уже без денег - их век недолог!) по наследству. Есть аккордеон, о котором можно написать поэму! Есть даже 'пропавшие окуньки', которых мы вообще не видели, но - помним о них, захлопнув книгу.
  А платье? О! Это - особая тема, потому что далеко не у каждой женщины было такое платье. Вот по воспоминаниям моей бабушки и мамы у них тоже было платье (пишу в единственном числе, потому что скорее всего, оно было одно - конечно же, у каждой)!
  
  Образы героев выполнены не яркими красками, а полутонами, причем, больше описаний не о том, как выглядят эти люди, а как у них складывается жизнь:
  Как коса из трёх прядей, сплелась её жизнь из этих трёх ночей. Сплелась и завязалась в тугой узел.
  
  Стиль соответствует месту и времени, он выдержан как в прямой речи:
  -Устишка, энто у нас и яблоки, и ягода в Покровском растуть, а мы повидлов не видали,
  так и в рассуждениях:
  Вдруг Тимофей раненый али как ещё приедет в деревню, а её не будет? И она ответила, что вот когда придёт конец войне и пройдёт полная демобилизация, то тогда и видать будет. А пока тут ей сподручнее искать Тимофея.
  
  Ошибки и опечатки отмечать вообще не буду, потому как во-первых, их очень мало, а, во-вторых, они где-то даже гармонично сливаются с местным диалектом, так что даже если где-то в корне вместо 'о' - 'а', а окончание - как будто бы неправильно просклоняли слово - это не раздражает и не вызывает беспокойства о чистоте русского языка. Вот такая 'балачка'! Как говорю - так и пишу! Автору - респект! Такой большой текст выдержан в едином стиле!
  
  Итак, общее впечатление о романе. Он непростой. Хотя и написан о самых простых людях, о сельчанах и о горожанах. Скорее всего, не вся читательская аудитория воспримет его 'на ура', да и вообще - будет читать. А что тут поделаешь? Такая судьба уготована произведениям практически всех жанров. Как говорится, на вкус и цвет...
  Лично я не испытываю удовольствия, когда листаю страницы горьких судеб людей, которые не живут, а влачат существование, тянут лямку как бурлаки, надрываясь не только физически. Всего лишь единицы среди них пытаются сделать решительный шаг, чтобы вырваться из этого замкнутого круга, но даже тогда испытывают чувство вины (семьи, которые переехали из деревни в город; женщина, которая стала любовницей директора). В этой серой беспросветной тоске есть, конечно же, и минуты радости, но в целом люди несчастливы. Они как будто бы уже с рождения обречены на нищету и потому лишены качеств, присущих самодостаточным, преуспевающим людям. Как будто бы им досталось все в этой жизни очень маленькое: и место под солнцем, и даже - самая узкая психология мышления.
  'Подглядывать в замочную скважину' за этими людьми очень тяжело. Однако я вовсе не утверждаю, что авторы не должны писать об этом. Нет! Но... еще далеко не каждый писатель сможет это сделать. Вот я бы не смогла.
  
  
  Как я буду оценивать семь романов четвертой группы?
  Дайте немного времени, чтобы хорошо подумать. Романы совершенно разного жанра, написаны для разной читательской аудитории, так что их не поставишь на одну книжную полку. Поэтому попозже добавлю свои соображения на эту тему.
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Д.Острожных "Эльфийские игры" (Любовное фэнтези) | | В.Колесникова "Влюбилась в демона? Беги! Книга вторая" (Любовное фэнтези) | | Н.Князькова "Про медведей и соседей" (Короткий любовный роман) | | А.Енодина "Спасти Золотого Дракона" (Приключенческое фэнтези) | | Есения "Ядовитый привкус любви" (Современный любовный роман) | | Е.Кариди "Седьмой рыцарь" (Любовное фэнтези) | | А.Субботина "Плохиш" (Романтическая проза) | | О.Герр "Желанная" (Попаданцы в другие миры) | | А.Джейн "Небесная музыка" (Молодежная проза) | | И.Смирнова "Проклятие мертвого короля" (Попаданцы в другие миры) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"